Возвращаясь с работы, я захожу в бар пропустить стаканчик.

— Ну, и скучища у меня на работе, просто тоска зеленая… — бормочу я и опрокидываю рюмку за рюмкой.

Если кто-то присаживается рядом, я начинаю изливать ему душу. Хорошо, когда находится слушатель, и есть кому пожаловаться! От этого настроение поднимается, но и мне в свою очередь приходится выслушивать жалобы на «неинтересную работу».

Не совсем ясно, кому из нас хуже, но в любом случае большой разницы между нами нет. Вот так и пьем, пока, наконец, алкоголя не помогает забыть о делах своей фирмы. И это относится почти ко всем посетителям бара

Так продолжается день за днем уже который год. Только по выходным я не иду в бар. Но в положенный час организм требует алкоголь, и я открываю купленную накануне бутылку.

А ведь было время, когда после работы я не направлялся прямиком в бар. Вначале гулял по парку, бывал на стадионах и только после этого шел пропустить стаканчик. Потом я начал устремляться туда тотчас после работы, потому что неизвестно откуда появлялся розовый слоник и тащил меня.

Конечно, это — обычная галлюцинация: он появлялся именно тогда, когда организм начинает требовать алкоголя. Поскольку этот слон — призрак он не очень-то мне мешает. Кроме того, с ним даже можно развлекаться, но я небольшой любитель слонов и никак не могу к нему привыкнуть. А избавиться от него можно только одним способом — выпить. Поэтому я немедленно мчусь в бар.

Многие в баре находятся на той же стадии, что и я. Выпивая, мы ведем такие беседы:

— Послушайте! Меня преследует розовый слоник. Ужасно противный. Пока как следует не напьюсь, не исчезает.

— Вам хорошо. А у меня — бабочки. Я терпеть не могу бабочек, а они все время порхают перед глазами. Вам позавидуешь.

— Бабочки куда лучше! Будь моя воля, я бы с удовольствием обменял их на слона.

Так мы и сетуем на судьбу, опрокидывая стакан за стаканом. Наверно, во время галлюцинаций алкоголики видят именно то, чего они терпеть не могут. Во всяком случае, страшно неприятно проснуться ночью и увидеть у своего изголовья розового слоника, даже если знаешь, что это всего-навсего галлюцинация.

Чтобы не страдать от розового слона хотя бы во сне, я прибегнул к снотворному. Это тоже не очень помогало. От слона избавиться удавалось, но вместо этого меня начал преследовать кошмар. Мне снилось, что я превратился в зебру и скачу по бескрайней равнине. Не знаю, в чем причина этого сна, но он повторялся каждую ночь.

Я обратился к врачу.

— Не могли вы бы мне чем-нибудь помочь. Мне снится, что я — зебра. Ладно бы один—два раза, но ведь это каждую ночь, — обстоятельно втолковывал я врачу. Он молча выслушал меня и сказал:

— Все ясно. Причина таится в ненавистном вам розовом слоне. Поэтому во сне вы стремитесь избавиться от него и в облике зебры куда-то скачете.

— Как же мне быть?

— Прежде всего нужно избавиться от слона. Вы должны бросить пить. Поживите некоторое время в монастыре, излечитесь от алкоголизма.

— Спасибо за совет. У меня только один вопрос: если я брошу пить, чем мне себя занять после работы?

— Вам лучше знать. Было бы идеально вообще ничего не делать.

— Ну-ну…

Такой вариант меня совсем не устраивал. Как это так — после работы ничего не делать? Уж лучше розовый слон или зебра. Это хоть какое-то развлечение.

В монастырь я решил не уходить и продолжал вести прежний образ жизни.

Утром после сна, в котором я вижу все ту же зебру, я отправляюсь на работу. Подхожу к рабочему столу и сажусь на стул. В этот момент срабатывает устройство, автоматически включающее различные механизмы. Груда документов на столе начинает раскладываться, сортироваться, проверяться, статистически обрабатываться, анализироваться, и на основании этого составляется план, который отправляется на стол в другом отделе…

Остальное от меня не зависит. Механизм вмонтирован в стул и включается в тот момент, когда я на него сажусь. Стоит мне встать, как механизм отключается, и работа прекращается. На протяжении всего рабочего дня мне приходится неотрывно сидеть и наблюдать за происходящим на столе. В этом и заключается моя работа.

Я не исключение. Тем же заняты все мои сослуживцы. И так во всех фирмах. Вот к чему привел научный прогресс. Тяжелый труд исчез, безработных не стало, разве это плохо?

Конечно, все так, но мне это не слишком нравится. Меня это страшно раздражает. Невыносимо! Иногда мне кажется, что здесь и коренится причина всех моих бед.

Из-за такого однообразного времяпровождения все и ударились в пьянство. После работы ничего не хочется делать. А если ничего не делать, с головой начинает что-то твориться.

И как всегда, после работы я тороплюсь в бар. С пьянством завязывать не собираюсь. При одной мысли об этом меня начинает преследовать розовый слоник, и устоять перед выпивкой невозможно. А когда пьяный в стельку я добираюсь домой и принимаю снотворное, то во сне превращаюсь в зебру и начинаю куда-то мчаться. Во всяком случае, мне еще как-то удается окончательно не свихнуться.