— Докажи, что ты настоящий Мастерсон. Даю тебе на это три месяца. Не докажешь, вылетишь вон.

Деклан Мастерсон никогда в жизни не пасовал перед трудностями, но сейчас растерялся.

За годы, прошедшие с тех пор, как Джей Джей взял их с братом Нэшем к себе на воспитание, введя их в экзотический мир Голливуда, Джей Джей не раз бушевал и ругался, когда Деклан не соответствовал стандартам компании «Мастерсон». Раньше Деклан после критики Джей Джея отправлялся на поиски очередных приключений. Но когда Джей Джей наконец назвал его своим наследником, Деклан начал вести себя по-другому.

— Ты уж определись, — сказал он, внимательно наблюдая за Джей Джеем.

Отец выглядел расслабленным в своей белой рубашке с закатанными рукавами, без пиджака, но недооценивать его было все равно, что путать змей и знаменитостей, обитавших в голливудском каньоне Руньон.

— Ты уже совершал эту ошибку однажды.

— Ты уволен, — рявкнул Джей Джей. — Ты больше не исполняющий обязанности генерального директора «Мастерсон Энтертейнмент». У меня хотят купить эту компанию, и новому владельцу ты не понадобишься.

Деклан непроизвольно стиснул зубы. Два года он был под каблуком у Джей Джея, стараясь получить шанс стать во главе семейной компании, осуществлять собственные проекты и снимать фильмы, которые изменили бы жизни людей. Несмотря на годы обучения кинопроизводству с нуля — ведь Джей Джей ничего ему не объяснял и ему до всего приходилось доходить самому, — теперь все это можно было у него отнять.

Потому что он никогда не был и никогда не будет настоящим Мастерсоном.

— Я утроил наши доходы, — сказал он. — Я чертовски хорош в том, что я делаю. И мы оба это знаем.

«Мастерсон Энтертейнмент» выпускала фильмы в партнерстве с другими крупными киностудиями и вскоре должна была подписать договор о совместном финансировании еще целого ряда фильмов.

Деклан мог бы уйти и основать собственную киностудию. Он уже заработал миллионы как актер. Но если бы Джей Джей выполнил свою угрозу продать компанию, Деклан был бы вынужден отказаться от проектов, об осуществлении которых он так мечтал. Ему пришлось бы начинать все с самого начала.

Джей Джей пригвоздил его взглядом.

— Ты сделал посмешищем имя Мастерсон своими выходками. За последние два года ты забирался на самое высокое казино в Лас-Вегасе, участвовал в велогонках «Мегаваланш» в Альпах и нырял с большими белыми акулами.

Он также руководил компанией, а за год до этого снял блокбастер, кассовые сборы которого превысили все мыслимые прогнозы. Но эти заслуги превращались в ничто на фоне скандальной славы киношного принца-плейбоя.

Деклан не мог объяснить, что не давало ему усидеть на месте. Ему просто необходимо было постоянно участвовать в каких-то безумных затеях. Этот драйв позволил ему сделать карьеру одного из ведущих героев голливудских боевиков и стать успешным в «Мастерсон Энтертейнмент». Но поскольку он мог проводить на съемочной площадке лишь определенное время, он также взбирался на горы, катался на лыжах и мчался так быстро, как только мог.

— Все это было бы прекрасно, — продолжил Джей Джей, — но во всем надо знать меру. Вместо этого ты все превращаешь в фарс со съемочной группой, нелепыми пари и женщинами. Ты сделал предложение актрисе, забравшись на балкон ее отеля. Это было в полночь, ты был в одних трусах и с кольцом из пакетика конфет, купленного на заправке.

Деклан ухмыльнулся.

— Магазин «Гарри Уинстон» был закрыт, пришлось импровизировать. Ты забыл ту часть истории, в которой она мне отказала, а папарацци засняли все это на камеру.

В ту ночь в Беверли-Хиллз он выглядел совсем нереспектабельно, но зато было весело. По крайней мере, до тех пор, пока в прессе не появились его фотографии и о нем не начали писать на десятках сайтов, посвященных сплетням о знаменитостях.

Предложение Джесси Сент-Чайлз, его партнерше по последнему фильму, было сделано импульсивно. Между ними была «дружба с привилегиями», но Деклан знал, что не подходит для брака. Его собственный биологический отец рано исчез из его жизни, а Джей Джей развелся с женой всего после шести месяцев брака. Ее и след простыл задолго до того, как Деклан и Нэш прибыли в особняк в Малибу. Джесси знала, что на самом деле он не собирался жениться, они оба просто от души посмеялись.

— Когда люди слышат твое имя, они задаются вопросом, какую еще нелепицу ты сотворишь в следующий раз, — прорычал Джей Джей.

— И это стало нашей фирменной фишкой.

Лицо Джей Джея потемнело.

— Это хорошо для наших драматургов и нашего отдела маркетинга. Но когда ты участвовал в гонках в Альпах два месяца назад, тебя невозможно было найти целых две недели. Наша сделка по софинансированию провалилась, и мы потеряли контракт на десять картин, и все потому, что никто не мог найти генерального директора. Ты провел больше времени вне офиса, чем в нем. Никто не воспринимает тебя всерьез на переговорах потому, что можно рассчитывать на твое появление только на старте какой-нибудь гонки. Ты не Мастерсон.

— Не по рождению, — согласился он.

Джей Джей усыновил его и Нэша, когда им соответственно было восемь и шесть лет. Собственный биологический сын Джей Джея жил отдельно. В зависимости от того, кто рассказывал эту историю, Ревер либо сам покинул особняк в Малибу в семнадцать лет, либо был изгнан. Как бы там ни было, с тех пор о нем ничего не было слышно.

Джей Джей бросил фотографию через стол. На снимке была девушка. Похоже, фотограф застал ее врасплох, ее глаза были полузакрыты, а губы приоткрыты. Лет двадцати с небольшим, с каштановыми волосами, собранными сзади в ничем не примечательный конский хвост, она была одета в скучную белую рубашку поло с вышитым логотипом «Мартас Кидз»[1].

— Это дочь Брайанта Пэлсгрейва, успешного инвестора с Уолл-стрит, представителя одной из старейших семей Новой Англии. Состоятельная. Сдержанная. Ее брат мог бы стать будущим президентом.

— Очаровательно.

Такой тихий образ жизни — настоящая тюрьма! К счастью, семьи со старыми деньгами не стали бы иметь ничего общего с кем-то вроде него — актером, безрассудным парнем, происходящим из рабочего класса. Эти факты его биографии не могло скрасить даже то, что Джей Джей его усыновил. Деклан готов был много работать.

Когда он рос в Малибу, все их соседи работали в киноиндустрии. Среди них были актеры, продюсеры, сценаристы и музыканты. Дома стоимостью от семи миллионов долларов, «Оскары» или «Золотые глобусы» на каминных полках. Телохранители и роскошные автомобили, папарацци, прячущиеся за ухоженными пальмами. Звезды, избегающие встреч с людьми, прогуливающими своих собак вблизи их домов. Все это было нормой жизни. Мальчик из семьи рабочих сначала был шокирован, а затем очарован. Деклан страстно желал стать частью общества этих прекрасных людей, обладающих магнетизмом и статью, отличавших их от простых смертных.

Джей Джей протянул ему глянцевый лист бумаги — пресс-релиз о регате в Новой Англии, который рассмешил Деклана. В соревновании участвовали двухместные килевые яхты длиной всего двадцать два фута с небольшой осадкой и одной мачтой.

— Гонка вокруг Мартас-Винъярд состоится в следующем месяце. Они собирают средства на благотворительность. Нужны один местный житель и одна знаменитость на лодку. Самая быстрая яхта выиграет приз в миллион долларов для благотворительной организации по выбору победителя. Шарлотте Пэлсгрейв нужен партнер, а я в долгу перед ее отцом.

— Ты, наверное, шутишь, — ответил он.

Деклан участвовал в гонках на яхтах стоимостью в миллион долларов с полным экипажем и в самых экстремальных погодных условиях. Он ни за что не стал бы садиться в яхту, больше похожую на шлюпку, да еще с избалованной местной принцессой голубых кровей.

Джей Джей наклонился вперед.

— Ты будешь в яхте с Шарлоттой, и ты выиграешь эту гонку для нее. И будешь вести себя как идеальный представитель семьи Мастерсон. Обаятельный, хорошо воспитанный и дисциплинированный. Никаких скандалов не будет. Ты докажешь, раз и навсегда, что ты достойный наследник Мастерсона и что я могу рассчитывать на то, что ты будешь там, где ты нужен. — Отчим усмехнулся. Я же в свою очередь откажусь продавать «Мастерсон Энтертейнмент» и перепишу ее на тебя. Компания со всеми ее потрохами будет твоей, у тебя будет полный контроль над всем. Выиграй, — сказал Джей Джей. — И это все твое.

Деклан не знал, почему Джей Джей решил наконец сделать его владельцем компании или почему он думал продать «Мастерсон Энтертейнмент». У Джей Джея была патологическая потребность контролировать ситуацию. Ничто ему так не нравилось, как придумывать задания для «своих мальчиков». Это были задания, которые только подчеркивали, насколько, по его мнению, они недостойны призов, которые он им сулил. Нэш отказался от подобных тестов Джей Джея пять лет назад, полностью погрузившись в дела своей нефтяной компании. Деклан делал то же самое до тех пор, пока два года назад он не поддался искушению и не ввязался в это вновь. Единственное, что делало это терпимым, было то, что он может видеть финишную черту — черту, которую Джей Джей только что обозначил. Сможет ли он выиграть на этот раз?

— Готовь контракт, — сказал Деклан. — Через тридцать дней при отсутствии плохих упоминаний обо мне в прессе и при условии победы в этой регате я получаю «Мастерсон Энтертейнмент».

— Прекрасный принц и цветочница, — подумала Шарлотта Пэлсгрейв. — Ну, вы знаете, как развиваются такие истории.

Правда, сама она не имела ни малейшего представления об этом. Больше нет. Тревога скрутила ее в бараний рог.

Но если бы она расплакалась на виду у всех, ее секрет выплыл бы наружу. В течение нескольких месяцев она боялась разоблачения, и порой ей просто хотелось выкрикнуть правду.

Как можно все поставить на пару сногсшибательных хрустальных туфелек…

На всякий случай Шарлотта дважды посмотрела на свои ноги… Но Фея-крестная в ее жизни не появилась, и ее практичные темно-синие кроссовки волшебным образом не преобразились. Она должна все сделать сама. В такие моменты, как сейчас, ей трудно было полностью отгородиться от неодобрительного голоса отца в своей голове. Этот громкий голос критиковал ее, и ей никак не удавалось ему угодить. Шарлотта научилась игнорировать его или даже иногда отвечать ему, но эта с трудом завоеванная уверенность исчезала, когда возникала ситуация вроде сегодняшней. Она не только была в самом эксклюзивном яхт-клубе Мартас-Винъярд, но и добровольно дала согласие на участие в регате через три недели. Ей предстояло мчаться на сумасшедшей скорости по открытому океану у берегов Массачусетса и делать это в компании знаменитого Прекрасного принца, а именно Деклана Мастерсона.

Наколдовать пару хрустальных туфелек было бы проще.

И все потому, что она предпочитала следовать правилам, а Деклан предпочитал нестись на полной скорости, не разбирая дороги.

Шарлотта взглянула туда, где он стоял, окруженный восхищенной толпой яхтсменов и представителей прессы. Они столпились вокруг него отчасти из-за его статуса знаменитости и звезды Голливуда, но в основном благодаря его природному магнетизму.

Его волнистые светлые волосы взъерошились от того, что он провел по ним рукой. Карие глаза, заросшая щетиной твердая челюсть и чувственный рот… Этот мужчина был похож на произведение искусства, и она ощутила чувственный порыв, когда оказалась близко. Такое случилось с ней впервые.

Деклан улыбнулся в ближайший объектив. У нее нет желания соревноваться за звание «Мисс фотогеничность» на этом конкурсе красоты. Она застыла перед камерой. Ее жизнь не вращалась вокруг фотографий и социальных сетей, и она была этому рада. Ее работа в некоммерческой организации «Мартас Кидз» была совсем не публичной. Она открывала летний лагерь для детей-сирот, чтобы они могли плавать и кататься на байдарках, заводить друзей и наслаждаться беззаботным времяпрепровождением. Лагерь был ее побегом из своего далеко не идеального детства.

— Шарлотта, — позвал ее золотоволосый кумир миллионов. — Присоединяйся к нам.

У этого парня было собственное гравитационное поле, и ее ноги сами пошли к нему. Она остановилась и пустила в ход свое секретное оружие — правду.

— Я вам там совсем не нужна. Но в любом случае спасибо за приглашение.

Затем Шарлотта улыбнулась, потому что было важно оставаться вежливой. Деклан задумчиво посмотрел на нее.

«Отлично, Деклан, продолжай заниматься своими делами», — подумала она.

Большинство людей смотрели сквозь нее, они скользили взглядами по ней, ее не замечая. У нее было самое обычное лицо, а каштановые волосы средней длины она всегда собирала в конский хвост, не наносила макияж, не пользовалась ничем, кроме увлажняющего крема с SPF-фильтром. Ее гардероб состоял из спортивной одежды и удобной обуви.

Вернее, Шарлотта чувствовала себя в безопасности до тех пор, пока ее бывший жених не исчез, прихватив с собой ее мечты, а также большую часть денег организации «Мартас Кидз», которых хватило бы на год работы. Из-за этого ей пришлось потянуть за ниточки и добиться права участвовать в регате, ведь, несмотря на свои недостатки, ее отец был известным местным виноделом. Ей повезло с партнером. Красивое лицо Деклана и статус знаменитости привлекли бы щедрые пожертвования во время мероприятий, предшествующих гонке, потому что люди из кожи вон лезли, чтобы осчастливить такого человека, как он. К тому же Деклан действительно знал, как управлять яхтой.

— Иди сюда, дорогая. — Он подмигнул, прекрасно понимая, что ни одна женщина не устоит перед ним. — С тобой мой день становится ярче, и мы партнеры.

Шарлотта хмыкнула. Без сомнений, в их тандеме она принимала решения и несла за все ответственность, в то время как он должен был выглядеть гламурно и дорого. Такое разделение труда сыграло бы на руку им обоим, подчеркнув их сильные стороны.

— Три недели до гонок. Часы тикают, мистер Голливуд. Жду тебя на тренировке, приходи, как только закончишь позировать.

Он покачал головой и протянул ей сильную загорелую руку. На нем были выцветшие шорты для серфинга и облегающая белая футболка, выгодно подчеркивающая его мускулистую грудь. Взъерошенные волосы и щетина кричали:

— Я только что встал с кровати, и разве тебе не интересно, кто был там со мной?

Ей было неинтересно. Но гораздо хуже было то, что она представила себя в этой постели. Возможно, эта постель была в роскошном отеле, как в том фильме, где он сдерживал террористов. В том боевике, сделавшем огромные кассовые сборы, был незабываемый эпизод, в котором Деклан с исполнительницей главной женской роли праздновали свое спасение, срывая друг с друга одежду.

— Один снимок, — выпалила Шарлотта, игнорируя протянутую руку. Он не перейдет к следующему пункту повестки дня, пока не будет готов, а чтобы выиграть эту регату, ей нужно практиковаться. А до гонки остались жалкие три недели. В отличие от Деклана, который был гонщиком мирового класса, одерживавшим победы на Мальте, Рут-дю-Ром во Франции и во всех частях Карибского бассейна, у нее с океаном были отношения любви и ненависти. Теперь она с удовольствием любовалась им с пляжа, но когда-то чуть не утонула.

Шарлотта быстро подошла и неловко остановилась рядом с ним. Даже при ее росте в пять футов и девять дюймов Деклан был дюймов на шесть выше ее. Деклан без усилий и с огромным обаянием небрежно обнял ее за плечи, притягивая к себе и поворачивая их обоих лицом к фотографам. Защелкали камеры, а затем он опустил руку и отступил в сторону.

— Леди сказала «один снимок».

Он схватил белую льняную рубашку со стула и натянул поверх футболки. Дорогие часы «ролекс», которые он выиграл в своей последней гонке, блеснули на солнце, когда он надевал солнцезащитные очки.

Из толпы его поклонников репортер задал вопрос:

— Вы уже решили, какой благотворительной организации отдать выигрыш?

Не успела она открыть рот, как Деклан ответил:

— Мы рассматриваем организации, которые занимаются благотворительностью для животных.

— Мы еще не решили, — сказала она, но репортеры не обратили на это внимания. Нет. Они смотрели, как Прекрасный принц застегивает рубашку.

— Очевидно, что в первую очередь я отдам предпочтение «Мартас Кидз». Мы обязательно сообщим вам наше решение.

Естественно, Деклан услышал ее.

Он просто не хотел слушать. Он предложил шесть различных благотворительных организаций для животных, каждая из которых была специфичнее предыдущей.

— Мы все обсудим еще раз.

Он снова подмигнул ей.

Черт возьми. Это означало, что он доберется до их пока еще безымянной яхты первым и начнет раздавать команды так же, как обычно, ведь он привык всеми командовать.

Будь она посмелее, она бы столкнула его в воду. Один рывок, быстрый толчок — и бум — высокий и мускулистый, загорелый и чересчур самонадеянный парень оказался бы в маслянистой воде, среди всякого мусора, плавающего около яхт. Конечно, голливудская внешность Деклана Мастерсона стала бы далеко не такой идеальной после подобного заплыва. Если бы ей не была нужна победа в предстоящей через три недели регате, она бы это сделала. Может быть. Скорее всего. Ладно, вообще-то она верила в то, что нужно быть милой и сохранять спокойствие и что хорошие люди не сталкивают парней в воду и не устраивают сцен.

Даже если человек полностью этого заслуживал.

Шарлотта поставила Деклана Мастерсона на первое место в списке людей, с которыми она расправится после того, как выиграет регату и исправит свою ошибку.

Все произошло так быстро: полгода назад красивый и веселый Джордж Мур поразил совет директоров «Мартас Кидз» во время собеседования. Ему так не терпелось приступить к работе! Она передала бразды правления ему, доверила заниматься финансовыми вопросами и не смогла все перепроверить, потому что он казался просто идеальным. Между ними была особая связь, или ей хотелось так думать. Он угощал ее обедами и ужинами, устраивал самые романтические свидания в лучших местах в их краях.

Бурный роман захватил ее, интерес общительного Джорджа к ее застенчивой персоне не дал ей подвергнуть сомнению его мотивы. Это была дружба, притяжение, молниеносно вспыхнувшая искра. Всего через несколько недель он признался в любви и предложил пройтись по ювелирным магазинам. Ее отец категорически заявил, что мужчина, похожий на греческого бога, никогда бы не заинтересовался такой простушкой, как она.

Спустя шесть месяцев Джордж ускользнул без фанфар, которые он так любил, — оставив пустым не только ее банковский счет, но и счет «Мартас Кидз». Там, где ей виделась романтика, была дымовая завеса. Информация о растрате выплывет наружу, когда окружной прокурор предъявит обвинения. Ничто не может быть тайной вечно. Эта регата была ее шансом исправить то, что натворил Джордж.

Перейдя на бег трусцой, она догнала Деклана, стараясь не думать об океане, по которому скоро придется плыть.

— Шарлотта. — Он бросил на нее взгляд, значение которого она не смогла истолковать. — В чем дело?

— Почему ты спросил?

В его глазах заплясали озорные искорки.

— Ты явно расстроена. Давай это исправим.

Она покачала головой:

— У тебя все так легко и просто? Можешь не отвечать. У меня появилась отличная идея. Как насчет того, чтобы договориться о благотворительной организации, которую поддержим?

— Я уже сделал несколько предложений. Ты все отвергла. — Он сказал это так, будто в ее действиях не было никакой логики, хотя на самом деле все было наоборот.

— Твои предложения были нелепыми, — процедила она сквозь зубы.

— Так убеди меня. Вот я, стою перед тобой. — Он развел руки в стороны. — Почему «Мартас Кидз» для тебя так много значат?

— Черт побери! Может быть, потому, что я руковожу этой организацией? Или потому, что эти дети заслуживают лета с домиками, байдарками и разными кружками? Или потому, что ты хочешь пожертвовать миллион долларов на спасение морских свинок, а это просто смешно?

Он пожал плечами:

— Морские свинки — это потрясающе.

— Потрясающе, но не на миллион долларов.

Развернувшись, она быстро зашагала по причалу. Их двухместная яхта была в самом конце.

Хриплый смешок Деклана донесся ей вслед. Тьфу. Он просто не мог ни о чем говорить серьезно!

Она подошла к краю причала. И замерла.

Нужно сделать один шаг. Один большой шаг вниз, не обращая внимания на пропасть и воду…

— Хорошая попытка.

Сильные руки обхватили ее за талию, мягко отводя в сторону, и она чуть не вскрикнула. Она боялась щекотки.

— Мошенник, — прошипела она.

Его губы коснулись ее уха.

— Рыбак рыбака видит издалека.

Он ничего не мог знать. Никто не знал. Еще нет.

Еще раз усмехнувшись, он спрыгнул в лодку. Не в первый раз она пожалела, что люди, устраивающие регату, не увлекались гольфом, бадминтоном или наблюдением за птицами — почему им не пришло в голову дать приз команде, нашедшей больше цапель? Вода плескалась о причал, волны были темно-синими. Казалось, здесь было очень глубоко.

— Шаг за шагом. — Деклан протянул руку, чтобы помочь ей спуститься. — А ты не хочешь рассказать мне, почему ты вызвалась участвовать в регате, если так боишься воды?

Даже если бы у нее была привычка делиться своими страхами с совершенно незнакомым человеком, она бы не сказала ему правды. Она даже не была уверена, что смогла бы рассказать. Нет, только не после стольких лет молчания.

Вместо этого она перешла в наступление:

— У меня все в порядке. А почему бы тебе не рассказать мне, с чего это ты вдруг согласился принять участие в таком незначительном соревновании вместо того, чтобы жить своей прекрасной голливудской жизнью?

В ее речи сквозила только неприязнь, она вела себя с ним с раздражающим превосходством.

Деклан же не мог сосредоточиться на предстоящей регате. Когда он был рядом с ней, ему хотелось поцеловать ее сжатые губы, добиться того, чтобы она открылась ему и страстно поцеловала в ответ. Возможно, ей не нравится привлекать к себе внимание, и она может не быть красивой той красотой, которая привлекает фотографов и толпу поклонников.

— Садись. — Он протянул ей спасательный жилет и указал на место, где она ему меньше мешала бы.

Пока она кипела от злости, листая папку, за которую цеплялась, как за швартовый трос, он вывел яхту подальше от причала.

Провести двадцатифутовую парусную лодку мимо причалов, заполненных дорогими яхтами класса люкс, и выйти на открытое пространство было детской забавой, но он хотел точно установить курс и все проверить.

Деклан встречал много прекрасных женщин, но Шарлотта была совсем другой. Слишком колючей, слишком упрямой и полной решимости превратить его жизнь в ад. Внезапно ему стало ясно, что имелось в виду, когда говорят, что «лицом хорош, да душою не пригож». Объективно говоря, в ее внешности не было ничего необычного — каштановые волосы, карие глаза, слишком пышные формы, не позволяющие вписаться в стандартный размер одежды. Но было в ней что-то такое, из-за чего он не мог отвести от нее глаз.

Мимо пронесся Мартас-Винъярд, с его золотистым песком и дорогими коттеджами, паруса лодки наполнились ветром, и она набрала скорость. Знакомый шум ветра и плеск волн придавали ему бодрости, но Деклану все еще трудно было поверить, что он снова пляшет под дудку своего приемного отца, борясь за наследство. Правда, Шарлотта Пэлсгрейв была идеальным прикрытием.

Он думал об этом, пока выводил в открытую воду их маленькую яхту, легко скользившую по волнам. Быстро подавленный тяжелый вздох заставил его отвлечься от океана и посмотреть на свою спутницу. Она мертвой хваткой вцепилась в свою папку и застыла, не сводя глаз с горизонта.

Протянув руку, Деклан забрал у нее папку из рук и засунул ее в специальный отсек. Она быстро схватилась за спасательный круг.

— Ты в порядке?

— У меня все просто замечательно.

Судя по всему, у этой девушки имелись какие-то секреты…

Единственное, чего она не скрывала, так это своей неприязни к нему, а у них впереди еще несколько недель до того, как он сможет заявить о своей победе и отправиться обратно в Калифорнию.

— Ты хотела все обсудить — вот тебе и представилась такая возможность.

— Ты хочешь поговорить прямо сейчас?

— Мы можем остановиться и поплавать, — поддразнил он.

Она поморщилась:

— Давай выберем благотворительную организацию. Это должна быть «Мартас Кидз». Не ежи, не морские свинки или любые другие животные, которые, по твоему мнению, нуждаются в спасении.

— Давай, дорогая. Постарайся меня убедить, ведь это тебе нужно, чтобы я согласился.

«Мартас Кидз» казалась прекрасной организацией, особенно если вспомнить, что он сам был усыновлен в детстве. Но играть по правилам игры «Получи наследство от Джей Джея» было скучно. Спорить с Шарлоттой было единственным развлечением.

— Ты просишь меня побыть хорошим парнем.

— Но некоторым из нас явно больше нравятся роли плохишей, — пробормотала она.

— Что ты можешь мне предложить?

Он откинулся назад, скрестив руки на груди.

— Это благотворительность. Почему все должно крутиться вокруг тебя, мистер Голливуд? Я знаю, вы, артисты, живете ради всеобщего внимания и новых приключений, но некоторые из нас пытаются просто поступать правильно. Может быть, ты мог бы попытаться всего лишь разочек побыть другим?

— Поскольку я буду делать что-то, что противоречит моей натуре, будет справедливым попросить тебя сделать то же самое.

Она посмотрела на него с подозрением:

— Что, например?

— Я изменюсь, и ты изменишься, — сказал он. — Если я стану хорошим парнем и поддержу «Мартас Кидз», ты перестанешь прятаться в тени и преобразишься. В настоящем голливудском стиле. Сделаешь прическу, макияж и все остальное. Я научу тебя, я кое-что знаю о том, как быть звездой. Ты станешь королевой бала на приеме перед регатой, а я позабочусь о том, чтобы «Мартас Кидз» получила этот чек на миллион долларов. Готова на такую сделку?

— Зачем мне давать тебе возможность унизить меня?

— Потому что ты хочешь, чтобы я пожертвовал миллион долларов твоему благотворительному фонду.

— Я заслужу это, — пробормотала она. — Но мне придется терпеть тебя целый месяц!

— Значит, месяц наедине с кинозвездой — это испытание? Ты знаешь, сколько людей мечтали бы поменяться с тобой местами? — Он стиснул зубы. — Тебя пригласили участвовать в гонке не потому, дорогая, что ты директор «Мартас Кидз». Ты здесь потому, что твой дорогой папаша входит в правление яхт-клуба и хочет, чтобы этот клуб представлял кто-то из местных жителей. И не забывай, как сильно он любит побеждать.

Ее лицо вспыхнуло. Это было близко к истине, но, по крайней мере, она получила чемпиона мира себе в пару, когда гоночный комитет проводил жеребьевку вслепую.

— Никому не нравится проигрывать. Не то чтобы ты что-то знала об этом, принцесса.

Он это серьезно?

— Я все время проигрываю, поэтому могу сказать по личному опыту, что да, это полный отстой, и да, я предпочитаю избегать этого. Я не знаю, в чем твоя проблема, мистер Голливуд. Но я здесь, чтобы собрать деньги для некоммерческой организации, которая пытается стереть пропасть между людьми, у которых есть все, и людьми, у которых нет ничего.

Он рассмеялся.

— Которая воплощает в жизнь проекты, связанные с декоративно-прикладным искусством и разведением костров? Есть ли специальный приз за сентиментальность?

Она вскочила, но ей пришлось снова сесть, ведь она вспомнила, что вокруг одна вода.

— Я участвую в этой регате из благородных побуждений, — сказала она, снова и снова проверяя застежку на своем спасательном жилете.

— И почему же ты принимаешь в ней участие? — спросил он, улыбаясь.

Мысленно она пересматривала свой план «столкнуть Деклана Мастерсона в воду». У нее появился новый лозунг: «Толкай сейчас, участвуй в гонке позже».

— Я делаю это для своих детей. Не для тебя. Не для кого-то другого. Для них. Это Джимми. — Она достала свой телефон и показала ему фотографию: — Ему нравится сидеть в шалаше, потому что там тихо, а еще ему нравится, что здесь прошлым летом никого не подстрелили. А вот это Джей. Дома у него не бывает трехразового питания, и неограниченное количество хот-догов соответствует его представлению о рае. — Она перешла к другой фотографии: — А это Мэгги. Как Джимми и Джей, она тоже не милая маленькая морская свинка. Она десятилетняя девочка, которая хочет хотя бы летом вести себя так, как будто ей десять, а не сорок потому, что у ее матери тяжелая форма депрессии и она не всегда может встать с постели.

— Шарлотта…

Забавно, что реальный человек так отличался от героев боевиков, которых он играл в кино. Тот, вымышленный персонаж нравился ей гораздо больше. Он замечал проблему и бросался ее устранять.

— Ты действительно делаешь это для детей?

— В целом — да, — сказала она, следуя своей политике «не лгать».

Гордость и нежелание разочаровывать своего отца также повлияли на ее решение участвовать в гонке. Мартас-Винъярд был ее домом, и облажаться на родной земле было в миллион раз хуже, чем если бы она сделала то же самое в Нью-Йорке или Бостоне — в любом другом месте, из которого она могла бы сбежать домой.

— Ты все еще не убедила меня, что нам нужно отдать приз «Мартас Кидз». Ты уверена, что ввязалась в это дело не только для того, чтобы побыть рядом со мной?

Ее рот приоткрылся от изумления. Невероятно.

— Объясни мне, каким образом твоя потрясающая внешность кинозвезды могла стать моей мотивацией, чтобы оказаться здесь, в самой маленькой лодке посреди самого большого океана в мире?

— Второго по величине. Атлантический океан — второй по величине океан в мире. Тебе следует лучше разбираться в фактах, Шарлотта. Признайся, я тебе нравлюсь, — промурлыкал он. — Совсем чуть-чуть. Скажи мне правду.

— О боже. Нет!

— Врунишка. Я не уверен, что я могу с этим смириться.

— Ты мне не нравишься.

Это не какое-то невероятное откровение! Неужели никто ни разу не сказал этому человеку «нет»? Она бросила на него еще один раздраженный взгляд. Ей показалось важным перестать сидеть сложа руки, и она схватилась за румпель. Но дурацкая лодка не изменила курс. Она потянула снова, но ничего не вышло. Деклан подмигнул ей. Она попыталась ухватиться получше, но так как он не убирался с ее пути, ей пришлось перегнуться через него, ее спасательный жилет задел его бок.

— Ты уверена? В том, что я тебе не нравлюсь?

Он услужливо отклонился назад и убрался с ее пути. Он также быстро подтолкнул румпель коленом. Проклятие. Яхта тронулась с места.

— Вполне. Я уверена, что кто-нибудь уже рассказал тебе об этом. В Мартас-Винъярд любят посплетничать. И хотя мои отношения закончились чуть менее публично, чем твои последние отношения, многие были в курсе всего. Мой жених, вместо того чтобы жениться на мне, сбежал. Так что мне еще долго будет не до свиданий. Никто не подумает, что между нами что-то есть, кроме участия в регате. Так что ты в полной безопасности.

Он нахмурился:

— Он бросил тебя.

— Да, быстро и довольно публично. И это было еще не худшее.

Он нахмурился еще сильнее:

— Так что у нас действительно есть кое-что общее. Так мы заключаем сделку? Я буду изображать хорошего парня и окажу поддержку вашему фонду. А ты полностью преобразишься.

Она не доверяла его улыбке.

— Будет весело.

Опасность!

— И ничего во мне страшного нет.

Он издал грубый звук, скорее похожий на рычание, и усадил ее перед собой. Его ноги обхватили ее, и из-за этого она оказалась практически у него на коленях. Она начала было протестовать, но затем он положил ее руки на руль, накрыл их своими ладонями и начал управлять яхтой.

— Двигай руль влево, чтобы пойти направо. Направо, чтобы двинуться налево. Движения должны быть плавными.

Гладкое дерево руля почти отвлекло ее от мыслей о руках Деклана, накрывавших ее руки.

— Ничего страшного в тебе действительно нет. Но нам обоим нужно заново представить себя публике, так ведь? Люди смотрят на тебя и видят этакого Ромео. Они смотрят на меня и вспоминают историю с Джорджем-засранцем. Это соревнование могло бы дать новый старт нам обоим.

Он отодвинулся от нее, пошел пересаживаться на корму, чтобы уравновесить лодку.

Ее сердце бешено колотилось, она покраснела. Но это совсем не от того, что ей нравилось смотреть на Деклана.

— Ты действительно думаешь, что макияж поможет моим делам?

Она повернула руль влево.

— Да.

— Ты же понимаешь, что это звучит совершенно нелепо?

— Это привлечет внимание. Некоторым будет просто любопытно, в то время как другие поверят, что если ты так выглядишь и так играешь свою роль, то знаешь, что делаешь.

— То есть ты хочешь сказать, что уверенность — это ключ к успеху? — Она прищурилась. — Моя учительница в первом классе повесила плакат с этими словами на стену нашего класса.

— Очень верное высказывание.

Он весело подмигнул ей.

— Просто скажи «да».

Ее сердце забилось чаще. Она вся затрепетала.

— Ни за что.

— Ну что? Договорились?

Деклан указал на румпель, и она вздохнула. Вероятно, они плыли в сторону Кубы или Мадагаскара. Поскольку Шарлотта уже была сыта по горло всей этой водой, охотно уступила ему место. Сказать по правде, она была благодарна ему за ту спокойную уверенность, с которой он управлял яхтой.

Благодарна и немного возбуждена. Шарлотта бы научилась плавать под парусом, даже если бы это убило ее, но сегодня был такой долгий день и ей так хотелось съесть чизбургер! Пирог тоже, если в местной пекарне еще не все распродано.

Когда она застонала, он искоса взглянул на нее, но она лишь пожала плечами. Да, пирог сейчас был бы весьма кстати.

— Итак, — сказал он. — Ты согласна?

Она вздохнула, и он рассмеялся.

— Да, Деклан. Договорились!

— Хочешь скрепить нашу сделку поцелуем?

— Ты что, издеваешься надо мной?

Он подмигнул:

— Просто проверяю тебя.

— На сегодня это все.

Две вещи управляли жизнью Деклана с того самого дня, когда ему пришлось сравнивать потенциальную опасность прыжка с крыши и прилив адреналина от выполнения сложного трюка.

Риск.

И награда.

Деклан занял свое место в Голливуде благодаря упорному труду, абсолютной решимости и сверхъестественной способности сопоставлять риск с его потенциальной отдачей. Эти усилия сделали его богатым, у него появился звездный статус, а теперь и шанс заключить сделку всей жизни. Хотя он и не родился Мастерсоном, а был усыновлен, он докажет, что у него есть все необходимое, чтобы быть одним из них, и он выдержит это последнее испытание.

Особняк площадью пять тысяч квадратных футов, крытый коричневой черепицей, который он называл своим домом на Мартас-Винъярд, подошел бы любой семье голубых кровей из Новой Англии. Дизайнер интерьеров выбрал деревенский стиль, одновременно модный и дорогой. Через широко открытые французские двери был виден Атлантический океан. Зеленые лужайки были невероятно ухоженными, а бассейн и беседку окружали заросли гортензий. Здесь его не могли побеспокоить вездесущие папарацци, его окружал безмятежный пейзаж… и ему не терпелось вырваться отсюда.

За двое суток, прошедших с момента заключения сделки с Шарлоттой, он нанял стилистов, косметологов и тренера по походке. Команда ожидала сегодняшнюю не слишком воодушевившуюся происходящим звезду. Шарлотта Пэлсгрейв была полна решимости добиться своего. Она хотела сама выбрать, кого они будут спонсировать, если выиграют гонку. И как положено дочери одной из старейших семей острова, принцесса получила то, что хотела.

Тем не менее, ей пришлось согласиться заплатить за это. Этого у нее не отнять. Она согласилась на его условия. А когда Шарлотта заберет чек на миллион долларов для ее любимой благотворительной организации, он получит семейную компанию.

Деклан всегда был предельно внимателен и замечал, что происходит вокруг, это было последствием событий его тяжелого детства. Поэтому первым заметил фигуру, маячившую в дверном проеме. Попалась, подумал он. Шарлотта согласилась приехать, ведь она из тех людей, которые верят, что данное обещание — это сдержанное обещание.

Она была на четыре года моложе его, но выросла в совершенно другом мире. Она была настоящей «хорошей девочкой», тихой и сдержанной. Она из семьи из Новой Англии с длинной родословной, до которой ему совсем не было дела. Выше среднего роста даже в балетках, каштановые волосы собраны сзади в небрежный хвост, спускавшийся чуть ниже плеч. Тщательность, с которой она подходила ко всему, навела его на мысль, что было бы здорово растрепать ее прическу и нарушить всю эту чопорную опрятность.

Она колебалась, явно не уверенная, что делать дальше. Ничто в ее наряде из черных лосин для йоги и ветровки с надписью «Мартас Кидз» не привлекало к ней никакого внимания. В его мире ее бы съели заживо.

Она настороженно смотрела на него.

— Деклан.

— Принцесса. — Он обхватил ее запястье своими пальцами, мягко направляя ее вперед.

Она поморщилась.

— Не зови меня так, мистер Голливуд.

— Тогда королевна, — предложил он. — Или цветочек. Девушка мечты.

— Если я столкну тебя за борт после того, как мы пересечем финишную черту, никто не будет меня винить за это.

Он радостно улыбнулся:

— Ошибаешься. Все будут винить тебя. Я любим миллионами зрителей.

— Очевидно, они не слышали, как ты отклоняешься от сценария.

Он проигнорировал ее слова.

— Твое новое «я» ждет тебя.

Она нахмурилась:

— Объясни мне, как это поможет нам выиграть гонку.

Шарлотта такая женственная! А он был ее полной противоположностью.

Он взял ее руки в свои и почувствовал, что, сам того не желая, улыбнулся. Они могли быть противоположностями, но играть с Шарлоттой для него было удовольствием. Несмотря на чопорность и правильность, эта девушка была полна сюрпризов. Под практичной одеждой скрывались соблазнительные формы и длинные стройные ноги.

Он ни с кем не встречался с той самой катастрофы с предложением руки и сердца. Несмотря на множество возможностей, он воздерживался от новых знакомств. Случайного секса, каким бы авантюрным он ни был, почему-то не хотелось.

Улыбка исчезла с его лица. Сейчас у него не было намерения меняться, ему нужно было победить.

— Ты можешь мне доверять, — мягко сказал он, сам себе удивляясь.

Прищурившись, она резко ответила:

— Ни за что.

В ее голосе не было и намека на ее обычную вежливость. Он задавался вопросом, была ли такая резкость последствием истории с ее сбежавшим женихом.

Она высвободила свои руки из его.

— Лучше объясни мне свой план.

— Победить!

Деклан приобнял ее и повел к толпе людей, собравшихся вокруг вешалок с одеждой и столика со всевозможной косметикой. Когда стилист начал подбирать для нее образы, Шарлотта посмотрела на него с возмущением.

Она взяла кашемировый свитер.

— Ни на чем нет логотипа «Мартас Кидз». Кто за все это платит?

— Я, — сказал Деклан. — Это деловые расходы. Думай об этом как о рекламе. Это благотворительная гонка, сопровождаемая светскими мероприятиями. Штаны для йоги — не тот образ, который подойдет для торжественного ужина. Если хочешь, чтобы люди оказали финансовую поддержку, нам нужно сначала продать им эту идею.

— Это твоя месть.

— Правда?

— Конечно, ты не только вынужден проводить так много времени со мной, но и не можешь жертвовать деньги в фонд спасения морских свинок.

Он подавил усмешку.

— Большинство женщин были бы от такого в восторге.

— Значит, я не такая, как большинство женщин.

Это было правдой.

Она произнесла эти слова легко и непринужденно, но он почувствовал, что эта легкость была наигранной. Деклан и сам, бывало, оказывался в подобном положении. Кто-то заставил ее почувствовать, что отличаться от других — это плохо, хотя на самом деле это было совсем не так. Похоже, не все было идеально в ее королевстве.

Но прежде, чем он смог бы поддаться искушению и отклониться от своего плана игры, по которому должен был вести себя как настоящий Мастерсон, он направил ее в сторону комнаты, отведенной под временную примерочную.

Деклан не мог вести себя как славный и добрый малый. Это стало бы слабостью, которую он не мог себе позволить, когда был так близок к финишу.

Десять минут спустя она все еще была там, и он резко постучал в закрытую дверь.

— Выходи, принцесса.

— Не называй меня так.

Шарлотта в этом наряде выглядела сногсшибательно. Белые льняные расклешенные брюки плотно облегали ее бедра, а укороченный черный свитер на пуговицах дразняще обнажал полоску живота.

— А тебе идет!

— Этот свитер выглядит так, будто он сел после стирки.

Шарлотта попыталась потянуть свитер вниз, но Деклан поймал ее руку, попутно прикоснувшись к шелковистой коже ее живота. Его бросило в жар.

Девушка выглядела потрясающе, но он хотел, чтобы она чувствовала себя свободно. Он достал белый кашемировый свитер в коричневую полоску и шарф Hermès. Деклан заметил, что ее одежда была аккуратно сложена стопочкой, футболка с веселой розовой рыбкой лежала сверху.

— Надень мою рубашку со своей футболкой.

— Так ты теперь у нас стилист?

Деклан демонстративно отвернулся.

— Просто надень, и все. Сейчас же.

Деклан протянул ей рубашку, и Шарлотта схватила ее. Он постарался не замечать ее тонкого женского аромата.

— Ну как?

Деклан повернулся.

Женщина, стоявшая перед ним, была своей в Мартас-Винъярд и определенно в яхт-клубе, с его сдержанной, изысканной атмосферой. Ее быстрая, деловая походка подчеркивала ее прямоту. У нее в жизни была цель, и она шла к ней. Она была такой в штанах для йоги, и дорогая новая одежда не могла кардинально это изменить, но могла стать прекрасным обрамлением этой картины.

Деклан вышел, оставив Шарлотту аккуратно складывать и убирать не подошедшую одежду.

«Она не для тебя!»

Любимый ресторан Брайанта Пэлсгрейва с его непринужденной атмосферой и современной американской кухней располагался в белоснежном коттедже, окруженном настоящим английским садом. Здесь было очень спокойно.

Несмотря на то, что пять лет назад ее отец завершил свою работу на Уолл-стрит, он по-прежнему предпочитал сшитые на заказ костюмы-тройки и светло-голубые галстуки модного дома Hermès. Шарлотта ежегодно дарила ему такие галстуки на День отца, потому что знала, что они ему нравились. Она всегда старалась сохранять мир в семье с тех пор, как ее мать оставила их. Шарлотте тогда было семь. Она несколько раз думала о том, чтобы разыскать мать, но затем гнала эту мысль прочь.

— Расскажи мне о своих планах относительно «Мартас Кидз».

Он нарезал лосося, приготовленного на гриле и уже дважды посмотрел на часы.

— Мы планируем организовать летний лагерь.

— Тебе следует мыслить шире.

Отец бы предпочел, чтобы у нее была престижная работа в Нью-Йорке, которая дала бы возможность купить особняк стоимостью в несколько миллионов долларов да летний домик в придачу. В его мире филантропия могла лишь сопутствовать карьере или браку с человеком с политическими устремлениями, который мог бы приглашать своего тестя на светские мероприятия в Вашингтон и даже в Белый дом.

Ее старший брат два года назад стал партнером в престижной юридической фирме в Бостоне и сейчас собирался купить дом в Мартас-Винъярд для своей большой семьи.

Их отец был убежден, что он попадет в Верховный суд через несколько лет, и более скромные устремления Шарлотты совсем не вписывались в систему семейных ценностей. Она любила тишину, покой и детей.

И все же отец настаивал на том, чтобы каждую неделю пересматривать ее жизненные планы, критикуя или отвергая ее незначительные достижения, потому что, по его словам, он хотел только лучшего для нее и «Мартас Кидз». Он не принимал ее отказ превращать благотворительную организацию в национальную организацию летних лагерей по всей стране. Она не рассказала ему о краже, которую совершил Джордж.

— У «Мартас Кидз» нет таких бюджетов. Наша миссия состоит в том, чтобы сосредоточиться на делах здесь.

— Ты могла бы добиться большего, если бы стала мыслить шире. Зачем ограничивать себя только Мартас-Винъярд и штатом Массачусетс? Дети, которых хотят отдать в приемные семьи, есть и в других местах.

— Я люблю свою работу.

Она тихо поблагодарила официанта, который осторожно убрал почти нетронутый салат и заменил его основным блюдом.

— Мечтай о большем.

Совет директоров ясно дал понять, что они продлят ее двухлетний контракт, если у фонда все будет хорошо. И у нее бы все получилось, если бы не Джордж.

— Я люблю то, что я делаю.

Отец начал говорить громче, рассказывать о возможностях финансирования и расширения бизнеса, если «Мартас Кидз» начнет работать по всей стране. Он не понимал, что прямо здесь, в Мартас-Винъярд хватает работы. Он видел только то, что можно было улучшить.

Шарлотта сосредоточилась на своем цыпленке, пока он продолжал разглагольствовать. Она провела все утро с директором программы, который хотел знать, когда они смогут начать нанимать вожатых для летнего лагеря. Похоже, это произойдет нескоро. Шарлотта перестала выплачивать себе зарплату, чтобы сохранить хоть немного оставшихся средств. Директор программы был обеспокоен. И не только он заподозрил, что что-то пошло не так. Шарлотта должна будет все им рассказать в ближайшее время.

Все в ресторане начали перешептываться, и это заставило ее повернуть голову в сторону входа. Мгновение спустя она поняла, что произошло. Деклан стоял в дверном проеме.

— У нас с Шарлоттой урок хождения под парусом, — сказал Деклан, подойдя к ним.

Совершенно определенно этого не было в расписании, вложенном в папку, где хранилось все, связанное с подготовкой к регате. Они тренировались через день, сразу после окончания ее работы в «Мартас Кидз». Остальные дни, к сожалению, были отведены под «уроки преображения» от Деклана.

— Пойдем. — Он кивнул в сторону выхода.

— Деклан учит меня ходить под парусом, — сказала она, надеясь разрядить обстановку.

Отец еще не решил, было ли очевидное наложение одного плана на другой просто еще одним примером ее некомпетентности, или же это была грубость со стороны Деклана.

— Это займет больше одного дня, — сказал он. — Тебе придется оставаться здесь до следующего года. Наша Шарлотта — не Кейт Миддлтон.

— Шарлотта просто должна быть Шарлоттой, — сказал Деклан. — Ей не обязательно быть кем-то другим, чтобы победить.

Мужчина проигнорировал его слова.

— Не смогла удержать Джорджа Мура, — громко сказал ее отец. — Это ее жених, — добавил он на случай, если никто в Мартас-Винъярд не просветил Деклана на этот счет. — Он сбежал. Больше не мог этого выдержать.

Под «этим» он имел в виду Шарлотту, потому что, конечно, вся проблема была в ней.

— Он многое потерял. — Деклан сказал это так, словно он действительно имел это в виду.

Он повернулся к Шарлотте:

— Ты можешь закончить обед побыстрее?

Она решилась на опасный шаг.

— Мы должны идти, — быстро сказала она.

Деклан улыбнулся.

— Я ничего не испорчу, — заверила Шарлотта. — Мы не проиграем из-за меня.

Управляя яхтой, Деклан забывал обо всех своих разочарованиях. А Шарлотта делала пометки в своем блокноте. Ей нравилось составлять список дел. И ей определенно нравилось знать, что будет дальше. Тем не менее она позволила ему отвезти себя на пристань и, стиснув зубы, села на яхту. Ему больше всего нравился момент, когда она скидывала балетки и закатывала белые хлопчатобумажные брюки, обнажая ноги.

Судя по напряженному выражению ее лица и по тому, как она теребила завязки своего спасательного жилета, чуда еще не произошло, и она не преодолела свой страх перед глубокими водами. Он раздумывал, не хочет ли она поговорить об этом, но взгляд, который она бросила на него, подсказал, что эта тема закрыта. Он также подумал, не начать ли разговор о том, какой Брайант Пэлсгрейв первосортный засранец, но решил не затрагивать тему отцов. В его собственном доме было полно проблем, поэтому он просто замолчал. Зато Шарлотта начала давать ему приказы, пытаясь управлять их лодкой. Это было мило.

Позволив Шарлотте немного попрактиковать свои навыки плавания под парусом, он взял управление на себя, и яхта просто полетела над водой. В течение следующих двух часов он переключался с управления яхтой с наветренной стороны на подветренную, чтобы почувствовать, как она движется.

Шарлотта была прекрасным товарищем по команде. Кроме самого океана, ничто, казалось, не беспокоило ее: ни брызги воды, ни соленый влажный ветер, растрепавший ее гладкий хвостик, ни солнце, от которого у нее уже появился загар.

Прошлой ночью быстрый поиск в Интернете выдал ему статьи о помолвке Шарлотты и ее последующем расторжении. Большая часть рассказа была посвящена ее теперь уже бывшему жениху, мужчине, который любил покрасоваться перед камерами. Трудно было представить сдержанную Шарлотту рядом с таким мужчиной.

Шарлотта ухватилась за трос.

— Шарлотта, — сказал Деклан предупреждающим тоном.

Вероятно, она не слышала его, потому что продолжила тянуть, хоть и не была уверена в том, что делает. Она потянула еще, и, конечно же, парус поднялся прямо на мачту.

— Ух ты. — Она запрокинула голову и, прищурившись, посмотрела наверх. — Это не входило в мой план.

Он улыбнулся ей.

— Так я и думал.

Она вздохнула:

— Скажи мне, как это исправить.

Теперь настал его черед вздыхать.

— Может быть, ты позволишь это сделать мне?

Но она покачала головой и сказала:

— Моя ошибка. Мне и исправлять.

Он поправил паруса, замедляя ход лодки.

— Сделаем короткую остановку, и я все приведу в порядок.

Он пошел на нос яхты и бросил якорь. Яхта описала ленивую дугу, замедлила ход и остановилась.

Шарлотта взволнованно наблюдала за ним.

— Мы что, застряли здесь? Мне же завтра нужно идти на работу!

— Я доставлю тебя домой, Шарлотта.

Деклан снял туфли, заметив, что она уставилась на его босые ноги.

— Если вежливо попросишь, я устрою тебе стриптиз.

Она закатила глаза:

— Что ты собираешься делать?

Он спокойно посмотрел на нее:

— Нужно вернуть фал на место.

— Ты собираешься туда подняться? Я уверена, что смогу с этим разобраться.

Она смотрела на верхушку мачты так, словно это был Эверест.

— Не нужно беспокоиться обо мне.

Насколько он мог судить, она и так беспокоилась обо всех остальных, поэтому добавлять еще одного человека к этому списку было излишним.

— Правда? Ты просто собираешься залезть туда? А что, если ты упадешь?

— Обещаю не падать.

Высота мачты составляла около тридцати футов. Он забирался и выше.

— Остановись. У меня железное правило: никто другой не платит за мои ошибки.

Она вскочила, очевидно решив помешать ему забраться наверх. Это была небольшая яхта, и Шарлотта еще не совсем освоилась на ней. Он протянул руку, чтобы поддержать ее. Удивительно, но он совсем не возражал притянуть ее ближе. Было странно осознавать, что ему так нравилось прижимать ее к себе.

— Шарлотта. Ничего страшного не произошло. Не волнуйся. Это просто ошибка. И совсем небольшая. Слышишь?

— Конечно.

Да, она не идеальна. Она может совершить ошибку. Но и он тоже. По правде говоря, огромное количество ошибок. Самой последней из них была сделка, которую он заключил с Джей Джеем по поводу «Мастерсон Энтертейнмент». Он провел годы, мечтая о признании и признательности своего отца, но так и не сумел оценить свободу не хотеть этих вещей. Победа в этой регате казалась ему простым способом заключить сделку с ним. И это была ошибка номер один.

Второй ошибкой стало то, что он дал Джей Джею понять, как сильно хочет получить компанию. Последние два года он искал новые таланты, заключал сделки, рисковал и брал в работу сценарии, за которые никто другой не взялся бы. Все это только-только начало приносить плоды, ему удалось сколотить команду, которой нужна была эта работа, которая многое поставила на то, что Деклан выполнит свои обещания. И было здорово сознавать, что Джей Джей не сможет отказаться от своих слов, пока Деклан выигрывает эту дурацкую регату. Так что он победит, чего бы это ни стоило…

И вот и ошибка номер три. Джей Джею Шарлотта казалась идеальной.

— Я не могу из-за тебя сохранять равновесие, — пробормотала она.

Однако не отодвинулась.

— Я виню в этом тебя, — пробормотала она.

Покачав головой, он поддержал ее. Несмотря на то, что на ней был спасательный жилет, она чувствовала его тепло. Конечно, Шарлотта тут же поддержала его в ответ, потому что твердо верила в то, что все должны вносить в общее дело равный вклад.

— Все нормально?

Она кивнула.

— Просто скажи это.

— Ты, — прошептала она, затем встала на цыпочки, и ее губы оказались вблизи его губ.

Она коснулась его лица, а затем притянула Деклана к себе. Он подчинился, обнял ее. Медленно, давая ей возможность передумать, наклонился к ней и поцеловал ее. Нежно. Осторожно. Но его губы молили о чем-то большем.

Она отодвинулась назад, когда лодка качнулась.

— Да?

— Да.

Прижав ее к себе, он снова поцеловал ее. Она прижалась к нему.

— Это просто для того, чтобы ты замолчал, — сказала она.

Он улыбнулся в ответ:

— Все, что захочешь, Шарлотта.

Оказалось, что его дама хотела большего. Она рассмеялась, а затем застонала, когда он поцеловал ее сильнее, дразняще прикусив нижнюю губу. Он упивался этим сладким звуком, отвечая своим более грубым стоном. Расстояние между ними сократилось, сейчас их разделяло не больше дюйма, и ему это нравилось.

Когда он наконец отстранился от нее, ее глаза были закрыты, на щеках играл румянец. Он не готов был ее отпустить от себя, и это привело к еще одному мягкому прикосновению его губ к ее губам, а затем она поцеловала его сама…

— Вау. — Она прикусила нижнюю губу, когда они наконец перестали целоваться и уставились друг на друга. — Это было здорово. Хорошо, что мы покончили с этим.

Как будто это было возможно. Деклан откинул волосы с ее лица.

— Мы еще не закончили. Скажи мне, чего ты хочешь. Я сделаю все, что скажешь.

Она отступила назад и опустилась на свое сиденье, собирая волосы в аккуратный хвост.

— Почини лодку, мастер.

— Как пожелаете, моя госпожа.

Шарлотта никогда не мечтала пройти по красной дорожке. Конечно, в детстве она играла в принцесс и кинозвезд, меняя шорты и футболки на тюль, стеклянные бусы и каблуки, но то была просто игра. Как-то она даже представила себя всемогущей правительницей вселенной. Но в жизни это было захватывающим, пугающим и оглушительным.

Поездка с отцом на лимузине от дома Пэлсгрейвов до модного курорта, в котором проходило сегодняшнее мероприятие, показалась ей слишком короткой. Их водитель свернул на широкую подъездную дорожку, присоединившись к веренице роскошных лимузинов.

В Мартас-Винъярд любили проводить светские мероприятия. Фасад отеля был украшен лампочками и цветами. Настоящая красная ковровая дорожка вела мимо толпы репортеров вверх по мраморным ступеням внутрь. Щелкали камеры, репортеры кричали, когда гости выходили из машины.

Если она выйдет из машины, ее жизнь уже никогда не будет прежней.

Шарлотта успела сделать полшага, затем к ней подбежал распорядитель и начал шипеть ей инструкции. Идти и останавливаться оказалось сложнее, чем она думала. Шарлотта сказала себе, что, может быть, она и не голливудская принцесса, но сегодня вечером выглядит именно так.

Фотограф поджидал их машину в тени, там, около подъездной дорожки, с камерой наготове.

Снимки хорошего качества приносили сотни долларов, но уникальный снимок мог принести тысячи.

— У нас тут папарацци, — тихо сказал Деклан, радуясь, что у его «мерседеса» были тонированные стекла. — Он караулит тебя, надеясь застать нас вместе,

Возможность романа между ним и Шарлоттой заставила бы папарацци осаждать дом. Он отправил сообщение своей службе безопасности. Шарлотте понадобится защита.

Она пожала плечами:

— Я не настолько интересная персона.

Ему не нравилось, что она пренебрежительно отзывается о себе.

— Для меня очень даже интересная!

Она закуталась в накидку и взяла клатч, не дожидаясь, пока Деклан бросится на помощь.

— Это уравнение для кинозвезд? Если я интересна тебе, значит, твой фан-клуб там, снаружи, заинтересуется мной?

— Что-то вроде того, — сказал он. — Нам как-то нужно попасть внутрь, Шарлотта.

Она закатила глаза:

— Поскольку меня не радует перспектива жить в твоей машине, то да. Мне придется туда попасть.

И прежде, чем он успел напомнить, что они партнеры и, следовательно, речь идет о «нам придется туда попасть», она уже открыла дверь. Камеры ослепили ее. Шарлотта застыла на месте, но он уже был рядом. Он обошел машину, чтобы захлопнуть дверцу и в то же время оказаться между ней и папарацци.

— Иди со мной. Позволь мне проводить тебя.

Оказалось, что еще два фотографа, которых он не заметил, прятались в тени.

— Шарлотта, ты встречаешься с Декланом?

— Вы помолвлены?

— Ты переедешь в Лос-Анджелес?

— Твой бывший жених знает, что у тебя роман с кинозвездой? Поэтому он уехал?

— Ты больше не будешь работать в «Мартас Кидз»?

— Когда должен родиться ваш ребенок?

— Ты что, издеваешься? — Она резко развернулась, явно намереваясь разогнать их, но первое правило, которое Деклан усвоил в Голливуде, гласило: никогда не вступать в контакт с папарацци.

Притянув ее к себе, он прошептал ей на ухо:

— Пойдем к парадному входу или войдем с другой стороны? Как быстрее попасть внутрь?

От удивления она открыла рот, а он чуть не выругался. Ей точно не понравились бы эти фотографии.

Позади них захрустел гравий, и он понял, что папарацци становится больше. Им пора уходить.

— Ты уже сделал свой снимок, чувак, — сказал он ближайшему фотографу, а затем потащил Шарлотту вверх по ступенькам, забирая у нее сумку и вынимая оттуда ключ. Он быстро открыл дверь, и они вошли внутрь.

Шарлотта тихо выругалась.

— Как они могли такое говорить?

— Это их работа. Они пытаются вызвать ответную реакцию, потому что именно это и продается. Ты в красивом платье? — Он пожал плечами: — Они это уже сфотографировали на благотворительном вечере. Теперь они ждут, что я сниму с тебя это платье. Им нужно что-то, на что люди будут смотреть.

— Значит, они просто так выдумали ребенка? И кольцо?

— Да, — сказал он.

Есть ли в этом какой-нибудь смысл? Нет.

Да и не должно было быть.

Он задержался там дольше, чем следовало. Он старался не думать об этих вещах. С Шарлоттой.

Она была не для него.

Он не из тех мужчин, с которыми можно жить долго и счастливо, и уж точно он не видел никаких примеров того, как может выглядеть хороший брак. Джей Джей уже был разведен, когда усыновил Деклана и Нэша, и снова жениться не стал. Биологические родители Деклана расстались еще до его рождения, а у Нэша был другой отец. Он вырос в бедности, а потом работал как проклятый, чтобы занять свое место в семье Мастерсон.

Такой шикарный дом, как этот? Не для него.

Он вдруг вспомнил, что чувствовал тот злой, обиженный восьмилетний мальчишка, когда его забрали из последней из приемных семей и поселили в особняке Джей Джея Мастерсона в Малибу. Он упорно трудился, чтобы заслужить там свое место, и ему это удалось. Почти.

Деклан посмотрел на Шарлотту. Это не ее вина, что ее отец был претенциозным ослом, и определенно вина Деклана, что из-за него она оказалась в ловушке папарацци в собственном доме.

— Надо отойти подальше от окон. — Он слегка подтолкнул ее локтем.

Она хмыкнула, но отошла дальше.

— Послушай, это не один из твоих фильмов. Такие девушки, как я, не встречаются с такими парнями, как ты.

— А что со мной не так? — Он готов был поспорить, что у нее есть длинный список ответов на этот вопрос.

Он последовал за ней в роскошную гостиную с массивными деревянными потолочными балками, всю обставленную белой мебелью. Овечья шкура лежала поверх старинного персидского ковра перед камином, а из французских дверей был виден бассейн, ухоженная лужайка и Атлантический океан. Трудно было представить, что здесь действительно кто-то проводит время.

Шарлотта села на ближайший диван и со стоном сбросила туфли на каблуках.

— Ты воплощение голливудского шика. А я — нет.

— У тебя есть свои соображения по поводу всей этой истории с кинозвездой, не так ли? Нет причин, по которым мы не могли бы быть вместе.

Ну и что с того, что они происходили из разных слоев общества? И так ли страшно, что он всегда был у всех на виду, в то время как она старалась быть незаметной?

— Кстати, если мы говорим о сексе, — продолжил он, — ведь это просто развлечение, а не сказка или баллада в стиле кантри. Я бы тоже не смог быть частью твоей жизни здесь, по крайней мере, я не смог бы остаться тут надолго.

Она вздохнула и откинулась на спинку дивана.

— Ты и правда так думаешь? Секс для тебя — это просто развлечение?

Он расположился у ее ног на ковре и начал осторожно массировать ей ноги.

— Тебе не было весело в постели, вот в чем проблема!

Она бросила на него сердитый взгляд:

— Я умею веселиться.

Это было не совсем то, о чем он говорил, но ладно.

— Нам следует больше говорить о том, как весело заниматься сексом, потому что прямо сейчас все эти фотографы снаружи думают, что мы именно этим и занимаемся.

Она застонала.

— Нам придется разочаровать твой фан-клуб. Ни ребенка, ни помолвки, ни секса на публику.

Он ухмыльнулся:

— Мы, кажется, сейчас совершенно одни.

Она высвободила ногу и встала.

— Решил воспользоваться ситуацией? Журналисты будут продолжать пытаться найти романтические отношения между нами. Для них это хорошая история.

— Это нелепо и это неправда.

— Мы получим внимание прессы. А спонсорам нравятся счастливые истории о любви.

Джей Джею это тоже понравилось бы, особенно если бы Деклан в точности придерживался сценария сказочной истории. Голливудская кинозвезда, собирающая деньги для детей и влюбившаяся в непритязательную местную девушку? Это была не история, а золото, и Деклан ненавидел себя за то, что признавал это, даже если у него не было намерения действовать в соответствии с этим сюжетом. Он не такой уж мерзавец.

— Мы не будем притворяться влюбленными, чтобы обмануть людей и заставить их оказать нам финансовую поддержку.

— Пусть они сделают свои фотографии и думают, что мы пара, — возразил он. — Мы не будем подтверждать или опровергать их догадки. В конце концов, они потеряют к нам интерес.

— Особенно когда меня бросят во второй раз, — отметила она. — Все еще не понимаю, что я могу выиграть в этом случае.

— Ну, все это ненадолго.

— Нет, — сказала она. — Нет, ни за что. Уже была в этой роли. Даже осталась без паршивой футболки на память.

— Если дело в футболке, то это можно организовать.

Шарлотта не была готова и на следующее утро. Благодаря стилисту Деклана у нее был совершенно новый роскошный гардероб из вещей, сделанных, например, из экологически чистого кашемира. А еще ей строго-настрого было запрещено выходить из дома в штанах для йоги.

Бродя по дому, она мысленно пересматривала список дел на субботу. К ее обычной работе добавилась подготовка к регате, и теперь она ничего не успевала. А поскольку на кухне не осталось ни кофе, ни сливок для кофе, у нее не было никаких шансов наверстать упущенное. Поэтому она решительно вышла из дома, но тут путь ей преградил крупный мужчина. И хотя на нем был темный костюм и галстук, он больше походил на лесоруба или футболиста, вышибалу в клубе или бывшего морского пехотинца.

Она улыбнулась ему своей самой вежливой улыбкой, пытаясь показать, что она самый заслуживающий доверия человек на свете.

— Вы судебный пристав? Потому что, если это так, то я уже рассказала все, что мне было известно, окружному прокурору.

Ни один мускул не дрогнул на лице этого мужчины.

— Мисс Пэлсгрейв, меня прислал мистер Мастерсон.

Она уставилась на него.

— Я из службы безопасности, мисс Пэлсгрейв. Я Райан.

— Но мне действительно не нужен телохранитель.

— А вы были сегодня утром на улице?

— Что происходит? — спросила она.

— Мистер Мастерсон сказал, что объяснил вам: из-за того, что папарацци уже были возле вашего дома прошлой ночью, сегодня утром их будет еще больше.

— И он оказался прав, Райан? На все сто процентов, верно? Потому что, если это так, я буду жаловаться.

— Обычно он всегда прав, мэм. Я хотел бы обсудить с вами ситуацию, и, если вы намерены выходить из дома сегодня, рассмотреть несколько вариантов.

— Райан. — Она помахала перед ним пустой термокружкой. — Я не собираюсь быть пленницей в собственном доме. Все, чего я хочу, — это кофе. Я в высшей степени скучный человек, и все ко мне быстро потеряют интерес.

Райан вывел на экран своего телефона несколько фотографий, сделанных перед домом. Она насчитала одного, двух, шестерых — нет, скорее семерых парней в джинсах и футболках с дорогими профессиональными фотоаппаратами. Все они смотрели на дверь ее дома с гораздо большим интересом, чем эта дверь заслуживала.

— Кофе помогает мне функционировать!

— Хорошо.

На самом деле лучше было получить тройную порцию кофе, шоколада и пончиков, но такой спортивный человек, как Райан, вероятно, не знает о существовании сахара.

Райан написал какое-то сообщение, и ее телефон завибрировал.

«Какой кофе ты предпочитаешь?» — спрашивал Деклан.

Она проигнорировала радость, возникшую при прочтении этого короткого сообщения, и сосредоточилась на своем праведном гневе: «Что ты про меня наболтал?»

«Я должен обеспечить твою безопасность».

Ну да. Ведь она просто окружена злобными хищниками. И вообще она нежный цветок, который необходимо оберегать. Поскольку в этой словесной перепалке ей не выиграть, она решила помучить своего фиктивного бойфренда.

«Кавалер должен знать, какой кофе пьет его девушка».

Ответное сообщение пришло мгновенно:

«Я могу купить все виды кофе, но на это уйдет в два раза больше времени. А Райан говорит, что ты в отчаянии, и просит меня прийти и спасти его».

— Позвольте мистеру Мастерсону принести вам кофе, — сказал Райан. — Он точно знает, как обращаться с прессой.

— Мистера Мастерсона поймали, когда он взбирался на балкон в одних трусах. Тоже мне эксперт!

Райан пожал плечами:

— Теперь он знает, чего не следует делать. И вообще в ту ночь у меня был выходной.

— Вы работали прошлой ночью? — спросила Шарлотта.

— Нет, мэм.

— Тогда какой кофе попросить для вас?

После того, как ей удалось убедить Райана заказать кофе, она отправила Деклану сообщение с их пожеланиями. Она была не настолько глупа, чтобы отказаться от бесплатного кофеина с доставкой, даже если и была достаточно глупа, чтобы поцеловаться с мужчиной в столь людном месте.

Она получила еще одно сообщение, в котором говорилось: «Буду у вас через десять минут».

А затем, еще одно, доказывавшее, что Деклан умеет читать мысли. Он прислал фотографию с грузовичком-пекарней Гитти.

«Я поцелую тебя снова, если ты принесешь полдюжины маффинов», — написала она.

Не то чтобы она действительно планировала обменять свою добродетель на маффины, но выпечка Гитти была просто потрясающей. Они с Гитти дружили с детства, и продукция ее пекарни с каждым годом становилась только вкуснее.

— Пойдемте, — сказала она Райану. — Подождем Деклана у бассейна.

Однако, как только она села, он снова исчез в тени. Утром здесь почти не было тени, но этот человек обладал какими-то невероятными способностями. Пока она ждала Деклана, заглянула в Интернет. События прошлой ночи привлекли большое внимание, и несколько сайтов со сплетнями о знаменитостях опубликовали статьи об «искре», вспыхнувшей между ней и Декланом. Там было полно фотографий, на которых она почти не узнавала себя. Эти уроки по изменению ее имиджа, оказывается, не прошли даром.

На одной фотографии они смеялись, и из-за удачно пойманного освещения казалось, что они стоят в золотом свете прожектора. Тонкие нити с бусинами от ее платья лежали на его руке, а у нее на лице было выражение…

— Надо было столкнуть его за борт, когда была такая возможность, — произнесла она вслух.

Райан благоразумно промолчал.

Ее почтовый ящик был переполнен сообщениями от людей, с которыми она не разговаривала годами. Все хотели знать, правда ли, что она встречается с Декланом Мастерсоном.

С улицы послышался шум. Люди кричали и выкрикивали что-то, но чаще всего можно было разобрать имя Деклана. Шарлотта старалась не вслушиваться, потому что это были варианты неудобных вопросов, которые им задавали накануне вечером. Спустя несколько долгих минут экономка проводила Деклана к бассейну. В одной руке он держал картонный поднос с кофе, а в другой — коробку с выпечкой.

Он отдал ей кофе, затем протянул коробку. Она торопливо разорвала крышку. Маффины Гитти были изумительны, а Деклан был верен своему слову. Он принес ей шесть маффинов и брауни с карамелью.

— Я подумываю о том, чтобы принять его извинения, — сказала она одному маффину. — Несмотря на то, что он притащил твоего злого брата, мистера Брауни. — Она взяла маффин и откусила. О боже. Неужели она громко застонала?

Деклан рассмеялся. Точно, застонала.

— Но почему ты купил еще и брауни? — спросила она с набитым ртом.

— Маффины — это просто кексы, прикидывающиеся здоровой пищей. — Он лукаво улыбнулся. — Так почему бы просто не съесть торт?

Она заглянула в коробку:

— Но тут только маффины и брауни.

Он поднял бумажный пакет, который она не заметила раньше:

— Я приберегаю торт на случай, если нужно будет подкупить тебя.

Он протянул кофе Райану, а затем сел напротив нее, обхватив ладонями свою чашку.

— Итак, — сказал он.

У нее скрутило живот. Были ли статьи в прессе настолько плохими, что он почувствовал необходимость как-то смягчить ситуацию? Или он просто чувствовал себя виноватым, потому что втянул ее в этот водоворот?

— Насколько все плохо, по шкале от одного до полной катастрофы?

— Это зависит от твоего взгляда на вещи. И я действительно имею в виду твой взгляд, а не взгляды твоего отца, мои или Райана. Эта история отлично подходит для нашей регаты. Внимание привлечено, люди делают пожертвования и воспринимают происходящее как романтическую историю.

— Историю о том, как знаменитость закружила бедную простодушную местную девушку в бурном голливудском романе?

Он поморщился.

— Да. Все так. Честно говоря, им бы все понравилось еще больше, если бы один из нас оказался членом королевской семьи с замком.

— Тут я ничем не могу помочь, — сказала она. — У нас тут, в Новой Англии, маловато замков.

Он посмотрел на нее.

— Это привлечет повышенное внимание. Репортеры будут копаться в твоей жизни. До тех пор, пока мы оба не наделаем глупостей…

— Типа залезания голышом на балкон, — вставил Райан.

— Все будет хорошо, — закончил Деклан.

У нее появилось нехорошее предчувствие, что ее помолвка с человеком, которому вскоре будет предъявлено обвинение, скорее всего, не останется незамеченной. Должна ли она нарушить требование окружного прокурора и все рассказать Деклану?

— Актеры и актрисы встречаются с разными людьми, — сказал Райан. — На самом деле в этом нет ничего необычного. Людям нравится тот, кто им нравится, и, если вы не сделаете ничего, что вновь привлечет к вам повышенное внимание, все успокоятся.

— Как люди справляются с таким пристальным вниманием? Как они живут? Ты можешь пойти и купить туалетную бумагу, как любой обычный человек?

Деклан пожал плечами:

— Это плата за возможность заниматься любимой работой, которая к тому же приносит радость другим людям. Райан лучший в своем деле, и он знает, как управлять вышедшей из-под контроля ситуацией и как защитить мою девушку.

— Фиктивную девушку. А сколько стоит Райан? — спросила Шарлотта.

— Это не похоже на «нет».

Он кивнул Райану, и телохранитель удалился. Очевидно, как и все мужчины, они говорили на своем тайном языке.

— Я покрою все расходы. Не волнуйся об этом, ладно?

— Все это так ново для меня. Отнесись ко мне со снисхождением.

Он ухмыльнулся.

— Это я могу!

Она не собиралась думать ни о чем таком.

— Послушай, а это всегда так ужасно?

— Обычно нет, — сказал он. — Но есть и обратная сторона.

Он протянул свой телефон, чтобы она могла видеть экран. Организаторы регаты разместили на сайте термометры, по одному на каждую яхту. По мере поступления пожертвований они наполнялись. Их термометр был полностью заполнен, хотя вчера днем он был заполнен лишь наполовину.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — сказал Деклан. — Я знаю, что многого прошу, что тебе нелегко жить в окружении папарацци. Если ты хочешь все прекратить, мы можем это сделать.

— Ты бы не стал соревноваться?

Он не сводил с нее глаз.

— Если это то, чего ты хочешь, то да. Это будет твой выбор. Я могу выступить с заявлением. Мы можем найти тебе нового партнера.

— Почему ты захотел участвовать в этой регате?

— Джей Джей попросил меня, — сказал он. — Для него это очень много значит, и я подумал, что неплохо сделать что-то приятное для него.

Она вздохнула.

— Я не хочу, чтобы ты разочаровывал его.

— Просто скажи мне, чего ты хочешь, — повторил он.

— Не стану притворяться, что мне нравится, что все эти люди пристально наблюдают за нами. Но я думаю, что мне пора прекратить искать всему объяснение. Даже если мне нравится играть по правилам и всегда иметь четкий план действий, я думаю, что пора от них отказаться.

— К счастью, — сказал он, — я эксперт в том, что касается действий без плана.

— Прекрасно.

Он пожал плечами:

— Так что, может быть, тебе стоит просто довериться своей интуиции? Стоит пожить безо всяких планов.

— И побыть твоей фиктивной девушкой и партнером по регате?

— Да. — Он снова улыбнулся ей своей неотразимой улыбкой, перед которой невозможно было устоять. — И вот мой первый шаг в качестве твоего фиктивного бойфренда — я приглашаю тебя на пикник. Шарлотта, я назначаю тебе свидание.

Это вряд ли, хотя она готова была поспорить, что в меню обеда кинозвезд нет ее любимого и недорогого сэндвича с арахисовым маслом.

Она оглянулась на своего фиктивного бойфренда и задалась вопросом, насколько хорошо она могла бы притвориться, что ее устраивал его роскошный образ жизни. «Послушай, ты сможешь с этим справиться. Это просто ланч. Бесплатный обед!»

— Могу ли я пообедать с моим горячим фиктивным бойфрендом? При этом нам придется покинуть дом, где я нахожусь практически под домашним арестом.

— Все, что я услышал, — это горячий бойфренд и домашний арест, — сказал Деклан.

Шарлотта закатила глаза:

— Только не говори мне, что в своих фантазиях ты видишь себя распутным полицейским.

— Пойдем. — Деклан протянул ей руку. — Сразись со мной с полчищами репортеров, и я накормлю тебя. В твоем желудке должно быть что-нибудь помимо сахара и кофеина.

Фотографы размножались как кролики, но кролики совсем не милые. Это были толкающиеся, орущие, откровенно хамоватые кролики.

Деклан шепнул ей на ухо:

— Ничего никому не говори.

Деклан провел ее мимо папарацци, вежливо улыбаясь и повторяя «без комментариев».

А еще Райан каким-то образом превратился в живой щит, отделивший их от камер. Неожиданно быстро Деклан сумел усадить ее в свою спортивную машину. Шарлотта глубоко вздохнула и рывком закрыла дверь.

— Готова ехать? — спросил он ее, садясь за руль.

— Да, — сказала она. — Я также готова мчаться на бешеной скорости куда глаза глядят.

Она решила не думать о возвращении домой. Было трудно думать о чем-либо, находясь рядом с Декланом, вероятно потому, что сумасшедшая химия между ними не оставляла места для других мыслей и чувств.

Деклан, казалось, знал, куда направляется, поэтому она просто наслаждалась поездкой.

После короткой остановки около одного из самых модных отелей, где Деклан в обстановке полной секретности забрал корзину для пикника, он отвез ее на частный пляж. Шарлотта узнала, что это закрытый пляж, потому что на подступах к нему висело полдюжины предупреждающих надписей, а у входа стояла охрана.

Чувствуя себя нарушительницей границ, Шарлотта украдкой посмотрела на Деклана, когда охранник помахал им, приглашая войти.

Он ухмыльнулся:

— Мне сделали одолжение.

— Ну да, — беспечно сказала она. — Потому что вы лучшие друзья с владельцем — рок-звездой?

— Владелец — продюсер. Мы с ним работали вместе.

Частный пляж представлял собой полосу кремового песка между океаном и дюнами. Помимо четырех белых лежаков, выстроенных в ряд, чтобы с них любоваться прекрасным видом, здесь не было ничего, кроме песка, прибоя и нескольких впечатляющих утесов вдали.

Она тут же скинула сандалии и сказала ему:

— Сними ботинки.

— Эта женщина все время пытается меня раздеть!

Она рассмеялась:

— На тебе слишком много одежды для пляжа.

— А ты знаешь, что могла бы просто попросить меня раздеться? Для тебя ответом было бы «да».

— Так какой у нас план сегодня?

Взглянув на Деклана, она увидела, как он покачал головой.

— Знаю, он у тебя есть. Придется потихонечку готовить тебя к тому, как жить без плана.

— Сначала прогулка. А потом мы съедим всю еду из этой корзинки.

— Понятно, — сказал он и потащил ее вниз по пляжу.

Через несколько минут Шарлотта высвободила свою руку. Ее новая модная прическа никоим образом не предполагала наличие ветра, и сейчас волосы попадали ей в рот, в глаза и даже в нос. Она закрутила волосы в пучок, закрепив их резинкой, которую предусмотрительно надела дома на запястье.

Получилась небрежная домашняя прическа. Деклан заправил выбившуюся прядь ей за ухо и улыбнулся.

Они побрели по пляжу, разглядывая выброшенные на берег коряги. Шарлотта подобрала и положила в карман пару очень красивых ракушек. Ее бросило в жар, когда он переплел свои пальцы с ее, пока они шли обратно по пляжу.

Черный внедорожник, который, как она предположила, принадлежал Райану, стоял рядом со спортивной машиной Деклана, но самого его не было видно — хотя, скорее всего, он был где-то недалеко.

Они с Декланом расстелили на песке клетчатое одеяло и поставили на него корзину для пикника.

— Давайте начнем с десерта. Просто на случай, если нас прервут.

Он одарил ее ленивой улыбкой.

— Папарацци?

— Например, они. — Она потянула за корзинку, которую он держал в руках. — Или случится инопланетное космическое вторжение, апокалипсис, да что угодно. Отдавай корзинку.

Он поставил корзинку и открыл крышку. Затем вытащил огромную пластиковую коробку с чем-то шоколадным внутри.

— Обед задом-наперед? Мне это нравится. Но имей в виду — теперь я знаю, как завоевать твое сердце.

— Ну, ты это начал тогда, когда принес торт на завтрак.

На самом деле Деклан тогда принес маффины и их лучшего друга брауни, но он утверждал, что у него есть торт. Тот «торт» на самом деле оказался пончиком, но с этим можно было смириться. Он тогда хорошо все спланировал для человека, который утверждал, что ненавидит планирование.

Она попробовала содержимое коробки и застонала. Он рассмеялся.

— А что? У меня есть солнце, океан и вкусный десерт. Чего еще может желать девушка?

Он перевернулся на живот и положил подбородок на руки, наблюдая за ней.

— У меня есть идея.

Она ткнула в него вилкой.

— Нет. Никаких разговоров о сексе.

— А кто говорит о нем? Я?

Да, он. Он был огромной проблемой. Ей хотелось, чтобы ветерок как-нибудь остудил ее либидо. Она съела десерт и попыталась найти решение своей проблемы, имя которой Деклан Мастерсон.

Тот, из-за кого ее бросало в жар, порылся в корзинке для пикника, вытаскивая новые находки: например, роллы с крабом. Сочную клубнику. Бостонские пирожные с кремом.

О, ее не-парень-кинозвезда определенно знал путь к женскому сердцу.

Она попыталась найти повод для раздражения, но он все делал именно так, как надо. После того, как он положил на ее тарелку всяких вкусностей, а потом взял что-то себе, они развалились на одеяле, и он начал рассказывать ей истории о съемках кино.

— Как ты стал актером? Нет, постой. — Она нахмурилась. — Должно быть, на этот вопрос ты уже отвечал раз сто!

— Но я никогда не говорил об этом с тобой.

— Ты всегда хотел этим заниматься?

— Мне нравились трюки, — сказал он. — Не было ничего, что я бы не решился сделать. В детстве я прыгал с крыш и катался на велосипеде с горы, стоя на голове.

— Правда?

— Прыгал с крыши в начальной школе, дважды выпрыгивал из окна спальни, прыгал с колокольни в церкви…

Она уставилась на него.

— Как же ты выжил?

— Отличная реакция. И огромная удача, — быстро ответил он. — Хотя история с колокольней прошла не слишком хорошо. Я думал, что смогу спуститься по веревке, за которую дергает звонарь, но оказалось, что все колокола были подключены к какой-то автоматизированной системе и ими управляли с компьютера. Все считали, что я идеально подхожу для роли каскадера. И это было весьма удачно, поскольку Джей Джей, мой отец, владел продюсерской компанией. Кстати, все хотели его послушать, когда он приходил рассказывать о своей профессии в нашу школу, потому что он много рассказывал о том, как на съемках взрывали разные штуки.

Оказалось, Деклан был прекрасным собеседником. Он бывал в таких местах и встречался с такими людьми, делал такие вещи, о которых большинство людей могло только мечтать.

— Почему ты решил устроить этот пикник?

— Я решил тебя угостить. — Он передал ей последний кусочек пирога, доказывая, что он, по крайней мере, джентльмен.

— Но почему?

В его глазах плясали озорные огоньки.

— Может быть, мне нравится заботиться о тебе. Может быть, тебе в конце концов захотелось бы что-нибудь съесть, а ты оказалась в ловушке папарацци. Из-за меня. Ты всегда такая подозрительная?

— Нет, в том-то и проблема.

— Значит, ты мне полностью доверяешь?

— Нет. Я тебе совсем не доверяю, но я совсем не умею подвергать сомнению то, что мне говорят люди. Я не проверяю факты. Зачем считать, что мне все лгут, пока не будет доказано обратное? Видишь? Я ужасно нескладная. Никакие уроки макияжа не смогут помочь превратить меня в гламурную голливудскую красавицу.

— Шарлотта, — простонал он, нежно проводя пальцами по полоске крема на ее щеке.

Его большой палец скользнул по уголку ее рта.

Она замерла.

— Ты так испачкалась, — сказал он, но безо всякого упрека. Совсем.

Затем он притянул ее к себе и поцеловал.

Деклан целовал ее так, что она позабыла, где находится и почему отвечать на поцелуй мужчины может быть плохой идеей. Тепло разлилось по телу. Она совсем не сдерживала себя. И это было проблемой: она опять слишком сильно и слишком быстро доверилась мужчине, но как можно было перед ним устоять?

Улыбаясь, он большим пальцем стер остатки крема с ее щеки. Шарлотта рассмеялась и снова поцеловала его.

— Я хочу тебя.

— Я тоже тебя хочу.

— Ты уверена?

— Ты имеешь в виду прямо сейчас? Здесь?

— Значит, сегодня только поцелуи, — сказал он.

— Хороший план.

Она попыталась отодвинуться от него на безопасное расстояние.

Но его теплые руки потянули ее обратно вниз, гладя ее по спине и ниже под кашемировым кардиганом. Его пальцы скользнули вверх по линии ее позвоночника, а затем снова вниз, рисуя узоры на пояснице.

— Ты потрясающая!

Он нарисовал маленький круг, и она задрожала.

Его пальцы двинулись вверх, медленно исследуя изгибы ее тела. Шарлотта обхватила ногами его бедра, когда он снова наклонился к ней, на этот раз нежно целуя ее шею. Когда он прижал ее к себе, она позабыла обо всем на свете.

— Но мы не будем делать ничего такого, к чему ты не готова.

— Поверь мне, мне нравится то, что мы делаем. Считай, что я на все сто процентов согласна с этим планом поцелуев. — Но что, если для него это было не так прекрасно, как для нее? Должна ли она спросить об этом?

— Но чего хочешь ты?

— Всего! Шарлотта, я хочу делать с тобой все.

Она выдохнула и попыталась собраться с мыслями.

Целоваться с Декланом было безумием. Это было чудесное сумасшествие. Никто никогда не заставлял ее чувствовать себя так, и притвориться, что она любит его, не составило бы труда.

— Но нам не обязательно торопиться, — сказал он серьезно.

И это был худший план, с которым ей приходилось сталкиваться в жизни… Каждая клеточка ее тела — и довольно много клеточек его тела — голосовали за то, чтобы это произошло очень быстро, а лучше прямо сейчас.

— Мы можем не торопиться, — снова сказал он. — Шарлотта, мне понадобится много времени, чтобы узнать и оценить тебя так, как ты этого заслуживаешь.

Она рассмеялась:

— Я не такой уж сложный человек. К тому же ты явно на правильном пути.

Он сел, предварительно осторожно устроив ее на одеяле рядом с собой.

— Я бы хотел разобраться во всем, сделать все правильно, даже несмотря на то, что прямо сейчас мне хочется быстро промотать все этапы разговоров и знакомства с тобой и поскорее перейти к делу. Лечь с тобой в постель будет потрясающе.

— А ты хорош, — сказала она.

— Это все твое влияние. — Он легко прикоснулся к ее губам. — А теперь давай я отвезу тебя обратно в город.

— По плану у нас подготовка к гонке, — напомнила она. — Нам непременно нужно выиграть на следующей неделе.

Он помог ей подняться.

— Еще бы.

Но почему-то ей показалось, что сейчас она проиграла.

Шарлотта была на «Капкейке» и старалась не думать о том, что сегодня может пойти не так. Маленькая яхта, которую Деклан окрестил так после их поцелуя на прошлой неделе, летела по воде, оставив далеко позади место старта. Нужно думать позитивно.

Благодаря успешному сбору средств у них была десятиминутная фора, они не только стартовали с прекрасной позиции с подветренной стороны, но и не должны были обходить другие яхты. Они написали план участия в этой регате, и она выучила все инструкции, предоставленные яхт-клубом, наизусть. Также она спрятала свою папку в шкафчике на корме на случай, если ей понадобится освежить свои знания. Ее единственной задачей было следить за радиосвязью. И она, и Деклан были одеты в специальные комбинезоны, так что даже если бы она упала за борт, то не утонула бы. Деклан держал одну руку на руле, а другую…

Она мертвой хваткой вцепилась в лодку, когда та рванула вперед и когда Деклан повернул их по ветру, и «Капкейк» понесся еще быстрее. От быстрой смены направления у нее скрутило живот. Но, зная, что девятнадцать других яхт и их команды ждали позади них сигнала на старт, Шарлотта радовалась скорости, которой Деклан смог добиться от их яхты. Впереди у них было девять часов плавания. Яхты должны были обойти Мартас-Винъ ярд. Победит та лодка, которая первой пересечет финишную черту. И победитель получит все — за второе место приза не будет.

Из-за сгущавшихся туч регату чуть не отменили. Океан был неспокойным, волны все сильнее и сильнее бились о борта «Капкейка».

Шарлотта вспомнила тот летний день, когда океан почти убил ее. Она плескалась на мелководье, когда одна девочка подбила ее сплавать к буйкам и обратно. Как только добралась до буя, она с энтузиазмом постучала по белому шару и вдруг обнаружила, что осталась одна. Быстро оглянувшись назад, она увидела опустевший пляж. Видимо, всех ребят позвали есть хот-доги и мороженое, ведь они приехали сюда на пикник.

Шарлотта оттолкнулась от буйка и поплыла к берегу, но она уже очень устала и, попав в сильное поверхностное течение, запаниковала и стала сильнее колотить руками и ногами по воде. Она совсем позабыла, что нужно плыть по диагонали, чтобы выбраться.

Так что ей не нравилось бывать на воде. Она любила виноградники, дюны и изрезанную береговую линию. Суша была ей домом, там ей было хорошо, несмотря на то что вокруг была океанская вода.

Деклан спокойно наблюдал за ней.

— У тебя все в порядке?

— Все отлично, — соврала она.

— Давай тогда добавим драйва.

И «Капкейк» набрал ошеломляющую скорость. Когда Шарлотта, наконец, открыла глаза, она не смогла сделать полный вдох, ее легкие, казалось, застыли. Ветер не давал открыть рта и слепил глаза.

Когда колени Деклана коснулись дна, он не почувствовал ничего, кроме облегчения.

Он, пошатываясь, выпрямился, продолжая обнимать ее одной рукой. Она дрожала от холода.

— Еще несколько шагов, — солгал он.

Шарлотта посмотрела на него.

— Нас ждет внедорожник, чтобы отвезти в роскошный отель в спа?

Ладно, она поняла больше, чем ему хотелось бы. Не ответив, он потянул ее к пляжу. Дождь наконец-то начал утихать, но теперь, когда они выбрались из воды, нельзя было недооценивать холод.

— Ты знаешь, где мы находимся?

— Потерялся. Потерпел кораблекрушение. Похоже на кастинг действительно плохого телевизионного реалити-шоу?

Шарлотта пыталась найти хоть что-то хорошее в создавшейся ситуации. Он восхищался этим.

На узкой полоске пляжа не было указателей. Деклан бы с радостью посмотрел на автостоянку или отыскал любой другой признак цивилизации. Вместо этого перед ними был мокрый песок, с одной стороны все еще бушующий океан, а с другой — болотистая бухта. Он увидел тростник и траву, гнущиеся на ветру, множество морских птиц, кружащих над головой, и еще дождь. Чего он не увидел, так это огней, жилья или хоть какого-то решения проблемы. Сейчас можно было только добраться до довольно низкорослого дерева в пятидесяти футах выше по пляжу.

Он потянул ее туда, потому что что-то всегда лучше, чем ничего. Годы, проведенные в приемной семье, помогли усвоить этот урок. Все-таки на них была одежда. Их не сбило с курса и не вынесло на берега Канады или Кубы. И он похлопал по карману, — у него все еще были бумажник и мобильный телефон в водонепроницаемом чехле. К сожалению, когда он вытащил его, связи не было.

— Эй, — сказал Деклан, осторожно усаживая ее под деревом. У него была серая кора, которая напомнила ему о слонах или тюленях, а ветви хоть немного, но защищали от дождя. — Побудь здесь минутку ради меня, хорошо?

— Минутка — это сколько в твоем понимании?

Когда-нибудь им нужно будет поговорить о том, почему она считает, что люди не захотят оставаться рядом с ней — он вспомнил ее бывшего жениха, — либо не вернутся за ней. Но сейчас был неподходящий момент для такого разговора.

— Я обещаю, что скоро вернусь. Ты замерзла и устала, а я могу быстрее позвать помощь, так будет лучше для нас обоих. Ты упала за борт, боролась с волнами, а этот внедорожник все перепутал и не оказался здесь. Позволь мне позаботиться о тебе, Шарлотта.

— Ты тоже был там, со мной, — сказала она, но села на песок там, куда он указал, обхватив колени руками. Она потеряла свои туфли и бейсболку во время заплыва, но на ней все еще было несколько слоев одежды из быстросохнущей ткани. — Я в порядке. А ты?

— Да. — Он прижался губами к ее щеке. — Жди меня.

— Иди. — Она махнула рукой. — Найди спасателей.

Еще мгновение Деклан смотрел на нее, а затем накинул свою куртку ей на плечи.

— Слушаюсь.

— В детстве меня бросали не раз, — тихо сказал Деклан. — Мой биологический отец ушел от моей матери еще до моего рождения. Так что ей всегда нужно было работать, да еще и подрабатывать. Она оставляла нас с Нэшем одних в квартире с едой в холодильнике и списком вещей, которые мы не должны были делать. Она отсутствовала все дольше и дольше, и в конце концов, я нарушил правила. Оглядываясь назад, могу сказать, что она, вероятно, старалась изо всех сил, но ребенку оставаться одному было страшно. И еще я все время думал, что сделал что-то не то.

— Тогда ты и попал в центр, где дети ждут усыновления?

— Да. А потом, пару лет спустя, мама погибла в автомобильной катастрофе. Джей Джей усыновил меня полтора года спустя.

— Должно быть, это было нелегко.

Он не любил вспоминать то время. С той поры он перестал быть уязвимым. И сейчас для Шарлотты он готов был сделать небольшое исключение.

— Я многому научился за годы, прошедшие между жизнью с матерью и жизнью с Джей Джеем. В основном я научился быть жестким и уметь постоять за себя. Я много дрался и понял, что мне нравится выброс адреналина. Еще больше мне все это понравилось, когда я понял, что в драке есть стратегия и ритм, своего рода хореография. Это подготовило меня к работе каскадера, которая в свою очередь привела меня к главным ролям в кино, так что я не жалуюсь.

— Я рада, что для тебя не было худа без добра, но мне жаль. Я знаю, что это неправильные слова, но да, со мной всегда так. Я королева противоречивых эмоций и неудачно подобранных фраз.

Он притянул ее к себе поближе.

— Джей Джей был… Что ж, Джей Джей все время бросал мне вызов. Он привез меня к себе домой, а потом потратил кучу времени на то, чтобы объяснить, почему это оказалось неудачной затеей. И когда он злился или критиковал меня, я бросался навстречу новым приключениям. И мне было все равно, что он подумает, ведь я уже разочаровал его. Думаю, и твое детство не было идеальным.

Она отодвинулась от него.

— Подожди. Ты специально мне все это рассказал, чтобы заставить меня говорить? Тогда я потребую больше подробностей, если уж мы решим обмениваться историями наших жизней.

Он рассмеялся.

— Ты меня раскусила. Но Шарлотта, пожалуйста, расскажи.

— Это произошло на пляжной вечеринке, — тихо сказала она. — Это было довольно важное мероприятие. Собралось несколько человек, с которыми мой отец хотел начать бизнес, и он предупредил меня, чтобы я не путалась у взрослых под ногами. Поэтому я пошла на пляж с другими детьми, и мы плескались в волнах на мелководье. Ничего страшного — все было совершенно безопасно.

У него были кое-какие соображения по поводу безопасности детей, оставленных без присмотра на пляже, но он решил пока оставить их при себе.

— Одна из девчонок предложила мне поплыть наперегонки до буйка и обратно, — продолжила она. — Я согласилась. Я всегда была застенчивой, а эта девочка была суперкрутой. То, что она разговаривала со мной и на самом деле хотела со мной соревноваться, было здорово. Я бы ни за что не отказалась от этой затеи, плюс я хорошо плавала и определенно могла надрать ей задницу. Мы вошли в воду, и кто-то объявил о начале нашего соревнования, и я поплыла. Пока я не коснулась буя, я не понимала, что участвую в соревновании одна.

— Она повернула обратно?

Шарлотта покачала головой:

— Она вообще не поплыла. Она смеялась надо мной, стоя на пляже со своими друзьями. Я так и не узнала, было ли это шуткой, или один из ее приятелей отвлек ее, и она просто забыла обо мне. Они ушли к взрослым, а мне пришлось одной плыть обратно. Я попала в сильное течение, я уже устала и была слишком неопытной, чтобы самостоятельно выбраться из этой передряги. В конце концов, один из взрослых пересчитал детей по головам и выяснил, что я пропала. Когда они заметили меня в воде, вызвали спасателей, которые меня и вытащили. Мой отец был в ярости из-за того, что я устроила такой переполох.

— Это был тяжелый день для тебя, — заметил Деклан. — Этому нет оправдания…

— Но и в моей истории нет худа без добра, — сказала она.

— И что же это?

— Ну, я узнала, что ненавижу океан, плохо разбираюсь в регатах и меня не волнуют репортажи на первых полосах местной газеты. И это в значительной степени делает нас полными противоположностями.

Если она имела в виду, что он любил океан, выигрывал все соревнования, в которых участвовал, и имел миллионы лайков в социальных сетях, то они были противоположностями. Однако все это было не важно. Сегодняшний день пошел наперекосяк даже больше, чем она могла представить. Проиграв сегодняшнюю регату, Деклан не смог выполнить условия Джей Джея. Теперь он не сможет стать генеральным директором «Мастерсон Энтертейнмент». Он отогнал от себя эти мысли, крепче обнимая Шарлотту. Буря, испортившая этот день, утихла, дождь перестал. Он мог бы отправиться на поиски помощи. И все же…

— Спасибо, что пришел мне на помощь.

— Мы уже это обсуждали. Нет необходимости меня благодарить.

Он хотел сказать что-то еще, но она наклонилась, положив руки ему на плечи, и все вокруг осветилось ярче, чем от удара молнии во время грозы.

— Деклан?

— Да? — спросил он, намереваясь предложить новый план спасения.

Вместо этого его руки скользнули под одеяло и обняли ее обнаженную талию.

— Я хочу этот шанс.

А потом наклонилась, прижалась губами к его губам и страстно поцеловала его.

У Шарлотты перехватило дыхание, когда он отстранился, встретившись с ней взглядом.

— Если захочешь остановиться, скажи «стоп», — предупредил Деклан. — Я не воспользуюсь ситуацией в своих интересах.

Хотя она оценила то, что он передал власть в ее руки, нужно было прояснить одну вещь.

— Ты не пользуешься своим преимуществом. Сейчас ключевое слово здесь «если». Если захочу остановиться, я скажу об этом.

Он кивнул и крепче обнял ее.

— Ты даешь мне еще одно обещание, Шарлотта.

Ох уж этот парень с его подсчетами обещаний!

— Значит, хочешь поцеловать меня.

Тепло разлилось по телу. Деклан всегда был в движении, а теперь он ждал. Ждал ее решения. Ждал, когда она выберет его.

Он протянул руку и заправил прядь волос ей за ухо.

— Это все, чего тебе хочется?

— Это первый пункт в моем списке, — сказала она. — Но этот список длинный, и я могу заплакать, если у тебя не окажется презерватива.

— Окажется, — сказал он. — В моем бумажнике, и возблагодарим Бога за непромокаемые пакеты.

— Ты такой подготовленный!

Она рассмеялась и провела пальцами по его лицу, вздрогнув, ощутив колкость щетины на подбородке. Все было в этом восхитительном мужчине — и сила, и тепло… Он снова притянул ее к себе и поцеловал. Она утонула в его объятиях. Он целовал ее снова и снова, проникая языком внутрь ее рта.

Никогда раньше она не испытывала такого желания. Отношения с Джорджем были ошибкой. Ее сердце подсказывало, что Деклан не такой. Он хочет быть именно с ней.

И так все и было. Каждый раз, когда ей это было нужно, он приходил ей на помощь.

Потом, когда они лежали, прижавшись друг к другу, дождь прекратился, барабанная дробь капель по крыше стихла, и можно было слышать, как волны набегают на берег. Им столько всего нужно было сделать, но больше всего Шарлотте сейчас не хотелось шевелиться. Кто бы мог подумать, что секс может быть таким потрясающим?

Деклан сказал, что сейчас вернется. Она смотрела, как он встал и подбросил дров в огонь. Вернувшись, притянул ее к себе и обнял. Она с благодарностью прижалась к нему, потому что в комнате все еще было довольно холодно.

— Почему мы не сделали этого раньше? — спросила она.

Он рассмеялся и притянул ее еще ближе.

— Если бы мы сделали это чуть раньше, мы бы не смогли участвовать в регате. Я утащил бы тебя в башню моего замка и заперся там с тобой.

— Звучит довольно мрачно. Я не уверена, что башни замка есть в списке моих фантазий.

— Тогда на мой собственный тропический остров. И не стесняйся рассказать мне об этом списке фантазий.

Она не смогла понять его интонации.

— У тебя действительно есть замок?

— Нет. — Он провел рукой по ее щеке. — Но, если хочешь, я куплю один.

Это был разговор о будущем. Она отогнала от себя непрошеные мысли. У нее был сегодняшний вечер, и это ведь совсем немало? Она пообещала себе, что больше не будет упускать в этой жизни ни единого шанса.

— Ты можешь заполучить меня всего, Шарлотта.

— В самом деле? Всего-всего? — спросила она. Определенные части его тела ясно давали понять, что он готов повторить то, что они только что делали.

— Всего-всего, — сказал он, а затем поцеловал ее, и это привело к другим приятным вещам, так что огонь снова угас прежде, чем они закончили.

Шарлотта в конце концов, задремала или даже заснула потому, что в одну минуту очень сексуальный Деклан обнимал ее, целуя ее спутанные соленые волосы, а в следующую в комнате стало почти светло, как бывает только в предрассветный час. Правда, Деклан все еще держал ее в своих объятиях.

Огонь совсем погас, но ей было жарко, возможно, потому, что она прижималась к обнаженному Деклану. Одной рукой он прижимал ее к себе, а другую руку подложил под голову. Она залюбовалась великолепной линией его подбородка с утренней щетиной, прежде чем поняла, что он проснулся и тоже смотрит на нее.

О боже!

Они проспали всю ночь вместе. Она вспомнила события прошлого дня: катастрофу на яхте, их плавание к берегу, его заверения, что ничего плохого с ней не случится, когда он рядом, а затем поцелуи, прикосновения обнаженных тел. Секс. Потрясающий, умопомрачительный, лучший секс в ее жизни.

Это может стать проблемой.

И что еще? Он все еще наблюдает за ней.

— Привет, — сказал он наконец.

Она снова посмотрела на него.

— Похоже, ты хочешь что-то сказать.

Так оно и было. Но она была уверена, что для того, чтобы сформулировать и сказать что-то связное, ей потребуются недели!

— Что?

— Ты в порядке? — спросил он.

— Я не знаю, что делать, — призналась она. — И, честно говоря, это не похоже на твою обычную сцену.

— Сцену, в которой я обнимаю красивую женщину? Или сцену, в которой я обнимаю именно тебя?

— Возможно, для ответа на этот вопрос потребуется слишком много искренности.

— Вообще-то мне действительно нравится обнимать тебя, — сказал он.

Шарлотту разбудило не яркое солнце, а стук в дверь. Громкий стук и голоса. Они с Декланом заснули, обнявшись, в сладостном уединении, которым она восхищалась и которому так сильно удивлялась.

Она лежала в его объятиях, их ноги переплелись. Эта поза соперничала с ее любимой позой (хотя прошлой ночью он, конечно, показал ей больше новых поз, которые стали любимыми), в которой ее щека прижималась к его груди и его сердце билось так близко, так размеренно. И на всякий случай, если вдруг прошлой ночью она не уделила достаточного внимания его груди, она поцеловала гладкую загорелую кожу. Она могла бы покрыть поцелуями все его тело.

— У нас гости. Отряд спасателей уже здесь.

Деклан натянул шорты и направился к двери. Несмотря на то, что они оказались посреди океана и так тяжело добирались до берега, он выглядел потрясающе. Ей нравилось смотреть на его мускулистую фигуру и даже на взъерошенные волосы. И, о боже, на нем были только шорты, а она была абсолютно голой.

Он рывком распахнул дверь, загородив собой весь дверной проем. У нее появилось предчувствие, что этого мало. После краткого разговора с людьми за дверью он объявил:

— Мы спасены!

Затем снова повернулся к спасателям и сказал:

— Дайте Шарлотте минутку.

Он закрыл дверь и направился к ней, улыбаясь.

— Это ты во всем виноват. Ты заставил меня раздеться догола.

Деклан передал ей одежду, и она быстро натянула легинсы и футболку под одеялом, благословляя современную ткань за то, что она высохла так быстро, как и было обещано в рекламе. Шум снаружи все нарастал. Пока она надевала все, что могла, Деклан взял свою футболку со спинки стула и натянул на себя.

— Я нормально выгляжу?

— Да. Шарлотта…

— Я достаточно узнала о социальных сетях, чтобы понимать, что нельзя появиться там небрежно одетой.

Он приложил палец к ее губам.

— Я позабочусь об этом.

— Эй, — сказала она. — Мы партнеры.

— Точно. Партнеры. И как партнер и как эксперт по скандалам, я предупреждаю, что там все будет жестко, но я буду рядом с тобой. Запомнила?

— Хорошо. — Ей удалось это произнести только со второй попытки.

Он кивнул, а затем осторожно вывел ее наружу, на крыльцо. Черт побери! Она попыталась пригладить волосы, притвориться, что ничего страшного не происходит. Люди в различной униформе толпились вокруг дома, а уж представителей прессы там было еще больше. Она посмотрела наверх — над ними кружил вертолет. Люди приветствовали Деклана по имени, предлагали кофе и куртки, всяческую помощь. Райан быстро вышел вперед, и они были на полпути к нему, когда она заметила выброшенный на берег «Капкейк».

О боже!

Их бедная яхта была разбита. Она лежала на боку в полосе прибоя, мачта надломилась, а паруса плавали по воде. Паника охватила ее, горькая правда поразила ее. Гонка была проиграна, и она не сможет отдать «Мартас Кидз» призовые деньги. Все, что ей останется, — это миллиард раз просить прощения.

Деклан сжал ее руку.

— Я сейчас вернусь.

Шарлотта оглядывала толпу, пока он обменивался несколькими словами с Райаном. Здесь не было никого, кого бы она хорошо знала, хотя она и видела раньше нескольких людей, ведь это был небольшой остров. Поисково-спасательная команда спустилась на пляж, чтобы осмотреть яхту или что там еще делают с потерпевшими кораблекрушение судами. Вскоре Деклан протянул ей чашку кофе и пару туфель, которые он где-то раздобыл каким-то волшебным образом. Он повел ее к вертолету, который приземлился на открытой лужайке чуть подальше от дома.

Папарацци снова начали выкрикивать вопросы, интересуясь, что же произошло.

Не останавливаясь, он ответил:

— Невезение и шторм. Их невозможно было победить!

— Как вы относитесь к проигрышу, ведь вы так сильно опережали всех остальных?

— Что вы можете сказать по поводу слухов о вашей смерти? И о том, что академия планировала вас чествовать?

— Шарлотта! Расскажите нам о героизме Деклана. Он спас вас прошлой ночью? Каково было оказаться с Декланом ночью на безлюдном берегу?

Все уставились на нее. Защелкали фотоаппараты.

Она никогда раньше не летала на вертолете, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.

— Господи помилуй, — пробормотал Деклан. — Скоро они спросят, продали ли мы права на экранизацию этих событий.

— Может быть, мы уже можем отправиться домой?

— Я отвезу тебя туда, куда пожелаешь.

Обычно Шарлотта передвигалась на минивэнах или видавших виды внедорожниках, так что вертолет был, пожалуй, еще одним новшеством в ее жизни, которых стало слишком много за последнее время. Она вспоминала разговор Деклана с журналистами. Прошлой ночью он сказал, что верит, что они могут быть вместе, но сегодня не обмолвился об этом репортерам. Она позволила Деклану надеть на себя наушники, и мгновение спустя они были в воздухе и Мартас-Винъярд остался позади.

После короткого полета пилот развернулся над океаном в направлении Эдгартауна. Очень быстро они очутились на забетонированной вертолетной площадке за домом. Рядом со спортивной машиной Деклана был припаркован BMW последней модели, а также по меньшей мере дюжина других машин. Пилот заглушил двигатель, и после того, как лопасти перестали вращаться, Деклан помог ей выйти из вертолета.

— Эй, — сказал он, обхватывая ее талию. — Нам действительно нужно поговорить.

— Прямо сейчас?

Сейчас ей нужны были кофе, горячий душ и постель.

— То, что произошло с нами вчера, вызывает большой интерес. Об этом говорят по телевидению, пишут в соцсетях… Люди хотят говорить с нами, услышать нашу историю. Для них мы как будто восстали из мертвых. По крайней мере, так выглядят заголовки газет.

— Так все думали, что мы погибли?

Он кивнул.

— А теперь мы воскресли.

Он обнял ее за плечи и повел к дому.

В конце подъездной дорожки стояла толпа людей. Поднялся рев, когда они заметили Деклана.

Там, где они стояли, возвышалась гора цветов, мягких игрушек и свечей. Она знала, что Деклан был звездой, но до этого момента не понимала, что это значит на самом деле.

— Ты об этом хотел поговорить?

— Не совсем.

Он повел ее к двери, а затем остановился, обняв ее. Она уткнулась лбом ему в грудь, оцепенев от усталости.

— Там куча народу. Джей Джей занимается СМИ.

— Что? Как?

Губы Деклана коснулись ее губ.

— Потому что он голливудский магнат, и это отличная возможность поговорить с прессой. И потому, что он осел. И вероятно, еще потому, что он мой отец и думал, что я погиб.

— Значит, он дает интервью?

— Некоторые просто любят поговорить.

Здорово. Теперь она встретится с Джей Джеем, одетая в грязную, пропитанную солью одежду. Она была благодарна судьбе за то, что хотя бы не могла видеть, как выглядит ее прическа.

Деклан не замедлил шага.

— Прямо сейчас мне нужно, чтобы женщина, которую я люблю, оказалась в тепле. Для меня это самое важное в данный момент.

Она застыла на месте, «…которую я люблю».

Он втащил ее внутрь, пока репортеры кричали и включались камеры. Внутри оказался такой же хаос. Двери были распахнуты настежь, люди в наушниках сновали туда-сюда и бросали друг другу краткие, непонятные фразы. Гостиная была превращена во временную телестудию.

Высокий, широкоплечий мужчина лет пятидесяти с небольшим пошел им навстречу. В его тщательно причесанных темных волосах серебрилось несколько седых прядей. На нем была белая рубашка с расстегнутым воротом, заправленная в явно сшитые на заказ брюки, а на запястье поблескивал «ролекс». Та же аура командира, что и у Деклана, но у Джей Джея она была с более жесткими, хищническими нотами.

— Познакомь нас, — сказал он Деклану.

Деклан посмотрел на него.

— Шарлотта, познакомься с моим отцом, Джей Джеем Мастерсоном.

— Мистер Мастерсон.

— Зови меня Джей Джей, Шарлотта. — Он крепко сжал ее руку. — Ты даже красивее, чем на фотографиях. Надеюсь, мой сын хорошо заботился о тебе.

Не зная, что сказать, она ответила правду:

— Так все и было.

Джей Джей кивнул:

— Он знает, как правильно вести себя на воде.

Деклан уставился на своего отца, и между ними начался безмолвный разговор, во время которого они обменивались напряженными взглядами.

— Недостаточно хорошо, — сказал Джей Джей, словно за ним только что осталось последнее слово в этом разговоре. Он подмигнул ей. — Но мы это исправим. Есть люди, которые обо всем позаботятся. Ты сокровище, и Деклан это знает.

Шарлотта почувствовала, как у нее перехватило дыхание.

— Уверена, что из-за знакомства со мной он лишился приза.

Джей Джей посмотрел на нее:

— Еще нет, дорогая.

— Что?

Затем он повернулся к Деклану:

— Хорошая работа, сынок.

— Не сейчас, — прорычал Деклан. — Мы не будем говорить об этом сейчас.

Джей Джей махнул рукой и ушел с кем-то, кто хотел, чтобы он составил расписание для СМИ. Шарлотте показалось, что она узнала репортера из популярного утреннего шоу.

— Так что ты там сказал? Прямо перед тем, как мы вошли?

— Что единственное, что мне нужно сейчас сделать, — это позаботиться о женщине, которую я люблю?

— Именно это, — тихо сказала она.

Деклан просто смотрел на нее.

— Ты меня любишь?

— Да.

Он поцеловал ее в лоб.

Она вдохнула, ноги подкашивались от усталости.

— Ты любишь меня.

— Ты можешь ничего не говорить сейчас. — Он нахмурился. — И потом. Но когда ты действительно захочешь что-то сказать, я хочу быть рядом и это услышать. Прямо сейчас я хочу отвести тебя куда-нибудь, где ты сможешь прилечь и отдохнуть. Если, конечно, тебя устраивает такой план.

— Я тоже люблю тебя, — прошептала она.

— Как думаешь, бесплатный ужин стоит всех этих усилий?

Шарлотта вздрогнула. Она стояла, прижав ладони к окну, выходящему на бальный зал отеля. Стекло приятно холодило руки, хотя на улице было по-летнему жарко.

— Определенно нет. Но мы же делаем вид, что мы не совсем уж неудачники?

— Говори за себя.

Он заключил ее в объятия, чмокнув в макушку.

Мужчина, отразившийся в стекле, был необычайно красив в своем дизайнерском смокинге. Он был на своем месте среди политиков и знаменитостей, богатых жителей Мартас-Винъярд и спонсоров, собравшихся, чтобы чествовать победителей благотворительной регаты.

К ее удивлению, женщина, стоявшая рядом с ним, выглядела так, словно и она была здесь к месту.

Это было почти невероятно. По крайней мере, она здорово смотрелась рядом с ним, с этим замечательным человеком. Его стилист подобрал ей темно-розовый пиджак и белое боди с низким вырезом, которое выгодно подчеркнуло ее грудь. Длинная юбка-карандаш красиво облегала ее бедра, а пара красных босоножек перекликалась с помадой, подобранной визажистом, и сережками с рубинами в обрамлении старинных бриллиантов. Она решила, что хорошо выглядит.

Она пыталась понять, сожалеет ли Деклан об их проигрыше, когда он улыбнулся, глядя на нее сверху вниз. Хорошо. Почти наверняка он хотел поддразнить ее. После их катастрофического выхода из рядов соревнующихся Шарлотта надеялась, что их извинили бы, если бы они не пришли на сегодняшнее награждение победителя. Большинство других участников регаты были вынуждены отказаться от участия в ней, правда, никто кроме них не сделал это так зрелищно. В конце концов, победа досталась яхте, которая стартовала последней и дождалась момента, когда сильнейший шторм стих. Это дало ей возможность неторопливо доплыть до финиша в полном одиночестве.

Получилась классическая история о черепахе и зайце. Никто не ожидал, что сотрудник местной береговой охраны и тренер по выездке лошадей одержат победу. На долю Деклана выпало больше шуточек и поддразниваний, чем он заслуживал.

Да еще слишком многие весь вечер посматривали на них с Декланом, размышляя о том, что же произошло в пляжном домике.

Шарлотта поздравила победителей и попыталась сделать вид, что лишь слегка разочарована, что не получила главный приз и не смогла сделать пожертвование в адрес «Мартас Кидз». Оркестр заиграл вальс.

— Последний шанс сыграть роль Золушки, — сказала она.

Он притянул ее к себе и покачал головой:

— Ты всегда будешь моей королевой.

Она рассмеялась:

— Мне кажется, что раньше ты дразнил меня принцессой. Ты повысил меня в должности до королевы?

— А ты все не можешь мне простить тот разговор?

— Нет. — Она улыбнулась.

— Я был не прав. — Он нежно поцеловал ее в ухо. — Ты гораздо больше чем просто принцесса.

— Да, я повелительница вселенной.

Она надеялась, что этим вечером они лишь пофлиртуют и потанцуют…

Но он резко выдохнул, и его улыбка сделалась печальной.

— Шарлотта?

— Ты собираешься задать вопросы, на которые я не хочу отвечать?

— Возможно.

Но Деклан ничего не спросил. Вместо этого он обнял ее, позволив ей спрятаться за его широкой грудью от толпы в бальном зале, глазевшей на них и судачившей о том, каким героем был Деклан, и о том, что же на самом деле произошло той ночью. Ей было интересно, что бы они сказали, если бы узнали о том, что Джордж запустил руки в средства «Мартас Кидз». Она перевела дыхание и высвободилась из его объятий, чтобы встать рядом с ним.

Он бросил на нее осторожный взгляд.

— Сейчас ответь только на один вопрос: с тобой все в порядке?

— Что конкретно ты хочешь узнать?

— Шарлотта, — почти прорычал он.

— Ты повторяешься, — прошептала она.

— Я жду ответа, — пробормотал он.

— Мы проиграли. — Она пожала плечами, как будто бы не была так подавлена потерей этого последнего шанса. Сделала вид, что ее не переполняет чувство вины, что она не охвачена сожалениями и что не думает постоянно о том, что было бы, поступи она иначе.

— Да уж, знатно проиграли.

— Значит, никакого миллиона не будет пожертвовано «Мартас Кидз». А фонду так бы пригодились эти средства!

Он кивнул:

— Для вашего летнего лагеря. Для того, чтобы Мэгги смогла побыть ребенком, а Джей смог бы хоть раз наесться досыта.

Ее тронуло то, что он так внимательно слушал ее, и она чуть было не сделала опрометчивого признания. Ей нужно было держать язык за зубами, чтобы не ухудшить все дело, ведь окружной прокурор не давал ей зеленого света для рассказов об этом деле. Возможно, Джорджа еще успеют поймать до того, как он спустит все деньги. Речь шла о попытке защитить детей, уберечь их от последствий ошибок, которые совершали взрослые, и о том, как эта попытка провалилась.

Но перед ней был Деклан. Хранить от него секреты казалось таким неправильным. Она взвешивала за и против того, чтобы поделиться с ним этой историей.

— У нас проблемы с бюджетом, — призналась она. — Я хочу сказать, что никогда не бывает достаточно денег, особенно в некоммерческой организации. И этот призовой фонд… В общем, у меня, как и у Золушки, будет много дел, когда я вернусь с бала. Потому что…

Она посмотрела на него, желая, чтобы слова сами сорвались с ее губ. Ей хотелось рассказать ему правду. Ей хотелось сказать: «Потому что мой бывший жених украл все. Потому что я доверяла ему тогда, когда следовало проверять! Мне очень, очень жаль…»

Она понятия не имела, что делать дальше.

— Шарлотта? — Он прикоснулся к ее подбородку. — Все в порядке. Слышишь? Все будет хорошо.

Все было совсем не так, но она струсила.

— Давай не будем об этом говорить, ладно? Не сегодня. Это была просто регата и моя безумная идея решить все проблемы с ее помощью.

Вроде ее мечты о них двоих. Но ведь он говорил, что любит ее…

Он нежно сжал ее руку.

— А разве не для этого существует Прекрасный принц, который просто обязан решать все проблемы своей возлюбленной?

— Спешу тебя расстроить. Ты не принц, мистер Голливуд. — Она поцеловала его и спросила: — Мы можем уйти отсюда?

— Конечно. — Он рассмеялся. — Мне кажется, мы достаточно пробыли здесь, чтобы показать, что умеем достойно проигрывать.

Шарлотта рассмеялась, и он закружил ее в каком-то танце, который был не совсем вальсом. Теперь она точно знала, что чувствовала Золушка, танцуя на балу и зная, что в полночь карета превратится в тыкву.

Парковщик подогнал машину Деклана, и она скользнула внутрь. Мгновение спустя он присоединился к ней и быстро выехал на дорогу.

Коснувшись ее щеки, он спросил:

— Поедем ко мне?

— Лучше ко мне.

Сегодня у входа их поджидало меньше папарацци, интерес к ним после их чудесного спасения стал угасать. Они проскользнули мимо фотографов, и Деклан обменялся несколькими словами с Райаном, прежде чем присоединиться к ней в ее коттедже. В ее маленьком доме он казался таким крупным и очень мужественным. Чтобы не забыть, она сразу сняла серьги и протянула их ему:

— Тебе лучше забрать это, пока я их не уронила куда-нибудь.

Он посмотрел на нее и сказал:

— Оставь их себе. Они тебе к лицу.

Шарлотта понятия не имела, сколько могут стоить винтажные украшения эдвардианской эпохи, но эти серьги не были чем-то вроде роз или дюжины маффинов Гитти.

— Я не могу.

Она аккуратно положила их на кофейный столик. Затем со стоном сбросила свои великолепные босоножки.

— Как может что-то настолько прекрасное причинять такую ужасную боль?

— Даже не представляю.

Он загрустил, и ей было невыносимо видеть его таким.

— Нам нужно закончить кое-какие дела. Потанцуй со мной.

Он изумленно приподнял брови, но взял ее за руки, исполняя какой-то шуточный танец, кружа ее по комнате, пока она напевала мелодию любимого вальса. И кто бы мог осудить ее за то, что она чувствовала сейчас себя красавицей из сказки?

Каждый имеет право на фантазии и мечты. И тут она вспомнила…

Она обвила руками его шею, притягивая его к себе, затем прижалась губами к его губам.

— Мы все еще танцуем? — спросил Деклан, обнимая ее и делая последний круг по комнате.

Шарлотта крепче прижалась к нему. Он остановился, и его руки заскользили по ее спине.

Это было умопомрачительно прекрасно, но ей было этого недостаточно.

— Знаешь, я отвечу: «Нет, мы больше не танцуем», но у меня появилась другая идея, мистер Голливуд.

— Неужели придумала применение Прекрасному принцу?

— Пожалуй. Как думаешь, он исполнит мое желание?

— Он готов попробовать. Всегда готов. — Деклан наклонился к ней и снова поцеловал. — Но с ним может случиться фиаско.

Она задвигала бедрами, заставляя его стонать.

— Я надеюсь, что это лишь каламбур.

Он улыбнулся:

— Я весь твой.

— Только сейчас?

Деклан снова улыбнулся.

— И всегда.

— Хороший план.

Он кивнул.

— Ты хочешь, чтобы я принес тебе твою папку, чтобы ты могла сделать соответствующую запись об этом?

— Деклан, я почти уверена, что мы потопили мою папку вместе с нашей яхтой.

«Капкейк» выбросило на берег, так что, возможно, кто-то и спас ее папку, но сейчас она плохо соображала, по крайней мере, ей было не до планов. Она винила в этом Деклана.

— Мы со всем разберемся, — хрипло сказал он.

— Обещаешь?

И, словно прочитав ее мысли, он поднял ее на руки. Ее коттедж был таким маленьким, что через мгновение они оказались в ее крошечной спальне.

— Да.

День обещал быть солнечным. К сожалению, даже если у Шарлотты и выдавалась свободная минутка, на улицу выйти было нельзя, так как папарацци все время торчали напротив офиса «Мартас Кидз». Сегодня она попыталась перекусить у воды, но они буквально набросились на нее. Райан убедил их уйти, но она запомнила этот урок.

Ей нравилось проводить с Декланом время в постели. Очень. Обычно он был в движении, с кем-то соревновался, с удовольствием решал какие-то сложные задачи. Несмотря на то, что в Мартас-Винъярд часто приезжали знаменитости, когда они выходили на улицу, туристы не спускали с них глаз, постоянно подходили за автографами или просили сделать селфи. С ними Деклан был очарователен, но дома он принадлежал только ей. Его легко было рассмешить, он с теплотой смотрел на нее, растянувшись словно большой кот на кровати, слушая ее болтовню.

Пять минут назад она с нетерпением ждала окончания рабочего дня, во время которого пыталась свести их несуществующий бюджет, когда раздался звонок из офиса окружного прокурора. У окружного прокурора было все необходимое, чтобы выдвинуть обвинения против Джорджа Мура. Процесс мог стать долгим, ведь Джорджа еще так и не нашли. Шарлотта выслала копии бухгалтерских записей фонда и была готова ответить на любые вопросы. Наконец, окружной прокурор посчитал, что доказательств достаточно, чтобы передать дело на рассмотрение суда присяжных.

Шарлотта уже несколько месяцев знала, что Джордж — лжец, вор и проныра, но теперь это станет достоянием общественности.

Впервые в жизни она не представляла, что же делать дальше. У нее всегда был план.

Сейчас, пожалуй, стоит дописать письмо об увольнении, которое она набросала, когда поняла, что натворил Джордж. Да, это должно стать первым пунктом в ее списке дел.

Стук в дверь кабинета заставил ее поднять голову. Деклан стоял на пороге в лучах солнца, такой загорелый и красивый, что у нее замерло сердце.

После сумасшедшего финала их регаты они давали интервью за интервью разным средствам массовой информации. Их фотографировали и приглашали на ток-шоу. От этих предложений она отказалась, но он снялся в нескольких передачах, которые она посмотрела, поражаясь тому, как просто и непринужденно он общался с журналистами перед камерами.

Вспомнив об этом, она слегка поморщилась. Несмотря на его уроки по имиджу, она оставалась Шарлоттой. Она не вписывалась в его голливудский образ жизни и не могла представить свою жизнь у всех на виду.

Сегодня впервые после того вечера, где чествовали победителей регаты, у Деклана не было запланировано никаких интервью или съемок в передачах, и Шарлотта планировала переделать как можно больше дел, прежде чем отправиться с ним смотреть фейерверк в Оук-Блаффс. Он предложил пойти куда-нибудь сегодня вечером, и у нее не хватило духу сказать, что она предпочла бы провести этот вечер с ним наедине.

— У тебя все в порядке?

— Неприятный телефонный разговор, — сказала Шарлотта. — Но ничего неожиданного.

Она приехала на работу на своей машине, поэтому к ее дому они ехали каждый в своей машине. Потом он зашел к ней и стал смотреть, как она переодевается, ведь она не собиралась смотреть фейерверк в деловой одежде. И одно повлекло за собой другое, и солнце почти зашло, когда они выбрались из постели и отправились в путь.

Фейерверк в Оук-Блаффс был важным событием здешних мест. Отдыхающие и местные жители собрались на газоне, многие были с корзинками для пикника. Они устраивались вокруг украшенной флажками эстрады для оркестра. Духовой оркестр играл веселые мелодии. Деклан достал из машины свою корзинку и, взяв Шарлотту за руку, повел сквозь толпу поближе к сцене.

В корзинке для пикника были рулеты и газировка в стеклянных бутылках. И, не изменяя традиции, они начали пикник с десерта: с кексов из пекарни Гитти. Потом он усадил ее к себе на колени. К счастью, уже стемнело, но она все равно заметила, что по крайней мере на один телефон была сделана их фотография.

Когда оркестр закончил очередную композицию, Деклан сказал:

— Сможешь кое-что сделать для меня?

Она вспомнила, что произошло, когда он недавно задавал ей именно этот вопрос.

— Здесь слишком много людей. А только один из нас привык к вниманию публики. Он застонал.

— Ты меня просто убиваешь. Нет, нет, речь совсем не о том, о чем ты сейчас подумала. Просто дай мне пять минут и не забывай, что я люблю тебя.

Когда он говорил ей эти три слова, у нее все еще было ощущение, что это нереально. Не раз за прошедший год, прячась в своей постели, она задавалась вопросом, что же с ней не так, почему никто не хочет оставаться с ней рядом. Отцу не было до нее дела. Мужчина, сделавший ей предложение, использовал ее, чтобы добраться до денег фонда. Никто не хотел быть с ней просто, по велению сердца… Она пообещала себе, что не будет ныть и продолжит жить и заниматься своими делами, когда в ее жизнь вихрем ворвался Деклан.

— Я тоже люблю тебя, — сказала Шарлотта.

Он быстро поцеловал ее в губы, а затем встал, потянув ее за собой.

— Не забудь об этом.

Музыка прекратилась, а затем оркестр заиграл снова, но не увертюру «1812 год», которой всегда заканчивался фейерверк, а песню «Выходи за меня замуж».

Деклан опустился перед ней на одно колено и, улыбаясь и глядя ей в глаза, спросил:

— Шарлотта, ты выйдешь за меня?

Она не знала, что будет и как. Но правила игры точно изменились. Снова.

Люди вокруг перешептывались, все фотографировали их в такой важный момент их жизни. «Она уже ответила «да»?» Он опустился на одно колено? «Ты видел кольцо?»

Она посмотрела вокруг, внезапно пожалев, что не находится где-нибудь в другом месте. Она заметила в толпе сотрудников «Мартас Кидз». Никто из них не упоминал, что планирует посмотреть сегодняшний фейерверк. И ее отец? Теперь ей казалось, что все жители Мартас-Винъярд уместились на этой лужайке и никто из них не собирался смотреть в небо на фейерверк.

Все уставились на Шарлотту и Деклана.

Деклан протягивал ей маленькую открытую бархатную коробочку.

Она автоматически потянулась к ней. Там было кольцо с бриллиантом, очень красивое кольцо. Все было так, словно она попала в сказку.

— Может быть, скажешь «да»? — спросил мужчина ее мечты, глядя на нее снизу вверх.

Ей так хотелось выпалить «да» и сразу же начать жить «долго и счастливо»!

— Деклан, — прошептала она.

Где-то щелкнул затвор фотоаппарата.

— Я люблю тебя, — серьезно сказал он. — Выходи за меня замуж, ладно?

Шарлотта кивнула, и Деклан надел кольцо ей на палец.

Толпа заулюлюкала, и оркестр заиграл новую песню, специально заготовленный для этого случая свадебный марш.

Над головой взорвался фейерверк, на небе появилась надпись: «ОНА СКАЗАЛА… ДА».

Кто-то добавил многоточие, как будто бы она могла сказать «нет». Написали бы они на небе «ОНА СКАЗАЛА… НЕТ»? Шарлотта подавила истерический смешок, а Деклан уже вскочил, подхватил ее и закружил. Он успел лишь очень быстро поцеловать ее, прежде чем все стали подходить и поздравлять их.

Позже, примерно после того, как они поговорили практически с каждым жителем и гостем Мартас-Винъярд, она оказалась лицом к лицу с Джей Джеем, отцом Деклана. Со своей дорогой стрижкой, загорелый, в сшитых на заказ брюках и белой рубашке с закатанными рукавами, он хорошо вписывался в толпу лучших представителей острова. Он излучал силу, уверенность, чувствовалось, что за долгие годы работы в Голливуде он сделался влиятельным игроком.

— Добро пожаловать в семью.

Он коротко обнял ее.

Шарлотта обняла Джей Джея.

— Абсолютно идеальная невеста, — сказал ее будущий свекор. — Я одобряю.

Шарлотта не думала, что он ждет от нее какого-либо ответа, поэтому просто улыбнулась и прижалась к Деклану, не зная, как реагировать на эти слова. Никогда она не считала себя совершенством.

— Что ж, хвала небесам за твое одобрение, — сухо сказал Деклан.

— Ты выбрал лучший приз, — продолжил Джей Джей. — Конечно, вы проиграли регату, об этом поговорим позже, но эта молодая леди просто находка. В ней есть все, что должно быть у будущей невесты Мастерсона.

Шарлотта понятия не имела, что он пытался сказать Деклану. Для чего, собственно, она так хорошо подходила?

— Мы можем удрать отсюда? — спросила она Деклана.

— Сделаем все, что захочешь. И будем так делать всегда.

— Жду отчета о твоем дне, — сказала Гитти.

Шарлотта откусила кусочек маффина.

— Снаружи репортеры. Мне больше никогда не удастся выйти отсюда.

— Как одной из средневековых монахинь, живших в монастыре?

— Я собираюсь сделать все, что только возможно, чтобы не выходить туда. Мне кажется, что в наши дни на дом могут доставить абсолютно все.

— Похоже, придется сделать подкоп, — предположила Гитти. — Репортеры любят маффины, поэтому я взяла с них двойную цену.

Тимма, сотрудница «Мартас Кидз», вызвавшаяся провести разведку в тылу врага, просунула голову в дверь со словами:

— Шесть репортеров у самого входа.

— Ладно. Проведем общее собрание здесь, — сказала Шарлотта.

Пару минут спустя она, Гитти и трое сотрудников набились в ее крошечный кабинет.

— Почему столько журналистов у входа? — спросила Тея.

Маленького роста, пятидесятилетняя Тея управляла их офисом как великодушный диктатор. Она не только разбиралась в сложных таблицах, но и успевала связать крючком какую-нибудь вещицу на день рождения каждого сотрудника. Кроме того, у нее была сверхъестественная способность выведывать секреты.

Шарлотта посмотрела на нее.

— Ладно-ладно, мы все знаем, — призналась Тея. — Но я подумала, что вы предпочтете все рассказать нам сами.

Шарлотта теребила свой маффин и старалась не дать волю злым слезам. Тимма отщипнула у нее кусочек маффина.

— Джордж не уволился, — сказала Шарлотта. — Он опустошил мой банковский счет, затем опустошил счет «Мартас Кидз». У нашего летнего лагеря в настоящий момент есть десять долларов. Мы разорены из-за финансового директора, которого я наняла. Я надеялась, что смогу выиграть регату и пополнить нашу казну с помощью приза. Я подвела вас всех, и мне очень жаль.

«Надежда — это не стратегия», — прозвучал в ее голове голос отца. Спасибо, папа. Теперь уж я знаю.

Тимма подавилась маффином. Тея выругалась. А Мими выглядела так, словно замышляла убийство. Никогда еще Шарлотта не любила их так сильно.

Гитти подняла руку.

— Как думаешь, Джордж специально приехал сюда, чтобы познакомиться с тобой? Она предположила, что Джордж завел с ней роман, чтобы завоевать ее доверие, после того как узнал, что она была руководителем фонда.

— Получается, что эти отношения были для него чем-то вроде поездки на охоту?

— Думаю, следует рассмотреть и такой вариант.

Гитти протянула Шарлотте еще один кекс:

— Это банановый, так что будем считать его порцией фруктов.

У Гитти был здоровый взгляд на вещи и неистовая жажда жизни. Она не останавливалась на одном маффине, если все еще была голодна и хотела второй. Во время учебы в школе она научила Шарлотту пить из горлышка стеклянной бутылки с газировкой, делилась с ней своими сокровищами и сумела дать отпор хулигану с детской площадки, который решил, что имя Шарлотта старомодное и что к нему непременно надо добавить обидные прозвища.

— Так что же теперь будет? — спросила Тея.

— Не знаю, — честно призналась Шарлотта. — Но я буду держать вас всех в курсе. Мне точно известно, что окружной прокурор выдвинет обвинения, а правоохранительные органы уже официально разыскивают Джорджа, чтобы арестовать его.

Тимма нахмурилась:

— Он вернет деньги?

— Если они все еще у него, то да. — Шарлотта помолчала. — Но я боюсь, что он взял их не для того, чтобы хранить в тумбочке.

Тут все начали говорить одновременно, обсуждая, на что Джордж мог потратить деньги. Тея считала, что он мог купить какую-нибудь недвижимость, так как каждому злодею нужно укромное место. Тимма задавалась вопросом, инвестировал ли он в криптовалюту. Гитти была уверена, что он все спустил на азартные игры.

Шарлотта только знала, что у него теперь будут проблемы с репутацией.

А у нее проблемы с пиаром. После того как сотрудники «Мартас Кидз» ушли, предварительно выслушав заверения Шарлотты, что она сделает все возможное, чтобы устранить проблему и сохранить их рабочие места, она и Гитти решили посмотреть, что пишут в социальных сетях. Сайты сплетен о звездах опубликовали историю о том, что новоиспеченную невесту кинозвезды ждет аудиторская проверка, которая поставит крест на ее карьере. Также они рассуждали о том, почему и как ее предыдущий жених сбежал почти с миллионом долларов. Высказывались предположения о том, что Шарлотта была замешана в этом и просто ждала момента, когда сможет переехать в Белиз или на Фиджи; что убитый горем Деклан отправился в свой особняк в Голливуде, где нашел утешение в объятиях не одной, а сразу трех актрис; что он порвал с Шарлоттой; что ее образ простой девушки был ловким пиар-ходом, который был нужен, чтобы исправить его подмоченную репутацию.

— Итак, ты рассталась с Джорджем. Кстати, поздравляю с этим, — сказала Гитти. — А потом ты вышла на новый уровень и стала встречаться с кинозвездой.

— Вообще-то Джордж бросил меня.

— К черту подробности. Ты бы бросила его, когда узнала бы, какой он козел. Ты не рассказала о Джордже своей команде. А Деклану ты все рассказала? Или он узнает об этом прямо сейчас?

Шарлотта выглянула в окно и попыталась не паниковать. Гитти была права. Деклан только что подъехал, и репортеры окружили его со всех сторон.

— Я узнала об этом всего два месяца назад, и у меня был шанс возместить эти средства, если бы я выиграла регату. Поэтому я молчала.

Гитти похлопала ее по руке:

— Но, дорогая, люди делятся со своими друзьями. С семьей. С теми, кого любят. И если ты любишь Деклана, почему ты не могла ему об этом сказать?

Стук в дверь спас ее от ответа на этот вопрос.

— Готова поспорить на последний маффин, что это твой Прекрасный принц спешит к тебе на помощь, — усмехнулась Гитти. — На твоем месте я бы поскорее впустила его.

Шарлотта подошла к двери, чтобы впустить Деклана. Он выглядел расстроенным.

— Почему ты мне не позвонила? — спросил он.

Шарлотта понятия не имела, с чего начать этот разговор, но у Гитти такой проблемы не было. Пристально глядя на экран телефона, она сказала:

— Потому что она сходила с ума. И разве ты сам наполовину не виноват?

Шарлотта понятия не имела, о чем говорит Гитти, но оценила поддержку.

Не обращая внимания на Гитти, Деклан посмотрел Шарлотте в глаза.

— Я не Джордж Мур.

— Она тоже, — совсем не смутившись, ответила Гитти.

Шарлотта замерла, ей нужно хоть что-то сказать. Не важно, насколько сильно она ненавидела споры и ссоры, ей надо поговорить с Декланом.

Гитти не отрывала взгляда от телефона.

— Ты должен был знать, что когда-нибудь это произойдет. Ты позволил этим людям делать утренние снимки. Ты позволил Шарлотте вляпаться в это. Никто не торчал бы здесь на парковке, если бы ты не был голливудской звездой.

— Если бы я знал, что вот-вот будут выдвинуты обвинения в растрате, я бы все сделал по-другому.

— Ну да, — медленно сказала Гитти. — А ты пропустил бы эпизод с предложением?

Деклан и Шарлотта одновременно повернулись к ней:

— Что?

Гитти протянула ей свой телефон. Шарлотта взяла его, с замиранием сердца стала прокручивать страницу вниз. Снимки после того, как их нашли после ее падения за борт. Их она уже видела. Фотография, на которой она запечатлена тогда, когда украдкой уходила от Деклана. Ничего нового. Фотографии, на которых он уходил утром из ее дома. Ага. Но хуже сплетен об их сексуальной жизни был самый свежий заголовок: «Голливудский плохой мальчишка подписал контракт, чтобы сделаться хорошим парнем?»

Ей пришлось прочитать эту историю дважды, прежде чем до нее начал доходить ее смысл.

Согласно «надежным источникам», Деклан заключил сделку с Джей Джеем. Они договорились, что Деклан за хорошее поведение и восстановленный в глазах общественности имидж получит семейную кинокомпанию. Светские сплетники предположили, что предложение, сделанное на глазах у всех простой и добропорядочной девушке с ничем не выдающейся внешностью, было подстроено с целью отвлечь внимание от ночи развратного секса, случившегося после того, как они чуть не утонули.

Она положила телефон и посмотрела на Деклана.

— Я могу все объяснить, — сказал он. — Шарлотта, посмотри на меня.

Она послушалась. Деклан встретился с ней взглядом, и Шарлотта заметила в его глазах жалость.

— О боже! — воскликнула она. — Это правда?

— Ради всего святого. Ты же не думаешь, что я сделал тебе предложение только для того, чтобы заполучить эту киностудию?

— Неплохое было бы приданое, — заметила Гитти. Схватив телефон, она встала и вышла из комнаты.

Шарлотта убедилась, что дверь за Гитти закрылась. Учитывая то, как складывалась ее жизнь в последнее время, она не хотела рисковать, она не могла позволить какому-нибудь репортеру подслушать их разговор.

— Ты действительно подписал контракт с отцом о передаче тебе «Мастерсон Энтертейнмент»?

— Да. Но это было до того, как я приехал в Мартас-Винъярд. Тебе не нужно думать об этом. С этим покончено, да и это касается только его и меня.

— Мы поторопились.

Она одеревенела, что, вероятно, было хорошо.

— Помолвка была ошибкой.

Он был не тем, за кого себя выдавал. Или, скорее, он говорил не то, что думал. Ей казалось, что ему была важна она, такая, какая она есть, а для него помолвка с ней лишь способствовала исполнению обязательств по сделке с отцом.

— Шарлотта, пожалуйста, выслушай меня.

— Ну, расскажи, о чем ты думал? Какой смысл был в этом?

Она схватила свою сумку и начала запихивать в нее все подряд. Ноутбук. Случайную стопку бумаг со стола. Маффины.

— Я никогда не использовал тебя как прикрытие.

Она сдернула кольцо с пальца.

— Забери это. Я не стану помогать тебе получать компанию.

— Это все? Одна неприятная новость в прессе, и ты уже готова разорвать наши отношения?

— Вы с отцом заключили сделку, а ты ни разу не упомянул об этом. У тебя было так много возможностей сказать правду!

— И тебе следовало рассказать мне о Джордже, о проблемах в «Мартас Кидз».

Она положила кольцо на стол.

— Мне не хотелось, чтобы ты думал, что я далеко не идеальна.

— Хорошо, — сказал Деклан. — Ты готова признать, что тебе необходима помощь? Готова позволить кому-то тебе помочь?

Шарлотта посмотрела на него.

— Если это и так, то этим кем-то будешь не ты.

И она вышла из комнаты.

Шарлотта только что закончила редактировать свое заявление об увольнении. Она нажала на кнопку «отправить».

Две секунды спустя Тея влетела в ее кабинет. Вот это да! Даже для Теи это было очень быстро.

— Что ты наделала?

— Я увольняюсь, — заявила она. — Мне жаль. То, что я сделала, уже невозможно исправить.

— Ты нас бросаешь! — сказала Тея.

— Я всех подвела. Мне нельзя остаться.

Боль в ее груди усилилась. У нее раскалывалась голова. Не обращая внимания на протесты Теи, она схватила коробку с вещами и вышла на улицу. Теперь, когда папарацци перестали следить за ней и Декланом, она могла беспрепятственно дойти до своей машины.

Кто-то посигналил, и Шарлотта вспомнила, что сегодня понедельник, а значит, грузовик-пекарня Гитти с маффинами здесь. К часу дня очередь за выпечкой для завтрака поредела, а очередь за послеобеденным десертом еще не появилась.

— Кто-нибудь умер?! — закричала Гитти.

Она запихнула коробку с вещами в машину и зашагала к Шарлотте через улицу.

— Послушай, как ты думаешь, у меня проблемы с тем, чтобы попросить кого-то о помощи?

— Ты хочешь услышать честный ответ или пристрелишь того, кто ответит правдиво на этот вопрос?

Шарлотта прищурилась:

— Ладно. Это «да»? Почему бы тебе просто не сказать это?

Гитти вздохнула:

— Ты просто ненавидишь просить о помощи. Помнишь, как в четвертом классе у тебя заклинило замок в туалете и ты несколько часов не признавалась в этом? Мы все думали, что у тебя пищевое отравление, а ты безуспешно пыталась придумать, как выбраться.

— Мне жаль. Я могла бы…

— Не говори, что все исправишь. Я твоя подруга, и мне больно смотреть, как это на тебя влияет.

— Я не могу это исправить, — призналась она. — Не важно, как сильно я этого хочу, У «Мартас Кидз» больше нет денег. Мы не сможем открыть летний лагерь. В мои обязанности входил сбор средств. Мне оставалось только уволиться.

Гитти кивнула:

— А ты спрашивала правление фонда, что, по их мнению, было бы лучше для «Мартас Кидз»? Может быть, стоило попросить их о помощи?

Этого она не сделала. Она размышляла об этом, пока Гитти готовила ей кофе. Шарлотта пыталась справиться со всем сама. Она думала, что если ей удастся достаточно быстро найти решение проблемы, то и говорить об этой проблеме не придется.

— Мне следовало поговорить с ними о бюджете, — призналась она.

Гитти кивнула:

— И?

И… Шарлотта замолчала, потому что на самом деле не знала, что делать дальше. Она посмотрела на Гитти, пожимавшую плечами.

— И тогда коллектив умных, неравнодушных людей устроил бы мозговой штурм и попытался бы найти решение, — сказала Гитти. — И возможно, одно из них оказалось бы верным. Возможно, вы все еще были бы на мели. Но ты бы извинилась, а они бы поговорили с тобой. Вероятно, были бы крики, но затем… прощение.

— Я снова ошиблась, но эту ошибку я могу исправить. — Ей придется забрать заявление об уходе.

Гитти показала ей поднятый большой палец.

— У тебя все получится.

Развернувшись, Шарлотта направилась обратно в «Мартас Кидз», в свой бывший офис. С надеждой, что это все еще ее офис. Затем она отправила второе электронное письмо.

— У нас проблемы с бюджетом, — сказала она Тее, когда та просунула голову в дверь несколько минут спустя. — Пожалуйста, назначь заседание правления как можно скорее! Мне нужно объяснить им ситуацию и предложить несколько возможных вариантов решения. — Она вздохнула и посмотрела на Тею. — Но для этого мне нужна помощь. Твоя помощь.

Тея улыбнулась:

— Я займусь этим, босс.

Деклан прыгал со зданий и мостов, из самолетов и с горных склонов. Он делал это без колебаний, и в Голливуде все знали, что он может сделать все возможное, чтобы сцена была снята. Даже когда Шарлотта исчезла за бортом «Капкейка», он точно знал, что предпринять дальше: броситься за ней в воду и благополучно доставить на берег. Быть сильным, быстрым, хорошо натренированным — этого было всегда достаточно.

А теперь он понятия не имел, что делать дальше.

Его агент все еще злился на него из-за скоропалительной помолвки и их разрыва. Ему нужен был идеальный сказочный финал истории Деклана и Шарлотты. А Шарлотта вернула кольцо. Черт возьми, она выгнала его, даже не задумываясь о том, что скажут люди! Она поругалась с ним из-за того, что он поставил свою карьеру на первое место, из-за этого дурацкого контракта, который подписал с Джей Джеем. Он все еще был ребенком, которого родители отдали на усыновление другими людьми. Усыновление — такая штука, усыновители могут вернуть тебя обратно, могут прогнать тебя.

Он боялся, что от него откажутся, поэтому всегда уходил первым. Он превратил отношения в игру, это всегда было весело и не могло причинить ему боль.

Он думал, что с ним все будет в порядке, что он преодолеет свои чувства к Шарлотте, вернется в Калифорнию и займется делами «Мастерсон Энтертейнмент», и все будет в порядке.

Но все было не в порядке. В СМИ публиковали просто ужасные статьи. Самые разные люди, от ранее неизвестных ему членов биологической семьи до жителей Мартас-Винъярд захотели высказаться о Шарлотте и ее бывшем женихе.

А сегодня он увидел в газете фотографию Джорджа, которого выводят в наручниках из самолета, прилетевшего с Багамских островов. Бывший жених Шарлотты хотел заключить сделку, чтобы максимально облегчить свою участь, и очень подробно рассказал, что и как он делал в «Мартас Кидз». Он поведал всем о доверчивости Шарлотты и о том, как она попала под его обаяние.

Но больше всего Деклана разозлило то, что в средствах массовой информации написали о надвигающемся закрытии «Мартас Кидз». Журналисты писали о разочарованных детях, которые не смогут попасть в летний лагерь, о сотрудниках в офисе Шарлотты, которые рассчитывали на зарплату от фонда, обо всех планах Шарлотты, нанося ей сопутствующий ущерб. Поскольку это было практически единственное, что он мог сделать, — вчера он послал анонимное пожертвование. Но это всего лишь деньги. Деклан был на другом конце страны, вдали от Шарлотты, вместо того чтобы быть с ней рядом. И хотя она прогнала его в недвусмысленных выражениях, ему нужно было быть в Мартас-Винъярд!

Быть на одной с ней улице. Где-то, где он смог бы что-то сделать для нее. Если Джордж заставит ее плакать или волноваться, у Деклана были свои планы на этот счет, и сегодня он осуществит первый шаг.

Он добрался от своего дома в Санта-Монике до Голливуда за рекордно короткое время. У них было два фильма в стадии постпродакшн, на этой неделе начинались съемки для нового проекта, так что у него было много вопросов, которые нужно было решить.

Большинство людей старались убраться с пути, завидев Деклана. Когда ворвался внутрь, он выглядел довольно мрачно.

— Где Джей Джей? — спросил он парнишку, стоявшего на ресепшен.

— Он в конференц-зале. Я сообщу ему, что вы здесь, мистер Мастерсон.

Секретарь осторожно попытался преградить Деклану путь, но он обошел его и быстро пошел по коридору, прежде чем тот успел сказать что-то еще.

Деклан провел много времени в этом конференц-зале, здесь он заключал контракты, обсуждал плюсы и минусы проектов и неоднократно боролся за «Мастерсон Энтертейнмент».

Сегодня Джей Джей сидел на своем обычном месте во главе длинного стола. Он совсем не удивился, увидев Деклана. Почему-то сегодня Нэш сидел рядом с Джей Джеем. Нэш не часто покидал свою лабораторию, хотя уже заработал целое состояние на своих исследованиях. Они с Декланом кивнули друг другу.

— Ты проиграл, — сказал Джей Джей, не утруждая себя приветствием. — Объясни мне, почему я все еще должен сделать тебя своим наследником и не принимать предложение о покупке компании, которое мне сделали.

Нэш, как охотничий пес, почуявший дичь, наклонился вперед.

— Значит, газетчики написали правду? Ты был настолько глуп, что подписал с ним контракт?

Деклан напомнил себе, что любит своего брата.

— Это правда, но сегодня я пришел говорить не об этом.

Нэш пристально посмотрел на него:

— Какая же сегодня повестка дня? Будет ли презентация? Меня позвали на семейный обед, а теперь я чувствую себя неподготовленным.

Джей Джей откашлялся и посмотрел на него. Деклан привык к неодобрительным взглядам Джей Джея, но сейчас он решил, что сегодня это будет в последний раз. Может быть, он и осел, но он не такой гордый и готов учиться у умных людей. Шарлотта приняла решение отстаивать то, во что верила. Она расправила плечи и вошла в бальный зал так, как будто была членом королевской семьи, и в тот день она не была и вполовину такой храброй, как тогда, когда велела ему проваливать. Она заставила его захотеть стать лучше. Что ж, ей это удалось.

— Деклан действительно подписал со мной контракт, — сказал Джей Джей Нэшу. — Мы заключили сделку. Он получил бы «Мастерсон Энтертейнмент», если бы смог доказать, что он настоящий Мастерсон.

— Ты устроил ему такой экзамен, — нахмурившись, сказал Нэш. Казалось, его не задело, что ему не устраивали подобных испытаний и фактически лишали наследства.

— Сначала тебе немного удалось исправить свой имидж, — сказал Джей Джей Деклану, полностью игнорируя Нэша.

Как будто Деклана заботило то, что говорят о нем люди! Был только один человек, чье мнение имело значение. Вернее, два. Нэш и Шарлотта.

— Тебе удалось обручиться с настоящей принцессой Новой Англии. Но, похоже, ты потерял еще одну невесту.

— Просить Шарлотту выйти за меня замуж было самым умным поступком, который я когда-либо совершал, — перебил Деклан. — И она не принцесса, а настоящая королева.

— А ей ты сказал об этом? — спросил Нэш.

Деклан этого не сделал. И поскольку это тоже было чем-то, что он мог исправить, он достал телефон и написал Шарлотте сообщение: «Я настоящий осел, и я скучаю по тебе». Он поднял руку, когда Джей Джей начал говорить.

— Нам нужно прояснить пару моментов. Во-первых, я здесь закончил свои дела. Я ухожу. Больше никаких проверок и заданий. Я открываю свою собственную кинокомпанию, так что у «Мастерсон Энтертейнмент» будет новый конкурент. И поверь, я намерен надрать вам задницу. Во-вторых… — Он покачал головой. — Постой, похоже это все. Я ухожу.

Затем Деклан развернулся и убрался оттуда, подальше от Джей-Джея и его испытаний и манипуляций. Возможно, не следовало бросать вызов Джей Джею, но он просто пытался измениться, а не стать совершенно другим человеком. Он был готов к соперничеству; и он добивался того, чего хотел. И хотя у него было больше денег, чем мог потратить один человек, он не мог сидеть сложа руки. И это относилось и к Шарлотте. Ему необходимо ее вернуть.

Но после их романа, протекавшего на виду всего Мартас-Винъярд, он понял, что ему нужно проявить осторожность. Шарлотта терпеть не могла быть в центре внимания. Теперь ему предстояло убедить ее, что ей, возможно, понравится быть в центре внимания одного конкретного человека. В центре его внимания.

Нэш догнал его.

— О чем ты там думал?

Он бежал вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

— Мне кажется, я выразился ясно. Если Джей Джей все еще хочет, чтобы представитель семьи Мастерсон руководил компанией, то ты можешь стать новым генеральным директором и будущим владельцем. Или он может разыскать своего сына Ревера. Я пришлю поздравительную корзину с фруктами новому руководителю.

— Ты действительно отказался от всего из-за Шарлотты?

— Да.

Деклан толкнул дверь внизу и вышел на улицу. Люди заметили их, но решили к ним не приближаться. Гром и молния. Так их можно было сейчас назвать.

— Черт побери, — сказал Нэш. — А ты действительно ее любишь.

— Я знаю.

Нэш прибавил скорости и первым добрался до машины Деклана. Скрестив руки на груди, он прислонился к ней.

— Итак, ты согласился участвовать в благотворительной регате, потому что Джей Джей был зол из-за истории с Джесси Сент-Чайлз. Я не уверен, почему ты решил, что предложение, сделанное тобой в одних трусах, будет принято, но это уже другая история. Так что ты участвуешь в регате, становишься партнером Шарлотты. А затем мы вдруг узнаем, что тебя обнаружили голым в постели с ней после кораблекрушения, случившегося во время шторма. Ты делаешь ей предложение, она говорит «да», все таблоиды сходят с ума. Это сюжет одного из фильмов?

Деклан фыркнул:

— Это был несчастный случай. Был ужасный шторм.

— А часть про постель?

— Не твое дело.

Его брат рассмеялся.

— Итак, ты с ней переспал, а затем, где-то по ходу пьесы, у тебя проснулись к ней чувства, но тем временем Джей Джей понял, что она ему может пригодиться, потому что она милая девушка, которая не устраивает скандалов и не использует ваши фото без одежды. Ты сделал ей предложение. Она согласилась. Так что же пошло не так? Почему ты вернулся сюда и решил разрушить свою жизнь?

— Она согласилась изменить свой имидж, а я позволил ей выбрать благотворительную организацию, которой мы пожертвовали бы выигранные деньги в случае нашей победы.

Нэш закатил глаза:

— Как считаешь, Шарлотта яркая, привлекательная, забавная и в то же время решительная девушка? Не стесняйся, можешь добавить к описанию что-то еще.

— Она сексуальная. Любознательная. Готова пробовать что-то новое, даже если ей и приходится выйти для этого из зоны комфорта. Ей не нравится быть в центре внимания, поэтому люди обычно ее не замечают. Тем хуже для них.

— Я хочу кое-что уточнить… Ты сказал этой действительно потрясающей девушке, что ей нужно измениться? И ты почему-то думал, что это поможет тебе добиться ее расположения?

Деклан нахмурился.

— Я думал об этом скорее как о вызове.

Вызов — это съесть банан без помощи рук. Пробраться в соседний особняк и искупаться там нагишом в бассейне. Совершить прогулку на вертолете. Не надо пытаться переделать кого-то, особенно если тебе нравится его оригинальная версия.

Они делали все это и даже больше, когда были подростками.

— Я заключил эту сделку с Джей Джеем, — признался Деклан.

— Сделку, по которой ты должен был начать все с чистого листа? — Нэш фыркнул. — Господи, у Джей Джея свое представление о том, какими мы должны быть. Пора бы ему понять, что люди не создаются на заказ. Он получил нас такими, какие мы есть.

— Да. Так вот. Джей Джей и я подписали контракт. Я должен был поучаствовать в регате и восстановить свой имидж. Постараться стать настоящим представителем рода Мастерсонов.

Нэш посмотрел на него:

— Мы и так Мастерсоны.

— Джей Джей все еще не уверен в этом.

— Ну и бог с ним. Это все равно не изменит того, кто мы есть. Но я все еще не понимаю, как это повлияло на твои отношения с Шарлоттой.

— Джей Джею нравится Шарлотта. Он сказал, что она идеально подходит в жены, что он был бы готов закрыть глаза на проигрыш в регате и, раз уж я ее заполучил, отдать мне кинокомпанию.

— Да уж. Звучит не очень.

— И Шарлотта узнала об этом. Ей это не понравилось. Она прогнала меня. Я и ушел.

Нэш бросил на него оценивающий взгляд:

— Итак, можно сделать вывод, что ты идиот, верно?

— Да.

— Пора исправить это. — Нэш развел руками. — Думаю, для тебя это сейчас задача номер один. Возвращайся. Скажи ей все, что нужно, чтобы она тебя приняла обратно.

Деклан выругался.

— Ты не мог бы выразиться более конкретно?

— Нет.

Отлично. Это действительно полезные советы. Каков твой опыт взаимоотношений с противоположным полом?

Нэш пожал плечами:

— Я доктор.

Нэш был одним из самых умных людей, которых Деклан знал. Однако он не был общительным человеком.

— Доктор химических наук, — заметил Деклан.

— Да, и это делает меня экспертом в области химии, — сказал его брат. — Хотя, если у тебя будут проблемы с химией, я не хочу о них знать. Послушай, однажды она сказала тебе «да», и это уже что-то.

— Верно, но потом она взяла свои слова обратно!

Нэш рассмеялся.

— Помнишь, как мы торговали кексами?

— Мы тогда заработали двести баксов.

Они купили смеси для выпечки в магазине, где все продавалось за доллар, и выставили лоток перед особняком Джей Джея в Малибу. Задачей Деклана было очаровывать всех прохожих. Ему удалось привлечь внимание садовников, курьеров, двух собачников, одной рок-звезды и одного известного режиссера. Как только они останавливались, Нэш продавал им кексы. Он продал их все! Его брат был безжалостным торговцем.

— Шарлотта кажется мне очень милой, — признался Нэш.

— Ее не интересует голливудский образ жизни, — сказал Деклан. — Особняки, роскошные автомобили и дизайнерская одежда, красная дорожка — все это ей не нужно.

— В этих вещах нет ничего плохого, но я понял. Ей нужно нечто большее чем глазурь.

— Что, черт возьми, происходит с тобой и твоими кулинарными сравнениями?!

Нэш застонал.

— Я, черт возьми, пропустил обед из-за тебя! Так что же она любит? И хорошенько подумай прежде, чем сказать. Не выпаливай все, что первым придет тебе в голову.

Деклан бросил взгляд на брата, который засовывал телефон в карман.

— У каждого должны быть свои продавцы тако, — сказал Нэш.

— Мартас-Винъярд, дети, с которыми она работает в «Мартас Кидз», «Капкейки». Они определенно занимают первые строчки в списке того, что ей нравится.

Нэш направился к фургону с тако.

— Как думаешь, ты есть в этом списке?

— Я облажался. Что, если я вернусь и все снова испорчу?

Нэш вздохнул и заказал тако.

— Ты же понимаешь, что мне обычно платят пятьсот долларов в час за консультацию?

Деклан вытащил бумажник и положил брату в руку стодолларовую купюру.

— Достаточно?

Нэш быстро сунул ее в баночку для чаевых.

— Значит, ты ждешь моего совета? Вот что я тебе скажу. Ты должен поехать к ней и поговорить. Просто скажи, что все еще любишь ее и просишь дать тебе шанс. Спроси ее, что надо сделать, чтобы получить этот шанс. И сделай это!

— Довольно простой план.

— Зато действенный.

Первым пунктом в плане Шарлотты по изменению своей жизни был пункт о том, что пора побороть свой страх перед океаном.

Поскольку план также предусматривал уважение границ и любовь к себе такой, какая она есть, эти пункты больше походили на детские шажки… Она сидела в каяке. Сегодня не было ни шторма, ни бурного течения, так что она была настроена оптимистично.

А возможно, это было потому, что кто-то сделал крупное анонимное пожертвование в адрес «Мартас Кидз». Поскольку пожертвование было сделано от имени «Общества любителей морских свинок», она догадывалась о происхождении этих денег. Деклан не забыл ее подопечных детей.

Парнишка, который выдал ей каяк, с сомнением уставился на нее. Он стоял по щиколотку в воде и был всего в двух футах от нее.

— Вас подтолкнуть?

— Нет, спасибо, — сказала она. — У меня все в порядке.

Ей нравилось видеть дно. Каждый раз, когда волна выталкивала ее каяк на берег, она осторожно подталкивала его веслом обратно в море.

— Я серьезно. Буду рад помочь.

Шарлотта проигнорировала его слова, она арендовала каяк на час, и у нее оставалось тридцать минут на то, чтобы доплыть до конца пляжа и обратно. Хотя теперь она обращалась за помощью, когда нуждалась в ней, сейчас ей определенно помощь не требовалась. К тому времени, когда она плыла обратно, ее лицо покраснело от солнца, а мышцы болели.

Она неуклюже выбралась из каяка, в очередной раз поблагодарив небеса за то, что папарацци больше ею не интересовались. Сейчас она по собственной воле стояла по щиколотку в воде. Она посчитала это победой. А еще прошло уже несколько часов — целых полдня — с той минуты, как она думала о Деклане. Она перестала читать все сплетни о нем в Интернете и гадать, что он сейчас делает, и снова и снова разбирать, как она опростоволосилась.

Шарлотта, тяжело дыша, вернула дурацкий ярко-желтый каяк парнишке из пункта проката, которого, как оказалось, больше всего интересовало, действительно ли она знакома с Декланом Мастерсоном и вернется ли он сюда в ближайшее время?

Пришлось признаться, что она не знала ответа на этот вопрос.

И что это было… маловероятно.

Она пошла обратно к машине.

Ее волосы были собраны в пучок, а на ней была одна из его рубашек, которую она у него стащила. Она могла бы выглядеть лучше в одной из модных футболок, которые для нее подбирали его стилисты. Она все еще не была готова позвонить ему или даже написать.

Кто-то стоял, прислонившись к ее машине. Деклан…

— Летний лагерь будет работать в этом году, потому что один большой поклонник морских свинок сделал огромное пожертвование.

Он улыбнулся:

— Здорово.

— Верно. А ты, случайно, ничего не знаешь об этом пожертвовании?

Он просто смотрел на нее.

— Оно может быть от кого угодно.

— Миллион долларов?

Он не сводил с нее глаз.

— И это стоит каждого потраченного пенни.

— Почему?

Она вдохнула. Выдохнула. Напомнила себе, что люди должны дышать.

— Потому что я люблю тебя.

Из всех причин, эта, несомненно, была лучшей, и ей действительно нужно было услышать от него эти слова. Она повторила их про себя. «Я люблю тебя». И представьте: небо не обрушилось на землю, чудовищная волна не затопила пляж и все выглядело совершенно нормально. Кроме…

— Ты вернулся только для того, чтобы сказать, что любишь меня?

— Да. — Он сделал паузу. — Ну, еще мне нужно было сказать тебе, что я не получу наследство в обмен на примерное поведение…

— Понятно, — осторожно сказала она.

— Вернее, — продолжил он, — я разорвал контракт с Джей Джеем и ушел от него.

Она не так хорошо знала Джей Джея, но чувствовала, что отцу Деклана этот шаг не понравился.

— Деклан.

Он ждал, что она скажет что-нибудь еще, но у нее ничего не вышло.

Он решил эту проблему за нее.

— Можно я тебя обниму?

— Это — хороший план.

Она крепко зажмурилась, чтобы не дать пролиться слезам, и шагнула вперед. С закрытыми глазами. Но все было хорошо, потому что Деклан ни за что не подвел бы ее, даже когда она делала глупости, например падала за борт.

Он обнял ее.

— Я скучал по тебе, Шарлотта.

— У нас все равно ничего не получится.

Она почувствовала, как его губы коснулись ее волос, и, когда приоткрыла один глаз, увидела, что он печально улыбался.

— Нэш сказал, что я должен подготовить речь. Он рекомендовал сонеты. Но я просто скажу, что я люблю тебя. Безо всяких условий. Без ожиданий. Без красивых слов. Я хотел бы провести с тобой время. Как думаешь, ты могла бы освободить немножко места для меня в своей жизни?

— Ты хочешь места в моей жизни? — тихо спросила она, глядя ему в глаза.

— Да. — Он улыбнулся ей. — В твоей жизни. В твоем сердце. Везде.

— Сейчас у меня проблемы с доверием, — призналась она. — Мне с трудом верится, что Прекрасный принц может быть так хорош, как выглядит. Или что он снова не сядет на своего белого коня и не ускачет прочь, прихватив мое сердце и столовое серебро. Я… Я в процессе работы, и я даже не знаю, хочу ли верить в сказку. Я никогда не буду идеальной, и я работаю над тем, чтобы смириться с этим. Я не уверена, что когда-нибудь научусь просить других о помощи.

— Я не хочу, чтобы ты стала другой. И я тоже не идеален. Ты не спросила меня, почему я не идеален, — сказал он. — Но я тебе подскажу. Я сказал тебе, что всегда буду держаться, даже если это причинит боль, а потом этого не сделал. Ты посоветовала мне уйти, и я ушел. Я хотел бы доказать тебе, что я никогда больше не отпущу тебя вот так просто.

— Правда?

— Да. Я составил план, как вернуть тебя. Хочешь посмотреть? — спросил он. — Я знаю, как ты любишь планы.

Уж кого она любила, так это его.

— Только если все так и есть, — сказала она. — Я не могу… я не…

— Это план, написанный мной со всей искренностью, — заявил он, а затем вытащил из кармана бумажку, свернутую в свиток и продетую в кольцо. Их кольцо. Она развернула список. Размашистым и решительным почерком там было написано:

1. Сказать Шарлотте, что я ее люблю.

2. Сказать Шарлотте, что я ее люблю.

3. Сказать Шарлотте, что я ее люблю.

4. Купить дом в Мартас-Винъярд с башней. Или, по крайней мере, с башенкой.

5. Любить Шарлотту вечно.

— Я повторил самое важное, — признался он. — В моем плане много повторов, но имеет значение только: люблю ли я тебя, и любишь ли ты меня. С первой частью я разобрался, но второй вопрос к тебе.

Она сморгнула слезы.

— К твоему сведению, слезы не входили в мой план, — проговорил Деклан, не в силах скрыть волнение.

— Это значит, что твой план работает. И я счастлива.

— И… — подсказал он.

— И я тоже тебя люблю.