— Обещай, что не испортишь мне свадьбу своими ссорами с Тристаном!

Дейли Мартин скептически посмотрела на свою младшую сестру. При упоминании Тристана Гамильтона она поморщилась:

— Не глупи. Я зрелый, взрослый человек. Я буду вести себя хорошо.

Табби нахмурилась:

— Я видела, как вы ведете себя, когда вы вместе. Это все равно, что запустить в комнату с одной миской корма двух голодных питбулей.

— Фу, как мерзко!

Дейли коснулась мизинца, проверяя, высох ли лак. Она и будущая невеста только что закончили делать маникюр в дорогом салоне и теперь потягивали шампанское, прежде чем перейти к следующему пункту маршрута.

Табби с сомнением посмотрела на сестру.

— Перестань трогать свои ногти, — вздохнула она. — Я не знаю, почему ты не можешь сделать себе гель, как все остальные.

— Все очень просто. Снять гель через три недели в домашних условиях невозможно. Я предпочитаю сама определять свою судьбу.

— Это лак для ногтей, а не манифест, — сухо возразила Табби. — Но давай вернемся к сути дела. Тристан будет членом нашей семьи. Мне нужно, чтобы ты вела себя хорошо.

— Это не моя семья, — пробормотала Дейли.

Тот факт, что ее сестра выходила замуж за младшего брата Тристана, не означал, что со стороны Дейли возникнут какие-то родственные чувства.

— Он тебе не враг, — настаивала Табби.

— Откуда ты знаешь? — огрызнулась Дейли. — Этот человек готов переманить всех моих клиентов.

Табби закатила глаза:

— Я не думаю, что ты рационально подходишь к этому вопросу. Я очень люблю тебя, Дейли. Твое рекламное агентство маленькое, милое и нестандартное, но некоторые хотят проверенного и традиционного подхода. Если несколько потенциальных клиентов перешли к «Либерман и Данн», это не вина Тристана.

Хотя Табби, которая была на шесть лет младше Дейли, пыталась вести себя дипломатично, ее слова задели старшую сестру. Наверняка Табби не имела в виду ничего плохого, когда говорила о маленьком рекламном агентстве. Но она права. Дейли наняла двух копирайтеров, программиста, секретаря и бухгалтера на неполный рабочий день. За три года она прошла большой путь. Ее дела шли хорошо.

А Тристан был генеральным директором рекламного агентства в Атланте, которое существовало уже несколько десятилетий. Господин Либерман из компании «Либерман и Данн» умер несколько лет назад. Ходили слухи, что Гарольд Данн в любой день продаст фирму своему протеже Тристану.

Тристан Гамильтон был богатым, красивым и сексуальным мужчиной. С растрепанными волосами цвета воронова крыла и сверкающими голубыми глазами он мог подчинить себе весь мир.

Дейли презирала его. А заодно и себя, но только потому, что не понимала, почему один лишь взгляд на его тренированное тело заставлял ее дрожать. Тристан был воплощением совершенства.

Пока он не открывал свой рот. Когда шесть недель назад Дейли ворвалась в его офис, чтобы выразить свое недовольство, Тристан сказал ей практически то же самое, что и Табби. Что некоторые клиенты не хотят использовать социальные сети, а вместо этого ищут более традиционный подход в рекламе.

Дейли это не убедило. Она провела несколько очень удачных, по ее мнению, встреч с представителями нового бутик-отеля и многообещающим дизайнером ювелирных изделий, но в итоге оба клиента остановились на «Либерман и Данн». Должно быть, в дело вмешался Тристан.

Табби прервала гневный поток мыслей Дейли.

— Пора идти, — сказала она. — Прически — последний пункт в нашем списке. После этого у нас будет час на отдых, а затем мы отправимся в отель.

Подъехав к гостинице «Вестмонт Кантри Инн», Дейли восхитилась организаторскими способностями своей сестры. Свадебное торжество было продумано до мельчайших деталей. Табби и Джон арендовали этот очаровательный небольшой отель в пригороде Атланты и пригласили всех своих знакомых и ближайших родственников пожить здесь до свадьбы.

Теоретически Дейли не возражала против этого плана. Было приятно узнать, что ей не придется страдать в пробках по дороге на свадьбу, когда все люди устремлялись на выходные за город. Она хотела, чтобы свадьба Табби прошла идеально.

Но это также означало, что Дейли не сможет сбежать.

Она останется здесь до утра воскресенья… нравится ей это или нет.

Дейли вытащила из багажника чемодан и косметичку и перекинула кремовую шелковую сумку для одежды на руку. Затем она осмотрела окрестности в поисках своего заклятого врага и начала подниматься по ступенькам.

В гостинице служащий в форме быстро зарегистрировал ее и взял сумки. Основная часть здания была трехэтажной. В одноэтажном крыле сзади располагались номера премиум-класса. Табби настояла, чтобы Дейли предоставили один из самых роскошных номеров. Так Табби хотела выразить благодарность своей сестре за помощь в подготовке свадьбы.

Да, Дейли хотела, чтобы у Табби была свадьба ее мечты. Поэтому она сопровождала сестру во всех ее поездках. Они ходили по магазинам одежды и посещали дегустации блюд в ресторанах, выбирали цветочные декорации и программу развлечений.

Теперь Дейли видела, что весь их тяжелый труд последних шести месяцев стоил того.

Она получила у администратора ключ от своего номера, обернулась и уткнулась в грудь какого-то мужчины. Запах его одеколона показался ей знакомым.

— О, это ты, — сказала она, быстро отступая назад. — Привет, Тристан!

Он улыбнулся:

— Что? Всего лишь привет? А когтями ты в меня не вцепишься?

Дейли фыркнула:

— Я не должна ссориться с тобой на этих выходных. Мне нужно вести себя хорошо.

В его голубых глазах промелькнула искорка.

— «Хорошо». Это слово с огромным количеством смыслов.

— Никаких других смыслов, — быстро ответила Дейли. Она старалась смотреть куда угодно, только не в его красивое лицо. — Все просто и однозначно. И извини меня, пожалуйста. Мне нужно идти в свой номер.

— Дейли!

От того, как Тристан произнес ее имя, у нее пересохло во рту. Всего два слога, но его голос наполнил ее имя красотой.

— Чего ты хочешь, Тристан?

— Бар отеля находится сразу за углом. Давай посидим там, пока не началось это свадебное безумие. Может, нам удастся закопать топор войны. Джон и Табби ожидают, что мы подружимся.

Она нахмурилась:

— Твой брат, должно быть, больший оптимист, чем я думала, если он на это надеется. Единственным требованием Табби было отсутствие кровопролития.

Тристан откинул голову назад и рассмеялся.

— Пойдем, — сказал он. — Мы скоро станем родственниками. Позволь мне угостить тебя каким-нибудь напитком, Дейли.

Она оказалась в ловушке и знала это. Посыльный уже унес ее вещи. Репетиция ужина начнется через пару часов. Она решила отбросить свои опасения и изобразила на лице улыбку.

— Хорошо. Это было бы чудесно.

До бара было недалеко. Максимум десяток шагов. Но рука Тристана ненадолго легла на ее талию. Ей показалось, что она чувствует тепло его пальцев сквозь ткань платья.

Когда они сели на скамейки с высокими спинками, как в старых английских пабах, Дейли отложила сумочку и скрестила руки на груди.

— Давай договоримся сразу, — сказала Дейли. — Мы с тобой не будем семьей. Джон и я? Да. Ты и Табби? Да. Но не ты и я.

Тристан внимательно посмотрел на нее:

— Ты имеешь что-то против семьи?

— Конечно нет. Но мы с тобой… — Она замолчала, отчаянно пытаясь не нарушить обещание, данное сестре.

— Что?

На ее счастье, к ним подошла официантка.

— Я возьму бокал вашего домашнего белого вина, — заказала Дейли.

Тристан улыбнулся официантке, заставив ее покраснеть.

— Для меня просто диетическую колу. И, знаете, еще куриные крылышки с сельдереем. — Он смущенно посмотрел на Дейли. — Не было времени на обед.

Когда официантка ушла, Дейли нахмурилась:

— Диетическая кола? Серьезно?

Тристан пожал плечами:

— Я принимаю антибиотики. Сегодня как раз последняя таблетка. Возможно, вечером я выпью, но доктор рекомендовал мне на данный момент воздержаться.

— Ты болен?

— У меня был приступ болезни Лайма. К счастью, мы заметили это вовремя. Я в порядке. — Молодой человек ослабил галстук. — Сегодня утром мне пришлось поставить чемодан в багажник, чтобы сразу после работы отправиться сюда. Но вернемся к тебе, Дейли. Я думаю, ты хотела сказать, что мы с тобой?…

— Чужие друг другу люди, — решительно заявила она. — Только косвенно связанные браком наших родственников. Никакой связи между нами нет вообще.

— Врушка!

Он улыбнулся, и от этого такая характеристика не прозвучала оскорбительно. Но когда он обхватил пальцами ее руку, его глаза вспыхнули.

— У нас была связь с первого дня. Конечно! Ты не можешь этого отрицать.

Дейли заставила себя сидеть спокойно, чтобы не показать ему, насколько сильно на нее подействовало его прикосновение.

— Мы не ладим, — сказала она. — Я бы не назвала это связью.

Тристан не выпускал ее руку из своей.

— Может быть, мы с тобой видим вещи по-разному.

— Может быть.

Когда он отпустил ее руку, Дейли сказала себе, что не разочарована.

Принесли напитки, и Дейли безрассудно выпила половину бокала. Она не могла позволить себе есть руками куриные крылышки в присутствии Тристана, поэтому схватила палочку сельдерея, обмакнула ее в соус и решила, что небольшой перекус компенсирует алкоголь.

Он доел два крылышка и вытер пальцы. Длинные мужские пальцы, которые, вероятно, точно знали, как доставить удовольствие женщине. О нет, почему она сейчас подумала об этом?

— Дейли… — начал Тристан, и ей показалось, что его голос прозвучал неуверенно.

— Что?

Ее собеседник пожал плечами:

— Я не переманивал ни одного из твоих клиентов, клянусь. Я бы никогда не сделал этого с тобой. Но иногда человек или бизнес хочет обычную рекламу. То, что делаешь ты, впечатляет, но, возможно, твое видение подходит не всем.

— Табби сказала нечто подобное, — пробормотала Дейли. — Вы двое, должно быть, в сговоре.

Его губы дернулись.

— В сговоре?

— Ты умный человек. Я уверена, что ты знаешь это слово.

Он медленно покачал головой:

— Я не в сговоре с твоей сестрой, хотя восхищаюсь ею. Она сделала моего серьезного брата очень счастливым.

Дейли нахмурилась:

— Ты восхищаешься Табби?

— Ну конечно. Она потрясающая. Разве ты не согласна?

— Согласна. Но я думала, что ты считаешь, что они слишком молоды, чтобы вступать в брак.

— Я не думаю, что ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы делать такие предположения, — резко возразил Тристан.

— Извини. Ты прав, — пробормотала Дейли смущенно.

— Может быть, это ты думаешь, что двадцать шесть лет — это слишком рано? — Он склонил голову, как обычно, и одарил ее улыбкой.

— Я на шесть лет старше, Тристан. И клянусь, я не помню, чтобы я была так невинно счастлива, как эти двое. Я очень рада за них. Не пойми меня неправильно.

— Но?

Она пожала плечами:

— Но удивительно, когда мужчина или женщина находит идеальную пару. Тем более на долгосрочную перспективу.

— Я не думал, что ты так цинична.

Теперь он смотрел на нее холодным взглядом. Разочаровался, наверное?

— Я не цинична, — сказала она, допила вино и огляделась вокруг, размышляя, как быстро сможет покинуть это заведение, не устроив скандал. Пристальный взгляд Тристана заставил ее поежиться. Он слишком хорошо понимал ее.

— Почему у меня такое ощущение, что двадцатишестилетняя Дейли пережила любовную катастрофу? — спросил он.

Когда она нашла в себе силы и посмотрела на него, то не обнаружила в его взгляде никакой насмешки, а только нежное сострадание, от которого ей хотелось расплакаться без всякой причины.

— Мне было двадцать четыре года, и я ничего не знала о мужчинах. Это было давно. Я усвоила урок.

— И что это был за урок? — Между его бровями появилась морщинка.

— Мне пора идти, — сказала она. — Спасибо за вино.

Когда она встала, Тристан тоже поднялся.

— Я не хотел спрашивать, Дейли. Прости, если я тебя расстроил.

Выражение его лица было обеспокоенным.

Ей удалось ухмыльнуться.

— Это ерунда. Ты поступил гораздо хуже. Увидимся позже. И я клянусь, что буду дружелюбна до зубовного скрежета.

Тристан позволил Дейли Мартин выйти из бара одной, хотя это шло вразрез со всеми его инстинктами. На этот раз она ненадолго ослабила свою привычную защиту.

Честно говоря, ему стало немного не по себе, когда он услышал, что Джон женится на Табби. Не из-за каких-либо сомнений относительно его невесты, а потому, что Тристан понял, что в будущем избегать Дейли будет невозможно. Помимо свадебных торжеств, чередой пойдут крестины детей, торжественные обеды, а затем школьные праздники и спортивные мероприятия.

Тристан планировал полностью посвятить себя роли дяди.

Но тут возникали сложности. Его очень привлекала Дейли Мартин. Он был почти уверен, что она это знала.

Но связь с сестрой невестки не принесет ничего, кроме неприятностей. А это означало, что ему нужно пережить эти выходные, не наделав глупостей. Тристан еще не зарегистрировался в отеле. Увидев Дейли, он отвлекся.

Вздохнув про себя, он направился в холл отеля. Вместо того чтобы общаться с Дейли, он мог отправиться в свой номер и разобраться с электронной почтой. Репетиция свадьбы и последующий ужин лишат его последних сил. Он ведь должен быть шафером, а Дейли — подружкой невесты.

Им предстоит провести вместе весь вечер, не говоря уже о завтрашнем дне. Когда дело касалось Дейли Мартин, он чувствовал себя подростком, у которого в крови бушуют гормоны.

Дейли очень хотелось притвориться больной, чтобы уйти с репетиции и ужина. Ее мог бы заменить кто-то другой. Обязанности подружки невесты не были чрезвычайно сложными.

Но она знала, как расстроится Табби, и оставила эту идею.

Дейли хорошо помнила тот день, когда ее сестру привезли из родильного дома. Она моментально влюбилась в этот крошечный сморщенный комочек. На протяжении десяти лет она была правой рукой своей матери. Дейли любила сестру, и ей нравилось заботиться о маленькой девочке, ставшей ее тенью. Иногда они ссорились, но по большей части были настолько близки, насколько это возможно для сестер.

Как бы ей ни было больно это признавать, у нее нет другого выбора, кроме как смириться с предстоящими мероприятиями и изобразить улыбку на лице. Тристан так Тристан, ничего не поделаешь.

Ей придется тренироваться брать его за руку и идти по проходу. Затем жених и невеста встанут между ними. Когда церемония закончится, Дейли снова придется коснуться руки шафера. Она знала, что справится с этим.

На лужайке позади отеля стояли две длинные белые палатки, готовые к празднику. Табби и Джон решили пригласить на эти выходные только семью и близких друзей.

Дейли одобрила их решение. Свадьбы отнимали много сил даже при самых благоприятных обстоятельствах. Если пара хотела провести свадьбу в тесном кругу, то все событие становилось более интимным и значимым.

К сожалению, такая обстановка также означала, что подружка невесты и шафер будут вынуждены проводить вместе больше времени, чем необходимо.

«Ничего страшного», — решительно сказала себе Дейли. Она сможет справиться с Тристаном Гамильтоном.

Быстро приняв душ, она начала изучать платья, которые взяла с собой на репетицию и ужин. Табби одобрила и то и другое. Одно из них было беспроигрышным выбором — бирюзовое платье без рукавов с вышивкой того же цвета на вырезе и подоле. Цвет хорошо подходил к ее светлым волосам и светлому цвету кожи.

Но когда посмотрела на себя в зеркало, то поморщилась. Платье было неплохим, но не сногсшибательным. По какой-то причине она чувствовала необходимость что-то доказать Тристану Гамильтону. Например, тот факт, что она не нуждалась ни в нем, ни в его престижном рекламном агентстве.

Когда надела второе платье, то поняла, что это беспроигрышный вариант. Табби была худощавой и темноволосой: она пошла в отца. Дейли унаследовала более пышную фигуру своей матери.

Это розовое платье подчеркивало каждый изгиб ее тела. Тонкие бретельки обнажали ее плечи, что приятно освежало в майскую жару. Платье было приталенным с пышной юбкой, заканчивавшейся на добрых десять сантиметров выше колен.

Такое платье требовало уверенности в себе.

Дейли поставила себя в неловкое положение в тот день, когда ворвалась в офис Тристана. Она хотела, чтобы он серьезно относился к ней. Если бы он был честен в делах, то, возможно, сам направлял бы к ней клиентов, которые действительно хотели более современного подхода в рекламе.

Когда кто-то постучал в дверь, Дейли посмотрела в глазок и увидела свою сестру. Она рывком открыла дверь.

— В чем дело? — спросила она встревоженно.

Табби улыбалась:

— Разве невеста не может прийти к своей подружке?

Дейли почувствовала намек на напряжение.

— Ты в порядке?

— Да. — Табби начала мерить комнату шагами. — Это нормально, что я не волнуюсь?

— Серьезно? — Дейли усмехнулась. — Ты волнуешься, потому что ты не волнуешься?

Табби присела на край кровати.

— Я знаю. Я дурочка. Все идет просто идеально. Я счастлива и взволнована тем, что выхожу замуж за Джона. Думаю, все это кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой.

— Ты заслуживаешь счастья, дорогая. И все в порядке. Твоя семья здесь. Ничего плохого не произойдет.

— Если только вы с Тристаном не убьете друг друга.

— Я обещаю, что этого не произойдет. Если тебе интересно, мы вдвоем успели пообщаться в баре отеля и согласились вести себя хорошо.

Глаза Табби расширились.

— Мне бы хотелось в это верить. Почему он тебе не нравится, Дейли? Ты же не можешь действительно верить в то, что он хочет разрушить твой бизнес?

В самом деле, почему Дейли в этом так уверена? Возможно, ее антипатия была защитой от того, что он заставил ее чувствовать. Рядом с ним она теряла силу воли.

— Возможно, в прошлом я слишком остро реагировала, — ответила она. — Он не злодей. Но он меня раздражает. Он высокомерный и слишком самоуверенный.

— Неужели можно быть слишком самоуверенным? — спросила Табби. — Тристан не может исправить тот факт, что он богат, красив и очень талантлив в своем деле. Мне он нравится. Он очень любит Джона, так что у нас с Тристаном это общее. Он был со мной мил и радушен.

Горло Дейли сжалось.

— Я рада. Их семье повезло, что у них есть ты.

— Может быть, Тристан тоже кого-нибудь найдет.

— Я удивлена, что он еще этого не сделал, — сказала Дейли. — Атланта, возможно, и большой город, но количество подходящих мужчин не бесконечно.

— Джон говорит, что Тристан трудоголик и слишком разборчив, когда дело касается женщин. Мой Джон признал эту ошибку. Возможно, он был таким же, как его старший брат, но теперь у него другие приоритеты.

— И этот приоритет — ты? — ухмыльнулась Дейли.

— Я слишком скромна, чтобы хвастаться, — ответила Табби, — но да. Он уже даже говорит о детях. И знает, что я не потерплю отсутствующего отца. Наш отец прожил свою жизнь именно так, но я хочу от мужа большего. Ребенку нужны отец и мать.

Дейли завидовала почти осязаемой уверенности сестры в своих решениях. Табби была учительницей в начальных классах. Сейчас, во время летних каникул, у нее будет пара месяцев, чтобы привыкнуть к семейной жизни. Дейли была рада за нее.

Но она не могла избежать чувства зависти с примесью вины.

Табби, совершенно не подозревая о противоречивых эмоциях сестры, была одета в маленькое черное платье от-кутюр, в котором выглядела утонченно и красиво. Завтра она будет потрясающей невестой.

Табби встала и разгладила подол платья.

— Мне нужно пойти и позволить тебе закончить сборы. Я рада, что ты остановилась на розовом платье, — сказала она.

— Ну, я все еще не решила, — пробормотала Дейли.

— Нет! Считай это желанием невесты. Бирюзовый цвет — это нормально, но в розовом ты выглядишь сияющей.

— Спасибо, сестренка. Только это платье слишком откровенное.

Табби всплеснула руками:

— Я хочу, чтобы все увидели, насколько ты прекрасна. Кроме того, пара друзей жениха одиноки. Кто знает, что может случиться?

С озорной ухмылкой Табби выскользнула за дверь и направилась обратно в свой номер.

Прическа и макияж заняли еще полчаса. Когда все закончилось, было пятнадцать минут шестого. Все должны были собраться в пять тридцать.

Она не должна нервничать. Ей предстоял веселый вечер.

Возможно, она будет флиртовать с одним из друзей жениха. Но не с Тристаном.

Тристан провел пальцем по воротнику и подумал, не будет ли Табби возражать, если он снимет галстук. Он привык носить галстук на работе. Его друг и наставник, Гарольд Данн, придерживался старой школы, когда дело касалось дресс-кода. Но сегодня на улице было очень жарко и влажно.

Когда Тристан увидел Джона, он вздохнул. Его брат был консервативным до мозга костей, даже если Табби учила его время от времени расслабляться. Быстрый взгляд вокруг палатки подтвердил, что все друзья жениха были одеты, как положено на торжественном мероприятии.

Тристан перестал теребить галстук.

Все болтали, смеялись и наслаждались шампанским. Родителей Тристана и Джона усадили в удобные кресла. Он увидел, что многие останавливались, чтобы выразить им свое почтение. Его отец и мать поздно стали родителями, сейчас им было за семьдесят, а родителям Табби и Дейли около шестидесяти.

Тристан сразу заметил Дейли. Она, как солнечный луч, освещала все вокруг. Ее длинные светлые волосы были собраны в хвост, который подрагивал при каждом ее движении. Искусно завитые локоны обрамляли ее улыбающееся лицо. Тристан был почти уверен, что она успела поговорить со всеми, кроме него.

Невеста была красивой, какой и должна быть, но, по мнению Тристана, Табби не шла в подметки своей старшей сестре. Дейли была яркой и сексуальной. Ее платье выигрышно подчеркивало великолепное тело.

Он не стал размышлять, почему его так беспокоило ее равнодушие. В его планы не входило очаровывать каждую женщину на празднике.

Но Тристан понимал сексуальное влечение и понимал женщин. Обычно…

Когда он появился рядом с Дейли, она, казалось, испугалась, как будто действительно полностью забыла о его существовании.

— Как дела у моей пары на сегодняшний день? — спросил он, вежливо улыбаясь двум другим мужчинам.

Дейли сжала губы.

— Я не твоя пара, — пробурчала она.

— Ты очень дружелюбна, — прошептал Тристан себе под нос.

Ее лицо порозовело. Она снова переключила внимание на двух своих незадачливых спутников.

— Думаю, мы сейчас начнем, — сказала она. Взяв обоих парней под руки, она повела их к небольшому подиуму, украшенному лилиями и зеленью. — Расскажите мне, как вы оба познакомились с Джоном.

Тристану это не понравилось.

Прежде чем он успел придумать план действий, координатор свадьбы приложила два пальца к губам и громко свистнула. В палатке раздался смех. Шесть подружек невесты и их коллеги-мужчины поспешили занять свои места.

Координатор улыбнулась:

— Табби и Джон очень рады, что вы все сегодня здесь. Мы планируем сделать эту репетицию короткой и приятной. Я хочу есть и уверена, что большинство из вас тоже. Все очень просто. Сначала мы отрепетируем торжественный выход. Потом пройдем обратно. Потом еще раз выйдем, и на этом все.

Эта женщина знала свое дело. Ей удалось взять контроль над своими взрослыми подопечными, как воспитательнице детского сада. Дамы встали слева. Мужчины справа. Табби, Джон и священник стояли посередине.

Координатор передала церемонию священнику, который кратко разъяснил последовательность службы. Затем звукорежиссер включил запись струнного квартета.

— Сейчас выход, — сказала координатор. — Жених и невеста. Потом и остальные. Кто пришел последним, уходит первым.

Табби и Джон пошли, выглядя довольными и счастливыми. Когда подошла очередь Тристана, он, ухмыляясь, протянул руку Дейли. Его партнерша выглядела так, словно хотела воткнуть ему нож между лопаток. Она разжигала его интерес. Такой накал чувств в закрытом помещении, например, в спальне, мог бы стать взрывоопасным.

К сожалению, возможности поболтать у них не было. Как только репетиция прохода по церкви закончилась, координатор снова выстроила их в ряд. На этот раз друзья жениха тренировались рассаживать родителей, а также бабушек и дедушек.

Затем включили торжественную музыку. По желанию Табби пары свидетелей проходили в церковь вместе. Когда пришла очередь Тристана и Дейли, он сжал ее руку.

— Просто поверить не могу, что я делаю это перед всеми людьми. Я рад, что жених и невеста захотели небольшую свадьбу. И свидетелей этого ужаса не так много.

На этот раз Дейли кивнула:

— Я тоже.

Они добрались до алтаря без происшествий. Затем вошли священник и Джон. Музыка изменилась, и Табби пошла по проходу, держа отца под руку. Всю дорогу она не сводила глаз с Джона. Когда Тристан взглянул на лицо брата, у него перехватило горло от эмоций, которые испытывал Джон.

Тристан никогда не испытывал ничего подобного к женщине и не верил, что когда-нибудь любовь придет в его жизнь. Вероятно, он был слишком эгоистичен, чтобы освободить место в своей жизни для семьи.

А Дейли смотрела на сестру и сияла от счастья.

Мистер Мартин передал свою дочь жениху и сел рядом с женой.

Священник быстро повторил порядок службы. Тристан и Дейли в нужный момент сделали вид, что передают кольца.

Затем пришло время еще одного прохода по церкви.

Когда репетиция была окончена, все вздохнули с облегчением.

Снова подала голос координатор.

— Еда находится в соседней палатке, — сказала она. — Угощайтесь. Еды много. Табби и Джон попросили вас сесть, где вам будет удобно, без карточек с местами.

Тристан следил за Дейли, пока все шли к соседней палатке.

Шведский стол был роскошным и обильным. Желудок Тристана заурчал, когда он встал в очередь. Официанты накрыли пять столов по восемь человек. В результате несколько мест за столами остались свободными.

Табби и Джон расположились за столом со своими свидетелями. Когда Дейли заняла свое место в стайке подружек невесты, Тристан подошел к их столику, за которым оставалось еще одно свободное место.

— Не возражаете, если я присоединюсь к вам, дамы? — спросил он.

Высокая рыжеволосая девушка одарила его дразнящей улыбкой:

— Чувствуй себя как дома!

Дейли ничего не сказала, но он увидел, как покраснело ее лицо.

Когда все принялись за еду, Тристан наклонился ближе к Дейли и прошептал:

— Табби останется с тобой сегодня вечером?

Она фыркнула:

— Ты шутишь? Табби и Джон не из тех, кто следует суевериям или традициям. У них есть своя комната. Я не думаю, что они смогут вынести разлуку хотя бы на одну ночь.

Тристан нахмурился, услышав какие-то странные нотки в ее голосе.

— Ты этого не одобряешь?

Она пожала плечами:

— Мое мнение не играет никакой роли.

Женщина справа от Тристана что-то сказала ему, положив конец его неловким попыткам разговорить Дейли.

Старшие родственники покинули палатку около восьми. Остались только Табби, Джон и их четырнадцать лучших друзей. Джон постучал по стакану вилкой и встал.

— Успокойтесь, дикари! У нас с Табби есть для вас подарки.

Шесть женщин получили жемчужные серьги, а шесть мужчин — серебряные карманные ножи с гравировкой. Только Дейли и Тристан остались с пустыми руками.

Джон подошел к Тристану с большим свертком.

— Для моего старшего брата, — сказал он, положив руку Тристану на плечо. — Ты не только мои шафер, но и лучший мужчина, которого я знаю.

Эти слова застали Тристана врасплох.

— Взаимно, брат, — хрипло ответил он.

Когда он открыл сверток, Дейли заглянула ему через плечо.

— Что это такое? — спросила она.

— Джон! — воскликнул Тристан. — Это слишком.

В свертке была небольшая бронзовая скульптура лошади, которую Тристан впервые увидел в дорогой галерее во Флоренции год назад, когда они с Джоном путешествовали в отпуске. Тогда Джон и Табби встречались всего несколько недель.

Джон ухмыльнулся:

— С тобой сложно. Сначала я хотел подарить тебе эту лошадку на Рождество, но потом решил подарить ее тебе на нашу свадьбу.

— Спасибо, Джон.

Затем настала очередь Дейли. Табби встала позади сестры и обвила руками шею Дейли.

— Ты заботилась обо мне всю мою жизнь. Ни у кого никогда не было такой замечательной старшей сестры.

Сверток Дейли был намного меньше. Она достала из него черную коробочку, открыла ее и улыбнулась.

— Мне это нравится, Табби. Большое спасибо.

Подарком стала цепочка с подвеской в виде буквы «Д» из желтого золота, украшенная крошечными бриллиантами, которые сверкали в свете ламп. Тристан тоже встал.

— Позвольте мне, — сказал он.

Табби вытащила украшение из коробки и протянула ему.

— Спасибо, шафер, — сказала она, улыбаясь.

Дейли не шевелилась. Она сидела молча, пока Тристан откинул ее хвост и застегнул цепочку на шее. Это было непросто. Замочек был крошечный, и он боялся его сломать.

Не помогало и то, что с каждым вздохом он вдыхал легкие духи Дейли. Он уже пожалел о своем импульсивном предложении. Но ему нужно было справиться с этой непростой задачей.

После подарка Дейли формальности были закончены. Джон и Табби направились обратно в отель, а остальные последовали за ними. Дейли окружила себя достаточным количеством людей, чтобы держать Тристана на расстоянии. По правде говоря, он был благодарен ей за это.

Дейли шла по коридору рядом с сестрой. Джон, зевая, шел за ними.

— Я буду через минуту. Я просто хочу пожелать спокойной ночи своей сестре, — бросила Табби ему через плечо.

Джон коварно ухмыльнулся:

— Я буду ждать.

Дейли и Джон рассмеялись, когда Табби покраснела как помидор.

Дейли открыла дверь.

— Не стоило заказывать такой роскошный номер, но он мне нравится. Ты хорошо провела вечер? Все было так, как ты хотела?

Табби зевнула и потянулась.

— Все прошло идеально. Я не могу дождаться завтрашнего дня. Если верить прогнозу, погода будет потрясающей.

На церемонию должны были приехать около пятидесяти друзей и родственников Джона и Табби. Их ожидал бранч в ресторане отеля, а затем был запланирован отдых перед большим событием.

Дейли внезапно вспомнила, что хотела задать Табби один вопрос.

— Кто был пожилой мужчина, который сидел рядом с нашими родственниками?

Глаза Табби расширились.

— Я думала, ты знаешь. Это Гарольд Данн.

— Из рекламной фирмы? — Дейли была потрясена. — Почему он здесь?

— Гарольд и его жена были крестными родителями Тристана и Джона. Его жена умерла два года назад. Он совсем завял без нее. Вот почему Джон хотел пригласить его на сегодняшнюю репетицию и на саму свадьбу. Гарольд для Гамильтонов как член семьи. На самом деле, когда они были маленькими, они называли его дядя Гарольд.

— Я понятия не имела.

— Гарольд хотел, чтобы оба мальчика занялись с ним бизнесом. Тристан был с самого начала очень талантлив в области рекламы. А Джон всегда увлекался числами. Гарольд понял это, и под его руководством Джон занялся финансами.

Дейли переваривала новую информацию, пытаясь соотнести ее со сложившимся в ее голове образом Тристана.

Табби коснулась ее руки:

— Тристану можно доверять, Дейли. Я клянусь. Он не враг. Я знаю, что тебе трудно подпускать мужчин к себе. Пожалуйста, дай ему шанс.

— Дать ему шанс? — Дейли уставилась на нее. — Что это значит? Я пообещала не ругаться с ним в эти выходные. Вот и все.

— Но ты признаешь, что он тебе нравится…

— С чего вдруг? Я едва знаю этого человека.

Это было не совсем так. Тот день, когда она ворвалась в его офис, стал одной из многих их встреч за последние шесть месяцев. Она встретила Тристана на семейном ужине, когда Джон и Табби были официально помолвлены. Потом на рождественской вечеринке и во время поездки в горы весной. Дейли в той поездке была со своим парнем. На следующей неделе она бросила его.

Тристан, казалось, занял свое место в ее семье, и его нельзя было игнорировать. Табби подняла руки:

— Отлично. Я лучше промолчу. Если хочешь, можешь делать вид, что ничего не происходит. А пока желаю спокойной ночи и сладких снов.

Дейли обняла сестру:

— Я люблю тебя, Таб.

— Я тоже тебя люблю.

— Иди к своему мужчине. Он не обрадуется, если увидит, что ты плачешь.

Табби улыбнулась сквозь слезы:

— Это будут очень эмоциональные выходные. Я думаю, что имею право на слезы.

Когда дверь закрылась, Дейли опустилась в обитое парчой кресло и сбросила туфли. Она устала до предела, но при этом была взвинчена. Сегодняшний вечер был веселым. Ей было приятно видеть Табби такой счастливой.

Но в то же время Дейли готова была расплакаться от жалости к себе. Жизнь вокруг менялась. А она как будто сидела в глубокой яме и наблюдала из нее за событиями в жизни других людей.

Наконец она нашла в себе силы раздеться и принять душ. Сняв цепочку и аккуратно положив ее на комод, вспомнила тепло от пальцев Тристана на своей шее.

Избежать его сегодня вечером было невозможно. Его улыбка, направленная на кого-то другого или на нее, заставляла ее дрожать от волнения. Она ненавидела себя за это. Эта дрожь заставляла ее чувствовать себя слабой, глупой и неопытной.

Дейли много работала и старалась изо всех сил, пока не создала ту жизнь, которую хотела. Семейное счастье Табби было убедительным, но Дейли планировала не связывать себя обязательствами. Мужчины только усложняют жизнь. Быть зрелой женщиной оказалось и без этого достаточно сложно.

После душа ей захотелось выпить холодной воды. Она не могла вспомнить, стоял ли в этом коридоре автомат с кубиками льда.

Отель предоставлял своим гостям белые мягкие халаты. Но ей не хотелось бродить в халате по коридорам, где она могла с кем-нибудь столкнуться.

Поморщившись, Дейли снова надела свое платье. Но она не стала натягивать нижнее белье на еще влажное тело. Она взяла ведерко со льдом, засунула ключ-карту от номера глубоко в вырез платья, открыла дверь и выглянула. Пустой коридор был тускло освещен лампочками ночного света. Никаких признаков жизни нигде не было видно.

Ее номер находился в конце коридора. Но в этом коридоре она не нашла автомат со льдом. Когда повернулась назад, из-за угла появилась знакомая фигура. Это был Тристан, и он нес ведерко со льдом.

Он удивленно приподнял брови:

— Я думал, ты уже давно спишь.

— Я хочу пить, — сказала она. — Где ты нашел лед?

— К сожалению, далеко отсюда, в главном здании отеля. Хочешь, я отсыплю тебе немного?

Это был совершенно обычный вопрос. Но то, как он смотрел на нее…

Когда она не ответила сразу, Тристан откашлялся и провел рукой по затылку. Он был без пиджака и галстука. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, и, как и она, он был босиком.

— Не думаю, что я тебе это уже говорил, — сказал Тристан. — Но твое платье и ты в нем — прекрасны.

— О, это неожиданно. Ну что ж, спасибо.

Они стояли и смотрели друг на друга долгие секунды. Что-то витало в воздухе между ними. Любопытство. Интерес. Шел двенадцатый час ночи. Не так уж и поздно. Но очевидно, что они были единственными, кто не заснул и бродил по отелю.

Тристан потянулся к ее ведерку.

— Я отсыплю тебе половину, — повторил он.

Дейли прижала бронзовое ведерко к груди.

— Не надо шуметь в коридоре. Может, нам стоит сделать это в моем номере над раковиной?

Все его тело замерло.

— В твоем номере? — хрипло переспросил Тристан.

Дейли посмотрела на него. Проблема была в том, что она не хотела поддаваться его чарам, но ему удавалось соблазнять женщин одним взглядом.

Но сегодня вечером она устоит!

Она вытащила ключ-карту из своего тайника и ухмыльнулась, когда он удивленно уставился на нее.

— Пойдем!

Тристан последовал за ней, но выражение лица было настороженным.

Дейли указала на ванную комнату и протянула ему пустое ведерко.

— Спасибо, что поделился. Могу предложить тебе банку орехов из бара. Если ты все еще голоден.

Тристан покачал головой:

— Я в порядке.

Он быстро пересыпал половину льда в ее ведерко. Затем он наполнил стакан льдом и водой и протянул его Дейли.

— Вот и все, — сказал он. — Увидимся утром.

Дейли сделала большой глоток и кивнула:

— Спокойной ночи!

Тристану пришлось пройти мимо нее, чтобы добраться до двери. Когда он оказался на расстоянии прикосновения, остановился, поставил свое ведерко со льдом на столик и посмотрел на нее:

— У меня есть вопрос.

— Да?

— Если я тебя поцелую, какова вероятность, что у меня пойдет кровь из носа или появится синяк под глазом? Я спрашиваю только потому, что шафер должен выглядеть на свадьбе презентабельно.

Ее сердце забилось сильно-сильно. Она отставила стакан в сторону. Вот оно! Момент истины. Дейли могла обмануть себя при определенных обстоятельствах, но именно она пригласила Тристана в свою комнату. Он всего лишь ответил на ее предложение.

Между ними что-то происходило. Может быть, такая простая вещь, как банальное желание. Они были взрослыми тридцатилетними людьми, окруженные атмосферой романтических выходных. Свадьбы, как бы хорошо это ни скрывалось, были посвящены сексу… в конце концов…

Во рту у нее пересохло.

— Ну, — сказала она. — Я думаю, ты в безопасности.

В его взгляде вспыхнул пожар.

Колени Дейли ослабли и грозили подогнуться в самый неподходящий момент.

Он положил руку ей на обнаженное плечо.

— У тебя потрясающая кожа. Мне весь вечер хотелось прикоснуться к ней.

Дейли шагнула вперед и оказалась между его руками.

— Не стесняйся, — прошептала она.

Тристан всегда ее удивлял. Она ожидала, что он набросится на нее. Ее приглашение нельзя было понять никак иначе.

Но его поступки всегда были неожиданными. Тристан провел обеими руками по ее плечам вниз по рукам к запястьям.

— Ты хорошо пахнешь, — прошептал он.

Дейли чувствовала себя неловким подростком, не знающим, что сказать.

— Я уже приняла душ. Мне не хотелось бродить по коридору в халате, поэтому я снова надела платье.

Он отстранился и внимательно посмотрел на нее.

— Только платье?

Она кивнула.

Яркий румянец разлился по его скулам. Он приподнял подол ее платья, обнажив ягодицы.

— Невероятно…

Он отпустил подол платья и отступил назад. Дейли растерялась.

— Тебя что-то напугало?

— Нет, — коротко сказал он. — Мы ведь оба знаем, что это плохая идея, верно?

— Очень плохая, — кивнула она.

— Я пойду, если ты хочешь, чтобы я…

Но, говоря это, он снова коснулся ее руки, так что слова его не звучали так решительно.

Может быть, это был поздний час, или осознание того, что она теряет сестру, или тот факт, что Тристан был усталым, растерянным и не таким страшным, каким казался ей раньше. Но какова бы ни была причина, она чувствовала сильное желание быть с ним.

— Я не хочу, чтобы ты уходил, — прошептала Дейли.

Она осторожно расстегнула одну из пуговиц его рубашки. Тристан накрыл ее руку своей.

— Мне нужно принять душ. Это максимум четыре минуты.

— Ты можешь пойти в мой душ.

— А презервативы?

— Я принимаю таблетки.

— За последние два месяца я обращался к врачу миллион раз. Я здоров.

— Тогда все решено, — сказала Дейли, содрогаясь от смеси тревоги и волнения. Он даже еще не поцеловал ее. Она чувствовала, что Тристан старается контролировать себя.

— Ты не передумаешь, пока я буду в душе?

Она провела большим пальцем по его подбородку, наслаждаясь прикосновением к щетине. Он был очень мужественным человеком. Большим и сильным, но при этом забавным, а иногда и милым.

— Я не передумаю.

Когда Тристан вышел из ее ванной в белом полотенце, повязанном вокруг загорелых бедер, он застал Дейли именно на том месте, где ее и оставил.

Он поднял бровь:

— Ты в порядке?

Она медленно кивнула:

— Да. Просто немного испугалась.

Тристан решительно пересек комнату. Встав перед ней, он просунул палец под одну из лямок ее платья.

— Чего испугалась?

— Всего, — призналась она, вскидывая руки и делая шаг назад. — Я никогда не спала с мужчиной на первом свидании.

Он улыбнулся:

— Я уверен, что ты сказала всем, что я не твой парень.

— Это еще хуже, — пробормотала Дейли.

— Вели мне уйти или позволь раздеть тебя, — решительно сказал он.

Дейли молча смотрела на него. Хотела ли она, чтобы он ушел? Она должна была этого хотеть. Но нет. Она собиралась побаловать себя только один раз. Дейли знала, что сегодняшний вечер поможет ей преодолеть ее внутренние проблемы в отношениях с Тристаном Гамильтоном.

— Останься… Останься и займись со мной любовью.

Тристан подумал, что ему это снится. Но волосы у него были мокрыми после душа, и он чувствовал под босыми ногами толстый ворс ковра.

Он глубоко вздохнул и взмолился, чтобы не проснуться, если это был восхитительный мираж.

— Иди сюда! Давай снимем с тебя это платье.

Карие глаза Дейли стали огромными, зрачки расширились.

— Хорошо, — прошептала она.

Он развернул ее и расстегнул молнию, наблюдая в приглушенной тишине, как обнажается изящный изгиб ее спины. Ее тело было таким, каким и должно быть женское тело — мягким, пышным и манящим.

Тристан лишился дара речи, когда увидел, что под ее платьем действительно ничего нет.

— Ты не шутила. Ты надела платье, и больше ничего? Чтобы пойти и найти лед?

Она посмотрела на него через плечо и ухмыльнулась:

— Я торопилась.

Он увидел, что она прижала лиф к груди.

— Оставь это, Дейли. Я хочу видеть тебя всю.

Ее улыбка исчезла.

Облако розового тюля и атласа упало на пол у ног Дейли. В горле у него пересохло, а сердце забилось о ребра. Тристан держал ее за руку, когда она отошла от своего наряда в сторону.

Теперь он мог разглядеть ее с головы до ног. Он резко выдохнул:

— Я всегда знал, что ты сногсшибательна. Но мое воображение не справилось с этой задачей.

Тристан положил руки ей на талию и скользнул к ее пышным бедрам, притягивая ее ближе.

— Не могу поверить, что мне потребовалось так много времени, чтобы уговорить тебя лечь в постель.

Дейли закатила глаза:

— Ты ничего не сделал. Это я искала лед.

Тристан ухмыльнулся:

— Лед? И все же почему-то я не знал, что это повод для того, чтобы начать раздеваться.

— Я думаю, что в этом есть нечто большее. — Дейли положила руку ему на бедро. — Ты позволишь?

— Не отказывай себе ни в чем!

Она коснулась узла на полотенце.

— Ты, должно быть, был бойскаутом, — пробормотала Дейли. — Возможно, мне понадобится нож.

— Никаких ножей, — быстро сказал он. — Давай помогу. — И быстро скинул полотенце.

Тристан Гамильтон предстал перед ней во всей своей красе. Высокий, красивый и полностью готовый к ночи любви.

Когда она обхватила пальцами его член и нежно сжала, с его губ сорвался свистящий вздох.

— Полегче, Дейли.

— Что я делаю неправильно? — спросила она, невинно глядя на него.

— Ты все делаешь правильно! Но я еще даже не поцеловал тебя.

Девушка пожала плечами:

— Я думала, что в конце концов, ты вспомнишь об этом.

— Умница. — Он обнял ее и прижался губами к ее виску.

Из комнаты необъяснимым образом исчез весь кислород. Дейли почувствовала головокружение.

Тристан. Обнаженный, пахнущий гелем для душа, сильный Тристан.

Он вытащил заколки из ее волос и провел пальцами по ее тяжелым прядям. Массажа головы было почти достаточно, чтобы она испытала оргазм.

— У меня очень хорошая кровать, — настойчиво сказала Дейли. — Королевский размер. Отличный матрас.

— Еще рано, — неожиданно резко произнес он.

Без предупреждения он накрыл ее губы своим ртом. От него пахло зубной пастой. Когда он нежно прижал свой язык к ее языку, она застонала. Каким-то образом в глубине души Дейли предвидела, что так и будет.

Внезапно они начали целоваться, как двое влюбленных, встретившихся после долгой разлуки. Жадно и тяжело дыша.

Этот мужчина умел целоваться. Что не должно было ее удивлять. По словам Табби и Джона, он встречался с множеством женщин в штате Джорджия. Но никогда дольше, чем несколько недель с каждой. Тристан не любил длительные отношения.

Это устраивало Дейли. Она не хотела встречаться с ним. Она просто хотела… ну, он должен был уже понять, чего она хотела. Но ей было трудно даже сформулировать это в своей голове. Она полностью отдалась своим желаниям.

Тристан подхватил ее на руки и направился к кровати. На пути он пошатывался, и Дейли было приятно думать, что его неустойчивая походка вызвана волнением и безудержным сексуальным желанием, а не ее пристрастием к калорийным кофейным напиткам.

Когда он бросил ее на матрас и последовал за ней, она улыбнулась:

— Ты настоящий альфа-самец, правда? Скажи мне, почему ты не привез свою девушку на свадьбу брата?

Тристан коснулся ее носом.

— Моя работа — общаться с главной подружкой невесты. Я не хотел, чтобы меня отвлекали.

— Какая приверженность долгу, — иронично заметила Дейли.

— Ты даже представить себе не можешь.

Он скользнул рукой между ее ног и нежно погладил. Дейли вскрикнула от удовольствия. Тристан усмехнулся:

— Я рад, что мы решили закопать топор войны. Это гораздо веселее, чем спорить.

— Это может быть лишь перемирие, — предупредила Дейли. — Я все еще не уверен, что ты мне нравишься.

Он нашел ее грудь, сжал сосок и наклонил голову, чтобы лизнуть его.

— И все же я рискну.

По телу Дейли пробежало тепло, и ее спина выгнулась. Внезапно она почувствовала неуверенность. Сможет ли она выстоять перед таким мужчиной, как Тристан? Он был смелым и решительным и определенно был не из тех парней, с которыми было бы легко справиться.

Время принятия рациональных решений прошло. В этот момент Дейли так сильно хотела его, что была готова сделать что угодно. Включая решение игнорировать здравый смысл и внутреннее ощущение, что последующая катастрофа неизбежна.

Тристан довел ее до оргазма, быстро и жестко, а затем расположился между ее бедер и прижался членом к ее еще подрагивающему клитору.

— У нас все хорошо? — спросил он.

Дейли удалось открыть глаза.

— Не знаю, как тебе, но мне классно.

Тристан негромко рассмеялся. Он вошел в нее полностью, но прикосновение его мощных бедер было скорее нежным, чем грубым. Как будто он хотел убедиться, что ей удобно.

Дейли попыталась восстановить дыхание, но это ей удалось с трудом. Ее тело дрожало. Это было приятно. Впервые она смогла насладиться занятием любовью, не беспокоясь о последствиях. У них с Тристаном не было отношений. Это был просто секс. Действительно, отличный секс. Дейли могла расслабиться и просто отдаться чувствам.

Возможно, Тристан уловил ее смущение. Он коснулся ее лба своим лбом.

— Ты все еще со мной, Дейли? Мне не хотелось бы думать, что ты задремала.

Она обвила ногами его талию, заставив их обоих застонать.

— Я здесь, — прошептала она. — Просто наслаждаюсь моментом. Ты хорош в этом. Но я думаю, ты это знаешь. Учитывая твой огромный опыт.

— Ты оскорблена?

— Ни в коем случае, — возразила она. — Мне нравится быть с мужчиной, который знает женщин.

Тристан нахмурился, но его лоб быстро разгладился.

— Я не так уж хорошо тебя знаю. Возможно, мы сможем это исправить.

Дейли закрыла глаза, не отвечая. Не было смысла говорить, что секс — это все, что она от него хотела. В долгосрочной перспективе ей не нужен был такой мужчина, как Тристан. На этом этапе своей жизни она сомневалась, что вообще выйдет замуж, и ей было хорошо одной.

Но секс? Это было совсем другое.

Дейли обвила руками его шею и поцеловала Тристана.

— Я не сломаюсь, — сказала она, посасывая его нижнюю губу. — Не бойся раздавить меня.

Тристан откинулся назад. Его глаза блестели, грудь вздымалась.

— Будь осторожна со своими просьбами, Дейли.

— О, как мне страшно, — пропела она, насмехаясь над ним.

Тристан что-то пробурчал себе под нос, а потом начал действовать. Человек он был целеустремленный и талантливый. Он мгновенно довел ее до грани и, когда наступил ее кульминационный момент, не дал ей пощады.

Снова и снова он входил в нее, пока они оба не вскрикнули и не обрели то, что искали…

Дейли никогда в жизни не испытывала похмелья. Когда Тристан ушел, она включила будильник. Было без пятнадцати десять. Бранч начинался в половине одиннадцатого. А она была совершенно без сил.

Ее голова гудела, а желудок сжимался. Дейли выпила две обезболивающие таблетки и направилась в душ.

День предстоял долгий, поэтому она предпочла удобное платье для бранча. В белоснежном хлопчатобумажном сарафане, расшитом крошечными желтыми подсолнухами, она выглядела гораздо веселее, чем чувствовала себя. Желтые балетки завершили ее образ. Девушка оставила волосы распущенными и закрепила их с двух сторон золотыми заколками. Ее новое ожерелье стало последним штрихом.

Она добралась до ресторана отеля за десять минут до начала бранча.

Джон заметил ее первым. Он направился в ее сторону со странным выражением лица.

Дейли обняла его:

— Счастливого дня свадьбы!

— Спасибо. — Он оглянулся, увидел, что Табби разговаривает с администратором ресторана, и понизил голос: — Пожалуйста, не рассказывай сестре о вчерашнем вечере.

— О вчерашнем вечере? — Лицо Дейли вспыхнуло.

— О тебе и моем брате, — нетерпеливо проговорил Джон.

— Он сказал тебе? — пробормотала Дейли в ужасе.

— Нет, конечно нет. Сегодня утром мы столкнулись в коридоре. Я просто сложил два и два.

— С каких это пор моя личная жизнь имеет отношение к дню твоей свадьбы? — спросила Дейли, чувствуя негодование и смущение одновременно.

Джон взглянул на нее:

— Ты все прекрасно понимаешь. Табби хочет, чтобы ты была так же счастлива, как и она. Флиртовать с любым из друзей жениха было бы нормально, но не с Тристаном.

— А почему не с ним? Я думала, ты любишь и ценишь своего брата.

— Именно так. Но Табби знает послужной список Тристана. Если она узнает, что вы развлекались на этих выходных, я буду вынужден извиняться за вас до конца моей жизни. Она тоже любит Тристана, но не питает иллюзий относительно его отношений с женщинами.

— Ты знаешь, что мы с ней делимся всем.

— Тогда скажи ей об этом через пару лет.

К счастью для Дейли, кто-то позвал Джона, и неприятный разговор подошел к концу.

Джону не о чем беспокоиться. Это был день Табби. Она невеста. Дейли сделает все, что в ее силах, чтобы сестра была счастлива.

Бранч превзошел ее ожидания: несколько видов омлетов, французские тосты и блинчики. Бекон, колбаса и ветчина. Свежие фрукты. И шоколадный фонтан, в который можно было макать огромные ягоды клубники.

Дейли решила сесть рядом с подружками невесты. На этот раз Тристан не присоединился к ней. Джон и ему успел прочитать лекцию? Возможно. Ее вчерашний возлюбленный едва взглянул в ее сторону с тех пор, как вошел в комнату.

Ближе к концу бранча Табби встала и постучала ложкой по стакану.

— Надеюсь, вам всем понравилась еда. Пожалуйста, помните, что мы встречаемся с фотографом у бассейна ровно в три. Все фотографии будут сделаны сегодня днем. Мы с Джоном хотим насладиться ужином и танцами, не дожидаясь окончания церемонии.

У вас есть пара часов, чтобы расслабиться. Бассейн открыт. Еще здесь есть гидромассажная ванна. Можно прогуляться в парке. Или вы можете спрятаться в своей комнате и смотреть телевизор. Выбирайте.

Был уже полдень, когда гости начали расходиться. Дейли направилась к сестре.

— Тебе нужна помощь?

Табби улыбнулась:

— Нет, все идет хорошо. Джон встретится с флористом. В остальном у нас все готово.

— Ты собираешься вздремнуть?

— Я думала об этом. Но завтра у нас очень длинный перелет, так что я смогу поспать в самолете.

— Думаешь, ты выдержишь?

Табби никогда не выезжала за пределы США. Теперь ей предстояло лететь через полмира на Таити.

Табби сморщила нос:

— Я не в восторге от этого, но со мной рядом будет Джон. Он не позволит мне впасть в панику. Все будет хорошо.

— Отлично. Я рада за тебя, сестренка. — Дейли обняла ее и с сожалением наблюдала, как ее сестру потащили куда-то двое ее подруг по колледжу.

Дейли вздохнула. С таким же успехом она могла бы вернуться в свою комнату и поспать.

Прежде чем она успела сделать шаг в этом направлении, кто-то появился за ее спиной. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это Тристан.

Он скрестил руки на груди, не глядя на нее.

— Джон и тебе сделал выволочку?

— Да.

— Я не убил его только потому, что сегодня день его свадьбы.

— Да! — возмутилась Дейли. — Хотелось бы верить, что позже ему будет стыдно за то, что он так нас отчитал.

— Хочешь пойти прогуляться?

Дейли открыла рот от удивления.

— После слов Джона я поняла, что нас не должны видеть вместе.

— Мне все равно, а тебе? Кроме того, мне не помешал бы свежий воздух. Мой брат не может запретить нам отдых на свежем воздухе.

Дейли усмехнулась:

— Конечно! Ты прав. Давай прогуляемся. По крайней мере, у меня туфли без каблуков.

Они вышли на улицу, и Тристан указал на тропинку, пролегающую через двойной ряд грушевых деревьев. Через двадцать минут они нашли скамейку в тени и сели. До здания отеля было далеко. Наверняка здесь их никто не побеспокоит.

Когда Тристан раскинул руки на спинке сиденья, его пальцы коснулись ее обнаженного плеча. Случайно?

Он вздохнул:

— Я наблюдал за твоим лицом, когда Табби произносила речь в конце бранча. Похоже, у тебя были слезы на глазах.

Дейли ощетинилась:

— Ты кто? Из полиции нравов? Мне нельзя показывать эмоции?

— Дейли…

— Все в порядке. Для меня это тоже тяжелые выходные. Я теряю лучшую подругу. Я люблю Табби и обожаю Джона. Но больно не тому, кто уходит, а тому, кто остается.

Тристан заправил прядь волос ей за ухо.

— Ты все равно будешь ее сестрой. Это не изменится. Мне говорили, что любовь способна преодолевать расстояния.

Дейли фыркнула:

— Ты прочитал это в печенье с предсказанием?

— Я говорю серьезно. Джон не заменит тебя. В жизни у Табби всегда будет место для тебя и Джона.

— Может быть. Не обращай на меня внимания. Это просто эмоции. Вероятно, из-за недостатка сна.

— Я должен за это извиниться?

Не глядя на него, Дейли поняла, что Тристан улыбается.

— Нисколько. Это была приятная ночь.

Тристан положил руку на ее обнаженное плечо и повернул ее лицом к себе.

— Приятная? Какое-то грустное прилагательное. — Его голубые глаза смеялись.

Она провела большим пальцем по его нижней губе.

— Извини. Я оскорбила твое мастерство?

Тристан проигнорировал эту колкость.

— Я обещал Джону, что буду держаться от тебя подальше в эти выходные, — сказал он и скривил рот. Его руки продолжали скользить от ее плеч к запястьям и обратно.

— И ты думаешь, что у тебя это получается?

Он обнял ее и притянул ее голову к своему плечу.

— Я пойду на компромисс и буду просто держать тебя за руку.

Смеясь, она прижалась ближе к его груди.

— Может, мы найдем способ убежать от твоего брата?

— Может быть, мы подождем? Наверняка он не будет патрулировать залы в свою брачную ночь.

— Мы можем только надеяться.

Дейли была на удивление довольной. Солнце грело, но не обжигало. Легкий ветерок развевал пряди ее волос.

Дресс-код на бранч был повседневным. На Тристане были темные джинсы, кожаные туфли и бледно-желтая классическая рубашка с закатанными до локтей рукавами. От него пахло дорогим лосьоном после бритья.

— Ты милее, чем я думала, — сказала Дейли.

Его грудь под ее щекой сотрясалась от смеха.

— Спасибо. Я признателен тебе.

— Я говорю серьезно.

— Так ты веришь, что я не переманивал твоих клиентов?

— Да. Я верю тебе. Честно говоря, зачем тебе это нужно? «Либерман и Данн» гораздо известнее в Атланте, чем я. — Она отодвинулась от него. — Тристан, Табби рассказала мне, что ты хотел стать врачом.

— Да, — поморщился он. — Мать чуть не умерла от рака груди, когда я был подростком. Она выздоровела, но эти полтора года меня изменили. Я решил, что хочу спасать мир. Типичное подростковое поведение. Я до сих пор помню горе и панику, когда мы думали, что теряем ее.

— Но ты позволил Гарольду отговорить тебя от этого. Ты когда-нибудь сожалел о своем решении?

Тристан беспокойно задвигался.

— Не совсем. Гарольду нужен был кто-то рядом, а я не хотел жертвовать мечтами Джона.

— Значит, лучше пожертвовать своими? — Дейли удивленно посмотрела на собеседника.

— Не думай об этом, как о трагедии! Я вряд ли смог бы учиться в медицинском институте.

— Это странно, — сказала она. — Но я думаю, ты любишь своего брата так же, как я люблю свою сестру. Мы с Табби жили в одной комнате, пока я не уехала в колледж.

— Она так смотрит на тебя, — подтвердил ее слова Тристан. — Я слышу эту любовь в ее голосе, когда она всем рассказывает, какая ты замечательная.

— То же самое и с Джоном. Он убедил Табби, а она убедила меня, что ты не бессердечный монстр.

— Итак, мы согласны с тем, что нам обоим повезло с родственниками.

— Это так, — вздохнула Дейли. — Знаешь, мне бы очень хотелось завязать с тобой роман. Пока новизна не иссякнет. Но то, что мы будем вместе, а затем расстанемся, разрушит семьи и людей, которых мы любим больше всего.

— Это самая логичная и удручающая истина, которую я когда-либо слышал. — Тристан пнул камень и увидел, как тот отскочил через дорогу.

— Но… — сказала Дейли.

Он посмотрел на нее:

— Но что?

— Если ты не против солгать своему брату хотя бы раз, мы могли бы сделать это сегодня вечером. В конце концов, мы застряли здесь, в этом отеле, до завтрашнего дня. Табби и Джон уедут в пять тридцать утра, чтобы успеть в аэропорт на рейс. Они подумают, что мы оба крепко спим, и не будут нас беспокоить.

Его щеки раскраснелись.

— Ты не думаешь, что Табби зайдет попрощаться?

— Нет. Я уверена.

Тристан схватил ее за руки и поднял на ноги.

— Ты только что сделала эту свадьбу намного интереснее.

Он действительно был самым привлекательным мужчиной, которого она когда-либо встречала. Со своими развязными, озорными и иногда эгоистичными манерами. Почему он так ее привлекал? Она устала быть хорошей девочкой? Она устала быть одна?

Тристан огляделся вокруг.

— Что ты делаешь? — спросила она.

Мышца на его челюсти напряглась.

— Хочу убедиться, что рядом никого нет.

А потом он поцеловал ее.

Этот поцелуй не был похож на поцелуи прошлой ночи. Этот поцелуй был отчаянным и страстным. За их спокойными, разумными фразами скрывалось яростное пламя.

Дейли обвила руками его шею. Когда его руки скользнули под ее сарафан, она не остановила его, лишь посмотрела ему в лицо.

— Как ты думаешь, мы сможем…

— Здесь? — спросил он.

— Это слишком опасно.

— Я могу действовать быстро, — заверил ее Тристан.

Дейли подавила смех.

— Обычно я не расценила бы это как положительный момент, но так будет лучше.

Они действительно обсуждали это всерьез? Это было безумие.

Тристан сел на скамейку и расстегнул молнию на джинсах.

Дейли колебалась.

— Я никогда в жизни не делала ничего подобного.

Он замер.

— Нам не обязательно…

— Нет, — ответила Дейли, убеждая себя, что не позволит своей природной осторожности испортить хорошее дело. — Нет, я хочу этого. Я хочу тебя.

Тристан даже не снял трусы. Когда она оседлала его, он притянул ее к себе, и их тела соединились.

Дейли дрожала. Ощущение опасности возбуждало ее и заставляло забыть про страх.

Тристан взял ее за подбородок.

— Смотри на меня, Дейли.

Она кивнула.

То, что произошло дальше, было безумно и прекрасно. Это было быстро, яростно и невероятно страстно.

У Дейли закружилась голова, когда она почувствовала приближение оргазма.

Тристан уткнулся лицом в изгиб ее шеи, чтобы заглушить свой крик.

После этого они сидели, цеплялись друг за друга, как выжившие после кораблекрушения.

Наконец он распрямился и посмотрел на нее:

— Ты невероятная женщина.

Ее охватило смущение. Он, должно быть, думает, что она нимфоманка.

Дейли неловко встала, поправила одежду и взглянула на часы.

— Мне нужно вернуться. Уже поздно.

— Ты на меня злишься? — Он поднял голову и недоуменно посмотрел на нее.

— Конечно нет!

Она была довольна и расслабленна, но в то же время ошеломлена и немного испугана. Это были свадебные выходные Табби. Что она творит?

В отель они вернулись молча.

На полпути Дейли остановилась.

— Я нормально выгляжу? — спросила она. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь догадался.

Тристан нежно коснулся ее щеки:

— Ты классно выглядишь. Если хочешь, я могу остаться здесь, чтобы нас не видели вдвоем.

Девушка кивнула:

— Я думаю, так будет лучше. Увидимся в три.

То, что произошло между ними сейчас, было невероятно прекрасно. Почему же он чувствует себя таким подавленным? Ему хотелось бы думать, что это произошло из-за нарушенного обещания, данного брату, но это было не так.

Дейли нравилось заниматься с ним сексом, но она очень четко выразила свои намерения. У этого маленького приключения на свадебных выходных был определенный срок. Несмотря на возникшее между ними притяжение, она не ожидала увидеть его снова. И этим Дейли очень отличалась от других, известных ему женщин.

Тристан дал ей полчаса, чтобы она успела дойти до своего номера, и отправился обратно в отель. Душ и бритье не заняло много времени. После этого он выпил пива и задумался. Невозможно было не думать о Дейли, хотя он старался.

Несмотря на то, что Джон и Табби решили устроить небольшую свадьбу, она все же была очень традиционной. Дресс-код для мужчин предусматривал классическую для таких случаев одежду. У Тристана был смокинг.

Он поспал полчаса, а затем посмотрел телевизор. В половине второго он оделся и взглянул в зеркало. Он хотел, чтобы его брат гордился им.

Сегодняшний вечер был очень важным. Но даже сейчас Тристан не переставал думать о том, что делать с Дейли…

А может, ему не стоит беспокоиться? Они будут видеться на семейных праздниках всего несколько раз в году.

Вполне возможно, что он сможет найти веские оправдания, чтобы пропустить несколько семейных встреч.

Это был плохой план. Тристан всегда тесно общался со своим братом. Но получается, что иного решения у него не было.

Взглянув на часы, Тристан понял, что пришло время встречи со свадебным фотографом. Он надел солнцезащитные очки, положил ключ от номера в карман и направился к бассейну.

Когда Тристан пришел на условленное место, фотограф только что закончил фотографировать бабушку и дедушку с женихом и невестой. Следующими на очереди были родители.

Тристану пришлось приложить усилия, чтобы не смотреть на Дейли. Она выглядела волшебно. Подружки невесты были одеты в узкие темно-синие платья без бретелек, а в руках у них были букеты желтых и белых ромашек.

Когда фотограф сделал снимки свидетелей, Тристан решил, что на этом они закончили. Но он ошибался.

Табби попросила фотографа запечатлеть саму свадьбу во время ее проведения — ненавязчиво со спины, — но ей хотелось, чтобы снимки свадебного прохода были сделаны сейчас, на всякий случай.

Свидетели заняли свои места рядом с женихом. Табби прошла по проходу, а затем они с Джоном взялись за руки и улыбнулись друг другу. Единственным кадром, который понадобится позже, будет кадр со священником и отцом невесты.

Фотограф махнул рукой:

— Все отлично. Теперь я хочу попробовать что-нибудь просто для развлечения.

Фотограф усадил жениха и невесту на стулья в тени старых дубов. Затем он приказал каждой паре свидетелей окружить новобрачных.

— Теперь повернитесь лицом друг к другу, — сказал фотограф. — Табби и Джон, вы целуетесь. В то же время я хочу, чтобы каждая пара изобразила поцелуй.

Тристан и Дейли стояли так близко друг к другу, что он мог видеть проблеск шока в ее глазах. Они стояли точно в центре кадра, сразу за женихом и невестой. Джон ни разу не взглянул на них, но Табби весело улыбнулась сестре.

Фотограф отсчитал:

— Пять… четыре… три… два… один. Давайте!

Тристан накрыл губы Дейли своими. Но его партнерша отпрянула.

— Фальшивый поцелуй, — прошептала она.

Он не мог ничего с собой поделать. Он снова поцеловал ее.

Вокруг них раздались хихиканье и смех. Возможно, некоторые другие пары тоже зашли дальше фальшивого поцелуя.

Фотограф взглянул на экран камеры.

— Вот сейчас хорошо. Но давайте еще раз, посмотрим, какой кадр окажется лучше.

Тристан положил руку на талию Дейли. Никто не мог этого видеть. Даже Джон и Табби.

Обратный отсчет начался во второй раз:

— Пять… четыре… три… два… один. Сейчас!

На долю секунды время словно остановилось. Тристан чувствовал легкий аромат Дейли, звук собственного дыхания. Он осторожно поцеловал ее. Ее губы были мягкими и теплыми. Она тихо вздохнула, и он почувствовал нарастание возбуждения.

Но сейчас это было неуместно.

Он отступил назад, быстро взглянув на женщину, которая, казалось, была так же ошеломлена, как и он.

Вокруг них смеялись и болтали люди.

Фотограф показал большой палец вверх:

— Я думаю, мы закончили.

— Друзья, идите в свои комнаты передохнуть. Встретимся в маленькой палатке без пятнадцати пять! — крикнула Табби и повернулась к Дейли: — Я могу прийти к тебе в комнату и освежиться? Мы с Джоном собираемся сделать небольшой перерыв, пока я не пойду к алтарю.

Дейли кивнула, ее щеки покраснели.

— Конечно.

Тристан надеялся, что Табби решит, что розовые щеки ее сестры были результатом температуры на улице, а не потому, что он поцеловал ее по-настоящему.

Когда жених и невеста ушли обсудить что-то с фотографом, Тристан прошептал на ухо Дейли:

— Ты выглядишь потрясающе.

Она опустила голову и улыбнулась.

— Спасибо. Ты тоже очень сексуально выглядишь в этом смокинге. Но мне пора идти. Табби будет меня ждать.

— Конечно.

— Тристан, я…

Табби окликнула ее:

— Ты идешь?

— Уже бегу! — крикнула Дейли в ответ и поморщилась. — Извини.

Он коснулся ее руки.

— Что ты хотела сказать?

Дейли отвела взгляд.

— Не важно. Увидимся.

Дейли расстегнула молнию на свадебном платье сзади, помогла сестре снять его и кинула на кровать.

— Как ты себя чувствуешь?

Табби вздохнула, надела гостиничный халат и рухнула в удобное кресло.

— У меня все отлично. Но все же я немного беспокоюсь.

— Из-за чего?

— Из-за того, что все будут смотреть на меня, когда я пойду по проходу.

— Вот почему вы с Джоном сократили список гостей?

— Да. Но я начинаю понимать, что, будь их шестьсот или шестьдесят, все равно буду нервничать.

— Но только до тех пор, пока Джон не возьмет тебя за руку.

Табби закрыла глаза и блаженно улыбнулась.

— Верно! Я попросила фотографа показать мне забавную и милую фотографию, которую мы все сделали в конце.

Дейли внутренне застыла, изо всех сил стараясь сохранить нейтральное выражение лица.

— Тебе понравилось?

Табби поджала под себя ноги и оперлась локтем на подлокотник кресла. Она пристально смотрела на сестру.

— Да, фотография мне понравилась. Но что-то в ней меня удивило.

— Правда? — Дейли повернулась к ней спиной и сделала вид, что ищет что-то в мини-баре.

— Посмотри на меня, Дейли.

Дейли медленно обернулась.

— Что? — спросила она, изо всех сил стараясь выглядеть спокойной.

— Один из поцелуев на этой фотографии вовсе не был фальшивым. Вы с Тристаном действительно целовались.

Дейли пожала плечами и подумала о том, чтобы соврать. Но она плохо умела это делать, и в данном случае, вероятно, было бы лучше признаться и исказить факты.

— О, ты имеешь в виду поцелуй. Ну да. Ты знаешь, каким нахальным может быть Тристан. Он решил, что это смешно.

Табби посмотрела на нее:

— Тебе показалось это смешным?

— Все было хорошо. Я знала, что он дурачится перед камерой.

Табби прищурилась:

— Он не боялся, что ты можешь его ударить?

— Судя по всему, нет, — сухо сказала Дейли.

Табби медленно кивнула:

— Тогда хорошо. Я просто не хочу, чтобы он проявлял к тебе неуважение.

— У нас с Тристаном есть взаимопонимание, — заявила Дейли. — Все хорошо. Правда.

В конце концов ей придется сказать сестре правду. Или, по крайней мере, безопасную версию правды. Но Джон был прав. Сегодня был не тот момент, чтобы Табби узнала, что ее старшая сестра и брат Джона совершили такое злодеяние.

Табби зевнула:

— Мне нужно взбодриться.

— Хочешь бокал шампанского? Я могу найти его где-нибудь.

— Нет. Просто позволь мне закрыть глаза на минутку. Твоя задача — следить за часами и чтобы я не опоздала на собственную свадьбу.

В назначенный час Дейли взяла Тристана под руку и пошла по атласной дорожке. Потом он сжал и отпустил ее руку и занял место напротив нее. Музыка изменилась, толпа встала, и Табби пошла по проходу.

Сердце Дейли заныло. Она с самого начала знала, что этот день изменит ее жизнь, но ком эмоций в горле застал ее врасплох.

Сестре она больше не нужна. Не Дейли будет заботиться о том, чтобы Табби была счастлива. Теперь это была задача Джона.

Табби была самой красивой невестой, которую Дейли когда-либо видела. Несмотря на нервозность, она шла к алтарю уверенно, с прямой спиной, широкой улыбкой и ясным взглядом, устремленным на любимого.

После этого Дейли перестала воспринимать происходящее. В нужный момент она взяла свадебный букет Табби и позже вернула его невесте, но совершенно не понимала, о чем говорит священник.

Дейли прекрасно осознавала, что Тристан смотрел на нее чаще, чем на жениха и невесту. В какой-то момент его взгляд выразил явное беспокойство. Она улыбнулась ему и надеялась, что ее улыбка выглядит убедительно.

Почему она рассказала ему о своих чувствах? Несмотря на их недавнюю физическую близость, Тристан был не более чем знакомым. Ей стало стыдно, что рассказала ему о своих переживаниях.

Табби и Джон поцеловались, толпа разразилась аплодисментами, и жених и невеста направились по проходу.

Тристан встретил Дейли посередине и взял за руку.

— Ты в порядке? — спросил он тихо.

Она кивнула, улыбаясь гостям.

Вскоре гости свадьбы направились в палатку, где был сервирован свадебный ужин. Дейли уже была там, приветствуя друзей и семью и направляя их к роскошному буфету.

Сегодня вечером Табби и Джон сидели за главным столом. Тристан сидел рядом с братом, а Дейли — рядом с сестрой. Родители сидели там же по обе стороны от пары.

Дейли не торопилась занять свое место. Она предпочла общаться с гостями. Ей удавалось ускользать от Тристана каждый раз, когда он направлялся в ее сторону. Но когда жених и невеста наконец сели, ей пришлось пройти за стол. Теперь он сидел на расстоянии вытянутой руки от нее.

Когда большинство людей закончили есть, распорядитель свадьбы кивнула Дейли.

— Пришло время для тоста, — сказала она, передавая ей микрофон.

Дейли в волнении поднялась. Она хотела сказать то, что было у нее на сердце.

— Табби и Джон, — начала она. Когда она остановилась, чтобы откашляться, у Табби на глазах выступили слезы. Дейли улыбнулась. — Я видела, как вы двое влюбились друг в друга, и это была такая радость для нас. Каждый из вас делает другого лучше, сильнее. Если бы я выбирала идеальную пару для своей младшей сестры, я выбрала бы именно Джона. Итак, за Табби и Джона!

Звон бокалов разлетелся по всей палатке.

— За Табби и Джона!

Затем настала очередь Тристана. Когда он встал, все взгляды устремились на него. Он был раскован, красив и обаятелен. Он привлекал внимание одним своим присутствием.

Тристан улыбнулся молодоженам:

— Брат, для меня большая честь быть твоим шафером сегодня. Как и Дейли, я видел, как эта влюбленность переросла в любовь. Я бы не назвал себя сентиментальным человеком. На самом деле некоторые могут назвать меня циничным. Но в такой день, как сегодня, легко праздновать вечную любовь! — Он поднял бокал с шампанским. — Живите оба долго и счастливо!

Дейли была удивлена. Невозможно было подделать то искреннее чувство, которым был наполнен тост Тристана. Ее представление о нем продолжало меняться.

По словам Табби, Джон очень любил своего старшего брата и восхищался им. Джон, очевидно, хорошо разбирался в людях, поскольку выбрал Табби своей женой. Отсюда следует, что его оценка Тристана была обоснованной.

Пока она размышляла над загадкой Тристана, диджей включил музыку, и начались танцы. Первый танец жениха и невесты. Затем танец отца и дочери, матери и сына.

Дейли была застигнута врасплох, когда диджей позвал свидетелей жениха и невесты.

Когда его рука легла ей на спину, она выдохнула.

Тристан улыбнулся:

— Расслабься. У тебя выражение, как у оленя в свете фар. Люди подумают, что ты меня ненавидишь или что скрываешь тот факт, что мы спим вместе.

— Это неправда.

Она знала, что он шутит, но все же ей не нравилось такое внимание.

К счастью, скоро диджей пригласил всех гостей выйти на танцпол. Теперь Дейли и Тристан были среди толпы.

Кончики его пальцев коснулись обнаженной кожи ее спины.

— Ты выглядишь потрясающе в этом платье.

Дейли медленно покачала головой:

— Все дело в красивом платье. Все подружки невесты выглядят хорошо.

Рука Тристана сжалась вокруг ее талии.

— Но не все из них — ты. Не могу дождаться, когда мы останемся наедине сегодня вечером. Меня сводит с ума мысль о том, что ты будешь в моей постели.

Она напряглась:

— Может быть, нам не следует…

— Почему?

— Я чувствую себя виноватой, обманывая Табби и Джона.

— Я понимаю, — сказал Тристан. — Я обещал Джону, что буду держаться подальше от тебя на этих выходных.

— И, тем не менее, у нас был секс на открытом воздухе.

— Точно.

Находившаяся неподалеку танцующая пара чуть столкнулась с ними. И когда Тристан притянул ее еще ближе, чтобы избежать столкновения, Дейли поняла, что он возбужден. Ее ноги задрожали.

— Тебе, наверное, сейчас стоит потанцевать с кем-нибудь другим.

— Эта идея мне совсем не нравится.

Дейли была счастлива находиться в его объятиях, но не хотела, чтобы это привлекло внимание ее сестры.

— По крайней мере, потанцуй с Табби. И возможно, с твоей матерью.

Тристан поморщился:

— Это убьет все мое хорошее настроение.

Она рассмеялась:

— Так это решение проблемы!

— И у нас есть план на сегодняшний вечер?

Дейли знала, что ей следует быть стойкой.

«Скажи „нет». Будь ответственным взрослым человеком», — твердила она себе. Но у нее не хватило силы воли. Она хотела этого в последний раз. Последняя, всепоглощающая ночь любви с мужчиной, перед которым она не смогла устоять.

— Хорошо, — сказала Дейли, притворяясь, что соглашается только потому, что Тристан так настаивает. — Мой номер. В одиннадцать часов. Но умоляю, будь осторожен.

Лицо Тристана засияло.

— Да, мэм.

Когда она смотрела, как он уходит, услышала музыку в своей душе.

Именно тогда поняла, что у нее проблемы…

Все знали, что Табби и Джон улетают ранним утренним рейсом. Поэтому диджей завершил дискотеку в девять тридцать.

Вот и все…

По крайней мере, Дейли удалось провести пять минут наедине с Табби. Они обе плакали, говорили нежные слова и крепко обнимали друг друга.

Теперь Дейли ходила по парковке, благодарила гостей за то, что они пришли, и следила за тем, чтобы пожилые пары находили свои машины.

Наконец, в своей комнате она разделась до нижнего белья и выпила две бутылки воды.

Желая избавиться от напряжения этого дня, быстро приняла душ и высушила волосы феном. Когда она закончила, почувствовала себя сонно и взволнованно одновременно. Теперь она не знала, что ей надеть.

Серо-коричневый махровый халат с атласной отделкой был достаточно хорош. А от нижнего белья она решила отказаться.

Когда послышался тихий стук в дверь, Дейли взглянула на часы на прикроватной тумбочке. Без пяти одиннадцать.

Девушка посмотрела в глазок, судорожно вздохнула и впустила Тристана.

— Ты рано, — сказала она.

Он притянул ее к себе и поцеловал, нежно прижимая к закрытой двери.

— Я не мог больше ждать!

Его явный интерес льстил ей.

— Пожалуйста, скажи мне, что тебя никто не видел.

Его зубы сверкнули в полутемном коридоре.

— Нет, я крался, как шпион!

— Нам помогает то, что Табби и Джон чем-то заняты.

— Действительно.

Дейли внезапно почувствовала себя неловко.

— Ты не мог бы…

Улыбка Тристана сменилась с озорной на добрую.

— Что, если мы сядем и поговорим несколько минут? Это был длинный день. Прекрасный, но долгий. — Тристан прошел в комнату, сел на диван и похлопал по подушке рядом с собой. — Я не буду кусаться.

— Я не боюсь тебя, — заявила Дейли.

— Хорошо. — Он зевнул. — Кто знал, что женитьба — это такой тяжелый труд?

— Это индустрия с оборотом в миллиарды долларов. Я помню, как Табби покупала свадебные журналы, когда ей было тринадцать или четырнадцать. Мы разглядывали платья. Изучали цветочные композиции. Для некоторых девушек это очень важное событие.

— А для тебя? — спросил Тристан серьезно.

Дейли пожала плечами:

— Не очень важное. Я училась на факультете искусства и дизайна. Цвета и фасоны платьев меня интересовали, но свадьба в целом? Нет…

— А если ты когда-нибудь решишь выйти замуж? — В его глазах плясало озорство, но вопрос казался искренним.

— Ну… — Она одернула халат, чтобы убедиться, что ее грудь и колени прикрыты. — Я не думаю, что мне бы хотелось всей этой суеты. Возможно, я бы сбежала. Не в Вегас. Это не мой стиль. Но, возможно, куда-нибудь в горы. Представляешь, свадьба в горах на восходе солнца? А что насчет тебя? Вилла на юге Франции? Интимная церемония на яхте в Карибском море?

Несмотря на щекотливую тему, Тристан выглядел совершенно расслабленным. Простая серая футболка облегала его широкую грудь. На нем были тонкие спортивные штаны и кроссовки. Его волосы были влажными, и от него пахло дорогим гелем для душа.

Он провел рукой по волосам, скинул обувь и вытянул ноги.

— Это хороший вопрос. Честно говоря, если бы я решился на брак, меня устроила бы церемония в здании суда. Быстро и просто. Меня больше интересует медовый месяц.

— Я так и думала.

— Любить секс — это не преступление.

— Я не критиковала тебя, — быстро сказала она.

Он провел ладонью по ее щеке.

— Но это прозвучало именно так.

— Ну тогда извини. Ты прав. Большинство мужчин вообще не будут заботиться о планировании свадьбы.

— Но Джон был полностью вовлечен в процесс.

— Потому что он любит Табби. Я думаю, любовь меняет людей, — произнесла задумчиво Дейли.

— Тем больше причин не влюбляться. Перемены — это сложно и болезненно. Гораздо легче плыть по течению, оставаясь самим собой.

Дейли поняла, о чем он говорит. Тристан был тем, кем он был. Горе той женщине, которая решит, что сможет изменить его.

Его образ мыслей не имел для нее значения. Она не хотела и не нуждалась в превращении Тристана Гамильтона в идеального мужа. Все, чего ей хотелось, — это заняться с ним сексом еще раз.

После этого Дейли, скорее всего, не увидит его до Рождества, а возможно, и потом, если сможет придумать хорошее оправдание.

Она положила руку на его бедро.

— Уже поздно. Может, нам стоит перейти в постель?

Ее мужчина заметно воспрянул духом.

— Это то, что мне в тебе нравится, Дейли Мартин. У тебя всегда лучшие идеи.

Тристан взял ее за руку и повел к кровати.

— Давай снимем с тебя этот халат, — предложил он, улыбаясь так, что у нее неожиданно сжалось сердце. От тоски, наверное? Это было бы глупо. Она была слишком умна, чтобы тосковать по такому мужчине, как он.

Дейли, затаив дыхание, возилась с узлом на поясе. Его грудь поднималась и опускалась.

— Ты, пожалуй, самое красивое существо, которое я когда-либо видел.

— Я женщина, а не вещь.

Его губы изогнулись.

— Виноват. Мне следовало отшлифовать эту фразу в уме, прежде чем произнести ее вслух. Кареглазые блондинки делают меня неуклюжим.

— Их было много? — уточнила Дейли. — Кареглазых блондинок?

— Вообще-то нет. Ты у меня первая.

Тристан так пристально смотрел на ее тело, что Дейли подумала, что может внезапно взорваться от возбуждения. Было ли нормальным чувствовать такую страсть к мужчине? Она никогда раньше не испытывала такого желания. И уж точно не с парнем, который так беззастенчиво интересовался сексом, и только сексом.

Они пропустили все стадии постепенного сближения. Они жили настоящим моментом.

Дейли никогда не встречалась с мужчиной на одну ночь. Но история с Тристаном была похожа на такую встречу. Однако, как ни странно, она знала, что физически может доверять Тристану.

А вот свое сердце она должна была защитить.

— Сними футболку, — прошептала Дейли. — Пожалуйста.

Румянец залил его лицо, когда он сорвал футболку через голову. Ткань брюк выдавала его возбуждение.

— Мне кажется, что с тех пор, как мы были вместе, прошла целая жизнь, — пробормотал он.

— Может быть, потому, что этот день был слишком насыщен событиями.

Тристан положил руку на ее обнаженное бедро и притянул ее ближе.

— Поцелуй меня, Дейли.

Она коснулась его губ своими.

— С радостью.

Это был великолепный поцелуй. О таких поцелуях поэты должны писать сонеты.

Тристан подхватил ее на руки и бросил на кровать. Затем, полуодетый, лег рядом и снова поцеловал ее. Все это время он медленно водил ладонью по ее бедрам, животу, груди.

Когда он дотронулся до ее соска, Дейли почувствовала сильнейшее возбуждение. Она так сильно схватила Тристана за волосы, что он невольно поморщился.

— Я хочу большего, чем поцелуи, — сказала она.

— Мы все успеем, — пообещал он.

Внезапно он остановился, приподнялся на локте и взглянул на нее.

— Положи руки за голову, — сказал Тристан. — Если ты не будешь трогать меня, мы сможем продлить это дольше.

— Но я хочу прикоснуться к тебе, — застонала Дейли, но подчинилась.

Это была такая простая вещь. Ей надо было просто сцепить руки за головой. Но сейчас она чувствовала себя уязвимой. Полностью открытой ему.

Тристан переместился вниз и опустился на колени, положив свою ладонь ей между ног.

— Мне нравится смотреть на тебя, — пробормотал он.

Дейли беспокойно заерзала.

— Не надо. Ты заставляешь меня стесняться.

Он поднял голову и ухмыльнулся:

— Это не то, что мне нужно, дорогая. Мне хочется, чтобы ты была свободной и раскованной.

Сможет ли она быть такой? Возможно. Пригласить Тристана войти в свой номер прошлым вечером было самым безумным поступком, который она когда-либо совершала.

— Тебе тоже нужно раздеться, — сказала Дейли. — Так будет справедливо.

Тристан пожал плечами и стянул штаны. Когда он повернулся к ней, она увидела его возбужденный член во всей его мужественной красе.

Дейли инстинктивно сжала ноги. Тристан снова лег рядом с ней и провел пальцем по ее ключице.

— Я рада, что мы удовлетворили желание, — сказала она. — Твои таланты впечатлили меня.

Его рука замерла на изгибе ее груди.

— Это еще не конец. И это не очень романтическое описание. Этот зуд? Нет, мне это не нравится.

Дейли убрала руки из-за головы и приподнялась на локтях.

— Тогда как бы ты это назвал? Это определенно не романтика.

Выражение лица Тристана стало задумчивым.

— Как насчет взаимного удовольствия?

Тристан изо всех сил старался сдерживать свои эмоции, лежа рядом с сексуальной, соблазнительной женщиной с пышными формами. Как ни странно, он чувствовал, что до сих пор Дейли остается для него незнакомкой.

Он не был глупым человеком. Они обговорили, где будут проходить границы их отношений. Вернее, она решила, где будут эти границы, потому что хотела держать его на расстоянии.

Чем настойчивее она пыталась возвести между ними стену, тем сильнее Тристан хотел прорвать ее защиту. Возможно, это была элементарная потребность мужчины побеждать и завоевывать.

Она поджала губы и наморщила лоб.

— Я люблю удовольствия, — тихо сказала Дейли.

Тристан навис над ней и застонал, почувствовав прикосновение к ее нежной коже. Спрятав лицо в изгибе ее шеи, он вдохнул ее нежный аромат.

— Я обещал тебе медленно, — сказал он, чувствуя себя глупо. Почему он думал, что сможет продержаться?

Дейли погладила Тристана по волосам, заставив его вздрогнуть.

— Во второй раз мы сможем сделать медленнее.

Он приподнялся и посмотрел ей в лицо. Странная дрожь пробежала по его спине. Он и Дейли договорились, что эта связь ничего не будет значить и ничего не изменит в их привычной жизни. Тристан не питал иллюзий относительно своего отношения к семье и браку. Он все время работал. Он неизменно находил какую-то причину расставаться с женщинами. Причины могли быть как реальными, так и совершенно абсурдными: либо его очередная подруга была слишком навязчивой, либо недостаточно заинтересованной. Или она могла быть одержима обустройством их семейного гнездышка, или она проголосовала неправильно на последних выборах.

Периодически в его голове всплывала мысль, по какой причине он мог бы расстаться с Дейли. Если бы он этого захотел…

Дейли мило улыбнулась:

— Я не хотела, чтобы ты впадал в транс. Я хочу тебя, Тристан. На самом деле очень хочу.

— И я тоже, — пробормотал он. Он скользнул в нее двумя пальцами и обнаружил, что она готова к нему. — Я не могу ждать. Не сейчас.

Ничто не могло отвлечь его от чистого, глубокого удовольствия находиться внутри ее. Какое это было бледное, невыразительное слово. Удовольствие было слишком банальным описанием происходящего.

Дейли выгнула спину, ахнула и замерла. Он входил в нее снова и снова, слышал и чувствовал, как она содрогается от спазмов оргазма, и, наконец, его тоже охватила эйфория.

Когда Тристан пришел в себя, он не знал, сколько времени прошло. В комнате было темно. Рядом с ним лежало теплое женское тело. Дейли крепко спала.

Он посмотрел на свой телефон: было три часа ночи.

Дейли проснулась:

— Что случилось?

— Ничего. Все в порядке. Спи!

В следующий раз, когда он проверил часы, было почти пять.

— Мне пора в свою комнату, — сказал он.

Он ждал, что Дейли начнет с ним спорить.

Вместо этого она включила прикроватную лампу и похлопала его по груди.

— Да. Это были отличные выходные. Спасибо за то, что ты был таким хорошим шафером.

В данных обстоятельствах это, вероятно, был уместный комплимент. Но почему это вызвало у него чувство недовольства?

Когда Тристан встал, чтобы одеться, в дверь постучали.

На лице Дейли отразилась паника.

— Это может быть только Табби. Залезь под одеяло и лежи неподвижно. Скорее!

Она схватила халат, надела и застегнула его.

— Я выгляжу так, будто занималась сексом?

Тристан пожал плечами:

— Да.

Поскольку он понимал, что дело серьезное, то спрятался под одеялом, чувствуя себя дураком. Крошечная прикроватная лампа едва освещала кровать.

Когда Дейли открыла дверь, Тристан отчетливо услышал голос Табби.

— Мне очень жаль, что я разбудила тебя, дорогая, но я хотела еще раз попрощаться. Я никогда не разлучалась с тобой так надолго!

Тут раздался голос Джона.

— Я думаю, Табби чувствует себя немного неуверенно. Слишком много хлопот из-за свадьбы и слишком мало сна.

Дейли лишь приоткрыла дверь. Своим телом она закрывала вид на кровать. Когда две женщины обнялись, дверь распахнулась немного шире. Тристан из-под одеяла мог видеть лицо своего брата.

Тристан замер.

Если Джон что-то понял, то не подал виду.

— Пойдем, любовь моя. Мы же не хотим опоздать на самолет!

Дейли обняла и его.

— Заботься о ней! И желаю вам чудесного путешествия!

Через несколько секунд новобрачные ушли.

Дейли прислонилась к закрытой двери.

— О, у меня чуть не случился сердечный приступ.

Тристан спустил одеяло до пояса.

— Так мне все равно нужно идти в свою комнату?

Медленная улыбка озарила лицо Дейли.

— А вот и нет!

Она сбросила халат, пробежала по комнате к кровати и тихо рассмеялась, когда он притянул ее к себе.

В воскресенье утром Дейли нездоровилось и выглядела она совсем непривлекательно. Тот факт, что Тристан ушел из ее номера, не способствовал хорошему душевному состоянию.

Ну конечно, ему надо было уйти. Табби и Джон, возможно, уже уехали, но все же у них были причины соблюдать осторожность. Тристан мог столкнуться в холле с кем угодно. Люди любили посплетничать.

Осталось последнее препятствие, прежде чем она сможет выбросить Тристана из головы. Табби и Джон организовали для всех, кто еще остался, поздний завтрак перед отъездом из гостиницы.

Дейли приняла душ и собрала сумки. Оглядев свой роскошный номер, она ощутила тоску. Когда она заселилась в отель в пятницу, то понятия не имела, что окажется в постели со своим заклятым врагом. Оказывается, он был не так уж и плох.

Она добралась до столовой, когда большая часть группы уже собралась там.

Гарольд Данн заметил ее и позвал за свой стол. Тристан уже сидел там и выглядел довольно усталым. Выражение его лица было сдержанным.

Дейли познакомили с Гарольдом на свадьбе, но тогда им не удалось поговорить.

Гарольд встал, отодвинул стул для Дейли и улыбнулся:

— Вы прибыли вовремя.

Шведского стола сегодня не было. Официантка приняла заказ Дейли. Двоим мужчинам за ее столом только что подали огромные тарелки с блинчиками, омлетом и беконом.

Вскоре принесли и ее заказ. Еды было много, но желудок при виде ее неприятно сжался. Она почувствовала тошноту. Если бы Дейли могла поступать так, как ей хотелось в данный момент, она пошла бы прямо к своей машине и уехала. Но после отъезда Табби «хозяйкой дома» стала фактически она.

Когда они закончили с едой, Гарольд откинулся на своем стуле и посмотрел на Дейли с добродушной улыбкой:

— Я надеялся, что у нас будет шанс поговорить, мисс Мартин. Джон так много рассказал мне о вас.

Дейли нахмурилась:

— Зовите меня Дейли, пожалуйста. Что он рассказывал?

— Много хорошего! Я впечатлен тем, что человек вашего возраста сумел основать жизнеспособное рекламное агентство. Начать малый бизнес непросто.

— Спасибо, — ответила Дейли и почувствовала неловкость. Она не хотела слышать еще раз, что некоторые клиенты предпочитают традиционный подход в рекламе.

Гарольд полез во внутренний карман своей спортивной куртки, вытащил сложенный лист бумаги и постучал им по краю стола с решительным выражением лица.

— Я думал о вас уже несколько недель, — сказал он. — И я изучил доходность вашего предприятия. Это привело меня к очень логичному выводу.

Дейли насторожилась.

— Что вы хотите этим сказать?

Мужчина просиял:

— Я хотел бы купить вашу компанию и сделать ее подразделением «Либерман и Данн».

За столом на долю секунды воцарилась тишина.

— Я не понимаю.

Дейли взглянула на Тристана, он выглядел таким же потрясенным, как и она. Более того, казалось, он был недоволен тем, что только что услышал.

Гарольд продолжил:

— Это было бы выгодно для нас обоих, моя дорогая. Я уже старик и понимаю, что моей компании необходимо ориентироваться на современные стандарты. И я мог бы предоставить вам гораздо более широкий круг потенциальных клиентов.

Дейли старательно подбирала слова, не желая обидеть Гарольда.

— Я не думаю…

Он поднял руку:

— Я знаю, что нам придется встретиться и обсудить детали. Само собой разумеется, что я трудоустрою и ваш персонал. Плюсом для них станет роскошный пакет льгот для сотрудников — страхование, пенсии и так далее. Вы построили замечательную компанию, Дейли. Вместе мы сможем вывести ее на новый уровень.

Она закусила губу.

— Разве вам не следует обсудить этот план с другими заинтересованными сторонами?

Она буквально чувствовала, как трудно Тристану дается его стоическое спокойствие.

Гарольд посмотрел на своего генерального директора:

— Ну, Тристан. Что ты думаешь?

Наступила тишина. Выражение лица Тристана было непроницаемым.

— Это твоя компания, Гарольд, — категорично заявил он. — Ты все еще у руля. Делай, что считаешь необходимым.

— Ну, вот и все. — Гарольд весело улыбнулся. — Это разумно, Дейли. Джон мой крестник. Теперь Табби одна из нас. Ты сестра Табби. Привлечение вас к семейному бизнесу закончит логическую цепочку.

Он снова постучал бумагой об стол.

— Это не юридический документ, но я подтверждаю эти цифры. Приходите ко мне в офис как-нибудь днем на этой неделе, и мы разработаем официальное предложение.

Дейли попыталась проглотить нервный комок в горле. Ее голос все еще звучал хрипло.

— Я даже не знаю, что сказать.

Он протянул ей бумагу.

— Вам не обязательно смотреть на это сейчас. Я уверен, это были очень эмоциональные для вас выходные. Поезжайте домой. Подумайте о том, что я сказал. Не торопитесь. Внизу листа контактный телефон моей помощницы по административным вопросам. Позвоните ей и назначьте удобное для вас время. Я буду рад нашему сотрудничеству. Надеюсь, вы тоже.

Двое участников свадебной вечеринки подошли к столу, чтобы попрощаться с Дейли. Пока она разговаривала с ними, Тристан встал, извинился и исчез. Возможно, он еще не собрал свои вещи. Скоро должно было наступить время расчета.

Когда за столом остались только Гарольд и Дейли, она поморщилась:

— Я очень польщена, мистер Данн. Но, конечно же, вы заметили, что Тристан не думает, что это хорошая идея.

Гарольд пренебрежительно махнул рукой:

— Мой крестник — гениальный человек. Но ему нравится держать свои владения под строгим контролем. Это может быть хорошо или плохо. Он привыкнет к этой мысли. Не волнуйтесь.

— Но, без обид, я даже не знаю, хочу ли я этого.

— Вы умная женщина. Когда вы увидите мое предложение, я уверен, оно вас заинтересует.

Больше сказать было нечего. Дейли попрощалась с Гарольдом, пошла в свою комнату, взяла сумки и подошла к стойке регистрации, чтобы оставить ключ.

Тристана нигде не было видно. Конечно, он не уедет, не попрощавшись с ней. Возможно, он был сильно расстроен неожиданным решением своего наставника, хотя и старался не показывать этого.

Когда она вышла на парковку и положила свои вещи в машину, то украдкой огляделась. Она знала, что Тристан водит яркую красную спортивную машину, но ни один автомобиль здесь не соответствовал этому описанию. Казалось, что Тристан просто сел в машину и покинул территорию.

Дейли сказала себе, что ей не больно. Они оба четко обговорили, насколько далеко могут зайти на этих выходных.

Несмотря на это, его поведение казалось в лучшем случае странным.

И Дейли поехала домой, радуясь возможности вернуться к нормальной жизни. Завтра наступит обычный рабочий день. Конечно, после всего, что произошло в эти выходные, ей будет сложно сосредоточиться на делах, но она постарается.

Дома Дейли включила кондиционер, проверила холодильник, чтобы узнать, не нужно ли ей сходить за продуктами, а затем, наконец, собралась с духом и достала из сумочки сложенный лист бумаги, который вручил ей Гарольд.

Когда она развернула его и прочитала цифры внизу, у нее бешено забилось сердце. Это не могло быть правдой. Неужели ее маленькая компания столько стоила? Гарольд был проницательным бизнесменом. Он мог быть сентиментальным в отношении семейных связей, но не стал бы из-за этого тратить свои финансы.

Она изучила это предварительное предложение более внимательно. Помимо суммы покупки, Гарольд перечислил возможные диапазоны зарплат для нее и ее сотрудников. Станет ли изменение ролей для нее камнем преткновения? Она больше не будет начальницей. По крайней мере, не тем человеком, который принимает финальное решение. Ее люди по-прежнему будут подчиняться ей, но Дейли станет таким же наемным сотрудником.

Она готова была пойти на это?

В конце концов, ошеломляющие цифры в предложении были не самым важным моментом, на который ей следовало обратить внимание. Если она согласится, то ей придется работать в одном здании с Тристаном.

Что из этого выйдет?

Они оба согласились, что то, что произошло между ними, не будет иметь продолжения. Тристан не хотел связывать себя постоянными отношениями, а Дейли хотела сосредоточиться на своей карьере. Хотя, по правде говоря, если она согласится на предложение Гарольда, у нее все-таки найдется время для личной жизни. Но когда Тристан потеряет к ней интерес и положит конец их отношениям, это неизбежно повлияет на Джона и Табби.

Остаток дня Дейли боролась со своими мыслями. Чем дольше она размышляла, тем больше понимала, что с ее стороны будет глупо отказать Гарольду. Но она так не хотела смешивать личную жизнь и работу!

Она пошла на пробежку, затем навела порядок в квартире, приготовила обед и посмотрела новый фильм. В десять вечера была готова пойти спать.

Мужчину, который не давал ей спать большую часть прошлой ночи, невозможно было вычеркнуть из памяти. Она не могла заснуть, вспоминая время, проведенное с ним.

Что же ей делать с Тристаном?

Утром в понедельник она пришла в офис раньше остальных сотрудников. Было слишком рано говорить с ними о предстоящих событиях. Гарольд может передумать. Сделка может сорваться. Возможно, сама Дейли передумает.

Когда дело дошло до важного вопроса, что делать, она знала, что не сможет дать Гарольду ответ, не поговорив сначала с Тристаном. Он оставил ей номер своего мобильного телефона на случай, если им пришлось бы согласовывать свои планы на прошлую ночь.

Она закрыла дверь своего кабинета и сказала себе, что ее руки не дрожат.

Это не был какой-то школьный роман. Это был обычный деловой разговор.

Но вместо звонка она написала сообщение:

«Тристан, не могли бы мы встретиться на полчаса, чтобы обсудить предложение Гарольда? Возможно, в полдень в «Портофино»? Или в час. Или даже завтра. Я не могу дать ему ответ, пока мы с тобой это не обсудим».

Реакция Тристана была на удивление быстрой:

«Я могу встретиться в час дня».

Дейли нахмурилась. Да, это был далеко не сонет. Но чего она ожидала? Ее роман с Тристаном Гамильтоном закончился в тот момент, когда вчера утром он ушел из ее комнаты.

Когда она погрузилась в свои дела, ей стало легче игнорировать тупую боль в груди. Она провела отличные выходные, но теперь Табби была замужем. Тристан был не более, чем деверем Табби. А Дейли нужно было вести свои дела дальше.

В ресторане она оказалась первой. Заняв столик, отправила Тристану короткое сообщение, чтобы он мог ее найти. Она ждала где-то три минуты, когда он вошел в ресторан.

Женщины смотрели ему вслед. На него нельзя было не обратить внимания. Он вел себя с беспечной уверенностью красивого и успешного человека.

Дейли ненадолго закрыла глаза и попыталась думать о чем угодно, но не об обнаженном Тристане.

— Привет! — бодро приветствовала его она. — Спасибо, что пришел.

Тристан сел напротив нее и начал изучать меню.

— Я умираю с голоду.

Официантка поспешила к ним и, конечно, сначала посмотрела на Тристана.

— Могу я предложить вам что-нибудь выпить?

Тристан одарил ей очаровательной улыбкой:

— У нас небольшой дефицит времени. Я возьму пиццу пепперони с оливками и маленький салат. Еще диетическую колу. — Он повернулся к девушке: — Дейли?

— Мини-кальцоне и лимонад, пожалуйста.

Официантка ушла, и Дейли осталась наедине с Тристаном.

Он выглядел напряженным. Это была ее первая мысль. Вскоре она спохватилась, что молчание затянулось и ей пора переходить к делу. Возможно, у него есть только полчаса.

— Тебя не обрадовало предложение Гарольда, — прямо сказала она.

Тристан откинулся на спинку стула.

— Ух ты. Ты даже не хочешь меня сначала подбодрить? — ухмыльнулся он.

Дейли посмотрела на него, прищурив глаза:

— Ты покинул отель так быстро, что на подъездной дорожке остались следы заноса.

Он пожал плечами:

— Я был расстроен.

— Почему? Ты действительно против того, чтобы «Либерман и Данн» купили мой бизнес?

— Напротив. Я думаю, что это великолепная идея.

Официантка поставила напитки на стол и взмахнула ресницами, глядя на Тристана.

— Дайте мне знать, если вам понадобится еще что-то, — сказала она.

Когда они снова остались вдвоем, Дейли внимательно посмотрела на его лицо.

— Я не понимаю. Я видела выражение твоего лица, Тристан. Ты разозлился, когда Гарольд рассказал о своем плане.

— Нет, — ответил Тристан. — Я был немного шокирован. Но я не разозлился.

— Чем ты был шокирован?

Он медленно покачал головой:

— Конечно, ты не настолько слепа. Как мы будем вместе? Мы же договорились больше не спать друг с другом!

Дейли уставилась на него, чувствуя, как ее лицо горит.

— Мы же завершили наши отношения на выходных!

— Ты недооцениваешь свою привлекательность. Ты мне снилась прошлой ночью. Я проснулся с эрекцией размером с памятник.

Дейли прижала руку ко рту, чтобы подавить смех.

— Не смейся, это правда. — Тристан нахмурился. — Когда Гарольд сказал, что хочет перенести твою компанию в наш офис, я думал только о том, насколько это будет ужасно. Каждый день сталкиваться с тобой в холле и не провожать тебя домой.

— Но мы оба согласились, что продолжать что-то личное было бы ошибкой.

— Да.

— Поэтому я не вижу никаких проблем!

Тристан пожал плечами:

— Гарольд сделал тебе хорошее предложение?

Дейли медленно кивнула:

— Невероятное. Я была бы дурочкой, если бы отказалась.

— Гарольд — умный бизнесмен. Он явно изучил все аспекты, прежде чем поговорить с тобой.

— Но изменения могут не понравиться моим сотрудникам.

— Это не их дело, разве не так? Ты босс, Дейли. Решение должно быть за тобой.

— А если я уже решила? — Она с вызовом посмотрела на него, ожидая, что он начнет спорить или попытается манипулировать ею.

Его челюсть напряглась.

— Если ты уже приняла решение, то я предполагаю, что твой ответ — да. А это значит, что мне придется найти способ держаться от тебя подальше.

Тристан знал, что он потерпел поражение. Он понял это в тот момент, когда Гарольд сделал Дейли Мартин фантастическое деловое предложение. Все должно было измениться.

Опыт Дейли был бы полезен компании. Но Тристан не питал иллюзий относительно того, насколько тяжело это будет лично для него.

У него не могло быть серьезных отношений с Дейли. Он знал это с самого начала. Именно поэтому они оба согласились ограничить свой роман одними бурными свадебными выходными.

Проблема была в том, что он не ожидал, что так быстро окажется в тупике. По его опыту, секс был легким и веселым занятием. Он всегда расставался со своими партнершами по-доброму, без скандалов.

С Дейли он чувствовал себя, как минимум, неуверенно.

Даже сейчас она смотрела на него так, будто понимала, какой хаос творится у него в голове.

— В предложении Гарольда упоминался двенадцатимесячный испытательный срок. Либо вы, либо я можем расторгнуть контракт без штрафных санкций в течение первого года. Конечно, этого времени будет достаточно, чтобы посмотреть, сможем ли мы с тобой быть просто друзьями.

Тристан уже знал ответ на этот вопрос. Они не смогут. Он не сможет.

Он взял ее руку в свою.

— Я занимался с тобой любовью, Дейли. Много раз. Каждый раз был лучше предыдущего. Не знаю, как для тебя, а я это просто так забыть не смогу.

Она не пыталась высвободить свою руку. Она даже соединила свои пальцы с его пальцами, отчего Тристан почувствовал, как в его душе поднимается неожиданная волна оптимизма.

— Я слышу, что ты говоришь, Тристан. Но я уверена, что если установим границы, то притяжение, которое мы чувствуем, исчезнет. Ты знаешь, что Джон и Табби ожидают, что мы будем разумно относиться друг к другу. Мы любим их обоих. Мы не хотим втягивать их в наши бурные личные отношения, которые в один день неизбежно прекратятся.

— Ты так уверена, что они прекратятся? — Тристан потер тыльную сторону ее ладони большим пальцем.

— Ну конечно, так и будет, — ответила она нетерпеливо. — Будь честным. Как долго продолжались твои самые стабильные отношения?

Он серьезно задумался.

— Месяц, — наконец пробормотал он.

— Ну вот и все. Я для тебя сейчас новинка. Но ты же знаешь старую поговорку? «Чем дольше знаешь, тем меньше ценишь»? Когда я все время буду находиться в здании, другие женщины покажутся тебе гораздо более интересными. Я буду просто коллегой. Не более.

— Ты в этом так уверена. А я нет!

— Ты сам это сказал. Ты трудоголик. Я сосредоточена на развитии своего бренда и своего бизнеса. Никто из нас не заинтересован в браке.

— Так почему же мы не можем завести роман без каких-либо условий?

Дейли вздохнула:

— Это заманчиво. Но люди узнают. Неизбежно. И если не считать Табби и Джона, мы подадим другим плохой пример на рабочем месте.

— Я не буду твоим начальником.

— Я знаю это. Но…

Тристан нахмурился:

— Но что?

Дейли откинулась на спинку стула и высвободила свою руку из его хватки.

— Эта возможность очень важна для меня. Ты мне очень нравишься. И мне понравилось все, что мы сделали в эти выходные. Но иногда женщине нужно сосредоточиться на своем будущем.

Неужели она действительно думала, что он сделает что-нибудь, чтобы помешать ей в профессиональном плане?

Он вздохнул, стараясь не обращать внимания, как шелковая блузка кремового цвета облегала ее тело. Сегодня на ней не было сексуального свадебного наряда. Она выглядела как воплощение женского профессионализма. Черные брюки. Черные туфли. И черный пиджак, который она повесила на спинку стула.

— Вот и все, — сказал он категорично. — Друзья, но никаких льгот.

Она криво улыбнулась.

— Дейли, ты заключаешь сделку с использованием своих женских уловок.

— Ты найдешь кого-нибудь другого, Тристан. И я тоже.

Недели после встречи с Тристаном в ресторане стали одними из самых загруженных и напряженных в жизни Дейли. Она встретилась с Гарольдом, обсудила детали сделки и подписала миллион документов.

Затем наступило время переезда.

Дейли пришлось оплатить последние два месяца текущего арендного договора, но стоимость того стоила предстоящей компенсации за труды.

Переезд был назначен на субботу. Гарольд дал ей ключи от офиса. Никого из «Либерман и Данн» на работе не оказалось. Это было хорошо, потому что Дейли была красная от напряжения и вся в поту. Табби хотела прийти и помочь ей, но ей и Джону пришлось срочно уехать в Эшвилл на свадьбу друга.

Так что Дейли справилась с переездом самостоятельно.

К концу дня ее новый офис выглядел великолепно. На медной табличке на двери красовалось ее имя и должность: «Дейли Мартин, вице-президент, специалист по цифровым технологиям». Это дело рук Гарольда. Наименование должности не совсем отражало ее навыки, но это было начало.

Когда грузчики ушли, она плюхнулась на стул и начала крутиться на нем.

Признаться честно, Дейли боялась. Она знала, что страх исчезнет, как только она начнет работать. Ни один из ее нынешних клиентов не обратил особого внимания ни на изменение адреса офиса, ни на тот факт, что Дейли теперь связана с «Либерман и Данн».

Они все считали, что это шаг вперед… Так оно и было.

Пришло время идти домой и принять душ, но ей хотелось остаться ненадолго и посмотреть, сможет ли она свыкнуться с новым местом работы. Все изменения давались тяжело, даже изменения к лучшему. Вскоре это здание станет ее новым домом. Она надеялась на это.

За последний месяц она проделала огромную работу. Табби и Джон наконец вернулись из медового месяца. Дейли провела с ними часть субботы, слушая их рассказы о поездке. Табби подарила ей потрясающее красное шелковое парео, а также ожерелье из жемчуга серых и черных оттенков.

Табби светилась от счастья. Трудно было не почувствовать укол зависти.

Хотя Дейли была в офисе Гарольда, как минимум, четыре раза, Тристана она там так и не встретила. Ей следовало этому радоваться. Он выполнил свою часть сделки. Но правда была в том, что она скучала по нему.

За неделю до того, как Дейли перенесла свой офис в «Либерман и Данн», на ее старом месте работы появился Джон. Он подробно расспросил ее об отношениях с его братом. Дейли вежливо посоветовала ему заниматься своими делами.

Но Джон был настойчив.

— Или ты расскажешь Табби, что произошло на свадьбе, или это сделаю я, — сказал он. — Я не хочу, чтобы она узнала об этом позже и решила, что я намеренно держал ее в неведении.

Дейли пристально посмотрела на него:

— Тогда скажи ей сам.

Джон покачал головой:

— Нет. Лучше это скажешь ты. Я бы предпочел не вмешиваться.

Как бы Дейли ни раздражало, что ее личная жизнь подвергается анализу, в глубине души она знала, что Джон прав. Поэтому однажды за обедом она нашла минутку, чтобы рассказать Табби сильно отредактированную версию правды.

Дейли рассказала о том, что произошло, как о случайности, порожденной свадебным волнением и слишком большим количеством шампанского.

История про шампанское была абсолютной ложью. Дейли и Тристан были трезвы. Но Дейли пришлось найти какое-то оправдание своему поведению.

У сестры могло сложиться впечатление, что близость с Тристаном случилась только один раз. Дейли решила не вдаваться в подробности, которые могли бы шокировать ее младшую сестру.

Табби не выглядела слишком удивленной или расстроенной. Но она предупредила Дейли:

— Он не любит длительные отношения. Ты это понимаешь?

Дейли рассмеялась.

— Конечно. Не беспокойся обо мне. Это была просто интрижка на выходных. И с ней покончено.

Теперь Дейли сидела в своем новом офисе, чувствуя себя немного виноватой из-за того, что ввела в заблуждение свою сестру. Но не стоило поднимать большой шум из-за того, что произошло между ними. Это ничего не значило. Это был только секс.

С понедельника начались обычные рабочие будни. Дейли была рада видеть, что ее команда продолжила работу с того места, на котором остановилась в старом офисе. Скоро у них появятся новые клиенты. По крайней мере, она на это надеялась.

В пять часов наступил конец рабочего дня. И все пошли домой.

Дейли задержалась, чтобы привести в порядок свой новый стол.

Когда в ее открытую дверь постучали, она подняла голову и увидела Гарольда. Он улыбнулся:

— Как прошел первый день?

— Очень хорошо.

— Я решил, что дам вам время отдышаться. Однако завтра в десять у нас будет собрание, и я познакомлю вас с остальными нашими ребятами. Они жаждут этой встречи. Вы можете кратко рассказать им о том, что вы делаете и чего уже добились.

— Надеюсь, все останутся довольны. Я не хочу, чтобы кто-то принял меня за заносчивую выскочку.

— Расслабьтесь, — успокоил ее Гарольд. — Все будет хорошо.

— Я думала, Тристан может зайти сегодня, — сказала она. — Пожелать мне удачи. Он расстроен вашим решением? Или, может быть, он в командировке?

— О, он заболел. Ему нездоровится с конца прошлой недели. Обострение болезни Лайма. Он хочет вернуться в офис в четверг.

— Мне очень жаль, — пробормотала Дейли. — Думаете, он не будет возражать, если я привезу ему ужин?

— Я уверен, что он будет в восторге.

— У меня нет его адреса.

— Я напишу вам сообщение, — сказал Гарольд. — Позаботьтесь о нем!

И вот через час Дейли оказалась на пороге дома Тристана с сумкой, полной еды. Внезапно на улице начался ливень с грозой. Зонта у нее с собой не было. Да он ей и не помог бы, такими сильными были порывы ветра.

Она уже хотела сесть в машину и уехать. Еда, вероятно, все равно уже остыла. Кроме того, Дейли не хотела, чтобы Тристан увидел ее промокшей до нитки.

Прежде чем она успела решить, что делать, входная дверь распахнулась. Ее сердце замерло.

Тристан стоял, нахмурившись, на пороге.

— Дейли? Что ты здесь делаешь? Я увидел тебя в окно.

Сверкнула еще одна молния, а через долю секунды раздался грохот грома. Дейли пришлось повысить голос.

— Гарольд сказал, что ты плохо себя чувствуешь. Я принесла тебе ужин. — Она протянула ему мокрую сумку. — Увидимся в офисе, когда тебе станет лучше.

Дейли отчаянно пыталась уйти. Сейчас она ясно понимала, что прийти сюда было очень плохой идеей. Тристан выглядел бледным и усталым.

Но когда она повернулась, чтобы уйти, он решительно схватил ее за руку.

— Подожди! Я не позволю тебе уйти в таком виде.

Дейли убрала с лица прядь мокрых волос.

— Я уже промокла. Я скоро буду дома.

— Если тебя не ударит молния! — воскликнул Тристан.

Следующий удар молнии убедил ее, что он прав.

Пока Дейли стояла, дрожа, в его прихожей, он поставил сумку на маленький столик.

— Я найду для тебя что-нибудь сухое.

— Это не обязательно…

Но он уже ушел.

Тристан вернулся через пять минут.

— Эти спортивные штаны будут тебе велики, но на талии можно затянуть шнурок. Футболка должна подойти. Та дверь ведет в гостевую ванную.

Дейли не стала спорить. Несмотря на то что был июль, ей было холодно. Ее новые босоножки насквозь промокли и наверняка испорчены.

Когда она вошла в небольшую ванную и взглянула в зеркало, то застонала. Ужас! Абсолютный ужас!

Она сняла свое простое темно-синее хлопчатобумажное платье, скинула босоножки и решила, что мокрый бюстгальтер тоже придется снять. Возможно, Тристан не заметит его отсутствия.

Его штаны смотрелись на ней нелепо, но они были мягкими и теплыми. Футболка тоже. Когда она вышла из ванной комнаты, Тристан, нахмурившись, разглядывал содержимое принесенной ею сумки.

— Здесь еда только на одного человека, — сказал он. — Где еда для тебя?

— Я не планировала оставаться. Я даже не собиралась заходить внутрь.

Он пожал плечами:

— Я поделюсь с тобой тем, что есть.

Протестовать было бесполезно. Тристан был человеком, привыкшим, что последнее слово остается за ним. На своей красивой современной кухне он вытащил из шкафа две тарелки.

— Присаживайся, — пригласил он.

Кухонный стол был завален письмами и документами. Дейли отодвинула бумаги в сторону и села на стул.

— Ты не очень хорошо выглядишь, — сказала она.

Впервые легкая улыбка тронула его губы.

— И ты тоже.

— Гарольд сказал, что ты снова заболел. Болезнь Лайма?

Раздражение отразилось на лице Тристана.

— Доктор говорит, что мои симптомы могут появляться время от времени. Я должен спать по восемь часов каждую ночь, избегать стресса и придерживаться сбалансированной диеты.

— Удается?

Его острый взгляд заставил ее вздрогнуть.

— А как ты думаешь?

Он разрезал бургер пополам и достал из холодильника две бутылки с водой.

— Я не ходил в магазин, — сказал он. — Извини.

— Ты взрослый мужчина. Съешь весь бургер. У меня дома есть еда.

— У меня сейчас нет аппетита.

И гамбургер, и картошка фри были холодными. Тем не менее Дейли с удовольствием съела свою порцию. В свой первый день в новом офисе она была так занята, что не успела пообедать.

Несколько минут они ели молча.

Тристан доел все, что было на тарелке, осушил бутылку воды и откинулся на спинку стула. Впервые его настроение и выражение лица стало добродушным.

— Спасибо, что пожалела меня. Доставка еды работает здесь из рук вон плохо. Бургер был великолепен.

— Пожалуйста.

— Как прошел твой первый день?

— Вполне прилично. Даже захватывающе.

— Я скучал по тебе, Дейли.

Она замерла, почувствовав опасность. Или именно поэтому она пришла сюда?

— Э-э-э… Я тоже скучала по тебе. Но, честно говоря, я была так занята, что у меня не было времени на…

Он поднял бровь:

— Воспоминания?

Если в этом слове и был намек на сарказм, то она не приняла его на свой счет.

— Да. Что-то вроде того.

Тристан встал и потянулся, обнажив полоску подтянутого мускулистого живота.

— Оставь посуду. Пойдем, я покажу тебе мое логово.

Дейли тоже встала, одернув штаны, которые стремились оказаться на полу.

— Мне пора идти. Сегодня был долгий день.

— Пожалей меня. Мне так скучно здесь одному.

Тристан становился очаровательным, когда был уязвим. Но он также был великолепен, весел и сексуален, и что-то в нем мешало благим намерениям Дейли.

— Да ладно, Дейли. Давай посмотрим вместе какой-нибудь фильм.

— Я не могу оставаться так долго, — сказала она, следуя за ним.

Он включил свет в комнате и растянулся на диване.

— Садись, Дейли.

Она стояла перед ним.

— Мы с тобой оба знаем, что это ужасная идея. Я пыталась быть просто внимательной к тебе.

— Как ты думаешь, тебе это удалось? — Тристан поднял голову и смотрел на нее, пока она не покраснела.

— Да, — пробормотала Дейли.

— Или, может быть, ты хотела увидеть меня так же сильно, как я хотел увидеть тебя. Пять-шесть недель — это большой срок.

— Мы договорились не делать этого, — напомнила она, и ее сердце забилось быстрее.

— Не делать чего?

— Ты знаешь, о чем я говорю.

По сути, Тристан придерживался их договоренности. Он старался избегать ее. А что она делает сейчас в его доме?

— Я ухожу.

Тристан положил ладонь ей на колено и начал нежно массировать. Кто же знал, что это место было одной из ее эрогенных зон?

— Не уходи, — сказал он хрипло. — Я не заразен.

— Мне нужно лечь спать пораньше. Завтра рабочий день.

Конечно, он понял, что она пытается найти какую-то отговорку. Но, по крайней мере, ее нелепые оправдания заставили его улыбнуться.

— Всего семь, Дейли. Посиди немного. Кроме того…

Дейли вопросительно посмотрела на него. На лице Тристана промелькнуло странное выражение.

— Я скучал по тебе, — признался он, и его теплое дыхание коснулось ее щеки. — И не только из-за секса. Я скучал по разговорам с тобой и по тому, как мы дурачились вместе. Как ты думаешь, что это значит?

— Это ничего не значит, — отрезала Дейли. Этот человек пугал ее. Ведь он говорил слова, которые она хотела услышать, а это было опасно.

— Разве я не заслуживаю награды за хорошее поведение? — Его улыбка была наполнена чувственным намерением.

— Может быть, — вздохнула она. — Я принесла тебе ужин. Это достойная награда? Он поцеловал ее в лоб.

— Я представлял себе что-то более личное.

Он коснулся ладонью ее груди. Его прикосновение было нежным, но ее соски мгновенно напряглись.

Дейли смутилась, потому что не смогла сдержать стона.

Когда Тристан услышал это, его глаза заблестели, а щеки раскраснелись.

— Тебе нравится? — спросил он, осторожно сжимая ее грудь.

— Ты знаешь ответ на этот вопрос, — сказала она.

— Я хочу заняться с тобой любовью, Дейли. Пожалуйста.

О, а как она хотела его! Она обхватила его широкие плечи руками, чувствуя его силу, его неоспоримую мужественность.

— Только один раз, — прошептала она. — Мы не будем менять свою договоренность.

Все тело Тристана напряглось.

— Конечно нет, — тихо ответил он. — Как ты решишь, Дейли.

Она закатила глаза.

— Хватит издеваться надо мной! Скажи мне еще, что я бесхребетная, безвольная, смешная женщина.

Он запустил руки в ее волосы и притянул к себе. Их губы соприкоснулись.

— Я бы никогда не сказал ничего подобного! Я думаю, ты идеальна.

Тристан подхватил Дейли на руки и понес ее по коридору в свою спальню. Сегодня днем он чувствовал себя ужасно. Но, видимо, желание вернуло ей силы. Теперь он был непобедим, все его боли и проблемы были забыты.

Дейли улыбнулась ему:

— Я понятия не имела, что ты такой сильный. Я впечатлена!

Когда Тристан растянулся рядом с ней и дернул за узел на ее, а точнее, на своих штанах, то выругался.

Дейли попыталась помочь.

— Извини. Я завязала шнур на двойной узел.

Наконец узел развязался, и штаны были сброшены на пол. Вскоре его футболка оказалась рядом со штанами.

Тристан провел языком по ее шее, стараясь действовать медленно, пытаясь быть нежным. Но Дейли ничего из этого не хотела.

Она обвила ногами его талию.

— Поторопись, — попросила Дейли. — Пожалуйста!

И он вошел в нее одним сильным толчком.

Тристан перевернулся на спину рядом с ней и положил руку на лоб. Присутствие Дейли было хорошим лекарством. Кто знал, повторится ли это когда-нибудь снова? Сегодняшний вечер был сюрпризом. И он сумел воспользоваться своим шансом.

— Дейли, — тихо сказал он.

— Да? — сонно ответила она. Возможно, она задремала.

— Могу я задать тебе личный вопрос?

Он чувствовал, как ее тело напряглось.

— Да.

— Я спросил Табби, когда они с Джоном были здесь недавно, но она сказала, что это твоя история. Что с тобой произошло, когда тебе было чуть больше двадцати? Расскажешь мне?

Она повернулась к нему и подперла голову рукой.

— Зачем?

Хороший вопрос. Тристан просто чувствовал необходимость знать ее историю.

— Я хочу узнать тебя, — медленно сказал он.

Ее взгляд застыл.

— И ты согласишься быть со мной столь же откровенным?

Его желудок сжался.

— Я постараюсь.

— Хорошо. Но ты не возражаешь, если мы вернемся в гостиную?

Не ожидая ответа, она собрала свою одежду и скрылась в его ванной. Когда появилась через несколько минут, Тристан ждал ее в коридоре.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросил он.

— Нет, со мной все в порядке.

— Дейли?

— Это стыдно. Или, может быть, мне всегда будет неловко, потому что меня застали врасплох.

— Расскажи мне, — тихо сказал Тристан.

— Когда мне было двадцать четыре года, я жила в своей квартире. И у меня была хорошая работа в рекламном агентстве. Я уже подумывала о том, чтобы начать что-то самостоятельно, но, знаешь… я хотела делать все постепенно.

— Значит, Табби все еще училась в колледже?

— Да. Это был ее первый год в колледже. Мы не виделись так часто, как раньше, и я скучала по ней. Родители пригласили меня на ужин. Думаю, их тяготил опустевший дом, и они хотели услышать о моей жизни и узнать, как у меня дела. В тот день я рано приехала к ним. Они поехали в магазин, чтобы купить что-то. Ключ, конечно, у меня был, поэтому я открыла дверь и вошла. Кажется, я хотела посмотреть телевизор. В этом доме мы с Табби выросли, так что мне было приятно снова быть там.

Тристан не знал, к чему она клонит, но слышал напряжение в ее голосе, как будто этот рассказ давался ей нелегко.

— Они уехали надолго?

— Нет. Может быть, минут на сорок — пятьдесят. Я только припарковала машину на подъездной дорожке и вошла внутрь, когда раздался звонок в дверь. Я выглянула. Это был наш сосед, мистер Сполдинг. Он и его жена жили по соседству. Я открыла дверь. Он сказал, что мой отец обещал одолжить ему книгу — роман, который папа только что закончил читать. Он хотел взять книгу с собой в поездку. Этот мистер Сполдинг был обычным человеком, которого я знала всю свою жизнь…

Тристан похолодел от ужаса.

— И что дальше?

— Я сразу нашла книгу в кабинете отца. Но мне пришлось тянуться до верхней полки. В этот момент мистер Сполдинг подошел ко мне сзади и засунул обе руки мне под рубашку. Он отодвинул мой бюстгальтер и сильно сжал мою грудь. Я была так потрясена, что мне потребовалось некоторое время, чтобы отстраниться.

— Дейли…

Она подняла колени к подбородку и обхватила их руками. На мгновение воцарилось молчание. Затем она поморщилась.

— Я поняла все позже, когда у меня было время обдумать произошедшее. Он видел, как мои родители уехали. И он увидел, что я пришла домой. Должно быть, он принял решение за долю секунды. Незапланированное преступление.

— Он…

— Изнасиловал меня? Нет. В колледже я прошла курс самообороны. Когда пришла в себя, я развернулась, ударила его коленом в пах и стукнула по носу. Возможно, я даже сломала ему его мерзкий нос. Я не знаю. Но крови было много.

— Я рад. Этот ублюдок заслуживал гораздо худшего.

— Я сказала ему, что, если он моментально не уберется из дома, я позвоню в полицию. — Дейли впервые улыбнулась. — Он бежал, как испуганный маленький мальчик, которого преследуют бешеные собаки.

Тристан резко выдохнул:

— Мне очень жаль, что это случилось с тобой.

Дейли накручивала на палец прядь волос и не смотрела на него.

— Мне повезло. Я это понимаю. Ничего не произошло.

— Ты ошибаешься, — категорично заявил Тристан. — Что-то действительно произошло. Ты подверглась сексуальному насилию. Ты рассказала родителям?

— Нет. Я знаю, ты думаешь, что это глупо. Но мистер Сполдинг и мой отец были друзьями. И, честно говоря, у нас с Табби не самые лучшие отношения с отцом. Всю любовь и нежность мы получали от нашей мамы. А отец держался в стороне.

Тристан пытался понять, как произошедшее повлияло на Дейли. Возможно, ей было сложно довериться мужчине. Возможно, она не хотела оказаться в уязвимом положении.

— Спасибо, что рассказала мне, — тихо проговорил Тристан.

— Да не за что. — Дейли встала и подтянула штаны. — Я уже пойду. Спасибо за ужин.

Он не пытался остановить ее. Они оказались на нейтральной территории, и им требовалось время, чтобы понять, как действовать дальше.

— У тебя доброе сердце, Дейли Мартин. Спасибо за еду и компанию!

Тристан последовал за ней, когда она вернулась в холл и собрала мокрую одежду.

Дейли надела свои мокрые босоножки и прижала к груди остальные вещи.

— И не забудь о сексе, — сказала она. — Ты собираешься меня за это поблагодарить?

— Нет, — ответил он прямо. — Секс был нужен нам двоим, не только мне. В равной степени. На свадьбе это было взаимно, и сегодня тоже взаимно. Возможно, мы не идеальная пара — если пара вообще, — но нас очень тянет друг к другу.

Дейли наклонилась ближе и быстро поцеловала его. Ее губы были теплыми и сладкими. Он мог бы обнять ее. Но почувствовал, что ей не понравится такая ситуация, поэтому просто поцеловал ее в ответ. Дейли улыбнулась, выходя на улицу.

— Увидимся на работе, когда тебе станет лучше. Спокойной ночи, Тристан!

Дома Дейли приняла горячий душ, чтобы согреться.

Ей нужно было сразу лечь спать и как следует выспаться. Эта неделя выдалась напряженной во многих отношениях. Но волнение и беспокойство не давали ей заснуть.

Сегодня вечером ей пришлось переступить невидимую черту. Можно было притвориться, что она принесла Тристану еду из альтруистических побуждений. Но Дейли знала правду. На подсознательном уровне она предполагала, что они могут оказаться в постели.

Получается, что именно она нарушила их соглашение.

Возможно, Тристана это устраивало. Какой мужчина не согласился бы?

Но теперь Дейли столкнулась с результатом своего импульсивного решения. Сегодня вечером, увидев больного и бледного Тристана, она почувствовала к нему искреннее сострадание. И внезапно стало понятно, что она, Дейли Мартин, может влюбиться. Он ей уже нравился. Тристан был интересным собеседником и искусным любовником. Тристан был умным и веселым, и, хотя он был эгоистом, не казался Дейли заносчивым, как многие парни.

Тристан Гамильтон считался ловеласом.

Но он-то был с этим не согласен! Он ясно дал это понять.

Голова гудела от эмоций и неразрешенных вопросов. После душа Дейли начала рыться в кухонных шкафах, пока не нашла пакет с какао.

В гостиной она свернулась калачиком на диване, намереваясь прочитать пару глав романа, который ей очень понравился. Она принялась за него несколько недель назад, но отложила это дело из-за плотного рабочего графика. Когда она открыла книгу, из нее выпала карточка. Это было приглашение на прием от Табби и Джона.

Из-за хаоса, связанного с переездом офиса, она забыла, что через неделю в шикарном отеле в центре города запланирована вечеринка сестры и ее мужа. Ожидалось, что все приглашенные придут со спутниками.

Дейли запаниковала. Она не могла прийти с Тристаном. Это было невозможно. На свадьбе Джон был расстроен из-за того, что между его братом и свояченицей что-то намечается. Если Дейли и Тристан появятся вместе на предстоящей вечеринке, у новобрачных возникнут вопросы. Очень много вопросов.

Табби была не из тех женщин, которые одобряли секс ради развлечения. Нет, она не станет осуждать Дейли, но будет переживать.

Кроме того, Дейли изо всех сил притворялась, что интрижка с Тристаном на свадебных выходных была разовым случаем. Но если Дейли придет с Тристаном, Табби поймет, что Дейли солгала.

Что ж, надо было что-то придумать. До вечеринки оставалось еще достаточно времени.

Дейли отправила сообщение своему приятелю, который жил в том же доме:

«Ты спишь?»

«Засыпаю. Что случилось?»

«Ты не против зайти на минутку?»

Когда она открыла дверь через двадцать минут, ее сосед вопросительно приподнял бровь.

— У тебя тут завелся таракан, которого мне надо убить?

Она засмеялась:

— Нет. Надо кое-что обсудить.

Джаред Перлман работал детским хирургом в больнице университета Эмори. Они познакомились, когда он переехал в этот дом три года назад. За его плечами был тяжелый развод, который отбил у него охоту к серьезным отношениям. По крайней мере, в ближайшие пару лет. Иногда после долгой и тяжелой смены Дейли готовила для него еду. Он был ей практически старшим братом, которого у нее никогда не было.

Джаред сел в ее лучшее кресло, вздохнул и потянулся.

— Что это за чрезвычайная ситуация, которую нам надо обсудить?

— Откуда ты знаешь, что это чрезвычайная ситуация?

— Сейчас почти десять. Обычно ты уже в постели в это время.

Дейли села на край дивана.

— Ты мне нужен в качестве пары на одной вечеринке, — прямо сказала она.

— Серьезно? — Он выпрямился, его взгляд был заинтересованным. — Почему?

— Это длинная история.

— Ты позвала меня в это время к себе. И я послушно пришел. Думаю, я заслуживаю это услышать. Особенно если я целый вечер должен буду смотреть на тебя обожающим взглядом.

— Я кое-кого встретила, — призналась она, стараясь скрыть все эмоции в голосе. — Но он неподходящая для меня пара на большом свадебном приеме моей сестры.

Джаред уставился на Дейли:

— Он занимается эскортом? Или он стриптизер? А может, наркобарон?

— Где, по-твоему, я могла познакомиться с наркобароном?

Джаред ухмыльнулся:

— Но первые два варианта ты не оспариваешь?

— Я говорю серьезно, — простонала Дейли. — Тристан — брат мужа Табби. И сестра, и ее муж предупредили меня, что он мне не подходит. Думаю, Тристан предложит мне пойти на прием с ним вместе. Я не смогу отказать ему. Вот почему ты мне нужен.

— Значит, ты спишь с этим парнем, но тебе нельзя показываться с ним на публике?

— Что-то в этом роде… — Дейли потерла висок. — Но я решила больше с ним не встречаться. Это тупиковые отношения.

— Ты точно так решила?

— Я почти уверена, что да. Это разумно. Но сначала мне нужно пережить этот прием.

— Не поддавшись его мужественному обаянию.

Она мрачно кивнула:

— Этот парень очень убедителен, а я очень восприимчива.

— Хорошо, детка. Я сделаю это для тебя.

— У тебя ведь есть смокинг, верно? Ты же надеваешь его на благотворительные вечера, которые устраивает твоя больница?

— Да, мэм.

Она вручила ему приглашение:

— Это тебе. Я уже знаю все детали. — Дейли сделала паузу. — Ты будешь впечатлен. Он очень похож на тебя.

Улыбка Джареда померкла.

— В каком смысле?

— Он очаровательный. Красивый. Великолепный. Он хотел стать врачом, пока дядя не уговорил его заняться семейным бизнесом. На самом деле Гарольд — крестный отец Джона и Тристана. Они не кровные родственники.

— Так чем же занимается этот парень, если он не врач?

— Он генеральный директор «Либерман и Данн».

Джаред нахмурился:

— Это та компания, которая выкупила тебя?

— Да.

— Это звучит очень подозрительно. Конечно, я пойду с тобой, Дейли. Если будет необходимо, я защищу тебя.

— Все не так, — возразила она. — Тристан порядочный, замечательный человек. Но он не заводит серьезных отношений, а я не хочу в него влюбляться.

Джаред изучал ее лицо.

— В этом он похож на меня. Но, как я вижу, уже слишком поздно?

— Нет, конечно нет, — солгала она. — Мы немного повеселились, но он не пытался ввести меня в заблуждение. Во всяком случае, это я обострила ситуацию. Теперь мне просто придется отступить.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Не знаю, — протянула Дейли задумчиво. — Возможно, я пожалею, что оттолкнула его. Но даже Табби и Джон предупредили меня, чтобы я не связывалась с ним.

— Любой мужчина может измениться, если найдет любовь всей своей жизни.

— Кто это сказал?

Джаред пожал плечами:

— Не знаю. Но похоже, ты хотела услышать именно это.

— С ним весело в постели, но сейчас мне нужно сосредоточиться на карьере. Мистер Данн верит в меня. Я хочу доказать всем, что он сделал правильный выбор.

— Работа не согреет тебя по ночам, — усмехнулся Джаред, поднимаясь.

— Это говорит мне трудоголик!

— Моя работа дает мне то, чего я никогда не находил в романтических отношениях. Я спасаю жизни детей. Если это единственное, чего я смог добиться в своей жизни, мне этого достаточно.

Дейли проводила его до двери.

— Ну не буду спорить. Все, что я делаю, — это нахожу новые способы продавать печенье, страхование жизни или уроки танцев.

Джаред улыбнулся:

— Я понаблюдаю за этим парнем, когда мы будем на приеме. Оценка незнакомцев — одна из моих сверхспособностей.

— О, потише! — воскликнула Дейли. — Ты уже заставляешь меня нервничать.

Когда она закрыла за ним дверь и вернулась в комнату, то увидела, что на ее телефоне светится экран. Ей пришло сообщение:

«Еще раз спасибо за еду».

Чем-то ей не понравились эти пять слов. Как она должна была реагировать? Тристан решил, что она влюблена в него? Он хотел продолжить их отношения, как будто они ни о чем не договаривались?

Дейли сначала не ответила. Пусть он думает, что она занята. Она почистила зубы и приготовилась ко сну. Теперь было уже поздно. Но, периодически виновато поглядывая на оставшееся без ответа сообщение, она чувствовала себя все менее и менее сонной.

Это было глупо. Ей надо было придерживаться определенной позиции.

Но прежде чем успела хорошо подумать, она ответила на сообщение Тристана смайликом с большим пальцем вверх. Затем перевела телефон в режим «Не беспокоить» и закрыла глаза.

Тристан вернулся на работу в четверг утром, чувствуя себя почти выздоровевшим. Его инстинктивно тянуло заглянуть в новый офис Дейли, но он знал, что ему не стоило этого делать. Во-первых, ему нужно было соблюдать их соглашение, а во-вторых, он столкнулся с кучей писем и задач, ожидающих его внимания.

Иногда быть начальником совсем невесело.

И все же он нашел несколько предлогов, чтобы побродить по тому коридору, где сейчас располагались кабинеты Дейли и ее команды. Но он не увидел ее там.

Возможно, она избегала его. Это было бы разумно.

Он не должен даже думать о ней.

В обеденное время Тристан встретился с клиентом. Это был тот ресторан, где он обедал с Дейли. Поэтому его мозг продолжал воображать, что она сидит напротив него. Это воспоминание заставляло его нервничать и мешало сосредоточиться.

Вернувшись в офис, Тристан попросил свою помощницу не беспокоить его. Затем он запер дверь и начал листать список контактов в своем телефоне в поисках женщины, которой можно позвонить.

Он хотел отвлечься и сходить на свидание. Не ради секса, хотя это было бы приятным продолжением вечера. Но главным образом потому, что ему нужно было выкинуть Дейли Мартин из своей головы.

Это не будет изменой Дейли. Они не были парой.

Но все, что он мог видеть, — это уязвленный, обиженный взгляд ее глаз, когда она рассказала ему о человеке, который домогался ее.

Тристан не хотел быть еще одним парнем, который причинит ей боль и оставит о себе плохие воспоминания.

Он быстро закрыл список контактов. Пока он все еще размышлял о своих проблемах, пришло сообщение от Гарольда:

«У тебя есть минутка для старика? Как насчет того, чтобы зайти ко мне в офис и выпить?»

Тристан нахмурился, глядя на телефон. Это было странно. Они с Гарольдом часто выпивали в нерабочее время, но никогда — в два часа дня. Что-то было не так.

Дверь офиса Гарольда была открыта.

— Заходи, — сказал Гарольд. — И закрой за собой дверь.

Это было странно. Тристан занял свое обычное место в углу стола.

Гарольд налил себе порцию виски.

— Тебе, сынок?

Тристан с улыбкой отказался:

— Мне немного рано, дядя Гарольд. Как дела?

Гарольд помешивал янтарную жидкость в хрустальном стакане с задумчивым выражением лица.

— Я знаю, что мы с тобой говорили о плане преемственности…

— Да, сэр.

— Что ж, сроки, возможно, придется ускорить.

Тристан напрягся:

— Что ты имеешь в виду?

Гарольд пожал плечами с задумчивым выражением лица:

— Кажется, у меня в легком небольшая противная опухоль. Врач говорит, что прогноз хороший. Но мне предстоит операция и химиотерапия. Я надеялся поработать еще до конца следующего года. Но, похоже, что уйти придется раньше.

Тристан поспешно заговорил:

— Я буду руководить делами, пока ты лечишься. Без проблем. Но не уходи из компании раньше времени, Гарольд. Это не обязательно.

Его крестный выглядел усталым, кожа лица была желтоватого цвета.

— Я смирился с диагнозом. Либо я его, либо он меня. Но я хочу оставить компанию в надежных руках. Все, что есть у меня, однажды будет принадлежать тебе и Джону. Мы проведем оценку бизнеса. Я продам его тебе за символическую плату. И я отдам Джону денежный эквивалент — независимо от того, что наши финансисты сочтут наиболее разумным.

— Но, Гарольд, я…

Гарольд поднял руку, прерывая его.

— Прости, сынок. Я принял решение. Тебе будет хорошо без меня. Но давай оставим это между нами на несколько недель.

— А что насчет Джона?

— Ты можешь поговорить с ним. Он умеет хранить тайны.

Тристан решил не озвучивать свои опасения.

— Я буду поддерживать тебя на каждом этапе пути. Надеюсь, ты это знаешь.

Гарольд кивнул:

— Да. И я благодарен тебе за это. — Он сделал паузу и отпил еще один глоток виски. — Единственная константа — это перемены… Настал поворотный момент в моей жизни. Надеюсь, это не конец, но в любом случае мне нужно сосредоточиться на своем здоровье. Ты превосходно руководишь делами уже много лет. Теперь все это будет принадлежать тебе.

— А если ты решишь вернуться в строй?

Впервые Гарольд искренне улыбнулся.

— Если я поправлюсь, я научусь играть в гольф. Поеду на Карибское море. Может быть, найду себе подругу. Со мной все будет в порядке, Тристан. И с тобой тоже.

Когда Тристан предложил Джону поужинать вместе, его брат ответил ему приглашением покататься на лодке по озеру. Тристан ухватился за этот шанс.

Когда он подъехал к дому Джона, то ожидал увидеть Табби рядом с братом. Но ее нигде не было видно.

— Где твоя жена?

Джон положил холодильник в багажник.

— Она устроила вечеринку для своих друзей-учителей. Они все собираются на маникюр, ужин и в кино. Садись в мою машину!

В поездках с братом Тристану всегда нравилось, что у него было время подумать. Джон открыл люк на крыше, включил музыку и выехал по шоссе.

Хотя Тристан все еще был в шоке от новостей о Гарольде, он наслаждался жарой и солнцем. Лето напоминало ему о легких и беззаботных днях детства. Жизнь взрослого человека была сложной. Иногда дела шли хорошо, иногда плохо. Но жизнь уже не была такой простой и радостной, как в те дни, когда они с Джоном лазили по деревьям, катались на мотоциклах и оставались на улице до темноты.

По мнению Тристана, Гарольд должен жить вечно. Потерять человека, который был к нему так добр, было немыслимо.

В каком-то смысле ситуация с Дейли казалась пугающе похожей. Она была совершенно здорова, но она имела для него большое значение, и он чувствовал, что она ускользает от него.

Джон держал свою лодку на пристани на берегу озера Ланье. Они добрались туда к семи тридцати вечера. Это было идеальное время суток.

Джон бросил якорь в небольшой бухте. Он привез с собой червей и рыболовные снасти, но это занятие больше связано с привычкой и традицией, чем с добыванием пропитания.

Нежное биение воды по корпусу покачивающейся лодки действовало гипнотически. Даже в этот час жара не отступала.

Джон зевнул:

— Брат, вот это жизнь. Если получится, то, возможно, смогу выйти на пенсию в сорок или сорок пять лет.

Тристан поднял бровь:

— Это то, чего ты хочешь? Я думал, ты лидер из нас двоих.

Джон усмехнулся:

— Как ты думаешь, где я этому научился? Нет, серьезно. Я потратил пять лет на то, чтобы научиться зарабатывать деньги для себя и других людей. Мне нравится риск и достижение целей, но появление Табби в моей жизни изменило меня. Я не хочу жить в офисе пятьдесят или шестьдесят часов в неделю. Мы хотим детей. Единственное, что нас сдерживает, — это нагрузка на работе. Табби не хочет быть матерью-одиночкой, и я не могу ее винить. Я хочу быть настоящим отцом.

— Ну, — начал Тристан. — У меня есть новости, которые могут повлиять на твои планы на будущее.

И он рассказал Джону о новостях, которые сообщил ему Гарольд.

Брат нахмурился:

— Я потрясен, однако внутренне я был готов к этому. Думаешь, он скрывает, насколько плохи дела на самом деле?

— Не имею представления, — пожал плечами Тристан. — Почему-то я думал, что он продержится еще как минимум десять лет. Честно говоря, меня это потрясло.

— Ему восемьдесят пять. Ты действительно думал, что он будет работать еще десять лет?

— Может быть, я не хотел об этом думать, — сказал Тристан. — Он хочет продать мне бизнес по номинальной цене. И сделать тебе сопоставимый денежный подарок. В ближайшее время.

Джон был поражен.

— Я не знаю, что сказать. Он всегда был щедр с нами. Но мне кажется, ты недоволен таким развитием событий. В чем проблема? Кроме беспокойства о его здоровье?

Тристан встал и потянулся.

— Я думал, что у меня есть время подумать о вещах.

— О каких вещах?

— Например, о том, хочу ли я купить «Либерман и Данн». Как генеральный директор, я могу уйти, когда захочу. Но если я стану владельцем…

Джон полез в холодильник, достал пиво и протянул банку брату.

— Не переживай, приятель. Никто не может заставить тебя что-либо делать. Ты любишь свою работу, но это не значит, что ты должен жертвовать всем ради нее. Еще не поздно поступить в медицинский институт.

Тристан фыркнул:

— Ага. Мне исполнится сорок еще до того, как я закончу его. Нет. Много лет назад я смирился с тем, что не стану врачом. Я хорош в том, что делаю. Возможно, это не ракетостроение и не спасение мира, но это жизнь, которую я выбрал.

— Тогда в чем проблема? — Джон нахмурился. Он глядел на брата, словно пытаясь решить головоломку. — Речь идет о Дейли, я прав?

— Может быть.

Джон открыл пакет чипсов.

— Я предполагаю, что ваши отношения серьезнее, чем ты рассказал мне.

Тристан не любил обсуждать Дейли с другими людьми. Но Джон был его братом, и он доверял ему.

— Ты отчасти прав. Но это не отношения. Мы оба согласились, что не заинтересованы ни в чем постоянном.

— Видимо, секс невероятный. Иначе ты бы не был так взволнован.

— Я не волнуюсь, — проворчал Тристан. Его брат видел его насквозь. — Проблема в том, что Гарольд усложнил ситуацию, когда приобрел рекламное агентство Дейли. Прямо сейчас я могу держать дистанцию. Но если буду владельцем компании, мне придется чаще общаться с ней.

— Ты влюблен в нее? — тихо спросил Джон.

Тристан внезапно понял, что с лодки ему никуда не сбежать. И придется отвечать на неудобные вопросы.

— Нет. Да. Я не знаю. — Он провел рукой по мокрым от пота волосам. — Она не очень доверяет мужчинам. Так что я не знаю, какой у нее опыт отношений, хотя она на шесть лет старше твоей жены.

— Табби говорит, что у Дейли есть привычка связываться с придурками.

— Ничего себе… — пробормотал Тристан, его гордость была уязвлена.

— Она говорила не о тебе. — Джон сделал паузу, нахмурив брови. — Я так думаю.

Солнце висело низко над горизонтом. Вскоре им придется отправиться назад. Ни одной рыбы им поймать не удалось.

Тристан знал, что это его шанс. Он откашлялся.

— Если я начну с ней отношения, но все пойдет не так, работа будет не единственной проблемой. Вы с Табби можете оказаться вовлечены в наши проблемы. И, честно говоря, я не знаю, насколько хорош я буду в качестве спутника жизни.

— Почему ты так говоришь? Я думаю, ты приличный парень. — Джон хлопнул Тристана по колену, явно пытаясь поднять брату настроение.

— Я привык идти своим путем, — сказал Тристан. — Я упрям. Я, наверное, эгоист. И да, Джон, я не умею делать ничего из тех романтических вещей, которые нравятся женщинам.

— Да ты красавчик, Тристан. Даже я это вижу. От тебя исходит аура опасности и привлекательности. Не знаю, делаешь ли ты это специально, но, похоже, это работает.

Тристан уронил голову на руки.

— Я наделал глупостей. И, к твоему сведению, ты не помогаешь.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал? Я не знаю, что Дейли видит в тебе. Я даже не знаю, есть ли у нее к тебе какой-то иной интерес, кроме твоего тела. Но послушай! Как только Гарольд примет окончательное решение, скажи Дейли правду. Конечно, вы сможете придумать правила поведения в офисе.

Тристан медленно кивнул:

— Наверное. — Он вспомнил, как в начале этой недели Дейли появилась в его доме. Сделала ли она это просто из гуманных соображений, или ее тянуло к нему так же, как и его к ней?

Возможно, это было не что иное, как секс. Но Тристан должен был это выяснить.

Он внезапно нахмурился:

— Подожди-ка минуту. Я думал, ты хочешь, чтобы я держался от нее подальше. Ты боялся расстроить жену.

Джон пожал плечами:

— Так подай на меня в суд. Я передумал. Любая женщина, которая способна укротить тебя, — это женщина, которая может быть хранительницей домашнего очага. Мы с Табби обсудили твою ситуацию. И она посоветовала мне заниматься своими делами, потому что Дейли — зрелая, разумная женщина, которая сама может принимать решения. Не злись, старший брат. Мы с моей любимой женой заботимся только о ваших интересах. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Так же счастлив, как и я.

Тристан хмыкнул:

— Почему молодожены всегда стараются втянуть всех остальных в семейное счастье?

— Не суди, пока не попробуешь.

Тристан сидел на носу лодки и смотрел на стеклянную поверхность озера. Угасающие лучи солнца окрасили воду мягким розовым цветом.

— Уже почти темно, — сказал он. — Разве мы не должны вернуться? Разве Табби не ждет тебя?

Джон поднял якорь и запустил двигатель.

— Да, она меня ждет! И я не хочу опаздывать.

Тристан вошел в свой тихий пустой дом, невольно представляя себе, что сейчас делает его самодовольный брат. Табби ждала их, когда они приехали назад. Она была весела и возбуждена после вечеринки со своими коллегами.

Когда она обняла Тристана за шею, он вновь понял, как приятно иметь сестру.

Но теперь он снова остался один и задавался вопросом, хочет ли тридцатидвухлетний мужчина от жизни большего, чем сменяющие друг друга поверхностные отношения.

На следующее утро придя в офис, Тристан разработал план. Сначала он должен был спросить разрешения Гарольда поделиться новостями с Дейли. А потом — узнать ее мнение по этому поводу. А после всего — пригласить ее на вечеринку в честь состоявшейся свадьбы Табби и Джона через неделю.

Это был разумный план. Тристан подождал до конца рабочего дня. Сегодня была пятница. Мало кто задерживался в офисе после пяти. Тристан уже хорошо знал распорядок дня Дейли. Она выделяла полчаса в конце дня, чтобы привести в порядок свой стол и составить план работы на следующее утро.

В пять пятнадцать, когда он спустился вниз, обнаружил, что она занимается именно этим. Дверь в кабинет была открыта, но он все равно постучал.

Дейли подняла глаза и улыбнулась. Улыбка на ее лице была в равной степени вежливой и осторожной.

— Привет, Тристан. Как ты себя чувствуешь?

— Почти вернулся к нормальной жизни. Можно войти?

Она кивнула:

— Конечно.

Он выбрал один из стульев в ее кабинете и со вздохом сел.

— Как прошла твоя неделя? Тебе тут комфортно?

— Да, — ответила она. — Здесь все очень дружелюбны.

— Хорошо.

Между ними повисло неловкое молчание.

Дейли сложила руки на коленях, ее взгляд скользнул мимо него.

— Что-то не так или это светский визит?

Она заметно нервничала. Может быть, она думала, что он собирается предложить ей встретиться сегодня вечером?

— У меня есть новости, — тихо сказал Тристан. — Гарольд разрешил мне поделиться ими с тобой, но пока это надо держать в тайне. Он попросил, чтобы ни ты, ни я не говорили об этом никому в компании. Пока он не будет готов.

— Обещаю! — беззаботно ответила Дейли, но он видел тревогу в ее глазах.

— Я не хочу драматизировать.

— Тристан! — раздраженно воскликнула Дейли. — Мы здесь одни. Что происходит? Скажи мне, наконец!

Трудно было произнести это вслух.

— У Гарольда рак. Я не знаю, насколько ему плохо. Он не хочет это обсуждать.

Дейли обеспокоенно наклонилась вперед.

— Мне очень жаль. Я знаю, как много он значит для тебя и Джона. Ты можешь доверять мне, Тристан. Я не скажу никому ни слова. Я понимаю его желание сохранять конфиденциальность в вопросах личного здоровья.

— Это нечто большее. Гарольд уходит из компании. Я пытался сказать ему, что буду заменять его, пока он лечится, но он утверждает, что пришло время мне взять на себя управление.

— И что ты об этом думаешь? — тихо спросила она.

— Ты хочешь правды?

— Да!

— Я не готов. Я был генеральным директором, но владение компанией означает нечто другое. Я буду связан обязательствами.

— И, говоря по правде, ты никогда не хотел тут работать.

— Гарольд хочет продать мне компанию за гроши и подарить Джону эквивалентный денежный подарок. По сути, он раздает наследство, хотя он клянется мне, что у него всего лишь небольшая опухоль. Да, Дейли. Я не готов ни к чему из этого. Не готов потерять его. Не готов стать владельцем компании. Но это касается и тебя, поэтому он разрешил мне рассказать тебе подробности.

— Каким образом это коснется меня? — осторожно спросила Дейли. — Ты планируешь расторгнуть мой контракт, как только он уйдет?

— Конечно нет.

— Тогда в чем проблема?

— Сейчас мы не пересекаемся по работе напрямую. Но это изменится, если я стану владельцем компании. Нам придется больше общаться.

— Я не думаю, что это будет проблемой. Кроме того, есть варианты, которые Гарольд изложил изначально. В течение первого года ты можешь отказаться от сотрудничества со мной, если сочтешь, что оно не приносит результатов.

— А если мы будем спать вместе?

Ее щеки вспыхнули.

— Не смеши меня.

— Что в этом смешного? Каждый раз, когда мы находимся на расстоянии метра друг от друга, то оказываемся в постели.

— Это пройдет само собой, — спокойно ответила она.

— Ты так уверена в этом? — Тристан хотел доказать ей, что она ошибается.

— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, — сказала она. — Я профессионал. Я полагаю, что и ты тоже. Мы будем соблюдать границы. Если необходимо.

Он натянуто улыбнулся:

— Это будет необходимо.

— Может быть, — ответила Дейли и взглянула на часы. — Мне пора домой. Я могла бы остаться здесь еще часа на три, но пытаюсь установить здоровые границы между работой и личной жизнью.

Тристан откашлялся.

— Еще одно, и я тебя отпущу. Вечеринка Джона и Табби состоится на следующих выходных.

— Я не забыла. В вечерних туалетах. Все будут очень элегантные.

— Я подумал, можем ли мы с тобой пойти вместе.

Как только он произнес эти слова, Дейли замерла. Как кролик, увидевший удава и пытающийся остаться незамеченным.

— Э-э-э… — начала она. — Я ценю твое предложение, но мне придется отказаться. Тристан почувствовал раздражение. Она намеренно мучает его?

— Почему?

Дейли встала, взяла сумочку и начала отступать в коридор.

— Я уже иду с одним парнем на эту вечеринку.

Дейли практически побежала к своей машине. Она оставила Тристана в здании ошеломленным и раздраженным. Он буквально сгорал от негодования.

Произошло именно то, чего она надеялась избежать.

Его приглашение не было чем-то неожиданным. Она знала, что это может случиться.

Но не ожидала, что, отказав ему, она почувствует себя виноватой.

И разочарованной.

Рабочая неделя пролетела незаметно, и выходные прошли без происшествий.

Затем в понедельник Дейли весь день провела в ожидании, что Тристан снова появится в ее офисе… и попытается уговорить ее идти на вечеринку с ним. Но его нигде не было видно.

Дейли осталась в своем кабинете в дальнем углу с закрытой дверью. Работа была ее спасением. В противном случае она думала бы о Тристане каждую минуту каждого дня. Было неприятно осознавать, сколько места он занимал в ее мозгу.

Она опасалась, что стала одержима этим человеком.

Да, Дейли была очарована мужчиной, который мог разбить ей сердце. И она не была уверена в своей способности сохранять платонические отношения.

В субботу она не спеша готовилась к вечеринке, дав себе достаточно времени на превращение сотрудницы рекламной компании в сказочную принцессу. Для своей вечеринки по поводу уже состоявшейся свадьбы Табби и Джон арендовали два огромных бальных зала в одном из самых шикарных отелей в центре Атланты. Они пригласили около трехсот друзей, членов семьи и коллег по работе.

Вечер должен был начаться с роскошного ужина. После начинались танцы.

Дейли нашла красивое платье кремового цвета с пышной юбкой до пола, которое прекрасно оттеняло ее слегка загоревшую кожу.

Ровно в шесть тридцать Джаред позвонил в дверь.

Он улыбнулся, когда увидел ее.

— О, Дейли! Ты затмишь всех женщин на этом празднике.

— Спасибо. Ты и сам прекрасно выглядишь.

— Все для дамы, бегущей от любви. — И он иронично отвесил ей поклон.

— Это не любовь, — возразила Дейли. — Только секс.

Джаред посмотрел на нее понимающим взглядом:

— Или то, что помогает тебе спать по ночам.

Двадцать минут спустя Джаред припарковал машину в гараже отеля и взял Дейли за руку, пока они поднимались на лифте на пятый этаж, где располагались бальные залы.

— Я нервничаю, — призналась она, остановившись в коридоре и пытаясь спокойно дышать. — Я не люблю врать.

— Разве это ложь, Дейли? Я сопровождаю тебя. Мы не влюблены, но мы друзья. Я уверен, что мы не единственные присутствующие здесь люди, которых не связывают романтические отношения.

— Может быть.

— Поэтому хватит волноваться!

— Нам пора войти, — сказала Дейли. — Иначе мои нервы сдадут, и я убегу.

Это была шутка. Конечно, она не пропустит этот особенный вечер.

Если бы она только могла избежать Тристана.

Когда они с Джаредом вошли в бальный зал, Тристан был первым, кого она увидела. Его высокую красивую фигуру было трудно не заметить. Он стоял с Джоном и Табби и смотрел на большой фонтан, наполненный шампанским.

Табби заметила их и радостно улыбнулась.

— Вы приехали! — воскликнула она, торопясь поприветствовать их. — Я начала волноваться!

— Прости, сестренка, мы попали в пробку. Ты помнишь Джареда, да?

Табби взяла его за обе руки.

— Конечно. Спасибо, что пришли. Прошло много времени, но мы с Джоном не забыли тот шоколадный пирог с кремом, который ты принес как-то на обед к Дейли.

Джаред приветливо улыбнулся:

— Я польщен, но вынужден признаться, что пирог испекла моя мама. Она меня балует.

Джон на правах хозяина представил мужчин друг другу.

— Тристан, это сосед Дейли, Джаред Перлман. Он детский хирург в Эмори. Джаред, это мой брат Тристан. Он генеральный директор рекламного агентства «Либерман и Данн».

Тристан и Джаред пожали друг другу руки.

Дейли почувствовала странное напряжение между пятью взрослыми людьми. Неужели Тристан пришел один? Это казалось маловероятным.

Тристан, похоже, ничуть не был смущен тем, что Дейли пришла не одна. Он держался приветливо и сдержанно.

— Приятно познакомиться, Джаред, — сказал он, а затем небрежно поцеловал Дейли в щеку и улыбнулся теплой, интимной улыбкой, от которой у нее замерло сердце. — Ты выглядишь потрясающе, Дейли.

Аромат его туалетной воды воскресил в ее памяти их встречи.

— Спасибо, — пробормотала она, в горле у нее пересохло.

Джаред положил руку ей на спину. Возможно, он думал, что она может сбежать.

Дейли попыталась собраться с мыслями.

— Чем мы можем помочь, Табби? Тут все выглядит так красиво.

Столы для гостей были украшены композициями из белых гардений с темнозеленой блестящей листвой и сервированы посудой из фарфора и хрусталя.

— Думаю, помощь не нужна, — сказала Табби. — Отель сам справился. Мы с Джоном будем стоять в холле и приветствовать приходящих гостей. А вы трое располагайтесь поудобнее. Выпейте. Я так рада, что вы здесь.

Когда хозяева вечера ушли, Дейли осталась одна в окружении двух альфа-самцов. Оба мужчины были невероятно привлекательны. Оба мужчины были невероятно обаятельны. Оба мужчины были умными, воспитанными и уверенными в себе.

Внезапно она запаниковала:

— Извините, мне нужно в дамскую комнату.

Тристан наблюдал, как Дейли пересекла бальный зал. В этом кремовом платье она была олицетворением искушения. Обнаженная кожа спины была соблазнительно гладкой и теплой. Тристан больше всего хотел отвести ее в тихий коридор и целовать, пока не признает, что парень, которого она привела с собой сегодня вечером, был явной попыткой держать его на расстоянии. Ей не удастся его обмануть.

Тристан перевел взгляд на ее спутника.

— Как давно ты знаешь Дейли? — спросил он. Необходимость бороться за свою женщину была смехотворной, но неизбежной.

Улыбка Джареда Перлмана была спокойной и дружелюбной.

— Почти три года. Она принесла мне печенье в тот день, когда я поселился на ее этаже.

Желудок Тристана свело. Его разум подсказывал ему, что Дейли не будет менять любовников так быстро. Это было не в ее характере. Но этот высокий, обаятельный мужчина спортивного телосложения был, несомненно, идеален.

— Она замечательная женщина. Искренняя, добрая, талантливая, — продолжил молодой врач.

— Я знаю о лучших качествах Дейли, — сказал Тристан, стараясь говорить вежливо.

Джаред кивнул:

— Приятно было познакомиться, Тристан. Я собираюсь взять пару бокалов шампанского, прежде чем сюда нагрянет толпа гостей.

Внезапно Тристан остался один. Через мгновение этот зал будет заполнен людьми. Все они соберутся здесь, чтобы поздравить Табби и Джона с достижением самой неуловимой из жизненных целей — нахождением своей второй половинки.

Тристан почувствовал себя чужим на этом празднике. Женщина, которую он хотел, привела с собой другого мужчину, чтобы потанцевать, поужинать или, возможно, пойти с ним к себе домой.

Действительно ли Дейли интересовалась Джаредом Перлманом, или она боролась с потоком, который притягивал ее все ближе к Тристану, а его к ней?

Когда он впервые встретил Дейли несколько месяцев назад, то понял, что она та женщина, которая может изменить его жизнь. Поэтому он хотел держаться от нее подальше. Его жизнь была прекрасной. Ему не нужны перемены.

Это не объясняло того, что произошло во время свадебных выходных и в последующие недели.

Что, если Дейли была той самой?

Тристан тряхнул головой, прогоняя эти странные мысли. Неужели он всерьез задумался о любви?

Возможно, ему следовало принять происходящее сегодня как знак Вселенной. В жизни Дейли был отличный парень. Он, вероятно, больше подходил для создания домашнего очага, чем Тристан.

Возможно, Тристану следует отпустить ее.

Табби и Джон точно знали, как устроить вечеринку. Мероприятие имело ошеломляющий успех. Смех и разговоры заполнили зал, где был подан ужин.

Дейли и Джаред присоединились к толпе, направлявшейся в соседний зал для танцев.

— Как вы держитесь, мисс Мартин? Твой Тристан весь вечер кидал на меня злобные взгляды.

— Нет, он этого не делал, — возразила Дейли. — Я думаю, ты преувеличиваешь.

Джаред обнял ее за плечи:

— Совершенно уверен, что говорю тебе правду. Ты хочешь танцевать? Большую часть движений я выучил в Интернете, но моя племянница говорит, что я не так уж и плох.

Дейли улыбнулась.

— Конечно, — сказала она. — Это будет даже забавно.

Танцпол был переполнен. Джаред нашел для них место и легко начал двигаться под музыку. Дейли старалась изо всех сил, но больше всего ей сейчас хотелось пойти домой, надеть пижаму и притвориться, что она не знает никого по имени Тристан Гамильтон.

Почему он пришел на вечеринку один? По словам брата, Тристан был любимчиком женщин. И он точно мог выбрать себе пару на сегодняшний вечер.

Внезапно она поняла, что все ее попытки заставить его поверить, что не хочет встречаться с ним, были смехотворны.

Она была просто напугана и боялась, что он когда-то ее бросит. Вот и вся правда.

Когда танец закончился, Джаред взял ее за руку и подвел к окну.

— У меня есть одно хорошее предложение, Дейли!

— Какое?

— Почему бы мне не уйти, чтобы ты могла уладить отношения со своим задумчивым парнем?

— Он не мой парень. И почему ты должен уйти?

— Потому что я думаю, что ты совершила ошибку. Тебе и Тристану, вероятно, следует быть здесь вместе. Любой мужчина, который вызывает у тебя такое возбуждение и беспокойство, стоит твоего времени. Он мне нравится, Дейли. Почему бы тебе не дать ему шанс?

Как она могла сказать Джареду, что боялась?

— Я не знаю, хочет ли он провести со мной вечер.

Джаред поцеловал ее в щеку и сжал обе ее руки.

— Конечно, хочет. Этот парень весь вечер не сводит с нас глаз. И он не выглядит счастливым. Несмотря на этот праздник.

Дейли вздохнула, а ее подсознание уже приняло его предложение.

— Но мне будет неудобно, если ты будешь вынужден уйти из-за меня.

— Я отлично поужинал. Я танцевал с красивой женщиной. Я доволен и могу отправиться домой счастливым. Сегодня утром я был на работе с пяти часов утра. Поверь, я не прочь лечь спать.

— Ты очень хороший человек, Джаред Перлман, — прошептала Дейли.

Он улыбнулся:

— Когда-нибудь ты сможешь наградить меня домашней едой.

— Договорились! Я провожу тебя до двери.

— Не стоит! — Джаред сунул руки в карманы. — Не бойся, Дейли. Я буду на связи.

Когда Джаред ушел, Дейли взяла у проходящего мимо официанта бокал шампанского и стала наблюдать за танцорами. Она тоже хотела домой. Но тогда ей пришлось бы прощаться с Табби. Ее сестра предположила бы, что что-то не так.

Поэтому в настоящий момент ей было проще стоять и улыбаться. Если она уйдет через час, это уже не будет так бросаться в глаза.

Из-за ее плеча раздался глубокий голос:

— Я не ожидал увидеть тебя такой притихшей.

Дейли обернулась, и ее сердце заколотилось.

— Тристан…

Как он подкрался к ней?

— Ты напугал меня до смерти.

Он пожал плечами:

— Ты задумалась. Что-то не так?

— Все в порядке. Я наблюдаю за людьми.

— Где твой парень?

Дейли запаниковала.

— Ему пришлось вернуться в больницу.

— Ясно.

Его лицо ничего не выражало.

— Дейли, хочешь потанцевать?

— Да, — ответила она. — С удовольствием.

Он взял ее руку в свою и повел на танцпол.

Тристан заключил ее в свои объятия с той мужской уверенностью, которой она так восхищалась. Он был уверен в себе, и эта уверенность передавалась ей.

Когда его большая теплая рука легла на ее спину, она поддалась и приблизилась к нему.

— Ты не очень любезна, — заметил он.

Дейли напряглась.

— Я не знаю, что ты имеешь в виду.

Он убрал волосы с ее щеки.

— Затмевать невесту — дурной тон. Ты самая ослепительная женщина сегодня вечером.

— Не говори ерунды!

— Я говорю только правду. Почему ты мне не веришь?

— Я уже переспала с тобой, Тристан. Тебе не обязательно делать мне подобные комплименты.

— Ты самая колючая женщина, которую я когда-либо встречал, — пробормотал он. — Я не враг, Дейли.

Она вздохнула, прижалась к нему и почувствовала, как его руки сжались.

— Извини, — шепнула она. — Спасибо за комплимент.

— Это не комплимент. Просто констатация факта.

— Может, нам стоит просто потанцевать? — предложила Дейли. — Иначе мы договоримся неизвестно до чего.

Он тихо рассмеялся.

Дейли перестала ощущать людей вокруг них. Ей нравилось чувство легкости и парения. Как будто этому моменту было суждено случиться. Тристан делал ее счастливой. Видимо, это неожиданное ощущение счастья и пугало ее.

Сегодня вечером он пришел на эту вечеринку один. Почему? Она боялась спросить его.

Она прижалась щекой к его плечу. Знакомый запах Тристана успокаивал ее.

Она потеряла счет времени. Одна мелодия сменяла другую, а они продолжали танцевать. Дейли почувствовала легкое головокружение. Чувствовал ли Тристан, как быстро колотится ее сердце? Знает ли он, что соблазняет ее, даже не прилагая усилий?

Когда музыканты сделали перерыв, Дейли была вынуждена вернуться на землю. Волшебство испарилось. Воздух больше не был наполнен ароматом полевых цветов. Он был слишком тяжелым. С нотками пота и спиртного.

Даже белый тюль и гирлянды над головой, в самом начале вечера показавшиеся ей очаровательными, теперь выглядели обычными.

— Я хочу пить, — сказала она. — Давай что-нибудь выпьем.

— Конечно. — Тристан обнял ее за талию и повел к бару.

— Как долго ты собирался остаться? — спросила Дейли, не глядя на своего спутника.

— Я думаю, это зависит от тебя.

Ее глаза расширились.

— Что?

Его губы дернулись в легкой улыбке.

— Ну, поскольку твоего друга нет в поле зрения, я подумал, что мы могли бы поехать ко мне.

— Чтобы посмотреть какой-нибудь фильм? — Ее взгляд остановился на его загорелой шее, где белый воротник рубашки выглядывал из-под смокинга.

— Нет, Дейли Мартин. Чтобы позволить мне полностью оценить это великолепное платье, прежде чем я сниму его и положу тебя в постель. Тебе нравится такая идея?

Магия вернулась.

— Да, — ответила Дейли и всмотрелась в его лицо. — Мне бы этого очень хотелось.

— Я никому не перебегу дорогу?

Она недоуменно посмотрела на него:

— Прошу прощения?

— Я имею в виду твоего Джареда.

Ее лицо запылало. Ей не приходилось так часто смущаться раньше, и это чувство было неприятным.

— Он всего лишь друг, — сказала Дейли. — Я пригласила его, потому что боялась тебя.

Взгляд Тристана был мрачным.

— Я пытаюсь на тебя злиться, но не могу. Не тогда, когда мы собираемся хоть раз о чем-то договориться.

— Есть еще одна вещь.

Его глаза расширились от тревоги.

— А мне обязательно надо это услышать?

Она пожала плечами:

— Джареда не вызывали на работу. Он сам решил уйти, потому что знает, что ты мне интересен, и, кроме того, ты пришел сегодня один.

— Я тебе интересен? — изумленно спросил Тристан.

— Я без ума от тебя, — призналась она и обхватила его лицо ладонями. — Прости, что я соврала. Я больше не буду этого делать.

Он поцеловал ее. Дружеским поцелуем, ведь их окружали люди.

— Я прощаю тебя, — сказал Тристан и взял ее за руку. — Давай пойдем домой.

Настроение Тристана изменилось на сто восемьдесят градусов. У Дейли не было отношений с этим красавчиком-доктором!

Тристан протянул ей бокал шампанского.

— Я не буду. Я за рулем, — пояснил он. Охлажденная вода в хрустальных кувшинах была именно тем, что ему было нужно.

Дейли осушила бокал и поставила его в сторону.

— Если мы уезжаем, нам следует попрощаться с Табби и Джоном.

— Конечно. — Он огляделся. — Они сейчас танцуют. Мы подойдем к ним, когда они уйдут с танцпола.

— Договорились!

Тристан притянул ее к себе и еще раз украдкой поцеловал.

— В этой песне как минимум еще три куплета. Почему бы нам не развлечься, пока ждем?

Ему нужен был любой предлог, чтобы быть ближе к ней. Его терпение висело на волоске.

Но Дейли выскользнула из его рук.

— Надо подойти к ним прежде, чем их втянут в новый разговор, — возразила она.

Когда Табби увидела их, то улыбнулась:

— Ребята, вам весело?

Затем она, очевидно, вспомнила, что Дейли пришла с другим мужчиной, и невольно подняла брови. Даже Джон выглядел растерянным.

— Где Джаред?

Тристан видел, что Дейли была в замешательстве. Ей не хотелось бы лгать сестре. Но сейчас было не время.

— Джареда вызвали. Ему пришлось уехать в больницу, — ответил Тристан.

Табби поморщилась:

— Это очень плохо. Мне нравится Джаред.

Тристан напрягся. На чьей стороне была Табби?

Джон, должно быть, заметил непроизвольную гримасу Тристана.

— А вы уже уходите? Нам с Табби придется остаться до самого конца.

— Потому что мы этого хотим, — сказала Табби раздраженным тоном. — Я думала, что мой муж развлекается на вечеринке.

Джон развел руками:

— Я хорошо провожу время. Но ты не можешь винить меня за то, что я хотел отвезти новобрачную домой.

Дейли и Тристан засмеялись, когда Табби покраснела.

Тристан игриво ударил брата по плечу.

— Как долго ты собираешься играть в молодожена?

— Пока будут силы. — Джон поцеловал жену в щеку.

В машине Тристан задумался.

— Нам нужно заскочить к тебе? — спросил он. — Взять какие-нибудь вещи?

— Да, зубную щетку.

Это невероятно прозаичное заявление вызвало у него удивление. Час назад он был уверен, что она вряд ли когда-то снова окажется в его постели. А теперь это. Более того, она сказала, что без ума от него. Что все это значит?

Он ожидал ее в гостиной, пока она собирала все необходимые вещи.

Внезапно ему в голову пришла мысль, и он закричал:

— Пожалуйста, не переодевайся!

Через несколько минут Дейли появилась с небольшой сумкой в руке и ухмыльнулась:

— Я и не собиралась переодеваться. Если у человека есть какие-то планы, зачем я буду ему их портить?

— Спасибо, — ответил Тристан. — Мне нравится, когда женщина знает, кто здесь хозяин.

Она поцеловала его в щеку.

— Я думала, мы договорились, что ты не мой босс. Так что не командуй мной.

— Да, мэм!

Эта маленькая ведьма точно знала, как заставить его быть послушным.

— Я готова, — объявила Дейли.

В его доме дела приняли неожиданный поворот. Пока Тристан изо всех сил пытался играть роль хозяина, Дейли взяла дело в свои руки.

— Нам не нужно ничего есть или пить.

— С моей стороны, Дейли, было бы дурным тоном наброситься на тебя, как только мы войдем внутрь.

Она положила руки ему на грудь.

— Брось свои хорошие манеры. Мы оба знаем, чего хотим. Я хочу тебя, Тристан.

Он подхватил ее на руки. Взглянув в зеркало в прихожей, увидел, как изящно спадает ее юбка через его руку. Взгляд Дейли был прикован к его лицу. Легкая улыбка изогнула ее губы. Она была как солнечный луч, освещающий его дом изнутри.

Как он мог не осознавать, как сильно ему нужен солнечный свет?

В спальне Тристан поставил ее на ноги. Небольшую застежку на спине ему удалось легко расстегнуть. Когда он стянул лиф платья до ее талии, то резко вздохнул. Конечно, он знал, что на ней нет бюстгальтера. Но ее кожа цвета слоновой кости и грудь с розовыми сосками лишили его силы воли. Он почувствовал головокружение.

— Ты сводишь меня с ума, — пробормотал Тристан, наклонил голову и поцеловал ее грудь. — Я рад, что ты приехала ко мне.

Дейли обхватила его голову руками и взъерошила волосы.

— Я тоже.

В комнате было тихо, слишком тихо. Он мог слышать свое дыхание. Музыка могла бы облегчить ситуацию, но было уже слишком поздно.

Он осторожно расстегнул молнию до конца, и она смогла выйти из своей объемной юбки. Он поддержал ее и положил платье на стул. Когда повернулся к ней, Дейли прикрыла руками грудь. На ней не было ничего, кроме сексуальных трусиков из черного кружева.

Ее поза и взгляд были настороженными.

— В чем дело? — спросил Тристан, нахмурившись.

— Я раздета, а ты по-прежнему одет. Это неправильно!

Он протянул к ней руки:

— Так раздень меня!

Выражение ее лица было очаровательно сосредоточенным, пока она возилась с узлом на его галстуке. Затем принялась расстегивать пуговицы на рубашке.

Вскоре она раздела его до пояса. Когда ей удалось расстегнуть молнию на брюках, терпение Тристана лопнуло. Он попятился от нее, резко стащил брюки и услышал, как они затрещали.

Дейли имела наглость хихикнуть.

Пока он пытался освободиться от брюк, она сбросила трусики, прыгнула в кровать и вытянулась на спине, заложив руки за голову. Самодовольная улыбка на ее лице сводила его с ума и побуждала действовать быстрее.

Наконец Тристан освободился от одежды. Он растянулся на Дейли и уткнулся лицом в изгиб ее плеча, вдыхая ее легкие, дразнящие духи.

Настало время сказать правду. Она это заслужила.

— Дейли, — начал Тристан. — Когда ты сказала мне, что придешь не одна, это чуть не убило меня. Впервые я осознал, что испытываю к тебе чувства. Что-то отличное от всего, что у меня было с кем-либо еще. Мне жаль, что я не сказал тебе этого раньше.

Она немного отстранилась от него, чтобы видеть его лицо.

— Тристан!

— Да, моя сладкая?

— А что, если бы я хотела от тебя большего, чем секс?

Его желудок сжался. Он почувствовал тревогу, которая, однако, быстро исчезла.

— Чего именно?

— Дружить, встречаться. Проверить, есть ли у нас что-нибудь помимо волшебного секса. Ты мне очень нравишься. По крайней мере, когда ты меня не мучаешь и намеренно не сводишь с ума. Я не говорю, что ты тот самый. Но я никогда не хотела ближе общаться с другими парнями.

Он зажал ей рот рукой.

— Ты много болтаешь, дорогая. Мой ответ — да!

Когда она игриво укусила его за палец, он отдернул руку.

— Это так просто? Я думала, ты расскажешь мне о своих опасениях по поводу того, что мы расстроим 5 Дж. Мейнард людей, которых любим, и что сейчас мы работаем вместе, и что ни у кого из нас нет опыта длительных отношений.

Тристан пожал плечами:

— Все это правда. Я не могу этого отрицать. К тому же я не могу предсказывать будущее. Так что, возможно, мы совершим самую большую ошибку в нашей жизни.

Дейли потянулась и разгладила пальцем его густые брови.

— Да. Может быть, это ошибка. Но у меня такое чувство, что, если это произойдет, ты войдешь в историю как моя самая любимая ошибка. Так что займись со мной любовью, Тристан. Я ждала этого весь вечер!

— Даже когда ты танцевала с другим мужчиной?

— Особенно тогда.

Тристан не мог злиться на нее. Она была его женщиной…

Это было совсем не похоже на него. Наверное, ему нужно начать беспокоиться за свою свободу.

Но сейчас все, что он мог видеть, — это выражение ее глаз, когда он вошел в нее. И он был полностью уверен в том, что поступает правильно.

Сердце Дейли пело. Она обсуждала будущее с Тристаном, и он не испугался. Это был прогресс.

Тристан глубоко спал. Его рука лежала на ее талии.

Она осторожно встала, стараясь не разбудить его, и отправилась в ванную. Умывшись, пошла на кухню и, не включая свет, открыла холодильник.

В нем она обнаружила полкоробки свежей черники и кусок сыра с этикеткой магазина для гурманов. На столе лежала буханка домашнего пшеничного хлеба, Это подойдет.

Когда она открыла шкаф и нашла пластиковый стакан для воды, голос позади нее заставил ее вздрогнуть.

— Дейли…

Она обернулась, прижав руку к груди.

— Не делай так больше! — воскликнула Дейли. — Ты чуть не довел меня до сердечного приступа.

— Прости, любимая. — Он обнял ее за талию и поцеловал. — Я проснулся, а тебя нет.

На нем не было ничего, кроме облегающих черных трусов. Но Дейли взяла себя в руки.

— Я захотела есть. Ужин был давным-давно.

Тристан взглянул мимо нее на чернику и сыр.

— Я думаю, что мы можем найти что-то получше. Как насчет яиц и бекона?

— Ты сам приготовишь?

Тристан ущипнул ее за щеку и ухмыльнулся:

— Я умею делать много вещей, не сомневайся. Присядь у бара и поговори со мной, пока я готовлю.

— Если хочешь, я тебе помогу!

— Я не смогу сосредоточиться, если ты будешь слишком близко.

Он говорил ей милые, приятные слова, но она сомневалась в их искренности. Существовал ли стандартный сценарий, по которому мужчины вроде Тристана проводили романтические вечера? Интересно, для многих ли женщин он готовил завтрак?

Дейли беспокоили собственные мысли. Она чувствовала, что начинает ревновать Тристана к воображаемым любовницам. Дейли понимала, что если позволит этим мыслям терзать себя, то ничего хорошего из их отношений не выйдет.

Она села на барный стул и оперлась локтями о стойку, положив подбородок на ладони. Ей было интересно наблюдать, как ее возлюбленный уверенно ходит по собственной кухне. Его тело изгибалось и двигалось с мужской грацией. Он был на пике своей физической формы.

Как ни странно, но не его поразительное тело покорило девушку. Ее привлекло то, как он заботился о своем брате, крестном, а теперь и о Табби. У Тристана Гамильтона было доброе сердце и щедрый характер.

Вскоре кухня наполнилась аппетитным ароматом бекона.

— Хочешь кофе? — спросил он.

— Не сейчас. Я буду сок или молоко.

Тристан кивнул.

— Если хочешь, достань из холодильника масло и желе, а я нарежу немного хлеба для тостов.

Когда они вместе сели за уютный столик, у Дейли заурчало в животе.

Они ели в дружеском молчании. Она наблюдала за его руками. У него были длинные, изящные пальцы, и смотреть на его руки было наслаждением.

Дейли почувствовала, что счастлива сидеть в кухне Тристана и завтракать вместе с ним. Последние несколько лет она вкладывала всю свою энергию в работу. Теперь хотела сосредоточиться на личной жизни. Радость Табби трудно было не заметить. Дейли тоже хотела испытать чувство блаженства.

Расслабившись, она зевнула.

Тристан улыбнулся:

— Нам лучше поспать.

— Хорошо.

Они встали и вместе убрали со стола.

Он держал ее за руку, пока они шли по коридору. Когда укутались в одеяло, он притянул ее к себе:

— Итак, как мы теперь поступим, Дейли? Я хочу, чтобы ты была со мной счастлива.

Она попыталась избавиться от комка в горле.

— Может быть, нам стоит начать с малого. Я оставлю какие-то свои вещи здесь, а ты свои вещи — у меня дома. Мы можем больше оставаться вместе, но не будем мешать друг другу.

Он повернулся на бок и убрал волосы с ее щеки.

— Ты же не веришь, что мы сможем так существовать? Это ненадолго.

— Я хочу этого, — честно сказала она. — Но я не знаю. Я думаю, что будет лучше, если мы не будем форсировать события. Если кто-то из нас передумает, мы сможем вернуться к тому, с чего начали.

— К сексу без обязательств? — уточнил Тристан.

— Нет. Я не имела в виду ничего конкретного.

— Итак, ты говоришь, что у нас сейчас отличный секс, но если мы не сможем нормально общаться, то останемся и без отношений, и без секса.

— Ну, в принципе, ты прав.

— А как насчет того, чтобы показываться вместе на публике?

— Ну мы могли бы не афишировать наши отношения. Ты же понимаешь. Из-за работы.

— Ну если это то, чего ты хочешь…

— Я хочу быть с тобой, — ответила она.

Дейли удивилась, когда, проснувшись в воскресенье утром, она поняла, что они проспали почти до одиннадцати. На самом деле проснулась она одна. Тристан все еще спал.

Перед рассветом они снова дурачились. Тристан был очень мил. Его щедрые комплименты и искреннее удовольствие начали убеждать ее в том, что, возможно, он хотел этого шанса так же сильно, как и она.

Пока она была в душе, Табби написала Дейли, а Джон своему брату. Каждого из них, разумеется, по отдельности, молодая пара пригласила на прогулку по озеру.

Тристан, обнаженный и красивый, потягивался, его глаза были прикрыты, волосы растрепаны.

— Что ты думаешь? Ты хочешь провести несколько часов на озере?

— Мне нравится эта идея, — ответила Дейли, стараясь не смотреть на его возбужденный член. Этот человек был полон энергии.

Он заметил, что она наблюдает за ним, и ухмыльнулся:

— Ты видишь что-то, что тебе нравится, Дейли? Все, что тебе нужно сделать, — это спросить.

Она подняла подбородок.

— Я уже приняла душ, ты все проспал!

Он повалил ее на кровать, рассмеявшись, когда она вскрикнула и обвила руками его шею.

— Ничего страшного! Ты моя! Я думал, мы уже обо всем договорились.

Дейли резко вздохнула, когда ее мир на одно яркое мгновение стал кристально чистым.

— Да, — сказала она. — Но не забывай, что это работает в обе стороны. Если я напишу тебе с просьбой о сексе, буду рассчитывать на твое безоговорочное согласие.

Тристан моргнул. Румянец залил его скулы.

— А если я буду занят на работе? А если я буду не в настроении?

— Приоритеты, Тристан. Приоритеты!

Они почти опоздали на встречу с Табби и Джоном. Им пришлось заехать в квартиру Дейли, чтобы она могла переодеться и взять с собой купальник и солнцезащитный крем,

Пока мужчины готовили лодку к отплытию, Табби расспрашивала сестру:

— Вы с Тристаном выглядите ужасно мило вдвоем. Я так понимаю, вчерашний вечер прошел хорошо?

Дейли старалась не краснеть.

— Да.

Она сделала паузу, ей было трудно подобрать слова. К счастью, ее сестра оказалась терпеливой.

— Мы с Тристаном решили дать шанс этим отношениям, — тихо продолжила Дейли, оглядывая причал, чтобы убедиться, что их не подслушивают.

— Это потрясающе! Я никогда не видела, чтобы он заходил так далеко с женщиной. По крайней мере, с тех пор, как я его знаю. Ты ему очень нравишься, Дейли. А почему бы и нет? Ты замечательный человек и прекрасная девушка!

— Спасибо за поддержку, — ухмыльнулась Дейли. — Но, честно говоря, именно в такие дни, как сегодня, я сомневаюсь. Что произойдет, если мы с Тристаном не сможем ужиться вместе?

— Не думай о том, что будет! Наслаждайся! Тебе не обязательно знать ответы на все вопросы прямо сейчас.

Дейли изо всех сил старалась следовать совету сестры.

Это был идеальный день. Хотя у них было много закусок и напитков, к шести часам всем захотелось настоящей еды. Вернувшись на пристань, они разгрузились и договорились отправиться в небольшой ресторанчик неподалеку.

Табби внезапно подняла тему, о которой никто не вспоминал весь день.

— Так скажи мне, Тристан. Ты собираешься купить компанию? Джон сказал, что ты не уверен.

Дейли замерла, не понимая, стоит ли ей присутствовать при этом семейном разговоре. Табби теперь была Гамильтон. А Дейли нет.

Тристан поморщился:

— Я не совсем уверен. Я много думал об этом после разговора с Гамильтоном. Я был бы ослом, если бы сказал «нет», потому что он, по сути, отдает мне компанию. Это чрезвычайно щедрый жест с его стороны. Он верит, что я буду действовать правильно.

Джон нахмурился:

— Но ты ведь можешь продать компанию после того, как он уйдет, верно?

— Может быть. — Тристан пожал плечами, выражение его лица стало настороженным. — Или, может быть, мы с Дейли могли бы восстановить бренд с нуля. Все эти годы я был доволен тем, что позволял Гарольду командовать. Он был добр ко мне, и мне не хотелось раскачивать лодку. Но если бы «Либерман и Данн» действительно принадлежали мне, я бы мог свободно менять там все, не испытывая вины. Что ты думаешь, Дейли?

Она почувствовала на себе взгляды всех присутствующих.

— Э-э-э, ну, я едва начала там работать, Тристан. Я не знаю, имею ли право помогать тебе принимать такие решения.

Джон явно уловил ее беспокойство.

— У вас обоих есть достаточно времени, чтобы обсудить детали. Гарольду понадобится как минимум несколько недель, чтобы разобраться с юридическими вопросами. К тому же это выходные. Работа может подождать. Кто хочет мороженого?

Тристан знал, что его импульсивные комментарии напугали Дейли, но не понимал почему. На обратном пути в Атланту она почти все время молчала.

Они уже почти вернулись в город, когда он снова заговорил о том, где она переночует.

Дейли покачала головой:

— Я не прочь остаться у тебя, но завтра понедельник. Сегодня вечером мне нужно поработать хотя бы пару часов, чтобы быть готовой к важной встрече. А если я останусь у тебя… ну, ты знаешь, что произойдет.

— Понимаю, — вздохнул он, борясь с разочарованием.

Она коснулась его руки:

— Эти были замечательные выходные, Тристан. Я с удовольствием продолжила бы их, но моя команда все еще обустраивается. Мне нужно быть на сто процентов вовлеченной в работу. Люди рассчитывают на меня. Ты это понимаешь.

— Да, — сказал он. — Но мне это не обязательно должно нравиться.

Он проводил ее наверх к ее квартире и поцеловал у двери.

— Спокойной ночи, Тристан!

— У нас есть соглашение, Дейли. Никаких решительных действий. Одна неделя зараз. Или по одному дню, если тебе так удобнее. Теперь мы в одной команде.

Ее губы изогнулись в широкой улыбке.

— И что это за команда? Разве мы не староваты для таких игр?

Тристан наклонился и укусил ее мочку уха.

— Это для того, чтобы ты не забывала обо мне, моя милая.

— Как будто я смогу. — Она обхватила его лицо ладонями и быстро поцеловала. — Увидимся!

Для Дейли следующая неделя превратилась в экспресс-курс по разделению личных и рабочих отношений. В понедельник, вторник и среду Гарольд приходил к ней в офис и приводил новых клиентов.

Тристан снова скрывался от нее. Или он избегал «решительных действий», или он пытался соблюдать ее границы.

В любом случае она скучала по нему.

В четверг Дейли ушла пораньше, чтобы встретиться с Табби в ее школе, где началась подготовка к новому учебному году. В мае учителям пришлось упаковать все свои вещи, потому что в здании начался ремонт, как только дети ушли на каникулы.

Ее сестра выглядела измотанной.

— Ты в порядке, Табби?

— Не знаю! — всплеснула руками сестра. — Они перевезли куда-то все мои вещи. Теперь мне надо их искать по всей школе.

— Но я пришла, чтобы тебе помочь. Где я могу переодеться?

Табби указала направление:

— Вон там женский туалет.

Дейли вернулась через несколько минут, смеясь.

— Туалеты такие маленькие.

— Я могла бы отправить тебя в учительскую, но боялась, что ты заблудишься и не вернешься.

— Я здесь ради вас, миссис Гамильтон. Кстати, ты ведь знаешь, что тебе нужна новая табличка с именем?

Внезапно Табби разрыдалась.

Дейли ошеломленно замерла.

— Извини, если я как-то обидела тебя, — залепетала она. — Табличка с именем не имеет значения. Давай забудем про нее. Нам надо передвинуть столы, я правильно поняла?

— Дело не в этом, — всхлипнула Табби.

— Тогда что же такое, дорогая?

Табби была бледна как молоко. Она оглядела открытый класс, чтобы убедиться, что поблизости никого нет.

— Я думаю, что беременна.

Дейли просияла:

— Это невероятно, дорогая. Поздравляю!

— Это не невероятно, — возразила Табби, выглядя гордо и в то же время испуганно. — Учительницам полагается беременеть в конце июня, чтобы весной уйти в декретный отпуск. Негласное правило. Но я думаю, что мы ошиблись в первый вечер, когда вернулись домой после медового месяца. Мы были так рады оказаться в своей постели, что…

Дейли прикрыла рот сестры рукой.

— Тише, дорогая! Ты понимаешь, какую ерунду ты говоришь? Никто не может законодательно устанавливать сроки зачатия.

— Это не закон, — угрюмо сказала Табби. — Так принято.

— Что думает Джон?

Слезы снова потекли по лицу сестры.

— Он еще не знает. Я боюсь ему сказать. Он попытается внести изменения в работу, чтобы его график позволил ему больше времени проводить дома.

Дейли снова обняла сестру, удивляясь тому, что маленькая Табби сделала огромный шаг вперед по сравнению с ней.

— Поздравляю, дорогая! Я думаю, это, наверное, гормоны тебя расстраивают, да?

Все будет хорошо, клянусь. Мы приведем этот класс в порядок, а потом ты сможешь пойти домой и сообщить своему любимому мужу хорошие новости.

Наконец Табби перестала плакать, и они проработали два с половиной часа.

Дейли поправила плакат на стене и взглянула на сестру, которая заполняла ящики учительского стола принадлежностями.

— Табби? Могу я задать тебе личный вопрос?

Сестра резко вскинула голову:

— Конечно.

— Тебе было легко влюбиться в Джона? То есть ты понимала, что это произойдет? С самого начала?

Дейли знала, что общие друзья устроили им свидание вслепую и что между первым свиданием и следующим был значительный перерыв.

Табби хорошо знала свою сестру и понимала, что та задает вопросы не просто так. Но не стала любопытствовать. Вместо этого она ответила:

— О нет. Это было совсем непросто. У нас с ним не было почти ничего общего. Я целый день работаю с детьми, а он управляет миллионами долларов. Поначалу я была уверена, что нам не о чем будет говорить.

— А что было сложнее всего?

Табби пожала плечами:

— Он однажды позвал меня на свидание, но сам не пришел. И на этом для меня почти все закончилось. Я не дива. Я не требую рабской преданности. Но мне определенно нужен был мужчина, который был бы заботливым и уважал меня.

— Что случилось потом?

— Я ясно дала понять, что его поведение неприемлемо. Но правда в том, Дейли, что мне тоже пришлось как-то измениться. Работа Джона требует присутствия на общественных мероприятиях. Я пыталась отказаться от них в течение нескольких месяцев. Я была уверена, что его клиенты увидят во мне скучного учителя государственной школы. И ты помнишь, что я всегда была стеснительной. Но Джон не позволил мне отойти на второй план. А однажды вечером я увидела, как он шел по подъездной дорожке, чтобы забрать меня, и я поняла, что в него по уши влюблена. Это чувство меня сильно напугало.

— Но в итоге все сложилось так, как должно было быть.

— Это правда. Я счастлива.

У Дейли заболела голова от попыток логически проанализировать свою личную жизнь. Любовь бросила вызов логике.

Дейли и Табби уже собирали свои вещи, готовясь уйти, когда появился Джон с новым модным вращающимся креслом с красным бантом.

— Я принес своей жене подарок в честь возвращения в школу, — сказал он.

Как и следовало ожидать, Табби снова разрыдалась.

Панику на лице Джона было больно видеть. Он бросил на Дейли ошеломленный вопросительный взгляд:

— Что происходит?

— Я выйду в коридор, — тихо сказала Дейли и сжала руку сестры. — Не волнуйся, Табби. Все будет хорошо, обещаю.

Полчаса спустя все трое вышли на солнечный свет. Джон настоял на том, чтобы нести большую сумку своей маленькой жены, и заботливо обнимал Табби за талию.

Дейли открыла дверцу машины и улыбнулась:

— Я рада за вас, ребята!

Табби все еще казалась неуверенной, но у Дейли было предчувствие, что Джон сможет изменить ее настроение.

Утром в пятницу Тристан ворвался в офис Дейли, как будто делал это каждый день. Она не закрыла дверь, иначе это выглядело бы подозрительно. Но она понизила голос, ее глаза расширились от удивления.

— Что ты здесь делаешь? Разве мы не договорились не общаться на работе?

Он ухмыльнулся, присев на угол ее стола.

— Я подумал, что нам стоит сегодня вечером пригласить будущих родителей на ужин, чтобы отпраздновать важную новость.

— О, — с облегчением вздохнула она. — Значит, это не свидание. Просто семейный праздник. Я понимаю. Да. Хорошо. Ты спросил их?

— Да, они согласны.

— Отлично. Но что, если бы у меня были планы?

Он поднял голову, его улыбка исчезла.

— Сегодня пятница. Я предположил, что моя вторая половинка, возможно, захочет провести выходные со мной.

— Справедливо. — Дейли постучала карандашом по столу. — А могу я задать вам вопрос, связанный с работой, мистер Гамильтон?

— Не сдерживай себя!

— В прошлое воскресенье, когда мы катались на лодке с Табби и Джоном, почему ты сказал, что я помогу компании двигаться в новом направлении вместе с тобой?

Тристан встал и засунул руки в карманы. Дверь была открыта. Они все еще говорили приглушенным голосом. Любой проходящий мимо мог подумать, что они вели деловой разговор.

Выражение лица Тристана стало мрачным.

— Потому что я именно так и думаю. Это логично. Каждый из нас обладает знаниями и опытом, которые могут дополнить друг друга.

— Мне кажется, ты выдаешь желаемое за действительное. Мы можем продуктивно работать вместе или иметь личные отношения. Я не думаю, что и то и другое возможно.

Он медленно покачал головой:

— В твоей жизни много правил, Дейли, и они мешают тебе жить. У тебя все рассортировано по ячейкам, столбцам и категориям. Я думаю о картине в целом. Я представляю себе будущее, в котором мы оба эмоционально привязаны к «Либерман и Данн». Я глупец, я думал, ты обрадуешься. Но, видимо, в твоей жизни есть место только для одной версии нас с тобой.

Тристан был раздражен. Это было ясно.

— Я не говорю, что этого не может произойти, но как насчет того, чтобы действовать постепенно?

Теперь его голубые глаза сверкали разочарованием.

— Я искренне сомневаюсь, что отношения между нами могут сложиться, если ты всегда будешь стоять в стороне, чтобы иметь возможность убежать, если тебе что-то не понравится.

— Это несправедливо, — ответила Дейли. Она не ожидала, что этот вначале игривый разговор превратится в медленно нарастающий скандал.

— Отнюдь. Ты сомневалась во мне с самого начала, и да, я это понимаю. Я не был образцом верного мужчины. Но как ты можешь ожидать этого от меня, если боишься рискнуть? — Тристан провел рукой по волосам, взъерошивая свою идеальную укладку. — В какой-то момент нам придется доверять друг другу.

Сдерживаемое раздражение в его голосе сказало ей все, что нужно было знать о его настроении. Дейли встала и закрыла дверь.

— Мне очень жаль, — сказала она тихо. — Ты прав. Я сдерживаюсь, потому что не хочу, чтобы ты причинил мне боль.

Он скрестил руки на груди и поморщился:

— Это была наша первая официальная ссора?

— Разве мы раньше не ссорились? — усмехнулась Дейли. — Тебе не приходило в голову, Тристан, что мы ссоримся потому, что мы очень похожи?

Тристан прошелся по ее кабинету.

— Мы амбициозны. Мы сосредоточенны, когда дело касается нашей карьеры. Мы любим и уважаем семью. Но мы оба думаем, что нам лучше жить в одиночестве, хотя мы изо всех сил стараемся поверить в обратное.

— Это очень проницательно, Тристан. Не обязательно лестно, но проницательно.

Он протянул ей руку:

— Перемирие?

Дейли подошла к Тристану и положила голову ему на плечо.

— Больше чем перемирие, — сказала она. — Обещание. Я выбираю тебя.

Он резко выдохнул, его руки обвили и крепко обняли ее.

— Я хочу тебя поцеловать, но не могу. Не здесь.

Дейли отошла от него, хотя это было последнее, что ей хотелось сделать.

— У нас для этого есть выходные, — сказала она.

Он смотрел на нее горящим взглядом.

— Ты останешься у меня на ночь, Дейли?

— Мне очень нравится твой дом. Я соберу сумку и оставлю ее в твоем багажнике. Когда ты заберешь меня?

— Как насчет шести? Я забронировал столик на шесть тридцать. Джон и Табби встретят нас там.

Разговор перешел в мирное русло, хотя подводные течения все еще бурлили.

— Тебе пора идти, — тихо сказала Дейли. — Надо работать. Когда ты здесь, я не чувствую себя взрослой и ответственной.

Тристан вздохнул:

— Я тоже. Что ты подумала, когда Табби сказала тебе, что беременна?

— Я была в восторге. Но для нее это неожиданность. Незапланированная беременность. Она чувствует себя неуверенно.

— Джон ее успокоит. Он на седьмом небе от счастья. Я сочувствую своему брату. Ему понадобятся стальные нервы. Беременности могут протекать по-разному. Нужно очень внимательно следить за своим здоровьем. Но мы поддержим их, и это будет здорово.

Он притянул ее к себе и крепко поцеловал.

— Все будет отлично, Дейли. Все!

Казалось, Тристан действительно беспокоился о Табби.

Почему? Он хотел стать врачом из-за болезни матери. Теперь он боялся за жену брата. Но повода для тревоги сейчас не было.

И все же что-то в беспокойстве Тристана не давало Дейли покоя.

А вдруг он никогда не захочет детей?

По дороге домой в тот день она осознала свою самую большую ошибку. Ей не нравилось жить настоящим моментом. Ни одна пара никогда не знала, как будут развиваться их отношения. Было неразумно пытаться получить ответы на все свои вопросы, а только потом разрешить себе влюбиться.

Либо она будет доверять Тристану, либо нет. Если они выяснят, что их цели в жизни не совпадают, возможно, они смогут расстаться друзьями.

Когда Тристан появился у ее двери в шесть и подарил ей глубокий чудесный поцелуй, Дейли поняла, что не хочет расставаться с ним. Тристан принадлежал ей. И он украл ее сердце, когда она на секунду забылась.

Поскольку вечер был по радостному поводу, Дейли знала, что ей нужно сосредоточиться на Табби и Джоне и оставить свои романтические переживания при себе.

Табби выглядела лучше, чем вчера. Но теперь у нее начались приступы тошноты.

Дейли подняла стакан:

— Давайте выпьем за этого ребенка!

Табби пила воду, а остальные — белое вино.

Тристан улыбнулся:

— А потом за маму и папу. Пусть вы всегда будете такими счастливыми, как сейчас. И пусть этот малыш принесет бесконечную радость в ваш дом.

Джон усмехнулся, когда из глаз его жены потекли слезы.

— Мне придется купить побольше носовых платков.

Табби кивнула:

— Я просто не могу перестать плакать. Пожалуйста, скажите, что скоро мне станет лучше. Раньше я плакала в кино. Теперь я плачу, когда смотрю скучную рекламу про машины. Я в шоке от самой себя!

— С тобой все будет в порядке, — заверила Дейли, сочувственно смеясь. Затем она бросила на Тристана вопросительный взгляд. Он кивнул. — Мы так рады за вас, ребята, — продолжила она. — Мы с Тристаном хотим купить вам детскую мебель. Как способ отблагодарить за счастье, которое вы двое принесли в нашу жизнь.

Теперь Табби действительно потеряла самообладание.

Тристан наблюдал, как Дейли уводит Табби в дамскую комнату. Он понял, что любит эту девушку. Что он не сможет жить без нее.

Джон коснулся его руки.

— Ты рассказал ей, что чувствуешь? — тихо спросил он.

— Не знаю, смог ли я объяснить ей свои чувства, — поморщился Тристан.

Прежде чем Джон успел расспросить его подробнее, женщины вернулись к столу. Мужчины встали.

Джон поцеловал Табби в щеку.

— Лучше, любовь моя?

— Да. Но я ужасно устала. Это было здорово. Спасибо вам за ужин.

Дейли поцеловала Табби в другую щеку.

— Ложись в кровать и отдохни, маленькая мама. Потом у нас будет много поводов для вечеринок.

На стоянке они попрощались.

Когда Джон и Табби отъехали, Тристан посмотрел на Дейли:

— Ты готова поехать домой?

— Я с нетерпением ждала этого весь день. Все время думала о тебе…

— Неделя — это слишком долго, Дейли, — тихо сказал Тристан. — И я думаю, ты будешь ругаться и заламывать руки, если я предложу жить вместе.

От удивления она открыла рот. Ее щеки покраснели.

— Сколько ты выпил?

— Один бокал вина. Даже не полностью. Я абсолютно трезв. Мне не нравится расставаться на несколько дней.

— Хорошо. Возможно, мы сможем поговорить об этом позже.

— После секса?

Она улыбнулась:

— Конечно.

Тристан усадил Дейли в машину и наклонился, чтобы поцеловать ее в шею.

— Я хочу сделать нас обоих очень, очень счастливыми, — прошептал он.

Всю дорогу домой Дейли молчала. Он знал, что шокировал ее. Да, он и сам себя шокировал!

Дейли проснулась в субботу утром с ощущением напряжения во всем теле.

Тристан был ненасытен. Его потребность в ней вселила в нее надежду, что он готов к серьезным отношениям. Если это было правдой, она была счастливой женщиной.

Может быть, он заговорил о совместном проживании под влиянием момента? Знали ли они друг друга достаточно хорошо, чтобы пойти на такой шаг?

Сейчас она не собиралась об этом беспокоиться.

Их отношения складывались хорошо. Она не хотела раскачивать лодку. На данный момент она была довольна.

К тому времени, как Тристан в десять часов утра пришел на кухню, Дейли уже разобралась с его кофеваркой. Он что-то пробормотал, взял чашку, наполнил ее, а затем добавил сахар и сливки. Как этому мужчине удавалось оставаться в такой прекрасной форме?

Она ждала, пока подействует кофеин. Он тоже.

В конце концов, его взгляд прояснился.

— Доброе утро, — сказал он.

— Доброе утро! Тебе не нужно было вставать.

— Я не хотел терять ни минуты нашего дня.

— Нашего дня? — удивилась она. — Я думала, ты отвезешь меня домой. Я обедаю с друзьями в полдень.

— Отмени, — улыбнулся Тристан. — Пожалуйста.

Соблазн был велик. Но что-то подсказывало Дейли, что ей нужно сохранить свою независимость, иначе она рискует быть поглощенной его сильной личностью.

— Я хотела бы остаться на весь день, — призналась она, поднеся чашку к губам и вдыхая аромат кофе. — Но это старые друзья, и нам долго не удавалось собраться вместе. Я не хочу отменять эту встречу. Тем более за пару часов до нее.

— Ладно, — проворчал он. — Но ты вернешься позже, верно?

— У вас с Джоном турнир по гольфу в четыре.

Дейли увидела момент, когда это произошло. Он выругался про себя и налил себе еще кофе.

— Я могу отказаться.

— Это же благотворительность, — напомнила она. — Детская больница. Помнишь? К тому же на улице будет отличная погода.

Решив, что он выпил достаточно кофе, она пересекла кухню и обняла его за талию.

— У нас есть все время мира, Тристан. Я же никуда не уеду.

— За исключением твоей квартиры, — возразил он. — Как насчет сегодняшнего вечера и завтрашнего дня?

— Позволь мне обдумать твое удивительное предложение. При условии, что ты говоришь серьезно.

— Я серьезно, — сказал он.

— Если мы собираемся жить вместе какое-то время, я хочу подумать о вещах, которые мне здесь понадобятся.

Тристан поцеловал ее в макушку, а затем положил ладонь на ее грудь.

— В понедельник вечером, Дейли. Что насчет понедельника?

— Я думала, ты дашь мне время подумать об этом.

— Сорок восемь часов — щедрый срок. Скажи мне, что ты согласна!

— Может быть. Вероятно. Полагаю, я могла бы собрать пару коробок.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда решено.

До конца выходных Тристан чувствовал себя опустошенным. Он играл в гольф с Джоном. После этого ужинал с друзьями. Большую часть дня в воскресенье он провел за разборкой шкафа и освобождением места для вещей Дейли.

В понедельник он пришел в офис пораньше и погрузился в работу. Три часа он изучал документы и наконец сумел прочитать все письма, пришедшие по электронной почте.

Он и Дейли не разговаривали с тех пор, как она ушла в субботу утром. Это нормально. Ей нужно было время, чтобы обдумать его предложение. Он не хотел ее спугнуть. Если он правильно понял ситуацию, она хотела того же, что и он.

В одиннадцать тридцать Тристан захотел есть. Возможно, Гарольд тоже согласится пообедать с ним.

Он был всего в нескольких шагах от двери своего крестного, когда услышал крик Милдред, ассистентки Гарольда.

Тристан побежал, инстинктивно понимая, что что-то случилось.

Когда он ворвался в кабинет, Милдред стояла на коленях рядом с Гарольдом. Она бросила на него взгляд, полный паники.

— Он упал! — крикнула она. — Неожиданно упал!

Тристан тоже бросился на колени.

— Позвоните в 911!

Он тряс Гарольда, пытаясь привести его в чувство. Лицо старика было пепельного цвета, на лбу выступил пот. Как ни старался, Тристан не мог определить, дышит он или нет. Тристан не мог найти пульс. Тогда он подавил свой страх и начал делать искусственное дыхание. Он прошел специальное обучение всего три месяца назад.

Следующие минуты тянулись мучительно медленно. Он делал искусственное дыхание и массаж сердца снова и снова, пока у него не заболели руки и спина. Каждые несколько минут он останавливался, чтобы проверить, не появилось ли дыхание. Но изменений не было.

Он начал молиться про себя.

Наконец прибыли медики.

Пока профессионалы доставали свое оборудование, Тристан продолжал упорно бороться за жизнь Гарольда. Он не мог остановиться. Гарольд не должен был умереть. Не так и не сейчас.

В конце концов, седой врач опустился на колени рядом с ним и положил руку Тристану на плечо.

— Хватит, сынок. Он ушел. Мне жаль. Ты все сделал правильно.

Команда медиков погрузила тело на каталку. Время застыло на месте. Пришел судмедэксперт и зафиксировал время смерти.

А потом тело увезли.

Тристан откашлялся.

— Закройте офис, пожалуйста. Скажите всем идти домой. О дальнейшем я сообщу по электронной почте.

Постепенно комната опустела.

Осталась только Дейли. Когда она подошла, чтобы обнять его, он отстранился от нее.

— Мне нужно разобраться с делами, — сказал он. — Извини!

Он увидел удивление на ее лице. Но ему становилось неприятно, когда она прикасалась к нему. Не сейчас.

Дейли отступила назад, но не ушла.

— Давай я принесу тебе бутылку воды, — тихо сказала она. — Ты в шоке, Тристан.

— Я в порядке, — резко ответил он, и сам удивился своему тону. Ему не следует говорить так с ней. Она всего лишь пыталась помочь.

— Ты не в порядке. Я позвонила Джону. Он должен быть здесь в ближайшее время. И он сообщит обо всем твоему отцу. Пожалуйста, зайди в свой офис и сядь.

— Мне не нужна няня, — прорычал он.

К ее чести, Дейли ничего не сказала. Она даже не вздрогнула.

Она снова подошла к нему. На этот раз он не отступил.

Ее руки сжались вокруг его талии. Она крепко обняла его.

— Мне очень жаль, — прошептала она.

Тристан понял, что плачет.

— Он был для меня родным человеком, — прохрипел он. — Другом. Наставником. Он научил меня всему. Придал мне уверенности в себе. Помог с карьерой.

— Он очень гордился тобой, — шепнула Дейли.

Утешение и поддержка Дейли были для него роскошью, которую он не мог себе позволить.

— Так нельзя, — коротко сказал он и отодвинулся от нее. — Офис закрывается, Дейли. Иди домой.

Тристан жил, не замечая ничего вокруг себя. Он организовал похороны, старался восстановить работу офиса и общался с клиентами. Дни были похожи один на другой.

Во вторник вечером он ужинал вместе с Джоном. Тот с беспокойством наблюдал за братом.

— Очевидно, Гарольд знал о своем здоровье больше, чем сообщил тебе, — сказал Джон. — Может быть, он вообще не собирался проходить химиотерапию. Возможно, разговоры о продаже компании были его способом сообщить нам, что он умирает.

— Он выбрал ужасный способ сообщить об этом, — огрызнулся Тристан. — Он был обязан рассказать нам правду.

— А что, если он не знал? — тихо спросил Джон. — Что, если его сердце просто остановилось? Такое случается, Тристан.

Тристан обхватил голову руками, чувствуя себя опустошенным и разбитым.

— Почему ты не позвонишь Дейли? Пусть она приедет. Тебе нужен кто-то рядом.

— Мне никто не нужен, — ответил Тристан, хотя и без особого энтузиазма. В его голове все перемешалось, но это он знал точно. Отношения с Дейли закончились. Может быть, он любил ее. Может быть, нет. Но он никогда больше не хочет переживать это мучительное чувство утраты. Для него лучше будет жить одному.

Он инстинктивно знал это в течение многих лет и жил именно так.

Но милый характер и сексуальное тело Дейли заставили его поверить, что некоторые вещи стоят риска.

Но все же нет. Никакой риск не стоил этой боли.

Они не были парой. Это было к лучшему.

Дейли думала, что очень хорошо знает Тристана Гамильтона. Но она ошиблась. Никогда не ожидала от него такого поведения. Он просто перестал замечать ее.

Табби и Джон пытались извиниться за Тристана. Ведь он был убит горем и чувствовал вину за то, что не смог спасти своего крестного.

Но Дейли видела в этом нечто большее. Именно в такие минуты влюбленные люди поддерживали друг друга. Но Тристан ясно дал понять, что не хочет видеть ее в это самое эмоционально напряженное время своей жизни.

Он справлялся самостоятельно.

Первые два дня она говорила себе, что это его способ справиться со стрессом. Но потом Табби пришлось сказать Дейли, что она не будет сидеть вместе с семьей на похоронах в четверг. Дейли стоически приняла удар. Она была раздавлена, но не хотела демонстрировать беременной Табби свое плохое настроение.

Когда Дейли осталась одна, дала волю слезам. Часы плача не принесли пользы. Компания была закрыта всю неделю. Ей некуда было идти, нечего делать.

Почему она позволила себе поверить, что Тристан вообще может полюбить женщину?

Дейли присутствовала на похоронах. Не пойти туда было бы неправильно. Несмотря на недостатки Тристана, Джон и Табби нуждались в ее поддержке.

Когда Тристан встал, чтобы произнести прощальную речь, ей стало так плохо, что она думала, что упадет в обморок.

Он выглядел ужасно.

Его слова шли от сердца. Очевидно, он способен на глубокие эмоции. Но не любовь.

Похороны были недолгими. Джон и Табби пригласили ее к себе домой на небольшую панихиду. Она отказалась.

Теперь ей было ясно, что у них нет будущего. Она не могла быть с кем-то, кто относился бы к ней с черствым равнодушием. Но любовь нелегко изгнать, даже если любимый человек был так жесток.

Ей пришлось попытаться еще раз связаться с ним. Не потому, что она думала, что он все-таки любит ее или что они помирятся, а потому, что, несмотря ни на что, она беспокоилась о нем.

В пятницу она приготовила лазанью, салат и булочки. Она упаковала все это в одноразовые контейнеры, погрузила в багажник и не раздумывая поехала к дому Тристана.

Его машина стояла у входа в дом.

Когда Дейли позвонила, Тристан сразу открыл дверь, хотя и не пригласил ее войти.

— Почему ты здесь? — спросил он бесстрастно.

— Я привезла тебе ужин.

— Спасибо.

— Мы можем поговорить минутку?

Тристан взял контейнеры, поставил их на столик в коридоре, но по-прежнему не сдвинулся с места.

— Не думаю. Мне нечего сказать. Я допустил ошибку. Ты очень милая женщина, но у нас с тобой нет будущего.

Дейли согласилась с ним. Но эта надоедливая тоска по нему удерживала ее ноги на месте.

— И все же ты попросил меня переехать, — едко напомнила она ему.

Тристан вздрогнул.

— Это говорил мой член, не мой мозг. Мне очень жаль, Дейли.

— И все? Ничего больше? Я люблю тебя, Тристан. Я думаю, ты это знаешь.

Он пожал плечами:

— Ты справишься с этим. Я не очень хороший человек. Ты заслуживаешь лучшего.

Ее переполняла ярость. Она поняла, что у нее нет никакой возможности прорваться сквозь его нарочитую стену безразличия.

— Ты любишь меня? — спросила Дейли. Горло у нее сжалось.

Он пристально посмотрел на нее. В его глазах она увидела невероятное страдание.

— Не важно, люблю я тебя или нет, — пробормотал Тристан. — Всего хорошего, Дейли.

И он закрыл дверь перед ее носом.

В понедельник утром офисы «Либерман и Данн» снова открылись. Клиенты отнеслись с пониманием к временному закрытию компании, но некоторые проекты были срочными. У Тристана не было другого выбора, кроме как взять управление на себя.

Единственное, чего он хотел больше всего на свете, — это пойти в офис Дейли и обнять ее. Избавиться от этого ужасного узла боли и сожаления в горле.

Вместо этого он сохранял ледяной контроль и делал то, что должен был делать.

Каждое утро в восемь Тристан приходил в свой кабинет. Там он занимался делами, одновременно думая о том, как ему помириться с Дейли. Он хотел, чтобы она простила его, даже если их личные отношения уже закончились.

Как-то утром Тристан понял, что сам со своими проектами он больше не справляется. Он поднялся и пошел по коридору. Ему не хотелось заходить в этот офис. Он не хотел видеть то место, где его друг и наставник сделал свой последний вздох.

Тристан переступил порог, остановился и резко вздохнул.

— Как вы держитесь, Милдред? — спросил он ассистентку Гарольда.

Ее глаза наполнились слезами, но она сдержалась.

— Я в порядке, мистер Гамильтон. Гарольд был хорошим человеком. Я рада, что он недолго страдал.

— Вы знали, что у него запущенный рак?

Она поморщилась:

— Я подозревала именно это. Время от времени ему поступали телефонные звонки из больницы.

Тристан медленно покачал головой, вспоминая тот ужасный день. Прошла всего неделя, но казалось, что Гарольд умер уже давно.

— Я думал, что он справится, — сказал он.

Милдред понимающе улыбнулась:

— Мы всегда надеемся на лучшее. Ведь думать о смерти тяжело. Мы замалчиваем это и предполагаем, что люди, которых мы любим, будут с нами всегда. Я думаю, это естественная человеческая реакция. Вам не нужно ни о чем сожалеть. Я достаточно взрослая, чтобы быть вашей матерью, поэтому думаю, что могу это сказать. Он любил вас, и вы оказали ему честь, взяв на себя ту роль, которую он отвел для вас в «Либерман и Данн».

— Спасибо, — сказал Тристан и откашлялся. — Остались ли какие-то дела, которые требуют моего немедленного внимания?

— Только одно, — оживилась Милдред и достала из папки лист бумаги. — Мисс Мартин хотела воспользоваться оговоркой об освобождении от ответственности. Она упомянула, что подписала контракт с Гарольдом, и теперь, когда его нет, она не готова продолжать работать у нас. Все, что вам нужно сделать, — это подписать соглашение, и я отправлю его в юридический отдел.

Тристан замер. Он взял бумагу, но буквы расплывались перед его глазами. Он был растерян.

— Пожалуйста, попросите ее немедленно прийти ко мне в офис, — сказал он. — Я разберусь с этим.

Он вернулся в себе и попросил свою ассистентку не беспокоить его, когда приедет Дейли Мартин. Затем сел за стол и стал ждать.

Двадцать минут спустя Дейли ворвалась в его дверь. Она была в ярости.

— Как ты смеешь вызывать меня сюда, как провинившегося ребенка? — прошипела она.

— Закрой дверь.

— Закрой сам!

Тристан поднялся, спокойно закрыл дверь и был вынужден пройти мимо нее во второй раз, чтобы сесть за свой стол.

— Присаживайся, — сказал он, махнув рукой на стул для посетителей.

— Я постою. Это не займет много времени, — возразила девушка.

Внезапно он увидел себя ее глазами, и ему стало стыдно. У Дейли было больше мужества, чем у него. Несмотря на его эгоистичное отношение к ней, в пятницу вечером она принесла ему ужин. Но он оставил ее стоять на улице. Отказался от ее внимания и заботы. Сделал вид, что его чувства к ней не важны.

Вся его бездушная глупость стала очевидна ему. Он был идиотом и дураком.

Лед, сковывающий его семь дней, начал таять. Наконец ему стало ясно, что он потерял и что может потерять даже сейчас.

Гарольд ушел, и изменить это было невозможно. Но Дейли все еще была здесь, с ним. Он должен удержать ее, хотя бы попытаться!

Поскольку она не хотела сидеть, он тоже встал.

— Мне очень жаль, — начал Тристан. — Я потерял рассудок, когда Гарольд умер. Я хотел быть один.

Ее настроение не смягчилось ни на йоту.

— Так ты думал, что лучше страдать в одиночку? Ты осел, Тристан Гамильтон.

Нормальные люди в кризис обращаются к близким. Но я забыла, — сказала она. — Ты меня не любишь. Ты никогда меня не любил.

— Ты знаешь, что я люблю тебя, — пробормотал он, засунув руки в карманы. — Я влюбился в тебя во время свадебных выходных Табби и Джона. Но я сначала не знал, что это любовь. Я списал свои чувства на хороший секс.

Дейли молча смотрела на него.

— Если это аргумент в твою защиту, то твоя девушка из института все поняла неправильно. Не кочан салата. Скорее, ты эмоционален, как репа, Тристан Гамильтон. Не пытайся убеждать меня в обратном после того ада, через который мне пришлось пройти только благодаря тебе. Я не наивная дурочка.

Она была мечтой, которую он потерял по своей вине.

— Ты — единственная женщина, которую я когда-либо любил, — сказал он, едва выдавливая слова из горла. — Вот почему я был в ужасе, Дейли. Я не знал и не знаю, как с этим справиться.

— О, Тристан! — Она рухнула на стул и закрыла лицо руками. — Я не могу тебе помочь. Я не могу исправить прошлое. Если ты так считаешь, мы не можем этого сделать. Отношения предполагают эмоциональную уязвимость.

Она тихо плакала. Присев рядом с ней, он коснулся ее колена.

— Мне не нужно, чтобы ты что-то исправляла. Правда в том, что сегодня утром, когда Милдред сказала, что ты покидаешь компанию, я все понял. Потерять тебя было бы для меня невыносимо. Не оставляй меня, любовь моя. Клянусь, я буду тем мужчиной, которого ты заслуживаешь.

Дейли подняла голову, и они встретились взглядами. Нетвердой рукой она провела пальцами по его волосам. Ее взгляд искал что-то в его лице.

— Тристан…

Он поморщился:

— Я знаю, что тебе может потребоваться время, чтобы поверить мне и простить меня. Но я буду ждать столько, сколько потребуется. Я не могу тебя потерять.

— Теперь ты большой босс. Сомневаюсь, что у тебя найдется время для самоанализа.

— Работа на втором месте, — твердо сказал он. — Ты на первом. Я клянусь. Ты изменила мой мир, Дейли. Прости меня за то, что причинил тебе боль. Эта последняя неделя прошла бы намного легче, если бы ты была рядом со мной. Я не справился. Пожалуйста, дай мне еще один шанс.

Она медленно покачала головой:

— Я хочу от тебя гораздо большего, чем просто секс, Тристан. Я хочу общаться с тобой, делиться секретами, вместе смотреть телевизор. Я хочу поддерживать тебя на работе и дома. Мне нужно то же самое от тебя. А еще я хочу детей. Это большой список требований.

Да, Тристан испытывал страх перед постоянными отношениями, но нельзя же бояться всю жизнь!

— Ты — все, чего я когда-либо хотел, Дейли. Я потрачу свою жизнь, доказывая тебе, что мы идеальная пара. Мне очень жаль, дорогая. Пожалуйста, скажи мне, что ты найдешь в своем сердце силы простить меня.

Дейли вздохнула и обняла его.

— У меня нет особого выбора, — прошептала она. — Я думаю, что не смогу жить без тебя. Я была счастливой одинокой женщиной, но ты вторгся в мою жизнь и изменил ее. Поцелуй меня, чтобы я знала, что это реально.

— Я люблю тебя, Дейли. Выходи за меня замуж. Вместе мы родим детей и вместе состаримся.

Дейли отстранилась, посмотрела на него и вытерла слезы с лица.

— Да, — сказала она. — Я думаю, что именно так мы и поступим…