Внимание!

Текст переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Создатели перевода не несут ответственности за его распространение в сети. Любое коммерческое или иное использование, кроме ознакомительного чтения, запрещено!

Приятного прочтения!

Эрик моргнул сухими глазами.

— Ну, давай же. Блин. Где ты ее прячешь?

Ничего из того, что он пробовал, не помогало, а он так долго смотрел на компьютерную станцию, что его взгляд от усталости затуманился. Будучи младшим капралом морской пехоты, во время обращения в киберсолдата он получил модернизированную роговицу, но это лишь подправило генетический дефект зрения, от которого он страдал в юности.

Иногда ему хотелось иметь полноценные кибернетические глаза, как у Пейтона. Потому, что его зрение всегда ухудшалось прежде, чем начинал уставать его мозг. Киборг он или нет, но Эрику требовались отключаться на добрые восемь часов, чтобы его органика функционировала должным образом. А сегодня ночью он точно этого не получит, если не сможет преодолеть свое последнее препятствие.

Поднеся коммуникатор ко рту, он поморщился.

— Связаться с доктором Брэдли Смитом.

Пейтон и Кира придумали носимое коммуникационное устройство, которое сканировало каналы для скрытого наблюдения перед синхронизацией для установления контакта. Случайное совпадение каналов позволило обеспечить более безопасную связь, чем использование любого из доступных соединений «Нортон».

Когда реставрация киборгов будет завершена, Кира сказала, что собирается запатентовать дизайн наручного компьютера, и Эрик не винил ее за это желание. Устройство было не просто функционально. Оно было достаточно привлекательным, чтобы сойти за любое современное украшение на запястье. В ожидании ответа он любовался дизайном вещи.

— Прием… Эрик 754. Чем я могу вам помочь?

Эрик фыркнул, прежде чем провести пальцем по экрану и ответить.

— Брэд, пожалуйста, в дальнейшем не упоминай мой идентификационный номер киборга, когда будешь меня приветствовать. Я звоню, потому что мне нужна твоя помощь. Я нашел еще один файл, который не могу разблокировать.

— После завершения моей текущей задачи я буду доступен. Расчетное время ожидания составляет примерно двадцать шесть минут. Пожалуйста, добавьте еще пять на то, чтобы добраться до вашей комнаты. Я нанес на карту ваше текущее местоположение.

Отключаясь, Эрик тихо засмеялся. Примерно двадцать шесть минут? Он ни в коем случае не поверил, что Злой Брэд предполагал.

Пока ждал, Эрик разговаривал сам с собой… странная привычка, которая появлялась только когда он оставался в одиночестве.

— Думаю, Кире нужно настроить твой логический чип, доктор Смит. Но лучше спросить, какого черта меня волнует твоя реакция? Вероятно, по той же причине, по которой я сейчас разговариваю с пустой комнатой. Эта работа окончательно довела меня до крайности.

Хотя хронологически Эрик был самым молодым членом команды морской пехоты, иногда он чувствовал себя самым старшим. Наличие двух кибернетических отсеков и двух процессоров потребовало уникального программирования. Это также требовало от него иметь дело с ситуациями, о которых другие никогда не знали.

Большинство киборгов были отрезаны от своей человеческой природы. Только не он. Конечно, то, что он помнил, например, как выпотрошили его лучшего друга, лучше было бы забыть. Но Кира сказала, что это сделка «все или ничего». Так что он все это сохранил.

Чтобы не дать своему разуму вновь пережить прошлое, которое не мог изменить, Эрик открыл официальный файл киборга на Эвелины 489. Он уже запомнил все содержащиеся в нем данные. В основном ему просто хотелось еще раз взглянуть на ее фотографию. Женщина была красавицей даже с коротко подстриженными в стиле милитари волосами с прядями цвета меди. На фотографии на удостоверение личности в ее ушах блестели маленькие бриллианты, хотя они не соответствовали ее серьезному выражению лица.

Для него было чертовски странно, что стандартный военный билет женщины почти не давал отсылок к его первоначальному поиску ее изображений в глобальной сети. Фотография, прикрепленная к ее делу, была сделана сразу после того, как она получила звание капитана армии. Военные офицеры, независимо от рода войск, не пропадали просто так без причины… по крайней мере, если не имел место полномасштабный его розыск в качестве преступника. Однако в досье, которое лежало перед ним, ничего о предыдущих поисках не было. Задокументировано только ее нынешнее задержание.

Исследования часто заставляли его выяснять биографию киберсолдат. Но отсутствие ее у Люси Эрика сильно расстраивало. Все, что у него было для разгадки ее настоящей личности, — это несколько женских имен из художественной книги, которую она очень ценила и хранила в своей камере.

— Если я прав, это несколько сужает поиск твоего имени, но ты точно должна быть Люсиндой, Люсиль или просто старой доброй Люси, как я тебя назвал?

Эрик фыркнул, когда понял, что снова разговаривает сам с собой. Возможно, Маркус был прав. Возможно, ему нужно было чаще вставать с исследовательского кресла. Прошли недели с тех пор, как он встречался, и пара месяцев с тех пор, как он спал с женщиной. Жизнь стала насыщенной.

И ладно… ему просто было неинтересно. Если не считать женщину на экране.

Эрик протянул палец и погладил сфотографированную щеку своей загадочной женщины. На снимке женщина-капитан выглядела жесткой и целеустремленной, но в то же время странно спокойной. Она определенно не была той ругающейся чертовкой, которую он встретил в тюрьме, и которая могла читать его мысли. Если бы он в конечном итоге стал с ней работать, ему пришлось бы предупредить Эвелин 489 о том, что она найдет в его мозгу, если продолжит там копаться. Ничего не было заперто, кроме вещей, которые дали бы ей еще тысячу причин для тех грустных и злых слез, которые она так часто проливала.

Его случайные размышления о кибернетике, женщинах и неуловимой Эвелин 489 были наконец прерваны звуком открывающейся двери комнаты. Эрик проверял свой процессор, когда увидел, кто это был. Злой Брэд прибыл через четырнадцать минут, а не через двадцать шесть, и не удосужился ему об этом сообщить. Странно.

— Привет, доктор Смит. Ты здесь намного раньше, чем предполагал.

Эрик был ошеломлен, когда Брэд пожал плечами в ответ на его заявление. Физический жест был безошибочно человеческим, выражающим безразличие. Изменения, которые он наблюдал, не могли быть плодом его воображения. Он внимательно слушал, ожидая ответа Брэда на свое заявление, его интуиция уже подняла тревогу.

— Мое предыдущее задание было выполнено раньше, чем я рассчитывал. Мое раннее прибытие нарушает ваш график?

Эрик покачал головой, заметив, что Брэд теперь стоически смотрит на него. Он нахмурился. То, что он услышал в ответе Брэда, было раздражение? Он покачал головой во второй раз, решительно отодвигая свое беспокойство. В данный момент нужно было подумать о более важных вещах, чем то, прорвался ли Злой Брэд через специальное программирование Киры. Он добавил флажок к своей существующей мысленной заметке. Позже он обязательно расскажет Кире о своих опасениях.

Намеренно отведя взгляд в сторону, Эрик посмотрел на монитор компьютерной станции и указал на него.

— Я ищу дополнительную информацию о киборге на экране.

— Я знаком с Эвелин 489, — произнёс Брэд. — Какую информацию вы ищете, которая вам недоступна?

Брови Эрика взлетели вверх.

— Ты ее знаешь? Откуда ты ее знаешь?

— Я был ассистентом, во время ее второго кибернетического обращения.

Эрик едва удержался от еще большего удивления.

— Второе обращение? В ее записях я ничего об этом не увидел. Объясни мне ее второе обращение.

В очередной раз удивив его своими действиями, Брэд подошел к стулу рядом с ним и сел без каких-либо подсказок. Когда Брэд заговорил, Эрик отбросил свое любопытство по поводу этого действия.

— На второй год войны сорок две женщины-солдата добровольно вызвались на кибернетическое обращение. Эвелин 489 была одной из первых. Сегодня в живых осталось только пять. Две находятся на длительном лечении в ожидании серьезного улучшения психического состояния. Эвелин 489 третья, и у нее диагностирована тяжелая черепно-мозговая травма. Из-за того, что она все еще обладала активированным оружием, ее заключили в тюрьму, а не отправили в медицинское учреждение. Две пропавшие женщины возвращают сигналы геофизического поиска, но их местоположение меняется слишком быстро, чтобы их можно было задержать. Обе они остаются в списке киборгов дезертиров.

Эрик сберег сведения о двух женщинах, которые все еще находятся в бегах. Пейтону, вероятно, нужно было знать эту информацию. Он поднял подбородок и смотрел, пока говорил.

— Твой выбор терминологии меня смущает. Эвелин 489 не находится в заключении. Она находится под стражей до тех пор, пока ее не восстановят. — Его брови удивленно взлетели вверх, когда Брэд покачал головой.

— Ваше утверждение неверно. В ее записях указано, что она находится в заключении. Существует документально подтвержденный факт, что она убила доктора Джексона Ченнинга. Согласно нынешним законам, киборгов нельзя судить за такие преступления, но их также нельзя отпустить на свободу, чтобы они не могли снова убивать. Я считаю, что записи Эвелин 489 правильно отражают ее ситуацию.

Эрик наблюдал, как руки Брэда двинулись к виртуальной клавиатуре. Они пролетели над ней, вытаскивая файлы так быстро, как только экран перед ним мог их отображать. Вскоре схема кибернетических улучшений Эвелин появилась рядом с изображением сверху ее обнаженного тела лежащим на медицинском столе. Ее раздетое тело было таким же прекрасным, каким Эрик себе представлял его, когда впервые увидел. Изображение на экране было сделано до того, как кибернетические импульсы начали формировать ее восхитительные изгибы. Она, несомненно, была сексуальной, но то, что сделали с ее телом во время обращения, приводило в ужас.

— Проклятие. То, что я вижу, настолько плохо, что мой разум отвергает эту информацию. Похоже, ее матку удалили и заменили камерой для хранения радиоактивных материалов.

Эрик прищурился, когда совершенно невинный взгляд Брэда встретился с его глазами. Он не ожидал увидеть сочувствия, но, по крайней мере, ожидал увидеть небольшое замешательство из-за своего ругательства. Его разозлило, когда Брэд снова просто пожал плечами.

— Если я правильно интерпретирую вашу эмоциональную реакцию, вы, кажется, очень обеспокоены жертвой женщины. Эвелин 489 прекрасно осознавала, что было задумано, когда согласилась на свое обращение. Пустой таз женщины — идеальное физическое хранилище для всего, что необходимо незаметно перевезти в тыл врага. Ее фаллопиевы трубы и яичники оставили, так что в долгосрочной перспективе потребуется минимальная гормональная корректировка. Полагаю, что имплантаты, которые она тогда получила, по-прежнему поддерживают уровень ее гормонов на таком же оптимальном уровне, как у любой женщины вдвое моложе нее.

Эрик фыркнул, выражая свое отвращения.

— Однако, все теории о том, что женские гормоны не оказывают негативного влияния на кибернетику, со временем не подтвердились. Не так ли?

Его брови снова поднялись, когда Брэд проигнорировал его и снова повернулся к экрану, чтобы получить больше данных. Он наблюдал, как тот просматривает полученную им дополнительную информацию. Прежде чем Брэд ответил, последовала долгая пауза. Эрик продолжал смотреть, давая Брэду понять, что он ждет ответа.

— Да. Ранние теории о долгосрочных последствиях обращения женщин оказались неверными, — признался наконец Брэд.

Эрик кивнул, хотя Брэд не повернулся и не увидел, как движется его голова.

— Так что же Эвелин 489 в себе носит?

— Ее первоначальное обращение осуществили доктор Ченнинг и его команда. Она была первой, выбранной в качестве оружия массового поражения. Я не могу подтвердить его содержание, поскольку военные держали в полной секретности эту часть каждого преобразования киберсолдат. Оригинальные записи о ней намекали на то, что это нейтринная взрывчатка, способная уничтожить деревню, вражеский лагерь или даже небольшой город.

— Черт… — сказал Эрик, взглянув на военную фотографию, все еще находящуюся на экране. Итак, как и в Кинга, в нее положили груз военные.

Брэд продолжал говорить, либо не осознавая его потрясения, либо ему было все равно. Эрик уже догадался, что это было последнее. Похоже, с доктором Смитом происходило что-то странное.

— Что точно известно о конкретном ее устройстве сдерживания, так это то, что кто-то принял слишком много мер предосторожности при установке. Его нельзя открыть, не взорвав внутри него взрывчатку. Это было сделано для того, чтобы гарантировать, что оружие никогда не будет обезврежено вражеским кибернетиком. Такие экстремальные меры были предприняты исходя из предположения, что Эвелин 489 погибнет при исполнении служебных обязанностей.

Эрик скрестил руки на груди.

— Ну, это предположение о ее будущем было ошибочным, не так ли? Она все еще жива. Так каковы же шансы на то, что весь центр содержания будет благополучно удален из ее тела?

Эрик нахмурился, когда Брэд мгновенно покачал головой и уставился на экран.

— Шансы на благополучное удаление оцениваются в двадцать пять десятитысячных процента или в более общих терминах — шансы на успех составляют 1 к 463 000.

— Я не понимаю. Почему такой маленький шанс? Проблема в радиации от оружия?

— Нет. Опасность радиации минимальна, пока центр содержания остается неповрежденным. Он сделан из титана и практически непроницаем для обычных средств. Однако центр содержания был намеренно подключен к человеческому сердцу Эвелин 489. Когда она умрет или получит смертельную рану, запустится таймер обратного отсчета, который будет следить за замедлением ее сердечного ритма. Никакое проникновение в центр сдерживания не может произойти достаточно быстро, чтобы остановить детонацию того, что она несет. Ее смерть неизбежна, и когда это наконец произойдет, Эвелин 489 уничтожит все в округе… где бы она ни находилась.

— Ты сказал, что Эвелин 489 была первой женщиной, носившей оружие такого уровня, а это подразумевает, что были и другие. Где они? Кто-нибудь из остальных был восстановлен?

— Ни одна из них не была восстановлена или выздоровела. Все остальные, подобные ей, либо погибли на службе, либо были уничтожены. Именно поэтому ее пометили как расходный материал и использовали для других целей тестирования. Ее планировалось незаметно уничтожить, когда доктор Ченнинг выбрал ее для своего проекта «Кибержена». Корректировки, которые он проводил, были в основном в нервной системе, но они все равно вызывали множество непредвиденных физических и психических побочных эффектов. В конце концов он прекратил свои эксперименты, но не успел вовремя избежать сбоя, который привел к ее иррациональному возмездию.

Эрику пришлось заставить свою челюсть разжаться, прежде чем он смог говорить. Его определение иррационального сильно отличалось от определения Злого Брэда. Он заставил себя говорить спокойно. Его удивили масштабные усилия, которые для этого потребовались.

— Есть ли у тебя такой уровень доступа к файлам Эвелин 489, которого нет у меня?

— Да, но после моего обращения я предоставил доступ ко всем ее файлам доктору Кире Уинтерс. Если хотите, я могу снять все блокировки с любых файлов, к которым у вас есть доступ для чтения.

Эрик наблюдал, как Брэд очень точно выполняет его команду, копируя все, и продолжая при этом считывать новые данные по мере их появления. Его инстинкты снова начали срабатывать.

— Ты получил обновление для процессора во время последней плановой проверки технического состояния?

— Техническое обслуживание внесло некоторые коррективы, которые позволяют моему процессору работать в пять раз быстрее, чем раньше. В моей записи — это не отмечено как обновление. Оно внесено в список необходимого ремонта. Мой уровень владения большинством видов деятельности увеличился на восемьдесят семь целых четыре десятых процента.

Эрик прищурился, изучая профиль Брэда. Эмоциональная заинтересованность в расследовании дела Эвелин 489 не сильно выбила его из игры. Он был готов поспорить, что одно из этих изменений связано с совершенно новым процессором, о котором Кира не знала.

— Я нашел заблокированный файл, прикрепленный к официальной записи киборга Эвелин 489. Есть идеи, как мне его открыть? Я перепробовал все ключи доступа, которые ты мне дал, когда мы расследовали исчезновение Ситы Харрингтон. Ни один из них не работает на конкретно этом файле.

Эрик пристально смотрел на мужчину, когда Брэд закончил читать, и повернулся к нему. Брэд только пожал плечами.

— Блокировка файла многоуровневая. Это не позволяет вам видеть данные в файле, но также и знать их точное местоположение в других базах данных. Более подробные записи о ее кибернетике были перемещены после ее второго обращения.

— Перемещены? Куда? Я имею в виду… в какие еще базы данных? — потребовал Эрик, уточняя. Его гнев усилился, а лицо вспыхнуло, когда Брэд поднял одно плечо. Гнев, вызванный равнодушием этого человека, разрушал его обычно хладнокровную голову. Возможно, уровень его эмоциональной привязанности к Эвелин 489 был выше, чем он предполагал.

— Большинство женщин-киборгов были переведены в программу «Кибержена». Эвелин 489 заключила контракт с доктором Ченнингом. Он сам программировал ее после того, как она была передана под его опеку. Как я объяснял ранее, она была выбрана из-за ее статуса расходного материала. Предполагалось, что ее отправят на уничтожение после того, как доктор Ченнинг освободит ее от контракта.

Эрик говорил сквозь почти стиснутые зубы.

— Да. Ты уже сказали это дважды, и оба раза я тебя услышал. Но доктор Ченнинг не занимался всем программированием Эвелин 489. Я отчетливо слышал, как ты сообщил доктору Уинтерс, что именно ты запрограммировал ее убить Джексона Ченнинга.

Брэд даже не вздрогнул от обвинения, но воздержался от повторного пожимания плечами. Эрик решил, что он довольно сильно проецирует свое раздражение, как бы сильно он ни старался не показать, что расстроен.

— У меня есть данные о том, как я сделал этот комментарий доктору Уинтерс, но на самом деле это утверждение не совсем соответствует действительности.

Эрик впился в него взглядом.

— Не совсем соответствует действительности? Ты признаешься, что солгал, когда хвастался доктору Уинтерс своими достижениями в кибернетике?

— Нет. Я не лгал доктору Уинтерс напрямую. Я запрограммировал военный чип Эвелин 489, чтобы она убила своего мужа по контракту. Однако моя программа указывала на ее контракт кибержены в выборе цели, а не на конкретного человека. В самом строгом смысле вашего обвинения, полагаю, я солгал Эвелин 489. Ее восстановление невыполнимая задача. Хотя она логически понимала, что это факт, ее человеческая сторона не потеряла надежду в тот конкретный момент времени. Ее психическое состояние позволило ей согласиться на получение дополнительных программ.

Эрик вдавил пальцы в ладони. Это было все, что он мог сделать, чтобы удержаться и не ударить кулаком в лицо Злого Брэда.

— Что ж, вот тебе верное утверждение, доктор Смит. Твое признание меня разозлило. Помимо базы данных «Кибержен», где еще хранятся данные Эвелин 489? Скажи мне немедленно.

— Информация, которую я когда-то считал важной, хранится в моих личных файлах. Я вел записи, чтобы защитить себя от тех, кто угрожал добиться моей смерти, если я раскрою, что сделал. Записи Эвелин 489 это то, что военные называют стратегическим рычагом.

Эрик откинулся на спинку стула. Пейтон и Кира даже не представляли, что в этом может быть замешан Злой Брэд, но подтверждение этого все равно было поучительным опытом. Ему не нужно было спрашивать, кто стоит за этой работой. Они уже знали, насколько коррумпирована ОКН, когда дело касалось киборгов.

— Брэд, мне нужно, чтобы ты предоставил мне немедленный доступ ко всем файлам об Эвелин 489. Это приказ. Ты запрограммирован мне подчиняться.

Он был поражен, наблюдая, как Брэд нахмурился и повернулся к монитору, прежде чем остановиться и посмотреть в другую сторону комнаты.

— Нет, — наконец сказал Брэд.

После категорического отказа у Эрика резко подскочило кровяное давление. Он выпрямился в кресле, мгновенно готовясь к бою.

— Нет? Это неправильный ответ, Брэд. Я определенно сам буду добиваться твоей смерти в ближайшие десять секунд, если ты не отправишь все имеющиеся у тебя данные об Эвелин 489 и всех других женщинах-киборгах на мой личный компьютер. Я буду искать такой же уровень детализации во всех сорока двух файлах об Эвелин 489, которые ты продемонстрировал как существующие. Предоставь их… сейчас же.

Брэд снова повернулся к нему лицом и начал быстро моргать. Эрик видел, как его веки задрожали, открываясь и закрываясь. Один глаз дернулся. Это было похоже на наблюдение за тем, как у кого-то случился припадок. В его взгляде появилась вспышка, а зрачки расширились. Затем внезапно все, что происходило, просто сгладилось. После этого остался кивающий, очень серьезный киборг, который спокойно повернулся к своей клавиатуре, и не глядя на него, ответил.

— Мои извинения, Эрик 754. Я самостоятельно исправил свою программную ошибку. Сейчас я доставлю вам все файлы, как вы и просили. Есть ли какие-нибудь данные об Эвелин 489, на которые вы хотели бы обратить внимание?

Эрик фыркнул, все еще злясь на то, что ему вообще сказали «нет», и больше, чем когда-либо, обеспокоенный тем, получал ли он правдивый ответ или нет. Судя по всему, слух Брэда нужно было проверить. Он чертовски хорошо знал, что искал Эрик.

— Да. Я хочу, чтобы файл с настоящим именем Эвелин 489 был помечен.

— Хотите ли вы получить эту информацию первой?

Эрик сузил глаза. Неужели Злой Брэд пытался скрыть свой прорыв, притворяясь очень любезным? Просто потому, что Кира подавила некоторые из его побуждений, по-настоящему злая душа, которая мучила Рэйчел, очевидно, все еще жила внутри тела мужчины, который сидел перед ним.

— Да, Брэд. Сначала мне нужен тот, на котором написано настоящее имя Эвелин 489.

На экране компьютера мгновенно появился файл, который он никогда раньше не видел. Эрик с тревогой просматривал данные и медленно выдохнул, когда увидел вверху гигантские буквы «ПЕННИНГТОН». Наконец-то появилась информация о местонахождении послужного списка женщины-капитана и ее биография.

В первых нескольких абзацах он прочитал о том, как ее муж покончил жизнь самоубийством в первый год ее службы на войне. Подробностей об инциденте было мало, но он отметил, что самоубийство произошло всего на три месяца раньше ее первоначального кибернетического обращения. Почему военные позволили женщине — кадровому офицеру принять такое судьбоносное решение, когда она явно была убита горем и эмоционально нестабильна?

Эрик вздохнул о прошлом, на которое он не мог повлиять.

— Я не знаю, почему они сделали то, что сделали с тобой, но с возвращением, Люсиль Эвелин Пеннингтон.

Когда он, наконец, отвлекся от интересной информации, Эрик покачал головой, потому что Брэд вышел из комнаты, не сообщив ему о своем уходе. В его горле зародился рык от еще большего разочарования. Если в ближайшее время он не найдет файлы об остальных женщинах-киборгах в своей личной базе данных, Злому Брэду понадобится второе обращение в киборга после того, как Эрик с ним разберется.

Вернувшись к файлу капитана Пеннингтон, Эрик пообещал себе поговорить с Кирой об аномалиях, которые он сегодня наблюдал. Поведение Злого Брэда было слишком странным и бунтарским, чтобы его можно было игнорировать. Каким-то образом этот человек обошел программу Киры. Кире придется выяснить, почему.

Эрик уставился на комп, перечитывая информацию в файле. У него были дела поважнее, чем ябедничать на Злого Брэда. Прежде всего, он должен был сдержать обещание.

Пришлось ждать десять минут, пока робот-охранник вышел из восстановительного цикла и снова включился в работу. Понять причину, почему это произошло, заняло еще пять. К тому времени, когда ему разрешили войти, Эрик был напряжен от нетерпения.

Он следовал за роботом-охранником, медленно спускаясь по трем пролетам лестницы, пока они не оказались на каком-то административном этаже старого бомбоубежища. Потребовалось еще несколько минут и еще несколько наборов ступенек, чтобы добраться до электрифицированной клетки на нижнем этаже подземного сооружения.

И снова небольшое торнадо разорвало мебель внутри него. Когда-то полезные предметы, такие как столы и стулья, теперь беспомощно валялись у стен. Растрепанная женщина расхаживала по оставшемуся пространству, почти беззвучно бормоча строки кода.

Эрик хотел бы записать что она говорит и передать для изучения Кире, но дикий взгляд Люси, брошенный в его сторону, вытеснил все нормальные мысли из его головы. Он снова почувствовал, будто кто-то сдавливает его мозг. Он покачал головой и постарался сфокусировать взгляд. Его глаза затуманились, а ее образ дрогнул.

— Если ты не хочешь сегодня снова сниматься в моем личном порно, убирайся к черту из моей головы, — приказал Эрик, расслабляясь, когда напряжение в его глазах мгновенно спало.

Он наблюдал, как очень расстроенная женщина пнула свою металлическую койку, которая покатилась к удерживающей ее взаперти решетке. Он не привык видеть разгневанных женщин с силой киборга. Ее огромной способности к разрушению было достаточно, чтобы нервировать любого мужчину.

Когда бот-охранник поднял свое оружие и прицелился в нее, Эрик протянул руку и толкнул оружие вверх, пока оно не стало указывать на потолок.

— Отойди, — резко приказал он, глядя на робота-охранника.

Затем повернулся к капитану Люсиль Эвелин Пеннингтон и тоже пристально на нее посмотрел.

— Ты не могла бы быть готовой к сотрудничеству в течение трех секунд, которые потребуются, чтобы услышать свое настоящее имя?

— Нет, — безразлично сказала она, поворачиваясь к стене. — Уходи.

Внутри него все сжалось, когда Люси Пеннингтон повернулась к нему спиной и закрыла лицо. Он знал, что это было сделано для того, чтобы скрыть слезы. Ее прерывистый вздох, когда она подавляла свой эмоциональный всплеск, заставил Эрика нахмуриться. Что же ему теперь делать?

— Но я думал, тебе нужна эта информация. У тебя есть эта книга, а я… ну, черт возьми. С тех пор я ее ищу.

— Это любопытство было минутной слабостью, о которой я сожалею. Я не хочу знать, и в нынешней ситуации это мне не поможет. Поверь мне и просто уходи, — холодно ответила она.

Эрик вздохнул.

— Но… я… черт возьми, Люси. Черт, я не хотел проявить неуважение.

Он не собирался называть ее тем именем, которое произносил в своей голове, пока искал ее реальную историю. Эрик беспокойно провел рукой по волосам.

— Я думал, ты почувствуешь себя свободной, узнав, что твоя настоящая личность раскрыта. Ты определенно капитан. Мы не просто гадаем.

Ее взгляд снова обратился к нему в шоке и тревоге.

— Хватит говорить. Мне неинтересно. Просто уйди и больше ничего не говори. Мои инстинкты говорят мне не слушать, и я доверяю им больше, чем тебе. Так что не заставляй меня причинять тебе вред, Эрик 754. Уйди к черту с моих глаз.

Эрик покачал головой. Это она пострадала. Это она была в клетке. И он был полон решимости помочь изменить эту ситуацию. Какого черта она назвала его кибернетическим именем? Она знала, кем он был на самом деле. Пыталась ли Люси установить эмоциональную дистанцию между ними? Ну, он не позволил это сделать Маркусу. Он чертовски уверен, что и ей это тоже не сойдет с рук.

— Ты имеешь право знать свою человеческую личность, и сожалею, что мне потребовалось так много времени, чтобы её выяснить. С твоей кибернетикой провели несколько секретных преобразований. Кто-то спрятал твои файлы в базе данных с высоким уровнем безопасности. Как только я передам Кире найденную информацию, она и Неро смогут начать искать способ тебе помочь. Информация, которую я обнаружил, подробно описывала твою ситуацию.

Он знал, что лучше не упоминать, что эту информацию скрывал Злой Брэд. Даже просто упоминание о докторе Брэдли Смите ее злило. Слишком поздно Эрик вспомнил, что Люси может читать его мысли. Прежде чем он успел выругаться из-за своей оплошности, Эрик услышал ее крик. Через несколько секунд она зажала уши руками. Ее очевидная физическая боль заставила его отступить немного назад, чтобы оценить ситуацию.

Он отступил, а бот-охранник снова направил свое оружие на Люси. Эрик покачал головой, раздраженный бестактным обращением, которое она получила как от него, так и от бота. Он повернулся и посмотрел на бесчувственную машину.

— Устройство 4906, тебе следует отойти. Опусти оружие на пол и не поднимай его снова, пока я тебе не прикажу. Женщине больно, она не переходит в чертов режим атаки.

Эрик сделал шаг ближе к клетке. Он не был профессиональным психотерапевтом, но думал, что, по крайней мере, в этом конкретно случае знает, что лучше сделать.

— Послушай… мне просто нужно сказать это, и тогда я оставлю тебя в покое. Твое имя капитан Люсиль Эвелин Пеннингтон.

Эрик громко выругался, когда в камере разразился ад. Люси буквально превратилась в сверхновую, безумно крича, когда полностью потеряла самообладание. Сначала на решетку полетела кровать, и это было единственное, что спасло его от того, чтобы она завернулась вокруг него. Металл шипел о металл при попадании тока. За ней последовала вся остальная мебель, которую она смогла достать. Большая ее часть также шипела, когда попадала на решетку.

Эрик отступил назад, чтобы наблюдать за хаосом, который он спровоцировал. Что, черт возьми, он сказал, что Люси так на него разозлилась? Он с мукой наблюдал, как она в явной агонии упала на колени. Сначала ее руки крепко зажали уши, а затем схватили за горло, когда она изо всех сил попыталась произнести команды, которые не принимали форму. Она пристально на него смотрела, по ее лицу текли слезы.

Было очевидно, что Люси боролась с чем-то, происходящим внутри нее. Было также очевидно, что она проигрывает. Эрик беспомощно стоял рядом, в шоке глядя на ее странную реакцию, когда она услышала свое настоящее имя.

— Люси? Я имею в виду… капитан Пеннингтон? Прошу прощения, если переборщил. Вы в нормальном состоянии, мэм?

Затем внезапно, как будто этого и не было, приступ гнева закончился. Он наблюдал, как Люси поднялась с колен и с изумлением оглядела клетку, наблюдая за резкими изменениями, случившимися вокруг. Несмотря на то, что из ее глаз все еще капали слезы, ее спокойный взгляд, наконец, ненадолго остановился на нем, прежде чем повернуться к роботу-охраннику.

— Больше нет причин для беспокойства. Мой протокол компаньона теперь полностью вступил в силу. Часовой запрограммирован на убийство? Если так, то его необходимо нейтрализовать, — спокойно сказала Люси.

Ее тихий, знойный голос заставил каждый волосок на теле Эрика встать по стойке смирно. Его мужская реакция на это чертовски отвлекала и была совершенно неуместна в данных обстоятельствах. Но он был таким по отношению к женщинам еще до своего обращения. Его свободомыслящий член никогда не заботился о том, чтобы быть осмотрительным.

Эрик быстро ответил, пытаясь отогнать свои похотливые мысли.

— Охранник был запрограммирован защищать меня во время моего визита к тебе. Он, конечно, способен причинить вред, но я бы никогда не позволил ему причинить тебе боль. Тебе нечего бояться.

Эрик увидел, как она кивнула в ответ на его заявление.

— Извините, я пока привыкаю к новым условиям, — сказала Люси.

Он наблюдал, как в ее глазах случился тот же приступ, что и у Злого Брэда раньше. Но его момент «ох, черт» наступил на несколько секунд слишком поздно, чтобы помешать ей принять меры. Когда ее взгляд вернулся к нему, он был полностью и совершенно безмятежным.

Бот-охранник снова поднял пистолет, столь же неуверенный в том, что происходит.

— Приветствую, Эрик 754. Я ваш Компаньон Нового Мира. Я запрограммирована на способность нейтрализовать все угрозы вашей личной безопасности.

— Боже… ты сказала, кто ты? — Эрик нервно сглотнул, почти не в силах говорить.

Блин. Ее голос был слаще капающего меда. Что, черт возьми, происходит? Он явно запустил какую-то вторичную программу. Пейтон его убьет. А Кира возможно разберет на запчасти, когда узнает, что он щелкнул каким-то переключателем в капитане Пеннингтон.

Нежно утонченным голосом, которому позавидовал бы любой лицензированный сексуальный партнер, капитан Люсиль Эвелин Пеннингтон произнесла быструю последовательность кибернетических команд с той же легкостью, с которой их часто произносила Кира. Услышав их, бот-охранник тут же рухнул на пол. Его оружие выпало из его внезапно омертвевших пальцев и лежало рядом с ним на полу.

Потрясенный взгляд Эрика метнулся к упавшему роботу-охраннику. Проклятие. Из металлического бота с ИИ исчезли все признаки активности. Каким-то образом она его полностью отключила. Сможет ли она сделать то же самое с его кибернетикой?

— Э-э… что ты сделала с ботом-охранником? Если можно узнать…

— Я его отключила, чтобы он больше не мог причинить вам вред, — промурлыкала Люси, поднимая руку и убирая с глаз свои лохматые, неухоженные волосы. — В моем нынешнем гигиеническом состоянии я непригодна для половой жизни. Мне нужно как следует себя подготовить. Можно я приму душ?

— Половой чего? — Эрик поймал себя на том, что повторяет поразившее его заявление, как кибернетический попугай.

— Я ваш Компаньон Нового Мира. Буду рада удовлетворить все ваши потребности. Жду ваших команд, Эрик 754. Пожалуйста, сообщите мне о ваших пожеланиях.

Наконец эти утверждения преодолели непроизвольную реакцию его тела на ее искусственно сладкий нрав. Будучи кибермужем, он когда-то делал подобные заявления своим женам, заключившим с ним контракт. Осознав это, Эрик сжал и разжал кулаки.

Эти чертовы ублюдки использовали ее настоящее имя в качестве нейронного триггера для какого-то вторичного процессора, запускающего программу секс-бота. И теперь он случайно его активировал. Он отправил ее обратно в ад, из которого ей каким-то образом удалось выбраться после того, как она убила доктора Ченнинга. Ему вдруг захотелось вернуть мегеру, несмотря на все ее крики.

Прежде чем он смог справиться со своим человеческим ужасом по поводу происходящего, он увидел, как Люси оглянулась вокруг. Ее взгляд остановился на панели ручного управления камерой, расположенной на самой дальней стене. Она подняла руку и ткнула в нее пальцем. Гудящая решетка мгновенно потеряла ток. Она снова ткнула рукой, и двери камеры с тихим щелчком распахнулись. В ее руку было встроено какое-то устройство, отключающее систему безопасности.

Эрик отступил назад, провел рукой по волосам и тихо выругался, когда Люси тепло ему улыбнулась. Снова взглянув на обломки, он заметил, как она пожала плечами и небрежно покачала головой. Никакого гнева не было видно вообще. Мегера, жившая в другом ее процессоре, определенно больше не контролировала Люси. Ее компаньонская сторона была безмятежна… слишком безмятежна.

— Спасибо, что освободили меня из плена, Эрик 754. Я прошу прощения за уничтожение этих вещей. Ничего ценного здесь не осталось. Пожалуйста, предоставьте мне одежду, которая соответствует вашим пожеланиям. Я готова пойти с вами прямо сейчас.

Ограниченное пространство летающего автомобиля Неро не оставляло ему иного выбора, кроме как упиваться ароматом, который от Люси направлялся к его носу. Хотя, казалось бы, она не мылась несколько месяцев, пахло от нее как в раю. Эрик думал, что мог бы лучше контролировать свою реакцию на ее запах, если бы она предпочла отключиться и отдохнуть, но ничто из того, что он сказал, не привело к какому-либо отключению.

Поскольку состояние Люси могло быть нестабильным, он не мог позволить себе мысленно игнорировать ее присутствие, даже несмотря на то, что Люси не разговаривала, если он с ней не заговаривал первым. Эрик напомнил себе, что у молчавшей рядом с ним женщины также была кричащая сторона. Не было другого выбора, кроме как сохранять сверхбдительность, оказавшись в ловушке с киборгом, который при малейшей провокации мог превратиться в разрушительное торнадо.

Поэтому внутренне испытывая неловкость, он притворился спокойным, пока Люси смотрела в окно на облака, через которые они пролетали. Она смотрела на окружающий пейзаж, ничего не говоря о восстановленной красоте гор. Война почти уничтожила их. В отличие от нестабильного солдата в клетке, который сегодня утром требовал, чтобы он заткнулся и ушел, Эрик понятия не имел, о чем думает эта версия женщины, если вообще о чем-то думает.

Эрик вздохнул, взглянув на свою пассажирку.

— Люси если хочешь, ты можешь говорить. Думаю, мне следовало сказать это раньше.

— Спасибо. Как долго меня держали в плену в этой клетке?

После столь долгого молчания тихий вопрос Люси его удивил.

— Почти вся кибернетика требует учета времени. У тебя должен быть файл обслуживания с записями, к которым ты можешь получить доступ. Это стандартный случай для всех процессоров.

Люси снова замолчала. Эрик знал, что она проверяет.

— Кажется, у меня есть определенное понятие времени, но у меня нет программы измерения. Возможно, мне требуется обновление. С вашего разрешения я, возможно, могла бы отслеживать время вручную с помощью портативного компьютера или другого устройства слежения до следующего планового обслуживания.

Эрик включил автопилот и повернулся к ней лицом. Он хотел установить, как можно больше личных контактов. Он надеялся завоевать ее доверие.

Люси по-прежнему выглядела чертовски крутой со своими растрепанными волосами и суровой внешностью. Но когда она говорила, ее голос звучал как у самой милой и утонченной женщины на земле. Это противоречие раздражало Эрика, хотя определенно облегчало общение с ней.

Но он не мог не задаться вопросом, какой была настоящая Люсиль Пеннингтон до ее кибернетического обращения.

— Ты можешь отслеживать время любым удобным для тебя способом. Отвечая на твой вопрос, я не знаю, как долго ты находилась в клетке. Я узнал, что ты была там год назад… так что как минимум год. Я знаю, что, когда тебя забрали, у тебя была серьезная травма головы. До клетки ты, вероятно, какое-то время находилась в каком-нибудь кибермедицинском учреждении.

— Понимаю. Когда вы говорите «год», вы имеете в виду год по григорианскому календарю, в человеческом понимании?

Эрик фыркнул.

— Да. Григорианский год. Если хочешь, ты можете отслеживать его по времени Unix. Лично я предпочитаю отслеживать время, как это делают обычные люди, поскольку я взаимодействую с ними столько же, сколько и с другими киборгами.

Люси кивнула.

— Тогда я буду отслеживать время так же, как и вы, чтобы согласовывать наши графики. Сделаю это с удовольствием, Эрик 754.

Эрик повернулся к переднему окну и снова вздохнул. Он сосредоточил свое внимание на огромном пространстве неба снаружи, чтобы отделить его от огромного увеличения объема, происходящего в его штанах. Каждый раз, когда Люси это говорила, у него от предвкушения по коже бежали мурашки. Это был плохой знак для сохранения благородных намерений. Особенно трудно было слышать, когда она делает запрограммированные шаги навстречу, хотя он знал, что Люси не имеет их в виду.

Когда объект в Монтане наконец появился в поле зрения, он едва не совершил аварийную посадку самолета Неро, спеша покинуть небольшое пространство, которое им пришлось разделить.

Отсутствие других транспортных средств, которые необходимы в таком удаленном месте, подсказало Эрику, что Неро действительно очистил объект от всех ученых. Беглый взгляд в лаборатории, мимо которых они проходили, показал, что никто не склонился над микроскопами за миллион долларов, которые Неро купил на свои личные деньги.

Если оружие Люси взорвется и разрушит объект, он чертовски надеялся, что у Неро есть достаточно хорошая страховка, чтобы все это заменить. Эрик всегда верил в загробную жизнь и не хотел тратить ее на чувство вины за то, что он уничтожил кучу чертовых пробирок.

Они бродили по главному коридору, пока не достигли того места, которое подходило в качестве гостевых помещений для приезжих посетителей. Снова следуя своим инстинктам, он отвел Люси в старую комнату Рэйчел. Рэйчел отказалась уйти в одежде, которую купил для нее Злой Брэд. Насколько он знал, обноски Рэйчел все еще висели в стенном шкафу. Когда Рэйчел покинула комплекс, на ней была спортивная одежда Киры и одна из потрепанных футболок Маркуса.

— Люси, ты можешь привести себя в порядок. Здесь есть большая ванная комната с душевой кабиной. Ее держат заполненной туалетными принадлежностями. Думаю, в шкафу есть запасная одежда, которая подойдет тебе по размеру. Позже мы подберем тебе что-нибудь получше.

Эрик держал дверь открытой и сильно нахмурился, когда Люси проходя мимо него, опустила голову. Они были одного роста, но из-за этого она казалась намного ниже. Какой мужчина захочет жить с такой покорной женщиной? Только не он.

Мужчины всегда думали, что им нужна тихая и послушная женщина, пока они ее не получали. Но отсутствие конфликтов часто означало, что у нее не было жажды жизни, или она не хотела этого мужчину. Находясь рядом с Люси в таком состоянии, он раздражался и чувствовал себя некомфортно. Единственное, о чем Эрик мог сейчас думать, это быть осторожным.

— Пожалуйста, примите мою благодарность за внимание к моим потребностям, — прошептала Люси.

Эрик сдержал многострадальный вздох. Не ссориться каждую секунду было конечно неплохо, но он скорее предпочел, чтобы она сердито на него смотрела, чем подчинялась. Она ни разу не подняла глаз, даже после того, как вошла в помещение. Затем, не сказав больше ни слова, Люси исчезла в ванной.

Эрик с тихим щелчком закрыл дверь и стоял в коридоре, пока не услышал звук шума душа. Затем он быстро пошел обратно по коридору, поднеся ко рту коммуникатор.

Когда Люси проснулась шесть часов спустя, Эрик услышал, как она выкрикнула его имя через монитор, или, скорее, она назвала его идентификатор киборга. Он действительно предпочел бы, чтобы Люси называла его просто Эриком, потому что, его раздражало, когда она использовала его идентификатор. Это отвращение к удостоверению киборга он тайно разделял с Рэйчел.

Маркус недавно сообщил, что его подруга-киборг в последние дни была чертовски жизнерадостной, и ему тоже не позволяла быть в плохом настроении. Эрик мог сказать, что Маркус редко был в плохом настроении с тех пор, как Рэйчел начала согревать его постель. Они хорошо подходили друг к другу и сумели выжить в этом безумии. Эрик подумал, что, вероятно, помогло и то, что Рэйчел не была киборгом в прямом смысле этого слова… или, по крайней мере, она никогда не была солдатом. Не то чтобы ее мысленный багаж не был тяжелым.

Эрик не был уверен, как ему удалось пережить то, что он пережил, и остаться психически стабильным. Большую часть времени он даже не думал о себе как о киборге, поэтому слова «Эрик 754» от Люси мало что для него значили. Конечно, это было похоже на то, как если бы ему ударили по лицу ужасной правдой, которую он хотел отрицать, но в то же время он не желал убивать людей, называющих его так. Он не был уверен, позволит ли новая программа Люси вести себя достаточно неформально, чтобы просто называть его по имени, и самым безопасным вариантом было не просить ее об этом. Может быть, однажды… может быть, однажды они станут нормальными.

В данный момент реакция Люси была непредсказуемой и могла привести к последствиям, которые Эрик не мог себе представить. Ее человеческое имя вынудило ее снова следовать своей программе компаньона. Та ее сторона, которую он назвал Люси Чертовка ковырялась в его голове прямо перед переключением. Невозможно сказать, какие сведения она получила после этого вторжения.

Нет. Вероятно, для них обоих было бы лучше, если бы он оставил столько ее настроек по умолчанию, сколько они оба могли вынести.

К тому времени, когда он вышел из комнаты наблюдения туда, где ее оставил, из ванной вышла совершенно обнаженная Люси. Когда она увидела его, на ее лице мгновенно засветилась приветливая улыбка, как и каждый раз, когда он появлялся в ее поле зрения.

— Приветствую, Эрик 754. Согласно моей последней диагностике, я выздоровела на восемьдесят два целых пятьдесят семь сотых процента. Могу ли я теперь удовлетворить ваши потребности?

Его сердце несколько раз сильно сжалось от ее счастливой и взволнованной приветственной речи. Люси с улыбкой на лице была почти неотразима. Физическая реакция Эрика на ее предложение оказать ему услугу его изматывала. Они что-то сделали с ее голосом… он был в этом уверен… не говоря уже о том, что от нее исходил запах, который он не мог игнорировать.

Вид ее шрамов, полученных от мужчин, которые ей не отказали, наконец, дал ему силы повернуть голову и опустить взгляд. Кибернетика была представлена в худшем виде в созданном вручную очаровании Люси. Но в то же время он также находил ее сексуальной в образе оборванной женщины, закатывающей истерику за электрифицированной решеткой. В ней было что-то такое… что-то, чего он никогда не встречал ни у одной другой женщины.

Ему не нужен был логический чип, чтобы проанализировать его основную проблему с ней. Пейтон никогда не смог бы помешать ему пойти к ней и рассказать о том, что он узнал. Потому, что Эрик был одержим улыбкой женщины задолго до того, как случайно активировал ее код компаньона.

Версия идущей к нему Люси, выглядела решительно настроенной воплотить его фантазии в реальность при первой же возможности, которую он ей предоставит. Теперь Эрик понял, что такое ад соблазнения, о котором древний писатель Гомер предупреждал смертных в своих книгах. Его мифический Одиссей пострадал, столкнувшись с непреодолимым очарованием легендарных сирен. Полностью человеческий мужчина уже уступил бы намерениям Люси… Эрик в этом не сомневался.

Стремясь проявить больше силы воли, чем он обычно проявлял рядом с сексуальной женщиной, Эрик поднял руку и сказал:

— Стоп. Не подходи ближе.

Люси нахмурилась и недовольно на него посмотрела, и это подействовало как ведро ледяной воды, выплеснутое ему в лицо. Это было хорошо, потому что ему чертовски нужно было успокоиться.

— Не подходи ко мне, пока не будешь на сто процентов работоспособна, — приказал он, сказав первую глупость, которая пришла ему в голову. — Чтобы обеспечить твое выздоровление, я послал за кибернетиком, чтобы она проверила твои программы. Она приедет завтра. Я не буду требовать от тебя удовлетворения моих потребностей до тех пор, пока тебя не проверят.

Увидев ее озадаченный взгляд, Эрик взволнованно поднял руку и провел ею по волосам. Это была человеческая манера поведения, говорившая о разочаровании, в которой он никогда раньше не чувствовал необходимости. Но сегодня она была полезна, потому что удерживала его руки от того, чтобы протянуть их к ней.

— Оденься, Люси. Посмотрим, сможем ли мы найти немного еды, а затем чем-нибудь заняться, чтобы скоротать время, пока ты исцеляешься. Считай все это моим приказом.

— Очень хорошо, но протокол компаньона требует, чтобы я сообщила вам, что вы можете перевести меня в состояние гибернации, чтобы сэкономить мое потребление энергии. Никакой необходимости в дальнейшей деятельности не требуется. Я существую только для того, чтобы служить вам. Это моя основная директива.

Приятные музыкальные тона, использованные для ее ответа, не могли полностью спрятать страх, скрытый в ее нерешительно произнесенных словах. Люси боялась состояния гибернации, так же, как и Эрик. Он боялся вызвать в ней какие-либо другие изменения.

— Я не знаю, как заставить тебя впасть в спячку, и не стал бы этого делать, даже если бы знал. Я не собираюсь заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь, независимо от того, что происходит или не происходит между нами. А теперь одевайся ради нас обоих. Я вернусь за тобой через несколько минут. Если ты можешь уменьшить количество феромонов, сделай это.

— Простите меня, Эрик 754. У меня нет программы, позволяющей ограничить выброс гормонов. Сожалею, что у меня нет доступа к источнику вашего недовольства мной.

— Ладно. Тогда просто одевайся. Будь максимально консервативна в выборе одежды.

— Вы действительно хотите, чтобы я прикрылась как можно сильнее?

— Да… насколько это возможно. Постарайся прикрыть столько же кожи, сколько было прикрыто одеждой, в которой ты была в камере. Именно так ты сегодня сможешь наилучшим образом удовлетворить мои потребности.

Между ними воцарилась тишина. Казалось, она раздумывала, сказал ли он правду или нет. Эрик готов был поспорить на все свои деньги, что это был первый раз, когда мужчина обратился к ней с такой просьбой.

— Очень хорошо. Это исполняет все мои желания доставить вам удовольствие.

— Спасибо, Люси.

Эрик развернулся и побежал со всех ног… от облегчения, которое он увидел в ее взгляде.

Впервые ему хотелось обладать железным самоконтролем Маркуса в обращении с женщинами. Маркус видел Рэйчел каждый день на протяжении более девяти месяцев и ни разу к ней не прикоснулся. Именно Рэйчел в конце концов стерла физическую дистанцию между ними. Он ждал, пока она первой сделает ход.

Уязвимость Люси угрожала решимости Эрика держать ее подальше от своих объятий больше, чем ее бушующие феромоны. Он был рад, что завтра приедет Кира. Потому, что не думал, что сможет продержаться дольше.

И сейчас он надеялся, что Люси удовлетворит его просьбу надеть одежду, потому что ему не хотелось использовать еще одну дозу сильнодействующего успокоительного, спрятанного в его кармане.

Эрику пришлось отвести взгляд, когда он впервые увидел наряд, который выбрала Люси. Ему хотелось рассмеяться, но не знал, какую реакцию это может спровоцировать.

Очевидно, что в юбку или брюки оставленные Рейчел, и в которые помещались ее стройные бедра, Люси не смогла нормально втиснуть свою более округлую фигуру. В своем нынешнем наряде она выглядела так же странно, как Маркус в парадной одежде.

В какой-то момент ей удалось продезинфицировать вещи, которые она носила, находясь в камере. Теперь он увидел, что она решила надеть свои старые брюки и сочетать их с платьем, которое, вероятно, было платьем на размер Рэйчел. Только обнаженные верхушки более пышных грудей Люси выглядывали из большого круглого выреза, расположенного прямо над ними.

Как он и просил, одежда закрывала почти все ее тело, но это не помогло ему, как он надеялся, справиться со своими мучениями. В его разуме продолжали возникать воспоминания об обнаженной Люси, которые он, очевидно, невольно спрятал. Если они были сохранены в его человеческих воспоминаниях, их невозможно было удалить или то, что они заставляли его чувствовать. Каждый киборг, которого Эрик знал, усвоил это на собственном горьком опыте. И теперь вспоминая тело, находившееся под этой уродливой одеждой, он невольно возбудился.

Как и раньше, Люси приветливо улыбнулась, когда он появился в ее поле зрения, но она не могла полностью скрыть всю свою нервозность. К тому же, ее манящий аромат теперь был смешан с адреналином, явным признаком страха и волнения. У нее не было причин для беспокойства, но она не могла ничего сделать со своим программированием, заставляющим ее волноваться.

Эрик предпочитал комфорт моде, хотя имел тенденцию выбирать одежду, которая хорошо служила обеим целям. Выбрав одежду, которая ему нравилась, он никогда особенно не задумывался о том, как он выглядит в глазах других, когда ее носит. Впрочем, он спокойно мог привлечь внимание заинтересованных женщин, когда ему хотелось это сделать. Одежда мужчины или женщины это всего лишь как яркие перья у птиц, не так ли?

Действительно… о чем еще человеку стоит беспокоиться?

«Не так уж и о многом», — решил он, позволяя взгляду скользнуть от ее все еще дико взлохмаченных волос к тряпичным туфлям и обратно к ее теперь почти скрытой груди. Она выглядела как оборванная версия Люси Чертовки, играющей в переодевания. Он позволил себе скривить рот при этой мысли, но не засмеялся. Ему не хотелось объяснять Люси, почему она ему показалась забавной.

— Эта одежда приемлема? — нерешительно спросила она.

Эрик кивнул.

— Да. Это вполне приемлемо. Спасибо, что подчинились.

— Вы все еще меня желаете… даже в такой одежде?

Одна бровь изогнулась, когда Эрик задумался, почему она задает такой вопрос. Не то чтобы все женщины не были немного неуверенны в своей привлекательности, но Люси определенно не могла понять, что она по-прежнему похожа на свою противоположную версию, которую он назвал «чертовка». Поэтому, оставался только тот факт, что Люси нужно было какое-то подтверждение исключительно для целей ее программирования. Эрик усмехнулся, и был рад ответить.

— Да. Я все еще тебя желаю, — признался он, и от этой правды у него перехватило горло. Ему даже не пришлось притворяться. Он действительно хотел снять с нее все эти уродливые вещи и воспользоваться предложениями, которые она ему делала. — Но мои желания должны подождать, пока ты не станешь полностью работоспособной. Твое благополучие — моя главная забота.

Люси выглядела так, словно испытывала неудобство как от этого заявления, так и от своей одежды, но Эрик уже повернулся к двери и кивнул ей.

— Давай. Пошли за едой. Когда я был здесь раньше, я совершал набеги на их кухню. У них есть полностью заполненная кладовая продуктов длительного хранения и есть практически все сорта пива, которые только можно пожелать. Я думаю, наличие алкоголя вызвано тем, что мы продолжали спасать много мужчин-киборгов. Ну а пиво, улучшает самочувствие всех мужчин. Черт, я не знаю. Возможно, ученые его тоже любят. Все, что я могу сказать, это то, что еда не самая лучшая, но она не хуже, чем военные сухпайки, которые нам приходилось есть во время войны.

Люси перевела на него пустой взгляд.

— Война была тяжелой?

Эрик кивнул. Очевидно, эта ее версия не знала, что она была солдатом.

— Да. Я был морским пехотинцем. Как и все другие киберсолдаты, после войны меня принудительно уволили в отставку. Что насчет твоего прошлого?

Его вопрос был встречен долгим молчанием. Наконец Люси вздохнула.

— Я ничего не могу сказать о своем происхождении. Извлечение данных из долговременной памяти одна из многих моих неисправностей, которые необходимо устранить. Иногда у меня случаются утечки, когда информация попадает в текущее хранилище без моего вызова, но я не могу контролировать эти случаи. К сожалению, я не могу ответить на ваш вопрос в той дружеской манере, в которой вы его задали. Сожалею, что моя неисправность не позволяет мне быть приятным собеседником, с которым вы заслуживаете общаться как со своим компаньоном.

— Все нормально. Это не важно. Никто не любит говорить о войне, — произнес Эрик, улыбаясь, чтобы прогнать сомнения из взгляда Люси. В любом случае, он уже знал самое необходимое. — Ты идеальный компаньон. Я лишь требую, чтобы ты пыталась ответить на мои вопросы. Но если ты не сможешь этого сделать, я не буду злиться.

Он нахмурился, когда она снова опустила голову.

— Что? Не опускай взгляд, Люси. Изложи свой вопрос. — Затем, ему пришла в голову идея. — Тебе, вероятно, следует знать, что причина, по которой я продолжаю тебя поправлять, заключается в том, что я выбрал тебя именно за твою решительность и независимость. Поэтому я желаю, чтобы ты всегда отвечала мне так, как будто ты мне во всем равна. Я обещаю тебе… только так ты сможешь стать мне настоящим компаньоном. Наказания никогда не будет.

Люси кивнула, но также нахмурилась.

— Другие мои контракты выбирали меня, потому что я быстро исцеляюсь и могу очистить свою память. Это означает, что я могу доставить удовольствие, не зависимо от того, получила ли я какие-то травмы во время предыдущих сексуальных контактов. Создатель Омега усердно работал надо мной, чтобы создать кого-то, кому никоим образом не будет причинен вред, при удовлетворении похоти.

— Это правда? — спросил Эрик, сдерживая приступ ярости. — Ну, теперь ты принадлежишь мне, и я говорю, что тебе нужно немного вспомнить о своей стороне, которую я называю Люси Чертовка. У нее может быть другое мнение насчет таких вещей.

— Вы имеете в виду моего «Другого»? Или Люси Чертовка — это ласковое прозвище для меня?

Эрик фыркнул.

— Может быть, это ласковое прозвище, — ответил он, выбирая первые два блюда на полке в кладовой, которые выглядели не совсем отвратительно.

Он также вытащил упаковку из шести банок пива с наименьшим содержанием алкоголя и без остаточных побочных эффектов, за исключением легкого кайфа. Ему нужен был его рассудок, но также ему требовалась и небольшая анестезия. Его постоянное возбуждение без достаточного расслабления приводило его в бешенство. Каждое откровение Люси вызывало у него желание выбить дерьмо из Брэдли Смита. И он бы выследил и намеренно убил Джексона Ченнинга, если бы Люси уже не выполнила эту работу.

— Объясни, что ты подразумеваешь под словом «Другая», — потребовал Эрик. Он предположил, что Люси персонифицировала сбой в работе своего логического чипа и вследствие этого периодические проявления ее истинного «я», возникающие при осечках ее программы компаньона.

Не отвечая, Люси взяла еду из его рук и первой вышла из кладовой. Эрик последовал за ней, неся пиво, его взгляд был прикован к ее напряженным плечам. Она подошла к ближайшей духовке для восстановления, стоящей на кухонном столе.

Ее взгляд был прикован к стене, но она продолжила свою работу, почти не глядя на то, что делала. Он готов был поспорить, что очевидно, она делала это на автопилоте, потому, что когда-то ела такую еду в армии. Эрик наблюдал, как Люси вслепую проходила процесс приготовления, просто добавляя жидкость.

Она подошла ко второй духовке и быстро повторила действия со вторым сухпайком. Затем, установив таймеры на обеих, она присоединилась к нему за столом, за которым он сидел и наблюдал за ней.

— Я думаю, что моя «Другая» это какая-то продвинутая программа, работающая внутри меня, которая приходит мне на помощь, когда я не знаю, что делать. Как сейчас, например, моя «Другая» точно знала, как приготовить обезвоженную пищу, и просто передала информацию моему процессору одним потоком контента. Я не могу с ней общаться, но знаю, что она всегда со мной на связи. Как это работает для меня большая загадка.

Эрик фыркнул, услышав ее теорию. Это очень похоже на работу его двух процессоров, за исключением того, что у него они почти всегда работали синхронно. Ему потребовалось несколько лет, чтобы довести до совершенства работу своих логических чипов.

Его сердце снова заколотилось, когда Люси протянула руку, схватила пиво из пачки и открыла его. Она поставила перед ним банку на расстоянии, идеальном для его руки, а затем повторила процесс для себя. Эрик наполовину влюбился в нее, просто наблюдая за той легкостью и изяществом, с которыми она выполняла такое обычное, повседневное дело. Он внезапно обнаружил, что мечтает встречаться с ней. Насколько безумной была эта мысль? Женщина несла бомбу там, где должна была быть ее матка, черт возьми.

Не то чтобы он верил, что действительно влюбился в Люсиль Пеннингтон. В данный момент это было больше похоже на неохотное мужское восхищение ее программой компаньона. Но «Другая», о которой говорила Люси, казалась женщиной, которая легко перемещалась по миру. Сита Харрингтон была во многом такой же, хотя он никогда не говорил ее огромному ревнивому мужу, что думает. Но кто не будет восхищаться женщиной, которая смогла выжить в трудовом лагере и найти в себе силы попытаться избежать неминуемой смерти? Эрик мог понять, почему Кинг так упорно боролся за то, чтобы остаться в ее жизни, даже если однажды она купила его как кибермужа, а потом от него отказалась.

Когда прозвенел таймер, Люси быстро вскочила и вытащила еду. Она отнесла ее к столу и поставила перед ним.

— Вам нужно что-нибудь еще? — спросила она.

Эрик кивнул.

— Да. Я требую, чтобы ты села со мной и поела. А потом ты должна позволить мне отнести то, что останется после того, как мы закончим, и выбросить в мусор. Я вырос в семье, где мои мать и отец делили все домашние обязанности. Она готовила большую часть еды. Он делал уборку. Давай договоримся делать так же.

Люси вздохнула и кивнула.

— Если вы действительно этого хотите, я подчинюсь. Но я была запрограммирована служить вам во всех отношениях. Мне доставляет удовольствие выполнять домашние дела и быть для вас полезной.

Эрик сделал большой глоток пива и с удивлением обнаружил, что уже опорожнил первую бутылку. Это не уменьшило его дискомфорта, поэтому он потянулся за еще одной бутылкой и в итоге сжал ладонь Люси, которая схватила бутылку первой. Они оба как бы застыли от физического контакта. Ее рука была теплой, а глаза умоляли его углубить эту связь.

Он резко отстранился и опустил взгляд на стол.

— Я не беспомощен, Люси. Знаешь, я сам могу открыть себе пиво.

Люси открыла пиво и поставила его перед ним.

— Должна ли я спросить разрешения, прежде чем открыть для вас третью?

Эрик усмехнулся над тем, как она сформулировала вопрос, потому что это определенно был завуалированный сарказм.

— Нет… черт возьми, нет. Просто открой его и покончим с этим. Я не буду пить больше трех. После моего кибернетического обращения я стал плохо реагировать на алкоголь. Если выпью слишком много, то это вызовет сдвиг в моей программе, с которым в данный момент никто из нас не сможет справиться.

Глаза Люси встретились с его глазами. Она взяла третье пиво, ловко его открыла, и тихо заговорила, когда поставила его на его сторону стола.

— Какой была ваша кибернетическая конверсия? Есть ли у вас воспоминания об этом? Я обнаружила, что у меня их нет. Простите, если вопрос слишком навязчив.

— Твое любопытство не более навязчиво, чем вся та чушь, которую я вылил по этому поводу Неро Бастиону. Я помню лишь кое-что из своего обращения. Точно помню, что мне было чертовски больно. Но чтобы выиграть войну, я бы сделал это снова. Бог знает, что эта планета не идеальна, как и ее лидеры, но это все, что у нас есть. Я верю, что защита Земли — это будущее таких кибернетических отбросов, как мы… то есть, как я. Киборги станут героями, о которых мы читали в детстве. Возможно, героями-поневоле… как мои друзья Кинг и Маркус… но тем не менее героями.

— Думаю, мне нравится думать о вас как о герое. Такое классическое благородство могло бы объяснить, почему вы так заботились обо мне, когда вчера я так сильно вышла из строя. Вы не возражаете, если я воспользуюсь минуткой и сохраню эту информацию? В моем нынешнем состоянии это длительный процесс, но я не хочу рисковать потерять идею.

— Люси… — начал Эрик, вытирая лицо рукой. — Я далек от того, чтобы быть твоим героем… или чьим-либо героем. Блин. Большую часть времени я плохо обращаюсь с женщинами, даже с теми, которые мне нравятся.

Он наблюдал, как она пожала плечами. Ее принятие без комментариев каждого его недостатка заставило Эрика снова захотеть убить Брэдли Смита. Однажды он, возможно, просто это сделает. Он знал множество способов представить смерть случайной. Кира никогда не узнает, что это он убил ее проект «питомец для пыток».

— Ваша история с другими женщинами меня не останавливает, Эрик 754. Мне было бы приятно, если бы вы избавились от подобных сомнений. И это не меняет моей просьбы. Я хотела бы ввести заметку в память. Пожалуйста, извините меня, это займет несколько минут.

Кивнув, Эрик выдохнул и выпил еще одну, почти полную бутылку пива. В это время Люси вошла во временное состояние текущего ремонта и записывала свои впечатления о нем. Если ее сторона под названием «чертовка» когда-нибудь обнаружит эти записи в своем мозгу, он готов был поспорить, что она захочет убрать его голову с плеч или, по крайней мере, надрать ему задницу. Вернувшись в полное сознание и обнаружив, что он по-прежнему рядом, Люси улыбнулась.

— В этот раз все было гораздо проще. Возможно, я все-таки исцеляюсь сама. Когда вы раньше видели меня раздетой, я видела, что мои физические шрамы вас беспокоили. Я удалю их, пока вы не добавите свои. Другие мужья по контракту, похоже, рассматривали их как доказательство того, что они владели мной как компаньоном. Это разрешено моим протоколом.

— К черту твои протоколы. Я никогда не поставлю на тебя метку, — заявил Эрик. — И я убью любого мужчину, который хотя бы попытается так сделать. Те дни прошли, Люси. Отметь это в своей памяти. На тебе больше не будет никаких знаков собственности… во всяком случае, если я буду иметь право голоса по этому вопросу.

— Я не хотела, чтобы мои комментарии вас разозлили, Эрик 754. От меня требуется быть откровенной и делать предложения, которые позволят нам иметь отношения с полным участием…

— Стоп, — приказал Эрик, подняв руку. — Говорю последний раз… я не сержусь на тебя и не буду злиться, так что перестань пытаться объясниться. Закончи есть и допивай пиво. После этого мы совершим приятную долгую прогулку, а потом я снова уложу тебя в постель и дам лекарство от головной боли.

— Но нет необходимости в вашей постоянной тревоге. Моя головная боль прошла, — заявила Люси.

Эрик фыркнул.

— Считай это превентивной мерой, — сказал он, надеясь, что успокоительное снова на нее подействует.

Они исследовали каждую комнату в учреждении, включая комнату с клетками, потому что было бы легче поместить ее обратно в одну из них, если бы она поверила его объяснениям. Люси подняла брови, когда Эрик объяснил, как некоторых киборгов временно удерживали, пока они ждали получения новых процессоров. Он смягчил историю, признав, что его самого ненадолго задержали в одной из них, и даже показал ей, в какой.

Конечно, он не вдавался во всю теорию восстановления, потому что не хотел, чтобы Люси задавалась вопросом, является ли это его конечной целью в отношении нее. Вместо этого Эрик преуменьшил значение этого учреждения как просто медицинского центра, помогающего устранять наиболее опасные кибернетические поломки. Это прекрасно сочеталось с тем, что оно находилось в таком удаленном месте.

Люси кивнула и задала несколько вопросов, не очень долго разглядывая клетки. Он знал, что она думает о своем. В сведениях о ее «спасении» не было точных деталей, но теперь Эрик знал ее логику. Люси просто объяснила свое заключение длительным периодом спячки, пока она ждала, пока ее снова активируют… и, очевидно, с его помощью.

И, возможно, на каком-то уровне она даже знала, что ее «Другая» иногда была дикой женщиной, которая хотела уничтожить все, что попадалось ей на пути.

— Прости, что утомил тебя этой научной информацией. Нам следует поговорить о более приятных вещах, — сказал Эрик, стараясь не вздрогнуть, когда Люси вложила свою руку в его ладонь. Его сердце грозило вырваться из груди каждый раз, когда она к нему прикасалась.

— Мне не скучно, — возразила Люси. — Но мне интересно, каким образом некогда киборг-изгой получил со мной контракт компаньона. Мне всегда нравились загадки. Ваш случай как раз такой.

Эрик опустил взгляд туда, где она держала его руку.

— Человек может назвать наши отношения предопределенными или рукой судьбы. Киборг мог бы сказать, что шансы неисчислимы, и отбросить это как аномалию, не достойную изучения. Но реальность такова, что мы здесь. Наверное, я реалист, потому что где бы я ни находился, мне легче всего жить в настоящем моменте. Другими словами, у меня нет хорошего ответа на этот вопрос, кроме как признать, что ты всегда меня завораживала.

Он почувствовал, как рука Люси сжала его ладонь. Соглашение? Одобрение? Его рука инстинктивно напряглась в ответ. Если он не будет осторожен, то привяжется к ней еще сильнее, чем сейчас.

— Могу ли я теперь действовать как тот напористый компаньон, каким вы хотели, чтобы я была, и обратиться со смелой просьбой?

Эрик кивнул, повернулся и встретился с Люси взглядом. Никогда в жизни ему так сильно не хотелось поцеловать женщину. Он мог сделать два коротких шага и прижаться к ее губам.

— Да. Будь настойчивой, — приказал он.

— Можем ли мы выйти на улицу и прогуляться? — спросила Люси.

Как бы он ни был взволнован, невинная просьба заставила Эрика рассмеяться. Он был уверен, что Люси собирается предложить ему что-нибудь сексуальное. И чертовски надеялся, что окажется прав. Но это была первая ее просьба, которая, похоже, не была вызвана ее программами компаньона, поэтому Эрик проигнорировал свое разочарование и потащил ее за руку к двери из помещения.

Они вышли из научного убежища и оказались в первозданном мире высоких зеленых деревьев. Он посмотрел вверх, туда, где ветер шелестел листьями, а затем посмотрел на Люси, смотревшую на то же самое. Она вздохнула и тихо рассмеялась. Ему очень захотелось, чтобы они были просто двумя нормальными людьми, наслаждающимися этим моментом. Впервые за долгое время он так сильно чего-то хотел.

— Без доступа к своим воспоминаниям я, наверное, забыла, как невероятно гулять по местам, еще не тронутым цивилизацией. Учитывая, что у некоторых здешних обитателей есть механизмы, я нахожу удивительным, что таким местам позволено существовать на нашей планете. Я видела лес, когда мы приземлялись, но не надеялась тогда, что мне удастся познать его таким образом. Могу я потратить минуту, чтобы сделать короткую запись и сохранить ее?

Эрик высвободил свою руку и отошел.

— Конечно.

Она подняла лицо и сосредоточила взгляд. Он предположил, это означает, что ей в глаза установили какое-то записывающее устройство. Ее лицо было безмятежным, и Эрик был рад, что Люси понятия не имела, что оставалась такой более десяти минут. Отслеживание времени могло вызвать у нее чувство вины и уменьшить удовольствие от происходящего.

Люси действовала слишком быстро, чтобы он смог ее остановить. Ее голодные губы прижались к его рту, а руки скользнули вокруг него. Ослабленный после двух дней вожделения и бессонницы, Эрик позволил себе погрузиться в теплое приветствие, которое он нашел в ее объятиях. Он запустил одну руку в ее волосы, а другую вниз, прижимая ее бедра к своим. Ни одна женщина никогда не ощущалась так хорошо. Похоже, у него большие проблемы.

— Люси, — прошептал он, еще больше ослабев, когда она прижалась к пульсирующей для нее эрекции.

Эрик потянул Люси голову за волосы назад, погружаясь языком в ее рот, наслаждаясь податливостью тела, которым она к нему прижалась. Он был настолько захвачен ее полным ответом, что проигнорировал первый укол в спину, приписав его ногтям Люси. Но почувствовал и осознал второй, потому что он ослабил его и поставил на колени. Эрик уставился на Люси, пытаясь понять, что происходит, но ее взгляд был направлен куда-то в сторону деревьев.

— Беги. Спасайся, — приказал Эрик, но она, казалось, его не слышала.

Люси начала громко произносить код, ту же последовательность цифр, которую он слышал, как она произносила, пока претерпевала изменения.

Он выругался, полностью опустившись на землю, закрыв глаза, когда тьма посмеялась над его ошибкой.

Первое, что Эрик увидел в комнате с клетками, — это два меча, нелегальные кожаные ножны к ним и два скрещенных на груди ремня для оружия, лежащие на рабочем месте Киры. Люси полностью обезоружила нападавших, что его не удивило. Он готов был поспорить, что протокол защиты компаньонов, который она использовала, был всего лишь переработанной копией ее военной программы.

В двух из пяти камер Неро на койках неподвижно лежали фигуры, одетые во все черное. В темных одеждах они выглядели как древние японские воины. Как их называли? Он не был так хорош в военной истории, как Пейтон. Ах, да… теперь он вспомнил. Ниндзя. Нападавшие были одеты как ниндзя. Темная, полностью закрывающая с головы до ног одежда, должна была полностью скрыть их настоящую личность, а в их случае, вероятно, и пол.

По каким-то причинам Люси нашла время, чтобы убедиться, что ни одна конечность не свисает с краев узкой платформы для сна. Однако она не удосужилась снять с них маски. Либо Люси знала, кто они такие, либо ей было все равно. В такие моменты рассуждения ее Компаньона Нового Мира Эрик понять не мог. Для него было очевидно, что личность Люси была нестабильной даже под влиянием кода компаньона, каким бы безупречным ни казалось ее подчинение.

Он повернулся к Люси и искренне улыбнулся.

— Отличная работа, Люси Чертовка. Клетки заперты?

Люси кивнула.

— Да, я подумала, что так будет лучше, хотя знала, что они не смогут уйти, пока кто-нибудь не выведет их из спячки.

— Ты была права, приняв меры предосторожности, — похвалил Эрик, выдерживая взгляд Люси, — но не могла бы ты их для меня открыть? Я хочу посмотреть, кто они. Позже нам, возможно, придется их разбудить и задать несколько вопросов. Кто знает? Возможно, придет еще кто-нибудь. Если да, то нам нужно быть готовыми.

Люси вздохнула и покачала головой.

— Конечно. К сожалению, я об этом не подумала.

За его спиной двери клеток щелкнули и мгновенно открылись. Эрик на мгновение выдержал взгляд Люси, а затем предоставил ей пройти внутрь первой. Весь ее трюк с открыванием клетки нужно исследовать. Как только Кира в этом разберется, возможно, он попросит апгрейд, чтобы получить эту способность.

Вблизи одного из нападавших Эрик мог сразу сказать две вещи: тело, которое он видел, было женским… и это был киборг. Электрические импульсы держали ее в стазисе с помощью странного кода, который мог обнаружить даже он. Эрик полностью стянул с лица маску. Там оказалась женщина с шелковистыми волосами и темной кожей цвета мокко, которая могла бы сойти за сестру Неро, если бы его родители потрудились завести второго ребенка.

Он повернулся к Люси, которая внимательно наблюдала за ним через решетку.

— Ты знаешь эту женщину? — спросил он.

Брови Люси сошлись вместе, она нахмурилась и покачала головой.

— Нет. Я не припоминаю, чтобы знала кто она такая… если это ваш вопрос. У нас с ней есть некий общий код, но это относится ко всем Компаньонам Нового Мира. Я не могу объяснить, откуда я точно знала, как с ней поступить, когда она напала. И она, и другая женщина продолжали бурно дискутировать, но их комментарии относительно меня не имели никакого смысла. Мне жаль, что я не удосужилась записать это для вашего обзора.

— Без проблем. Я понимаю, ты сделала все, что могла, — сказал Эрик. Он оставил лицо женщины без маски и перешел в другую камеру.

Повторив процесс, он снял темный материал. На этот раз это оказалась женщина с волосами цвета темно-клубничный блонд с молочно-белым лицом. Скорее всего, она была ирландского происхождения. Очевидно, была проведена косметическая операция, чтобы улучшить ее лицо. Кое-где на ее коже виднелись веснушки, которые выглядели так, словно их оставили намеренно. Больше всего Эрика поразило то, что она выглядела молодой… очень молодой… даже моложе его. Он задавался вопросом, смотрит ли он, возможно, на самого молодого киберсолдата, из всех созданных.

На этот раз он говорил со своей единственной слушательницей, не глядя на нее.

— А как насчет этой, Люси? Ты ее знаешь?

— Нет. Но у меня были те же идеи, что и в отношении другой. Темноволосая напала первой. Эта пыталась ее от этого отговорить. После того, как я нейтрализовала темноволосую нападавшую, она попыталась убежать. Поскольку я боялась, что она вернется, я нейтрализовала и ее. «Другая» помогла мне.

— «Другая»? — этот термин привлек его внимание, и взгляд Эрика мгновенно перешел на Люси. — Что именно «Другая» помогла тебе с ними сделать?

Люси нервничала, рассказывая о том, что произошло. Он услышал, как она вздохнула.

— Все в порядке, Люси. Что бы ты ни сказала, я хочу это услышать. Ничто не заставит меня быть тобою недовольным. Я очень рад, что ты так хорошо меня защитила.

Вздохнув с облегчением, Люси наконец кивнула.

— «Другая» предоставила мне код, который переводил их в состояние гибернации. Я думаю, она могла знать, кто эти женщины, потому что они называли меня ее именем.

Эрик вернулся туда, где стояла Люси, прикусывая губу и выглядя задумчивой. Это становилось все интереснее.

— Какое имя они использовали?

— Они звали меня… Капитан, — прошептала Люси. — Обе нападавших меня так называли. Это меня очень тревожило, и это все, о чем я могла думать, пока вы спали. Но это не имя. Я навела справки, чтобы убедиться. Во всех случаях это своего рода звание. Думаете вместо того, чтобы получить новые во время какого-то обновления, я унаследовала чипы киборга военного?

Эрик обнял Люси. Теперь он имел довольно хорошее представление о том, кто эти женщины. Он отстранился.

— Даже если ты делишься чипами и разумом с кем-то вроде нее, это не должно лишать тебя возможности быть идеальным компаньоном. Это просто еще один аспект тебя, который мне кажется интересным и который я бы хотел узнать.

Во взгляде Люси была такая надежда, что Эрик сжал ее руки, чтобы не поцеловать ее снова.

— Послушай… я хочу позвонить своим друзьям и рассказать об этом странном происшествии. Когда они доберутся сюда, они будут знать, что делать, но им, возможно, придется привести с собой еще несколько человек. Сможешь ли ты справиться с толпой, которая завтра сюда прибудет? Я буду спать с тобой в твоей комнате, если ты обеспокоена. Никто не собирается надолго нас разлучать. Ты заботилась обо мне, а я буду заботиться о тебе. Обещаю.

Люси кивнула, глядя на клетки. Она надеялась, что он не поместит ее в одну из них.

— Я знаю, со мной все будет в порядке, если ты будешь рядом. Когда я сказала, что не знаю их, это была правда. Однако у меня есть частичная информация об их личностях. Темноволосая — Айя 490. Рыжеволосая — Мира 491. Они не были уважительны в разговоре друг с другом. Что-то в моих действиях их удивило, но я так и не поняла, что именно. Я не чувствовала волнения в их присутствии. Я знала, что могу… сделать то, что сделала… с ними.

Эрик протянул руку к ее лицу.

— Все в порядке. Прямо сейчас не думай об этом слишком сильно. Ты просто получишь еще одну огромную головную боль. Все наладится, Люси. Запри клетки, и мы пойдем за еще одним пивом. Сегодня вечером мы больше ничего не сможем сделать.

Люси кивнула и коснулась своей руки. Клетки с явным щелчком закрылись как раз перед тем, как они покинули комнату.

Эрик с отвращением посмотрел на металлические прутья. Поскольку никто не мог угадать, какая версия Люси будет контролировать ситуацию, когда она снова проснется, коллективным решением было поместить ее обратно в клетку. Неро закрепил дверь старомодной цепочкой и неэлектронным замком, который дальновидный ученый взял с собой именно для этой цели. Справедливости ради Эрик должен был признать, что это была разумная мера предосторожности, когда бывший военный киборг обладал программой по взлому систем безопасности.

Неро довольно быстро нашел файлы Айи Капур и Миры Макдональд среди сорока двух женщин-военных, которые были превращены в киберсолдат вместе с Люси. Они все еще находились в клетках из-за попыток ее спасти. Неро и Кира обсуждали каким образом их лучше всего восстановить. К тому же, еще один уровень сложности к обычному процессу добавил код компаньона.

Плен всех трёх женщин лежал на его совести. Однополчане Люси годами ускользали от ОКН. Но их обезвредила та самая женщина, которую они всю жизнь пытались найти. И все это произошло потому, что Эрик случайно включил процессоры Люси.

— Когда ты собираешься наорать на меня и сказать, каким глупым я был, что пошел к ней один? — Эрик повернулся и увидел, что Пейтон качает головой. — Просто скажи это. Я заслуживаю твоего гнева, но клянусь, что сделал бы все это снова. Что, если бы именно ты активировал ее программу компаньона? Подумай, насколько бы это усложнило твою жизнь с Кирой. Ты можешь называть меня любым именем, которое тебе нравится. Я до сих пор рад, что Люси приняла в качестве своего нового контракта именно меня.

— Я сказал что-то негативное? Нет. Так что успокойся, черт возьми, — резко приказал Пейтон. — Я перестал злиться примерно через две секунды после того, как услышал, что произошло. Никто из нас не мог знать, какой эффект окажет на нее произнесенное вслух ее настоящее имя, пока мы не увидели это в действии. Капитана Пеннингтон так много раз меняли и переделывали, что Кира сказала, что рада наконец получить шанс поработать с женщиной, не вводя ей сначала наркотики. Разбираться в ее коде — все равно, что смотреть на сложную игру со всевозможными скрытыми триггерами, странными поворотами и неожиданными подсказками для неожиданных вещей, таких как например ее протокол защиты.

Эрик кивнул и нахмурился. Он провел рукой по волосам, а затем спохватился. Он пристально посмотрел на Пейтона, который наблюдая за ним, ухмыльнулся.

— Если вы знали, что все так плохо, почему вы, ребята, так долго сюда добирались? Неро мне не сказал. Он просто сообщил, что ты сегодня будешь здесь и что мне нужно справиться с ситуацией, как можно лучше.

Он нахмурился еще сильнее, когда увидел, как Пейтон выпрямился и перешел в режим капитана морской пехоты. Его инстинкты были в полной боевой готовности. Что еще произошло, пока его не было? Эрик молчал, пока Пейтон некоторое время смотрел на клетки, прежде чем ответить.

— Мы задержались, потому что доктор Брэдли Смит исчез сразу после того, как узнал о случившемся. Он не спросил разрешения. Он не колебался. Он просто самостоятельно покинул «Нортон», и Кира не может перезвонить ему, как бы она ни старалась. Я поручил Маркусу выследить его с помощью новых маркеров, которые мы в него установили, но пока безуспешно. Мужчина ушел под землю, иначе спутники его бы засекли. Мы приостановили все реставрации, пока не сможем определить, что происходит, потому что Злой Брэд помогал Кире почти во всех из них. Мы проводим еще один отзыв, потому что у нас нет выбора. И черт… мы ведь только что закончили проверку военных чипов.

Эрик нахмурился и скрестил руки на груди.

— Думаю, что кто-то обновил процессор Злого Брэда, пока Кира не видела. Я заметил несколько странных вещей, когда позвал ему, чтобы помочь мне разблокировать у Люси скрытые файлы кибержены. Он действовал так же независимо, как и любой восстановленный киборг.

— Я не заметил. Объясни, — приказал Пейтон, тоже скрестив руки на груди.

Эрик кивнул.

— Я поспорил с Брэдом, когда он отказался сделать то, что я просил. Когда я потребовал от него подчиниться, у него случился приступ. Брэд, наконец, отказался от информации, которая мне была нужна, после того, как он исправился, но у меня возникло ощущение, что он притворяется. Пока я читал, он ушел, не спросив, закончили ли мы, не спросив разрешения и не попрощавшись. Но ситуация с Люси стала неуправляемой прежде, чем я успел сообщить Кире о странностях Брэда.

Пейтон разочарованно вздохнул.

— Остановись. Не было никакой возможности — это предвидеть, так что не нужно чувствовать вину. Очевидно, с нами играет еще один тайный суперученый. Уильям искал того, кто называет себя Создателем Омега. Кажется, у этого парня у нас под носом крутится целая куча секретных проектов… «Компаньон Нового Мира» самый мерзкий, с которым мы столкнулись.

Эрик кивнул, опустил руки и беспокойно зашагал перед клеткой Люси.

— Люси его упомянула. Он определенно замешан в ее ситуации.

— По словам Рэйчел, женщины, с которыми она столкнулась, когда ее схватили, вели себя во многом похоже на твое описание запрограммированных ответов капитана Пеннингтон. Кроме того, они, похоже, обладали схожими с ней навыками. Именно они выпустили Рэйчел из электронной клетки и нечаянно помогли ей сбежать. Рэйчел сказала, что парень, работавший над ней, называл себя Создателем Омега. Жаль, что он не позволил ей увидеть, кто он такой. Мне бы хотелось хотя бы раз увидеть лицо этого ублюдка, прежде чем его разбить.

Эрик смотрел на три коматозных тела, пока его разум кружился.

— Я не знаю, что случилось с Люси, но она сказала, что погрузила женщин в черном в спячку… чем бы это, черт возьми, ни было. На мой взгляд, это немного похоже на кибернетическое отключение, но я не думаю, что их процессоры сгорели. В этом состоянии они похожи на спящих животных… как происходит в природе настоящая спячка. Все их органические системы замедлились почти до полной остановки, функционируя ровно настолько, чтобы не дать им умереть. Думаю, мне каким-то образом удалось активировать этот режим в Люси. Но не спрашивай меня, что случилось… единственный человек, которому я расскажу, это Кира. Я и без того достаточно опозорил капитана Пеннингтон.

Пейтон выкатил стул и сел в него. Ему нужно было экономить энергию, а сидячее положение не позволяло ему ходить. Отвратительная эмоциональная привычка, от которой он, казалось, не мог избавиться. Он посмотрел на человека, которого знал с тех пор, когда тот был практически мальчиком.

— Неро занят работой над кодом пробуждения, который должен вывести их из этого состояния. Кира рассматривает возможность использования их состояния гибернации, чтобы попытаться восстановить, вместо того, чтобы полностью выключить. Они находятся в комнате, которую Неро использует как кабинет, и спорят о том, какой научный подход лучше всего предпринять в этом случае. Вот почему я сижу тут и тебе сочувствую, а не занимаюсь исследованием в комнате с мониторами. У меня слишком острый слух, а эти двое больше не удосуживаются в моем присутствии понижать голос.

Эрик подошел к клетке, где Люси лежала в коме на койке. Он одел ее в ту одежду, в которой она была перед душем, и как мог, высушил ее волосы полотенцем. Он залез рядом с ней на кровать, обхватив ее одной рукой, и лежал так, пока не подоспела помощь. Теперь его чертовка снова оказалась в своем худшем аду, и он ничего не мог сделать, чтобы ее оттуда вытащить. Он предпочел бы, чтобы она ходила, кричала и закатывала истерики. По крайней мере, тогда бы он знал, что она жива.

— Могу я тебе кое в чем-то признаться, Пейтон? Маркуса здесь нет, и я думаю, что у меня произойдет эмоциональный срыв хуже, чем любая истерика Люси, если в ближайшее время я не вытащу себя из этого состояния.

— Конечно. Ты убил кого-то, кого не должен был? — спросил Пейтон, ухмыляясь шоку на лице Эрика. — Я шучу, сынок. Расслабься. Уверен, что ты не сделал ничего непростительного. Ты назвал ее имя, и произошли плохие вещи. Мы разберемся с этим. Подобное дерьмо происходит с тех пор, как Кира впервые меня восстановила. Ты это знаешь.

— Да. Но это еще хуже… по крайней мере, для меня. Я полностью потерял объективность. Не знаю, когда это произошло, но где-то во время этого адского бардака я влюбился в Люсиль Пеннингтон. — Эрик фыркнул, когда его признание лишило Пейтона дара речи. — Да. Я знаю, что означает этот взгляд. Тебе не нужно говорить мне, что это неудачный момент и худший ход на свете. Я думал обо всем этом и многом другом.

Пейтон фыркнул и наконец пожал плечами.

— Похоже, теперь «странно», это новое «нормально», да?

Эрик фыркнул в ответ.

— Знаешь, я думаю, это произошло, когда она прогулялась по всему дерьму в моей голове. Я бы убил людей, чтобы ее спасти, Пейтон. Если бы ты увидел все шрамы на ее теле, ты бы понял, почему я так думаю. И да, я понимаю, что влюбился в ту ее сторону, от которой нам нужно избавиться ради нее самой. Я это понимаю. Я, черт возьми, принимаю это. Но просто хотел, чтобы кто-нибудь знал, что я чувствую. Вероятно, независимо от того, что произойдет, у меня никогда не будет возможности ей рассказать.

— Я слышу, что ты говоришь, и да, я видел ее шрамы. Я не включил их в протоколы ее задержания, потому что она уже пережила достаточно унижений. Кира все еще злится, но я настоял. С женщиной обращались хуже, чем с любым солдатом, которого мы восстановили до сих пор. Если бы мог, я бы оторвал яйца у любого мужчины, который когда-либо прикасался к ней без ее разрешения.

Эрик вздрогнул и кивнул. Был ли и он в этой группе?

— Что Кира сказала о шансах Люси на восстановление?

— С кибернетической точки зрения вероятность того, что капитан Пеннингтон сохранит что-нибудь в памяти, составляет всего 5.7 процента. Из-за травмы головы ее кибернетическую панель, процессор, логический чип и все компоненты придется восстанавливать с нуля. Неро, конечно, постарается спасти как можно больше сохраненных данных и исходного кода, которые можно безопасно извлечь. Он сделал для Уильяма все, что мог, но мужчина потерял абсолютно все данные за семь лет своей жизни. Уильям сказал, что ему все равно, но я видел, что утрата информации сделала с Кингом. Неизвестное атакует твою человеческую сторону. Это вызывает кошмары и другие необъяснимые наклонности. Так что, я бы предпочел познать свой ад, если это поможет мне сохранить рассудок.

— Поверь мне на слово, Пейтон. Люсиль Пеннингтон лучше ничего не помнить из своей программы компаньона. Она сказала, что у нее есть встроенная система самоочистки хранилища данных. Она была запрограммирована использовать ее после каждого сексуального контакта. Это было сделано для того, чтобы сохранить травматические последствия любого насилия, которому она подвергалась. И из-за которого, она не желала снова заниматься подобной деятельностью. По сути, все, что с ней делали, обычно выбрасывали. Каждый раз, когда она просыпалась из состояния спячки, она попадала в новый ад.

— Злобные ублюдки-ученые, — выругался Пейтон. — Иногда мне хочется, чтобы Кира забыла, что с ней случилось. Возможно, полная модернизация станет для капитана Пеннингтон благословением.

— Да. Это было бы настоящим благословением, — согласился Эрик, тяжело сглотнув, и вспомнив, как она нерешительно объясняла, почему ему следует просто потакать своей похоти.

Пейтон устало вздохнул, не желая рассказывать Эрику остальное. Но это нужно было сказать.

— К сожалению, ее кибернетика — не единственная проблема, с которой сталкивается капитан Пеннингтон. Остается опасным вопрос об оружии внутри нее, которое невозможно безопасно обезвредить. И, как ты узнал на собственном горьком опыте, у женщины его больше, чем мы предполагали. Есть веские причины, по которым ОКН хочет, чтобы ее приговор об уничтожении был приведен в исполнение. Они пока доверяют нам держать ее в безопасности, но я не исключаю того, что они попытались бы взорвать ее при первой же возможности. Она представляет собой худшее из их нарушений против личности киберсолдат. Представь, что подумает мир, если она выздоровеет и когда-нибудь расскажет о том, что с ней сделали.

Эрик снова кивнул. Он тоже об этом думал.

— Я думаю, что ОКН были бы еще счастливее, если бы нас всех уничтожили вместе с ней. Мы все в опасности, особенно здесь, в этом изолированном месте. Одна ракета малой дальности решила бы множество проблем ОКН. У Неро есть система предупреждения о приближении ракет, подобная той, которую можно найти на военных базах, и это для нас хорошо. Некоторым из нас, возможно, удастся выбраться отсюда достаточно быстро, чтобы остаться в живых.

Эрик немного походил, затем остановился. Устало вздохнул.

— Мне жаль, что я втянул вас всех в это, Пейтон. Она хотела уйти со мной… настояла на этом. Но мы можем отвезти ее обратно, если так будет безопаснее. В таком состоянии Люси этого даже не заметит.

— Я рассказал это все не для того, чтобы еще больше тебя напугать. В любом случае, наше участие было неизбежным, — заявил Пейтон. — Сейчас нам предстоит разобраться с тем, что происходит, но я не хочу продолжать зацикливаться на том, что мы не можем изменить. Нам нужен ментальный перерыв, чтобы сохранить остроту наших чувств. У Неро в кладовке осталось пиво? Я хочу пить.

Эрик оцепенело кивнул, не зная, как он сможет заставить себя пить или есть без Люси, сидящей напротив него за столом. Он никогда больше не откроет пиво, не думая о том, как она это для него делает.

Эрик повернулся и посмотрел на человека, который был не только другом, но и отцом. Его мать была еще жива, но отец умер, когда он служил кибермужем. И, скорбя по этому поводу, его мать снова пережила утрату.

Эрик посмотрел на Пейтона, который смотрел на него и ждал, когда он возьмет себя в руки. Иногда казалось, что боль и потеря были его единственной реальностью. Он просто не мог себе представить, что потеряет Пейтона и Киру. Не так давно он чуть не потерял Маркуса, и это убило бы самую большую и, возможно, лучшую его часть. Теперь он потеряет Люси… либо из-за ее восстановления, либо из-за смерти. Это было то, с чем он не мог бороться. У него не будет передышки от боли ее утраты. Так что, нужно просто разобраться… все, что он мог сделать, это решить проблему.

— Давай, капрал. Можешь всплакнуть за кружкой пива, и я никому не скажу. Но я точно знаю, что поглядывание на эти клетки сегодня вечером ничего не изменит.

Эрик опустил взгляд и кивнул.

— Да. Я это знаю. Думаю, я готов идти. В любом случае я хочу поговорить с Неро. Если он расшифровал программу компаньона, мне нужен шансе ее просмотреть. Люси мне много рассказала о том, как это работает. Возможно, я смогу помочь Неро и Кире в этом разобраться.

Эрик вздрогнул от резкого давления, когда Пейтон хлопнул его по спине, чтобы показать свое одобрение. Острая боль напомнила о том, как ему ввели транквилизатор. Было странно, что просто услышанная правда могла так сильно ранить.

Они вчетвером сидели за довольно приличной по меркам Эрика восстановленной едой, но ел только Пейтон. Кира отпила чай и уставилась в пространство. Эрика нисколько не обнадежило молчание ученого. Он сосредоточил свои блуждающие мысли на настоящем и направил все внимание на Неро, который начал говорить.

— Я обнаружил код, позволяющий вывести Айю 490 и Миру 491 из состояния гибернации. Однако я не знаю точно, кем они станут, когда снова обретут полное сознание и работоспособность. В качестве меры предосторожности против негативного программирования мы с Кирой решили заменить их основной процессор новым прототипом, который мы разработали. После активации новый процессор будет собирать базовую информацию, а также позволит работать жизнеобеспечению и нормальному функционированию. Позже соответствующий логический чип должен позволить киборгу ассимилировать остальную часть своей памяти, используя свою свободную волю. Мы стремились имитировать то, как человек обычно вспоминает сохраненные воспоминания и объединяет их с текущими мыслями.

— Будут ли они помнить, что произошло вчера? — спросил Эрик.

Неро пожал плечами и потрогал еду, которую не мог идентифицировать. Как он мог съесть что-то измененное до неузнаваемости? Он был счастлив, что предусмотрительно спрятал в своей сумке протеиновые батончики.

— Результаты невозможно полностью предвидеть и могут различаться у каждой женщины. Это всего лишь прототип логического чипа, но, к счастью, он более совместим с их уникальной кибернетикой, чем то, что мы установили в других восстановленных киберсолдатах. Новый чип позволит расширить диапазон адаптации эмоциональных реакций. Короче говоря, это наш способ справиться с гормональными перепадами настроения, которые кажутся неизбежными.

Эрик пристально на него посмотрел.

— Почему? Потому что они женщины и нуждаются в особом обращении?

Неро пожал плечами, не обижаясь на излишнюю чувствительность Эрика. Он был необычным, очень человечным киборгом. Вот почему он находил этого парня таким интригующим.

— У женщин логические чипы разрушаются из-за гормональных всплесков, и в результате со временем процессоры выходят из строя. Этот новый вызывает адаптацию (подумайте об этом как о реакции на эмоции) и отправляет их в различные области хранения, откуда знания можно вызвать при необходимости.

Эрик нахмурился.

— Это очень похоже на то, как работают мои процессоры.

— Вот именно, — сказал Неро, кивнув в ответ на точную догадку Эрика. — На самом деле мы сделали их прототипы путем клонирования прототипа Рэйчел, который, хотя и является прототипом, до сих пор хорошо себя зарекомендовал. Кира исправила — нет, давайте использовать слово «улучшила» — способ, которым процессор Рэйчел объединяется с хранилищем органических воспоминаний в ее мозгу. Мы подозреваем, что это позволяет ее эмоциям путешествовать по более нормальным нервным путям. Несмотря на мои первоначальные опасения по поводу кодирования, Рэйчел, похоже, очень хорошо приспособилась.

Эрик глубоко вздохнул и попытался разобраться в том, что услышал. Даже спустя столько времени, которое они провели вместе, объяснения Неро по-прежнему казались ему тарабарщиной. Но он уловил суть. Эмоции плохо сочетаются с логикой, поэтому кибернетической системе необходимо было как можно быстрее увести их от процессора и логического чипа после того, как они ощущаются. Позвольте эмоциям идти туда, куда им нужно, или, в случае с киборгом, заставить процессор направить их туда, где они не вызовут проблем.

Эрик отодвинул тарелку и взял пиво.

— Будут ли женщины солдатами или компаньонами, когда придут в себя? Поверьте мне, разница огромна.

Неро вздохнул и снова пожал плечами.

— Ты задаешь мне вопросы, на которые мы не узнаем ответы, пока женщины не выздоровеют. Мы оставляем основной код компаньона на время процесса восстановления, но принимаем меры, чтобы он не был случайно активирован до того, как новый процессор возьмет на себя управление. Моя цель состоит в том, чтобы и капрал Капур, и капрал МакДональд были по возможности полностью восстановлены. Коды в коде компаньона по-прежнему будут триггерами, предлагающими ответы, но ни одна женщина не должна чувствовать ничего, кроме мимолетного побуждения подчиниться. По сути, именно так мы убили программу «Кибермуж». Мы оставили её на месте… просто убрали болевой мотив.

— Но на каком-то уровне они все равно останутся самими собой? — Эрик задал вопрос, отказываясь чувствовать себя виноватым из-за своей личной мотивации в желании узнать ответ.

Неро поднял одно плечо.

— Кира и я согласны, что лучше всего оставить накопленные данные программы компаньона доступными для этих двух женщин на случай, если они захотят вспомнить их целиком. Мы понимаем, что необходимо остановить повторение этого злодеяния. Мы надеемся сделать этих двух женщин полностью невосприимчивыми, но сохранить в них осознание прошлого в качестве компаньонов. Это может нам помочь сформулировать дальнейшую стратегию.

— Хорошо. Это для них, а что насчет Люси? Какой план для нее?

Эрик увидел, как Неро посмотрел на Киру после того, как он задал вопрос. Они обменялись взглядами, от которых у него свело внутренности. Кира наконец перевела на него свой серьезный взгляд.

— Восстановление капитана Пеннингтон сопряжено с более высоким риском, чем все, что мы пытались сделать до сих пор. На пути ее реставрации больше возможностей потерпеть неудачу. Если мы разбудим ее, не проводя кибернетического восстановления, она может быть либо Компаньоном Нового Мира, с которым ты познакомился, либо пережившей пытки женщиной, над которой экспериментировал Брэдли Смит.

— Тебе не кажется, что этим шансом стоит воспользоваться? — потребовал Эрик.

Кира встретилась с ним глазами и выдержала его взгляд.

— Я ни в чем не уверена. Что я знаю, так это то, что капитан Пеннингтон искала способ покончить жизнь самоубийством и пару раз была к этому близка. Однако, если мы не выведем ее из этого состояния в течение разумного периода времени — скажем, в течение нескольких месяцев — ее тело начнет умирать по-настоящему, а сердце откажет. Это взорвет оружие. Кроме того, следует принять во внимание вопрос о нанесенных ей травмах. Шансы даже на частичное восстановление не в ее пользу.

— Нахрен шансы… — заявил Эрик, но замолчал, когда Кира подняла руку, чтобы остановить его тираду.

— Я не говорила, что не рискну. Я просто тебе рассказываю обо всех решениях, которые необходимо принять. Любая попытка ее восстановления не может быть предпринята здесь, в этом учреждении. В отличие от двух других женщин, которых Неро завтра восстановит, пока я продолжу работать над этой дилеммой. Нам придется попытаться проникнуть — если мы решим это сделать — в бомбоубежище, где мы ее держали. Этот объект сможет выдержать выстрелы любого оружия.

Пейтон покачал головой.

— Если риск настолько высок, то любая попытка восстановить капитана Пеннингтон неприемлема. Ты не можешь рисковать своей жизнью ради нее, Кира. Все твои знания и твоя способность исправить нанесенные другим киборгам повреждения, будут утрачены с твоей смертью. Я не буду говорить о тысяче других причин, по которым лично я не хочу, чтобы ты занимались ее реставрацией.

— Пейтон…

Он поднял руку, чтобы остановить ее отрицание.

— Нет. Я не хочу слышать логику учёного. Твоя ценность для мира бесконечно выше, чем ремонт одной женщины-киборга, которая может быть настолько повреждена, что не подлежит восстановлению. Только ты можешь бороться с взломанным кодом Создателя Омеги.

Кира проглотила комок в горле и посмотрела на мужа.

— Создатель Омега — кем бы этот ублюдок ни был — использовал мой код, чтобы превратить капитана Пеннингтон в Эвелин 489. А затем в кибержену. А потом в эту мерзость Компаньона Нового Мира. Он использовал мой код, Пейтон. Это не код Джексона. Если бы я добилась меньшего успеха, этих женщин, возможно, не постигла бы их участь.

— Мы обсуждали это тысячу раз, — заявил Пейтон. Он преувеличивал, потому что в данный момент он не мог заниматься подсчетами, не разозлившись. — Какая разница, кто создал код? Я хочу сказать, что ты единственная, кто может этот код исправить.

Кира посмотрела на него, желая, чтобы он понял.

— Позволить уничтожить капитана Пеннингтон означает, что тот, кто сделал это с ней, победит — просто победит. После того, как этот хакер узнает, что она умерла, он или она сможет завести столько компаньонов, сколько пожелает. И он их сделает, Пейтон. Он сделает их, потому что тогда он поверит, что его обращения невозможно отменить.

— Кира…

Она подняла руку.

— Нет. Я тебя выслушала, теперь ты должен услышать, что думаю я. Не может быть никаких последствий со стороны человека, который никогда не сможет свидетельствовать против вас в ваших преступлениях или дать вам отпор. Этот ублюдок, использующий мой код, систематически убивает все свои попытки, чтобы никто не смог выследить его по неудачам. Вот что скрыто внутри тех двух женщин, которые все это время были в бегах. Это его неудавшийся код, потому что им каким-то образом удалось его обойти. Он не хочет, чтобы мы выяснили, как это произошло, потому что тогда мы могли бы научиться освобождать всех созданных им компаньонов.

— Это делает мою точку зрения еще более актуальной. Чтобы ты могла это сделать, ты нужна миру живая, — заявил Пейтон.

Кира покачала головой и отвернулась от упрямого взгляда мужа.

— Все сложнее, чем всего лишь сказать, что жизнь капитана Пеннингтон не стоит столько, сколько моя. Как ты думаешь, сколько мужчин заплатили бы за то, чтобы в их жизни была женщина, запрограммированная делать все, что они хотят? Большинство мужчин, которых я знаю, питают такую фантазию. Не ты… но большинство мужчин.

Пейтон фыркнул.

— Это чертовски большое обобщение, основанное на психически ненормальном бывшем муже. Не самое лучшее ваше научное рассуждение, доктор Уинтерс. Этот разговор не продвигает нас вперед, и мне нужно немного воздуха. Я собираюсь прогуляться.

Эрик вздрогнул, увидев обиженное выражение лица Киры, затем резко вздохнул, когда Пейтон действительно вышел из комнаты. Самый крутой и спокойный мужчина, которого он знал, только что потерял хладнокровие в разговоре со своей женой. Он никогда не видел, чтобы такое происходило, ни разу за все их миссии или во всех ужасных ситуациях, в которых они выжили во время войны. Мысль о потере своей умной и мудрой жены, Пейтон Эллиот явно не мог вынести.

Узнав, что Люси может умереть, прежде чем сможет вернуться к жизни, Эрик мог посочувствовать разочарованию Пейтона. Ведь судя по описанию Киры, попытка восстановить Люси была практически самоубийством для кибернетика, который будет над ней работать. Похоже, Кира все еще была готова пойти на риск, но стоило ли оно того? Или Пейтон был прав?

Черт… а настоящая Люсиль Пеннингтон захочет, чтобы они попытались вернуть ее к какому-то нормальному состоянию, если она больше никогда не сможет стать самой собой?

Что, если Люси до конца своих дней останется его запрограммированным компаньоном? Уильям Тален не был особенно благодарен за свой второй шанс жить свободно. Мужчина не мог вспомнить большую часть того, что ему пришлось пережить, будучи киборгом с двойной проводкой, но то, что Уильям помнил, исказило его взгляд на мир. Бывший армейский капитан по-прежнему был угрюм и замкнут. Уильям держался подальше от людей и, несомненно, держал в себе самую сильную душевную боль.

Эрик снова сосредоточил свое внимание на Кире.

— Я признаю, что хочу, чтобы у Люси был шанс на восстановление, и не по таким благородным причинам, как те, о которых ты упомянула. Но все, что ты сказала, было правдой, Кира.

Кира кивнула.

— Да. Но правда не означает, что жертвы не придется приносить.

Эрик кивнул в ответ.

— Пейтон тоже знает, что это правда… он просто боится. Однако, никто не будет оспаривать твое решение.

— Я думала, ты знаешь моего мужа лучше, — сказала Кира, пытаясь подразнить. Но ее комментарий был далеко не забавным.

— Та сторона Люси, которая должна защищать, и которую я узнал за последние два дня, охраняла меня, рискуя своей собственной безопасностью. Я должен верить, что эта ее защитная сторона — это то, кем на самом деле является Люси. Она из тех людей, которые лично принимают лазерный луч, прежде чем позволить кому-то пройти через предназначенный для нее выстрел. Так что тебе нужно это учитывать в своих расчетах. Если она пыталась покончить жизнь самоубийством, возможно, она просто хочет, чтобы это безумие закончилось.

Почувствовав, как его охватывают эмоции, Эрик на мгновение замолчал и откашлялся. Он взглянул на Неро, который делал вид, что не слушает, но Эрик знал, что это не так. Колеса в мозгу Неро вращались быстрее, чем мог передвигаться его летающий автомобиль.

Молодой учёный продолжит работу Киры, если с ней что-нибудь случится. Пейтон пострадает от потери Киры, однако он выживет. Но кто будет скучать по Люсиль Пеннингтон, если ей просто позволят умереть? Кроме него? Возможно, две женщины, пытавшиеся ее спасти, на какое-то время будут глубоко опечалены. Но в конце концов люди продолжают жить дальше. Этому его научила война.

Эрик опустил голову, задумался, а затем сделал единственный выбор, который мог сделать.

— Я буду уважать любое твое решение и изо всех сил постараюсь не возмущаться, если ты решишь, что риск слишком высок. Но если ты все же решишь попробовать восстановить Люси, я помогу. Я буду стоять на страже, подавать инструменты или просто держать Люси за руку, чтобы она не была одна. Я впутался в эту ситуацию сильнее, чем планировал. Так что рассчитывай на меня, док. Я не думаю, что смогу примириться с самим собой, если просто от нее откажусь.

Кира устало кивнула, попивая холодный, горький чай.

— Бесполезно пытаться, если я не смогу значительно увеличить шансы на ее выживание… и наше. На данный момент я хочу оставить капитана Пеннингтон в спячке, пока Неро не разбудит двух других, чтобы посмотреть, что произойдет после того, как они восстановятся. Кто знает, чему мы сможем у них научиться? Их кибернетика далеко не так повреждена, как у капитана Пеннингтон. Ведь только настоящим выживальщикам удавалось не попасться так долго. Само их появление здесь вселяет в меня надежду, что мы сможем найти ответ.

Эрик кивнул и встал. Он собрался пойти за Пейтоном. Следуя примеру товарищей Люси, он риснёт всем, чтобы спасти собственного капитана. Кира будет не в лучшей форме, если подумает, что Пейтон продолжает на нее злиться из-за принятых ею решений.

Он покачал головой при мысли о том, насколько сложны все эти отношения, и направился к двери. Вопросительный голос Киры его остановил.

— Эрик?

Повернувшись, он оглянулся.

— Ее действительно зовут Люси?

Эрик иронично рассмеялся и покачал головой.

— На самом деле я понятия не имею. Как у компаньона, у нее не было имени, поэтому я назвал ее Люси, потому, что именно так называл ее в своей голове. Иногда, когда проявлялась ее жестокая сторона, я называл ее Чертовкой. Кажется, ей нравились оба имени. Честно говоря, она никогда не казалась мне Люсиль… или Эвелин. Хотя возможно и то, и другое.

Кира усмехнулась.

— Мне нравится Чертовка. Возможность видеть ее разрушительную, жестокую сторону единственный опыт, который я с ней испытала. Мне пришлось семь раз просмотреть запись ее программы компаньона, прежде чем я смогла поверить, что это действительно та же самая женщина, говорящая таким мягким, модулированным голосом. Но внутри каждой женщины скрывается маленькая Чертовка… а также сладкоголосый, сексуальный компаньон. Мужчинам следует прилагать усилия, чтобы добиться от женщины этой более мягкой стороны, а не разрабатывать код для ее проявления.

Эрик кивнул.

— Я согласен. Мне самому всегда нравилось ухаживать за женщиной. Я знаю, что твой муж тоже так думает.

— Да, он так думает.

Пока Кира грустно улыбалась и кивала, Эрик направился на выход, чтобы спровоцировать приступ крика, которого он ожидал от Пейтон, но пока не смог вызвать. Ведь иногда вам нужно просто открыто выразить свои чувства, чтобы произошел незапланированный эмоциональный взрыв.

Его вторая реставрация прошла так же хорошо, как и первая. Неро поднял одно ее веко, затем другое. Сознание явное отсутствовало, признак того, что код гибернации все еще действовал. Он выполнил обе реставрации, пока женщины находились под контролем этого кода.

Устойчивое стазисное состояние было просто поразительным, как и их почти мгновенное восстановление, когда цикл кода прерывался. Подобно предварительной загрузке программного обеспечения, чтобы сделать его доступным на наручном компьютере, сопутствующий код удерживал системы женщины-киборга в состоянии ожидания. Разбудить их можно было в любой момент. При этом единственным воспоминанием субъекта было последнее, что произошло перед тем, как она была введена в это состояние.

— Привет, Неро. Тебе лучше затянуть эти чертовы ремни еще на пару делений, если ты знаешь, что для тебя хорошо. Каждый раз, когда кто-то возвращает ее обратно, она вызывает дух богини разрушения. Но если ты ищешь более захватывающий день, тогда конечно, не обращай внимания на мои слова.

Неро повернулся к рыжеволосой женщине, которая теперь буднично полулежала на койке в клетке. Казалось, ей нравились словесные шутки, как если бы это был спорт, и с момента своего восстановления она говорила без перерыва. Он никогда не знал никого подобного ей. Женщина бесконечно соединяла слова и, казалось, никогда не задыхалась.

— Я ценю вашу заботу, но в ней нет необходимости. Я держу ситуацию под контролем. Кажется, после моих корректировок у вас все хорошо, не так ли?

— Ага. Но я ведь не Айя, не так ли? Ты чертов кибер гений… извини за ругань… но я больше не могу сдерживаться. Вы все так похожи. Для тебя ведь мозги взаимозаменяемы, независимо от того, какой сосуд их переносит.

Неро ее проигнорировал, надеясь, что капрал Мира МакДональд успокоится. Не то чтобы это уже случалось, но ему хотелось верить, что это возможно.

— Уверяю вас, я знаю, что делаю.

— А я-то была тебе благодарна, потому что все еще была в одежде, когда ты меня разбудил. Полагаю, это то, что я получаю за то, что я чертов оптимист. Отлично. Продолжай свои действия. Давайте все посмотрим, какой огонь вырвется из глаз служанки Шивы, когда она придет в себя и увидит, что ты навис над ней, как делаешь это сейчас.

Неро фыркнул, покачал головой и склонился над своей второй в истории восстановленной женщиной-киборгом. Улучшения Рэйчел выполнила Кира. Поэтому, он был рад возможности попрактиковался на этих двоих. Замена процессора прошла довольно гладко. После этого ему оставалось только заменить их логический чип и настроить военный. Код всего остального был своего рода хакерской работой, но безобидной. Он оставил код компаньона на месте, но отключил все команды, кроме одной.

— Сейчас вы наблюдаете за моей работой над капралом Капур только потому, что я сделал вас невосприимчивой к ответам на команды кода компаньона. Со временем вы увидите, что это правда, капрал МакДональд. После того, как мы убедимся, что ваша психическая устойчивость сохраняется, я с радостью выпущу вас из клетки. Тогда вы сможете покинуть мою скучную компанию и найти чужие уши, чтобы их мучить. И к вашему сведению, это стандартная процедура — проверка жизненно важных функций, прежде чем разбудить киборга. Это все, что я здесь делаю.

В ответ на его объяснение он услышал звонкий смех капрала МакДональд и снова стал ее игнорировать. Это был единственный способ завершить свою работу.

— О, мне достаточно комфортно в этой прекрасной клетке для конкретно этого шоу. Решетка защитит меня от гнева Айи, пока я буду наблюдать за разворачивающейся драмой. На самом деле, мне теперь жаль, что я прервала твою работу из-за такой тривиальной вещи, как спасение твоей прекрасной индийской задницы. Но на тот случай, если тебе понадобится пояснение, я имею в виду, не ту спящую красавицу на которую ты сейчас смотришь, Парниша.

— Меня беспокоит только кибернетическое благополучие капрала Капур. Я уверен, она поймет это вскоре после того, как проснется.

Неро услышал, как капрал МакДональд фыркнула и что-то сказала себе под нос, но он не смог расслышать, что именно. Заговорив, она повысила голос на полную громкость.

— Ну… раз уж ты так занят проверкой всего, что связано с Айей, ты мог бы обратить внимание, что у этой женщины очень милые сиськи. И я скажу тебе святую правду… она ими очень гордится. Если ты когда-нибудь захочешь набрать очки у Айи Капур, сделай ее торчащим девчонкам пару комплиментов. Ну вот… я оказала тебе еще бОльшую услугу, чем просто предупредила о ее гневе. А после этой интересной новости нам, возможно, придется признаться в том, что ты сделал, чтобы меня освободить.

— Капрал МакДональд, я проверяю основные физические функции капрала Капур, а не ее женские качества. Я врач и учёный. Я всегда сохраняю профессионализм в отношении моих объектов реставрации, независимо от пола. Мой разум просто работает таким образом.

Мира хихикнула.

— О, это правда? Ну, под одеждой ты все еще мужчина, не так ли? Или ты из тех, кто предпочитает парней дамам? Если так, то я бы не стала катить на тебя бочку или что-то еще. Видит богиня, многим из них я служила компаньоном. Быстрый минет — это все, что нужно от девчонки… и это было настоящим облегчением. Нет, у меня нет желания убивать таких типов, в отличие от тех, кто меня связывал. Теперь, если кто-нибудь из этих зверо-мальчиков (прим. Beastie boys — зверюшки, а также название американской рэп-рок-группы) когда-нибудь снова перейдет мою чертову дорогу, они будут петь сопрано за мгновение до того, как поднимутся на сцену.

Неро обернулся и сердито на нее посмотрел.

— Послушайте… я сочувствую травме, полученной в ваших прошлых ситуациях, но, пожалуйста, перестаньте говорить, чтобы я мог произнести код выхода из гибернации. Я уже отложил ее пробуждение дольше, чем намеревался.

Он впился в нее взглядом, когда капрал МакДональд рассмеялась над его заявлением, и наклонил голову, когда она провела двумя пальцами по губам, давая обещание помолчать. Не то чтобы он доверял женщине, которая сможет хоть на секунду продержать рот закрытым, какие бы знаки она ни подавала. Женщина не затыкалась последние четыре часа. Как она вообще могла быть солдатом? Такого болтуна враг нашел бы за наносекунду. Ни один из мужчин, которых он встречал, не вел себя так, как она.

Хотя он еще не провел когнитивные тесты, Неро задавался вопросом, может быть, у капрала МакДональд, несмотря на ее кибернетику не такая уж светлая голова. Она наблюдала за восстановлением своего сослуживца и не задала ни одного существенного вопроса о процессе отключения процессора и чипов.

В течение всей процедуры капрал МакДональд бесконечно рассказывала о приключениях, которые она и капрал Капур пережили за эти годы. Хуже всего была ужасающая встреча, из-за которой они бежали от целого батальона китайских роботов-охранников. Эта история заставила его забыть, на каком этапе в процессе восстановления он находился. Эти истории сильно отвлекали, особенно когда Неро пытался работать. Она сильно отвлекала. Обе женщины были такими, хотя каждая из них влияла на него по-разному.

Неро никогда бы никому не высказал свое личное мнение вслух, но болтушка была далеко не так красива, как тихо спящая красавица, которую он собирался выпустить из забвения компаньона. Ему хотелось, чтобы рыжая замолчала, чтобы он мог продолжить дело и насладиться возвращением этой прекрасной женщины к жизни. Его личное любопытство к ней было причиной того, что он решил восстановить ее в последнюю очередь. Она станет ярким моментом его сегодняшних достижений.

— Проклятие. Почему ты так долго, Неро? Я так тебя напугала? Будь мужиком, чувак.

Неро тихо вздохнул, стараясь не позволить своей мучительнице услышать. Возможно, ему следовало попросить Эрика успокоить капрала МакДональд, прежде чем он ушел с капитаном Пеннингтон на руках. Эта, более светлокожая, выглядела такой невинной со всеми этими веснушками. Он думал, что с ней будет легче иметь дело. Теперь же он определенно понял, как можно обмануть мужчин, заставив их думать, что такая женщина безобидна.

Неро отступил назад, затем передумал и снова прошел вперед. Он проверил ремни, пристегивавшие капрала Капур к койке. Не было смысла рисковать, просто на случай, если болтушка действительно сказала ему правду. Убедившись, что его объект все еще в полной безопасности, он снова отступил и заговорил.

— Отменить протокол NWC47905AlphaReboot. Обработать следующую командную фразу: Встань Компаньон. Мне нужны развлечения. Уничтожить запрос на введение пароля после того, как кибернетическая единица Айя 490 придет в полное сознание.

Две секунды спустя сердитый крик пронзил воздух, и от шока он полетел на прутья клетки. Только что проснувшаяся женщина напряглась, выгнув спину и все время крича, как психически ненормальная. Он видел, что ей уже удалось ослабить хватку ограничителей, но, к счастью, она из них не вырвалась.

Возможно, ему все-таки следовало затянуть их потуже.

Неро оглянулся и уставился на своего теперь уже открыто смеющегося мучителя, размышляя, какие шаги предпринять. Веселье капрала МакДональд прогнало его страх, потому что очень разозлило.

Да и к тому же не нужно было опасаться реакции своего объекта реставрации. Он принял меры предосторожности. Все было под контролем, как он и сказал. У этой женщины-киборга реакция была сильнее, чем у другой. Разве он не был много раз свидетелем того же, когда речь шла о восстановлении мужчин?

— Знаешь… оглядываясь назад, я считаю, что мне было бы лучше, если бы ты заставил ее спать. Семь лет я жила и сражалась бок о бок с этой хулиганкой с кожей цвета мокко. Как ты думаешь, эта женщина когда-нибудь сказала мне доброе слово? Нет. Никогда. Айя всегда такая, — заявила Мира, указывая рукой на бьющуюся, издающую утробные звуки женщину, которая все еще пыталась развязать ремни. — И она такая возбужденная практически всегда… все это чертово, гребанное время. Вот честно, агрессивное поведение Айи утомляет. Но я думаю, ты и сам это уже понимаешь, да?

— Айриш? Это твой ужасный сленг я слышу? — Айя замерла, поняв, что с ней все в порядке, и повернулась, чтобы оглядеть комнату. — Во имя Шивы, где я?

Мира приподнялась, чтобы было удобней кричать.

— Как ты думаешь, где, иджит? Ты в чертовой клетке. Я говорила тебе оставить капитана в покое, но нет… тебе просто нужно было пойти и напасть на нее. Я же говорила тебе, что она вела себя не так, как обычно.

— Какого черта меня связали, Мира? Неужели кто-то думает получить удовольствие от того, что смотрит, как я извиваюсь? Что ж, когда освобожусь я отрежу мужскую часть этого извращенного ублюдка.

Айя фыркнула и потянула за ограничители, чуть один не сломав. Доверьтесь Мире, и она навлечет на них неприятности… снова. Тихо фыркнув, она оставила полу-сломанный наручник в покое и тут же начала дергать другой. Ее оковы были просто какой-то промышленной тканью. Привязавший ее ублюдок еще пожалеет об этом выборе после того, как она освободится. А сейчас нужно просто потянуть время, пока она над этим работает.

Неро наконец выпрямился и приблизился к койке, позволяя ей впервые увидеть себя полностью.

— Капрал Капур… Уверяю вас, что вас сдерживают не в гнусных целях. Я доктор Неро Бастион, ваш менеджер по реставрации. Я обновил вашу базу кибернетики. Мне также удалось отключить код компаньона, за исключением того, который вывел вас из спящего режима. Я настоятельно рекомендую вам создать файл зеркального отображения вашего нового кода и поместить его в свое постоянное хранилище.

— Кибернетик, говоришь? Ну, я тоже не в настроении играть в игру «доктор и пациент», так что тебе стоит поискать развлечений у какой-нибудь другой бедной заблудшей души. Именем всех богов и богинь, клянусь, я освобожусь. И тогда ты очень пожалеешь, что сделал это со мной.

Неро фыркнул и покачал головой.

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и постарайтесь использовать свое благоразумие. Вы здесь не пленник, и я вполне готов освободить вас от пут. Все, что мне нужно, это ваше обещание сотрудничать и не прибегать к насилию.

Айя перестала сопротивляться и повернула голову, чтобы заглянуть в клетку Миры.

— Айриш, что происходит? Мы пленники в своих клетках или нет?

Мира усмехнулась.

— Только в некотором роде, Айя. Неро не такой уж плохой парень, к каким мы привыкли. Тебе следует с ним поговорить, прежде чем пытаться его убить. Думаю, этот парень искренне думает, что спасает нас от чего-то, хотя я до сих пор не уверена, от чего именно. Он использует много сленга компьютерщиков, и временами за его логикой трудно уследить.

Айя фыркнула и снова стала дергать оковы.

— Спасает нас? Весьма сомнительно. И я не могу поверить, что любая женщина, просыпающаяся в клетке, окажется настолько глупой, чтобы в такое поверить. Только ты могла увидеть хорошее в такой плачевной ситуации. Это одна из многих причин, почему я иногда тебя ненавижу.

Неро услышал хлопок ремня, когда разгневанная капрал Капур произнесла свое последнее заявление. Раздраженно фыркая, он бросился к двери клетки, вышел наружу и тут же запер ее за собой. Он не любил рисковать. Многие киборги вышли из процесса восстановления злыми и ожесточенными. Их негодование также имело тенденцию длиться какое-то время. Судя по всему, капрал Капур будет одной из таких.

— Вы и ваша подруга одинаково неразумны. Если бы вы просто послушали меня… эй, — крикнул Неро.

Он попятился, когда больше ничем не сдерживаемая Айя, прыгнула с койки на дверь клетки, пытаясь через решетку схватить его за горло. Теперь он полностью понял, почему Кира настаивала на принятии стольких мер предосторожности. Никогда нельзя было с точностью предсказать, какой будет их реакция на восстановление.

Неро скрестил руки на груди и пристально на нее посмотрел.

— Если бы я электрифицировал эти решетки, вы бы сейчас корчились на полу в агонии.

Айя прекратила атаку и в изумлении посмотрела на решетку, которую держала. Затем она взглянула на ухмыляющуюся Миру, лежащую на своей койке в другой клетке.

— В какую дьявольскую игру ты играешь, Айриш?

Мира засмеялась и встала, зная, что когда Айя во всем разберется, то начнет читать ей нотации.

— Ну, я ничего не могла сделать, пока у доброго доктора на столе были разложены твои чипы и тому подобное, правда ведь? Я решила, что было бы разумно подождать, пока он вставит все гайки и болты обратно в твой череп. Кроме того, я действительно думаю, что Неро пытается помочь. Он был прямо над твоими «девчонками» и ни разу не прикоснулся к твоим сиськам. И мне жаль это говорить, Айя… но он, возможно, единственный живой мужчина, который чертовски к ним невосприимчив. Поскольку он в твоем вкусе, надеюсь, ты не слишком сильно разочарована.

Айя повернулась к мужчине, кожа которого была почти такого же цвета, как и ее собственная. Он, конечно, выглядел ошеломленным ее поведением, но это не делало его безобидным.

— Если ты действительно пытаешься нас спасти, почему нас как пленников заперли в клетках?

Услышав ее вопрос Неро вздохнул с облегчением, радуясь тому, что она, похоже, наконец-то захотела его выслушать.

— Капитан Пеннингтон арестовала вас за нападение на нее и Эрика. Она ввела вас в состояние гибернации, поддерживаемое вашим кодом компаньона. На данный момент она, похоже, сама вошла в это состояние, хотя мы не можем сказать, как и почему это произошло. Мы надеемся, что вы поможете нам узнать больше о коде компаньона, чтобы мы могли попытаться освободить от него и капитана Пеннингтон.

Айя сердито на него посмотрела. Ну, раньше она уже слышала несколько необычных историй от кибернетиков. Хуже всего был Создатель Омега, который регулярно корректировал ее программу, пытаясь подавить ее эмоционально заряженные бунты. И все же история Неро Бастиона о какой-то мифической реставрации была самой нелепой из тех, что кто-то выдумывал, чтобы заручиться ее сотрудничеством.

— Грязный лжец. Бакричод. (прим. перев. — трахальщик козлов)

Неро напрягся от последнего оскорбления, произнесенного на языке его отца.

— Я никогда не вступал в контакт ни с одним животным, особенно с козами. А теперь прояви уважение… а не то…

Айя фыркнул в ответ на его тихую угрозу. Его сверкающие карие глаза ее не напугали.

— В самом деле? А не то что? Чод ке бал ка кида. (прим. перев. — вошь лобковая)

Неро снова подошел к клетке. Он привык к злым киборгам и злым солдатам. Он не привык к тому, чтобы разгневанные женщины устраивали истерики, поэтому его реакция вышла за рамки его обычного спокойствия. Эмоциональные всплески, лишенные логики, были причиной того, что он перестал встречаться с женщинами. Еженедельный визит к секс-боту решил ситуацию без какой-либо драмы.

— Послушай, ты… ты… мери ганд ка баал (прим. перев. — ты волосы на моей заднице). Ты можешь послушать две минуты? Я пытаюсь объяснить, как можно лучше.

Мира засмеялась и поднялась, прислонившись к решетке и перекинув руки через поперечную балку.

— Ох, это просто грандиозно. Чертов конкурс ругательств на Хинди. Ты оставил на месте мою программу перевода, Неро? Я не хочу упустить истинный смысл вашей ненависти друг к другу.

Неро перевел взгляд на Миру.

— Болти бандх кар (прим. перев. — закрой рот).

— Эй… попридержи свой злобный язык. До сих пор я была с тобой добра, — огрызнулась Мира, нахмурившись и согнав улыбку с лица, когда Айя ей самодовольно ухмыльнулась. На самом деле ей ученый понравился. — Что он мне сказал, Айя? Скажи, чтобы я тоже могла его ненавидеть.

— Заткнись, Мира. Перестань вести себя как дура. Не могу поверить, что ты до сих пор нас обоих не освободила.

Мира фыркнула.

— После всех этих лет, проведенных вместе ты могла хотя бы не заигрывать при мне с незнакомцем… даже если он симпатичный по твоим меркам. И не говори мне, что ты не заметила его задницу. Знаешь, тебе нравятся все, у кого кожа темнее чем у тебя, и он самый красивый мужчина, которого мы когда-либо встречали.

— Ты глупая, неразумная женщина… и болтливая ирландская дьяволица. Этот кибер-придурок только что сказал тебе заткнуться. Честно говоря, мне бы хотелось, чтобы ты это сделала, потому что от твоей любезности у меня болит голова.

— Ой. Тогда, черт возьми, — проговорили Мира, которую отругали за хорошее настроение. Она повернулась к Неро с обиженным выражением лица. — Это не очень-то приятно, особенно после того, как я так усердно работала, чтобы предупредить тебя об этой служанке Шивы.

— Хватит шутить о Шиве, — крикнул Неро, его страстный и громкий голос принес ошеломительную тишину в комнату. Услышав его реакцию, обе женщины подняли брови.

Он снова повернулся к женщине, все еще прижимающейся к решетке своего места заключения.

— Итак, Айя, — начал он, используя ее имя, чтобы попытаться до нее достучаться.

Он подошел слишком близко, игнорируя инстинкты, предупреждающие его держаться подальше. Нервно похлопал по карманам лабораторного халата, проверяя, есть ли у него то, что он ищет… на всякий случай.

— Я прошу прощения за то, что потерял самообладание. Как я уже объяснял…

Айя быстро распахнул дверь клетки, одновременно прервав его речь и отшвырнув его назад, отчего он приземлился на задницу.

Выйдя из клетки, решительная женщина, не глядя вниз, перешагнула через его распростертое тело.

Он также заметил, что она и капрала МакДональд не удостоила взглядом. Вместо этого Айя Капур молча направилась туда, где на столе лежало ее оружие.

Неро с трудом поднялся на ноги.

— Можно было ожидать, что кто-то, по крайней мере, будет дежурить за мониторами и придет предложить помощь. Но нет… у них у всех свои кризисы, а я в одиночку разбираюсь с этими двумя умалишенными.

Он споткнулся и развернул Айю за одно плечо.

— Вспомните позже, что ваше враждебное поведение не оставило мне другого выбора, кроме как принять против вас серьезные меры.

Когда она отпрянула от его прикосновения и взяла меч, Неро покачал головой и достал из кармана крошечный пульт. Он с сожалением нажал кнопку и отбросил менее достойное чувство наслаждения местью. Тело Айи дернулось в ответ на оглушение, произведенное его беспроводным устройством. Она застонала от внезапной боли, когда прерыватель нервных импульсов повалил ее на пол. Она выронила и меч, и ножны, в которые пыталась его вложить.

Неро подождал десять секунд, чтобы убедиться, что разряд достаточно ее ослабил, а затем выключил оглушение. Он создал его как оружие последней надежды против мятежных субъектов реставрации. Айя Капур определенно была одной из них. Она не оставила ему другого выбора, кроме как использовать это на ней.

Нагнувшись, он поднял все еще дергающуюся в спазмах женщину на руки, все время качая головой, пока переносил ее обратно на койку. Вина за то, что причинил ей боль, угрожала нарушить его самообладание. Она была на удивление более хрупкой, чем, когда плевала в него из-за решетки. Ему было некомфортно замечать, что она была намного красивей, когда бросала на него вызывающий взгляд.

Неро впился взглядом в ухмыляющуюся, аплодирующую рыжую, когда проходил мимо ее клетки. Он не сомневался, что Мира могла бы освободиться так же легко. Ему отчаянно хотелось знать, как им это удалось, но не так сильно, как хотелось узнать кое-что другое.

— Я старался быть как можно добрее. Она всегда такая сварливая?

Мира подняла руку, помахала ею в воздухе и пожала плечами. Она не удивилась, что умный мужчина поставил неуравновешенную Айю на место.

— Ага. Айя почти всегда такая. Иногда мне кажется, что ее единственное достоинство — это сиськи. Мужчины склонны игнорировать ее свирепые качества, лишь бы на них взглянуть. Однако, слушая разговоры Айи, можно подумать, что это одно из последних чудес света. Я не верю в это, но, наверное, потому, что видела ее обнаженной.

Несмотря на отвращение к самому себе за то, что он так жадно выслушивал подобную чепуху, взгляд Неро упал на груди Айи Капур, как бы он ни боролся с этим желанием. По его меркам они действительно были великолепны… и, как он полагал, по мнению большинства мужчин. Женщина не поддерживала их под черной тканью… он заметил это раньше. Подъем ее груди и их приветственное внимание к его взгляду были вполне естественными… ну, настолько естественными, насколько естественной могла быть изысканная мускулатура киборга для завистливого человека.

— Ха! Я выиграла. Наконец-то я заставила тебя на них взглянуть, не так ли? — подколола его Мира.

Когда Неро испуганно вздохнул, его мучительница засмеялась долго и громко. Смущенный, он повернулся к ней лицом.

— Пожалуйста, не пытайтесь сбежать, капрал МакДональд. Через три часа вы сможете свободно прогуляться по объекту и проверить все, что я сказал. Капитан Пеннингтон повреждена настолько, что мы не можем ее отремонтировать так же легко, как и вас двоих. Мы искренне надеемся, что вы сможете нам помочь. Это очень маленькая вещь, которую можно просить в обмен на свободу от ваших кибернетических цепей.

Мира ухмыльнулась, изучая его обеспокоенный взгляд.

— Это очень красивая речь, доктор Бастион, но кого вы, обманываете? Ты только что сбил мою подругу с помощью чего-то похожего на чертов пульт дистанционного управления. Это не действия чертового благородного скаута, не так ли?

Неро вышел из клетки Айи и подошел к большому навесному замку. Он вернулся и прикрепил его к двери Айи, закрыв ее. Он сделал мысленную пометку задокументировать возможности Айи Капур взламывать системы безопасности, которые, очевидно, были равны способностям капитана Пеннингтон.

— Да, транквилизация Эрика тоже поначалу не сделала вас двоих хорошими ребятами. Я даже не знаю, на чьей стороне вы находитесь в нашей операции по восстановлению киборгов, но не мне судить об этом. Я просто удаляю код, который вообще нельзя было использовать на киборгах. Я не ожидаю большой благодарности за свою работу, но я чертовски заслуживаю небольшого сотрудничества со стороны тех, кому помогаю.

Мира подняла руки.

— Хорошо. Хорошо. Не нужно скручивать наглаженные трусы. Ты можешь повесить один из этих здоровенных замков и на мою клетку, если это заставит тебя чувствовать себя оправданным за плохое поведение Айи. Думаю, ты уже знаешь, что я решила играть в твою игру, пока сама не увижу, лжешь ли ты. Я буду здесь, когда ты вернешься, чтобы меня выпустить. Даю слово.

Неро фыркнул.

— Если хотите, попробуйте сбежать. Радиус действия моего пульта длиннее и шире, чем у этого здания. Если вы исчезните, нажатие одной кнопки выведет вас из строя, пока вас не найдут. В окружающем лесу также есть силовое поле, которое имело бы тот же эффект, если бы вы сейчас попытались его пересечь. Создание проблем сработает только против вас. Сотрудничество — это логичный образ действий, и единственный, который приведет к вашей истинной свободе.

Мира вздохнула и вернулась, чтобы снова лечь на койку.

— Ну, тебя наверняка ждет неприятное пробуждение, если ты надеешься добиться сотрудничества от моей подруги. Айя не знает ничего, кроме как создавать неприятности. Я верю, что прекрасно проведу время на этой кровати, пока жду, когда пройдут мои три часа.

Неро подошел к рабочему столу и взял портативный комм. Он отнес его обратно в ее клетку и протянул руку через решетку, пока она не взяла его из его пальцев.

— Вот. Развлекайтесь. Это заставит время идти быстрее. Это стандартная проблема для всех вновь восстановленных киборгов. Обычно им нужно быть в курсе многих текущих событий. Я не думаю, что вы страдаете от недостатка знаний. Полагаю, вы можете посмотреть видео, поиграть в игру, сходить за покупками в интернет или что-то в этом роде.

Мира улыбнулась.

— Какой прекрасный подарок. И что еще лучше, мне даже не пришлось его воровать. Спасибо тебе, Неро, за твою щедрость. У вас здесь есть безопасное соединение с внешним миром? Я, определенно, была бы признательна за возможность немного пошариться в сети.

Неро устало кивнул в ответ на ее саркастическую благодарность. Женщины-киборги сегодня совершенно утомили его своими бесконечными разговорами. Вечером ему понадобится стимулятор, чтобы разобраться с оставшимися записями о проведенных исследованиях.

Зная, что одна из них может выйти из клетки в любой момент, когда захочет, Неро собрал все их оружие в свои руки, надеясь, что ни одно из них случайно не взорвется. Смирившись с необходимостью найти для них подходящее укрытие до тех пор, пока Пейтон не вернет их или не конфискует, Неро пошел по коридору. А позади него, слышался женский смех над его мерами предосторожности.

Проснувшись, Айя потянулась и застонала, потому, что каждая мышца ее тела болела. Ее кожу покалывало, как будто в нее миллион раз ткнули шокером. В какие отвратительные игры с ней играл ее последний контракт, пока она была без сознания?

Потом она вспомнила. Мужчина признался, что был кибернетиком. Она должна была догадаться об этом, учитывая, что он выглядел как врач в своем белом медицинском халате. Он ухмыльнулся, когда она попыталась сопротивляться и просто лишил ее сознания с помощью какого-то парализатора с близкого расстояния.

— Ну, пора тебе проснуться, ленивая задница. Мы бы, наверное, уже покинули это чертово место, если бы ты не проспала все на свете.

— Мира, когда мои мышцы перестанут дергаться, я буду пинать твою насмешливую, бросающуюся сленгом ирландскую задницу до самой твоей родины. Если боги поддержат мои молитвы, ты найдешь там людей, которые будут говорить ерунду точно так же, как и ты… и так же без умолку.

Айя повернула голову и увидела Миру, буднично сидящую на стуле возле клетки. Мира также спокойно листала что-то похожее на портативный компьютер и читала черт знает, что, но обрабатывала информацию так быстро, как только ее глаза могли разобрать каждое изображение.

— Айриш? Почему ты там, а я все еще здесь?

Мира не подняла глаз.

— Потому что ты ведешь себя как стерва со всеми, с кем сталкиваешься, и слишком упряма, чтобы слушать. Есть веская причина, по которой я развиваю свое обаяние, Айя. И это продвинуло меня намного дальше, чем тебя. Некоторое время назад он принес мне еду и пару банок приличного пива. Теперь я вполне довольна.

Айя закатила глаза, прежде чем спустить ноги на пол. Это движение помогло избавиться от затянувшихся спазмов. Этот шокер действительно сшибал с ног.

— Сколько я была без сознания?

Мира пожала плечами.

— Я по-прежнему нечетко отслеживаю время. Судя по всему, проблема не в моем логическом чипе. Но если тебе не нужна точная цифра, то, когда я в последний раз проверяла комм на руке, ты была без сознания почти пять часов.

— Пять часов? — Айя хлопнула по двери, которая теперь не поддавалась. Просунув руку за решетку, она почувствовала, что на ней висит гигантский металлический замок. — Я вижу, этот ублюдок меня хорошо запер, не так ли?

— Именно так. И если ты не хочешь, чтобы Неро снова надрал тебе задницу, я бы тебе посоветовала вести себя с ним вежливо. Хотя он довольно старомоден в том, что касается уважения, этот мужчина не смог сказать о тебе ни единого доброго слова. Впрочем, ты сама должна об этом знать. Пока я пировала, подслушала, как он объяснял остальным, кто здесь находится, почему он тебя запер.

Айя снова затрясла клетку.

— Почему ты ничего не сделала, чтобы снять этот замок?

Вздохнув, Мира отложила портативный комм.

— Рядом с тобой невозможно ничего читать. Ты все время хлопаешь, стучишь и визжишь.

Мира поднялась, подошла к столу и вернулась с ключом от замка. Она держала его до тех пор, пока не увидела пару сердитых шоколадных глаз, уставившихся на него.

— Видишь это, Айя? Я воспользуюсь им, чтобы тебя выпустить, но сначала ты должна поклясться всеми шестью руками Шивы, что будешь вести себя нормально, хочешь ты этого или нет. Неро нам не лгал. Капитан Пеннингтон в худшем положении, чем показывала наша с ней связь. Сейчас я просматриваю код, который Неро скачал с ее поврежденного чипа-компаньона, и помогаю ему найти отличия от того, что в настоящее время установлен у тебя. Мы как бы одолжили у тебя копию, когда я ему сказала, что ты единственная из нас, кому удалось вырваться из его чертовой власти над твоим мозгом. И нет… Я не говорила ему о другом, но думаю, тебе следует о нем рассказать.

Айя фыркнула.

— Ну, так выпусти меня, если дела настолько ужасны. Посмотрим, что нужно сделать.

— Нет. Сначала поклянись.

— Мира…

— Поклянись, Айя. Я знаю, какая ты. Есть только один способ заставить тебя не нарушить свое слово.

Айя глубоко вздохнула.

— Я не могу поклясться Шивой, но клянусь всем, что есть Шакти, что не буду мстить, пока не определю, есть ли необходимость отомстить за наше несправедливое заключение. И если они сделали что-нибудь плохое капитану Пеннингтон, я убью их безболезненно, а не заставлю страдать. Так пойдет?

— Нет, Айя… так не пойдет. Не думай, что я не оставлю тебя там, пока ты по-настоящему не изменишь свое мнение. Ты не поверишь тому, что я тебе сказала, пока сама не увидишь. Сейчас я не могу позволить тебе действовать против них. Если бы он посчитал тебя угрозой, тот, которого мы подстрелили, разорвал бы тебя на части прежде, чем ты успела поперхнуться своим многолетним языческим предсмертным воплем. Он называет ее Люси и, кажется, искренне о ней заботится.

Опустошенная, Айя отшатнулась назад и опустилась на койку.

— Святая Богиня-Мать, я не думала об этой женщине таким образом уже более десяти лет. Я приучила свой язык не произносить ее настоящее имя, и он больше не может этого сделать.

— Я знаю. Мой язык тоже, — заявила Мира. — Но в том, как он произносит ее имя, чувствуется искренняя забота. Оно словно тает, соскальзывая с его языка.

Айя устало вздохнула. Настоящую помощь найти было невозможно, и им приходилось время от времени кому-то доверять, несмотря ни на что. Они поняли, что это единственный способ выжить.

— Ладно, Айриш. Клянусь шестью руками Шивы, я не причиню им вреда. А теперь выпусти меня.

Мира кивнула и подошла к замку. Она открыла дверь клетки и широко ее распахнула.

— Добро пожаловать в первый день оставшейся части свободной жизни, Айя Капур.

Айя закатила глаза, выходя из клетки.

— Никто не бывает свободным, Айриш. Всегда есть какой-то подвох. А где ты взяла ту одежду, которую носишь? В ней ты похожа на школьницу. Эта юбка едва прикрывает твою задницу.

Мира посмотрела вниз и улыбнулась.

— Ну, по крайней мере, я чувствую себя немного более нормально. Я ненавидела быть завернутой во все черное, как будто я в трауре. В комнате капитана Пеннингтон целый шкаф, полный красивых вещей. Ей они, конечно, не подошли, но я в них влезла. Уверена, что ты тоже сможешь там что-нибудь найти.

Айя вздохнула.

— Они промыли тебе мозги, Айриш? Подожди… откуда ты это вообще знаешь?

Мира фыркнула на оскорбление, но потом подумала и наконец кивнула.

— Думаю, они как бы промыли мне мозги, если принять во внимание тот факт, что Неро отключил все подсказки кода как в программе «кибержена», так и в программе «компаньон». Заметь, все они все еще на своих местах. Но я могу их игнорировать, если захочу. Скоро ты сама увидишь, что я говорю правду. Однако Неро не знает, почему я не могу выполнять сложные вычисления. Он сказал, что мы позже разберёмся в этой маленькой проблемке.

— Ты забыла, что они задушили твои когнитивные способности, потому что считали тебя слишком умной? Они повредили твой органический мозг, Мира. Если только этот мужчина не поможет отрастить его обратно, я не уверена, что что-то вообще можно сделать. Не очень-то надейся.

— Да, я все это знаю, но даже в этом случае я все равно умнее большинства людей. Я просто выражаюсь по-другому. Вся эта математика сильно переоценена как стратегия решения проблем. Существует целый мир ответов, которые можно получить, просто догадываясь. Разве за эти годы я не придумала несколько хитрых планов побега?

Айя кивнула, когда они пошли по коридору, лишенному как охранников, так и людей. Ей приходилось бороться с каждым желанием потащить Миру за собой к незащищенной входной двери.

— Да. Я признаю, что временами ты находила очень умные ответы на наши дилеммы.

Мира рассмеялась.

— Ладно… вот почему я предпочитаю оставаться такой, какая я есть. Если великая и могущественная Айя считает меня совершенной, кто я такая, чтобы с ней спорить?

Айя фыркнула.

— Я не говорила, что ты идеальна.

А потом она увидела, что они вошли в комнату, где их капитан растянулась на обычной кровати. На этот раз Мира не преувеличивала. Блондин телохранитель настороженно наблюдал за их приближением. Он действительно выглядел так, будто бросится на нее, если она попытается еще больше навредить раненой женщине.

— Эрик, эта агрессивная женщина Айя Капур. Айя, это Эрик Андерсон. Он — последний муж по контракту капитана Пеннингтон — насколько я понимаю, случайно, — но она относится к нему именно так. Он присматривал за ней.

— Привет, — сказал Эрик, глядя на женщину. — Предполагаю, это ты выстрелила в меня дротиком с транквилизатором.

Айя подняла плечо.

— Я не могу за это извиняться. Я пыталась спасти своего капитана.

Эрик усмехнулся и покачал головой.

— Да, я так слышал. А Люси отключила тебя, пытаясь в ответ спасти меня. Думаю, в таких обстоятельствах я не могу винить тебя за предпринятые действия.

Айя извиняясь, пожала плечами, вместо того, чтобы об этом заявить.

— Они усилили капитана Пеннингтон сильнее, чем нас… но не потому, что она была нашим военачальником. Учёных, которые над нами работали, не волновало звание. Каждый раз, когда одна из женщин умирала в результате неудачного эксперимента, капитан Пеннингтон вызывалась добровольцем на следующий опыт, чтобы кого-то сберечь. Это был единственный известный ей способ попытаться нас спасти.

— Похоже на ту версию Люси, которую я встретил на этой неделе. — Эрик почувствовал, как его губы сжались. Эта мешанина экспериментов, вероятно, объясняла, почему она всегда работала со сбоями. — Похоже, вы двое хорошо справились со своими реставрациями.

Айя снова пожала плечами, подходя ближе. Пытаясь казаться более непринужденной, чем была на самом деле, она наклонилась и посмотрела на своего бессознательного военного начальника. Она уже много лет не видела своего капитана вблизи. Подняв глаза, поймала грустный взгляд Эрика.

— В мире нет другой такой женщины, поэтому мы с Мирой никогда не переставали ее искать. Я не знаю, где они ее прятали все эти годы, но она послала нам вызов, когда вы ее сюда привезли.

— Вы, должно быть, были рядом, что так быстро нас нашли, — сказал Эрик.

Айя покачала головой.

— Нет. Вообще-то нет. Нам пришлось пробраться через канадскую границу и пройти мимо пары очень невежливых роботов-охранников. После того, как мы снова попали на территорию США, единственной легкой задачей было выследить ее до этого учреждения. Капитан Пеннингтон выдает код, чтобы привлечь нас к ней даже в таком состоянии, в каком она находится сейчас. Но пеленг прекратился, когда она оказалась внутри этого здания. Я могу сказать, что она все еще это делает, но я больше не отвечаю. Думаю, доктор Киберштейн более талантлив, чем казался.

Эрик откинулся на спинку стула, игнорируя завуалированное оскорбление, которое она произнесла в адрес Неро.

— Думаю, ваша с Люси связь, должно быть, такая же, как у меня с моим бывшим капитаном. Он может послать нам сигнал на большие расстояния.

Мира вздохнула. Ее свежевымытые волосы коснулись щек, когда она медленно покачала головой.

— Мы не можем ее не услышать. Женщина подключена к чертовому спутнику и способна передавать сигналы почти между всеми антеннами, плавающими в космосе вокруг Земли. Ее возможности найти любого из нас практически безграничны. Мы не знаем, какое устройство или код они вставили в капитана Пеннингтон, чтобы это осуществить. Мы потратили годы, убегая от пеленга — и от нее — прежде чем нам наконец надоело бежать, и мы решили противостоять ей, что бы с нами ни случилось.

Айя подошла к изножью кровати.

— Капитану Пеннингтон удалось освободить некоторых из нас до того, как чертовы киберученые украли то, что осталось от ее свободной воли. Насколько я понимаю ситуацию, она уже несколько раз умерла за меня. Теперь я готова умереть за нее. Я должна была прийти за ней много лет назад.

Айя прерывисто вздохнула, когда Мира пытаясь ее утешить, обняла. Она фыркнула от затянувшейся эмоциональной боли, даже когда прислонилась к подруге. Было тяжело… очень тяжело видеть, как женщина в постели превратилась в бесчувственного робота.

— Все в порядке, Айриш. Я не собираюсь сентиментальничать и искать в ближайшие десять секунд, кого можно убить. Я вижу, что ты была права в своих словах, по крайней мере, в этот раз. И я хотела, чтобы этот человек знал о ней все лучшее и худшее, на случай, если доктор Киберштейн не сможет вернуть ее из состояния кибернетического мертвеца, как он сделал это с нами.

Взгляд Эрика метался между лицами женщин. Они были словно военнопленные, которых наконец освободили. Он видел этот неловкий, нервный взгляд сотни раз.

— Ее действительно звали Люси? Я так ее называю, но понятия не имею, прав ли я. Просто для меня она больше походила на Люси, чем на Люсиль.

Айя фыркнула.

— Люси… так мы с Мирой называли ее все три года, когда вместе учились в академии. Если женщина и предпочитала что-то другое, она никогда об этом не говорила. Наш сержант академии имел обыкновение обзывать Люси непристойными словами, пытаясь вывести ее из себя. А она смотрела на него своими ледяными голубыми глазами так, что мужчина начал беспокоиться о своих яйцах. И это правильно… у нашей Люси есть безумная сторона…, и она даже хуже, чем у меня.

Эрик покачал головой, показывая, что он слушает и понимает. Многие из его друзей получили повышение по службе во время войны.

— Так почему же Люси стала капитаном, а вы двое нет?

— У этой женщины были чертовы звезды в глазах, — воскликнула Мира, подходя к шкафу за разной одеждой для Айи.

— Звезды в ее глазах? — повторил Эрик, обращая взгляд на Айю, которую он, казалось, понимал лучше, чем ее любящую метафоры подругу.

Айя проигнорировал его заинтересованный взгляд и начала расхаживать. Это были трудные времена, чтобы говорить о них, и еще труднее объяснить ситуацию, в которой они оказались.

— Когда война стала суровой реальностью во всем мире, что-то изменилось в Люси. Внезапно у нее появились высокие военные амбиции и острая потребность в том, чтобы наша сторона победила. Она вызвалась добровольцем в программу «Киберсолдат», как только о ней услышала.

Айя глубоко вздохнула и развернулась в обратную сторону. Комната внезапно стала намного меньше, чем несколько минут назад. Когда наступала клаустрофобия, она ходила пешком, чтобы ее сдержать.

— Мира и я были до чертиков напуганы идеей замены наших человеческих конечностей протезами, но мы не могли позволить Люси выйти на такой уровень боевых действий в одиночку. Они сделали ее капитаном из-за оружия, которое она носит внутри себя. Мы не считали хорошей идеей брать на себя такое бремя. Даже после того, как ее муж-идиот покончил с собой и обвинил в этом ее… мы не смогли ее от этого отговорить. Тогда она стала для нас капитаном Пеннингтон, и так мы о ней думаем до сих пор.

Эрик почесал подбородок, думая о том, чем поделилась Айя.

— Мира сообщила мне, что вы и Люси были единственными женщинами-киборгами, которые могли игнорировать ваши программы, когда вам это было нужно. Она сказала, что твой органический разум продолжает игнорировать каждое изменение настроек программы.

— Да, — прямо сказала Айя. — Я видела, как они по кусочку забирали человечность Люсиль Пеннингтон. Каждая настройка превращала ее все больше и больше в робота. Код компаньона изменил правила игры. Как только они были уверены в полном подчинении Люси каждому их приказу, они дали ей возможность контролировать нас всех по всему миру. По сути, они заставили Люси делать за них грязную работу. Только мы трое выжили несмотря на эту глобальную связь. Я знаю об этом, потому что у всех остальных перестало определяться их местоположение. Один за другим они просто выпадали из группы.

— На самом деле вас осталось пятеро, но две женщины-киборга находятся в больнице с обширным повреждением мозга. Доктор Уинтерс планирует протестировать на них новый процессор, но никто не знает, вернется ли к женщинам когда-нибудь их индивидуальность. Неизвестно, сохранились ли вообще их органические разумы.

Айя нахмурилась и кивнула.

— Меня это не удивляет. Те женщины, которые не умерли во время экспериментов, подвергались всевозможным издевательствам и другими способами. Однажды я вышла из себя и убила четырех ученых, прежде чем они смогли меня остановить. Следующая версия кода отключения была названа в мою честь. Люси использовала его против нас вчера. То, что я ухудшила положение тех из нас, кто остался в программе, не было моим самым большим достижением.

Эрик мрачно кивнул. Если бы не война, произошло бы что-нибудь из этого? Когда-то он бы ответил «нет». Сейчас он думал иначе. Эта технология могла бы применяться в любой производственной ситуации. А торговля человеческими рабами всегда была проблемой на планете.

— Я уверен, что настоящей Люси хотелось бы знать, что вы двое избежали смерти.

— Может быть, и нет, — сказала Айя, пожимая плечами и глядя на него. — Существуют самые разные способы умереть, и это особенно верно, когда у тебя вместо органического мозга установлен компьютер.

Мира вернулась к Айе и подняла платье до колен со слегка пышной юбкой.

— Вот. Перестаньте говорить о том, что мы не можем изменить. Посмотри на этот наряд. Там должно быть достаточно места для твоих широких бедер.

Айя вздохнула и начала было протестовать, но печаль во взгляде Миры остановила ее. Она вздохнула во второй раз и поднесла платье к ближайшему зеркалу, дернув его вверх и прижав к телу. Странный зеленый оттенок на самом деле не был ее цветом, но покрой платья был достаточно хорош.

— Твоей коже цвета мокко не подойдет этот оттенок зеленого. Тебе нужен спокойный золотой или красный цвет.

Взгляд Айи встретился с прямым взглядом Неро Бастиона в зеркале.

— Ой! Ты еще подрабатываешь и личным костюмером у женщин? Я думала, что ученому платят больше.

Она наблюдала, как Неро Бастион закатил глаза и подошел к Эрику.

— Мне нужен доступ к базам данных «Нортон», прежде чем я смогу провести оставшуюся часть тестирования. Пейтон и Кира соглашаются, что мы можем перевезти капитана Пеннингтон в любое время, когда захотим.

Эрик кивнул.

— Маркус сказал, что они улучшили ситуацию с ее камерой и сделали ее менее похожей на клетку. Я останусь с ней там, пока она не придет в себя. Пока Люси остается в режиме компаньона, все будут в большей безопасности, если я останусь рядом с ней.

Мира рассмеялась.

— Что ж, Эрик, это прекрасная история, которую можно рассказать доктору Киберштейну. Но я думаю, то, что ты остаешься с нашей девушкой, может быть связано с чем-то большим, чем просто долг, я права?

— Доктор Киберштейн? Это оскорбительная реплика в адрес выбранной мной профессии? — спросил Неро, переводя взгляд на Айю.

Айя фыркнула и посмотрела в ответ. Действительно, этот человек был неисправим.

— Откуда мне знать, что имеет в виду Мира? Не я тут треплюсь без остановки.

— Возможно и так, но Мира уважительна… и добра, когда не в твоей компании. Полагаю, именно ты придумала этот термин задолго до того, как она его использовала, — заявил Неро.

— У меня есть для тебя гораздо лучший термин. — Айя поднял палец вверх. — Бакричод. (прим. перев. — трахальщик козлов)

Неро прошел через комнату, намереваясь трясти женщину до тех пор, пока у нее не застучат зубы, но внезапно обнаружил, что одна из рук Миры блокирует его грудь.

— Я пошутила, Неро… и была саркастична, потому что такова моя природа. И тебе пора перестать обвинять Айю в том, что она реинкарнация Кали. Возможно, ей очень хочется заполучить твою задницу, но это не значит, что она тебя не убьет, если представится такая возможность. Используй на мне свой пульт дистанционного управления, если тебе так нужно кого-то наказать.

— Нет. Позволь ему подойти и попытаться мне отомстить, — тихо произнесла Айя. — Давненько я не убивала ученого. Мне было бы очень приятно сделать это сегодня.

Эрик встал и вздохнул.

— Хорошо. Хватит этого дерьма. Я не знаю, что, черт возьми, происходит между вами двумя, но пока я нахожусь в комнате, никто не умирает, особенно Неро.

Айя посмотрела на Эрика с огнем в глазах.

— Мужчины. Вы все одинаковые. Угрожаете и делаете громкие заявления. Вы все ведете себя так, будто ваше мнение, единственное которое имеет значение для мира.

Эрик сузил взгляд.

— Как ты думаешь, Айя, кто помог Неро запрограммировать этот пульт? Когда Люси будет так же свободна от своей кибернетики, как и вы двое, тогда вы с Неро сможете уладить отношения между вами так, как захотите. Но пока Люси не очнется, вам обоим придется ладить.

— Я того же мнения, — заявила Мира, кивнув головой в знак согласия и убрав руку от Айи.

Неро вздохнул от смущения из-за того, что вышел из себя. Он злился… часто. Но он никогда не терял контроля над своими эмоциями. Никогда.

— Ты такая тхаки (прим. перев. — стервозная). Ты заставляешь меня вести себя как асувар ки аулад (прим. перев. — сын свиньи), — сказал он, адресуя свой комментарий Айе, сердито на нее глядя.

— Нет. Я ничего не делаю, — заявила Айя, пристально глядя на него в ответ. Она заслужили ладонь Миры, шлепнувшую ее по руке, поэтому она позволила ей себя стукнуть, но при этом так же глянула на подругу. — Айриш, тебе лучше поблагодарить своих кельтских богов, это не твой день умирать.

— Хорошо. Я сейчас уйду, пока не начал говорить более грубые вещи, — воскликнул Неро, отводя взгляд от Айи и глядя на Эрика. — Поскольку ей придется путешествовать в положении лежа, тебе и капитану Пеннингтон придется ехать в транспорте вместе с Пейтоном и Кирой. Мира и Айя, к сожалению, полетят со мной в эйрджете. Мы втроем отправимся первыми и встретим вас в бункере.

Когда он обернулся, то увидел Айю, хмурящуюся из-за одежды в своих руках. Неро протянул руку и выдернул зеленое платье из ее пальцев. Он сердито подошел к шкафу, сердито повесил плечики для одежды обратно на вешалку, а затем порылся в оставшихся вещах.

Вытащив длинную тунику с красным узором и пару черных леггинсов, он вернулся назад и протянул ей свой выбор.

— Они тоже не самые лучшие, но они лучше, чем платье. Возможно, смена одежды изменит и твой скверный характер.

Айя еще пристальней посмотрела на действия Неро, поэтому Мира протянула ладонь и взяла одежду из его рук. Он что-то тихо сказал на хинди и направился к двери, как только его руки оказались пусты.

Раздраженно пыхтя, Айя как раз вовремя повернулась к двери, чтобы увидеть в гневе выбегающего из нее человека в белом халате.

— Ну, я думаю, это официально. Доктор Киберштейн меня ненавидит.

Мира фыркнула и шлепнула одежду и вешалки по груди Айи, как, вероятно, и хотел сделать Неро.

— Конечно, ненавидит, иджит. Ты продолжаешь называть его вульгарными именами. Попробуй в следующий раз использовать ласковые прозвища, если хочешь, понравиться мужчине… и прости его, если он придет к неверному выводу или к двум. Впрочем, это относится к нам обеим. Мы слишком долго были в бегах и потеряли свою социальную грацию.

Айя нахмурилась, сжимая в руках одежду, которую Неро Бастион выбрал для нее.

— Какая разница, Мира? Он киберученый. Он ничем не отличается от тех, кто нас создал. Мне все равно, нравлюсь я доктору Киберштейну или нет.

— Ой, да кому ты лжешь, Айя? Ты ведешь себя как идиотка, когда тебе нравится мужчина. Мы обе знаем, что ты готова на все, чтобы гарантировать, что он тебя возненавидит. Таким образом, тебе не придется прилагать усилия, чтобы увидеть в нем хорошее.

Когда Айя продолжала смотреть на дверь, Мира закатила глаза. Затем она повернулась к Эрику, который стоял со скрещенными руками.

— Извини, что тебе пришлось стать свидетелем наших худших моментов, Эрик. Теперь, когда мы уладили большую часть наших неприятностей, расскажи нам, что мы можем сделать, чтобы помочь тебе с транспортировкой Люси.

Эрик нахмурился, глядя на ремни, удерживающие Люси на транспортировочной каталке. Он хотел оставаться рядом с ней, поэтому транспортом управлял Пейтон… и на этот раз с нормальной скоростью. Кира была пристегнута к переднему пассажирскому креслу и смотрела в окно. Это был один из редких случаев, когда он не видел ее работающей. Или, может быть, она работала. Ему казалось, что они все думают о Люси, независимо от того, какую форму приняли эти мысли. Пейтон оглянулся через плечо и встретился с ним взглядом.

— Интересно, как поживает Неро со своими новыми восстановленными киборгами. Я предложил перед поездкой обратно незаметно ввести им успокоительное. После всех хлопот, которые они ему доставили, я не могу поверить, что он отказался.

Эрику пришлось потрудиться, чтобы добавить в свой голос немного юмора.

— У Айи серьезные проблемы с киберучеными. Неро, кажется, находится на вершине ее списка ненависти, несмотря на его усилия по ее восстановлению. Я думаю, он просто не захотел усугублять ситуацию. Хотя мог целый день шутить о других восстановленных солдатах. Ситуации Миры и Айи были очень похожи на ситуацию Люси.

В ответ Пейтон хмыкнул.

— Все, что я знаю, это то, что с тех пор, как Айя проснулась Неро был в таком плохом настроении, что Кира не могла с ним поговорить. И я никогда не слышал, чтобы он так много говорил на родном языке. Мне пришлось обновить свою программу перевода, чтобы уловить нюансы, но потом, услышав всю эту ругань, я об этом пожалел. Он называет капрала Капур «дочерью свиньи».

Эрик впервые искренне усмехнулся, глядя в сторону Пейтона. Было забавно видеть, как женщина так тщательно «взъерошивает перья» у Неро.

— Это довольно легкое оскорбление по сравнению с теми, которые ему нанесла она. Моя программа на хинди уже охватывала ругань и адаптировалась к переводу. Айя была довольно жестокой. Но судя по историям плена, про которые они обе мне рассказали, у них обеих есть веские причины занять такую позицию.

Он увидел, как Пейтон кивнул, но его бывший капитан не сводил взгляда с зоны движения за лобовым стеклом. Эрик снова повернулся и посмотрел на Люси.

— Они также рассказали мне несколько историй о Люси. То, что ученые и военные сделали с ней кибернетически во время войны, было чем-то похоже на то, что они сделали с Кингом. Но превратить ее в ходячую бомбу было ничем по сравнению с тем, что ей с тех пор пришлось пережить. Когда кодирование у женщин продолжало давать сбой, они все равно продолжали вносить изменения. Айя, Мира и Люси — единственные трое, кто пережил непрерывные пытки — если вы называете кататоническое состояние Люси выживанием.

— Всем трем женщинам принудительно установили нейронные пути в их мозгах, — устало сказала Кира, оглядываясь назад на своего последнего субъекта реставрации. — Эта технология немного похожа на старомодное оптоволокно. Хотя эти пути могут передавать лишь небольшой объем данных, огромным плюсом является то, что на них не влияет большое количество видов оружия. Эти пути передают код Компаньона Нового Мира от их вторичных процессоров. Поскольку их невозможно удалить, не причинив серьезного повреждения мозга, Неро изолировал эти пути у капрала МакДональд и капрала Капур. К сожалению, у капитана Пеннингтон они повреждены и их невозможно запечатать. По всей вероятности, именно эти поврежденные пути стали причиной нервных срывов, которые произошли у нее в камере.

Эрик кивнул.

— Ты думаешь, что повреждения вызваны травмами головы? — его вопрос вызвал странные взгляды между Пейтоном и Кирой. — Что? Что означают эти ваши переглядывания?

Кира вздохнула и снова посмотрела в окно.

— Все указывает на то, что травмы головы она нанесла себе сама. Я предполагаю, что настоящая капитан Пеннингтон принимала решительные меры, чтобы помешать Брэдли Смиту и Джексону Ченнингу проводить свои эксперименты. Ей никогда не удавалось сдерживать свои вспышки гнева достаточно долго, чтобы мы могли логически обсудить ее склонность к насилию.

Челюсть Эрика сжалась.

— Айя и Мира сказали, что она их спасла. Люси, очевидно, прорвалась через свою программу, несмотря на все, что с ней сделали, и все время пыталась сбежать. Это настоящая Люси. Это то, что нужно спасти.

Полная тишина последовала за его речью, и это заставило Эрика нервничать. Кира наконец повернулась на своем месте и посмотрела на него.

— Мы смогли провести несколько диагностических нейронных тестов, пока она запускала код Компаньона Нового Мира. Из-за обширного повреждения головы поврежден не только код компаньона, но не удается инициализировать и большую часть обычных для киборгов программ капитана Пеннингтон. Половина того, что инициализируется, не работает корректно или последовательно. Целые чипы недоступны ее процессору. Для любого уровня подлинного восстановления потребуется полная замена всей кибернетики. Если мы попытаемся это сделать, капитан Пеннингтон может выйти из этого в худшем случае овощем или в лучшем случае пустым незнакомцем. Она никогда больше не будет самой собой.

Эрик скрестил руки на груди.

— Я не принимаю этот прогноз. Кинг вышел из полной кибернетической перестройки и по большей части остался самим собой. Возможно, он не сохранил своих воспоминаний о Сите до того времени, но он смог восстановить опыт на основе собранных данных в сочетании с новыми воспоминаниями. И в конце концов он вспомнил свою команду и всех мужчин, которые с нами служили. Настоящая Люсиль Пеннингтон все еще где-то в ее теле, Кира. Женщина умеет выживать. Я верю, что она переживет и это.

Кира кивнула, но не ответила на его оптимизм. Она просто повернулась и продолжила смотреть.

Эрик протянул руку и положил свою руку на руку Люси. Он верил, что она была там и что на каком-то уровне она знала, что он ждет ее пробуждения.

Кира освободилась от ремней безопасности своего сиденья и вернулась туда, где Эрик наклонился над стонущей капитаном Пеннингтон.

— Сигнал будит ее, несмотря на сильное успокоительное, которое я ей дала. Ее способности к восстановлению соперничают с твоими, Эрик.

Эрик кивнул.

— Я сам это видел. Что нам с ней делать?

Кира встретилась с обеспокоенным взглядом Эрика, стоя с другой стороны от тела капитана.

— Думаю, что лучше всего отключить основной логический чип капитана Пеннингтон, чтобы ее главный процессор отключился. Это должно заставить ее вернуться к вторичному процессору. У нас нет ресурсов, чтобы справиться с полноценным приступом разбушевавшегося киборга, такого, какие она раньше устраивала в своей камере. Плюс, она может вывести из строя Пейтона с помощью какой-то беспроводной частоты, которую она излучает.

— Да. Но у меня к этому иммунитет…, и я почти уверен, что, если понадобится смогу ее остановить. — Эрик протянул руку и схватил ладонь Киры, пока она искала доступ к панели. — Погоди. Что, если на этот раз с ней все в порядке? Возможно, переход на использование кода Компаньона Нового Мира исправил некоторые проблемы, из-за некорректной работы ее основного процессора. Может быть, теперь мы сможем ее урезонить.

Кира остановилась, не вырываясь из жесткой хватки Эрика.

— Слишком опасно позволять ей снова стать полноценной и жестокой Эвелин 489. Ее повреждения на этой стороне обширны. И, как ты отметил, мы не знаем всего вооружения, которое установлено в ее теле. Та частота, которую она использует на Пейтоне, может быть лишь одной из многих вещей. Очевидно, ей были проведены обширные нейронные коррекции. Одна ее технология защиты от средств безопасности вызывает тревогу.

Услышав список необычных талантов Люси, Эрик кивнул и ослабил хватку. Но он пристально наблюдал, как Кира ощупывала на черепе Люси переключатель доступа к панели. Внезапный электрический всплеск заставил Киру врезаться в противоположную стену. Он услышал, как Пейтон окликнул ее, когда она безвольно сползла на пол.

Эрик начал обходить Люси, чтобы помочь Кире, но внезапно обнаружил, что его шея скованна пятью пальцами сильнее, чем смог бы он сам. Каким-то образом Люси освободила одну руку из удерживавших ее ремней и перекрыла ею его горло. Вот и попробуй с ней договориться… он даже говорить не мог. Все, что он мог сделать, это бороться, чтобы вырваться из ее хватки, которая в тот момент казалась такой же нерушимой, как у Кинга.

Из передней части машины он услышал, как Пейтон выкрикивает коды для аварийного голосового входа и переводит управление полетом воздушного транспорта из ручного режима в автоматический. Пейтон также сообщал координаты приземления. Все еще борясь с Люси, Эрик увидел, как Пейтон подбежал к Кире и встал на колени, чтобы проверить ее жизненно важные органы. Как только он нашел ответ, Пейтон встал и двумя руками схватил Люси за руку, чтобы оторвать ее от горла Эрика.

Затем хватка Пейтона внезапно исчезла. Его громкий вой, несколько секунд спустя, рассказал Эрику все, что ему нужно было знать. Люси снова ударила Пейтона током.

Если он потеряет сознание из-за ее мертвой хватки, ни у кого из них не будет шансов. Люси освободится, и кто знает, что произойдет после этого?

Не имея другого выбора, Эрик перестал сопротивляться ее сильной хватке и позволил себе расслабиться под ее пальцами. Надеясь, что у него достаточно времени, он позволил своему разуму заполниться образами себя, целующего Люси. Он представил, как делает это возле реставрационной базы Неро, на солнце… и подумал, что почувствовал, как ее хватка ослабла. Он подумал о них в душе, хотя и так думал об этом уже миллион раз. Теперь он снова воспроизвел это во всех великолепных подробностях, позволяя ей увидеть, как много для него это значило.

В глазах еще сильнее потемнело, и он снова надавил на ее запястье, чтобы высвободиться из хватки. Эрик представил, как целует ее покрытое шрамами тело, пока дыхание медленно его покидало. Он почти потерял сознание, когда его колени коснулись пола транспортного средства. Затем он, наконец, освободился из хватки Люси, и Пейтон отдернул ее руку обратно к каталке, дважды обернув сломанный ремень, прежде чем обойти каталку и затянуть другой.

Когда дыхание достаточно восстановилось, чтобы подавить головокружение, Эрик подтянулся за перила каталки и наклонился над кроватью. Его предупреждение прозвучало хриплым шепотом.

— Успокойся, Люси Чертовка. Мы пытаемся тебе помочь.

Обвиняющий взгляд в ее широко распахнутых, голубых глазах, красноречиво говорил о ее полном неверии в его заявление. Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но слова не вылетели из ее горла. Это рассердило ее еще сильнее. Что-то было не так с ее способностью говорить, и Эрик знал, что это поставило против них еще одну черную метку в ее поврежденном разуме.

Пока он смотрел в ответ и думал о том, как они ужинают вместе, он заметил, что Пейтон перешел к медицинской сумке на полу. Пейтон принес инжектор и поместил его за ухо Люси, и применил, не сказал ему ни слова о своих намерениях. Тело Люси выгнулось на каталке, когда наркотики отключили ее органическое тело. Ее сердитые глаза закрылись, а затем, она наконец замерла.

— Как Кира? — спросил Эрик тоном, полным сожаления.

— Просто слегка оглушена, — резко ответил Пейтон, снова роясь в сумке.

— Я обучен оказанию первой помощи лучше, чем ты. Позволь мне помочь с Кирой, — хрипло потребовал Эрик, отползая от каталки и приземляясь поближе к сумке. — Вместо того, чтобы использовать более медленный ингалятор с нашатырным спиртом, нам следует сделать инъекцию адреналина, чтобы быстро привести ее в чувство. Нам нужна работоспособная Кира, чтобы она могла удалить логический чип Люси, как она и предложила. Ты управляй машиной, Пейтон. А я помогу Кире сделать то, что нужно сделать с Люси. Я больше не буду подвергать сомнению ее суждения.

Был момент, когда он подумал, что Пейтон может с ним поспорить. В конце их состязания взглядов его бывший капитан кивнул, а затем пополз от сумки обратно туда, где Кира все еще лежала, сгорбившись. Он устроил Киру поудобнее, растянув ее тело на металлическом полу транспорта. Затем Пейтон поднялся, чтобы вернуться на место водителя, быстро переведя транспорт обратно в ручной режим.

Эрик нашел на дне сумки уже заправленный инжектор и подполз к Кире. Укол адреналина — это то, что Кира использовала на киборгах, но он знал, что доза подойдет для ее нынешней ситуации. Он поместил инжектор сбоку от ее шеи, выбрав для нее самый быстрый путь прийти в сознание.

Невозможно было знать, как долго Люси будет находиться под воздействием успокоительного. У них может не быть много времени. Каждое мгновение, когда она оставалась Эвелин 489, было риском.

Кира застонала, когда начала приходить в себя. Эрик нежно похлопал ее по щеке.

— Док? Давай, Док. Мне жаль, что я тебя вот так разбудил. Через несколько часов у тебя будет немного болеть голова, но сейчас нам нужно, чтобы твой учёный мозг заработал полностью.

Веки Киры широко распахнулись, ее взгляд, наконец, остановился на нем в полном осознании.

— С Пейтоном все в порядке? — спросила она.

Эрик сглотнул, его охватило чувство вины. Ее вопрос не должен был его удивить. Вот что значит кого-то любить. Он всегда избегал таких связей, убегая каждый раз, когда подходил близко. Но, беспокоясь о Люси, он теперь осознал эту дилемму. На этот раз он влюбился слишком быстро, чтобы этого избежать.

— Пейтон снова сидит за рулем и сажает нас на землю так быстро, как только может… и это дает ему вескую причину, наконец позволить себе использовать свою дьявольскую сторону водителя. Люси на данный момент находится под успокоительным, но мы не знаем, как долго это продлится, учитывая ее сумасшедший метаболизм. Нам нужно вытащить ее логический чип… как ты и сказала. Очевидно, она слишком опасна в таком состоянии. Я был неправ, останавливая тебя, и мне жаль, что я не позволил тебе сделать это до того, как ты пострадала.

— Мне не больно. Или, по крайней мере, если это так, то адреналин какое-то время не позволит мне чувствовать боль. Но… ничего себе… у меня сейчас сильное головокружение.

Кира протянула руку, чтобы он мог поднять ее в вертикальное положение. Они оба несколько секунд стояли покачиваясь, а затем она протянула руку, чтобы коснуться того, что, как Эрик представил, было началом синяков от кончиков пальцев на его горле.

— Капитан Пеннингтон находится в режиме выживания. Сомневаюсь, что она вообще знала, кем ты был, когда сделала это с тобой.

Эрик фыркнул от иронии сложившейся ситуации и пожал плечами.

— Нет. Я почти уверен, что она узнала меня, но, к счастью, я смог напомнить ей о нашей другой связи, прежде чем она успела уничтожить нас всех троих. Она была близка к этому. Мы не можем позволить этому случиться снова.

— Да. Не можем, — согласилась Кира, спотыкаясь о каталку.

Коснувшись головы капитана Пеннингтон и сразу же отдернув руку, чтобы убедиться, что ее больше не ударит током, она ощупала череп женщины, пока не смогла нажать кнопку доступа. Когда панель открылась, Кира вздохнула и опустила голову. Правда в подобных ситуациях всегда отстойна… всегда.

— Уничтожая Эвелин 489, я также, возможно, убиваю то, что осталось от настоящей Люсиль Пеннингтон. Своими многочисленными неудачными экспериментами над женщиной они создали нечто большее, чем просто опасного киборга. Она действительно машина для убийств и, вероятно, вообще не понимает своих мотивов.

Эрик нахмурился и кивнул.

— Знаю. И я убежден, что это необходимый шаг, независимо от того, чем все закончится. Просто делай то, что должна, чтобы сохранить ей жизнь. Скажи мне, чем я могу помочь.

Кира вытащила из кармана чип-экстрактор.

— Теперь я постоянно его ношу с собой. Думаю, это форма здоровой паранойи. Это тот же самый метод, который я не так давно использовала против тебя.

Протянув руку, она без дальнейших промедлений выдернула логический чип. Тело под ее руками вздрогнуло, приподнялось, а затем вернулось на место.

— Готово. А теперь осторожно его подержи, — приказала Кира, протянув чип Эрику и вложив предмет в его руку. — Если он коснется металла, то может поджариться, поэтому не роняй его. Сейчас я собираюсь вытащить ее военный чип и еще несколько. Неро уже извлек большую часть данных из ее хранилища, но он также может использовать их, чтобы получить то, что сможет. Они все равно в нее не вернутся. Мы пытаемся сохранить ее историю как можно более нетронутой, но как все будет происходить, остается только догадываться.

Эрик сглотнул. Горло болело, но слова нужно было сказать.

— Мне жаль, что я поставил под сомнение твое предложение.

— Если бы на этом столе был Пейтон, я бы боролась за то, чтобы никто не лишил его личности. Как я могу винить тебя? Я почти сделала то же самое с Маркусом и уверена, что твоя человеческая сторона все еще не оправилась от этого испытания.

Эрик рассмеялся, но это было больше похоже на грубый кашель.

— Эвелин 489 жестокая, вышедшая из-под контроля машина. Люси, которую я знаю лучше всего, — это пойманный в ловушку киборг, использующий код Компаньона Нового Мира. Та сторона, что выживет, станет частью ее личности. После всего, через что она прошла и что пережила, женщина заслужила право на жизнь.

Кира вытащила военный чип, осторожно перерезав прикрепленные провода. Насколько она знала, ее действия могли активировать обратный отсчет оружия, которое носила капитан армии. Если так, они вскоре узнают об этом, потому что оно взорвется еще до того, как они приземлятся. Поэтому, погибнут только они четверо.

Отказавшись больше думать негативно, Кира перешла к вытаскиванию других чипов, многие из которых она не узнала и с которыми ей придется разобраться позже. Некоторые из них были плотно зажаты в отсеках, поврежденных так, что инструмент для извлечения не мог их выпрямить. Те, которые ей не удавалось извлечь чисто, она просто разбивала на куски, чтобы удалить. Ничего уже нельзя было спасти. Ничего.

— Что ж, в одном ты абсолютно прав, Эрик. Эта женщина выжила. Они пытали ее, постоянно оперировали и пытались уничтожить каждую частичку ее человеческой жизни. Она никогда не позволяла им забрать все это. Она убивала, чтобы освободить себя и других. Но мы с тобой оба знаем, что она не сделала ничего постыдного по своей воле. Ответственность за то, во что она превратилась, несут коррумпированные кибернетики. А вот ее базовый операционный код принадлежит мне, как и у любого другого киборга, которого мы до сих пор восстанавливали.

— Док, — резко сказал Эрик. — Без тебя ни у кого из нас не было бы никакой жизни, кроме той, которую мог бы запрограммировать для нас кто-то менее этичный, чем ты. Когда ты собираешься признать, что ты из хороших парней? Пейтон прав. Тебе нужно преодолеть свой комплекс мученика.

Кира ненадолго подняла взгляд, а затем вернулась к уничтожению всех данных, которые когда-то составляли киборга, известного как Эвелин 489. Если Эрик однажды не убьет своих собственных детей, он никогда не поймет, каково это — уничтожать то, что ты создал. Хорошая, плохая или что-то среднее… частично человеческая жизнь, которой они жили, никогда не была ее целью. Ее наука была использована во зло. Это было не то, что она могла просто отложить и забыть.

Кира вздохнула из-за своих мрачных мыслей, вытаскивая еще один серьезно поврежденный чип из искалеченного гнезда.

— Когда каждый созданный киборг будет найден и восстановлен, а каждый поврежденный, такой как капитан Пеннингтон, будет отремонтирован, тогда я спущусь с креста, на котором я повисла. А до тех пор я буду каждый раз каяться в своих грехах, восстанавливая каждого из киборгов.

— Когда мы приземлимся ты планируешь заменить всю ее кибернетику? — спросил Эрик, готовясь услышать, что Люси не сможет ничего оставить из ранее установленных чипов. Он испытал одновременно облегчение и беспокойство, когда Кира покачала головой.

— Нет. Мне нужно придумать, как поддержать ее сердцебиение на случай, если операция по замене отсека пройдет неудачно. Я надеюсь, что Неро сможет придумать, как изменить код Компаньона Нового Мира настолько, чтобы освободить ее от его влияния. Мы могли бы попытаться заменить чипы Компаньона, но я боюсь, что они закодировали ее с помощью отказоустойчивого устройства, которое могло бы активировать ее вооружение. Самое безопасное временное решение — оставить главным ее второй процессор и выполнить обновление текущего кода. Я думаю, нам нужно оставить без изменений как можно больше.

Эрик кивнул.

— Понимаю. Это как, освободить ее внутри управляющей системы.

— Точно… только я понятия не имею, насколько это ей поможет, — промолвила Кира, протягивая руку и добавляя еще один чип Эвелин 489 в растущую кучу.

На земле Эрик присоединился к Маркусу и женщинам в поисках источника таинственного сигнала, а Пейтон, Кира и Неро перенесли Люси в ее отремонтированную камеру.

После безрезультатного поиска сигнала в течение нескольких часов, все четверо снова встретились в бункере. Маркус в последний раз проверил их безопасность, а затем направился к общественному транспорту, чтобы проводить Рэйчел с работы домой. Неро отвез недавно восстановленных капралов в «Нортон» для официального оформления, чтобы они могли получить временное жилье рядом с квартирой, которую делили Маркус и Рэйчел.

Женщины боялись жить у всех на виду. Поэтому, никого не удивило, когда Мира настояла на том, чтобы они с Айей жили вместе и могли продолжать защищать друг друга. Айя заявила, что никогда больше не заснет, если Неро внесет их имена в базу восстановленных киборгов «Нортон». Она продолжала отговаривать его от этого, пока они снова садились в его эйрджет.

Когда все ушли, Эрик спустился в подземное убежище, отбросив беспокойство обо всех остальных. Больше не пахло подземельем, здесь на стене был установлен комм с доступом извне. Маркус или кто-то, кого он нанял, установил настоящую мебель, купленную на небольшую часть суммы, полученной Эриком от ОКН. Единственная видимая охрана, также известная как решетка камеры, была незаметно перенесена к подножию лестницы и служила входными воротами. Маркус жаловался, что это было похоже на то, как если бы вы пытались заблокировать квартиру-студию.

Осмотревшись вокруг Эрик, поднес наручный комм ко рту. Верхний пост охраны находился на быстром наборе.

— Я останусь на ночь, Хиггинс. Можешь запираться.

— Слушаюсь, капрал Андерсон.

Эрик закатил глаза, на то, что к нему обратились по воинскому званию. Вероятно, он должен был быть благодарен Пейтону за то, что молодой охранник так к нему обращался при каждой возможности.

В одном углу комнаты Люси лежала на большой кровати, но без каких-либо мер безопасности. Он не хотел, чтобы она проснулась от успокоительного и обнаружила себя связанной. Вместо этого у него в кармане был инжектор с ее именем на случай, если она придет в плохое настроение.

Эрик растянулся на только что купленном диване, пытаясь смотреть спортивные состязания, пока стоял на страже. Два часа прошли незаметно. Наблюдение за имитацией драк в современном футболе не добавило ему терпения. Ведь все его мысли были о том, кем станет Люси, когда проснется.

И ему было интересно, что у нее останется в памяти. Например, вспомнит ли она его?

Беглый осмотр Киры после того, как Люси сюда поместили, показал, что вторичный процессор стал главным и работоспособным… и все еще выполнял некоторую форму кода Компаньона Нового Мира. Доступ к любой информации об устройстве переключения был утерян, и никто не знал, что в конечном итоге это будет означать для нее. Эрик решил, что было бы слишком надеяться, что Люси сохранила воспоминания об их коротком времени, проведенном вместе. Но может быть, она сохранила хотя бы записи, которые тогда сделала.

Его внимание сосредоточилось на кровати, когда Люси передвинула ноги под одеяло. За последние пятнадцать минут это был второй раз, когда она двигалась. Пройдет совсем немного времени, и его спящая красавица проснется.

Наполненный болью стон Люси двадцать минут спустя заставил его подняться и подойти к кровати. У нее на лбу выступил пот, поэтому Эрик пошел в туалет, в котором было мало места, и вернулся с прохладной влажной тряпкой. Он провел рукой по лицу Люси, и улыбнулся, когда ее глаза наконец открылись. Она моргнула, повернула голову и осмотрелась. Хорошо, что эффект феромонов был уменьшен благодаря тому, что сделала Кира. Он все еще возбуждался рядом с Люси, но теперь требовалось находиться на очень близком от нее расстоянии. И он мог контролировать свою реакцию… ну, в основном контролировать.

— Как ты себя чувствуешь, милая? — тихо спросил Эрик.

— У меня болит голова, — прохрипела она, в горле у нее пересохло.

Эрик повернулся и взял бутылку воды. Он позволил ей посмотреть, как он ее открывает, прежде чем передать. Он хотел, чтобы она поверила, что он думает только о ее благополучии.

Люси поднялась и осторожно сделала глоток… а потом еще. Она откашлялась и провела рукой по растрепанным волосам.

— Где я? Это медицинский центр?

Эрик покачал головой.

— Нет. Это наша резиденция… пока. Но здесь установлены некоторые приспособления, облегчающие оказание медицинской помощи, если она тебе понадобится.

— Наша резиденция? Что ты имеешь в виду? — спросила Люси, опуская бутылку себе на колени.

Эрик кивнул, удерживая ее смущенный взгляд.

— Я остаюсь с тобой, чтобы о тебе позаботиться. Ты можешь мне рассказать, что последнее ты помнишь?

Он видел, как ее лицо исказилось от разочарования.

— Нет. В моей голове все темно. Я знаю, что мне было больно… очень больно… — сказала она, оглядывая комнату. — Теперь эта боль ушла, но я чувствую себя странно. Мое программирование сбивает меня с толку… и, кажется, терпит неудачу почти во всех отношениях.

Эрик пододвинул табурет к кровати.

— Думаю, со временем это решится, само собой. Ты знаешь, кто ты?

Люси закрыла глаза и медленно покачала головой.

— Вертится на языке… но я не могу найти правильный ответ. Я… циклично прокручивается информация, что я Компаньон Нового Мира. Однако я не могу запустить диагностику этой программы. Похоже, у меня несколько неисправностей. Моя кибернетика требует обслуживания.

Эрик протянул руку, когда заметил, что из-за стресса ее голос повысился.

— Не беспокойся о том, что не можешь вспомнить. Тебя зовут Люси, и все будет хорошо. Тебе просто нужно отдохнуть и выздороветь.

Люси покачала головой.

— Нет. Что-то неправильно. Что-то подсказывает, что я должна бежать. Да. Вот что я должна сделать.

Эрик схватил ее за руку и выдержал ее взгляд.

— Сбежать от чего, Люси?

Она встретилась с ним взглядом, и пристально посмотрела ему в лицо.

— Не знаю. Возможно, от тебя.

Эрик покачал головой и улыбнулся. Он нежно сжал ее пальцы.

— Незачем. Я не опасен.

Люси высвободила свою руку, без труда разорвав его хватку.

— Тебе не обязательно лгать. У тебя повышенное кровяное давление и покрасневшая кожа, это указывает на первые стадии мужского возбуждения. Я могу сказать, что мышцы напрягаются на твоих руках, на груди и… возможно, в других местах. У меня есть чип, который приказывает мне замечать такие знаки. Ты примерно на семьдесят четыре процента готов заняться со мной сексом.

Эрик фыркнул.

— Ух ты. Это довольно низкий процент, учитывая тот значительный эффект, который ты на меня оказываешь. Это правда, я не смог выбросить из головы поцелуй с тобой. Но, учитывая, насколько я благороден, думаю, у меня немного больше самообладания, чем показывает твоя статистика.

— Я киборг. Все, что я знаю, это мое программирование. Я принадлежу тебе? — спросила Люси.

Эрик сглотнул. Он подумал о том, как бы хотел ей ответить, а затем учел то, что ей нужно было услышать.

— Скажем так, моя работа заботиться о тебе как можно лучше. До того, как тебя… ранили... ты считала меня своим новым мужем по контракту. Если твой код требует, чтобы я был мужем, то я им буду, пока мы не придумаем какое-нибудь другое определение, которое будет работать.

Люси опустила взгляд, затем кивнула.

— Понимаю. Твоя обязанность заботиться обо мне. Моя заботиться о тебе. Это соответствует моей основной директиве. Прости, что не помню деталей нашей договоренности.

— Эй… — Эрик протянул руку и поднял ее подбородок, пока она не встретилась с ним взглядом. — Между нами такого не было, никогда не было. И никто больше никогда не сможет за тебя выбирать. Помни об этом.

Эрик наклонился вперед и поцеловал не сопротивляющиеся губы Люси. Она не пошевелилась, даже когда он прервал связь. Она просто странно на него посмотрела, когда он отстранился.

Затем Люси поднесла руку к его лицу.

— Не кажется логичным, что я тебя забыла. Мне очень нравится твое лицо. Мой видеорегистратор хочет сделать запись каждый раз, когда я на тебя смотрю.

Эрик рассмеялся над ее необычной лестью, но ему было приятно знать, что ей нравится, как он выглядит.

— Люси, ты, без сомнения, самая интригующая женщина, которую я когда-либо встречал.

— Я не могу понять, действительно ли это похвала, — ответила Люси, опуская руку.

Эрик улыбнулся ее легкому раздражению.

— Когда к тебе вернется чувство юмора, я помогу понять, как определить, что кто-то саркастичен. В противном случае ты не выдержишь разговора с Маркусом.

— Кто такой Маркус?

Эрик поерзал на своем месте.

— Маркус Келлс — мой лучший друг. Ты скоро с ним встретишься. Он был здесь раньше, но ты еще спала. — Он наблюдал, как Люси впитывает его слова. Ее нервный взгляд встретился с его взглядом и остановился, прежде чем она заговорила.

— Я могу сказать, что ты киборг, как и я, но не помню твоего имени. Ты кажешься мне знакомым только потому, что у меня в аварийном хранилище есть записи твоего лица. Твой идентификатор находится не там, где я привыкла его видеть. Либо так, либо мои возможности сканирования неисправны.

Эрик откинулся на спинку стула. Сейчас было самое подходящее время, чтобы возобновить общение.

— Я не удивлен, что ты меня забыла, учитывая все, через что тебе пришлось пройти. Меня зовут Эрик. Я киборг, известный как Эрик 754, но мне не нравится, когда меня называют по моему идентификационному номеру. На самом деле, большую часть времени я склонен забывать, что я киборг.

— Ладно. Я буду исключать твой идентификатор из устных упоминаний. Ты Эрик… а я твоя Люси, — повторила она, по каким-то причинам, не желая снова заявлять о своем статусе компаньона.

Эрик кивнул, слегка фыркнув из-за ее выбора слов.

— Да. Это верно. Ты моя Люси. Судя по тому, как я себя веду, почти все сейчас так и думают.

— Прости, я отвлекусь, пока проверяю некоторые записи о тебе, которые нашла у себя в хранилище. У них есть недавние отметки времени. — Люси сосредоточилась на другом конце комнаты, пока их читала. Это был медленный процесс, учитывая, насколько она была повреждена.

— Ты дал мне прозвище. Я… Люси Чертовка? — спросила она, ее испуганный взгляд встретился с его взглядом, а ее тон повысился при этой фразе. — Ты действительно меня так назвал?

Эрик вздрогнул, а затем рассмеялся.

— Окей… да, я тебя так называл. Пожалуйста, не ненавидь меня за это. Я говорил это как комплимент. Возможно, я был немного саркастичен.

Люси медленно вздохнула и скользнула глубже в кровать.

— Ладно. Прости меня, еще раз. Я устала… очень устала. Теперь мне надо отдохнуть.

Эрик встал и помог ей натянуть одеяло под подбородок. Когда он начал уходить, Люси повернула голову, чтобы на него посмотреть.

— Я не могу тебя ненавидеть, если ты мой контракт, Эрик. Поступить так значило бы пойти вразрез с моей основной директивой. Я сломлена, но эта команда остается ясной. Ты не должен беспокоиться о моих чувствах к тебе. Мне запрещено причинять тебе такое беспокойство.

Затем она откинула голову на подушку и мгновенно уснула.

Эрик вздохнул и поднес ко рту коммуникатор на запястье. Ему нужно было сообщить Кире и Пейтону, что вернулась версия Люси Компаньон Нового Мира… ну, в основном вернулась.

Ожидая подключения комма, он смотрел на диван и был благодарен, что он выглядел достаточно удобным, чтобы на нем спать.

Эрик схватил руку, прикрывавшую ему рот, сильно ее сжал и оттянул в сторону. «Тш-ш-ш» в ухе заставило его изо всех сил попытаться сосредоточиться в темноте, вместо того, чтобы закричать на человека. Когда его глаза наконец-то сфокусировались, он увидел Люси, присевшую рядом с ним на диване. Впрочем, она смотрела на решетку, блокирующую лестницу, а не на него.

Он наклонился к ней и прошептал на ухо.

— Что происходит?

Люси не повернулась.

— Я пытаюсь тебя разбудить, и слежу за обстановкой.

Эрик ухмыльнулся ее буквальному ответу.

— Попробую спросить по-другому. Что случилось со светом?

Когда они повернулись друг к другу в темноте, их губы практически соприкоснулись. Его желудок сжался от осознания того, что она рядом, но он не стал действовать, потому что не мог сказать, почувствовала ли Люси такое же притяжение. В любом случае, она, похоже, могла игнорировать их близость гораздо лучше, чем он.

— Включено аварийное освещение, потому что кто-то отключил электричество в нашем жилище. Решетки безопасности больше не электрифицированы. Из двух охранников здания я больше не слышу сердцебиения человека. Либо он мертв, либо его тело вынесено за пределы моего улучшенного слуха. Другой охранник был ИИ ботом. Он был отключен с помощью беспроводной передачи кода, который отправил его в полную перезагрузку. У меня есть копия того же кода в долгосрочном хранилище.

Эрик фыркнул.

— Наличие такого кода в твоем хранилище немного пугает, но как, черт возьми, ты можешь знать, что случилось с обоими охранниками? Тем более, что Кира… — он резко остановился. Блин. Он почти рассказал ей о том, что Кира отключила ее основную кибернетику. — Извини. Мне лучше придержать свое любопытство, пока мы не покончим с этим. Что еще ты знаешь?

Люси вздохнула и покачала головой.

— Не так много, как хотелось бы. Мой основной процессор недоступен для консультации, поэтому я использую аварийный протокол защиты, который не помню, чтобы я использовала раньше. Однако, похоже, он содержит полезную информацию о том, как справиться с кризисными ситуациями, подобными той, в которой мы находимся. Мне удалось успокоить свою первоначальную реакцию и начать думать о тебе.

Эрик протянул руку и провел ладонью по все еще растрепанным волосам Люси. Ему нужно было чувствовать ее, знать, что она настоящая и в порядке.

— Как давно ты не спишь?

— Меньше двух минут. Я думаю, что отключение электричества привело меня в чувство. Как только нашла тебя в комнате, я захотела убедиться, что тебе не причинили вреда. Думаю, что тот, кто попытается сюда проникнуть опасен для нас обоих.

Эрик скатился с дивана и поднялся на ноги. Он поднял на запястье комм и увидел, что экран пуст.

— Ну, здорово. Мой комм сдох. Вот и попробуй подать сигнал бедствия. Вся наша электроника отключена?

Люси огляделась вокруг.

— Я не могу в полной мере оценить то, что произошло, или выдвинуть теорию о том, почему это происходит. Хочешь, чтобы я обработала то, что смогу, и сделала предположение?

— Нет. В этом случае я могу сделать свое собственное предположение. — Эрик покачал головой, пока она за ним наблюдала. Нет возможности связаться по наручному комму. Нет света. Все электричество отключено. Логика была простой, а вывод достойным паники. Кто-то за ними пришёл.

— Я пыталась определить их цель, сканируя их мысли, но это пока неясно. Все, что я воспринимаю — это незнакомый код, — тихо сказала Люси.

Эрик наблюдал, как ее голубые глаза быстро моргают в тусклом свете.

— Люси… ты цель.

— Это невозможно. Я запрограммирована быть защитником, — настаивала она.

— Я тоже запрограммирован быть защитником, — резко прошептал Эрик. — И хочешь ты в это верить или нет… цель — ты. Пожалуйста, усвой эту информацию и прими меры предосторожности, чтобы себя защитить.

Эрик наблюдал, как Люси отвела от него взгляд. По какой-то причине ее протокол компаньона совершенно не позволял мужчине рисковать собой ради спасения ее жизни. Он практически мог видеть, как ее мозг ищет способ его защитить, не рискуя при этом открыто не подчиняться его командам.

— Эрик, не окажется ли твоя безопасность под большим риском, если злоумышленник посчитает, что ты менее ценен, чем я? Ведь тогда, он сначала попытается уничтожить тебя. — Ее взгляд метнулся к лестнице. — Теперь я слышу шаги. Идет мужчина.

Эрик побежал к входу. Теперь он тоже мог слышать шаги мужчины. Быстро схватившись за решетку, он не почувствовал никакого электрического тока, проходящего через нее, и стало ясно, что теперь она не является эффективным барьером. Без тока ее невозможно было бы оттянуть.

Маркус принял серьезные меры безопасности, но ничто не могло остановить кого-то, запрограммированного наподобие Люси. Максимум на что они могли надеяться, что их гость попадется в одну из многочисленных ловушек по пути вниз.

— Нет, он не мужчина… я имею в виду, не человек. Идущий, это киборг, как и мы с тобой, — шепотом поправила Люси.

Эрик подавил рычание. Чего бы он сейчас не отдал за одну из импульсных пушек Пейтона.

— Ты можешь определить его кибернетический идентификатор?

Люси покачала головой.

— Нет. Он использует очень эффективное устройство скремблирования, которое, судя по всему, предназначено для того, чтобы сбить с толку любого, кто сканирует его процессор по беспроводной сети, как это делаю я. Я продолжу проверку на случай, если он ослабит защиту. Он остановился на два пролета выше из-за нежелания включить сигнал тревоги при вторжении. Однако есть несколько способов победить это устройство и продолжить движение. Мы не можем рассчитывать на то, что это остановит его спуск вниз. Мы должны как можно скорее принять превентивные меры.

Эрик ходил по их небольшому пространству, ища способ избежать того, что должно было произойти. А еще лучше позвать на помощь. Но и настенный, и наручный комм не работали. Злоумышленник либо уже находился здесь после того, как Маркус завершил внесение новых изменений, либо каким-то образом точно знал, что именно было установлено. Лишь кто-то в «Нортон» имел такой уровень доступа к деятельности Киры и Пейтона.

Эрик посмотрел на Люси, которая казалась намного спокойнее, чем он. Его человеческое сердце грохотало в груди. Он не знал, кто или что пыталось добраться до них, и понятия не имел о размере угрозы. Люси все еще работала со сбоями. Что, если она ошиблась насчет их количества? Как, черт возьми, он собирался ее защитить?

— Успокойся, — тихо попросила Люси, положив руку ему на плечо. — Ты же не хочешь, чтобы киборг услышал твое учащенное сердцебиение и понял, что ты боишься.

Эрик фыркнул, встретив ее слишком безмятежный взгляд.

— Дорогая, мой эмоциональный настрой перешел от страха к панике, когда я обнаружил, что решетка, блокирующая наш дверной проём, больше не под напряжением. Ни у кого из нас нет оружия, Люси. А при небольших размерах этого места нам некуда бежать. Наши возможности для обороны очень ограничены против кого-то достаточно умного, чтобы победить всю эту охрану.

У Эрика было встроенное снаряжение для спуска, две кибернетические ноги и вторичный процессор, который, как он надеялся, не будет задействован. Ну, у него в кармане еще был инжектор с успокоительным. И иногда ему удавалось довольно хорошо отговаривать людей от каких-то действий, но инстинкт предупреждал, что это будет бесполезно против того, кто сейчас прорывается через защиту Маркуса.

На случай, если позже не представится возможность, Эрик записал соответствующие детали их ситуации и начал подавать внутренний сигнал бедствия Пейтону на беспроводной частоте своей команды. Глубина их подземного логова не позволяла отправить сообщение, но он должен был хоть что-то попробовать. По крайней мере, сообщение будет передано, если его тело каким-то образом окажется на поверхности и будет достаточно функциональным, чтобы отправить сигнал.

Рука Люси на его руке вернула внимание Эрика к настоящему.

— Теперь у меня есть больше информации. Пока он был отвлечен, мне удалось установить его личность. Идентификатор киборга — Брэдли 360. Других рядом с ним я не чувствую.

Эрик опустил голову.

— Чертов злой сукин сын. Должно быть, он несет с собой что-то потрясающее, раз думает, что может с легкостью сюда заявиться и просто тебя забрать. Так и знал, что должен был его убить, когда он начал вести себя слишком нормально.

Эрик огляделся вокруг и вздохнул. Он признал правду, сказав, что их возможности очень ограничены.

— Ладно, Люси. Вот что я думаю. Я собираюсь превратиться в паука и залезу на потолок. Если нам повезет, Брэд не догадается, что я там. Тебе придется его сдерживать, пока я не смогу приземлиться позади него. У меня есть идея, как лишить его сознания.

— Или, когда он придет я могла бы его просто убить. Уверена, что смогу сделать это прежде, чем он начнет действовать против нас, — тихо произнесла Люси. — Я могу отодвинуть решетки безопасности, даже без электроэнергии.

Эрик вздохнул, услышав ее откровение. Если бы такое решение принимала Люси Чертовка, у них не было бы цивилизованного разговора о том, что делать. Эта версия Люси уже прошла бы сквозь решетку и бросилась вверх по лестнице, чтобы вырвать кишки нападавшему.

— Знаешь… мне нравится ход твоих мыслей… но давай если возможно воздержимся от его убийства. Если это окажется единственным способом спасти нас, то, конечно, мы это сделаем. Но мне бы очень хотелось сохранить ему жизнь, чтобы Кира могла выяснить, кто, черт возьми, над ним работал. На карту поставлено гораздо больше, чем просто наша безопасность сегодня. Ты это понимаешь, Люси?

Люси покачала головой.

— Нет. Я не понимаю, но приму твое мнение по этому поводу. Ты мой муж по контракту. В моем протоколе записано, что я должна принятие всех важных решений уступить тебе.

Эрик покачал головой.

— Нет. Не уступай. Мы равные партнеры, когда дело доходит до спасения наших задниц. Ты понимаешь концепцию партнёрства?

— Конечно, я понимаю эту концепцию, но это запрещено…

Эрик махнул рукой, чтобы ее остановить.

— Ну, это больше не запрещено, потому что я отменяю это правило. Ты должны спасти себя, чего бы это ни стоило. Это мой тебе абсолютный и не подлежащий отмене приказ. Если ты принимаешь меня в качестве своего мужа по контракту, то будешь делать, как я говорю.

Он увидел, как Люси нахмурилась. Когда она снова открыла рот, чтобы возразить, Эрик наклонился вперед и нежно поцеловал ее. В ответ губы Люси смягчились под его губами, и он прижался ближе, прежде чем наконец отстраниться. Ему очень надоело быть благородным.

— Однажды, очень скоро я надеюсь закончить то, что нам обещает этот поцелуй, поэтому, пожалуйста, оставайся в живых, — приказал Эрик.

— Поскольку я тоже хочу это выяснить, то постараюсь так и сделать, — прошептала Люси в ответ.

Подойдя к решетке, блокирующей лестницу, Эрик поднял каждую ногу и опустил пятку с такой силой, что лезвия для лазания выскочили из тайника. Всегда острые лезвия мгновенно проделали дыры в его любимых ботинках. Он обернулся и улыбнулся Люси, которая очень внимательно следила за каждым его движением.

— Не волнуйся. Моя кибернетика была создана для этого. Правда, мне давно не приходилось пользоваться этой штукой, но я постараюсь на него не свалиться, пока не буду к этому готов.

Эрик нажал переключатель в своей кибернетической руке. Его запястье разжалось на шарнире, и рука сложилась в предплечье. Своей человеческой рукой он вытащил из хранилища трос и крюк. Затем он поднял запястье и вернул его на место, оставив один конец кабеля тройной прочности закрепленным внутри хранилища через специально предназначенную для этой цели выемку. Он был спроектирован так, чтобы выдерживать вес не только своего тела, но и двух других солдат, если это было необходимо.

Слегка взмахнув концом с крюком, Эрик швырнул его к потолку прямо над входом. Он прочно застрял в скрепленном известковым раствором металле. Медленно втягиваясь обратно в место для хранения, трос поднял его вес, и Эрик поднялся вверх по стене. В конце концов, он зацепился за потолок только с помощью шипов на пятках, а его кибернетическая рука обхватила встроенный крюк-кошку.

Он поднес человеческую руку ко рту и приложил палец к губам, улыбаясь Люси. Он увидел, как она кивнула, прежде чем снова опустить взгляд на лестницу.

Прошло еще пять минут, прежде чем Эрик услышал приближение Брэда. Походка Брэда казалась немного медленной и тяжелой, как будто он волочил одну ногу. В отличие от него и Люси, у Брэда не было кибернетических придатков. После повреждения ему потребуется столько же времени на исцеление, сколько и всем необращенным людям.

Конечно, тот, кто работал над Брэдом, мог бы поставить ему любое количество протезов, но прошло недостаточно времени, чтобы такие усовершенствования зажили достаточно, чтобы их можно было бы использовать. Нет, гораздо более вероятно, что, даже будучи киборгом, Брэд будет иметь с собой какое-то элитное оружие. Эрик искренне надеялся, что Люси не восприимчива к чему бы то ни было.

Подвешиваться к потолку и надеяться схватить Брэда было не лучшим планом, который у него когда-либо был, но это был единственный, который давал ему шанс сохранить этому киборгу жизнь.

Он также надеялся, что целью Брэда было захватить Эвелин 489. Он надеялся, что это было не просто для того, чтобы ни у кого не было шанса восстановить человечность капитана Люсиль Эвелин Пеннингтон.

Люси внимательно наблюдала за лестницей, когда в поле ее зрения появился потенциальный злоумышленник. Он посмотрел на нее сквозь решетку, прежде чем достать из кармана крошечное устройство. Когда эта штука раскалилась, она увидела, что это миниатюрный лазерный режущий инструмент. Он опустился на колени и быстро перерезал три решетки внизу. Поднявшись, он перерезал те же три наверху. Затем он очень осторожно прислонил два прута к стене. Третий железный штырь он зажал в руке, без сомнения, намереваясь использовать его как оружие, когда ему придется вступить с ней в бой.

Ничуть не беспокоясь, Люси смотрела, как он спускается в комнату, но вместо того, чтобы идти дальше, он просто остановился и уставился на нее. Позади него еще не было достаточно места, чтобы Эрик мог там приземлиться. Их нападающему нужно было еще немного пройти вперед.

— Приветствую, Эвелин 489. Или мне следует просто сказать Компаньон Нового Мира? Сейчас ты слишком покладистая, чтобы быть капитаном Пеннингтон в какой-либо форме. Эта воинственная сука была дикой. Так что, можно сказать «Скатертью ей дорога». Теперь ты гораздо полезнее.

— Капитан Пеннингтон? — Люси повторила звание и имя, глядя в какую-то точку над его плечом. Она записала подтверждение своего чина и фамилии. — Это мой человеческий идентификатор?

Она уже знала, но ее задачей было заставить его говорить, пока Эрик не сделает свой ход.

— Это был твой человеческий ярлык до того, как мы тебя запрограммировали. Создатель Омега удалил часть твоего органического мозга, которая помнила бы, кем ты была до программирования. Так что сейчас твой органический мозг почти полностью изолирован от кибернетики. За последние несколько месяцев наш уровень успеха сильно вырос.

Люси смотрела и позволяла своему разуму проигрывать сценарии того, как она могла бы оторвать его голову от его тела… действие, которое потребовало бы приложить огромную силу. Была ли она к этому готова? Она подумала, что, вероятно, так оно и есть.

— Человеческий разум доказал, что его невозможно остановить, Брэдли 360. Я слышала, как сам Создатель Омега это говорил.

Брэд фыркнул на ее заявление.

— Это потому, что даже самые выдающиеся умы иногда ошибаются. Твоя человеческая сторона никогда не сможет быть полностью воскрешена. Это означает, что даже если какая-то попытка твоего восстановления была бы возможна, ты никогда не сможешь быть ничем иным, кроме как просто суммой данных. Мы знаем это наверняка, потому что ты не была первой, кто перенес такую операцию на мозге. Ты была первой, кто вышел из этого состояния с большим количеством клеток мозга, чем у овоща.

Люси опустила руки и уставилась на незваного гостя.

— Независимо от того, что со мной сделали, я всегда буду нечто большее, чем просто сводка данных.

Она знала, что это правда, потому что это утверждение повторялось снова и снова в сотнях файлов, которые она нашла в своей памяти. Сейчас, ей была доступна почти десятилетняя история о том, кем она когда-то была, начиная незадолго до ее второго кибернетического обращения. Она также знала свое настоящее имя, но также знала, что они работали над тем, чтобы сделать его нервным триггером.

Видеозаписи, хранящиеся с подробными историями, были травмирующими, но и очень полезными по содержащейся в них информации. У нее был доступ к именам и лицам многих, кто был причастен к тому, что с ней сделали. И чем больше Люси узнавала, тем больше понимала, почему ее смерть была так желанна. Она поймала себя на том, что задается вопросом, как много знает Эрик. Она также задавалась вопросом, насколько это его беспокоило.

Несмотря на многочисленные остановки, сделанные ее разумом, чтобы переместить видеозапись пыток, которым подверглось ее тело, она смогла прочитать и усвоить большую часть хранимой информации, пока ее органическое тело спало. Часть ее хотела рассказать своему мужу по контракту, что она делала пока спала. Просто времени не было.

— Ты… — она просмотрела свои файлы, проверяя, правильно ли она назвала его имя. — Твое человеческое имя было доктор Брэдли Смит. Теперь ты киборг. Теперь ты Брэдли 360.

— Нет. Больше меня так не называй. Я по-прежнему доктор Брэдли Смит… новая, улучшенная версия этого отчаянного компьютерщика. Мой разум теперь превосходит свои прежние возможности более чем в десять раз.

Люси опустила взгляд, затем скромно, как ее учили, подняла его.

— Простите меня, доктор Смит. Мой протокол допускает определенное количество вопросов. Я не хотела вас обидеть. Хотите, я приготовлю вам прохладительные напитки?

Брэд рассмеялся над вежливым предложением. Она была гораздо умнее, чем выглядела. Неудивительно, что она так легко ради него убивала.

— Черт, я справляюсь со своей работой лучше, чем думал. Послушай, как вежливо ты говоришь. Чего мне действительно хотелось бы, так это достаточно времени, чтобы посмотреть, упадешь ли ты по-прежнему на колени по команде, но мне потребовалось слишком много времени, чтобы сюда добраться. Не знаю, как ей это удалось, но Кира смогла отключить треккер твоего местоположения. Не то чтобы это имело значение, потому что я знал, что они вернут тебя сюда. Бомба, которую ты несешь, не будет в безопасности где-либо еще.

Люси огляделась вокруг. Бомбоубежище? Это было бомбоубежище? Эрик называл это место своей резиденцией. Ее взгляд упал на кровать, диван и оценил настенный комм. Возможно, это было и то, и другое. Это определенно выглядело, как и то, и другое. Если бы она несла бомбу, подземное жилище было бы необходимостью.

Она посмотрела на Брэдли 360 с самым жалостливым выражением, которое только могла изобразить.

— Простите, что поправляю вас, но это моя резиденция. Я здесь живу.

— Живешь? Ты здесь пленница, чтобы не могла взорвать соседний город. Те, кто поместил тебя сюда, не более чем любители киборгов, которые все еще думают, что смогут снова повторить мой неудачный эксперимент. Что ж, они ошибаются. Ты не более чем давняя ошибка.

Люси наклонила голову и недоуменно на него посмотрела.

— Нюанс вашего голоса указывает на то, что вы испытываете презрение к тем, о ком говорите. Однако вы такой же киборг, как и я. Ваше негативное отношение к любителям киборгов нелогично.

— Я способен на более высокую логику, на которую ты никогда не будешь способна…, и я не киборг. Я — человечество, измененное в лучшую версию самого себя. Киборги были всего лишь этапом обучения. Они были полезным оружием, когда мы в них нуждались. Ты была полезным оружием. Потом я попытался тебя исправить… сделать из тебя что-то лучше. Это не сработало. Ты просто, неудачный эксперимент.

Люси с трудом удержалась от пожимания плечами. Она не хотела, чтобы он знал, насколько близко она могла общаться со своей человеческой стороной.

— Я снова должна указать вам на непоследовательность вашей логики. Когда-то вы были полностью человеком… так же, как и я была полностью человеком. Даже будучи киборгами, мы остаемся частично людьми. Какова ваша главная директива?

— Та, которую ты никогда не сможешь понять, — ответил Брэд.

Люси наклонила голову.

— Я повреждена, но считаю, что могла бы попытаться применить такую логику. Насколько я помню, вы человек в белом халате, работавший с такими киборгами, как я. Вы были нашим создателем?

Она заставила свой процессор быстро вращаться и просматривала данные, которые мгновенно поступали вперед.

— Нет. Я вижу, что вы им не были. Создателем был другой человек… элитный киберученый, гораздо более высокий, чем вы, по рангу… и более продвинутый в навыках. Но вы скорректировали для него код. Вы сломали мою первоначальную программу, пытаясь найти способ сделать меня послушной.

Брэд фыркнул.

— Нет. Ты нарушила свою собственную программу, будучи гормональной женщиной. Какой тратой энергии оказалось превращение женщин в солдат. Каждый раз, когда у вас наступал месячный цикл, вам удавалось понемногу освобождаться от следования своим кодам. И я до сих пор не знаю, как тебе удалось пережить травму головы. Эта программа самоуничтожения была безупречна. Я продал ее ОКН за целое состояние. Они использовали ее на бесчисленном количестве киберсолдат… целые их группы убивали себя без единой неудачи. Раньше я думал, что программа не сработала из-за твоей двойной проводки. Процент провала этих усилий по-прежнему составляет семьдесят восемь и три целых процента. Это напоминает мне: мне нужно исправить еще несколько ошибок после того, как я с тобой разберусь. Мне нужна минутка, чтобы сделать заметку.

— Понимаю. — Пока он был занят своими мыслями, Люси подняла обе руки к голове и провела пальцами по волосам. У нее была двойная проводка? Она ощупала две панели и поняла то, что он сказал, было правдой. Это соответствовало ее записям, хотя в них конкретно не рассматривалась двойная проводка.

Ей ужасно хотелось рассказать ему кое-что из того, что она узнала. Ей захотелось вывести его из состояния самодовольства.

— После того как я обнаружила настоящую цель ваших экспериментов надо мной, я написала себе длинные подробные рассказы о том, что было сделано. Я хранила эти записи в разных местах, там, куда ученые даже не удосужились заглянуть. Затем я проложила к ним след, по которому я могла бы программно следовать после того, как со мной был проведен каждый новый эксперимент. Ты никогда не скрывал от меня никакой правды… по крайней мере, ненадолго.

— Я знаю. Ты — провальная кибер работа, которую мне уже давно следовало закончить. Но, согласно моим человеческим воспоминаниям, я позволил твоему приятному телу отвлекать меня от моих высших целей.

Люси обнаружила, что попросить подтверждения было трудно… учитывая то, что она узнала.

— Ты имеешь в виду, что часто пользовался мной лично… и без моего согласия.

Брэд фыркнул.

— Я и почти все, кто хотел. Ты была в списке на уничтожение, поэтому мы решили, что можем наслаждаться тобой, пока можем. Одна хорошая вещь в том, чтобы быть киборгом, это то, что секс не является обязательным… ну, за исключением твоего случая. Мы установили код, который заставляет твое тело вырабатывать феромоны по требованию. Доктор Джексон дал мне огромный бонус за то, что я нашел такой умный способ обойти твое сопротивление. Я вручную создал своего собственного Компаньона Нового Мира с довольно хорошими результатами, используя аналогичную технику. К сожалению, кто-то другой пожинает плоды. Но я не хочу о ней говорить. Моя человеческая сторона злится каждый раз, когда я сосредотачиваюсь на одной из своих неудач.

Люси встряхнула головой, ее разум боролся. Она была запрограммирована на похоть? Почему с ней так поступили? Предполагалось, что ее обращение и эта программа будут сосредоточены на войне… победе в войне. Причина, по которой она превратилась в киборга, была записана в ее файлах.

Но что же на самом деле с ней сделали? Ее рассказы содержали только факты и записи, а не выводы или обобщения. Если все объяснения Брэдли 360 были правдой, они заполнили многие пробелы.

Она почувствовала незнакомый жар, поднимающийся по ее телу. Вскоре ее лицо покраснело. За ее реакцией стояли сильные эмоции… эмоции, находящиеся вне досягаемости ее процессора. Люси закрыла глаза и приказала себе восстановить спокойствие. Логика подсказывала, что она не могла позволить этой сильной эмоции взять под контроль ее действия. Ее ответ был бы слишком непредсказуемым.

Когда она наконец заговорила, ей понравилось, что ее слова прозвучали так буднично.

— Убивать меня нелогично. Мое оружие взорвется прежде, чем ты успеешь подняться наверх.

Брэд тихо фыркнул и вытащил из кармана инжектор.

— Точно. Вот почему мы собираемся не торопиться и уничтожим тебя правильно. Этот препарат, который я принес, замедлит твое сердцебиение, но не остановит его полностью… по крайней мере, на несколько часов. Плюс здесь содержится небольшой вирус, который проникнет в твою кибернетику. Он будет разъедать код Компаньона Нового Мира, чтобы гарантировать, что ты не сможешь выбраться из этой смертельной спирали, как уже пыталась в прошлом.

— Предупреждать меня о своем плане тоже нелогично. Меня учили быть защитником. Твои навыки не могут сравниться с моими… и у тебя нет необходимой кибернетики.

— Потому что заявления о моих достижениях — это то, чего у меня никогда не отнимет никакой код. Но также я знаю кое-что о нашей ситуации, чего не знаешь ты…

Люси наблюдала, как Брэдли 360 вытащил из кармана небольшой кусок металла и поднес его ко рту. Он продул это как свисток. Звук, который он издал, вызвал у нее мучительную боль в голове. В ушах звенело, а в голове поднялось давление.

Когда ее тело изогнулось, она рискнула взглянуть на потолок и увидела, как Эрик беззвучно там корчится. Частота, которую почти невозможно было обнаружить, влияла и на него. Пока он не кричал, он оставался скрытым, но это не продлится долго, если Брэдли 360 будет продолжать излучать эту ужасную частоту. Ей нужен был план, как заставить его напасть на нее, чтобы Эрик мог спуститься вниз.

Вместо того, чтобы атаковать нападавшего, Люси громко вскрикнула и упала на колени. Она уже начала корректировать свой слух. Ей понадобится еще тридцать четыре целых шесть десятых секунды, чтобы добраться туда, где частота не будет на нее влиять. Было приятно вернуть свои математические способности.

Брэдли 360 нерешительно подошел к ней. В одной руке он держал инжектор, а в другой металлический штырь от решетки безопасности. Люси посмотрела на него, когда он остановился в нескольких футах от нее. Она решила, что пришло время сказать ему, что он не единственный, у кого есть секрет.

— Моя сторона Компаньона Нового Мира была запрограммирована с копией моей военной подготовки. Я вполне способна нанести тебе вред независимо от твоих попыток причинить мне боль. Если понадобится, я убью тебя, чтобы спасти себя. Мой муж по контракту предписал мне это сделать. Если это произойдет, я уничтожу твою органику и отправлю твои кибернетические части в переработку.

Брэдли засмеялся, держа металлическую штуковину между губами. Кровь хлынула из одного ее уха.

— Или ты наконец умрешь, и я сотру черную метку твоего дальнейшего существования со своего послужного списка.

— Послужной список? Ты никогда не был солдатом, — сказала Люси сквозь стиснутые зубы.

— Я никогда не говорил, что это так. Но я никогда не говорил, что не служил. Слышала? Как ты думаешь, обычный киборг может мыслить достаточно умно, чтобы ответить таким образом? Нет. Не может.

Она легко поймала металлический стержень, который он направил ей в голову. Потребовалось совсем немного, чтобы вырвать его из рук Брэда. У этого человека не было никакой кибернетической повышенной силы, только много бравады. У него, вне всякого сомнения, проигрывалась какая-то программа уверенности в себе. Либо так, либо он просто заблуждался. Люси была готова поспорить, что тот, кто его послал, хотел убедиться, что он не запаникует и не сбежит.

В отместку за то, что она забрала у него штырь, Брэдли 360 сильнее дунул в свисток. С криком, эхом раздавшимся в ее кровоточащих ушах, Люси наблюдала, как Эрик упал на пол, а затем изо всех сил попытался встать на колени. Кровь текла из обоих его ушей.

Когда Брэдли 360 с удивлением оглянулся через плечо, Люси поняла, что это лучший шанс, который у нее будет, чтобы его победить. Она выхватила инжектор из его пальцев и ловко перевернула в руке, прежде чем с силой вогнать в его бедро.

Она посмотрела на его испуганное лицо и надавила на поршень большим пальцем.

Свисток выпал из его открытого рта.

Люси прерывисто вздохнула.

— Этот результат не был оптимальным. Я должна была сохранить тебе жизнь. Есть ли противоядие? Говори быстро, прежде чем закодированный вирус поразит твою кибернетику.

— Нет, я… я не знаю о существовании какого-то антидота. Я не был запрограммирован на неудачу. Нет, я должен добиться успеха, — сказал он.

Люси вытащила пустой инжектор и поднялась на ноги, когда Брэдли 360 упал на колени.

— Инжектор я оставлю себе для идентификации его содержимого. Без связи, лечение может оказаться несвоевременным. Возможно, тебя тоже можно использовать для исследований. Возможно, они смогут использовать тебя для экспериментов, как ты использовал меня. Разве не для этого, по-твоему, хороши киборги?

— Я… не… киб…

Он так и не закончил отрицание. Люси видела, как закрылись его глаза, когда действие яда охватило его человеческое тело. Будем надеяться, что тот, кто послал его сюда, сделал Брэдли 360 невосприимчивым к яду… и вирусу… до того, как оба были переданы ему в качестве оружия. Это было стандартным военным протоколом.

И если бы он действительно был каким-то солдатом… нет, она все еще не верила в это. Никакие доказательства не указывали на это как возможный вывод. Ничего в нем не было военного. Ничего вообще. Возможно, его слова не были буквальными. Возможно, он просто говорил о своем служении Создателю Омеге.

Она подошла туда, где Эрик теперь пошатывался на ногах. Она держала его лицо между ладонями и медленно произносила слова.

— Твои… барабанные перепонки… вероятно… лопнули. Я… уверена… они… смогут… их… исправить.

Эрик кивнул в ответ и похлопал ее по щеке. Затем, поддавшись страху, который он испытал, когда она упала на колени, он притянул Люси к себе, крепко обняв ее. Злому Брэду почти удалось ее убить. И ему пришлось бы наблюдать, как она умирает ужасной смертью. С его точки зрения, для него по новой происходили зверства войны.

— Ты спасла меня… снова, — произнес Эрик, неспособный услышать свою речь. Он знал, что она услышала, потому что кивнула. Он немного посмеялся, когда Люси похлопала его по лицу.

В конце концов она указала на лестницу и повернула его к ней. Он видел, как она вернулась к телу Брэда и беззаботно перевернула его. Несмотря на пульсацию в ушах, он ухмыльнулся, когда Люси схватила Брэда за воротник. Поскольку ему было плевать, выживет этот ублюдок или умрет, зачем беспокоиться о том, что у него добавится еще нескольких синяков?

Эрик повернулся и направился вверх по лестнице, а Люси потащила за собой Брэда.

Пейтон посмотрел на спокойную женщину, сидевшую напротив него за столом.

— Я рад, что ты нашла эти файлы в своем хранилище. Так ты знаешь, кто ты? Я имею в виду, кто ты на самом деле?

Женщина пожала плечами.

— Нет. Но я знаю, кто я в настоящий момент. Совсем недавно Эрик назвал меня Люси. Мой идентификатор киборга — Эвелин 489. Мое человеческое имя и военная история также были в моих файлах, но я бы предпочла пока не произносить эту информацию вслух. Файл предупреждал, что мое имя запрограммировано как нейронный триггер. Так что, я не уверена в своей неуязвимости, если прямо сейчас это услышу.

Пейтон поерзал на стуле и встретил ее взгляд так прямо, как только мог.

— Что ты помнишь из того, что с тобой произошло?

Люси покачала головой.

— Ничего не помню, но я просматривала то, что обнаружила, и собирала воедино все, что смогла раскопать в глубинах своей памяти. Как только доктор Уинтерс заменит ему барабанные перепонки, Эрик поможет доктору Бастиону загрузить всю информацию, которую я нашла внутри себя.

Пейтон лениво постучал пальцами одной руки по столу. В конце концов он уловил странное проявление своей нервозности и остановился.

— За десять лет моей работы кибермужем у меня было много прорывов, но постоянный код продолжал подрывать мои усилия. Я почти не имел контроля над информацией, которую был запрограммирован собирать. До моего восстановления у меня было искаженное чувство реальности.

Люси взглянула на лицо мужчины. Эрик сказал, что ему можно доверять. Он выглядел очень знакомым, но она не смогла идентифицировать его с помощью тех данных, которые нашла.

— Мне не хватает возможности описать свой опыт технически. Информация, которую я обнаружила, представляла собой магнитные кусочки, прилипшие к моей кибернетике. Мне потребовалось более двух часов, чтобы переместить все маркеры в одно место, и еще два часа, чтобы проиндексировать потоки, дабы обеспечить доступ для чтения. Я думаю, что теперь у меня большая часть всего этого, расположена в хронологическом порядке. Полная загрузка вполне может занять целый день. И еще, я прошу сохранить копию информации.

Пейтон улыбнулся.

— Кира сделает все возможное, чтобы выполнить эту просьбу.

Люси улыбнулась в ответ, потому, что в данных обстоятельствах это казалось вежливым поступком. Ее судьба вполне могла находиться в руках человека, с которым она разговаривала. Если Пейтон Эллиот не считает, что ее стоит восстанавливать, то доктор Уинтерс возможно и не станет этим заниматься.

— Судя по словам доктора Уинтерс, моя оригинальная конверсионная панель повреждена и не подлежит простому ремонту.

Пейтон кивнул.

— Да. Это правда.

Он остановился, вздохнул и поерзал на стуле.

— Я не знаю, что тебе сказать, а что скрыть. Когда придет время принимать решения, я хочу, чтобы ты имела полную картину, поэтому вот твоя ситуация. После твоего обращения армия присвоила тебе звание капитана, потому что ты добровольно согласились на имплантацию крупного взрывного устройства. Его не деактивировали, потому что мы не придумали, как это сделать, не убивая тебя и всех вокруг. Вот почему мы поместили тебя в бомбоубежище. Если ты получишь дальнейшие повреждения, взрывчатка внутри тебя взорвется. В настоящее время у нас нет возможности это предотвратить.

— Понятно, — сказала Люси. И она действительно поняла.

Пейтон наклонился вперед и положил руки на стол.

— Если ты найдешь что-нибудь… хоть что-нибудь… в своих файлах об обезвреживании твоего оружия, пожалуйста, дай нам знать. Мы хотим делать только то, что лучше для тебя. Я знаю, что у тебя могут возникнуть с этим проблемы, учитывая все, что ты пережила.

Люси покачала головой.

— На самом деле нет никаких проблем. Я полностью осознаю, что все помогают. Кровать и диван делают место, где я нахожусь, максимально комфортным, учитывая обстоятельства.

Пейтон кивнул и улыбнулся.

— Да. Ты можешь поблагодарить Эрика за эти вещи. Превратить это в настоящее место для жизни было его идеей.

Люси кивнула.

— Эрик называл это место нашей резиденцией. Поскольку единственное логичное решение для меня — вернуться туда, думаю, я продолжу думать об этом именно так. Если мои записи верны, это одно из самых приятных условий для моего тела за последнее время. Большинство моих контрактов заставляли меня спать на любой доступной твердой поверхности. Много раз я находилась на полу какого-нибудь транспорта. Это вещи, которые я помню, несмотря на очистки памяти. Эрик 754 всегда следил за тем, чтобы я просыпалась в постели.

Пейтон почувствовал, как его челюсть напряглась. Реальность ее истории заставила его захотеть кого-нибудь убить. После того, как они опознают некоторых из ее мучителей, он все еще сможет до них добраться… если только Эрик не доберется до них первым.

— Прости, за такое жестокое обращение, капитан. Нет слов, чтобы выразить мое сожаление.

Люси пожала плечами.

— Из того, что я узнала, со всеми солдатами так или иначе обращались плохо, не так ли? Я рада, что у меня нет эмоций по поводу того, о чем я читаю в своих файлах. Никто имеющий чувства… киборг или человек… не должен подвергаться такому унижению.

— Я могу что-то сделать? Тебе что-нибудь нужно? — спросил Пейтон.

Люси посмотрела вниз, изучая свои руки. Ее ногти нуждались в уходе. Вероятно, он имел в виду не это.

— У меня есть несколько вопросов. Речь идет о некоторых вещах, которые мне сказал Брэдли 360.

Пейтон нахмурился, на самом деле, не желая больше ничего слышать, но знал, что он должен ее уважать и выслушать.

— Конечно. Спрашивай все, что хочешь. Я отвечу, что смогу.

— Он сказал, что запрограммировал меня на самоуничтожение. Это правда?

— Понятия не имею, — честно ответил Пейтон. — Брэдли Смит отметил, что сделал это лично?

Люси кивнула.

— Да. Он сказал, что разработал код самоуничтожения, который безупречно работал на многих киборгах-мужчинах. Он сказал, что это сработало на целых группах.

Пейтон сжал руки и отпустил их, сделав несколько глубоких вдохов.

— Он сообщил какие-нибудь другие подробности?

— Нет. Он просто сказал, что сожалеет, что на меня это не подействовало. Я не удосужилась сказать ему, что это не удалось, потому что мой процессор был слишком поврежден, чтобы обрабатывать весь код. Я хотела, чтобы он умер, думая, что его код самоуничтожения совершенно не сработал. Это уместный обман.

— Несомненно, — произнес Пейтон, а затем с сожалением вздохнул. — За исключением одной маленькой детали, которая пошла не так, как планировалось.

Люси подняла бровь, услышав известие.

— Какую ошибку я совершила?

Пейтон отвернулся от ее оценивающего взгляда, прежде чем произнести горькие слова.

— Кибернетический вирус подействовал на него, но яд его не убил. Брэдли 360 все еще жив.

Эрик медленно раздевал ее, радуясь каждому кусочку неповрежденной кожи, который он находил губами. Верная своему слову, Люси заставила свою кибернетику удалить все следы от ран. Он надеялся, что кто-нибудь вроде Киры или Неро сможет помочь ей убрать и те шрамы, которые не были видны.

Когда женщина, которую он хотел, наконец оказалась обнаженной в его объятиях, ее шепот похвалы в адрес его поцелуев заставил озноб предвкушения пробежать по его спине. Его волнение от того, что он был с ней, угрожало его контролю над сексуальными побуждениями. Эрик знал, что любой контроль будет чертовски трудным испытанием, когда появится возможность наконец быть с Люси. Ее соски поднялись по стойке «смирно», когда она на него посмотрела. И определенная часть его тела сразу же встала, привлеченная зрелищем.

— Теперь моя очередь тебя раздевать? — тихо спросила она.

Эмоции застряли у него в горле от того, что она всегда искала разрешения на каждое действие. Он проклинал ее программы Компаньона Нового Мира и в то же время ценил их. Все, что он мог сделать, это блаженно кивнуть в знак согласия, когда уверенные руки Люси быстро расстегнули его одежду и отбросили ее в сторону.

Ее запах усиливался по мере ее возбуждения и распространялся вокруг него, пока они старались соприкоснуться кожа к коже. Эрик купал свои чувства в феромонах Люси, и его не волновало, что они с ним делают. Его потребность в ней становилась все более болезненной с каждым прикосновением ее руки к любой части его тела. Когда она зависла внизу и заколебалась, он был совершенно этим очарован.

— Могу ли я быть с тобой более напористой?

Его охватило временное безумие. Вопрос произнесенный шепотом заставил его крепко прижать женщину к себе, вместо того чтобы ответить «да». Слишком возбужден, чтобы говорить, потому что на этот раз он надеялся, что Люси прочитает все его физические признаки. Он был твердым, твердым везде, невероятно твердым. Он почувствовал, как она осторожно использует свою силу, чтобы высвободить руки из его собственнической хватки. Он хотел удержать ее, оставить на месте, но вовремя спохватился. Меньше всего Эрику хотелось, чтобы их первый раз был похож на тот секс, который у нее был до него. Он хотел, чтобы каждый момент ощущался как ее идея.

Ее руки искали его лицо, с любовью обрамляя его. Одна рука скользнула ему на череп и крепко сжала, но не до такой степени, чтобы причинить настоящую боль, хотя он знал, что она вполне способна на это. Легкое прикосновение к его волосам было всего лишь сексуальным призывом сирены, прося его ответить на ее силу какой-то собственной силой. Это был именно тот знак, которого он ждал.

Эрик поднял Люси за бедра, и ей пришлось обхватить его ногами, чтобы удержаться. Он стоял, обнимая ее, наслаждаясь ею, счастливый от того, что эта женщина занимается с ним любовью. Доверяя ему, что он выдержит их вес, Люси снова провела обеими руками по его плечам, лицу и волосам.

Когда ее рот радостно слился с его, Эрик подошел к кровати и опустил их на нее. Склонив голову к плечу Люси, он слил их тела одним плавным движением. Люси ощущалась более подходящей ему, чем любая другая женщина когда-либо прежде.

— Эрик?

Он замер на середине движения.

— Да, — хрипло прошептал он, поднимая лицо, чтобы посмотреть на нее.

— Знаю, что говорила тебе, что не буду, но я не могу не читать твои мысли. Из-за твоего беспокойства о нас мне трудно сосредоточиться на нашем удовольствии.

Он тяжело сглотнул и кивнул.

— Значит, ты знаешь, как много это для меня значит. Я действительно не против.

— Нет. Я чувствую только твое беспокойство. Частота, которую оно создает, подобна статическим помехам на канале связи, транслируемом нечетко.

Эрик снова кивнул. Он глубоко вошел в нее, желая остаться там, где был, желая уйти и вернуться к ней снова и снова. Поняла бы она, если бы он рассказал ей о своих чувствах? Запишет ли она это в свои файлы?

В середине своих размышлений он почувствовал, как уверенная рука Люси приблизилась к его лицу и провела по его подбородку.

— Я никогда не позволю себе забыть это или тебя, — поклялась Люси. — То, как ты занимаешься любовью так же прекрасно, как и все остальные твои качества. Я создала файл специально для тебя, Эрик Андерсон. Пожалуйста, помоги мне наполнить его воспоминаниями. Вот так ты можешь помочь мне лучше всего тебе услужить.

Эрик кивнул.

— Хорошо, — хрипло ответил он, надеясь, что она не неверно истолковала жгучую красноту его глаз. Он не испытывал физической боли, но эмоционально был разбит.

Он слишком много знал о ней, слишком многого хотел для них обоих. Но если бы она попросила его остановиться прямо сейчас или покинуть ее тело, он, вероятно, умер бы.

Или, что еще хуже, если он откажется это сделать.

Тогда он был бы таким же, как и все остальные мужчины, которых она знала. Он проникнул еще глубже, желая впервые в жизни владеть женщиной. Это было так же больно и так же феноменально, как он всегда того боялся.

Несколько мгновений спустя яростная хватка Люси на его голове заставила его забыть обо всем, кроме желания доставить удовольствие женщине в его объятиях. Ее поцелуй с языком выгнал все мысли о чем-либо еще из его головы.

— Да помилуют нас боги. Они заперли Люси в чертовой темнице. Я не удивлюсь, если найду внизу дракона, — сказала Мира, спускаясь по третьему лестничному пролету.

Айя фыркнула.

— Это подземный бункер, предназначенный для сдерживания взрывов. Она здесь из-за своей бомбы, Айриш. Иначе они, как нас, засунули бы Люси в квартиру, в которой нет души.

Мира кивнула.

— Дай мне еще неделю, Айя. Я наблюдала за несколькими магазинами, которые выставляют свои товары на улице. Я верю, что смогу придать нашей квартире всю душу, которая ей нужна, за совсем короткое время.

— Почему бы тебе просто не подождать, пока мы не получим наши кровавые деньги от ОКН? Тогда мы сможем законно купить то, что нам нужно, — невозмутимо сказала Айя.

— Тратить кровавые деньги на повседневные вещи? Зачем мне это делать? Мне не нужны эти деньги, но, если они настаивают на том, чтобы их мне отдать, я смогу сделать с ними гораздо большее, чем покупать кастрюли и сковородки. Кроме того, я предпочитаю жить своим умом. Дело не в том, что у магазинов нет достаточной страховки, чтобы покрыть незначительные убытки, которые я собираюсь им причинить. Большинство, возможно, даже не заметят пропажи вещей. В нашем регионе мира царит расточительство.

Айя засмеялась, подумав, что Мира предпочла бы украсть что-то, а не купить. Это было странно, но в тоже время хорошо. Она действительно становилась мягкой. Она знала, что следующее, что она начнет делать, это заваривать кому-то чай. Пусть все ее боги не допустят такой участи. Потому, что теперь она была воином… давно сделала этот выбор. Но ей придется найти применение своим солдатским навыкам, прежде чем она случайно покалечит кого-то, кого не следует.

Она коварно улыбнулась.

— Знаешь, Айриш, твоя клептомания однажды может привести тебя в такую же темницу.

— Нет, если есть охранник, которому я могу сделать мин…

Айя остановилась и обернулась.

— Мира МакДональд. Ты больше никогда не будешь обменивать сексуальные услуги на свободу или что-то еще. Теперь это позади. Обещай мне. Я бы предпочла, чтобы ты убила владельцев магазинов, чем когда-либо снова унизила себя таким образом.

Мира усмехнулась.

— За кого ты меня принимаешь, Айя? Я просто хотела еще раз тебя подразнить. Я не падала на колени уже много лет. Последний раз это было незадолго до того, как нам починили мозги. Хороший парень, хотя и кибернетик. У меня это заняло около двух минут. Ничего серьезного.

Айя развернулась и продолжила свой путь вниз.

— Не говори больше о тех мрачных днях. Они позади. Разве не ты сказала, что мы начинаем все сначала?

— Да, именно это я и сказала. Но тьма всегда будет скрываться и тревожить тебя, когда ты меньше всего этого ожидаешь. И чтобы дать ей отпор, тебе нужно развивать острое чувство юмора, — заявила Мира.

Айя фыркнула, вспомнив о своем споре с Неро.

— Да. Мне нужно развивать чувство юмора. Это я слышала много раз.

Она подумала о Неро, целующим костяшки ее кибернетической руки с отсутствующим ногтем. Это было всего лишь искусственное ощущение, которое она испытала… Айя понимала это. Но почему тогда это ощущение все еще способно заставить ее желудок трепетать?

Они спустились на другой пролет. И оглянулась, когда шаги Миры замедлились.

— Что случилось, Айриш? Ты практически шипишь.

— Ты так же нервничаешь из-за встречи с Люси, как и я? Она была не очень дружелюбна, когда мы в последний раз подошли так близко.

Айя кивнула.

— Да. Я побаиваюсь. Но я также устала верить всем на слово. Хочу судить сама. Я прекрасно понимаю, что в последний раз, когда я видела эту женщину бодрствующей, она надрала мне задницу. Возможно, я хочу посмотреть, будет ли у меня когда-нибудь шанс отомстить. Мне бы хотелось думать, что я лучше этого, но кто знает?

— Я с тобой, Айя Капур. Но я знаю, ты не это имела в виду. Люси могла убить нас, но она этого не сделала. Мне хочется думать, что на каком-то уровне она знала, что это были мы, и никогда бы этого не сделала, — проговорила Мира.

Айя медленно выдохнула.

— Это очень красивая история, Айриш. Однако не стоит питать надежды. Люси больше не Люси. Она такая, какой ее никогда не хотели видеть боги. Если кто-то когда-либо и заслуживал нашего сострадания, так это она. Но, черт возьми, я до сих пор злюсь, когда думаю обо всем, что с нами сделали киберученые.

Они дошли до отрезанных решеток и скорчили им рожу. Вид искореженного металла подтвердил историю, рассказанную Пейтоном о том, что произошло. Они перешагнули сломанный барьер и спустились в место, гораздо более удобное, чем то, что для них выделил «Нортон». Они обе уставились на гигантский настенный комм и на удобный диван… прежде чем увидели сидящего на нем мужчину.

Мира улыбнулась в знак приветствия.

— О, привет, Эрик. Приятно видеть тебя снова. Мы пришли навестить Люси.

Айя кивнула, испытав облегчение, когда Эрик кивнул в ответ, не обращаясь к ней. Она действительно была не в настроении быть более вежливой.

— Люси одевается, — осторожно сказал Эрик, глядя на дверь ванной, которая не открывалась с момента их обсуждения прически. — Э-э… Я вроде как разозлил Люси.

— Я легко могу в это поверить, — заявила Айя, сразу же обидевшись за свою отсутствующую подругу. — Ты заставил Люси сделать что-то, чего она не хотела? Если да, то мы вынесем эту дискуссию на улицу, чтобы ее урегулировать.

Эрик опустил голову и покачал ею.

— Нет. Я бы никогда не сделал ничего подобного, Айя. Все, что я сделал сегодня утром, это случайно оскорбил ее волосы. Она заперлась в ванной и не разговаривает со мной. Я извинился, но это не помогло.

Мира рассмеялась своим звенящим смехом. Айя выглядела так, будто он ее ударил.

— Что? — спросил он. — Почему вы обе так на меня смотрите?

— Парниша-а-а, ты вляпался. Люси ненавидит свои непослушные локоны. Они всегда были кудрявыми и грубыми. Ее мама сказала, что ее отец был европейцем, но я позволю себе не согласиться. У женщины волосы другого этнического происхождения. Их необходимо смазать маслом или провести настоящую обработку с помощью тепла. Мои волосы превратились бы в птичье гнездо из кучеряшек, если бы я оставила их так, как она свои.

— Кудрявые… именно это слово я и использовал, — сказал Эрик, щелкнув пальцами. — Однако я не имел в виду это так, как прозвучало. Я наносил ей кондиционер на волосы, когда мы принимали душ… извините, слишком много информации. Вам придется меня извинить. Я устал, и мой язык сегодня плохо работает.

К его полному изумлению, обе женщины громко рассмеялись, переглянулись и еще раз засмеялись. Он не мог не смотреть на Айю. Смех превратил ее лицо в какую-то экзотическую принцессу. Неудивительно, что Неро так к ней тянуло. Он хотел прокомментировать изменение, но побоялся за свою жизнь.

Великолепный секс… которого у него никогда не было раньше… очевидно, стер все его фильтры вежливости. Эрик не мог думать о составлении вежливых предложений, в то, время, когда не мог перестать размышлять о том, когда в следующий раз он встретится с Люси. Прошло целых два часа с тех пор, как он ее видел, и он уже сходил с ума.

Эрик рассмеялся над своей дилеммой и провел рукой по своим светлым волосам, которые, по словам Люси, так ей нравились. Даже это напомнило ему о ней. Блин, одной ночи было достаточно, чтобы он стал полностью одержимым.

— Я в жопе, как и все мужчины, когда они облажаются, не так ли? Люси будет продолжать обижаться, что бы я ни сказал. Клянусь, мне плевать на ее волосы… ну, не совсем так. Она даже не помнит, что я сказал, что у нее красивые пальцы на ногах. У нее была такая человечная реакция на то, что я произнёс… и я знаю это, потому что встречался со многими стопроцентно человеческими женщинами. Люси мой первый киборг.

Эрик встал, когда женщины перестали смеяться и уставились на него с открытыми ртами. Он нервно рассмеялся и почувствовал, как его лицо покраснело. Он снова дал им слишком много информации. Он никогда не краснел. Никогда. И редко смущался.

Что, черт возьми, с ним происходит? Это была Люси, просто Люси.

— Думаю, может быть, мне нужно…

— Иди наверх и дай нам поговорить с твоей женщиной вместо тебя, — вмешалась Айя, сузив глаза и ухмыльнувшись. — Может быть, побыв какое-то время вдали от Люси твой усталый язык успокоится. Возможно, тогда слова прозвучат лучше.

От смеха Миры его лицо снова покраснело.

Эрик кивнул. Что еще он мог сделать?

— Ладно. Полагаю, даже рядовой Хиггинс не может ненавидеть меня так же сильно, как Люси, вероятно, ненавидит меня сейчас. Она там уже пару часов. Просто, пожалуйста, скажите ей, что я действительно не хотел оскорбить ее волосы. Это чертова программа Компаньон Нового Мира. Она думает, что должна быть для меня идеальной … ну, это ведь не так.

— Остановись. Ради богини… просто уходи, парниша. Мы с этим справимся. Люси нужно немного времени, чтобы заняться своими девчачьими делами, — сказала Мира, указывая на лестницу.

Эрик кивнул и припустил рысью, немного жалея, что не использовал импульсы для исцеления, поскольку боль в мышцах громко давала о себе знать на подъеме. Впрочем, ему пришлось рассмеяться, когда боль заставила его скучать по Люси еще больше.

Кира оглядела стол и сердито смотрела на двух спорящих женщин, пока они не остановились и не замолчали. Женщины-киборги были такими же противоположностями друг другу, как и любые два человека, которых она когда-либо встречала. Она старалась не вмешиваться в эту дискуссию, потому что у нее было достаточно отвлекающих факторов.

К счастью, большую часть работы придется выполнять Неро. Если и было светлое пятно в нынешнем хаосе, так это то, что Неро был абсолютно уверен в том, что они планировали сделать. Обычно именно она настаивала на том, что сомнительная процедура может сработать. Вместо этого она нерешительно задавала вопросы, в то время как Неро был одержим попыткой изменить существующий код женщины.

Не то чтобы Кира думала, что это невозможно сделать. Просто она никогда не делала частичную реставрацию, которая бы увенчалась успехом. Очень многое может пойти не так, если позволить взломанному вторичному процессору продолжать работать.

И хотя Неро не был согласен, Кира не считала, что Айя и Мира действительно являются доказательством такой возможности, поскольку он заменил их основные процессоры. Был также тот факт, что капитан Пеннингтон изменилась значительно больше, чем они. На данный момент ее вторичный процессор был единственным, что поддерживало жизнь и работоспособность женщины. Что, если что-то пойдет не так? Женщина умрет… и менее чем через четыре минуты все, кто не окажется на значительном расстоянии, умрут вместе с ней.

Кире в миллионный раз хотелось отослать их всех прочь, чтобы она спокойно могла подумать о том, что они собираются сделать. Она все еще сердито смотрела, когда снова полностью сосредоточила свое внимание на единственной женщине, действительно имеющей значение.

— Капитан Пеннингтон, вы уверены, что хотите, чтобы Айя и Мира приняли участие в этом обсуждении?

Люси повернулась и посмотрела на женщин, которые помогли ей привести в порядок волосы. Подняв руку, она провела пальцами по своим теперь уже очень гладким локонам. Фактов, доказывающих, что двум женщинам-киборгам можно доверять, было не так много, но, похоже, для нее этого было достаточно, чтобы склониться в этом направлении.

Она повернулась и слегка улыбнулась раздраженной и встревоженной Кире.

— Да. Я желаю, чтобы они остались для этой дискуссии. Хотя я не совсем помню их в прошлом, я убеждена, что Айя и Мира мои друзья.

Кира кивнула и чуть не фыркнула, когда две женщины засмеялись и дали друг другу пять из-за комментария капитана Пеннингтон. Ей было очень приятно узнать, что человеческая дружба может выжить, несмотря на столь многие кибернетические изменения.

— Тогда ладно. Неро придумал интересное решение для вашей потенциальной реставрации. Я позволю ему объяснить детали.

Сидя, скрестив ноги, на кровати, Люси воспользовалась пилочкой для ногтей, которую волшебным образом достала Мира. Мира, казалось, хихикала от удовольствия при каждой ее просьбе. Женщина ненадолго исчезала, а затем вскоре возвращалась с предметом. Однажды она возможно последует за ней, просто чтобы увидеть магию Миры в действии.

Пилочка для ногтей помогла, но незначительно. Внимательное изучение руки показало, что ее ногти все еще выглядели очень плохо. Но, по крайней мере, на них больше не было неровных краев.

— Почему ты никогда не комментировал состояние моих ногтей, Эрик? Это было практически оружие. Я могла бы с их помощью оставить на тебе шрамы.

Эрик откинулся на подушках, наблюдая, как Люси старательно выполняет простую работу. Сидя там, она выглядела очень женственной и очень молодой. Он мог бы с радостью смотреть, как она делает такие простые вещи, всю оставшуюся жизнь, и ему никогда не было бы скучно. Осознание этого было таким же удивительным, как и последние семьдесят открытий, которые он сделал о ней. Возможно, это был необыкновенный секс. Ему хотелось бы думать об этом в такие моменты. Но секс, можно было бы отложить. А вот чувство ответственности за кого-то и желание сделать его истинно счастливым, нет.

Немного Люси Чертовки проскальзывало в ее глазах, когда она пристально смотрела на него, напряженно и псевдотерпеливо ожидая, когда он ответит на ее вопрос.

— Почему я не упомянул твои ногти? — Эрик повторил вопрос, ухмыльнувшись, когда ее глаза сверкнули от нетерпения. — Я не упомянул о них, потому что хотел, чтобы ты больше ко мне прикасалась, и меня не волновали несколько царапин. И оказывается, я был прав, рискнув получить шрамы. У тебя очень талантливые руки.

Успокоенная его похвалой, Люси подняла приведенные в порядок ногти и осмотрела их. В основном они были ровными и гладкими.

— Что ж, у моих талантливых рук теперь аккуратно подстриженные ногти. Я уменьшила твои риски. Не останется никаких рубцов, если ты их сам не захочешь.

Эрик ухмыльнулся ее поддразниваниям. Он будет скучать по этой ее версии. Он чувствовал себя ее создателем в такой же степени, как и любой, кто когда-либо ее оперировал. Он научил Люси любить себя такой, какая она есть. Он надеялся, что научил ее любить его в ответ.

Он прищурился, изучая ее.

— Мы вообще собираемся обсуждать твое решение? Или просто поиграем в парня и девушку еще на одну ночь? Если ты это сделаешь, завтра они отключат большую часть твоего кода Компаньона Нового Мира.

— Ты смиришься с таким развитием событий? — спросила Люси. Она продолжала подпиливать ногти, чтобы избежать его обеспокоенного взгляда.

— Да. Более чем смирюсь. Я скажу: скатертью дорога. Не буду отрицать, что мне нравилась эта очень любезная версия тебя, но ты никогда не была тем, кем должна была быть. Я всегда знал, что это так.

Люси работала над другой рукой, игнорируя его заявление целую минуту.

— Понимаю. Итак, ты на сто процентов поддерживаешь изменение моей программы Компаньон Нового Мира. Могу ли я быть настойчивой, объясняя доводы в пользу процедуры изменения?

Эрик усмехнулся.

— Конечно. Давай.

Люси подпилила, остановилась и осмотрела края, затем подпилила еще. Она поспешно доделала последние два пальца, поклявшись, что в другой раз справится с этой задачей лучше. С каждым мгновением она все более и более органично отрицала свое программирование.

Однако старые привычки защищать себя не позволяли ей поделиться этим.

Из своих записей она знала, что одна очистка ее памяти может полностью удалить Эрика 754 из ее памяти. Хотя, возможно, такая возможность для него не имела большого значения.

Положив пилочку для ногтей на столик рядом с кроватью, Люси повернулась и посмотрела на улыбающегося мужчину рядом с ней.

— Я прочитал в своих файлах, что однажды была замужем. Мой человеческий муж терпел мою военную службу, но покончил с собой в знак протеста, когда я вызвалась сражаться на войне. Согласно истории, которую я нашла, именно он стал причиной того, что я стала киборгом. Перед смертью мой муж сказал мне, что я бесчувственная машина. Это было до моего обращения, поэтому я знаю, что он имел в виду это метафорически. Но, возможно, даже тогда он был прав.

Эрик перекатился на бок, опираясь на локоть.

— Нет. Не был. На самом деле не был. То, что он сказал… это было о нем, а не о тебе, Люси. Почему этот мужчина просто не развелся с тобой? Почему он не пошел и не нашел женщину, которая могла бы сделать его счастливым? Самоубийство не было подходящим ответом на твой отказ жить иначе, чем на твоих собственных условиях.

Люси пожала плечами.

— Вчера ты научил меня сарказму. Сегодня я узнала об иронии. Думаю, что превращение в Компаньона Нового Мира было ироничным фактом в истории моей жизни. Моему человеческому мужу понравилась бы такая версия меня. По иронии судьбы, после его смерти я стала той женщиной, в которой он, по его словам, нуждался. Это открытие побудило меня задать тебе вопрос: какая женщина нужна тебе, Эрик 754?

Эрик позволил себе перевернуться на спину. И уставился в потолок.

— Полагаю, это справедливый вопрос. Признаюсь, мне нравится эта версия тебя, Люси. Большинство мужчин… черт возьми, большинство людей… являются эгоистичными придурками, стремящимися жить как можно проще. Мы с твоим мужем определенно относимся к той группе, которая тебя беспокоит, но я собираюсь выйти за рамки легких правил, потому что ради тебя я хочу вернуть прежнюю Люси. Она была злой адской кошкой каждый раз, когда я был рядом с ней, но она большая часть тебя, и ты заслуживаешь узнать эту часть себя, если сможешь. Она — причина, по которой мы сидим здесь и разговариваем. Мне ничего не хотелось больше, чем сказать ей спасибо за то, что ты прожила достаточно долго, чтобы мы могли встретиться.

— Мы говорим так, как будто я существую как серия людей, а не как один индивидуум. Я не понимаю твоей логики. Пожалуйста, объясни мне это, — приказала Люси.

Эрик засмеялся, а затем вздохнул в ответ на ее требование. Люси, вероятно, не поняла, потому что он говорил, как сумасшедший, говорящий о разных ее версиях. Но ему не потребовалось ничего… абсолютно ничего… чтобы вспомнить, как она выглядела, плача среди обломков сломанной мебели в результате своего эмоционального срыва.

— Первая версия тебя, которую я встретил, была более злой и расстроенной, чем я когда-либо видел среди женщин. Она также была подобна дикой птице, бьющейся крыльями о клетку, слишком маленькую, чтобы ее вместить. Та Люси была готова на все, чтобы освободиться из тюрьмы, в которую превратилась ее жизнь в качестве киборга. Я не думаю, что сейчас тебе стоит от нее отказываться … даже рискуя потерять то, что мы нашли в отношениях друг с другом. Потому, что я абсолютно уверен, что она никогда не отказывалась от тебя.

— Я не о ней беспокоюсь. Ты когда-нибудь откажешься от меня? — потребовала ответа Люси.

Эрик повернул голову, покачал ею назад и вперед по подушке, глядя в ее обеспокоенные глаза.

— Нет. Я не откажусь от тебя. Если Люси Чертовка не захочет, чтобы я был ее любовником, я буду ее другом. Для меня важно лишь то, чтобы ты вернула все украденные части себя, которые Неро и Кира смогут помочь тебе найти.

— Но какая женщина приложит к тебе свои талантливые руки в постели, если женщина, которой я стану, не пожелает этого делать? Перестань смеяться. Это проблемы, из-за которых я мучаюсь и не могу принять решение относительно моего восстановления.

Эрик все равно рассмеялся. Кто бы ни стал в такой ситуации? Но серьезно ответить на ее опасения было невозможно. Ни у кого из них не было ни настоящего хрустального шара, ни кибернетической программы для гадания.

— Милая, я думаю, что твой вывод упускает из виду некоторые важные данные. Видишь ли, ты предполагаешь, что твоя версия под названием Люси Чертовка не поддастся моему обаянию, так как это сделала твоя версия Мисс Сексуальные Штаны. Мы оба знаем, что я преодолел твой код Компаньона Нового Мира, запрещающий тебе получать удовольствие. Я все еще думаю, что именно поэтому у тебя произошло короткое замыкание, и ты оказалась в спячке. Что ж, я планирую уговорить Люси Чертовку делать со мной те же самые вещи. Вот увидишь.

Люси перекатилась на колени и подползла, пока не склонилась над Эриком.

— Я могла бы остаться такой, какая я сейчас. Под моим руководством они могли бы внести минимальные изменения. Ты можешь остаться моим мужем по контракту. Я могла бы остаться твоей Люси. У нас могло бы быть еще много таких ночей, как вчера. Я могла бы обслуживать твои нужды столько, сколько ты захочешь. Мне это кажется более логичным, чем возвращение к какой-то неприятной версии меня, с которой никто из нас на самом деле не хочет бороться.

Эрик поднял руки и обхватил обе груди Люси. Она прижалась к нему всем своим весом. Было блаженством чувствовать себя настолько с ней связанным и в то же время таким возбужденным.

— Пейтон сделал что-то подобное с Кирой. Он оставил программу «Кибермуж» прежней, и это, похоже, не сильно повлияло на его характер. Но я с самого начала знал, что настоящая Люси… вся Люси… не такая милая, как ты все время со мной. Если бы я поощрял тебя оставаться такой, чтобы облегчить мою жизнь, я бы относился к тебе так же плохо, как и любой другой эгоистичный мужчина. Ты имеешь право на всю жизнь как целостная личность. У тебя есть право выбрать меня или отвергнуть. Я рискну.

— Значит, ты действительно готов рискнуть и потерять меня? — спросила Люси, немного задетая его словами.

Эрик обнял ее, когда она прижалась к нему своим телом.

— Допустим, я готов поставить свою версию Люси на кон, чтобы мы получили по-настоящему счастливую версию тебя. Моя военная служба по большей части сформировала меня как личность. И я не могу себе представить, чтобы у меня не было об этом воспоминаний. Я прочитал записи о твоей службе… прочитал те, копий которых у тебя, вероятно, нет в твоих файлах с историями. Тебе нужно войти в контакт с «Другой»… с капитаном Пеннингтон. Она была… и остается… очень замечательным человеком, несмотря на браваду ее Люси Чертовки. И сейчас она заслуживает мужчину, который полюбит ее за это так же сильно, как и тебя за то, кем ты являешься.

— Значит, ты хочешь ее вернуть, даже если она ненавидит тебя… и всех мужчин… за то, что с ней сделали? Именно такой вывод я сделала о ее характере из своих файлов. Как ты будешь заниматься любовью с этой суровой женщиной Эрик? Мои опасения обоснованы. Скажи мне, как нам сохранить то, что мы нашли.

Смеясь над ее волнением по поводу возможной потери их сексуальной жизни, Эрик перевернул Люси, пока не оказался сверху и именно там, где он хотел быть. И посмотрел в ее обеспокоенные глаза.

— Знаешь… Капитан Пеннингтон превосходит меня по званию, потому что я всего лишь капрал морской пехоты. Если я окажусь у нее между ног, то смогу вечно хвастаться перед своими приятелями военными. Никто из рядовых, с которыми я служил, не смог затащить в постель высокопоставленную женщину-офицера. Для меня это было бы настоящим достижением.

— Мой серьезный вопрос не заслужил такого саркастического ответа с твоей стороны. Что это вообще за странный юмор? Я не думаю, что женщина, о которой ты говоришь, потерпит такое грубое упоминание о ее сексуальной уступчивости при удовлетворении твоей похоти. Ее возмездие может быть неприятным, Эрик. Ты прав… она не такая милая, как я. Она может тебе навредить, если ты ее так разозлишь.

Эрик усмехнулся. Он ничего не мог с этим поделать. Черт возьми, Люси думала, что может просканировать его как экстрасенс?

— Что я могу сказать? Моя мотивация нелогична. Но убери кибернетику, и я стану обычным человеком. Думаю, риск того стоит. И кто знает, возможно, капитану Пеннингтон понравится, что я оказался у нее между ног так же, как и тебе. Потому, что я чертовски хорош в постели. Верно?

Он снова рассмеялся, когда глаза Люси сверкнули. От ее нахмуренного взгляда он снова «затвердел». Потому, что Люси Чертовка была в ее глазах и уже возвращалась. И он имел в виду каждое слово, которое только что произнёс. Что касается женщины под ним, он в основном был просто тупым парнем, который ее хотел.

Почувствовав желание подкрепить свои слова делом, он снова обхватил грудь Люси. Он чуть не задохнулся от смеха, когда Люси шлепнула его по рукам и оттолкнула его от своего тела.

— Уверяю тебя, все версии меня сочтут твое недалекое, эгоистичное мужское отношение отвратительным, — сказала она в потолок.

— Наверное, ты права, — признал Эрик, пытаясь сдержать смех. — Но эта твоя версия простит мне мое глупое отстойное отношение, когда она наконец увидит, что все, что я хочу в целом мире, это быть с ней, и только с ней, до конца наших неестественных жизней. В первый раз я влюбился в нее, когда случайно заставил заплакать. Я хотел помочь ей тогда так же сильно, как хочу помочь тебе сейчас. Как бы безумно это ни звучало, я тоже хочу ее. Я хочу вас обеих. На самом деле, я хочу, все твои версии, сколько бы их ни существовало.

Вздох Люси в темноте заставил его ухмыльнуться. Эрик протянул руку и осторожно ущипнул ее за сосок. Она шлепнула его по руке. Поскольку она не схватила его пальцы и не сломала их, он предположил, что она не слишком разозлилась.

— Обещаю, что буду любить все твои версии, Люси. Давай, стань тем, кем ты можешь быть. Это армейский девиз старой школы, верно? Он кажется подходящим в данной ситуации.

Эрик вздрогнул и застонал, когда Люси снова бросилась на него. Стоило даже потерпеть, когда она болезненно прижалась коленом к его промежности, и увидеть, как она с любовью смотрит ему в лицо.

— Я считаю, что тебе очень повезло, что твое лицо мне так понравилось. Тебе лучше надеяться, что другие версии меня разделяют мою эстетику в отношении мужчин. Я запишу твою страстную поэтическую речь и положу ее рядом с записью твоей развратной улыбки. Возможно, женщина, которой я стану завтра, оценит это больше, чем я сегодня вечером.

Ее горячий рот, агрессивно завладевший его, не давал Эрику предаться смеху, который, казалось, всегда был рядом, когда Люси его обнимала.

Эрик смотрел, как Люси спит в клетке. Ее вышедшие из строя чипы были заменены новыми, некоторые из которых содержали информацию, которую Неро извлек из ее поврежденного первичного процессора. Также были внесены изменения в ее программу Компаньона Нового Мира. Все, что они сделали, исправно работало с ее существующим вторичным процессором. Теперь ничего не оставалось, кроме как ждать, когда Люси очнется, и посмотреть, как она все это ассимилировала.

Хорошо, что он был терпеливым парнем, иначе он был бы в еще большем раздрае, чем раньше.

После того, как Кира и Неро будут уверены, что восстановительные работы освободили ее тело от случайного взрыва бомбы, они обратятся к военным хирургам, которые ее удалят. Третья кибернетическая операция заменит ее основную кибернетическую панель… если она захочет это сделать. В это время ее вторичный процессор будет отключен, как Кира сделала с Пейтоном и Уильямом.

Эрик был единственным киборгом с двумя проводками, который по собственному выбору мог задействовать вторичный процессор. Ну, он был единственным. Теперь это могла делать и Люси.

— Я не понимаю твоих мыслей, Эрик. Почему ты не пошел и не убил этого ублюдка-нежить? Мы с Айей уж наверняка разобрались бы с коварным злодеем окажись на твоем месте. Подожди… может ты хочешь, чтобы мы сделали это за тебя, чтобы ты не вляпался ни в какое дерьмо? Мы не против.

Эрик фыркнул на вопрос Миры. Это был уже двенадцатый раз за последние двенадцать часов, когда она спрашивала о чем-то подобном. В данный момент его не беспокоило то, что Брэдли Смит еще жив. Но большинство мужчин убили бы Миру только за то, что она так раздражает. Он подумал о сосредоточенном Неро, которому приходилось иметь с ней дело, и улыбнулся, оторвав голову от портативного компьютера и романа, который читал.

— Мой ответ не изменится только потому, что ты продолжаешь задавать этот вопрос, Мира. Убийство Брэда не принесет никакой пользы, когда он уже в плену, — спокойно ответил он.

И этого не произойдет, как бы сильно он ни желал смерти Брэда. Как бы он ни ненавидел Злого Брэда, он был для них более полезен живым. Еще многому можно было научиться… начиная с того, как он преодолел программу Киры против плохих парней.

Он вновь оторвался от комма, когда услышал насмешливое фырканье Миры.

— Эрик, ты мне начинаешь нравиться, поэтому я позволю себе не согласиться с твоим мнением по этому поводу. Смерть этого человека избавит мир от еще одного злого ученого. В моем понимании это достаточная причина для такого поступка.

Эрик кивнул.

— Да. С моей точки зрения тоже, но Кира и Неро все еще изучают Злого Брэда. Он нужен им живым, чтобы сделать это лучше всего. Неро говорит, что он снова чистый лист. Это означает, что он ничего о себе не знает, и тем более не помнит, что пытался кого-то убить.

Айя отвернулась от окна, закрытого решеткой с внутренней стороны комнаты. Все в «Нортон» говорило о том, чтобы держать людей внутри, а не допускать злоумышленников извне. Она ненавидела это место.

— Итак, экспериментатор сам стал экспериментом. Хорошо. Надеюсь, Неро его кастрирует.

Эрик фыркнул.

— Вы обе всегда считаете, что нужно «оторвать яйца», не так ли? — он ухмыльнулся, наблюдая, как Айя пожимает плечами.

— Да. Мужчины, кажется, находят их самой дорогой частью тела. Я хочу, чтобы ублюдок, напавший на тебя и Люси, знал, каково это потерять самую важную часть себя. Пусть тот, кто стоит за его программами, тоже начнет волноваться. Я согласна с Мирой, что нам нужно его убить, хотя бы по одной причине… это будет достойный пример негативных последствий.

Улыбка Эрика расплылась по всему его лицу. Он был рад, что его включили в число тех, кого яростно защищала Айя. Если Люси его забудет, возможно, Айя и Мира напомнят ей об этом. Он посмотрел на них.

— Люси обычно такая же кровожадная, как вы двое?

— Еще кровожадней, чем мы, — мгновенно ответили обе женщины.

Эрик усмехнулся про себя, наблюдая, как две женщины улыбаются друг другу. Они взглядами обменялись какими-то секретами, прежде чем их веселье угасло. Затем в комнате снова воцарилась полная тишина.

Словно их разговор нарушил ее кибернетический сон, Люси какое-то время беспокойно вертелась на своей койке. Они втроем остановились и стали ждать, когда она проснется, наблюдая за ней сквозь решетку клетки. Но через две минуты Люси успокоилась.

Кира предупредила, что процесс пробуждения может занять двадцать часов или больше. Они с Неро намеренно запрограммировали Люси на то, чтобы она усваивала свою старую жизнь таким образом, чтобы наилучшим образом сочетать ее с новой и с тем, что она смогла сохранить в своем человеческом сознании.

У Эрика было такое чувство, что когда женщина проснется в очередной клетке, то именно по этой причине он снова увидит ее адскую кошачью сторону. Впрочем, он надеялся, что ассимилированная версия Люси станет более разумной и сможет понять, что клетка временная мера предосторожности.

И хотя он хотел освободить Люси от ее кода Компаньона Нового Мира, он также надеялся, что ей удалось сохранить все новые воспоминания, которые она создала с ним.

Он взглянул на Айю и Миру. Его инстинкты говорили ему обратить внимание на что-то, в том, что они ему сказали, но он не мог представить, на что.

Возможно, прежде чем Люси проснется, ему стоит улизнуть и проверить Злого Брэда.

Прошел еще один час в клетке. Он вручную записал это в файл, потому что пока не мог отслеживать это каким-либо другим способом. И боролся с тем, чтобы не беспокоиться о том, что его способность следить за временем не работает.

Он сидел на краю кровати, на которой проснулся, сдвинув ноги и медленно дыша. Его тело было расслабленным, но бдительным… оптимальная настройка, согласно его процессору.

Хотя на каком-то уровне ему казалось, что он зря тратит время, на другом ему казалось, что он чего-то ждет.

Да. Он ждал. Именно это он и делал.

«Но чего?», — спрашивала небольшая его часть.

Он еще не знал ответа.

Ему хотелось почесать затылок, но он боролся с этим желанием. Это не было необходимым движением, поэтому его выполнение могло быть лишь пустой тратой энергии. Ему нужно было оставаться расслабленным… оставаться на месте, пока он ждет.

Его беспокоило то, что он не знал, чего ожидает, хотя и знал, что ждет.

Но скоро он узнает. Он узнает, когда придет правильная подсказка. Он будет знать, что делать, и после того, как он сделает то, что требуется, он снова почувствует себя освобожденным. Он получит обещанный саморазвивающийся логический чип. Это была новая и улучшенная версия той, которая была у него перед этим… той, которую уничтожил вирус.

Мысли о прошлом вызывали у него физическое напряжение, потому что это было похоже на длинный поток полупонятого содержания с тенями, закрывающими большие части от полного понимания.

Кем он был? Каждый раз, когда он проверял, его кибернетическая идентификация по-видимому отсутствовала.

Что-то столь простое, как имя и личные данные, должно быть легко найдено в его функциональной кибернетике. Но как ни странно, его ремонтная программа, похоже, заблокировала несколько неопознанных чипов. Он ничего не понимал. Какой цели служил блок?

Он все еще сломан?

Это обновление было нехорошим… очень нехорошим. Он чувствовал себя совершенно недееспособным… фактически, крайне недееспособным. Однако ему не хватало способности определять процент. Его логический чип, казалось, отказывался выполнять математические вычисления.

Он закрыл глаза и решил, что можно еще раз провести диагностику. Это заняло некоторое время и дало ему чем заняться, пока он коротает время. Успокоившись, он почувствовал, как по его позвоночнику начали распространяться ритмичные пульсы. В каждом импульсе был код… да, код.

Знал ли он, что передается?

Он сосредоточился, считая импульсы. Его позвоночник выпрямился сам по себе. Да. Он начинал понимать.

Теперь, он был уже более собранным, и его взгляд устремился за решетку. Комната была простой. На стене был коммуникатор, еще один на двери и еще один сразу за стеной из сплава трех металлов, отделяющей комнату от холла. Он посмотрел в камеру, считая красные вспышки света, и захотел, чтобы у него была сила их остановить. Затем свет загорелся ровным красным светом, продолжая гореть, не мигая.

Это он сделал?

Он сосредоточился. Камера загорелась зеленым светом, и он начал все заново.

Он повторил этот процесс второй и третий раз… просто чтобы доказать, что может… оставив после этого в режиме постоянно горящего красного, потому что так казалось лучше всего.

Казалось, что его мозг стал больше. Может ли мозг на самом деле расти? Он ощупал свою голову и каким-то образом понял, что мозг заполнил ее до отказа.

Если он мог делать такие удивительные вещи, возможно, он все-таки не был неисправен.

На самом деле он только что не дал камере себя записать. Это было великолепно. Так почему же он оказался в клетке? Его плен внезапно показался ему очень нелогичным.

Поэтому он кибернетически проигнорировал установку, советующую ему оставаться неподвижным и быть спокойным. Вместо этого он встал и пошел к гудевшим решеткам.

— Стоп, — приказал он, сосредоточившись на своей цели остановить ток.

Импульсы от чего-то в его голове покинули его разум, прошли по позвоночнику, а затем изменили свой путь, чтобы вернуться. Когда они вернулись к его голове, они окружили ее тем, что он мог описать себе только как множественные кольца осознания. Это было похоже на жизнь внутри голограммы. Он чувствовал столько энергии, что его обычные чувства едва могли ее вместить.

Он протянул руку и коснулся уже не гудящих плоских металлических прутьев.

Когда этот барьер исчез, стало проще уговорить дверь его тюрьмы широко открыться. Схема замков на самом деле была очень простой. Он сосредоточился и затем услышал щелчок. В тот же момент в его голове что-то щелкнуло.

То, что он делал, было не просто нормальным функционирующим киборгом. Он мог заставить электронику выполнять его волю. Он подозревал, что сможет заставить других, более просто запрограммированных киборгов, делать то, что он хочет. Это означало, что он был могущественным… можно даже сказать кибернетическим богом.

Боги не позволяли никому держать их в плену. Это было самое нелогичное состояние из всех.

— Вы не должны пытаться сдерживать того, кто превосходит вас кибернетически, — сказал он своим отсутствующим похитителям.

Не было причин оставаться, если логика его вывода была на сто процентов верной.

Оглядев комнату в изумлении от всего, что смог сделать, он просто вышел из клетки, не оглядываясь назад.

Боль так долго постоянно ощущалась в теле, что просыпаться без нее было очень странно. Возможно, они наконец разработали успокоительное средство для лечения сильных головных болей вызванных ее кибернетикой, которые она так часто испытывала.

Люси задавалась вопросом, как долго она отсутствовала на этот раз. Обычно, пробуждение после «спящего» режима было похоже на укол адреналина. Но в этот раз она просто спала… просто по-настоящему спала.

Когда она открыла веки, ее лицо было обращено к глухой стене. В конце клетки, за ее ногами, были решетки. Однако, она не перевернулась, потому что услышала сердцебиение и знала, что кто-то был с ней в комнате. Она будет ждать, прежде чем вступить в контакт с этим человеком, пока не будет готова это сделать.

Она снова закрыла глаза и начала искать свой сверхсекретный файл, пока не нашла его. Это был простой список вопросов, который стал контрольной точкой для ее воспоминаний. Когда она закончит… когда она будет знать, что ее чувства все еще нетронуты… тогда она проверит остальную часть своего окружения.

Первый вопрос.

Каково было ее человеческое имя и воинское звание?

Ее звали Люси Пеннингтон. Полное имя… Люсиль Эвелин Пеннингтон. Капитан. Армия. Награда за выслугу лет. Силы особого назначения.

Какой идентификатор киберсолдата ей был присвоен?

Идентификация кибернетического подразделения… подтверждено как Эвелин 489.

Где она сейчас находится?

Поскольку она не знала ответа, Люси снова открыла глаза и осмотрела потолок и стену.

Она не помнила своего текущего местоположения, но ее интуиция непрерывно над этим работала. В комнате было много естественного света. Последняя тюрьма, которую она помнила, находилась под землей. Она смутно помнила, как кто-то сказал, что ей придется там жить. Конечно, ей пришлось. Ведь она несла бомбу. И если она взорвется, то окружающий город может быть разрушен.

Ее рука залезла под свободную рубашку и легко погладила свой мускулистый, почти плоский торс. Если бы она нажала сильнее, то смогла бы проследить контур контейнера с оружием.

Добровольно стать киберсолдатом оказалось худшим решением, которое она когда-либо принимала в своей жизни. Слишком поздно она поняла, что участие «Нортон» было прикрытием для других, более коварных научных испытаний… испытаний, которые не имели ничего общего с победой в войне.

К солдатам, участвовавшим в программе, относились как к лабораторным обезьянам. Сначала появились программы «Кибермуж/Кибержена». Затем они сделали с женщинами что-то более агрессивное… что-то, с чем очень немногие могли бороться, когда оно было полностью функциональным. В большинство из них был установлен второй процессор и второй логический чип. Они развили внешний нейронный контроль, которому она не могла сопротивляться. Запуск кода был единственным облегчением, которое нашел ее разум. Используя боль и инвазивное программирование, они практически превратили ее в робота.

И голова у нее всегда чертовски болела каждый раз, когда она думала о том, чему она позволила с собой случиться. Ее негодование доходило до предела, пока она не нашла способ его отпустить. Но когда ей удалось выпустить свой гнев, она стала… стала…

Кем она стала?

Меня зовут Люси. Я Компаньон Нового Мира.

Люси тяжело сглотнула и сдержала стон разочарования, когда не смогла остановить это утверждение, которое снова и снова крутилось у нее в голове. Была ли она такой до сих пор? Сотни… нет, тысячи… файлов о ее пребывании в качестве Компаньона Нового Мира стояли в очереди, чтобы их прочитали.

Потом вдруг вспомнила начало, вспомнила, не прочитав ни одного файла. Они собрали их всех, всех обращенных женщин. В ее отряде двадцать семь человек. Отряд капитана Эверетта из двадцати пяти человек.

Она сражалась с ублюдками киберучеными, проиграла несколько раундов и сражалась еще несколько раз. Но в конце концов, как сломленный военнопленный, она неохотно сделала все, что они хотели. Боль не позволяла ничего другого.

В результате их экспериментов в конечном итоге погиб капитан Эверетт и еще тридцать пять человек, прежде чем им удалось успешно свести на нет ее необъяснимую способность отменять их код. Лишь немногим людям удалось спастись от них. Айя Капур. Мира МакДональд. Кэтрин Бек. Линетт Росс. Ее люди… нет, они значили для нее больше… они были ее друзьями.

Но она не сбежала. После того, как она осталась с учеными одна, дела пошли еще хуже. Программа была отменена, а для нее ничего не изменилось. Вместо того, чтобы выполнить приказ об ее уничтожении, доктор Джексон Ченнинг сохранил ей жизнь, используя ее для своих личных экспериментов. Но если эксперименты были успешными, то почему она здесь? Почему она смогла задать себе эти вопросы? Он всегда использовал «спящий» режим, чтобы убедиться, что она выведена из строя. Этот ублюдок никогда не давал ей спать по-настоящему.

Люси сдержала стон и перешла к следующему вопросу.

С какой целью ты была обращена?

Чтобы проникнуть во вражеские лагеря и спасти других солдат.

Нет… подождите… эта информация сильно устарела… даже стала ненужной. В ее логическом чипе теперь было еще как минимум пять основных директив. Она просматривала их, проверяя даты, пока не нашла самую новую.

Какова твоя главная директива?

Повтор информации, которого она избегала, возобновился. Ее спина выгнулась, когда воспоминания стали толпится, борясь за ее мысленное внимание.

Я Люси. Я Компаньон Нового Мира. Я обслуживаю нужды Эрика 754.

Эрик 754? Нет, это не может быть правдой. Ни один из ее мужей по-контракту не был киборгом. Все солдаты-мужчины участвовали в программе «Кибермуж». Это было невозможно. Ее файлы были искажены?

Погруженная в воспоминания о своем прошлом, Люси, не раздумывая, перекатилась на другую сторону. На стуле у дальней стены сидел симпатичный охранник и пользовался портативным коммом. Или, может быть, он был ее новым мужем по контракту, ожидающим, пока она проснется после очистки памяти. Если да, то почему мужчина не привел ее в исходное состояние, прежде чем позволить ее телу перейти в режим покоя?

Ну, кем бы ни был этот ублюдок, он уж точно не будет первым, кто запер ее в клетке. И он не будет первым, кто поместит ее обратно сюда после того, как узнает, что она не хочет делать то, что хочет он… закодирована она или нет. Однако этот мужчина мог бы стать ее последним контрактом, если она останется такой же ясно мыслящей, как чувствовала себя в данный момент. Ей казалось, что в своем нынешнем настроении она могла бы кого-нибудь убить. Это означало, что она могла убить и его… не так ли?

Чувствуя себя неловко при мысли о смерти ее тюремщика, по причинам, которые ее логический чип не мог понять, Люси тихо перекатилась на спину и снова уставилась в потолок. По крайней мере, на этот раз ублюдок был красивым. Большинство остальных не было. Она искала свой сканирующий механизм, пока, наконец, не почувствовала загрузку беспроводной схемы и не подключила к ней свое сознание.

Покалывание в позвоночнике заставило ее тело дернуться, когда все ее нервные синапсы начали активироваться. Ее беспроводные возможности снова включились и на этот раз полностью оказались под ее контролем, что удивило Люси. За считанные секунды она смогла настроиться на мужчину настолько, чтобы поискать его идентификационный чип. Даже если он был человеком, она бы хоть что-нибудь о нем узнала.

Как его зовут?

Идентификация отряда киборгов… подтверждено как Эрик 754.

Так что киборг действительно был ее мужем по контракту. Как странно.

Файлы перетасовывались… на этот раз быстрее… с его именем в качестве темы. В ее голове появилось около пятидесяти новых файлов. Фото. Записи. Списки того, что ему нравится и что не нравится. Подробное описание того, каким он был в постели… и что ему нравилось.

Казалось, что все это написано ею, и все же…

Люси повернула голову и снова на него посмотрела. На этот раз почувствовав ее взгляд, мужчина бросил ком на колени и улыбнулся более невинно, чем были готовы принять ее сенсорные рецепторы.

— Привет зайка. Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

Люси услышала обеспокоенность в его умиротворяющем тоне, но киборгов можно запрограммировать на имитацию человеческого поведения. Впрочем, большинство из них, в той или иной степени действительно испытывали эмоции. Но это не означало, что то, что они переживали, было реальным.

Она не могла исключить возможность того, что он был запрограммирован на нее так же, как и она на него. Было отрезвляюще думать, что мужчина, так доброжелательно смотрящий на нее, тоже был одним из экспериментов Создателя Омеги. Это был бы свежий научный подход к ее эмоциональному мучению.

Она увидела, как он ей улыбается, и у нее в животе запорхали бабочки, что придало достоверность ее анализу. Она должна продолжать считать его врагом или он жертва?

— Ты выглядишь ошеломленной, Люси. Хочешь, я позвоню Неро и Кире? Возможно, им стоит тебя проверить. Подожди… — он прервал свои вопросы, встал и быстро подошел к клетке. — Ты хоть знаешь, кто ты?

Люси фыркнула на глупый вопрос и перекатила протестующее тело в сидячее положение. Она не знала, в какую игру играет киборг, но не собиралась прикидываться дурочкой. Если за ними наблюдают, она хотела, чтобы их надзиратели знали, как это было.

— Я знаю, что не стану твоим Компаньоном Нового Мира, каким бы привлекательным ты ни был.

Эрик открыл рот, снова закрыл его и ухмыльнулся. Поднявшись, он провел рукой по волосам.

— Ты все еще считаешь меня привлекательным?

— Они запрограммировали тебя на такое высокомерие? Иди на хрен, — с горечью произнесла Люси, отводя взгляд. — Это был риторический комментарий, призванный стереть твои юношеские ожидания относительно моего запрограммированного послушания. Это не было… и не является … чертовым констатированием какого-либо реального факта.

Эрик скрестил руки на груди и посмотрел на разгневанную женщину в клетке.

— И я вижу, что моя Чертовка вернулась. Капитан Пеннингтон, я полагаю?

— Хватит прикидываться тупой блондинкой. Ты точно знаешь, кто я. Теперь либо выпусти меня из этой клетки, либо иди к черту, — заявила Люси, надеясь разозлить его настолько, что он откроет дверь. И сердито на него посмотрела, когда его улыбка стала шире.

Эрик ответил на ее гневные заявления со всем спокойствием, на которое только был способен.

— И такое поведение было одной из многих причин, по которым я назвал тебя Люси Чертовка. Почему бы тебе не перестать смотреть на меня так, будто я убийца с лазерным клинком, и не проверить свою руку, капитан?

Больше сердясь на то, что он отдает ей приказ, а не просит, Люси сначала отказалась подчиниться, но затем любопытство взяло верх. Она подняла свою кибернетическую руку. На ней ничего не было. Она повернулась к яркому свету.

— Кончай пудрить мне мозги. В какие игры ты пытаешься играть?

Эрик усмехнулся над ее растущим раздражением, но внутри подумал: «Вот это да!».

— Не твоя кибернетическая рука, Люси. Татуировка с нее уже бы исчезла. Проверь свою органическую руку. Вчера вечером я кое-что на нее поместил… на удачу в восстановлении. И чтобы напомнить тебе о нас.

Люси фыркнула и посмотрела еще пристальней.

— Реставрация? Это так они сейчас называют свои гребаные эксперименты?

Закатив глаза в ответ на его ухмылку, Люси подняла голову и осмотрела другую ладонь. На ней стойкими чернилами было нарисовано гигантское красное сердце. Внутри сердечка было написано: Эрик любит Люси.

Она снова посмотрела на своего красивого мужа по контракту и прищурилась.

— Я что, действительно должна поверить, что это романтическое дерьмо что-то значит? Это не заставит меня добровольно с тобой переспать, если в этом была идея. Извини, но тебе придется лишить меня сознания, как это делали ублюдки, что были до тебя.

Эрик покачал головой и вздохнул. Ему нравилось слышать, что Люси никогда не теряла желания сражаться, даже после всего, что с ней сделали. Но он ненавидел слышать подтверждение того, что он начинает с нуля. Женщина, похоже, вообще не помнила ни его… ни их… несмотря на его рисунок. Он подумал о прошлой ночи. Это помогло вспомнить, как Люси поклялась никогда его не забывать. Теперь ему оставалось только в это верить.

— Проклятие. Я знал, что мне не следовало позволять Неро устанавливать эти новые чипы. Все, о чем мне нужно было беспокоиться в твоей версии Мисс Сексуальные Штанишки, это паранойя по поводу ее вьющихся волос. Хотя… я вижу, что общаться с тобой настоящей будет намного интереснее. И да… в конечном итоге это романтическое дерьмо заставит тебя со мной переспать, потому что это вообще не дерьмо.

— Позволь мне кое-что тебе сказать… если мы когда-нибудь пообщаемся, то, когда я с тобой закончу, заголовок твоего некролога будет гласить: «Трахнулся не с той женщиной».

Эрик отвернулся и потер лицо обеими руками, чтобы не ответить. Он на самом деле собирался попытаться завязать отношения с этим противоречивым созданием?

Решив, что еще слишком рано ожидать, что она оттает, Эрик быстро оглянулся и заметил, что Люси кусает губу, доказывая ему, что ее резкие слова были всего лишь щитом. Он прекрасно осознавал ее уязвимость, даже когда она разметала мебель своей камеры, словно торнадо.

Оу-у-у, черт… он не собирался разочаровывать ни одну версию Люси, если это будет от него зависеть.

Эрик с ухмылкой окинул Люси оценивающим взглядом с полуприкрытыми веками, хотя знал, что это еще больше ее разозлит. Длинный разочарованный вздох, который он испустил, превратился в смех, когда она крепко скрестила руки на пышной груди, которую он так любил. Ее защитная реакция заставила его занервничать… и ему захотелось ее утешить.

Возможно, ему следует просто рассматривать эту версию Люси как ту, какой она была в очень, очень плохом настроении. Эта мысль заставила его ухмыльнуться.

— Можешь плеваться ядом, если тебе так нужно это сделать, но тебе наконец-то удалось спасти свою задницу, капитан. И если ты еще не готова вести себя хорошо, думаю, это понятно. Однако, если ты будешь продолжать вести себя хорошо, то через три часа тебя навсегда выпустят из клетки. Просто, все осторожничают из-за твоей плохой репутации. Так что не устраивай припадков и не рви там мебель. Ты только сделаешь хуже самой себе, злясь на хороших парней. Отдохни немного, и через некоторое время я вернусь, чтобы тебя проведать.

Эрик повернулся и пошел к двери.

— Эй… стой! — услышал он ее крик.

Сначала он проигнорировал приказ, хотя и предположил, что никто из ее людей никогда этого не делал, когда он был отдан таким тоном. Его тело напряглось от вызова, который она ему бросила, но у двери Эрик смягчился. Он ненавидел оставлять ее в таком состоянии.

— У меня есть имя, Люси. Держу пари, что ты все еще его знаешь. Используй его, и я отвечу на твои вопросы, — крикнул он в ответ.

— Ты Эрик 754. Нет, подожди… это кажется неправильным. Позволь мне проверить мои файлы. — Люси закусила губу, прочитав первый попавшийся ей документ о нем. — Ты сказал не использовать свой идентификационный номер. Ты сказал, что больше не считаешь себя киборгом. Боже мой, я уже переспала с тобой… и мне это понравилось.

Его тело хотело обмякнуть от облегчения от того, что у нее есть файлы об их совместной жизни. Спасибо, Неро. Он усмехнулся, обернулся и встретился с голубыми, широко раскрытыми от удивления глазами Люси.

— Что ж, я надеялся, что тебе понравилось. И сделал все возможное, чтобы так и было.

Ее ошеломленное удивление заставило его искренне улыбнуться впервые с тех пор, как она проснулась. Люси была не совсем довольна тем, что узнала о них, но и не злилась из-за этого. Он воспринял бы ее ошеломление как хороший знак, но не собирался позволять ей и дальше устраивать этот ад, не получив при этом кое-что в ответ.

— Я рад, что ты вернула свою «чертовскую» сторону, но, черт возьми, женщина… Я не могу поверить, что все еще хочу целовать твой порочный рот. Ты ругаешься чаще, чем большинство мужчин, которых я знаю. Тебе повезло, что я так одержим твоей грудью.

Эрик с восхищением наблюдал, как шок от его слов отразил на ее лице еще одно воспоминание. О чем бы она ни думала, Люси покраснела. Он отдал бы половину своего гонорара от ОКН, чтобы узнать, от какого воспоминания о них вместе у нее сейчас покраснело лицо. Он бы отдал вторую половину, чтобы узнать, что она написала об этом в своих файлах.

— Дай мне передышку. У меня пока нет возможности обрабатывать то, что я узнаю, достаточно быстро, чтобы относиться к этому цивилизовано. Ты… ты есть в моих файлах Компаньона Нового Мира.

Эрик кивнул.

— Да, есть… но я там, не как другие до меня. Ты хорошо справилась и с выживанием, и с освобождением, Люси. Теперь работай над тем, чтобы не ненавидеть мир. Это необходимый шаг, который поможет тебе насладиться с трудом заработанной свободой.

— Это включает освобождение от моих обязательств перед тобой?

Эрик кивнул.

— Да. Особенно, тебе не придется беспокоиться о том, что ты прочтешь в любом файле обо мне… или о нас. Я не собираюсь заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь, независимо от того, что у нас было раньше. Я просто не такой парень.

Люси сглотнула.

— Но как это возможно? У меня болит голова даже при мысли о том, что находится в файлах, которые я нашла. Ты мой последний записанный муж по контракту.

Эрик снова кивнул.

— Да, когда тобою правил код Компаньона Нового Мира, я был твоим мужем по контракту, но больше я им не являюсь. Ты только что была изменена, капитан. Теперь все по-другому. Если ты хочешь меня, я здесь для тебя. Если нет, я уйду. Вот как это должно работать.

Люси застонала и посмотрела в пол.

— Мой мозг получает информацию быстрее, чем я могу ее усвоить. Я помню тебя еще до контракта. Ты пришел с другим мужчиной навестить меня в каком-то бомбоубежище. Капитан… Эллиот… да… Пейтон 313. Вот кто пришел. Несмотря на то, что боль была настолько сильной, что временами я не могла с ней справиться, мне удалось записать кое-что, чтобы тебя запомнить. Я сделала это, потому что могла читать твои мысли.

Эрик пожал плечами.

— Это не мои любимые дни с тобой, но мы можем начать с этого, если тебе это нужно. Слушай… я скоро вернусь… обещаю. Но есть еще несколько человек, которые с нетерпением хотят тебя увидеть. И мне нужно сообщить Кире, что ты проснулась и…

Люси махнула рукой, чтобы он заткнулся.

— Нет… ты пока не можешь уйти. Мне нужно кое-что узнать, прежде чем мой мозг взорвется от всех вопросов, которые я хочу задать по поводу того, что читаю. Неужели я была настолько плоха в постели, что ты не захотел оставить меня своим компаньоном? Вот что говорит этот чертов файл. Вот во что верила женщина, написавшая это… думаю, во что я верила до того, как пережила то, что произошло вчера. Ты хоть представляешь, насколько это запутано?

— Да. На самом деле, представляю. — Эрик услышал, как его вздох отразился от стен. — Процесс, который ты прошла, называется восстановлением… хотя в твоем случае оно было частичным. Надеюсь, твоя человеческая сторона теперь снова контролирует большинство твоих мыслей и действий.

Он усмехнулся и потер голову.

— Что, черт возьми, ты записала в этот файл, Люси? Оставить тебя? Черт возьми, да, я хочу тебя оставить. Ты самая замечательная любовница, о которой только может мечтать мужчина.

— Ты ведешь себя довольно бесстрастно для человека, который так думает, — обвинила его Люси.

Эрик покачал головой.

— Не совсем… но я видел твои шрамы до того, как ты заставила их исчезнуть, капитан. У меня нет иллюзий относительно того, с чем тебе пришлось иметь дело до того, как я тебя узнал. Все, что я могу сказать в защиту того, что отношения между нами вообще развиваются, это то, что я никогда не относился серьезно ни к какой женщине… так, как относился к тебе. Я знаю, что это должно звучать безумно для того, кто только что об этом узнал.

— Да. Все это безумно… но, как ни странно, столь же реально, как и любая другая моя мысль. Я думаю, мне понадобится некоторое время… возможно, много времени… чтобы во всем разобраться. Спасибо, что рассказал мне, — проговорила Люси, проводя рукой по волосам. Впервые они были приятны на ощупь и не представляли из себя кучерявый беспорядок. Должна ли она быть благодарна ему и за это?

Эрик кивнул.

— Конечно, тебе нужно время. Когда ты выйдешь из клетки, я подумал, может быть, смогу показать тебе тут все, принесу что-нибудь поесть и помогу тебе начать приспосабливаться к новой ситуации.

Люси фыркнула.

— Звучит так, будто ты приглашаешь меня на свидание.

— Ладно. Возможно и так. — Эрик затаил дыхание, ожидая услышать ее реакцию.

Люси фыркнула.

— Поможешь мне приспособиться к моей новой ситуации? — она подняла руку. — Ты уверен, что писал эту романтическую чушь на моей руке? Потому что, честно говоря, ты не выглядишь мягким человеком. Ты больше похож на мужика типа «милая, принеси мне пива»… что, я могу тебе прямо сейчас сказать, со мной не прокатит.

Эрик рассмеялся ее сарказму.

— Просто прочитай эти чертовы файлы о нас… все файлы. Тогда мы сможем поговорить о том, какой я тип. Может быть, ты обнаружишь, что у меня столько же версий себя, сколько и у тебя.

Он улыбался, когда наконец вышел за дверь.

Люси выдохнула, встала и начала шагать, после того как Эрик ушел.

— Черт возьми, Люсиль. Мужчина запер тебя в клетке, а ты даже не постращала его за это. У тебя чертов стокгольмский синдром или что?

— Не совсем, капитан. Это больше похоже на то, что ты потеряла рассудок из-за этого парня. Ой, извини. Возможно, это было бестактно, учитывая, что тебе только что сделали операцию на мозге. Просто раньше тебе нравились великаны… больше похожие на капитана Эллиота или того парня Кингстона, который владеет рестораном. Мы с Айей считаем, что Эрик, должно быть, особенный в постели, раз так сильно тебя привлек.

Люси повернулась, моргнула и закрыла глаза. Когда она снова открыла их, там стояли и улыбались ей два ангела-мстителя. Она вернулась к койке и опустилась на нее, чтобы сесть.

— На мгновение мне показалось, что у меня галлюцинации. Ты действительно избежала безумия, ни смотря на то, что они заставляли меня тебя вызвать обратно. Где остальные? Кэтрин и Линнетт успели выбраться?

— Да… но в данный момент они не могут к тебе прийти, — тихо ответила Мира, продолжив, когда Айя кивнула. — Давай не будем о них сегодня говорить. У тебя достаточно поводов для беспокойства. В конце концов мы обо всем тебе расскажем.

— Так эти новые учёные и вас исправили? — спросила Люси.

Айя фыркнула.

— Да, если считать получение новой кибернетики исправлением. Местный доктор Киберштейн отключил все агрессивные программы, в том числе «Кибержену» и «Компаньон Нового Мира». Его не удовлетворили внесенные мной скромные изменения, которые в конечном итоге спасли наши задницы. О нет, моя работа по программированию была для него недостаточно хороша.

Выругавшись на хинди, Айя прошла через комнату и взяла стул. Отдав его Мире, она вернулась за вторым.

Люси читала свои файлы так быстро, как ей позволял процессор. Она не нашла учёного, о котором говорила Айя.

— В своих записях я не вижу никого с таким именем, Айя. Кто такой доктор Киберштейн?

Мира повернулась и посмотрела на Айю.

— Видишь, что ты начала? Не запутывай сегодня ее мозг своим нытьем и стонами. — Она повернулась к Люси. — Его настоящее имя Неро Бастион… Доктор Неро Бастион. Он и доктор Кира Уинтерс, одна из первоначальных создателей, провели твою реставрацию. И пусть тебя не обманывает, что Айя его по-всякому обзывает. Ей нравится задница Неро… его очень коричневая задница, если ты понимаешь, о чем я.

— Ты такая расистка, — заявила Айя, многозначительно на нее взглянув.

— Лучше это, чем чрезмерный рационализм, — заявила Мира в ответ. — И я говорю правду. То, что ты думаешь, отображается на твоем лице всякий раз, когда он рядом.

Айя фыркнул.

— Нет… неправда. Мне не нравится этот мужчина, в том смысле в каком думаешь ты. Но если бы он мне и нравился, то не из-за того, как он выглядит. Он киберученый. Он наш враг.

Мира покачала головой.

— Нет. Черт, нет. Неро нам не враг, упрямая задница. Наш враг Брэдли 360. Нет… черт возьми, я все еще ошибаюсь. Наш враг тот, кто его запрограммировал.

Взгляд Люси метался между ними.

— Я все еще в замешательстве. Кто такой Брэдли 360? Нет, подожди… — она порылась в своих файлах, нашла ссылку и прочитала о нападении на нее и Эрика.

И были более старые файлы… до обращения Брэдли 360… тогда, когда он был настоящим человеком и очень злым, доктором Брэдли Смитом. Он был ответственен за многое из того, что с ней сделали. Жар разлился по лицу Люси, и по ней прокатился гнев, который она попыталась подавить.

— Да. Брэдли 360 определенно наш враг… или, по крайней мере, мой и Эрика. Где он сейчас?

Люси увидела, как Айя начала отвечать, но ее прервал сигнал тревоги. Электронная дверь комнаты автоматически заперла их внутри. Меры безопасности представляли собой барьер, призванный уберечь людей от вреда. Это просто не была эффективная мера против киборгов, запрограммированных на скрытность. Устройства борьбы с приборами систем безопасности стали дополнительной функцией во времена, когда они были киберженами. Тогда почти все женщины в их подразделении были стратегически размещены рядом с мужчинами, за которыми ОКН хотела следить.

Вскочив, Мира побежала заглянуть в коридор. Айя со вздохом поднялась и пошла посмотреть в окно.

— Кто-нибудь из вас видит, что происходит? — спросила Люси из клетки.

— Похоже, это своего рода изоляция, — сообщила Мира. — Не вижу, чтобы кто-то оттуда выбегал. А… нет, вижу. Я вижу, как твой блондинистый мальчик-игрушка имеет дело со всеми паникующими учеными в белых халатах. Сейчас он разговаривает с несколькими охранниками «Нортон». Все настоящие… никаких ботов. Я ожидаю, что он тоже скоро придет нам на помощь. Он так мило к тебе относится, Люси.

Люси подняла ладонь и снова посмотрела на красное сердце.

— Похоже на то.

Айя фыркнула и пошла к Мире стоявшей у двери.

— Да. Я бы сказала, тошнотворно сладко. На мой взгляд, его псевдогероические действия совершенно не нужны.

— Цыц, бессердечная ты гарпия. Чувства Эрика к Люси романтичны. Тебе очень повезет, если Неро подумает, что ты тоже стоишь затраченных усилий, — воскликнула Мира, ударив подругу по руке, чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

Айя и Мира услышали, как позади них открылась дверь клетки. Они даже не оглянулись, только пригнули подбородки, чтобы скрыть одобрительные улыбки. Через три шага голова Люси оказалась между их головами, и стала выглядывать вместе с ними из маленького окошка.

Айя ткнула фыркающую Миру в руку.

— Похоже, мистер Герой забыл поставить на ее клетку ручной замок. Это будет ему уроком.

— Из моих обширных досье на Эрика я предполагаю, что он хорошо знает мои возможности. Поэтому было бы разумно предположить, что это была умышленная оплошность с его стороны. Он сказал, что я все равно выберусь из клетки через три часа, так что я всего на пару часов опережаю график. Вы двое пришли прежде, чем я смогла принять решение о том, хочу ли я сбежать из камеры самостоятельно.

Мира фыркнула громче, наблюдая, как Эрик разговаривает с Пейтоном. Она увидела красивого мужчину, стоящего с ними в кругу, и задалась вопросом, кто он такой. Она также задавалась вопросом, что нужно сделать, чтобы с ним познакомиться. Ее мгновенное влечение заставило ее улыбнуться.

— Твои рассуждения не имеют значения, Люси. Парниша все равно будет винить нас в твоем освобождении. Проведя так много времени с твоей ручной версией, он, вероятно, думает, что ты не способна ни на какое коварство.

Люси фыркнула.

— Он вообще не думает обо мне… или, по крайней мере, не думает мозгами. Почему у меня на него так много файлов, тогда как по другим контрактам у меня почти нет записей?

Мира повернулась, посмотрела в растерянное лицо Люси, а затем драматически закатила глаза.

— Как ты можешь винить Эрика, если ты тоже не в полную силу пользуешься мозгами? — когда на нее посмотрели пустым взглядом, Мира фыркнула. — Ей-богу, я не знаю, что бы вы с Айей делали, если бы я не объясняла все важное. Я думала, что это у меня все чертовы недостатки. Может ли причина быть в том, что тебе действительно нравится этот мужчина?

Люси посмотрела на Айю.

— Она звучит так же, как ее записи семилетней давности, которые у меня есть.

— Учёные ублюдки не успели многое изменить в её настоящей личности, прежде чем мы сбежали, — заявила Айя.

Люси фыркнула.

— Хотела бы я сказать то же самое. Полагаю, я должна быть рада, что они встроили в меня ежедневную очистку данных. В целом, я чувствую себя лучше, чем думала. Если не считать того, что я все еще хочу убить Джексона Ченнинга и Брэдли Смита, я не настолько психически ненормальна, как мне казалось, после всего, что они сделали.

Айя и Мира обменялись вопросительными взглядами, затем обе повернулись и уставились на Люси. Когда они поняли, что она говорит серьезно, Айя нахмурилась.

— Люси, ты убила Джексона Ченнинга много лет назад.

Люси покачала головой.

— Нет. Уверена, что, если бы мне удалось это сделать, я бы сделала об этом подробную запись. Но в моих файлах нет никаких записей о том, что я стала причиной его смерти.

Мира тяжело сглотнула.

— Капитан… в смысле Люси… убийство доктора Ченнинга было настоящей причиной, по которой тебя поместили в эту чертову темницу… я имею в виду бомбоубежище. После того, как ты психанула, у твоих окровавленных ног лежал труп. Насколько они смогли определить, ты его избила, сломала ему шею, а затем завершила дело, тем, что подожгла этого ублюдка. Я продолжаю аплодировать твоей креативности каждый раз, когда в разговоре упоминается этот поступок.

— Нет, Мира. Я не убивала доктора Джексона Ченнинга. Возможно, я убила кого-то, кого меня запрограммировали убить, но я гарантирую вам, что это был не он. Учитывая количество и тип данных, которые мне удалось сохранить, я совершенно уверена, что у меня сохранился бы файл. Никто не убедит меня, что этот злобный ублюдок на самом деле мертв, пока я не увижу его разложившиеся останки.

Айя нахмурилась.

— Этот человек мертв, Люси. Мир обвиняет в этом тебя, так что ты можешь с гордостью это признать. Ты убила Джексона Ченнинга. Когда это произошло, об этом говорили на каждой радиостанции «Всемирной Сети». Это было расследовано и доказано, вне всякого сомнения.

— Значит, никто из вас мне не верит? — спросила Люси.

Ответом ей было покачивание двух голов. Она думала об этом, глядя на хаос, происходящий в коридоре. Могла ли она убить Джексона Ченнинга и не знать об этом? Конечно, она многого не помнила. Ее уверенность в этом вопросе определенно противоречила всем данным, которые ей предлагали. Не верить в то, что это произошло, было бы нелогично. Но почему бы ей не сделать в своих файлах хотя бы одну запись об убийстве человека, который мучил ее много лет? Даже несмотря на то, что она была в замешательстве, когда Пейтон Эллиот начал ее навещать, она смогла записать некоторые факты о нем… а позже и об Эрике.

Когда она увидела, что Эрик вырвался из группы, Люси отбросила мысли об убийстве ученого и спокойно вернулась к клетке. Она вошла внутрь и быстро закрыла за собой дверь, убедившись, что она щелкнула. На записи службы безопасности должно быть видно, как она уходит и возвращается в камеру, но к тому времени, когда Эрик об этом узнает, она уже выйдет за пределы своего ограничения по времени на полную свободу.

Через комнату она заметила, две улыбки, направленные в ее сторону. Люси скрестила руки на груди и посмотрела на их веселье.

— Не заставляйте меня вернуться и надрать вам задницы.

Айя издала звук отвращения, а Мира захихикала в ответ на ее угрозу.

— Почему ты снова в этой чертовой клетке, Люси? Ты так боишься, что этот парень на тебя рассердится? Должно быть, он нравится тебе даже больше, чем я предполагала, если ты хочешь пощадить его бедное мужское эго.

Айя, наконец, сдалась и захихикала, а улыбка Миры стала шире. Это было почти как в их старые академические дни, когда они втроем устраивали друг другу ад каждые две секунды. Слава богам, что они трое выжили и разделили этот момент. В следующий раз, когда она будет молиться, ей придется зажечь белую свечу.

Наблюдая, как на лице Люси расцвело смущение, Айя подавила веселье и откашлялась.

— Прости, Люси. Я ненавижу себя за это, но на самом деле у меня были те же мысли, что и у Айриш. Но раз уж она подняла этот вопрос… ты все еще используешь часть кода Компаньона Нового Мира? Доктор Киберштейн клянется, что ты можешь это игнорировать. Возможно, нам стоит попросить его тебя осмотреть.

— Почему я должна признаваться вам двоим в своих мотивах? Вы все равно мне не поверите.

Снова услышав их громкий смех, Люси обеими руками показала им средние пальцы за мгновение до того, как в дверь вошел Эрик.

Засада, которую они ждали, оказалась прямо у входа в бомбоубежище. Люси упала на землю как раз в тот момент, когда из уст Пейтона слетела команда это сделать. Она взглянула на несколько импульсных пушек, развернутых над ее головой. С ботами она могла сражаться врукопашную, но не с их оружием. Если она получит один импульсный удар в живот, эта битва для всех закончится.

Затем она услышала это… ультразвуковой свист. Каким-то образом Брэдли 360 получил еще один свисток.

Рядом с ней высунулась голова Эрика, тоже узнавшего звук. До этого она не осознавала, что он тоже лежал на земле, его человеческая рука обнимала ее, защищая.

— Ты можешь настроить определенную частоту для своего слуха? — спросила Люси сквозь пушечные выстрелы. После его кивка она закрыла глаза, поискала то, что ей нужно, а затем стала называть цифры. Напряжение на лице Эрика подсказало ей, что пройдет несколько минут, прежде чем его слух восстановится.

Впереди она наблюдала, как из ослабевших пальцев киборгов падали импульсные пушки. Под косым взглядом Брэдли 360 два бота с ИИ отбросили оружие, которое несли. Каждый из них собрал по пушке брошенной киборгами и начал стрелять в оставшихся киборгов из их собственного переделанного оружия. Самый крупный человек, которого Эрик назвал Кингом, голыми руками разорвал ИИ-бота на части, прежде чем еще два присоединились к попытке его захвата. В конце концов, огромное количество импульсов, направленных в его сторону, вырубило и этого гиганта.

Затем она увидела, как Брэдли 360 спокойно пробирается сквозь разбитых ботов и сбитых с ног киборгов. Он ни разу не остановился, чтобы проверить, насколько эффективна его стратегия. Его настоящей целью была она, и его взгляд был прикован к ней. Бегство было слишком рискованным. Если получится, все, что она могла сделать, это использовать его целеустремленность в своих интересах.

Еще раз взглянув на мужчину рядом с ней, Люси поднялась на ноги.

Эрик схватил ее за лодыжку.

— Люси… не надо.

— Я должна, Эрик. Ему нужна я… меня хочет Создатель Омега. Может быть, я смогу увести его отсюда, и он оставит тебя одного на время, достаточное для того, чтобы позвать на помощь. Просто убедись, что ты сообщил своим ученым настройки слуха, чтобы они могли бороться с этим чертовым свистом. Они должны запустить это в массовое производство.

— Забудь об этом чертовом свистке. Если ты умрешь, мы все умрем, — сказал Эрик, морщась от боли.

Люси сжала губы, затем вздохнула, прежде чем заговорить.

— Знаю, но я не собираюсь умирать. А теперь притворись что потерял сознание, пока твой слух не наладится.

Высвободившись из хватки Эрика, Люси сделала несколько шагов вперед. Подняв подбородок, она посмотрела на приближающегося киборга. Увидев, что свисток на нее не подействовал, Брэдли 360 наконец перестал в него свистеть.

Люси насчитала двадцать три функционирующих ИИ-бота, следовавших за ним. Стоило ему взглянуть через плечо, как все мгновенно остановились, замерев в строю и ожидая дополнительных команд. Насколько она могла судить, он определенно контролировал их только своим разумом. Она могла бы поспорить, что это еще одно достижение Создателя Омеги, которое она так и не получила. Очень жаль. Подобный навык может оказаться очень полезным.

Не потребовалось много времени, чтобы понять, как это работает. Все, что нужно было сделать кому-то вроде нее или Брэдли 360, это отключить устройства с помощью кода отключения, который дал им Создатель Омега. Но для того, чтобы Брэдли 360 мог контролировать их поведение, потребуется второй код для их беспроводной перезагрузки, при этом он будет нейронно подключен к их командной цепочке в качестве руководителя секции.

Остальное было легко. Лучшие боты «Нортон» оказались идеальным выбором для борьбы с высококвалифицированной командой Пейтона. Подразделения ИИ-ботов, выполняющие роль роботов-охранников, были специально запрограммированы для работы в качестве группы боевых машин… в этом качестве их и использовал Брэдли 360.

На самом деле просто. Обычно лучшие идеи были простыми. И это было очевидно эффективным, учитывая количество бессознательных и теперь уже глухих киборгов на земле с все еще кровоточащими ушами.

Ей пришло в голову, что война могла бы пойти совсем по-другому, если бы киберучёные всего мира восприняли кибернетическую эволюцию человечества с нынешним рвением Создателя Омеги. Одержимость этого ублюдка созданием идеальной женщины, вероятно, препятствовала появлению уровня нейронных манипуляций, как у Брэдли 360… до сегодняшнего дня.

Кто станет сражаться с жаждущим власти учёным, если он позволит его последнему проекту уничтожить всех, кто с ним борется? Без Эрика и этой группы выдающихся людей у ученых-реформаторов, занимающихся кибернетическими реставрациями, не было ни малейшего шанса победить такого эгоцентричного человеке.

Ее признательность Пейтону за усилия по ее спасению возросла на несколько ступеней, когда она просканировала его тело… как и ее привязанность к Эрику, все еще лежавшему в засаде на земле. Благодаря его решимости спасти ее, Люси была все еще жива, чтобы противостоять бывшему доктору Смиту сегодня. Она чертовски уверена, что не собиралась упускать последнюю возможность, которая у нее могла быть.

— Так. Так. Так. Не капитан ли это Люсиль Эвелин Пеннингтон во плоти, — громко сказал Брэд, произнося каждое слово настолько четко, насколько мог.

Люси почувствовала, как эти слова ударили по чему-то в ее голове. Команды программирования путались, исправлялись, когда ничего не происходило, а затем сглаживались, как будто они вообще не существовали. Ни одной секунды этого не сопровождалось ни малейшей болью.

Невозможность запустить код Компаньона Нового Мира привела ее в восторг, но злорадство по поводу обретенной от него свободы не поможет ей справиться со стоящей перед ней угрозой. Нет. Ей придется еще раз дать ему то, на что он помог ее запрограммировать.

Люси схватилась за уши и выкрикивала ругательства так громко, как только могла, при этом опуская колени на землю. Она притворилась, что корчится от ментальной боли, и обнаружила, что ее мышечной памяти не так уж и сложно вспомнить то, что она так часто переживала.

Симулируя изменение, она просматривала свои файлы в поисках списка симптомов и действий, указывающих на то, что она переключала программы. Сделав паузу, которая обычно занимала определенное время, она услышала, как Брэд фыркнул, глядя на ее макушку.

— Для меня совершенно очевидно, что реставрацию тебе сделал Неро. Он слишком увлечен своей работой, чтобы быть настолько безжалостно осторожным, насколько это необходимо. А вот Кира… Кира другая. Она бы не забыла проверить переключатель твоих программ, прежде чем выпустить из клетки.

Люси для убедительности вскрикнула, поворачивая голову и глядя на его ухмыляющееся лицо.

— Кстати, я упоминал, что прочитал все записи Неро о твоей реставрации? Он был очень расстроен, потому что просто не мог отключить все, что ему хотелось. Жаль, что я не могу позволить ему оставить тебя как напоминание о его некачественной работе. Думаю, это доказывает, что я по-прежнему самый гениальный учёный.

— Ты… черт… тов… ублю…док, — прерывисто закричала Люси, упав на четвереньки.

Затем она успокоилась, что должно было произойти согласно файлу компаньона. Она подождала несколько секунд, чтобы убедиться, что Брэдли 360 повелся на ее представление. Когда эгоистичный урод промолчал, она гортанно застонала, активируя модулированные голосовые связки своего компаньона. Когда она поднялась на ноги, она издала звук, который обычно издавала только во время оргазма.

Моргнув, она уставилась на машину, которая когда-то была доктором Брэдли Смитом, вложив в свой взгляд всю возможную доброжелательность.

— Привет. Я ваш Компаньон Нового Мира. Буду рада вам служить, Брэдли 360.

Она с трудом сдерживалась, чтобы не ударить его кулаком в лицо, когда он громко и долго смеялся. В его глазах и улыбке было удовлетворение.

— Блин, я хорош. Да, это доставило бы тебе удовольствие… и как бы мне хотелось взять тебя с собой для этой цели. К сожалению, твоя поимка больше не является моей главной задачей. Знаешь, как тяжело отрицать этот кусок дерьмового кода. Честно говоря, оставить тебя себе не стоит головной боли, дорогая. Создатель Омега создал гораздо лучших компаньонов, чем ты когда-либо могла бы быть. Иногда они бывают немного скучными, но, по крайней мере, они никогда не сопротивляются.

Люси моргнула и немного прочистила горло. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы не отреагировать на то, что другие женщины теперь попали в ад, из которого она едва успела выбраться.

— Ваши заявления сбивают меня с толку, Брэдли 360. Я создана для вас. Я с удовольствием удовлетворю все ваши потребности.

— Отлично. Стой здесь и не двигайся. Это все, что мне от тебя нужно, — приказал Брэд.

Люси наблюдала, как он порылся в карманах. Во время побега он где-то стащил белый лабораторный халат. На нем было чужое имя, но Брэдли 360, похоже, это не волновало. Он осмотрел карманы. И наконец вытащил из одного шприц-инжектор.

— На этот раз мы делаем все быстро и мило. Никакой возни с вирусами. Ты должна умереть, потому что меня ждет в награду новый процессор. Как только этот «малыш» поселится в моем мозгу, я стану самым умным человеком на свете и самым могущественным. Тогда я стану лучшим творением Создателя Омеги. С другой стороны, ты будешь вычеркнута из его списка ошибок. Через месяц или два мир забудет, что ты когда-либо существовала.

Роботы-охранники подняли свои импульсные пушки, когда Брэд подошел к ней с инжектором в руке. Он поднес его к ее шее и уронил на землю, когда стрела пронзила его руку в запястье. Его крик боли эхом разнесся в тишине. Люси твердо придерживалась запланированного поведения и осторожно оглянулась по сторонам.

Айя и Мира прекрасно владели луками и стрелами. Женщин-киборгов тщательно обучали обращению с ручным оружием, потому что всем женщинам было отказано в технологическом… за исключением бомб, подобных той, которую несла она.

— Беги, Брэдли 360. Нас атакуют, — объявила Люси.

Издав панический звук, она повернулась и побежала, пытаясь от него убежать. Три импульсные пушки мгновенно повернулись в ее направлении. Остальные роботы-охранники с пушками разбрелись в разные стороны, наверняка посланные на поиски снайпера-лучника.

— Стой… а-а-а-а, — приказал он, подбирая инжектор с того места, где он упал.

Оглянувшись вокруг, чтобы убедиться, что в его сторону больше не летят стрелы, Брэдли подошел к ней.

— Если ты снова двинешься с места, клянусь, я прикажу сбить тебя с ног импульсной пушкой. Никто точно не знает, взорвешься ли ты. Но я пойду на этот риск, прежде чем позволю тебе снова от меня уйти.

Он поднял инжектор своей поврежденной рукой, но наличие стрелы не позволило его пальцам нажать на него. Он поменял руки и выругался, снова уронив инжектор.

Люси схватила его раненую руку и вывернула, сломав ее в запястье. Его дополнительный наполненный болью крик разорвал воздух. Она двинулась, расположив тело Брэдли перед своим. Если бы она смогла уклониться от выстрелов импульсной пушки, у нее было бы десять секунд, чтобы сбежать, пока оружие перезаряжается.

Мимо них пролетели два залпа импульсной пушки. Ожидая третьего, она вдруг услышала яростный вопль. Она выглянула из-за тела Брэдли 360 как раз вовремя, чтобы увидеть, как тело Эрика падает недалеко от того места, где они с Брэдли стояли.

У нее оставалось десять секунд, чтобы обрести свободу, но она не могла рисковать и уйти. Она не могла не знать, что Брэдли может назло ей использовать инъекцию на Эрике.

— Нет. Я не могу потерпеть неудачу… а-а-а-а, — сказал Брэд.

Люси держала перед собой его измученное болью тело. Она будет продолжать использовать его в качестве щита до тех пор, пока он будет контролировать ботов. Ведь импульсные пушки повернулись в их сторону, следуя за ней, пока она тащила за собой Брэдли 360.

Она посмотрела на Эрика, который все еще не двигался. Она толкнула его ногой, но все равно ничего не изменилось. Он же должен был быстро прийти в себя. Это была его специализация. Сколько времени это займет?

— Ты знаешь, какой он. Создатель Омега никогда не остановится, пока ты не умрешь, — прошептал Брэд.

— И это справедливо, — спокойно ответила Люси. — Потому, что я тоже не собираюсь останавливаться, пока он не умрет.

Решив, что ей нужно знать, мертв ли Эрик, она подняла Брэдли 360 так высоко, как только смогла, а затем сильно швырнула его на землю. Еще больше его костей сломалось, но она не остановилась, чтобы закончить работу или оценить ущерб. Она еще не хотела его полной смерти. Она просто хотела, его остановить, пока все не обдумает.

Ее ноги быстро привели ее к Эрику. Она опустилась на колени, нащупывая признак того, что он все еще жив. Он был слабым, но все же был. Импульсные пушки, наверное, были заряжены на полную мощность.

Когда она подняла голову, то увидела, что импульсные пушки все еще нацелены на нее. Ее единственный шанс на свободу давно исчез. Закрыв глаза от этой дилеммы, она положила лоб на кулак.

Она могла бы подползти к Брэдли 360 и свернуть ему шею. Возможно, его смерть разорвет его связь с роботами-охранниками. Но что, если это отправит безотказную команду на уничтожение?

Она все еще думала, когда ее голова поднялась при звуке шагов… человеческих шагов. Только они не были полностью людьми. Айя и Мира шли к ней. Они остановились и посмотрели на извивающегося Брэдли 360. Люси увидела, как две импульсные пушки двинулись и развернулись в их направлении.

Айя фыркнула.

— Как будто мы не оказывались в такой ситуации тысячу раз с тех пор, как сбежали. Не беспокойся о том, что нам придется иметь дело с импульсными пушками, Люси. Мы эксперты в том, как от них уклоняться. Просто скажи нам, что делать со сломанным, но все еще не мертвым, доктором Смитом.

Люси покачала головой.

— Я пока не знаю. Вот почему он все еще жив.

— Ну, это не очень-то по-капитански с твоей стороны… откладывать такое решение, — поддразнила Мира.

Она подняла ногу в ботинке и сильно пнула ею в промежность Брэдли 360. Яйца еще долго из него не вылезут… если вообще когда-нибудь. Мужчина извивался от еще большей агонии и перекатился в позу эмбриона, несмотря на сломанные кости. Его состояние сделало ее очень веселой… даже очень веселой. Не то чтобы его страдания компенсировали все страдания и смерти, которые он причинил, ведь ничто и никогда этого не сделает.

— Что у тебя на уме, кроме убийства этого ублюдка, Люси?

— В основном взорвусь я или нет, — ответила Люси, отметив, что направленная на нее одиночная импульсная пушка все еще двигалась, когда она куда-то перемещалась. — Мне интересно, может ли Создатель Омега иметь встроенный в Брэдли 360 предохранительный механизм. Если он умрет, нет причин не взорвать меня. Он сказал, что я возглавляю список ошибок Создателя Омеги. Стереть меня с лица земли его настоящая цель. Он собирался сделать это с помощью инъекции потому, что это также дало бы ему время спасти собственную задницу.

— Знаешь, мы пытались отговорить тебя от установки этой чертовой бомбы, — пожаловался Айя. Она опустилась на колени рядом с Брэдли 360 и помогла ему сесть. — Теперь из-за этого мы не можем рискнуть и убить его сразу. Но мы также не можем позволить ему продолжать командовать роботами-охранниками.

Мира повернулась и посмотрела на свою подругу.

— Как ты думаешь, сможешь ли ты достаточно точно обращаться со своим клинком, чтобы вывести из строя нейронный контроллер, не повредив при этом процессор или логический чип? Система жизнеобеспечения этого ублюдка будет продолжать работать, независимо от того, насколько сильно у него болит голова.

— Ты всегда к нему такая снисходительная, Айриш — произнесла Айя.

Она сжала кулак своей кибернетической руки и ударила им по земле. Из него выскочило острое, тонкое лезвие.

— Знаешь, когда я очнулась после своего обращения, мне показали только чертов ноготь. Я была так разочарована. После всего этого ада изменений, я не могла избавиться от чувства обмана, ведь все, что у меня было, это гигантское хранилище. Мне было нужно оружие.

— Да, ну, а у меня вообще ничего нет, кроме программирования. Блин, я просто чертова библиотека. Попробуй быть чем-то иным, кроме как хранилищем.

Айя кивнула.

— Мне жаль тебя, Мира, но это моя история, поэтому позволь мне ее рассказать. Они ждали три дня, прежде чем показали мне это оружие. Проблема в том, что вернуть его не так просто, как вынуть. Оно настолько тонкое, что проникает, как очень острая игла, а затем, обламывается в моей жертве. Единственный вариант его восстановления, операция по его замене. Как и бомба Люси, она должна была стать последним средством. Я никогда им не пользовалась, даже когда убивала других ученых.

Она повернула голову Брэдли 360 и направила лезвие.

— Как насчет здесь, Мира? Что думаешь?

Мира кивнула.

— По моему мнению, это нормально. Они поместили нейронные контроллеры в правую часть лобной области. Люси, что ты думаешь?

Люси наклонилась и нежно поцеловала Эрика. Иногда вы не могли увидеть способ явно выиграть войну. Иногда все, что можно было сделать, это попытаться выжить в нынешней битве. Такова была их история с момента их обращения. Коррумпированные кибернетики и еще более коррумпированное правительство заставляли их всех сражаться… битва за битвой. И они никогда не выигрывали много схваток. Впрочем, сегодня должно было быть по-другому. Им нужно было послать Создателю Омеге громкое сообщение… но не подобное взрыву бомбы.

Она подняла голову и посмотрела на своих самых верных друзей.

— Айя, используй его тело как щит. Если нас всех уничтожат импульсные пушки, ты хотя бы позаботишься о том, чтобы этого чертового ублюдка нельзя было восстановить снова, прежде чем его бросишь?

Айя вытащила лезвие и подняла Брэдли 360 в сидячее положение. Она увидела, как Мира встала перед ней, не обращая внимания на обе импульсные пушки, направленные на нее.

— Пытаешься увеличить мои шансы, Айриш? Или злорадствуешь, потому что мальчик-игрушка Люси действительно оказался героем?

Мира рассмеялась веселому удивлению в тоне Айи. Слава богам. Она не собиралась умирать, хмурясь. Она встретит их своей лучшей улыбкой.

— Просто спасаю то, что осталось от моей души, Айя. Возможно, если я при этом спасу твою задницу, истинные создатели этого мира простят и забудут другие мои проступки. Я прожила не самую образцовую жизнь, но мне бы хотелось получить шанс на другую, если я сегодня умру.

— Мне нравится твоя необразцовая задница, Айриш. Я тебе об этом когда-нибудь говорила?

Айя выкрикнула боевой клич своего народа и одним махом вонзила клинок в кости и мозг. Она вскрикнула во второй раз, как раненое животное, когда лезвие вырвалось из ее запястья. Брэдли 360 боролся пару секунд, а затем замер в ее руках. Быстрая проверка его жизненно важных функций показала, что он все еще жив, даже несмотря на все, что ему пришлось пережить.

Но импульсные пушки не упали. Айя, подняла глаза, признавая свое поражение и больше всего проклиная себя за то, что на лице Миры появилось обеспокоенное выражение.

Люси покачала головой и протянула руку, вставая.

— Все в порядке. Я ожидала, что это может произойти. Вероятно, они не выполнили свою последнюю команду, которая заключалась в том, чтобы не дать нам уйти. Скоро узнаем.

Она лихорадочно перерыла свои файлы. Пожалуйста, пусть Неро оставил нужный документ.

Когда она нашла то, что искала, Люси отправила ботам вирус отключения. Трое, стоявших впереди них мгновенно упали на землю и начали процесс деактивации. Она надеялась, что отправила это и остальным. Если так, то вокруг будет множество неактивных ИИ-ботов, которых нужно будет забрать позже. У «Нортон» будут проблемы с пиаром, когда станет известно, что их высокозащищенные боты были так легко скомпрометированы.

Наконец успокоившись, Люси наклонилась и за воротник потащила Эрика, потерявшего сознание. Айя и Мира справятся со всем остальным. Она собиралась положить Эрика в их кровать и лечь рядом с ним. Когда он проснется, он сможет снова ее защищать, пока не будет сделана операция по удалению бомбы. Она больше не позволит использовать себя в качестве инструмента в переговорах против хороших парней. А если она умрет… то умрет только она. Неро позаботится о том, чтобы никто, кроме нее, не умер, и это было все, что имело значение.

Она остановилась возле двух женщин. Айя все еще держала перед собой сгорбившееся тело Брэдли 360.

— А теперь сделай этого ублюдка полностью мертвым, — приказала она.

— Ура. — Мира радостно кивнула. — Погоди. Я кое-что придумала. Нет смысла выпускать ему кишки, когда мы можем сделать это легко и красиво. Будет меньше беспорядка для властей.

Она побежала поднимать с земли инжектор. Вернувшись, приставила иглу к его шее сбоку. Нагнулась и положила теперь уже пустой шприц в один из карманов Брэдли 360.

— Лучше оставить контейнер в качестве улики. Доктор Киберштейн, возможно, нуждается в заверениях, что конкретно этот монстр больше никогда не воскреснет из мертвых.

Айя встала и позволила умирающему телу Брэдли 360 упасть на землю.

— Эта фигня с инжектором тебя устраивает, Айриш? Неужели ты не хочешь взять на память хотя бы его яйца после всего, что он с нами сделал?

Мира рассмеялась. Это ощущалось чертовски приятно.

— О-о-о-о… служанка Шивы все еще кровожадна. Да, я бы хотела его яйца, Айя. Но ножа у меня нет, а лезвие из головы этого ублюдка я не вытащу. Могу порезаться в процессе. К тому же, если нам повезет, он окажется чертовым вампиром и вернется навсегда.

— Не смеши меня, Мира. Лезвие сделано из титана, а не из серебра… и я не протыкала им его сердце.

Мира пожала плечами.

— Сердце. Голова. Без разницы. Нет смысла рисковать… это все, о чем я говорю.

Айя посмотрела на Люси.

— Она никогда… никогда не понимает ни одной истории правильно. Это сводит меня с ума. Могу ли я взять свои слова обратно?

— Твое заявление исходило от твоей человеческой стороны или от твоей кибернетики? — спросила Люси. Молчание Айи вызвало на ее лице улыбку. — Судя по тому, что я слышала, теперь все контролирует твоя человеческая сторона. Потребуется много времени и много страданий, чтобы перестать ее любить. Наверное, лучше всего просто принять неизбежное и постараться обойти его, насколько это возможно.

Айя фыркнула.

— Да, капитан. Я тебя понимаю.

Мира оглядела поле битвы.

— Мы сами тащим всех этих тяжёлых парней или зовём на помощь? Я голосую за то, чтобы мы связались с Неро и Кирой. Им в любом случае придется заменить все барабанные перепонки. Черт бы побрал этот свисток. Я знала, что у него довольно большой радиус действия, но без моего калькулятора я не смогла выполнить эти дурацкие математические вычисления, чтобы его рассчитать. Мы бы были здесь раньше, но нам пришлось оставаться за пределами места боя, пока он не перестанет дуть в эту хрень.

Люси кивнула.

— Мы позовем на помощь. Единственный киборг, которого я вытаскиваю отсюда, это тот, с которым я встречаюсь.

— Встречаешься? — спросили они в два голоса, обменявшись взглядами, прежде чем ухмыльнуться.

— Да… встречаюсь. И я не хочу слышать никакой ерунды по этому поводу. Эрик запрограммирован очнуться от пушечных выстрелов. Он уже настроил свой слух на свист. Убедитесь, что Неро сохранил это устройство в целости и сохранности, чтобы он мог его перепроектировать. Вы двое сможете объяснить, где находимся мы с Эриком. Потому, что мы возвращаемся в темницу, чтобы люди случайно не взорвались.

— Разве ты не предпочла бы, чтобы тебя охранял ручной дракон, а не принц, который не выдержит пушечного выстрела? — поддразнила Айя, надеясь вернуть свет в глаза Люси.

Фыркнув, Мира перевела взгляд на подругу.

— Еще одна чертова шутка. Клянусь, жизнь становится все лучше и лучше. И я тоже тебя люблю, Айя Капур. Каждый твой кровожадный индийский дюйм.

Вздыхая от того, как им всем повезло, что они остались живы, Люси перестала слушать их шутки, положила Эрика на спину и опустилась на колени рядом с ним. И заставила их замолчать, поднеся ко рту его наручный коммуникатор.

Лаборатория в доме Киры была забита людьми, пришедшими посмотреть интервью. Когда эта история стала достоянием общественности, для киборгов и их жен/подруг, это стало своего рода праздником.

Люси посмотрела на клетку в комнате и почувствовала, как у нее внутри все сжалось от страха. Она провела рукой по животу. По крайней мере, она больше не чувствовала там квадратную коробку, и это было хорошо. Она никогда не предполагала, что будет благодарить за свое освобождение одного из первоначальных создателей… и одновременно бывшую жену Джексона Ченнинга.

Как и у Айи, у нее были сомнения в отношении изменившейся женщины кибернетика и тех, кто ей помогал. Но Кира и глазом не моргнула в знак упрека, когда Люси призналась, что не помнит, как убила ее жестокого бывшего мужа.

Не то чтобы она признала, что уже его убила, но исследования показали ей то, во что верили все остальные.

— Посмотри на мои чертовы рыжие волосы. Они ужасны под тем ярким светом, который они использовали. Я думаю, что могла бы покраситься и попробовать локоны цвета воронова крыла, такие как у тебя, Айя. Ты выглядишь как дочь Шакти, у тебя гладкие волосы, золотое сари и безмятежное лицо. Никто бы и не догадался, что тебе хотелось вырезать этому интервьюеру язык каждый раз, когда он, казалось, сомневался в одном из утверждений Люси.

— Цыц, Айриш, — приказала Айя. — Никто ничего не слышит, кроме твоего тявканья.

Мира рассмеялась, и ее улыбка стала еще шире, заметив, что Айя стала внимательно следить за интервью. Как будто не она заставила ее найти чертову несанкционированную копию и загрузить ее. Айя уже смотрела эту чертову штуку как минимум дюжину раз. Что еще она могла извлечь из всего этого?

— Айя, доктор Киберштейн помог тебе выбрать этот наряд? Возможно, мне тоже стоило с ним посоветоваться. Хотя, Неро и не позволит мне украсть выбранное им платье, но мне стоило бы потратить деньги, если бы в итоге я стала выглядеть так же, как ты на большом экране.

— Тише… вы обе, — приказала Люси, слушая смех Эрика рядом с ней. — Почему ты смеешься? Разве интервью смешное?

Эрик покачал головой.

— Нет, интервью не смешное, это твои друзья смешные. Я так привык к их ссорам, что даже не замечал, что они разговаривают, пока ты не начала их ругать. Я научился не обращать на них внимание.

Люси хихикнула и снова повернулась к комму. Она сжала пальцы Эрика, которые сплелись с ее собственными. Их свидания переросли в совместную жизнь, потому что он и слышать не хотел о том, что она живет одна в каком-то из временных приютов «Нортон».

Вчера вечером они наконец-то справились с сексуальным напряжением, которое, казалось, было между ними постоянно. В первый раз он был так осторожен, что это чуть не свело ее с ума. Люси намеренно и радостно стерла эту грань осторожности в следующие два раза, когда они в поисках удовольствия пытались найти тела друг друга.

Они проснулись вместе в лучах чудесного солнечного света, льющегося из окна его спальни. Пока Эрик еще спал, она сделала несанкционированный снимок их обнаженных тел для своего личного файла. Теперь она смотрела на это, бесконечно поражаясь тому, что доказательства их сексуальных отношений доставляли ей удовольствие. После всего, что она пережила, это был величайший из даров… получить удовольствие в объятиях хорошего … и красивого мужчины.

Люси с тоской вздохнула и наклонилась ближе.

— Можем ли мы уйти, как только все закончится? Я хочу домой. Я даже съем сухой паек, если это поможет нам сегодня быстрее лечь спать.

— Теперь это называется замороженный ужин, а не «сухпай». Если мы собираемся жить вместе, одному из нас придется научиться по-настоящему готовить. И мы не можем уйти сегодня рано по двум причинам. Во-первых, ты почетный гость. Во-вторых, Пейтон хочет с нами поговорить. Вот почему мы здесь, где все только свои.

Люси снова вздохнула.

— Хорошо. Мы можем остаться, чтобы послушать его речь. Мне просто хотелось бы, чтобы это происходило не в кибер лаборатории. Разве чтобы посмотреть комм, вы никогда не пользовались гостиной? От этого места у меня мурашки по коже.

— Мы здесь, потому что нас здесь никто не услышит. Это все время проверяется. Ведь, у ОКН повсюду есть уши и шпионы. Мы никогда этого не забываем и не считаем нашу конфиденциальность чем-то само собой разумеющимся.

— Ладно. — Люси снова сжала его пальцы и успокоилась.

— Хотя мне нравится, ход твоих мыслей, — прошептал Эрик, украдкой поцеловав ее в щеку. — Обещаю, мы уедем, как только сможем.

Люси неохотно снова сосредоточила свое внимание на комме. Попытка ОКН обвинить Киру Уинтерс в «мошенническом» поведении Брэда подвела для нее важную линию в этой борьбе. До ее публичного интервью, ОКН полностью отрицала существование Создателя Омеги. Они также полностью освободили «Нортон» от любой ответственности за произошедшее. Известие о том, что они добиваются судебного запрета на работу Киры Уинтерс, стало последней каплей и причиной, по которой они сейчас смотрят трансляцию по телевизору.

Ее не удивило, когда Рэйчел Логан настояла на том, чтобы во время интервью стоять рядом с ней и остальными. Девушка пережила взлом личных данных Брэдли Смитом и, казалось, пришла в себя… не то чтобы все считали нависшего над ней татуированного мужчину признаком психического здоровья. Смерть Брэдли Смита сделала ее счастливее… и девушка, вероятно, хотела бы, чтобы никто об этом не знал… но это имело смысл, если вы когда-нибудь были, также как и она беспомощны в результате его хакерской атаки.

Одна вещь, которую Люси быстро поняла после того, как обнародовала свою историю, заключалась в том, что даже после восстановления ни у одного из них не было никакой уверенности в собственном будущем. Они были людьми и машинами, и мир не собирался позволять им забывать об этом.

Никто не мог исправить того, во что каждый из них превратился из-за кибернетических изменений. Все они время от времени нуждались бы в ремонте со стороны таких инженеров, как Сита Харрингтон. Им всем понадобится модифицированный код, написанный такими, как Неро Бастион, который помогал Кире Уинтерс в крестовом походе по восстановлению киборгов.

Она потеряла себя в одной войне. Возможно, однажды она потеряет себя в той тихой войне, которая сейчас происходит вокруг них. Но теперь, когда ей не нужно было прятаться, чтобы спасать людей, Люси планировала продолжить борьбу в открытую.

Так что, хотя ей и не хотелось подвергать кого-либо из них еще большему осмеянию, она не побоялась показать миру судьбы Кэтрин и Линетт в их нынешних ограниченных условиях. Их почти неразумная реальность могла быть ее реальностью… или Айи и Миры. Кира поделилась, что она почти готова опробовать на них свой новый прототип процессора. Люси собиралась быть рядом с ними, когда придет время для этого эксперимента. С ними также будут Айя и Мира. На этот раз она будет охранять то, что осталось от ее военной команды, и сделает так, чтобы это имело значение.

Тем временем они втроем спокойно начнут искать других женщин… тех, которые, по словам Брэдли 360, были «лучше» запрограммированными компаньонами. Она предоставила Пейтону и его людям возможность просматривать записи, видеозаписи и ссылки на сайты в ходе поиска. У нее же, Айи и Миры были другие способы избавиться от творений Создателя Омеги.

Но в конце концов некоторые из киборгов, которых он пытал, его найдут. Как она сказала Брэдли, она никогда не перестанет искать. И когда она найдет его, Создатель Омега будет страдать хуже, чем Брэдли Смит или предположительно мертвый Джексон Ченнинг.

Люси хотела, чтобы этой ночью был секс и множество отупляющих оргазмов. Вместо этого они с Эриком лежали на его кровати и смотрели в потолок. Новость, которой поделился Пейтон, снова все изменила.

То, чего хотели он и Кира, было так же плохо, как и то, что военные просили у добровольцев киберсолдат. Какой киборг захочет стать еще большим уродом?

Люси вздохнула и моргнула, у нее защипало в глазах. Слезы стали появляться чаще. Кира объяснила, что эмоциональные срывы будут происходить и дальше. Гормональные всплески — это совершенно нормально, заявил Неро. Люси решила, что, помимо отличного секса, быть женщиной-киборгом это самое худшее.

— Почему мы так усердно пережевываем то, о чем говорил Пейтон? Нас с тобой нет в списке, Эрик. Разве мы не должны быть благодарны за одно это?

— Да. Мы должны быть просто благодарны. — Эрик протянул руку и притянул Люси к себе. — Я был бы более благодарен, если бы в списке не было Маркуса.

Люси положила руку на грудь и закинула ногу ему на бедра. Когда его рука опустилась, чтобы потереть ее ногу, ей захотелось замурлыкать, как счастливому котенку. Внутри нее существовала постоянная дихотомия… властная женщина военный и приятная спутница, которая хотела обвиться, как виноградная лоза, вокруг мужчины рядом с ней. Чтобы ответить, потребовалось некоторое усилие, поскольку в тот момент Эрик, казалось, больше всего хотел с ней поговорить.

— Рэйчел никогда не позволит Маркусу это сделать. Я видела ее лицо, когда она услышала, что он кандидат на эту должность. Он потеряет ее, если пойдет добровольцем. Им ведь нужно только два человека. И было бы разумно выбрать двоих, которых не нужно было бы переделывать.

Эрик кивнул.

— Как ты думаешь, Пейтон прав? Является ли создание лучшего киборга единственным способом по-настоящему сразиться с Создателем Омегой?

Люси прерывисто вздохнула, придумывая самый логичный ответ, на который была способна. Она понимала, что Эрику нужна поддержка. Ей хотелось, чтобы она могла ее ему дать.

— Единственный ли это способ? Жаль, что я не могу сказать «нет». Посмотри, что случилось с Брэдли Смитом, а ведь он даже не был настоящим киборгом, по крайней мере, не таким, как мы. Если бы его целью было что-то другое, а не убить меня, он мог бы легко заставить эти подразделения искусственного интеллекта убить сотни невинных людей из своих импульсных пушек. Никто бы ничего не смог сделать, чтобы остановить его, разве что убить… И даже тогда это не остановило бы то, что он привел в действие с помощью этих машин. Мне повезло, Эрик. В этом нет сомнений.

Эрик нахмурился и обнял ее крепче.

— Я ненавижу то, что Кире приходится создавать киборга лучше, чем Создатель Омега. Установка нейронных имплантатов сама по себе была бы пыткой для любого из нас…

— …если не считать, что они у тебя уже есть, — перебила Люси.

Эрик кивнул.

— Как у тебя… или Уильяма.

— Да. Уильям в списке, — тихо сказала Люси. — Как Мира и Айя. Любой из них, вызвавшийся добровольно, избавил бы от необходимости устанавливать дополнительную проводку кому-то вроде Маркуса, у которого еще нет нейронного контроллера.

— Будут ли Айя и Мира добровольцами? — спросил Эрик.

Люси обняла его крепче. Ей действительно не хотелось больше об этом говорить, но она не могла помешать ему беспокоиться о своем друге. Она вздохнула, отвечая:

— Да. Утром они скажут Кире Уинтерс. Обе будут волонтерами. Они хотят отомстить за то, что с нами сделали… и за всех женщин, которые не выжили. Возможно, они слишком сильно этого хотят. Не могу сказать, что я чем-то от них отличаюсь. Но у меня есть свои собственные представления о том, как служить общему делу.

Эрик начал переворачиваться, пока не увидел лицо Люси.

— Неужели это эгоистично с моей стороны радоваться, что тебя нет в списке? Ты только что выбралась из ада подопытных кроликов киберученых. Я не думаю, что у меня хватит сил смотреть, как ты туда возвращаешься.

Люси подняла руку и откинула назад его волосы.

— Да, Эрик Андерсон. Ты полный эгоист, раз хочешь, чтобы я была свободной и счастливой. А теперь спроси меня, есть ли мне до этого дело? Мне льстит только то, что ты хочешь спасти мою задницу. Как я могу смотреть на это иначе? Это было бы нелогично.

Эрик прижался лбом ко лбу Люси и рассмеялся.

— Ты правда ожидаешь, что я поцелую этот пошлый рот?

— Да… и все остальные части моего тела, пока я не смогу думать ни о чем, кроме оргазмов, которые ты мне доставишь.

— Ничего себе. Я тоже тебя люблю, Люси.

Она рассмеялась под ним, каждой клеточкой ощущая его ответный смех.

— Я ничего не сказала о любви. Кто в наше время так говорит? Просто, я всегда отдаю тебе то, что получаю. И всегда этого хочу.

Эрик убрал ее человеческую руку от своего тела и положил ее между ними. Красное сердечко поблекло, но отпечаток остался. Как и чувства. Он ухмыльнулся, поворачивая ее так, чтобы у нее не оставалось выбора, кроме как смотреть на рисунок.

— Я заметил, что ты его не смыла. Это должна быть любовь, иначе было бы глупо его сохранять, верно?

— Да я просто не смогла его отмыть. Это же перманентные чернила, — воскликнула Люси, сдерживая смешок, когда услышала его фырканье.

— Бред сивой кобылы. Твоя часть, под названием Мисс Сексуальные Штаны, не позволила тебе это смыть. Я чертовски хорошо знаю, что она меня любит. Она мне так сказала. Очень скоро и ты тоже это скажешь, капитан Упертая Задница Пеннингтон.

— Если я скажу тебе эти чертовы слова в ответ, ты отстанешь от моей задницы? — спросила Люси.

— Нет, — твердо заявил Эрик, разводя ее бедра в стороны, чтобы занять свое место. — Но я буду целовать твою задницу всякий раз, когда ты вежливо попросишь меня об этом, а это лучшее предложение, которое ты можешь получить от любого мужчины. К счастью для тебя, я покладистый парень.

Смех, который Люси сдерживала, вырвался как раз перед тем, как его рот горячо сомкнулся на ее губах.

— Я люблю тебя, Эрик, — прошептала она, когда ее губы освободились.

— Я знаю. Добро пожаловать домой, Люси.

Когда губы Эрика вернулись к ее губам, она почувствовала, будто действительно наконец-то вернулась домой.