Сотни кораблей ждали в отдалении, все они были готовы атаковать Дракус. Крылатые драконы, сотканные из магии, лениво хлопали крыльями над ними, существа, казалось, были привязаны к неподвижным кораблям.

Они еще не нанесли удар, но я мог видеть, что это было за зрелище. Это была демонстрация силы. Предназначенная для запугивания и подавления. Это не сработало бы. Эго Короля фейри уже брало верх над ним. Он ждал, чтобы напасть, пока я не вернусь. Он хотел битвы. Он хотел сказать, что победил меня.

Я сильнее захлопал крыльями, страх за мое королевство рассеивался по мере того, как я приближался к земле. Солнце отражалось от чешуи каждого воина, летящего рядом со мной. Пусть фейри увидят нас. Пусть они увидят, как выглядели пятьсот драконов, когда мы закрыли только что вернувшееся солнце. Пусть они почувствуют страх.

Вместо того, чтобы делать вираж к земле, я нацелился на ожидающие корабли. Взмахи крыльев позади меня не колебались, следуя моему примеру. Слова были не нужны. В ту же секунду, как я открыл огонь, они заняли атакующие позиции, и мы бросились в атаку.

Странные магические драконы устремились к нам, изрыгая неестественное пламя, их цели были случайными и непоследовательной. Их было достаточно легко избежать, поэтому я накренился в сторону, сосредоточившись на кораблях под нами.

Лучники наполнили небо каскадом стрел, некоторые со звоном ударялись о мою прочную чешую, прежде чем упасть в море. Я спикировал вниз, открывая огонь по атакующим кораблям.

Люди кричали, прыгая с бортов в море. В воде блеснуло еще больше чешуи, и выжившие закричали, когда их утянуло под воду. Впервые я начал думать, что, возможно, не так уж плохо, что ребенок Кето был моим союзником. Возможно, было бы полезно иметь ее в качестве невестки.

Драконы вокруг меня атаковали корабли с таким же рвением, используя пламя и когти, чтобы отправить моряков в водяные могилы. Несколько моих драконов погнались за волшебными существами, превратив их в облако пыли, когда их поглотил огонь.

Король фейри уже однажды пытался захватить мой город, но ему не удалось победить. Сейчас не может быть по-другому.

Я сделал еще один заход на флот противника, выпустив струю огня, когда пролетал над ними. Матросы закричали. Некоторые пытались потушить пламя, в то время как другие пытались попытать счастья в воде. Монстры Кето устроили пир. После этой битвы я обязательно сожгу для нее подношения. Я мог бы даже поступить, как Атос, и построить храм. Наличие ее в качестве союзника, а не препятствия в море, могло бы сделать Дракус еще более могущественным.

Пламя взметнулось в воздух, и я изогнулся, мои крылья едва не задело неестественное пламя. Сердце бешено колотилось, я повернулся лицом к мерзости, которая выпустила ужасный огонь. Эти драконы были смертоносны, но они были ложными созданиями. Оскорбление всех драконов.

Солнце померкло, когда сотни драконов, прибывающих из города, прилетели на битву. Все больше магических драконов заполнили небо, быстро превзойдя численностью моих собственных воинов.

У массивных существ размах крыльев был вдвое больше моего. Они двигались вперед как единое целое, создавая тень над морем во время атаки. Внизу я услышал радостные крики матросов, которые, очевидно, ожидали этого.

Стена огня вырвалась из существ, и я в ужасе наблюдал, как драконы падают в море. Мой народ. Мои воины.

Эти существа могли быть созданы из магии, но их огонь все равно был таким же смертоносным, как и мой.

Блеск золота привлек мое внимание, и я заметил, что мой брат направляется прямо к нашим новым противникам. Черт.

Кабир атаковал со своим отрядом, драконы уклонялись от столкновений, приближаясь к монстрам. Это были не те волшебные драконы, с которыми мы сражались раньше. Я чувствовал жар их пламени, ветер, исходящий от взмахов их крыльев. И было что-то еще, от чего у меня по спине пробежали мурашки. Как бы то ни было, с этими новыми монстрами было нелегко справиться. Первые, с которыми мы столкнулись, были слабыми, но они, похоже, улучшили магию в этих новых существах.

Я присоединился к рядам, летая со своими воинами, и все мы выстроились в боевой порядок, который мы так много раз отрабатывали. Сверкая когтями, с огнем наготове, мы бросились к скопищу массивных существ.

Один за другим мы открыли огонь, оранжевое пламя слилось с огнем нашего врага. Уворачиваясь и извиваясь, я влетел в ожидающую толпу, разрывая когтями их плоть, выпуская огонь там, где, по моему мнению, они могли быть более уязвимы.

Мои драконы последовали за мной, выполняя собственные схемы атаки. Мы сражались когтями, зубами и пламенем. Одно из массивных существ бросилось на меня, его челюсти едва не задели мою шею. Я полоснул его по морде, выпустив темно-зеленую кровь.

Оно закричало, но, не колеблясь, снова набросилась на меня. Когда я увернулся, существо атаковало когтями, разрывая мою чешую, как будто это была человеческая плоть.

Я зарычал, затем выпустил огненный шар ему в морду. Дракон стряхнул его. Не превратился в пыль, никаких признаков того, что я его вообще ранил.

Эти существа не умирали. Ни одно не упало в воду. Ни одно не отступило.

Воздух разорвал рев, от которого все мое тело напряглось. Я швырнул в нападавшего струю пламени, затем взмыл вверх, вырываясь из гущи битвы. Внизу я увидел группы, окружающие золотого дракона. Атакующие приближаются к моему брату. Я нырнул с собственным ревом, привлекая к себе как можно больше существ.

Как только я подлетел, Кабир упал. Мне показалось, что мое сердце вырвали из груди, и я издал рев, которого не узнал, падая за ним. Его драконья форма ломалась и извивалась по мере того, как он приближался к воде, вынуждая его перекидываться. Я замахал сильнее, ухитряясь пролететь под ним, и его обессиленная человеческая форма с глухим стуком приземлилась мне на спину.

Два дракона окружили меня, придвигаясь вплотную, и я знал, что они были там, чтобы подхватить Кабира, если он упадет с моей спины. Я не почувствовал никакого движения. Он не вцепился в меня.

С горестным ревом я обошел поле битвы стороной, морщась, когда стрелы пронзали мои чувствительные крылья. Как только я достиг берега, я скинул брата со спины. Один из драконов, следовавших за мной, быстро изменился и помчался к упавшему принцу. Это был Зартан, наш лучший целитель. Я даже не знал, что он присоединился к битве. Ему не следовало быть здесь. Он был слишком ценен, чтобы рисковать.

У меня кровь застыла в жилах.

Если все целители присоединятся к битве, город падет.

— Я держу его. Ты уходишь, — крикнул Зартан.

Я кивнул, затем взмыл в небо. Моих людей уничтожали. Драконы падали с неба, их человеческие формы ударялись о воду, где, к моему удивлению, существа игнорировали их. Но они не плескались, они не боролись за воздух.

Нас уничтожали. Одного за другим, дракона за драконом. Фейри убивали нас. Часть меня хотела броситься обратно и показать фейри, из чего сделаны драконы. Но это была гордость, а не лидерство.

Я издал звук, которого никогда не думал, что издам. Призыв к отступлению.

Мои воины колебались, некоторые из них все еще боролись за свои жизни.

Я снова взревел, затем поднялся ввысь, чтобы они могли увидеть меня, прежде чем сделать последний призыв.

Три раза.

Это реальность. Мы остсупаем.

Проблема в том, что я знал, что мы не сможем вернуться в наш город.

Я посмотрел на берег, где Зартан грузил моего брата на спину третьего дракона, который присоединился к нам. Вероятно, еще один целитель, поскольку у него на спине была лямка для павших воинов. Ни один другой дракон никому не позволил бы оседлать себя.

Ненавидя себя, я отступил, улетая из своего дома. Мы перегруппируемся. Это еще не конец.

Под палубой было не так много места, но для практики этого было достаточно. Мы пробыли здесь уже некоторое время, и по моему виску катился пот. Райвин даже не запыхался.

— Ты не можешь быть снисходительным ко мне, если хочешь, чтобы я действительно научилась, — напомнила я ему.

— Это не так, — заверил он меня.

Я скептически посмотрела на него, зная, что он всегда думал о том, как обеспечить мою безопасность. Теперь я это знаю. Я доверяю ему. От этой мысли в моей груди разлилось что-то теплое. Я действительно не осознавала, как сильно мне не хватало этого ощущения рядом с ним.

— Ты даже не пытаешься добраться до меня, — заметила я.

— Когда ты будешь представлять угрозу, я дам отпор, — игриво сказал он.

Я перепробовала все, и все, что у меня получилось, — это поднять пыль с пола. Корабль накренился ровно настолько, что мне пришлось напрячься, качка подтолкнула меня немного ближе к нему. Я двигался вместе с ним, размахивая ножом.

Райвин увернулся, уходя от моей атаки с плавной грацией, которая была возможна только для фейри. Нахмурившись, я повернулась, затем пригнулась, целясь ниже в надежде сбить его с ног. Он отпрыгнул назад, снова уклоняясь от моего клинка.

Убрав с лица выбившуюся прядь волос, я повернулась к нему, раздраженная тем, как легко он избегает меня. Нарастало разочарование. Это было напоминанием о том, насколько я медлительнее фейри, с которыми мне предстояло сражаться.

Я сунула нож обратно в ножны на бедре и сжала руки в кулаки, изучая дерзкое выражение самодовольного лица Райвина. Ему не нужно было быть снисходительным ко мне, когда он даже не пытался добраться до меня. Пока что мне не удалось подобраться достаточно близко, чтобы применить оружие.

Раздражение и отчаянное желание доказать, что я могу постоять за себя, закрались внутрь, заставляя мои щеки запылать. Я хотела победить. Я хотела превзойти его. Он даже не сопротивлялся, и я не могла дотянуться до него. Что я собиралась делать в настоящей битве? Именно поэтому Ванту приходилось следовать за мной по пятам. Все эти годы тренировок были бесполезны.

Пока я не нашла свою магию. От беспокойства у меня скрутило внутренности. Я призвала свою собственную магию, вызвав воду и собираясь получить помощь от морского змея. Я впустила магию, используя ее, но даже если бы я могла получить к ней доступ снова, это не помогло бы мне здесь.

Но что-то еще могло. Что-то более темное.

Я не смогла скрыть ухмылку, когда мне пришла в голову эта идея. Я была так сосредоточена на победе над Райвином самостоятельно, что забыла, что могу использовать его магию. Гордость победила разум, заставив меня захотеть проявить себя как бойца. Но я не сражаюсь с другими людьми. Я не могу победить по человеческим правилам.

— Что означает этот взгляд? — Спросил Райвин.

Я чувствовала, как клубится тьма, магия Райвина наполняла меня, как если бы она была моей собственной. Тени клубились вокруг меня, и я приветствовала их.

— Это то, что я хотел увидеть, — его голос был похож на мурлыканье, отчего у меня по спине пробежал холодок.

Он поднял руки, посылая в мою сторону свои собственные тени, но я отклонилась, создав барьер тьмы, который поднялся вокруг меня, как щит. Собрав все, что у меня было, я с ворчанием подтолкнула тени вперед, направляя их к нему.

Корабль качнуло, и я раскинула руки, чтобы удержаться, разгоняя тени в стороны. Когда я восстановила равновесие, темные облака поплыли вокруг моих лодыжек, нависая над полом, как ночная дымка.

Райвин поднимался с земли.

— Молодец.

— Почему ты просто не сказал, что хочешь, чтобы я использовала магию? Ты сказал, что мы будем драться, — указала я.

— Я хочу, чтобы это был инстинкт. Не реакция. Я хочу, чтобы ты использовала это намеренно. Стратегически. Как самый первый вариант. — Он вытер пыль с рукавов, затем придвинулся ближе ко мне. — Ты не сможешь победить одного из людей моего отца с теми навыками, которым научилась на Атосе.

Я нахмурилась, ненавидя то, что услышала. Не потому, что это было неправдой. И не потому, что магия не опьяняла. Я почувствовала силу, когда призвала его тени. Я чувствовала себя сильной. Это вызывало привыкание. Но в ее использовании был риск.

Он провел кончиками пальцев по моей щеке, нахмурив брови, изучая меня.

— В чем дело?

— А что, если я применю слишком много? — Я знала последствия. — Я не могу рисковать, забирая всю твою магию.

— Ты этого не сделаешь, — заверил он меня. — Ты это почувствуешь. И чем больше ты будешь этим пользоваться, тем больше будешь это замечать.

— Хотя я почти сделала это. Когда мы дрались в тронном зале. Я могла убить тебя. И ты бы позволил мне. Ты бы не остановил меня, если бы я применила слишком много. Я не могу так рисковать.

— Что, если я пообещаю сказать тебе, когда ты зайдешь слишком далеко? — Он положил руку мне на талию, прикосновение обжигало. Я с трудом могла сосредоточиться на его словах, когда все, о чем я могла думать, — это ощущение его руки на моем теле.

Я стиснула зубы и отогнала растущее чувство потребности.

— Ты должен. Или я не воспользуюсь ею.

— Я так и сделаю. Я обещаю.

Я кивнула, затем вздернула подбородок, заглядывая в серую глубину его глаз. С того момента, как мы встретились, он пленил меня этими глазами. Мне следовало бы знать, что я буду беспомощна против него.

Он наклонился, и у меня перехватило дыхание, когда я предвкушала поцелуй, но я почувствовала руку на своем бедре за секунду до того, как он схватил меня и развернул так, что моя спина оказалась прижата к его груди, а лезвие приставлено к моему горлу.

— Ты обманул меня, — прошипела я. — Грубо.

— Мы все еще тренируемся, Астери, — прошептал он, его горячее дыхание коснулось моей щеки. Дрожь пробрала меня до глубины души. Он приставил нож к моему горлу, и все, о чем я могла думать, это снять с него одежду. Хорошо, что мне не пришлось с ним драться. Я бы никогда не победила.

На мгновение я представила, как этим ножом разрезаю его тунику, пока разорванная ткань не растекается лужей по земле. Я стиснула зубы и прогнала этот образ.

— Ты отвлекаешь внимание, ты знаешь это?

— Тогда преподай мне урок, — сказал он, его голос был достаточно хриплым, чтобы я поняла, что близость подействовала и на него.

Лезвие было у моего горла, но он не позволил ему коснуться меня. Я чувствовала укус этого лезвия больше раз, чем хотела бы признать, и я была уверена, что именно эти воспоминания заставили его воссоздать ситуацию сейчас.

Мои руки были прижаты к бокам его другой рукой. Как и мои прошлые противники, он был настолько сильнее меня, что я не могла просто вырваться.

Это было волшебство.

Я нащупала тени, затем закрыла глаза. Сделав глубокий вдох, я представила темные завитки, поднимающиеся по моему телу, оставаясь достаточно плотными, но при этом не так заметны. Я могла чувствовать их прохладу, когда они потянулись вперед, прокладывая себе путь вокруг Райвина. Напрягшись, я приказала теням обвиться вокруг рук моего похитителя, затем я потребовала, чтобы тени потянулись. Я не осознавала, что кричу, пока, спотыкаясь, не бросилась вперед, освобождаясь от хватки Райвина.

Нож со звоном упал на землю, и он остался с широко раскинутыми руками, вытянутыми по обе стороны тела. Щупальца тьмы обвились вокруг них, удерживая его руки на месте.

Кряхтя, он боролся со своим заточением. Я смотрела, пораженная тем, как мне удавалось управлять тенями с такой точностью. Это не было той сильной эмоциональной реакцией, которую я вызывала в прошлом. Это делало меня опасной. Это делало меня могущественной.

Я пригнулась и схватила упавший нож, прежде чем медленно приблизиться к нему. Указав на лезвие, я остановилась перед Райвином.

— Думаю, я победила.

Он поморщился, наконец освободив одну руку, затем другую.

— Ты определенно победила.

Я вложила нож обратно в ножны, затем помогла ему смахнуть последние налипшие тени.

— Ты становится сильнее, — сказал он.

— Это ведь не слишком много, правда? Я не хочу оставлять тебя ни с чем.

Он ухмыльнулся.

— Ты помнишь, что я сделал на Атосе?

Я с трудом сглотнула. Я не позволяла себе вспоминать ту битву. Нет, не битву. Бойню. Он уничтожил всех с точностью. Он оставил меня и своих людей стоять, в то время как те, кто пытался причинить ему вред, были жестоко уничтожены. Сила, которую он использовал тогда, была за пределами всего, что я могла понять.

— Я мог бы продолжить борьбу и после этого. — Он успокаивающе потер большим пальцем мое запястье. — Я же говорил тебе, у меня более чем достаточно силы для нас обоих. Если только ты не будешь активно вытягивать их из меня, как ты делала в тронном зале, у нас все в порядке.

Я кивнула, все еще чувствуя себя неловко.

— А как же моя магия? — Мы еще не обсуждали бой в Атосе, но я знала, что мы должны были обсудить его.

— Попробуй использовать мою магию и не подключайся к своей, — сказал он.

— Ты думаешь, это то, что я сделала? Получила доступ к своей магии через тебя? — Спросила я.

— Я не уверен. Возможно, это так, или она может возвращаться к тебе. Магия не любит, когда ее заставляют быть там, где она не хочет быть, — ответил он.

— Хорошо. — Я думаю, мы оба знали, что это будет проблемой. Но все, что мы могли сделать, это добавить это к постоянно растущему списку вещей, которые нам нужно было решить. Если мы переживем Короля Фейри и Никс, то разберемся с этим потом. Прямо сейчас мне нужно было отвлечься. Все, что угодно, лишь бы отвлечь мои мысли от того, насколько все было опасно для нас.

Рука Райвина снова была на моей талии, его пальцы забрались под тунику, касаясь моей обнаженной кожи. Я шагнула ближе, затем скользнула руками под его тунику.

— Такая непослушная, — прошептал он. — Я думал, мы тренируемся.

— Мы заслужили перерыв, не так ли? — Игриво спросила я.

Скрип заставил меня опустить руки и повернуться к свету, льющемуся из теперь уже открытого люка.

— Вы двое там, внизу, в порядке? — Позвала Лаэра.

Райвин издал низкое, разочарованное рычание.

— Судя по этому звуку, я рада, что спросила. У тебя есть десять секунд, пока я не спущусь.

Я вздохнула, затем разгладила тунику.

— Мы тренировались, вот и все.

— Конечно. Я почти уверена, что даже оборотень мог почувствовать сексуальное напряжение, поднимающееся отсюда. — Она спустилась по трапу, затем подошла к тому месту, где мы стояли в центре открытого грузового отсека.

— Скорее всего, ты больше никогда не услышишь, как я признаю это, так что будь внимательна. — Она скрестила руки на груди и повернулась к Райвину. — Ты был прав. Селена все это время поддерживала связь с моей матерью. И у меня есть новости о Дракусе.

Ее ноздри раздулись, выдавая ее гнев, несмотря на попытки сохранить нейтральное выражение лица.

— Наш отец уже захватил город. Он убил чиновников, которых они оставили, и держит принцессу в заложницах.

Я прикрыла рот рукой.

— Нет.

— А как же младший принц? — Спросил Райвин.

Она покачала головой.

— Понятия не имею. Может, он сбежал.

— Как город пал так быстро? — Спросил Райвин. — Они ни разу не были прорваны.

— Помнишь тех странных драконов, которых мы видели на Атосе?

Мой разум наполнился образами существ, которые атаковали наших союзников в небе. Казалось, их легко победить, но их было не так уж много. Я уже могла предвидеть, к чему это приведет. Атос был приманкой, а это означало, что для настоящей битвы их, вероятно, было гораздо больше.

— Я не знаю, откуда они взялись, или как у него появился доступ к подобной магии, но их были тысячи. Они закрыли солнце. Драконы, которых оставили защищать город, были так заняты борьбой с этими существами, что не защитили свои стены. — Лаэра покачала головой. — Все кончено.

Я опустила руку.

— Это еще не конец. Мы не можем позволить ему победить. Мы должны выяснить, что это были за монстры и почему он такой сильный. Должно же быть какое-то объяснение.

— Даже если есть объяснение, это не значит, что есть способ победить его. Иногда ты просто проигрываешь, — отрезала Лаэра.

— А что случилось с тем, чтобы убить его самой? — Спросила я. — А что случилось с разгневанной женщиной, которая требовала справедливости?

— Она также реалистка, — сказала Лаэра. — Я рискну своей жизнью, но не совершу самоубийство.

— Это всего лишь самоубийство, если мы не будем действовать разумно, — сказал Райвин. — Он будет ожидать, что мы нападем. Он будет ожидать славной битвы. Вот почему у него есть эти драконы. Он готовится делать все так, как делалось всегда.

— Король-дракон знает эту информацию? — Спросила я.

— Я не уверена, — призналась Лаэра.

— Это здесь вечеринка? — спросил Вант.

Мы все повернулись, чтобы посмотреть, как оборотень спускается по лестнице. Когда он повернулся к нам лицом, выражение его лица было жестким, а поза напряженной. Он мгновенно вернулся на поле боя.

— Кого нам нужно убить?

Лаэра закатила глаза.

— Оборотни.

— Дракус пал. — Я объяснила, что обнаружила Лаэра. С каждым словом я видела, как Вант напрягается все больше.

Когда я закончила, мы все так долго молчали, что я начала подумывать о том, чтобы прочистить горло, просто чтобы услышать другой звук, кроме шума волн о борт корабля.

— Мы должны добраться до Дракуса, — сказал Вант. — Драконы будут за пределами города. Они не будут настолько глупы, чтобы попытаться напасть. Они будут строить планы.

— Они, вероятно, уже там, и наши солдаты в пути, — сказала я.

— Я отправлю сообщение, чтобы узнать их местоположение. Мы можем присоединиться. Мы можем помочь. — Вант взглянул на Райвина, и я увидела, как он склонил голову, давая оборотню невысказанное разрешение.

Как только Вант ушел, я посмотрела на Лаэру и Райвина.

— Мы еще не проиграли.

Лаэра вздохнула.

— Ладно. Может быть, у драконов есть идеи. Это их город. Я полагаю, есть вещи похуже, чем уничтожить как можно больше людей нашего отца, прежде чем мы встретимся с Аидом.

Райвин приподнял бровь.

— Готовность работать с драконами? Кто ты вообще такая?

Она сделала ему грубый жест, затем повернулась и пошла к лестнице.

В библиотеке было затхло и темно. Большую часть книг покрывала пыль, что свидетельствовало о том, что библиотекари редко задерживались надолго. Теперь я знала, что это произошло потому, что мой отец выпил из них кровь и избавился от тел.

Я вздрогнула. Ужасы, которые этот человек совершил без ведома кого-либо из нас, будут преследовать меня всю оставшуюся жизнь.

Свет замерцал вокруг нас, когда София зажгла дополнительные лампы, и я медленно закружилась по кругу, осматривая пространство. Мой отец никогда не поощрял меня приходить сюда. Ара иногда это делала, но самостоятельный поиск информации никогда не был для меня приоритетом. Теперь, когда у меня было время обдумать это, я думаю, что это меня обескураживает.

Это имеет смысл. Многое было скрыто от меня. Учитывая, что он планировал жить вечно, не было причин учить меня вещам, которые могли бы вызвать у меня слишком много вопросов.

— Это та самая картина? — Спросила София, стоя перед тайником, спрятанным моим отцом.

Я кивнула, направляясь к ней.

Работая быстро, я освободила книги из заточения. Мы с Софией перенесли их все на стол, расположенный между двумя стульями. Книги были хрупкими. Кожа потрескалась, и некоторым страницам грозила опасность полностью выпасть.

— Интересно, сколько им лет, — спросила София.

— Я думаю, некоторые из них попали сюда, когда был основан город, — сказала я.

Она положила одну к себе на колени, осторожно проведя пальцами по коричневой обложке. Названия не было, но в этом не было ничего необычного. Со временем краска на обложках многих книг выцветала. Я просто надеялась, что страницы внутри все еще можно прочесть.

— Что я пропустила? — спросила тетя Катерина, войдя в комнату с кипой документов, книг и журналов.

— Мы только начали, — сказала я.

— Это те, что прислал Иштван? — Спросила София.

Она кивнула, затем поставила их на маленький столик, прежде чем найти стул и пододвинуть его к нам.

— В них должна быть какая-то информация, которая поможет тебе. — Тетя Катерина улыбнулась Софии.

Щеки моей сестры порозовели.

— Мне жаль, что нам приходится выполнять всю эту работу из-за меня.

— Не смей, — огрызнулась я. — Не ты выбирала своих родителей. Никто из нас не имел права выбора.

— Я знаю, что должна скучать по нему, ведь он был моим братом, — начала тетя Катерина, — но он был ужасен, даже когда мы были детьми. Я не жалею, что он ушел. Я сожалею только о том, что он сделал со всеми вами, девочки.

Она потянулась за верхним предметом, маленьким журналом в кожаном переплете с потертым прошитым корешком.

— Мы справимся с этим.

Я вернулась к книге, которую просматривала, надеясь найти что-нибудь, что могло бы помочь. Я даже не была уверена, что именно ищу. Хотя информация о полувампирах была бы полезна, я знала, что должны были быть и другие вещи, которые могли бы дать нам шанс. Об Атосе должно быть больше того, что мы не знаем.

Было темно, когда мы выбрались на берег, наш корабль уже оставил Дракус позади. Это было достаточно рискованно, учитывая, что армия короля фейри была такой большой. Окутанные тенью, мы были хорошо спрятаны, но мы не знали точно, каковы силы короля. Никто не знал, что он может создавать драконов с помощью своей магии. Что еще он может сделать?

Обнажив оружие, мы поплелись по пляжу в напряженном молчании. Я дрожала, мокрая одежда прилипла к коже.

Где-то вдалеке прокричала птица, от этого звука волосы у меня на руках встали дыбом. Или, может быть, это было из-за холода в воздухе.

— Я нашла, — сказала Лаэра, стоявшая неподалеку. Даже я не могла разглядеть, где были мои друзья. Тени скрывали нас друг от друга так же хорошо, как и от внешнего мира.

Я уловила движение, когда она пробилась сквозь завесу нашего темного кокона, но почти сразу же ее поглотила ночь.

Птица запела снова, зов был одиноким и навязчивым в темноте. Даже при том, что я знала, что следует ожидать, что связь Дракона поднимет шум, я не доверяла этому.

— Все в порядке, — внезапно сказал Райвин. — Лаэра подтвердила это.

Я не хотела знать, откуда он узнал эту информацию. Я все еще многого не понимала в магии Лаэры.

Тени рассеялись, медленно растворяясь, пока мы снова не смогли увидеть друг друга. Я прокралась вперед, держась поближе к Райвину и Ванту, пока мы пробирались туда, где меня ждала Лаэра с человеком в форме. Песок остался позади, мы выбрались на скалистый берег, ориентироваться с каждым шагом становилось все труднее.

— Ваше Высочество, — мужчина склонил голову.

— В этом нет необходимости, — сказал Райвин. — Я Райвин, это Ара и Вант. Ты уже встречался с Лаэрой.

Челюсть мужчины напряглась, он выглядел смущенным такой фамильярностью, но кивнул.

— Я Рашид. Я отведу вас в наш лагерь.

Мы молча последовали за ним, продолжая пробираться по каменистой местности. Отваливающиеся камни с грохотом покатились вниз. Я оглянулась и поняла, что мы забрались выше, чем я думала.

Мне становилось все труднее отдышаться, пока мы продолжали подъем, но как раз в тот момент, когда я задумалась, не нужен ли мне перерыв, мы вышли на тропу.

Это была не дорога, а примятые растения и сдвинутые камни, которые говорили нам о том, что здесь прошла большая группа. Я нахмурилась.

— Ты совсем не скрываешь ваше местоположение, не так ли?

Рашид оглянулся через плечо.

— У нас пятьсот драконов, собранных в одном месте. Мы мало что можем сделать, чтобы полностью спрятаться.

— Хорошее замечание, — признала я.

Райвин быстро сжал мою руку.

— Король фейри не придет за нами сюда. Он хотел захватить город. И он достаточно тщеславен, чтобы думать, что может ждать, пока они нападут на него. У него есть преимущество там, где он есть. Если он уйдет, он потеряет его.

— Это то, на что мы рассчитываем, — сказал Рашид.

Мы шли так долго, что мои брюки почти высохли, и я больше не дрожала. Небо окрасилось бледно-розовым, первые признаки приближающегося рассвета. Я посмотрела в сторону восхода солнца, и мне стало не по себе от скручивающего тошнотворного чувства. Смогу ли я когда-нибудь снова насладиться восходом солнца?

Когда мы поднялись на вершину очередного холма, я заметила простые палатки и движущиеся фигуры. Еще несколько шагов, и я смогла увидеть лагерь целиком. Мои губы приоткрылись, когда я увидела так много собравшихся солдат. Мы видели их лагерь на Афоне, но почему-то на вершине этой горы он выглядел более впечатляюще.

— Ты действительно думаешь, что король не приедет сюда? — Было невозможно спрятать такое количество драконов — оборотней.

— Он может попытаться, — сказал Рашид.

Мои брови удивленно приподнялись, и я посмотрела на своих друзей. Райвин пожал плечами, а Ванта, казалось, даже не смутила уверенность дракона.

— У них есть план, — сказала Лаэра с ухмылкой. — Что ж, я полагаю, мы найдем их короля и придумаем новый способ испытывать судьбу.

Я вздрогнула, вспомнив слова Морты. Мне казалось, что последние несколько недель я только и делала, что искушала судьбу. Было невозможно, чтобы я все еще была жива.

— Сюда, — указал Рашид, затем провел нас через палатки.

Оборотни наблюдали за нами, не утруждая себя тем, чтобы прятать свои взгляды. Многие из них не так давно побывали на берегах Атоса, а теперь мы на их земле. Мы сменили один фронт сражений на другой.

Мои плечи поникли, когда я поняла, насколько незначительного прогресса мы достигли. Было трудно не чувствовать себя побежденной.

Я узнала Бахара, сидящего на большом валуне в окружении группы мужчин и женщин. Они ловили каждое его слово, когда он указал на большой лист бумаги, похожий на карту.

Пара людей вокруг него заметили нас и обратили свое внимание в нашу сторону, заставив Бахара замолчать. Он встал, затем повернулся к нам, и на его лице сразу же появилась улыбка.

— Ты нашел нас, — сказал он.

— Ваше сообщение было подробным, — прокомментировал Райвин.

— Наш отец в вашем тронном зале. Он уже убил весь ваш совет, — объявила Лаэра.

— Тактично, — пробормотал Вант.

Лаэра взглянула на него краешком глаза, но, казалось, ее не обеспокоил его комментарий.

Руки Бахара сжались в кулаки.

— Что еще ты знаешь?

— Принцесса у них. Он держит ее в заложницах, — добавила Лаэра.

В ту же секунду я заметила движение, и почувствовала приближающаяся угрозу, но Бахар вмешался, сбросив атакующего оборотня на землю еще до того, как я подняла свой клинок. Голова мужчины с тошнотворным треском ударилась о камень. Полилась кровь, окрашивая землю в багровый цвет. На нас уставились пустые глаза. Рядом с рукой мертвеца лежал нож.

Послышались вздохи и шепот, но больше никто не двинулся нам навстречу.

— У кого-нибудь еще есть проблемы с нашими гостями? — Спросил Бахар.

Вперед выступила женщина, высоко подняв подбородок и расправив плечи. Она опустила глаза, чтобы посмотреть на упавшего мужчину, и ее верхняя губа скривилась от мгновенного отвращения, прежде чем посмотреть на своего короля.

— Если ты говоришь, что они союзники, значит, они союзники. Но я хочу знать, откуда ведьма знает эту информацию.

Бахар посмотрел на Лаэру.

Принцесса закатила глаза, затем преувеличенно вздохнула.

— Я не уверена, что меня больше оскорбило: намек на то, что я шпион, или тот факт, что моей репутации было недостаточно.

— У нее уникальный дар, — сказал Райвин.

— Она может читать мысли, вот что ты хочешь сказать, — обвинила женщина.

Несколько драконов, стоявших позади нее, неловко переступили с ноги на ногу. Один из них закрыл уши руками, как будто это могло удержать Лаэру на расстоянии.

Лаэра пожала плечами.

— Как скажешь.

— Считается невежливым спрашивать фейри, на что способна их магия, — сказал Бахар. — Даже их собственные родители не знают. Что в данном случае выгодно нам.

Женщина хмыкнула.

— Не лезь в мою голову.

— Я не трачу свое время на бесполезную чушь, — сказала Лаэра, пренебрежительно махнув рукой.

Женщина напряглась, и на мгновение я подумала, что она может напасть на Лаэру, но затем она расслабилась и вернулась к группе.

— Проходите, — сказал Бахар. — У меня такое чувство, что вы трое сможете помочь нам с нашим планом.

Мы слушали, как кто-то объяснял схему туннелей, и я старалась не думать о том, когда в последний раз была под землей. Дикая магия чуть не убила меня, но мы не столкнулись с этим лицом к лицу. На этот раз это были разрушающиеся древние туннели, которыми так давно не пользовались, что драконы даже не были уверены, целы ли они до сих пор.

— Ты не думаешь, что за этими входами следят изнутри? — Спросил Вант.

— Единственные люди, которые знали о них, мертвы или находятся здесь, с нами, — ответил Бахар.

— Кто умер? — Спросил Кабир. Он хромал, и одна сторона его лица была в синяках и ушибах. Принц, должно быть, был ранен во время первой атаки на город.

Бахар поднялся и бросился к новоприбывшему.

— Слава богам, ты встал. — Он обнял мужчину в резкой манере, которая заставила того хмыкнуть.

— Осторожнее, Нисса говорит, что я ещё слаб. Или, по крайней мере, буду таким, пока немного не поправлюсь. — Он кивнул в мою сторону. — Принцесса, — затем, обращаясь к Райвину, — Ваше Высочество.

— Я тоже член королевской семьи, но, пожалуйста, продолжай игнорировать меня, — самодовольно сказала Лаэра.

— Никому из нас не нужны титулы, — вмешался Райвин.

Лаэра фыркнула.

— Говори за себя.

Кабир подошел к тому месту, где сидела Лаэра, взял ее руку и поднес к губам. Я в шоке смотрела, как он целует ее руку.

— Я буду называть вас так, как вы пожелаете, Ваше Высочество.

Щеки Лаэры вспыхнули, а губы приоткрылись. На долгое мгновение она потеряла дар речи. Затем, казалось, взяла себя в руки и убрала руку.

— Итак, насколько это сложно? Почему остальные из вас не могут вести себя так же?

— Потому что у тебя больше шансов оторвать кому-нибудь руку, чем позволить им прикоснуться к тебе, — добавил Вант.

Лаэра уставилась на него.

— Ну, ты, кажется, чувствуешь себя намного лучше, брат, — сказал Бахар.

— Я смогу присоединиться к вам, если вы просто поползете по каким-нибудь туннелям, — сказал он.

Я скептически приподняла бровь. Он хромал. Мы все это видели.

— Мы обсудим это перед началом путешествия, — сказал Бахар.

— Что там было насчет смерти? — Спросил Кабир, возвращая нас к первоначальному разговору.

— Принцесса Коноса может видеть разные вещи, — объяснила женщина, замешанная в конфликте, который был исчерпан. — Она сказала, что весь совет мертв, а Татьяна — пленница.

Кабир побледнел, затем повернулся к Лаэре.

— С ней все в порядке? Они причинили ей вред?

Лаэра покачала головой.

— Принцесса пока невредима. Но я не думаю, что они смогут долго держать ее здесь. Она дважды чуть не сбежала. Она собирается покончить с собой.

Кабир зарычал, и его глаза опасно сверкнули. Это был первый раз, когда я увидела, что он был таким же смертоносным, как его брат и все остальные воины вокруг нас. От его игривости не осталось и следа.

— Мы собираемся вытащить ее, — сказала женщина.

— Да, мы это сделаем. — Кабир посмотрел на своего брата. — Что-нибудь слышно о Зейне? Он тоже в плену?

— Я ничего не видела о принце, — ответила Лаэра.

— Он попытался бы сопротивляться, но, возможно, ему удалось сбежать, — сказал Бахар. — Мы найдем его, — он хлопнул брата по плечу. — Не волнуйся. Мы доставим их обоих в безопасное место.

Туннели оказались хуже, чем я ожидала. Лаэра и Райвин послали шары света вперед, освещая обсыпающуюся тропинку, но это только подчеркнуло зыбкость почвы вокруг нас.

В туннелях, норах и гнездах были проедены дыры различными существами, о которых я не хотела думать. Что-то хрустнуло под моей сандалией, и я посмотрела вниз, прежде чем успела передумать, поморщившись, когда поняла, что раздробила маленький череп.

— Есть ли какие-нибудь животные, о возможности встречи с которыми нам следует помнить? — Спросила я, стараясь не думать о огромной змее, которая чуть не убила меня.

— Это не должно быть чем-то опасным, — сказал Бахар.

— Мы сталкивались с несколькими разъяренными барсуками, — сказал Кабир.

Я заметила, что теперь он ходит более естественно. Я должна была признать, что драконы действительно быстро исцеляются.

— Ты забыл ту часть, где говорилось о том, как мы тыкали палками в их дома, — добавил Бахар.

— Да, но мы не сделали ничего, что могло бы расстроить барсука. Или ту рысь, — добавил Кабир.

— Это было однажды, — защищался Бахар.

— Я думаю, мы могли бы справиться с парой барсуков или рысью, — пробормотал Вант себе под нос.

— Со всей этой болтовней мы обнаружим себя еще до того, как прибудем, — прошипела Лаэра.

Веселый разговор прекратился, и мы все погрузились в молчание. Наши шаги хрустели по камням и костям, и время от времени нас преследовали звуки чего-то, проскальзывающего через дыры в стенах. Мы остановились у огромной паутины, которая покрывала весь туннель, и хотя я не был той, кто ее срывал, мне все равно казалось, что по моей коже ползают насекомые, когда я проходила через пространство, которое она занимала.

Наша маленькая процессия продолжалась, Бахар и Кабир шли впереди, за ними следовал писец с картой. Лаэра была впереди меня, Вант и Райвин прикрывали тыл. Я не могла этого объяснить, но я могла сказать, когда они поменялись местами. Я всегда чувствовала, когда Райвин был прямо за моей спиной, даже если я не оборачивалась, чтобы посмотреть на него.

Мы достигли перекрестка, туннель, в котором мы находились, продолжался вместе с четырьмя другими туннелями, которые разветвлялись в разные стороны. Мы и раньше останавливались на поворотах, но никогда с таким количеством вариантов. Два туннеля были обрушены, камни и грязь преграждали нам путь.

— В какую сторону? — Бахар спросил писца.

Он изучил карту, которую нарисовал, и я заметила, как морщины на его лбу стали глубже. Капелька пота скатилась по его виску.

— Я не уверен. Я не помню этого на картах, которые я изучал. Все остальные туннели не имели более трех или четырех ответвлений, я никогда не видел ни одного с большим выбором.

— Возможно, один из этих туннелей так и не был достроен, — предположил Бахар. — В таком случае его не нанесли бы на карту.

Писец покачал головой. — Я видел список тупиков. Вся система была построена в виде организованной сетки. Вот почему я подумал, что смогу сориентироваться. Но если карты, которые я видел, не были точными… — Все его лицо блестело от пота, а бронзовая броня приобрела зеленый оттенок. — Что, если они ошиблись? Что, если из-за меня мы заблудились? Мы можем застрять здесь навсегда.

Его голос был высоким и испуганным, дыхание учащенным. Он был в полной панике.

— Тогда мы убьем тебя прежде, чем ты умрешь с голоду, — сказала Лаэра, пожимая плечами.

— Никто никого не убьет, — я шагнула вперед, становясь между Лаэрой и писцом.

Его широко раскрытые глаза были прикованы к принцессе, когда он попятился ближе к земляной стене позади себя.

— Мы разберемся, — сказала я. — Как ты думаешь, где мы находимся на карте? Мы сделаем предположение. Это все, что мы можем. У нас не было никаких гарантий, что нужные нам туннели вообще будут доступны. Мы могли натыкаться на обрушенные туннели на каждом шагу, — напомнил я ему.

Он наконец посмотрел на меня, затем тяжело сглотнул. Карта была у него в руках.

— Продолжай, Дорен. Никто не расстраивается, у нас все будет в порядке, — сказал Бахар спокойным и успокаивающим голосом.

Дорен кивнул, затем поднял карту и долго рассматривал ее, прежде чем поднять глаза на всех нас.

— Я думаю, нам следует воспользоваться этим туннелем, но до него невозможно добраться. — Он указал на дальний правый туннель, один из двух, которые были обрушены.

— Значит, мы возьмем тот, что рядом с ним, — предложила я.

Он покачал головой.

— Я думаю, что один из них может привести к подземной реке. Но я не могу знать наверняка.

— Тогда в какой туннель? Просто скажи нам, куда идти. Мне здесь становится скучно, — сказала Лаэра.

Он указал прямо перед собой.

— Мы продолжим наш путь и свернем в следующий туннель, который увидим справа.

— Хорошая работа. — Бахар хлопнул невысокого мужчину по спине. — Я знал, что мы можем на тебя рассчитывать.

Я пристроилась позади остальных, когда мы продолжили движение вперед, но с каждым шагом мне становилось все более неловко.

— Ты уверен, что это правильно? — Прошептала я. — Что-то не так.

— Я тоже это чувствую, — сказала Лаэра.

— Ты думаешь, это предупреждение? — Спросил Вант.

— Я думаю, нам нужно развернуться, — сказала Лаэра.

— Я согласна. — Я не могла этого объяснить, но в этом туннеле было что-то тревожное.

Внезапно земля подалась, и я стремительно полетела вниз, проваливаясь во тьму. Я закричала в пустоту, страх заставил мои внутренности заледенеть. Почти так же быстро, как я упала, я сильно ударилась о землю, выбив дыхание из легких. Перед глазами вспыхнули звезды, голова закружилась. От удара болел весь бок, но мне повезло, что я приземлилась на плечо и бедро, а не на голову.

Вскочив на ноги, я посмотрела вверх и, к счастью, увидела мерцание огней фейри надо мной. Слишком высоко надо мной.

До меня донеслись тревожные крики, все мои друзья одновременно звали меня.

— Aра? — Их голоса сливались в паническую какофонию.

— Я в порядке! — Я закричала, надеясь, что они меня услышат. Я начала шарить вокруг себя, нащупывая что-нибудь, что я могла бы использовать, чтобы выбраться из ямы. От каждой попытки сыпалась грязь. Я была в ловушке.

— Ара, мы вытащим тебя оттуда, — крикнул Райвин сверху.

Откуда-то сзади я услышала какое-то шипение. Я была не одна.

— Поторопись, пожалуйста. Здесь внизу еще кое-что.

Я потянулась к своему ожерелью, проводя пальцами по прохладному металлу для успокоения, когда вспомнила о другом предмете, который носила на шее. К кожаному шнурку был прикреплен маленький мешочек, который подарила мне мама. Временами я зацикливалась на том, что бы это могло быть, а временами совершенно забывала об этом.

Я подумала, не пришло ли это время, когда я должна была открыть его и выяснить, как это может мне помочь.

Затем я почувствовала, как тени обволакивают меня, сжимая в своих объятиях. Я издала удивленный звук, когда мои ноги оторвались от земли. Оставаясь абсолютно неподвижной, я задержала дыхание, пока не оказалась наверху, на свободе от ямы.

Как только тени отпустили меня, Райвин обнял меня, его большая рука зарылась в мои волосы, в то время как другая крепко держала меня за талию собственнической хваткой.

— Я в безопасности, — заверила я его. — Ты добрался до меня вовремя.

— Я думал, что потерял тебя, — прошептал он.

— Я в порядке. Обещаю. Всего несколько синяков.

— Мы можем покинуть этот туннель сейчас, пока еще что-нибудь не случилось? — Потребовала ответа Лаэра.

— Я думаю, это хорошая идея, — сказал Вант.

— Оборотень соглашается со мной. Это говорит о том, что ничего хорошего из того, что мы останемся здесь, не выйдет, — отрезала Лаэра.

Все пробормотали что-то в знак согласия, и мы вернулись туда, откуда пришли. Мы уже могли видеть вход в туннель, когда внезапно земля затряслась, и на нас посыпались камни и обломки.

— Беги! — Кто-то закричал.

Я не стала ждать. Схватив Райвина за руку, я бросилась вперед, и мы все побежали к выходу.

Сверху посыпались камни, и я подняла руку над головой, чтобы защититься. Пыль поднималась облаками, из-за чего было трудно разглядеть, куда мы направляемся, но мы были так близко к выходу. Как только я вышла из туннеля, я отпустила руку Райвина и вытерла глаза, прежде чем обернуться посмотреть, все ли выбрались.

Вся группа собралась сразу за обрушившимся входом, все тяжело дышали и были покрыты грязью. Вант закашлялся, затем отряхнул тунику. Лаэра хмурилась, вытирая пыль с рук и лица. Бахар и Кабир смотрели на туннель так, словно он лично напал на них. Я полагаю, в каком-то смысле так оно и было.

Ужас нахлынул на меня как волна во время шторма.

— Где Дорен? — спросила я.

Все огляделись вокруг, прежде чем обратить внимание на груду камней и земли, которая всего несколько минут назад была входом в туннель.

Бахар и Кабир начали копать. Вант присоединился. Никому другому не хватило места протиснуться к ним, поэтому Райвин, Лаэра и я наблюдали. Я думаю, мы все затаили дыхание.

С каждой кучей земли, которую они отбрасывали в сторону, сверху падало все больше, чтобы заполнить пробелы. Это было бесконечно, кучи грязи и камней продолжали расти, что бы они ни делали.

Как раз в тот момент, когда тяжесть безнадежности поселилась у меня в животе, я увидела ногу. Они копали быстрее, и Райвин шагнул вперед, потянув Дорена за ногу, пока остальные продолжали его откапывать.

Когда они, наконец, обнаружили его тело, мое сердце упало. Мы опоздали. Скорее всего, его раздавило еще до того, как мы начали копать.

Бахар и Кабир опустились на колени рядом с упавшим человеком, и они вдвоем начали шептаться на незнакомом мне языке. Бахар закрыл мужчине глаза, затем Кабир приложил к каждому глазу по монетке. Может, они и с Дракуса, но наши традиции в отношении смерти были так похожи.

— Очень интересно, — сказала Лаэра.

Я бросила на нее взгляд, пытаясь сказать, чтобы она была более чуткой, выражением моего лица.

Она пожала плечами.

— Мы все так думаем. Очевидно, это была ловушка. Ты что-то привела в действие, когда упала в яму. Это, вероятно, вызвало обвал. Он был устроен так, что если ты сможешь выбраться из дыры, то все равно застрянешь в туннеле.

Я взглянула на два других обрушенных туннеля.

— Думаешь, с остальными случилось то же самое?

— Вероятно. Если так, это означает, что отсюда, вероятно, есть только один выход. — Она вздохнула. — Я бы предпочла не умирать погребенной под землей.

— Больше никто не умрет, — сказал Бахар, вставая. — Ты. — Он указал на меня, затем подошел ближе.

Райвин встал передо мной.

— Осторожнее, дракон.

Бахар перестал двигаться.

— Она почувствовала это. — Он указал на Лаэру. — Ты тоже почувствовала.

— Он прав, — согласился Вант. — Они обе почувствовали, что что-то не так, прямо перед тем, как Ара упала.

— И что? — Требовательно спросила Лаэра.

— Итак, вы можете помочь нам выбрать правильный туннель. И если кто-нибудь из вас хотя бы заподозрит, что что-то не так, мы сбежим, — сказал Бахар.

— Может быть, это их магия, — предположил Кабир. — Что-то, что они могут чувствовать.

— У меня нет никакой магии, — автоматически выпалила я.

— Ну, в тебе что-то есть. Может быть, ты как человеческие оракулы или жрецы, которые иногда видят будущее, — ответил Кабир.

— Ара, ты что-то почувствовала. Что бы это ни было, это было предупреждение, — сказал Райвин. — Ты тоже, Лаэра.

— Почему дело принцесс — это постоянно спасать положение? — Лаэра закатила глаза. Она схватила меня за плечо. — Давай. Пойдем посмотрим, безопасно ли это для больших воинов.

Я пошла в ногу с ней, и мы направились к ближайшему туннелю. Мы остановились перед ним и стали ждать. После нескольких долгих мгновений неловкого стояния я посмотрела на нее. — Что я должна делать?

— Ты чувствуешь что-нибудь необычное? — спросила она.

— Нет.

— Я тоже.

— Тогда это, должно быть, правильный туннель, — сказал Кабир.

— Подожди, — вмешался Вант. — Пусть попробуют с другими.

Это казалось нелепым, но мы с Лаэрой подошли и встали перед каждым туннелем, ожидая, почувствуем ли мы что-нибудь. Ни один из туннелей не вызывал у нас такого зловещего ощущения, как в первом.

— Может быть, они все безопасны, — предположила я, сама не веря в это.

— Может быть, нам нужно сделать несколько шагов внутрь, — проворчала Лаэра.

— Нет, этого не произойдет, — сказал Райвин.

— Мы вернёмся, если почувствуем что-нибудь странное, — сказала я. — Нам двоим будет легче выбраться вовремя. Кроме того, если что-то случится, ты сможешь нас откопать.

Райвин скрестил руки на груди. Было ясно, что ему не понравилось это предложение, но он не стал спорить, когда мы с Лаэрой сделали несколько шагов в ближайший туннель.

— Есть что-нибудь? — Спросила Лаэра.

Я покачала головой, затем вышла из туннеля. Мы молча подошли к следующему и, взглянув друг на друга, поняли, что и в этом нет ничего плохого.

— Я не уверена, что эта теория работает, — сказала я. — Возможно, мы почувствовали непосредственную опасность, когда сработала ловушка.

— Вероятно, — согласился Райвин.

— Проверь последней, и если он такой же, мы просто выберем один, — сказал Бахар.

Мы с Лаэрой обменялись скептическими взглядами, прежде чем шагнуть в последний туннель. Мы прошли всего несколько шагов, когда началась тряска. Широко раскрыв глаза, я бросилась вперед, схватив Лаэру за руку и потащив ее за собой.

Как только мы оказались на свободе, она вырвала у меня свою руку.

— Я вполне способна позаботиться о себе сама.

— Извини. — Я кашлянула, затем стряхнула свежий слой грязи.

Райвин оказался рядом со мной через секунду.

— Больше без меня не заходи.

— У нас все было в порядке, — отрезала Лаэра. — Она жива, не так ли?

Челюсть Райвина была плотно сжата, но он ничего не ответил.

— Как ни странно, у меня не возникло никаких дурных предчувствий, так что эта теория несостоятельна. Нам придется выбирать наугад, — сказала Лаэра.

— Или мы разделимся, — предложила я.

— Нет, — сказал Бахар. — Это ужасная идея.

— Смысл в том, чтобы подкрасться к королю и попытаться покончить с ним, — ответила я. — Разве нет?

— Нам нужна сильная магия, чтобы это произошло, — объяснил Вант. — Я видел, как многим не удалось убить его.

— Он не может противостоять драконьему огню, — сказал Бахар.

— А Райвин обладает силой двух богов, — сказала Лаэра. — К тому же, я могла бы проникнуть в его голову и замедлить его реакцию.

— Значит, мы остаемся вместе, — выпалила я.

— Сюда, — сказал Бахар. В руках у него была брошенная карта.

— Мне показалось, он сказал, что это неправильный путь? — Спросила я.

— Мы должны что-то предпринять, — возразил он.

— Пошли. Но если у кого-нибудь возникнет желание сбежать, мы все уйдем, понятно? — Сказала Лаэра.

— Ты можешь держаться поближе ко мне, принцесса, — сказал Кабир соблазнительным тоном. — Я буду присматривать за тобой.

— Ты не сможешь справиться с ней, — предупредил Вант.

— Мне нравятся сложные задачи, — язвительно заметил он.

Райвин рассмеялся.

— Дерзай, все равно после этого мы, вероятно, все умрем.

— Я бы предпочла попытать счастья с барсуками, — сказала Лаэра, прежде чем войти в туннель.

Туннель петлял и извивался, делая больше поворотов, чем остальные, по которым мы проходили. Бахар пытался воспользоваться картой, чтобы отметить, где мы были и где находимся сейчас, но после долгого путешествия карта лежала рядом с ним, заброшенная.

— Мы умрем здесь и станем пищей для барсуков, не так ли? — Спросила Лаэра у меня за спиной.

— В худшем случае мы вернемся и найдем выход. — В моих словах было больше оптимизма, чем я чувствовала.

Я слышала стук потревоженных камешков и участившееся наше дыхание. Волшебные огоньки мерцали и сияли, двигаясь вместе с нами, пока мы путешествовали сквозь бесконечную тьму.

Я очень устала от туннелей и лабиринтов.

Все остановились, и я поняла, что была настолько погружена в свои мысли, что не заметила, как мы подошли к еще одной развилке на нашем пути. На этот раз туннель, в котором мы находились, продолжался, и еще один ответвлялся вправо.

Не дожидаясь указаний, я двинулась вперед, подбираясь все ближе к каждому входу. Как только я шагнула глубже в туннель, по которому мы шли, меня охватил приступ тошноты, и я отшатнулась назад.

— Что такое? — Спросил Бахар.

— Ты что-то чувствуешь, — прокомментировал Райвин.

— Я не знаю. Мне вдруг стало нехорошо. — Мое лицо было влажным от пота, которого, как я думала, раньше там не было, и мне казалось, что голова вот-вот оторвется от моего тела. Тошнота продолжала накатывать на меня, пока мне не пришлось, спотыкаясь, отойти и опорожнить содержимое своего желудка.

Бахара и Кабира тоже начало тошнить.

— Все в другой туннель! — Крикнул Вант.

Я старалась сдерживать себя, выпрямляясь и сглатывая подступающую желчь. Мой желудок все еще бунтовал, когда Райвин и Лаэра мягко подтолкнули меня к другому туннелю, остальные последовали за нами. Мы двигались так быстро, как только могли, и, сделав несколько шагов, тошнота прошла. С трудом сглотнув, я вытерла пот и скудные остатки содержимого моего желудка с лица.

— Что это было? — спросила я.

— В том туннеле должно быть что-то еще. Какая-то другая ловушка. — Бахар все еще выглядел слегка позеленевшим. — Мы должны двигаться, установить некоторую дистанцию между нами и тем, что бы это ни было.

Все кивнули в знак согласия, и мы продолжили путь. С каждым шагом тошнота отступала и вскоре прошла совсем.

— Мы, должно быть, приближаемся, — сказал Кабир. — Туннели не выходили слишком далеко за пределы города.

— Надеюсь, что так, — сказала Лаэра. — У меня осталось не так уж много света.

Это вызвало у меня приступ страха.

— Нам придется идти в темноте?

— Только не говори мне, что ты боишься темноты, принцесса, — поддразнила Лаэра.

Райвин положил руку мне на поясницу.

— Я могу создавать больше света. Просто у Лаэры это получается лучше.

— Должно быть, это все тени, — сказал Бахар.

— Прекратите болтать, — прошипел Кабир. Он вытянул руку и застыл на месте.

Мы остановились и прислушались. Звук был таким громким, что я удивилась, как я его пропустила. Откуда-то поблизости раздавался безошибочно узнаваемый звук журчащей воды.

— Ведите себя тихо, — приказал Бахар.

Мы все продвигались вперед медленно и бесшумно. Даже наше дыхание стало тише. Пещера расширилась, и появился свет. Настоящий свет. Не магически созданный свет.

Я чувствовала запах влажной земли и ветер на лице. Туннель вывел нас в пещеру, земляные стены превратились в камень.

— Мы сделали это, — прошептал Бахар. — Мы внутри.

Облегчение заставило меня глубоко вздохнуть, но я знала, что мы просто идем от одной опасности к другой. Выжить в туннелях было достаточно сложно, но теперь мы были внутри оккупированного города.

— Подождите здесь. — Бахар пошел вперед, приближаясь ко входу в пещеру. Мы наблюдали, как он выглянул наружу, затем осторожно шагнул за пределы каменной арки.

Через несколько ударов сердца он вернулся, затем жестом пригласил нас присоединиться к нему. Я чуть не расплакалась, когда увидела зрелище снаружи. Холмы и деревья усеивали пейзаж. Вдалеке я увидела безошибочно узнаваемые очертания высокой стены, окружавшей Дракус. Мы были внутри ее границ. Несколько небольших домов стояли на пастбище перед нами справа. Слева я увидела дворец. С такого расстояния он казался так близко, что мы могли дойти туда за меньшее время, чем по туннелям.

— Нам следует отдохнуть до наступления темноты, — предложил Райвин. — Будет легче добраться до дворца под покровом темноты.

Не говоря ни слова, мы все отступили в пещеру. Это было неудобно, но с видом на внешний мир и случайными порывами ветра, которые застали нас в пределах нашего каменного окружения, я почувствовала себя лучше. Даже обнадеживающе.

У нас есть тени Райвина и способность Лаэры манипулировать эмоциями. У нас два дракона и волк. Мой желудок немного скрутило, когда я поняла, что снова стала самым слабым членом группы. Хотя я могла использовать магию Райвина, я все еще боялась, что лишу его полной силы.

Нет, я не собираюсь позволять себе преуменьшать свои способности. Слова Белана вернулись ко мне, напоминая использовать свои слабости в своих интересах. Король фейри знал, что сделал Райвин. Он увидел во мне не более чем человеческую игрушку своего сына. Я не стоила усилий, чтобы бороться. И это могло бы сыграть мне на руку.

Несмотря на смену караульных, я не думаю, что кто-то из нас на самом деле спал. Слишком многое было поставлено на карту. Слишком много адреналина и предвкушения. Слишком много всего. Все мое тело словно находилось в состоянии боевой готовности, вздрагивая и реагируя даже на малейший звук.

Райвин нежно погладил меня по плечам, прикосновение успокаивало.

— Ты должна найти способ игнорировать стресс. Я знаю, это трудно, но ты должна сохранять спокойствие, иначе наделаешь ошибок.

— Как ты это делаешь? — Тихо спросила я. — Как вы все бросаетесь в бой, зная, что собираетесь отнимать жизни, и остаётесь такими собранными?

— Тренировки, — ответил он. — Мы тренировались для этого, потом сражались. Снова и снова. Пока это не стало второй натурой.

— Мне это нужно. Мне нужна эта способность, чтобы отключить эмоции и сражаться. — Я думала о том, как я нашла свой путь там, за пределами Опала, но те смерти все еще преследовали меня. Даже сейчас, когда я готовилась к новым разрушениям, их лица все еще занимали мой разум. Они хотели моей смерти. Пытались убить меня. Но я все еще чувствовала вину за свой выбор.

Райвин поцеловал меня в лоб.

— Нет, не нужно. Держи себя в руках, насколько можешь. Позволь нам взять на себя это бремя за тебя.

— Я не хочу, чтобы мои ошибки обременяли тебя, — сказала я.

— Это не ошибки. И даже если бы они были, я бы с радостью принял их все, чтобы облегчить твою ношу. Это то, что ты делаешь для того, кого любишь. — Он прижался своими губами к моим, и я растворилась в нем, позволив безопасности его рук смыть все тревоги момента.

Он вздрогнул и отстранился с раздраженным выражением лица. Я проследила за его взглядом и обнаружила, что Лаэра смотрит на нас сверху вниз.

— Может, ты не будешь этого делать, пока все остальные здесь?

— Оставь их в покое. Они заслуживают минуты, проведенной вместе, прежде чем мы столкнемся с тем, что может стать нашей смертью, — сказал Бахар.

— Я не думала, что ты окажешься безнадежным романтиком, — сказала Лаэра, сморщив нос.

— Раньше он таким не был. Я думаю, это из-за брачных уз. Они делают его мягче, — сказал Кабир.

— Я рада, что у меня нет этой проблемы. — Лаэра вздохнула, затем скрестила руки на груди. — Не пора ли пойти и убить моего отца? Я не уверена, что эти двое сохранят свою одежду, если мы останемся здесь надолго.

— Это был всего лишь поцелуй, — сказала я, но я чувствовала, как потребность горит у меня внизу живота. Райвин умел заставить меня забыть обо всем остальном и страстно желать его, даже когда это было не самое подходящее время для подобных развлечений. Возможно, брачные узы действительно не всегда были лучшим решением.

Райвин встал, затем протянул руку, чтобы помочь мне подняться. Я согласилась, затем отряхнула грязь со своих брюк.

— Давайте покончим с этим.

— Осторожнее со своими желаниями, принцесса, — сказал Кабир.

Вант и Райвин одновременно зарычали.

— Я не угрожал ей, — ответил Кабир.

— Иногда они становятся такими, несмотря на то, что я пытаюсь напомнить им, что Ара может сама о себе позаботиться, — сказала Лаэра.

— Я все ещё здесь. Я могу говорить за себя. И да, я могу позаботиться о себе. — Я ненавидела, когда они это делали. По крайней мере, похоть угасла. — Мы можем перестать обсуждать меня и сосредоточиться на том, зачем мы здесь?

— Правильно. — Бахар придвинулся ближе к остальной группе. Мы все встали в круг, и мои внутренности скрутило от беспокойства, когда реальность обрушилась на меня. Мы действительно делаем это. Мы действительно собираемся проникнуть во дворец и убить короля фейри. Какая-то часть меня была взволнована этой перспективой. Я не была уверена, что это говорит обо мне, поэтому я подавила нарастающее ликование, сосредоточившись на словах Бахара.

— Мы войдем через нижние кухни. Если там еще живы рабочие, они не скажут ни слова, когда увидят нас. Оттуда мы получим доступ в остальную часть дворца. Все охранники будут убиты тихо и быстро, как только мы узнаем, где затаился король фейри.

— Он в тронном зале, — сказала Лаэра.

Все посмотрели на нее.

— Что? Разве не поэтому ты хочешь, чтобы я была здесь? — Она пожала плечами.

— Что еще ты видишь? — Спросил Кабир.

Выражение лица Лаэры расслабилось, ее глаза стали стеклянными и мечтательными. Я могла бы сказать, что она вообще больше не осознавала своего тела. Какой бы навык она ни использовала, он был рискованным. Если бы она делала это в присутствии людей, которые хотели причинить ей вред, она была бы в серьезной опасности. Я также знала, что именно это умение сделало ее таким полезным шпионом.

Когда ее зрение вернулось в норму, ее лицо побледнело, и на нем появилось выражение, непохожее ни на что, что я у нее видела. Мое сердце бешено колотилось в груди. Она выглядела обеспокоенной. Или напуганной. Я не думала, что для нее это возможно.

— Большинство фейри собрались в тронном зале. Они собираются посмотреть на зрелище. Это будет означать для нас меньше препятствий на пути туда, но много угроз, когда мы доберемся до короля. Вокруг него будет много людей, которые будут защищать его, — сказала она. — Возможно, нам лучше подождать, пока он не уйдет отдыхать. Там слишком много охраны.

— Что это за зрелище? — Осторожно спросил Райвин.

Она взглянула на него, затем с трудом сглотнула. Ее лицо вернуло свое обычное вежливое выражение.

— Это не имеет значения.

— Что это? — Спросил Бахар.

Она посмотрела на него.

— Это не имеет значения.

— Так и есть.

— Это отвлекающий маневр. И приманка. Для нас. Должно быть, он знает, что мы пытаемся следить за ним. Это также может означать, что он точно знает, как много я могу видеть. — Она оглядела группу. — Честно говоря, это может означать, что мы вот-вот потерпим сокрушительную неудачу, если уйдем сейчас.

— Что там происходит? — Спросил Бахар.

Она вздохнула — покорный звук, который так отличался от ее обычной уверенности и пренебрежения к другим. Ее губы сжались, и она выглядела так, словно находилась в состоянии войны сама с собой.

— Что? — Тихо спросила я, придвигаясь к ней чуть ближе.

Она взглянула на меня, затем повернулась к драконам-оборотням, которые смотрели на нее, не мигая. Я чувствовала тяжесть их ожидания вокруг нас, как тяжелое облако страха.

— Они пытали твою сестру, — объявила Лаэра. — И все они собрались, чтобы посмотреть на ее казнь.

Рев, вырвавшийся у драконов, был таким сильным, что земля затряслась, а сверху посыпались обломки. Я закрыла уши руками, зажмурив глаза, чтобы в них не попало пылью.

Это обрушилось на нас, как волна, разбивающаяся о скалы, прежде чем раствориться в эхе, пульсации боли, такой обволакивающей, что мне показалось, будто мое собственное сердце разрывается.

Когда я ослабила хватку на ушах, я посмотрела вверх и обнаружила, что оба дракона-оборотня уже были на пути к выходу из пещеры.

— Глупые оборотни, — пробормотала Лаэра, идя за ними. — Вот почему я не хотела им говорить. Они собираются ворваться туда и дать себя убить.

Я последовала за ней, затем схватила ее за плечо и притянула к себе.

— Ты сказала, что это приманка. Это значит, что твой отец знает, на что ты способна, и знает, что ты наблюдаешь.

Вант и Райвин гнались за драконами, пытаясь остановить их продвижение. Я оставила их наедине с этим, а сама осталась с Лаэрой.

— Они ждут нас. Мы потеряли элемент внезапности. Мы должны изменить план.

— Что ты предлагаешь? — Лаэра вздернула подбородок в сторону драконов-оборотней. — Они не собираются ждать.

Райвину и Ванту удалось успокоить драконов настолько, что они вернулись туда, где мы стояли у входа в пещеру. Они оба были так напряжены, что я была уверена, что они удерживали свои драконьи формы в себе только лишь силой воли. И я не была уверена, как долго они смогут побеждать зверей внутри.

— У тебя есть идея, принцесса? — Спросил Бахар сквозь стиснутые зубы.

— Ты все еще король, а у Короля фейри есть союзники на основании договоров, протоколов и обещаний. Он не может ударить в грязь лицом перед остальными, иначе потеряет свою армию, — сказала я.

— И что? — спросил Бахар.

— Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь, — сказал Райвин. — Думаю, это могло бы сработать.

— Что могло бы сработать? — Спросил Кабир резким тоном.

— Ты войдешь публично. Пусть твой народ увидит твое прибытие. Пусть все союзники Короля фейри увидят твое прибытие. Ты войдешь с намерением заключить договор. Альянс. Он поставил бы все под угрозу, если бы расправился с тобой, когда ты пришел с миром. Он покажет своим союзникам, насколько ненадежен, и рискнет тем, что они отвернутся от него.

— Ты хочешь, чтобы мы сдались фейри? — Бахар посмотрел недоверчиво.

— Я хочу, чтобы ты вытащил свою сестру, — пояснила я. — И посмотрим, сможешь ли ты подобраться достаточно близко, чтобы покончить с ним.

— Это может сработать, — сказал Кабир. — Он не ожидает, что мы придем спокойными и уравновешенными. Он ожидает огня и серы. Доказательства того, что драконы так же некультурны и опасны, как он говорил всем своим союзникам.

— Лживый ублюдок, — прорычал Бахар.

— Он не подпустит к себе ни меня, ни Лаэру. Мы предатели, — сказал Райвин.

— Нет, если вы вернетесь со мной в качестве пленницы и заключите соглашение с Атосом об их подчинении ему, — возразила я.

— Это не сработает, — сказал Вант.

— У тебя есть идея получше? — С вызовом спросила Лаэра.

— Нет. Но я полагаю, что есть большая вероятность, что мы умрем, что бы мы ни делали, так что я в деле. Каким бы ни был результат. — Он пожал плечами.

Мне не понравилось, как обреченно это прозвучало.

— Разница в том, что они ожидают, что мы нападем на них. Это собьет их с толку, смешает им все карты. Это дает нам преимущество. Это позволяет нам приблизить двух драконов к королю лично. Если мы сможем удерживать охрану подальше от них достаточно долго, чтобы они успели подойти достаточно близко, мы могли бы покончить с этим с минимальным кровопролитием.

— А если мы потерпим неудачу? — Спросил Бахар.

— По крайней мере, мы попытаемся. Мы знаем, что у нас мало шансов победить его на поле боя прямо сейчас. — Я вздохнула. Мы были так оптимистичны, что победим его на Атосе. С его волшебными драконами и какой-то дополнительной скрытой магией, которой он обладал, казалось невозможным, что мы когда-либо сможем победить. — Мы можем попробовать сейчас, или мы можем подождать, пока он снова не приедет за нами на Атос.

— Хорошо, — уступил Бахар. — Пришло время убить короля фейри.

Драконы-оборотни взревели, каждый из них бросился к Королю Фейри, но они остановились, застыв на месте перед ним. С озадаченными лицами они оглянулись на нас остальных.

— Почему они не перекинулись? — Спросил Вант.

Король фейри поднял руку, на его среднем пальце сверкал фиолетовый камень.

— Это мило, не так ли? Подарок от моего друга. — Он переключил внимание на своих детей. — Возможно, вы украли у меня магию своей матери, но я нашел альтернативы, которые могли бы быть еще лучше. Мне даже не нужна сила богов. С этой магией даже они не смогут победить меня.

Он подошел к драконам, затем с неестественной силой толкнул Бахара. Король-дракон упал навзничь, не в силах держаться прямо. Король Фейри рассмеялся, и его аудитория засмеялась вместе с ним. На этот раз было больше похоже, что они одобрили шутку.

— Они не могут превращаться. Вся эта комната защищена. Я не могу позволить дракону подкрасться ко мне и сжечь заживо. — Он пнул Бахара ногой как раз в тот момент, когда тот вставал, снова сбив короля с ног. — Какой жалкий беспорядок.

Тени клубились вокруг нас, тьма быстро окутала Короля фейри. Вант бросился в атаку, обнажив клинок. Толпа закричала, но не двинулась к выходу. Когда я отступила от места боя и увеличивающихся теней, я заметила, что двери были заперты, у них стояло множество охранников. Никому из нас не удастся легко выбраться отсюда.

Яростные крики и звук лязгающего металла подсказали мне, что битва идет полным ходом, но я не могла разглядеть ее из-за густых теней, сгущавшихся передо мной.

Драконы-оборотни вскочили на ноги, но были видны лишь мгновение, прежде чем их поглотила тьма.

Лаэра стояла рядом со мной, сосредоточенная на чем-то, чего я не могла видеть, делая все, что в ее силах, чтобы помочь нашему делу.

Охранники придвинулись ближе, неловко глядя на увеличивающееся темное облако. Я слышала, как они спорили, пытаясь решить, должны ли они присоединиться к битве или случайно навредят королю в процессе.

— Хватит! — Голос Короля Фейри эхом разнесся по комнате.

Тени рассеялись, и я увидела Райвина на земле, клинок Ванта приставлен к его горлу. Оборотень быстро поднял оружие и повернулся, чтобы найти свою цель. Оба дракона-оборотня были поблизости, с оружием в руках. Все тяжело дышали.

— Убей принцессу, — сказал Король фейри, пренебрежительно махнув рукой.

— Нет! — Я побежала, зная, что была ближе всех. Охранники быстро перехватили меня, хватая и удерживая на месте.

Все происходило как в замедленной съемке. Принцы-драконы бежали, но слишком медленно. Райвин и Вант бросились вперед, даже Лаэра пробиралась к стражникам, державшим пленницу.

Ее голова оказалась на полу прежде, чем кто-либо добрался до нее.

Крик боли принцев-драконов чуть не разорвал меня надвое. Это было так, как будто кто-то расколол саму их душу. Вероятно, они чувствовали, что кто-то это сделал.

— Убейте их всех! — крикнул Король фейри.

Толпа разразилась оглушительными радостными криками.

Охранники набросились на моих друзей, и стражники, державшие меня, отпустили, чтобы они могли обнажить свое оружие.

Я вытащила кинжал из ножен на бедре и вонзила первому охраннику в шею прежде, чем он успел понять, что произошло. Я подставила ногу под ступню второго как раз в тот момент, когда он направил на меня свой меч. Он приземлился с глухим стуком, и я, не колеблясь, вонзила свой нож ему в шею.

Мои руки были покрыты ярко-красной кровью. Я почувствовала медный привкус и поняла, что, должно быть, покрыта этой дрянью. Времени на раздумья не было, так как все больше охранников бросились на меня, и мне пришлось сражаться.

Толпа начала бросать вещи, и мне пришлось уворачиваться, поскольку я избегала идущих за мной охранников.

Все мои друзья были окружены, атакуя солдат, одетых в туники разных цветов. Райвин выделялся черным, поэтому его было легче всего найти. Его тени клубились вокруг него, уничтожая любого фейри, который был достаточно глуп, чтобы бросить ему вызов. Вант был крупнее большинства фейри, с которыми он сражался, и он убивал двоих за раз. Лаэра держала меч обнаженным и хорошо контролировала ситуацию.

С таким количеством стражников, которые продолжали атаковать Райвина, я не могла заставить себя проверить возможность использование хотя бы малой доли его теней на себе. Я была незначительна, вероятно, не представляла такой угрозы, как остальные. Я знала, что это может сработать в мою пользу, и я кружила вокруг бойцов, выискивая любого, кто отвлекся. Мои убийства не были достойными. Удар ножом в спину не принес бы мне никаких почестей, но мы были в меньшинстве и сражались за свои жизни.

Лаэра начала выглядеть измученной, ее замахи становились медленнее, движения более небрежными. Я подошла к ней ближе и подставила подножку одному из солдат, пробиравшемуся к ней. Он не упал, как я надеялась. Взяв себя в руки, он развернулся ко мне лицом, не шатаясь, прежде чем броситься на меня. Я увернулась, но не раньше, чем его клинок рассек мне плечо.

Я подавила крик, превратив боль в ярость, когда замахнулась на него. Он был быстр и слишком легко уклонился от моего клинка. Я пригнулась, уклоняясь от его следующего удара, прежде чем вонзить свой нож ему в бедро.

Он взвыл от боли, затем ударил меня ногой, прежде чем я успела выхватить свой клинок. Я упала, тяжело приземлившись на каменный пол. Еще один удар пришелся мне в бок, и я приготовилась к следующему, но ничего не последовало.

Я почувствовала прохладную ласку теней и, подняв глаза, увидела Райвина с убийственным выражением лица. Охранник, ранивший меня, лежал на земле, по его лицу текла кровь, он хватался за шею, отчаянно хватая ртом воздух.

Райвин протянул руку, помогая мне подняться. Когда я поднялась на ноги, нападавший упал, его грудь оставалась неподвижной.

— Ты в порядке? — Спросил Райвин.

Я наклонилась и выдернула нож из бедра мужчины. Из раны сочилась кровь.

— Жить буду.

Райвин огляделся, затем вернул свое внимание ко мне.

— Я должен помочь Лаэре и Ванту. Доберись до задней двери. Возьми драконов с собой.

— Поняла.

Он убежал, а я пробилась к павшей принцессе, где принцы-драконы прорубали себе путь сквозь каждого стражника, достаточно глупого, чтобы напасть на них.

Мое сердце заныло, и я сдержала подступающую желчь, когда перешагнул через ее голову. Это было так чертовски неуважительно. Она заслуживала лучшего. Я даже никогда не встречала ее, но чувствовала, что обязана ей чем-то большим. Я должна была помочь ей вызволить ее братьев.

Темные тени начали кружиться вокруг меня, поднимаясь с земли, как струйки дыма. Они быстро увеличивались, заполняя всю комнату плавными, грациозными движениями. Я знала, что делает Райвин, и знала, что у нас не так много времени, прежде чем темнота поглотит все. Я бросилась к драконам.

Сначала я подошла к Кабиру, как раз когда он смертельно ранил своего противника. Солдат зажимал кровоточащую рану в животе, уставившись на Кабира широко раскрытыми глазами. Я схватила принца за предплечье, притягивая его к себе, быстро отступая от его оружия, когда он импульсивно атаковал.

— Что ты делаешь? — Прошипел он, останавливая свой клинок, прежде чем он смог причинить мне вред.

— Нам пора, — сказала я так тихо, как только могла. Я наклонила голову к маленькой задней двери.

Он покачал головой.

— Эти чудовища убили мою сестру.

— Я знаю, но ты уже достал тех, кто это сделал. И мы не можем победить. Не сейчас. — Я схватила его за запястье. — Пожалуйста. Мы должны идти. Она бы не хотела, чтобы ты умер вот так.

Другой солдат бросился в атаку, и мы оба двинулись вперед, заставив стражника замешкаться. Мой нож вонзился ему в бок, когда Кабир полоснул его мечом по горлу. Упав на колени, мужчина издал булькающие звуки.

— Брат! — Кабир позвал.

Бахар развернулся к нам лицом, затем вернулся к своему противнику. Он ударил одетого в зеленое солдата кулаком в лицо, затем сбил его с ног, прежде чем направиться к нам. Его грудь быстро поднималась и опускалась, глаза были дикими. Но как только он добрался до нас, он заметил темноту, которая быстро затрудняла видимость. Даже солдаты начали отступать, скорее колеблясь, чем рискуя напасть друг на друга.

— Пора уходить. — Сказала я сквозь стиснутые зубы. Я ожидала возражений, но Бахар оглядел комнату, затем кивнул.

Бахар схватил меня за руку, а Кабир — за другую, как раз в тот момент, когда нас поглотила тьма. Крики и ворчание наполнили комнату. Мечи все еще лязгали, но звуки стали реже.

Мы осторожно двинулись к двери. По крайней мере, я на это надеялась. Я рассчитывала на то, что дракон знает, где она находится. Когда Бахар перестал двигаться, я ждала, мою кожу покалывало в предвкушении, а грудь сдавливал страх. Мы были безоружны. Темнота — единственное, что мешает нам быть полностью беззащитными и уязвимыми.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Бахар потянул меня за руку, и мы двинулись. Как только мы оказались за дверью, я снова смогла видеть. Он закрыл ее за нами, и я начала оглядываться в поисках Райвина.

— Я полагаю, это означает, что есть план, — сказал Бахар, все еще сжимая свой меч.

— Мы там проиграли. Ты это знаешь, — ответила я.

Он зарычал.

— Не рычи на меня. — я свирепо посмотрела на него. — Нашим выбором было умереть там или убираться к чертовой матери и найти другой способ.

— Его нельзя убить, — прорычал Бахар. — Но мы могли бы также убить столько, сколько сможем.

Он сделал шаг к двери, и я схватила его, зная, что моя хватка не остановит его, если он действительно захочет уйти.

— Превращение в мученика не вернет ее.

Он замер.

— Если мы сделаем так, что ты сможешь перекинуться, ты сможешь убить его. Мы должны найти другое место. Сила магия имеет ограничения, — сказала я.

Его челюсть напряглась, а на виске вздулась вена.

— Где твой принц? — Спросил Кабир.

У меня скрутило живот.

— Он будет здесь.

— Мы не можем ждать слишком долго, — ответил Кабир. — Я отказываюсь попасть в засаду и быть схваченным во время бегства. — Он крепче сжал оружие.

Райвин сказал бы мне бежать. Он сказал бы мне оставить их позади. — Мы подождем еще немного. Немного. Если его здесь нет, мы найдем выход.

Каждый удар сердца был мучительным. Каждый вдох напоминал о том, что мы ждали в коридоре, не в силах помочь. И даем нашему врагу больше времени, чтобы заметить наше исчезновение и найти нас.

— Принцесса… — Сказала Бахар.

Мы и так ждали слишком долго. Я знала, что они дали мне более чем достаточно времени. Я неохотно кивнула. Райвин и остальные были предоставлены сами себе. Они найдут выход. Я должна была в это верить.

Мы сделали несколько шагов по коридору, когда я услышала шаги позади нас. Мой пульс участился, и на какой-то ужасный момент я подумала, что охранники обнаружили нас.

Это были Райвин, Лаэра и Вант. Все они были окровавлены и тяжело дышали, когда гнались за нами по коридору.

— Не останавливайся! — Крикнул Райвин. — Беги!

Я побежала, но мои друзья быстро догнали меня. Все мы мчались по коридору, слепо следуя за Бахаром и Кабиром. К счастью, это был их дом. Они знали каждый выход.

Вниз по лестнице, через комнаты, в коридоры для прислуги, еще вниз по лестнице. Наконец, мы оказались на кухне, и Бахар остановился, переводя дыхание. Мои бока болели, а легкие горели. Идти в ногу с оборотнями и фейри было нелегко. Мои ноги подкашивались, и я не была уверена, что смогу снова так бегать.

Несколько слуг уставились на нас, открыв рты. Затем один из них начал толкать стол к двери. Он со скрежетом ударился о каменный пол, заставив меня вздрогнуть. К ним присоединились еще двое слуг, помогая первому передвигать стол. Когда они закончили, они подошли к стульям и начали переносить их к столу, ставя на столешницу. Они строили баррикаду.

Один из них остановился перед Бахаром.

— Чего ты ждешь? Мы будем сдерживать их, сколько сможем. Убирайся отсюда.

— Мы вернемся с подкреплением. Мы не позволим ему удерживать Дракус, — сказал Бахар.

— Мы знаем, — сказал слуга.

Что-то ударилось в дверь, и мы все обернулись. Мое сердце бешено заколотилось о ребра. Они нашли нас.

Кабир толкнул наружную дверь, и мы вышли из кухни, оказавшись в огромном саду. Прежде чем я смогла сориентироваться, драконы-оборотни рванулись вперед, затем замерли. Их тела покрылись рябью и кости начали трескаться. Похожие звуки доносились рядом со мной, где Вант переходил в свою волчью форму.

Два огромных дракона поднялись в небо, улетая от замка в противоположном направлении, откуда мы пришли.

— Они отвлекают внимание, — сказала Лаэра.

— Тогда нам лучше воспользоваться этим, — сказал Райвин, взглянув на волка. — Оставайся с Арой. Отведи ее в пещеры.

— Куда ты идешь? — Я была в ярости, что он планировал бросить меня.

— Прямо по улицу, на всеобщее обозрение. — Он ухмыльнулся злобной улыбкой, от которой у меня по спине пробежал холодок. Передо мной стоял не мой Райвин. Это был темный принц, который приносит с собой страх и смерть. Воин, на моих глазах безжалостно убивающий своих врагов.

— Наконец-то пришло время поиграть. — Лаэра закатала рукава и подмигнула мне. — Скоро увидимся.

Вант издал что-то вроде фырканья, затем нетерпеливо забарабанил лапой по земле. Я поняла его сообщение.

— Отлично. Не умирайте, — крикнула я Райвину и Лаэре.

Райвин наклонился вперед и нежно поцеловал меня.

— Оставайся с Вантом и не совершай ничего героического. — Он бросился бежать, прежде чем я успела ответить.

Я вздохнула, ненавидя себя за то, что прячусь, в то время как мои друзья подвергают себя опасности, чтобы отвлечь от меня внимание. Я позволила себе еще раз вздохнуть от жалости к себе, затем зашагала вслед за Вантом в сторону города.

Прошло совсем немного времени, прежде чем мы снова побежали, делая перерывы за магазинами и ныряя между киосками. Мы срезали путь по переулкам, сворачивая, когда слышали шум, и прячась за всем, что могли найти, чтобы медленно пробираться обратно через город.

К тому времени, когда мы наконец вернулись в пещеру, Райвин и Лаэра уже ждали нас. Я посмотрела в небо, ожидая увидеть пару больших драконов, пикирующих вниз, чтобы присоединиться к нам. Потом я поняла, насколько это было бы глупо. Они привлекли бы сюда всех.

— Полагаю, драконы к нам не присоединятся?

— Они сами найдут дорогу обратно в лагерь. Совсем как мы, — сказала Лаэра. — А теперь давайте убираться отсюда к чертовой матери, пока люди моего отца не нашли этот туннель.

На этот раз я вошла в пещеру первой, остальные последовали за мной.

— Ты собираешься вытоптать дорожку в мраморе, — сказал Аргус.

Я бросила на него сердитый взгляд, но продолжила расхаживать по комнате. Ожидание сводило меня с ума. Я подошла к своему столу, где двумя маленькими комочками лежало письмо Ары. Прошло два дня с тех пор, как она прислала известие о падении Дракуса, и она уже должна быть здесь.

Раздался стук в дверь, и я повернулась на звук, мою кожу покалывало, когда тревога пробежала по позвоночнику. Мои сестры не стали бы стучать. Только один из стражников мог постучать.

Я ждала, вздернув подбородок в фальшивой демонстрации превосходства, чтобы тот, кто был с другой стороны, не увидел беспокойства, которое я проявляла несколько секунд назад.

Аргус открыл дверь и пробормотал формальное приветствие охраннику с другой стороны. Он быстро закрыл ее, их разговор был слишком тихим, чтобы я могла расслышать. Когда он повернулся ко мне, мое сердце ушло в пятки. Я знала этот взгляд.

— Просто скажи мне. Кто это? Кого мы должны оплакивать следующим?

— Никто не умер, — заверил он меня.

Я облегченно вздохнула.

— Королева Коноса здесь, чтобы увидеть тебя. — Его лицо было бледным.

Я нахмурилась. Я неправильно расслышала? Это было невозможно. Зачем ей быть здесь? — Что?

— Она попросила о встрече с вами, и она пришла с Селеной из Черного опала, — добавил он. — Селена сказала, что королева пришла с чистыми намерениями.

— Ты думаешь, это уловка? — Спросила я.

Он покачал головой.

— Я не уверен. Я поддержу тебя, как бы ты ни отнеслась к этому.

— Где она? — спросила я.

— Тронный зал. Одна.

— Оружие? — Спросила я, хотя знала, что у нее есть магия, которую она может использовать против меня.

— Она безоружна.

Был хороший шанс, что я уже жила взаймы.

— Давай выясним, чего она хочет.

Стражники у дверей моего кабинета пристроились позади меня, когда я направлялась в тронный зал. Я избегала проводить официальные встречи в этом помещении. Это было место, которое мой отец любил использовать для утверждения своего превосходства. Это было также место, где он умер. Поглощенный магическими тенями, которой мог владеть принц Коноса.

Сначала было ощущение скорби по отношению к этому пространству. Теперь я уже не была уверена, что именно я чувствую. Ложь и секреты каким-то образом вытесняли хорошие воспоминания, которые кружились в моей голове. Я не могла представить одно без другого. Это было слишком сложно, чтобы разобраться со всем остальным, что было поставлено на карту.

Я замешкалась перед дверями, единственный охранник, стоявший снаружи, наблюдал за мной, ожидая сигнала впустить меня. Когда-то здесь постоянно находилось несколько охранников, даже когда им не пользовались. Это было еще одним напоминанием о том, как низко мы пали. Насколько слаб был Атос. Если все остальные потерпят неудачу, у нас не будет никакой надежды.

С этим напоминанием я кивнула охраннику, и он открыл тяжелую дверь. Если бы королеву Коноса послали убить меня, возможно, это было бы быстрее, чем смерть, которая, вероятно, ждала меня, когда эта война подойдет к концу.

Я ворвалась внутрь с фальшивой властностью, пытаясь копировать как можно больше движений моего отца. Не поворачиваясь лицом к королеве Коноса, я взглянула в ее сторону, заметив ее краем глаза, пока шла к массивному позолоченному трону.

Она была одета в ниспадающий зеленый пеплос, золотой обруч венчал ее серебристые волосы. Ее темная кожа, казалось, светилась тем слабым мерцанием, которым, как я слышала, обладали некоторые фейри. Это заставило меня стиснуть челюсти. Кто-то сказал мне, что если ты сможешь увидеть их магию, это будет единственным предупреждением, которое ты получишь перед тем, как они убьют тебя. Это был знак власти.

Принц фейри не обладал этим качеством, и все же он сравнял с землей целое поле битвы.

Что, черт возьми, могла сделать эта женщина?

Я не торопясь уселась на трон, расправляя свой темно-синий пеплос, разглаживая ткань, опустив взгляд. Наконец, устроившись поудобнее, я подняла глаза и посмотрела на своего гостя.

На ее лице была снисходительная ухмылка, как будто она знала, в какую игру я играю. Грациозными движениями она отвесила глубокий поклон.

— Ваше Высочество, для меня большая честь познакомиться с вами.

Когда она встала, я склонила голову в знак приветствия.

— Королева Аспазия, чему я обязана этой великой честью?

Она уронила ткань, которую держала в руках, позволив платью волочиться по полу, когда приблизилась ко мне. Мои охранники двинулись вперед, обнажая мечи. Она подняла руки в знак покорности.

— Хорошо. Я буду говорить отсюда.

Я ждала, сохраняя бесстрастное выражение лица, стараясь сохранять нейтралитет все время, пока она двигалась, несмотря на страх, скручивающий мои внутренности. Я знала, что ей не нужно было приближаться ко мне, чтобы покончить со мной. Какими бы дарами она ни обладала, они были могущественны. Если я все еще была жива, то только потому, что она действительно хотела поговорить со мной. По крайней мере, на данный момент.

— Отойдите, — приказала я своим охранникам.

Они медленно опустили оружие.

— Аргус, ты остаешься. Остальные могут подождать снаружи. Я позову вас, если понадобится. — Я махнула рукой сбитым с толку охранникам, но они подчинились и вышли из комнаты, растерянно оглядываясь.

Как только дверь закрылась, я встала, затем спустилась по ступенькам помоста, подходя ближе к королеве. Она рассматривала меня с любопытством, как будто я была чем-то новым, чего она никогда раньше не видела. Возможно, я была первым человеком, с которым она общалась.

— Ты можешь говорить свободно при нем, — я подняла подбородок в сторону Аргуса. — Скажи мне, зачем ты на самом деле здесь.

— Ты умнее, чем о тебе думают. Особенно для твоего возраста. Король Коноса, похоже, думает, что ты согнешься, как тростинка в бурю. — Легкий треск. Она вытянула букву «с», добавив в свою речь шипящие нотки.

— Я молода, но не глупа. Мы обе знаем, как часто женщин недооценивают, — ответила я.

— Так и есть, — согласилась она.

Я подождала, давая ей время рассказать о цели своего визита. Прошло несколько ударов сердца, прежде чем она подошла еще на шаг ближе. Рука Аргуса сжала рукоять меча, но он не обнажил оружие.

— Король Коноса захватил Дракус, — сказала она.

— Это я уже знаю.

— Лишь вопрос времени, когда он придет за тобой. — Она издала веселый звук. — Но сейчас не его время блистать. Оно мое.

Я приподняла бровь.

— Ты мне угрожаешь?

— О, нет, я здесь, чтобы предложить союз. Настоящий союз. Между людьми и фейри. Потому что, когда он падет, я верну себе то, что потеряла. Двор Гадюк будет самым могущественным двором фейри, и я терпеливо ждала, когда увижу, как сгорит Конос.

— Я слушаю… — Я указала на дверь. — Не хотите ли чаю? Мы можем продолжить этот разговор в моем кабинете.

Аспазия коротко кивнула и последовала за мной из тронного зала.

Охранники молча последовали за нами, на этот раз лучше скрывая выражение своего лица.

Когда мы добрались до кабинета, я распорядилась принести чай, прежде чем устроиться в одном из кресел в гостиной. Вражеская королева сидела напротив меня, выглядя совершенно непринужденно на диване. Она была потрясающей, собранной женщиной. Каждое ее движение было точным и грациозным. Она понравилась бы моей матери.

— Я хотела бы узнать больше о ваших мыслях по поводу этого союза между нашими королевствами, — начала я.

— На самом деле все просто. Мы с тобой не на войне. Меня не волнует, как люди решат прожить свою жизнь, и, честно говоря, ты не представляешь для нас опасности. Если только магия, которую ты освободила, не начнет проявляться в людях, хотя даже если это произойдет, я думаю, у нас есть много времени, прежде чем это станет угрозой. — Она откинулась на подушку и скрестила ноги.

— Я не ссорюсь ни с тобой, ни с твоим народом. Я не допущу новых жертвоприношений или других знаков верности. Ты предлагаешь настоящий мир? Не подчинение?

— У меня нет желания тратить свое время на человеческую политику, — она пренебрежительно махнула рукой.

Я нахмурилась, не пропустив мимо ушей ее насмешливый тон. Мы были ничем для фейри. — Если ты возглавишь Двор Гадюк, что будет с Коносом?

— Мне все равно, что с ними случится.

Я сидела сложа руки, принимая фальшивый титул королевы от человека, который использовал меня, чтобы создавать союзы и завоевывать власть над моим народом. После того, что он сделал со своей парой, у меня не было выбора. Единственная сила, которая у меня была, это сопротивляться брачным обетам. А это значит, что, как только он умрет, я больше не буду связана с Коносом, как и моя дочь.

— А как же принц? — Я вспомнила Ару и Райвина, и моя грудь сжалась от беспокойства при мысли о том, что с ней что-то может случиться. Я все еще была новичком в концепции брачных уз, но я знала, что Ара была связана с ним способом, который она не могла контролировать. Я ненавидела это за нее.

— С ним проблем не будет. Боги уже пришли за ним и его украденной магией, — сказала она.

— Что ты имеешь в виду?

Она приподняла брови.

— Ты не знаешь?

Стук в дверь заставил нас обоих обернуться, и разговор прекратился, пока слуга ставил на стол между нами поднос с чаем и медовыми пирожными. Как только дверь закрылась, мы некоторое время сидели молча, ни один из нас не потянулся за напитками.

— Объясни, о чем ты говорила, — попросила я, наконец нарушив молчание. — Что происходит с принцем фейри?

— Он украл магию твоей сестры. Если слухи верны, она была даже могущественнее его. И точно так же, как его отец, он забрал всю эту власть себе.

Жар усилился, и я почувствовала, как мои щеки вспыхнули. Ара никогда не рассказывала мне подробностей о том, что она имела в виду, когда сказала, что у нее больше нет магии.

— Более могущественная, чем он?

— Разве не всегда так бывает? Кажется, не имеет значения, откуда ты родом. Мужчины видят в нас угрозу и находят способ заковать нас в цепи, притупить наш блеск, использовать наши дары в своих целях. Король нуждался во мне, потому что мой двор не восстал бы против него, если бы я была на его стороне. — Она наклонилась вперед и налила чай в две чашки, затем подвинула одну ко мне.

— Расскажи мне еще. — Я взяла предложенную чашку.

Она сделала робкий глоток, затем поставила чашку обратно на стол. Затем она рассказала мне, как Король фейри украл силу своей пары. Как Райвин сделал то же самое с Арой. Я слушала, стиснув зубы, вбирая в себя все, что от меня скрывали. Как много из этого знал мой отец? Была ли сила, которой обладал король фейри, причиной того, что Атос так легко поклонился им?

— Затем он нацелился на все дворы фейри, — объяснила она. — Был выбор присоединиться к нему или быть уничтоженным. С силой Никс и сыном, который мог убить сотни людей, не прикасаясь к ним, у нас не было ни единого шанса. Я была молода, но знала, что смогу спасти свой народ. Я согласилась стать его супругой в обмен на защиту. Он думал, что мы сдались, но мы почти бессмертны. Мы можем быть очень терпеливыми.

Я была впечатлена ее дальновидностью. И немного напугана. Ее определенно было лучше иметь в качестве союзника. — Единственная проблема в том, что все зависит от поражения Короля фейри. Он уже захватил Дракус. Как мы можем остановить его?

— Для начала, у меня есть союзники, которые последуют за мной, как только я прикажу. Плюс, есть его колдунья, — сказала Аспазия. — Ты уничтожишь ее, и все развалится.

Возвращение домой похоже на поражение. Когда-то я бы отдала почти все, чтобы ступить на наши песчаные берега. Теперь я чувствую, что сама земля насмехается надо мной. Это напоминание о том, сколько вреда я принесла своему народу с тех пор, как впервые осмелилась уехать.

На этот раз стражники узнают нас и без колебаний впускают во дворец. Или, может быть, они слышали, что произошло, когда они в последний раз бросали вызов моим друзьям.

Вокруг нас воцарилась тяжелая тишина, печаль и чувство вины заставляли меня бороться с желанием заползти в пещеру, чтобы спрятаться, пока всему не придет неизбежный конец. Я даже не была уверена, как теперь будет выглядеть этот конец. Все наши идеи провалились, и я не была уверена, сможем ли мы что-нибудь сделать.

Во дворце было тихо. Охраны было немного, и я не увидела ни одного слуги. Это соответствовало обстановке скорби, которую мы чувствуем, прогуливаясь по городу. На улицах было мало людей, и они держались подальше от нас, когда мы проходили мимо. Весь Атос нес на себе тяжесть поражения.

Аргус направился к нам с усталой улыбкой на лице.

— С возвращением, принцесса. Я услышал новости и рад видеть, что ты жива.

— Это начинает казаться проклятием, — ответила я.

— У нас есть шанс, мы должны верить. Боги образумятся, — ответил он.

Я держал свои мысли о богах при себе.

— Где Лагина? — спросила я.

— В кабинете. Но тебе следует знать, что с ней гость. — Его взгляд метнулся к моим друзьям, прежде чем вернуться ко мне.

Мы пошли в ногу с ним.

— Что за гость?

— Моя мать, — проворчала Лаэра.

Я остановилась.

— Что? — спросила я.

— Почему она здесь? — Спросил Райвин.

Вант приготовил свой меч.

— Селена с ней, не так ли?

Лаэра закатила глаза.

— Убери это, оборотень. Да, она тоже там. Но она здесь не для того, чтобы причинить нам вред. Я не уверена, почему она здесь, но я знаю, что это не угроза.

— Все, что делает твоя мать, — это угроза, — возразил Райвин.

— Все, что делает моя мать, делается для ее же блага, — поправила Лаэра. — Наше убийство ей не поможет. Мы могущественны. Если она здесь, это означает, что она решила, что наконец-то пришло время показать свое истинное лицо и выйти из-под власти Коноса. Это значит, что ей нужны союзники.

Я видела, как напряглись плечи Ванта. Я коснулась его руки.

— Давай выясним, чего она хочет, а потом решим, убивать ее или нет.

Райвин усмехнулся.

— Когда ты успела стать такой кровожадной?

— Вероятно, примерно в то время, когда я встретила тебя, — ответила я.

— Он так действует на людей, — сказала Лаэра.

Я снова двинулась в путь, остальные последовали за мной, пока мы направлялись к кабинету. С каждым шагом усталость наваливалась все сильнее. В пребывании на Атосе было что-то такое, что заставляло мое тело чувствовать себя в чуть большей безопасности. Я могла ослабить бдительность ровно настолько, чтобы начать признавать, насколько я устала. Я отогнала эту мысль, несколько раз моргнув, чтобы избавиться от рези в глазах.

Мы прошли мимо нескольких охранников, все они выпрямились, как только увидели приближающегося Аргуса. По крайней мере, они были достаточно бдительны, чтобы отреагировать на него. Не то чтобы они помогли бы нам, если бы кто-нибудь из фейри в нашем дворце решил выступить против нас.

Стражники, стоявшие у входа в кабинет, расступились, чтобы пропустить Аргуса, и он открыл нам дверь. Как только я увидела королеву Коноса, я замерла. Несмотря на то, что я ожидала ее, увидеть ее здесь, с моей сестрой, было полным шоком. Обе королевы поднялись со своих мест и направились к нам. Селена сидела на диване неподалеку, листая страницы книги, казалось, ее не беспокоило наше присутствие.

— Ара, я слышала, что произошло. Ты в порядке? — она подошла ко мне, озабоченно нахмурив брови.

Королева Коноса стояла в центре комнаты, сложив руки перед собой. Выражение ее лица было безразличным, мало чем отличающимся от того, что я видела у Офелии, когда ей было скучно.

— Я в порядке. Но мы в беде. У Короля фейри больше магии, чем мы думали. Какой-то дополнительный дар, который делает его неприкасаемым. Нам придется выманить его из замка, чтобы иметь хоть какой-то шанс одолеть его, — объяснила я.

— Этого будет недостаточно, — сказала королева Коноса.

— Что именно ты здесь делаешь? — Лаэра прошла мимо меня, направляясь прямо к своей матери, затем остановилась перед ней.

Райвин стоял так близко ко мне, что я чувствовала его тело рядом со своим. Вант сделал пару шагов вглубь комнаты, его пальцы легли на рукоять меча. Было ясно, что ни один из них не доверял посетителю.

— Аспазия пришла предложить свою помощь, — сказала Лагина. — Она знает, где найти волшебницу, у которой есть ключ к свержению короля фейри.

— Ты знала? — Лаэра сердито посмотрела на мать. — Ты знала, что он обладает такой силой, и ничего не предприняла?

— Что ты хотела, чтобы я сделала? Показала свои намерения мужчине, обладающему силой богини и волшебницы? — Спросила Аспазия. — Я ждала, пока действительно не смогу победить.

— Как ему удалось скрыть это от меня? — Голос Лаэры дрогнул так, как я никогда раньше не слышала. Она стиснула зубы, восстанавливая самообладание. — Откуда он знал, как скрывать это от меня?

— Я не знаю. Я никогда не говорила ему ничего из того, что подозревала о твоих способностях. Но у него глаза во многих местах, как и у тебя. Боюсь, мы недооценили его, — сказала Аспазия.

— Мы не недооценивали его. Мы попали в его ловушку и сами себя ослепили, — добавил Райвин. — Но меня больше интересует, что ты на самом деле здесь делаешь, чем его планы. Он всегда четко определял свои цели. Он хочет править всем и вся. Чего ты добиваешься?

— Ты знаешь, чего я хочу, — сказала она почти игривым тоном.

Райвин прищурился. — Не пробуй на мне свои чары. Твое обольщение на меня не действует. — Она промурлыкала. — Если бы это произошло, мои планы осуществились бы раньше. Но тобой не так легко манипулировать, как твоим отцом. — Со смешком она переключила свое внимание на меня. — Не волнуйся, он весь твой.

Райвин обнял меня за талию, и я поняла, что встала перед ним, защищая, даже не подозревая об этом.

— Мама, не провоцируй ее. Она гораздо могущественнее, чем ты думаешь, — заявила Лаэра.

— Тогда это хорошо. Потому что я рассчитываю, что ваша маленькая группа сделает за меня грязную работу. — Она пожала плечами.

— Ты сказала, что у тебя есть для нас союзники. И информация, — вмешалась Лагина. — Чем бы ни было это дерьмовое состязание, оно завершено. Ты помогаешь нам или уходишь.

Аспазия улыбнулась, и я заметила, что Селена теперь стоит, наблюдая за нами с выжидающим выражением лица.

— Фивы никогда не были в кармане у вашего отца, — сказала Аспазия, обращая свое внимание на Лаэру и Райвина. — Они согласились сражаться за Атос.

— Что? Почему? — Спросила я.

— Эти существа не могут прийти сюда. Я пытаюсь сохранить жизнь своим людям, а не скармливать их другим монстрам, — отрезала Лагина.

— Подожди, — я отошла от Райвина, — дай ей шанс все объяснить.

Аспазия склонила голову набок, изучая меня, прежде чем повернуться к Лагине.

— Моя информация неверна? Разве твоя младшая сестра не вампир?

— Наполовину. — Лагина укоризненно посмотрела на меня, как будто я была тем, кто передал эту информацию. — И мы все знаем, на что похожи вампиры в Фивах. Они настолько вышли из-под контроля, что захватили весь город.

— Это определенно неправда, — сказала Лаэра. — Там тоже живут люди. Как ты могла этого не знать?

— На что это похоже? — Спросила я, обнаружив, что легко верю Лаэре.

Я не была уверена, было ли это из-за того, что я действительно доверяла ей, или я настолько привыкла обнаруживать, что большая часть того, что я узнавала, была ложью.

— Он в основном населен вампирами, — признала Лаэра. — И многие были обращены не по доброй воле в первые дни. Но те, кому нравилось охотиться на других, были сурово наказаны. Они уже столетие никому не позволяли обращать человека без его согласия.

— Разве среди людей нет убийц и воров? — Спросила Аспазия.

Образ разъяренной толпы, преследующей меня после визита в «Опал», вспыхнул в моем сознании. Все эти люди ликовали бы, увидев меня мертвой. Они имели худшие намерения. Люди. Не фейри. Не вампиры.

— Зачем им нам помогать? — Спросила я.

— Потому что им нужна еда, — мрачно ответила Лагина.

— У многих из них есть семья и друзья на Телосе или Афоне. Ваше королевство и Конос запретили им путешествовать. Они пленники в своем собственном городе, — объяснила Аспазия.

— Совсем как вы, люди, добавила Лаэра. — За исключением того, что вам, похоже, это нравится.

— Нам это не нравится. — Я всегда мечтала выбраться отсюда. О большем, чем мог предоставить Атос. Я знала, что была не единственной.

— Он знает? — Спросил Райвин.

Аспазия повернулась к принцу. — Нет. Он считает, что они направляются на Атос, чтобы присоединиться к нему.

— Они уже в пути? — Спросила Лагина.

Аспазия кивнула.

— Это будет нелегко объяснить, — сказала я. — Здешние люди не доверяют никому, кто не является человеком.

— У них не было проблем поделиться со мной всеми своими самыми темными секретами, — сказала Селена.

— Они не знали, что ты не человек, — ответила я.

— Они так же не узнают вампира, — сказала она.

— Мы не можем им лгать, — ответила я.

— Они не хотели, чтобы я был там, но никто не жаловался. Они приветствовали драконов, чтобы спасти свои собственные жизни, — сказал Вант. — Пусть твоя тетя поговорит с ними. Они одумаются.

Комнату внезапно заполнил ослепительный свет, заставив меня прищуриться от его яркости. Я прикрыла глаза рукой.

— Что это? — спросила я.

Дверь открылась, и свет разделился на разноцветную призму, образуя танцующие радуги на каждой поверхности. Я обернулась и увидела сбитых с толку охранников, которые слепо тянулись, пытаясь пошевелиться, но, казалось, застыли на месте.

Райвин был передо мной с обнаженным мечом, Вант рядом с ним. Оба мужчины закричали, когда у них вырвали оружие и швырнули через комнату. Они с грохотом упали на пол.

— Так не приветствуют того, кто спас жизнь твоей паре, — эхом разнесся по комнате раскатистый женский голос.

Дверь хлопнула, затем цвета померкли. После того, как я моргнула, избавляясь от яркого света, я узнала вошедшего.

— Айрис?

— Черт. Еще боги, — простонала Лаэра.

— Айрис? — Спросила Лагина.

— Да, да, посланница богов и все такое. — Айрис пренебрежительно махнула рукой.

Селена и Аспазия обе попятились, отходя от новоприбывшей. Я коснулась своего ожерелья, вспоминая, как она подарила мне предмет, который позволил мне безопасно пересечь море.

Райвин опустил голову.

— Прости за то, как я отреагировал. Спасибо тебе за подарок, которым ты наградила Ару.

— Пожалуйста, примите и мои извинения, благородная леди, — сказал Вант.

— Подарок был от ее матери, но я принимаю ваши извинения. Если бы ты попытался ударить меня ножом, мы бы сейчас были в другом положении. Айрис кивнула Ванту, затем придвинулась ближе к Лагине.

Моя сестра выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок. Ее глаза были широко распахнуты, рот открыт, краска отхлынула от лица. Наконец, она несколько раз моргнула, затем закрыла рот, сглотнув, прежде чем восстановить контроль.

— Добро пожаловать в наше королевство. — Она сделала реверанс.

— Тебе не следует бояться меня, королева Атоса. Боги не вступают в конфликт с тобой, — сказала Айрис.

Лагина вздохнула с явным облегчением.

— Однако у них есть проблемы с твоей сестрой. — Айрис повернулась ко мне. У меня внутри все скрутило, а пульс участился.

Райвин придвинулся ближе ко мне, и я бросила на него предупреждающий взгляд. Это была моя проблема, которую нужно было решить. Его челюсть напряглась, но он отступил на шаг, давая мне немного пространства.

— Значит, у тебя есть для меня сообщение? — Спросила я, удивленная, что смогла скрыть дрожь в голосе.

— Да. И ты поступишь правильно, если послушаешь. — Она двигалась с такой грацией, что я удивилась, как я не заметила, что она не была человеком, когда мы впервые встретились.

— Боги знают, что ты можешь получить доступ к своей магии. — Она взглянула на Райвина, затем снова обратила свое внимание на меня. — И они знают, что твоя пара тоже использовала ее.

— Я готов принять любые последствия, которых они потребуют, если они оставят Ару в стороне от этого, — сказал Райвин.

— Дело не в тебе, принц, — отрезала Айрис. Ее голос смягчился: — Они решили, что ты слишком опасна, чтобы жить, но слишком важна, чтобы умереть. Ты представляешь весь Атос, а не только себя.

— Что это значит? — Спросила Лаэра.

— Это значит, что твою судьбу определит один из них. — Айрис протянула мне свиток, перевязанный куском бечевки.

Мое сердце так громко стучало в ушах, что я была уверена, что остальные меня слышат.

Я осторожно открыла его.

Дверь еще даже не закрылась, как мы начали срывать друг с друга одежду. Я крепко сжала Райвина, впиваясь пальцами в его сильные руки, пока отчаянно цеплялась за него. Его поцелуй был горячим и обжигающим, и это было все, в чем я нуждалась.

Мы двигались, мои ноги обвились вокруг его талии, в то время как я отказывалась отрывать свой рот от его. Он крепко держал меня, его руки легли мне на спину, поддерживая, пока он нес меня к кровати.

Его брюки были расстегнуты, но все еще обтягивали бедра. Я стянула их вниз, затем притянула его к себе. Слова были не нужны, это было чистое отчаяние. Я знала, что если мы заговорим, нам придется рассмотреть возможность того, что это было прощание. Я выбросила эту мысль из головы и сосредоточилась на ощущении кожи Райвина под кончиками пальцев, вкусе его поцелуя, ощущении щетины на щеках, боли в припухших губах, растущей потребности внизу живота… Так много ощущений, так много отвлекающих факторов.

Он уткнулся носом в мою шею, покрывая поцелуями мое плечо, затем снова вверх, пока его нос не оказался у моего уха. Его губы вернулись к моим, и на этот раз наш поцелуй был душераздирающе нежным.

Это был тот тип поцелуя, который я никогда не смогла бы разделить ни с кем, кроме него. В этом поцелуе я почувствовала все, что было между нами. Одержимость, страсть и обожание, которые, я знала, он носил с собой с того дня, как встретил меня. Мой язык проник в его рот, и он ласкал его своим. Поцелуй углублялся, становясь таким интенсивным, что мне пришлось вырваться.

Глядя на него широко раскрытыми глазами, я потянулась к его лицу, прижимая ладонь к его щеке.

— Это не прощание.

Он поцеловал меня в лоб, и когда снова посмотрел на меня, я увидела боль в глубине его серых глаз.

— Не делай этого, — предупредила я.

— Я не хочу, чтобы ты уходила, — признался он.

— Ты не можешь делать такой выбор, — ответила я.

— Я знаю, — сказал он.

— Ты знаешь, что я должна это сделать. — Я потянулась к другой его щеке свободной рукой, держа его лицо между ладонями. Он был потрясающе красив. Его лицо было вырезано для меня в моих снах, я была уверена в этом.

Он наклонил голову, прижимаясь своим лбом к моему.

— Я люблю тебя, Астери.

У меня сдавило горло, из-за чего слова было трудно произнести без слез, но мне удалось выдавить их, мое сердце чуть не разбилось вдребезги, когда я произнесла их. — Я тоже тебя люблю.

Все, чего я хотела, — это найти время, чтобы любить его и быть любимой им, но сами боги работали против нас.

Он сел на колени, затем уставился на меня сверху вниз, нахмурив брови. Я приподнялась на локтях. — Что случилось?

— Я хочу, чтобы ты кое-что знала.

Мой пульс участился, а во рту пересохло. Я не могла говорить, поэтому ждала.

— Я как-то сказал тебе, что Атос ничего для меня не значит. Что мне было все равно, что случится с людьми, которые там живут. — Дай мне закончить. — Он заставил себя улыбнуться, и я закрыла рот. — Но это важно для тебя. А это значит, что для меня это важно.

Я улыбнулась, выпрямилась и потянулась к его руке, нежно сжимая ее.

— Это значит, что, если с тобой что-нибудь случится, я не брошу Атос. Я буду сражаться за твоих сестер и твой дом, как если бы он был моим собственным.

Я не думала, что возможно любить его еще больше, чем я уже любила, но мое сердце казалось готовым взорваться. Слезы покатились по моему лицу, и я обвила его руками. Он поймал меня, притягивая в невероятно крепкие объятия.

Он расслабился, затем вытер слезы с моих щек.

— Так что ты иди и сосредоточься на том, чтобы остаться в живых. Я обещаю тебе, что сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти ваш дом. Ты ни секунды не будешь беспокоиться о нас здесь, поняла?

Я кивнула.

— Спасибо.

Он нежно поцеловал меня, его большие пальцы коснулись моих скул, когда он завел руки мне за голову. Мы обнимали друг друга, переживая момент самого сладкого поцелуя.

Он осторожно уложил меня на спину. Его рука скользнула между моих грудей, скользя по животу, пока не опустилась ниже. Я раздвинула ноги для него, и он приспособился, чтобы погрузиться между моих бедер. Я ахнула, когда его пальцы начали дразнить.

Страх перед тем, что принесет утро, исчез, пока все, о чем я могла думать, было то, что я чувствовала под его опытными прикосновениями.

Он двигался медленными кругами, заставляя жар нарастать в нижней части моего живота, пока я не стала ободряюще приподнимать бедра. Мне нужно было больше. Его губы прошлись по моим бедрам, затем он поцеловал мой живот, продолжая медленное продвижение. Все было так приятно, но так медленно и размеренно, что я начала ныть.

— Еще.

Он промурлыкал у меня внизу живота, от вибрации у меня перехватило дыхание.

— Я слышал мольбу? Давненько ты меня не умоляла.

— Я не умоляю, — сказала я ему. — Я требую.

Он засмеялся, и я приподнялась и потянулась к нему. Он приподнялся, и наши губы соприкоснулись. Я притянула его к себе, его бедра оказались между моими. Мне нужно было, чтобы он был как можно ближе ко мне. Мне нужно было чувствовать его всего, пробовать его на вкус, вдыхать его, пока я не перестану быть уверенной, где начинается он и начинаюсь я.

Наши языки соприкоснулись, и его руки оказались в моих волосах, затем скользнули вниз по моей шее к груди. Его ладони были грубыми, но я выгнулась ему навстречу, поощряя к большему. Его губы переместились на мой подбородок, затем на челюсть, затем на шею. Я застонала, откидывая голову назад, наслаждаясь каждым ощущением.

Я чувствовала его твердость при входе, скользящую и дразнящую. Мои бедра поднимались и опускались, в нетерпении, когда он будет внутри меня. Когда его рот нашел мои соски, я ахнула. Его язык гладил и кружил, в то время как руки ласкали и сжимали. Переходя от одной груди к другой, он увеличил темп. Я провела руками по его спине и, добравшись до бедер, притянула его ближе, обхватив ногами его талию.

Он принял приглашение и вошел в меня одним быстрым движением, не останавливая ощущения, которые дарил своим ртом. Я вскрикнула, выгибая спину в ответ на внезапное усиление удовольствия.

Я целовала каждый участок кожи, до которого могла дотянуться, прижимаясь губами к его плечам, прежде чем снова притянуть его голову к себе, вновь завладевая его губами. Он медленно двигался внутри меня, ощущения были интенсивными и эйфорическими. Я знала, что никогда не смогу насытиться им.

Его поцелуй был страстным и требовательным, в нем было отчаяние, которого я раньше не чувствовала. Я свирепо ответила на него, используя свое тело, чтобы успокоить его. Он ответил, встречая меня с той же силой, когда увеличил скорость своих толчков. Я хватала ртом воздух, и мои бедра двигались в такт с ним, борясь за каждый вздох, когда удовольствие достигло крещендо. Мне пришлось отстраниться, моя голова откинулась назад, глаза закрылись, и я застонала. Вцепившись в простыни, я сдалась, позволив экстазу захлестнуть меня, когда я достигла кульминации.

Отдышавшись, я открыла глаза, затем обхватила ладонью щеку Райвина. Он перестал двигаться и смотрел на меня сверху вниз с довольной улыбкой на губах.

— Ты такая чертовски красивая, когда кончаешь.

Если бы мои щеки не были такими горячими, я бы почувствовала, как к ним приливает румянец.

— Твоя очередь.

Он рассмеялся.

— Я еще не закончил с тобой. — Он обхватил меня руками, приподнял и сел, увлекая за собой. Мои ноги обхватили его бедра, и я сидела у него на коленях, а он все еще был внутри меня. Я резко вдохнула, мои глаза расширились от ощущения новой позы. Он ухмыльнулся.

Он обнял меня, притянув так близко, что наши груди соприкоснулись. Передвинувшись так, чтобы мои колени оказались на кровати, я начала скакать на нем верхом, и на этот раз я увидела, как его глаза расширились. Он застонал, его глаза закрылись, когда я увеличила скорость.

Через несколько мгновений он запустил пальцы в мои волосы и притянул мою голову к себе. Наши губы соприкоснулись, и мы пожирали друг друга. Его руки двигались по моей коже, лаская и разминая мои груди, спускаясь вниз, чтобы обхватить мою задницу, скользили лёгкими поглаживаниями по моей спине. Его прикосновения оставляли покалывающий след везде, куда бы он ни касался, делая все ощущения еще более интенсивными.

Я впилась пальцами в его спину, удерживая его, изо всех сил стараясь оставаться сосредоточенной на своих движениях, пока все ощущения сталкивались. Я быстро достигала своего предела, отчаянно желая продолжать до тех пор, пока не смогу дать Райвину освобождение по его собственному желанию.

Его дыхание было учащенным, и я чувствовала, что он был так же близко, как и я. Я прервала наш поцелуй, переместив губы к его шее. Я облизывала, посасывала и касалась губами его кожи, пробуя на вкус соленый пот. Он откинул голову назад, и его руки замерли, на мгновение задержавшись на моей пояснице, прежде чем он обнял меня и притянул еще ближе. Ощущение потери себя в его объятиях толкнуло меня через край. Моя спина выгнулась, и я издала серию криков, когда освобождение пронеслось по мне, опустошая мой разум от всего, кроме удовольствия, когда забвение настигло меня. Пальцы Райвина впились мне в спину, и он застонал, обретая собственное освобождение.

Я положила голову ему на грудь, вдыхая его запах, пока восстанавливала дыхание. Он наклонился, прижавшись щекой к моей макушке. Мы оставались такими долгое время, настолько близкими, что были почти одним человеком.

Затем он повернулся, все еще держа меня на руках, пока я не оказалась спиной на кровати. Он блестел от пота, но на его губах играла расслабленная улыбка.

— Я еще не закончил.

Я приподняла бровь в молчаливом вызове, прежде чем схватить его и притянуть к себе. После еще нескольких раундов я заснула в его объятиях. Мне приснилось, что я иду по полям полевых цветов на склоне утеса с видом на море. Это был первый раз за долгое время, когда я крепко спала и мне снилось что-то прекрасное.

Я отложила книгу при звуке шагов и была удивлена, увидев входящую в библиотеку Кору. Она нервно огляделась по сторонам, словно опасаясь, что кто-то собирается выскочить и напасть на нее.

— Мы одни, — крикнула я, надеясь успокоить ее.

Ее руки были сцеплены перед собой, тело напряжено.

— Хорошо. — Она вошла в библиотеку, затем в нерешительности остановилась перед креслом рядом со мной.

— Ты можешь сесть. Можешь присоединиться ко мне, — предложила я. Мы пригласили ее помочь, но она избегала всего, что имело отношение к войне. — София и тетя Катерина только что пошли перекусить. Они скоро вернутся.

— Я знаю. Я видела их в зале для завтраков. Вот почему я пришла сейчас. Я хотела поговорить с тобой, — сказала она, устраиваясь в кресле.

Я повернулась к ней лицом.

— Чем я могу тебе помочь?

— Союз с драконами — это единственное, что может спасти нас, не так ли? — спросила она.

Я знала, к чему она клонит.

— Прости, Кора. Если бы я могла предложить себя на твоем месте, я бы предложила. Ты же знаешь, что я бы так и сделал.

— Я не прошу отказаться от договора. — Она глубоко вздохнула, и я заметила, что ее руки дрожат. — Я прошу устроить свадьбу сейчас. До того, как прибудут фейри.

Мои брови нахмурились.

— Ты хочешь выйти замуж за Короля-Дракона прямо сейчас? Это брачные узы? Ты что-то чувствуешь к нему?

Она покачала головой.

— Не совсем. Он привлекательный, конечно. Но нет, дело не в этом.

— Что тогда? — спросила я.

— Я хочу убедиться в лояльности драконов к нам. Что побудит их помогать нам дальше, пока их собственный город в осаде? Они могут легко уйти от нас. Оставить все умирать. Атос не справится без них, я это знаю, — сказала она.

— Ты слышала о Дракусе, — сказала я с удивлением. — Я думала, ты держишься в стороне от всего этого.

— Я не отставала, — призналась она. — София сообщает мне последние новости.

— Итак, ты знаешь, что Ара вернулась и что она уезжает утром, — сказала я.

— Я знаю. Я бы предпочла, чтобы она присутствовала на брачной церемонии, но я пойму, если она не сможет приехать вовремя. Я уверена, она поймет, — сказала Кора.

— Ты уверена, что хочешь сделать это сейчас? Что, если он умрет в бою? Возможно, тебе никогда не придется выходить за него замуж, — сказала я.

Ее челюсть напряглась.

— Я уверена. Ты можешь отправить сообщение?

— Хорошо, — согласилась я. — Я не могу гарантировать, что он оставит Дракус, чтобы сделать это сейчас.

— Он приедет, — сказала она с большей уверенностью, чем я когда-либо слышала от нее. — Мы должны спланировать свадьбу.

— Кора. — Тон Софии был полон неподдельного восторга. — Присоединишься к нашему исследованию?

— Я все думала, когда ты выйдешь из своей комнаты, — сказала тетя Катерина.

— Я плохо себя чувствовала, но сейчас мне лучше. — Она потянулась за стопкой бумаг, перевязанных бечевкой. — Что мы ищем? — спросила я.

— Что-нибудь о полувампирах или о магии на Атосе, — сказала тетя Катерина.

— Я нашла старое письмо, в котором говорилось о том, что у фермера было слишком много урожая, когда мы только поселились здесь, — сказала София, хватая книгу и устраиваясь поудобнее на полу. — Я думаю, что магия могла бы когда-то принести нам пользу.

— Мы используем ее для подогрева воды, — сказала Кора.

— Подумай, что еще мы могли бы заставить ее сделать, — добавила София.

Было приятно видеть, что София так заинтересована в помощи нам всем. Я думаю, это было хорошее отвлечение, чтобы она не думала о переменах, через которые ей пришлось пройти. Ей ежедневно подносили к двери кровь животных, но она отказывалась, чтобы кто-нибудь видел, как она ее пьет. В один прекрасный день ей придется пережить это, но это не имело бы значения, если бы никто из нас не пережил текущих событий.

Кора наклонилась ко мне, затем понизила голос.

— Не забудь, о чем я спросила.

— Ты уверена? — спросила я.

Она кивнула.

— Можешь занять мое кресло, — сказала я тете Катерине. — Мне нужно кое-что сделать.

Моя тетя заняла мое место, а я отправилась на поиски писца. Я не была уверена, хочу ли я, чтобы Бахар приехал и женился на ней сейчас, или я хотела, чтобы он отложил это дело. Кора была права, брачный обет более публично привязал бы его к нашему городу. Ни его, ни наш народ не смогли бы отрицать наш союз. Но я знала, как сильно она не хотела выходить за него замуж. Я надеялась, что у них будет более длительная помолвка.

Я повернула за угол к комнатам писца и обнаружила, что Лаэра и Вант стоят в коридоре, разговаривая приглушенными голосами. Они замолчали, когда заметили меня.

— Я думала, вы все отдыхаете до завтра, — сказала я.

— Я не очень хорошо переношу отдых, — ответила Лаэра. — Я думаю, ты такая же, не так ли?

Я проигнорировала вопрос.

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Ты можешь сообщить своим писцам, что мы здесь не для того, чтобы причинить им вред. Нам просто нужна пара карт, чтобы уточнить местоположение волшебницы, — сказала Лаэра.

Я приподняла бровь, изучая принцессу. Я знала, что у нее есть способности манипулировать другими, даже если я не понимала как это работает.

— Твоя магия не работает?

— Мне сообщили, что мы не используем магию для принуждения наших союзников, — сказала она раздраженным тоном.

— Это не то, чего хотела бы Ара, — сказал Вант. — Если мы добьемся успеха, мы захотим поддерживать хорошие отношения с Атосом.

— Я ценю ваш оптимизм, — ответила я, направляясь к двери. Перед дверью не было никакой охраны. Писцы предпочитали сами распоряжаться своим пространством. Это было одно из немногих помещений дворца, которое мне еще предстояло исследовать или утвердить свою новую роль. Они откликнулись, когда я попросила материалы, и я предоставила им свободное пространство. Это был мой способ надеяться удержать их на своей стороне во время этого перехода.

Я открыла дверь и заметила, что в комнате был только один писец.

— Привет?

Он вскочил со стула, затем склонился в низком поклоне.

— Ваше Высочество. — Как только он заметил остальных позади меня, выражение его нетерпеливого лица омрачилось. — С тобой чужаки.

— Они союзники, — объяснила я. — Им нужна твоя помощь в поиске некоторых карт.

— Они мне не союзники, — сказал он.

— Полагаю, ты слышал, что произошло в Дракусе? — Писцы всегда знали. Еще до того, как я послала кого-либо официально сообщить им. Это было то, что мне в конце концов предстояло выяснить, если я когда-нибудь захочу уединения.

— Я не уверен, как это повлияет на нас. Король фейри получил то, что хотел. Атос не имеет значения. Даже если он зол на твою сестру, — сказал писец.

— Ты явно ужасный писец, — сказала Лаэра.

Мужчина уставился на нее.

— Как ты можешь не видеть, что он никогда не остановится? — Спросила Лаэра.

Писец нахмурился.

— Мне нужно отправить сообщение королю-дракону, — сказала я, меняя тему. — Ты можешь мне с этим помочь?

Он неохотно отвел взгляд от принцессы фейри.

— Да, конечно.

— И еще мне понадобится твоя помощь с картами, которые им понадобятся, — добавила я.

Он нахмурился, но кивнул, прежде чем отвести меня в дальний конец комнаты, где в большой клетке сидел красивый ястреб.

Мне не потребовалось много времени, чтобы нацарапать короткое послание для короля. Писец помог мне прикрепить послание к лапке птицы, затем мы открыли окно и выпустили существо на теплое послеполуденное солнце.

— Ты действительно думаешь, что король фейри придет сюда? — Тихо спросил меня писец.

— Надеюсь, — сказала я. — И то, что он придет к нам, может быть нашей единственной надеждой оставить его без защиты настолько, чтобы уничтожить.

Он взглянул на оборотня и принцессу Фейри.

— Ты думаешь, что сможешь убедить волшебницу помочь нам?

— У нас нет выбора, — сказал Вант.

— Не волнуйся, Райвин и Вант могут быть очень убедительными, — сказала Лаэра.

Я хотела расспросить подробнее, но не была уверена, что мне нужно, чтобы писец знал больше, чем он уже знает.

— Скажи мне, что тебе нужно, — сказал писец.

— Нам нужны любые карты острова Хаменос, которые у вас есть, — сказал Вант.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не отреагировать на это название. Писец не скрыл своего удивления. Его глаза расширились, а брови взлетели вверх. — Хаменос? Ты уверен?

— Это то, что сказала нам королева, — сказал Вант, глядя на Лаэру.

— Она не лгала, — заверила его Лаэра.

— Ты знаешь, что, по слухам, спрятано на этом острове, — настаивал писец. — Так много людей пытались найти его, но ни один из них не преуспел.

— Все знают эти истории, вмешалась я. — Им придется сообщить нам, правдивы ли они, когда они вернутся.

— Очень хорошо. — Писец подошел к полке и снял несколько свитков. Он передал их Лаэре. — Это все, что у нас есть об острове. Никто никогда не наносил его на карту. Просто проплывали поблизости, но не слишком близко. Любой, кто подходит слишком близко, не возвращается.

Она подняла свитки.

— Спасибо. Мы вернем их, если сможем.

Он кивнул.

— Удачи.

Я вышла из комнаты вместе с ними и, как только дверь закрылась, повернулась к ним лицом.

— Вы действительно думаете, что сможете это сделать?

— Мы сделаем это, — сказал Вант.

— Только вы двое? — Спросила я.

— Райвин и Вант пойдут. Я остаюсь здесь, — сказала Лаэра.

Вант зарычал. Я сделала шаг назад, пораженная звуком. Я знала, что он оборотень, но я никогда не слышала столь анимистических звуков, исходящих от кого-то, кто выглядел человеком.

— Мы не хотели, чтобы Ара знала, — добавил Вант. — Мы не хотим, чтобы она волновалась, пока она с Никс.

— Я понимаю. Я не скажу ей, — согласилась я.

Лаэра приподняла бровь.

— Ты бы солгала собственной сестре?

— Она не собирается спрашивать меня, а я не собираюсь делиться информацией, — уточнила я.

— Может быть, мы с тобой не такие уж и разные, — сказала Лаэра.

Я не была уверена, что мне понравилась эта мысль.

— Когда вы отплываете? — Спросила я.

— Как только корабль Ары скроется из виду, — ответила Лаэра.

— А что насчет города? Что я могу сделать, чтобы подготовиться, если они не вернутся до прибытия фейри? — Спросила я, удивляясь самой себе за то, что высказала свои опасения вслух. Но Ара доверяла им, и мы нуждались в помощи.

— Для этого у вас есть я, — сказала Лаэра. — В худшем случае, я могу помочь вам вытащить всех.

— Лагина! — Кора бежала ко мне, и мое сердце остановилось.

— Я только что отправила его. — Должна ли она ожидать, что я передумаю? Я должна была подождать, я должна была знать, что она передумает.

Она тяжело дышала, когда остановилась передо мной.

— Нет, не письмо. С письмом все в порядке. Я кое-что нашла. — Она посмотрела на Лаэру и Ванта. — Может быть, кто-нибудь из вас сможет помочь. Кажется, я нашла что-то важное.

Она показала нам книгу. Лаэра и Вант придвинулись ближе, и я переместилась достаточно, чтобы мы все могли видеть. Когда я пробежала глазами древнюю надпись, биение в моей груди ускорилось. Не от страха, а от надежды. Я взглянула на Лаэру.

— Возможно ли это? Это реально?

— Может быть. — Она схватила книгу и принялась изучать ее, ее глаза бегали взад и вперед по странице. Мы все наблюдали, ожидая. Наконец, она вернула книгу Коре.

— Если это правда, и у вас когда-то был магический барьер, возможно, вы сможете его восстановить. Этого будет недостаточно, чтобы навсегда избавиться от фейри, но это может выиграть вам немного времени.

— Как мы это выясним? — Спросила я.

— Где находится самое старое здание в вашем городе? Первое, что они построили? — Спросила Лаэра.

— Храм Афины, — сказали мы с Корой в унисон.

— Отведите меня туда, — попросила Лаэра.

Корабль, ожидающий в гавани, был подобен ночи на фоне раннего утреннего солнца. Черные паруса ждали, когда их распустят на черных мачтах. Корпус корабля был раскрашен в цвет безлунной ночи, дополненный россыпью звезд вдоль носа. Это было одновременно ошеломляюще и устрашающе.

Я отпустила руку Райвина, чтобы подойти и обнять каждую из своих сестер. Непролитые слезы защипали мне глаза, но я не собиралась поддаваться им. Я хотела казаться сильной. Я хотела чтобы они думали, что я уверена в себе и ничего не боюсь.

— Ты можешь это сделать, Ара, — уверенно сказала Лагина.

— Ты вернешься раньше, чем успеешь оглянуться, — добавила София.

— Мы позаботимся о том, чтобы на войне тебе было тепло, — игриво сказала Кора.

Я видела, как Никс забирала жизни без угрызений совести. Я наблюдала, как она заставила трибутов казаться ничем. Люди, которых я поклялась защищать, были уничтожены прямо у меня на глазах, и я ничего не могла поделать. Я так устала чувствовать себя беспомощной, и я бы боролась, но если Никс захочет, чтобы я ушла, я буду такой же, как те, кого не смогла защитить.

— Мы будем здесь, когда ты вернешься, — сказал Вант, заключая меня в крепкие объятия.

Когда он отпустил меня, я оказалась лицом к лицу с Лаэрой. Она выглядела разъяренной.

— Не умирай пока я жива. — К моему удивлению, она обняла меня. — Я серьезно. Я не буду нести ответственности за последствия поведения Райвина, если ты умрешь.

Я улыбнулась, зная, что ее слова демонстрируют настоящую заботу наилучшим из известных ей способов.

— Я тоже буду скучать по тебе.

Она усмехнулась.

— Я буду слишком занята, чтобы скучать по тебе.

— Тебе следует уйти, — сказал Вант. — Пока кто-нибудь из нас не потащил тебя обратно во дворец.

Я кивнула, затем повернулась к Райвину, который терпеливо ждал. Я потянулась к нему, и он сжал мою руку. Не говоря ни слова, мы направились к черной доске, которая тянулась над водой до самого берега.

Мы остановились перед ней.

— Пожалуйста, не геройствуй, — сказал он. — Делай все, что в твоих силах, чтобы вернуться ко мне.

Я обняла его за плечи и поцеловала. Его руки обхватили мою талию, притягивая ближе, когда он углубил поцелуй. Все закончилось слишком быстро, мы оба отошли, но дышать стало тяжелее.

— Скоро увидимся.

— Вернись ко мне, Астери. — Он нежно поцеловал меня в щеку. — Я буду ждать тебя.

Он отпустил мою руку, затем отступил на шаг. Я знала, что мне нужно идти, иначе я потеряю самообладание. Прежде чем я успела отговорить себя от этого, я ступила на доску.

Через несколько шагов вокруг меня выросли темные тени, и мое сердце бешено заколотилось. Я обернулась, чтобы посмотреть на своих друзей, но их не было видно в темноте.

Паника поднялась, сжав мою грудь. Я даже не видела доски под ногами. Я осторожно двинулась вперед, вытянув руки перед собой, вслепую нащупывая все, что указывало бы на то, что я попала на корабль.

Тени рассеялись, и я увидела, что ступила на корабль. Я быстро обернулась и увидела, что доски больше нет. Черные перила загораживали отверстие, которое когда-то было там. Корабль изменился, заперев меня внутри, как пленника.

Тени плыли за кораблем, скрывая вид на берег. Я не могла помахать рукой на прощание. Я не могла смотреть, как моя семья и друзья исчезают из виду. Я не могла смотреть, как мой город становится все меньше.

Никс уже отрезала меня от всех и вся, что я любила. Такой же она была, когда была в той пещере, одна.

Я проглотила комок в горле. Во что я ввязалась? Она сказала, что я должна отправиться на Наксос, но будет ли там Дион? Будет ли она вообще там? Что, если мой тест должен будет изолировать меня так же, как была изолирована она? Увижу ли я когда-нибудь своих сестер снова? Увижу ли я Райвина снова?

Все мое тело было слишком тяжелым от горя из-за чего-то, что я не могла контролировать. Я понятия не имела, к чему иду.

Я перегнулась через край перил, надеясь хоть мельком увидеть сверкающее синее море. Я не уверена, как долго я так стояла, но только когда у меня заболела шея от долгого созерцания пустоты, я, наконец, увидела, как тени рассеиваются.

Белая пена вздымалась над искрящейся голубой водой, волны были игривым спутником темного корабля, рассекающего море.

С полными парусами мы мчались вперед. Волосы развевались вокруг головы, вода брызгала в лицо. Я наслаждалась всем этим. Запах моря, ощущение ветра и воды, вкус соли. Я не собиралась позволить Никс победить меня.

Я сыграю в ее игру. И я намерена победить. Потому что там, на Атосе, меня ждали вещи, за которые стоило бороться.

Оглядываясь по сторонам, я искала какие-либо признаки присутствия команды. Когда я никого не увидела, я исследовала корабль, надеясь на какую-нибудь компанию во время путешествия. На борту никого не было. Каким-то образом Никс управляла им. Я подумала, не замешана ли в этом моя мать. Море было частью ее владений, и перевозить по нему собственную дочь в качестве пленницы, вероятно, было рискованно даже для другого бога.

Я вернулась к перилам и быстро обнаружила доказательство того, что я не так одинока, как ожидала. Несколько морских змеев проплыли рядом с кораблем, а за ними я заметила редкие дельфиньи плавники. Это заставило меня почувствовать себя немного менее одинокой, но напряжение не спало.

Слишком скоро мы подплыли к Наксосу, и доска появилась снова. Смирившись с тем, какой была моя судьба, я вышла на берег как раз в тот момент, когда кто-то появился из-за деревьев.

— С возвращением, — сказал Дион.

— Хотела бы я сказать, что рада тебя видеть, — ответила я.

— Это справедливо. — Он вздохнул, затем указал на тропинку, которая, как я знала, вела к его дому. — Я покажу тебе, где ты остановишься.

Я пристроилась на шаг позади него.

— Я удивлена, что она позволяет тебе общаться со мной. Корабль был пуст.

— Это было моим условием для разрешения использования моего острова, — объяснил он.

— Она действительно просила разрешения?

— Это мой дом. Мое суверенное пространство. Я один могу выбирать, кто останется здесь, а кто должен уйти.

— Почему Наксос? — спросила я. — Твой дом прекрасен, но почему она выбрала его?

— Я уверен, что у нее были на то свои причины, но она не поделилась ими со мной.

— А как же твои менады? Она ведь не причинит им вреда, правда? — Мои мысли вернулись к тому, как она использовала афонских трибутов, чтобы прийти в себя.

— Она дала клятву, что все, кто жил на этом острове до твоего прибытия, будут в безопасности, — сказал он.

— До моего прибытия, — повторила я.

Он оглянулся через плечо.

— Я пытался, Ара. Я сделал все что мог. Но она не гарантировала твою безопасность.

Я с трудом сглотнула, пытаясь отогнать нарастающее беспокойство. Я знала это еще до того, как ступила на борт корабля, но, услышав это от Диона, все стало более реальным.

Он остановился, затем повернулся ко мне лицом.

— Ты преодолела большие трудности. Ты даже не должна была остаться в живых. Я слышал эту историю. Я слышал, что судьбы хотели твоей смерти. Помни об этом, когда встретишься с ней лицом к лицу. Ты уже преодолела больше, чем следовало. Нет никаких причин, по которым ты не можешь продолжать бросать вызов обстоятельствам.

— Если только это не означает, что я трачу время взаймы, — сказала я.

— Докажи, что они неправы, Ара. Как ты всегда делаешь, и все будет в порядке. — Он слегка улыбнулся, затем продолжил свой путь к дому.

— Никогда не думала, что подружусь с великим Дионисом, — игриво сказала я.

Он рассмеялся тем игристым заразительным смехом, от которого мне стало легче.

— Я знал, что ты мне нравишься не просто так. — Он оглянулся через плечо. — Знаешь, то предложение все еще в силе, если между тобой и темным принцем что-то не сложится.

Я открыла рот, чтобы ответить, но фигура, стоящая перед нами, заставила меня замереть.

— Ты действительно пришла, — сказала Никс, ее голос был смертельно спокоен с резкими нотками.

Я склонила голову.

— Рада снова видеть тебя, Никс.

Она промурлыкала.

— Хотела бы я сказать то же самое о тебе. Но, полагаю, ты смогла произвести на меня впечатление. В конце концов, ты убила минотавра и освободила меня из моей тюрьмы.

— Можно подумать, это заслужило хоть какую-то твою благосклонность, — сказал Дион.

Никс бросила на него косой взгляд, который привел бы в ужас смертного. Вместо этого бог рассмеялся, прежде чем пройти мимо богини.

— Ара, твоя комната готова, когда бы ты ни появилась.

— Она пока не собирается уходить в свою комнату. У меня есть еще кое-что, чем мы должны заняться в первую очередь. — Она посмотрела на Диона, выражение ее лица было суровым. — Оставь нас.

К моему удивлению, он не стал спорить. Он просто повернулся и ушел. Мне хотелось крикнуть ему вслед, умолять его остаться. По крайней мере, Дион был знакомым, даже если он был непредсказуемым.

Никс жестом пригласила меня подойти к ней.

Я подчинилась и попыталась сохранить нейтральное выражение лица, чтобы скрыть страх и тревогу, скручивающие мои внутренности.

— Давай посмотрим, совершила ли твоя мать ошибку, оставив тебя в живых. — Никс протянула руку и сдернула ожерелье в виде змеи с моей шеи, затем бросила его на землю.

Моя рука рефлекторно потянулась к шее, затем я двинулась к упавшему ожерелью. Рука Никс преградила мне путь.

— Никакой магии ни от кого другого, пока ты здесь.

Ее взгляд опустился на мою грудь. — Дай мне это.

Я накрыла маленький кожаный мешочек, который был спрятан под моим пеплосом.

— Нет.

Она ухмыльнулась.

— Нет?

— Нет. — Это были подарки от моей матери. Я не была уверена, что именно содержалось в мешочке, но если когда-нибудь мне и понадобилось бы им воспользоваться, то это было, когда я пыталась доказать Никс свою ценность.

Богиня вздохнула, затем наклонилась и подобрала сломанное ожерелье. Она театрально переложила его в другую ладонь.

— Я верну тебе оба предмета, как только ты выполнишь мои задания.

Я уставилась на порванную цепочку в ее ладони, уже чувствуя потерю ожерелья. Когда я подняла глаза на богиню, выражение ее лица было спокойным и сдержанным. На ее прекрасном лице не было морщин, высокие скулы казались высеченными из мрамора. Ее глаза были такими же, как у Райвина. Кружащиеся, бесконечные серебряные озера. Как будто они были сделаны из самих звезд.

— Ты даешь мне слово? — Спросила я.

Ее брови приподнялись.

— Ты сомневаешься в богине?

— Я знала слишком много богов, чтобы доверять кому-либо из вас, — огрызнулась я.

Она ухмыльнулась.

— Возможно, ты умнее, чем я думала.

— Твое слово.

Она кивнула.

— Даю тебе слово. Я верну оба предмета, если ты успешно выполнишь мои задания.

— Я хочу знать, сколько заданий, прежде чем давать их тебе, — ответила я.

Она выглядела так, словно вот-вот рассмеется.

— Да, ты умна.

Я подождала, давая ей время возразить мне.

— Их будет три. Ты выполняешь поставленные задачи, и я возвращаю твои вещи, — объяснила она.

Я кивнула, затем сняла кожаный шнурок через голову. Мне потребовалось несколько вдохов, прежде чем я смогла уговорить себя вложить кожаный мешочек в руку Никс. У меня было предчувствие, что этот предмет мне понадобится для спасения моей жизни скорее раньше, чем позже. Носить его с собой было утешением, и, потеряв его, я почувствовала себя так, словно меня лишили слоя защиты, от которого я привыкла зависеть.

Никс сжала ладонь, и предметы исчезли.

Мои глаза расширились, и я испуганно втянула воздух. Я не была уверена, что когда-нибудь привыкну к различным способностям, которыми обладали боги.

— Мы начинаем прямо сейчас, — сказала она. — Ты должна попросить Обсидиана доставить тебя к твоему следующему заданию.

Никс исчезла.

Я помчалась вверх по тропинке, пытаясь догнать богиню, надеясь найти еще одну подсказку. Как только я пробралась сквозь деревья, я остановилась, и мое сердце ушло в пятки.

Передо мной стоял самый большой и красивый конь, которого я когда-либо видела. Нет, не конь. Пегас. Он расправил массивные, покрытые черными перьями крылья, отчего казался еще крупнее, чем был на самом деле.

— Ты, должно быть, Обсидиан.

Он встал на дыбы, затем приземлился, его копыта вонзились в грязь, поднимая клубы пыли. Существо хрюкало и фыркало, явно раздраженное самим моим присутствием.

Я протянула руку, надеясь успокоить огромного пегаса. Конь мотнул головой и затопал массивными копытами, приближаясь ко мне с каждым шагом. Мне пришлось отступить, чтобы меня не затоптали.

Мое сердце бешено забилось, и я знала, что он почувствовал мой страх. Все животные могли чувствовать это, не так ли? Я даже не знала, есть ли у него какая-то дополнительная магия, кроме того, что он летающий конь.

— Я не собираюсь причинять тебе боль, — сказала я, пытаясь скрыть страх в своем голосе.

Лошадь раздраженно выдохнула через ноздри. Я нахмурилась, затем скрестила руки на груди. Как я могла оседлать это существо, если оно даже не позволяло мне приблизиться к нему?

Со вздохом я опустила руки по швам. Затем я медленно подняла одну руку, потянувшись к его морде. Обсидиан попятился от меня, тряся головой так, что его темная грива закачалась из стороны в сторону.

— Ты лошадь Никс? — Спросила я.

Обсидиан топнул, затем покачал головой, возмущенно фыркнув.

— Хорошо, значит, ты не принадлежишь богине, — сказала я. — Может быть, ты вообще никому не принадлежишь?

Лошадь стояла неподвижно. Я восприняла это как хороший знак.

— Мне нужна твоя помощь. Никс сказала, что я должна приручить тебя и получить твою помощь. Я думаю, она хочет, чтобы я оседлала тебя, — сказала я.

Пегас попятился, раздраженно хлопая крыльями.

— Хорошо. Ты мне пока не доверяешь, но я заслужу твое доверие. — Даже когда я говорила это, я понятия не имела, как я собираюсь это сделать.

На мгновение я подумала, не попробовать ли призвать свою магию, но не думаю, что она сможет мне здесь помочь. Пегас — не совсем монстр. И я мало что могла бы сделать с тенями Райвина, даже если бы смогла призвать их, находясь так далеко от него.

Когда я росла, у меня всегда были конюхи, которые помогали обращаться с лошадьми. Хотя я ценила животных, я не проводила с ними много времени, если только не занималась активной верховой ездой. Теперь я жалею, что не присоединилась к Софии в то время, когда она чистила лошадей и ухаживала за ними вместе с мальчишками из конюшни. Она всегда питала к ним слабость, и они обожали ее.

Мои губы изогнулись в улыбке.

— Я знаю, что могло бы помочь. — Я огляделась вокруг, понимая, что для того, чтобы это сработало, мне нужно было надеяться, что он останется здесь, пока я не вернусь. — Ты подождешь меня?

Пегас не ответил. Вместо этого Обсидиан просто уставился на меня, как будто я была немногим больше насекомого, ползающего по грязи.

— Я вернусь. — Я надеялась, что мой уход не приведет к неудаче. Если Обсидиана там не будет, когда я вернусь, я не была уверена, какими будут мои следующие шаги. Я не могла провалить первое задание. Я должна была довести его до конца и завершить все, что Никс предлагала на моем пути.

Вант сидел на ящике, прислоненном к перилам корабля. Его локти покоились на коленях, голова была опущена, он смотрел в пол. Я сделал несколько шагов к нему, затем остановился, чтобы посмотреть на команду. Они были заняты, разговаривая друг с другом или выполняя свою работу, не обращая внимания ни на меня, ни на оборотня среди них.

Мы обещали неограниченный доступ в Конос и Телос торговцам, которым принадлежал этот корабль, после победы над королем фейри. Я думаю, они уже представляли, что они могли бы сделать с богатством, к которому получили доступ благодаря такой открытой торговле. Хотя мы иногда допускали человеческие корабли, они были редкостью на Телосе, и еще большей редкостью на Коносе. Кроме того, я мог бы намекнуть, что замолвил бы словечко перед Кето, чтобы их переход был менее опасным. Я бы попробовал это, если бы мы выжили.

Я продолжил путь, остановившись перед Вантом. Он поднял глаза.

— Я начинаю немного уставать от кораблей.

— Я думаю, что мы еще не совсем закончили с ними, — ответил я, садясь рядом с ним.

— Рано или поздно это должно закончиться, — сказал он. — Я просто надеюсь, что когда я встречу свой конец, мои ноги будут стоять на твердой земле. Я не хочу, чтобы зубы змеи стали последним, что я увижу.

— Я не уверен, что морской змей прикоснется к тебе, учитывая, сколько времени ты провел рядом с Арой, — заметил я.

— Это не у меня дар богини. — Он кивнул на золотое кольцо на моем запястье.

— На тебе достаточно ее запаха, — сказал я, мой тон был резче, чем я ожидал.

Вант рассмеялся.

— Поверь мне, если бы я хотел твою женщину, я бы уже сделал свой ход.

Я подавил ревность, которая царапала мою грудь.

— Я знаю.

Оборотень повернулся, чтобы посмотреть на меня.

— Правда? Ты, наконец, признал, что я не представляю угрозы для твоей пары?

— Я не всегда контролирую свои реакции. — Мне было неприятно признавать это, но это была правда. — Но я знаю, что ты хороший друг Ары. Ей повезло, что у нее есть ты. И мне тоже.

Мы долго сидели там, прислушиваясь к болтовне команды и шуму волн. Впервые за долгое время я почувствовал, что немного расслабился.

— Зачем ты это сделал? — Спросил Вант.

Я нахмурился.

— Что сделал?

— Спас меня. Почему ты не отправил меня на плаху? — Выражение его лица было смертельно серьезным.

Я пожал плечами.

— Я не знаю.

— Ты лжешь, — ответил он.

Я нахмурил брови.

— Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы угадать твои подсказки. Твои пальцы напряглись.

Я посмотрел на свои руки, затем заставил себя расслабиться. Я даже не осознавал, что напрягся.

— Как долго я так делаю?

— Я заметил это примерно через год после того, как мы начали работать вместе, — сказал он.

— И ты говоришь мне это сейчас? — Я покачал головой. Сколько еще людей догадались об этом?

— Я не собирался раскрывать эту информацию. Она сохранила мне жизнь, — сказал он.

— Ты думал, я причиню тебе вред? — Я никогда не рассматривал возможность убить оборотня, что было определенно странно теперь, когда я подумал об этом.

— Нет, но это помогло мне отреагировать и заставило меня понять, что ты не так плох, как о тебе говорят, — ответил он.

Я рассмеялся.

— Не так уж плох? Единственный, у кого список погибших такой же длинный, как у меня, — это сам Аид.

Вант пожал плечами, и мы снова погрузились в молчание.

— Я знал, что это разозлит моего отца, — выпалил я.

— Что? — Вант выглядел смущенным.

— Оставить тебя в живых, продвигать по службе. — Я пожал плечами. — Это был детский поступок — разозлить моего отца. Это не было ни великодушным, ни особенно заботливым. Это было мелочно.

Вант заразительно рассмеялся.

— Все это время я думал, что есть более глубокая причина. Но это был просто детский бунт?

Я присоединился к всеобщему смеху.

— Ага. Не более чем капризы ребенок.

— Что ж, я благодарен, независимо от причины. Не думаю, что я когда-либо говорил тебе это, — сказал Вант, отдышавшись.

— Ты мне ничего не должен. — Я положил руку на плечо оборотня. — Это я должен поблагодарить тебя. Ты всегда прикрывал мою спину. И у тебя есть Ара. Для меня большая честь называть тебя своим другом.

Он кивнул, затем обратил свое внимание вдаль, где мы могли видеть крошечное пятнышко, которое должно было вырасти и стать нашей целью.

Я уставился на крошечный участок суши. Он был настолько мал, что даже не был отмечен на большинстве карт. Если информация Аспазии была точной, мы были близки к тому, чтобы заявиться без приглашения в дом невероятно могущественной волшебницы.

— Как ты думаешь, она верна моему отцу? — Спросил я Ванта.

— Нет. Твой отец за всю свою жизнь не сделал ничего, чтобы заслужить настоящую преданность. Она либо боится его, либо он дал ей то, чего она действительно хотела, — сказал Вант.

— Я думаю, мы должны выяснить, чего она может хотеть больше, — ответил я.

— Всегда что-то есть. Те, у кого есть власть, всегда хотят большего, — мрачно сказал Вант. — Меня беспокоит проблема, которую мы можем создать, если дадим ей то, что она хочет.

Остров был похож на гору, поднимающуюся из моря. Вершина утопала в кустарниках и деревьях, которые росли прямо из воды.

Сверкающая чешуя отражалась вдалеке, когда мы приближались к берегу. Мы были вне досягаемости для монстров, пока они держались подальше от нашего судна. Я не был уверен, как долго они смогут ждать, прежде чем твари решат напасть на нас. Я должен был надеяться, что, когда мы покинем этот остров, нас все еще будет ждать корабль.

Скалистый берег почти полностью состоял из обрывов, за исключением одного участка, который был ниже. Узкий песчаный пляж сменился скалами, а затем кустарниками и деревьями у подножия горы.

Пока мы пробирались по воде к песку, не было никаких признаков жизни, но я чувствовал волшебство. Оно было приторным, слишком сладким. Оно густо висело вокруг нас, отчего казалось, что воздух может взорваться от одного прикосновения. Оно было мощным, но нестабильным. Мы должны быть в нужном месте.

— Куда теперь? — Спросил Вант, когда мы подошли к подножию горы.

Что-то замерцало, создавая ниоткуда взявшуюся радугу. Я потянулся к ней, мои пальцы исказили радугу. Здесь что-то было, какая-то магическая защита. Я читал о ней, но не видел в действии. Нам не нужно было охранять вещи на Коносе.

Осторожно я протянул руку вперед, и она исчезла за щитом, отчего казалось, что моей руки внезапно не стало.

Вант издал испуганный звук.

Я отдернул руку, показывая ему, что она цела.

— Здесь есть щит, но он пропускает меня. Я думаю, мы должны пройти через него.

— Зачем ей ставить щит, но при этом позволять посетителям просто проходить сквозь него? — Вант скептически спросил.

— Она бы не стала, — ответил я. — Что означает, что она ждет нас.

Вытащив меч из ножен, я прошел сквозь щит, прежде чем Вант успел возразить.

В храме не было посетителей. Послушники тихо передвигались по помещению, некоторые из них смотрели на нас с подозрением.

Мы прошли вглубь храма, остановившись у большой статуи богини в центре. Я поставила чан с оливковым маслом у ног статуи.

— Мы не хотели проявить неуважение своим визитом, Афина. Мы хотим спасти наш дом. Наших людей. Если ты можешь предложить какую-либо помощь…

— Ваше Высочество, — позвал женский голос.

Я обернулась и увидела послушницу, склонившую голову в поклоне.

— Какая честь видеть вас здесь.

— У нас нет времени на церемонии, — резко сказала Лаэра.

— Это действительно необходимый визит, — настаивала я.

Послушница подняла голову.

— Боюсь, что Наос предназначен только для тех, кто посвятил свою жизнь богине.

— Афина поймет, — сказала Лаэра.

— Наш друг имеет в виду, что это чрезвычайная ситуация, — сказала Кора на удивление дипломатично.

— Я не уверена, что кто-либо из вас имеет право говорить от имени богини, — ответила послушница.

— Я очень стараюсь быть с тобой милой, — сказала Лаэра. — Но это ненадолго.

— А ты кто? — Спросила послушница.

— Это принцесса Коноса, — сказала София.

Глаза послушницы слегка расширились, но она быстро вздернула подбородок и выражение ее лица смягчилось.

— Я счастлива, что наши посетители проявляют интерес к богине, но я действительно должна попросить вас всех уйти.

— Адина, пожалуйста, возвращайся к своим обязанностям, — сказала женщина, одетая в темно-синий пеплос. Послушница поклонилась и без возражений удалилась.

— Простите, она очень набожная. Я Дафна, здешняя верховная жрица. Чему мы обязаны великой честью наблюдать стольких женщин королевской крови?

— Я не знаю, как быстро до вас доходят новости, — начала я. — Но мы в серьезной опасности, и здесь может быть что-то, что может нам помочь.

— Значит, слухи верны? — Дафна взглянула на Лаэру. — Даже те, что о работе с королевской семьей Коноса?

— Не со всеми членами королевской семьи, — уточнила Лаэра.

— Понятно, — сказала Дафна. — Должна признать, вы не первые с Коноса, кто приезжает сюда.

У меня скрутило живот.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы поймали кое-кого на территории во время Выбора. Вампир. Он не заходил в храм, поэтому мы не сообщили об этом. Почти все думали, что он надеялся найти кого-нибудь, кто ходил в одиночку, чтобы покормиться, но я не соглашалась. Я была в меньшинстве, — сказала Дафна.

— Как ты думаешь, что он делал? — Спросила Кора.

— Я думаю, он что-то искал. Возможно, то, что ищешь ты. — Жрица указала на вход. — Возможно, нам следует поговорить на улице, где не так многолюдно.

Я заметила, что все послушники теперь стояли вокруг и наблюдали за нами. Как только они заметили, что я наблюдаю за ними, они поспешно убрались восвояси, сделав вид, что работают над другими делами.

Наша группа последовала за жрицей из наоса и спустилась по ступенькам в большой сад за пределами храма. Здесь не было послушников, только тщательно подстриженные кипарисы и красочные цветочные клумбы. По обе стороны от входа горели большие чаны с маслом, от жары меня слегка подташнивало.

Я отошла от них, найдя тенистое местечко возле рощицы. Остальные последовали за мной.

— Расскажите нам, что, по-вашему, он искал, — попросила я.

Дафна, казалось, нервничала, ее глаза метались из стороны в сторону, когда она говорила.

— Предыдущая жрица сказала мне, что были времена, когда приходили подозрительные личности и бродили по территории. Иногда они исчезали, как только с ними заговаривали. Она подозревала, что они не были людьми.

— Но вы не выяснили, что им было нужно? — Спросила Лаэра.

Она покачала головой.

— И как же нам найти нечто неизвестное? — Спросила Кора.

— Я думаю, это будет зависеть от меня и Лаэры, — сказала София. — В пещерах я чувствовала магию.

— Магия? — Прошептала Дафна.

— Мы надеемся, что это какой-нибудь древний щит, — сказала Лагина. — Что-нибудь, что могло бы помочь нам обезопасить Атос.

— Это должно быть что-то очень старое. Что-то, относящееся ко временам первых афонцев, — сказала Кора.

Глаза Дафны расширились.

— Я думаю, вам стоит кое-что увидеть.

Она повела нас обратно в храм, отгоняя любопытствующих послушников взмахом рук и суровым взглядом, которым могла бы гордиться моя мать. У меня сжалось в груди. Я не позволяла себе часто думать о своей матери, и у меня все еще не было возможности оплакать ее.

Я одними губами произнесла несколько слов, прося маму о покое, когда мы проходили мимо статуи Афины. Я думаю, богине понравилась бы моя мама.

Задняя сторона статуи была такой же отполированной и блестящей, как и передняя, но при ограниченном освещении было трудно разглядеть детали. То, как она была установлена, делало очевидным, что за статую никто не заходил. Послушницы и те немногие, кому было разрешено приближаться к ней, должны были видеть её только спереди.

Дафна сняла со стены факел и зажгла чан с маслом поменьше, стоявший у ног богини.

— Что ж, это интересно, — сказала Лаэра.

Я проследила за взглядом принцессы и увидела трещину в мраморе у основания статуи.

— Это люк.

— Что там внизу? — Спросила София.

— Нас предупредили, чтобы мы никогда не открывали его, — призналась Дафна.

— Отлично. Нам придется заползти в какую-нибудь пыльную, кишащую пауками нору, где нас, вероятно, съест какой-нибудь монстр, — сказала Кора.

— Ты действительно думаешь, что там внизу, чудовище? — Спросила Дафна напряженным голосом.

— Честно говоря, меня бы это не удивило, — сказала Лаэра.

— Ненавижу монстров, — пробормотала София.

Я взглянула на свою сестру, зная, что она видела и делала вещи, на которые я никогда бы не подумала, что она способна, с тех пор как узнала свою истинную сущность. Я не хотела, чтобы она еще больше подвергала себя опасности.

— Я пойду, — предложила я. — У всех нас нет причин спускаться туда.

— О, нет, не пойдешь, — настаивала Кора. — Я не заинтересована в том, чтобы становиться королевой.

— А что думает об этом твой будущий муж? — Спросила Лаэра.

— Не время, — огрызнулась я.

— Я никогда не просила стать королевой Дракуса, — возразила Кора.

— Ты выходишь замуж за Короля-Дракона? — Спросила Дафна, не потрудившись скрыть удивление на своем лице.

— Да. ДА. Поглазейте на женщину, которой придется спать с этим чудовищем, — саркастически сказала Кора.

— Я слышала, он очень красивый, — быстро добавила Дафна.

— Да, — ласково ответила София. — И я думаю, что он добрый. Он будет хорошим мужем. А если это не так, я вырву ему глотку.

Мы все повернулись и уставились на Софию. Она мило улыбнулась, как будто просто сделала комплимент.

— Мы теряем время, — сказала Лаэра, нарушив всеобщее молчаливое удивление. — Я спускаюсь туда. Мне нужен кто-то, владеющий магией, чтобы сопровождать меня, и мне нужно, чтобы кто-то остался здесь на всякий случай.

— Я пойду, — вызвалась София.

— Нет, ты останешься со своей сестрой. Я пойду. Если услышишь, как мы кричим, спускайся и убей то, что заставило нас кричать, понятно? — Спросила Лаэра.

Плечи Софии опустились, и я не могла сказать, было ли это облегчением или смирением.

— Хорошо.

— У нас нет никакого оружия, на случай, если вы упустили эту деталь, — заметила Кора.

— Я сейчас вернусь. — Дафна метнулась прочь.

— Они хранят оружие в храме Афины? — Спросила Кора.

Я пожала плечами.

— Я не знаю.

Жрица вернулась, запыхавшаяся, с несколькими факелами под мышкой и сумкой через плечо.

— Это может помочь.

Я взяла у нее факелы и передала один Лаэре, пока жрица ставила сумку на пол. Я заметила блеск металла внутри сумки. Она порылась в ней, извлекая несколько кинжалов разного размера и конструкции. Большинство из них были украшены драгоценными камнями и сверкали так, что это говорило скорее о церемониальном представлении, чем о битве.

— Хоть какой-нибудь из них острый? — Спросила Лаэра.

— Да. Мы ими пользуемся, — сказала Дафна, вставая. — Берите все, что тебе нужно.

Я опустилась на колени и выбрала самый простой на вид кинжал. У него было короткое лезвие и более длинная рукоятка, что облегчало захват. Это напомнило мне те, которыми я пользовалась в прошлом.

— У меня есть свое оружие, спасибо, — сказала Лаэра.

Жрица выжидающе посмотрела на Кору и Софию.

— Я не знаю, как ими пользоваться, — призналась София.

Кора взяла длинный кинжал с усыпанной аметистами рукоятью. Он выглядел тяжелым.

— Я полагаю, ты просто пытаешься просунуть это в обидчика.

— Что-то в этом роде, — пробормотала Лаэра.

София взяла клинок, инкрустированный золотом.

— Надеюсь, там внизу, не будет необходимости использовать это.

— Есть только один способ выяснить. — Лаэра потянула за маленькую бронзовую ручку. Она пыхтела, пытаясь поднять ее. — Мне бы не помешала помощь.

Я положила предметы, которые держала в руках, затем опустилась на колени, чтобы помочь тянуть. Мы вдвоем боролись, дергая состаренную бронзу изо всех сил.

Как раз в тот момент, когда я подумала, что нам нужно обратиться за помощью к кому-нибудь посильнее, дверь приоткрылась, едва не отбросив нас двоих через всю комнату.

Из отверстия поднялось облако пыли, заставив нас закашляться. Когда оно рассеялось, мы с Лаэрой уставились вниз, в темноту. Я могла разглядеть первые несколько перекладин лестницы на фоне того, что казалось каменной стеной, но дальше было слишком темно, чтобы увидеть что-то.

— Я действительно начинаю уставать от пребывания в туннелях под землей, — сказала Лаэра.

Я засунула брошенный кинжал за пояс, затем подобрала с земли факелы. Я зажгла их оба от горящего масла, затем передала один Лаэре.

— Давай, пока я не пришла в себя от того, насколько это глупо.

— Будь осторожна, Лагина, — крикнула Кора.

— Мы будем слушать, если понадобимся, — сказала София.

— Да хранит тебя Афина, — добавила Дафна.

Я не была уверена, что кому-то из богов было до нас какое-то дело. Возможно, Атос был забытой землей. Местом, куда боги не забредали. Возможно, именно поэтому мы с самого начала оказались в таком положении.

Я осторожно спустилась вниз, держа факел одной рукой, а другой облегчая спуск по каждой ступеньке. К счастью, лестница выдержала наш вес, и мы добрались до самого низа.

При свете факела я оглядела комнату, ожидая, когда Лаэра присоединится ко мне. Это было темное, сырое помещение, стены которого были выложены каменными кирпичами. Чем бы ни было это место, оно было создано очень преднамеренно.

— Что это за место? — Спросила Лаэра, ее факел добавил света в темное пространство.

— Я не уверена. — Я сделала несколько шагов вперед, быстро достигнув конца комнаты. Это был не туннель, в нем не было ничего особенного. Земляные полы и стены из серого кирпича.

— Возможно, это была просто кладовка. Возможно, для вина или мяса. Что-то, что они хотели сохранить прохладным.

— Я так не думаю.

Я обернулась и увидела Лаэру, стоящую у противоположной стены. Ее факел осветил ее, освещая темные пятна, которых я раньше не замечала.

— Это что…

— Кровь, — закончила Лаэра. — Судя по виду, много.

— Возможно, это была комната для жертвоприношений до того, как они построили храм, — предположила я.

Лаэра передвинула свой факел, осветив еще один участок стены, на котором не было пятен крови. В центре стены находился странный круглый кирпич.

Я подошла к тому месту, где она стояла.

— Посмотри на это.

Лаэра заметила странное несоответствие и потянулась к нему, прижав ладонь к камню. Вся комната содрогнулась, когда стена начала двигаться.

— Дион! — Я начала кричать, как только дом показался в поле зрения. — Дион, где ты?

Я не останавливалась, пока не ворвалась в дом Диона. Несколько женщин развалились на диванах, где не так давно я сидела со своими друзьями.

Они завизжали, затем рассыпались в неистовстве прозрачных пеплос и лепестков, цветочные короны падали, когда они убегали.

— Извините! — Крикнула я. — Я не хотела вас напугать. Я искала Диона, вы его не видели?

Они ушли еще до того, как я закончила спрашивать. Расстроенная, я выругалась, затем повернулась, чуть не столкнувшись с богом. Я подпрыгнула, издав испуганный писклявый звук.

Дион рассмеялся.

— Ты ведешь себя так, будто для теня сюрприз, что ты нашла меня после всех этих криков.

— Я подумала, может быть, ты покинул остров.

— Я был бы не очень хорошим хозяином, если бы сделал это сейчас, не так ли? — спросил он.

— Мне нужна помощь, — сказала я.

Он нахмурился, и это выражение заставило мой желудок перевернуться. Я не была уверена, что когда-либо видела что-то еще, кроме улыбки на этом жизнерадостном лице.

— Я не могу тебе помочь. Это касается только тебя и Никс, — объяснил он.

— Мне просто нужно знать, есть ли у вас здесь конюшни. Припасы для лошадей.

Его брови слегка нахмурились, как будто он размышлял, не является ли моя просьба нарушением.

— Ты планируешь сбежать? Ты же понимаешь, что мы на острове.

— Я знаю это. И нет, я никуда не собираюсь. Мне просто нужны кое-какие вещи для ухода за лошадью.

Он сжал губы и выглядел так, словно задумался. Наконец, после того, что казалось вечностью, он наклонил голову.

— Иди в ту дверь. Ты увидишь конюшни.

Я могла бы поцеловать его, но остановила себя, зная, что он зайдет в этом жесте слишком далеко. Вместо этого я быстро обняла его, что, вероятно, тоже было чересчур, учитывая его непрекращающийся флирт.

— Спасибо.

Я не задержалась достаточно долго, чтобы позволить ему язвительный ответ. Вместо этого я снова побежала, надеясь, что к тому времени, когда я найду то, что мне нужно, Обсидиан все еще будет ждать меня.

К моему облегчению, когда я вернулась, пегас был там, хотя я могла поклясться, что он смотрел на меня с раздражением. Я перешла на шаг, пытаясь отдышаться.

— Знаешь, я никогда не видела никого с таким выразительным лицом, как у тебя.

Обсидиан покачал головой.

Остановившись рядом с ним, я начала вынимать вещи из сумки, которую наполнила, и ставить все это на землю. Краем глаза я наблюдала за реакцией на каждый из них. Как я и подозревала, Обсидиан внимательно изучал каждую вещь, пока я раскладывала их на земле.

Когда я достала яблоко, его уши, казалось, расслабились, слегка выдвинувшись вперед. Он взмахнул хвостом и опустил голову, прежде чем подойти ближе.

Я положила фрукт на раскрытую ладонь, затем протянула руку, стараясь не двигаться слишком быстро.

— Ты хочешь это?

Он придвинулся еще ближе, затем быстро наклонился и обхватил яблоко губами, забрав его у меня из рук. Он отступил, и я услышала, как хрустит фрукт, когда он жевал.

Закончив, он выжидающе посмотрел на сумку. Я покопалась внутри и достала еще одно яблоко, повторяя процесс кормления пегаса.

Я понятия не имела, как и почему у Диона в конюшне оказался целый ящик яблок, но я была благодарна, что они были там, когда я пошла искать щетку и немного еды. Я ожидала сена или зерна. Яблоки были желанным угощением.

Скормив ему все шесть яблок, которые я принесла с собой, я показала ему пустой мешок. В его глазах я прочла разочарование.

— Я принесу еще позже, — пообещала я.

Обсидиан посмотрел на меня так, словно не был уверен, верит ли он мне. Я начинала чувствовать себя немного странно, видя в лошади столько эмоций и отклика, но это была не обычная лошадь. Одного его размера было бы достаточно, чтобы отнести его к категории особенных, но добавление крыльев было совершенно другим уровнем. Я понятия не имела, на что способны пегасы и насколько он может меня понять. Насколько я могла судить, он полностью осознавал каждое мое слово.

Я присела на корточки и взяла щетку.

— Хочешь, я тебя расчешу? — Больше всего на свете мне хотелось поскорее приступить к выполнению своих заданий, чтобы вернуться домой, но я знала, что не могу торопиться с этим. По крайней мере, это то, о чем я постоянно напоминала себе, борясь с растущим беспокойством, напоминающим мне, что Король фейри может быть на пути к Атосу прямо сейчас.

Обсидиан опустил голову, затем подошел ближе ко мне.

— Я приму это как согласие, но если ты хочешь, чтобы я прекратила, просто скажи мне, хорошо? — Про себя я надеялась, что он не собьет меня с ног и не растопчет.

Я медленно потянулась к его шее, затем провела рукой по волосам. На нем не было грязи, и он казался чистым. Я знала, что сделала правильный выбор, выбрав более мягкую щетку. Я начала осторожно, двигаясь легко, пока не почувствовала себя увереннее и не начала работать с более ровным ритмом.

Его шерсть уже была блестящей и ухоженной, но он, казалось, оценил методичные движения щетки. Я не торопилась, расчесывая одну сторону целиком, прежде чем перейти к другой. Он был терпелив и казался расслабленным, пока я расчесывала его.

По моему виску катился пот. Я совсем забыла, сколько проделано работы, а Обсидиан был в два раза больше лошадей, к которым я привыкла.

Наконец, я закончила. Отступив назад, чтобы смотреть ему в лицо, я подняла щетку, затем показала, что кладу ее на землю.

— Все готово. Хочешь, я позабочусь о твоей гриве?

Он кивнул. Безошибочный, очевидный кивок.

— Отлично. — Я взяла расческу и осторожно приблизилась. — Я собираюсь начать.

У меня болели руки, и я начинал чувствовать усталость от всех усилий по уходу за массивным конем, но я была полна решимости завоевать его расположение.

Как только я закончила с его гривой, Обсидиан ткнулся в меня носом, чуть не сбив с ног. Я вздрогнула, от неожиданности отпрыгнув назад.

Глаза пегаса расширились в ответ.

— Извини, я этого не ожидала. Испугавшись, что оскорбила его, я подошла ближе и протянула руку. — Ты намного крупнее лошадей, которые есть у нас на Атосе. Гораздо красивее и умнее к тому же.

Он раздраженно фыркнул.

— Я серьезно. Я не пытаюсь тебе льстить. Ты действительно понимаешь, о чем я говорю. — Я ждала, вытянув руку, почти касаясь морды Обсидиана.

Через несколько ударов сердца пегас наклонился ближе, потершись мордой о мою ладонь. Я подошла ближе, затем погладила его.

— Ты прелесть, не так ли?

Он фыркнул, словно не соглашаясь со мной, но прижался ближе. Я рассмеялась.

— Ты мне тоже нравишься.

Внезапно он отвернулся от меня, и его уши прижались к голове.

— Что? — Мой пульс участился в ответ на предполагаемую угрозу. — Что ты слышал?

Когда он снова обратил на меня свое внимание, то опустил голову, затем согнул переднюю лапу, как будто кланяясь.

Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать это намерение.

— Ты хочешь, чтобы я оседлала тебя? — Теперь мое сердце бешено колотилось по другой причине. Забраться на это существо было моим планом с самого начала, но теперь, когда я столкнулась с этим лицом к лицу, у меня возникли сомнения.

Я не была самым талантливым наездником и не ездила верхом без седла. Он был таким крупным, что даже сесть на него было трудно. Затем был важный аспект того факта, что у него были крылья. Собирался ли он летать со мной на спине?

Он нетерпеливо заржал. Я знала, что, возможно, это был мой единственный шанс. К тому же я не могла рисковать, оскорбляя его.

— Спасибо, — сказала я, подходя к нему. Я положила руку ему на спину, затем замерла. Как я должна была туда забраться? У меня не было табурета или кого-нибудь, кто мог бы меня подсадить. Быстрый взгляд вокруг дал мне понять, что здесь не было даже больших камней или пней. Я подумала, не последует ли Обсидиан за мной в конюшню.

Затем меня осенила идея.

Это было безумие. Абсолютно невозможно. И все же, что, если бы я могла это осуществить?

Закрыв глаза, я потянулась к тому темному месту внутри. Место, где я находила свою магию в прошлом. Только в этот раз я искала не свою. Я хотела позаимствовать кое-что у Райвина.

Я не была уверена, сработает ли это, находясь так далеко, но я использовала это, когда его не было рядом со мной с успехом. Делая ровные вдохи, чтобы успокоиться, я положила руку на бок Обсидиана.

— Мне нужна небольшая помощь, чтобы сесть, но я обещаю, что не причиню тебе вреда.

Закрыв глаза, я потянулась глубже, призывая к себе тени Райвина, позволяя себе почувствовать нарастающую магию. Это было похоже на успокаивающую ласку, и я открыла глаза, чтобы увидеть, как тени обвиваются вокруг меня текучими, изящными спиралями.

Я кивнула им, призывая создать облако у меня под ногами. Клубящиеся серые и черные тени подчинились, взбиваясь так, что это напомнило мне волны, когда они сплетаются вместе.

Обсидиан заржал, тряхнув головой. Его уши зашевелились. Я погладила его по боку, шепча успокаивающие слова, пока приказывала теням поднять меня.

К моему удивлению, я поднялась с земли и смогла, наконец, сесть на пегаса. Взяв его за гриву, я крепко сжала ее.

— Хороший мальчик, Обсидиан. Хороший мальчик.

Пегас встал на дыбы, и я удержалась, призывая тени вокруг себя, чтобы не упасть. К счастью, теперь они были сплетены вокруг меня, привязывая к огромному коню.

Как только копыта Обсидиана коснулись земли, он сорвался с места и помчался через весь остров. Мои глаза заслезились, когда ветер пронесся мимо меня, взметнув волосы вокруг моего лица. Я едва могла разглядеть, куда мы несемся на такой скорости, и если бы не тени, я бы не смогла удержаться.

Обсидиан взметнулся в воздух. Я проглотила крик, который едва не вырвался у меня, и попыталась удержать тени вокруг себя. Пегас нырял, крутился и выворачивался. Движения были настолько интенсивными и ненужными, что я поняла, что он пытается сбросить меня. Затем он сложил крылья в стороны, и мы перешли в свободное падение, направляясь прямо к каменистой земле внизу.

Я потянула его за гриву.

— Поднимай нас, Обсидиан! Подними нас!

Пегас, казалось, не беспокоился о нашей неминуемой гибели.

Я умру не так. Я отказываюсь позволить этому стать моим концом. Гнев нахлынул, и я сопротивлялась, проникая в глубины, где жила та темная искра, которая наслаждалась хаосом. Та часть меня, которая хотела восстать. Та часть меня, к которой я никогда полностью не позволяла себе получить доступ.

С ревом я выпустила это наружу. Я позволила всему этому взорваться, как вспышка молнии. Тени клубились вокруг меня, разрастаясь в небо, как грозовые тучи. Я чувствовала тьму в своих венах, знакомое жужжание магии, прилив силы, которую я сдерживала.

Обсидиан выпрямился, его крылья полностью расправились, подхватив нас порывом ветра, как раз перед тем, как мы рухнули бы на землю. Он несколько раз взмахнул крыльями, затем приземлился, как будто ничего странного не произошло.

Я наполовину подпрыгнула, наполовину скатилась с его спины, затем отдалилась от безумного существа. Сердце бешено заколотилось, я откинула с глаз растрепанные ветром волосы и уставилась на Обсидиана.

— Что это было?

Пегас начал поедать какие-то растения, растущие между камнями там, где мы приземлились, даже не потрудившись взглянуть на меня. Вдалеке прогрохотал гром, и я посмотрела на небо, любуясь тяжелыми, темными тучами. Собирался пролиться сильный дождь.

— Как, черт возьми, ты еще жива? — Голос Никс прорвался сквозь ветер и раскаты грома.

Я обернулась и увидела, что она смотрит на меня с раздраженным выражением лица.

— Ты должна быть мертва. — Она бросила на Обсидиана сердитый косой взгляд. — Даже если тебе удалось взобраться на него, он должен был сбросить тебя.

— Мне жаль тебя разочаровывать, — невозмутимо произнесла я.

— Как ты выжила? — спросила она.

— Я не понимаю, какое это имеет значение, — возразила я. Все мои надежды на дружбу с богиней исчезли. Она не была снисходительна ко мне. — Какое следующее задание? Я хочу убраться к чертовой матери с этого острова.

Она придвинулась ко мне поближе, затем изучающе прищурила глаза. Через несколько ударов сердца она отступила, затем ее губы изогнула злая усмешка.

— Ты использовал магию.

— И что?

— Я не совершу ошибку, позволив тебе сделать это снова, — ответила она.

— Ты заберешь мою магию? — Я сжала руки в кулаки. — Я освободила тебя и помогла вернуть твою.

— Ты забываешь свое место, дитя, — прошипела она. — Я та, кто определяет твою судьбу. Если я скажу, что ты должна действовать без магии, у тебя отнимут твою магию.

Я уставилась на нее.

— Все вы, боги, одинаковые, не так ли?

— Я бы сейчас не беспокоился о богах. Ты здесь, чтобы доказать мне, что не все люди одинаковы. Это твой народ забыл обо мне. Они позволили мне быть похороненной и заточенной в ловушку под вашим городом, пока они жили своей жизнью. Я дала вам тьму, ночь, звездный свет… и как ваш вид вознаградил меня? Используя покровы ночи для совершения своих злодеяний. Забывая мое имя. Рассказывая истории о моей ужасной силе и игнорируя все дары, которыми я наделила их. Так ответь мне вот на что, принцесса, все ли люди одинаковы? Потому что, если это так, я просто прикончу вас всех прямо сейчас.

Я с трудом сглотнула, понимая, что зашла слишком далеко. В своем гневе я сделала то же самое, в чем она обвиняла остальных. Я забыла, насколько она могущественна.

— Мы не все одинаковые.

— Тогда докажи это, если сможешь. — Она подмигнула. — Не волнуйся, когда ты потерпишь неудачу, я позволю тебе посмотреть, как я уничтожу твоих людей, прежде чем убью тебя.

Ледяной холод окутал меня, и у меня перехватило дыхание. Ощущение было острым, но кратковременным и внезапно исчезло, когда я оказался по другую сторону щита. Запах сосны и земли захватил мои чувства, когда впереди показался раскинувшийся лес. Казалось, мы путешествовали совершенно в другом месте.

Массивные сосны тянулись к небу, создавая навес, который пропускал только пятнистый солнечный свет, пробивающийся сквозь многочисленные ветви. Их стволы были такими большими, что я не мог обхватить их руками, и они стояли так высоко, что мысль о том, чтобы взобраться на них, заставляла меня нервничать. Я никогда не видел ничего подобного за все свои путешествия и был уверен, что им не место на этом острове.

— Где мы? — Спросил Вант.

— Я не уверен. Возможно, мы прошли через портал, но что-то в окружающем пейзаже казалось странным.

Я сделал осторожные шаги вперед, помня о том факте, что в лесу было устрашающе тихо. Не было слышно ни шелеста ветра в ветвях, ни звуков животных, пробирающихся сквозь подлесок, ничто не летало и не прыгало по ветвям. Вообще никаких звуков.

— Никаких птиц. — Сказал Вант, глядя вверх и осматривая окрестности.

Было достаточно тревожно заходить в лес, которому не место на таком острове, как этот. Замечание «нет жизни» подтвердило, что есть большая вероятность, что все это ненастоящее. Я не думал, что мы прошли через портал.

— Сохраняй бдительность. У меня такое чувство, что мы недолго пробудем одни.

Вант уже был напряжен, его рука крепко сжимала рукоять меча.

— Я не уверен, что нам будет легко заставить эту волшебницу нас выслушать.

Внезапно земля задрожала, и деревья начали таять.

— Что за…

Я отступил назад, желая отойти на некоторое расстояние от массивных деревьев, когда они поникли. Коричневый и зеленый стекали по их стволам, как толстые мазки клейкой краски. Ветви поникли, клонясь к земле, пока не отвалились совсем.

— Что это? — Спросил Вант, отступая назад, пока не оказался прямо рядом со мной. — Этот остров не хочет, чтобы мы были здесь.

Мы не могли уйти. Мы должны были найти эту колдунью и выяснить, как уничтожить магию, которую она подарила моему отцу. Я вложил меч обратно в ножны и направился к одному из тающих деревьев. Когда я протянул руку, чтобы дотронуться до него, мои пальцы прошли сквозь него.

— Это иллюзия.

Вант хмыкнул, затем подошел к другому дереву. Его рука прошла прямо сквозь плавящийся ствол.

— Она пытается нас отпугнуть.

— Значит, мы приближаемся к ней. — Я снова подобрал свой меч и продолжил движение вперед. Вант был позади меня, и у нас двоих вошло в привычку оценивать пространство вокруг нас, время от времени останавливаясь, чтобы подольше осмотреться. За эти годы мы вместе участвовали в стольких битвах, что нам не нужны были слова. Даже если я не хотел быть здесь и заниматься этим, я был рад, что он был рядом со мной. Вероятно, я доверял ему больше, чем даже Лаэре.

Что-то завизжало, отчего волосы у меня на руках встали дыбом.

— Это был не ты, не так ли? — Спросил я оборотня, пытаясь разрядить напряжение.

Он протянул мне свое оружие.

— Думаю, мне пора сменить форму.

Я вложил его меч в ножны, чтобы сохранить его для него, затем прикрыл его, пока он смещался. Огромный серый волк рядом со мной оскалил зубы, издав рычание. Его обостренные чувства уловили то, что я упустил.

— Покажи мне.

Он сорвался с места, и я побежал за ним, устремляясь к тому, что ждало нас на игровой площадке этой волшебницы.

Мы огибали тающие деревья, хотя, скорее всего, могли прорваться прямо сквозь них. Пока мы двигались, лес начал мерцать и исчезать. Некоторые деревья были прозрачными, что выдавало их фальшивую природу.

Как только деревья полностью исчезли, оставив нас на покрытой кустарником каменистой поверхности, в поле зрения появился зверь. С оглушительным ревом монстр двинулся вперед. Его огромное тело и кожистые крылья напоминали дракона, но голова была как у гигантского орла. Монстр закричал, от этого звука у меня задрожали кости.

Существо летело на нас, щелкая острым клювом и хлопая огромными крыльями. Вант добрался до него первым, не колеблясь, чтобы напасть. Он бросился на него, впиваясь когтями в чешую и сдавливая вытянутую шею.

Он изогнулся, отбрасывая Ванта, как будто он был не более чем помехой. Он бросился на меня, и я атаковал, проведя мечом по его груди. Монстр казался раздраженным, но не был ранен моей сталью. Его защищала драконья чешуя.

Отползая назад, я знал, что нам придется проявить смекалку, чтобы победить этого зверя. Этого существа не должно было существовать. Это была мерзость. Либо выведенный, либо созданный магическим путем.

— Отвлеки его, — крикнул я Ванту.

Оборотень двигался с точностью, направляясь к нашему врагу. Он рычал и огрызался, атаковал и убегал, прежде чем нанести новый удар. Монстр кружил, пытаясь укусить или вцепиться когтями в меньшую угрозу. Вант был быстрее. И он был опытен в бою. Он был намного смертоноснее, чем предполагал монстр, но ему нужна была помощь.

Я призвал свои тени, легко выводя их на поверхность, пока они не закрутились вокруг меня. Они текли и колыхались, знакомая часть меня, которая подчинялась моим командам. Годами я ненавидел темную силу, которой я командовал. Было слишком много несчастных случаев, когда моя магия впервые проявилась. Было рискованно даже находиться в моем присутствии почти десять лет. Если мои эмоции брали верх надо мной, все расплачивались за это.

В конце концов, я подчинился страху, которым повелевал. С этой уверенностью я владел своими тенями. И я использовал их ужасающими способами, чтобы обеспечить власть моего отца. Я был монстром, за что все меня обвиняли. И мне это нравилось.

Теперь я достиг этой глубины. Та слегка расстроенная часть меня, которая хотела разрушения. Часть, которая наслаждалась страхом, которым я мог управлять.

— Беги! — Я закричал, надеясь, что Вант понял, что я имел в виду.

Тени отделились от меня как раз в тот момент, когда волк прошел мимо меня, прячась за моей спиной.

Тьма поглотила монстра, тени сплелись вокруг существа в невозможную паутину смерти. Оно вскрикнуло, но звук быстро превратился в сдавленный и булькающий, когда тени вокруг моего врага сгустились. Вскоре вообще не раздалось ни звука, и тени сгладились, уничтожив все на своем пути. Подул легкий ветерок, заставляя тени двигаться и струиться, как дым от костра. Они скользили по неровной земле, убивая все зеленое и растущее, прежде чем полностью исчезнуть.

Пространство, где они были, было бесплодным. Монстр исчез. Растения исчезли. Темное пятно на камнях осталось как напоминание о том, что было.

— Я и забыл, что ты можешь это делать, — сказал Вант.

Я оглянулся и увидел, что оборотень натягивает одежду. Я подобрал его меч и протянул ему. — Я пользовался ими на Атосе. В тот день, когда они напали на нас.

— Это были тени другого типа. Они были мишенью. Ты пощадил всех наших людей и Ару. То, что ты только что сделал, уничтожило бы всех.

— Это было необходимо, — сказал я срывающимся голосом. Я все еще чувствовал затаенный гнев, заставляющий напрячься все мои мышцы. Место, куда я должен был добраться, чтобы использовать эти тени, было темным даже для меня. За это пришлось заплатить.

— Ты не должен делать этого снова, — предупредил он.

— Я не помню, чтобы спрашивал твоего разрешения, оборотень, — выплюнул я.

— Злись на меня, сколько хочешь, но если ты приведешь этого Райвина домой, к Аре, то с таким же успехом можешь попрощаться с ней, — предупредил он.

Ара. Ее лицо возникло в моем сознании, как напоминание о том, что мне придется потерять, если я когда-нибудь вернусь в то место, которое я занимал так долго. Это была битва за то, чтобы выбраться из того места. Найти свою личность после того, как я был оружием своего отца.

Я посмотрел на Ванта, затем кивнул.

— Давай найдем эту волшебницу, чтобы вернуться домой. Ара будет ждать меня.

— Так и будет. — Он двинулся вперед. — Я уловил здесь запах.

Я последовал за ним по хорошо скрытой тропинке. Если бы не его острое волчье чутье, мы могли бы пропустить минимальные признаки того, что здесь кто-то ходил. Они были осторожны, но пара редких растений была сломана так, что этого не мог сделать ветер. А учитывая отсутствие дикой природы, в этом нельзя было винить грызунов.

Мы продолжили путь, который с каждым шагом становился все более очевидным. Как будто человек, прошедший его, терял бдительность по мере того, как поднимался на гору. Тропинка постепенно превратилась в уступ, огибающий склон горы. С каждым шагом обрыв становился все выше, но мы продолжали движение, признаки присутствия кого-то ещё были слишком очевидны, чтобы их игнорировать.

Наконец, мы увидели конец тропинки, ведущей прямо в пещеру. Мы с Вантом переглянулись, молча оценивая тот факт, что эта таинственная волшебница жила в пещере на вершине горы. Это было немного неоригинально. Хотя, я должен был отдать ей должное за охрану, которую мы убили. Это предотвратило бы большинство нарушений границы.

Приближаясь к пещере, мы замедлились, делая осторожные шаги, пока не достигли входа. Я медленно заглянул в устье пещеры, ожидая увидеть какой-нибудь признак дома.

Вместо этого я увидел только смерть.

Вся земля была усеяна человеческими черепами.

Мы находились в крошечной, потайной комнате с полками, заставленными древними книгами. По углам висела паутина, и наши ноги шаркали по толстому слою пыли.

— Интересно, как долго это здесь пролежало, — сказала Лаэра, проводя кончиками пальцев по корешку одной из книг.

Я потянулась за одной, и она рассыпалась в моей руке, потертая кожа развалилась в моих пальцах. Я ахнула, затем отложила ее, стараясь не потревожить другие тома.

— Они больше никому не нужны.

— Я не думаю, что это имеет значение, — сказала Лаэра. — Посмотри на это.

Я обернулась и заметила, что факел Лаэры валяется на земле, от потухшего пламени поднимается дым. Несколько светящихся шаров висели вокруг нее, освещая стену, увешанную картинами.

— Неудивительно, что они никого не пускали.

Я присоединилась к ней у стены, мои губы приоткрылись от удивления, когда я рассматривала изображения. В то время как книги ветшали, рисунки были такими четкими, как будто их нанесли сегодня утром.

Вся стена была покрыта изображениями. Показана топография Афона, храма, под которым мы сейчас стояли, и дворца. Там были линии, которые, как я предположила, были будущими улицами задолго до того, как в городе было построено что-либо еще.

Вокруг зданий стояли люди со светящимися руками и гуляли по пустому городу. Затем из этого храма произошла очень четкая вспышка чего-то яркого, образовавшая вокруг него золотой пузырь. Рядом с дворцом было два похожих символа. Один, я думаю, в том районе, где сейчас располагались конюшни, а другой — на том месте, где сейчас вырос фруктовый сад. От каждого из них отходила золотая арка, заливая весь дворец теплым светом.

— Щиты, — сказала я с благоговением. Должна признаться, я не верила, что это действительно возможно. Какая-то часть меня все еще сомневалась, но я видела магию. Я почувствовала это, когда они освободили магию под городом. Я многого не знала. Почему нет щита, который мог бы защитить нас?

— Все это время ты сидела на таком количестве магии. — Лаэра покачала головой. Она провела пальцами по линиям, и я заметила, что несколько из них сходились в каждой яркой точке. Это были не дороги. — Что это? Линии?

— Лей-линии. Естественные жилы магии, которые текут в земле. В Атосе их много. — Лаэра повернулась ко мне лицом. — Я не знаю, как они заставят эти щиты работать, но я могу взглянуть. Как ты думаешь, ты сможешь найти эти места?

Я снова обратила внимание на карту и предположила, что источник в храме находится сзади, за самим храмом. Это было хорошее место для его размещения. Никто не заходил с обратной стороны. Из-за того, как был спроектирован храм, фасад выходил на пышную растительность, а задняя часть находилась рядом с обрывом скалистой породы. Там очень мало что росло.

— Нам нужно идти, — сказала Лаэра. — Просто на случай, если здесь внизу есть еще что-нибудь.

Меня не нужно было просить дважды. Кивнув, я повернулась и вышла из зала. Как только мы переступили порог раздвижной двери, она загремела и начала двигаться, закрывая комнату от посторонних глаз.

Мурашки пробежали у меня по спине, когда я поняла, что дверь могла закрыться в любой момент, пока мы были там. Внезапно почувствовав сильную клаустрофобию, я шагнула к лестнице, готовая оставить темноту позади.

— С тобой все в порядке? Монстров нет? — Спросила София, как только увидела, что я лезу через люк.

— Никаких монстров, — заверила я ее.

— Слава богам. — Ее плечи с облегчением опустились.

— Ты что-нибудь нашла? — Спросила Кора.

— Мы это сделали, — сказала я.

Внезапно Лаэра оказалась передо мной, затем в ее руках оказалась жрица с обнаженным оружием, лезвие было направлено женщине в горло.

Дафна ахнула, ее глаза расширились от ужаса.

— Что ты делаешь? — Воскликнула я.

— Отпусти ее, — взмолилась София.

Кора медленно приблизилась, разглядывая оружие и перепуганную жрицу.

— Что она сделала?

— Кора, — прошипела София.

— Что ты написал в сообщении? — Требовательно спросила Лаэра.

— Сообщение? — Я уставилась на жрицу, в замешательстве нахмурив брови.

Дафна ухмыльнулась.

— Так ты действительно не могла разглядеть, что было на том свитке? Как интересно.

— Ты скажешь мне, или я отправлю тебя в Подземный мир, — пообещала Лаэра.

— Ты все равно отправишь меня в Подземный мир, — сказала Дафна.

— Нет, она этого не сделает. Жрица может отправиться в темницу. Ждать суда, — сказала я.

— Я не подчиняюсь тебе, — прошипела жрица. Ее тело исказилось, заскользило и извивалось, увеличиваясь в размерах. Она оттолкнула Лаэру, повалив принцессу Фейри на землю. Нож со звоном приземлился, прежде чем скользнуть по мрамору.

Пеплос жрицы был разорван, клочья ткани падали на пол, когда появились крылья. Ее красивое лицо сохранилось, несмотря на то, что увеличилось в размерах, но тело теперь было птичьим.

— Это гарпия, — прошептала София.

Существо завизжало, затем захлопало крыльями, поднимаясь все выше внутри храма, прежде чем спикировать на Софию. Я оттолкнула сестру в сторону и приземлилась на нее сверху.

Когда я скатилась с нее, я увидела, как Лаэра гонится за монстром. Кора подбежала к тому месту, где я сидела с Софией.

— Вы двое в порядке?

Я посмотрела на Софию, которая заставляла себя встать. Она разгладила свой пеплос, и я повернулась к Коре.

— У нас все в порядке.

Я вытащила кинжал, который все еще был у меня за поясом, радуясь, что он не вонзился в меня, когда я приземлилась. Как только я сделала первый шаг, София встала передо мной.

— Вы двое, отойдите. Я разберусь с этим.

— Ты это несерьезно, — возразила Кора.

Я взяла Кору за руку, затем оттащила ее с дороги. София стала сильнее, чем раньше, и она многое повидала, когда пошла освобождать магию. У меня была минимальная подготовка к бою, и я, конечно, не стала бы притворяться, что смогу выстоять против гарпии.

— Ее убьют. — Кора посмотрела на меня с мольбой на лице. — Ты должна остановить ее.

Я крепче сжала ее руку, надеясь, что она не побежит за нашей младшей сестрой.

— Ты должна доверять ей.

Ногти Коры впились в мою руку, когда она усилила хватку. Ее взгляд был прикован к битве перед нами, лицо побледнело. Беспокойство за Софию заставляло ее напрягаться, но я не собиралась позволять ей нападать на меня. Она никогда не проявляла никакого интереса к бою, и я не была уверена, держала ли она раньше в руках кинжал.

Пронзительный крик вернул мое внимание к драке, и я ахнула, когда София увернулась от взмаха когтей гарпии. Лаэра атаковала с другой стороны, вонзив свой нож в бок чудовища. Существо изогнулось, используя одно из своих огромных крыльев, чтобы сбить принцессу фейри с ног.

София собралась с силами и бросилась на монстра. К моему ужасу, она запрыгнула гарпии на спину, цепляясь за перья, пока существо билось. Оно извивалось, пытаясь вонзить свои острые когти в мою сестру. Я могла видеть Лаэру, стоящую позади монстра, ее взгляд был расфокусирован, поза напряженной. Она что-то делала со своей магией, и, что бы это ни было, она была не в том положении, чтобы сражаться.

— Им нужна помощь, — прошептала я, отпуская руку Коры. Я крепче сжала лезвие, которое все еще держала в другой руке. — Подожди здесь.

— О, нет, ты не должна, — раздраженно сказала Кора. — Я иду с тобой.

Я не стала спорить и побежала к монстру, размахивая руками и крича, чтобы привлечь его внимание. Существо уставилось на меня. Они были так странно похожи на людей, но не люди. Я проигнорировала волосы, вставшие дыбом у меня на затылке, и холод, пробежавший по спине.

Сжимая рукоять кинжала так, как меня научил Райвин, я помчалась к чудовищу. Она широко расправила крылья, как будто собиралась взлететь, все еще держа Софию на спине. Я не могла этого допустить. Я подпрыгнула, затем вонзила нож в одно из крыльев, увлекая его за собой. Гарпия издала вопль боли, затем взмахнула другим крылом, сбивая меня с ног. Я ударилась лицом о мраморный пол и сразу почувствовала вкус крови, но не позволила себе задуматься, что я поранила.

Вскочив на ноги, я заметила, что мое оружие все еще торчит из крыльев гарпии. Из раны хлынула кровь, оставляя на белом полу толстый алый след. Женщина-птица визжала так громко, что я поморщилась.

— Вот. — Кора стояла рядом со мной с ножом в руке. — Прикончи ее.

Я приняла оружие, но как раз в тот момент, когда я обдумывала, куда атаковать, я увидела, как София добралась до шеи гарпии. Она пронзила монстра в мясистую область над тем местом, где начинались ее перья.

Брызнула кровь, а затем потекла изо рта монстра. Ее глаза остекленели, и она закружилась по странному, шаткому кругу. София спрыгнула с ее спины, затем подбежала к Лаэре. Она увела все еще рассеянную принцессу прочь как раз в тот момент, когда гарпия ударилась о землю.

Рубиновая лужица растекалась от того места, где лежал зверь, пока не начала стекать в все еще открытую дверцу люка.

Я сморщила нос.

— Это будет ужасно убирать.

— Это то, о чем ты сейчас думаешь? — Спросила Кора. — Насколько ужасно будет убираться?

— Нет, это то, о чем я позволяю себе думать, — сообщила я ей. — Я не совсем готова думать о том, что только что произошло.

Пеплос Софии был испачкан красным, ее руки, щеки и волосы были забрызганы кровью. Ее щеки раскраснелись, глаза были дикими. Она выглядела более живой, чем я когда-либо видела ее.

— Спасибо тебе, София, — сказала я.

— Ты тоже хорошо справилась, — ответила она.

— Я не уверена, что знаю кого-то из вас, — сказала Кора с ноткой благоговения в голосе.

— Просто подожди, скоро придет твоя очередь, — сказала Лаэра.

Она снова стала похожа на саму себя, хмуро глядя на поверженного монстра.

— Прости, что я не помогла. Но должна сказать, я впечатлена. Мне пришлось проникнуть в разум гарпии. К счастью, я получила информацию до того, как вы все отправили ее в Подземный мир.

— Какую информацию? — Спросила я.

— Письмо, которое она отправила. Она все объяснила моему отцу. — Она свирепо посмотрела на гарпию, и у меня возникло ощущение, что если бы она могла убить ее снова, то сделала бы это.

— Этот монстр уже уничтожил щит здесь, но она еще не добралась до тех, что во дворце. Она сообщила моему отцу, что собирается уничтожить их всех, чтобы он мог послать своих новых драконов уничтожить нас. Он скоро будет здесь. Ему не терпится закончить свою войну.

— Но тогда мы можем использовать остальные? — Спросила я.

Лаэра смотрела на гарпию с таким презрением, что я забеспокоилась. — Было что-то еще?

Она посмотрела на меня.

— Она планировала съесть нас. Я видела это в ее голове. Ее фантазии о том, как она собиралась это сделать. По-моему, мы недостаточно заставили ее страдать.

— Думаю, я хочу научиться драться прямо сейчас, — вмешалась Кора. — Я не стану обедом для какой-то сумасшедшей жрицы.

— Лаэра сказала, что продолжит учить меня, если мы все переживем это, — сказала София. — Тебе следует присоединиться к нам.

Кора пробормотала что-то уклончивое в ответ. Я уловила слова долг и брак. Она уже готовилась к тому, что ее жизнь изменится, как только Бахар вернется.

— Нам нужно возвращаться, — сказала Лаэра. — Я не знаю, знает ли об этом кто-нибудь еще, работающий на моего отца.

— На этой картинке не был изображен щит, прикрывающий весь город, — сказала я.

— Это так, — подтвердила Лаэра.

Я посмотрела на своих сестер. — Мы должны эвакуировать город. Отведите всех на территорию дворца.

— Это невозможно, — сказала Кора. — У нас нет места для всех.

— Нам придется найти способ уместить всех, — ответила я.

Улыбка Никс была предупреждением. Я знала, что бы она ни приготовила, это будет намного хуже, чем попытка пегаса убить меня. Я взглянула на Обсидиана, желая, чтобы он дал мне подсказку, чего ожидать. Или, может быть, информацию о том, как выжить.

— Там. — Богиня указала на пещеру с той же тревожащей улыбкой на губах.

Неохотно я направилась к небольшому отверстию. Еще одна пещера. Еще одно темное пространство. Я бы никогда не позволила себе войти ни во что подобное, если бы выжила в этой войне. Я бы жила в открытом доме с развевающимися занавесками вместо стен и шумом моря в ушах. Напоминанием о широких просторах свободы, которые сулила вода любому, кто был достаточно смел, чтобы пересечь ее глубины.

Я наблюдала за Никс, сохраняя бесстрастное выражение лица. Я бы не доставила ей удовольствия узнать, насколько туго натянуты мои внутренности.

Вход в пещеру был ниже, чем в любой другой, в который я отваживалась заходить раньше, и он был неглубоким. Я могла видеть все это, стоя у входа. Я огляделась, отметив, что это была совершенно обычная пещера. Земля и камни покрывали пол, свет проникал через отверстие, стены были покрыты мхом. Похоже, здесь не было никаких туннелей или расщелин, которые я могла бы исследовать. Я медленно повернулась по кругу, уверенная, что упускаю что-то важное.

Когда я снова повернулась лицом ко входу в пещеру, я намеревалась попросить Никс разъяснить ситуацию, но ее там не было. Наксоса там тоже не было.

Мое сердце подпрыгнуло, когда я вышла из обратно и обнаружила, что стою на Атосе.

Как это было возможно? Пещера, должно быть, была порталом. Но она не была похожа на портал на Коносе, и я даже не почувствовала магии. Может быть, меня послала сама Никс. Я не знала всего размаха ее силы, но знала, что она велика.

Я была на окраине города, недалеко от храма Афины. Мне потребовалось бы некоторое время, чтобы дойти до дворца, но я не была уверена, что это лучшее использование моего времени. Никс ни в коем случае не посылала меня сюда навестить мою семью. Я отсутствовала еще не так долго. Если бы они увидели меня, то подумали бы, что со мной все хорошо и что я справилась с ее заданиями. Я не хотела вселять в них надежду только для того, чтобы снова уйти.

Если визит не был причиной моего возвращения домой, это должно было быть что-то другое. Какую задачу мне нужно было выполнить на Афоне?

Я направилась к храму, оглядываясь по сторонам на случай, если найдутся какие-нибудь зацепки. Я ожидала увидеть послушников и священников, прогуливающихся по территории, ухаживающих за садом. Или мельком увидеть их внутри мраморного здания, выполняющих свои обязанности перед богиней. Вместо этого оно было пустым.

Отсутствие других людей заставляло мои пальцы покалывать в предвкушении. Что-то было не совсем правильно. Хотя, ничего не было правильным уже долгое время. Эвакуировали ли они город за то время, пока меня не было?

Я знала, что мне не полагалось входить в храм, но я не могла удержаться и сделала несколько шагов внутрь, чтобы убедиться, что я действительно одна. Языки пламени танцевали и мерцали в чанах с маслом, горя верно, несмотря на отсутствие прислуги.

— Ау? — Позвала я.

Единственным ответом было мое эхо.

Комок в горле мешал глотать. Даже во время битвы жрецы обычно оставались в храмах. Это были священные места, в которые нельзя было входить во время войны. Куда бы они могли податься?

Я вышла из помещения и направилась к городу. Если храм не был целью для этого задания, возможно, он был в городе. Или во дворце. Или, может быть, я должна была пойти туда, где строился новый храм Никс. Хотела ли она, чтобы я что-то сделала для того, чтобы ее больше любили люди?

Что, если я никогда не пойму этого? Помогла бы мне Никс разобраться или она собиралась позволить мне вечно блуждать без посторонней помощи?

Город был таким же пустым, как храм, и все выглядело еще более запущенным, чем в прошлый раз, когда я проходила по нему. Было ли это потому, что в последний раз я видела это в темноте?

Краска облупилась на каждой поверхности. Голубые крыши были потрескавшимися и имели пятна, которые выделялись на общем фоне. Дороги казались еще более неровными и были усеяны рыхлыми камнями, которые мне приходилось обходить. Группа бездомных кошек выглядывала из темноты переулка, их глаза горели, когда они наблюдали за мной.

Было тихо. Так тихо. Так пусто. Как будто смерть уже пришла за Атосом.

У меня по рукам побежали мурашки, и я потерла их, чтобы прогнать внезапный озноб. Я не была уверена, следует ли мне продолжать идти на открытое место или мне следует избегать того, чтобы меня видели. Я никогда не чувствовала себя здесь так неуютно.

Когда я добралась до «Черного опала», я была поражена, увидев, что внутренний двор открыт, стена, которая раньше загораживала вход, полностью исчезла. Само здание было разрушено. Крыша провалилась, некогда девственно черный верх здания сделавший его культовым, среди синего моря. Теперь от него остались развалины. Вся конструкция прогибалась под его весом.

Люди, должно быть, узнали, что Селена была фейри. Это было единственное, что я смогла придумать, чтобы объяснить такое полное разрушение. Потребовалась бы огромная группа, чтобы сделать что-то подобное.

Если только это не было чудовище или какая-то другая атака. Мой пульс участился, и я бросилась бежать. Меня больше не волновало, в чем заключалась моя задача, я должна была добраться до дворца и найти своих сестер. На Атосе все было очень плохо.

Стражников, ожидавших меня, не было. За воротами дворца никто не стоял. Сами ворота были приоткрыты, промежуток между ними указывал на то, что их даже не пытались запереть, не говоря уже о том что бы оставить охрану. Любой желающий мог получить доступ во дворец.

Мои легкие все еще горели от бега сюда, но я проигнорировала дискомфорт, когда распахнула ворота и помчалась к парадным ступеням дворца. Парадная дверь отсутствовала, оставляя широкий проем, через который мог пройти любой. Как столько всего произошло, пока меня не было? Что, если я пробыла на том острове дольше, чем предполагала? Что, если битва закончилась, и фейри победили, а все, кого я любила, уже мертвы?

— Лагина? — Крикнула я, пробегая по пустому коридору. — Кора? София? — Я переходила из комнаты в комнату. Никого ни в зале для завтраков, ни в тронном зале. Никого ни в кабинете, ни в библиотеке. Даже их спальни были пусты.

Слезы потекли по моему лицу, и я ворвалась через заднюю дверь в сад. Райвин стоял там, как будто ждал меня все это время. Я вскрикнула от облегчения, затем подбежала к нему, но он отступил назад, избегая моей попытки обнять его.

— В чем дело? — Спросила я. — Что происходит? Почему ты отдаляешься от меня?

— У нас нет времени, — сказал он. — Море разгневано. Кето собирается захватить город.

Я нахмурилась. В этом не было никакого смысла.

— Зачем ей это делать?

— Я не знаю. Но если ты не остановишь это, весь Атос будет разрушен. Ты должна пойти со мной сейчас. — Он протянул мне руку, и я заколебалась. Во всем этом было что-то неправильное.

— Поэтому все ушли? — Спросила я.

— Да, они поднимаются на более высокие позиции, — подтвердил он.

Напряжение немного ослабло. Все было в порядке. Люди бежали, что также могло объяснить разрушения в «Опале». Они, вероятно, разграбили его ради чего-нибудь ценного. Я собиралась не упоминать об этом, когда снова увижу Никс. Знание того, насколько разрушительными они могут быть, не улучшило бы ее представления о людях. Но не похоже было, что боги были чем-то лучше.

— Но как я могу остановить море? — Спросила я.

— Твоя магия. Мы оба направим все, что сможем, и отошлем поднимающуюся волну подальше от города, — сказал он.

— Твоя мать, она забрала мою магию, — сказала я. — По крайней мере, она сказала, что собирается это сделать. Я не могу помочь.

— Мы должны успокоить море, иначе все погибнут, — сказал Райвин.

— Ты можешь это сделать. Ты можешь использовать мою магию, — сказала я.

— Ты нужна мне рядом, ты можешь мне помочь. Скажи мне, что делать. — Его челюсть была сжата, выражение лица серьезное. — Я думаю, если ты будешь ближе ко мне, я смогу направить больше твоей магии. Я не уверен, что достаточно силен сам по себе.

Я кивнула.

— Хорошо. Вместе.

— Почему Кето хочет затопить город? — Спросила я, когда мы выходили с территории дворца, вдвоем переходя на бег трусцой, чтобы двигаться быстрее.

— Она думала, что город отвернулся от тебя, когда они отправили тебя к Никс, — сказал Райвин.

— Но я пошла сама. — Я взглянула на него и заметила страдальческое выражение на его лице. — Мне нужно сказать ей. Она может пощадить город.

— Слишком поздно, — сказал он. — Она знала, что они бежали на место нового храма Никс, и она отправляет все туда. Она собирается убить всех.

Мое сердце бешено колотилось в груди, и я ускорила шаг.

— Мы должны остановить ее.

Внезапно Райвин схватил меня за руку, заставляя остановиться.

— Я должен тебе кое-что сказать.

Мое дыхание участилось. Одного выражения его лица было достаточно, чтобы разбить мое сердце, но я взяла себя в руки.

— Что?

— Твои сестры, — сказал он.

У меня сдавило грудь.

— Расскажи мне.

— Их забрала Кето. Они на острове, которого не должно быть, рядом с храмом Никс. Если мы помешаем воде добраться до Атоса, твои сестры умрут.

— Нет. — Я покачала головой. — Нет, это невозможно. Как она могла это сделать?

— Прости. Тебе придется выбирать. Возможно, мы сможем спасти их, но это не гарантированно. Монстры могут добраться до нас раньше, чем мы доберемся до них. Но если мы попытаемся спасти их, все, кто живет на Атосе, погибнут. — Он сжал мою руку. — Выбор за тобой.

Я чувствовала, что уже умираю. Как кто-то мог ожидать, что я сделаю подобный выбор? Все, что я делала, было для того, чтобы помочь своим сестрам, сохранить им жизнь. Так я оказалась на Коносе. Вероятно, из-за этого вообще происходила эта дурацкая война. Я не могла позволить им умереть.

Но если я попытаюсь спасти их и потерплю неудачу, я потеряю все. Все люди, которые называли Атос домом, рассчитывали на то, что моя семья защитит их, а мой отец не сделал ничего, кроме вреда им. Он послал их детей на смерть, он держал богиню взаперти. Он был первой причиной, по которой мы оказались в этой ситуации.

— Как ты думаешь, мы можем спасти их? — Я должна была спросить, хотя уже пыталась найти способ попрощаться.

— Мы могли бы. Но мы должны решить в ближайшее время. Мы не можем делать и то, и другое. Мы никак не сможем сделать это по одиночке. Разделение означало бы, что мы оба проиграем. — Он успокаивающе погладил большим пальцем мою руку. — Что бы ты ни выбрала, я поддержу тебя.

Лагина хотела быть великой королевой. Она хотела служить своему народу. София разозлилась, когда я пожертвовала собой вместо нее. Даже Кора, казалось, начала помогать Атосу, а не думать только о себе.

Они никогда не простили бы мне, если бы я спасла их, а затем вернула в город-призрак. Хотя я знала, что в Дракусе живут и другие люди, их было немного. Атос был величайшей надеждой людей на выживание.

Мне казалось, что я не могу дышать.

Я знала, что должна была сделать, но обречь моих сестер было невозможно. Все это было невозможно. Слезы застилали мне зрение.

— Как я должна это сделать?

— Ты делаешь то, что считаешь лучшим, и, несмотря ни на что, я здесь, рядом с тобой, — ответил Райвин.

Я знала, что он выберет. Я знала, что если бы был шанс спасти меня и проклясть весь остальной мир, он выбрал бы меня.

Но я не была им. Я не могла этого сделать.

Пожалуйста, простите меня.

Я знала, что они поймут. Я знала, что они поддержат меня в спасении нашего города, но это сломало все во мне, когда я повернулась к Райвину и сказала ему о моем выборе.

— Мы спасем Атос. — Слова едва вырывались. В моем горле пересохло, язык стал слишком большим. Мое сердце превратилось в миллион осколков, которые я никогда не восстановлю. Я знала, что никогда не оправлюсь от этого, но это было то, что я должна была сделать.

Он кивнул, затем мы вдвоем молча помчались к храму Никс.

Богато украшенный дорический храм возвышался на холме над дворцом. Аккуратные ряды кипарисов окаймляли дорожку, ведущую в пышный сад, утопающий в цветах. Я остановилась, затем посмотрела на Райвина.

— Насколько храм завершен?

Он нахмурил брови.

— Ты хорошо себя чувствуешь, Ара?

Я немного ощетинилась, не привыкшая слышать свое имя на его губах. Когда он в последний раз называл меня по имени, и почему это казалось таким странным?

— Сколько точно я пробыла на Наксосе?

— Мы можем обсудить это позже, — ответил он, его внимание было приковано к морю вдалеке.

Отсюда мы могли видеть город, и вода уже покрыла гавань и омывала некоторые здания внизу. Это разрушило бы все, если бы мы не успокоили его.

— Пошли. Я разберусь с этим после того, как мы успокоим море.

Пока мы шли по дорожке в саду, я не могла отделаться от ощущения, что все вокруг такое странное. Храм Никс не должен быть достроен. И зачем Кето понадобилось преследовать Атос? Что случилось с фейри?

Прежде чем я успела задать какие-либо дополнительные вопросы, я увидела жителей Афона, расположившихся среди садов. Некоторые были закутаны в одеяла или сидели на подушках, которые они принесли с собой. Они столпились вместе, на их усталых лицах было настороженное выражение. Я прошла мимо плачущих детей и дрожащих пожилых пар. Люди заполняли все пространство, насколько я могла видеть. Тысячи людей собрались в одном месте.

— Сюда наверх. — Райвин подвел меня поближе к храму. Мы стояли на обрыве, глядя на бурлящее море внизу.

Море было сердитого, стального серого цвета. Волны разбивались о скалы с грубой силой, от которой по мне пробегал страх. Я никогда не видела его таким разрушительным. Я практически ощущала стремление воды уничтожить все на своем пути.

Внезапно я услышала крики, доносящиеся откуда-то поблизости. Когда я обернулась, мое сердце остановилось, и я не могла дышать. Мои сестры звали меня с чего-то, похожего на большой плоский камень посреди бурлящей воды. Волны разбивались о камень, окатывая их и заставляя кричать. Они стояли, прижавшись друг к другу, все трое насквозь промокшие и дрожащие, держась друг за друга в свои последние мгновения.

— Становится все хуже, — крикнул Райвин. Он указал на город, в противоположном от моих сестер направлении, где вода теперь заливала улицы. Дома были разрушены волнами, обломки и куски Афона уносились в воду.

Если бы мы собирались вернуть воду туда, где ей место, нам пришлось бы сделать это как можно скорее. Даже этот склон холма был недостаточно высок, чтобы спасти жителей Атоса, если бы мы подождали еще немного. А так уже половина города исчезла.

— Ты уверена насчет этого? Я могу вместо этого пойти к твоим сестрам, — предложил он.

Я оглянулась на них. Они были так далеко от берега, что я даже не была уверена, что мы сможем добраться до них вовремя. Я чувствовала, что умираю, как будто мою душу вытаскивали из тела. Я не могла пожертвовать ради них целым городом.

— Отошли воду подальше от Атоса, — сказала я.

Райвин кивнул, затем поднял руки. — Если у тебя есть какая-то магия, к которой ты можешь получить доступ, пошли ее мне. Нам понадобится все, что мы сможем достать.

Я все еще слышала крики моих сестер вдалеке, но старалась не обращать на это внимания. Слезы катились по моим щекам, пока я искала то место внутри, где обитала моя магия.

Вода уже реагировала на магию Райвина. Ну, мою магию через него. Каждая набегающая волна имела меньшую силу и все меньше доходила до Атоса. Море отступало, возвращаясь туда, где ему было место.

Даже когда он отослал воду, я боролась, чтобы найти свою магию, чтобы помочь ему любым возможным способом. И потому что я продолжала надеяться, что если я буду достаточно сильной, если я смогу ускорить процесс, то, может быть, только может быть, мы сможем найти моих сестер.

Я больше не могла их слышать. Они замолчали. У меня в животе поселился тяжелый груз.

— Пришли мне все, что у тебя есть! — Крикнул Райвин.

Я отключилась от своих чувств и постаралась сосредоточиться. Магия должна быть здесь, хотя бы немного. Что-то должно быть. Но не имело значения, как сильно я боролась или как сильно я старалась. Там ничего не было. Я чувствовала себя пустой, высохшей оболочкой самой себя. Не человек, но и не волшебник. Я потеряла все. Себя, а теперь и свою семью…

Райвин опустил руки, тяжело дыша.

— Я думаю, у нас получилось.

Я обернулась, но камня уже не было. И моих сестер тоже.

Я не помнила, как упала на колени, но каким-то образом я оказалась на земле. Мне показалось, что где-то очень далеко я услышала радостные крики. Они праздновали, но не знали, чего им это стоило.

Внутри я умерла. Внутри я потерпела поражение.

Я закрыла глаза и наклонилась так низко, что мой лоб коснулся прохладной травы. Я отдала все ради Атоса. И я чувствовала, что у меня ничего не осталось.

Что-то было в воздухе, когда мы добрались до дворца. От этого у меня по коже побежали мурашки, и я подавила желание развернуться и пойти в другую сторону.

— У воздуха странный привкус, — сказала Кора.

— Это магия? — Спросила София.

— Это действительно так. Вокруг дворца много чего есть. Как будто это нарисовано здесь, — ответила Лаэра.

— Это пойдет на пользу щитам, верно? — Я взглянула на принцессу фейри, надеясь заручиться ее оптимизмом. Вместо этого у нее был тот вездесущий хмурый вид, который, казалось, был у нее всегда.

Она пожала плечами.

— Есть один способ выяснить.

— Я не умею разбираться в волшебных штуках, — сказала Кора.

— Я уверена, мы сможем найти способ вам помочь, — возразила я.

Лаэра скептически подняла бровь, и я бросила на нее сердитый взгляд. Кора, наконец, использовала свои сильные стороны и предложила поддержку. Я не хотела ее останавливать.

— Нет, мне не нужно отвлекать внимание или искать работу, чтобы быть занятой. Я еду в город, чтобы начать эвакуацию людей, — сказала она.

Я уставилась на нее, приоткрыв рот от удивления.

— Не смотри на меня так. Я действительно забочусь об Атосе. Я действительно забочусь о наших людях, — сказала она.

— Я никогда не говорила, что ты этого не делала, — ответила я. — Я просто не уверена, что это будет безопасно.

— Я знаю, что все думали обо мне. Но мамы здесь больше нет, чтобы сказать мне, что моя единственная ценность — это мое тело. Я нечто большее. Мне нужно сделать это до того, как я выйду замуж. Прежде чем я вернусь к роли смазливой мордашки. — Она сжала руки в кулаки и решительно посмотрела на меня.

— Брачные узы не имеют никакого отношения к твоей внешности, — сказала Лаэра.

— Это бесполезно, — возразила Кора. — Все равно это из-за того, что я стала призом для кого-то другого за то, чего я не делала. — Она посмотрела на меня. — Позволь мне сделать это.

— Я иду с тобой, — вмешалась София.

— О, нет, — я покачала головой. — Вы двое забыли, что Ару чуть не убили наши собственные люди?

Лаэра положила руку мне на плечо, и я повернулась к ней. Принцесса фейри пристально смотрела на моих сестер.

— Тебе нужно отпустить их. Кроме того, если кто-то будет приставать к ним, у Софии есть способы заставить их пожалеть о своих действиях.

Я колебалась, задаваясь вопросом, когда мои сестры успели так повзрослеть. Они как будто постарели на годы с тех пор, как умер наш отец. Я предположила, что осознание всей той лжи, которую нам говорили, заставило нас взглянуть в лицо реальности, непохожей ни на что другое в нашей защищенной жизни.

— Будь осторожна, — смягчилась я. — Помни, ты никого не можешь заставить. Если они не хотят слушать, двигайся дальше. Мы не сможем спасти их всех.

— Ты говоришь как королева, — сказала Кора с ноткой гордости в голосе. Она тепло улыбнулась. — Мы будем осторожны. Ты делай то же самое.

Я кивнула, затем сдержала слезы, когда мои сестры развернулись и ушли в город внизу.

— Где конюшни? — Спросила Лаэра.

Я указала направление.

— Мне нужно сообщить стражникам и слугам о том, что нас ждет, чтобы они могли подготовиться. Тогда встретимся там.

— Иди. Надеюсь, мы успеем поднять этот щит до прибытия моего отца. — Лаэра направилась к конюшням, а я направилась ко дворцу.

Аргус ждал меня у входа.

— Как все прошло?

— Мы нашли то, что нам было нужно. Щит существует, и мы можем им воспользоваться, — объяснила я.

Его плечи опустились, и он заметно расслабился.

— Это первая хорошая новость, которую я услышал за долгое время. — Когда он поймал выражение моего лица, его напряжение вернулось. — Какие плохие новости?

— Мы можем оградить только территорию вокруг дворца.

— Мы приведем сюда весь город, не так ли? — спросил он.

Я кивнула.

— Я подготовлю своих людей. Мы приготовим палатки и провизию. Что-нибудь еще? — спросил он.

— Ты что-нибудь слышал об Аре? — Прошло несколько дней с тех пор, как она уехала на Наксос, и я начала беспокоиться. Я не знала, как долго богиня планировала удерживать ее.

Аргус покачал головой.

— Пока ничего.

— Есть что-нибудь от Райвина о колдунье? — У меня было ощущение, что ответ будет таким же как насчет Ары, но я должна была спросить.

— Нет.

— Что мы собираемся делать, если они не смогут уничтожить эту дополнительную энергию? Как долго мы сможем поддерживать щит? — Я с трудом сглотнула. Афон был построен не для осады.

— Я выясню и дам вам знать, — ответил он.

— Спасибо, Аргус. За все.

Он кивнул.

— В любое время, Ваше Высочество.

Зная, что у него все под контролем, я направилась в конюшню, надеясь, что у Лаэры есть хорошие новости.

Когда я подошла ближе, мои инстинкты предупредительно вспыхнули, и я бросилась бежать. Запыхавшись и на взводе, я вошла в конюшню. Лошади ржали и топали, когда я проходила мимо. Они были так же напуганы, как и я, но я не могла найти источник нашего беспокойства.

Как только я вышла через другие двери, мое сердце ушло в пятки. Лаэра лежала на земле без сознания, на боку у нее было темно-багровое пятно. Я подбежал к ней, затем опустился на колени, прижимая пальцы к ее шее, чтобы нащупать пульс. Как только я нащупала биение ее сердца, я услышала шипение.

Оскалив зубы, на меня золотистыми глазами смотрела, химера. Львиные лапы чудовища били по земле, змеиный хвост хлестал по сторонам. Козлиная голова уставилась на меня, словно пытаясь решить, какую часть меня проглотить первой. А змеиная голова шипела и плевалась ядом в разные стороны.

Я встала, не сводя глаз с чудовища. Мне нужно было оружие. Я никак не могла победить эту тварь своими руками. Оно ранило Лаэру, а она была более опытна, чем я.

Я осторожно попятилась, рискуя опустить глаза в знак подчинения. Шипение прекратилось после того, как я сделала несколько шагов, поэтому я подняла глаза, чтобы посмотреть, что оно делает. Чудовище переключило свое внимание с меня на большой цилиндрический камень. Оно кружило вокруг серой скалы. Козлиная голова открыла пасть и выдохнула огонь на камень. Когда пламя погасло, существо исследовало камень. Змея вцепилась в него зубами и надавила лапами, но камень выглядел так же, как и раньше.

Он пытался разрушить щит. Это, должно быть, был указатель точки сближения, которая нам была нужна. Я должна была остановить монстра, прежде чем он сможет выполнить свою задачу.

Я продолжала пятиться, пока не оказалась у двери в конюшню, затем развернулась и бросилась обратно в здание. Здесь должно было быть что-то, что я могла бы использовать.

Я осмотрела стены, заметив молотки и грабли. Там были довольно острые кирки для копыт и вилы, которые могли бы сработать. Я пересекла пространство к инструментам, лошади продолжали вести себя встревоженно. Вероятно, они почуяли химеру.

Я засунула кирку для копыт за пояс, затем схватила лопату. У нее был небольшой заостренный конец, и она была тяжелой. Это могло нанести больший урон, чем вилы или грабли. Их наконечники выглядели довольно хрупкими.

Довольная своим выбором, я вернулась в заднюю часть конюшни и глубоко вздохнула, прежде чем войти в дверь.

Химера дышала огнем на камень. Я тихо двинулась к ней, зная, что у меня будет только один шанс подкрасться к ней. Что-то хрустнуло у меня под ногой, и я вздрогнула. Голова существа дернулась в мою сторону, и оно зарычало, затем вернулось к испепелению камня своим дыханием. Я надеялась, что еще не слишком поздно.

Поскольку он уже знал, что я здесь, я побежала, перекинув лопату через плечо, готовая нанести удар. Огонь монстра прекратился, и он повернулся ко мне, опустив верхнюю часть тела, готовясь к прыжку. Я приостановила свое продвижение, крепче сжимая ручку.

Когда он прыгнул, я замахнулась.

Лопата с тошнотворным стуком ударила химеру по голове, сбив зверя на землю.

Мои руки дрожали, но я двинулась к нему и занесла лопату, чтобы ударить снова. Монстр выпрямился, и как только я отступила, чтобы замахнуться, он атаковал, сбив меня с ног. Я потеряла хватку за лопату, когда падала. Когти впились мне в грудь, когда зверь придавил меня к земле. Он разинул пасть, и я поняла, что произойдет дальше.

Я схватила кирку для копыт и воткнула ее в шею козла, прежде чем откатиться в сторону. Монстр вскрикнул, ужасный звук, который был чем-то средним между визгом козла и рычанием льва. От этого у меня заныли зубы и заслезились глаза. Я заткнула уши и отодвинулась от него.

Кирка для копыт все еще торчала из шеи химеры, но существо не отступало. Львиные лапы взметнулись назад, затем он опустился, змея зашипела, когда львинообразная задняя часть задвигалась, как кошка, готовящаяся к атаке.

Я потянулась за упавшей лопатой, но существо добралось до меня первым, массивные лапы опустились на мою повернутую спину. Оно повалило меня на землю, впиваясь когтями в мою кожу. Я вскрикнула, когда острая боль пронзила всю мою спину. Я никогда не чувствовала ничего подобного. Слезы потекли по моим щекам, и я захныкала, подтянув ноги к груди и закрыв голову руками.

Я приготовилась быть зажаренной заживо, свернувшись в жалкий плачущий комочек. Я была просто рада, что здесь никого не было, чтобы увидеть, как я потерпела неудачу.

Жар не наступал. Я сделала еще несколько вдохов, пока не успокоилась достаточно, чтобы опустить руки и открыть глаза. Монстр вернулся к скале, поджигая ее всем, что у него было.

Я вытянула ноги и повернулась, чтобы встать, но боль в спине вернулась к жизни. Я прикусила нижнюю губу, чтобы не закричать. Попробовав принять другое положение, я попыталась заставить себя подняться, но боль не давала мне пошевелиться.

Я не могла двигаться. Я собиралась умереть здесь. Истекая кровью в грязи. Я была бы смущена, если бы мне не было так больно.

Краем глаза я заметила движение, и вспышка надежды наполнила мою грудь. Ее быстро поглотил страх.

— Убирайся отсюда. Это слишком опасно. — Я не хотела, чтобы кого-то другого постигла та же участь, что и меня.

Лицо Лаэры появилось над моим. На скулах у нее были темные синяки, серебристые волосы растрепались, но глаза горели яростью. Она прижала указательный палец к губам, затем достала клинок из кармана на бедре. Я заметила, что в другой руке у нее тоже был кинжал.

Я заставила себя переместиться ровно настолько, чтобы видеть химеру, все еще сосредоточенную на своей задаче. Когда я снова повернулась к Лаэре, я прошептала.

— Убей ее.

Она усмехнулась, затем отошла от меня. Она двигалась как танцовщица. Как будто шла по воздуху. Бесшумно и грациозно. Химера даже не вздрогнула, когда она приблизилась.

Когда она нанесла удар, это было размытое пятно. Брызнула кровь, пламя погасло, существо взревело в агонии.

Затем появилась Лаэра, стоявшая над дрожащим телом упавшей химеры. Ее плечи быстро поднялись и опустились, когда она посмотрела вниз на монстра. Она была вся в крови.

Издав собственный рев, Лаэра снова атаковала, вонзая свой клинок в самые мягкие места зверя. Когда она закончила, существо не пошевелилось.

Лаэра вернула свои клинки в карманы на бедрах, затем подошла ко мне.

— Ты сможешь встать, если я помогу тебе?

— Да. — Мне было все равно, насколько это больно.

Лаэра схватила меня за запястья и потянула. Я закричала, когда боль распространилась из моей поврежденной спины и груди, распространяясь по всему телу. Я схватила ее за запястья, заставляя себя подняться. Она ни словом не обмолвилась о слезах или проклятиях, слетавших с моих губ.

Каким-то образом, когда перед глазами вспыхнули звезды, я оказалась на ногах. Я сделала несколько неуверенных шагов. Боль была сильной, но пока я двигалась не слишком быстро, я могла ходить.

— Тебе нужно будет это промыть, и тебе понадобится противоядие, если химера тебя укусила, — сказала Лаэра.

— Я не думаю, что он меня укусил, — ответила я.

— Это хорошо. — Лаэра вернулась к камню, затем погладила камень, медленно обходя его кругом. — Я не думаю, что он был поврежден. Огня Химеры, похоже, было недостаточно, чтобы разрушить камень или магию. Я все еще чувствую это.

— Ты можешь заставить его работать? — Спросила я.

Лаэра убрала руку с камня, затем посмотрела на меня.

— Нет.

Мое сердце ушло в пятки.

— Нет?

— Во всяком случае, не одна. Он так долго бездействовал, что искра погасла. Мне нужен другой маг, — ответила она.

— София? — Спросила я с надеждой.

— Я не думаю, что она достаточно сильна, — ответила Лаэра. — Мне бы понадобились Райвин или Ара, но они еще не вернулись.

— А как же твоя мать? — Предположила я.

Лаэра нахмурилась и, сделав несколько глубоких вдохов, кивнула.

— Я спрошу. — Она закрыла глаза и замерла так тихо, что я не была уверена, дышит ли она вообще.

Непреодолимое желание встряхнуть ее, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, охватило меня, пока я не вспомнила, что она сделала в храме. Это было волшебство. Она что-то с этим делала.

Она открыла глаза.

— Она придет. И она приведет Селену.

— Спасибо, — сказала я.

— Знаешь, это все равно может не сработать, — сказала она.

— Я знаю. Но мы должны попытаться, — ответила я.

— Он уже в пути, — добавила она. — Мой отец.

— Как далеко? — Спросила я.

Она покачала головой.

— Я не уверена. Он полностью блокировал меня, но теперь я немного справляюсь. Как будто все, что он использовал, чтобы не впускать меня, дает трещину.

— Будем надеяться, что скоро все окончательно развалится, — сказала я.

— Так и будет. — Ее голос звучал уверенно.

— Ты можешь проверить кого-нибудь с помощью своей магии? — Спросила я.

Она приподняла бровь, и я поняла, что переступила черту.

— Я не пытаюсь расспрашивать о твоей магии. Мне интересно, можешь ли ты проведать Ару.

Ее плечи опустились.

— Я не смогла найти ни ее, ни Райвина, ни даже оборотня.

— Надеюсь, с ней все в порядке, — сказала я.

— Она сильнее, чем ты думаешь, — ответила Лаэра. — Ты тоже.

— Надеюсь, это важно, — раздался резкий женский голос.

Мы обернулись и увидели Аспазию и Селену, выходящих из конюшни.

— Это важно если ты хочешь пережить предстоящее нападение, — сказала Лаэра.

Аспазия драматично вздохнула.

— Прекрасно.

— Здесь есть точка схождения с камнем-щитом. В саду есть еще одна. Нам нужно их включить, — сказала я. — Ты можешь помочь?

Аспазия медленно начала снимать браслеты со своих запястий. Она протянула их мне.

— Подержи это. Золото — неподходящий проводник для такого рода магии.

Я взяла украшение и подождала, пока она снимет тяжелое золотое ожерелье с шеи. Она протянула его мне, затем повернулась к дочери. — Давай покончим с этим. Ты прервала мой сон.

Селена последовала за королевой, и Лаэра повела их к камню. Я наблюдала, как три женщины-фейри образовали круг вокруг точки сближения. Они взялись за руки, затем все склонили головы, словно в молитве, и закрыли глаза.

Они молчали. Не было ни пения, ни танцев, о которых мы слышали из историй о том, как женщины иногда использовали магию. Но я знала, что они ее использовали. Мурашки пробежали по моим рукам, и холодок пробежал по спине. Воздух был на вкус как шторм, и что-то, казалось, гудело от энергии вокруг меня.

Вокруг нас свистел ветер, и волосы всех трех женщин взметнулись, как у кого-нибудь, оказавшегося слишком близко к молнии. Я сделала шаг назад, сердце бешено колотилось. Я была так близок к этому, что волосы у меня на руках встали дыбом.

Камень начал светиться. Яркий белый свет озарил камень, пока он не стал такого же яркого цвета, как звезды на небе. Он вспыхнул, и интенсивный свет заставил меня закрыть глаза от яркости. Я могла видеть свет сквозь опущенные веки, а потом он померк.

Осторожно я открыла глаза и увидела, что камень приобрел теплое золотистое сияние. Я не была уверена, то ли мне почудилось, то ли я действительно чувствовала вибрацию камня с того места, где стояла.

Женщины отпустили руки друг друга и опустили руки по швам.

— Похоже, это работает, — прокомментировала Аспазия.

— Спасибо, — сказала я.

Она пригладила волосы, затем проделала то же самое со своим зеленым пеплосом.

— Ты подержишь мое украшение, пока мы не зарядим второй.

Это был не вопрос, это был приказ. Я ощетинилась, сопротивляясь желанию напомнить ей, что я тоже королева. Вместо этого я мило улыбнулась. Нам нужна была ее помощь.

— Конечно.

— Мы включим следующий и встретимся с тобой во дворце, — предложила Лаэра. — Прибыли Фивы.

— Ты не обязана доверять мне, — сказала я, не скрывая своего разочарования. — Ты можешь остаться здесь и подождать фейри, если хочешь рискнуть.

— Однажды мы уже победили фейри. Мы сделаем это снова, — сказала женщина через щель в двери.

— Это была приманка. Разве ты не понимаешь? Они собираются вернуться со всеми своими силами. — Я устала спорить с людьми, у которых не было чувства самосохранения. Софии повезло гораздо больше, чем мне. Почти все, кого она уговорила уехать, взвалили свои пожитки на спины и направились ко дворцу. Тем временем в меня дважды плюнули, и перед моим носом захлопнули дверь.

— Хорошо. Оставайся здесь. Мне все равно, что ты будешь делать. — Я повернулась и зашагала к следующему дому, надеясь, что мне повезет больше.

Дверь открылась до моего прихода, и оттуда выглянула робкая женщина.

— Это правда? Все эвакуируются во дворец?

— Да, — подтвердила я. — Пожалуйста, пожалуйста, просто уходи. Даже если я ошибаюсь, худшее, что может случиться, это то, что ты вернешься домой через пару дней.

— У меня есть дети, — сказала она.

— Приведи их. И возьми только то, что сможешь унести. Там мало места, — ответила я.

— Хорошо. Мы просто пойдем на территорию дворца?

— Да, там будут ждать тебя. — Узел в моей груди ослаб. Наконец-то кто-то собирался меня выслушать.

Внезапно она взвизгнула и захлопнула передо мной дверь. Я от неожиданности отскочила назад, столкнувшись с чем-то позади себя.

Я быстро обернулась и обнаружила, что Бахар смотрит на меня сверху вниз.

— Почему ты здесь без сопровождения? Где твоя охрана?

Я скрестила руки на груди.

— Я способна позаботиться о себе сама.

— Нет, это не так. Я спрашивал о тебе. Ты не обучена владению оружием, не владеешь боевыми навыками. Не обучена дипломатии. Ничего. Ты хочешь, чтобы тебя убили.

— Ну, когда ты так говоришь… — Я почувствовала, как запылали мои щеки. Я не могла точно оспорить тот факт, что меня учили соблазнять и лгать, чтобы получить то, что я хотела. Я уверена, что это не то, что кто-то хочет услышать от своей будущей жены.

Я посмотрела на закрытую дверь позади меня, затем снова на него. — Ты напугал ту женщину. Я пыталась ей помочь.

Он закатил глаза, затем постучал в дверь. К моему удивлению, она приоткрылась. Женщина взвизгнула, увидев Бахара.

— Приношу свои извинения, добрая леди. Я прибыл, чтобы сопровождать мою будущую невесту в ее делах по оказанию помощи ее народу. — Он склонил голову, словно приветствуя члена королевской семьи.

Щеки женщины покраснели, и я сжала руки в кулаки, когда вспыхнула ревность. Я быстро отогнала это, ненавидя то, как глупо я на него отреагировала.

Она открыла дверь шире.

— Мы уйдем отсюда как можно скорее.

— Спасибо. — Я выдавила улыбку, ненавидя себя за то, что злилась на нее за то, как она смотрела на Бахара.

Она закрыла дверь, и я снова обратила свое внимание на Короля-Дракона.

— Почему ты здесь?

— Я пришел по вашей просьбе, — ответил он.

Я направилась к следующему дому.

— Я имею в виду, почему ты в городе, а не во дворце?

— Я пришел за тобой, и я нашел тебя, — сказал он.

Я заметила нескольких человек, выглядывающих из окон или дверей и наблюдающих за королем.

— Прекрасно. Но тебе нужно держаться подальше. Ты пугаешь людей.

— До тех пор, пока я знаю, что ты здесь не одна, — ответил он.

Я посмотрела туда, где София разговаривала с семьей через дорогу, проверяя, все ли у нее в порядке, прежде чем перейти в следующий дом. Мы уже обследовали большую часть города и заручились помощью нескольких жрецов, чтобы осмотреть другие районы. Мы скоро закончим. Мой желудок сжался в предвкушении того, что произойдет, когда мы вернемся во дворец.

Я отогнала эту мысль подальше и подошла к следующему дому, постучав, прежде чем смогла еще раз подумать о своей предстоящей свадьбе.

Кости загремели и затряслись, рассыпавшись по земле, когда что-то появилось из их груды в задней части пещеры.

Фигура принадлежала мужчине. Он был в три раза больше меня, но все еще имел форму человека. Я послал в воздух шар света, и он осветил пространство достаточно, чтобы я мог рассмотреть его получше.

— Черт, — прорычал Вант.

— Перекидывайся. Сейчас, — прошипел я, потянувшись за тенями.

Циклоп взревел, изо рта у него полетела слюна. Я сморщил нос от запаха гниющей плоти, исходившего от монстра, когда он неуклюже двинулся вперед, вытянув руки.

— Я не могу перекинуться, — процедил Вант сквозь стиснутые зубы.

Мои тени тоже не реагировали.

— У меня нет моей магии.

Вант подошел на шаг ближе, так что оказался рядом со мной, затем расправил плечи.

— Тогда мы убьем его сталью.

Сжав челюсти, я кивнул. Мы атаковали монстра, обнажив оружие.

Циклоп рассмеялся, послав в нашу сторону еще больше зловонного дыхания. Я нырнул под массивную руку как раз перед тем, как она смогла ударить меня, затем развернулся, умудрившись нанести удар по икре монстра.

Он взвыл, затем ударил меня снова. на этот раз его рука, которая была размером почти с меня, отправила меня в полет через пещеру. Моя спина ударилась о стену, затем голова с треском ударилась голова. Мне удалось удержать оружие, но встать на ноги потребовало усилий. Я моргнул, пытаясь прояснить затуманенное зрение.

Мне потребовалось мгновение, чтобы успокоиться, зная, что я не смогу атаковать, если не смогу ясно видеть. Вант атаковал монстра, ударив его ножом, затем быстро двигался, заставляя циклопа крутиться кругами, чтобы поймать быстроногого оборотня.

Это было похоже на наблюдение за кошкой, играющей с мышью. Я с трудом сглотнула при этой мысли, зная, что в конце концов мышь редко побеждает.

Я вернулся в бой, пригнувшись за циклопом напротив Ванта. Я полоснул монстра по лодыжке, пытаясь повалить монстра. Он взревел от боли, но, к моему удивлению, не повернулся ко мне. Вместо этого он схватил Ванта, затем вытащил меч из руки оборотня, прежде чем бросить на землю. Вант закричал, когда циклоп сжал его.

Я снова вонзил свой меч ему в лодыжку, войдя так глубоко, как только мог. Циклоп взвыл и выронил Ванта. Оборотень приземлился на каменистую землю, как брошенная детская игрушка. Он не двигался.

Мой меч застрял, и прежде чем я успел вытащить его, монстр схватил меня. Я шипел проклятия, пытаясь освободиться. Если бы у меня была моя магия, этот зверь был бы уже мертв.

Один огромный глаз уставился на меня сверху вниз, и я оказался лицом к лицу с гнилостным дыханием монстра. Он обнажил свои гнилые зубы, и я увидел их остроту. Это были зубы хищника, достаточно острые, чтобы вгрызаться в плоть.

— Отпусти меня, — потребовал я.

Циклоп рассмеялся. — Ты приходишь в мой дом, нападаешь на меня и хочешь, чтобы я тебя освободил?

— Ты первый набросился на нас, — напомнил я ему.

— Все, что попадает в мой дом, становится моим обедом, — прорычал он.

— Мы здесь не ради тебя. Мы здесь из-за волшебницы, — признался я.

— Как ты думаешь, чего добивались все те, кто был до тебя?

— Мне нужно ее увидеть. — Мне нужно было разговорить его. Должен был быть способ отсрочить мой конец. Способ выпутаться из этого.

Я продолжал нащупывать свою магию, пытаясь найти даже самую маленькую ниточку. Куда она делась? Как она могла просто исчезнуть?

— Тебя не хватит даже на полноценный обед. — Он нахмурился, совершенно разочарованный тем, что я не достаточно крупный.

Я попытался использовать магию Ары, надеясь, что смогу ее найти. Она могла общаться с морскими чудовищами, ведь наверняка было что-то, что она могла бы сделать с таким чудовищем, как это?

Ничего не произошло.

— Полагаю, я мог бы припасти тебя на случай, если кто-нибудь придет тебя искать, — сказал он. — Еще несколько штук твоего размера смогут насытить меня.

Его рука сжалась вокруг меня, сдавливая так, что я не мог дышать. Мои руки были прижаты к бокам, так что я не мог схватить его. Я попытался вырваться из его объятий, но моя сила была ничем по сравнению с его. Я услышал, как хрустнули мои ребра, прежде чем боль пронзила мою грудь. Он собирался прикончить меня прямо здесь.

Я потерпел неудачу.

От боли мое зрение померкло, но мои мысли обратились к Аре. Она рассчитывала на меня. Она была с моей матерью, сражаясь за свою собственную жизнь. Она не собиралась сдаваться. Я знал это.

Все закончится не так. Я не собирался умирать здесь и никогда больше не держать Ару в своих объятиях.

Я наклонился и укусил циклопа за руку.

Он закричал и уронил меня. Я ударился о землю, затем все потемнело.

Звука волн, разбивающихся о берег, было недостаточно, чтобы помочь мне обрести утешение. Прошло два дня с тех пор, как Никс оставила меня с Дионом, и я изо всех сил сдерживалась, чтобы не реквизировать корабль для возвращения на Атос.

Я уставилась на воду, надеясь найти хоть какое-то утешение в пене, выбрасываемой на берег. Было темно, океан передо мной казался бесконечным черным простором. Сегодня ночью луны не было, что делало ее еще более зловещей, чем обычно.

Я обернулась, чтобы увидеть пройденный мной путь, все еще освещенный сверкающими огнями фейри, которые Дион оставил, чтобы осветить путь богине. По крайней мере, он сказал, что именно поэтому освещал тропинку. Я подумала, не потому ли это, что прошлой ночью я пересекла тропу в темноте, чтобы немного отдохнуть у воды.

В другой жизни мне, возможно, понравилось бы жить на этом острове. Это, безусловно, было бы лучше, чем служить в храме. Менады Диона избегали меня, но когда я видела их, они казались счастливыми. Я заставала их за садоводством, рисованием и купанием в реке. Они не тратили все свое время на служение богу. Казалось, они делали это потому, что сами этого хотели.

Хотя я знала, что есть вещи, в которые я не посвящена, и я не была настолько глупа, чтобы думать, что репутация Диона была ложной. Если я чему-то и научилась за время, проведенное с фейри и богами, так это тому, что репутацию можно заслужить. И ее редко раздували.

— Я так и думал, что смогу найти тебя здесь, внизу.

— Только не говори мне, что ты умеешь читать мысли, — сказала я Диону, когда он ступил на мягкий песок.

Он приподнял бровь.

— Ты думала обо мне, не так ли?

— О том, насколько твой остров отличается от того, каким я его себе представляла, — призналась я.

— Ты тоже не такая, какой я тебя представлял, — сказал он.

Никто из нас не предложил продолжения, и я не думаю, что кто-то из нас хотел этого. Он долго стоял рядом со мной, глядя в темное море. Наконец, он заговорил.

— Она вернулась. Она послала меня найти тебя.

Я кивнула, не отрывая взгляда от моря.

— На этот раз она будет давить на тебя сильнее, — предупредил он.

— Это последнее испытание. Последние несколько дней я провела, представляя все ужасные способы, которыми она могла бы мучить меня для собственного развлечения.

— Знаешь, истории о ней правдивы.

— Я знаю. — Я взглянула на Диона, ненавидя то, что выражение его лица не скрывало озабоченности.

— Ты знаешь, что это нормально — делать то, что лучше для тебя? Позволить себе быть счастливой? Позволить себе жить, — сказал он.

— Я не уверена, что знаю, как это сделать, — призналась я.

— Все, что ты делала, было храбрым поступком, в этом нет никаких сомнений. Но задумывалась ли ты когда-нибудь, сделают ли люди, ради которых ты продолжаешь жертвовать собой, то же самое для тебя? Заслуживают ли они того, что ты для них делаешь?

— Я не могу позволить себе задавать эти вопросы, — сказала я.

— Ты должна. Ты всегда должна задавать эти вопросы. Потому что все остальные всегда задают их, — ответил он.

— Единственный вопрос, который я задаю, — смогу ли я жить в мире с самой собой, если не помогу.

— Ты слишком хороша для любого из них, — сказал он со вздохом. — Пойдем, она ждет.

Неохотно я последовала за ним обратно в дом.

Никс ждала снаружи, держа в руке бокал вина.

— Он выбрал бы ее, даже если бы они не были парой, — внезапно сказал Дион.

Я взглянула на бога, нахмурив брови.

— Я не спрашивала твоего мнения, — ответила Никс. — И уж точно ты мне здесь сейчас не нужен. Можешь идти.

Дион сжал мое плечо.

— Помни, что я сказал. — Он ушел в свой дом, оставив меня наедине с богиней ночи.

— Так вот в чем дело на самом деле? — Спросила я. — Не люди или то, как они относились к тебе, а тот факт, что ты считаешь меня недостаточно хорошей для твоего сына?

— Это может быть связано не только с чем-то одним, — ответила она.

— Я вытащила тебя из тюрьмы ради него, — напомнил я ей.

— А потом он забрал твою магию. Почему ты не хочешь отомстить ему? — спросила она. — Ты могла бы оставить его и найти кого-нибудь другого, или пойти трахаться с Дионом или найти какого-нибудь человека, который удовлетворит твои потребности.

Я сморщила нос.

— Я с твоим сыном не из-за моих потребностей. — Ну, не только это, но я не собиралась ей этого объяснять.

— Это мы еще посмотрим. — Она протянула стакан. — Пей.

— Что это? — спросила я.

— Твое третье испытание, — сказала она.

Я подошла к ней и взяла стакан. Я согласилась на условия, так что не могла отказаться. Если бы она хотела моей смерти, она бы уже сделала это. Или, может быть, так оно и было. Она ясно дала понять, что собирается попытаться устранить меня с помощью каждого из испытаний.

— А теперь продолжай, — подбодрила она.

— Могу я попросить тебя об одолжении? — Спросила я, поднося стакан к губам.

Она приподняла бровь и уклончиво пожала плечами.

— Если я не выживу, скажи Райвину правду. Расскажи ему, что со мной случилось и какую роль ты в этом сыграла. — Я не сводила с нее глаз, ожидая, что она вздрогнет.

Вместо этого она ухмыльнулась. — Скажи ему сама, когда увидишь в следующий раз.

Я попытался скрыть свое замешательство.

— А теперь хватит откладывать. Я бы хотела покончить с тобой. — Она наклонила голову, опустив глаза на бокал. — Выпей все это.

На данный момент я сталкивалась со смертью больше раз, чем могла вспомнить, что это было на сей раз? Изображая большую храбрость, чем была на самом деле, я сделала робкий глоток. Когда ничего не произошло, я сделала еще глоток. Затем несколькими большими глотками выпила остаток в бокале.

Никс взяла стакан у меня из рук и отшвырнула его в сторону.

— Пора идти.

Земля была неустойчивой, мир слегка наклонялся. Она то входила в фокус, то выходила из него.

Она подняла руки, и вокруг нее поднялись облака тьмы. Они обвились вокруг меня, удерживая, как комок мягкой ткани. Я чувствовала себя невесомой, но не была уверена, было ли это из-за ее магии или из-за вина.

Как раз в тот момент, когда я почти наслаждалась ощущением мягкого покачивания теней Никс, они рассеялись. Я знала, что нахожусь на твердой земле, хотя меня шатало и я изо всех сил старалась удержаться в вертикальном положении.

— Это действует быстрее, чем я ожидала, — сказала Никс. — Возможно, я неправильно рассчитала дозировку.

Ее слова едва дошли до меня, когда я в шоке уставилась на портал в центре лабиринта.

— Мы на Коносе.

— Там, где мы впервые встретились, — сказала она. — Ну, по крайней мере, там, где ты впервые увидела меня такой, какая я есть. Истощенная версия в тюрьме никогда не чувствовала себя такой, как я.

— Что мы здесь делаем? — У меня отнялся язык.

— Я даю тебе выбор, — сказала Никс. — Я видела, как ты предпочла своих людей сестрам, но это была ситуация, которая позволила тебе жить как герою. Тебя бы почитали, любили, и ты обладала бы еще большей властью в качестве новой королевы на Атосе.

— Ты думаешь, я поэтому это сделала? — Я уставилась на нее, не веря своим ушам.

— Конечно. Это не доказывало, что ты была готова спасти свой город. Это доказывало, что ты ценила собственную жизнь.

— Все было не так. — У меня перехватило горло, когда я вспомнила, каково мне было, когда я думала, что моих сестер больше нет. Я не была уверена, что дожила бы до того, чтобы претендовать на этот титул.

— Это не имеет значения. Я больше не повторю эту ошибку, — сказала она. — На этот раз ты можешь выбрать себя или свою пару.

Мои глаза расширились.

— Что ты с ним сделала?

— Я ничего не делала. Но он все равно при смерти. Тебе дали яд замедленного действия. У тебя есть некоторое время, прежде чем твое тело начнет отказывать.

— Что? — Мой пульс участился.

— Этот портал может перенести тебя на поля зархонии в Телосе, где ты найдешь лекарство, съев цветы. Или ты можешь перенестись туда, где Райвин приближается к своему последнему вздоху. Ты не можешь сделать и то, и другое, — сказала она.

— Ты действительно чудовище. Твой собственный сын?

— Что будешь делать, принцесса Атоса? — спросила она, и от улыбки на ее губах мне стало дурно.

— Райвин. — Не было никаких колебаний. Никаких раздумий. Не нужно тратить время на раздумья. — Доставь меня туда, сейчас же.

Она приподняла бровь.

— Там, где он находится, нет портала, который доставил бы тебя на Телос. И к тому времени, никакие цветы зархонии не спасут тебя.

— Знаешь, почему ты так сильно ненавидишь людей? — огрызнулась я. — Это потому, что ты не умеешь любить. Вы не можете даже начать понимать, что наши хрупкие маленькие жизни, возможно, стоят того, потому что мы можем находить красоту и радость в мелочах и в людях вокруг нас. Ты не заслуживаешь храма, который они строят в твою честь на Афоне. Я надеюсь, что они забудут тебя, и ты исчезнешь вместе со всеми другими древними богами, которых никто не сможет вспомнить.

— Это было бы нечто, не так ли? Жаль, что тебя не будет рядом, чтобы увидеть, как это произойдет. — Она толкнула меня в портал.

Я провалилась в темноту, приземлившись на четвереньки. Что-то острое впилось мне в ладонь, и я отпрянула, когда поняла, что это осколок кости. Очень медленно я встала, пытаясь сориентироваться в происходящем перед глазами.

Помещение, в котором я находилась, было тускло освещено, и от зловония у меня скрутило живот. Я была у входа в пещеру, единственный свет исходил из-за моей спины, где у входа потрескивал костер.

Осторожно я повернулась, изо всех сил стараясь двигаться медленно и бесшумно. Я стояла на куче костей, и каждый раз, когда они двигались, я замирала, надеясь, что не производила слишком много шума.

Затем я увидела их. Райвин и Вант оба висели на стене, связанные, как насекомые в паутине.

Я даже не пыталась вести себя тихо, когда мчалась к ним. Их глаза были закрыты, но дыхание было ровным. Я потянулась к Райвину, легонько встряхивая его.

— Райвин, очнись.

Он нахмурился и застонал. Я издала крик облегчения, удивив саму себя этим звуком. Райвин открыл глаза, затем прищурился, как будто ему было больно держать их открытыми.

— Aра? — Его голос был хриплым.

— Слава богам, ты все еще жив. Я собираюсь вытащить вас двоих отсюда. — Я потрясла Ванта. — Просыпайся, давай. Просыпайся.

— Aра? — Вант был так же слаб, как и Райвин.

— Я здесь, я собираюсь снять вас обоих. — Я начала распутывать узлы, удерживающие Райвина у стены.

— Тебе нужно убираться отсюда, — сказал Райвин. — Пожалуйста, уходи. Пока он не вернулся.

— Пока кто не вернется? — Мне было любопытно, но я ни за что не собиралась оставлять их в этой пещере.

— Циклоп, — ответил Райвин.

Мои руки на мгновение замерли, воспринимая новую информацию. Циклоп. Они были невероятно сильны, и их было чрезвычайно трудно убить. Они были одними из любимых творений богов. Чрезвычайно искусные в изготовлении оружия, они были наделены способностями к выживанию, которыми люди определенно не обладали.

Я вернулась к развязыванию узлов. — Тогда нам лучше поторопиться, пока он не вернулся.

Я закончила развязывать Райвина, и он отлетел от стены, тяжело приземлившись.

— Извини! — Я поспешила помочь ему подняться, затем обратила свое внимание на оборотня.

— Вы двое идите, не тратьте на меня время, — сказал Вант.

— Ты же знаешь, что я так не поступлю, — сказала я.

— Как ты здесь очутилась? — Спросил Райвин, двигаясь рядом со мной, чтобы помочь с другими узлами. По крайней мере, он выглядел относительно здоровым.

— Твоя мать послала меня помочь тебе, — сказала я, немного изменив правду, чтобы не беспокоить его. Если мы выберемся отсюда целыми и невредимыми, я смогу попрощаться и объяснить больше.

— Она лжет тебе, — сказал Вант.

— Я знаю, — согласился Райвин.

Я промолчала и закончила последний узел на боку, позволив Ванту упасть со стены. Он приземлился более грациозно, чем Райвин. Оборотень потер руки там, где веревки оставили красные следы.

— Нам нужно убираться отсюда.

— Мы должны найти волшебницу, — сказал Райвин. — И я не думаю, что ее ручной циклоп позволит нам добраться до нее, если он все еще дышит.

Вант наклонился и поднял длинную кость, которая, вероятно, была ногой.

— Глаз — единственное слабое место.

— Как нам добраться до него? Я не могу использовать свои тени, — сказал Райвин.

Меня охватило чувство вины.

— Это моя вина? Я использовала их.

— Нет, здесь что-то препятствует магии, — пояснил он.

Я направилась ко входу. Огонь все еще потрескивал, и я заметила, что над ним установлен массивный вертел для запекания. Он был достаточно большим, чтобы вместить человека. У меня по спине пробежал холодок. Он готовился съесть моих друзей.

— Куда ты идешь? — Спросил Райвин.

— У меня есть идея. — Я вышла из пещеры, Райвин и Вант последовали за мной. Мои шаги были немного неровными, и мир вокруг меня закружился. Я знала, что не смогу наилучшим образом справиться с этой задачей.

— Вы оба нужны мне там, наверху. — Я указала на скалистый вход в пещеру. — Когда он прибудет, ты набросишься на него.

— Что ты собираешься делать? — Спросил Райвин.

— Я приманка.

Я ждала возле пещеры, спрятавшись за большим кустом, который по большей части скрывал меня от посторонних глаз. Учитывая запах, доносящийся из пещеры, и тот факт, что циклопу редко бросают вызов, я надеялась, что он не сможет обнаружить меня, пока я не буду готова.

Мне казалось, что я жду там целую вечность. Я становилась беспокойной, переминалась с ноги на ногу, время от времени давая себе передышку, чтобы закрыть глаза и отдохнуть от вращения. У меня скрутило живот, и я начала потеть. Действие яда усиливалось. Я не была уверена, сколько у меня осталось времени.

Несколько раз мне хотелось покинуть свое место и проверить, как там Райвин и Вант, но я не могла рисковать, выдавая кого-либо из нас. Наконец, я услышала безошибочный звук неуклюжего движения существа. Как я и надеялась, циклопа не волновало, что кто-то знает об этом. По крайней мере, это означало, что он, вероятно, был худшим монстром в округе. Будем надеяться, что он был единственным, кто охранял волшебницу.

Тяжелые шаги приближались, и я приготовилась к тому, что меня поймают. Тяжело сглотнув, я попыталась убедить себя, что со мной все будет в порядке. Что волны тошноты не отвлекали. Что мне не нужна была неподвижная земля, чтобы выполнить свою задачу.

Монстр остановился перед своим костром, подбросил в него немного дров, прежде чем разжечь. Затем он направился к своей пещере.

Я пошевелилась, заставив кустарник зашуршать. Я переместилась так, чтобы большая часть меня была открыта, затем снова нырнула за куст, как будто отчаянно хотела остаться вне поля зрения.

Я больше не могла видеть монстра, но услышала приближающиеся шаги.

— Кто посмел прийти в мой дом? Ты здесь ради своих друзей? Я надеялся, что мне достанется еще парочка таких, как вы, на ужин, — крикнул циклоп.

Я сжала руки в кулаки и приготовилась. Я знала, что, возможно, для меня это все, но у меня и так было мало время.

Издав, как я надеялась, правдоподобный испуганный крик, я побежала. Монстр рассмеялся, бросаясь в погоню.

Я бежала, пока не заняла нужное место, затем остановилась и уставилась на циклопа. Страх на моем лице не был фальшивым. Он возвышался надо мной, его кулаки были больше моей головы. Гигантский глаз был прикован ко мне, и он ухмыльнулся мне, выражение его лица было полно голодной злобы. У него уже текла слюна, и я могла видеть острые кончики его гнилых зубов.

— Пожалуйста, — взмолилась я. — Пожалуйста, не ешь меня.

Он протянул ко мне массивную руку, и я напряглась, готовясь к тому, что меня схватят. Вместо этого он взревел и отбросил от меня руки, дико размахивая ими, пытаясь сбросить двух мужчин со своей спины.

Райвин и Вант держались изо всех сил, пока Вант взбирался на плечи монстра. Он наклонился вперед, готовясь нанести удар, в то время как Райвин тыкал клинком в циклопа каждый раз, когда его руки оказывались слишком близко к оборотню.

Я отвернулась как раз в тот момент, когда Вант всадил кость в глаз монстра. Когда я оглянулась, то увидела, как он пронзает своим мечом уже поврежденный глаз. Кость торчала наружу, выглядя невероятно маленькой в массивном глазном яблоке, но лезвие вошло по всей длине.

Циклоп закричал, и этот звук заставил меня зажать уши. Райвин и Вант теперь атаковали монстра, целясь ему в шею, в то время как циклоп пытался прикрыть свой поврежденный глаз.

Я не могла смотреть. Я убивала людей, но это было жестоко. Монстр был таким большим, что это тянулся долго. Но потом я напомнила себе, что он планировал съесть меня.

Когда я открыла глаза, то увидела, что рот циклопа приоткрылся. Он покачнулся, затем начал падать, как дерево, срубленное топором.

Райвин и Вант спрыгнули с его плеч, приземлившись в грязь неподалеку. Мы все уставились на монстра, словно ожидая, что он поднимется и снова бросится на нас.

— Я думаю, он мертв, — сказал Вант.

Райвин вернул свое оружие в ножны, затем обошел упавшего монстра, чтобы добраться до меня. Он притянул меня в свои объятия, и я расслабилась, не чувствуя ничего, кроме облегчения от того, что спасла его. Не имело значения, даже если это стоило мне моей собственной жизни. Он продолжит жить, и этого будет достаточно.

Над головой прогрохотал гром, и я почувствовала первую каплю дождя на своей руке. Инстинктивно я посмотрела на небо, но из-за надвигающейся грозы звезд там не было. Капли дождя падали все чаще, заставляя огонь мерцать и шипеть.

— Нам следует зайти внутрь, — предложил Вант.

Райвин продолжал обнимать меня, когда мы вошли в пещеру, что помогло мне казаться более устойчивой, чем было на самом деле. Однако мои руки дрожали, и мне было одновременно слишком жарко и слишком холодно. Но он был жив, даже если я не собиралась оставаться в живых еще долго.

— Ты думаешь, вход находится где-то здесь? — Спросил Вант, уже осматривая стены.

— Возможно. — Райвин отодвинулся от меня и послал несколько волшебных огоньков в пространство, делая его ярче, как будто мы были на улице под полуденным солнцем.

Стены были забрызганы темной засохшей кровью, а каждый кусочек пола был усеян костями. Как давно люди начали приходить сюда и стали пищей для этого монстра? Я даже не знала, что эта волшебница существовала до этого, но, должно быть, за эти годы к ней приходило много людей. Как это сделал Король фейри? Прийти сюда и как-нибудь умилостивить циклопа, чтобы он смог встретиться с колдуньей? Или она пошла к нему?

Я осторожно пробиралась между грудами костей, стараясь не слишком задумываться о том, сколько людей погибло, чтобы оставить после себя такое количество останков.

Мы осматривали стены, проводя кончиками пальцев по камню в поисках каких-либо признаков расширения или потайных ходов. Продвигаясь вперед, я заметила дуновение ветерка, которому здесь не место. Как будто кто-то дул на меня.

Опустившись на колени, я нашла источник и провела пальцами перед маленьким отверстием. Грязь упала, когда я провела по ней пальцами, пытаясь определить, может ли это быть чем-то важным.

Внезапно в комнате раздался грохот.

— Что происходит? — Позвал Вант.

— Кажется, я что-то натворила, — я встала и отошла от стены, наткнувшись на Райвина, который уже подошел туда, где была я.

В стене появилась щель, когда открылась дверь.

— Хорошая находка, Ара, — похвалил Райвин.

— Будем надеяться, что она дома, — ответила я.

Я приготовилась к следующему туннелю, но была удивлена, обнаружив открытое пространство, окруженное высокими скалами. Что-то вроде скрытой открытой пещеры, зарытой в камнях. Земля была покрыта сочной травой и благоухающими цветами. Дул теплый ветерок, принося аромат соли, смешанный с яркими цветами.

— Что это за место? — Я с благоговением огляделась. Это был оазис, рай, скрытый от посторонних глаз.

Это было небольшое помещение, но его хватило бы для небольшого дома, не больше лачуг, выстроившихся вдоль самых бедных районов Афона. Снаружи здания на скамейке сидела женщина, одетая в струящуюся белую ткань. У нее были длинные темные волосы и такой бледный цвет лица, что я задался вопросом, была ли она вообще здесь. С таким же успехом она могла бы быть призраком.

— Никто из вас не должен был здесь находиться. — Женщина встала, ткань ее платья колыхалась на ветру. Явление, которое я уже однажды наблюдала.

— Ты волшебница? — Спросила я, не веря своим ушам.

Судьба улыбнулась, ее рот был полон черных зубов. Я вздрогнула и сделала шаг назад.

Морта всегда была пугающей, но по сравнению с этой судьбой, она была теплой и гостеприимной. Эта судьба излучала смерть и разрушение. Я чувствовала это и знала, что дело не только в том, что я стучалась в дверь Подземного Мира, пока мы стояли здесь.

— Тебе не позволено принимать чью-либо сторону, Нона. Зачем тебе давать моему отцу нечто, обладающее такой властью? — Спросил Райвин.

— Почему Морта помогала тебе множество раз, принц Тьмы? Судьба подошла на шаг ближе, устремив на меня свои темные глаза. Хотя она не казалась слепой, как ее сестра, у нее был такой же проницательный взгляд, как будто она смотрела сквозь меня.

— Морта никогда не помогала одной стороне. Она давала мне советы, в основном в форме загадок, но никогда никаких подарков. Ничего, что могло бы изменить мой путь.

— За исключением того, что сохранила жизнь этой. — Она указала на меня узловатым пальцем. — Ей суждено было умереть.

— Значит, это твое возмездие за это? — Спросил Райвин. — Если это так, вымещай это на мне, а не на всем Атосе и Дракусе. Мой отец не заслуживает тех подарков, которые ты ему преподнесла.

— Все это больше не имеет значения, — сказала Нона. — Ара обманула нас в последний раз. Она окажется в Подземном мире раньше, чем кто-либо из вас покинет этот остров.

Райвин вытащил свой меч.

— Угрожать моей паре было неправильным шагом.

— Нет, подожди. — Я выбежала перед ним, встав между Райвином и Ноной. — Она мне не угрожает. Она говорит тебе правду.

Райвин опустил оружие.

— О чем ты говоришь?

— Ара, о чем ты говоришь? — Спросил Вант.

Нона наблюдала за нами с озорной улыбкой на губах. Я отвернулась от нее, не желая видеть веселое выражение ее лица.

— Это было последним испытанием от Никс. Она отравила меня.

Руки Райвина в мгновение ока оказались на моих щеках. Он приподнял мое лицо, так что я заглянула в серебристые глубины его глаз.

— Нет. Это невозможно. Ты в порядке. Ты здесь, ты разговариваешь с нами, ты спасла нас в пещере.

Я положила свои руки поверх его и боролась с подступающими слезами.

— Я сделала выбор. Я могла сходить за противоядием или спасти тебя.

— Нет. — Райвин прижался своим лбом к моему, и я почувствовала его теплое дыхание на своем лице. — Пожалуйста, скажи мне, что это какая-то темная ложь. Пожалуйста, скажи мне, что это неправда.

— Мне так жаль. — Слезы катились по моим щекам. — Я не могла позволить тебе умереть.

— Я умру без тебя, — сказал он.

— Нет, ты не сделаешь этого. Ты обещал мне, что позаботишься о моей семье. Ты обещал, что позаботишься об Атосе, — сказала я, внезапно вспомнив, что он мне сказал. Когда я делала свой выбор, ничего из этого не приходило мне в голову, но теперь, когда я была здесь, я вспомнила все, что мы когда-либо говорили. Все наши украденные моменты, все то время, когда мы были вместе. Оно было слишком коротким, но я бы ни на что его не променяла.

— Действительно трогательно, — произнес новый голос.

Я обернулась и увидела другую женщину, стоящую рядом с Ноной. У нее были такие же темные волосы и мертвенный цвет лица. Ее холодные зеленые глаза напомнили мне первые ростки весны.

Райвин схватил меня, толкая за спину.

— Ты не можешь получить ее. Это дело рук Никс. Еще не пришло ее время.

— Давным-давно пришло ее время, принц.

Вант выхватил оружие и встал рядом с Райвином.

— Морта режет, а не ты, Десима.

— Морта была скомпрометирована, — ответила Десима. — Предполагалось, что Ара покинет этот мир, как только войдет в него. У нее и так было больше времени, чем следовало.

— Где Морта? — Потребовал Райвин. — Позови ее сюда. Я знаю, что вы двое можете это сделать. Приведите ее сюда сейчас же.

Я кладу руку на плечо Райвина.

— Все будет хорошо.

— Это произойдет, как только я удостоверюсь, что твоя нить не может быть перерезана, — сказал он.

Раздался хлопающий звук, и на мгновение пространство рядом с Десимой расплылось. Я думала, может быть, мне все это почудилось, пока не увидела, как Морта материализуется рядом со своей сестрой.

— Так много людей выкрикивают мое имя, — сказала она, подплывая к нам.

— Ты не можешь заполучить ее, — защищающим тоном сказал Райвин.

Морта нахмурилась, и у меня возникло ощущение, что она хотела что-то сказать, но сдерживалась.

Райвин и Вант оба встали передо мной, и я протиснулась сквозь них.

— Ты не можешь бороться с судьбой. — Я повернулась к ним лицом, затем взяла Райвина за руку. — Я сделала свой выбор. Ты не можешь сказать мне, что не сделал бы то же самое.

— Я не смогу сделать это без тебя, — сказал он.

— Ты сможешь. Ты должен. — Я потянулась и взяла Ванта за руку. — Вы двое закончите это дело, и тогда вы оба обретете счастье.

По щеке Райвина скатилась слеза, и он быстро смахнул ее. Я отпустила их руки, затем повернулась лицом к судьбе, сосредоточив свое внимание на Ноне.

— Ты уберешь всю дополнительную силу, которой наделила Короля фейри.

Сестры Ноны уставились на нее.

— Что ты сделала? — Спросила Десима.

— То, что должна была, — прошипела Нона. — Мне надоело быть орудием в руках богов. Я хочу контролировать свою судьбу, а не только судьбу всех остальных.

— Значит, ты отдала власть сумасшедшему? — Спросила Десима.

— Вы лучше нас знаете, каким будет результат, — сказала Морта.

— Это единственный путь, который может дать нам силу, которой мы заслуживаем, — парировала она.

— Ты меняешь одного мастера на другого, — огрызнулась Десима. — Король фейри не делится властью.

— Он украл магию своей пары и похоронил ее в подземной тюрьме, — объяснила Морта. — Он с радостью пожертвовал бы своими собственными детьми. И ты думаешь, что будешь той, кто выстоит против него?

— Он использует тебя, идиотка, — выплюнула Десима.

— Они все используют нас, — прорычала Нона. — Мы можем победить его. Вместе.

— Не с той силой, которую ты ему дала. — Я отстранилась от Райвина. — Мы были там. Мы видели, какой властью он обладает. Как ты думаешь, что произойдет, когда он заявит права на Атос?

— Он превратил всех в союзников, потому что они его боятся.

— И пройдет совсем немного времени, прежде чем они обратятся против него, — сказала Десима. — Ты знаешь, что я говорю правду. Ты получишь свою власть, но над миром трупов.

— Не останется никого, кроме нас и богов, — сказала Морта.

Я вздрогнула от этой леденящей душу картины.

— Ты знаешь, что мы говорим правду, — мягко сказала Десима.

Нижняя губа Ноны задрожала, и я вдруг увидела, что она больше похожа на избалованного ребенка, чем на взрослую женщину. Не говоря уже о божестве, которое могло бы контролировать человеческие жизни.

— Ты уверена? — спросила она.

Десима и Морта просто уставились на сестру.

Я наблюдала за ними, мое дыхание и сердцебиение становились все более затрудненным. Борясь с усталостью и желанием закрыть глаза, я ждала.

Наконец, Нона кивнула.

— Хорошо. Я отменю дар.

Я глубоко вздохнула.

— Спасибо.

Райвин и Вант повторили мою благодарность, но их голоса были приглушенными.

— Ты будешь у меня в долгу, — ответила Нона.

— Я была бы рада подарить тебе его, но, боюсь, меня здесь не будет, чтобы вернуть долг, — сказала я.

Она нахмурилась.

— Тебе пока не суждено умереть.

— Я думала, у меня нет пути? — Спросила я.

— Теперь есть, — сказала Нона. — Ты изменила положение звезд, Ара с Атоса.

— Ненавижу, когда они это делают, — сказала Десима. — Я не люблю перемен.

— Как? — Я сделала шаг ближе к судьбам, но мои нетвердые ноги чуть не подкосились. Райвин поймал меня.

— Означает ли это, что она победит яд? — Спросил Райвин.

— Нет, это значит, что кто-то должен будет ее спасти, — ответила Морта.

— Источник здесь, — внезапно сказал Вант. — Эти истории правдивы?

Морта ухмыльнулась — тревожное зрелище.

— Полагаю, тебе придется это выяснить.

Ара изо всех сил старалась идти вровень со мной, перенося большую часть своего веса на меня. Она пыталась скрыть это, но дыхание выдавало ее. Прерывистый звук был предупреждением. Звук, указывающий на то, что любому другому пришло время попрощаться.

Этого не должно случиться.

Я подхватил ее на руки, и она прислонилась головой к моей груди, даже не протестуя против помощи. Это сказало мне все, что мне нужно было знать. Я был опасно близок к тому, чтобы потерять ее. Я поцеловал ее в лоб. — Останься со мной, Астери.

Каждый шаг вглубь земли казался все более опасным. Предполагалось, что источник под оазисом обладает необычайными целебными свойствами. Именно по этой причине так много людей прибыло на этот остров только для того, чтобы решить свою судьбу в качестве еды для циклопов. Теперь я подозревал, что именно из-за его вод был создан сад над нами. Это был хороший знак, если воды источника могли создать такую процветающую жизнь на таком в остальном бесплодном острове.

Шаги не были настоящими шагами. Больше похоже на отступы при снижении. Я поскользнулся на зеленом мху и крепко прижал Ару к груди, чтобы не уронить. Я ударился бедром о землю и прошипел проклятие. Ара даже не отреагировала.

Мой пульс участился, и я убрал темные волосы с ее лица. Ее глаза были закрыты, и она была такой бледной. Пот блестел у нее на лбу, но когда я прикоснулся к ней, она была холодна как лед.

— Астери? — Я прижал пальцы к ее шее и задержал дыхание, ожидая пульса. Он был таким слабым, что я не был уверен, не показалось ли мне это. Наклонившись, я опустил щеку так, что она оказалась совсем рядом с ее ртом и носом. Хрипы прекратились, но ее дыхание было таким поверхностным и учащенным, что я даже не был уверен, как она набирает необходимый воздух.

Полный решимости добраться до источника, я встал, повернув ее так, чтобы держать одной рукой. Я оперся другой рукой о поросшую мхом стену. Она была такой же скользкой и влажной, как ступени.

Впереди не было ничего, кроме темноты. Морта не дала никаких указаний относительно того, как далеко находится источник. Я задавался вопросом, не путешествую ли я в саму Преисподнюю.

Я послал два огонька вперед, затем сжал челюсти от разочарования, когда увидел только еще больше ступенек и еще больше темноты. Однако сдаваться было нельзя. Был только один выход, и это было спасение моей пары.

— Я так и не сказал тебе, что я хотел сделать после того, как устраню своего отца. — Я посмотрел на нее сверху вниз, глупая надежда заставила меня подумать, что, может быть, она откроет глаза. Они оставались закрытыми. Я приостановил свое продвижение и убрал руку со стены, чтобы нащупать ее дыхание. Когда я нашел его, я снова пошел.

— Знаешь, у меня были планы, — продолжил я. — Но появилась ты и все изменила. — Я усмехнулся про себя. — Полагаю, я сделал то же самое для тебя. Иногда я думаю, было бы лучше для тебя, если бы я никогда тебя не встретил. Твоя жизнь проще была бы проще. Счастливее. Без меня.

Я снова помолчал, затем поцеловал ее холодный лоб.

— Но я слишком эгоистичен, чтобы позволить тебе узнать это. Теперь, когда ты у меня есть, я никогда тебя не отпущу.

Я махнул огнями фейри вперед, побуждая их двигаться глубже, продолжая снижаться.

— Но ты ясно дала понять, что ты такая же. Тот глупый поступок, который ты совершила, спасая меня вместо того, чтобы спасти себя. Возможно, я никогда не прощу тебя за это. Ты ведь знаешь это, верно?

Звук капающей воды эхом отдавался вокруг меня, и мое сердце забилось сильнее. Я посмотрел вперед, желая, чтобы в темноте появился источник. По-прежнему не было ничего, кроме скользких ступеней.

— Я что-то слышу. Потерпи, пожалуйста, держись.

Пройдя еще несколько шагов, я снова проверил ее дыхание.

— Астери, ты меня слышишь? Мне нужно, чтобы ты проснулась. У меня есть так много того, о чем я никогда тебе не рассказывал. Знаешь ли ты, что я никогда не планировал быть королем Коноса? Я никогда никому в этом не признавался. Я хотел, чтобы Никс претендовала на трон. У нее были бы еще дети. Так поступают боги. К тому времени, когда она устанет править, я решил, что другие ее дети смогут разобраться между собой. Меня уже давно не будет. Я всегда думал, что, может быть, узнаю, что происходит на других континентах. Я всегда думал, что стоило бы сразиться с морскими чудовищами, чтобы узнать каково это. Может быть, ты пойдешь со мной. Может быть, ты приручишь монстров по пути.

Я снова остановился, наклоняясь, чтобы почувствовать дыхание.

Я ждал.

И ждал.

Меня охватила паника, и я прижал пальцы к ее шее.

Ничего.

Пульса нет.

Нет дыхания.

Мои тени клубились вокруг меня, сердитые вздымающиеся щупальца, которые заслоняли свет фейри, но я был ослеплен своей яростью. Я не собирался терять ее.

Я упал вперед, позволив теням подхватить меня, затем побежал. Тени подтолкнули меня вперед, позволив обойти ступеньки. Я двигался в темноту так быстро, как только мог. После нескольких вдохов мой разум прояснился настолько, что я подумал о том, чтобы призвать огни, когда мчался по туннелю.

Они расплывались, когда я пробегал мимо них, бросая все больше и больше по мере того, как я летел к бездонной пропасти. Если это был тупик, я собирался уничтожить все судьбы. А потом я собирался найти и убить свою мать.

Мои тени встали на дыбы, образовав барьер, в который я врезался. Я издал разочарованный крик, и они рассеялись. Оставив меня стоять на дне пропасти.

У меня получилось.

И там, как и было обещано, был бассейн с чистой водой. Я не стал ждать, прежде чем прыгнуть в него с Арой на руках.

От холодной воды у меня перехватило дыхание, но я полностью затянул нас обоих под воду, удерживая Ару рядом с собой в течение нескольких ударов сердца, прежде чем вынырнуть. Я отошел в сторону и прислонил безжизненное тело Ары к камням. — Давай, просыпайся.

Я откинул волосы с ее лица и наклонился ближе, пытаясь нащупать пульс, пока прижимал пальцы к ее шее. Я почувствовал слабое биение сердца.

— Астери, проснись.

Теплое дыхание коснулось моей щеки, и я притянул ее к себе, испытывая прилив облегчения. Я еще не потерял ее. Я был уверен, что ей стало лучше, но пока она не открыла глаза, это ничего не значило.

— Пожалуйста, пожалуйста, проснись.

Я прижался щекой к ее щеке, чувствуя прикосновение ее кожи к своей. Я шептал ей на ухо, рассказав все, что, как я думал, она хотела бы услышать.

— У нас будет долгая, счастливая совместная жизнь. Мы будем постоянно видеться с твоими сестрами. Мы останемся на Атосе, если ты захочешь. Мы уедем далеко, если ты захочешь. Все, что угодно. Все, что тебе нужно, если ты просто останешься со мной. Пожалуйста, Астери, пожалуйста, очнись.

Я притянул ее ближе к себе, крепко прижимая к себе. Я чувствовал ее теплое дыхание на своей шее, чувствовал биение ее сердца у своей груди. Затем я услышал еле слышный звук. Это был тихий писк или стон. Что-то, что я не мог точно определить, но я знал, что это Ара.

Я сдвинулся, позволив ей упасть мне на руку и оставив пространство между нами, чтобы я мог лучше ее видеть. Ее веки затрепетали, брови очаровательно нахмурились.

Мне показалось, что мое сердце вот-вот взорвется.

— Я здесь, Астери, я здесь.

Она закряхтела и издала еще больше скрипучих звуков, от которых мое сердце воспарило. Я поцеловал ее в щеку и снова откинул назад ее мокрые волосы. — Пожалуйста, проснись.

— Райвин? — Ее глаза были приоткрыты, превратившись в маленькие щелочки, но смотрела она на меня.

— Я здесь. — Радость захлестнула меня, и мне пришлось сдержаться, чтобы не сжать ее в объятиях. — Я здесь. С тобой все будет в порядке. С тобой все будет в порядке.

Ее веки снова затрепетали, и она открыла их, оглядывая затемненную пещеру. Несколько огоньков мерцали вокруг нас, но все было в значительной степени затемнено. Я послал в воздух еще несколько шаров света, создав ослепительное зрелище, похожее на маленькие звездочки над нами.

Ее губы приоткрылись.

— Это прекрасно. — Ее голос был хриплым, но она говорила. — Где мы?

— Ты помнишь, что произошло? — Мягко спросил я.

Ее глаза расширились.

— Я мертва? Ты ведь не покончил с собой, правда?

— Нет, нет. — Я снова погладил ее по волосам, пытаясь успокоить. — Мы находимся у целебного источника, скрытого под оазисом, где живет Нона.

Она снова огляделась.

— Яд?

— Ты чуть не умерла, — подтвердил я.

— Источник лечит это? — спросила она.

Я кивнул, мое горло внезапно перехватило. Я не мог позволить себе думать о том, что случилось бы, если бы я опоздал. Если бы вода не сработала.

Она рассмеялась, звук был чертовски музыкальный. Это заставило меня присоединиться к ней, и я притянул ее в свои объятия. Она обвила меня руками, все еще смеясь.

— Я жива. Я не могу в это поверить. Спасибо.

— Я не могу сделать это без тебя, — признался я. — Я думал, что потеряю тебя.

— Ты спас меня. — Она откинулась назад и посмотрела на меня проницательным испытующим взглядом. — Я пришла сюда, чтобы спасти тебя, а в итоге ты спас меня.

— Я давно говорил тебе, что никогда не позволю ничему плохому случиться с тобой, — напомнил я ей. Это было обещание, которое я дал ей, от которого мне приходилось отказываться слишком много раз. Я не мог сдержать его, когда она уходила одна, но она была сильной и способной, и я доверял ей. Ее нужно было спасать гораздо меньше, чем при нашей первой встрече. Каждый раз, когда она обретала силу и уверенность, моя любовь к ней усиливалась.

Это была не та женщина, которую я встретил на Атосе. Она была сильнее, яростнее, храбрее. И мне не терпелось увидеть, насколько лучше она станет, когда по-настоящему примет и разовьёт магию, от которой так долго была отрезана.

— Но, может быть, тебе стоит вместо этого пообещать это мне.

— Как насчет того, чтобы мы договорились больше вступать в схватки с монстрами на некоторое время? — поддразнила она.

— Мне нравится это соглашение. — Я обхватил ладонью ее щеку, изучая ее. — Я бы предпочел увезти тебя куда-нибудь подальше, где, я уверен, ты будешь в безопасности.

— Ты же знаешь, что мы не можем этого сделать, — ответила она.

— Я знаю. Но, боги, Астери, наблюдать, как жизнь покидает твое тело… — Я глубоко вздохнул.

— Я понимаю, что ты чувствовал, — ответила она. — Если бы у моей матери не было противоядия…

— Тогда больше никакого яда, — сказал я, пытаясь разрядить обстановку.

Слезы потекли по ее щекам, и она усмехнулась.

— Согласна. И этого больше не будет.

Я вытер ее слезы большим пальцем, затем поцеловал в скулу, надеясь прогнать слезы. Она обхватила мое лицо руками, затем притянула, ее губы встретились с моими в голодном поцелуе. Я поднял ее, и она обвила ногами мою талию, заставив меня слегка наклониться вперед. Она была прижата к камням на краю источника, и я наклонился к ней, впиваясь в ее рот своим.

Наши языки соприкоснулись, и я почувствовал, как ее пальцы потянулись к моей тунике. Насквозь промокшая ткань прилипла к моему телу, что затрудняло ее снятие. Я оторвался от поцелуя, хватая ртом воздух и торопясь раздеться. Я выбросил промокшую тунику за ручей, прежде чем снять брюки.

Ара возилась с тканью своей одежды, и я вмешался, помогая снять одежду и бросая ее вместе со своей у источника. Она снова оказалась рядом со мной в тот момент, когда я выпустил из рук ее промокшую одежду.

Я порывисто поцеловал ее в ответ, не в силах отделаться от мысли, что чуть не потерял ее. Я крепко обнял ее, не желая отпускать.

— Пожалуйста, никогда больше не выбирай меня вместо себя. — прошептал я ей на ухо. — Я не могу потерять тебя.

— Я не могу этого обещать, — сказала она, нахмурив брови и пристально глядя на меня. — Я бы спасала тебя каждый раз. Ты ведь знаешь это, не так ли?

Я знал это, потому что чувствовал то же самое. Я ответил, заявив права на ее рот. Она ответила на мою страсть своей собственной настойчивостью. Поцелуй продемонстрировал все наше облегчение оттого, что другой был жив. Я не мог насытиться ею. Она была нужна мне.

Она снова обхватила меня ногами, и дрожь пробежала по моей спине, когда она коснулась моего члена. Крепко держа ее, я вошел в нее, при этом с моих губ сорвался стон. Она застонала мне в рот, а затем поцеловала меня еще более пылко.

Вода плескалась вокруг нас, прохладная на моей разгоряченной коже. Я прислонил ее к гладким камням, и она легла на спину, ее грудь поднималась и опускалась, когда она учащенно дышала. Ее руки скользнули по моей груди, и я схватил ее за бедра, входя в нее глубже. Ее глаза закрылись, и она застонала, когда ее руки переместились на мои плечи. Она крепко вцепилась в меня, ее ногти впились в мои бицепсы. Укус боли вызвал во мне прилив удовольствия, когда я продолжил толчки.

Наклонившись, я снова поцеловал ее, отчаянно желая сохранить близость к ней. Она обвила меня руками, прижимая к себе. Я продолжал двигаться, вдыхая аромат ее волос, смешанный с запахом воды из источника. Я поцеловал ее шею и ключицу, прежде чем вернуться к ее губам.

Она напряглась подо мной, ее дыхание сбивалось, иногда прерываясь, когда ее охватывала легкая дрожь удовольствия. Я мог сказать, что она сдерживалась, сопротивляясь оргазму. Я был близок, но хотел, чтобы она сдалась.

— Давай, Астери. Не сдерживайся.

Она захныкала, затем задохнулась, прежде чем серия тихих вскриков сорвалась с ее губ в такт выдохам. Ее спина выгнулась, и она закрыла глаза, звуки становились громче с каждым толчком. Я наклонился и прикусил ее сосок, затем перешел к другому, чередуя нежные поцелуи с использованием зубов.

Все ее тело напряглось, и она закричала, ее бедра дернулись, когда она, наконец, уступила своему освобождению. Это довело меня до предела, и я застонал, присоединяясь к ней в оргазме, кончая, когда она начала дрожать, ее тело отзывалось на удовольствие.

Я снова поднял ее со скал, притянув ближе к себе, чтобы я мог сменить позу, прислонившись к камням. Она расслабилась, ее тело растаяло рядом с моим. Я поцеловал ее в лоб, потом в щеку. — Я самый счастливый человек на свете.

Она сонно улыбнулась мне.

— Нам обоим повезло.

Когда она закрыла глаза и сделала ровный вдох, я вознес про себя молитву богам. Они никогда не отвечали мне, но если бы я мог почтить их, чтобы сохранить ей жизнь, я бы сделал все, что потребуется.

— Нам нужно возвращаться в Оазис, — сказал я, когда мы оба отдышались.

— Заманчиво остаться там, не так ли? — спросила она.

— Я мог бы это сделать, даже если бы для этого пришлось иметь дело с Ноной, но я не думаю, что ты смогла бы, — ответил я.

Она немного помолчала, затем посмотрела на меня. Я снова увидел искорку жизни в ее глазах. Я не был уверен, когда в последний раз видел у нее такой взгляд.

— Ты прав. Думаю, нам лучше пойти и победить короля, чтобы мы могли отправиться куда захотим.

Я помог ей выбраться из источника, и нам удалось снова натянуть на себя промокшую одежду. Прогулка была и близко не такой долгой и утомительной. Я мог бы ходить за этой женщиной всю оставшуюся жизнь и никогда не устать наблюдать за ней.

Мы были в двух шагах от входа в пещеру, когда Вант схватил Ару. Она засмеялась, когда он поднял ее и закружил по кругу. Впервые я не почувствовал никакой ревности. Я увидел дружбу и любовь, за которые был благодарен. Я знал, что если со мной когда-нибудь что-нибудь случится, я могу рассчитывать на поддержку Ары от Ванта.

Я не уверен, что было в той воде, но я был благодарен.

Вант отпустил Ару.

— Я так рад, что ты жива.

— Я счастлива, что осталась в живых, — сказала Ара. — Что мы пропустили?

Вант взглянул на меня, затем снова перевел взгляд на Ару.

— Судьбы ушли. Что-то о том, что они нужны для обрезания множества нитей.

Радость, повисшая в воздухе вокруг нас, исчезла, и я увидел, как Вант и Ара напряглись, их выражения стали жесткими, как у воинов.

— Тогда давай поможем им определить, какие нити им следует обрезать, хорошо? — Спросила Ара.

Когда Атос показался в поле зрения, в гавани стояла дюжина кораблей.

— Это не корабли фейри.

— Нет, это не они, — согласился Райвин.

Капитан подошел к нам, его лицо было бледным.

— Мы должны развернуться. Наш корабль не готов к бою.

— Они здесь не для того, чтобы сражаться с нами, — сказал ему Вант.

— Это Фивы, не так ли? — Спросила я, вспомнив обещание Аспазии.

Райвин кивнул.

— Вампиры? Здесь, на Атосе? Капитан напрягся. — Я думал, мы ожидаем фейри. Мы не можем отбиться от обоих.

— Они здесь, чтобы помочь, — сказала я. — Мы заключили с ними соглашение. — Это была небольшая ложь. Насколько я знала, Атос никогда не вел переговоров с вампирами. Мы принимали все это на веру со слов Аспазии.

— Она выполнит то, что сказала, — прошептал Райвин.

Я посмотрела на него, надеясь, что он сможет это истолковать. Это одновременно раздражало и успокаивало, когда он догадывался, о чем я думаю. Он взял меня за руку и сжал ее.

— На кораблях никого нет, — крикнул кто-то.

Капитан направился к носу, прищурившись, вглядываясь вдаль.

— Я тоже никого не вижу.

— Они, должно быть, в городе, — предположила я.

— Сохраняйте курс, — приказал капитан.

Моряки вели себя тихо, когда мы входили в гавань. Я могла видеть стоящие там пустые корабли. Хотя они были похожи на корабли, которыми пользовались Атос и Конос, они также отличались достаточно сильно своей формой, чтобы выделяться.

— Они собираются предупредить фейри, что у нас есть помощь, оставив их там.

— Я уверен, что все идёт по плану, — сказал Райвин.

— Я надеюсь.

— Нас здесь не будет, когда все это произойдет, — внезапно сказал капитан. — Мы пополняем запасы, затем отправимся на Телос, чтобы переждать там.

Райвин достал что-то из кармана и протянул капитану.

— Если кто-нибудь будет задавать вам вопросы, покажите это.

Капитан склонил голову.

— Для меня было честью плыть с вами, Ваше Высочество. — Он повернулся ко мне. — Принцесса.

Он оставил нас и начал выкрикивать приказы готовиться к нашей высадке на берег. Я посмотрела на Райвина.

— Что ты ему дал?

— Монета фейри с королевской печатью моего отца. Они очень редки и используются только внутренним кругом. Это должно помочь ему выжить, если мы потерпим неудачу.

Я повернулась и уставилась на город, стараясь не зацикливаться на его заявлении. Это был первый раз, когда я услышала, как он упомянул о возможности того, что мы потерпим неудачу.

Город был почти заброшен, когда мы проходили через него. Я тосковала по тем дням, когда моим самым большим страхом в городе были взгляды, которые я получала от горожан, которые знали, кто я такая. Когда мы приблизились к дороге из города, ведущей ко дворцу, мы увидели несколько групп людей, несущих сумки и свертки.

— Похоже, твоя сестра открыла ворота, — сказал Вант.

— Это хорошо. Надеюсь, мы сможем обеспечить их безопасность, — ответила я.

Никто из идущих, казалось, не заметил нас, когда мы проходили мимо них. Они были слишком сосредоточены на переноске своих товаров и обеспечении движения своих детей, чтобы беспокоиться о чем-то еще.

Атос через слишком многое прошел за такое короткое время. Мы были нужны им, чтобы победить Короля фейри и, наконец, обрести безопасность. Возможно, мы могли бы открыть наши двери, расширить торговлю и путешествовать. Я ощутила головокружительное чувство надежды, когда подумала о нашем потенциальном союзе с Фивами и нашем новообретенном союзе с Дракусом. Я взглянула на Райвина. — Ты планируешь править Коносом, когда все будет сделано?

Он напрягся.

— Я никогда не планировал править Коносом.

— Значит, Лаэра возьмет управление на себя? — Спросила я.

— Пожалуй, нет, — вмешался Вант. — Кроме того, она будет наследницей Двора Гадюк.

— Давайте победим нынешнего правителя, прежде чем беспокоиться о том, кто займет его место, — ответил Райвин.

Было интересно наблюдать за его реакцией. Когда я росла, всегда ожидалось, что править будет Лагина. Я была следующей в очереди, но планировала передать правление Коре, если что-нибудь случится. Я задавалась вопросом, каким был план Райвина, поскольку он был старшим. Неужели это никогда не обсуждалось ввиду того, что король фейри был бессмертен?

Мы были почти у дворца и могли видеть широко открытые ворота. За ними повсюду были люди. Я заметила синие мундиры, разбросанные по толпе. Охранники выглядели так, словно направляли людей, в то время как другие раздавали вещи.

Райвин остановился и поднял руку в воздух.

— Ты чувствуешь это?

Я замерла рядом с ним и посмотрела на Ванта. Оборотень тоже поднял руку в воздух.

— Это похоже на то, что было на острове, — сказал Вант.

— Хотя и не такой сильный, — ответил Райвин.

— Его легко взломать, — сказал Вант, протягивая руку.

Нахмурив брови, я проследила за их движениями и коснулась чего-то холодного и странного в воздухе. Я ничего не могла разглядеть, но произошла определенная перемена.

— Что это? — спросила я.

— Щит. Должно быть, они установили и запустили старый, — сказал Райвин, шагнув вперед. Он нахмурился. — Им нужно будет укрепить его получше. Это не удержало меня, а я наполовину фейри. От этого будет мало толку, если фейри смогут пройти прямо сквозь него.

Вант пересек невидимую черту следующим, пожав плечами, когда оказался рядом с Райвином.

— Оборотня это тоже не остановило.

Нервничая, я сделала несколько шагов. Холод пронзил меня, заставив задохнуться. Но это прошло так быстро, что я подумала, не почудилось ли мне. — Так это магический щит?

— Да, но он слабый, — сказал Райвин.

— Мы надеялись, что вы вернетесь до того, как мы закончим установку, — позвала Лаэра.

Я улыбнулась, когда увидела ее.

— С возвращением. Приятно видеть, что все вы еще дышите, — сказала она. — Пойдем, я провожу вас внутрь и расскажу о том, что вы пропустили по пути.

Мы нашли Лагину в кабинете, она изучала карты и планы вместе с Аргусом и двумя генералами, которые работали под началом моего отца.

Они все остановились, когда мы вошли, и Лагина, оставив свои карты, бросилась ко мне. Она заключила меня в объятия.

— Слава богам, ты вернулась. Держа меня на расстоянии вытянутой руки, она изучала меня. — Ты в порядке?

— Я в порядке, — заверила я ее.

— И ты это сделала? Победила Никс? — спросила она.

— Я выдержала ее испытания, — ответила я. — Я бы не сказала, что я победила ее. Она добилась своего.

— Мне очень жаль. Я хочу услышать все об этом, но Лаэра говорит, что ее отец уже в пути, — сказала Лагина. — И у нас есть некоторые опасения по поводу наших новых союзников.

— Она хочет, чтобы мы работали с вампирами, — сказал один из генералов, не скрывая своего презрения.

— Ты ищешь сочувствия не в том месте, — парировала я. — Я наполовину бог. — Я указала на Райвина, Ванта и Лаэру. — И у вас есть наполовину бог, наполовину фейри, оборотень и полноценный фейри. И эти вампиры предлагают нам помощь.

— Мы потеряли половину наших людей из-за него, — прорычал генерал, переводя взгляд на Райвина.

— И я убил вашего короля, — ответил Райвин.

— Бесполезно, — сказала я.

— Хватит. Мортаган, ты служил Атосу дольше, чем я жива. Ты хорошо служил моему отцу. Если ты больше не способен делать то, что лучше для нас, ты получишь все почести при выходе на пенсию, — сказала Лагина.

Глаза генерала Мортагана расширились.

— Вы бы сделали это?

— Я бы так и сделала. У нас есть один шанс. Если ты хочешь нам помочь, пожалуйста, останься. Если ты собираешься стать помехой, мне нужно, чтобы ты ушел. — Она смотрела на него со всей силой, которую, как я видела, использовала ее мать, и авторитетом нашего отца.

Я сжала губы, чтобы сдержать улыбку. Она вошла в образ королевы лучше, чем я могла себе представить.

— Прекрасно. Но если они предадут нас… — начал Мортаган.

— … фейри все равно убьют нас всех, — закончила я за него. — Мы рискуем, работая вместе, или сдаемся. Другого выхода нет.

Он что-то проворчал, но кивнул.

— Я встречусь с генералом из Фив.

— Я пойду с ним, — предложил Вант. — Ты уже однажды работал со мной. Я сражался с твоими людьми. Ты же знаешь, что я порядочный человек.

— У меня нет с тобой проблем. Это им я не доверяю, — он искоса взглянул на Райвина и Лаэру.

Лаэра демонстративно проверила свои ногти, как будто это был самый скучный разговор, который ей когда-либо приходилось выдерживать.

— Мы должны пригласить их лидера на нашу встречу, — сказал другой генерал, который до сих пор молчал, отходя от стола. — Они должны быть частью плана. Нам нужно знать их сильные стороны и как наилучшим образом расположить их против фейри.

— Я согласна, — сказала Лагина.

— Мы скоро вернемся, — Мортаган поклонился Лагине. — Ваше Высочество.

Вант похлопал Райвина по плечу, прежде чем выйти вслед за генералом из кабинета. Другой генерал присоединился к ним, оставив меня с моей сестрой, как единственную представительницу Афона в комнате.

Ее плечи опустились, и она медленно выдохнула, как будто сбрасывала все напряжение, которое сдерживала неделями.

Я подошла к ней и взяла за руку.

— Как у тебя дела?

Она издала звук, почти похожий на смех.

— Это не то, чего я ожидала от своего пребывания на посту королевы.

— Когда ты в последний раз отдыхала? — Спросила я.

— Я немного поспала прошлой ночью после того, как мы установили щиты, — сказала она. — Не беспокойся обо мне, со мной все будет в порядке. Ты та, кто только что вернулась с испытаний, которые я даже представить себе не могу.

— Ты великолепно справляешься, — заверила я ее.

— Это еще не конец, — сказала она.

— А еще и свадьба, — добавила Лаэра.

Мои брови нахмурились, и я посмотрела на принцессу фейри. — Какая свадьба?

— Сегодня вечером. Король-дракон проделал весь этот путь обратно на Атос только ради Коры, — объяснила Лаэра.

— Правда? Он заставляет ее делать это сейчас? — От гнева мое лицо запылало.

— Ара, ты делаешь больно моей руке, — сказала Лагина.

Я быстро отпустила ее.

— Извини.

— Это была идея Коры, — сказала Лагина.

Я покачала головой.

— Я не понимаю.

— Может быть, связь коснулась ее, — предположила Лаэра.

— Она хотела обеспечить этот союз, — сказала Лагина. — Я пыталась отговорить ее от этого, но ты же знаешь Кору. Как только она принимает решение о чем-то, это происходит.

— Сегодня вечером? — Спросила я.

— На закате, — сказала Лагина.

— Это действительно лучшее использование нашего времени? — Спросила я.

— Ты должна пригласить людей, — сказал Райвин. — Сделай это так, чтобы они могли это увидеть и стать частью этого. Дай всем повод для празднования. Момент отвлечения внимания.

— Это хорошая идея, — сказала Лагина. — Ты действительно думаешь как король, ты знаешь это?

Райвин выглядел немного бледным.

Кто-то постучал в дверь, и Аргус пересек комнату, чтобы открыть ее. Лицо Софии просияло, когда она увидела нас. Я даже не успела поздороваться, как оказалась в ее объятиях.

— Я рада, что ты вернулась. Мне бы не помешала твоя помощь, — сказала она, выпуская меня из объятий.

— Все, что тебе нужно, — предложила я.

— Отлично. Ты найдешь цветы для букета Коры, — весело сказала она.

День был сплошным пятном цветов, шелка и гор выпечки. На кухне было приготовлено столько еды, сколько требовалось на церемонию Выбора, только на этот раз она предназначалась для празднования.

София взяла все на себя, точно так же, как это сделала бы Офелия, позаботившись о том, чтобы все было прекрасно. Даже Райвин и Вант присоединились, помогая соорудить платформу, на которой жених и невеста могли стоять во время церемонии.

Не хватало только Коры. Я не видела ее с момента приезда, и каждый раз, когда я пыталась добраться до ее комнат, мне давали очередное задание. Она выполняла все предсвадебные традиции, какие только могла, но меня бесило, что она выполняла их в одиночку. Она путешествовала с Аргусом, совершая подношения в храмах, и я знала, что Лагина прислала несколько специальных масел, которые их мать использовала для ее омовения и подготовки к церемонии. Когда мы приближались к закату, я, наконец, направилась в ее комнату, чтобы проверить, как она.

— Войдите, — ответила она на мой стук.

Я вошла в комнату и обнаружила, что она сидит в нижнем белье, уставившись на стопку великолепного шелка шафранового цвета. Я провела по нему пальцами.

— Это прекрасно. Твоя мать отложила его для тебя?

— Это подарок от Бахара. Очевидно, он принес его, когда впервые приехал, но попросил Лагину сохранить его для меня, чтобы не отпугнуть. — Она посмотрела на меня и изобразила дипломатичную улыбку на губах. — Как дела? Я мало тебя видела в последнее время.

— Не делай этого, Кора, — сказала я. — Не от отвлекай меня. Я здесь, чтобы проведать тебя, а не просить играть роль хозяйки.

Она что-то промычала, затем вернула свое внимание к платью. — Я знаю, что она не была лучшей матерью, но я скучаю по ней. Я бы хотела, чтобы она была здесь.

Я придвинулась ближе, чтобы обнять ее. Она прижалась ко мне, положив голову мне на грудь.

— Мне жаль, что ее здесь нет. Я сожалею обо всем, что тебе пришлось вынести за последние несколько недель. Тебе не следовало делать это так быстро.

Она выпрямилась и обратила на меня свои потрясающие голубые глаза.

— Мне кажется, я чувствую брачные узы.

Я приподняла брови, удивленная сменой темы.

— Ооооо?

— Он не собирался жениться на мне сегодня. Но я смогла использовать некоторые из моих… особых навыков, чтобы переубедить его, — призналась она.

— В конце концов, он собирался жениться на тебе, — ответила я. — Именно поэтому он и приехал сюда в первую очередь.

— Я знаю. Но когда он вернулся и сказал, что подождет, это как будто что-то изменило во мне. Я не знаю, как объяснить это ощущение. Но я знаю, что он заботится обо мне. В этом нет никакого смысла. Мы даже не знаем друг друга, — сказала она.

— Брачные узы — они… — Я изо всех сил пыталась подобрать правильное слово — разные.

Она усмехнулась.

— Можно и так выразиться.

— Я думаю, он хороший человек, — добавила я. — Он продемонстрировал, что заботится о своем народе, и он помогал Атосу показывая, что он заботится о тебе.

— Я думала, что понимаю мужчин. Я думала, что знаю, чего они хотят. Я думала, что я здесь для того, чтобы красиво выглядеть и заполнять их постели. Я не знаю, как быть королевой, — сказала она.

— Ты научишься, — сказала я.

— Ты тоже сделаешь это? Ты никогда не хотела быть королевой, и теперь твоя пара следующий в очереди на трон Коноса, в то время как мы активно пытаемся убить их нынешнего короля, — отметила она.

У меня пересохло во рту.

— Это сложно.

— Расскажи мне о сложностях, — ответила она с тяжелым вздохом.

Мы обе долго сидели молча. Мне хотелось сказать что-нибудь утешительное, но я не была уверена, к какой из ее проблем мне следует обратиться.

Внезапно она встала.

— Ты поможешь мне одеться.

Я поднялась.

— Конечно.

Она взяла мерцающую шафрановую ткань и передала ее мне. Я взяла её у нее и заметила, что на ней по подолу вышиты маленькие оранжевые языки пламени. Огненное платье для будущей Королевы Драконов.

Я помогла ей надеть хитон, задрапировывая и закрепляя его на ходу. Когда я закончила, я отступила назад, пропуская ее внутрь.

— Это потрясающе. Идеальный цвет для тебя.

Она улыбнулась, но это была натянутая улыбка.

— Хочешь, я помогу тебе с прической? — Предложила я.

— Пожалуйста. — Она села на маленький табурет у туалетного столика.

Слуги либо помогали справиться с наплывом людей на нашу территорию, либо уехали к своим семьям. От укола печали у меня защемило в груди, когда я вспомнила все те разы, когда Мила помогала мне с прической. Чего бы я только не отдала, чтобы она снова была со мной, просто чтобы я могла сказать ей, как много она для меня значила. У нас было так много потерь, и я знала, что их будет еще больше, прежде чем все это закончится. Я задавалась вопросом, прекратится ли когда-нибудь боль в моей груди полностью.

Я сделала все возможное, чтобы закрутить и закрепить ее волосы. Я добавила жемчуга и золотые бусины, чтобы придать немного блеска. Я аккуратно нанесла мерцающую розово-золотую пудру на ее глаза и щеки, затем подвела глаза тушью, прежде чем помочь ей накрасить губы в темно-красный цвет.

Когда она встала, я сделала шаг назад, чтобы осмотреть ее. Мои губы приоткрылись. С ее золотыми волосами, льдисто-голубыми глазами и идеальными формами она всегда была самой красивой из нас четверых. В потрясающем платье, с переливающимся макияжем и сверкающими волосами она была неземной. Она была воплощением того, как должна выглядеть королевская особа.

— Ты похожа на королеву Дракуса.

Она скептически посмотрела на меня, прежде чем взглянуть на себя в зеркало.

— Ты готова к этому? — Осторожно спросила я.

Когда она повернулась, чтобы посмотреть на меня, она казалась выше ростом.

— Ты внесла свой вклад, Ара. Теперь вот как я делаю свое дело.

Раздался тихий стук в дверь.

— Я открою, — сказала я, пересекая комнату. Я чуть приоткрыла ее, не уверенная, готова ли Кора к тому, что кто-то еще увидит ее одетой для церемонии.

— Король-дракон прислал меня с этим подарком для своей невесты, — солдат-дракон, пришедший вместе с королем, протянул деревянную шкатулку. — Он был бы польщен, если бы она надела это на церемонию.

Я взяла коробку.

— Спасибо. Я прослежу, чтобы Кора получила ее.

Солдат поклонился и вышел. Я закрыла дверь и вернулась к Коре.

Ее брови нахмурились, когда она взяла у меня коробку. Она села, затем молча открыла ее. Мы обе ахнули, уставившись на замысловатую корону. Золотые языки пламени были тщательно обработаны и соединены по кругу, отчего вся корона выглядела так, будто она горит. У основания языков пламени были красные гранаты, оранжевый янтарь и желтый цитрин. Сияющие камни помогали создавать иллюзию горящего пламени, что становилось еще более заметным благодаря превосходному мастерству исполнения различных размеров и форм перекрывающихся языков пламени.

— Это слишком красиво, — сказала Кора. — Я не могу. — Она отодвинула её подальше от себя, как будто она действительно могла обжечь ее.

Я взяла у нее корону, удивленная тем, что она оказалась намного легче, чем я думала.

— Ты можешь. — Я подняла ее, двигаясь медленно, на случай, если она будет возражать. Вместо этого она закрыла глаза и вздернула подбородок.

Я водрузила корону ей на голову. Она сидела так, словно была создана специально для нее. Я не знала, откуда она взялась и как он это сделал, но казалось, что она всегда должна была быть на голове Коры.

— Это прекрасно, — сказала я.

Она схватила меня за запястье.

— Я боюсь, Ара. Что, если я никогда не полюблю его? Что, если это всего лишь похоть, которая проходит?

Я опустилась на колени так, чтобы оказаться перед ней.

— Закрой глаза.

Она так и сделала.

— Подумай о Бахаре. Что ты чувствуешь, когда представляешь его стоящим перед тобой? — Я могла бы напомнить ей о ее долге перед Атосом. Этого было бы достаточно. Но я рискнула, уверенная, что она уже достигла точки невозврата из-за связи.

Она сделала глубокий вдох, затем медленно выдохнула.

— Я думаю о том, какой он раздражающе самоуверенный. — Ее челюсть напряглась, а губы сжались в линию.

Я волновалась, что сделала только хуже.

— Я думаю о его сильных руках и его чертовски красивом лице, — добавила она.

Улыбка тронула уголки моего рта.

— Я думаю о том, как он смотрит на меня, словно готов проглотить целиком, но также и о том, что он никогда не видел ничего настолько хрупкого, как я. Как он заботится о своем народе. Как он перешел от требования, чтобы я родила ему наследников, к отказу жениться на мне…

Она открыла глаза.

— Почему мне так тепло? Это отличается от того, что я чувствовала к Томасу. Я всегда думала, что люблю его, но то, что я чувствую к Бахару, — это не то же, что я чувствовала к Томасу. У тебя с Райвином то же самое? Это отличалось от того, что ты чувствовала к Дэвиду?

У меня перехватило горло, когда я попыталась сравнить свои чувства к Райвину с Дэвидом. Он был самым близким мне человеком, которого я любила до Райвина. Чувство вины за то, что я сделала с ним, никогда не покинет меня, но ее слова заставили меня осознать, что то, что я чувствовала к нему, не было любовью. Абсолютно точно никогда не было.

— Самое близкое к тому, что я чувствую к Райвину, — это то, что я чувствую к тебе, Софии и Лагине. С Дэвидом никогда не было настоящей связи. Не так, как у меня с Райвином. Он как будто часть меня, а я часть его. Это трудно объяснить.

Она кивнула.

— Кажется, я понимаю.

— Я знаю, это странно, — сказала я.

— Иногда я злюсь, что судьба отняла у меня выбор, — призналась она. — Скажи мне, что оно того стоит.

— Оно того стоит, — сказала я без колебаний.

— Хорошо. Но когда у меня появятся дети, которые смогут превращаться в драконов, ты останешься со мной, — поддразнила она.

— Я бы не пропустила это, — сказала я.

Раздался еще один стук, и я вернулась к двери, чтобы найти Лагину и Софию. Они обе были одеты торжественно. Лагина в сдержанном темно-синем пеплосе, а София в воздушном бирюзовом хитоне.

— Ты не одета, — упрекнула Лагина.

— Пора, Кора, — добавила София.

— Она может надеть одно из моих платьев, — сказала Кора, спеша к гардеробу. Она достала бледно-голубой шелковый хитон. — Как насчет этого?

Лагина подошла к гардеробу и выбрала темно-синее платье.

— Это. Не должно быть никаких сомнений, что она представляет Атос.

— Идеально, — сказала Кора, возвращая другое платье.

Сестры быстро помогли мне одеться, затем занялись моей прической и макияжем. Когда они закончили, я была одета более изысканно, чем обычно позволяла себе. Мои волосы были усыпаны жемчугом, лицо отливало золотом, а губы накрашены малиновым.

— Если бы только мама могла видеть нас всех сейчас, — сказала Кора.

София вздрогнула, и Лагина с Корой зажали ее между собой, прежде чем Кора заключила меня в объятия.

— Не делай этого, София, — сказала Лагина. — Мама гордилась бы тобой, и ты это знаешь.

— Никто не плачет, это испортит наш макияж, — сказала Кора со смехом, который был наполовину рыданием.

Еще один стук в дверь заставил нас разойтись, и я испытала мгновенный укол грусти, когда мы расстались. Когда бой закончится, Кора уйдет на Дракус, Лагина продолжит править Атосом, а я понятия не имела, где окажусь. Но я знала, что, несмотря на мое голубое платье и любовь, которую я испытывала к своему народу, мне больше не место в Афоне.

На этот раз это были Райвин и Вант вместе с Аргусом. Глаза Райвина расширились, когда он увидел меня. Он несколько раз открыл и закрыл рот, словно пытаясь подобрать слова.

— Вау.

— Приму это как комплимент, — сказала Кора, сидевшая рядом со мной.

Мои щеки вспыхнули.

— Для разнообразия я не покрыта кровью и грязью.

— Ты великолепна, когда покрыта кровью и грязью, пока это не твоя кровь, но я даже представить себе не мог, как ты будешь выглядеть в роли королевы.

Это лишило меня способности говорить.

— Мы здесь, чтобы сопроводить вас на церемонию, — вмешался Вант.

— Уже пора? — Спросила Кора, глядя в окно.

— Мы сейчас будем, — сказала Лагина, прежде чем закрыть дверь за мужчинами снаружи. Она повернулась к Коре. — Пришло время надеть твою вуаль.

Кора напряженно кивнула и последовала за Лагиной. Я даже не заметила, что Лагина принесла в комнату вуаль, когда пришла. Она лежала на маленьком столике рядом со всей косметикой.

Кора села, затем Лагина аккуратно закрепила вуаль на ее макушке. Прикрыв лицо и волосы прозрачной белой тканью. Когда она закончила, Кора встала, и это было так, словно она преобразилась. Вуаль превращала ее в невесту. У меня защипало глаза, но я сдержала слезы, зная, что Кора не хотела бы, чтобы я плакала.

— Я готова, — сказала Кора.

— Кого ты выбираешь для своего сопровождения? — Спросила Лагина немного сдавленным голосом.

По традиции, сопровождать ее должен был наш отец. Если не он, то следующий член семьи мужского пола. У нас не было никого на эту роль. Я думаю, она бы попросила свою мать, но у нее тоже не было такой возможности.

Кора подошла к Лагине и взяла ее под руку.

Лагина кивнула, и я увидела, как в ее глазах заблестели непролитые слезы. Я знала, что она не может говорить, иначе потеряет контроль, поэтому подошла к двери и открыла ее.

— Мы готовы.

Мужчины расступились, пропуская Лагину и Кору вперед. Мы последовали за ними. Это была необычная процессия. У Коры должны были быть подруги в красивых платьях такого же цвета. Ей следовало провести весь вчерашний день, нежась и делая подношения богам. У нее отняли большую часть традиционных приготовлений, но она ни разу не пожаловалась. Она была уже не тем человеком, которого я оставила позади, когда впервые поехала на Конос. Но я предполагала, что и я тоже. Никто из нас не был прежним.

Мы прошли на кухню, чтобы воспользоваться задней дверью, ведущей в сад. Церемония должна была состояться в фруктовом саду, и на нее были приглашены все, кто укрылся под прикрытием дворцовых стен. Это было точно так же, как при Выборе, только на этот раз мы праздновали жизнь.

Собравшиеся афонцы разразились радостными криками, когда мы шли по усыпанной лепестками цветов дорожке к платформе ожидания. Сверху были накинуты полоски голубого и золотого шелка, создавая мерцающий балдахин. За платформой мы могли видеть, как солнце опускается низко к горизонту, клонясь к ночи.

Бахар терпеливо стоял с выражением чистой преданности в сияющих глазах. Он не замечал ничего вокруг. Его внимание было полностью сосредоточено на Коре. Тепло разлилось в моей груди, и я почувствовала надежду за них. Рядом с ним жрица в белом пеплосе молча ждала прибытия невесты.

Я заметила несколько дюжин драконов, которые прибыли с Бахаром. Он оставил большую часть своих людей и своего брата там, чтобы попытаться отбить Дракус, пока король был занят здесь. Нам предстоит трудная битва на обоих фронтах против фейри.

Заиграла музыка, и я заставила себя вернуться к настоящему моменту. Возможно, это не та свадьба, которую представляла Кора, но я была полна решимости сделать ее особенной для нее. Изобразив улыбку на лице, я оглядела лица собравшихся. Вампиры из Фив стояли в стороне, афонцы держались на расстоянии от их группы. Солдаты в форме и горожане смешались, каждый стремился увидеть невесту. Аромат жасмина и туберозы наполнил мой нос, их запахи были густыми в теплом вечернем воздухе.

Тетя Катерина стояла примерно на середине тропинки в официальном бирюзовом пеплосе. Кора сделала паузу, отпуская Лагину, чтобы та могла обнять пожилую женщину.

— Ты будешь замечательной королевой. — Сказала тетя Катерина хриплым от волнения голосом. Она держала ее в своих объятиях несколько мгновений, а когда отступила назад, то вытерла слезы с ее щек. — Весь Атос гордится тобой.

Кора поцеловала нашу тетю в щеку, затем прошептала что-то, чего я не расслышала, прежде чем снова взять Лагину под руку. Мы продолжили путь по усыпанной лепестками цветов дорожке.

Мы достигли платформы, и Лагина держала Кору за руку, пока невеста поднималась по ступенькам. Легкий ветерок взъерошил юбку Коры, когда она ступила на платформу. Лагина отпустила ее руку, затем отошла в сторону рядом со мной и Софией. Райвин, Вант и Аргус присоединились к толпе неподалеку.

Когда Кора повернулась к Бахару, он выглядел так, словно все его желания сбылись в одночасье. Выражение лица Коры было похожим. Мое сердце наполнилось радостью, когда я увидела радость на их лицах. Я знала, что она боялась этого, но я была так благодарна, что страх исчез.

Жрица подняла руки, показывая, что церемония начинается. Она начала с того, что посвятила церемонию Гере, богине брака, затем провела молодоженов через подношения масла и вина. Украшенным драгоценными камнями ножом была отрезана прядь волос Коры — еще одно подношение богине.

— Этот союз не только объединит два великих королевства, Атос и Дракус, — сказала жрица, — но и объединит двух людей, которые станут одним целым. В знак вашей связи, пожалуйста, возьмитесь за руки.

Кора и Бахар взяли друг друга за руки, и я заметила румянец на лице моей сестры.

— Под покровительством Геры мы просим тебя благословить этот брак гармонией и процветанием, — сказала жрица. — Король Бахар, ты можешь поцеловать свою невесту.

Бахар не пошевелился. Они с Корой смотрели друг на друга так пристально, что я подумала, они, возможно, забыли, что здесь есть кто-то еще. Жрица прочистила горло, и Бахар взял себя в руки, посмотрев на жрицу.

— Ты можешь поцеловать свою невесту, — повторила она.

София и Лагина взяли меня за руки и сжали. Мы все подались вперед в ожидании.

Бахар осторожно приподнял вуаль, откинув ее так, что она открыла лицо Коры. Выражение его лица смягчилось.

— Моя жена.

— Мой муж, — прошептала Кора.

— Под бдительным оком богов я объявляю вас мужем и женой, — провозгласила жрица.

Бахар сократил расстояние между ними и притянул Кору в свои объятия. Она выжидающе приподнялась, когда он наклонился. Они встретились в самом осторожном, нежном поцелуе, который я когда-либо видела. Он был сладким и чистым. Это было совсем не похоже на Кору, так что я знала, что Бахар пытается быть джентльменом.

Кора обвила руками его шею, затем притянула к себе крепче, и поцелуй стал более страстным. Все зааплодировали, и люди подбрасывали в воздух цветочные лепестки. Я присоединилась к празднованию, хлопая и подбадривая вместе со всеми остальными.

Когда молодожены всё-таки решили отдышаться, они оба сияли. Они подняли руки в воздух с широкими улыбками на лицах.

Внезапно вокруг них закружились темные тени, скрывая их из виду. Радостные возгласы переросли в крики, и я лихорадочно стала искать Райвина, одновременно нащупывая свою магию. Неужели я это сделала? Неужели мои эмоции вызвали тени? С неба спустилось еще больше теней, создав зловещее облако над всем садом.

Люди толкались и кричали, все бежали из сада обратно в свои палатки или подальше от удушающей темноты. Райвин нашел меня и обнял.

— Это ведь не ты, не так ли?

Я покачала головой.

— Это и не ты, верно?

— Нет. — Его челюсть напряглась, затем он отпустил меня. — Где ты, мама?

Тени закружились вокруг нас, образуя вихрь прямо перед платформой. Я обежала ее, пытаясь добраться до Коры. Она свернулась калачиком в объятиях Бахара, но, к счастью, кружащиеся тени их не касались. Я остановилась перед ними, протянув руки в защитном жесте, готовая сражаться, если понадобится.

Спираль теней сужалась, кружась и извиваясь, пока, наконец, не исчезла, обнажив Никс, стоящую там, где Бахар и Кора стояли только что.

— Я и не подозревала, что появилась по такому благоприятному случаю. — Никс склонила голову. — Мои поздравления жениху и невесте.

— Почему ты здесь? — спросила я. — Я выполнила твои задания.

Люди все еще кричали и бегали, но некоторые из них остановились посмотреть. Не каждый день сюда заглядывала богиня. Пока я не отправилась на Конос, я никогда не видела бога или богиню. Теперь, казалось, я не могла отделаться от них.

— Ты доказала свою точку зрения, — сказал Райвин, придвигаясь ближе к матери. — Ты чуть не убила Ару.

— Честно говоря, я знала, что она пойдет за тобой, но я не ожидала, что ты найдешь способ сохранить ей жизнь, — ответила Никс. — Я впечатлена.

Райвин напрягся, его руки сжались в кулаки.

— Не надо, — предупредила я. — Она должна сдержать свое слово.

— О, я сдержу свое слово, — сказала Никс, взглянув на меня, прежде чем вернуть свое внимание к сыну. — И я здесь, чтобы дать тебе свое благословение.

— Я не уверен, что хочу твоего благословения после того, что ты сделала, — процедил Райвин сквозь зубы.

— Прости меня, если я на самом деле не верила, что какой-то человек может быть достойным, — сказала она. — Но твоя пара доказала, что я ошибалась. И не один раз.

— Могущественная Никс, для нас большая честь, что ты почтила нас своим присутствием. — Лагина подошла к помосту и склонилась в низком реверансе перед богиней.

Никс склонила голову набок, как кошка, изучающая что-то необычное.

— А ты кто?

Лагина снова присела в низком реверансе, опустив голову.

— Я Лагина, королева Атоса.

— Я все время забываю, что этот старый монстр мертв, — сказала Никс. — Как жаль, что он стал твоим отцом.

— Я не мой отец, — сказала Лагина с ноткой вызова в голосе.

Никс выгнула бровь.

— Встань, королева Атоса.

Лагина встала.

— Если ты окажешь мне честь уделить мне время, я бы хотела показать тебе храм, который мы возводим в твою честь. — Лагина сложила руки перед собой и терпеливо ждала.

— Вы действительно строите храм? Я думала, это была просто идея, когда она появилась во сне Ары, — Никс перевела взгляд с Лагины на меня, затем на Райвина. Он кивнул.

— Итак, люди извлекли свой урок из тьмы, которую я им даровала, — сказала она.

— Это было прекрасным напоминанием о твоей силе и твоих способностях. Это заставило меня понять, насколько неправильно было то, что мой отец никогда не уважал тебя должным образом. Ты так же достойна великого храма, как и Афина, — сказала Лагина.

Никс выпрямилась, ее подбородок вздернулся еще выше.

— Наконец-то кто-то разумный правит людьми. Пожалуйста, отведи меня в этот храм.

Они пошли дальше, затем Никс повернулась, обращаясь ко мне. Она протянула руку, затем разжала пальцы, показывая два предмета на своей ладони.

— Я считаю, что я в долгу перед тобой.

Благодарность переполнила меня. Я никогда не думала, что снова увижу подарки своей матери. Я взяла их у Никс, затем быстро повесила себе на шею.

— Спасибо тебе.

Никс слегка улыбнулась мне.

— Приходи как-нибудь навестить Обсидиана. Ты ему понравилась. — Затем она посмотрела на Бахара и Кору. — Вы двое — прекрасная пара.

Она подошла к ним ближе, и Бахар крепче сжал Кору в объятиях. Мою сестру трясло. Никс взмахнула рукой, и появилась спираль теней, затем она потянулась в тень и вытащила нож. Бахар быстро оттолкнул Кору за спину, и Райвин обнажил меч, висевший у него на боку.

— Всем успокоиться. — Никс повернула оружие так, чтобы держать лезвие, выставив рукоять в сторону Бахара. — Теперь отойдите, жених. Это подарок для невесты.

Бахар колебался, но в конце концов отодвинулся достаточно, чтобы Кора смогла дотянуться до рукояти. Она неловко взяла его.

— Это оружие мгновенно убьет твоего партнера, куда бы ты его ни ударила. Даже если это всего лишь царапина на его теле. — Никс улыбалась.

Кора держала оружие подальше от себя, как будто оно было ядовитым. Она посмотрела на Никс широко раскрытыми глазами.

— У тебя нет его способностей. Это уравняет игровое поле. — Никс подмигнула. Она перевела взгляд на Бахара. — Если ты заберешь его у нее или прикажешь уничтожить, я узнаю и приду за Дракусом.

— Какой прекрасный подарок, — громко сказала Лагина.

— Да, прелесть, — проворчал Бахар.

— Спасибо, — выдавила из себя Кора.

— Это не причинит ей вреда, если тебе интересно, — сказала Никс Бахару. — Чтобы она могла спать с ним под подушкой каждую ночь, если понадобится.

— Я надеюсь, что она не почувствует в этом необходимости, но если так она почувствует себя в большей безопасности, добро пожаловать в нашу постель, — сказал Бахар.

Никс благодарно кивнула ему, затем повернулась к Лагине.

— Ну что, пойдем?

Только когда Лагина и Никс скрылись из виду, музыка заиграла снова, и вечеринка действительно началась. Принесли блюда с едой, и люди ели, танцевали и смеялись. Зажгли факелы, чтобы вечеринка могла продолжаться еще долго после захода солнца. Я не могла вспомнить, когда в последний раз видела столько радости.

Райвин протянул руку.

— Не хочешь потанцевать?

Я ухмыльнулась, принимая его руку. Мы оба знали, что это счастье мимолетно, но мы воспользовались им, проведя следующие несколько часов, кружась и танцуя до тех пор, пока у нас не перехватило дыхание.

К тому времени, когда празднование затихло, я была настолько измотана, что по дороге в свою комнату мне пришлось опереться на Райвина. Прошло так много времени с тех пор, как я уставала по уважительной причине.

Той ночью я заснула в объятиях Райвина и с подарками, которые вернула мне Никс. Впервые за долгое время я почувствовала надежду.

— Я снова проверила защиту, и она стала сильнее. Она должна не пускать никого, в ком течет кровь фейри, но я не думаю, что мы можем что-то сделать, чтобы предотвратить проникновение бога, — сказала Лаэра, входя в зал для завтраков.

— Это должно сработать. Я не думаю, что кто-либо из богов заинтересован в том, чтобы быть на Атосе, когда прибудут фейри. — Я была там единственной, кто пытался что-нибудь съесть, прежде чем вернуться к дальнейшим тренировкам с Райвином.

Утро и без того было бурным, каждый делал все возможное, чтобы подготовиться. Зал для завтрака был уставлен закусками, которые мог взять любой, кому что-нибудь понадобится, хотя большая часть блюд была нетронутой.

— Я уверена, им нравится шоу. — Лаэра села рядом со мной и потянулась за медовым пирожным.

— Как ты думаешь, сколько у нас времени? — Спросила я.

— Они уже на кораблях. — Она откусила кусочек, затем медленно прожевала.

Я встала.

— Что?

— Сядь. — Лаэра схватила меня за руку и потянула. — Они все равно придут. Если ты сейчас запаникуешь из-за этого, это только измотает тебя еще до того, как придет время драться.

Она опустила глаза и поджала губы.

— Понимаешь, что я имею в виду?

Я проследила за ее взглядом и увидела тени, сгустившиеся вокруг моего живота.

— Я сделала это не нарочно.

— Я знаю. — Она отложила пирожное, придав лицу такой вид, словно он лично ее оскорбил. — Еда здесь ужасная.

Я не смогла удержаться от улыбки. — Все не так уж плохо.

Она пренебрежительно махнула рукой.

— Сейчас это не имеет значения. Что действительно важно, так это то, что ты все еще позволяешь своим эмоциям брать верх над тобой, когда дело доходит до твоей магии.

Я открыла рот, и она подняла руку. — Дай мне закончить.

Я закрыла рот и скрестила руки на груди. Я чувствовала себя как ребенок, которого ругают.

— Послушай меня. Если бы ты выросла фейри, у тебя были бы десятилетия, чтобы отточить свои навыки. От нас не ожидают, что мы научимся этому быстро. Мы совершаем ошибки. Мы ломаем вещи. Некоторые из нас случайно убивают людей. В случае Райвина — множество людей. Но мы учимся. Медленно. Ты не можешь позволить себе такой роскоши. И да, я знаю, что это несправедливо. Это просто означает, что ты должна быть лучше всех нас. Особенно с учетом того, что у тебя есть двойная сила, которой ты можешь воспользоваться.

Я опустила руки по швам.

— Я знаю.

— Но ты не веришь. Ты не доверяешь себе. У тебя больше нет времени учиться. Ты должна быть мастером своей магии и магии Райвина. Сейчас же. Сегодня. Не пройдет и пяти лет с этого момента.

— Ты же понимаешь, что это невозможно, верно? — Возразил я.

— Ты даже не должна была быть живой, Ара. Не забывай, что боги так боялись тебя, что хотели твоей смерти. Я думаю, тебе пора показать им, насколько устрашающей ты можешь быть. — Она потянулась за оливкой и отправила ее в рот.

Я перевела дыхание, позволяя ее словам уложиться в голове. Я не привыкла видеть себя кем-то могущественным, но я была. Я была ценным игроком в этом бою, и пришло время мне начать вести себя соответственно.

Взяв себе медовый пирог, я заставила себя поесть. День обещал быть очень долгим.

Вант вошел в зал для завтраков, все его тело было напряжено и готово к драке.

— Мы уже знаем, — сказала Лаэра. — Им все еще нужно пересечь море. Ты должен поесть, оборотень.

Вант взглянул на меня.

— Она права. Они не собираются прорывать наши стены сию секунду. — Я пыталась следовать примеру Лаэры, держать свои эмоции под контролем.

Вант прищурился.

— Я не уверен, что мне нравится, когда вы двое проводите время вместе.

Лаэра рассмеялась.

— Если ты что-нибудь съешь, мы пойдем с тобой в военный зал.

Он зарычал.

— Если Лаэра пытается позаботиться о тебе, ты, должно быть, в плохой форме, — сказала я.

— Ты в моей голове, — обвинил он.

— Мне не нужно залезать в твою голову. Ты так четко проецируешь все свои эмоции, что я могу почувствовать их на противоположной стороне дворца, — ответила она. — И ты голоден. Ешь.

Он протопал к столу и схватил медовый пирог.

— О, только не это, — быстро сказала Лаэра.

Вант понюхал его, затем сморщил нос, прежде чем поставить на стол.

— Не так уж и плохо, — сказала я, откусывая последний кусочек от того, который ела.

Он потянулся за вяленой рыбой, затем съел несколько оливок и немного фруктов. Я никогда не видела, чтобы кто-то ел так быстро.

— Теперь довольна?

Лаэра встала.

— Очень. Пойдем?

Я пыталась имитировать ее спокойствие, когда мы выходили из комнаты, даже несмотря на то, что в моей груди начала зарождаться тревога. Когда мы вошли в коридор, я остановилась, чтобы посмотреть через колоннаду на море за ней.

Вот они. Сотни кораблей. К красным парусам присоединились белые, серые и зеленые. Все фейри собрались вместе, чтобы напасть на один-единственный человеческий город.

Я сжала руки в кулаки. Они были здесь, чтобы уничтожить нас. Король был здесь ради нашей крови.

— Щиты должны выдержать, — сказала Лаэра.

— Но как долго? — Спросила я.

— Дольше, чем ваш народ без выхода к морю, — сказал Вант.

Хотя мы боялись этих вод, мы зависели от них в плане рыбы и торговли. Мы могли выращивать большую часть наших собственных продуктов питания, но, не имея доступа ко всему Атосу, мы были ограничены только тем, что можно было производить на землях, защищенных щитом. Мы не могли привести скот с людьми, когда они эвакуировались сюда. Мы не могли позволить, чтобы эта война затянулась.

— Пошли. — Я снова зашагала, направляясь в кабинет, который стал нашей боевой комнатой.

Аргус, генерал Мортаган, Бахар, Лагина, Кора, София, Райвин и Эреб, лидер союзников из Фив, смотрели в иллюминатор на приближающиеся корабли. Они обернулись, услышав наше приближение.

— Присоединишься к веселью? — Спросил Бахар.

Райвин пересек комнату и подошел ко мне.

— Похоже, наши тренировки приостановлены.

— Я готова, — заверила я его.

Его челюсть сжалась, и он кивнул, пытаясь подбодрить, но безуспешно. Я чувствовала его напряжение. Я взяла его за руку и быстро сжала, затем отпустила и направилась к остальным.

— Что мы упустили?

— Они устанавливают блокаду, — объяснил Мортаган, указывая на корабли, которые выдвигались на позицию. — Остальные приближаются к берегу, чтобы высадить своих солдат.

— Там, должно быть, уже пять тысяч, — сказал Аргус.

— Они пришлют больше, — прокомментировал Мортаган. — Это не может быть весь их флот.

— Возможно, они оставили что-то в Дракусе, — сказал Бахар.

— Лаэра, ты можешь это выяснить? — Спросил Райвин.

Она кивнула.

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Кабир в зимнем лагере недалеко от Дракуса, если вам нужен знакомый разум, — сказал Бахар.

Лаэра нахмурилась. Я знала, что ей не нравится, когда люди догадываются о ее способностях, но она не стала спорить.

— Я должен подготовить наших лучников, — внезапно сказал Мортаган. — Они фейри. Они двигаются быстрее нас. У нас может не хватить дня на подготовку.

— Мы должны ожидать по крайней мере одной атаки до наступления темноты, — сказал Эреб. — Они разобьют лагерь сегодня ночью. Они никогда не сражаются ночью. Им нужно это время, чтобы восстановить свою магию.

— Дайте нам знать, что вам нужно, — сказала Лагина.

Мортаган склонил голову.

— Мы будем сражаться до конца, Ваше Высочество.

Эреб тоже поклонился Лагине, затем присоединился к Мортагану, и они вдвоем отправились готовить солдат. Мы не были уверены, насколько хорошо щит выдержит массовую атаку, поэтому нашим лучникам и пехотинцам нужно было быть готовыми к бою.

— Он оставил пять тысяч человек, чтобы удержать Дракус, — сказала Лаэра.

— Пять тысяч? — Спросил Бахар.

Она кивнула.

— У меня такое чувство, что он считает Дракус более важной целью. И он не видит в Атосе угрозы.

— Я действительно надеюсь, что Нона убрала эту дополнительную магию, — тихо сказала я.

— Мы скоро узнаем, — ответил Вант.

— Хорошая новость в том, что он здесь, — сказала Лаэра. — Мой отец прибыл на Атос.

Несмотря на растущее напряжение, информация вызвала у меня улыбку. Это означало, что у нас есть шанс. Если бы мы смогли добраться до него, его союзы распались бы. Мы смогли бы положить конец этой войне.

Восход солнца принес драконов.

Гигантские существа с огромным размахом крыльев пролетели над Атосом, изрыгая огонь на барьер. Десятки из них кружили, освещая наш щит оранжевым пламенем.

Наши солдаты были размещены по краю барьера, ожидая на случай, если фейри прорвутся. Лаэра, Селена и Аспазия стояли сзади, готовые усилить щит всем, чем смогут. Я стояла неподалеку, мои руки уже дрожали, когда я сопротивлялась желанию вызвать тени слишком рано.

Райвин был впереди, стоя рядом с Вантом. Люди Бахара рассредоточились, глядя в небо, вероятно, стремясь присоединиться к воздушному бою. Мы не хотели рисковать, чтобы король узнал, что у нас есть драконы. Не до тех пор, пока не возникнет необходимость. Все, что мы могли сделать, это подождать, пока щит не упадет.

Тысячи солдат фейри маршировали вокруг, окружая территорию дворца. Их доспехи сверкали в свете раннего утра. Я в ужасе наблюдала, как они готовили тараны.

Наши солдаты приготовили свои катапульты.

Группы фейри мчались вперед, таранами врезаясь в барьер, заставляя землю дрожать.

Сработали катапульты, запустив в небо тяжелые камни, прежде чем они врезались в армию фейри. Только первые два попали в цель, прежде чем фейри начали использовать магию, чтобы ловить камни и бросать их обратно в нас. Они отскакивали от щита, но каждый раз, когда они попадали, я вздрагивала от этого звука.

Взревело пламя, поджигая связки внутри катапульт и запуская их в фейри за ними. Пожар был потушен до того, как он коснулся кого-либо из наших врагов.

Тараны снова ударили по нашим щитам, отчего земля снова задрожала. Барьер гудел и мигал, но держался.

Они еще дважды атаковали щит, но тараны не прошли сквозь него. Драконы продолжали атаковать сверху, но их огонь был неэффективен.

Мне начало казаться, что, возможно, у нас получится. Может быть, они поймут, что не смогут победить. Но даже это была фальшивая победа. Мы не могли вечно оставаться изолированными на территории дворца.

Солдаты фейри расступились, освобождая дорогу. К нам подошла группа, возглавляемая самим королем.

Райвин придвинулся ближе к щиту, и Вант выставил руку перед принцем, не давая ему сделать еще один шаг. Я покинула свою позицию, пробираясь сквозь наши ряды, чтобы выйти на передовую.

Когда Вант увидел меня, он опустил руку, и я убедилась, что стою немного впереди Райвина. Он не стал бы рисковать, случайно вытолкнув меня за пределы щита.

Король фейри остановился всего в нескольких шагах от нас. Его губы изогнулись в тонкой, тревожной улыбке, которая обещала хаос.

— Сынок, как приятно видеть тебя снова. Я вижу, ты все-таки позволил этой шлюхе очаровать тебя.

Кулаки Райвина сжались, и он сделал шаг вперед. Я схватила его за руку.

— Не надо. Он пытается заманить тебя в ловушку.

Король обратил свое внимание на меня.

— Недавно я кое-что узнал о тебе. О твоем происхождении. Ты можешь стать весьма ценным экземпляром, когда немного потренируешься и научишься прикусывать язык.

— У меня достаточно подготовки, чтобы отправить тебя в Подземный мир, — усмехнулась я. Пока он не упомянул об этом, я даже не думала о том, что могу использовать свою магию против него. Теперь идеи заполнили мой разум. Если Бахар и его драконы потерпят неудачу, я буду запасным вариантом.

Король поднял запястье, демонстрируя несколько золотых браслетов, которые напомнили мне те, что носил Райвин.

— Я коллекционировал их на протяжении многих лет. Они не позволят использовать твою магию против меня. Полагаю, на тебе они подействуют исключительно хорошо, поскольку ты только наполовину богиня.

— Трус, — прошипела я.

— Нет, не трус. Я готов. Я разрабатываю стратегию. Поэтому я знаю, что выиграю я, а ты проиграешь. — Король отвел глаза от моих, как будто что-то заметив, затем снова перевел взгляд на меня. — Похоже, я буду искать новую королеву, как только казню свою старую за измену. Если ты ищешь больше власти, я могу сделать тебе предложение.

— Успокойся, принцесса, — прошептала Лаэра, проходя мимо меня.

Я почувствовала, как по моему телу поползло странное ощущение холода. Я знала, что киплю, но все внутри меня внезапно стало таким легким, что я могла бы уплыть. Я поняла, что Лаэра использовала на мне свою магию. Я должна была быть в ярости, но она, вероятно, помешала мне совершить какую-нибудь глупость.

— Отец, — ровным голосом произнесла Лаэра.

Он прищелкнул языком.

— Я ожидал, что Райвин в конечном итоге предаст меня, но я думал, что ты верна мне.

— Ты всегда недооценивал женщин в своей жизни, — ответила она.

— Действительно. Я больше не повторю этой ошибки, — сказал он.

— Нет, ты этого не сделаешь. Потому что ты будешь мертв, — сказала она.

Он рассмеялся, позволив смеху затянуться, положил руку на живот и откинул голову назад. Люди, которые сопровождали его и ждали прямо за его спиной, неловко переглянулись. Я могла сказать, что они не были уверены, стоит ли им присоединиться. Он резко остановился, и они, казалось, почувствовали облегчение от того, что он закончил.

— Ты даже не покидаешь своего щита, как именно ты собираешься убить меня? — Спросил король.

Она уставилась на него.

— Мы готовы провести месяцы в лагере за пределами вашего щита. У нас есть провизия, которой хватит на зиму. Но у меня такое чувство, что нам не нужно будет оставаться так долго. Ты же знаешь, есть другие способы решить это, — сказал король.

— Мы не собираемся сдавать вам наш город, — сказала я.

— Ты не королева, — прошипел он.

— Но я здесь, — крикнула Лагина, когда солдаты расступились, пропуская ее к нам. Она стояла высокая и гордая, глядя на короля сверху вниз, как будто он был не более чем слизняком. — И Атос закончил кланяться фейри.

— Тогда Атос перестанет существовать, — сказал король.

— Ты можешь попытаться, — отрезала Лагина. — Но люди сильнее, чем ты думаешь.

— Это мы еще посмотрим, — сказал король. Он повернулся к своим людям. — Начинайте атаку. — Он повернулся и пошел прочь.

Солдаты с таранами отступили, и новая группа двинулась вперед. Эти люди не были облачены в доспехи. Вместо этого они носили свободные туники и брюки из дорогих материалов. Они были отлажены и опрятны, ни один из них не походил на солдата.

Мой лоб нахмурился, когда я оглядела их. Они пришли попробовать дипломатию? Они должны были быть дворянами. Они были слишком хорошо одеты, чтобы быть кем-то другим.

Как раз в тот момент, когда я собиралась спросить Райвина, мужчины подняли руки, и щит начал вибрировать.

— Бросьте на него все, что у вас есть! — Крикнула Лаэра, бросаясь туда, где стояли ее мать и Селена. Женщины-фейри подняли руки к небу, предлагая щиту свою магию.

Я оглянулась на шеренгу фейри. Они атаковали наш щит магией. Широко раскрыв глаза, я повернулась к Райвину.

— Они могут это сделать? Это сработает?

Челюсть Райвина сжалась, и я не нуждалась в его ответе. У нас было мало времени.

Темные щупальца начали кружиться вокруг меня, тени вздымались, реагируя на мой стресс.

— Ты можешь убрать их? Фейри? Ты можешь использовать свою магию?

Он покачал головой.

— Это не пробьет щит. Только физические предметы могут пройти. Я могу попробовать.

— Пока нет, — ответил Вант. — Возвращайся туда, Ара. У нас есть лучники и катапульты, и мы вполне можем ими воспользоваться.

Райвин отступил вместе со мной. Наша работа начнется, как только щиты будут опущены. Пока все, что мы могли делать, это наблюдать.

Лучники шагнули вперед и быстро нанесли удар, сбив с ног нескольких фейри у барьера. Солдаты фейри двинулись вперед, создавая стену из своих щитов перед тему, кто воздействовал на щит магией. Наши лучники отстреливались, иногда добиваясь своего, прежде чем фейри меняли тактику, посылая некоторых из своих магов защищать других, вместо того чтобы сосредотачиваться на щите. По крайней мере, это замедлило их.

Мы запустили катапульты, но снаряд ни в кого не попал. Фейри остановили его до того, как он достиг земли. Поэтому наши лучники начали стрелять через случайные промежутки времени и в нерегулярных направлениях, пытаясь застать фейри врасплох.

Щит треснул. Звук, похожий на удар хлыста, за которым последовал грохот. Он ослабевал. Я взглянула на Райвина.

Было уже далеко за полдень, когда у наших лучников закончились стрелы. У нас были мастера, которые делали новые, но они не могли угнаться за нами. Наши солдаты отступили, отдаляясь от барьера.

Половину из них отправили отдыхать, а остальным выдали пайки и оставили ждать, на всякий случай. Больше мы ничего не могли сделать.

Внезапно атака прекратилась. Действие магии на щите прекратилось. Отряды фейри начали расходиться. Наши солдаты перешептывались и переминались с ноги на ногу, некоторые из них придвинулись ближе к щиту, чтобы получше рассмотреть.

— Что они делают? — Спросила я.

Райвин поднял глаза к небу. — Думаю, он закончили на сегодня. Они, должно быть, истратили слишком много магии.

Я увидела идущую к нам Лаэру. Ее лицо блестело от пота, а под глазами были темные круги.

— Осталось немного. Он мог бы разрушить его до наступления темноты, если бы захотел, но я думаю, он предпочел, чтобы они сохранили часть своей магии.

— Он планирует сломать его, а затем немедленно атаковать, — сказал Райвин.

— Это мое предположение. — Лаэра потерла глаза, затем встряхнула руками. — Я почти выдохлась. Мне нужно поспать, иначе завтра я не смогу помочь.

— Давайте, — сказал Райвин. — Утром нам нужно, чтобы все были в наилучшей форме.

— Если он подождет до утра, — ответила она.

— Он захочет, чтобы они отдохнули, — сказал Райвин.

— Что происходит? — Спросил Мортаган, приблизившись к Райвину. — Куда они направляются? Мы не могли победить.

— Нет, мы не победили. — Райвин изложил свою теорию, и Мортаган помрачнел. — Я сообщу своим людям.

— Что будет утром? — Спросила я.

— Мы начнем сражение, — сказал Райвин.

Я посмотрела на отступающих солдат. У нас была истощенная армия Атоса, несколько сотен вампиров, горстка драконов и Райвин. Его магии было достаточно, чтобы уничтожить многих наших противников, но я не думала, что этого будет достаточно.

— Я могу сказать, что творится у тебя в голове. — Райвин обнял меня и притянул ближе. Я посмотрела в его серебристые глаза. Он казался расслабленным, но у меня было чувство, что это было для моей пользы.

— Перестань пытаться думать обо всем, — сказал он. — Это то, что ты делаешь, не так ли?

— Как так получается, что ты всегда так быстро угадываешь, что у меня в голове? — Я прищурилась. — У тебя есть часть той силы, которую разделяют твой отец и Лаэра?

Он поцеловал меня в лоб.

— Нет, просто мне очень легко тебя понять.

Я нахмурилась, надеясь, что так было не со всеми.

— Трудно не думать о том, сколько солдат привел твой отец.

— Ты должна помнить, что они верны ему из страха. И у нас есть драконы, которых они не ожидают. — Его улыбка была искренней, а в глазах светилась уверенность. — У него ничего нет против драконьего огня. Нам нужно только уничтожить его, чтобы покончить со всем этим. С его смертью борьба окончена.

Он притянул меня в объятия, и я прислонилась к нему, пытаясь снять напряжение, но это не помогало. Нам столько раз не удавалось свергнуть короля, но каждый раз, когда это случалось, рисковали мы. На этот раз это были мои сестры и весь мой город. Если мы потерпим неудачу, все пойдут ко дну вместе с нами.

Генерал Мортаган спорил с Эребусом, каждый настаивал на том, что их люди должны занять фронт утром. Я не совсем понимала, насколько отчаянно все они хотели умереть во славу битвы.

Меня от этого затошнило.

Вошла тетя Катерина, и я повернулась, чтобы посмотреть, как она входит в комнату. Увидев ее, оба мужчины прекратили спор. Она поприветствовала их кивком, затем направилась туда, где я сидела с Лагиной, Корой и Софией.

— Как у вас дела, девочки? — спросила она, присаживаясь на диван рядом с Лагиной.

— Мы были надежно укрыты во дворце, — ответила Кора, указывая на себя и Софию. — Как ты?

— Мужчины беспокойны, — ответила она. — Они хотят получить свой шанс с фейри. Сегодняшний день только усилил их стремление к смерти.

— Это мрачно, — сказала Кора.

— Это правда. Они все мечтают стать героями, что делает людей неряшливыми, — объяснила она.

Генерал Мортаган подошел к нам и приветствовал тетю Катерину сдержанным кивком.

— Леди Катерина, нам бы не помешало ваше руководство по этому вопросу.

Я приподняла бровь и одними губами произнесла слово «леди», обращаясь к Коре. Она прикрыла рот рукой, чтобы подавить смешок. Тетя Катерина бросила на нас призывающий к молчанию взгляд, прежде чем встать, затем присоединилась к генералу и лидеру Фив.

Беспокойство — хороший способ описать чувство ожидания неизбежного. Но даже при том, что я знала, что буду бороться, я не спешила умирать. Я встала, слегка улыбнувшись своим сестрам, прежде чем перейти в другой угол комнаты, где Райвин и Вант были увлечены беседой с Бахаром. Они подняли головы, когда я приблизилась.

— Разве тебе не следует поговорить с Мортаганом и Эребусом? — Спросила я.

— Они знают, что делают с наземными войсками, — ответил Бахар.

— Значит, сначала мы не будем использовать магию? — Спросила я.

— Мы не можем позволить себе показать всю нашу силу, пока немного не измотаем их, — сказал Райвин. — И нам нужно знать, с чем мы боремся.

— Мы потеряем много жизней, — ответила я.

— Мы потеряем больше, если раскроем свои карты слишком рано, — сказал Бахар.

— Ты останешься в тени, пока король не выйдет позлорадствовать, не так ли? — Спросила я.

— Мы должны вывести его на чистую воду, — сказал Вант. — Другого шанса у нас не будет. Если он подумает, что ему грозит опасность, он сбежит.

— Трус, — выпалила я.

— У него больше нет Райвина, который делал бы за него грязную работу, — сказал Вант.

— Должен сказать, я ценю осознание того, что мне никогда не придется выходить против тебя на поле боя, — сказал Бахар.

— Ты все равно не был бы в своей человеческой форме, — ответил Райвин.

— Верно, но я видел, как ты побеждал драконов, — ответил он.

Я несколько раз моргнула.

— Драконы?

— Я сделал много вещей, которыми не горжусь, — сказал Райвин.

— Но теперь этому конец, — сказал Вант. — Мы победим его, и тогда ты напишешь свои собственные судьбы.

— Наши собственные судьбы, — сказала я, глядя на своих друзей. — Все мы.

— Мне нравится, как это звучит. А теперь, если ты не возражаешь, я собираюсь немного побыть наедине со своей женой. — Бахар уже уходил от нас, полностью сосредоточившись на Коре, которая смотрела на него с соблазнительной улыбкой на губах.

Было неприятно наблюдать, как он подхватил ее на руки и что-то пробормотал Лагине и Софии, прежде чем вынести хихикающую Кору из комнаты.

— Что ж, я полагаю, наша встреча окончена, — сказал Вант.

Мортаган и Эребус подошли к нам, у обоих мужчин были довольные выражения лиц.

— Мы решили, — сказал Мортаган.

— Я все еще не уверен, что это к лучшему, но мы знаем, что потери в любом случае будут высокими, — добавил Эребус.

— Мы больше ничего не можем сделать? — Спросила я.

— Мы не можем рисковать тем, что они будут прятать короля. Мы должны выманить его, но сделаем это так быстро, как только сможем, — сказал Райвин.

— Наши люди знают, на что они подписались, — сказал Мортаган.

Я услышала смех и, обернувшись, увидела, как тетя Катерина, Лагина и София запрокинули головы, пытаясь сдержать свою радость. Я не смогла удержаться от улыбки. Я была рада, что они получили хотя бы мгновение счастья среди всего этого хаоса.

— Эта твоя тетя — нечто особенное, — сказал Мортаган. — Если бы не ее сделка с драконами, я не думаю, что у кого-либо из нас вообще был бы шанс.

— Она великолепна, — сказала я. — Они все великолепны.

— Я не собираюсь притворяться, что знаю, каково тебе было расти при твоем отце, — сказал Мортаган. — Я работал на него, сколько себя помню. Я думал, что умру под его властью. Для меня большая честь, что моя смерть будет под властью твоей сестры.

Это было странное заявление, но я выдавила из себя улыбку и кивнула. Он склонил голову.

— Хорошего вечера, Ваше высочество.

— Увидимся на рассвете, Ваше высочество, — сказал Эреб, принимая сигнал Мортагана уходить.

Я смотрела, как мужчины покидают комнату, затем подошла к своим сестрам.

— Я собираюсь немного отдохнуть. Увидимся со всеми вами утром.

— Приятных снов, Ара, — сказала Лагина.

София встала, затем простерла руки к небу.

— Думаю, я собираюсь лечь спать.

Тетя Катерина поднялась.

— Наши ночные стражники сделают свою работу. Они предупредят нас, если что-нибудь случится. Нам всем нужно отдохнуть.

Я обняла свою семью, затем направилась к двери, где меня ждал Райвин. Он взял меня за руку, и мы молча пошли по коридору к моей комнате.

Рассеянно я играла с амулетом на своем ожерелье. Пока мы шли, водила им взад-вперед по цепочке. Я задела другой шнурок. Я снова забыла о подарке моей матери. Опустив руку, я нащупала маленький мешочек сквозь ткань своей туники и вспомнила слова моей матери.

Что было внутри сумочки? Она сказала мне не открывать ее, пока в этом не возникнет крайней необходимости.

Если я не воспользуюсь этим сейчас, другого раза может и не быть. Как я узнаю, когда наступит подходящее время?

Ее голос, казалось, всплыл из моих воспоминаний тем уверенным тоном: Ты просто почувствуешь это.

Мое сердце бешено заколотилось, и я опустила руку, когда идея укоренилась. Это было безумно. Безрассудно. Вероятно, это было самоубийство. Но, возможно, я смогла бы спасти всех, кого любила. Я была уверена, что именно поэтому она сделала мне этот подарок. Я понятия не имела, что это было и как я должна была это использовать, но я знала, что должна использовать это сегодня вечером. Если бы этот дар был таким могущественным, как я думала, я могла бы убить короля.

Райвин никогда не согласится. Мне придется улизнуть, как только он уснет, и надеяться, что он поймет, когда узнает.

— Ты в порядке? — Спросил Райвин, когда мы остановились у моей комнаты.

Я открыла дверь и прислонилась к ней, ожидая, когда он войдет.

— У меня столько всего на уме.

— Завтра будет лучше, когда мы закончим, — сказал он.

— Я не хочу думать о завтрашнем дне. Я хочу думать только о настоящем. — Я закрыла дверь, затем сняла тунику. Если это была моя последняя ночь с ним, я собиралась сделать так, чтобы это запомнилось.

Райвин ухмыльнулся и начал снимать одежду.

— Мне нравится ход твоих мыслей.

Как только его брюки коснулись земли, я опустилась перед ним на колени, одарив соблазнительной улыбкой, прежде чем провести языком от основания его члена до кончика.

Он судорожно втянул воздух, затем выдохнул с тихим стоном. Я схватила его за бедра, затем повторила действие, двигая языком вверх и вниз по его стволу, пока он не вытянулся по стойке смирно.

Я приоткрыла рот, обхватывая его губами, затем начала двигаться вверх и вниз. Мой язык щелкал и кружился, когда я двигалась, и дыхание Райвина изменилось, с его губ срывались легкие вздохи. Его пальцы запутались в моих волосах, и когда я подняла на него взгляд, его глаза были закрыты, а губы приоткрыты. Он был полностью поглощен ощущениями, которые я дарила.

Я продолжала двигаться вверх и вниз, меняя темп и движения языком, иногда проводя зубами по чувствительной коже. Внезапно Райвин потянулся ко мне, взяв пальцами за подбородок, чтобы поднять мою голову. Я посмотрела на него, его член все еще был у меня во рту.

Он покачал головой, но на его губах играла восхитительная улыбка.

— Ты собираешься заставить меня кончить слишком рано, Астери.

В ответ я поцокала языком.

Он застонал, его веки на мгновение дрогнули, прежде чем он пришел в себя.

— Моя очередь. — Он мягко приподнял мой подбородок, затем отступил, прежде чем предложить мне руку.

Я взяла ее, и он помог мне подняться на ноги. Как только я встала, он подхватил меня и бросил на кровать. Я взвизгнула, проваливаясь в мягкость матраса.

Он, не теряя времени, снял с меня одежду и устроился между моих бедер. Его язык прошелся по моему клитору, и он подразнил меня быстрыми движениями, прежде чем один из его пальцев вошел в меня.

Я застонала, мои бедра приподнялись. Он добавил еще один палец, поворачивая их таким образом, что позволил ему достичь самого идеального места внутри. То место, которое заставило меня вцепиться в простыни и бесконтрольно выгнуть бедра. Его язык усилил напряжение, заставляя меня трещать по швам. Я кричала, снова и снова, мое дыхание перехватывало от судорожных вздохов. Закрыв глаза, я существовала только в данный момент. Не было ничего, кроме удовольствия, пронизывающего меня. Вокруг меня могло происходить все, что угодно, и мне было бы все равно, пока он продолжал.

Его пальцы двигались туда-сюда, его язык кружил, и я не могла сделать ни единого вдоха, задыхаясь, постанывая и крича. Напряжение нарастало, все туже и туже, пока я не стала натянутой, как пружина, готовая взорваться. Зубы задели мой клитор, и я потеряла всякий контроль, кульминация прокатилась по мне, как волны, разбивающиеся о берег, за которыми последовали волны поменьше, накатывающие снова и снова.

Меня трясло, когда он остановился. Мой лоб был влажным от пота, все тело покалывало. Я, наконец, открыла глаза и, подняв взгляд, обнаружила лицо Райвина над своим. Он выглядел невероятно самодовольным, но заслужил этот взгляд.

Я потянулась к его лицу и положила ладонь на его щеку, затем погладила его большим пальцем. Я все еще не могла произнести ни слова. Он схватил меня за руку, затем запечатлел нежный поцелуй на моей ладони. Затем он опустил лицо, пока его губы не нашли мои. Сначала он целовал меня нежно, но по мере того, как я отвечала на его поцелуй с большей страстью, его интенсивность возрастала.

Прервав поцелуй, я игриво улыбнулась ему, прежде чем обхватить его руками и ногами, затем перекатилась. Он помог, но мне удалось уложить его на спину. Оседлав его, положив руки ему на грудь, я наклонилась ближе к нему. — Снова моя очередь.

Он приподнял бровь и переместил руки на мои бедра, поглаживая спину и сжимая ягодицы.

— Не могу дождаться.

Я поднялась, затем опустила бедра на него, не отрывая взгляда от его лица, когда он застонал, его глаза закрылись, когда я полностью опустилась на него. Его руки начали направлять меня, работая со мной, когда я поднималась и опускалась. Его бедра двигались и поднимались. Я наклонилась вперед, требуя его рта своим. Затем я выпрямилась, сосредоточившись на том, чтобы заставить его потерять контроль над собой так же, как он это сделал со мной.

Я поднесла одну из его рук к своей груди, и как только он обхватил ее, он снова застонал. Я раскачивалась, наблюдая за ним, пока тестировала новые движения бедрами. У него перехватило дыхание, и я улыбнулась, зная, что нашла правильное движение. Я продолжила, повторяя движение, наблюдая, как его глаза закатились к затылку.

Он опустил руки на мои бедра, удерживая меня, в то время как его дыхание участилось. Я продолжила, мое собственное дыхание сбилось, поскольку эта поза посылала по мне небольшие ударные волны удовольствия. Я начала стонать, закрывая глаза, когда ощущения стали более всепоглощающими. Трепет удовольствия усилился, и я слегка вздохнула, чтобы не потерять контроль.

Пальцы Райвина впились в мою кожу, и я почувствовала, как он напрягся подо мной. Он был так близко. Я наклонилась и провела пальцами по его груди, затем вверх по шее и в волосы, прежде чем украсть поцелуй.

Его руки переместились мне на спину, крепко прижимая к себе. Этого было достаточно, чтобы подтолкнуть меня к краю. Ощущения достигли пика, посылая ток по моему телу, который заставил меня вскрикнуть ему в рот. Райвин застонал, его тело задрожало подо мной. Он углубил наш поцелуй, пока мы оба дышали, переживая угасающий оргазм.

Когда я слезла с него, он быстро притянул меня в свои объятия, и я положила голову ему на грудь. Я слушала, как быстро и сильно бьется его сердце. Он небрежно играл с моими волосами, снова и снова успокаивающе проводя по ним пальцами.

— А что, если мы просто останемся так навсегда? — Сонно спросил он.

Я посмотрела на него, отметив, что его глаза уже закрыты. Я поцеловала его в подбородок.

— Когда-нибудь мы так и сделаем.

Райвин ворочался каждый раз, когда я делала шаг, и я затаила дыхание, натягивая тунику через голову. Я не могла рисковать оставаться слишком долго или производить слишком много шума. Я уставилась на свой стол, жалея, что не догадалась оставить принадлежности, чтобы написать ему письмо. Если бы я открыла ящики стола, он бы наверняка проснулся. Вместо этого я оставила ожерелье, подаренное мне матерью, на своем столе, надеясь, что Райвин поймет это как мой способ попрощаться.

С брюками и сандалиями в руках я осторожно открыла дверь и закрыла ее так тихо, как только могла. К счастью, в моем холле не было охраны. Я поспешила натянуть брюки и влезла в сандалии. Мое сердце бешено заколотилось, я была уверена, что меня поймают в любой момент.

Войдя в главный зал, я остановилась, оглядывая толпящихся солдат. Некоторые из них посмотрели в мою сторону, но они либо знали, кто я такая, либо не видели во мне угрозы.

Я чувствовала на себе их взгляды, пока шла, но продолжала идти, высоко подняв подбородок, ведя себя так, как будто прогулка по дворцу посреди ночи была моим обычным занятием.

Надеясь, что Лаэра осталась в той же комнате, в которой была в прошлый раз, я шла целенаправленно, зная, что Райвин может проснуться в любой момент. Мне нужно было оказаться за пределами щита, прежде чем это произойдет.

В коридорах не было охраны. Вероятно, потому, что сегодня вечером всем нужно было отдохнуть перед завтрашней потенциальной резней. Моя челюсть сжалась, и я зашагала быстрее, спеша в комнату Лаэры.

Я не потрудилась постучать и была удивлена, увидев, что принцесса сидит в кресле, уставившись на потрескивающий огонь в камине.

— Я гадала, сколько мне придется ждать, прежде чем ты придешь, — сказала она, не поворачиваясь ко мне.

— Невежливо лезть в головы других людей, — ответил я.

— Мне не нужно было проникать в твою голову, чтобы понять, что ты сделаешь что-нибудь, чтобы превратить себя в героиню-самоубийцу. — Она встала и повернулась ко мне. — Это твоя история, Ара. Почему-то судьба хотела твоей смерти. Я не могу вспомнить другого человека, который сражался бы за тех, кого любит, а не ради славы или эгоистичных соображений. Даже мне трудно поверить в твои мотивы, но я могу прочитать все это. Я знаю, что это реально.

— Итак, ты знаешь, о чем я собираюсь спросить, — сказала я.

Она вздохнула. — Я сразу поняла, как только упомянула, что щит не защитит от бога.

— И что?

— Теоретически ты можешь покинуть щит без каких-либо проблем. Вернуться обратно может быть непросто, но я не вижу в этом смысла, поскольку к утру это все равно не будет иметь значения.

— Потому что щит исчезнет, или потому что я все равно сделаю то, что задумала? — Спросила я, прежде чем смогла остановить себя.

— Даже я этого не знаю, — сказала она.

— Ты не будешь пытаться остановить меня. — Это был не вопрос. Я знала, что она этого не сделает, и это заставило меня уважать ее еще больше.

— Я позабочусь о том, чтобы в течение следующего часа его сны были приятными, чтобы дать тебе фору, — сказала она.

Мои брови приподнялись.

— Ты можешь не давать людям спать или наоборот делать их сон крепче?

Она пожала плечами.

— Благодарю тебя.

— Иди. До восхода солнца осталось не так уж много времени, — сказала она.

Я направилась к двери, затем обернулась, чтобы кивнуть ей в знак благодарности, прежде чем закрыть за собой дверь.

Внутренность палатки освещалась одним маленьким волшебным огоньком, мерцавшим в банке на столике возле кровати. Я могла видеть спящую фигуру короля, завернутую в одеяла. Это была маленькая солдатская кровать в простой комнате. Я ожидала, что он будет путешествовать с роскошью, увидев, как он жил при своем дворе. Я тихонько потянулась к мешочку, висевшему у меня на шее, и начала ослаблять завязки.

Крики снаружи стихали, но шума все еще было достаточно, чтобы заглушить мои шаги. Я подкралась ближе к кровати, боясь, что мое сердцебиение было слишком громким. Я могла видеть, как мягко поднимается и опускается дыхание короля. Мне невероятно повезло, что он крепко спал.

Я сделала еще один шаг вперед, затем остановилась, пытаясь придумать наилучший способ двигаться дальше. Что я должна была сделать с предметом в мешочке? Просто выпустить его или бросить в него? Был ли какой-то секрет в его использовании?

— Я разочарован тем, как легко тебя было обмануть. Я был уверен, что ты поймешь, что это иллюзия, — произнес низкий мужской голос.

Я развернулась, потянулась к мешочку и сорвала его со шнура. Король двигался со сверхъестественной скоростью. Он повалил меня на землю, его колено уперлось мне в грудь, мои запястья были скованы. Я сомкнула пальцы на мешочке, надеясь, что он не заметил, что я что-то держу.

— Я подумал, не согласилась ли ты принять мое предложение, — сказал он хриплым и низким голосом.

Я вздрогнула, отворачиваясь от его теплого дыхания на моем лице. Затем я заставила себя посмотреть на него с вызовом. Я не позволю ему увидеть, как он добрался до меня.

— Ты знаешь, почему я здесь.

— Твоя репутация мученицы на данный момент хорошо известна, принцесса, — сказал король, наклоняясь так, что его лицо оказалось прямо над моим. — Интересно, смогу ли я вернуть своего сына, если закую тебя в цепи? Как ты думаешь, что он сделает, если твоя жизнь будет в моих руках?

— Он знает, что лучше не попадаться на эту удочку. Он предпочел бы видеть меня мертвой, чем снова работать на тебя, — сказала я.

Король ухмыльнулся, показав ровные белые, слегка заостренные зубы.

— Я в этом сильно сомневаюсь. Я знаю, что он сделал для тебя на Атосе. Представь, что он выкинет на этот раз.

Я пошевелилась под его весом, пытаясь освободиться. Казалось, это только заставило его улыбнуться шире. Удерживать меня здесь ему не составляло труда.

— Ты не знаешь его так хорошо, как я.

Он рассмеялся.

— Ты думаешь, что знаешь его лучше? Я создал его. Все всегда считали минотавра моим чудовищем, но моим величайшим чудовищем был мой сын.

Я уставилась на него, позволяя всей ненависти, которую я чувствовала к нему, просочиться в меня, наполняя меня, как темное существо, жаждущее крови. Стиснув зубы, я работала, накапливая тени, позволяя им разрастаться так, чтобы король не знал, что я делаю. Я хотела бы заставить его взорваться, как я это сделала с вампиром на Коносе, но я не могла почувствовать даже малейшей нити своей собственной магии.

— Лохлан! — взревел король.

В палатку ворвался солдат, его голова была опущена так низко, что я не была уверена, видел ли он вообще, что король прижал к земле женщину.

Я начала медленно шевелить пальцами, работая над маленьким мешочком, чтобы получить доступ к содержимому.

— Отправь гонца во дворец. Скажи им, что, если Райвин захочет вернуть свою пару, он сдастся мне до восхода солнца.

Круглый предмет был прохладным на ощупь, когда я выудила его из мешочка. Я крепче сжала его пальцами, стараясь, чтобы он не скатился.

— Да, Ваше Высочество, — отозвался Лохлан с еще одним поклоном. Он быстро ретировался.

Король снова обратил свое внимание на меня.

— Я должен благодарить тебя прямо сейчас. Ты сделаешь для меня все, о чем я когда-либо мечтал.

— Я ничья-то пешка, — прошипела я. Ярость захлестнула меня, заставив сузить поле зрения до человека передо мной. Я устала от того, что окружающие меня мужчины использовали меня, в то время как они стремились к власти, которой не заслуживали. Пришло время действовать на моих условиях.

С криком я позволяю теням взорваться, выплескивая весь гнев, разочарование, ненависть и ярость на Короля фейри.

Его отбросило от меня, и он издал удивленный крик, когда тени отбросили его через всю палатку. Я протянула руку, приказывая теням поймать его, не давая ему опрокинуть палатку.

Охранники ворвались, и я оттолкнула их еще большим количеством теней, позволив тьме окутать их коконом смерти.

Король заикался, пытаясь выдавить из себя слова.

— К-как? — Его глаза были широко раскрыты, когда он посмотрел на меня. И на этот раз он смотрел на меня не как на приз. Как на кого-то выше себя. Теперь он смотрел на меня со страхом на лице.

Я медленно приблизилась, затем повернулась, чтобы запустить еще несколькими тенями в двух солдат. Они были подавлены силой, которой я владела, их тела исчезли в объятиях тьмы.

— Это невозможно. Райвин никогда бы не отказался от своей силы, — сказал король.

— Ему не нужно было. — Я с трудом узнала рычание в своем голосе. — Он не ты. Он не такое чудовище, каким ты его считаешь.

— Ты ошибаешься. Ты не можешь изменить его. — Ноздри короля раздулись. — Ты не можешь убить меня его магией. Это не сработает. Он пытался однажды, когда был молод. Он говорил тебе об этом? Он пытался убить своего собственного отца. Ему удалось убить твоего. Это тот человек, которого ты защищаешь?

Я остановилась перед королем, уставившись на человека, который так много отнял у моего народа и все еще не был удовлетворен. Я зажала маленький шарик между указательным и большим пальцами. Не колеблясь, я сунула его ему в рот, затем запечатала его губы тенями.

Я не была уверена, что это за предмет и почему я знала, что должна засунуть его ему в рот, но сразу стало ясно, что я сделала правильный выбор.

Я отступила назад, мои глаза расширились, я не могла скрыть своего недоверия, когда серые полосы потекли изо рта короля, расползаясь, как паутина, по его щекам и вниз по шее.

Пораженная, я потеряла контроль над тенями, и король упал на землю. Он приземлился на колени и схватился за горло. Задыхаясь, он пытался отдышаться, хотя тени больше не связывали его.

Его глаза расширились от ужаса, и он опустил руки, его пальцы впились в грязь, когда он потянулся ко мне. Полосы расползались по его рукам и поперек ладоней. Он замер, вытянув руку вперед, как будто пытаясь схватить что-то. Он поднял голову, его глаза встретились с моими, в них не было ничего, кроме ужаса. Все его тело напряглось, и серые полосы, казалось, продолжали расти, расширяясь, пока все его тело не стало цвета камня.

Нет, не цвета камня. Он и был камнем.

Это было невозможно.

Король уставился на меня твердыми серыми невидящими глазами. Его губы были приоткрыты в застывшей попытке сделать последний вдох. Одна его рука все еще лежала на земле, пальцы впились в грязь, словно реагируя на боль, которую мы не могли видеть. Другая его рука была вытянута, навеки застыв в последней попытке дотянуться до своего убийцы.

Мои руки дрожали, когда я приблизилась к нему, чтобы убедиться. Я медленно коснулась его поднятой руки, затем удивленно отстранилась. Я ахнула.

Это был твердый камень.

Я знала, что было в том мешочке. Я знала, почему мама настаивала, чтобы я не открывала его, пока он мне не понадобится.

Моя мать подарила мне камень медузы. Я думал, что это миф. В историях говорилось, что они были даны Горгоной и могли использоваться только женщинами, находящимися в опасности. Только та, кто носила камень, не пострадала бы от него. Если бы я открыла его кому-нибудь другому, это было бы катастрофой.

И теперь Король фейри был мертв.

Я уставилась на статую, которая раньше была Королем фейри, чувствуя оцепенение. Я не была уверена, что делать дальше. Я надеялась, что смогу забрать короля с собой в Подземный мир. Я не планировала, что смогу спастись.

Земля затряслась, и звуки криков наполнили ночь, заставляя меня действовать. Я подбежала к двери и, выглянув наружу, обнаружила, что у королевского шатра больше нет стражников. Мой желудок скрутило от чувства вины, когда я поняла, что убила их всех.

В небо взметнулось пламя, солдаты закричали. Мимо меня промчались люди, все еще натягивая броню в спешке. Я подняла глаза как раз в тот момент, когда четыре дракона пролетели по небу, обрушив пламя на палатки внизу.

Я остановилась, разглядывая летающих тварей, пытаясь понять, как они оказались здесь, когда короля не было в живых.

Затем я узнала полуночно-синий блеск знакомой драконьей чешуи. Это, должно быть, Бахар. Если это был он и его люди, это означало, что Райвин и мои друзья были где-то там. Они нападали на фейри. Мой желудок скрутило от смеси тревоги и возбуждения. Спустя столько времени мы, наконец, начали битву, которой так долго ждали.

Я нырнула обратно в королевский шатер, затем подбежала к статуе, стоявшей на коленях на том же месте, где я ее оставила. Упершись ногой в его бок, я толкала до тех пор, пока статуя не опрокинулась. Она треснула при приземлении, его рука раздробилась при падении.

Каким-то образом это придало мне уверенности в том, что он действительно ушел. Я огляделась в поисках оружия и увидела массивный богато украшенный меч, прислоненный к маленькому столику. Я схватила его и подняла, быстро поняв, что это не принесет мне никакой пользы. Он был слишком тяжелым. Затем я вспомнила тренировки с Райвином. Единственный раз, когда я победила, это когда я использовала магию, а не традиционные боевые навыки.

Я отряхнула руки и направилась к выходу, готовая присоединиться к драке.

Воздух наполнился дымом, а ночное небо было освещено горящими палатками и полосами огня, исходящими от кружащих в вышине драконов. Солдаты фейри пробежали мимо меня, ни один из них не остановился, чтобы заметить женщину, идущую через их лагерь.

Я поспешила за ними и бросилась прямо в бой. Лязгнула сталь, и бойцы начали сражаться. Фейри атаковали афонских солдат и вампиров из Фив. Драконы атаковали тех, кто пытался спастись бегством на кораблях.

Солдат-фейри заметил меня и бросился в атаку, занеся меч над головой. Я подняла руку, призывая тени. Они с легкостью подошли ко мне. У мужчины не было ни единого шанса, когда темнота поглотила его.

Другой солдат, стоявший поблизости, повернулся и побежал, посмотрев на меня, но солдат-афониец всадил свой меч ему в живот, прежде чем он успел отступить.

Я продолжала пробираться сквозь толпу, используя свои тени, чтобы помогать, где могла, пока искала своих друзей. Чем глубже я погружалась в битву, тем больше возрастало мое беспокойство. Я постоянно напоминала себе, что они сильные бойцы, что им, скорее всего, грозит меньшая опасность, чем мне.

Взмах меча в мою сторону, и я подпрыгнула, едва не позволив разрубить себя на куски. Я уставилась на нападавшего, мужчину-фейри с рогами, который уставился на меня с отвращением. Я тоже посмотрела на него, посылая тени, чтобы поглотить его целиком.

Он издал булькающий звук, когда тени сделали свое дело, душа его до тех пор, пока от него ничего не осталось.

После этого я больше сосредоточилась на своем окружении, зная, что мои друзья, вероятно, тоже искали меня. Я продолжала сражаться, подобрав нож, который кто-то уронил. Я быстро воспользовалась им, ударив ножом фейри, который играл с раненным стражником Атоса.

— Спасибо, — сказал охранник, принимая мою руку, когда я помогла ему подняться с земли.

У меня не было возможности что-либо сказать в ответ, прежде чем нож вонзился ему в шею. Стиснув зубы, я уставилась на убийцу.

— Что у нас здесь? — Спросил высокий фейри в красной униформе Коноса. В одной руке он держал окровавленный нож, а в другой — большой, тоже окровавленный меч. — Они действительно не должны позволять людям участвовать в их битвах.

— Я не человек, — предупредила я.

— Полукровки не в счет, — прорычал он, бросаясь на меня.

Я призвала свою тени, но они были так быстры, что мне пришлось увернуться, отчего черные клочья, с которыми мне удалось справиться, разлетелись в стороны. Он снова атаковал меня, замахнувшись мечом, затем нанеся удар ножом.

Его движения были грубыми, и мне потребовалась вся моя концентрация, чтобы просто избегать его. Я не могла сосредоточиться достаточно, чтобы призвать тени. Я не могла использовать свою магию.

— Я не могу дождаться, когда покажу Райвину твой труп, — выплюнул мужчина. — Я покажу ему, что его магии было недостаточно.

Мысль о том, что Райвин увидит меня мертвой, вызвала во мне прилив ярости, и я перестала думать. Мое зрение сузилось, пока все, что я могла видеть, было злорадным выражением лица человека, оценивающего меня как жертву. Звуки битвы прекратились, воздух, казалось, замер.

Тьма клубилась вокруг меня, и я приветствовала ее, когда бросилась вперед, подпрыгивая в воздух с помощью теней под ногами, держа нож наготове. Глаза солдата расширились, когда я набросилась на него и вонзила нож ему в горло.

Тени настигли меня прежде, чем я ударилась о землю, и я отодвинулась, прежде чем его падающее тело успело приземлиться на меня.

Тяжело дыша, я уставилась на человека, который находил столько радости в мысли увидеть меня мертвой. Я была рада, что он умер. Рада, что у него больше не будет возможности выпустить на волю эту жажду крови.

Внезапно воздух наполнила какофония криков, и я, обернувшись, увидела, как десятки солдат фейри падают на колени, хватаясь когтями за горло. Крики стихли, когда они начали булькать, кровь хлестала у них изо ртов. Когда они затихли, они упали, не двигаясь.

В центре тел, весь в крови, лежал Райвин.

— Райвин! — Я побежала, беззаботно огибая бойцов.

Мой партнер увидел меня, и суровое выражение его лица мгновенно сменилось облегчением. Он создал стену теней по обе стороны от себя, сбивая всех на своем пути на землю, затем побежал ко мне.

Мы встретились в объятии, которое было похоже на выход на поверхность за воздухом после пребывания под водой. Я быстро поцеловала его, затем отстранилась.

— Прости. Прости. Пожалуйста, прости меня.

Он крепко поцеловал меня, его губы почти наказывали, затем они смягчились, и он выдохнул, прежде чем разорвать поцелуй.

— Просто оставайся в живых.

Я кивнула, затем повернулась, и мы вдвоем сражались с людьми, которые приближались к нам, все они шли, чтобы уничтожить Принцы Тьмы.

Я снова призвала тени, обнаружив, что они с легкостью возвращаются. Я подумала, было ли это потому, что он был прямо рядом со мной. Не имела значения причина, я была просто благодарна, что могу призвать магию. Мы двигались по кругу, посылая тени за каждым, кто нападал на нас. Тела падали беспорядочно, но я знала, что мы убили даже больше, чем могли видеть, потому что иногда мы отправляли их прямиком в Подземный Мир без следа.

Наконец, солдаты начали подходить ближе, затем дрогнули, прежде чем броситься в атаку. Затем они вообще перестали подходить. Они знали, что прийти за Райвином — смертный приговор.

Прозвучал рог, громкий и низкий, в нем слышался отчаянный зов. Я напряглась, затем повернулась к своей паре.

— Что это?

— Отступают, — сказал он.

Я рассмеялась, все еще сжимая нож в руках. Я нервно огляделась, не уверенная, что верю, что все закончилось. Но все, что я видела, — это как афонские солдаты и вампиры из Фив опустили плечи, сделав свой первый глубокий вдох с начала битвы.

Фейри бежали к своим лодкам, но драконы кружили вокруг, уничтожая их, когда они пытались спастись бегством. Пылающие люди бежали к морю только для того, чтобы с криками умереть, когда обитатели глубин превращали их в пищу.

Я прошептала «спасибо» монстрам и своей матери, зная, что каким-то образом они знают, что я благодарна.

Послышались шаги, и я обернулась, чтобы увидеть Ванта и Лаэру, идущих к нам. Вант морщился, прихрамывая. Лаэра была вся в крови, но шла с таким достоинством, что я была уверена, что это не ее рук дело.

— Молодец, Ара, — сказала она, подходя ближе.

Райвин зарычал.

— Ты знала.

— Конечно, я знала, — сказала Лаэра. — Но с ней все в порядке, не так ли? И она преуспела там, где все мы потерпели неудачу.

— Значит, он действительно мертв? — Спросил Вант.

Я кивнула.

— Как? — Спросил Вант.

— Подарок моей матери, — ответила я. — Это был камень медузы.

Лаэра ухмыльнулась.

— Умная женщина. Я знала, что Кето мне понравится.

— Ты этого не узнаешь, — сказал Райвин, и в его тоне прозвучал намек на их старое братское соперничество.

— Ну, теперь знаю, — сказала Лаэра.

— Где мои сестры? — Спросила я. — Кто-нибудь прошел через щит? Люди в безопасности?

— Мы убрали щит, как только Лаэра сказала нам, что мой отец мертв, — объяснил Райвин. — Они нас не ожидали.

— Я не думаю, что кто-то прошел дальше пляжа, — сказал Вант. — И мы действительно оставили несколько солдат, включая твою тетю Катерину и Аргуса, и двух драконов.

— Спасибо. — Я знала, что не почувствую себя лучше, пока не увижу их сама, но это звучало хорошо. Звучало так, будто мы выиграли. Я нахмурилась.

— Что? — Спросил Райвин.

— Мы действительно сделали это? Мы действительно победили? — Я недоверчиво посмотрела на своих друзей. Казалось невозможным, что все закончилось.

Лаэра усмехнулась.

— Представь себе. Я думаю, что мы действительно это сделали.

Райвин притянул меня в свои объятия.

— Больше никаких побегов, чтобы спасти всех, хорошо? Можем мы с этого момента доверить это кому-нибудь другому?

Я повернула голову, и он приблизил свое лицо к моему.

— Думаю, я выхожу из боя. — Я приподнялась на цыпочки и поцеловала его.

— Королевы обычно не участвуют в войнах, — сказала Лаэра.

Я напряглась, затем повернулась к ней.

На ее лице появилось удивленное выражение.

— Что, ты думаешь, я хочу корону Коноса? — Она покачала головой. — Извини, но она его, и я почти уверена, что куда он пойдет, туда и ты.

— Я никогда не хотел быть королем, — сказал Райвин.

Вант опустился на одно колено, опустив голову. Мой рот приоткрылся от удивления. Я была уверена, что Вант никогда никому не кланялся.

— Ваше Высочество, для меня было бы честью служить под вашим началом, король Коноса. — Вант опустил голову, но я видела, как слегка дрожат его плечи.

Райвин отпустил меня, затем толкнул своего друга. Вант упал на землю, разразившись смехом.

— Я поработаю над этим, клянусь. Клянусь твоей коронацией, я смогу сделать это с невозмутимым лицом, — сказал Вант.

— Ну же, я хочу увидеть выражение лица моей матери, когда она узнает, что мой отец на самом деле мертв, — сказала Лаэра.

Мы вернулись к воротам дворца под радостные возгласы. Солдаты были заключены в объятия своих близких, а жители Афона разразились победными песнями, которые я почти забыла. Из дворцовых запасов были принесены бочки с вином, а на месте помоста для свадьбы Коры был разведен огромный костер. Я подозревала, что они использовали помост для разжигания огня.

Я увидела, как мои сестры стоят на балконе, машут руками и улыбаются, в то время как люди внизу выкрикивают хвалу своей новой королеве. Это был такой контраст с тем разом, когда она стояла там в последний раз, убитая горем дочь, наблюдая, как слишком много ее соплеменников было отправлено в Подземный мир.

Мне удалось проскользнуть во дворец вместе с Райвином и Лаэрой, в поисках более спокойного места после всего, что мы пережили. Все еще была ночь, и я знала, что, как только взойдет солнце, нам придется столкнуться с реальностью последствий. Атос был в руинах. Потребуется время и ресурсы, чтобы восстановить его. Были также жертвы, которые начали становиться очевидными, поскольку люди не могли найти своих близких. Я знала, что мои действия спасли несколько жизней, но я хотела бы предотвратить все потери.

Мы оставили кровавые следы на мраморной плитке, когда вошли. Мои ноги были без обуви, как это часто бывало раньше. Казалось, что прошло сто лет с тех пор, как я оставляла грязные следы на блестящем полу после тренировок с Дэвидом. Прошло не так уж много времени, но я уже не была тем человеком, которым была в тот день, когда приехала делегация Конос. Прежняя Ара умерла, и ее место заняла более сильная и уверенная версия.

— Ара, слава богам! — крикнул Аргус, пробегая по длинному коридору. — Твои сестры спрашивают о тебе.

Я посмотрела на Райвина и Лаэру. Лаэра улыбнулась, и Райвин кивнул.

— Иди. Мы догоним тебя позже.

Я последовала за Аргусом по коридорам, мимо стражников, которые кричали и подбадривали нас. Весь дворец был наполнен ликованием. Я обнаружила, что заставляю себя улыбаться и подбадриваю их и себя, но мои эмоции еще не соответствовали реальности. В моем теле было онемение, чувство сомнения. Трудно было поверить, что нам это удалось.

Возле комнаты стояли стражники, и это казалось таким знакомым. Они вернулись на свои места, защищая королевскую семью. Я кивнула им, когда они расступились, пропуская меня, Аргус последовал за мной.

Мои сестры все еще махали и улыбались толпе внизу, когда я присоединилась к ним на балконе. Кора первой заметила мое появление. Она повернулась ко мне лицом, ее плечи поникли от облегчения, глаза наполнились слезами.

— Я думала, что больше никогда тебя не увижу.

Лагина и София повернулись, выражение их лиц сменилось с дипломатических улыбок на искреннюю радость. Они двинулись ко мне, обнимая меня, зажав в объятиях между собой. Кора присоединилась к ним, и мы вчетвером держались друг за друга, то смеясь, то плача.

Тогда, когда руки моих сестер обнимали меня, это казалось реальным. Я дала волю чувствам. Позволила себе почувствовать тяжесть того, что я сделала, как хорошего, так и плохого. Я дала волю слезам и позволила себе почувствовать усталость последних нескольких недель. Так много всего произошло, но все было не напрасно.

Когда мы расходились, я услышал новый взрыв аплодисментов. Мы устроили сцену, когда многие горожане стояли под нами, подняв кулаки и скандируя. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять их слова, но когда я поняла их, я не смогла удержаться и кричать вместе с ними. Подтолкнув Лагину вперед, я повторяла.

— Да здравствует королева. Да здравствует Атос!

Сегодня вечером нам нужно было отпраздновать. Завтра, когда взойдет солнце, мы начнем процесс прощания с нашими умершими, восстановления и укрепления Афона, превращения его в город, каким он всегда должен был быть.

Что-то толкнуло меня изнутри, чувство, с которым я становилась все ближе знакомой. Я обернулась и увидела Райвина, стоящего в комнате, вне поля зрения людей внизу. Он наблюдал за нами с неподдельной гордостью в глазах.

Я оставила своих сестер и присоединилась к нему на заднем плане.

— Не похоже, что ты на меня сильно злишься.

— Я понимаю, почему ты это сделала, — сказал он со вздохом. — Какая-то часть меня хотела бы, чтобы ты этого не делала, но я просто слишком благодарен за то, что ты жива, чтобы беспокоиться о чем-то еще.

— Я бы поцеловала тебя прямо сейчас, но я почти уверена, что все мое лицо в крови, и мне бы очень хочется смыть ее, — сказала я.

Он рассмеялся.

— Не волнуйся, когда суматоха уляжется, я отвезу тебя в уединенное место, где мы сможем провести несколько недель наедине, не выходя из спальни.

— Мне нравится, как это звучит, — ответила я.

Дверь открылась, и в комнату ворвался Бахар, одетый только в брюки. Его глаза были дикими, волосы растрепались на ветру.

Мое сердце бешено заколотилось. — Что случилось?

Широкая улыбка расплылась по его лицу. Он подбежал туда, где я стояла, держа в руках небольшой свиток бумаги.

— Мы отбили Дракус! Мой брат Зейн прятался во дворце. Он отравил вино в наших погребах, и эти глупые фейри упились до смерти. Он подал сигнал Кабиру, и наши войска освободили город еще до того, как сюда прибыл король фейри.

Дракон-оборотень обхватил меня руками, отрывая от земли, затем закружил по кругу.

— Дракус в безопасности! Мое королевство в безопасности!

Он поставил меня на землю, и я рассмеялась, наблюдая, как он помчался к балкону, где подхватил Кору на руки.

Райвин взял меня за руку и повел обратно на балкон. Я была удивлена, увидев, что приветствия и празднование продолжались, даже когда рядом с нами были Король-дракон и принц Коноса. Нет, не принц, а король, если верить Лаэре.

— Ты займешь трон? — Спросила я.

Он посмотрел на меня.

— Чего ты хочешь? Я знаю, что никто из нас не хотел править.

— Ты был бы великим королем, — сказала я.

— Ты была бы великой королевой, — ответил он, затем наклонился ближе, так что его губы коснулись моего уха. — В любом случае, я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Мои брови приподнялись, и я повернулась к нему.

— Ты просишь меня выйти за тебя замуж?

— Если ты возьмешь меня в мужья, — сказал он.

Улыбка на моих губах была такой широкой, что у меня заболели щеки.

— Дион будет очень разочарован.

Он рассмеялся, затем притянул меня в свои объятия.

— Мы сообщим ему об этом осторожно.

Спасибо вам за чтение серии «Кровь и соль»!

Не готовы попрощаться? Получите бесплатное послесловие, воспользовавшись ссылкой ниже, чтобы подписаться на мою рассылку. Вы получите представление о сцене и сможете узнать, что будет дальше!

Получите свой бонусный эпилог здесь