Некоторые родители оставляют детям наследство, а некоторые долги. Мне же досталось и то, и другое. Наследство со шлейфом долговых обязательств.

Только я справила свое двадцатидвухлетие, как мама с папой с разницей в один день ушли в мир иной. Нет, не было никаких катастроф или затяжных болезней. Просто я поздний ребенок. Так что ушли они тихо, по причине старости.

Через несколько дней после похорон в почтовом ящике обнаружился конверт из нотариальной конторы. Вложенное в конверт письмо было составлено на официальном бланке. И согласно его содержанию, к нужному часу я прибыла в офис нотариуса. Кругленький мужчина в старомодном твидовом пиджаке провел меня в тесный кабинет, где зачитал завещание моих родителей. Затем вежливо предложил поставить росчерк в учетном журнале об ознакомлении родственников с последней волей усопших.

− Поздравляю, Аглая Евгеньевна, − галантно распахнул он передо мной дверь. − Вы теперь законная владелица музея «Фортуна».

До последней минуты, до самого росчерка в журнале я надеялась, что родители передадут музей в дар городу, продадут частному лицу. Все, что угодно, только бы не оставляли его мне. Конечно, я и сама могла заняться дарением или продажей. Но родители, предвидя подобный шаг с моей стороны, внесли соответствующий пункт в завещание: «Без права дарения и продажи».

− Спасибо, − поблагодарила услужливого нотариуса и без всякой радости отправилась в теперь уже мой музей.

Я не была там несколько дней, так как лелеяла надежду, что больше и не придется переступать порога здания с вывеской «Музей мира фэнтези «Фортуна»». Фортуна. Как бы не так. Музей неприятностей – вот, что досталось мне в наследство.

С виду – симпатичная постройка в стиле средневековья, расположенная в тихом и живописном уголке большого мегаполиса. Внутри – несколько помещений с постоянной экспозицией и временными выставками. На деле – полностью убыточный проект, пожиравший все доходы нашей семьи и подчинивший себе мою жизнь.

Безусловно, в детские годы мне безумно нравилось проводить время среди макетов и инсталляций, созданных по сюжетам фильмов, мультфильмов, книг и комиксов. Но стоило подрасти, родители стали активно привлекать дочку ко всем музейным делам. Тогда-то я и поняла, что нахожусь совсем не в сказке. Наличие времени и денег здесь требовало буквально все. Прорванные трубы чинились за свой счет, новые поступления в коллекцию приобретались на свои кровные, оплата за электричество и содержание здания с каждым месяцем казалась все более неподъемной. Рассчитывать на поддержку государственного музейного фонда не приходилось, так как «Музей мира фэнтези «Фортуна»» являлся частной коллекцией.

− Мама, папа, давайте продадим здание? Или хотя бы пустим арендаторов, − не раз заводила я подобный разговор.

А они, всегда оптимистично настроенные, неизменно отвечали:

− Аглая, как такое могло прийти тебе в голову?

Не удивительно, что семья залезла в колоссальные долги, которые не могли покрыть школьные экскурсии и разовые посещения. Какого-то большого людского потока здесь никогда и не было, хотя я старательно печатала рекламные буклеты и вела сайт музея. Тоже, кстати, дополнительный расход. Реклама и веб-хостинг нынче стоят недешево.

На плаву помогали держаться детские праздники. Я придумывала вечеринки в стиле фэнтези, и находилось достаточно много желающих отпраздновать таким образом день рождения или даже целый выпускной вечер. Еще сильно выручало сотрудничество с детскими летне-оздоровительными лагерями. Маме как-то удалось заключить договор с несколькими такими организациями. Мы поставляли им костюмы фэнтезийных персонажей и волшебный инвентарь любимых всеми киношных героев.

− Ну как, Аглаюшка, сходила? – встретила меня в небольшом холле Степанида Леонидовна.

Сколько себя помню, эта женщина всегда работала в музее. Степанида Леонидовна являлась одновременно и билетером, и гардеробщицей, и экскурсоводом, и уборщицей, и той, кто помогал шить реквизит для вечеринок. Уж не знаю, где и как удалось моим родителям раздобыть такую золотую помощницу, но ее участие и вклад в общее дело были действительно неоценимы.

− Сходила, − ответила я, прекрасно зная, о чем она спрашивает.

− И как?

− Теперь я единоличная владелица музея неприятностей.

− Аглаюшка, не говори так.

− А как еще говорить? – отреагировала немного резче, чем следовало. – У каменных драконов, что при входе стоят, чешуя отваливается, со стороны башни эльфов крыша протекает, сигнализация сломалась, и вывеску пора подновлять.

− Ничего, милая, все наладится. Вчера о нашем музее в новостях упоминали. А после репортажа почти сразу одна писательница звонила, хочет у нас разместить выставку-продажу своих книг в жанре фэнтези, готова за два месяца аренды стенда заплатить. И еще руководитель какой-то художественной школы звонил, не запомнила какой. Спрашивал о возможности проведения мастер-классов в стенах музея. Я ему прейскурант озвучила. Обещал подумать.

− Хорошо. А как с посещаемостью сегодня?

− Пока только группа подростков приходила. Боялась, сломают чего-нибудь. Больно шебутные. Но ничего, обошлось. Даже сувениров купили.

− Ясно, − вздохнула я. – Буду в административном кабинете. Займусь поиском рабочей бригады для починки крыши. Если что, зовите.

− Не волнуйся, Аглаюшка, я тут с посетителями и звонками управлюсь. А ты не воспринимала бы уж так горестно свое наследство. Кто знает, может оно тебе еще счастье принесет.

У меня невольно вырвался смешок.

− Счастье? Степанида Леонидовна, да у меня никакой жизни нет из-за забот об этом музее. Я провожу здесь практически двадцать четыре часа в сутки. Ни подруг, ни любимого человека. У меня на них попросту нет времени.

Я прекрасно понимала, что женщина никак не виновата в моих печалях. Кого и винить, то только себя. Ведь мечтала же стать зоологом! Нет бы уехать после школы в другой город и поступить в Аграрный университет. Но я послушалась родителей и подала документы в университет Культуры на факультет музейного дела, тем самым связав себя с семейным бизнесом. Да и во время учебы, вместо того, чтобы после лекций тусоваться со студентами, мчалась в музей шить костюмы или проводить экскурсии.

И вот теперь, имею то, что имею. Я зашла в кабинет, включила компьютер и приступила к решению бытовых и коммерческих вопросов.

− Аглаюшка, попьем чайку? – заглянула ко мне через пару часов Степанида Леонидовна. – Смотрю, личико у тебя довольное. Так-то лучше, чем смурной ходить.

Улыбнулась верной помощнице.

− Да я тут подумала, что, несмотря на все наши сложности, люблю я этот музей. И не поехала бы поступать ни в какой Аграрный, не бросила бы родителей.

− Вот и умница, − захлопотала Степанида, организовывая нам двоим чай с булочками.

А ночью случился пожар. Не в музее. В одной из квартир пятиэтажного дома, где я жила в маленькой двушке раньше с родителями, теперь одна.

Меня разбудил настойчивый и громкий звук. Открыла глаза, мысленно посылая проклятия тому, кто упорно жал на кнопку дверного звонка. Но тотчас почувствовала запах гари. Соскочила с кровати. Думала горит в квартире, поэтому побежала проверять, где пожар. Возгорания не обнаружила и в одной ночной рубашке помчалась открывать входную дверь.

− Аглая, пожар в доме! – закричала Марина Николаевна, соседка по лестничной площадке, – У Никаноровых с третьего полыхает. Уже дым на весь подъезд. Приложи тряпку мокрую к лицу и вниз беги!

Я испугалась. Ее и моя квартиры располагались на пятом этаже. Если огонь на третьем этаже перекроет лестничный пролет, нам не выбраться. Сказала севшим от страха голосом:

− Сейчас, я сейчас.

− Поторопись! – дико крикнула Марина Николаевна и побежала вниз, закрывая лицо полотенцем.

Я же метнулась в ванную, сдернула с крючка полотенце, бросила его под холодную струю воды. Пока ткань намокала, схватила с еще одного крючка шелковый халат. Хорошо, здесь перед сном его оставила, а то так и побежала бы сейчас в ночь в одной тонкой рубашке.

На улице толпился народ со всей улицы, а в окнах близлежащих домов горел свет. Жильцов из нашего подъезда отличить было несложно. Все несуразно одетые. Некоторые успели прихватить кое-что из вещей. Зачем только сосед со второго этажа вынес с собой стул с истертой обивкой, непонятно. Наверное, взял то, что первое попалось под руку.

− Пожарные машины уже выехали, − сообщил председатель дома.

− Пока они доедут, у нас все сгорит! – нервно взвизгнула бабулька из квартиры напротив той, что горела.

Кто-то вдруг закричал:

− А сами Никаноровы где?

Все заозирались. Но ни тети Поли, ни ее мужа, ни их сына видно не было.

− Поля с мужем на дачу уехали, − сказала бабулька, та самая, которая беспокоилась, что все сгорит до приезда пожарных. – А Колька непутевый в квартире остался. Я его с вечера видела. Пьяный пришел. Небось с непотушенной папироской уснул. Поля говорила, водится за ним такое.

Вспомнила неопрятного, всегда небритого мужчину лет сорока. Николай нигде не работал и жил с родителями. Иногда он подкатывал ко мне с дешевыми шуточками. Противный мужик, но сгореть заживо, конечно, я ему не желала.

Приехали три пожарные машины. В одной почему-то не было воды.

− Где у вас тут пожарный гидрант? – крикнул водитель этой машины.

Я даже не поняла, о чем он спрашивает. Но председатель дома понял.

− За мной, − стал показывать он направление.

Две другие машины искали место, как им лучше встать и откуда начать тушение. К этому времени языки пламени с третьего этажа перекинулись на четвертый. Летние ночи стояли теплые, многие жильцы не закрывали окон. Так что огонь легко занимался по шторам и проникал внутрь помещений.

− Гидрант оказался в нерабочем состоянии, − оповестил всех председатель.

Он опять присоединился к толпе и теперь докладывал состояние дел.

− Гидрант на специально для таких случаев организованном противопожарном водопроводе открыть не смогли. Машина к речке уехала. Там воду наберут и сразу сюда.

Пожар затушили в четвертом часу утра. На лавочке у подъезда, накрытый простыней, лежал обгоревший труп пьяницы Кольки Никанорова.

− Граждане, в квартиры сегодня возвращаться нельзя, − сообщил один из пожарных. – У кого есть, куда пойти, отправляйтесь. Предварительно запишитесь в список. Кому идти некуда, отвезем в гостиницу. Властям о чрезвычайном происшествии уже сообщили. Завтра в полдень сбор всех погорельцев в актовом зале здания администрации.

Список составлял наш председатель. Я продиктовала свои данные и сказала, что мне есть, где переночевать.

Не знаю, как так получилось, видимо так же, как у соседа, который вынес из пожара стул, я вынесла ключи от музея. Обнаружила в кармане халата, хотя и не помнила, как прихватила их в панике.

В музее вполне можно пожить какое-то время. В административном кабинете есть диван и даже одежда. На небольшой кухоньке – холодильник, плитка, чайник. Все не так плохо.

Решила пройтись пешком. Идти недалеко, минут пятнадцать, если дворами. Я сильно пропахла гарью и рассчитывала, что ночной воздух и легкий ветерок хотя бы немного избавят меня от запаха.

Так и пошла, в тапках и халате.

Музей встретил меня темнотой, тишиной и котом Филимоном. Пушистый серо-черный кот приблудился к нам много лет назад. Даже не знаю, сколько ему лет, но старым и больным он не выглядит. Филимон впервые появился на пороге музея зимой, и родители тогда решили забрать его в квартиру, чтобы не мерз. Но кот в уюте и тепле жить не пожелал, сбежал на улицу. А через некоторое время опять возник на ступеньках «Фортуны». С тех пор, он приходит и уходит, когда пожелает. Еще мой папа проделал для пушистика в стене небольшой лаз. Так что кота можно обнаружить как в кухоньке, где для него всегда стоят миски с едой и водой, так и среди музейных экспонатов.

Филя не особенно ласковый, но и когти не выпускает. Любит наблюдать за посетителями. А те принимают его за музейный экспонат, настолько здорово кот умеет замирать и притворяться неживым.

− Хорошо, что ты здесь, − погладила я кота за ухом. – Хотя и светает, но все равно как-то неуютно.

Филимон спрыгнул с драконьей статуи и проследовал за мной в здание.

Уснуть я уже не смогла, потому засела за компьютер разбираться со счетами.

− А ты чего так рано, Аглаюшка? – удивилась Степанида Леонидовна, пришедшая к восьми утра.

Рассказала о пожаре, трупе, накрытом простыней. И как будто заново ощутила страх, неизбежность беды, запах гари.

− Пожарные сказали, квартиры на пятом этаже от огня не пострадали, но там все водой залито. С их слов, выгорели две квартиры на третьем и одна на четвертом, та, что прямо над Никаноровыми. Сегодня после собрания пойду, посмотрю, что там.

− Беда-то какая, − заохала Степанида. – Если у погорельцев квартиры не застрахованы, так ущерб обяжут родителей погибшего уплачивать.

− Это, если докажут, что Николай с папиросой уснул, − вспомнила я слова председателя нашего дома. – Может быть, возгорание от неисправной проводки произошло или еще отчего, тогда государство обязано помочь.

− Ты зови, если помощь в квартире понадобится, − предложила Степанида. – Сырость в доме тоже нельзя оставлять, а то обзаведешься насекомыми всякими.

− Аглаюшка, − спустя какое-то время, вновь заглянула в кабинет помощница. – Ты колесо предсказаний крутила сегодня?

− Нет, я вообще в зал магических пророчеств ни вчера, ни сегодня не заходила.

− Странно, − заволновалась женщина. − Неужели я забыла закрутить? Второй день подряд, как утром залы проверяю, на начальной точке дракон вместо лисы стоит. Совсем старая я стала. Вот и склероз настиг.

− Не переживайте, Степанида Леонидовна. Ничего страшного в том нет, что Вы колесо утром закрутите, а не вечером.

Колесом предсказаний мы называли старейший экспонат нашего музея. Будучи маленькой, я часами рассматривала искусную резьбу деревянного колеса и необыкновенно реалистичные фигурки, расположенные по его кругу. Это были персонажи из фэнтезийных, да и просто сказочных миров – русалки, драконы, вороны, тигры – всего тридцать разных изображений.

В движение колесо приводилось с помощью специального рычага и запускалось только из положения, когда в верхней, так называемой начальной точке круговорота, стояла лиса. Оно вращалось с невероятной скоростью, картинки начинали буквально мельтешить перед глазами. Постепенно вращение останавливалось. Происходил щелчок, закрепляя какую-либо фигурку на начальном векторе. К восторгу зрителей, деревянная фигурка выдвигалась вперед и произносила коротенькое предсказание для того, кто запустил колесо.

Я знала все тридцать предсказаний наизусть, так как в школьные годы ежедневно сама крутила это колесо и верила, что все сказанное деревянными истуканами сбудется. В студенческие годы я прекратила этим заниматься, но красивым чудо-механизмом восхищалась по сей день. Колесо являлось яркой изюминкой музея, у которого одинаково подолгу зависали и дети, и взрослые. Все хотели услышать шуточное пророчество.

− Для расследования причин пожара сформирована комиссия, − сообщил нам заместитель губернатора, когда все жильцы из моего подъезда собрались в актовом зале здания администрации.

Были здесь и тетя Поля с мужем, родители погибшего. Старалась на них не глядеть. Я сама недавно пережила потерю, мне своего горя хватало.

− Граждане, чьи квартиры не пострадали или пострадали относительно, могут вернуться домой. К вам сегодня же зайдут произвести оценку ущерба. Просьба оказывать содействие и не приписывать свои недоделанные ремонты последствиям пожара. Остальным временно предоставляется гостиница за счет средств города.

− Как там дела, Аглаюшка? – спросила Степанида, когда ближе к вечеру я вернулась в музей.

− Все залито. Стены мокрые. Ковер даже за целый день не впитал воду. Не представляю, как его сушить. Диван промок насквозь. И запах гари до сих пор стоит, вся одежда теперь пахнет. Я окна оставила открытыми настежь. Пока в музее ночевать буду.

− И правильно, − согласилась помощница.

Этой ночью я хорошо выспалась. Спала без сновидений. Один раз только проснулась от какого-то знакомого звука. Прислушалась.

− Показалось, − пробормотала сонно и почти сразу вновь заснула.

Поутру я быстро позавтракала и поспешила встречать группу. Сегодня у меня сразу три экскурсии, потом встреча с писательницей, забронировавшей стенд для своих романов, а после приедут рабочие чинить крышу.

Степанида Леонидовна чопорно выписывала билеты группе туристов. Что это с ней? – мимоходом подумала я. Обычно женщина с утра находилась в добром расположении духа, всегда улыбалась гостям и являлась для меня образчиком никогда неунывающей леди.

Поговорить с ней удалось лишь ближе к часу закрытия музея. Причина ее дурного настроения стала мне быстро понятна.

− Аглаюшка, у меня точно склероз, − виновато сказала Степанида. – Я была уверена, что с вечера установила колесо как надо. Но утром опять дракон стоял вместо лисы.

− А не мог наш Филимон баловаться? – припомнила я звук, разбудивший меня ночью.

Точно, это ведь был звук раскрученного колеса! Вот почему во сне он показался мне знакомым.

− Думаешь, Филя смог на рычаг сам нажать? – с сомнением посмотрела Степанида Леонидовна на кота, примостившегося на гардеробной стойке.

− Он мог повиснуть на нем, рычаг и опустился, − предположила я.

− А ведь точно, − заулыбалась женщина.

Было видно, что ее очень беспокоила своя забывчивость, а версия с участием Филимона вполне реабилитировала ее.

− Я могу сама колесо сегодня закрутить, чтобы Вы совсем не переживали. Или, давайте, вместе зал магических пророчеств проверим, и дверь плотно закроем, чтобы кот ночью там не шастал.

Каждый вечер в обязательном порядке, все залы музея проверялись на сохранность экспонатов, наличие забытых вещей и брошенного мусора.

Я закрутила колесо, вместе со Степанидой мы убедились, что в начальном векторе установлена лиса и со спокойной душой захлопнули дверь зала.

Наутро на месте лисы сидел дракон.

− Что за чертовщина? – удивлялась я. – Неужели Филимон открыл дверь?

Степанида топталась рядом. На этот раз женщина уже не была так расстроена, ведь стало очевидным, что она не страдает забывчивостью.

− Аглаюшка, а что, если, кто чужой ночью в музей пробирается?

− Чтобы колесо покрутить?

− Да, как-то нелепо.

− Это начинает выглядеть странно. Пожалуй, надо подежурить ночью. Я спрячусь между муляжами фей и посмотрю, кто колесо запускает и зачем.

Страшно не было. Музей для меня, словно дом родной. И я должна знать обо всем, что в нем происходит.

− Хочешь, я с тобой в засаде посижу? – предложила Степанида. – Вдвоем-то сподручнее будет гостя караулить.

Отказываться не стала.

И вот, после закрытия музея, мы устроились за широкими юбками фей. Юбки скрывали и нас, и стулья, на которых мы сидели. Филимон с самого начала был с нами. Развалился на гадальном столике и оттуда с любопытством поглядывал на нас. Но на колесо кот вроде бы не претендовал.

Так мы и заснули со Степанидой, сидя на стульях и прикорнув к муляжам фей.

Разбудило меня мяуканье. С трудом сообразила, где нахожусь и почему сплю не в кровати. Спина так затекла, что я забыла о всякой конспирации, шумно отодвинула стул и выбралась из укрытия.

Сквозь большие окна проникал лунный свет. Огляделась. Ничего подозрительного не заметила. Только Филя сидел на полу и не отводил взгляда желто-зеленых глаз от колеса. Я тоже посмотрела. Лиса сидела в начальном векторе.

− Все чисто, − сказала я вслух и только собралась разбудить Степаниду Леонидовну, как конструкция дрогнула.

Филимон опять замяукал.

− Что за ерунда? – уставилась я на колесо, которое начало приходить в движение.

Рычаг оставался на месте, а лиса уже съехала вниз, уступив место следующей фигурке.

Так оно само крутится. Но как? – все смотрела я на набирающий обороты круг. Сделав положенное количество вращений, чудо-механизм остановился с драконом в начальной точке. Дракон выдвинулся вперед. Зазвучал механический голос:

− Пятый день набор идет, герцог ждет всех вас давно.

− Что? – обалдела я и подошла к колесу поближе. – Твоя фраза ведь совсем другая.

Дракон пророчил всегда незабываемую встречу. А вот сейчас, что он такое сказал?

Обдумать происходящее не получилось, серединная часть деревянной конструкции разъехалась, и против своей воли я влетела в ее почему-то пустое нутро. До меня донесся далекий голос Степаниды.

− Аглаюшка! – испуганно кричала помощница.

В ушах звенело, ладони стали мокрыми от пота, воздуха не хватало. Но зрение не подводило. Видела я отлично и живописный пейзаж из одноэтажных домиков, и цветущие деревья, и гряду гор вдали, подсвеченную лучами яркого солнышка.

Сама я стою в очереди. Куда? Непонятно. И почему так трудно дышать? Испугалась, что сейчас умру от нехватки воздуха.

− Эй, ты! Двигайся! – ткнули меня в спину.

Этот тычок поспособствовал тому, что я все же смогла сделать глубокий вдох и наконец-то нормально задышать. Просто надо было вдохнуть, а не паниковать.

Девушка со стильной короткой стрижкой из тонких белесых волос продвинулась вперед. Тесные джинсовые шортики, белый топик на бретельках, сандалии на шнурках. Девушка, как девушка. Во всяком случае, со спины. Между нами образовалось пространство. Поэтому-то неизвестный долговязый парень и поторопил меня.

Решила выйти из непонятной очереди, уступая свое место парню. Но он не воспользовался возможностью.

− Куда? Вернись к ожидающим, − приблизился ко мне взрослый мужчина в камуфляжных шортах и такой же рубашке с короткими рукавами. На нагрудном кармане его рубахи имелась нашивка с надписью: «Бережь № 5. Академия». – Ты еще не прошла регистрацию, − добавил он.

Встала обратно. Я совсем ничего не понимала. Была сбита с толку и больше всего на свете желала вернуться в свой музей. Предположений возникало слишком много. Самой здравой мыслью казалась та, что я умерла. Никто ведь не знает, что на самом деле происходит после смерти и какой путь ждет умершего.

− Тебе что, голову напекло?

Обернулась. Белобрысый парень, что стоял позади, смотрел насмешливо.

Долговязый такой, с моднючей прической в виде беспорядочного каскада. Одет в белую мятую майку и шорты в стиле сафари.

Вообще, здесь, где я оказалась, очень жарко. Настоящий зной. Мои джинсы и футболка с длинным рукавом совсем не в тему.

− Эй, Малинка! Чего молчишь? – не отставал белобрысый.

Приставучий какой. Явно младше, а ведет себя так, будто мы ровесники.

− Почему Малинка? – спросила, прибавив к моему списку бесконечных вопросов еще один.

Язык. Чужой и незнакомый. Но я его знаю!

− У тебя кофта малиновая, − пояснил парень.

− Ясно. Меня так еще никто не называл. На самом деле я Аглая.

− Бранк, − представился он. – Надеюсь в Ледник попасть. А ты, вероятно, в Пекло нацелилась?

Вздохнула. Значит, все-таки умерла.

− Почему сразу в пекло? Я надеюсь, меня в рай распределят.

Новый знакомец глянул насмешливо.

− Шутница. В рай тебе еще рано. А если потенциал есть, так в Пекло примут. У тебя же волосы черные, ресницы черные, глаза черные. Куда ж тебе еще? В Ледник или Молнию не возьмут.

Разговор все более походил на квест, но задавать прямых вопросов я пока опасалась. К тому же отвлеклась на открывшуюся панораму. Очередь заворачивала в одну из улочек, и когда пришел мой черед повернуть, не могла не заинтересоваться.

Перед глазами возникла территория, огороженная причудливым каменным забором. На заборе красовались барельефы драконов. Красиво, − оценила я.

С моей позиции хорошо просматривались открытые створки высоких металлических ворот и несколько построек за ними: центральное серебристое и острообразное здание, по правую сторону от него – абсолютно черное строение, напоминающее жерло вулкана, по левую – зигзагообразная башня, будто сама молния впечатывается в землю, а чуть поодаль сооружение – имитация настоящего айсберга.

Восхитилась. Вот это архитектура! Так суметь монолитно передать в камне явления природы. Хотя, чего я удивляюсь. В загробном мире, наверное, и не такое возможно.

− Круто, правда? – вновь активизировался Бранк. – Сколько раз мимо проходил, а все равно люблю на студенческий городок смотреть. Надеюсь, меня сегодня зачислят на первый курс.

Студенческий городок? – выхватила я интересную фразу. А ведь сразу не обратила внимания, в странной очереди наличествует лишь молодежь лет семнадцати-восемнадцати. Я на их фоне не выделяюсь лишь потому, что выгляжу младше своих лет.

Из матерчатого шатра, поставленного в стороне от металлических ворот, выходили довольные или, наоборот, расстроенные юноши и девушки. Все они были одеты легко, по погоде. Заметила, что девчонки тут не стеснительные и выбирают наряды скорее фривольные, чем скромные. Я одна себя чувствую белой вороной?

Очередь двигалась довольно-таки споро и вскоре светловолосая девушка, что стояла передо мной, скрылась внутри шатра. А я принялась разглядывать стойку с информационной картой. «Академия Фортуны» – гласила надпись, расположенная вверху карты. Далее следовали картинки с пояснительными текстами. «Факультет Пекло» – стояла подпись под изображением черной постройки в виде жерла вулкана. «Факультет Молния» – так обозначалась зигзагообразная башня. «Факультет Ледник» – название строения-айсберга. Картинка шатра, куда мне предстояло зайти, оповещала, что внутри приемная комиссия для абитуриентов.

− Не прошла? – участливо спросил Бранк зареванную блондиночку, когда та вновь появилась на улице после встречи с приемной комиссией.

− Нет. Сказали, мощи не хватает. Мне никогда не стать драконшей.

Я слушала их диалог, а из шатра выглянул мужчина в камуфляжных шортах, но не тот, что подходил ко мне ранее. У этого на нашивке стояла другая цифра – «Бережь № 1. Академия».

− Кто следующий? Почему не заходим?

− Малинка! Ты чего стоишь? – прикрикнул на меня Бранк. – Иди, давай!

С трудом сделала шаг. Так было боязно и напряженно.

Внутри шатра радовала приятная прохлада. Хотя, ни кондиционеров, ни вентиляторов не заметила.

За длинным столом расположились четыре человека. Один из них закинул ноги прямо на стол и ел грушу. При моем появлении, ноги со стола он убрал, а огрызок фрукта метким ударом отправил в корзину для мусора, которая стояла, между прочим, в дальнем, противоположном от него углу.

Почему-то именно этот полет огрызка привел меня в чувство. Как будто я спала, а теперь проснулась. Появилась стойкая уверенность, что я не умерла, а просто совершенно непостижимым образом попала неизвестно куда.

Трое мужчин и одна женщина рассматривали меня. А я их.

Тот, что кидался огрызком, оказался ни много ни мало ректором, о чем свидетельствовала табличка на столе. «Теренс Туманный, ректор Академии», − прочла я. Ну и имечко.

На остальных табличках фамилий не вписали, указывались только имена. Единственную из четверки женщину звали Галия, и она являлась деканом факультета Ледник. Красивая, с глазами незабудками. Волосы цвета платины, утонченное аристократичное лицо. На вид ей лет сорок. От плеч Галии шла самая настоящая изморозь, она-то и создавала в шатре прохладу.

Рыжеволосый, сильно лохматый мужчина лет пятидесяти носил имя Краус и занимал должность декана факультета Молния.

− Судя по всему, ты ко мне, − поднялся из-за стола Холиус, декан факультета «Пекло».

− Как тебя зовут? – спросил он.

Я бы дала ему лет тридцать пять или чуть больше. Его длинные черные волосы были собраны в хвост и перехвачены ярко-красной резинкой, под цвет пиджака. Смотрел он слишком пристально, чем сильно смущал меня. Заостренный нос и тонкие губы придавали ему хищнический облик.

− Аглая, − ответила на вопрос, стараясь держаться как можно увереннее.

Холиус закружил вокруг меня. Обсматривал со всех сторон, даже принюхивался. Я всем телом ощущала чужое воздействие. Это как когда удаляют зуб под наркозом. Тебе не больно, но ты чувствуешь вмешательство. Вот так я себя и ощущала, пока декан проводил свои странные манипуляции.

− Старая. Учиться уже поздно. Потенциал есть, но теперь его не развить, − остановился и выдал вердикт Холиус.

− Это я старая!? – не сдержала возмущения. – Да мне всего двадцать два года.

Черноволосый хмыкнул и вернулся на свое место за столом.

Несколько секунд в шатре царило молчание. А потом поднялся ректор.

Теренс оказался высок. Выше всех присутствующих. В отличие от остальной компашки, он был коротко подстрижен. Некрасивый мужчина. Его внешность очень портили тяжелый подбородок, крупный нос, разноцветные глаза. Один глаз карий, второй голубой. А еще полный диссонанс между темными волосами с проседью и рыжими бровями. Сколько ему лет? Я бы затруднилась сказать. Может сорок, а может и все шестьдесят.

− Опять неформат прислали, − произнес он загадочную фразу и направился к отдельному столику, на который я, испуганная и сосредоточенная на людях, не сразу обратила внимания.

А там стояло деревянное колесо. Точно такое же, что и в музее. Нет, не совсем такое. Это отличается набором фигурок. И драконов на нем – не один, а целых три.

Теренс нажал на рычаг, встроенный прямо в столе, и колесо пришло в движение.

Замерла в предвкушении. Меня посетила простая и прекрасная мысль. Вот сейчас, прямо сейчас меня отправят домой. Раз я старая и неформат, то здесь не нужна. Вернусь в свой любимый музей неприятностей и больше никогда, никогда не подойду к колесу предсказаний.

Ректор раскрутил колесо, и я настроилась на то, что меня начнет затягивать в невидимое пространство, как и в прошлый раз.

Возможно, так и случилось, если бы я попала сюда – неизвестно куда днем ранее. А так, колесо замерло на лисице и уже знакомый механический голос продекламировал:

− Пятый день совсем прошел, и набор уж совершен.

− Ну, что ж, − отошел от колеса ректор, − как видишь, Аглая, проход уже закрыт.

− А когда откроется? – нетерпеливо спросила я.

− Через год, − огорошил Теренс. – Переход возможен только в дни набора новых студентов в Академию. А такое у нас происходит раз в год.

− Но набор ведь еще идет, − не хотела сдаваться я, − на улице ждут своей очереди несколько парней и девушек.

− Ждут, − согласился ректор. – Но кроме них больше никого не будет. Это последняя партия. Ты попала аккурат к самому закрытию набора.

− И что же мне теперь делать?

− Нам придется тебя утилизовать, − спокойно ответил глава Академии.

− Как утилизовать? – пропищала я. – Почему утилизовать?

− Ты не жительница Фортуны и можешь находиться в нашем мире только в качестве студентки и потенциальной драконницы. Но раскрыть силы для оборота у тебя уже не получится, начинать учиться выпускать дракона надо в семнадцать-восемнадцать лет. А в твои годы – это невозможно.

− Почему невозможно?

Я готова была стать хоть драконницей, хоть львицей, лишь бы меня не убивали. Как-нибудь протяну один год в незнакомом мире, а там пусть и возвращают меня обратно.

− В семнадцать лет дракон еще спит, и его носитель несколько лет в стенах Академии под присмотром кураторов подготавливает тело для оборота. В твоем возрасте вторая сущность уже проснулась. Подготовить тело теперь не удастся, а без подготовки в процессе оборота твой дракон попросту сломает тебе все кости. Ты даже не успеешь высвободить его, как будешь мертва. Вместе с ним. А мы не имеем права разбрасываться ресурсами.

Это сказал уже Холиус.

− Какой же это ресурс, если при моей утилизации дракон все равно умрет? – не поняла я.

− Когда человек, носитель дракона, умирает не во время оборота, его вторая сущность перебирается в другое тело и у нее есть новый шанс на рождение, − пояснил Холиус.

− Поэтому вам и выгодно меня утилизовать, − с горечью констатировала я. – Моя драконница сможет перебраться в более молодое тело.

− Аглая, поверь, если бы переход еще был открыт, мы бы отпустили тебя домой, − заверил Теренс. – Но оставлять тебя в нашем мире на целый год, слишком большой риск для твоего дракона. Он может погибнуть, так никогда и не появившись на свет.

− Я могу просто тихонечко пожить в вашем мире один год. Меня и не заметит никто. Обещаю, не буду учиться выпускать вторую сущность. Спокойно вернусь домой. Проживу отмеренное мне время, а как умру, ваш дракон и переберется в новое тело.

− Тихонечко не получится, − хладнокровно сказала Галия. – Ты нераскрывшаяся самка дракона. К тому же, иномирянка. Еще и вполне симпатичная. Можешь привлечь массу ненужных проблем. Сама не заметишь, как начнешь оборачиваться, чего тебе делать категорически нельзя. На Фортуне уже были прецеденты, и после последнего приняли закон об утилизации негодных к учебе иномирян.

Было видно, что деканшу ледового факультета мало заботит моя участь. На холеном лице ни грамма сочувствия. Главным для них всех являлось сохранение возможности появления на свет чешуйчатой особи. И как так получилось, что я ее носитель?

− Не понимаю, если мое время для обучения прошло, почему тогда я здесь?

− Так бывает, − равнодушно пожал плечами ректор. – Ошибка системы в своевременном выявлении потенциального дракона.

– Дайте мне хотя бы шанс. Я много чего умею. Вести каталоги, архивы, выставки, шить, рисовать, − отчаянно пыталась выторговать себе место под солнцем.

Хотя и видела безразличие приемной комиссии, но все же добавила зачем-то:

− Я зоологию хорошо знаю и животных люблю.

Молчавший до этого времени, неожиданно заговорил Краус. Декан факультета Молнии на меня не смотрел, он остановил взгляд на фигурке лисы, занявшей начальный вектор на колесе после его вращения.

− А что, если появление Аглаи не ошибка? – начал он.

После таких слов я была готова броситься мужчине на шею и расцеловать.

− Холиус, ты ведь увидел потенциал. Значит, девушке суждено было оказаться на Фортуне. И совсем не обязательно, что в роли студентки. Раз ее привели к нам, то с определенной целью. Лиса, опять же.

Краус все смотрел и смотрел на деревянную лисицу.

− Уж не хочешь ли ты сказать, − встрепенулся ректор, − что она та, кто справится с салоном?

− А почему нет? Марианна ведь тоже была нераскрывшейся драконницей. Аглая говорит, что разбирается в каталогизации и зоологии, животных любит, рисовать умеет. Полный набор. Утилизовать мы ее всегда успеем. А вот если она сумеет навести там порядок…

Краус не договорил. Я мало что поняла из его речи, но главное ухватила – у меня появляется шанс не умереть сегодня.

− Все может быть, все может быть, − побарабанил пальцами по столу Теренс. – Что, Аглая, готова отрабатывать свое проживание на Фортуне?

Ректор заметно повеселел. Да и вообще, атмосфера в шатре незримо изменилась. Все оживились и уже не смотрели на меня, как на отработанный материал.

− Конечно, готова, − с энтузиазмом ответила я. – А что надо делать?

− Объяснять некогда, − отмахнулся Теренс, − Итак слишком много на тебя времени потратили, а нас еще абитуриенты за дверью ждут. Но ты не волнуйся. Бережь тебя проводит к месту, а там хранитель ждет. Он все и расскажет.

− Малинка, ты чего так долго? – покосился Бранк в сторону моего провожатого с нашивкой «Бережь № 5. Академия».

− Много вопросов было, − улыбнулась я парню. – Удачи тебе в зачислении.

− Спасибо, − поспешил он к шатру.

Несмотря на свою навязчивость, Бранк нравился мне своей открытостью и непосредственностью.

− Куда мы идем? – спросила я спутника.

− Куда велели доставить, туда и идем, − буркнул он.

Ладно, попробуем зайти с другой стороны.

− Что означает Бережь?

− Охрана.

− А имя у тебя есть? Как-то неудобно называть тебя «Бережь № 5».

Я не могла сказать откуда, наверное, оттуда же, откуда знание и понимание языка, также я знала, что здесь при общении обращаются друг к другу на «ты» независимо от степени знакомства и разницы в возрасте.

− Имя есть. Но обращаться можешь по номеру, − пожелал остаться мужчина незнакомцем.

− А долго идти? – не отставала я.

− Барышня, у меня задание доставить тебя к месту назначения, а не разговоры болтать, − явно не хотел поддерживать он со мной беседу.

Мне надоело слушать его ворчание, и я переключилась на созерцание пейзажа и анализ случившегося.

После того как я сначала думала, что умерла, потом думала, что меня убьют, но потом получила шанс жить дальше, весь свет виделся в радужных красках. Мне нравились одноэтажные домики с крышами цвета сливы. Деревья, напоминающие колючки, казались восхитительными. Девушки, с минимальным набором одежды на загорелых телах, не нервировали. А каждый встречный парень казался красавцем. Даже убийственная жара не являлась помехой моему прекрасному настроению. Все неважно. Главное, я жива и через год смогу вернуться домой.

Итак, − начала мысленно расставлять по полочкам имеющуюся информацию. Я попала в мир под названием Фортуна. Странное совпадение, ведь точно также именуется мой музей. Судя по изморози, которую я видела своими глазами у деканши факультета Ледник и ментальному воздействию на меня Холиуса, мир магический. Часть населения этого мира является носителями для драконов. Такими носителями могут быть и иномирцы, как в случае со мной. Значит, есть шанс встретить кого-то из своего мира. Моей главной задачей на ближайший год является не выпустить дракона, иначе мы оба умрем. С этим еще надо разобраться. Как понять, что он захочет выбраться? Все-таки ректор должен был распределить меня хотя бы на курс базовых знаний. А то отправил в свободное плавание слепым котенком.

− Пришли, − остановился Бережь № 5 у аккуратного заборчика сиреневого цвета, за которым виднелся дом со сливовой крышей.

Мужчина достал из кармана шорт связку ключей и протянул ее мне.

− Обживайся. Я буду иногда приходить, проверять, как у тебя идут дела.

− Тебе дали такое задание?

− Да, это мое задание, − сказал он и, не попрощавшись, ушел в обратном направлении.

Краснолистная яблоня закрывала своей плакучей кроной вывеску на калитке. Я отодвинула разросшиеся ветки с сочными плодами и прочла: − «Салон Лисица. Фамильяры на любой вкус».

Один из ключей подошел к замку в калитке. Всего на связке имелось четыре ключа.

− Миленько, − оценила я плодовый сад.

Много фруктов валялось на земле. Их давно не собирали, как и опавшие листья.

Обязательно займусь этим, − решила я и вставила второй ключ в дверной замок дома, где мне предстояло какое-то время жить.

Я увидела его сразу. В первую же секунду, как переступила порог.

− Филимон?

Кот сидел на письменном столе, заваленном листами бумаги для рисования.

− Приветствую, Аглая.

Отпад. Говорящий кот.

− Филимон, знаешь, после того, что со мной произошло, я даже не удивлена. И пробудившийся во мне дракон беспокоит гораздо сильнее, чем болтающий кошак. Я сошла с ума?

− Нет, все взаправду, − ответил Филимон.

Голос пушистого друга звучал чисто, без всякой сиплости, гнусавости или мультяшности.

− Так вот ты куда все время пропадал и почему отказывался в квартире жить.

− Догадалась, молодец. Я хранитель этого салона и могу надолго покидать его, только когда тут хозяйка имеется.

− Ректор Теренс сказал, что меня в салоне хранитель ждет. Я думала, это будет человек.

− Как видишь, нет. Можешь задавать вопросы.

− У меня их много.

− Не сомневаюсь, что на весь оставшийся день.

− Подожди-ка! – вдруг осенило меня. – Ты перемещаешься в мой мир достаточно часто. Выходит, ректор меня обманул, что переход открывается раз в год? И ты сможешь вернуть меня обратно?

− Тебя никто не обманывал. И вернуть – нет, не смогу. Теренс правду сказал, для студентов иномирцев проход открыт единожды в дни набора новичков в Академию. А для хранителей лаз есть, которым мы и пользуемся.

− Почему я не могу им воспользоваться?

− Не пролезешь. Он узенький совсем, примерно, как тот, что твой отец для меня в музее сделал.

− Ты сказал «мы». Хранителей много? И чего вы охраняете?

− Не чего, а кого. Хранитель присматривает за иномирцем, носителем дракона, и в нужное время помогает осуществить переход.

− Тогда получается, ты провалил свою миссию. Меня в Академию не приняли и вообще утилизовать собирались. Повезло, что декан Краус заступился, про этот салон вспомнил.

− Так колесо в музее только сейчас закрутилось. Признаться, я и сам уже волноваться стал, что тебя не забирают. Значит, не приняли?

− Не приняли. Предложили год в салоне поработать, потом меня обратно отправят.

− Хм-мм.

− Что это еще за хм-мм? – насторожилась я.

− Да так. Работка тут нервная. Скоро весть о новой хозяйке по всей Фортуне разлетится.

− А прежняя хозяйка куда делась?

− Марианна замуж вышла и к супругу переехала. Так она счастлива была от этого салона избавиться. А замену ей найти пока не смогли. Выходит, тебя место дожидалось.

− Филимон, ты говоришь загадками и пугаешь меня.

− Не пугаю, просто придерживаю информацию, не вываливаю все сразу.

− Что уж там. Дела мои и так хуже некуда. Рассказывай, как есть. Чем мне тут предстоит заниматься?

− Изготавливать фамильяры. Знаешь, что это такое?

− Ты забыл? Я же всю свою жизнь провела в музее фэнтези. У Степаниды Леонидовны даже своя авторская экскурсия есть на тему фамильяров. Дух, принимающий форму животного. Обладает разумом, помогает в бытовых делах, становится компаньоном. Может общаться с помощью мысли, дать дельный совет, защитить от деструктивной энергии. И еще много чего.

− Прямо лекцию прослушал, − насмешливо произнес кот. − Твои знания, конечно, помогут. Уже легче. В общем, на Фортуне все жители, кто может заплатить, покупают себе фамильяра.

− Его можно купить? Разве он не сам выбирает, кому захочет служить?

− Скажем так, у фамильяра не остается выбора. Тебе будут делать заказы либо по своим предпочтениям, либо по эскизам, которые есть в картотеке салона. Ты ее, кстати, можешь пополнять. Заказчики также будут просить наделить будущего фамильяра определенным умением или чертой характера. Имей в виду, возможно лишь одно дополнительное пожелание и эта услуга идет за отдельную плату. Прейскурант найдешь в своем кабинете.

− Филимон, а как я должна их изготавливать?

− Рисуешь на бумаге нужное изображение, рисунок прикрепляешь на магическое колесо, проговариваешь какой чертой должен быть наделен фамильяр и нажимаешь рычаг. Через пару минут получаешь готовый продукт. Вот и все. Ничего сложного.

Из моих глаз невольно покатились слезы. Представила, как с проверкой придет Бережь № 5, увидит, что я не справилась, доложит ректору, и меня утилизуют. Дураку же понятно, чтобы из рисунка появился живой фамильяр, нужен маг. А я кто? Обычная девчонка. Ладно, не совсем обычная, как выяснилось – во мне живет дракон. И как это поможет?

Филимон по-своему понял мои слезы.

− Аглая, ты чего? Не реви. Марианна тоже не особо рисовать умела. Она изображения в энциклопедиях через кальку переводила. И тебе никто не запрещает так делать.

− Я не из-за этого реву. Рисовать, кстати, я умею. А вот намагичить из неодушевленной формы одушевленную точно не смогу.

− Не переживай на этот счет. На самом деле магов на Фортуне нет вообще. Это сам мир здесь магический, позволяющий рождаться драконам и перевертышам, позволяющий создавать фамильяров и других необыкновенных существ.

− Тогда не понимаю, почему я? Из твоих слов выходит, что изготавливать фамильяры может кто угодно.

− Нет, Аглая. Не кто угодно. Только тот, кого выбрала сама Фортуна.

− Это как?

− Ты знаешь почему салон называется «Лисица»?

− Откуда ж мне знать. Первый раз название на вывеске на калитке увидела.

− Лиса – первый известный фамильяр этого мира. Появилась сама у одной женщины и научила ее технике изготовления магических сущностей. Многие пробовали и пробуют до сих пор воспроизводить этот процесс, но ничего не выходит. Создателем может стать лишь человек, отмеченный знаком лисы. Марианна, к примеру, спасла раненую лису, а у ее предшественницы имелась родинка в виде лисички. Тебя же лиса на самом колесе перехода выбрала.

Я рассмеялась.

− Что смешного? Ты не веришь? – сердито спросил кот.

Он прыгнул со стола на шкаф и уже оттуда взирал на меня.

− Верю. Просто, Филимон, моя фамилия Лисица. Я – Аглая Евгеньевна Лисица.

− Тогда и сомневаться не стоит, что ты именно та, кто нужен.

Наш разговор прервала звонкая трель.

Стала озираться, не понимая откуда идет звук.

− К тебе пришли, − пояснил кот. – На калитке звонок есть. Марианна его отключала и держала ворота открытыми, иначе только и будешь, что к двери бегать.

− Я могу не открывать? Вдруг уже заказчики явились, а я даже не осмотрелась как следует.

− Соседи там, знакомиться пришли.

− Откуда знаешь?

− Запах знакомый. Парочка студентов, брат с сестрой. Из бедных и вечно голодных. Они частенько у Марианны ошивались, она их подкармливала.

Мне бы себя и кота сейчас прокормить, а тут еще какие-то студенты, − думала я, направляясь к калитке.

− Привет! Я Гриш, − протянул мне руку для пожатия высокий темноволосый парень.

− Тамара, − представилась худенькая девушка с длинными, такими же темными, как у ее спутника, волосами. – Мы торт принесли.

− Аглая, − улыбнулась я парочке. – За торт спасибо. Надеюсь, попьем чаю.

− Мы знаем, где Марианна заварку держала, − правильно поняла мое замешательство Тамара.

− Отлично.

Они выглядели моими ровесниками и сразу же расположили к себе. Будет хорошо, если мы подружимся.

Гриш и Тамара прекрасно ориентировались в доме и сразу прошли на кухню, не забыв поздороваться с Филимоном.

Кухня представляла собою довольно захламленное помещение, и без помощи гостей я не сразу бы нашла чистые чашки, коробку с чайными пакетиками и собственно сам чайник. Похоже, Марианна так себе хозяйка. Или работа в салоне отнимала столько времени, что ей совсем некогда было заниматься хозяйством?

− Значит, ты иномирянка и ничего не знаешь? – спросил Гриш, когда совместными усилиями с табуреток были убраны книги, а с кухонного стола излишек посуды и эскизы рисунков.

− Кое-что уже знаю. Я могла бы стать драконихой, но не стану, потому что время моей подготовки упущено. Зато, кажется, я подхожу на роль изготовителя фамильяров. Поэтому мне дали шанс и не утилизовали сразу. Если продержусь год, смогу вернуться домой.

− Мы можем помочь тебе сориентироваться, − предложила Тамара.

− Было бы здорово. Расскажете о себе?

− Мы третьекурсники, − сказал Гриш. – учимся на факультете Пекло под руководством герцога Холиуса.

Я вспомнила декана с внешностью хищника и спросила:

− Так Холиус герцог?

− Да. Дракон из высокородных, − ответил Гриш. – Требовательный и жестокий, но дело свое знает. В этом году он берет третий курс на практику в само Пекло.

− В само Пекло? – не знала я, как понимать эти слова.

− Да. Так называется долина черных драконов, − пояснил Гриш.

До меня вдруг дошло.

− Цвет волос напрямую связан с тем, каким драконом человек может стать?

− Конечно, − кивнула Тамара. – Темноволосые – носители черных драконов, после окончания Академии все раскрывшиеся драконы будут жить в долине Пекло.

− А почему такое название у долины? – заинтересовалась я. В моем понимании звучало уж больно созвучно с адом.

− Земля там черна, а из ее недр вырывается огонь. Черные драконы сдерживают его, иначе пожар уничтожит всю Фортуну, − охотно ответила Тамара и пояснила дальше:

− Красные драконы живут в долине Молний. Они не дают распространиться грозовому апокалипсису по Фортуне.

− Декан Краус красный дракон?

− Да, − подтвердила Тамара. – Когда-то он был одним из самых сильных и являлся правителем в долине Молний. Но страшный разряд перебил крыло его дракона, и он больше не может летать. Поэтому Краус занял должность декана факультета, а в долине теперь правит его сынок Райн.

На последнем имени Тамара сделала особый акцент.

− Райн тебе не нравится?

Девушка не ответила, а Гриш рассмеялся.

− Тамара к нему неровно дышит. А красавчик малолетками не интересуется. Вот сестра и бесится.

− Что насчет Ледника? – не стала заострять я внимания на смущении своей гостьи.

− Долина Айсбергов, − обрадовалась Тамара, что не пришлось дальше говорить о красном драконе. – Белые драконы живут среди холода и льдов и не дают окутать вечной мерзлотой Фортуну. Надо выскочку Галию туда отправить. А то отсиживается в Академии, гадина беловолосая.

− Ого! Деканша так ужасна?

Гриш опять рассмеялся.

− Она высокомерна и заносчива, но, когда надо, на скамейке запасных не отсиживается. Моя сестренка бесится оттого, что ее драгоценный Райн имеет виды на деканшу факультета Ледник.

− Ничего он не имеет на нее виды! – взорвалась девчонка. – У Галии роман с Вилсом. А Райн ее не интересует.

− Ее может и нет, а вот красный дракон явно не прочь, − дразнил Гриш сестру.

− Кто такой Вилс? – попробовала предотвратить я ответный выпад Тамары на реплику брата.

Получилось. Девушка мило улыбнулась и спокойно ответила:

− Правитель белых драконов в долине Айсбергов или, как ее еще называют, Ледников.

− А кроме драконьих долин? Что еще есть на Фортуне? – поинтересовалась я.

− Самая большая территория – долина Зноя, где мы сейчас и находимся. Тут живут обычные люди и носители драконов. Есть еще одна долина, − Тамара замялась.

− Еще одна? – заметила я смятение на лице девушки.

− Да. Долина Туманов.

− У ректора Академии фамилия Туманный, − вспомнила я. – Уж не оттуда ли он?

− Верно. Теренс родился среди перевертышей, но оказался драконом и бежал в долину Зноя. А перевертышей сюда не пускают, − как-то напряженно добавила Тамара.

− Почему?

− Они едят людей, − ответил Гриш глухо.

Наверное, в их семье кто-то пострадал от этих самых перевертышей, − решила я и уточнила:

− Как они выглядят?

− Как обычные люди. А после трансформации превращаются в панциреобразного ящера.

− Надеюсь, мне не придется с ними повстречаться.

− Не переживай. Драконы чуют перевертышей и охраняют территории людей от их вторжения.

После ухода брата с сестрой я занялась изучением места, в котором мне предстоит жить и работать ближайший год.

Начала с сада. Яблоня, слива, вишня, черноплодная рябина, крыжовник, шиповник, несколько незнакомых мне ягод. Нет только моих любимых груш, ни одного грушевого дерева.

− Филимон, не знаешь, почему в саду не посадили грушу?

− У Марианны на них аллергия была, и она все грушевые деревья из сада ликвидировала.

Первый раз слышу, чтобы на грушу у кого-то возникала аллергия. И зачем надо было деревья выкорчевывать? Могла бы тем же студентам фрукты отдавать.

Вообще весь остаток вечера я мысленно ворчала на бывшую хозяйку салона. Чистюлей ее точно не назовешь. Никакого порядка в доме. Не один день придется наводить здесь лоск, провести целый год среди хлама я не хотела.

В кабинете Марианны я поняла, что каталог изображений фамильяров – это громко сказано. Карточки валялись в хаотичном порядке повсюду. На полу стояла большая коробка с наборами карандашей, кистей, красок. Среди них обнаружился журнал заказов.

Прайс-лист с расценками на изготовление фамильяра и наделение его дополнительной опцией, нашла прилепленным к зеркалу.

− Филимон, а это дорого? – не смогла я самостоятельно разобраться в величине сумм.

− Очень. Некоторые копят годами, чтобы позволить себе фамильяра. Еще, конечно, зависит от размера. Чем крупнее фамильяр, тем дороже стоит.

− И я смогу забирать себе все заработанные деньги?

− Не сможешь. Выручка сдается в казну Фортуны. А тебе должны платить зарплату, плюс жильем обеспечивают и магическим реквизитом.

− Ты про колесо? – давно я уже заметила на столе Марианны этот предмет.

Колесо было скорее миниатюрой по сравнению с теми, что стояли в моем музее или приемной комиссии Академии, но все же выполнено с ними в едином стиле.

− Про него, − подтвердил кот.

Под вязаным пледом, небрежно брошенном на кресло, нашла тетрадку. Журнал отказников, − прочла я. Спросила Филимона:

− Что значит отказников?

− От некоторых фамильяров отказываются. Клиенты попадаются разные, могут быть недовольны или просто передумать. Сегодня кота хотели, а назавтра барсука им подавай.

− И что же делать с отказниками?

Я испугалась, что мне придется убивать невостребованных фамильяров.

− Продавать. Марианна на них скидку хорошую давала. Так что покупатели всегда находились.

− А подарить можно? Я бы Гришу с Тамарой подарила.

− Им еще нет двадцати лет. Как исполнится, можешь подарить.

− А раньше нельзя?

− Нет. За фамильяра надо нести ответственность. По законам Фортуны приобрести его может только совершеннолетний. А совершеннолетие здесь определяется пробуждением дракона. Пока носителю не исполнится двадцать лет, чешуйчатый не проснется.

− Филимон, а Фортуна – это планета?

− Нет. Всего лишь одно из нескольких измерений, существующих вокруг Земли, в так называемой магнитосфере. На Земле люди ощущают магнитные бури и придумывают теории их возникновения. На самом деле бури происходят в те дни, когда драконам на Фортуне не удается контролировать стихии.

Я поняла, что на сегодня с меня достаточно. Всего было слишком. Подумаю обо всем завтра. А сейчас спать. Спросила только:

− Филимон, ты мой фамильяр?

− Вовсе нет, − отверг кот мое предположение. – Я всегда нахожусь либо в салоне, либо в ином мире, где живет потенциальный дракон, как в случае с тобой. А фамильяра можно таскать везде с собой, общаться с ним мысленно. Со мной так не получится.

− Ясно. Тогда сделаю для себя милого котика или маленького кролика.

Совсем сонная достала из шкафа чистое постельное белье и застелила кровать в небольшой спальне.

Озадачилась. В чем я буду спать? В одежном шкафу осталось кое-что от предшественницы, но, при беглом осмотре стало очевидно – все мне будет велико. Завтра, первым делом, надо разобраться с питанием и одеждой.

Хотела заснуть побыстрее, защитить свой мозг от слишком сильного потрясения минувшего дня. Но сон пришел лишь после того, как я поплакала. Мне было страшно, страшно, что я застряну в магнитосфере под названием Фортуна и уже никогда не вернусь домой.

Проснулась я от незнакомой мелодии. С закрытыми глазами стала шарить по прикроватной тумбочке в поисках телефона, желая поскорее отключить будильник. Стоп. На будильник у меня установлен совсем другой рингтон. И на входящие звонки тоже.

− Не может быть! – откинула с себя чужое тоненькое одеяло. – Нет, нет, нет!

Я в бывшей спальне Марианны, а не в своей квартирке или музее. Никакого телефона на тумбочке нет. Значит, все правда, и придется принимать новую реальность. Говорящий кот тоже был?

− Филимон, − позвала не очень громко, так как возобновилась трель дверного звонка, и я боялась, что мой голос услышат с улицы.

− К тебе пришли, − послышалось откуда-то сбоку.

Оказывается, кот все это время сидел на подоконнике.

− Не знаешь, кто там?

− Запах незнакомый.

− А я могу притвориться, что никого нет дома?

− Аглая, не оттягивай неизбежное. Начинай знакомство с новым миром. Тебе ректор назначил испытательный срок, когда Бережь явится с проверкой, надо продемонстрировать свои успехи. А как ты их собираешься демонстрировать, если будешь все время прятаться в доме?

− Никогда не думала, что доверюсь коту, − вылезла я из постели, раздумывая, что надеть.

Влезать в свою вчерашнюю одежду совсем не хотелось. Я оставляла на ночь открытым окно, но даже ночью ощущалась жара. Не зря, видимо, место называется долиной Зноя.

Из того, что оставила Марианна, мне могла подойти лишь длинная фиолетовая футболка с круглым вырезом и маленьким рукавом. На мне она смотрелась коротким платьем. В нескольких местах вещица была заляпана желтой краской, но при желании можно представить, что это узор такой. Стратегические места футболка прикрывала, что в результате и определило мой выбор наряда.

Не помешало бы умыться, причесаться. Организм требовал еды. Но посетитель итак слишком долго ждет. Впущу его и попрошу подождать уже в доме.

− Привет, Малинка!

Я так обрадовалась. По-настоящему.

− Бранк?! Но, как ты узнал, где меня найти?

− Легко узнал. Услышал разговор родителей. Мама сообщила отцу новость, что в салон фамильяров наконец-то нашли новую хозяйку, иномирку с чудным именем Аглая. Вот я и подумал, что речь о тебе.

− Бранк, позавтракаешь со мной? У меня есть торт. Соседи вчера угостили.

− С удовольствием, − откликнулся парень.

Какой же он позитивный. Рядом с ним и мне уже не все в черном цвете видится.

− Так тебя приняли в Академию? – спросила, пока ставила чайник на плиту и расставляла чашки.

− Приняли. Можешь поздравить. Теперь я студент первокурсник факультета Ледник.

− Поздравляю. Будешь учиться в том здании, стилизованном под айсберг?

− Ага. Как и все белые драконы. Галия сказала, у меня большой потенциал и записала в группу под своим руководством.

− Ты ее не боишься? Я слышала, деканша Ледника высокомерна, жестока и заносчива.

− Знаешь, Малинка, герцог Холиус пугает меня куда как сильнее. На его фоне Галия выглядит белой и пушистой.

− Согласна. Холиус тоже меня напугал.

− А ты, значит, будешь создавать фамильяров?

− Теоретически, да. Не было времени попробовать. Надеюсь, я справлюсь.

На самом деле я очень боялась облажаться, боялась, что все знаки, указывающие на меня, как на хозяйку салона, ошибочны. И пыталась оттянуть тот миг, когда надо начать пробовать, так было боязно.

− Ты не представляешь, как я хочу своего фамильяра! – сказал Бранк. – Любому дракону он просто необходим. Как только мне исполнится двадцать, первым делом приду в твой салон.

− А сейчас тебе сколько?

− Семнадцать.

− Бранк, я вот чего не понимаю. В Академии все пять лет учат только тому, как выпустить дракона?

− Нет, конечно. Просто подготовка тела к перерождению в дракона является основополагающей. Понимаешь, мы укрепляем мышцы и кости всеми возможными способами, чтобы дракон мог родиться, не уничтожив себя и носителя.

− И как же их укрепить для столь важного момента?

− По-разному. Один из способов для белых драконов научиться разбивать кулаком льдину, не повредив при этом руку.

− О! – немного обалдела я.

Это, что же получается? Если потенциальные белые драконы разбивают льдины одним ударом кулака, то красные пропускают через себя разряд молнии, что ли? А черные суют руки в кратер вулкана?

− В Академии учат выживать в драконьих долинах, усмирять природные коллапсы и сражаться.

− Сражаться? С кем?

− С перевертышами. Они наши главные враги.

− Панциреобразные, да? – вспомнила я слова Гриша.

− Малинка, а ты не так мало и знаешь для иномирянки, − весело сказал Бранк, доедая последний кусок торта.

− Я не знаю самого главного – где купить одежду и еды.

Накануне Бережь № 5 передал мне конверт с деньгами.

− На первые дни тебе хватит, − сказал он, не потрудившись разъяснить, где тут магазины, рынки или еще что.

Вчера я питалась фруктами с плодовых деревьев в саду и тортом. Сегодня неплохо бы уже поесть нормально.

− Одежду сегодня вряд ли удастся купить. А вот за продуктами могу с тобой сходить. Здесь неподалеку большой рынок. Или, если не хочешь на улицу выходить, я заявку оставлю. Только напиши, какие продукты нужны.

− Бранк, что значит оставить заявку?

− В долине Зноя на каждой улице имеется ящик заказов, − принялся объяснять юноша. − Любой житель может положить туда заявку на доставку продуктов, одежды и бытовых товаров. Раз в час администраторы из службы доставки забирают из ящика заполненные бланки, сортируют и раздают драконам курьерам. Те отправляются в нужный магазин или на рынок, где им формируют заказ, после чего дракон летит на адрес покупателя.

− Драконы курьеры? Ты не шутишь?

Бранк рассмеялся.

− Понимаю твое недоумение. Конечно, те, кто живет в драконьих долинах подобным не занимаются. А вот бедным студентам, у которых только-только прорезались крылья, работенка в самый раз. Платят хорошо, плюс возможность тренироваться в трансформации.

− Теперь понятно, − улыбнулась я, пытаясь представить дракона в виде доставщика. − Бранк, пожалуй, я воспользуюсь твоим предложением и напишу тебе список, а ты оставь его в этом ящике заказов. А почему ты сказал, что я не смогу купить себе одежду?

− Сегодня день посвящения студентов первокурсников. На Фортуне, это один из главных праздников. Набор на первый курс означает, что драконы по-прежнему готовы рождаться. Ведь, если обнаружится, что носителей больше нет, раса драконов вымрет, перевертыши сожрут всех людей, а природные стихии останутся бесконтрольны. Хаос наступит не только на Фортуне, изменится магнитный фон всего, что находится за ее пределами. Я к чему говорю – на время праздника закрывают все торговые точки, кроме продуктовых рынков. Да, и они ближе к вечеру закроются.

Я писала список, попутно уточняя у Бранка наличие тех или иных продуктов на Фортуне, а он неожиданно предложил:

− Малинка, а пойдем со мной на праздник. Там весело. Драконы из долин прилетают. Артисты выступают.

− А я не буду тебе мешать?

Пойти я хотела. Очень. Когда он только упомянул о празднике, подумала предложить свою компанию Гришу с Тамарой, но раз Бранк сам предлагает… Почему бы и нет?

− Совсем не будешь мешать. Наоборот, мои друзья будут рады познакомиться с хозяйкой салона фамильяров.

Только собралась поблагодарить его, как поняла, что пойти не смогу.

− Спасибо. Но я не пойду. Мне не в чем идти. В джинсах и футболке с длинным рукавом в таком климате я чувствую себя слишком дискомфортно. А больше у меня ничего нет.

− А то, что сейчас на тебе надето? Классное платьишко. Тебе идет.

− Думаешь? Вообще-то это растянутая футболка Марианны.

− Ну и что. На тебе смотрится как платье. Не дрейфь, я тебя в обиду не дам.

− Так и быть, − согласилась я.

Мы условились встретиться вечером. Отдала парню список продуктов и понеслась в ванную комнату приводить себя в порядок. Если перед Бранком я еще могла появиться неумытой и нечесаной, то перед клиентами точно не стоит.

Филимон предполагал, что сегодня будет большой наплыв желающих, хотя бы из-за того, чтобы просто поглазеть на меня. Так и случилось.

По большей части люди приходили знакомиться, но посетили салон и несколько заказчиков.

Решила не менять стиль работы Марианны, о котором мне рассказал Филимон. До обеда прием заказов, а после, их исполнение. На следующий день либо заказчик сам забирает фамильяра, либо его переправляет драконья служба доставки. При большом наплыве клиентов или форс-мажорных обстоятельствах срок изготовления и доставки сдвигается. Срочные работы по двойному тарифу. Отказники будут оставаться в салоне до тех пор, пока их кто-нибудь не купит.

Первой заказчицей стала женщина. Всем своим видом она напоминала мне русскую купчиху из XIX столетия.

− Дорогуша, я бы хотела приобрести гиену, − огорошила меня дамочка. – Такую, чтобы пострашнее.

− Оригинальный выбор, − попыталась подобрать я удобное слово. − Если не секрет, почему именно гиену?

− Чтоб муж боялся!

− О, − только и смогла вымолвить я.

− И потребуется дополнительная опция, − понизила голос клиентка. − Только между нами.

− Обещаю, дальше меня информация никуда не попадет, − заверила я женщину.

− Отлично. Мне нужно, чтобы гиена могла читать мысли моего мужа, − шепотом произнесла женщина.

− О, − опять бестолково только и выдала я.

Заказчица внесла аванс, и после ее ухода, я записала детали заказа и его стоимость в учетный журнал, который вела еще Марианна.

Затем пришла семейная пара с дочкой студенткой. Ярко-рыжие волосы свидетельствовали о ее причастности к клану красных драконов.

− Наша девочка на прошлой неделе впервые выпустила дракона, − сообщил глава семейства.

− И по такому случаю мы решили преподнести ей подарок, − добавила его жена.

− У тебя есть свой вариант, или хочешь выбрать из каталога? – спросила я девушку.

Прошедшим днем мне немного удалось систематизировать карточки с изображениями, хотя о полной каталогизации речи пока не шло. Я собиралась вплотную заняться этим вопросом в самое ближайшее время.

− Хочу белочку. Непременно с большими глазами, − попросила рыжеволосая.

− Хорошо. Дополнительной чертой наделяем?

− Обязательно, − не дал ответить дочери мужчина. – Чувствовать перевертышей.

− Папа! – возмутилась девушка.

У нее, видимо, имелось свое мнение на этот счет.

Но старшее поколение оставалось непоколебимо.

− Дочка, − строго сказала родительница, − скоро ты отправишься в долину Молний, где твоя жизнь будет подвергаться ежеминутной опасности.

− Мама! Не преувеличивай.

− Я не преувеличиваю. Мы с папой прежде всего думаем о твоей безопасности. Будешь сама зарабатывать, тогда и купишь себе другого фамильяра, и наделишь его, чем хочешь. А сейчас свою белку с большими глазами ты получишь при условии, если она будет распознавать врага.

− Конечно, мама, − вздохнула рыженькая.

Мне стало жаль ее и даже промелькнула мысль – не наделить ли тайком от взрослых белку той чертой, которую хочет сама девушка.

Пристальный взгляд Филимона в мою сторону отрезвил. Чего это я? Платят родители, у них есть четкое условие. И речь ведь идет о безопасности самой девушки, а я тут самодеятельностью собралась заняться.

К сожалению, пропустила тот момент, когда к моему дому подлетел дракон. Пока бежала открывать дверь, на пороге стоял уже обычный парень с угольно-черной шевелюрой. Студент факультета Пекло, − со знанием дела подумала я. А так хотелось посмотреть на настоящего дракона.

− Распишись в доставке, − передал он мне два пакета с продуктами.

Поставила подпись и отдала ему требуемую сумму.

− А ты сейчас полетишь? – не теряла я надежды посмотреть на превращение человека в дракона.

− Нет. Твоя доставка на сегодня у меня последняя. А нам запрещено летать вне работы. Я к твоим соседям хочу зайти, Гришу и Тамаре. Мы на одном курсе учимся.

− Передай им, пожалуйста, − достала я из одного пакета кекс с изюмом.

− С удовольствием, − загорелись глаза у курьера.

Стало ясно, что парень голоден, не меньше моего.

− Подожди немного. Я тебе яблок с собой дам.

− Классно, − обрадовался он, – давай, пакеты пока в дом занесу.

− Поставь сразу на кухню, − попросила я.

Пропустила его вперед, а сама по приставной лесенке, которую вчера оставила у ствола яблони, забралась поближе к раскидистым ветвям. Быстро набрала сочные красные плоды в подол своего мини-платья. Посматривала на входную дверь. Надо было спуститься раньше, чем парень выйдет из дома, иначе он сможет лицезреть мое нижнее белье.

Сосредоточенная на яблоках и двери в дом, упустила из виду калитку, поэтому и не заметила вошедшего, поэтому и дернулась от неожиданности, когда тот спросил:

− Это ты фамильяры изготавливаешь?

Инстинктивно одернула подол футболки, пытаясь прикрыть ноги, яблоки полетели вниз, и я вслед за ними.

Зажмурила глаза от страха, но летела недолго. Упасть и травмироваться не дали сильные руки незнакомца.

− На меня еще никогда девушки с деревьев не падали, − насмешливо произнес он.

− Все бывает впервые, − ответила я и открыла глаза.

Мамочки! Сами собой в голове закрутились слова припева известной песни: «Моё сердце остановилось, моё сердце замерло».

На руках меня держал невероятный, потрясающий мужчина. Красивый брюнет с правильными чертами лица. Ни одного изъяна. Никогда не любила длинноволосых представителей противоположного пола, но шевелюра конкретно этого индивида ничего, кроме как восхищения, не вызывала.

Из дома вышел парень курьер. Я и позабыла о нем. А он остановился и с благоговением уставился на моего спасителя.

− Правитель Дэймон, − с почтением произнес юноша.

Еще и правитель, − обомлела я. Интересно, он успел увидеть мое нижнее белье? А я совсем нелепо выглядела, когда падала? Он думает, что я неуклюжая? А ему не кажется, что я тяжелая?

− Дэймон, стоило оставить тебя на пару минут, как ты уже обнимаешься с девушкой, − послышался игривый женский голосок.

Ну, конечно, − рассердилась я непонятно на кого. Вот так всегда – встречаешь мужчину мечты, а он уже занят.

− Марго, девушка на меня с дерева свалилась, − насмешливо произнес правитель долины Пекло. – Судя по всему, испугалась сильно.

− И поэтому ты продолжаешь держать ее на руках? – спросила невидимая пока мне спутница дракона.

Дэймон тотчас поставил меня на землю.

Он полностью в ее власти, − расстроилась я и взглянула на незнакомку.

Определенно дракониха, определенно старше меня, определенно знает себе цену и умеет себя преподносить.

Боже, разве можно быть настолько красивой! Естественно, когда рядом такая роскошная женщина, на другую мужчина и не взглянет. Марго смотрелась шикарно. Темные, густые, с легкой волной волосы, точеное личико, женственные формы. Яркий макияж не портил ее, он был наложен искусно, а не вульгарно. Короткая маечка, юбка с запахом – открывали тело, но в меру.

К ней совсем нельзя было придраться. Я могла бы возненавидеть девушку, окрестить гадкими прозвищами, позволь она себе какой-нибудь выпад в мой адрес. Но…ничего плохого Марго не говорила, даже улыбалась мне.

Она совсем не видит во мне соперницу, − с горечью констатировала я и, старясь сгладить неловкий момент, опустилась на коленки и быстро собрала рассыпавшиеся яблоки в одну из корзинок, которые валялись по всему саду.

− Возьми, − протянула корзину курьеру.

− Спасибо, − поблагодарил парень. – Тару я потом верну.

Он ушел, и Марго обратилась ко мне:

− Значит, ты новая хозяйка «Лисицы»?

− Видишь же, что никого, кроме меня, здесь нет, − невежливо ответила я, но тут же спохватилась.

А что, если она его сестра? Они оба так красивы. Точно! Вот я глупая, сама порчу о себе первоначальное мнение.

− Прости за резкость, − извинилась я. – Действительно, испугалась сильно, никак прийти в себя не могу. И, да, я Аглая, хозяйка салона «Лисица. Фамильяры на любой вкус».

− Моя невеста пожелала фамильяра, − развеял все иллюзии Дэймон.

− Очень хочу тигренка, − улыбнулась чаровница и обняла дракона за талию.

Надо взять себя в руки, надо успокоиться, надо унять сердцебиение. Что я, красивых мужчин не видела? Видела, конечно. Подумаешь, красавчик! А сильный какой…

− Хорошо. Проходите в дом, − пригласила, старательно отводя взгляд от изящной руки на мужской талии.

Я не помнила среди карточек Марианны тигра, поэтому не стала тратить время на поиски, взяла лист бумаги и карандаш.

Марго встала рядом со мной, а ее жених устроился в кресле, на подлокотнике которого развалился Филимон. Кот и не подумал спрыгнуть.

− Как тигренок должен выглядеть? – спросила я заказчицу.

− Забавным и добрым.

Меня немного удивило такое пожелание. Я предполагала, что она захочет свирепый вид для своего фамильяра.

− У Марго уже есть хряк, наводящий на всех ужас, − неожиданно сказал правитель долины Пекло, как будто мысли мои подслушал.

Набросала эскиз тигренка. Один, второй, третий.

Парочка молча наблюдала за мной.

− Мне нравится вот этот, − выбрала Марго третий по счету рисунок. – То, что надо.

Дэймон подошел к столу.

− Аглая, ты здорово рисуешь, − похвалил он мое творчество. – Училась живописи?

− В художественной школе. Можно сказать, животные и портреты – мой конек.

− Вот как? – заинтересовалась Марго. – Нарисуешь мой портрет?

Ну, кто меня за язык тянул! – обругала я себя. Мало того, что она невеста самого прекрасного в мире мужчины, так теперь я еще и портрет буду ее писать, на который потом ежедневно станет любоваться Дэймон.

− В свободное от работы в салоне время, − нашла я нужную формулировку. Вроде и не отказала, но свободное время для этой драконихи за год у меня вряд ли найдется.

− Дэймон, выйди, пожалуйста, − попросила Марго. – Свое пожелание относительно дополнительной черты для фамильяра я должна сказать Аглае наедине.

Правитель черных драконов насмешливо прищурился.

− Хорошо. Только учти, если задумала с помощью фамильяра шпионить за мной, мне придется его утилизовать.

Марго картинно надулась. А я была вынуждена признать, что даже с капризным выражением лица девушка удивительно хороша.

− Аглая, а ты помни, что за этого фамильяра плачу я, − добавил мужчина.

− Так чем наделить твоего тигренка? – спросила, когда дракон удалился.

− Мне нужно знать, что думает обо мне Вилс, − зашептала она мне прямо в ухо.

− Правитель белых драконов? – в изумлении уставилась я на нее.

− Тише ты, − шикнула Марго. – У драконов отличный слух. Он, − кивнула она на дверь, − может услышать даже оттуда.

− Так мы договорились? – уже без утайки громко произнесла дракониха.

− Договорились, − кивнула я.

Признаться, своим пожеланием она меня заинтриговала.

− Дэймон, можешь зайти, − крикнула Марго и подмигнула мне.

Черный дракон оплатил сразу весь заказ без всякого аванса.

После ухода парочки, я какое-то время продолжала стоять на одном месте. Что это было? Моя внезапная влюбленность, кокетливая Марго, которая, кажется, интересуется вовсе не своим женихом.

− Аглая, ты еще не видела правителей красных и белых драконов, − прервал мои думы Филимон.

− Ты сейчас к чему это говоришь?

− К тому, чтобы ты не зацикливалась на черном драконе. Есть и другие варианты, не хуже и свободные от обязательств.

− С чего ты взял, что я зациклилась?

− Пока Дэймон был тут, ты постоянно на него пялилась.

Хотела было возразить, но не стала. Ведь Филимон говорил правду. А я вела себя, как полная дурочка. Сразу показала мужчине свое обожание. Еще и с дерева свалилась. Нет, ну точно кретинка.

Отправилась на кухню готовить обед себе и коту. Хорошо, что Бранк подсказал насчет службы доставки. Теперь продуктовых запасов хватит минимум на неделю, даже с учетом, если иногда у меня будут питаться Гриш с Тамарой. После знакомства с ними, я уже не возражала подкармливать студентов, как это делала Марианна.

На кухне, конечно, предстояло навести уборку в самое ближайшее время. Тут, как и во всем доме, царил полный беспорядок.

Себе пожарила картошки, а Филимону сварила курицу.

− Я раньше нормально питался только в твоем музее, − признался кот, тщательно вылизывая миску. – Марианна плохо готовила. Иногда вообще меня покормить забывала.

− Не понимаю, как она вообще такая неумеха замуж вышла.

− На каждый товар свой покупатель, − философски заметил кот.

Наевшись и немножечко придя в себя после встречи с мужчиной мечты, прямо-таки загорелась желанием приступить к работе.

− Сейчас все и решится, останусь я на Фортуне или отправлюсь в утиль, − сказала Филимону и прикрепила собственноручно сделанный рисунок гиены на колесо.

− Не забудь желание заказчицы.

− Точно. Спасибо, что напомнил.

Сверилась с журналом, чтобы правильно воспроизвести нужные слова.

− Ты должна уметь читать мысли мужа своей хозяйки, − произнесла я и нажала на рычаг.

Примерно с полминуты ничего не происходило. От напряжения у меня так дрожали коленки, что пришлось сесть и придерживать их руками.

Но вот колесо закрутилось. Сделало один оборот, два. И вмиг затянуло рисунок в невидимое жерло. Колесо вращалось настолько быстро, что от мельтешения начинала кружиться голова. Затем оно стало останавливаться. Я всматривалась в его центр и деревянные фигурки, но не видела ни рисунка, ни готового фамильяра. Колесо встало.

− Филимон, ничего нет, − обреченно констатировала я.

У меня были сомнения, но все-таки до сей секунды надеялась, что являюсь преемницей хозяйки салона «Лисица. Фамильяры на любой вкус».

− Подожди паниковать. Видишь, центральная часть круга еще темная, не понять, что за ней. Сразу появляются только мелкие экземпляры. На создание более крупного требуется время.

Только бы Филимон оказался прав, только бы оказался прав, − начала я нервно раскачиваться и гипнотизировать остановившееся колесо.

− Мамочки! – взвизгнула, когда из непонятного пространства на стол выскочила гиена.

− О, страшненькая какая. Как и хотела клиентка, − заметил Филимон.

Гиена потянула носом.

− А она нас не съест? Хищник все-таки, − поискала я глазами, что может сгодиться на случай обороны.

− Аглая, фамильяры не животные, а духи. Они не едят ничего. Не бойся, никто никого не съест.

− Успокоил, − приободрилась я.

− Иди сюда, − позвала я гиену. – Освобождай место. Мне еще белку с тигром делать.

Гиена послушно спрыгнула со стола, понюхала меня, Филимона и направилась к выходу из кабинета.

− Она не убежит? – испугалась я.

− Нет, − уверенно ответил кот. – Они всегда сначала дом изучают, иногда в сад выходят, но за ворота никогда.

− А. Пусть тогда идет.

Следующим фамильяром стала пушистая большеглазая белка. В отличие от гиены, она не стала ничего изучать. Прижалась к Филимону.

− Ты ей понравился, − улыбнулась я.

− Пугливая какая, − проворчал кот, но отталкивать белку не стал.

Тигренок получился очень хорошеньким. Малыш доверчиво заглядывал в мои глаза и облизывал мне ладони. Я даже захотела оставить его себе.

Скоро должен появиться Бранк. Подумала, что надо красиво уложить волосы, хотя бы немного скомпенсировать отсутствие приемлемого наряда. Но, вместо того, чтобы причесываться, побежала на кухню, откуда раздался грохот падающих кастрюль.

− Филимон! – потрясенно застыла я. – Ты же говорил, фамильяры не едят ничего.

Гиена сидела на полу и доедала курицу, которую я приготовила с расчетом на два дня.

− Она даже кости съела, − обиженно произнес кот.

− Как думаешь, мы должны сказать об этом ее хозяйке? – поглаживала я белочку, жавшуюся к моей груди. Ни она, ни тигренок интереса к еде не проявили.

− Бранк, я быстро. Загляну только к соседям, − попросила подождать своего нового друга, когда он зашел за мной.

− Малинка, а кто это яблоки у тебя в саду ест? – успел он заметить гиену.

− Фамильяр попался бракованный, − хмыкнула я. – Его завтра забрать должны.

Дом, в котором жили Гриш с Тамарой внешне выглядел значительно меньше моего, как и территория вокруг. Для сада места здесь не оставалось.

− Аглая, привет! – открыла дверь Тамара.

Как и накануне, девушка была одета во все черное.

− Привет! Я решила на праздник посмотреть. Вы пойдете?

− Нет, − расстроенно сказала девушка. − Гриш приболел, не хочу его одного оставлять.

− Что-то серьезное? Может, нужна помощь?

− Нет. Не волнуйся. Просто легкая температура. Ты иди, Аглая. Повеселись. Для тебя ведь все в новинку, а мы с Гришем можем разок и пропустить.

Попрощалась с соседкой и поспешила к Бранку.

− Аглая! – окликнула меня Тамара.

Я обернулась.

− Спасибо за кекс.

− Пустяки.

Посвящение студентов первокурсников праздновалось в долине Зноя широко, шумно, весело. Бранк привел меня на большую площадь, украшенную скульптурами драконов. Обратила внимание я и на плиты, уложенные под ногами по всей площади. На каждой плите рисунок дракона. Не увидела ни одного одинакового.

Меня охотно приняли в кружок друзей Бранка. И никто не обращал внимания на мой наряд. Я танцевала вместе со всеми, пыталась подпевать словам незнакомых песен и громко подбадривала первокурсников во время свершения обряда посвящения. Студентов новичков позвали на сцену, разделили на кланы в зависимости от цвета волос и вылили на них каскад воды. Предполагалось, чей клан окажется самым мокрым, тот факультет и станет лидирующим на ближайший год.

Деканы тоже участвовали в посвящении. Галия лишь слегка намочила руки, видимо, не желала остаток вечера проводить в сырой одежде, а вот Холиус и Краус вымокли изрядно. Декан факультета Молния вообще раскинул руки, как будто призывая водный поток на себя, за что получил всеобщее одобрение в виде аплодисментов от студенческого братства.

Ректор Теренс наблюдал за всем происходящим с высокой трибуны для гостей.

Счастливый и мокрый Бранк спустился со сцены.

− Держи, − протянул он мне деревянную дудочку-рожок.

Такие рожки были почти у каждого студента, они дули в них, добавляя шума в общую какофонию звуков. Я тоже стала дудеть.

Зачем только посмотрела туда? На самом деле я смотрела на Холиуса. Мне было интересно, останется декан факультета Пекло в мокрой одежде или уйдет переодеваться. Он направился в сторону беседок, облюбованных более взрослыми драконами. Молодежь держалась ближе к сцене и выступающим артистам.

Из одной беседки навстречу Холиусу вышел Дэймон. Я никогда не влюблялась раньше, поэтому не могла быть уверена, что это то самое чувство. Но точно знала, что никогда еще мое сердце не откликалось так ни на одного мужчину.

Вслед за Дэймоном появилась Марго. Ревновать к совершенству было бессмысленно. Дракониха опережает меня на сто очков по всем параметрам. Более того, вместо неприязни или зависти, я испытывала к ней симпатию.

− Правитель долины Пекло, − проследил за моим взглядом Бранк.

− Да, я знаю. Он сегодня купил в салоне фамильяра для своей невесты.

− Не того случайно, что ел яблоки? – засмеялся парень.

Тоже рассмеялась.

− Нет, фамильяр для Марго получился настоящим душкой.

− А, вот и Райн здесь, − указал Бранк на красноволосого мужчину, присоединившегося к троице черных драконов.

Я поняла, что имел в виду Филимон, когда характеризовал правителей двух других долин не менее привлекательными, чем Дэймон. Не знаю, как насчет Вилса, его я еще не видела, но Райн точно красавчик. Может быть, даже красивее Дэймона. Но только не для меня. Моя душа, мое сердце, мои мысли уже несколько часов кряду вращались исключительно вокруг черного дракона.

Я отвернулась.

− Сейчас будут разливать фирменный коктейль долины Зноя. Принести тебе? – спросил Бранк. – В нем нет сильного градуса, но он вкусный.

− С удовольствием попробую.

Он уже немного отошел, но обернулся.

Я помахала ему рукой и почувствовала, что-то не так.

Глаза Бранка расширились от ужаса.

− Малинка! – закричал он и бросился ко мне.

− Мамочки, − пискнула я, хотя хотела кричать во все горло.

Меня пытался разодрать перевертыш. Я представляла себе кого-то в виде панциреобразной черепахи, а вовсе не монстра. Панцирь действительно присутствовал. На огромном теле. Четыре лапы со стальными когтями также защищены панцирными пластинами, как и нос с глазами. Морда-лицо человечье, только с сильно вытянутой челюстью-пастью.

В жизни не видела ничего и никого страшнее.

От смерти меня спасла футболка. Перевертыш нацелился вонзить в мою грудь когти, но те зацепились за ткань. Следующего удара ему не дал нанести Бранк. Парень оттолкнул меня. Чудовище замахнулось на него и… все, свалилось замертво. Теренс. Его убил ректор Теренс. Проткнул голову то ли посохом каким, то ли палкой обычной.

Я сидела на земле, прижимая к груди части разорванной футболки и глядела на мертвого перевертыша с раскрытой пастью. Там были клыки, два ряда отвратительных желтых клыков.

Вокруг все что-то говорили, жестикулировали. Откуда-то появилось много людей с нашивками Бережь.

− Ты как, Аглая? – помогла подняться мне Марго.

− Не знаю, − честно ответила я.

Девушка размотала тонкий платок, повязанный поверх шаровар и отдала мне.

− Спасибо, − прикрылась я платком.

− Дэймон и Райн осматривают все вокруг. Когда они вернутся, мы проводим тебя домой.

− Хорошо, − даже и не думала спорить я.

− Лисица, говорил же, что от тебя проблемы будут, − подошел ко мне ректор вместе с Бранком.

− Твоего друга я уже допросил, теперь ты рассказывай.

− Не знаю откуда он появился. Заметила его, когда Бранк закричал.

− Я увидел, как он начал перевоплощаться, − пояснил друг.

− Спасибо тебе, Бранк, − поблагодарила я его. – Если бы ты меня не оттолкнул…

− Да, студент первокурсник, ты проявил себя должным образом. Такая реакция очень ценна для дракона. Но при этом ты подставился сам. Тебе надо научиться не только спасать товарища, но и выживать при этом самому.

Эту речь произнесла Галия. Я пропустила тот момент, когда она подошла вместе с деканами других факультетов, потому что глазела на правителей черных и красных драконов.

− Поблизости перевертышей нет, − сообщил Дэймон.

− Как он вообще мог оказаться на празднике? – недоумевал Райн. – Это ты его притянула, прекрасная незнакомка?

Красный дракон обращался ко мне. Он разглядывал меня, слегка прищурив на удивление голубые глаза. Даже мне, неопытной в делах амурных, было ясно, мужчина опасен для женщин. Наверняка, играется с ними, а потом выбрасывает из своей жизни за ненадобностью. Но также мне было ясно, что я могу не опасаться его внимания. Уже уяснила, фаворитками здесь являются раскрывшиеся драконницы. Сегодня на площади таких собралось много. Все ослепительные красотки. Девчонки, вроде меня, не могли составить им конкуренцию.

− Меня беспокоит, что никто не почуял его присутствие, − задумчиво сказал ректор. – И охрана его пропустила…

− Придумали новую защиту? – предположил Холиус.

− Похоже на то, − согласился Теренс. – Этого, − указал он охране на мертвого, − на экспертизу.

Бережь № 23 и Бережь № 30, хотя и выглядели крепкими мужчинами, с трудом подняли панциреобразного.

− А мне вот, что любопытно, − включился в обсуждение декан Краус. – Перевертыш собирался напасть на любого или он сознательно выбрал Аглаю?

До этой последней фразы я думала о том, что, если присмотреться, можно найти определенное сходство между отцом и сыном. Просто Райн явно следил за своей внешностью, а Краусу было наплевать, как он выглядит.

− Что?! – опешила я. – Специально выбрал меня?

− Может быть, он вообще не собирался ни на кого нападать, − не смотрел в мою сторону Дэймон. − Ясно же, что совершить подобное на площади при скоплении такого количества драконов, верная смерть. Думаю, это был разведчик. Но что-то спровоцировало его на трансформацию.

Мне было страшно от высказываемых предположений, но в то же время я отчетливо ощущала досаду. Почему Дэймон даже не смотрит на меня? Неужели я настолько ему неинтересна? Зато красный дракон пялился откровенно. И, если Дэймон старательно не смотрел на меня, я также старательно не смотрела на Райна.

Неожиданное легкое прикосновение заставило вздрогнуть меня.

− Не пугайся, − улыбнулась Марго. – Платок. Он слетел.

Она подняла упавшую с моих плеч вещицу. А я чертыхнулась. Так вот почему Райн нахально пялится, а Дэймон отводит взгляд. Футболка-то моя разорвана прямо на груди, и никакого лифчика под ней не имеется.

Поспешила прикрыться. Хотя, чего я парюсь? На Фортуне все девицы расхаживают почти полуголыми. На той же Марго надеты кофточка с приспущенными плечиками и прозрачные шаровары с провокационными разрезами до самых бедер.

Происшествие взбудоражило народ, но на ход праздника существенно не повлияло. Скорее, даже усилило накал всего мероприятия.

− Аглая, ты хочешь остаться? – спросил Теренс. – Могу приставить к тебе кого-нибудь из охраны.

− Я лучше пойду домой, − пропало у меня всякое желание веселиться.

− Мы с Дэймоном проводим, − опередила Марго ректора, намеревавшегося выделить мне провожатого. – Правда ведь, дорогой?

− Конечно, проводим, − согласился черный дракон.

Вот почему он сам этого не предложил?

− Я иду с вами, − вручил мне Бранк бокал, наполненный фирменным коктейлем долины Зноя. – Пей, Малинка. Все печали пройдут.

− Малинка? – неожиданно заинтересованно спросил Дэймон.

− Да. Это он меня так называет, − нехотя призналась я.

− А что, тебе подходит, − рассмеялась Марго.

Она взяла меня под руку, предоставив Бранку с Дэймоном всю дорогу до салона «Лисица. Фамильяры на любой вкус» болтать друг с другом.

− Аглая, я вижу, у тебя совсем нет одежды. Приходи завтра ко мне. Дорогу любой подскажет. Только спроси, как пройти к салону «Моды и красоты драконессы Марго».

Отлично. У нее еще и свой салон моды.

− Помогу тебе преобразиться и подобрать наряды.

− Марго, думаю, твой салон окажется мне не по карману.

− Глупенькая. Я предлагаю воспользоваться тебе услугами бесплатно.

Пристально посмотрела на дракониху.

− Тебе что-то нужно от меня?

− Нужно. Но об этом я скажу тебе завтра, − весело отозвалась она.

− А если я не соглашусь?

− Уверена, мое предложение тебя заинтересует, − перешла девушка на шепот, не желая, чтобы слышали мужчины.

− Кстати, твой тигренок уже готов. Почему бы тебе сразу не забрать фамильяра, раз вы меня к салону провожаете?

Марго радостно взвизгнула, отмахнулась от вопросительного взгляда своего жениха и опять шепотом спросила:

− А дополнительной чертой ты его наделила? Не забыла, что я просила?

− Не забыла. Твоя хищная кошка настроена считывать мысли повелителя белых драконов о тебе. Его ведь сегодня не было на празднике?

− Вилс не смог выбраться. У него проблемы на Леднике, − вздохнула Марго.

Так-так. Опять этот грустный вздох. Она влюблена в Вилса?

− Кто это? – изумился Дэймон при виде гиены, привалившейся к стволу вишни.

Она сидела на попе, смешно растопырив лапы в разные стороны и довольно щурилась. Морда при этом прищуре приобрела бесподобный оскал.

Мы с Бранком одновременно рассмеялись.

− Гиена. Мой первый выполненный заказ, − пояснила я. – Судя по всему, она наконец-то наелась.

− Фамильяр ест? – поразился Дэймон. – Первый раз о таком слышу.

Гиена приоткрыла один глаз и причмокнула губами.

− Выглядит так, будто она отправила нам воздушный поцелуй, − засмеялась Марго.

Я вывела из дома тигренка и после умилительной сценки обнимания полосатого фамильяра со своей хозяйкой, мои провожатые ушли.

− Аглая, уязвимые места перевертышей – лоб и хвост, − сказал мне на прощание Дэймон.

Он беспокоится обо мне? Или просто предупредил по-дружески?

− Гиена слопала почти все продукты, что ты сегодня заказала, − доложился мне Филимон. – Добралась даже до хлеба и съела мясо, которое ты размораживаться оставила.

− Надеюсь, клиентка заберет ее с самого утра, а то как бы она нас с тобой не съела за неимением другой еды.

− Может, на ночь запремся от нее в доме? – предложил Филимон. – Пусть на улице спит.

Я бы так и поступила, но гиена уже пробралась в мою комнату и устроилась на кресле. Все равно душно будет спать с закрытыми окнами, − подумала я и не стала прогонять ходячее недоразумение.

А ночью у меня случилась истерика. Проснулась от страшных сновидений. Во сне на меня наступала армия перевертышей. Я села на кровати и зарыдала.

− Аглая, ты что? – стал ластиться ко мне кот.

Обычно он так не делал, и его ласка немного уменьшила накал моих рыданий. Но все равно, слезы лились и лились.

− Почему со мной все это случилось, Филимон? Я не хотела этого. Не понимаю, на каком языке говорю, не понимаю, каким образом во мне поселился дракон. Почему эта тварь напала на меня? Что теперь с моим музеем будет? Как там Степанида Леонидовна без меня?

− Аглая, не плачь, все наладится. На некоторые твои вопросы и я смогу ответить. Ты говоришь на местном диалекте, и он единственный на Фортуне. Знание языка появилось у тебя в тот миг, когда дракон выбрал для себя твое тело. Ты оказалась в этом мире, и нужное знание пробудилось. Дракон сам выбирает для себя носителя. На Фортуне предполагают, что он поселяется в то тело, которое может справиться с трансформацией. Видишь ли, дракон не может существовать без человека, своего носителя. А насчет музея – если хочешь, я передам от тебя письмо Степаниде и заберу у нее ответное письмо.

− За письмо спасибо. Но все равно, я хочу домой.

Я продолжала плакать. Разбуженная гиена завертелась в облюбованном ею кресле, потянула носом. В темноте светились ее желтые глаза.

Может, она меня сейчас съест? – устало подумала я.

Но гиена есть никого не стала. Прямо с кресла она перепрыгнула на кровать и свернулась клубком на моих ногах.

− Ты вообще-то тяжелая, − проворчала я.

Гиена не пошевелилась. А у меня прекратилась истерика.

Утро началось с уже привычной трели дверного звонка. На этот раз я помнила, где нахожусь.

− Филимон, не знаешь, кто пришел? – спросила, с трудом разлепляя глаза.

− Студентка, для которой ты трусливую белку сделала.

− Почему трусливую? Нормальная она.

− Нормальные белки прыгают и скачут, а эта только и делает, что ко мне жмется.

− Она видит в тебе защитника, − польстила я коту.

− А где наш хищный экземпляр? – стала натягивать на себя джинсы с малиновой футболкой, так как других вариантов одежды больше не было.

− Мышей ловит.

По поводу наличия мышей в доме не удивилась. При таком бардаке, оставленным Марианной, было бы странным их отсутствие.

− Я думала, это твоя задача.

− А я ее делегировал, − нашелся кот с ответом.

Когда вышла из дома, гиена пролетела мимо меня, когда открывала калитку, бракованная фамильярка уже лопала мышь.

Белочка хозяйке понравилась, и мы распрощались довольные друг другом.

На завтрак ели с Филимоном творог, единственное, что осталось от вчерашней продуктовой закупки.

− За гиеной идут, − отвлекся кот от своей трапезы.

Я быстренько проглотила последние две ложки творога, запила чаем и помчалась к калитке.

− Заказ готов, − радостно встречала я давешнюю женщину.

Надеюсь, моя улыбка не выглядит фальшиво.

− Отлично. Мне не терпится познакомиться со своим мальчиком, − стала оглядываться она в поисках гиены.

Мальчиком?! – напряглась я. Разве мы обговаривали данную подробность? Сотворенная мною гиена точно девочка. А может, фамильяры бесполые? Хотя, тигренок для Марго определенно являлся парнем.

− Почему он не выходит?

− Ее можно приманить едой, − отважилась сказать я.

− У меня есть булочки, как раз по дороге сюда купила, − раскрыла гостья сумку и извлекла из нее пакет с булками.

Стала открывать его, и тут ее рука замерла.

− Подожди-ка. Что значит приманить едой?

Объяснять не пришлось. Обжора выскочила из-за кустов крыжовника, ловко ухватила булочный куль и скрылась с ним в доме.

Между мной и клиенткой повисло тягостное молчание.

− Что это было? – наконец спросила женщина.

− Она любит покушать.

− Она?

− Гиена – девочка.

− И мне, что? Придется ее кормить? По-настоящему?

− Зато такого фамильяра больше ни у кого нет. Один единственный… эксклюзивный на всю Фортуну, − подбавила я убедительности своему голосу.

− А ведь и верно, − согласилась и даже заулыбалась покупательница. – Девочка, иди ко мне, − закричала она, смиряясь и с половым признаком фамильяра.

В душе я ликовала. Вот ведь, оказывается могу выгодно прорекламировать товар.

Но моя радость была преждевременной. Гиена идти за предполагаемой хозяйкой отказалась. Скалилась и издавала такие жуткие звуки, что, будь я на месте заказчицы, сама бы отказалась от подобного компаньона.

Женщина и отказалась. Перезаказала себе енота. А гиену пришлось оставить пока в салоне.

Повесила на калитке записку – «Сегодня прием заказов во второй половине дня» и отправилась в салон «Моды и красоты драконессы Марго».

Дорогу мне подсказала Тамара. Она как раз выходила из своего дома.

− Гришу уже лучше, − сообщила девушка, − но учебу в Академии он сегодня пропустит. А я бегу на занятия.

Точно, − вспомнила я. Бранк говорил, что учебный год начинается сразу после набора первокурсников. Надо мне как-то отблагодарить Бранка за спасение. Я размышляла о подарке пока шла к Марго. Парень очень хочет фамильяра, но пока этот дар отпадает из-за его возраста. А вот нарисовать портрет мне вполне по силам. Решено. Подарю портрет.

− Аглая, как я рада что ты все-таки пришла, − открыла передо мной Марго двери своего салона.

Я огляделась. Чисто, светло. Удобные кресла и отполированная мебель. На столах множество тюбиков, баночек, флаконов. Но не в беспорядочном нагромождении, как у Марианны, а в соответствии с классификацией по назначению. Чуть поодаль от косметического рая – стойки с одеждой, обувницы и многоярусные этажерки для аксессуаров.

Сама Марго оделась сегодня в восточном стиле, добавив к наряду крупные украшения. Тигренок крутился тут же, подле ее ног.

− Готова преобразиться? – спросила она.

− Смотря, какой смысл ты вкладываешь в слово преобразиться. Измениться до неузнаваемости в мои планы не входит.

Марго рассмеялась.

− Аглая, ты очень хорошенькая и кардинальные перемены тебе не требуются. Но… подправить кое-что нужно.

Дракониха подвела меня к большому напольному зеркалу, где можно было видеть отражение в полный рост и встала рядом со мной.

− Что ты видишь? – спросила она.

− Себя и тебя.

− А кто кажется тебе красивее?

− Ты, конечно, − ответила, не задумываясь.

− Аглая, на самом деле, я прикладываю массу усилий, чтобы так выглядеть. Ведь быть красивой – большой ежедневный труд.

− А как же другие драконницы? Я видела вчера многих и ни одной дурнушки не заметила. Марго, ваш вид, я имею в виду раскрывшихся драконесс, отличается от обычных девушек.

− А вот и нет, − опровергла она мои слова. – Вся правда в том, что мы ЖЕЛАЕМ отличаться от обычных девушек и знаем секреты, как это сделать. Когда на Фортуне с девушкой происходит первая трансформация, более опытные драконессы берут ее под свое крыло и посвящают в секреты красоты.

− И ты хочешь поделиться секретом со мной?

− Хочу, − лукаво глянула на меня Марго. – К тому же, в твоем случае ничего особо делать и не придется. Так… самую малость.

Конечно, я хотела выглядеть как она, или как другие драконихи. Какая девушка не мечтает стать яркой и заметной? Вот только, что хочет взамен Марго?

Она поняла ход моих мыслей.

− Аглая, я все это затеваю, чтобы ты… увела у меня Дэймона.

В изумлении уставилась на нее.

− Чтобы я, что сделала?

− Увела у меня Дэймона, − повторила она.

− Но… я не понимаю.

− Аглая, тебе ведь он понравился, так?

− Понравился, − не стала я отнекиваться.

− Ты ему, очевидно тоже, − сказала она неожиданное.

От одного лишь такого предположения мое сердце разволновалось.

− Марго, не придумывай. С чего ты взяла?

− А с чего, думаешь, он так долго тебя на руках держал, когда ты с дерева свалилась? И отпустил, только когда я вмешалась.

− Что за глупости ты говоришь? – рассердилась я на нее за домыслы и ложные надежды.

− Ничего не глупости. Просто Дэймон порядочный и не признается в своих чувствах пока связан обязательствами со мной.

− Марго, объясни-ка все поподробнее. Мне пока трудно понять твои мотивы.

− Извини, я сама волнуюсь, вот и выходит сумбур. Понимаешь, о нашей свадьбе уже давно сговорились родители. Мы оба из влиятельных и обеспеченных семей, а Дэймон, как видишь, еще и правитель черной долины. Причем, никто не заставлял нас соглашаться, родители предложили, а нам тогда было все равно. Почему бы и нет? Объединим две влиятельные семьи, разделим власть и капиталы.

− Сколько вам было лет? – уточнила я.

− Двадцать. В наших телах только-только пробудились драконы. Это было так ново, так необычно, так здорово, что ни о какой любви и своих вторых половинках мы тогда и не думали. Все мысли занимал лишь наш новый статус драконов, новые возможности. Я и Дэймон знаем друг друга с детства. Когда родители предложили объявить нас официально женихом и невестой, мы подумали, что так даже неплохо. Но шли годы, я стала задумываться о семье и поняла, что хочу выйти замуж за любимого человека. А Дэймона я не люблю. Нет, не так. Люблю, но не как возлюбленного. Между нами нет даже влюбленности.

− Почему ты так уверенно говоришь за него?

− Аглая, девочки всегда чувствуют такие вещи, − с ноткой превосходства более опытной женщины произнесла Марго. – Дэймон верен своему слову и опрометчивому обещанию, данному родителям. И он не влюблен. Пока что, − многозначительно посмотрела она на меня. – И потому готов жениться на мне. Другой кандидатуры у него все равно нет, а родители настаивают на скорой свадьбе. Ведь нам исполнилось двадцать семь лет, самый возраст женитьбы и рождения потомства у драконов.

− А ты влюбилась в Вилса?

− Влюбилась, − как обычно при упоминании этого имени вздохнула Марго.

− А сказать родителям, Дэймону, что не хочешь за него замуж?

− Сказать я могу, но, понимаешь, над Дэймоном начнут насмехаться, что его бросила женщина. Он потеряет уважение среди драконов. Глава клана должен всегда твердо управлять своей долиной и крепко держать за руку свою женщину. А вот, если мы вместе объявим, что полюбили других, тогда другое дело. Никто не будет обижен или являться пострадавшей стороной. Такой расклад не подорвет ни его, ни мою репутацию.

− Марго, − осторожно начала я. – Допустим, все получится, как ты задумала. А что насчет Вилса? Прости, но до меня дошли слухи, что у него роман с Галией.

На красивое лицо драконихи набежала тень.

− Я тоже слышала об их… их симпатии, − предпочла она приуменьшить значение того, что возможно происходило между деканом факультета Ледник и правителем долины Айсбергов. – Не понимаю, что он мог найти в этой холодной ледышке? Но, знаешь, Аглая, у меня есть преимущество перед этой надменной драконницей, − воинственно заявила Марго.

− И какое же?

− Я моложе.

Мы рассмеялись, хорошо так, как давние подруги, у которых нет секретов друг от друга.

− Почему ты выбрала меня, Марго? Почему не какую-нибудь драконессу с Фортуны?

− Потому что я желаю Дэймону счастья. Потому что местные девушки видят в нем лишь лакомый кусок, добычу, гарант в мир власти и роскоши. Потому что я видела, КАК ты на него смотрела, когда еще не знала, кто он такой. Он понравился тебе сам по себе, а не из-за своих регалий. Потому что, Аглая, я впервые почувствовала его интерес к девушке. Он тобой заинтересовался.

Слушать ее было приятно. Я позволила себе немножко помечтать. Если бы такой мужчина ответил мне взаимностью, если бы полюбил меня, я готова ради него и в свой мир не возвращаться. Но…, всегда есть «но».

− Марго, ты кое-что забыла. Герцог Холиус однозначно сказал, что я уже не смогу выпустить своего дракона. Я не могу стать драконихой и родить Дэймону детей, как раз из-за чего, я так полагаю, ваши родители и торопят со свадьбой. Они хотят видеть наследников.

− Это не так устроено, − даже засмеялась она над моими словами. – На Фортуне у всех рождаются обычные дети, неважно дракон ты или нет. Никто не знает в каком теле поселится дракон. Разглядеть его можно лишь по достижении семнадцати лет.

− Марго.

− Да?

− Начинай преображать меня.

Кто бы мог подумать? Еще вчера я почти что ненавидела эту девушку, а сейчас готова довериться ей.

Она крепко обняла меня.

− Начнем с косметических средств, − решила Марго. – Вот этот воск отлично подойдет для твоих волос.

Она нанесла немного воска по всей длине моих волос и расчесала расческой с сильно загнутыми зубцами.

− Такая расческа подкручивает волосы, − объяснила моя наставница, − а воск придает им сияние и блеск.

− Надо же, всего пять минут, а прическа смотрится по-другому, − наблюдала я в зеркале за результатом манипуляций Марго.

− А я о чем? Несколько секретов – и ты королева! Я все дам тебе с собой, чтобы ты могла преображаться каждый день. Теперь – глаза. Они у тебя очень выразительные. Таким глазам должны помогать ресницы, а они у тебя так себе. Короткие и объема мало.

− У тебя есть чудо-тушь?

− Нет. Тушь как раз для обычных девчонок. А для нас экспресс-ресницы. Уникальная разработка одной нашей драконихи. Клеишь на специальный клей, такие реснички разбавляют то, что нам дано природой и выглядят вполне естественно, при этом удлиняют, распушают и делают цвет насыщенным без всякой туши.

− Их придется клеить каждый день? – забеспокоилась я.

− Совсем нет. Продержатся несколько месяцев. Ну, как тебе?

− Класс! Мои глаза стали больше.

− Видишь? Никаких кардинальных изменений, а эффект налицо.

Марго колдовала надо мной еще около часа. Подарила необычный блеск для губ, который держался на губах целый день, независимо от приема пищи или поцелуев.

− Со вкусом малинки, − подмигнула она мне.

Также я стала обладательницей прикольной жидкости для ногтей. Капля такой жидкости на ногте преобразовывалась в цветной лак. Можно было менять цвет лака хоть десять раз на дню.

Еще час мы потратили на выбор одежды и аксессуаров. Марго безошибочно определяла, что наиболее мне пойдет и придаст красок.

− Марго, ты сделала из меня шедевр, − любовалась я на свое отражение в зеркале.

− Согласна, вышло очень красиво. Я пришлю к тебе сегодня Дэймона. Он точно не устоит.

− Что значит пришлешь ко мне Дэймона? Зачем ему ко мне приходить? Я думала как-то постепенно, а не вот так сразу.

− Не волнуйся. Я всего лишь попрошу его узнать о твоем самочувствии после вчерашнего происшествия. Но с ним пойти не смогу, скажусь сильно занятой делами салона.

− Какая ты оказывается манипуляторша, − улыбнулась я ей, но тут же засомневалась. – Марго, а если ничего не выйдет?

− Надо верить в успех, − не очень уверенно сказала Марго. Причем мне показалось, что сомневается она в себе, а не во мне.

− Но мы хотя бы попробуем, − добавила моя уже подруга. − Иначе не узнаем. И только представь, если все получится, и ты, и я обретем свою любовь.

По дороге домой я зашла на рынок, о котором говорил мне Бранк. Рынок действительно располагался неподалеку от салона «Лисица. Фамильяры на любой вкус» и там можно было купить любые продукты. Пришлось рассчитывать еду с учетом гиены. Если не удастся пристроить нестандартный фамильяр в ближайшие дни, придется либо клянчить денег у Теренса, либо питаться одними фруктами с плодовых деревьев в моем саду.

Я ждала прихода Дэймона, то и дело подбегала к зеркалу, поправить и без того идеальную прическу, а сосредоточиться ни на чем не могла.

Когда раздался звонок в дверь, я была взвинчена до предела. Постаралась придать лицу скучающее выражение и открыла калитку.

− Вау! – так приветствовал меня правитель долины Молния.

За дверью оказался именно он, а вовсе не Дэймон. Я сразу расслабилась.

− А я и не разглядел тебя вчера, − ухмыльнулся Райн. – Ты, оказывается, та еще красотка!

Его откровенный взгляд смущал, но не трогал меня.

− Ты тоже ничего, − сказала я истинную правду.

Райн сощурил свои голубые глаза.

− Значит, ты иномирка? – спросил он.

− Райн, а зачем ты пришел? – не стала отвечать на вопрос, на который он и так знал ответ.

− Узнать, как ты чувствуешь себя после вчерашнего происшествия.

− Нормально чувствую. Перевертыш не успел поранить меня. Надеюсь, никогда больше не столкнусь с подобным чудищем. Ректор Теренс сказал, что им редко удается прорваться в долину Зноя.

− Тем не менее, как видишь, один прорвался.

Я хотела сменить тему, к тому же мне в голову пришла отличная идея.

− Райн, а тебе фамильяр не нужен?

− Хочешь сделать для меня фамильяра? – буквально промурлыкал красный дракон.

− Нет. Хочу предложить уже готового. Отличный экземпляр!

− Что ж, показывай свой готовый экземпляр.

− Гиена?! − изумился Райн, когда к нам приблизилось недоразумение, приманенное колбасой. – Оригинально.

У красного дракона загорелись глаза, и я решила не упускать шанса.

− Возьми, не пожалеешь. Ты, наверное, не знал, но у гиен самые мощные челюсти среди хищников. Она может преодолеть расстояние в пятьдесят километров за несколько часов. Очень выносливая. Она тебе и в сражении пригодится, − пела соловьем я, − ведь гиена на раз перекусывает человеческую кость, ест и рожки, и ножки, не оставляя отходов.

Вот и пригодились мои знания по зоологии. Райн выглядел весьма заинтересованным.

− Так, что? Берешь?

− Пожалуй, от такого фамильяра я бы не отказался.

Да! Да! – радостно вопила я про себя, стараясь сохранять невозмутимость на лице. Главное сейчас выпроводить гиену вместе с Райном. За ним-то она согласится идти? Все-таки девочка, почувствует сильного самца.

− А какая у нее дополнительная черта? – прервал мои благостные мысли дракон.

Мамочки. Об этом-то я и забыла. Гиена наделена способностью читать мысли мужа! Ведь этого желала клиентка. Что делать? Не могу же я такое озвучить Райну. Он тогда решит, что я все это время издевалась над ним. Да за такое он меня и уничтожить может. Соврать? А если узнает, что соврала? Тогда точно уничтожит.

− Извини, Райн. Я погорячилась. Не отдам тебе гиену.

Так мне трудно было произнести эти слова. Но ничего не поделаешь. Буду привлекать к покупке гиены замужних дам, кому-нибудь обязательно захочется знать мысли своего мужа.

Райна удалось выпроводить благодаря заказчикам. Они шли буквально один за другим. Я погрузилась в работу и волнение по поводу возможной встречи с Дэймоном отошло на второй план.

Засыпала я с мыслями о Дэймоне. Он так и не пришел. Не захотел? Не смог? С чего бы ему слушаться Марго и навещать меня? Ничего я ему не понравилась. Черный дракон и не думает обо мне нисколечко.

Так и терзалась до тех пор, пока Морфей не сжалился надо мной и не унес в царство сновидений.

Проснулась рано, цепляясь за остатки сна. Но не смогла вспомнить, что снилось. За окошком только-только начинало светлеть. Проснулась я не по своей воле. Бракованная фамильярка забралась на полку кухонного шкафчика и залезла в банку с сушенными абрикосами, оставленными еще Марианной. Гиена на полочке не удержалась и свалилась вместе с банкой. Следом полетели кружки, блюдца, бокалы. Грохот стоял такой, что мы с Филимоном не могли не отреагировать.

− И что мне с тобой делать? – вытаскивала я из лапы обжоры осколок стекла.

Гиена поскуливала и в целом выглядела жалко. Не стала ругать ее.

− Рану надо обработать, − смочила тряпочку водой и приложила к довольно-таки сильному порезу.

А ведь я, как вселилась в дом, ни разу даже не подумала о медикаментах. Необходимо запастись лекарствами, бинтами, пластырями в ближайшее же время. А пока придется идти к соседям.

Мимоходом бросила на себя взгляд в зеркало. Ух ты! Марго определенно знает толк в наведении красоты. Я еще не успела умыться и причесаться, но мои волосы не спутались, как бывало обычно после сна, а лежали красивыми волнами. Пушистые ресницы и слегка припухшие губы за счет специального бальзама, нанесенного на ночь, делали меня очаровательной даже в столь ранний час.

Хлопковая пижама, состоящая из коротких шорт и обычной футболки, вполне могла сойти за домашнюю одежду или спортивный костюм, поэтому не стала переодеваться, чтобы не терять времени.

− У нас есть антисептик, − обрадовала Тамара.

Было неудобно беспокоить студентов в такую рань. Но на мой робкий стук, дверь открыли почти мгновенно. Тамара не выглядела заспанной, скорее наоборот. Одета, причесана, подкрашена.

− Ты только пришла или собираешься уходить? – спросила я, оглядев ее свежий вид.

− Мы с Гришем всегда рано встаем, − засмеялась она, вручая мне баночку с антисептиком.

− Ему лучше?

− Значительно. Он сейчас моется в душе. В Академию собрался вместе со мной идти.

Поблагодарила Тамару и поспешила обратно к пострадавшей.

− Аглая, − окликнула меня девушка.

− Да?

− К тебе Райн вчера заходил?

− Заходил.

Интересно, откуда она знает?

− Гриш в окно видел, − пояснила Тамара, будто подслушала мои мысли.

− Райн хотел узнать, все ли у меня в порядке после происшествия на празднике, − решила объяснить я девушке причину появления в моем доме красного дракона.

− А ты…, − Тамара замялась, − ты для него так преобразилась?

Заметила, значит, изменения в моей внешности. Я не хотела вражды с соседкой из-за необоснованной ревности и попыталась откреститься от подобного предположения.

− Нет, конечно, нет. К нему мой внешний вид не имеет никакого отношения.

− Ясно. А он еще придет?

− Не знаю. Я его не приглашала. Но Райн явно из таких, кто в приглашениях не нуждается.

− Если он придет, можешь мне знак какой-нибудь подать?

Еще одна влюбленная не в того парня, − улыбнулась я ей и пообещала просигнализировать в случае появления правителя красных драконов на пороге моего дома.

Когда обрабатывала лапу гиены, почему-то думала о том, что не слышала звука льющейся воды в доме студентов. А Тамара сказала, что брат в душе.

Несколько часов подряд принимала заказы и выдавала готовых фамильяров. Накануне в основном все просили милых котиков.

В кладовке у Марианны я нашла множество подстилок и лежанок. Выбрала одну наподобие манежа и на ночь поместила всех котеек туда. Так что они не разбегались по дому, и выдача происходила довольно споро.

Когда поток посетителей иссяк, и наступило затишье, принялась за портрет Бранка.

Карандашей, кистей, красок, бумаги и холстов разных размеров в доме имелось в избытке, соответственно проблем с выбором цветовой палитры у меня не возникло.

− Неплохо, − одобрил мою работу Филимон, когда я закончила. – Теперь можешь и покормить нас.

− Нас?

− Ну, твою страшилищу-то еще не забрали, − фыркнул Филимон и прошествовал на кухню мимо развалившейся на полу гиены.

Та подскочила и в два прыжка обогнала кота.

Животным выдала вареную курицу, себе же сделала суп из этой самой курицы.

Мы только успели поесть, как на кухне появился Бранк.

− Малинка, у тебя звонок на калитке не работает. И дверь открыта, − с укором сказал он.

− Звонок могла обезьянка-фамильяр сломать. Она, пока ее не забрали, на калитке все время крутилась. А дверь я специально открытой оставила. Надоело каждый раз из дома выбегать, когда заказчики приходят.

− А нас сегодня с занятий рано отпустили. Вот и решил навестить тебя.

− Молодец, правильно сделал, − искренне сказала я. – Есть хочешь?

− Очень.

Налила Бранку щедрую порцию супа.

Пока черпала половником из кастрюли и переливала суп в тарелку, гиена жадно следила за моими действиями. Пришлось вылить остатки супа в ее миску.

− Не получилось пристроить ее? – с сочувствием спросил Бранк.

− Пока нет. Но я не теряю оптимизма, − подбадривала сама себя.

На самом деле замужние заказчицы с энтузиазмом воспринимали заиметь возможность знать мысли супруга. Только просили наделить такой чертой фамильяра посимпатичнее. А гиену брать никто не хотел.

− Нравится тебе учеба? – переменила я тему.

− Мне все в Академии нравится. Малинка, тебе обязательно надо побывать в здании факультета Ледник. Ты не представляешь, насколько там нереально круто внутри!

− Занятия проходят в сугробах? – пошутила я.

− Очень смешно, − не обиделся Бранк. – Занятий у первокурсников еще не проводили. Вчера ребята со старших курсов все нам показывали и объясняли что к чему. А сегодня нас с преподавателями знакомили. Угадай, кто будет вести у моей группы боевую тактику?

− Галия? – предположила я.

− Не угадала. Боевую тактику мы будем изучать у самого правителя белых драконов, − гордо произнес Бранк.

− Значит, тебя можно поздравить с тем, что теперь ты не просто ученик Академии, но и в группе избранных студентов?

− В элитной группе, − по-детски радовался и раздувался от осознания собственной значимости мой друг.

− Что ж, студент элитной группы, по такому случаю, позволь, вручить тебе подарок.

− Подарки я люблю, − заулыбался Бранк. – Что ты мне подаришь?

− Ты доел суп? – посмотрела в его пустую тарелку. – Тогда идем в мой кабинет.

− Малинка, ты нарисовала мой портрет? – восхищенно рассматривал он полотно. – Я здесь такой…, такой…

− Мужественный, − подсказала я. – Извини, получилось немного отдаленно от оригинала. Но я тебя вижу именно таким.

− Малинка, ты что? Получилось супер! А то, что на портрете я выгляжу старше…, так даже лучше. Мне очень нравится! Огромное тебе спасибо.

В порыве благодарности Бранк крепко обнял меня.

− Простите, что помешал.

Мамочки… Дэймон.

− Аглая, у тебя звонок на калитке не работает.

Дэймон немного помолчал, рассматривая портрет Бранка и добавил:

− И дверь открыта.

− Знаю, − пискнула я. – Тебя Марго прислала?

− Нет. Я ее еще не видел, − перевел черный дракон взгляд с холста на мои руки, обнимающие Бранка за талию. − У меня были дела в своей долине.

Высвободилась из объятий юноши, не зная, что и сказать. Зато Дэймон знал.

− Я зашел узнать, как ты себя чувствуешь после происшествия на площади. Вижу, − он слегка усмехнулся, − у тебя все хорошо.

И ушел. А я чувствовала себя полной дурой. Надеюсь, Дэймон не подумал, что мы с Бранком пара. А вдруг подумал? Нет, не мог он так подумать, ведь Бранк еще подросток и на несколько лет младше меня. Ну почему дракон появился именно сейчас? Нет бы чуть раньше или чуть позже, так нет же, аккурат в тот миг, когда Бранк меня обнял.

Друг, прихватив свой портрет, ушел вслед за Дэймоном, а я принялась заполнять заявку на драконью доставку продуктов.

Поинтересовалась у кота:

− Филимон, тебе что заказать? Курицу или рыбу?

− Лучше индейку.

− Индейку? – удивилась я. – Помнится, когда ты питался в музее, то индейку не жаловал.

− А я и не прошу у тебя индейки, − зевнул кот. – Рыбу мне.

− Хорошо. Значит, пишу рыбу.

− Рыба тоже сойдет, но индейка все-таки лучше.

− Ты же только что сказал, что индейку не любишь, − с подозрением глянула я на кота.

Перегрелся он, что ли, на солнышке?

− Аглая, что ты заладила – индейка, индейка. Не люблю я ее.

− А кто же тогда со мной сейчас говорил? – недоуменно оглядывала я свой кабинет.

− Погоди-ка, − открыл глаза Филимон.

До этой минуты кот пребывал в состоянии сладостной полудремы.

− С тобой кто-то говорит? – спросил он.

− Да. Я думала это ты сказал – «рыба тоже сойдет, но индейка все-таки лучше».

− Аглая, ты попала. Нет, не так. Мы попали. Это наша страшилища разговаривает. Поскольку я ее не слышу, она установила с тобой мысленный контакт. А раз так, страшилища в тебе хозяйку признала и теперь ни за что, ни за кем другим не пойдет. Не избавиться нам теперь от нее.

Уставилась на гиену. Фамильярка разлеглась в мягком лежаке и делала вид, что спит.

− Попроси лохматого не называть меня страшилищей, − услышала я в своей голове. – Мне не нравится.

− А как тебя называть? – вслух ошарашенно спросила я.

− Мотя, − тоже вслух ответила гиена.

− Но я собиралась продать тебя, Мотя. Даже задумывалась над тем, чтобы просто отдать в добрые руки.

− А мне здесь нравится. Так что я с вами останусь.

− Поздравляю, Аглая, − промурлыкал Филимон. − У тебя теперь есть свой личный фамильяр.

На следующий день после занятий ко мне прибежала запыхавшаяся Тамара.

− Аглая, пожалуйста, пойдем со мной в кафе. Оно здесь, неподалеку, прямо возле рынка.

− Кафе? – удивилась я. – Тамара, я еще столько не зарабатываю, чтобы в кафе питаться.

− У меня тоже денег мало, − зачастила девушка, − но на две порции мороженого для себя и тебя хватит.

− Хорошо, я схожу с тобой. Только объясни, отчего такая спешка.

− По дороге объясню, − буквально выдернула она меня за дверь.

− Мотя, приглядывай за новенькими фамильярами, − мысленно напутствовала гиену.

− Я не нянька, − прилетело от обжоры.

− А тебе пирожное из кафе принести?

− Так уж и быть, пригляжу. Пирожное с шоколадом хочу.

Улыбнулась. Пусть фамильяр мне достался и необычный, зато на него имеется прекрасный рычаг воздействия. За еду Мотя готова и нянькой побыть. В целом, все фамильяры, которых я изготавливала, вели себя спокойно и особо не напрягали. Прятались где-нибудь в доме в ожидании своих хозяев. Но могли и забраться куда не следует.

− Тамара, так ты скажешь, почему мы чуть ли не бежим в кафе? Не поверю, что все ради того, чтобы насладиться мороженым.

− Там будет Райн, − прояснилась причина волнения девушки. – Я, когда из аудитории с последней лекции выходила, услышала, как он с деканом Краусом договаривался в этом кафе перекусить.

− Прекрасно. Только ты ведь могла позвать с собой Гриша или кого-нибудь из подружек. Или вообще одна пойти. Компания тебе зачем?

− И как бы это по-твоему выглядело? Приди я с Гришем, Райн в мою сторону и не посмотрит. Подружки сами начнут ему глазки строить. Да и на одну меня он не обратит внимания. Все знают, со студентками правитель красных драконов не связывается. А вот если рядом будешь ты, Аглая, уверена, Райн пригласит нас за свой столик или подсядет к нам.

− Откуда такая уверенность?

− Ты новенькая в долине Зноя. И не просто новенькая, а иномирка. Еще и хозяйкой популярного салона оказалась. Понимаешь, ты сейчас вызываешь у всех большой интерес, и Райн не исключение. Только, Аглая, пообещай мне кое-что, − остановилась Тамара у входа нужного заведения.

− Какого обещания ты от меня ждешь?

− Помоги мне завоевать сердце красного дракона.

− Если это будет в моих силах, помогу, − с легким сердцем пообещала я, хотя и не представляла, что могу сделать в данной ситуации.

Декана Крауса и его сына увидели сразу. Трудно было бы не заметить таких колоритных персонажей. Красноволосые мужчины заняли удобный столик в небольшой нише. Они оживленно беседовали и вроде бы не обращали внимания на то, что происходит вокруг.

− Сядем вот сюда, − выбрала Тамара столик, исходя из того, что Райну, во-первых, будет нас видно, во-вторых, если он соберется уходить, то обязательно пройдет мимо нашей дислокации.

Мы заказали мороженое и стали потихонечку есть.

− Аглая, кушай так, чтобы в креманке что-нибудь оставалось. А то, если мы быстро все съедим, официант заберет пустую тару, и будет странно продолжать оставаться сидеть за пустым столом, − понизила голос до шепота Тамара.

− Чувствую себя заговорщицей, − смаковала я холодное чудо под названием «соленая карамель» и, по правде говоря, совсем не думала о Райне.

Мне просто нравилось находиться здесь в компании Тамары и наслаждаться новым для меня вкусом. Поэтому и не просекла, когда дракон поднялся со своего места и оказался возле нашего столика.

− Аглая, ты так чувственно ешь это мороженое, что я тоже решил угоститься десертом, − бархатисто прозвучало у меня над головой.

Мурчит, словно кот, − подумала я, но вслух дерзить, конечно, не стала. К тому же Тамара подавала мне явственные сигналы. Отдавила всю левую ногу.

− Райн, присоединишься к нам? – вынужденно спросила я.

− С удовольствием, − вальяжно устроился дракон на свободном стуле.

− А твой отец? – проявила я вежливость.

− У декана Крауса на сегодня еще много дел, − с интересом смотрел на меня Райн.

От его пристального взгляда я неловко зачерпнула ложкой сразу большую порцию лакомства. В результате испачкала губы.

Хорошо, что дракона отвлек официант, и он не увидел стекающей молочной дорожки по моему подбородку. Успела вытереть.

− Вкусно, − сказал красноволосый, попробовав манговый сорбет. – Но я готовлю вкуснее.

− Сам готовишь мороженое? – заинтересовалась я.

− А в этом нет ничего сложного. Сливки, желток, сахар, молоко, − стал перечислять Райн ингредиенты.

− Я думала мороженое из сухих смесей делается.

− Ненатуральное, да. Кстати, самое вкусное получается, если в молоко добавить однородную смесь из какао, масла и сгущенки.

− Выходит, ты знаток мороженого, − поддерживала я беседу, так как Тамара все это время молчала.

Складывалось впечатление, что она потеряла дар речи при виде своего кумира. А мне теперь отдуваться за нее.

− Аглая, приглашаю тебя в свои владения на дегустацию, − вдруг сказал Райн. – Сможешь лично убедиться, насколько мороженое, сделанное моими руками, вкуснее того, что мы пробуем здесь.

Интересно, а я могу отказать правителю? Попробовала замаскировать отказ.

− Если честно, не очень люблю мороженое. А вот Тамара его обожает.

Пнула девушку под столом.

− Да, я его обожаю, − наконец-то отмерла она.

Не знаю, выкрутился бы Райн и пригласил бы Тамару, но его ответа нам услышать не довелось. В кафе буквально ворвался Гриш.

− Тамара, вот ты где! – стремительно подошел он к нашему столику.

Поздоровался со мной и драконом.

− Гриш, зачем я тебе понадобилась? – недовольно спросила его сестра.

− Затем, что ты умчалась из Академии и не слышала – нашей группе назначили вечернее занятие с деканом Холиусом. И начнется оно через пятнадцать минут.

− С Холиусом? – подскочила Тамара. – Аглая, извини, мне надо бежать. Если я не появлюсь, декан исключит меня из боевой группы.

Бросив напоследок полный сожаления взгляд на Райна, она убежала с Гришем.

Отлично. Оставила меня наедине с таким опасным мужчиной.

− Мне тоже пора, − засобиралась я.

Подозвала официанта, попросила упаковать мне с собой шоколадное пирожное. Надеюсь, Райн не объявит, что он спец не только по приготовлению мороженого, но еще и по шоколадным пирожным. Но он сказал другое.

− Аглая, я провожу тебя.

− А разве тебе не надо заниматься какими-нибудь важными делами? – безуспешно пыталась отделаться я от его общества.

− Аглая, идем, − сделал он вид, что не понимает моих намеков.

− Мне на рынок надо зайти, − вспомнила, что мне действительно туда надо.

По пути в кафе заметила, что на рынке в садовом павильоне продают саженцы груши. Тогда я не могла подойти к продавцу, Тамара торопила. Но сейчас ничто не могло остановить меня.

Райн отправился со мной.

Пусть идет. Дам ему нести саженцы. Сам напросился. От присутствия правителя красных драконов был и еще один прок. Торговец, узнав, кто к нему в павильон пожаловал, сделал приличную скидку. Можно сказать, десяток тоненьких, длинных и уже крепких деревцев груши я приобрела почти задаром.

− Райн, − окликнули дракона, как только мы вышли с территории рынка.

Замерла. Да что ж за невезение такое. Вчера он видел меня в объятиях Бранка. Сегодня я иду с Райном. В руках у нас саженцы. Не сомневаюсь, выглядим сейчас словно семейная парочка.

Решилась посмотреть на Дэймона. Он глядел на деревца в руках Райна. А тот беспечно пояснил:

− Аглая хочет посадить в саду грушу. Помог выбрать ей лучший сорт.

Мужчины ушли вперед. Наверное, обсуждать свои важные правительственные дела. А я была искренне рада увидеть Марго.

Драконница улыбалась мне.

− Аглая, ты такая молодец, − непонятно за что похвалила она меня.

− Наоборот, Марго. Я все провалила. Дэймон скорее всего думает обо мне, как о доступной и легкомысленной девице.

Марго задорно рассмеялась.

− Почему ты смеешься? – не поняла я ее веселья.

− Аглая, ты бы видела Дэймона вчера, когда он заявился ко мне, − понизив голос, сказала Марго. – Он был в бешенстве. Первый раз видела его таким. И это ты довела его до такого состояния.

− Да мы вчера перекинулись всего парой слов, − образумила я подругу.

− Аглая, милая, это не важно. Важно то, что он увидел, как ты обнимаешься с тем мальчиком, который спас тебя от перевертыша. А сейчас, своим появлением с Райном, ты еще больше подбавила огня в костер ревности.

Мне, бесспорно, нравились предположения Марго. Но, по-моему, она принимает желаемое за действительное. Так хочет пристроить Дэймона и устроить свое личное счастье, что переиначивает реальность.

Идти было совсем недалеко. А жаль. Не удалось подольше побыть вблизи с черным драконом. Этот мужчина волновал меня до дрожи в коленках. Мне трудно было ясно мыслить в его присутствии. И, если с Бранком и Райном я могла болтать о чем угодно, то в присутствии Дэймона теряла все свое красноречие.

Остаток вечера посвятила масштабной уборке в доме, оставив посадку саженцев на следующий день.

Чистила, скоблила, мыла. Гнать от себя напрасные грезы о правителе черных драконов не получалось. Как и любая влюбленная девушка, я мечтала.

Физический труд утомил настолько, что заснула быстро и крепко.

Утром услышала, как хлопнула дверь у соседей. Студенты собрались в Академию. Вышла им навстречу.

− Гриш, сможешь помочь после занятий выкопать ямы в моем саду? − спросила после взаимных приветствий. − Хочу грушевые деревья посадить.

− Не вопрос, − пообещал парень.

− Ты иди, − отправила брата Тамара. – Я тебя догоню.

Ей явно не терпелось узнать подробности окончания посиделок в кафе.

Гриш появился во второй половине дня. Я как раз закончила с новыми фамильярами. Дала соседу лопату и показала в каких местах копать.

Для высадки груш все уже было подготовлено. Деревца второй час стояли в ведрах, доверху наполненных водой. Корни должны были напитать весь саженец влагой. В отдельной банке лежали всевозможные ненужные железяки, которые я насобирала во время вчерашней приборки. Их потребуется высыпать на дно ямок. Плодовые деревья нуждаются в железе для образования хлорофилла. Все эти премудрости я знала от Степаниды Леонидовны. Женщина увлекалась садоводством, сажала груши, яблони в саду на территории музея. И я примерно представляла себе последовательность процесса посадки.

Гриш выкапывал седьмую по счету яму, когда из дома выскочили кот с гиеной.

− В догонялки играем, − послала мне мысленный сигнал Мотя и тотчас налетела на ведра.

Ведра стали падать. Из них ручьями потекла вода. Гриш, чтобы не намокнуть, отскочил в сторону. Но споткнулся о лопату и пролетел вперед прямо на меня. Сам он удержался на ногах, а я повалилась лицом в землю, пропитанную водой.

− Что тут происходит?

Мамочки. Только не он.

И что сподвигло Дэймона зайти именно в эту минуту? В ту самую минуту, когда я распласталась на мокрой земле. Когда весь мой чудесный голубой комбинезон и все лицо оказались измазанными в грязи.

Опять я оказалась перед мужчиной мечты в нелепой ситуации. Полный провал.

Дэймон протянул мне руку.

Я не спешила вкладывать в нее свою грязную ладонь.

− Аглая, я не боюсь испачкаться, − понял он причину замешательства и помог мне подняться. Затем спросил:

– Деревья собирались сажать?

− Грушевые, − зачем-то уточнила я. – Гриш мне помогал.

− А упала как?

− Мотя вёдра с водой опрокинула, Гриш об них споткнулся и налетел на меня.

− Мотя?

− Гиена. Ее так зовут.

− Ты дала ей имя?

− Она сама просила себя так называть.

− Аглая, хочешь сказать, что чужой фамильяр разговаривает с тобой? – с любопытством спросил Дэймон.

Руки моей он не отпускал, и я могла думать только об этом факте. Кажется, понимаю теперь Тамару, которая буквально глупеет на глазах, стоит ей увидеть Райна.

− Мотя решила стать моим фамильяром, − после продолжительной паузы все же ответила я.

Отлично. Теперь он будет думать, что я тугодумка.

Пока занималась самокритикой, Дэймон взял все под контроль.

− Гриш, копай дальше ямы, − распорядился он. – Аглая, ты отмываться. А я буду сажать деревья.

Вот так. Гриш послушно схватился за лопату, я послушно побежала в ванную комнату и пробыла там не менее часа. Пришлось тщательно промывать волосы, затем не менее тщательно укладывать их.

На комбинезончик с шортами, в котором, как мне казалось, я смотрелась очень мило, нанесла щедрую порцию порошка-пятновыводителя и замочила вещицу в воде. Заменила комбез сарафаном с рисунком в мелкий цветочек.

Удовлетворенная отражением в зеркале, отправилась покорять сердце правителя черных драконов.

Но в саду никого уже не было.

Ушел, − расстроилась я.

Десять саженцев приживались на новом месте. Вокруг них аккуратно утрамбовали землю. Лопату, садовые ножницы и пустые ведра убрали в сарай, не оставили валяться на земле.

Эх… Не довелось увидеть, как сам правитель долины Пекло сажает деревья.

Собралась закрыть калитку, но ее отворили со стороны улицы.

Дэймон вернулся. С большим пакетом из плотной бумаги.

− Аглая, куда поставить? – спросил он.

− А что это?

− Груши. Твои деревца еще не скоро начнут плодоносить. Так что принес тебе уже готовый продукт.

− Ты купил мне целый пакет груш?

− Купил, – спокойно ответил он.

− Дэймон, а зачем ты вообще приходил?

− Сообщить, что раз в неделю будешь посещать занятия по боевой тактике и тренироваться с группой студентов, которых курирую лично я. Теренс уже распорядился выписать тебе пропуск в Академию.

Вспомнила слова Бранка о том, что правители драконов ведут занятия лишь у избранной группы студентов. Друг сказал тогда – элитная группа.

− А я разве подхожу для таких занятий?

На самом деле мне было все равно подхожу я или нет. На самом деле мне хотелось вопить от восторга. Ведь у меня появляется возможность видеть Дэймона. Но все же не спросить я не могла.

− Не подходишь, − честно ответил дракон. − Но, Аглая, не нравится мне, что перевертыш тогда на площади возле тебя появился. Его никак не должно было там быть. Они осторожные и на верную смерть никогда не идут.

− Я буду учиться боевым приемам?

Дэймон скептически оглядел меня.

− Аглая, ты такая хрупкая и…, − он замолчал, но все-таки добавил, − и нежная. Я бы и близко тебя не подпустил к тренировкам. Но придется. В случае нападения хотя бы сможешь сдержать перевертыша до прихода подмоги.

Дэймон заботился о моей безопасности. А еще он принес мне целый пакет груш.

Долго еще после его ухода пребывала в мечтательном дурмане. Я так влюбилась, что совсем не думала о перевертышах. Эти монстры существовали где-то там, а случай на празднике сейчас казался мне каким-то неправдоподобным.

Очнулась от звука довольного похрюкивания. Это Мотя его издавала в ответ на мои действия. Гиена воспользовалась моей рассеянностью и сейчас лежала на спине, а я гладила ее пузо.

− Ведешь себя, словно ты – домашняя собачка, − попеняла я ей.

− Сама же говорила, что я бракованная, − прилетело в ответ.

И не поспоришь ведь.

− Аглая, − привлек мое внимание Филимон. – Ты письмо подготовила? Могу в музей переправить.

− Я его еще вчера написала. Подожди, принесу.

Текст письма обдумывала долго. Рассказать правду? Никто не поверит. Степанида хотя и видела процесс моего исчезновения, скорее всего решит, что я ее разыгрываю. Или разволнуется, или обидится.

В результате остановилась на объяснении без конкретики.

«Дорогая, моя незаменимая Степанида Леонидовна, буду отсутствовать целый год», − так начала свое не письмо, а скорее записку. − «Но я не бросаю тебя и музей на произвол судьбы. Совсем скоро из Калуги приезжает моя двоюродная сестра Таня. Ты ее хорошо знаешь. Татьяна пошла по моим стопам и в этом году поступила в университет Культуры на факультет музейного дела. Таня будет жить в моей квартире. Ключи у нее есть, я отдала ей комплект, когда она приезжала подавать документы в вуз. Сестра очень хотела поработать в музее. Пожалуйста, помоги ей освоиться. На моем рабочем компьютере найдете все необходимые папки, касающиеся ведения дел. И попроси Камиллу Рамазановну оформить Татьяну по всем правилам на полставки. Подробности расскажу при встрече.»

Я очень надеялась, что женщины справятся в мое отсутствие. К тому же и Степанида, и Камилла, наш бессменный кадровик и бухгалтер в одном лице, отлично знали свое дело. А Танюша девушка активная, с хорошими организаторскими способностями и постоянно фонтанирующая идеями. Так что музей оставался в надежных руках.

Сложила свое послание треугольничком, распространенным в полевой почте, и закрепила его на шее кота с помощью ремешка, найденного в доме.

На следующий день ко мне пожаловал Бережь № 5. Он уже приходил раньше, один раз – проверить, как я справляюсь, второй – забрать выручку.

− Распишись в получении пропуска, − выдал мужчина мне пластиковую карточку, но не обычную прямоугольную, а в форме дракона.

Дракон был черным.

Вместе с карточкой он вручил мне листок с расписанием ближайших занятий по боевой тактике.

− Расписание может меняться, − предупредил посланец Теренса.

Бережь № 5 всегда вел себя со мной официально. Ни разу не улыбнулся. А я специально дразнила его. Вот и на этот раз не удержалась. Притворно вздохнула и сказала удрученным голосом:

− У меня неприятности.

− Что такое? – всполошился Бережь.

− Не знаю, смогу ли посещать занятия, − продолжала притворяться я. – Ведь мне совсем нечего надеть. Не тренироваться же в платьях?

− Тьфу ты, − разозлился мужчина. – Несешь ерунду какую-то.

Под мой смех, он поспешил прочь.

Смех смехом, но спортивной одежды у меня действительно не было, в связи с чем, как только выдалось свободное время, я навестила Марго.

− Боевая группа Дэймона? – широко улыбнулась подруга. – Аглая, ты делаешь успехи.

− Он просто хочет, чтобы я научилась навыкам самообороны.

− Ну да, конечно, − засмеялась драконница. – И почему-то совсем забыл сказать об этом своей невесте.

− Потому что, это для него ничего не значит, вот Дэймон и забыл тебе сказать, − расстроилась я, что так скорее всего и было. Нафантазировала себе небылиц.

− Не сказал, потому что решил скрыть. А раз решил скрыть, значит, чувствует себя виноватым передо мной.

− Думаешь?

− Уверена. А теперь, давай, подберем тебе подходящую одежду.

− Марго, не слишком ли? – с сомнением смотрела я на те вещи, что она выбрала для меня.

− Аглая, милая, мужчины любят глазами. Не сомневайся, − подмигнула она мне.

Сказать, что я произвела фурор на первом для меня занятии по боевой тактике, значит, ничего не сказать. Я произвела прямо-таки бомбический эффект.

Ну, Марго! Удружила, так удружила.

По расписанию тренировка значилась через день в вечернее время.

Попросила соседей сопроводить меня. Появиться впервые в Академии в одиночестве было как-то боязно.

− Аглая, мы не сможем тебя проводить, извини, − ответила Тамара. – Собираемся навестить родителей.

− О! – почему-то удивилась я, что у брата с сестрой имеются в наличии живые родители. – Где они живут?

− В долине, − кратко ответила девушка. – В долине Пекло, − добавила она через мгновение. – Мы ведь черные драконы.

Я вдруг поняла, что до сих пор так еще и не увидела ни одного настоящего дракона в его чешуйчатой сущности. Даже полет молодых драконов курьеров ускользал от меня.

− Малинка, конечно, я провожу тебя, − сразу откликнулся на мою просьбу Бранк.

До чего же мне повезло в первый день на Фортуне оказаться в той очереди рядом именно с жизнерадостным Бранком, а не с кем-то другим, менее коммуникабельным, открытым и легким на подъем.

И вот я захожу через высокие металлические ворота, предъявляю карту-пропуск и вливаюсь в студенческое братство. До этого мига Академию видела лишь со стороны. Теперь появилась возможность рассмотреть все поподробнее, в деталях.

Я глядела на центральное, самое большое серебристое и острообразное здание. Вблизи оно напоминало огромного дракона. Невероятно, неведомому зодчему удалось изменить правила художественной перспективы.

У моих родителей имелась книга-тренажер для глаз. Смотришь на картинку, изображение сливается, начинаешь удалять книгу от глаз, рисунок принимает очертания, становится узнаваемым. Еще припомнились полотна художника Малявина. Будучи школьницей, не раз отправлялась в Третьяковскую галерею только для того, чтобы поглазеть на выписанных художником женщин в ярких платьях и цветастых платках. Тогда я никак не могла взять в толк, почему, если встать рядом с холстом, не понять, что на нем изображено. Кажется, мазня мазней. Но стоит отойти подальше, перед тобой открывается целый сюжет. Завораживало.

Здесь же, на Фортуне, такая художественная перспектива приняла форму наоборот. И я опять не понимала, как такое возможно. Издали здание казалось обычной постройкой. Но сейчас я стояла возле него и видела огромного дракона. Более того, фантастическое создание окутывали капли искусственного дождя, и эти капли переливались стальным, серебряным и голубым цветами. Завораживало.

− Красиво, да? – заметил восхищение на моем лице Бранк.

− Не то слово.

− Этот корпус построили в память о серебряных драконах, − пояснил юноша.

− Серебряных драконах? – переспросила я.

− Да. Они жили на Фортуне очень давно и стали родоначальниками всех драконов. Но их вид уничтожили перевертыши.

− Как давно это случилось?

− Настолько давно, что никто из ныне живущих их не видел. Остались лишь легенды.

– А дождь символизирует слезы по ушедшему в небытие клану? – предположила я.

− Какая ты догадливая, Малинка, − подтвердил Бранк мою трактовку необыкновенной архитектурной задумки.

Мы пошли с ним дальше. Иногда останавливались, когда мой спутник встречал знакомых студентов. Большинство из них узнавали меня. Не удивительно. Слух о новой хозяйке салона «Лисица. Фамильяры на любой вкус» распространился по всей долине Зноя еще в первый день моего появления на Фортуне.

− Я учусь вон там, − указал Бранк мне на здание-айсберг. – Сейчас нет времени, но когда-нибудь я проведу тебе экскурсию по нему.

− Помню-помню, ты говорил, там нереально круто.

− Намного круче, чем там, − кивнул он на черное строение, к которому мы и направлялись.

− Вот как? – улыбнулась я на такое ребячество. − Значит, между факультетами существует вражда?

− Не вражда. Соперничество, − поправил меня Бранк.

− И кто ведет?

− По-разному. В прошлом году и по общим предметам, и по боевой подготовке всех обставили красные с Молнии.

Наверное, эта победа прибавила Райну самодовольства, − подумала я, глядя на зигзагообразную башню в виде молнии. Эффект молнии получился за счет применения цветного стеклянного кирпича. Я сразу узнала этот оригинальный строительный материал, так как в моем музее из него были выложены стены зала волшебного инвентаря фэнтезийных персонажей.

Из дверей башни-молнии вышла небольшая компания красноволосых студентов. Они смеялись и что-то оживленно обсуждали. Парни обнимали девушек за плечи или талию, а те, в свою очередь, отчаянно кокетничали. По манере поведения и внешней небрежности уже без труда определила, что эти студенты еще нераскрывшиеся драконы.

В отличие от тех, к которым подвел меня Бранк.

Я думала, мы идем в здание факультета Пекло, которое выглядело весьма стильно. Интересно, из чего оно построено? Шунгит? Черная архитектура привлекала. Только в условиях такой жары, какая царит в долине Зноя, представляю, как за день накаляются стены.

Но мы прошли мимо. Оказалось, идти надо к тренировочному полю черных драконов, которое располагалось чуть дальше. Догадаться, кто здесь тренируется было несложно. Во-первых, об этом извещала табличка при входе на поле, во-вторых, там уже находилась группа студентов. Человек пятнадцать. В основном – парни. Все с длинными черными волосами. Все в черной спортивной одежде. И Дэймон был там.

− Вот и Аглая, − сказал он, таким образом, представляя меня боевой группе.

Благодаря музею, где частенько приходилось проводить экскурсии для разной аудитории, стеснительностью я не страдала. Но держаться уверенно и с достоинством под пристальными и оценивающими взглядами угольно-черных глаз старшекурсников, стоило немалых трудов.

− Малинка, я на трибунах посижу, подожду тебя, − ободряюще пожал мне руку Бранк.

Парень не из робкого десятка, он уже доказал это на площади, когда оттолкнул от меня перевертыша. И сейчас, в присутствии полноценных драконов и их правителя, Бранк не выказывал неуверенности.

− Аглая, иди в раздевалку, − велел Дэймон. − Как переоденешься, присоединяйся.

− Я провожу, − вызвалась одна из студенток.

Дэймон промолчал, что было воспринято девушкой, как знак согласия.

− Меня Розой зовут, − представилась она. – Правитель уже сказал группе, что ты будешь заниматься с нами. И предупредил, чтобы мы тебя не калечили.

− Да уж, буду признательна, − хмыкнула я. – С какого ты курса, Роза?

− Четвертого. Мой дракон проявился этой весной, − горделиво произнесла она.

− А остальные?

− Все с четвертого и пятого курсов. Полноценные драконы. Правитель Дэймон нераскрывшихся на обучение в свою группу не берет. И попасть к нему очень трудно.

− Конкуренция?

− Да. Отбор в боевую группу правителя – просто жесть.

− Интересно, − удивилась я. – Бранк первокурсник, а его определили к Вилсу.

− Бранк – это тот блондинчик, что пришел с тобой? – уточнила Роза.

− Да.

− Иногда правители делают исключение. Видимо, у твоего друга мощный потенциал. Или…

− Или? – не понимала я, что драконница могла не договорить.

− Или он приглянулся Галии, и она попросила Вилса взять его в группу. Правитель белых драконов испытывает к деканше некую слабость, − хихикнула Роза.

− Ясно.

− Это женская раздевалка, − открыла девушка дверь в помещение под трибунами. – Можешь оставить одежду в любом шкафчике.

Я сняла платье и облачилась в один из самых приличных костюмчиков, что подобрала для меня Марго – короткий кроп-топ с рукавами и шорты-велосипедки. Не прогадала, выбирая на первое занятие одежду черного цвета. Так я не буду выделяться от остальных. Вот и Роза одета почти в унисон со мной – черная майка, черные лосины. У нее волосы были подняты в высокий хвост, решила сделать также.

– Роза, а почему в группе всего три девушки? – спросила, закручивая резинку на волосах.

– Теперь четыре, – улыбнулась она.

– Ну, меня-то трудно назвать боевой единицей. Я скорее так просто, посмотреть.

– Раз правитель Дэймон позвал тебя, вряд ли даст отсиживаться. А девчонок мало… Невеста у него ревнивая. Марго не нравится, что он вообще девушек тренирует.

– Надо же, – искренне удивилась я информации о ревности Марго.

На трибунах появились зрители. Среди них заметила и герцога Холиуса. Он беседовал со студентом, но смотрел прямо на меня.

Будто съесть хочет. Или в утиль отправить, − мысленно усмехнулась я.

– Аглая, тренировка начинается с десятиминутной разминки. Повторяй за студентами, как сможешь и сколько сможешь, − поручил мне Дэймон.

Я кивнула и встала напротив Розы. Буду повторять движения за ней.

− Начали, − скомандовал правитель.

Мамочки! В то время, как я сделала два приседания, все остальные – десять. Кое-как отжалась два раза, остальные – двадцать. Вот это скорость!

Наклоны вперед. Что они творят? Я еле тянусь до мысков, а студенты дотрагиваются ладонями до земли, затем прогибаются мостиком назад. Нет, такого мне точно не повторить.

Выпад ногой вперед – правой, левой. Вроде бы несложно. Но сделать это с поднятыми вверх руками?

Упражнение на равновесие. Руки в стороны, одна нога выпрямлена, другая тянется вверх. Отлично, стою.

Во время этого упражнения один из парней, глядя на меня, вдруг покачнулся, чуть не опустил ногу, за что получил удар палкой по спине от Дэймона.

− Не отвлекаться! – рявкнул правитель.

Дальше мы побежали. Вернее, они побежали. Я-то думала, что неплохо бегаю и действительно напрягалась из последних сил. Но куда там…

Парни обгоняли меня, оборачивались и либо посылали воздушные поцелуи, либо показывали большой палец вверх. Мол – классно держишься. И каждый раз получали затрещину от Дэймона.

− Не отвлекаться! – кричал он на них. Правда при этом как-то нехорошо поглядывал на меня.

Когда десять минут всего лишь разминки истекли, ко мне подбежала Роза.

− Аглая, мне непременно нужен такой же костюм. Пожалуйста-пожалуйста, скажи, где ты его приобрела?

− Не разговаривать! Беречь дыхание! Быстро на позиции! Аглая, в центр поля! – давал распоряжения Дэймон.

Держась за правый бок и тяжело дыша, направилась, куда велели. А что там Роза говорила про мой костюм? У нее вроде и свой неплохой. Опустила глаза вниз, на топ и велосипедки. Лучше бы я этого не делала. Ну, Марго! Подружка называется. Понятно теперь, отчего парни со мной фривольничают, а девчонки смотрят жадным взглядом.

На моей полностью черной одежде расцветали красные сердечки. Да такие яркие! Прямо на груди, прямо в области интимной зоны. Вывернула шею назад. Всего, конечно, не увидела, но то, что на попе алели сердца, стало понятно и по фрагменту увиденного.

Откуда они взялись? Скорее всего, проявляются, когда начинаешь потеть. Креативно, конечно, но не к месту ведь, − злилась я на Марго.

Появление красных сердечек ненадолго выбило меня из реальности, и я пропустила важный момент. А именно тот миг, когда студенты и сам Дэймон приняли форму драконов. Я только почувствовала. Почувствовала, как осязаемо изменился воздух, уплотнился. Казалось, даже дышать стало тяжелее.

Мамочки! Сразу стало ясно, почему тренировочное поле такое огромное. Иначе драконам попросту негде было бы развернуться. Пятнадцать черных драконов рассредоточились по всему периметру. Шестнадцатый, самый крупный – в стороне.

Изумление, восторг, шок. Я забыла и о боли в боку, и о красных сердечках, не обратила внимания на большое количество зрителей на трибунах. Ведь передо мной самое потрясающее зрелище в мире – настоящие драконы. Они были разными. Покрупнее, помельче, с удлиненными мордами и приплюснутыми, с отличающимся строением лап.

Мне неожиданно стало тоскливо, что сама я не превращусь в такого красавца. Или это моя вторая сущность затосковала, почуяла своих?

Печаль моя быстро развеялась, стоило драконам сорваться с места. Они что, все летят в мою сторону? Запоздало задалась вопросом, зачем Дэймон поставил меня в центр поля?

Зачем-зачем? Я добыча, а эти чешуйчатые сражаются за то, чтобы заполучить меня.

Вот тебе и потренировалась…

Один дракон добрался до меня быстрее, подхватил лапами за талию. Я завизжала, когда он стал подниматься в воздух вместе со мной. Но это были только цветочки. Меня выхватил другой дракон. На него спикировал еще один. Они стали драться, а я зажмурила глаза. Висеть метрах в пяти над землей, зажатой в лапе дерущегося дракона… Хм-м, любителям адреналина точно зайдет.

Пока двое дрались, третий, более шустрый дракон, умыкнул меня. Так меня и выхватывали друг у друга. В какую-то минуту мне надоело бояться, и я перестала все время закрывать глаза. От тряски, ветра и скорости тошнило, в глазах мельтешило. Тем не менее я стала различать, что рисунок чешуи у каждой особи индивидуальный, заметила и разный цвет глаз. Интересно, отчего зависит изменение цвета радужки после трансформации в дракона?

Еще я поняла, что сражающиеся за меня, преследуют определенную цель. Тот, в чьих лапах я оказывалась, стремился вырваться из драконьего круга и оторваться от преследователей. Наконец, одному удалось это сделать. Сбив нападавших и оторвавшись от конкурентов, он полетел в ту сторону поля, где трава была выкрашена белой краской и складывалась в слово «финиш».

Я уже порадовалась, что моим мучениям вот-вот наступит конец, как на предполагаемого победителя напал самый крупный дракон. Дэймон. Учитель не щадил своего студента. Наносил ему удары крыльями, хвостом. Зубами вцепился в ухо. Поначалу молодой дракон сопротивлялся, но все же не выдержал такой мощной атаки и… выпустил меня.

Значит, вот так я умру? Шмякнусь об землю из-за человека, в которого влюблена?

Не шмякнулась. Дракон, в которого я влюблена, не позволил. Подхватил лапой и аккуратно поставил на землю.

С меня градом катил пот. Коленки тряслись. Резинка на волосах разорвалась, ее задел когтем кто-то из драконов, и теперь моей прическе требовалась срочная помощь. Волосы сильно спутались, в них забились кусочки самой разной чешуи. На топе и велосипедках вспыхивали красные сердечки. Они появлялись в разных местах, пульсировали, исчезали и опять проявлялись. Отлично, опытным путем выяснилось – когда я потею, сердечки просто проявляются на гладкой ткани, а когда сильно волнуюсь, устраивают светомузыку. Ну, Марго!

Один за другим рядом приземлялись драконы и возвращали себе человеческий облик. Дэймон строго глядел на своих подопечных и, когда к нам присоединился последний из группы, принялся всех распекать.

− Никуда не годится! – ругался он. – Ошибка на ошибке! Мариот, ты дважды подставился! Роза, в настоящей схватке тебя убили бы в первую минуту! Глен, а ты выронил пленного у самой финишной черты!

А, так я оказывается играла роль пленного. Супер. Просто супертренировка.

− Идите переодеваться, − закончил Дэймон разнос.

Интересно, а я смогу сделать хоть шаг? Коленки-то все еще трясутся.

− Аглая, задержись, − велел Дэймон.

− Жду тебя в раздевалке, − шепнула мне Роза и умчалась догонять подружек.

− Что за фарс ты устроила? – спросил мужчина, когда на поле мы остались вдвоем. – О чем ты только думала, надевая такую форму? О мальчиках? Аглая, в моей группе занимаются самые сильные студенты, те, кто в дальнейшем будет защищать Фортуну. Но сегодня они все внезапно поглупели. И все из-за твоего нелепого наряда!

− Нелепого? – обиделась я. – Между прочим, это твоя невеста дала мне такую форму. Я и знать не знала, что она с секретом.

− Марго? – сразу успокоился Дэймон. – Хорошо, я с ней поговорю.

Из моих глаз полились слезы. Плакать хотелось с самого начала тренировки. Видимо, сейчас наступила критическая точка.

− Аглая, не плачь. Извини, что накричал.

− Я не потому плачу, что накричал. А потому, что ты, вместо того, чтобы тренировать меня, как обещал, отдал на растерзание своре.

− Аглая, послушай меня внимательно, − жестко сказал Дэймон. – Здесь, в долине Зноя, почти всегда солнечно и безоблачно. И касается это не только погоды. Но там, за пределами долины, все не так. Там страшно и опасно. Однажды, опасность может прийти и сюда. Ты должна быть готова встретить ее. Должна уметь прятаться, защищаться, атаковать. И всему этому я тебя научу. Но ты должна также знать, что тебя может ожидать. Какой прок будет от того, если ты научишься драться, но хлопнешься в обморок при виде армии перевертышей?

В словах Дэймона был резон. Я поняла, что он пытается до меня донести.

Папа водил автомобиль и часто смотрел видеозаписи всевозможных аварий на дорогах.

− Папа, зачем ты такое смотришь? – спрашивала я. – Разве тебе не будет страшно садиться потом за руль?

− Аглаюшка, я смотрю для того, чтобы знать, каких передряг можно ожидать и как их можно избежать. Ведь водитель должен быть готов в считанные секунды принять единственное верное решение при возникновении внештатной ситуации.

Сейчас Дэймон говорил мне примерно о том же. Я перестала плакать.

В раздевалке меня дожидалась не только Роза, но и две другие девочки.

− Аглая, пожалуйста, дай нам адресок того магазина, где ты приобрела такой крышесносный костюм, − молила Роза.

− Мы готовы заплатить за такой втридорога, лишь бы появиться в нем в обществе прежде красных и белых драконниц, − поддержала ее подруга.

Не стала ничего скрывать от них и сообщила, что вещицу приобрела в салоне «Моды и красоты драконессы Марго».

− О! Невеста нашего правителя вряд ли захочет продать такой эксклюзив именно нам, − опечалилась Роза. – Еще решит, что мы собираемся соблазнять ее жениха.

Боже, − почувствовала, как кровь прилила к щекам, − вот, значит, как выглядела я со стороны – девица, соблазняющая парней.

− С Марго я поговорю, − пообещала девушкам. – Уверена, она не откажет вам. Только перед правителем в таких вещах ходить не стоит.

− Ни в коем случае, − заверила одна из студенток. – Мы с таким трудом попали в элитную группу не для того, чтобы вылететь из нее.

− Такие костюмчики пригодятся нам вовсе не на тренировках по боевой тактике, − игриво пропела другая драконница.

Все три девушки были по-своему красивы, но я не верила, что Марго ревнует к ним Дэймона. Не только из-за нашей с ней договоренности, но и потому, что моя подруга была красивее. Это все равно, что сравнивать высший шик с просто милой мордашкой.

Когда я вышла из раздевалки, на трибунах оставались декан Холиус и Бранк.

− Все в порядке, маленькая хозяйка салона «Лисица»? – спросил меня герцог.

И почему меня мороз по коже пробирает, стоит Холиусу только заговорить со мной? Вроде мы с ним одной масти и должны быть в одной лодке.

− Спасибо, все хорошо, − вежливо ответила я.

− Как в салоне обстоят дела? – продолжал интересоваться он.

− Отлично. Фамильярами все довольны. Отказник только один, вернее, одна, − улыбнулась я, представляя Мотю.

− Это хорошо, − сверлил меня герцог тяжелым взглядом. – Если будут какие-то проблемы или вопросы, обращайся.

− Обращусь, − пообещала я, надеясь, что этого никогда не случится.

Он наконец-то закончил с вопросами и удалился.

− Интересно, его дракон также высокомерно выглядит, как и он сам? – произнесла едва слышно, глядя в спину декана факультета Пекло.

− Малинка! – обнял меня Бранк. – Вот ты дала жару! Даже Холиус поджарился.

− Думаешь? – испугалась я такому предположению.

− А чего он тут сидел тогда? Специально тебя дожидался.

− Хорошо, что ты меня подождал, а то мне было бы трудно от него отделаться.

− Знаешь, я тоже думаю, что он сейчас ушел, только потому, что я тут сидел. Не хотел при зрителях с тобой разговор затевать. А может, и другое что планировал. Держись от него подальше, Малинка.

− Постараюсь, − неуверенно ответила я.

Вряд ли мне удастся совсем избежать встреч с герцогом.

− Тебя сильно потрепали сегодня, устала? – участливо спросил Бранк.

− Так заметно?

− Вовсе нет. Выглядишь отлично. Даже не бледненькая совсем.

− Умеешь ты поднять настроение, − рассмеялась я. – Идем по домам. Поздно уже.

Бранк повел меня к выходу другой дорогой. Не той, по которой мы шли к полю.

Хочет пройти мимо здания своего факультета, − поняла я, созерцая постройку-айсберг.

− Как тебе? – с гордостью взирал юноша на пристанище для студентов клана белых драконов.

− Поражает асимметрией и кристальной белизной. Из чего оно сделано?

− Из камня, стекла и бетона. А белизна за счет известняка. Из него делают порошок для побелки.

− Для своих лет ты неплохо осведомлен о тонкостях строительного дела.

− Просто у моего отца свой карьер по добыче известняка, − пояснил друг.

− Бранк, а кто это с Галией?

Я увидела Галию в сопровождении незнакомого беловолосого мужчины. Они направлялись к зданию-айсбергу.

− Это правитель белых драконов. Вилс, − с благоговением произнес Бранк.

Так вот кого любит Марго, − разглядывала я дракона.

Красивый мужчина. С очень волевым лицом. Галия держала его под руку.

− Бранк, Аглая, − узнала она нас.

При упоминании моего имени Вилс с интересом глянул на меня.

− Ты та самая новая хозяйка салона фамильяров? – спросил он.

− Да, − подтвердила я.

− Отлично, − обрадовался дракон. – Ты-то мне и нужна. Мой фамильяр погиб. Мне нужен новый. Я зайду к тебе в салон завтра утром, обговорим детали.

Отлично, − обрадовалась я. Надо срочно предупредить Марго.

Распрощалась с Бранком и побежала в салон к Марго. Я надеялась, что застану ее там. Подруга предпочитала родительскому дому салон, где имелось все для вполне комфортной самостоятельной жизни.

− Аглая? Привет! Ты чего так поздно? – пропустила она меня в дом.

− Тренировка вечерняя была в группе Дэймона. Но я по другому поводу пришла. Ко мне завтра Вилс придет. Хочет фамильяра заказать.

− Вилс, − закружила Марго по комнате, заставленной многочисленными тюбиками.

Она брала один, затем ставила его не на прежнее место и тотчас хваталась за другой. Вот что любовь с людьми делает!

− Марго, успокойся.

− Да, что-то я разволновалась сильно. Так я приду завтра?

− Конечно.

− А вдруг я приду, когда он уже уйдет? Насколько рано Вилс будет у тебя?

− Не знаю. Он не уточнил время. Обозначил только, что утром.

− Я приду пораньше. Но, Аглая, если он явится, а меня еще не будет, немедленно предупреди меня.

− А как предупредить?

Этот вопрос уже занимал меня какое-то время, но я все забывала задать его кому-нибудь. На Фортуне не существовало привычных людям моего мира средств передачи сообщений. Записки через драконов курьеров передавать, что ли?

− Так через фамильяра, − ответила Марго.

− Через фамильяра? Как? – не доходило до меня. – Мой фамильяр мысленно связывается с твоим? Так, что ли?

Драконница рассмеялась.

− Нет, не так. Прости, запамятовала, что ты не отсюда и тебе все в новинку. Через фамильяров передаются записки. Надо назвать адрес, получателя, и твой помощник доставит послание за пару минут. Фамильяры умеют перемещаться в пространстве. Примерно так, как твой Филимон ходит между мирами.

− Ничего себе. Я о таком не знала.

− Просто никто не потрудился рассказать тебе. Имей в виду, таким способом фамильяры могут перемещаться только в пределах одной долины.

− А как попасть в другую долину?

− Через переход-туннель. Их всего три. Каждый располагается на окраинах долины Зноя.

− А как попасть на окраину к туннелю? Это, наверное, далеко?

− Не так уж и далеко. Дней за пять дойдешь.

− За пять дней? Странно. Мои соседи собрались в долину Пекло в самый разгар учебы. Получается, они вернутся не раньше, чем через десять дней?

− Почему же? Могут уже и завтра вернуться, − дразнила меня подруга.

− Марго, объясни нормально, или я не пущу тебя в свой дом, когда Вилс придет.

− Шантажистка, − беззлобно сказала драконница.

− Может, я и шантажистка, а вот как назвать тебя? Ты зачем меня так с формой подставила? На велосипедках сердечки прямо на попе расцветали!

− Но ведь Дэймону понравилось? – спросила бестия лукаво.

− Ему нет. А вот герцог Холиус остался под впечатлением, − проворчала я, вспоминая недовольство первого и интерес второго. – Кстати, девушки из боевой группы Дэймона готовы купить твой эксклюзив втридорога, но боятся, что ты откажешься продать.

− Не откажусь. А почему боятся?

− Считают, что ты слишком ревнуешь Дэймона.

− Это только видимость, − отмахнулась Марго, − не хочу, чтобы кто-то заподозрил мой интерес к другому. А показная ревность к собственному жениху отличное прикрытие.

− Марго, остальные комплекты спортивной формы, которые ты мне подарила, тоже с подвохом? – строго спросила я.

− Тебе придется их примерить, чтобы узнать, − очаровательно улыбнулась она.

− Учти, если я опять отличусь на тренировке, свой гнев Дэймон будет срывать на тебе. Я его предупредила, что это была твоя идея.

− Ладно-ладно, − согласилась Марго. – Ты все еще хочешь узнать, как быстро добраться до туннелей?

− Говори уже, − решила больше не возвращаться я к злосчастной теме спортивной формы.

− Драконы долетают до переходов меньше чем за два часа. Те, у кого крыльев нет, в долины не суются. Но, если очень надо, просят подбросить знакомых драконов, либо заказывают услугу драконьей доставки к туннелю через уже знакомый тебе ящик заказов.

− И как? Я должна буду забраться крылатому на спину?

− Можешь попробовать, конечно. Но, скорее всего, ты попросту свалишься. Да и вряд ли какому дракону понравится, когда к нему на спину лезут.

− Неужели в лапах? – изумилась я.

Не хотелось бы мне повторения таких полетов, какие были у меня сегодня. Причем таскали меня над одним единственным полем. А до туннеля еще непонятно над какой местностью лететь. Да и страшно, что драконьи когти того и гляди поранят.

− На самом деле пассажиров перевозят в резиновых клетках, − пояснила Марго. − Дракон держит ее в лапах за специальную подвеску. Аглая, не пугайся. Падения случаются очень редко, и никто еще не умер. При падении клетка отпружинивает от земли, не позволяя человеку разбиться.

− Ясно. Но все равно страшно. Я могу, к примеру, упасть не на землю, а в воду и утонуть.

− Не утонешь. Прутья можно раздвинуть и выбраться наружу.

− Спасибо, дорогая, утешила.

Мы одновременно с ней прыснули.

Как же здорово, когда у тебя есть такая замечательная подруга!

− Аглая, я с тигренком приду. Ты свою страшилищу приструни, чтобы она моему фамильяру слушать мысли Вилса обо мне не мешала.

− Мотю несложно отвлечь. Запрем ее на кухне наедине с продуктами. Не такая она и страшилища, кстати.

− Ты просто уже привыкла к ней.

− Может и так. Марго, все забываю спросить, почему ты захотела фамильяра тигра? Он хотя и тигренок, но все равно большой слишком. Я заметила, спрос в основном на маленьких милашек. Одна моя Мотя только исключением была.

− Из-за Вилса, − призналась драконница. – Вилс любит тигров. В долине Ледников водятся белые тигры. Ну, знаешь, такие, как белые медведи.

− Сильно же ты влюбилась в правителя белых драконов, Марго, − заметила я.

− А ты разве в Дэймона нет?

− Судя по тому, что согласна идти на следующую убийственную тренировку, то – да, влюбилась без памяти.

Дома меня ждало письмо от Степаниды Леонидовны.

− Как все прошло? – спросила Филимона, разрывая конверт.

− Была рада, слишком потрясенной не выглядела.

− Не удивительно. Проведи много лет в музее фэнтези, начнешь верить во всякие чудеса.

Степанида Леонидовна подробно расписала обо всех музейных делах, сообщила о приезде Татьяны и о том, что они отлично поладили. Женщина выражала надежду на мое здравие и просила писать ей как можно чаще.

Что ж, пока все складывалось хорошо.

Ободренная новостями из родного дома, а, может быть, уставшая от перипетий минувшего дня, быстро заснула.

Вилс явился неприлично рано.

Я терла глаза и зевала, пропуская его в калитку.

− Мотя, дуй к Марго, − растолкала спящую гиену. – Скажи, что объект уже здесь.

− Я еще не завтракала, − раскапризничалась фамильярка.

− Получишь двойную порцию, если отправишься немедленно, − пообещала я.

Мотя тотчас испарилась.

− Аглая, у меня мало времени, − осматривался Вилс в моем доме-салоне. – Давай, сразу к делу.

Прямо солдафон какой-то. Тяжело же с ним будет Марго, − пожалела я подругу и притворно зевнула.

− Позволь мне хотя бы умыться, все-таки рисовать придется.

− Иди, − разрешил Вилс.

Я умывалась до тех пор, пока во входную дверь не раздался стук.

Просить дракона открыть не решилась. Наверное, это было бы чересчур. Отворила дверь сама.

− Аглая, привет! – впорхнула, благоухая духами, Марго.

За ней протиснулся тигренок.

– Я принесла тебе шампунь, который ты просила.

Она извлекла из модной сумочки бутылёк, протянула мне и только после этого сделала вид, что заметила дракона.

− О, у тебя гость! Вилс, рада видеть.

− Здравствуй, Марго. Не думал, что ты так рано встаешь, − спокойно ответил на приветствие правитель.

− Да, я рано встаю, − кокетливым жестом поправила девушка и без того идеальную прическу. – У меня ведь известный салон. Много заказов, много работы.

− И ты сама разносишь клиентам заказы, − усмехнулся Вилс, намекая на бутылочку с шампунем в моих руках.

− Нет, что ты, − пела драконница. – Просто Аглая моя подруга, поэтому я сама и пришла. Ты, кстати, видел какого она фамильяра мне изготовила?

− Марго, тигр сидит у твоих ног. Я не слепой. А теперь, извини, у меня к Аглае дело.

− Ты ведь не против, если я останусь?

− Это дом Аглаи, я тут не распоряжаюсь, − сухо сказал Вилс.

− Конечно, оставайся, − пришла я на помощь подруге. – Вилс, ничего страшного, что Марго увидит рисунок твоего фамильяра? Или, можем пройти в мой кабинет, а Марго здесь подождет.

− Рисунок пусть смотрит. Но дополнительную функцию скажу тебе наедине.

Вилс пожелал мышонка.

− Мне нужен юркий зверек, который сможет пробираться в стан врага и оставаться там долгое время незамеченным, − пояснил он свой выбор.

Набросала несколько рисунков. Вилс достаточно быстро определился, предупредил, что зайдет дня через три, так как раньше не может, и ушел.

На красивом лице Марго появилась грусть. А потом подруга заплакала.

− Марго, милая, ты что? – обняла я ее за плечи.

Она принялась рыдать еще сильнее. Решила не лезть к ней с расспросами, просто гладила девушку по голове.

Наконец, она немного успокоилась и начала говорить.

− Аглая, я ему совсем не нравлюсь. Он злился, что я пришла. Думал, что я болтаю пустое и трачу его драгоценное время. Вот так-то, − горько вздохнула она.

− Марго, тем не менее Вилс хоть что-то думал о тебе, ты вызвала в нем эмоции. Гораздо хуже было бы холодное равнодушие.

− Правда?

Мы с Марго на время как будто поменялись местами. Сейчас я была старше и мудрее.

− Правда. И ты сама все понимаешь. Только извини, я не смогу тебе сказать, какой чертой пожелал наделить Вилс своего фамильяра.

− А я и так знаю, − вытерла подруга слезы. – Это обязательно как-то связано с перевертышами, так что пытать тебя не стану.

− Маргош, принести тебе успокоительного бальзама? – предложила я.

− А у тебя есть?

− Есть. У Марианны в кладовке нашла. Отличная штука.

− Неси, − немного повеселела Марго.

− Сейчас. Погоди, надо только кладовку открыть.

Сняла со специального крючка на стене связку ключей.

− Какой ключик интересный, − заметила Марго действительно необычный экземпляр.

− Да. Но он не от кладовки.

− А от чего?

− Не знаю. Мне эту связку Теренс передал. Один ключ от калитки, второй от дома, третий от кладовки, а четвертый никуда не подходит. Филимона спрашивала. Он говорит, Марианна тоже не имела представления, что за ключ такой.

Марго взяла у меня связку.

− Как искусно сделан, − стала рассматривать она ключик в форме дракона. – Черный дракон?

− Не обязательно, − не согласилась я. – Металл сильно потемнел от времени. Если попытаться очистить налет, под ним дракон может оказаться любого цвета.

− А я все равно уверена – дракон черный, − вернула мне Марго связку.

Порадовалась, что к девушке вернулась прежняя живость. Я хотела помочь ей достучаться до сердца Вилса. Ведь и мое счастье напрямую зависело от счастья Марго. И в голову мне пришел кое-какой план.

Вилс сказал, что сможет забрать фамильяра через три дня. А что помешает мне самой отнести ему выполненный заказ пораньше? Доберусь до нужного туннеля и навещу белого дракона в его владениях. Попробую просто познакомиться с мужчиной поближе и посеять в нем искру интереса к Марго. Иначе мы все так и не решимся действовать – Вилс останется в непонятных отношениях с Галией, Дэймон женится не по любви только потому, что дал слово, Марго будет страдать по Вилсу, а я мечтать о чужом муже.

Идея нравилась мне все больше и к вечеру, когда мышонок был изготовлен, я окончательно утвердилась в своем решении.

В кладовке нашла подходящую переноску для маленького фамильяра и оставила заявку в ящике заказов на доставку меня следующим утром к переходу-туннелю, ведущему в долину Айсбергов.

− Я с тобой пойду, − неожиданно сказала гиена.

− Хорошо, − не только не стала возражать, но даже обрадовалась.

Мотя выглядела полноценным хищником, а когда скалилась и показывала клыки – любой испугается. Мне будет с ней спокойнее.

− Филимон, планирую обернуться за один день, еды тебе хватит.

− Можешь не оставлять. Я в музей пойду, пока вас не будет. Степанида меня покормит.

Такая незримая связь с моим настоящим миром радовала меня и помогала спокойнее воспринимать новую действительность. Наверное, если бы все ниточки с прошлой жизнью были оборваны, переносила бы изменения в своей жизни гораздо сложнее.

На ночь промыла волосы шампунем, который принесла подруга. Конечно, я его не заказывала, шампунь являлся всего лишь подходящим предлогом для правдоподобности появления Марго в моем доме во время визита Вилса. Но раз принесла, не пропадать же добру, тем более пахло из бутылочки приятно.

После принятия ванны замотала мокрые волосы в полотенце, да так и легла спать. А наутро обнаружила интересный эффект от подарка Марго. И как она все это делает? Да за такие штучки можно и не втридорога переплатить, а вообще отдать всю свою месячную зарплату.

Мои волосы стали совсем черными и приобрели такой оттенок, который достигается обычно с помощью окрашивания. И в этой черноте переливались серебристо-голубые прядки. Более того, волосы спускались ниже попы.

Красиво.

Запоздало прочла этикетку на бутыльке – «После применения – цветовой эффект и длина будут держаться два дня».

За воротами меня уже ждал дракон курьер. Беловолосый парень. На землю он поставил резиновую клетку. Потрогала прутья. Прочные. Но, как и говорила Марго, при определенном усилии их можно раздвинуть. Нижняя часть перевозочной конструкции состояла из цельного деревянного листа. Внутри лежала мягкая подушка.

− Гиена с тобой летит? – спросил парень.

− Да, мы вместе.

− Тогда оплата по двойному тарифу. Один пассажир – один багаж. А у тебя помимо переноски, еще крупный зверь.

Пришлось раскошелиться.

Повесила на калитку записку, извещавшую, что салон «Лисица. Фамильяры на любой вкус» будет закрыт весь день, и забралась в клетку.

− Закрой со своей стороны, − показал курьер на задвижку.

Он убедился, что я закрылась, отошел в сторону и стал перевоплощаться.

А я наконец-то увидела, как происходит трансформация. У парня одновременно задвигались все конечности, даже уши. Четкие очертания его фигуры и лица стали смазываться.

Всего за несколько секунд вместо человека появился белый дракон. Расправил широкие крылья, ловко подхватил когтистыми лапами крюк на клетке и взмыл вверх. Не слишком высоко.

Так находиться над землей было значительно приятнее, чем в драконьих лапах.

Устроилась на подушке и созерцала окрестности. Мотя же развалилась на голом полу и по сторонам не смотрела.

Полет прошел нормально. Единственное, что досаждало мне – удушающая жара. Зной окутывал долину с самого утра.

У входа в туннель дежурил целый отряд беловолосых караульных. К счастью, один из них меня узнал, приходил на днях за фамильяром, что облегчило процедуру выдачи мне пропуска.

Идти по переходу между долинами я устала. Долго. Замкнутое пространство. Караул через небольшие промежутки. На каждом посту тщательный досмотр. Уже сомневалась, правильно ли сделала, направившись в долину белых драконов. Устала, а ведь даже не добралась еще до цели.

Наконец-то последний караул.

− Как выйдешь на поверхность, справа увидишь ледяной мост, он приведет ко дворцу правителя, − напутствовал меня часовой.

Его слова придали мне сил. Поблагодарила мужчину и чуть ли не в припрыжку помчалась вперед, так хотела выбраться на воздух.

Только я кое-чего не учла.

− Мотя, почему ты не предупредила? – стучала я зубами.

− Не думала, что, отправляясь в долину ледников, ты не подумаешь о теплой одежде, − справедливо заметила фамильярка.

Проводя дни напролет в долине Зноя, я напрочь позабыла о зиме. А ведь Гриш с Тамарой в первую нашу встречу говорили мне, что белые драконы живут среди холода и льдов.

Думала, знаю, что такое холод. Оказывается, нет. Я буквально покрылась ледяной коркой. Единственным разумным решением было убраться обратно в туннель.

− Ты что же, теплячка не взяла? – задал непонятный вопрос караульный.

Помотала головой. Сказать что-либо у меня сейчас не получится, зубы все еще выбивали дробь.

− Держи, − мужчина сам одел мне на шею шнурок с подвеской в виде ракушки. − Тепла хватит на десять часов.

Из ракушки шел едва уловимый дымок.

С осуждением посмотрела на гиену.

− Что? – не чувствовала себя виноватой Мотька. – Я только недавно на свет родилась. Не знала ничего про каких-то там теплячков.

Вот что за фамильяр мне достался? Совсем хозяйке не помогает. Никакого проку, одни убытки.

Какое-то время не решалась сделать шаг в мерзлоту. Потом все-таки заставила себя.

Холод больше не ощущался. Вообще. Я даже рассмеялась. Стою в одном платье посреди льдов и снегов на сильном морозном ветру и не мерзну.

Обзор с моей позиции был так себе. Белый слепящий снег, глыбы бесформенного льда. Больше ничего не видно. Завернула, как указал караульный, направо.

Вот и мост. А скорее ледяной крытый переход.

Залюбовалась. Тот, кто его делал, обладал богатой фантазией. Стены моста складывались из ледяных скульптур драконов. Ни одного одинакового изображения. Пока продвигалась вперед, зачарованно разглядывала драконью галерею. Мышонок в переноске начал попискивать, словно чувствовал приближение к своему новому дому.

С какой-то части моста начались разветвления, как бывает в пещерах или лабиринтах, но здесь везде наличествовали указатели. «Буран», «Ледники», «Айсберги», «Снежные горы», «Закрытая зона», «Жилой сектор», «Дворец», − читала я.

− Нам сюда, − позвала Мотю, которая убежала немного вперед.

С чего взяла, что дворец будет ледяным? Передо мной предстало каменное строение, выкрашенное в белый цвет. По форме дворец напоминал айсберг и немного походил на постройку факультета белых драконов в Академии.

Очередной караул проверил мой пропуск, после чего я прошла в сам дворец. И чуть не бросилась обратно.

− Аглая, − остановил в голове голос Моти. – Для нас он не опасен.

− Огромный белый тигр и не опасен? – продолжила пятиться к выходу.

− Это фамильяр Вилса. Он отведет нас к хозяину.

Я совсем забыла, что фамильяров может быть несколько. Правителю это и правда необходимо. Уверена, тигр с помощью мысленной связи уже отправил Вилсу информацию о том, кто пришел.

Так и оказалось. Белый дракон поджидал у своего кабинета.

− Аглая, тебе здесь не место, − такими словами мужчина встретил меня.

− Я принесла твой заказ, − не стала обращать внимания на грубость и передала ему мыша.

− Спасибо. Но я же предупредил, что сам заберу.

− Мне хотелось посмотреть на долину Айсбергов, вот я и пришла, − разозлилась на дракона.

Лучше бы Марго в Райна влюбилась, − в сердцах подумала я. − С рыжим ловеласом разговаривать куда как приятнее.

− Аглая, в долине опасно, − более мягко сказал Вилс.

− Хотя бы одним глазком взглянуть, − взмолилась я.

− Ладно. Только от меня ни на шаг, − сдался правитель и неожиданно проявил гостеприимство.

− Ты, наверное, устала с дороги? Хочешь есть?

Отлично. Кушать не хотела, но появлялся повод побеседовать.

− Хочу, − соврала я. – И Мотю надо покормить.

Вилс позволил себе ухмыльнуться.

Он провел меня в столовую, где уже был сервирован стол на двоих. В стороне на полу кто-то поставил две миски для гиены, одну с водой, вторую с едой.

Видимо, правитель через какого-то своего фамильяра распорядился накрыть стол, отсюда такая оперативность.

Мне нравился дворец белого дракона. Все в насыщенных сине-белых тонах. Скатерть, посуда в тех же цветовых оттенках.

− Хорошо у тебя тут, − начала я разговор. – Интерьер в одном стиле выдержан и без излишеств.

− Я приглашал самого лучшего дизайнера.

О! Кто-то тут у нас сноб.

− Вилс, тебе надо обратиться к Марго.

− Считаешь, я плохо одет или мне требуются косметические процедуры? – с усмешкой спросил дракон.

А он не так и безнадежен. Оказывается, юмор мужчине не чужд.

− С тобой все в порядке, − рассмеялась я. – Просто Марго умеет делать всякие необычные штуки. Ну, например, на занавесках в этой столовой могли бы расцветать цветы, а на столовых приборах сам собой меняться рисунок.

− Аглая, если ты не заметила, я сторонник лаконичности. Дурацкие безделки мне во дворце не нужны.

Вот же сухарь.

− Вилс, сколько тебе лет?

− Двадцать восемь. А что?

− Тебе не пора жениться?

− Предлагаешь свою кандидатуру? – прищурился правитель.

− Нет, ты мне не подходишь.

Вилс вдруг расхохотался.

Он все-таки нормальный мужчина, − решила я.

− Думал, что в качестве мужа подхожу абсолютно любой девушке, − весело заявил правитель. – Но, раз такие дела, скажи, Аглая, на кого обратить свой взор?

− Думаю, Марго будет тебе идеальной женой.

− Ты сватаешь мне невесту Дэймона?

− Просто гипотетически представила, − ушла я от прямого ответа.

Зато Вилс выразился прямолинейнее некуда.

− Аглая, Марго тепличная девчонка, а я люблю женщин со стержнем. Таких, которые могут постоять за себя и подставить плечо в случае опасности.

Не удержалась, спросила:

− Таких, как декан Галия?

− Таких, как декан Галия, − спокойно подтвердил он.

Я же была далека от спокойствия. Вилс, похоже, вообще не проявлял интереса к моей подруге. Более того, считал ее полной противоположностью того типажа женщин, которые ему нравились.

В качестве напитка за столом у белого дракона предлагалось молоко. От волнения я схватилась за бокал и осушила его почти до дна. Почти, потому что горло скрутил секундный спазм.

− Что это? – кривилась от жгучего осадка во рту.

− Вино из ледуницы, единственной ягоды, которая растет в долине Ледников.

− Такое белое? Я думала – молоко.

− Прости, мое упущение. Никогда раньше не принимал гостей иномирцев. Не подумал, что ты можешь не знать про наше местное вино.

Жгучесть в горле прошла. На смену ей пришла приятная расслабленность во всем теле и голове.

− Аглая, если ты поела, я готов провести тебе экскурсию по долине.

Вилсу не терпелось побыстрее избавиться от меня, но сейчас я на него совсем не обижалась. Так подействовало молочно-белое вино из неведомой ягоды ледуницы.

Из столовой имелся проход на широкий выступ. Оттуда увидела, что весь дворец в подобных выступах, они-то и создают снаружи иллюзию айсберга.

Назначение выступов тоже стало понятным, когда Вилс обернулся драконом. Правителю требовалась определенная площадь для трансформации.

Драконий облик он принял слишком быстро, совсем не как тот парень курьер, который доставил меня сегодня к туннелю. На этот раз я не увидела ни смазанных очертаний, ни движений конечностями.

И чешуя главного белого дракона напоминала перья крупной птицы. У мальчишки чешуя походила на гусиный пух.

Вилс взлетел и подхватил меня лапами. Поток колючего ветра ударил в лицо и поднял кверху подол моего платья. Пришлось придерживать его руками.

Совсем не продумала я одежду для такого путешествия.

Из-за ветра и сыплющего снега разглядеть местность не получалось. Переживала, что после такого полета у меня заболят уши.

Сама же хотела посмотреть.

− Это зона ледников, − прокричал мужчина, когда через непродолжительное время поставил меня на землю и принял человеческий облик.

Прокричал, потому что тут стоял невыразимый грохот.

От увиденного я буквально открыла рот. Поначалу и не поняла, что происходит. Белые драконы налетали на ледниковые глыбы, отрывали куски льда и сбрасывали их в огромные бочкообразные резервуары, откуда шел пар.

Но самым невероятным в этом диком зрелище являлось то, что на месте выдернутых драконами кусков льда, тотчас нарастали новые ледяные глыбы.

Как такое возможно? Не об этом ли говорили Гриш с Тамарой, когда упоминали, что белые драконы не дают окутать Фортуну вечной мерзлотой?

Вспомнились и слова Бранка об укреплении будущими драконами мышц и костей всеми возможными способами. Так вот для чего это надо. Чтобы сломать кусок льдины, дракону приходилось ударяться о нее всем своим телом.

Вилс следил за своими подопечными. Дернула его за рукав синего пиджака.

Он не стал дожидаться моего вопроса. И так было понятно, о чем я собираюсь спросить. Наклонился к моему уху, чтобы сильно не кричать.

− Если ледник не останавливать, он разрастется по всей Фортуне и ее жителям станет негде жить, − пояснил правитель. – Белые драконы координируют рост ледника круглосуточно. Тоже самое происходит в зоне айсбергов. Та зона – одно сплошное глубоководное озеро. Айсберги курсируют по нему и ежеминутно наращивают свою массу.

Обалдеть, − переваривала я информацию. Студенты так мечтают побыстрее выпустить дракона, чтобы потом бросаться на лед?

− Но куда девать такое количества льда? – ошарашенно спросила я Вилса.

− Резервуары отапливаются теплячками. Лед там тает, и вода по трубам распределяется на всю Фортуну.

− Хочешь сказать, долина Ледников снабжает пресной водой вообще все долины?

− Так и есть. На Фортуне источники пресной воды имеются только у нас и в долине Туманов.

− У перевертышей?

− Бывшие земли серебряных драконов.

Совсем другими глазами теперь смотрела я на действия белых драконов, бьющихся о ледяные глыбины. Получается, они не только спасают от вечной мерзлоты свой мир, но и поддерживают в нем водный баланс.

− Летим дальше? – предложил правитель.

Следующим местом, куда он доставил меня, стала зона буранов. Видимость из-за метели тут была такой низкой, что разглядеть что-либо не представлялось возможным.

− Одень, − вложил Вилс в мои руки очки, больше похожие на маску.

Очки имели двойное стекло с воздушной прослойкой и установленный теплячок. В них я смогла различить картину происходящего. Пожалуй, белым драконам в этой зоне приходилось еще труднее, чем тем, кто сдерживал ледник. Здесь удерживали буранные ветра и направляли их поток в сторону многочисленных мощных ветряков.

− Энергия ветра для выработки электричества? – хватило моих скудных познаний в данной сфере, чтобы задать правильный вопрос.

− Да. К сети ветряков подключены генераторы. За счет механической энергии движения вырабатывается электричество.

− Для всей Фортуны?

− Для всей, − подтвердил Вилс.

− А если драконам не удастся сдержать бурю?

− Такое случается. Тогда происходят колебания в атмосфере. Они ощущаются как на нашей земле, так и в твоем мире. Сильный скачок температуры воздуха, магнитная буря, выпадение осадков выше нормы.

− Ясно, − отдала я ему очки. – Куда дальше?

− К айсбергам не полетим, − решил Вилс. – Они все время двигаются, трудно найти безопасную смотровую площадку. Да ее и нет попросту.

− А «Закрытая зона»? Что там? – вспомнила я указатель на мосту.

− Тебе туда нельзя, − отрезал правитель.

− Почему?

− Там пограничная зона с долиной Туманов. Прорывы перевертышей случаются почти ежедневно. Пока их удается сдерживать. Благодаря фамильярам шпионам, мы, как правило, заранее знаем о планируемых масштабных вторжениях.

− Они так хотят попасть на земли белых драконов? Зачем?

− Не к белым драконам, − пояснил Вилс. – Им нужны территории. Перевертыши пытаются завладеть всеми долинами. Им все равно в каком климате жить. Эти существа адаптируются к любым условиям.

Опять странное чувство тоски. Белоснежные драконы сдерживают ледники, борются с буранами, дают отпор перевертышам, а моя драконница в этом участвовать не может.

Вилс подхватил меня, и наваждение прошло.

На этот раз дракон приземлился в жилом секторе.

Оказывается, и в заснеженных ледниках может кипеть жизнь. Целый город! Даже магазины имеются. Кафе, банк, аптека. Все постройки выдержаны в едином стиле. Дома из камня – мини-айсберги с обязательными площадками-выступами.

Жители почтительно здоровались с Вилсом. На меня поглядывали с любопытством.

− Аглая, у меня много дел. Покажу тебе еще развлекательную зону нашей долины, потом ты отправишься домой.

− Конечно. Спасибо тебе за экскурсию. А что за развлекательная зона? Не припомню такого указателя.

− «Снежные горы», − улыбнулся дракон.

«Снежные горы» представляли собой что-то вроде курорта. Я увидела, что белые драконы не только вкалывают на благо всей Фортуны, но и умеют отлично веселиться.

Драконы в своей чешуйчатой сущности катались с высоких гор. Тут были и женские, и мужские особи. Я уже научилась различать их между собой. У драконниц морды более приплюснутые, а у мальчиков – вытянутые.

Съезжали прямо на лапах. Или катились кубарем. От их тяжести с макушек горных вершин валились снежные шапки. Драконы забавлялись тем, что стремились спуститься к подножию горы раньше лавины. В любом случае, удавалось им это или нет, они радостно гудели от пережитых эмоций.

С гор поменьше катались в человеческом виде. На санках или ледянках.

Внимание правителя привлекли двое мужчин. Они направлялись в нашу сторону.

− Аглая, мне надо переговорить с караульными. Жди меня здесь.

− Вилс, могу я скатиться с горы?

Он с сомнением смотрел на меня. Колебался.

− Пожалуйста-пожалуйста. Всего один разочек, − упрашивала я.

− Хорошо. Скатись.

Он кликнул первого ближайшего к нам дракона и велел тому поднять меня на гору.

Вилс не уточнил на какую гору, и я оказалась на той, с которой катались чешуйчатые.

Так даже лучше, − уселась я на ледянку. Они валялись тут в свободном доступе. Пристроилась за двумя драконами и оттолкнулась.

Такой азарт! Такой восторг! Драконы гудели, я кричала.

А вслед катилась снежная лавина.

Драконы быстро оторвались от меня. Видимо, из-за них я сразу и не расслышала наползающего шквала. А когда парочка скрылась с моих глаз, обернулась на шум.

Мамочки! Мне не уйти от этой лавы!

Попыталась помочь себе руками. Но это были совершенно бесполезные действия. Снег с головой накрыл меня, закрутил в снежный ком. Я не успевала ни думать, ни производить каких-то спасательных действий. Меня вращало так, словно я белье в центрифуге.

Вот, значит, как я умру. Поглощенная снежной лавиной.

Не умерла.

Из смертельного круговорота выдернул белый дракон. Вилс.

Висела в его лапах тряпочкой. Удивительно, но шнурок с теплячком с моей шеи не слетел, и я не мерзла. Но одежда естественно намокла, от сырости было очень некомфортно. Болели все косточки. Вообще, все-все болело. Тем не менее, несмотря на мое плачевное состояние, кое-что, а вернее, кое-кого заметила.

Вот что значит связь со своим фамильяром. Я скорее почувствовала, чем увидела Мотю.

Гиена бултыхалась в той самой лавине, которая смела меня. Она снова и снова выпрыгивала из снега, потом пропадала в нем с головой.

В попытке привлечь внимание своего спасителя, стала трясти его за лапы. Даже ущипнула.

Вилс чертыхнулся. Зыркнул тяжелым взглядом. Но сейчас меня было не напугать. Я переживала за Мотю. Замахала усиленно руками в ту сторону, где моя фамильярка боролась за жизнь. Говорить после катания с горы я пока не могла.

Дракон понял. И увидел.

Через пару секунд гиена болталась в драконьей пасти и вела со мной мысленный диалог.

− Мотя, как ты там оказалась?

− Ощутила, что тебе нужна помощь и переместилась в пространстве.

Я чуть не прослезилась. Но заметила, что морда у гиены подозрительно довольная.

− Эй! Ты и впрямь спасать меня собиралась или хотела с горы скатиться?

− Одно другому не мешает, − заюлила пройдоха.

− То есть ты вовсе не боролось за жизнь, когда в снегу скакала, а развлекалась?

− Аглая, что ты прицепилась. Ну да, мне было весело. Круто же!

− Отлично! Моя фамильярка не только обжора, но еще и адреналинщица.

− Ты сердишься?

− Не сержусь. Я безумно зла на тебя.

− А вот я тебе сейчас скажу кое-что, и ты перестанешь сердиться.

− И что же такого занимательного ты мне можешь сказать?

− Пока вас с Вилсом не было, я с его тигром подружилась, − гордо сообщила Мотя.

− И что?

− Он мне некоторые секреты своего хозяина приоткрыл, − сделала Мотька эффектную паузу.

− Я больше не сержусь. Говори.

− Вилсу Марго нравится. Но он прогоняет мысли о ней. Считает, что не имеет права желать невесту другого. А с Галией у него давняя и запутанная связь. Он ее любил когда-то. Но сейчас былых острых чувств к деканше точно не питает.

− Надо же, тебе удалось такое узнать. Скажи, а как так получилось, что фамильяр Вилса выболтал тебе его секреты?

− Могу же я для кого-то быть неотразимой, − довольно зажмурилась гиена.

Правитель приземлился на один из выступов во дворце, протянул шею в открытую дверь какой-то комнаты и без всякой любезности кинул нас с Мотькой на диван. Затем принял человеческий облик и шагнул внутрь.

Ух, как он орал!

Я же, повинуясь внезапному порыву, подскочила с дивана. Обняла Вилса.

Все-таки он мне жизнь спас.

− Я не помешал?

Так просто не бывает! Почему Дэймон оказался здесь именно в эту минуту?

− Совсем нет, − неожиданно весело ответил Вилс черному дракону.

− Аглая, что ты делаешь в долине Ледников? – требовательно спросил Дэймон.

− В гости зашла.

− А почему платье мокрое?

− С горы каталась.

− Аглая, − вмешался правитель белых драконов, − мой тигр отведет тебя в сушильню. Высохнешь и отправляйся домой. Я дам тебе провожатого.

− Я сам Аглаю переправлю, − заявил Дэймон.

Вилс с вопросительным интересом поглядел на черного дракона.

Дэймон предпочел сменить тему.

− У нас сегодня был сильный прорыв, − сказал он. – И у Райна тоже. Перевертыши активизировались как никогда за последнее время.

− Аглая, вовремя ты принесла мне мыша, − достал Вилс мышонка из переноски. – Сегодня же отправлю на разведку.

Дальше я не слушала, ушла сушиться.

Дэймон перенес нас с Мотей в долину Зноя, минуя туннель. Я сидела не в клетке, а в корзине, перевязанная страховочным ремнем. Все два часа полета украдкой любовалась драконом.

Какой размах крыльев!

Один раз мне удалось дотронуться до черного крыла. Чешуя оказалась жесткой, с зазубринами.

− Дэймон, − спросила я, когда он доставил меня прямо к салону, − почему и ты, и Вилс перевоплощаетесь в драконов почти мгновенно? Дракону курьеру потребовалось гораздо больше времени.

− Ему просто не хватает опыта. Больше практики и получится. У боевых драконов может не быть нескольких секунд на перевоплощение. В зависимости от ситуации мы должны изменяться без промедления, − разъяснил он.

− Понятно. Спасибо, что перенес нас с Мотькой. Если бы не ты, мы бы, наверное, только из туннеля вышли после всех этих бесконечных проверок на постах.

− Необходимая мера. В целях безопасности.

− Я понимаю.

Взялась за калитку. Гиена уже давно перепрыгнула через забор и сидела на яблоне. А я все никак не могла сделать шаг. В присутствии Дэймона мне было хорошо и спокойно. В присутствии Дэймона внутри меня бушевала буря. Но что чувствует он?

− Аглая, − позвал дракон.

− Да?

− Тебе Вилс нравится?

Наутро встать не смогла, так все болело после кувыркания с горы. Тело представляло из себя один сплошной синяк. Странно, что лицо не пострадало.

Мне определенно требовалась помощь. Скоро начнут приходить посетители, а я едва руками-ногами шевелю. Да и тренировка завтра, ползком мне, что ли, в Академию добираться?

− Мотя, передай записку Марго, − написала я несколько строк и вложила листочек в ошейник с кармашком. Карман застегивался на две кнопки.

Эту удобную вещицу откопала в кладовке у Марианны. Ни гиена, ни Филимон ошейник не жаловали, зато я была спокойна, что мои послания надежно упакованы, не потеряются и не попадут в чужие руки при пространственных переходах.

Просила подругу передать мне какую-нибудь мазь от ушибов.

Мотя быстро выполнила поручение. За несколько минут всего.

− Марго скоро сама придет. Хочет лично убедиться, что с тобой все в порядке.

− Аглая, как ты могла довести себя до такого?! – ругалась драконница. – Ты же девочка. Должна холить и лелеять себя, а не калечить.

− Я со снежной горы свалилась.

− Какая разница откуда, − продолжила она ругаться, но вдруг замолчала. – Что? Откуда ты свалилась?

− Со снежной горы. На ледянке ехала, а меня лавина накрыла.

− Лавина накрыла, − медленно повторила Марго. – И как ты из нее выбралась?

− Вилс спас.

− Аглая, немедленно рассказывай! – взвилась подруга. – Как и зачем ты оказалась в долине Ледников?

− Ходила наше с тобой счастье устраивать, − улыбнулась я и все ей в подробностях рассказала.

Кое-что только напоследок приберегла.

− Вилс считает тебя тепличной девчонкой, а ему нравятся такие, которые могут постоять за себя и подставить плечо в случае опасности.

− Значит, такие, как Галия, − печально вздохнула Марго.

− Да. Так он мне и сказал. Только, Маргош, обманул он меня.

− Как это?

− Мотя с его тигром контакт наладила, а тот и выболтал. Вилс на самом деле к тебе неравнодушен. Нравишься ты ему. И настолько сильно, что он сам на себя злится, а заодно и на тебя. Ведь ты для него чужая невеста и не чья-нибудь, а правителя черных драконов. Думаю, он еще и от непонимания бесится. Не понимает, почему в тебя влюбился, ведь его привлекает другой типаж женщин.

На лице подруги расцвела счастливая улыбка. Какая же она красавица, − подумала я и передала просьбу:

− Марго, Мотя надеется, что в знак благодарности ты больше не станешь называть ее страшилищей.

− Страшилища? – изобразила удивление драконница. – Мотя, ты самая красивая хищница на свете.

Гиена улеглась на спину и закатила глаза.

− Что это она делает? – озабоченно спросила Марго.

− Тебе придется почесать ей пузо, − знала я уже все повадки своей фамильярки.

Марго оставила мне несколько склянок с подписанными этикетками.

− Суспензия для снятия боли, крем для удаления синяков, мазь для заживления ушибов, переломов и трещин, укрепляющий раствор для восстановления сил, − пояснила она назначение каждой склянки.

− Чтобы я без тебя делала?

− На самом деле, у каждого дракона имеется подобный набор, − сказала она. – При трансформациях иногда случаются травмы, особенно у новичков. Для боевых драконов так вообще, аптечка – лучший друг.

Уже через тридцать минут чувствовала себя вполне бодро и начала принимать заказы на фамильяров.

А вечером ко мне зашли Гриш с Тамарой.

− Я как раз собиралась ужинать, − пригласила друзей к столу.

Достала еще два посудных набора и положила всем картофельной запеканки.

− Вкусно, − похвалил Гриш, быстро управившись со своей порцией.

Пододвинула к нему поближе блюдо с добавкой.

− Тебя вчера не было целый день, − отметила Тамара.

− Ходила в долину Ледников.

− И как, понравилось? – полюбопытствовала девушка.

− В долине понравилось, а вот добираться до нее нет.

− Это точно, − рассмеялась Тамара. – Мы тоже ненавидим дорогу. Сначала сидишь в клетке, а затем кошмарный и бесконечный туннель с постоянными проверками.

− Поэтому и родителей навещаем не так часто, − добавил Гриш.

− Вы совсем скоро выпустите дракона, − предположила я. − Не придется тогда летать в клетках.

− Это точно, − согласился Гриш. – Но туннель-то все равно останется. Миновать его могут лишь правители.

− Правитель белых драконов хорошо тебя принял? – спросила Тамара.

− Не особо, − призналась я. – Но Вилс все же согласился провести для меня экскурсию по Леднику. Мне нравится, что с правителями долин можно общаться запросто, как с обычными людьми.

− Но они не обычные люди, − заметил Гриш.

− Да-да, драконы, − поправилась я.

− Я не о том. Правителя драконьего клана выбирает колесо фортуны. Оно определяет дракона, перед которым окажется не властна стихия долины. Стихия подчиняется такому дракону и позволяет совладать с собой. В противном случае над всей Фортуной давно бы бушевали бураны, били молнии и извергались вулканы, а твой мир потрясли бы страшные природные катаклизмы.

− Ничего себе! Я думала власть в кланах наследственная. То есть отец Дэймона не был правителем черных драконов?

− Дэймон из влиятельной семьи, но никто из его предков никогда не возглавлял клан, − ответила Тамара.

− А как же декан Краус и Райн?

− Так получилось, − пожала плечами Тамара, − колесо выбрало Крауса, а когда пришло время, указало на его сына.

− А Райн такой красавчик, правда? – произнесла она мечтательно.

− А еще он хранит верность всем женщинам сразу, − подколол Гриш сестру.

− Дурак, − надулась Тамара.

Следующим вечером отправилась в Академию вместе с ними. Меня ждала тренировка на уже знакомом поле, а брат с сестрой ушли в корпус слушать какую-то лекцию.

Заранее проверила костюм. На этот раз выбрала фиолетовый слитный спортивный комбидресс. Его шорты полностью закрывали бедра. Я помяла ткань, помочила в воде, попрыгала. Никаких сердечек или иных изменений не обнаружилось.

Пришла немного заранее. Пока переодевалась в раздевалке, успела даже поболтать с девочками из боевой группы Дэймона.

− Аглая, спасибо, что похлопотала, − поблагодарила Роза. – Марго продала нам те чудесные костюмчики с сердцами.

− И мы уже кое-где в них засветились, − заулыбалась другая девушка. – Все просто шеи посворачивали.

− А сегодня у тебя тоже что-то интересненькое? – с любопытством оглядывала Роза мою фиолетовую форму.

− Надеюсь, что нет, − закончила плести я косу, перехватывая волосы тремя резинками.

Мы вместе вышли на поле. И я сразу попятилась, бросилась обратно в раздевалку.

− Аглая, стой! – крикнула Роза. – Это макет.

− Макет? – трусливо выглянула из-за двери.

− Конечно, − рассмеялась девушка. – Нам иногда целую армию выставляют, а сегодня всего лишь один.

Дыхание стало выравниваться. Я думала, что происшествие на площади никак не повлияло на меня. Ошибалась. Видимо, образ панциреобразного монстра все же витал где-то на подкорке. Вот и испугалась натуралистического макета перевертыша.

После разминки, которая явилась для меня не меньшим адом, чем в прошлый раз, Дэймон распорядился:

− Аглая, ты сегодня будешь отрабатывать удары. Остальные на позицию к вулкану. Начинаете под руководством декана Холиуса. Я присоединюсь позже.

Студенты заспешили к бутафории вулканической горы, а я осталась стоять. Что значит отрабатывать удары? Мне предстоит с кем-то подраться?

− Аглая, идем, − прервал мою внутреннюю истерику Дэймон и повел к макету перевертыша.

− Помнишь, какие самые уязвимые у них места? – спросил он.

− Лоб и хвост.

− Молодец, − похвалил Дэймон. – Важно во время драки бить только в лоб или по хвосту. Во все другие точки бесполезно. Во всяком случае, тебе. Только покалечишься.

Он стал учить меня правильно отводить руку, правильно замахиваться, правильно ударять с разных ракурсов, вкладывать в удар силу, ставить ноги так, чтобы энергия удара переносилась от бедер вплоть до кулака.

− Бей по прямой линии, не по дуге, − учил Дэймон. − Сила идет от твоих бедер и торса, а не от траектории руки. По дуге удар получится заметно слабее.

− Бить по прямой не значит полностью выпрямленной рукой, − остановил дракон мой первый выпад. – Так ты можешь повредить локоть.

Я била плохо. Лоб у бутафории оказался твердым. Боялась поранить руку. Оттого подсознательно и уменьшала силу удара.

− Аглая, ты жить хочешь? – спокойно спросил Дэймон, после моей десятой бестолковой попытки сразиться с воображаемым монстром.

− Хочу.

− Тогда врежь ему так, как будто от этого удара зависит твоя жизнь. Не думай о разбитой руке. Ее восстановит заживляющая мазь.

На меня подействовали не сколько слова Дэймона, сколько то, с какой интонацией он их произнес. Мужчина не кричал, не ругался. Он беспокоился за меня.

Я ударила. По-настоящему. Расслабила руку, напрягла кулак, била по прямой линии.

И завизжала. Не от боли. Псевдомакет кинулся на меня.

− Стой, − удержал Дэймон.

Он улыбнулся. Впервые за тренировку. Пояснил:

− Модель перевертыша реагирует на правильный удар.

− У меня получилось! Ура-ура-ура! – запрыгала я, словно маленькая девочка.

Нет бы вести себя как леди, с достоинством, а не скакать козочкой. Но я не смогла сдержаться.

− Аглая, дальше отрабатывай самостоятельно, я буду с группой. Но тебя вижу, так что не думай отлынивать.

А я и не думала. После первой удачи на меня напал азарт. Молотила монстра, радуясь каждому его ответному движению на мои удары. Труднее было с хвостовой частью. Хвост у перевертыша короткий, рукой по нему не ударить. Только ногой. Но нога соскальзывала и не приводила макет в движение.

Я так увлеклась, что не сразу заметила то и дело подлетающих ко мне драконов из группы Дэймона. Они кружили надо мной, потом усаживались неподалеку и вновь улетали.

Что им нужно? Это какая-то часть обучающего процесса? Для кого? Для меня или студентов? Может быть, Дэймон дал им задание отвлекать меня, специально, чтобы я во время боя правильно реагировала на внешние помехи?

Все вопросы разрешились, когда подлетел дракон Розы. Девушка вернула себе человеческий облик. Меня насторожил восторженный блеск в ее глазах.

− А говорила, сюрпризов не будет, − стала ощупывать она меня.

− Роза, что ты делаешь? – отлепила я ее от себя.

− Пытаюсь понять, что за ткань такая особенная.

Мамочки! Я только теперь увидела. Ну, Марго! Ну, подруженька!

Фиолетовый слитный спортивный комбидресс стал полностью телесным. Такие используются в балете, когда хотят изобразить обнаженное тело.

Жесть! Вот отчего все эти драконы кружили надо мной. Думали, что я голая. Хорошо хоть не просвечивает ничего, а то я бы со стыда сгорела.

− Роза, ты тоже такой хочешь? – наблюдала я за большим черным драконом, который отделился от импровизированного вулкана и теперь держал курс в нашу сторону.

− Очень! Очень-очень хочу! – с жаром воскликнула драконница.

− Хорошо. Я поговорю с Марго.

− Только прямо сегодня, ладно?

Не успела ей ответить. Дэймон был уже рядом. Ух, как тяжело смотрит!

− Роза, вернись к группе, − велел он, не глядя на свою подопечную.

Смотрел только на меня.

Студентка испарилась с невероятной скоростью.

Я молчала. Что мне теперь? За его невесту оправдываться?

− Ради кого такие выкрутасы? – требовательно спросил он.

Невольно посмотрела на трибуны.

Дэймон проследил за моим взглядом.

На одной из зрительских скамеек расположился Холиус.

− Ради декана Холиуса? Или того мальчишки? – кивнул дракон в сторону Бранка.

Мой друг как раз направлялся к трибунам.

− А тебе-то что? – рассердилась я.

Вот чурбан! Вместо того, чтобы пасть сраженным от моей красоты, он думает, будто я завлекаю в свои сети кого-то другого. Уже выяснил, что в Вилса я не влюблена. Теперь приписывает мне связь со всеми возможными кандидатами.

− Ты срываешь занятия боевой группы! − распалялся Дэймон. – Являешься на тренировку в неподобающем виде!

− Хорошо, раз так, я больше не приду на тренировку, − выпалила гневно и направилась в сторону раздевалки.

− Только посмей не прийти, − крикнул Дэймон. – Не явишься, велю запереть тебя под домашним арестом.

Удержалась от неприличного жеста.

Домашний арест означал никаких посетителей. А значит, никаких заказов. Как следствие, отсутствие денег. И ведь ослушаться не смогу, номинально, здесь на Фортуне, Дэймон мой правитель. Уверена, если потребуется, он и с Теренсем мое заточение согласует.

В раздевалке имелась аптечка. Заприметила ее еще в прошлый раз. Достала баночку, идентичную той, что мне принесла Марго. Мазь для заживления ушибов, переломов и трещин. Обильно смазала разбитые в кровь кисти рук. Физическая боль быстро улеглась. Но не гнев.

С тренировки вернулись девочки. Пришлось задержаться, так им хотелось поближе рассмотреть мой «голый» костюм.

− Малинка, ты бы поостереглась Холиуса провоцировать, − поджидал меня Бранк. – Герцог глаз с тебя не сводил, пока ты перевертыша мутузила. Я-то сразу понял, что у тебя форма такая, под цвет кожи. Оригинально, конечно. Но, не забывай, дракона дразнить опасно.

− Я не специально.

Друг взял мой мешок с формой, и мы направились к центральным воротам. Я собиралась навестить дорогую подруженьку.

Бранк всю дорогу рассказывал смешные истории из студенческой жизни. И его веселые байки помогли мне остыть. Когда Марго открыла дверь салона, я уже ни на кого не злилась и не гневалась.

− Маргоша, милая, умоляю, − взмолилась я, − дай мне самый обычный тренировочный костюм. Без всяких фокусов.

Подруга рассмеялась.

− Дэймон только что был у меня, − сказала она. – Как он кричал!

− Вот-вот. И на меня кричал, мол срываю ему тренировку. Он думает, я специально запросила у тебя такую одежду, чтобы соблазнять Холиуса.

− Просто отлично, − не разделила моей горечи Марго. – Аглая, Дэймон ревнует. И пока сопротивляется своей тяги к тебе, но скоро сдастся.

− С чего ты взяла?

− С того, что до сих пор он ни разу не повышал на меня голос. Говорила же тебе, в наших отношениях никогда не было страсти. А ты эту страсть в нем вызвала.

− Марго, твои слова провоцируют во мне беспочвенные надежды и глупые фантазии. И теперь, если ты выйдешь замуж за Дэймона, я тебя возненавижу.

− Аглая, с недавних пор я уверилась в действенности нашего плана. У нас все получится.

− Произошло что-то, чего я не знаю?

− Вилс сегодня заходил, − заблестели глаза у Маргошки.

− Один? Без Галии? – уточнила я.

− Один. Официальный предлог его прихода – покупка рубашек в моем салоне.

− А раньше он рубашек у тебя не покупал?

− Ни разу. И не только рубашек. Он вообще раньше ничего не покупал у меня.

− И как? Ты подобрала ему что-нибудь?

− Подобрала, − вновь рассмеялась Марго. – Но ему мой вкус не понравился, и мы с ним вдрызг разругались.

− И поэтому ты такая довольная? – не поняла я ее веселья. − Не могла, что ли, подыграть правителю? Сделать вид, что тебе нравится его выбор? Похвалить? Вилс и растаял бы.

− Аглая, Вилсу не составит труда разгадать мою фальшь. А так – между нами кипели эмоции. Очень острые эмоции, скажу я тебе.

− Ну-ну, тебе виднее, − недоверчиво отнеслась я к ее словам. – Форму дашь нормальную?

Марго принесла мне черную футболку и черные лосины.

− Не беспокойся, самая обычная, − пообещала она. – Нужного эффекта добились, а перебарщивать тоже не стоит.

Последующие три недели Дэймона видела лишь на тренировочном поле. В долинах произошли сильные прорывы перевертышей. Не обычные вылазки, а настоящее наступление. Черный дракон, как и остальные правители, активно принимал участие в его подавлении и даже брал с собой самых сильных студентов из своей группы. Оттого и появлялся в долине Зноя изредка.

Иногда на тренировках его подменял Холиус.

Дэймон за короткий срок очень многому научил меня. Я даже стала овладевать тактикой совместного боя с драконами против перевертышей, чтобы быть не обузой, а полноценным бойцом в случае нападения.

Мне нравилось участвовать в импровизированных сражениях. Правитель выставлял против нас движущиеся макеты монстров. Задачей группы было перевернуть всех. И моя помощь, кстати, очень пригождалась. По большей части драконы вели бой в своей чешуйчатой сущности и не могли повредить короткий хвост противника. Я же приноровилась дергать эту конечность, отчего псевдомонстр начинал механически визжать, дезориентироваться, и именно в этот миг ему наносился контрольный удар в лоб от кого-то из драконов.

Механические перевертыши кусали меня стальными зубами или царапали железными когтями. Было больно. Но стоило отвлечься, меня понарошку убивали. Я научилась не обращать внимания на боль. Все раны залечивались сразу после тренировки.

Марго не обманула. Новая форма оказалась самой обычной, и Дэймон больше не делал мне замечаний. Порой возникало желание одеть что-то провокационное, чтобы дракон опять как-то выделил меня, отозвал в сторону, отчитал, но я вовремя одергивала себя. О чем я только думаю? Перевертыши пытаются прорваться в долину Зноя. Дэймон прилагает все усилия, чтобы научить меня защищаться, а я… Фантазирую и мечтаю.

Расстраивалась, когда Дэймона замещал Холиус. Мужчины предпочитали разный стиль преподавания. У правителя он был более агрессивным. Так, например, во время тренировки, Дэймон атаковал студентов со спины или бросал в них какими-либо предметами.

− Правитель подготавливает к тому, что во время реального сражения нам будут мешать как противник, так и погодные условия, − объяснила мне Роза эти жестокие атаки.

Холиус выбирал не открытые нападения, а хитроумные ходы, призванные озадачивать соперника. Мы учились расставлять ловушки и загонять в них воображаемых недругов. Или, наоборот, выбираться из ловушек, в зависимости от задачи, поставленной деканом.

А еще герцог любил парные спарринги, за что я и не любила его наставничество. Ведь его партнершей неизменно становилась я. И неизменно оказывалась поверженной на землю.

− Аглая, учись держать удар, − говорил он мне. – Ты научилась бить, но не умеешь отражать.

Но Холиус был мне не по зубам. Не получалось ни достать его, он уворачивался, ни отразить его, явно не в полную силу, удары.

− Малинка, я видел, Холиус сегодня поддавался тебе. Почему ты не смогла защититься? – спросил как-то Бранк.

Друг всегда ждал побитую меня после занятий и провожал домой.

− Знаешь, мне кажется, я просто боюсь герцога на психологическом уровне. Еще с того дня, как проводился отбор абитуриентов в Академию. Холиус ведь видит скрытые силы человека. Когда встаю с ним в спарринг, не могу сосредоточиться, все время думаю, что он копается в моих внутренностях.

Я не могла не замечать интереса, проявляемого деканом по отношению ко мне. Только этот интерес не вызывал приятности, мол обворожила самого герцога, он пугал меня. Словно акула кружит вокруг своей жертвы, постепенно сужая и сужая круги.

В день, когда в долину Зноя пришла радостная весть о полном отражении наступления перевертышей, я с большой охотой шла на очередную тренировку. Если бы знала, чем она закончится, сказалась больной и осталась дома.

Я поссорилась с красным драконом. С Райном. Более того, унизила его перед всеми, кто находился на тренировочном поле.

А, учитывая небольшую площадь Фортуны, не сомневалась, новость разлетится по всем долинам мгновенно.

На занятии было предложено сразиться между собой студентам боевых групп красных и черных драконов. Бранк рассказывал мне о такой практике в Академии. Тренировочные бои время от времени проходили совместно с другими факультетами.

Дэймон и Райн тоже принимали участие.

Сражаться можно было и в человеческом облике, и в чешуйчатом. Поверженный на землю, выбывает. Но бились не только между собой, требовалось попутно переворачивать движущиеся макеты перевертышей. Если к исходу битвы макетов на поле останется больше, чем игроков, то победа будет признана за перевертышами.

Мне Дэймон поручил любыми способами отвлекать противника. Я была тем, кто заманивает в ловушку.

− Эй, красные! Мы вас сделаем! – кричали парни из моей группы.

− Подавитесь! – отвечали с противоборствующей стороны.

Так они и перебрасывались до самого свистка судьи репликами, впрочем, беззлобными. Судьей выступал Холиус.

Моим преимуществом стало то, что меня вообще не воспринимали всерьез. За счет этого мне удавалось помогать своей команде переворачивать макеты монстров и отвлекать соперников.

До тех пор, пока на моем пути не вырос Райн.

− Значит, не только красива? Еще и драться умеешь?

− Собираешься драться с девчонкой? – спросила иронично в надежде, что он уберется подальше.

− Нет. Но с удовольствием посмотрю на твой удар, − прищурился дракон.

Не знаю, почему я это сделала. Райн не ожидал. Но я согнула колени, как учил Дэймон, с силой оттолкнулась от земли и нанесла удар сопернику в подбородок.

Райн обалдело уставился на меня. На его красивом лице заалела ссадина. Из нее капала кровь на белоснежную рубашку.

Дэймон воспользовался заминкой и сбил Райна с ног.

Вокруг загудело. Рядом со мной хлопали крылья. Кто-то кричал. А я не могла пошевелиться. Толкни меня сейчас, и я свалюсь без сопротивления.

− Ну, Аглая. Я тебе это припомню, − поднялся красный дракон с земли и направился в сторону трибун.

Группа Дэймона выиграла сражение. Парни и девушки обнимали меня, поздравляли, что-то говорили. Реагировала по инерции, а думать могла только о том, что ударила самого правителя на глазах у всех и о взгляде его голубых глаз, в которых полыхало… Что? Желание прибить меня? Отомстить?

Бранк сегодня не проводит меня. Помогает отцу на карьере. Интересно, чтобы он сказал о случившемся? Вышла из Академии вместе с девочками из боевой группы. К сожалению, нам не по пути. Попрощалась с ними и трусливо побежала домой. Когда запирала калитку, озиралась по сторонам. Надеюсь, ночью Райн не придет убивать меня?

Сон не шел, слишком переживала, все мусолила и мусолила создавшуюся ситуацию. Я не хотела нажить себе врага в лице Райна. К тому же он мне нравился. Несмотря на его нарциссизм, позерство и вольное отношение к женскому полу, с ним было легко и весело.

И Тамара в него влюблена. А теперь дракон и ее запишет во врагини, за компанию со мной.

Промучилась полночи и успокоилась только тогда, когда приняла решение. Я отправляюсь в долину Молний. Буду вымаливать у Райна прощение.

Мотя опять пожелала сопровождать меня. Вот и хорошо. Я так привязалась к бракованной фамильярке, что уже не продала бы ее никому ни за какие деньги. Жаль только, что дополнительной опцией она наделена дурацкой, которая никак не может мне пригодиться. Тут уж ничего не изменить.

Утром пришлось подождать дракона курьера. Ведь заранее заявки я не оставляла.

На этот раз прибыл красноволосый парень. Знает ли он о том, что это именно я вчера ударила его правителя? А если знает, не сбросит ли в отместку клетку со мной в каком-нибудь гиблом месте?

− Летим? – спросил курьер. Заметил мою нерешительность.

− Летим, − решилась я.

Оплатила дорогу и забралась в клетку-переноску, где уже вольготно устроилась Мотя на единственной подушке. Пришлось спихнуть ее на пол.

Измотанная бессонницей и переживаниями, я заснула и спала все два часа полета. Дракон клетку не сбросил.

Вновь бесконечно длинный туннель, множество караулов и выход в долину.

Ситуация повторялась. Стоило мне выйти на поверхность, юркнула обратно в туннель. На этот раз не из-за мороза. Из-за ливневого дождя.

− Дождевик не взяла? – участливо спросил пожилой караульный.

− Думаю, при таком ливне дождевик не спасет.

− Держи, − выдал мужчина мне шнурок с подвеской-пуговкой. – При сильном грозовом фронте выдерживает пять часов.

Понятно теперь. Знакомое слово дождевик здесь подразумевает нечто иное, чем клеенчатый плащ. И действие у него прямо-таки фантастическое!

С неба стеной льет дождь, я стою под струями воды и не мокну. Потрясающе. Более того, сквозь поток вполне приличная видимость.

Долго искать дорогу ко дворцу не пришлось. К нему вел большой закрытый майоликовый мост. И, естественно, мост украшали великолепные статуи драконов, выполненные из майоликовой глазури. Так и приходили на ум работы моего любимого художника Михаила Врубеля.

Миновала указатели – «Сектор Молния», «Сектор Дождь», «Сектор Радуга», «Закрытая зона», «Жилой сектор» и повернула по стрелочке – «Дворец».

− Мотя, ты только посмотри! – не удержалась от восхищенного возгласа.

− Да, ничего так дворец у красноволосого, − откликнулась гиена.

Дворец Райна повторял зигзагообразную башню Академии, но выглядел величественнее. Яркий, красочный многоцветный кирпич переливался с не менее яркой керамикой из цветной обожженной глины. Стены дворца-башни складывались из множества квадратов. А эффект ломаной линии получался за счет открытых площадок, расположенных лесенкой по всей высоте здания.

За счет того, что в небе искрили молнии, дворец будто светился. А раскинутая над ним радуга добавляла иллюзию фантастической, сказочной нереальности.

Внутри иллюзия не развеялась, так как мы с Мотькой оказались не в обычном холле, а в инсталляции самого настоящего смешанного мини-леса. Картинка выглядела настолько реалистичной, что даже потрогала ствол одного из деревьев, желая убедиться в его искусственности.

В этом весь Райн, − улыбнулась я. – Любитель произвести впечатление. Как-то он встретит меня?

− Аглая, держи сумку крепче, − вдруг предупредила гиена.

− Зачем? – не поняла я.

− Смотри, − указала Мотя куда-то наверх.

− Какая хорошенькая! – углядела на ветке дерева маленькую лисицу фамильярку.

− Она у тебя яблоко из сумки украла, − доложила Мотя.

− Да? – стала проверять я содержимое своей ручной клади. – Точно, яблока не хватает. Однако! Какой криминальный фамильяр у Райна.

Лисичка спрыгнула с ветки и побежала вглубь реалистичного леса.

− Скорее за ней, − рванулась я с места. – Пока она не успела еще предупредить дракона.

С моей стороны, наивным было, конечно, предполагать, что Райн не знал о приходе гостей.

Стоило выскочить из холла вслед за лисицей, как я сразу же и напоролась на правителя красных драконов.

− Так-так, − молвил Райн. – Кто это ко мне пожаловал? Неужели та самая прекрасная дева, что отправила меня в нокаут на глазах у изумленной публики?

Значит, все-таки затаил обиду, − покрылась я липким потом. Что ему стоит сейчас убить меня? Или подвергнуть пыткам? Из-за страха, не иначе, ляпнула первое, что пришло в голову.

− Твоя фамильярка больше подходит девчонке, чем тебе.

− Аглая, а тебя не предупреждали, что неразумно смеяться над живым драконом? – прищурился Райн.

Боже, вот что я несу? – отругала себя за глупость и начала оправдываться.

− Я имела в виду, лисица маленькая и хорошенькая, хочется потискать ее. Девчонки любят таких зверушек.

− Так я и завел ее, чтобы девчонки тискали. Можешь тоже повозиться с ней, если хочешь.

Уловила вдруг ревностный взгляд Моти. Надо же! Похоже, не только я к ней привязалась, но и она ко мне.

− Нет, спасибо, − отказалась от предложения дракона. – Она у меня яблоко незаметно украла. Боюсь, как бы ключи от дома не стащила или еще чего.

Райн не удержался от смешка.

− У нее по всему дворцу нычки из одолженных вещей, − заменил он слово «ворованные» на более мягкую формулировку.

− Выходит, у тебя тоже нестандартный фамильяр, как и моя Мотя. Райн, я вообще-то извиниться пришла за то, что вчера натворила.

− Хорошо, извиняйся.

Не распознала интонации. Он дает мне шанс уладить ситуацию? Или собирается высмеять мои жалкие потуги?

− Прошу прощения за то, что ударила тебя вчера, − начала я. – И за то, что сделала это при большом скоплении зрителей. Мне жаль, что так получилось. Пожалуйста, прости и не обижайся на меня.

Выпалила и съежилась под его пристальным взглядом. Не знала, какой реакции ожидать.

Мужчина громко засмеялся. По-настоящему, не наигранно.

И что значит его смех?

− Аглая, я не обиделся. Наоборот, это было потрясающе! Обычная девчонка, даже не драконница, накостыляла самому главному дракону. Я восхищен. Никто не думает, что ты унизила меня. А история со временем обрастет байками. Будет о чем вспомнить в старости. К тому же теперь среди претенденток на мое сердце я могу проводить кастинг. Критерий отбора – повторить удар от Аглаи.

Невольно фыркнула.

− Очень смешно.

− А почему нет? Я уже в предвкушении.

− Погоди-ка! – дошло до меня. – Ты что же, все подстроил?

− Красивая, смелая и умная, − перечислял мои достоинства Райн. – Милая девочка, конечно, подстроил. Неужели ты думаешь, я позволил бы себя ударить?

− Но зачем?

− Чтобы ты пришла ко мне извиняться.

Должна ли я была рассердиться на Райна за подставу и за бессонную ночь? Возможно. Но я обрадовалась, что мы по-прежнему друзья и лишь спросила:

− Как ты мог просчитать мои действия?

− Я знаток женской психологии, − похвалился дракон.

− Ты ведь мог просто пригласить меня в гости.

− Однажды уже приглашал. Но ты попыталась подсунуть мне вместо себя свою малолетнюю подружку.

− Тамаре уже двадцать лет, − возмутилась я. – Ты вряд ли намного старше ее.

− Мне двадцать пять. Скоро исполнится двадцать шесть.

− Видишь, не такая уж и большая разница, − порадовалась подвернувшейся возможности прорекламировать Тамару.

− Может и небольшая. Неважно. Со студентками я больше не связываюсь. Табу.

− Почему?

Такая подробность о красном драконе действительно казалась весьма любопытной. При неприкрытом интересе к женщинам и поди ж ты, со студентками он не связывается.

− Ты знаешь, что случилось с моим отцом? – спросил Райн.

− В общих чертах, без подробностей. Говорят, декану Краусу перебило крыло молнией, и он больше не может летать.

− То, что с ним произошло, моя вина, − тяжело вздохнул Райн. – Четыре года назад я крутил роман с одной студенточкой и пригласил ее во дворец. А она оказалась перевертышем.

− Как такое возможно? – изумилась я.

− Шпионка. Перевертыши периодически засылают к нам своих посланцев под видом обычных людей.

− А как же всевозможные защиты от них, фамильяры, распознающие перевертышей, или драконье чутье?

− Работает. Только существа находят все новые и новые способы обходить защиту. В тот раз на девчонке обнаружили амулет сокрытия сущности перевертышей. Его разобрали, считали принцип действия и создали контрартефакт, который позволил выявить и других шпионов в долине Зноя. После этого три года все было тихо, но недавнее нападение на тебя подсказывает, твари изобрели новый амулет сокрытия. И, кстати, на том парне он был, но самоуничтожился.

− И теперь нельзя найти других, если они есть? – догадалась я.

− Мы предполагаем, что тот перевертыш был пока единственным засланным. В долине Туманов хотели проверить, сработает новый амулет или нет. Но парень выдал себя и теперь ты сама видела, какая усиленная проверка на постах.

− Так что случилось в тот раз?

− Аглая, давай, я покажу тебе сектор «Молния»? Когда ты увидишь своими глазами, то лучше поймешь то, что произошло с моим отцом.

Конечно, я согласилась.

Мотю оставила с хитрой лисичкой. Глядишь, и с ней подружится, узнает что-нибудь интересное.

Не перестаю удивляться тому, что вижу на Фортуне. Пока Райн держал меня в одной лапе и летел к нужному сектору, я отчаянно вертела головой. В этой долине гремели молнии, окрашивая небо в немыслимый по своей красоте цветовой спектр. Дождь изливался с туч разными потоками. Разве так бывает? Струи ливня, за ними проглядывает мелкий дождичек, а далее видны горошины града. И радуга. Ее тут так много. Линейная молния прошила радугу. Через мгновение Райн коснулся семицветика крылом, по крылу пробежали электрические искорки. Он повернул шею в мою сторону, в голубых драконьих глазах видела свое отражение.

Улыбнулась ему. Догадалась, дракон специально продемонстрировал мне фокус с искорками. Позёр.

В секторе «Молния» Райн опустился на платформу какой-то вышки. Поставил меня и принял человечий облик.

− Отсюда лучше всего наблюдать, − пояснил он. – И за тем, что в небе, и за тем, что внизу.

В этом месте вполне можно было представить, как выглядит апокалипсис. Молнии, сконцентрированные на небольшом участке небосвода, били по очереди, били все разом. Горизонтальная молния не достигала земной поверхности. Ее вспышки расползались ломанными линиями в разные стороны. Ленточные широкие молнии устремлялись четко вниз. Длинная светящаяся полоса сразу из нескольких разрядов бушевала над облаками.

− Как? Как она может быть над облаками, а не под ними? – таращилась я на невиданное явление.

− Шторовая молния, − сказал Райн. – Она всегда там.

Вокруг полыхало розовым, сиреневым, синим, желтым. А над самой землей резвились шаровые молнии.

− Райн, что они делают?

Красные драконы буквально в доли секунды ловили молнии, меняя траектории вспышек и направляя их в глубокие котлованы-колодцы.

− Ты знаешь, что от молнии есть польза?

− Никогда о таком не слышала.

− Тем не менее – это так.

Расслышала нотки гордости в его голосе. Однако, парень любит не только себя. Очевидна его любовь к своей долине.

− Электрические разряды очищают воздух от загрязнений, изменяют тяжелые вещества в полезные и копят азот. Вот через те три котлована, − указал Райн на самые дальние, − по проложенным трубам вся эта полезность идет в долину Зноя, освежает воздух и позволяет расти самым разным растениям. А иначе, там станет просто нечем дышать.

− Я потрясена, − сказала совершенно искренне. – А другие колодца?

− Для сбора энергии молний. В ледниках у Вилса собирается энергия ветра с целью выработки электричества, а здесь для этой же цели – энергия молнии.

− Вот в таком котловане отец и повредил крыло, − добавил Райн. – Та студентка все упрашивала показать ей долину. Я привел ее сюда. Мы стояли на платформе, смотрели на разряды. Из-за шума, я не заметил, когда она стала перевоплощаться. Перевертыши в своей второй сущности очень сильны. Она столкнула меня в колодец, куда лупили одна за другой молнии. Красные драконы не страдают от молний. Сама видишь, могут даже перенаправить ее движение. Но тогда я еще не умел летать.

− Декан Краус спас тебя?

− Да. К счастью для меня отец был рядом и увидел мое падение. Он влетел в колодец за секунду до того, как меня поджарили бы молнии. Выбраться оттуда он не мог. Дракону нужен большой размах для крыльев. Перевоплотиться в человека, пока безостановочно бьют молнии, тоже не мог. Отец закрыл меня крыльями. До сих пор помню, как нас тогда колбасило. Его крыло повредилось не от молнии, а от напряжения. Он боялся за мою жизнь и все старался закрыть так, чтобы меня не задело. Крыло вывернулось, хрустнуло. Так бывает.

− Райн, не вини себя. Ты бы для своего сына сделал тоже самое.

− Отец так и говорит, − невесело улыбнулся он. – Но ведь это я притащил ту тварь.

− Почему она сбросила тебя?

− Мстила за свою семью. Красные драконы под руководством моего отца уничтожили большой отряд перевертышей. В том отряде была вся ее родня. Она понимала, что с самим правителем ей не справиться, а вот я оказался легкой мишенью. Мой дракон проявился на следующий день после этого случая. А еще через день колесо фортуны указало на меня, как на нового правителя долины.

− Как же вы выбрались тогда?

− Драконы, когда поняли, что происходит, стали перенаправлять молнии. Не давали им ударять в котлован до тех пор, пока мы не вылезли из него.

− Райн, а перевертыши, они – кто? Больше люди или монстры?

− Они не любят человеческий облик, потому что не могут наестся пищей, которой мы питаемся. Образ панциреобразных для них более естественен, и в этой сущности они едят людей. Воруют их, кстати, из твоего мира.

Я ахнула. Так вот откуда такая статистика по без вести пропавших людях.

− Аглая, а хочешь на радуге покататься? – неожиданно спросил Райн.

Вот за это он мне и нравился – за легкость характера, за умение переключаться.

Сектор Радуга представлял собой парк развлечений для красных драконов. Где-то вдали гремел гром, била молния, лил дождь. А в этом месте красивой дугой светились сотни радуг. Или их было намного больше?

Красноволосые женщины и мужчины катались в вагончиках. Вагончики набирали скорость, устремляясь по рельсам вверх, закручивали своих пассажиров, резко изменяли направление и скорость движения. И, казалось, что едут они по самой радуге. Вагончики проходили сквозь семицветное чудо, забирались на самую высокую точку разноцветной дуги и скатывались с нее, словно с горки.

Мы с Райном присоединились к праздно проводящим время драконам.

Я смеялась и кричала от восторга. Погружала руки в радугу. Может, она и оптическая иллюзия, но только не на Фортуне. Здесь ее можно потрогать! Пройти сквозь нее. Ощутить легкую влагу на коже и едва уловимый травяной запах.

Когда мы вдоволь накатались на разных аттракционах, я поблагодарила Райна.

− Спасибо тебе. Давно я так здорово не проводила время.

− Рад, что ты довольна, − улыбался дракон. – Теперь мороженое?

− Твоего приготовления?

− Другого не предлагаю.

Во дворце застали злющую гиену и надутую лисичку.

− Моть, ты чего? – попыталась выяснить у фамильярки причину раздора.

− Рыжая вообразила меня лошадкой, − буркнула Мотя.

− А ты?

− А я согласилась ее прокатить, если она поделится своими продуктовыми нычками. Представляешь, катала нахалку по всему дворцу и взамен ничего не получила. Обманула меня мелкая.

− Почему тогда она тоже выглядит недовольной?

− Я у нее клок шерсти выдрала за обман.

− Ничего себе у вас тут страсти кипят, − вырвался у меня смешок.

Последовала за Райном в дворцовую кухню, попутно рассматривая интерьер. Он сильно отличался от того, что я видела во дворце Вилса. У белого дракона все строго и лаконично, все выдержано в едином стиле. У Райна – сплошная эклектика и буйство красок. Потолочные балки украшены затейливой резьбой. Напольная плитка ярких насыщенных цветов. Богатая обивка мебели. У Вилса – все для удобства, у Райна – для эффектной красоты.

− Мое любимое, − поставил Райн две креманки на стол. – С двойным вкусом, клубника и лимон.

Разрезала мороженое по линии, где начинается один вкус и заканчивается другой.

− Райн, если бы я раньше знала, что это так вкусно, то уже давно побывала бы у тебя в гостях.

− Я не против видеть тебя в своем дворце, как можно чаще, − моментально среагировал мужчина.

− Аглая, соглашайся, − раздалось в моей голове. – За такую вкуснятину я даже его лисицу готова терпеть.

Посмотрела на гиену. Мотька вылизывала миску, которую Райн наполнил для нее ванильным мороженым.

− Я вам не помешал?

Не донесла ложку до рта.

Почему он так действует на меня? Даже его голос вызывает во мне трепет. В присутствии этого мужчины я становлюсь полной слабачкой.

− Дэймон! – приветливо откликнулся Райн. – Присоединишься?

− Нет, спасибо. Я за Аглаей. Ее ждет срочный заказ на фамильяра из Академии.

− И потому ты сам лично прибыл за ней? – с любопытством взглянул Райн на черного дракона.

Тот не удостоил его ответом.

− Аглая, доедай. Пора возвращаться в долину Зноя.

Запихала в себя оставшиеся две ложки вкуснейшего лакомства. Неловко выбралась из-за стола.

− Райн, еще раз спасибо за чудесный день, − не могла не поблагодарить я красного дракона.

− Надеюсь на скорую встречу, − ответил он мне, наблюдая за реакцией правителя долины Пекло.

Дэймон дернул меня за руку.

Когда забралась в корзинку, он сам пристегнул мой страховочный ремень.

− Дэймон, ты следишь за мной?

− Не я.

− А кто?

− Я кое-кого нанял.

Дэймон не сказал, кого нанял следить за мной. Но я подозревала Гриша и Тамару. Брат с сестрой жили по соседству и в общем-то знали о каждом моем шаге. Вот и сейчас пришли ранехонько, до начала занятий в Академии.

Угостила парочку шарлоткой. Тамару сильно интересовало мое общение с ее драгоценным Райном. Не стала расстраивать девушку и говорить о безнадежности завоевать сердце красного дракона. Во всяком случае, пока она находится в статусе студентки.

Стоило соседям уйти, явился Бранк.

− Ты немного опоздал. Пятнадцать минут назад у меня был яблочный пирог. Если подождешь, сделаю еще один, − предложила я.

− От пирога не откажусь, − уселся Бранк на свободный табурет. Два других были заняты Филимоном и Мотей.

− На учебу не торопишься?

– У первого курса сегодня лекции во второй половине дня. Малинка, в Академии только и разговоров о твоем ударе во время тренировочного боя. Жаль, меня там не было. Хотел бы я посмотреть на такое зрелище.

− Райн так и сказал, что все будут обсуждать, но он совсем не против.

− А чего ему против быть? Позволив себя ударить, он открыто продемонстрировал свой интерес к тебе. Теперь все гадают, случится меж вами роман или нет.

− Или нет, − посчитала нужным обозначить свою позицию.

− И правильно. Ловелас он, незачем тебе связываться с ним. Поиграется и бросит. Малинка, я ведь тебе кое-что принес, − полез Бранк в свой объемный рюкзак. – Пока ты на главе красных драконов удары отрабатывала, я отцу на карьере помогал. И среди известняковых камней книгу нашел. Старинную. Она в земле в закрытом стеклянном аквариуме лежала, оттого и сохранилась, наверное.

Поставила противень с шарлоткой в духовку и взяла из рук Бранка книгу в серебряном чешуйчатом переплете. С обложки на меня глядело изображение серебристого дракона. Глаза его – пронзительно зеленого цвета. Удивительно, но краски от времени не потускнели. Переплет и рисунок были выполнены очень искусно. Держать старинный фолиант в руках – это, как прикоснуться к чему-то вечному, к чему-то такому, что вызывает благоговейный трепет.

Прочла название.

− «Сказания о серебряных драконах».

− Всю ночь читал, − признался Бранк. – Что-то я уже слышал. Но все равно много нового узнал. Ты ведь, помнится, интересовалась вымершим кланом. Вот, я тебе и принес.

− Очень хочу прочесть, − поблагодарила Бранка. – Но разве такую находку можно оставлять у себя? Вы не должны отдать книгу? Она, скорее всего, является достоянием Фортуны, историческим наследием.

− Еще чего, − фыркнул Бранк. – Малинка, может, откуда ты явилась, такое и практикуется. Но здесь, карьер – личная собственность моей семьи. И все, что в нем найдено, ей и принадлежит.

Начать читать сразу или хотя бы полистать книгу, не получилось. Пришел Дэймон.

− Аглая, приглашаю тебя в гости, − сказал он, красноречиво поглядывая в сторону Бранка.

− В гости? В смысле – в твой дворец? – не верилось мне, что приглашение взаправду.

− И в дворец, и в саму долину. Ты ведь еще не видела, что представляет из себя Пекло.

− Я, кстати, тоже не видел, − заявил Бранк.

− А белому дракону там и нечего делать, − парировал Дэймон. – Крылья обожжешь.

Это что сейчас было? − перевела растерянный взгляд на Бранка.

− Малинка, я, пожалуй, пойду, − друг благоразумно не стал продолжать пикироваться с черным драконом. − Только пирог, если готов, заверни мне с собой, пожалуйста.

− Пахнет вкусно, − заметил Дэймон.

− Это шарлотка. Может быть, ты тоже хочешь? – предложила, стараясь всячески сгладить возникшее напряжение между мужчинами.

− В другой раз обязательно попробую, − пообещал Дэймон. – А сегодня мой повар расстарался, я предупредил, что ожидается гостья.

Вот как, он уже и повара предупредил.

− А как же тренировка? – вспомнила я о вечернем занятии.

− Мы вернемся к нужному времени, − не оставлял мне Дэймон путей к отступлению.

Завернула горячий пирог в фольгу и проводила Бранка до калитки.

− Малинка, надеюсь, ты знаешь, что делаешь? – с беспокойством спросил друг.

− Не волнуйся, все в порядке, − заверила я.

− Знаешь, если на то пошло, лучше бы ты выбрала декана Холиуса.

− Почему? – удивилась я. – Не ты ли говорил – держаться от него подальше?

− Герцог хотя бы вдовец. И, насколько я знаю, постоянной подружки у него сейчас нет. А правитель Дэймон вот-вот женится. Даже мои родители болтают о его скорой свадьбе с Марго. Малинка, он разобьет тебе сердце.

Хотела сказать Бранку, что его предупреждение запоздало. Но промолчала.

Вернулась в дом, попутно сняв с дерева шустрого котенка фамильяра. Забрать бесенка должны только через день, а пока надо сдать его на попечение Филимона.

− Аглая, я постоянно вижу тебя с этим мальчишкой. Вы с ним прямо не разлей вода. Что вас связывает? – спросил Дэймон, стоило мне открыть дверь.

− Дружба. Бранк – первый, с кем я познакомилась на Фортуне. Мы хорошо понимаем друг друга.

− Это немного странно.

− Почему?

− Обычно драконы разных кланов не сближаются. Во всяком случае, слишком близко. Исключением является…, − Дэймон немного помолчал и закончил предложение, − влюбленность, любовь.

− Я не влюблена в Бранка.

− Значит, он влюблен.

Не стала спорить и что-либо доказывать. У Дэймона уже сформировалось свое мнение, а я не знала, как объяснить ему, что он не прав. Девушки ведь чувствуют такие вещи. Между мной и Бранком сформировались очень теплые, заботливые, доверительные отношения, но не более.

− В клетке или корзине? – сменила я тему.

− А тебе как больше нравится?

− Корзина. Определенно. В ней я чувствую себя обычным человеком, совершающем путешествие. А в клетке – узницей.

− Значит, в корзине, − улыбнулся Дэймон.

Мотя решила остаться дома, на мое предложение лететь вместе, гиена ворчливо заявила, что не выспалась, так как с самого утра ее видите ли все время будят мои посетители.

Попросила Дэймона дать мне немного времени на сборы. Решила одеться в духе своего клана, тем более, что у меня имелось прекрасное черное платье и подходящие браслеты к нему.

Я уже в третий раз летала с ним. Так и привыкнуть недолго. Во время полета с молодыми драконами курьерами меня преследовал постоянный страх упасть, несмотря на кажущуюся безопасность резиновой клетки.

В лапах Дэймона страшно не было, на размах его крыльев я готова смотреть бесконечно, так же, как и дотрагиваться до черной жесткой чешуи с зазубринами.

Никаких туннелей. Никаких караулов и проверок. Кайф!

Дракон доставил меня прямо во дворец, опустил корзину на одну из множественных площадок-платформ. Помог расстегнуть страховочный ремень и выбраться наружу.

Я успела немного разглядеть вереницу построек, длинный мост и сам дворец, который более подошло бы называть замком, так как он располагался в скале. Все в черном цвете.

− Дэймон, из чего сделаны дома в долине и здание факультета Пекло в Академии? Шунгит?

− Нет. В основном – черная базальтовая лава. Или черный кирпич. Цвет получается за счет обмакивания кирпича в марганец и мраморную крошку. Тебе кажется мрачно, да?

− Есть немного.

− В долине пепла и золы черный цвет для построек самый оптимальный, − пояснил Дэймон.

− Ясно.

− Идем? – пригласил он и взял меня за руку.

Дверь с платформы вела на кухню.

− Рокас, мы прилетели, − оповестил Дэймон невысокого пожилого мужчину в поварском колпаке.

Рокас поцеловал мою руку.

− Надеюсь, прекрасная Аглая останется довольна угощением, − сказал он.

− Почему-то совсем не сомневаюсь в этом, − ответила повару.

Дэймон показал, где можно умыться, а затем отвел меня в небольшую и уютную столовую.

Стол к нашему появлению уже накрыли.

− Ожидается кто-то еще? – спросила немного разочарованно.

− Почему ты так решила? – удивился Дэймон.

− Столько блюд, − пояснила я. – Для двоих слишком много. Или – это ты, любитель покушать?

Дэймон засмеялся.

− Согласен, Рокас немного перестарался с количеством блюд для двоих. Но, кроме груш, твоих предпочтений я не знаю. Поэтому тебе предоставлен выбор.

− И поэтому на столе так много десертов из груш?

Было приятно, что Дэймон запомнил мой любимый фрукт.

− Хотелось хоть в чем-то не проколоться, − улыбнулся он.

Мы кушали и говорили обо всем на свете. Нам не приходилось искать тем для разговоров, не было неловких пауз или смущения.

− Аглая, тебе должно быть пришлось тяжело. Оказаться в чуждом мире. Как ты справляешься? – спросил Дэймон.

− Поначалу испугалась, особенно когда ректор Теренс предложил утилизовать меня. Но потом решила воспринимать случившееся со мной не как катастрофу, а как поворот судьбы. Вспомнила, что в детстве верила в возможность попасть в мир фэнтези. Так что, можно сказать, моя мечта осуществилась.

− Но Фортуна реальный мир, − возразил мужчина.

− Это я уже поняла. Так ты скажешь, кого нанял следить за мной и зачем?

− Предположения?

− Тамара или Гриш, или оба сразу.

− Аглая, я обратился к более компетентному лицу. И тебе этот человек знаком.

− Неужели, Бережь №5? – не находилось у меня других кандидатов.

− Именно, − подтвердил Дэймон.

− Как его зовут на самом деде? Сколько не пытаюсь выяснить, он не говорит. Этот мужчина самый настоящий кремень.

− Честно говоря, я не интересовался. Бережь принято называть по номерам.

− Я думала, он по поручению Теренса приходит.

− Раз в неделю, да. В остальное время по моей просьбе.

− Ты ему платишь?

− Плачу.

− Но зачем, Дэймон?

− Боюсь, что возле тебя опять может возникнуть перевертыш.

− Боишься?

− Аглая, я не хочу, чтобы тебя съели.

− Почему? Какая тебе разница?

− На этот вопрос мне трудно ответить даже себе самому.

− По какому принципу ты отбираешь студентов в элитную группу? – решила задать все интересующие меня вопросы, раз уж выдалась такая возможность.

− Во-первых, беру только раскрывшихся драконов. Нянчиться с теми, кто еще не выпустил крылья, не хочу. Во-вторых, декан Холиус сообщает мне о студентах с самым сильным потенциалом.

− Студенты, которые будут потом охранять границы долины?

− Да. Аглая, на границах, к сожалению, идет постоянная война. Перевертышей слишком много и их трудно убить.

− Это весь принцип отбора в твою группу? Быть раскрывшимся драконом и обладать мощным потенциалом?

− Не совсем. Я беру не только самых сильных. Когда студенты участвуют в отборочных боях, выбираю и тех, кто проявляет хитрость и смекалку. А ты, Аглая, как у тебя получается изготовить нужный фамильяр?

− Я как будто соединяюсь со своим рисунком. Пока колесо крутится, все время представляю, что мы с изображением единое целое. Воображаю, как получаются лапки, хвост, ушки, туловище. Не знаю, как это работает. Но работает. Думаю, Мотька у меня бракованной получилась, потому что она стала моим первым опытом, и я, вместо того, чтобы установить связь, представляла обычное животное, какое оно бывает в природе. Дэймон, а кто твой фамильяр? Что-то я никого пока здесь не видела.

− Она прямо за тобой, − улыбнулся дракон.

Осторожно обернулась. Секундный страх сменился облегчением. Все-таки за моим креслом фамильяр, а не настоящая пантера.

− Красивая девочка, − искренне сказала я.

− Она говорит – ты тоже.

− Вот как. Значит, вы там потихоньку меня обсуждаете?

− Есть немного, − признался Дэймон.

− Покажешь долину? – попросила после того, как съела уже все, что можно, и больше в меня точно ничего не влезет. Разве что, вот эта грушевая мармеладка.

Никогда раньше не видела ни одного вулкана. В долине Пекло их имелось в избытке. Сплошные действующие вулканы и непрерывный поток раскаленной лавы. И черные драконы. Много черных драконов. Направляют лаву в нужные русла. Страшное и захватывающее зрелище. Мне показалось, драконница внутри меня заскулила. Или – это лишь моя фантазия?

− Дэймон, такое количество лавы используют в строительстве? – потрясенно глядела я на раскаленные ручьи, пытаясь успокоить разыгравшееся воображение.

− Еще для мощения тротуаров и в косметологии.

− Точно. Пемза, − вспомнила я пористые терки для пяток.

− Никогда не устаю смотреть на извергающиеся вулканы, как будто я с ними одно целое, − сказал Дэймон.

Мы стояли на платформе необычайно высокой вышки. Но не настолько высокой, чтобы она была выше всех гор. Оттого создавалось впечатление, что лава низвергается с самих небес.

− Ты такой же разрушающий?

Дэймон перевел взгляд с гор на меня.

− Аглая, от вулканов есть и польза.

− И какая же?

− Баланс температурного режима, − начал перечислять он. – Вулканы помогают охлаждать долину Зноя. Выбрасывают пепел и диоксид серы в воздух, что способствует отражению солнечных лучей обратно в космос. А вулканические газы убыстряют процесс поступления воды в атмосферу, тем самым, формируя ее.

− Все это прекрасно, Дэймон. Но драконам приходится прилагать столько усилий для подчинения стихии.

− К сожалению, да. Когда были живы серебряные, на Фортуне царил полный баланс. Четыре клана уравновешивали его. Но перевертыши истребили наших собратьев и заняли долину Туманов. С тех пор равновесие нарушено, и оставшимся кланам приходится бороться не только с панциреобразными, но и за поддержание жизненного баланса.

− Тяжело вам приходится, − пожалела я непростую жизнь взрослого дракона.

− Все не так плохо, − взял меня за плечи Дэймон. – Аглая, посмотри туда.

Он развернул меня на сто восемьдесят градусов, и я не могла не улыбнуться.

− Горячие источники?

Внизу можно было разглядеть фигурки людей в клубах пара.

− Источники, гейзеры, кипящие грязевые бассейны, термальные воды, − перечислил Дэймон. – Привлекают массу народа.

− Еще бы. В моем мире такие места тоже популярны.

− Спустимся? – предложил он.

Мне очень хотелось туда. Только…

− Купальные костюмы там есть, − понял Дэймон причину моего замешательства.

«Термальный рай» – извещал большой баннер многочисленных посетителей.

С правителем здоровались уважительно, смотрели почтительно, но без подобострастия. Мне нравилось, что можно вот так запросто разгуливать с ним в общественных местах без всякой охраны. На Фортуне в любом статусе не чувствуешь себя в вакууме, ты всегда в социуме, а опасаться стоит лишь перевертышей.

− Я провожу, − подхватилась девушка-распорядитель и отвела меня в женскую раздевалку. – Купальный костюм можешь выбрать любой.

Она открыла дверку одного из шкафчиков.

− На них ценники, − углядела я бирки с цифрами.

Денег у меня с собой не было.

− Конечно. Они же новые, − улыбнулась девушка. – Правитель Дэймон внесет оплату, не беспокойся.

Раз так… Приступила к выбору. Похвастаюсь Марго, что ее жених купил мне сегодня купальник.

− Как переоденешься, следуй указателям, − продолжала улыбаться распорядительница. – Желаю хорошо провести время.

Поблагодарила услужливую сотрудницу «Термального рая» и стала облачаться в слитный черный купальник с красивой золотистой вставкой под грудью.

Не сразу нашла нужные указатели. Из раздевалки можно было попасть в несколько коридоров, и я слегка запуталась. Сориентировалась, благодаря двум драконницам. Женщины как раз возвращались из купален и показали мне направление.

У небольшого круглого бассейна, где бушевали гейзеры, ждал Дэймон. Какой же он! Вот бы дотронуться до мужчины, прикоснуться. Первый раз видела его почти обнаженным. На нем были надеты плавательные узкие шорты-велосипедки. Засмотрелась, чуть не свалилась в грязевую ванну.

− Я уже давно тебя тут жду, − сообщил он мне без всякого недовольства.

Дэймон рассматривал меня. Задержался взглядом на груди, ногах.

Нравлюсь ли я ему так же, как и он мне?

− Заплутала в коридорах, − пояснила я причину долгого отсутствия и спустилась по лесенке в бассейн-джакузи, предварительно потрогав воду. Горячая.

Устроилась на специальном водном топчане, вытянула ноги. Какое блаженство!

Дэймон улегся рядом.

− Станет слишком горячо, скажи, − попросил он.

− Я люблю, когда горячо.

Прозвучало как-то двусмысленно, поспешила добавить.

− Мне нравится горячий чай-кипяток, горячая вода в душе, жара на улице.

− Горячительные напитки? – с иронией поддел меня Дэймон.

Значит, Вилс уже рассказал о моем опыте дегустации вина из ледуницы.

− Совсем нет, − притворно надулась я на такое предположение.

− Хорошо. А что еще ты любишь, кроме того, что я уже знаю?

Хотела сказать – тебя. Тебя люблю. Но сказала другое.

− Шоколад люблю. Очень. Такой, который в моем мире. Здесь такого нет. Я скучаю по его вкусу.

− Шоколад, − внимательно смотрел на меня Дэймон. – Я запомню.

Его близость будоражила, пристальный взгляд бросал в жар.

Успокоиться, выровнять дыхание, − уговаривала себя. Внушение худо-бедно помогло. Поинтересовалась:

− Ты хотел стать правителем?

− Нет. Никогда не думал, что колесо укажет на меня. Это стало неожиданностью.

− Дэймон, а как происходит выбор правителя клана? Все драконы одной масти собираются где-то на площади и запускают колесо, так что ли?

− Не совсем так, − неожиданно поднес руку он к моему лицу и убрал мешавшую мне прядку мокрых волос. – Присутствие всего клана не требуется. Мы не можем оставлять свои посты в стихийных зонах и на границах с перевертышами. Когда наступает необходимость в избрании правителя, колесо на площади в долине Зноя самостоятельно приходит в движение. Его никто не запускает. После завершения оборотов на нем высвечивается имя нового главы.

− И все драконы безоговорочно подчиняются такому решению?

− Аглая, а другого выбора у нас нет. На Фортуне не люди выбирают себе лидера, его выбирают стихии долин.

− Как твои родители отнеслись к тому, что ты стал главой клана черных драконов?

− Они раздуваются от гордости и превратились в снобов.

− Правда? – рассмеялась я.

− Правда, − насмешливо, но с очевидной ноткой любви к родичам ответил Дэймон.

− Они живут с тобой? В том скалистом замке?

− Нет. Мама не драконница. Ей опасно находиться в долине Пекло. А папа уже вышел из того возраста, когда сражаются с вулканами или отражают набеги панциреобразных. Родители выстроили дом в теневом поселке долины Зноя. Это единственное место долины, где духота ощущается наименьше всего. Там прошли мое детство и юность.

− Предполагаю, земля в том поселке стоит космических денег? Марго говорила, вы росли вместе. Дом ее родителей тоже там?

− Да, на оба твоих вопроса, − поднялся Дэймон из пучины пузырящейся воды и подал мне руку. – Аглая, тут еще много интересного. Пойдем.

В последующий час позабыла обо всем на свете. Просто наслаждалась. Мы измазались в грязевом озере и долго смеялись друг над другом, потом долго отмывались, поливая друг друга водой из шланга.

Словила порцию адреналина, окунувшись в бассейн, который обустроили в кратере потухшего вулкана. Я боялась, Дэймон рассказывал о случаях, когда драконам не удавалось сдерживать лаву, и я боялась еще больше. Но я была рядом с ним! Знала, что в случае непредвиденных обстоятельств он защитит, спасет. А вот стоило остаться без него, и я забоялась по-настоящему.

Пришло время возвращаться в долину Зноя. Договорились встретиться у вывески «Термальный рай» и разошлись по своим раздевалкам.

Я переоделась, высушила волосы и шагнула за дверь. Опять непонятные коридоры и путанные указатели. И ни одной живой души. Это при том, что в многочисленных бассейнах плескалось не менее ста человек.

Кажется, один коридор узнала. Вроде по нему вела меня девушка-распорядительница. Но мы точно шли не так долго. Повернула назад. Не хватало еще заблудиться тут.

Все же заблудилась. Термальный комплекс располагался в горной зоне, коридоры здесь шли через скалы. Непривычная к таким лабиринтам, я и сбилась с пути. Где-то поскользнулась, упала, попыталась встать, но земля под моими ногами начала стремительно исчезать, и я полетела куда-то вниз.

Летела долго, не разбилась лишь потому, что шмякнулась в глинистую жижу. Руки, ноги, шея – все шевелилось и без болезненных ощущений.

− Повезло, − сама себя подбодрила я, поднялась на ноги и огляделась.

Вверху зияет просвет-дыра. Можно попытаться добраться до нее. Но каменная порода здесь очень слабая, осыпается прямо на глазах. И что делать? Пробовать искать другой выход? Так не видно ничего вокруг. Ползти вверх? Ждать помощи?

Пока раздумывала, уловила царапающий звук. И он приближался. Страх погнал меня наверх. Я больше не раздумывала. Цеплялась за мягкую земляную крошку, пытаясь всеми силами удерживаться на непрочной стене. Юбка длинного платья мешала, запутывалась в ногах. Ладони вспотели. А жуткий звук уже совсем рядом. Я не хотела его слышать. Мне было страшно.

Старалась двигаться как можно быстрее, но руки то и дело соскальзывали, я едва успевала хвататься за камень, как он начинал осыпаться. Ноги пару раз повисали над пропастью. Смогла преодолеть лишь половину пути. Физических сил еще хватало, спасибо регулярным тренировкам с драконами, но горная порода меня все же подвела. В какой-то миг камень, за который я ухватилась, отделился от стены. Не успела переставить пальцы и полетела вниз.

− Испугалась, маленькая?

Столько нежности в его голосе.

− Ты вновь поймал меня, − говорю, не открывая глаз.

− Да. Ты уже второй раз падаешь с неба прямо в мои руки.

Дэймон прижимал меня к своей груди, гладил по волосам, целовал в висок, лоб. И… в губы. Он поцеловал меня в губы.

Тактильные ощущения бывают разными – неприятными, болезненными, обыденными. А бывают особенными. Такими, как сейчас, когда Дэймон целовал меня.

Если бы около провала, куда я свалилась, стоял знак «Осторожно – яма», но я знала бы, что внизу меня будет ждать Дэймон, прыгнула, не задумываясь.

Можно ли раствориться в человеке? Теперь я знаю ответ. Однозначно – да. Дэймона не заботило, что я вся испачкалась и теперь пачкаю его одежду, не заботило, что сам он стоит по колено в грязи. Он не выпускал меня из своих рук.

Не знаю сколько мы целовались. Целовались до тех пор, пока сверху не раздался озабоченный мужской голос.

− Правитель, помощь нужна?

Дэймон нехотя оторвался от моих губ.

− Все нормально, Тарем. Мы сейчас выберемся.

Рядом с незнакомым мне Таремом появилось беспокойное лицо девушки-распорядительницы. Она всплеснула руками.

− Моя вина, моя вина. Надо было мне встретить гостью правителя. Я и подумать не могла, что девочка тут первый раз. Ведь каждый черный дракон с младенчества посещает «Термальный рай».

Девушка лопотала что-то еще, но Тарем шикнул на нее, и они оба скрылись из виду.

− Аглая, я так испугался, когда ты не появилась, − всматривался в мои глаза Дэймон. − Тебя не обнаружили в раздевалке. Не знаю, как сдержался, чтобы не прибить дуру распорядительницу.

Черный дракон смотрел на меня с такой нежностью. Как же мне хочется, чтобы он смотрел на меня так всегда, всю жизнь.

− Пока администраторы бегали в поисках тебя и искали управляющего, − продолжал говорить он, − я решил проверить в одном из кратеров. Мне недавно докладывали, что горная порода в том месте сильно ослабела и случаются провалы. Видишь, спустился как раз вовремя.

− Дэймон, я люблю тебя.

Я должна была это сказать. Сила моих чувств к нему так велика, что, кажется, без него я уже не смогу жить.

Посмотрел на меня с болью, с мукой на лице.

− Маленькая моя, я связан обещанием.

− Знаю. Марго. Родители.

− Знаешь?

− Марго мне рассказала.

− Я не могу жениться на ней теперь. Но не могу просто так разорвать свое слово.

− Дэймон, если я скажу, что желание разорвать помолвку не только у тебя, но и у Марго?

− Марго не хочет выходить за меня замуж?

− Она влюблена в Вилса. Но боится сказать тебе, не хочет задеть твою гордость. А Вилс любит Марго, но боится даже смотреть в ее сторону, так как считает драконницу твоей невестой.

Я не знала, какую реакцию вызовут мои слова у Дэймона. И облегченно выдохнула, когда дракон широко улыбнулся.

− Иногда сложная ситуация разрешается самым простым способом, − довольно сказал он. – Я поговорю с Марго и Вилсом в ближайшее время, а пока стоит поспешить на тренировочное поле в Академию.

− Как мы выберемся?

− Тем путем, которым пришел я. Совсем рядом широкий коридор, ведущий к кратеру.

Идти оказалось недолго. От соприкосновения обуви с вулканической породой раздавался тот самый царапающий звук, которого я так испугалась некоторое время назад. Подумать только! Испугалась приближения Дэймона! И вместо того, чтобы броситься ему навстречу, бросилась наутек.

Наверх, к раскрытому жерлу кратера, вела металлическая лестница. У края дыры уже топтались управляющий Тарем и незадачливая девушка-распорядитель.

− Аглая, − придержал мою руку Дэймон.

Он что-то вложил мне в ладонь, что-то приятное на ощупь, предмет – размером с куриное яйцо.

Раскрыла пальцы. Боже! Неужели? Мне, конечно, дарили подарки. Но… алмаз!? Такой огромный!?

− Дэймон, я ведь не ошибаюсь? Это настоящий алмаз?

− Не ошибаешься, − улыбался он. – Вулканическая магма часто выносит на поверхность из недр земли драгоценные камни. Я, когда по коридору за тобой бежал, наткнулся на этот алмаз.

Вот так. Бежал за мной, наткнулся на алмаз, подарил мне.

Как же здорово, что необъяснимое колесо утянуло меня в этот мир и вместо того, чтобы пылиться сейчас в своем музее вместе с его экспонатами, я разговариваю с котом и гиеной, подвергаюсь нападению перевертыша, являюсь домой избитой после каждой тренировки, кувыркаюсь в снежной лаве и катаюсь на радуге! А самое главное – я встретила любимого мужчину и готова ползти за ним хоть на край света.

Вечерней тренировки не случилось. Она была отменена из-за ужаснейшего происшествия.

Дэймон доставил меня к салону «Лисица. Фамильяры на любой вкус», еще оставалось время привести себя в порядок перед занятием. За мной зашла Тамара.

− А Гриш не пойдет?

− Он уже в Академии, − ответила соседка. – Ушел раньше. Сказал, что у него назначена встреча.

На моей памяти в долине Зноя впервые выдался прохладный вечерок. Даже дождик покапал, и привычного удушья не ощущалось. Наслаждаясь свежим воздухом и приятным влажным запахом зеленых насаждений, студенты с разных курсов высыпали на площадь кампуса.

Сейчас я поняла, что имел в виду Дэймон, когда говорил о дружбе драконов из разных кланов, а вернее об ее отсутствии. Красноволосые, беловолосые, черноволосые мальчики и девочки держались на расстоянии друг от друга. Никакой вражды между ними не ощущалось, но кучковались все исключительно с представителями своей масти. Лишь несколько влюбленных парочек с разным цветом волос выделялись из общей массы.

Почему же мы тогда так дружны с Бранком? – задумалась я над этим феноменом. Единственным верным ответом виделся мне тот, что я иномирка, и каноны Фортуны в данном случае могут не действовать.

Поразмышлять на эту тему долго не получилось. Кто-то стал кричать. Толпа пришла в движение и ринулась туда, откуда раздались истошные, нечеловеческие вопли.

− Бежим! – схватила меня за руку Тамара и потащила в сторону всеобщего волнения.

Картина, представшая перед глазами, оказалась страшной. На земле лежал черноволосый паренек. По виду – первокурсник. Он корчился от боли. Все его суставы были вывернуты. Из лопаток выбивалось драконье крыло. Одно плечо лопнуло. Из ушей шла кровь.

Над ним склонился декан Холиус. Он пытался остановить трансформацию. Что-то говорил пареньку. Но тот смотрел на него расширившимися от ужаса и боли глазами. Похоже, мальчик не понимал, что ему говорят.

На помощь Холиусу подоспел Дэймон. Вместе они пытались взять ситуацию под контроль. К сожалению, ни их слова, ни их попытки вправить вывихнутые суставы, не дали плодов.

Правую ногу парня оторвало от колена. Вместо нее появилась когтистая драконья лапа. На руках у несчастного жутко вздулись вены. Вырвавшееся наружу крыло отбросило Холиуса. Дэймон еще боролся за жизнь парня и молодого дракона, но на шее первого захрустело, кожа разорвалась, оголяя наружу связки и мышцы.

Из моих глаз градом катили слезы. Лучше бы я никогда не видела наглядного пособия того, как пробуждается дракон, когда человеческое тело к этому еще не готово.

Кадык первокурсника лопнул, и это был конец. На земле лежал труп изувеченного юноши, а из его шеи мертвым кулем вывалилась голова черного дракона. Остекленевшие глаза с немым укором взирали на притихшую толпу.

Оторвала взгляд от жуткого зрелища. Посмотрела на большие механические часы, встроенные в башню центрального серебристого здания Академии.

− Десять минут, − прошептала я.

− Что? – переспросила Тамара.

Лицо девушки стало белым и походило на мумию.

− Они умирали ровно десять минут, − сквозь слезы повторила я.

− Это ты виноват! – вдруг накинулся один из черноволосых первокурсников на Гриша.

Он принялся молотить кулаками брата Тамары.

− Что ты несешь! – заорал в ответ Гриш и крепко врезал обидчику.

− Я видел! Ты спровоцировал его! Ты что-то сказал ему, после чего Кэйлс стал обращаться! – наседал однокурсник погибшего.

Из его носа текла кровь, Гриш явно превосходил по силе, но мальчишка не желал сдаваться.

Драку остановил Дэймон. Как щенят, поднял обоих за шиворот.

− За мной, − велел он.

Поставил двух обозленных парней на землю, и те покорно последовали за своим правителем в сторону здания факультета Пекло.

− Вечерние занятия на сегодня отменены, − объявил Теренс. – Расходитесь по домам.

Ректор появился на площади вместе с Бережь №1 и Бережь №4. Мужчины держали в руках широкие носилки.

− Аглая, ты иди, − попросила Тамара. − Я останусь ждать Гриша.

До дома меня проводил Бранк. Друг выглядел потрясенным не меньше моего. Впервые всю дорогу шли мы молча.

Смерть незнакомого мальчика сильно отразилась на моем душевном состоянии. Ничего удивительного, что спала я плохо и то и дело просыпалась, дрожа от страха или заливаясь слезами. Мне в подробностях снилась собственная смерть – на моих руках вздувались вены, кожа лопалась по всему телу, а из горла вываливалась мертвая драконья голова.

Вынырнула из кошмара, села на измятой постели. Приложила руку к сердцу. Я всегда путала с какой оно стороны. Но сейчас не ошиблась, так сильно и быстро отдавалось его биение в груди.

Босиком прошлепала на кухню, пол в этом доме никогда не бывал холодным. Достала из шкафчика бутылочку успокоительного бальзама, того самого, которым не так давно угощала Марго. Вязкой жидкости оставалось на две столовые ложки. Выпила всё.

Сердцебиение унялось, но, к сожалению, на спокойствие сна бальзам никакого действия не оказал. На этот раз мне снилось, что Дэймон бросает меня. И, пожалуй, это было пострашнее того видения, где я умирала от трансформации.

Незнакомое ощущение поспособствовало пробуждению – по лицу будто проводили наждачной бумагой.

− Мотя, ты что? – открыла я глаза.

Гиена слизывала с моего лица слезы шершавым языком. Отсюда и ощущения наждачки. Получается, плакала я наяву.

− Больно кошмары у тебя реалистичные. Вся подушка уже мокрая.

− Не знала, что ты видишь мои сны.

− Я и не вижу. Но сегодня ты свои страхи через мысли пропускала, они в моей голове и отражались, спать не давали.

− Прости. Просто тяжело умирать дважды за ночь, да еще по-разному, сначала от мук физических, затем – от душевных.

− Может, будешь вставать? – предложила Мотя. – А то опять приснится что-нибудь неважнецкое.

− Да, наверное, ты права. Лучше уже не пытаться заснуть, − поднялась я с кровати.

− Аглая, тебе Степанида чай с мелиссой передала, − сообщил кот.

Филимон устроился на одежном шкафу и оттуда наблюдал за моими действиями.

− Отлично, − подивилась я своевременности такой передачи. – У меня творога много. Могу запеканку сделать. Будете?

На творожную запеканку все согласились, но, прежде чем отправиться на кухню, долго-долго умывалась ледяной водой.

− Рано как, а они все равно запах чуют, − проворчал Филимон, когда я вынимала наш завтрак из духовки.

− Мыши?

− Я про соседей твоих говорю.

Из-за калитки со стороны улицы выглядывали Гриш с Тамарой.

Ребятам я обрадовалась. В абсурдные обвинения в адрес Гриша не верила. Что можно такого сказать, чтобы спровоцировать нераскрывшегося дракона? Сколько со мной лично уже происходило на Фортуне стрессовых ситуаций, но ни одна не явилась причиной трансформации. При том, что я иномирка, а погибший парень местный. Нет, тут что-то другое.

− Тот первокурсник, что Гриша обвинил, психанул просто, − подтвердила мои предположения Тамара.

− Гриш, а о чем ты с Кэйлсом, − запомнила я имя погибшего, − перед его смертью говорил?

− Вообще ни о чем особенном. Он меня спросил, не знаю ли я, как отбор в боевую группу правителя происходит. Я ответил – знаю только, что Дэймон берет исключительно раскрывшихся драконов. И все. А потом Кэйлс этот вдруг затрясся весь.

− Иногда дракон сам раньше времени пробуждается. Я о таком слышала, − сказала Тамара. − Очень редко, но так бывает, как с недоношенными человеческими детьми. Если чешуйчатый раньше времени проснется, он не сформирован еще и совсем не понимает, что надо своего часа ждать.

Брат с сестрой ушли. Я мыла посуду и гадала – придет Дэймон или нет, поговорит с Марго и Вилсом или нет?

Долго гадать не пришлось. Сначала фамильяр Марго принес записку от нее.

«Аглая, на пару деньков вынуждена отправиться к родителям. Увидимся, как вернусь», − писала подруга красивым понятливым почерком.

Только тигренок скрылся, появился Дэймон.

− Маленькая, мне надо на какое-то время отбыть в свою долину, − обнял он меня. – Один из вулканов стал вести себя непредсказуемо, ночью несколько драконов получили серьезные ожоги.

− Возвращайся поскорее, − зарылась в его объятиях.

− Аглая, люблю тебя, − услышала я самые важные слова для любой влюбленной девушки.

Все страхи сна, в котором Дэймон бросал меня, улетучились. Сейчас весь мир виделся мне в розовом цвете, и я была счастлива.

Почти весь день провела, лежа на диване. С книгой в руках. «Сказание о серебряных драконах» так увлекло меня, что я с неохотой отвлекалась на посетителей. Старалась как можно быстрее принимать заказы и возвращаться к чтению. Вечером пришлось заняться изготовлением фамильяров, затем готовить ужин себе, Моте, Филимону и Гришу с Тамарой. Все четверо всегда хотели есть. Кажется, я ела меньше всех.

Ночью читала до тех пор, пока сон не сморил меня. И утром следующего дня, стоило продрать глаза, также схватилась за книгу. А как дочитала, первым делом сняла с крючка связку из четырех ключей.

− Один ключ от калитки, второй от дома, третий от кладовки, − бормотала я. − А четвертый никуда не подходит.

Отделила этот четвертый ключ от колечка. Присмотрелась повнимательнее. Открыла книгу сказаний на нужной странице. Да, рисунок идентичен. Марго предполагала, что ключик в форме дракона – символ клана черных чешуйчатых. Помню, я тогда возразила ей, заметила, что металл мог просто сильно потемнеть от времени и, если попытаться очистить налет, под ним дракон может оказаться любого цвета.

Подскочила, ринулась на кухню.

− Аглая, ты чего мечешься? – лениво потянулся Филимон.

Он дремал, а моя суета заставила его встряхнуться.

− Вспоминаю способы очистки серебра, − выдвигала я все кухонные ящички подряд в надежде наткнуться на какое-нибудь подходящее чистящее средство.

− Степанида мелкие экспонаты в кастрюльке кипятит, − как бы между прочим заметил кот.

− А ведь точно! – остановилась я в своем лихорадочном беге по кухне. – Филимон, ты молодец!

Филимон притворился обычным котом и довольно мяукнул на похвальбу. Я же стала припоминать действия Степаниды Леонидовны. Они с мамой следили за сохранностью музейных экспозиций и нередко самостоятельно устраняли налет с различных предметов.

− Самый действенный способ очистить серебро, − говаривала наша бессменная помощница, − смешать лимонную кислоту с водой, поместить в жидкость украшение, поставить на слабый огонь и дать немного покипятиться.

Лимонная кислота в наличии имелась, и я, не мешкая, приступила к очистке ключа.

В волнительном ожидании, пока ключик кипятился в воде, стала грызть ноготь. От этой привычки родителям с трудом удалось отучить меня в семилетнем возрасте. И вот, пожалуйста! Вовремя вспомнила наставления Марго о создании драконницами образа внешней красоты, и ноготь уцелел.

− Мотя, Филимон, вы только посмотрите! – минут через десять от начала процедуры очистки подцепила я ключ щипцами, вытаскивая его из горячей воды.

Теперь не оставалось никаких сомнений. Необычный ключ в форме дракона, после снятия темного налета, оказался полностью серебряным.

− Как новенький, − констатировал Филимон.

− Ну, серебряный, − пробурчала Мотя. – И что? Аглая, ты уже вторые сутки выглядишь потерянной для общества. Может, разъяснишь для непосвященных?

− Если я все правильно поняла, то вот этот ключик, − любовно погладила я ценную вещицу, − поможет возродить клан серебряных драконов.

− Оу! – издала восторженный возглас гиена.

− Мы ждем пояснений, − поторопил меня Филимон.

− Конечно-конечно, я вам все расскажу. Слушайте, что я прочла в старинном фолианте, найденным Бранком.

Кот и гиена послушно уставились на меня, будто студенты на паре у лектора.

− Итак, краткая предыстория, − начала я. – Клан серебряных драконов занимал территорию долины Туманов и уравновешивал жизненный баланс людей на Фортуне. Серебряные собирали воду с бесчисленных туманов в специальные влагоуловители, заполняли ею резервуары и поставляли спасительную влагу в долину Зноя. И все было хорошо до тех пор, пока они не пустили на свою землю перевертышей.

− Сами пустили? – уточнила Мотя.

− В том-то и дело, что сами. В магнитосфере вокруг Земли существует несколько измерений. Одно из них, как раз то, где обитали перевертыши, стало непригодным для проживания. Перевертыши уже какое-то время искали место для переселения и готовились к захвату чужих территорий. Им приглянулась долина Туманов. По сравнению с ледниками, молниями, вулканами, туман самое безвредное и безопасное явление. К тому же влага для перевертышей естественная среда обитания, а влажность воздуха при туманах близка к ста процентам. Именно при сильной влажности они существуют в панциреобразной форме.

− А когда воды нет, монстры могут принимать облик человека? – догадался Филимон.

− В сказаниях так и написано. Драконы об этих существах раньше не знали и приняли пришельцев за обычных людей. Даже обрадовались новым жителям, ведь на Фортуне плотность населения не велика. Стоило перевертышам оказаться в долине Туманов, они вернулись в свое привычное обличье и напали на серебряных. До этого вторжения драконьи кланы жили мирно, ни с кем не воевали и не смогли дать отпор. Когда остальные кланы поняли в чем дело, всех серебряных уже перебили. Их собратья только и успели, что закрыть границы между долинами. С тех пор не родилось ни одного серебряного чешуйчатого, и уже несколько столетий черные, красные и белые драконы ведут нескончаемую войну с перевертышами.

− Как в эту историю вписывается отмытый тобою ключ? – спросила Мотька.

− Сейчас все поймешь.

Но продолжить делиться тем, что я узнала, не получилось. Пришлось отвлечься на трель дверного звонка.

− Ох, как у тебя глаза горят, Аглая.

− Райн, − обрадовалась я приходу красного дракона. – Ты вовремя. У меня ошеломительные новости. И я просто обязана рассказать их кому-то, кроме гиены и кота.

− А нам можно послушать? – нарисовались у моего дома Тамара и Гриш.

Не иначе соседка в окно смотрела, чтобы случайно приход своего ненаглядного не пропустить.

Райн закатил глаза, а я потихоньку подмигнула Тамаре.

С их приходом гости не закончились. Уж не знаю, как так получилось, только прибыли все одновременно.

− Привет, Малинка! – обнял меня Бранк. – Прочла «Сказание»?

− Прочла. И, Бранк, ты помнишь, что в книге написано про ключ?

− Конечно. Там ведь и рисунок приложен.

− Этот ключ у меня! − выпалила я.

− Что за секретики?

К нам приблизилась улыбающаяся Марго.

Бранк поморщился от досады. Он был изумлен моим сообщением, и ему не терпелось узнать подробности.

Я же испытала горестное потрясение. Марго явилась под ручку с Дэймоном! Конечно, зачем было фантазировать и надеяться, что мужчина променяет такую шикарную драконницу на какую-то там иномирку.

− Аглая, не смей делать такое кислое лицо, − отпустила подруга дракона и обняла меня. – Мы с Дэймоном всегда будем друзьями.

− Да, конечно, − промямлила я, украдкой поглядывая на любимого мужчину.

Дэймон привалился к забору, сунул руки в карманы брюк и явно ждал, когда его невеста отойдет от меня.

− Аглая, ты меня слушаешь? – насмешливо спросила Маргоша.

− Слушаю, − отвернулась я от Дэймона.

− Да? А мне показалось, ты не расслышала, что мы с Дэймоном обо всем поговорили и решили официально объявить о своем расставании. Родителям уже сказали.

− Что? – встрепенулась я.

Марго засмеялась. А Дэймон поднял меня на руки и поцеловал.

Весь окружающий мир перестал существовать. Как сквозь туман видела я довольное лицо подруги и наоборот, недовольное друга.

Из дома вышел Райн. Подозреваю, сбежал от обожающего взгляда Тамары.

− Аглая, тебя долго…, − начал он и не договорил. – Марго, я не ослеп? Твой жених целует другую?

− Не волнуйся, − направилась она ему навстречу. − Зрение тебя не подводит.

Бранк выразительно глянул на меня и отправился вслед за драконницей.

− Марго выглядит счастливой, − погладила я Дэймона по щеке. – Разговаривал с Вилсом?

− Нет. Вилса еще не видел. Но в любом случае, мы с Марго решили не мешать счастью друг друга и остаться друзьями, − опустил он меня на землю и взял за руку.

Когда мы вошли в дом, Дэймон сварливо спросил:

– Аглая, почему в твоем доме столько народа?

− Потому что у меня имеется важное заявление, − с трудом отлипла я от него.

Не было смысла рассказывать присутствующим легенды о серебряных драконах, об их завоевании и гибели. Они всё знали лучше меня. Поэтому приступила сразу к ключу.

− Я слышал о нем, − сравнивал оригинал с изображением в книге Райн, − мне отец рассказывал. Ключ считается мифом, выдумкой тех, кто писал сказания. Ведь они излагались намного позже произошедших событий, к тому же не свидетелями, а людьми, далекими от тех времен.

Слова красного дракона расстроили меня. Выходит, мой ключик всего лишь мистификация?

− А, если все правда? – пылко спросил Бранк. – Что, если ключ тот самый, который возродит клан серебряных драконов?

− Правда или нет, проверить мы должны обязательно, − поддержал Дэймон.

− Аглая, прочти еще раз, пожалуйста, − попросила Марго. – Как там говорится?

Я открыла фолиант на нужной странице и прочла, хотя уже смогла бы воспроизвести эти строчки наизусть.

Сей ключ бери и в Мертвую пустошь спеши,

Ворота некрополя там отворяй, подсказки скорей получай.

Серебряный клан возродиться готов, и пара драконов уж ждет.

Он и она сидят взаперти, выход им нужно найти.

− Мертвая пустошь, значит, − задумчиво произнес Райн.

− Вы знаете где это? – спросила я всех сразу.

− Заброшенное место, разрушенное временем древнее поселение. Находится неподалеку от долины Туманов, − ответил Дэймон. – Для серебряных оно служило кладбищем. Так что некрополь там действительно был. Правда непонятно, что от него осталось.

− В этом стихе сказано – пара драконов. Представляете, как романтично, − на красивом лице Марго заиграла мечтательная улыбка. – Они там ждут освобождения и готовы возобновить род серебряных.

− Кстати, что значит ждут? – по-прежнему скептически относился Райн к сомнительной возможности пробуждения четвертого клана. – Получается, есть парочка серебряных драконов, просидевших несколько столетий в некрополе. Этот ключ от двери в их усыпальницу. Но в каком виде мы найдем там драконов? Замороженная кладка яиц, что ли? Или забальзамированные мумии?

Все начали предлагать варианты, и каждый звучал глупее предыдущего. Я уже сама стала сомневаться, как два дракона могли продержаться несколько сотен лет взаперти. Если уж на то пошло, место своего заточения чешуйчатые могли самостоятельно разрушить и выбраться наружу.

− Думаю, пора звать Теренса, − предложил Дэймон.

− Я могу сходить за ректором, − вызвался Бранк.

− В этом нет необходимости, − остановил Дэймон моего друга. – Мы отправим записку с фамильяром Аглаи. Так будет быстрее.

Мотя принесла ответ через четыре минуты. Глава Академии сообщал, что скоро будет.

− Пожалуй, домой пойду, − решил Гриш. – Голова разболелась.

Я еще раньше заметила, парень побаивается ректора. И сейчас, после истории с погибшим студентом, не хотел попадаться ему на глаза.

− Иди с братом, − предложил Райн Тамаре.

− Зачем? У меня голова не болит, − кокетливо хлопала глазами девушка.

Ректор прибыл не один. Привел с собой Холиуса, Крауса, Галию. Деканша ледового факультета держала за руку Вилса.

Мне стало больно за подругу. Маргоша старалась не показывать вида, продолжала мило улыбаться, но я видела, с какой тоской смотрит она на сцепленные руки белых драконов.

К такой звездной компании присоединился и мой постоянный соглядатай -Бережь №5.

Единственная большая комната в доме от количества гостей стала казаться лилипутской.

− Надо отправляться немедленно, − постановил ректор после того, как выслушал мой сбивчивый рассказ и сравнил оригинал ключа с картинкой.

− Теренс, ты не сомневаешься в правдивости сказания? – как всегда не смогла удержаться от шпильки Галия. – Припремся мы сейчас в эту Мертвую пустошь, а там нет ничего. Сколько времени потеряем. Три часа лету только в одну сторону.

− Галия, не забывай, я какое-то время жил в долине Туманов, − напомнил женщине ректор. – Перевертыши знают о ключе и боятся, что однажды он отыщется. Поэтому настаиваю выдвигаться без промедления. Если панциреобразные прознают о ключе, они попытаются им завладеть во что бы то ни стало. И будьте уверены, уничтожат его навсегда.

− Надо же, − добавил он. – Разгадка была под самым носом, и столько времени никто не обращал внимания на почерневший ключ.

− Я же говорил, не зря Аглая на Фортуне оказалась, − улыбнулся мне декан Краус.

− А мы ее утилизовать хотели, − усмехнулся Холиус.

− В общем так, − сказал Теренс, − Краус остается в Академии за старшего, Аглая и студенты сидят дома, а мы отправляемся в Мертвую пустошь.

− Что?! – возмутилась я.

− Маленькая, − приобнял меня за плечи Дэймон, − Теренс прав. Рядом с Мертвой пустошью опасный участок – граница с территорией перевертышей. У них отличный нюх, особенно на людей. Тебе лучше остаться дома.

− По-моему, это несправедливо, − совсем неожиданно встал на мою защиту Холиус. – Аглая нашла ключ и догадалась связать его со словами из сказания. Она должна идти. А по поводу нюха панциреобразных – воспользуемся их же разработкой – амулетом сокрытия сущности.

В эту минуту декан черных драконов казался мне просто душкой, и, если бы не свирепый взгляд другого черного дракона, я бы его поцеловала.

− Я тоже иду, − твердо заявил Бранк. − Если вы забыли, книгу нашел именно я.

− Ладно, черт с вами, − махнул рукой ректор.

− Даже не думайте, что я в стороне останусь, − испугалась Тамара, что нас с Бранком возьмут, а ее нет.

− А тебе там делать нечего.

Естественно, это сказал Райн.

− Между прочим, я одна из лучших на курсе, − не сдавалась студентка. – Декан Холиус может подтвердить. Я сильная и хитрая.

− Подтверждаю, − согласился Холиус.

− Довольно препираться. Раз умеет драться, пусть идет, − положил конец спорам Теренс.

Уже через несколько минут Дэймон подсаживал меня в корзинку. Мотя запрыгнула следом.

− Почему Аглая полетит в корзинке, а я в клетке? – накинулась Тамара на Райна.

− Потому что Аглая у нас на особом положении, − в своей излюбленной насмешливой манере ответил ей красный дракон.

Бранка и Бережь №5 взялся переносить Вилс. А корзину с ректором подхватил черный дракон Холиуса.

Теренс заметил мой недоуменный взгляд и решил пояснить.

− Аглая, я не летаю. Перевертыши выкрали меня из долины Зноя, когда я был еще младенцем. Они ставили надо мной всевозможные эксперименты. В пятнадцать лет мне удалось бежать. Но, к сожалению, при мощном потенциале выпустить дракона, проводимые опыты убили во мне этот шанс.

Посмотрела на некрасивого, но умного и сильного мужчину по-новому. Так вот откуда разноцветные глаза, да и вообще полный диссонанс во внешности. Пятнадцать лет над этим человеком издевались, а он не сломился, наоборот, достиг положения в долине Зноя и добился всеобщего уважения.

Как и говорила Галия, дорога до Мертвой пустоши заняла около трех часов. Пока еще было светло, я любовалась полетом драконов разной масти, ведь мне впервые открылось подобное зрелище. Когда начало смеркаться, обняла спящую Мотю и тоже закрыла глаза.

− Маленькая, мы на месте, − разбудил меня Дэймон.

Он, как и остальные драконы, уже принял человеческий облик.

− Дальше идем пешком, − принял решение ректор.

− Почему нельзя долететь до самой пустоши? – спросила Тамара.

– Драконов перевертыши засекут, − пояснил Холиус, − а так есть шанс добраться незамеченными.

− Идеальный расклад, − усмехнулся Райн. – Ночью пробраться на развалины и умыкнуть парочку драконов прямо под носом у тварей.

− Ты их не боишься, да? – поморщилась Тамара от грубого слова.

− Я их ненавижу, − был ей ответ.

Подумала, что Райн, наверное, всю жизнь будет помнить, как они с отцом сражались за жизнь в котловане с молниями и о том, по чьей вине там оказались.

Мы шли минут сорок. Постепенно глаза привыкли к темноте, но по сторонам я не глядела, приходилось сосредотачивать внимание на том, что под ногами. Дорога – сплошной камень. Дэймон все это время крепко держал меня за руку, всякий раз поддерживая, стоило мне споткнуться.

Холиус галантно предложил Марго взяться за его локоть. Они тихо переговаривались. Полагаю, герцог выяснял причины, отчего Дэймон печется обо мне, а не о своей невесте.

Галия и Вилс предсказуемо держались вместе. Их белая кожа и утонченная красота идеально гармонировали друг с другом. В ночном мраке со своими фарфоровыми лицами они казались мне прекрасными потусторонними персонажами.

Бранк помогал не свалиться на камнях Тамаре. Девушка предпочла бы помощь Райна, но тот демонстративно ушел вперед к Теренсу. Ректор сверялся с картой и задавал всем направление.

Замыкал нашу группу Бережь №5.

Идти совсем тихо не получалось. Иногда камни отлетали от подошв обуви, ударялись о другие камни и издавали глухой звук. Особенно шумела Тамара. Райн даже шикнул на нее, на что девушка заметила:

− Может, понесешь меня на руках?

В другой раз я бы улыбнулась их пикировке, но при данных обстоятельствах неуместная игривость студентки раздражала. Вокруг слишком темно, слишком тихо. Подозрительно тихо.

− Вот и Мертвая пустошь, − донесся голос Холиуса.

− Ты что, бывал здесь? – спросила Марго.

− Один раз, в студенческом возрасте. Нас приводила сюда преподавательница истории драконьих рас.

− Ого! – удивилась Маргоша. – Когда я училась, нам такой экскурсии не предлагали.

− Проводить уроки здесь запретили. Из-за перевертышей. Твари стали часто появляться в пустоши. Происходили стычки, несколько студентов погибло.

Меня вдруг бросило в жар. От слов Холиуса? Предчувствия? Предвкушения? Сжала в ладони серебряный ключ. Показалось, или ладонь стала горячей? Сердце отчего-то забилось, сильно-сильно. Прильнула к Дэймону.

− Что ты, маленькая? – обнял, спросил ласково. – Не бойся. Опасный участок мы миновали. Осталось только отыскать нужный некрополь.

Его слова и ощутимая защита немного успокоили. К тому же в пустоши оказалось достаточно светло, как будто не ночь вовсе, а сумерки. Над головой нависали облака. Они-то и выступали отражателем света с земли, создавая иллюзию светлого неба над головой.

Жар не унялся, но хотя бы дыхание выровнялось. Огляделась. Вокруг – бескрайние руины, хаотично разбросанные камни среди сохранившихся могильных плит и мавзолеев.

− Ищем дверь, к которой подойдет наш ключ, замок в виде дракона, − постановил ректор. – Рассредоточиваемся, но не теряем друг друга из виду.

Теренс говорил еще. Мне же становилось нехорошо, к горлу подступила тошнота, все звуки неожиданно усилились, что было непривычно моим ушам, оттого неприятно. Старое кладбище серебряных драконов действовало на меня угнетающе.

Предполагаю, именно мое маетное состояние и позволило раньше остальных увидеть нечто непредсказуемое.

− Райн, берегись! – крикнула я, с силой выталкивая этот крик из себя.

Горло царапало, как при ангине. Заболела я, что ли?

Реакция правителя красных драконов была молниеносной.

− Я думал, ты влюблена в меня, − с усмешкой произнес Райн.

− Я мечтала отомстить тебе за подругу! – зло выплюнула Тамара.

Черты лица девушки искажались. Она изменялась, на глазах у всех превращалась в монстра. В перевертыша.

− Уж не про ту ли гадину ты говоришь, что сбросила меня в котел с молниями? Ту, что я потом самолично казнил? – дразнил разъяренную девушку Райн.

− Надо было тебе сдохнуть в том котле! – бросилась на него уже не знакомая мне Тамара, а панциреобразное существо.

В голове сложились части пазла. Гриш и Тамара все время хотели есть, потому что не могли наесться человеческой едой. Гриш и Тамара пропустили праздник, где студентов обливали водой. Тамара говорит, что Гриш моется под душем, но звука льющейся воды не слышно. Гриш отпрыгивает от опрокинутого ведра с водой, когда помогает мне сажать грушевые деревья. Вода могла выдать, ведь под ее струями твари меняют сущность. Брат с сестрой, а скорее всего и не родственники вовсе, являлись шпионами и успешно прятались за амулетом сокрытия сущности. Академия и салон изготовления фамильяров идеально подходили для наблюдения и добычи сведений. Тамара успешно притворялась влюбленной в Райна, тем самым используя меня и подступаясь все ближе к красному дракону.

Боже, они могли съесть меня в любую минуту.

Райн убил Тамару. Не представляю, какой силой обладает его кулак, но он убил чудовище одним ударом в лоб.

Перевертыш рухнул на спину, на панцирь, раскалывая камни и раскалываясь сам.

Кто-то закричал.

Гриш.

Он тоже здесь. И тоже меняет сущность.

Становилось понятным теперь его бегство из моего дома под предлогом больной головы. Парень убежал предупредить своих. А Тамара не просто так шумела, когда мы шли к Мертвой пустоши. Она подавала сигнал.

Всё пришло в движение. На заброшенное кладбище надвигались перевертыши. Сколько их? Двадцать? Тридцать?

− Пограничный отряд, − спокойно произнес Теренс. – Гриш успел добраться до отряда. Но основные силы о нас пока не знают. Справимся.

Уверенность ректора вселяла оптимизма, только вот я ничем помочь не могла. Мое состояние ухудшалось. Как можно было заболеть в самую ответственную минуту? А ведь я научилась драться, умею сражаться в команде. Но вместо того, чтобы доказать свою полезность, кулем валюсь на камни.

Дэймон подхватил, не дал удариться.

− Маленькая, ты такая горячая, − с тревогой потрогал он мой лоб.

− Я немного полежу и помогу вам, − пыталась сказать бодрым голосом, но получилось хрипло, с присвистом.

На спину Дэймона прыгнул перевертыш. Я и не знала, что при такой громоздкости, они виртуозы в прыжках.

Дэймон стал заваливаться со мной на руках. Вот ведь, боится бросить меня, чтобы я не ударилась.

Но тварь не успела навредить, гиена разодрала ее. Выдрала железные пластины вместе с кожей и мясом лица. Существо завизжало в предсмертной агонии. Гиена оскалилась.

− Мотя, не знала, что ты такая кровожадная, − обратилась к ней мысленно. Вслух говорить было больно.

− Всех порву, − ответила мне фамильярка и бросилась в бой.

Все дрались. Даже изящная Маргоша, которая сейчас обреталась в сущности дракона.

Ужасный хруст вокруг. Это разлетаются на части перевертыши. От трескучего звука невыносимый набат в голове.

Дэймон положил меня на холодную могильную плиту, сам отражал натиск тварей с такой позиции, чтобы я находилась за его спиной.

Плита охлаждала мою пылающую кожу. Будь я здорова, никогда не улеглась бы на могилу. Но тут уж не до истерик.

Совсем близко очутился Бранк. Друг только что совместно с Вилсом расправился с Гришем. Труп моего изменившегося соседа скатился по каменному холмику и упал в открытую яму.

− Бранк, − позвала я.

Получилось совсем тихо, но друг услышал.

− Что же ты, Малинка? Расклеилась совсем, − убрал он липкую прядь с моего лба.

Сама я сделать этого не могла, руки стали просто ватными.

− Бранк, возьми ключ, − просипела я. – Очень жжет.

С трудом вынула руку с ключом из кармана.

− Боже, Малинка, что это? – изумленно рассматривал друг ожог на моей ладони, повторяющий драконью форму ключа.

− Не знаю.

Мои ноги скрутила невыносимая боль, и я закричала. Не могла не кричать. Так было больно. Почему-то свело лопатки. И руки горели, как будто ожог с ладони распространился внутрь меня.

Холиус оттолкнул Бранка, наклонился надо мной, вгляделся пристально. Выругался.

− Дракон. Дракон Аглаи пытается выбраться.

Он что-то говорил мне, но я закрыла глаза и все повторяла про себя – десять минут, десять минут. Мальчику, который погиб на площади, понадобилось десять минут, чтобы умереть.

− Аглая, мое имя – Наур.

Эти слова заставили меня открыть глаза и вернуться в реальность. Слабо улыбнулась Бережь №5. Прошептала:

− Наконец-то я узнала твое имя.

− Отныне разрешаю называть меня всегда по имени.

Бережь улыбался. Его правая рука неестественно изогнулась. Явный перелом. Подбородок залит кровью, но мужчина улыбался мне, подбадривал меня.

Плиту, на которой я лежала, накрыла черная тень. Дэймон. Хорошо, что он рядом. В последние минуты жизни я буду видеть любимое лицо. Перевоплотился в человека. Неотрывно смотрит на меня.

− Холиус, прикрой нас, − попросил Дэймон.

Герцог увел Бранка и Наура, а мой любимый опустился на колени, приблизил свое лицо к моему.

− Аглая, не смей умирать, − осторожно погладил он меня по разметавшимся волосам. – Не оставляй меня.

− Мне очень больно, Дэймон, − пожаловалась я ему, едва терпя ту боль, что выворачивала меня.

− Я знаю, маленькая. Но ты должна жить, должна справиться. Вспомни, ты рассказывала мне – для того, чтобы получить нужный фамильяр, необходимо представить себя частью рисунка, стать с изображением единым целым.

Слабо улыбнулась.

− Ты запомнил.

− Запомнил. Малышка, теперь тебе надо проделать тоже самое со своим драконом. Внушить ему, что вы с ним одно целое. Сейчас он думает, будто твое тело помеха ему, старается вырваться на свободу и не понимает, что без тебя это невозможно. Попробуй отключиться от всех внешних факторов и слиться со своим драконом.

− Хорошо. Я попробую.

Закрыла глаза. Отключиться от звуков драки можно, но как не обращать внимания на адскую боль во всем теле?

Начала робко увещевать свою вторую сущность. Восприняли плохо и удвоили попытки избавиться от меня. Закричала, чувствуя, как вздуваются вены на руках. Дэймон сжал мою ладонь. Он рядом, не бросает меня. Я должна бороться. Бороться ради нас с ним, ради нашего будущего.

Представила красивую черную драконницу, широкий размах крыльев, острую чешую. Вложила свои руки в крылья, вообразила полет.

Мне стало легче. Поначалу не поверила, но боль действительно ослабла.

− Пожалуйста, перестань убивать меня, − мысленно молила я. – Мы должны быть заодно. А иначе, умрешь и ты. И уже никогда не сможешь взлететь. Если ты успокоишься, я смогу обернуться и выпустить тебя.

Она не отвечала, и я стала думать, что все напрасно. Наверное, она готовится к решительному броску, чтобы разорвать мое горло.

− Почему ты решила, что я черная драконница?

− Что? – от неожиданности спросила вслух и подскочила с могильной плиты.

Подскочила. Сама. Боль больше не мучила меня. Вены на руках не вздувались.

− Мы с тобой серебряные, − прозвучало в моей голове, после чего я легко и безболезненно изменила облик.

Растопырила крылья. Стала перебирать когтистыми лапами по камням. Восторг! Неописуемый!

Обалдевшая от чуда, я прыгала, хлопала крыльями, позабыв, где и с кем нахожусь.

Из состояния эйфории меня вывел отвратительный, пронзительный звук. Визжали перевертыши, те, что остались в живых после драки. Они пятились. А стоило обратить на них внимание, помчались вон с земель Мертвой пустоши.

− Обалдеть! Малинка, это ты?

Наклонила длинную шею к Бранку. Ткнулась большой головой другу в плечо. Но тут же заметалась. Стала звать.

− Дэймон!

Люди меня не слышали. Зато отлично слышал Райн, который оставался еще в облике дракона.

− Аглая, хорош метаться, − дружелюбно сказал он (так вот как драконы общаются между собой! все реплики звучат в их головах), − просто посмотри назад.

Повернула голову. Я пока не очень управлялась с новым телом, и шея неуклюже вертелась под странными углами. Но его я все-таки увидела.

Он стоял возле той самой могильной плиты, на которой я лежала еще несколько минут назад, уверенная, что умираю.

Смотрел на меня с восхищением. Впрочем, так все смотрели. Да, что там все! Я сама собой восхищалась. Подумать только – я серебряная драконница!

− Аглая, ты там как, в порядке? – спросил Теренс.

Закивала головой.

− Отлично. Тогда, пока ты любуешься собой, мы обсудим ситуацию.

Маргоша погладила меня по серебристому крылу. Улыбнулась ей, но быстро захлопнула пасть, представив, какой продемонстрировала оскал. Подруга не удержалась от смешка.

Вот бы взлететь! Но я помнила предупреждение Холиуса, поблизости вражеская территория, и дракон в небе привлечет перевертышей.

− Мотя, что ты делаешь?

Связь с гиеной не нарушилась. Я по-прежнему могла общаться с ней.

− Привыкаю к новому запаху, − кружила она вокруг новой меня.

− Обязательно при этом кусать мой хвост?

− Я его на прочность пробовала, − заявила фамильярка.

Решила послушать, что говорят люди. Возвращаться в человечку не хотелось.

− Отличная заварушка получилась! – довольно произнес Райн.

− Те, кто убежал, предупредят остальных, − не сомневался Теренс.

− Они убежали из-за Аглаи? – спросил Бранк.

− Безусловно. Перевертыши испугались возрождения серебряного дракона.

− А я подозревал, что Аглая другой масти, − неожиданно заявил Холиус. – Предполагаю, перевертыш, который пытался напасть на нее на площади во время посвящения первокурсников, обладал ментальной аурой и почувствовал в девочке серебряную кровь. Перевертыши очень боятся возвращения серебряных драконов. Это их самый главный страх. Потому-то он и напал тогда, наплевав на раскрытие своей маскировки.

Мне стало интересно, и я все же вернула облик человека. Понимание, как это делать, пришло интуитивно.

− Маленькая, ты умница. У тебя все получилось, − поддержал меня Дэймон после обращения.

− Благодаря тебе, − прильнула я к черному дракону.

− Сама правительница серебряных драконов снизошла до нас, − шутливо поклонился мне Райн.

− Я вообще-то герцогу хочу вопрос задать.

− Весь внимания, − откликнулся декан факультета Пекло.

− Холиус, так ты не влюблен в меня?

− Прости, что ввел в заблуждение, Аглая. Ты, конечно, красивая девушка, но я предпочитаю дам постарше. Просто мне было очень интересно – кто ты такая. Всё вроде бы указывало на то, что мы одной масти, но мое чутье подсказывало, что это не так.

− Я-то думала, ты приударить за мной решил.

− А ты как будто расстроена, что это не так? – заулыбался обычно скупой на эмоции герцог.

− Ты пугал меня своим навязчивым вниманием, поэтому нет, не расстроена. Но, знаешь, это – как, когда за тобой неожиданно начинает ухаживать парень, и ты думаешь, что у тебя появился поклонник, а потом оказывается, он крутился возле тебя, чтобы подкатить к твоей подруге. И вроде тебе этот парень и не нужен вовсе, а досада остается.

Все засмеялись, а Дэймон, никого не смущаясь, обнял меня и поцеловал в губы.

− Теперь понятно, отчего умерли Марианна и юноша первокурсник.

− Марианна? – потрясенно переспросила я Теренса. – Хозяйка салона «Лисица. Фамильяры на любой вкус»?

− Так Марианна не вышла замуж, а погибла? – расстроилась добрая Маргоша.

− Мы с деканом Краусом скрыли этот факт от общественности, − признался ректор. – Не хотели вносить смуту в долину.

− Это я ее нашел, − сообщил Наур.

Рука Бережь уже не изгибалась неестественной дугой. Наверное, у него с собой мазь, которой пользовалась и я сама после каждой тренировки в Академии.

− Пришел за выручкой, а она на полу лежит мертвая и с нераскрывшимся драконом, − продолжал Наур. – Хорошо, что до меня никто из жителей долины к ней не заходил, а то паника могла начаться.

− Мы пустили слух о свадьбе Марианны. Тайком вывезли из салона ее личные вещи. И до сей поры не знали, что же случилось. Теперь-то наиболее вероятной видится мне версия, что и девушку, и студента напугал Гриш. Похоже, они что-то узнали или догадались о нем и Тамаре Чтобы не допустить огласки, перевертыш спровоцировал у Марианны, а затем и у Кэйлса трансформацию. Знал, что их тела не подготовлены, и они не перенесут оборота.

− Не слишком ли вы увлеклись обсуждением? Пора вернуться к нашему делу и поторопиться, − напомнила Галия. – Сбежавшие твари могут привести сюда армию. Для них появление правительницы серебряных может означать крах.

− Почему думаешь, что я правительница? – недоуменно посмотрела на Галию. Сначала Райн меня так назвал, теперь деканша факультета Ледник.

Ответил красный дракон.

− Потому что, наша прекрасная хозяйка салона фамильяров, это логично. Ясно же, что ключ оказался у тебя не случайно. Он привел в Мертвую пустошь, чтобы ты смогла выпустить дракона на земле, где покоятся серебряные.

− Давайте уже будем искать треклятую дверь, − поторопила Галия. – Что там в сказании говорилось?

Сей ключ бери и в Мертвую пустошь спеши,

Ворота некрополя там отворяй, подсказки скорей получай.

Серебряный клан возродиться готов, и пара драконов уж ждет.

Он и она сидят взаперти, выход им нужно найти.

Наизусть продекламировала Марго.

− Вот-вот, − продолжила говорить Галия. – Первая часть сказания подтвердилась. В пустоши мы получили правительницу и теперь клан серебряных готов возродиться, но для этого надо найти еще две особи.

− Фи, Галия, разве можно так говорить про драконов? Особи, − возмутилась Маргоша.

Тонкие губы Вилса изогнулись в кривоватой усмешке. Галия в ответ лишь фыркнула.

− Я, кажется, нашел нужный замок, − привлек всеобщее внимание Бранк.

− Во всяком случае форма дракона идентична, − согласился Теренс.

Мы столпились у входа в сравнительно небольшой мавзолей. Все надписи давно истерлись, но сама постройка смотрелась вполне целой, без значительных разрушений.

− Чего тянуть? Открывай, Бранк, − весело предложил Райн.

От напряжения стиснула ладонь Дэймона. Он успокаивающе поцеловал меня в висок.

Ключ подошел, провернулся с первого же оборота.

− Темно-то как, − проворчал Райн, когда мы друг за дружкой, кроме Холиуса, с трудом впихнулись в усыпальницу.

Герцог остался снаружи часовым.

− Естественно. Мы же в склепе, − иронично заметила Галия.

− У меня фонарик есть, − обрадовал всех Наур.

− Ничего себе фонарик, − засмеялась Марго. – Целый фонарище! Где ты его прятал все это время?

Бережь поставил на пол усыпальницы большой квадратный фонарь, и тот хорошо осветил все помещение.

− Он складной, − пояснил мужчина. – Очень удобно с собой такой носить.

− Да, весьма кстати, − одобрил ректор хозяйственность своего подчиненного.

Мы с энтузиазмом принялись за поиски, хотя и не очень понимали, что искать.

− Ничего, − констатировал через некоторое время Вилс. – Здесь ничего и никого нет.

Белый дракон был прав. Абсолютно пустое помещение без намека на потайные ходы и двери. Мы обшарили все стены, пол и даже потолок.

− Аглая, а ты ничего не чувствуешь? Зов предков, так сказать? – спросил Райн.

Все присутствующие в ожидании уставились на меня. А я прислушалась к своим ощущениям.

− Нет. Ничего не чувствую. Но зато вижу надпись на двери, через которую мы сюда попали. Бранк, она за твоей спиной.

Друг посторонился.

− Смотрели не туда, − хмыкнул Вилс. – Проверили все углы, а на дверь и не подумали взглянуть.

− Но мы же искали драконов, а не письмена, − мягко заметила Маргоша. – Бранк, ты можешь прочесть, что там написано?

− Думаю, да, − стер друг слой пыли с надписи и прочел:

Новый правитель – ура!

На земли свои поскорее иди, законное право у зла отбери.

Сражаться не нужно, туман подсобит,

Ведь ты для него − фаворит!

− Малинка, похоже, от тебя ждут решительных действий, − улыбнулся друг.

− Давайте, выйдем на улицу, − предложил ректор. – Сообщим герцогу о находке.

Выслушав, Холиус спросил:

− Держим путь в долину Туманов?

− А это не опасно? – испугалась Марго. – Там ведь тысячи перевертышей.

− В здравом уме отправляться туда, конечно, опасно, − согласился с ней Теренс. – Но в подсказке очевидное указание на помощь тумана. Предполагаю, имеется в виду, когда Аглая ступит на свою землю, туман подчинится ее воле и сам уничтожит тварей.

− Как же он это сделает? – продолжала сомневаться Марго.

− Выпустит какое-нибудь инсектицидное туманное облако, и перевертыши задохнутся, − предположил Холиус.

− Аглая, ты готова идти дальше? – внимательно смотрел на меня Теренс.

Была ли я готова? Не знаю. Но останавливаться на полпути не собиралась.

Пока шли, начало светать.

Долина Туманов правительницей меня не признала. Туман мне не подчинился, и на нашу группу напала армия перевертышей.

Более того, густая паровая пелена сыграла с нами злую шутку. Я смогла воочию убедиться – туман гасит звуки и искажает расстояния.

Долина Туманов выросла перед нами неожиданно. Предполагалось, идти еще минут тридцать. Но ошибки быть не могло. Ведь впереди клубилось серо-белое марево. Можно ли дотронуться до тумана рукой? Я попробовала. Кисть провалилась в дымку и наткнулась на что-то твердое.

Отдернула руку. Что это было?

− Бежим! – первым сориентировался Холиус.

Но было уже поздно. Из пелены выступали перевертыши. Армия жутких существ с раззявленными вытянутыми пастями.

Твари окружали, не давали взлететь. Только Холиусу удалось это сделать, но сразу четверо монструозов прыгнули, уцепились за крылья, потянули черного дракона вниз.

Нам ничего не оставалось делать, как принять неравный бой.

− Ничего, зато утащим на тот свет сотню паразитов, − подмигнул мне Райн и отчаянно бросился в самую гущу перевертышей.

Наступила на хвост твари, пытавшейся оторвать от своего горла гиену.

Дэймон убивал одну тварь за другой, вокруг него уже образовалась горка трупов панциреобразных. Но все его руки были искусаны, кровь не капала, а лилась из ран.

Я тоже дралась, как могла. Силы мои увеличились в разы, даже в теле человека. Сейчас Аглая Лисица была не слабее любого перевертыша. Помимо драконьей силы мною двигала ярость и злость. Это я во всем виновата! Я втянула всех в эту гиблую историю! Сидела бы себе тихо в салоне, как и планировала с первого своего дня на Фортуне, ничего бы не случилось.

Наблюдала за происходящим хаосом будто со стороны. Видела, как Бережь закрыл собою ректора. Казалось, конец моего стража неминуем, но на помощь подоспел Холиус.

Вилс и Галия сражались спина к спине, но, когда десятку перевертышей удалось окружить их, платиновая красавица вдруг прыгнула своему партнеру на плечи и взлетела.

Что? Она бросила Вилса? Бросила нас? Галия сбежала? Я не могла поверить. Кажется, Вилс тоже не мог поверить, и секундное замешательство стоило ему возможности удержаться на ногах. Перевертыши повалили белого дракона наземь, погребли своими телами.

Я заорала, попыталась проложить дорогу к Вилсу. Мотя помогала мне. Но мы бы все равно не успели.

Успела Марго.

Девушка воспользовалась приемом Галии, только взобралась на перевернутый панцирь, прыгнула, обернулась драконницей, разметала крыльями перевертышей, что грызли Вилса, и закрыла его своим драконьим телом.

− Марго, нет, − полились слезы из моих глаз.

Перевертыши нападали на черную драконницу, раздирали ей крылья. Она отбивалась из последних сил, но не подпускала тварей к израненному Вилсу.

− Аглая, − донесся в голове зов Моти.

Повертела головой.

− Нет! – бросилась к корчившемуся на земле Бранку.

Гиена убила перевертыша, подобравшегося к моему другу, но следом наступали другие.

Нет. Бранк не умрет из-за меня. Ухватилась за голову атаковавшего меня существа, оттолкнулась и высоко подпрыгнула. Не подведи драконница.

Серебряная девочка не подвела. Выпустила крылья.

Я закрыла друга.

− Малинка? – прохрипел он.

А я поняла – проснулся дракон Бранка. Бойня спровоцировала, и теперь друг корчится от адовой боли.

Пока меня не разодрали перевертыши, пока Дэймон и Мотя еще держатся и не подпускают тварей ко мне, я должна сказать Бранку то, что говорил мне Дэймон во время моих мучений. Это поможет ему.

Но я не могу говорить в драконьем обличье и не могу измениться сейчас, иначе нас двоих сразу убьют.

А что, если попробовать связаться с драконом Бранка? – пришло мне в голову.

Первые несколько секунд ничего не получалось, но потом дракон услышал меня. Я почувствовала, как болезненные конвульсии Бранка прекращаются.

− Малинка, слезь с меня, − улыбнулся друг. – Мой дракон готов появиться на свет.

Взлетела, яростно махая крыльями и хвостом, не подпуская таким образом к нему совсем обезумевших тварей.

А потом все закончилось.

Бранк выпустил крылья. На миг туман сгустился до такого плотного состояния, что не стало видно дальше своего носа. Затем рассеялся. Все перевертыши лежали на земле. Мертвые перевертыши. Туман убил их всех.

Марго была жива. Вид ее окровавленных, оторванных черных крыльев отозвался печалью в моем сердце. Подруга больше никогда не сможет летать. Но вот Вилс… смотрит на нее, словно впервые увидел. Он держит девушку на руках и неотрывно смотрит в ее глаза.

− Выходит, мы все ошибались, − первым заговорил Теренс. – Правитель серебряного клана не Аглая. Правитель – Бранк. Долина признала его. Не сомневаюсь, колесо фортуны на площади уже подтвердило его имя.

− Так, что же? − с жалостью посмотрела на меня Марго. − Получается, пара драконов – это Бранк и Аглая? Жених и невеста?

− Получается, так. «Серебряный клан возродиться готов, и пара драконов уж ждет», − продекламировал строчки из сказания Райн.

Я чуть не лишилась чувств, глядя в полные муки глаза Дэймона.

Мой любимый мужчина, мой обожаемый Дэймон в миллисекунду обратился драконом и улетел.

А я некрасиво плюхнулась на землю и, не стесняясь зрителей, горько заплакала.

Вот уже второй месяц я живу в долине Туманов. Один, иногда два дня в неделю провожу время в салоне «Лисица. Фамильяры на любой вкус».

− Аглая, продолжай изготавливать фамильяров, пока мы не найдем тебе замену, − попросил Теренс.

Не видела причин отказывать.

Филимон со мной на новое место не перебрался.

− Я хранитель салона, Аглая. Мой дом здесь, − ответил он на предложение переехать.

Спросила его о смерти Марианны.

− Да, я знал, − признался Филимон. – Видел, когда уносили ее тело. Но мне запретили сообщать новой хозяйке об убийстве предыдущей. Ректор Теренс и декан Краус с самого начала не сомневались, что умерла Марианна в результате чьих-то предумышленных действий.

Не стала обижаться. Думаю, ректор и декан факультета Молния приняли верное решение скрыть от всех факт смерти моей предшественницы.

Мотя естественно со мной. Для гиены наступили благословенные времена. Ведь мы с Бранком живем теперь в замке и у нас имеется свой личный повар.

Замок… М-мм… Он прекрасен. Не слишком большой. С необычным расположением и странной планировкой. Он состоит из множества башен. На каждой – заостренная серебристая крыша. Одна кругообразная башня выстроена на холме, а остальная часть замка спускается, змеится в низину. Окружают его пушистые ели.

Архитектура постройки такова, что издали, если забраться на высокий холм, кажется, будто это и не замок вовсе, а серебряный дракон, спящий в лесу.

К моему огромнейшему удивлению перевертыши жили вполне цивилизованно, строения серебряных не уничтожали, а использовали под свои нужды. И в бывшей главной цитадели драконов царил относительный порядок.

Когда я впервые осматривала свое будущее жилище, лишь одна вещь повергла меня в шок – масштабное полотно во всю ширину каменной стены. Картина висела в столовой, неведомый художник запечатлел на ней трапезу перевертышей. Панциреобразные ящеры поедали людей. Выглядело натурально, реалистично, кроваво и отвратительно. Появилось желание изорвать рисунок на мелкие кусочки, но потом я подумала, что картину надо обязательно оставить. Только не в замке, а передать ее в музей истории драконьих рас, который располагался в Академии.

− Знаешь, Аглая, − заметил Теренс, рассматривая полотно, − завоевание и гибель целого клана страшное событие для Фортуны. Думаю, мы должны сделать в музее отдельный зал. Назовем его, к примеру, «Эра перевертышей». И поместим туда не только эту картину, но и множество других экспонатов, дающих представление о жизни завоевателей. Надо все сохранить для истории.

Так, с подачи ректора, наследие перевертышей было сохранено. А я осознала истины, недоступные ранее моему пониманию. Перевертыши пятнадцать лет издевались над Теренсом, и у ректора имелись веские причины ненавидеть монстров. Сейчас появился шанс стереть с лица земли Фортуны все следы существования мучителей. Но мужчина думал о сохранении истории и памяти, а не личной мести. Смогла бы я так? Сомневаюсь.

− Я жив, а они мертвы, − спокойно ответил Теренс на мое недоумение. – Этого достаточно для отмщения. А мстить, уничтожая памятники, низко.

И вот второе мое потрясение касалось как раз памятников. Перевертыши представлялись мне чудовищами, и такое видение автоматически переносилось на все их поступки. С моей точки зрения, враги всегда являются исключительно разрушителями.

Но в долине Туманов монстры не только не уничтожили памятники, доставшиеся им от серебряных драконов, но и создали множество своих. Всевозможные обелиски, стелы, статуи и триумфальные арки, выполненные из панцирей, соседствовали со старинными скульптурами, сделанными из лунного камня или минерального марказита, камня цвета серебра.

Повсюду трупы перевертышей. И их так много. Не удивительно, что панциреобразные стремились к расширению границ. Плотность населения в долине Туманов явно превышала отметку критической.

Правители трех кланов прислали помощь для уборки, восстановления, строительства. И Дэймон прислал. Но сам ни разу не появился.

Академия выделила добровольцев из числа студентов. Среди них разглядела хорошую знакомую. Не заметить ее было бы просто невозможно. Ведь девушка одела костюм с пульсирующими сердечками, что безотказно работало в привлечении внимания к его обладательнице.

− Роза, рада тебя видеть, − поздоровалась с бывшей напарницей по тренировкам.

Бывшей, потому что по понятным причинам занятия по боевой тактике я больше не посещала.

− Аглая, я тоже очень рада. Между прочим, я сама напросилась помогать. Так интересно посмотреть на долину Туманов. Даже не представляла, что туман бывает сиреневым. Разве, это не чудо? – указала она на сиреневую дымку.

− Ты еще не видела голубой и желтый туманы, − уже со знанием дела сообщила я Розе. – А разные размеры капель воды в тумане, представляешь, как необычно смотрится?

− Совсем не представляю, − честно ответила девушка. – Аглая, а можно посмотреть на твоего дракона? – неуверенно попросила она. – Я ведь серебряных только на картинках видела.

Почему бы и нет? Тем более, что мне самой безумно нравилось пребывать в драконьей сущности.

Первые дни я постоянно глядела во все отражающие поверхности. Осознать себя полноценным драконом не так-то просто.

Неужели я и эта драконница в стекле витрины одно целое? – задавалась вопросом каждый раз, внимательно рассматривая слегка приплюснутую чешуйчатую морду, синие глаза, когтистые лапы. Интересно, а когти надо стричь?

Чешуя у меня оказалась мягкой, гибкой и лежала завитками. На каждой чешуйке -замысловатый узор. Узор повторялся серебром в человечьем обличье на правом плече и являлся предметом моего сильного недовольства. Никогда не любила раскрасок на женских телах.

Ожог от ключа, полученный мною во время первого перевоплощения, на ладони остался. Устранить его не помогла ни одна заживляющая мазь.

− Будто метка или клеймо, − как-то пожаловалась я Холиусу.

С деканом факультета Пекло мы неожиданно подружились. Я перестала его бояться и под маской надменного герцога разглядела интересного, эрудированного мужчину.

− Ключ начал жечь тебя в Мертвой пустоши. По-моему, все для того, чтобы ты отдала его Бранку. Парень должен был найти нужную дверь, открыть ее и прочесть подсказку, − предположил Холиус.

− Так все и получилось. Только Бранк не пострадал, а мне достался пожизненный ожог, − ворчала я.

Когда Роза попросила показать дракона, я сменила облик за две секунды. Быстрее пока не получалось. Но я тренировалась. Всегда помнила слова Дэймона – у драконов может не быть нескольких секунд на перевоплощение.

Посмотреть на серебряную драконницу сбежались не только студенты, но и взрослые. Минут двадцать показывала себя во всей красе, пока Бережь №5 не разогнал зевак по своим рабочим местам.

Наур меня охраняет. Не совсем понятно от кого, но так решил ректор.

− Аглая, перевертыши могли погибнуть не все. Предполагаю, в долине Зноя, равно, как и в других долинах остались шпионы, прячущиеся за амулетами сокрытия сущности. Нам еще долго придется быть настороже.

Наур так же помогает Бранку следить за всеми уборочными и строительными делами. Самыми насущными вопросами стали – установка влагоуловителей с резервуарами для заполнения воды, туннель и куда девать тысячи мертвых тел.

Когда-то в долину Туманов можно было попасть из долины Зноя по туннелю. Но после истребления серебряных драконов, остальные кланы этот проход разрушили, справедливо опасаясь набегов перевертышей.

Бранк рассказывал мне, что вел со строителями долгие обсуждения – восстанавливать тот старый переход или строить новый. Все-таки решили рыть новый, а его стены изнутри укрепить панцирями, снятыми с мертвых перевертышей.

Вот и нашлось им применение. К тому же панцири наших недавних врагов оказались у каждого индивидуальными, как и драконья чешуя, со своим уникальным узором.

− Аглая, а у меня ведь для тебя посылка, − вспомнила Роза, когда Наур отогнал от нас всех зрителей.

− Посылка? От кого?

− Правитель просил передать тебе.

Роза полезла в свой стильный рюкзачок, переливающийся цветными стразами, и достала красиво упакованный сверток.

− Не знаю, что там, − с сожалением произнесла она.

Было видно, девушку мучает любопытство, но я не стала его удовлетворять. Хотела открыть сверток без свидетелей.

− Спасибо тебе и за помощь в долине, и за передачу от правителя, − поблагодарила ее и, с трудом сдерживая себя, чтобы не побежать, направилась в сторону замка.

Но в замок не пошла. Там меня мог кто-нибудь отвлечь. Скрывшись от посторонних глаз, бросилась в небольшой, но густой сосновый бор. Пару недель назад на одной из сосен обнаружила домик. Такие иногда делают из деревянных досок ради забавы, ради укромного местечка. Этот домик был панцирным.

С моими новыми физическими возможностями практически без труда вскарабкалась до нужной ветки и забралась в укрытие.

Плотную упаковку не разорвала, вскрыла аккуратно. Я ее сохраню, ведь картонки касались руки Дэймона.

Шоколад. Он прислал мне десять плиток разного шоколада из моего мира. На Фортуне такого не найдешь.

Открыла шоколадку в знакомой обертке с рисунком медвежат. Откусила. Как же вкусно.

По щекам текли слезы. Не вытирала их.

Рядом зашуршали.

Мотька! Куда же без нее. Пришлось поделиться.

Записки Дэймон не прислал. Тщетно искала я ее под каждым шоколадным фантиком.

Этим вечером студенты обнаружили в долине Туманов жуткую находку. Забрели на окраину, где ни я, ни Бранк еще не осматривались. Мы уже бывали там, но натыкались на густое, плотное серо-белое марево. Видимость в такой завесе нулевая, так что разведка откладывалась. А сегодня дымка рассеялась.

Взбудораженные студенты позвали старших.

− Нам задание дали заняться уборкой в складских помещениях, − пояснял парень второкурсник с факультета Молния. – Мы на эту яму и набрели.

Возникшее у меня подобие симпатии и жалости к перевертышам улетучилось в один миг, стоило увидеть эту бескрайнюю яму. Яму с людскими костями. Как-то Райн сказал мне: «Образ панциреобразных для них более естественен, и в этой сущности они едят людей. Воруют их, кстати, из твоего мира.». Это были лишь слова, ровно до тех пор, пока я не увидела страшную могилу.

− Генеральная уборка чревата неожиданными находками, − философски заметил Наур.

Зрелище было настолько тягостным, что я сбежала в долину Зноя. Уверена, Холиус не будет возражать против моего общества.

Герцог оказался дома. И не один. В удобных креслах гостиной, со вкусом обставленной женщиной, на которой Холиус когда-то был женат, расположились Теренс и Краус.

В былые времена их компанию непременно разбавила бы Галия. Но, после позорного бегства с поля боя, деканшу факультета Ледник отстранили от должности. Женщина пыталась возражать, уверяла, что не собиралась убегать, якобы хотела вызвать подмогу. Ей никто не верил. И общаться с платиновой красавицей никто больше не желал.

− Аглая, ты очень вовремя, − обрадовался моему появлению ректор. – Мы обсуждаем возможность принять тебя на должность декана факультета Туманов.

− А вы не торопитесь с открытием нового факультета? Набор студентов лишь через несколько месяцев и не факт, что к этому времени появятся потенциальные серебряные.

− Они уже появились, Аглая, − удивил Холиус. – С каждым днем на улицах долины Зноя все больше можно увидеть подростков с серебряной прядью в волосах.

− Твои будущие ученики, − улыбнулся мне декан Краус.

− Думаете, я справлюсь?

Я понимала, что, став драконницей, уже не вернусь в свой мир. И, признаться, не очень-то и рвалась туда. Фортуна стала мне настоящим домом. Но не буду же я сидеть без дела. Пока очень много работы в долине Туманов и салоне «Лисица». Но вскоре в одном месте будет наведен порядок, а в другом появится новая хозяйка. Я же останусь не у дел. Поэтому предложение ректора прозвучало весьма заманчиво.

− Мы поможем, не сомневайся, − подбодрил меня герцог.

Ночевать осталась в салоне. С самого утра начнется прием заказов. До прихода клиентов я собиралась наконец-то изготовить фамильяр для Бранка.

Ему еще не исполнилось двадцати, но по законам Фортуны фамильяра мог иметь любой совершеннолетний житель, а совершеннолетие наступало с пробуждением дракона.

Я знала какой чертой он хочет наделить будущего помощника.

− Пусть распознаёт чужую ложь, − попросил Бранк.

Бранк. Мой друг. Мой… жених.

В тот памятный день, когда мы отправились в Мертвую пустошь и вызволили пару серебряных драконов, главное колесо Фортуны на центральной площади долины Зноя закрутилось и выдало ошеломительную для всех жителей светящуюся надпись о возрождении клана серебряных и новом правителе, чье имя Бранк.

В сражении с перевертышами нас сильно потрепало. Маргошу и Вилса серьезно ранили. Даже местным чудо-мазям требовалось время, чтобы залечить их раны. Лишь Райн выглядел вполне бодрым и полным сил. Он-то и отправился в обратный путь оповестить драконов и обычных горожан о произошедшем.

Остальной компании Теренс предложил задержаться в долине Туманов, отдохнуть и набраться сил. Он знал, где располагается главный замок и повел нас к нему. У меня же иссякла вся энергия. Боль физическая и эмоциональные потрясения последних часов едва не лишали рассудка. Я могла думать лишь о том, что Дэймон ушел и никогда не вернется. Винила в этом свою вторую сущность, а заодно и Бранка. Почему именно так? Зачем он откопал эту книгу? Зачем я очистила дурацкий ключ? Зачем мы потащились в чертову Мертвую пустошь?

Драконница не соглашалась. Она радовалась, что ее выпустили.

Я плелась за ректором, и мне было все равно куда идти. На замок я тогда даже не взглянула. Зайдя внутрь, рухнула на первую подвернувшуюся кровать и проспала двое суток. Возможно, спала бы еще, да вторая сущность в теле и Мотя в голове требовательно напоминали о кормежке.

Бранк ждал моего пробуждения. Сидел подле меня прямо на кровати.

Что там говорил Дэймон: «Драконы разных кланов не сближаются. Во всяком случае, слишком близко. Исключением является влюбленность, любовь». Он думал, что Бранк влюблен в меня. Он ошибся. Мы с Бранком драконы одного клана, потому-то нас так и тянуло друг к другу.

− Где все? – спросила, стараясь не глядеть в его глаза.

− Разбрелись по своим долинам.

− Ясно.

− Малинка, послушай, − решился Бранк. − Ты мне нравишься, конечно. Очень. Но, если честно, жениться я пока совсем не готов.

В этом весь Бранк. Честный и настоящий.

− Конечно. Тебе еще рано, − согласилась я.

Бранк засмеялся, а я, признаться, залюбовалась им. Проявление второй сущности изменило его. Он стал выглядеть старше. Волосы поменяли свой первоначальный белый цвет на серебристый и отросли ниже лопаток.

− Мои волосы тоже теперь серебряные? – спросила, так как еще не видела себя в зеркало.

− Нет, только несколько прядей, − приподнял он с подушки часть моих локонов, чтобы я могла увидеть.

Этот наш первый разговор после случившегося помог мне не начать избегать Бранка. Неловкость и раздражение исчезли. На время восстановления долины мы стали кем-то вроде деловых партнеров и много часов проводили вместе.

Ему было сложно. В семнадцать лет взвалить на себя бремя правления, не каждый справится. Хотя править пока Бранку было некем, разве что мной. Зато дел в долине невпроворот.

Я стала замечать, как из угловатого подростка мой друг превращается в красивого и сильного мужчину. Наверное, уже через пару лет он по-настоящему возмужает.

Иногда мы спорили, иногда какая-нибудь мысль приходила в обе головы одновременно. Иногда… он обнимал меня.

Что я чувствовала? Приятно, когда тебя обнимают сильные мужские руки. Я хотела, чтобы это были руки Дэймона.

Каждую ночь, перед сном, сжимала в ладони алмаз, подаренный мне черным драконом. Гладила поверхность камня и плакала.

Как-то я потерялась в тумане. Белое полотно заклубилось неожиданно. Есть такая особенность в долине серебряных, туман появляется из ниоткуда и никогда не знаешь каким он будет, плотным или рассеянным, белым или цветным.

На этот раз завеса сгустилась, когда я исследовала уличный спортивный комплекс, возведенный перевертышами.

Мне стало немного не по себе, хотя тумана я не боялась, ощущала даже какую-то связь с ним. Но этот туман был таким, как тот, когда я протянула руку и наткнулась за пеленой на панциреобразного.

− Испугалась, Малинка? – вынырнул из белых клубов пара Бранк.

Правитель долины с туманом был на «ты». Буквально видел сквозь него.

− Неуютно стало, − призналась я.

Бранк взял меня на руки и вынес в зону хорошей видимости.

− Спасибо, − поцеловала я его в щеку.

Он не сразу поставил меня на ноги. Сначала прикоснулся губами к моим губам. Осторожно так, без напора.

Что чувствовал сам Бранк? Не знаю. Предполагаю, тоже, что и Дэймон с Марго, когда родители предложили им объявить себя женихом и невестой, а они только-только стали драконами, и все остальное казалось им слишком далеким.

Перерастет ли симпатия Бранка ко мне в любовь? А сама я? Смогу ли однажды полюбить его так же сильно, как Дэймона?

Фамильяр для Бранка получился знатным.

− Какой красивый волк, − оценила Марго, прибежав в мой салон ближе к вечеру, когда поток заказчиков наконец-то иссяк.

Мы сердечно обнялись с подругой.

− Он такого хотел, − пояснила я. – С серебристой шкурой.

− Аглая, милая, как у вас с ним дела? – устроилась Маргоша в кресле.

Марго собиралась замуж за Вилса и выглядела очень счастливой. Правитель белых драконов сделал ей предложение уже на следующий день после того, как она спасла его. Вилс сильно изменился и буквально трясется над Марго, опекает каждый ее шаг.

− Ну… трупы все убраны, − начала перечислять я. − Панцири пристроены. Туннель строится.

− Аглая, − перебила меня подруга. – Я совсем не о том.

− Не о том, − вздохнула с пониманием.

− Все так плохо? – с сочувствием спросила она.

− Вовсе нет, − поспешила заверить я. – Бранк замечательный. И мы…мы стараемся, работаем над нашими отношениями.

− Работаете над отношениями? Вот как. И что это значит?

− Например, говорим друг другу комплименты, вместе летаем над долиной, много смеемся. Бранк часто смешит меня.

− Смешит. Вот как.

− Что ты заладила? Вот как, вот как, − вспылила я. − Да, между нами пока нет пылких чувств. Но мы точно не безразличны друг другу.

− Аглая, дорогая, прости, − поднялась Маргоша с кресла и обняла меня. – Я совсем не хотела обидеть тебя. Наоборот, очень надеюсь, что у вас все получится. Бранк ведь действительно замечательный и всегда прекрасно относился к тебе.

− Да, он замечательный, − не удержалась я и разревелась.

Марго гладила меня по голове и вдруг тоже заплакала.

− Маргош, ты чего?

− Не знаю. Заплакалось как-то. Наверное, за компанию с тобой.

Я рассмеялась, стирая слезы с лица. Попросила.

− Расскажи лучше, как подготовка к свадьбе идет.

Свадьбу Вилс и Марго решили праздновать в долине Туманов, посчитав это место нейтральным и самым безопасным. Мы с Бранком, конечно, не возражали, хотя я и переживала. У меня совсем не было опыта в организации свадебных торжеств.

− Ох, Аглаюшка, − неожиданно назвала Марго меня ласково, так, как только родители называли. – Всё так завертелось. Вилс торопит со свадьбой. Хочет, чтобы я побыстрее насовсем переехала к нему. Говорит, можно обойтись и без торжеств. Но я хочу, чтобы все было красиво. А чтобы красиво, надо подготовиться.

− Он просто беспокоится о тебе. Ты ведь теперь не такая сильная.

− Это точно. С потерей крыльев смириться тяжело, − вздохнула Марго, но тут же рассмеялась. − Никогда раньше не летала в лапах дракона. А Вилс теперь только и делает, что таскает меня в своих лапищах.

− Прекрасно тебя понимаю, − рассмеялась я вслед за ней. – А Галия? Не досаждает вам?

− Еще как, − поморщилась Маргошка. – Блондинка моему любимому прохода не дает. Не может смириться, что лишилась сразу и должности, и мужчины. Даже ко мне заявилась, представляешь?

− Она не угрожала тебе? – испугалась я за подругу, ведь от отвергнутой женщины можно ожидать что угодно.

− Попробовала. Только Вилс быстро ей разъяснил, посмеет тронуть меня и окончит свои дни в подземелье в одиночной камере.

− Так Вилс был у тебя, когда деканша приходила?

− Да, − потупилась Марго, при этом широко улыбаясь. – Аглая, видела бы ты его появление. Это было так эффектно! Галия грозит мне всеми мыслимыми и немыслимыми карами, если я не оставлю Вилса, а тут он появляется собственной персоной из ванной комнаты и в одном полотенце.

− В одном полотенце? – прищурилась я.

− Аглаюшка, не суди. Между нами такая страсть, что держаться сил до свадьбы просто нет. Вот мы и…ну, ты понимаешь.

− Понимаю, − не удалось мне скрыть завистливых ноток в голосе. – И как? Ты не разочарована?

− Разочарована? Ты что? Так хорошо мне еще никогда в жизни не было. Аглая, Вилс таким темпераментным оказался. А по внешнему виду и не скажешь, да?

− Так, стоп, − остановила я разговор на щекотливую тему. – Избавь меня от подробностей. Давай, лучше обсудим количество гостей на вашей свадьбе и начнем составлять приблизительное меню.

− Вот, − щелкнула Марго золотым замочком на своей сумочке, − я список принесла. Рядом с каждым именем предпочтения по блюдам и напиткам. Мои родители своего повара выделяют в помощь вашему с Бранком. И Дэймон обещал Рокаса прислать.

− Дэймон? – севшим голосом спросила я. – Ты его видела?

− И видела, и разговаривала. Аглая, он будет на свадьбе, − пристально посмотрела на меня подруга.

− Он согласился?

− А почему нет? Мы его друзья, во-первых. Во-вторых, свадьба одного из правителей Фортуны как-никак. Будет странным, если Дэймон не появится.

− Да, конечно. Я понимаю. Глупость спросила.

На самом деле как-то до этой минуты я не задумывалась, что в скором времени предстоит встретиться с Дэймоном. Сердце сходило с ума, стоило лишь вспомнить черного дракона. Встреча с ним грозила разрушить хрупкий мост, который я ежедневно выстраивала и укрепляла в отношении к Бранку.

− Аглаюшка, я знаю, тебе тяжело, − мягко произнесла Маргоша. – Но он тоже страдает.

− Страдает? Это он тебе сказал, или ты сама так решила?

− Передо мной ему нет нужды притворяться. Я не говорила тебе, не хотела вносить разлад в ваше взаимопонимание с Бранком. Но, пожалуй, все же скажу. Аглая, Дэймон признался мне, что не знал, что можно так дико любить. Вот именно это слово и употребил – «дико». Он любит тебя и ужасно мучается от невозможности быть с тобой.

− Маргоша, − опять полились слезы из моих глаз. – Я тоже люблю его. Дико.

− Милая, − подала она мне расшитый платочек, − давай, за свадебным столом посадим вас за один ряд между другими гостями? Вы не будете видеть друг друга, и вам будет полегче.

− Ты права, − согласилась я. – Так будет лучше.

Но отдаленная рассадка за столом не помогла.

Свадебные столы решили накрыть на улице. На территории теперь уже нашего с Бранком замка имелся замечательный апельсиновый сад. Все деревья пестрели оранжевыми плодами, отчего создавалась радужная атмосфера. Самое то для свадебных гуляний. Туман это место накрывал редко, а если и появлялся здесь, то всегда в виде слабенького облачка. Видимости он не мешал.

В день свадьбы с самого раннего утра началась немыслимая суета. Еще накануне прибыла мама Марго. Весьма решительная женщина. Она взяла под контроль расстановку шатров и праздничный декор. А родительница Вилса, не менее решительная дама, зорко следила за приготовлениями на кухне. Меня же ангажировала свадебная распорядительница, отвечающая за веселье гостей.

− Аглая, надо оформить книгу пожеланий. Поможешь? – попросила она.

Взялась за дело с энтузиазмом. Склеила чистые листы в книжку и на каждом листике нарисовала забавных зверушек. Предполагается, что все приглашенные оставят в книге напутствие молодым. Оно может быть серьезным, а может и шуточным. Я свое вписала сразу. «Желаю вам никогда не расставаться», − вывела на листке с рисунком гиены. Так Вилс и Марго обязательно поймут от кого привет.

Появились артисты с громоздким реквизитом для светового шоу.

− Вы не забыли, − подбежала к ним мама Маргоши, − свет должен направляться так, чтобы светились русалочьи костюмы?

− Не волнуйтесь, все красиво получится, − заверили артисты.

Марго пришло в голову сделать свадьбу в стиле тематической вечеринки. Так что все девочки будут русалками, а мальчики морскими змиями. Бранку пошили лазурную чешуйчатую жилетку. А для меня приготовлено коротенькое переливчатое лиловое платье. Когда на него будут попадать лучи прожекторов, чешуйки на ткани заискрятся розовым. Такие же чешуйки блестят на симпатичных остроносых босоножках. В волосы я вплела кувшинку персикового цвета. Мне ее подарила Роза.

− Мама растения заговаривает. И цветок не вянет несколько дней, − пояснила девушка.

Когда начали появляться первые гости, мы с женщиной распорядительницей спешно заканчивали клеить на стволы апельсиновых деревьев наклейки-подсказки для одного из конкурсов. Прилепив последнюю наклейку, я помчалась переодеваться.

Вышла к самой встрече жениха с невестой.

И хорошо, что так получилось. Не пришлось здороваться с Дэймоном. Я сразу заметила его. Он стоял рядом с Холиусом и держал в руках большую подарочную коробку. На мужчинах были надеты одинаковые бордовые смокинги из чешуи.

Больших трудов стоило мне не смотреть в ту сторону.

Юркнула за широкую спину Бранка. Покажусь только тогда, когда придет очередь дарить подарок.

− Малинка, ты зачем спряталась? – повернул ко мне голову Бранк.

− Платье слишком короткое, − пошутила я.

− В самый раз, − не согласился он.

Гости стали по очереди подходить к виновникам торжества с поздравлениями и заготовленными подарками.

По традициям Фортуны невеста одевалась на свадьбу в одежды цвета, соответствующего клану жениха. И Марго предстала в платье, сшитом из лепестков белых роз. Смотрелось сногсшибательно.

Идею подарка для молодоженов от пока малочисленного клана серебряных предложил Бранк.

− Малинка, думаю, Вилса и твою подругу порадует их совместный портрет. Во всяком случае, такой презент будет выглядеть оригинально.

Задумка мне понравилась, и я воплотила ее в жизнь. Всем, кто видел портрет, понравилось.

Когда подошла наша очередь идти к жениху и невесте, вцепилась в локоть Бранка. Придется прошествовать мимо Дэймона. Встала так, чтобы Бранк оказался между мною и линией гостей. Конечно, это не спрячет меня совсем, но все же я буду не настолько близко от черного дракона.

− Чудесный портрет, − рассматривал правитель белых драконов мой шедевр.

− Эй, Вилс! – крикнул Райн. – Неужели, это ты произнес слово «чудесный»?

Гости засмеялись. И, о чудо! Вилс поддержал общий смех.

− Марго, что ты сделала с ним? – весело спросил красноволосый дракон.

− Женила на себе, − мило улыбнулась моя подруга.

Она обняла меня и прошептала:

− Аглая, ты выглядишь прекрасно. Я знала, что это платье сядет на тебе идеально.

− Маргоша, − тоже прошептала я, − а нельзя было сделать его подлиннее? И, кажется, ты забыла приделать к нему русалочий хвост.

− Ничего я не забыла, − чмокнула она меня в щеку и совсем понизила голос, − пора Бранку переходить уже к активным действиям. И поверь, твои идеальные ножки не оставят его равнодушным.

− Интриганка, − легонько ущипнула я ее за талию.

Потом была церемония официальной регистрации.

На Фортуне не знали слов «церковь», «венчание» или «ЗАГС». Регистрация брака подтверждалась здесь магическим колесом.

Колесо установили в одном из шатров, и ректор Теренс запустил его, как только Марго и Вилс встали перед деревянной конструкцией и объявили о своем намерении создать семью.

Колесо пришло в движение, завращалось с невероятной скоростью, идолы-фигурки замельтешили перед глазами. И вот – вращение останавливается, щелчок на начальном векторе и появление пылающей белым надписи прямо в воздухе – «Регистрация брака подтверждена».

Все разом заговорили, зааплодировали. А декан Краус, сегодня причесанный и нарядно одетый, воскликнул:

− За создание новой семьи!

Веселье началось.

Пока все шло хорошо. Мне удавалось держаться поодаль от Дэймона и за столом я сидела так, что взглядами мы не встречались.

Хуже стало, когда начали произноситься тосты, вернее, когда свой тост произнес Дэймон. Первые его слова развеселили публику.

− Бывший жених напутствует нынешнего, − иронично сказал он. Затем продолжил: − Жена друга – это русалка – общайся, любуйся, но не прикасайся.

Смотрел Дэймон во время своей речи исключительно на меня.

Затем начались конкурсы. Женщина распорядительница оказалась большой затейницей.

− Так, у нас свадебный хоровод, − объявила она.

Смысл хоровода заключался в том, что всех девушек, включая невесту, поставили в круг. Каждой завязали глаза. Под музыку надо было начать водить хоровод. Как только музыка останавливалась все бросались в рассыпную, а парни должны были хватать первую попавшуюся девчонку.

− Образовавшиеся пары станут следующими, кто сыграет свадьбу, − подзадоривала распорядительница незамужних девчат.

− А, если я Марго поймаю? – веселился Райн.

− Получишь в глаз, − вполне серьезно ответил ему Вилс.

К хороводу присоединились и замужние дамы, подначивая своих мужей ловить свои вторые половины.

Меня поймал Дэймон. Даже с завязанными глазами я не могла ошибиться.

Зачем он это сделал? Разве не понимает, как мне тяжело?

Он прижимал свой трофей к груди и бежал. Таково было задание – донести девушку до ее места за столом, чтобы никто не отнял по дороге.

Вокруг слышались взрывы хохота. Вероятно, не каждую даму удалось поднять на руки.

От его близости все реакции моего тела стали совершенно бесконтрольными.

Всё хуже некуда.

Он посадил меня на стул и аккуратно, стараясь не цеплять за волосы, снял с глаз повязку.

Не сказал ни слова. Просто ушел.

Одним из напитков, поданных к столу, было уже знакомое мне молочное вино из ледуницы, единственной ягоды, произрастающей в долине Ледник.

Выпила целый бокал разом.

Секундный спазм в горле и следом приятная расслабленность во всем теле и голове.

− Эй, Малинка, поосторожнее с вином, − сел рядом Бранк. – Извини, не успел поймать тебя. Ты была слишком далеко от меня, когда хоровод остановился. Пришлось подружку Райна нести, так как сам он за Марго охотился.

Я засмеялась. Мое настроение значительно улучшилось. Какая чудесная оказывается ягода ледуница! Налила себе еще вина.

− Малинка, он тебя не обидел? – внимательно посмотрел на меня Бранк.

− Нет. Не волнуйся. Он не сказал мне ни слова, − погладила Бранка по руке и осушила бокал с вином.

Дальше я уже не парилась. Участвовала во всех конкурсах подряд и без устали танцевала. Распорядительница грамотно распределяла нагрузку для гостей, перемежая застолье конкурсами и конкурсы танцами.

Во время ночного светового шоу почувствовала, что голова слегка кружится, а во время танца на выбор самой сексапильной русалочки земля стала качаться.

Драконнице не нравилось, что я во хмелю, и она настоятельно требовала выпустить крылья.

Что я и сделала. Действительно, пора было приходить в себя. А то, не ровен час, и упаду лицом в тарелку, как это уже сделали некоторые из гостей.

Полетела к озеру. Оно было единственным в долине. Не озеро даже, а маленькое озерцо. Но все же водоем, редкость для Фортуны. Над ним нависал скалистый берег, сквозь камень наружу прорывались многочисленные сиреневые цветы. Красивое место. Я иногда специально прилетала сюда и подолгу сидела на валунах. Иногда вместе с Бранком. Но с ним не так часто. При статусе правителя праздное времяпрепровождение редкая роскошь.

Полет сразу отрезвил меня. Голова больше не кружилась, мысли не путались, земля не качалась. Ночной, слегка прохладный воздух остудил пылающую кожу.

Я еще не так далеко отлетела от замка, как уловила движение за спиной.

− Подожди, − раздалось в голове.

Черный дракон быстро нагнал меня. Подстроился под мой ритм и полетел рядом.

Мы не разговаривали. Но это молчание как будто еще больше сближало нас. Когда любишь, слова не всегда нужны.

Добравшись до озерца, я вернулась в человечку и присела на один из самых больших камней.

Дэймон перевоплотился не сразу. Изучал местность. Драконий глаз видит в темноте значительно лучше людского.

− Красивое место, − первым нарушил он молчание.

Дэймон занял соседний со мной камень. Тяжело быть с ним вот так рядом. Я хотела дотронуться до него, но не смела. Зато выдался случай поблагодарить дракона.

− Спасибо за шоколад. Очень вкусно.

− Рад, что угодил, − бросил он камешек в воду и спросил:

− Аглая, как тебе живется здесь, в долине Туманов?

− Мне тут нравится, − ответила совершенно искренне. − Я ощущаю родство с долиной. Знаешь, никогда не думала, что туманы могут быть разными. Дымка, марево, пар, простой конденсат. Пелена, морок. Он бывает густым и плотным, просвечивающим, дымчатым, водным, с инеем. Иногда туман стелется по земле, а иногда клубится по всей поверхности, бывает и так, что поднимается вверх, висит каплями.

Дэймон обнял меня. Поцеловал. Жадно так. Не давая вздохнуть.

Ответила. Со всей возможной страстью.

Мы целовались и целовались, не желая отпускать друг друга. Я не смогу, не смогу отказаться от Дэймона, от своей любви к нему.

Разомкнуть объятия нам все-таки пришлось. Наше уединение нарушил шум множества крыльев.

Первым на камни опустился серебристый дракон. Вслед за ним – Вилс, Холиус, Райн и еще несколько драконов. Вилс бережно поставил свою жену на плоский камень. Разглядел ведь самый удобный для посадки человека.

− Не ты ли сам недавно говорил – на чужую жену любуйся, но не прикасайся? – спокойно спросил Бранк.

− Она тебе не жена, − также спокойно ответил Дэймон.

Стороннему наблюдателю могло показаться, что они мирно беседуют. Но драконье чутье безошибочно подсказывало о назревающей драке.

− Я тут вот, о чем подумал, − непринужденно заговорил Райн.

− Райн, не сейчас, − одернула его Маргоша.

− Если я сейчас не скажу, они подерутся, − гнул свое красноволосый дракон.

− Тогда говори, − разрешила моя подруга.

− С чего все решили, что вы должны пожениться?

− Райн, ты что такое говоришь? – вскипела Марго. – Почему бы нам с Вилсом было не жениться?

Белый дракон также напрягся, а я подумала, драка сейчас начнется не только между Брайном и Дэймоном.

− Да я не про тебя с Вилсом, − отмахнулся Райн. – Я говорю о Бранке с Аглаей. Вспомните, что в сказании написано: «Серебряный клан возродиться готов, и пара драконов уж ждет. Он и она сидят взаперти, выход им нужно найти». Ну, и где тут про брачный союз сказано?

Я прибиралась в салоне «Лисица. Фамильяры на любой вкус». Хотела передать салон своей преемнице в надлежащем виде, а не захламленным, каким он когда-то достался мне.

Соседний дом пока пустует. И мне немного грустно, что Гриш и Тамара больше никогда не появятся из его дверей, не забегут отведать пирога или поделиться местными новостями. Я старалась не думать о ребятах, как о монстрах. В моей памяти они навсегда останутся веселыми и отзывчивыми студентами.

Мы с Бранком по-прежнему лучшие друзья и видимся чуть ли не ежедневно, что ужасно злит одного черного дракона. Но в данном вопросе я неумолима. Бранк мне, словно родной и теперь, когда перспектива женитьбы не маячит над нами, стало все намного проще.

− Аглая, выходи за меня замуж, − донеслось до моих ушей.

Огляделась недоуменно. Помимо меня, в салоне находились лишь Филимон и Мотя.

− Обещаю всегда заботиться о тебе и хранить верность.

− Филимон, это ты говоришь?

− Что говорю? – удивился кот. – Я спал вообще-то. А во сне у меня точно нет привычки разговаривать.

− Я полюбил тебя с первого взгляда, с первой нашей встречи.

− Вот опять! – подскочила с кресла, опрокинув каталог с карточками фамильяров.

− Аглая, успокойся, − лениво протянула гиена. – Это твой муж говорит. Сама же наделила меня чертой читать мысли мужа своей хозяйки. Вот я и считываю.

− Мотя, но у меня нет мужа.

− Дэймон уже считает тебя своей женой. Он идет сюда и готовится произнести речь.