— Ты перешла грань, Элен! Или ты думала, будто я не догадываюсь о твоих похождениях? Да, может я и не могу это доказать, но я же не дурак! Однако то, что ты сделала сейчас… когда мы поженимся, я посажу тебя на цепь, чтобы ты не смогла творить глупости, а пока больше не смей покидать академию без моего разрешения! — раздался незнакомый рыкающий голос прямо над моим ухом.

Элен? Так меня только муж подруги называл, и то, потому что он англичанин. Остальные ограничивались просто «Леной». И вообще, откуда посторонний взялся в моей квартире? А еще, что значит «поженимся»?

Моргнув, я сфокусировала взгляд, пытаясь осознать происходящее.

Прямо надо мной нависал мужчина, и кажется, он был очень зол — губы кривились, между нахмуренных бровей пролегла складка. Лицо у него было грубым, с хищным носом, тяжелым подбородком и острыми скулами, но все равно довольно привлекательное… если бы только он не вломился ко мне посреди ночи!

Я сделала шаг назад и уперлась в стенку.

— Ты поняла меня? — незнакомец стукнул кулаком совсем рядом с моим лицом.

Что-то треснуло, брызнула деревянная крошка.

Хотелось закричать, но в горле пересохло, и с губ сорвался странный не то хрип, не то стон.

— Я не слышу ответа, — двумя пальцами мужчина приподнял мой подбородок, и я увидела, как в его черных глазах пылает пламя.

Ну, все понятно, это сон. Видимо, уснула за книжкой, вот и чудится теперь всякое…

Или, прежде чем уснуть, я проверяла работы учеников? Ладно, неважно…

— Поняла, — прошептала дрожащими губами, желая поскорей проснуться.

Сейчас даже собственный голос казался мне незнакомым.

— Так-то лучше, — довольно ухмыльнулся мужчина, а после наконец отпустил меня и ушел.

Пытаясь унять дрожь в коленях, я опустилась на пол.

Успокойся, Лена, ты просто спишь. А когда зазвенит будильник — ты проснешься и посмеешься над таким глупым кошмаром.

Только вот для сна все происходящее было слишком реальным — и этот мужчина, и холодные камни, на которых сидела, и окружающая обстановка.

Сейчас я находилась в каком-то кабинете — отделанные коричневом деревом стены; шкафы с книгами; стол, на котором ворохом лежали листы чего-то, похожего на пергамент; портрет сурового пожилого мужчины в золоченной рамке и… шарик света, парящий прямо в воздухе.

Моргнув, я пригляделась, пытаясь отыскать провод, или вроде того, но ничего не обнаружила.

Точно сон.

Ну конечно, вечером я сидела над проверкой школьных сочинений. Помню, что была очень уставшей, да только уже пообещала ученикам вернуть тетрадки завтра утром, а обещаний нарушать не привыкла, вот и мучилась…

Видимо, усталость все же взяла свое, я отключилась прямо за столом и сейчас сплю. Странный, конечно, сон, но что еще может привидеться после таких перлов, как «Татьяна любила Онегина, поэтому решилась дать ему…»? Слово «письмо» автор работы то ли забыл, то ли пропустил специально, для пущего эффекта.

Поднявшись, я похлопала себя по щекам, но это не помогло проснуться, лишь лицо неприятно защипало.

Ладно, может стоит попробовать уснуть снова? А что, вариант.

Кровати здесь не наблюдалось, поэтому я села за стол, с подозрением покосившись на шарик света, но прежде чем успела сомкнуть глаза, дверь кабинета скрипнула и внутрь заглянул мужчина.

Хотя нет, скорее парень — на вид ему было не больше двадцати. Длинные золотистые волосы, красивое лицо, с четкими скулами… Ему бы в кино сниматься с такой внешностью.

— Элен, вот вы где… — хищно улыбнулся он, приближаясь.

Почему снова Элен? Что это за странные фантазии моего подсознания?

Пока я размышляла над играми собственного разума, парень преодолел разделявшее нас расстояние, а после склонился и поцеловал меня в шею.

Неправильный сон становился реальнее с каждой секундой.

Одной шеей парень не ограничился — не обнаружив моментального сопротивления, он пошел дальше. А пока приходила в себя, осознавая происходящее, его ручонки уже скользнули мне под блузку и…

— Что ты себе позволяешь? — наконец закричала я.

Оттолкнула нахала и окончательно поняла, что это не сон — не бывает во сне таких отвратно-настоящих ощущений.

— Элен, вам не нравится? — чуть растерялся паренек.

— С чего мне вообще должно это понравиться? — я округлила глаза.

Не считая того, что этот щегол был молод и совершенно не в моем вкусе, он действовал слишком напористо и нагло. Да и ладошки у него были потные…

— Но вы улыбались мне на лекциях, позволили наедине называть вас по имени, а потом пригласили сюда поздно вечером. Я думал…

— Ошибался! — отрезала, застегнув пару пуговиц блузки, до которых успел добраться пройдоха. — И теперь я запрещаю звать меня по имени!

— Простите, мисс Роуз, — парень опустил голову, хотя я успела заметить, как его глаза полыхнули недовольством. — Тогда зачем вы меня позвали?

Ага, хотела бы я сама это помнить…

— А это уже неважно. Немедленно выйди вон!

— Хорошо, мисс Роуз. Еще раз прошу прощения, — парень сдержано поклонился.

При этом лицо его говорило о том, что он ничуть не сожалеет о случившемся, а скорее зол от того, что план не удался.

— Не прощаю, — я указала рукой в сторону двери.

В голове у меня крутился один-единственный вопрос — что здесь происходит?

Если это не сон, то как я оказалась в незнакомом месте? Почему этот щегол знает меня, если я вижу его впервые? Как, в конце концов, горят эти шарики без проводов и электричества?

Но спрашивать все это у парня я, разумеется, не собиралась.

Он дошел до выхода из кабинета, постоял на пороге, будто ожидая, что я передумаю, а после наконец покинул помещение, хлопнув дверью чуть громче, чем было нужно.

Я же со вздохом опустилась обратно в кресло, потерев виски руками.

У меня что, случилась внезапная амнезия (ха, можно подумать, амнезия бывает плановой), и теперь я забыла часть своей жизни?

Пару лет, например, за время которых успела переехать заграницу и сменить имя с Елены Розиной на Элен Роуз. А заодно заключить помолвку с каким-то мерзавцем…

Впрочем, был и второй вариант, куда более невероятный — я попала в другой мир, как героиня фэнтези-романов, которые иногда любила читать на досуге.

Любое из этих двух предположений грозило проблемами, но вопреки логике главной неприятностью мне казался тот первый незнакомец. При одном воспоминании о его холодном лице и жестоком взгляде по телу начинали бегать мурашки, а инстинкты так и вопили — «Убегай!».

Знать бы только, куда бежать.

Ладно, Лена, успокойся. Попаданки бывают лишь в книгах, а в правовом обществе вопросы с нежелательным замужеством вполне решаемы. В крайнем случае всегда можно выписать судебный запрет, а пока ничего не вспомнила, стоит хотя бы осмотреться.

Подумав так, я быстро начала выдвигать ящички стола. В первом были письменные принадлежности в виде перьев, во втором — стопки бумаг. Схватив самый верхний лист, наискось пробежала текст глазами:

«Основы применения бытовой магии среди военной стражи. Ричард Монро».

Это что, наработки юного писателя?

Машинально отметив пару мелких ошибок, я хотела взять другой лист, и вдруг остолбенела, поняв кое-что важное.

Буквы, которыми был написан сей опус, оказались совершенно незнакомыми, хотя слова я прекрасно понимала.

Чертовщина какая-то.

Дернув третий ящичек, обнаружила блестящее зеркало в очень красивой рамке, бутылек граненного стекла, шкатулку и всякие женские мелочи. Все выглядело дорого и изящно.

Взяв зеркальце, я поднесла его ближе, уже догадываясь, что увижу. И не ошиблась — оттуда на меня смотрело абсолютно чужое лицо.

Густые русые волосы, брови вразлет, тонкий, идеально ровный носик, пухлые губки — девушка в отражении была настоящей красавицей, моложе меня лет на десять минимум. Единственным знакомым оказались глаза — зеленые, с рыжеватыми крапинками.

Я подняла руку, пощупала себя — зеркало бесстрастно отразило мои действия.

Прекрасно. Как там говорится? Если отбросить самое очевидное, то невероятное и будет правильным ответом.

А значит, я попала. В чужой мир, и к тому же, в чужое тело.

Так, ладно, Лена, успокойся. Дыши глубже. Ты хотя бы помолодела, да и обстановка тут не самая скверная.

В конце концов, эта Элен Роуз не крестьянка, вынужденная батрачить в поле, а значит, не все так плохо.

Осталось только придумать, как выбраться сухой из воды.

Все тот же богатый опыт чтения подсказывал мне, что говорить кому-то о своем попаданстве — опасно. Еще неизвестно, как здесь к подобному относятся. Вдруг меня сожгут на костре, приняв за ведьму? Или посадят в тюрьму?

Нет, первое все же маловероятно — судя по светящимся огонькам, магия в этом мире есть и ей активно пользуются.

Я снова глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки.

В старом мире меня особо ничего не держало — с мужем я давно развелась, детей мы завести не успели, так кто по мне будет скучать? Разве что ученики (если уж совсем потешить свое самолюбие), но они это легко переживут.

А вот мне теперь надо выжить.

Узнать, кем была та, в чье тело я попала — это раз.

Изучить правила нового мира, чтобы не выделяться — это два.

И наконец, самое главное: избавиться от мужчины, назвавшегося моим женихом — это уже три. Потому что снова выходить замуж я не собираюсь в любом из миров. Тем более, за такого наглого и жестокого типа.

Почему жестокого? Потому что нормальный не станет громить стены и угрожать посадить на цепь. Даже если Элен что-то сделала ему, то зачем угрожать?

На крайний случай всегда можно разорвать помолвку… кстати, и об этом тоже следует узнать.

Окончательно успокоившись, я снова открыла ящик стола, извлекла из него бумаги и принялась читать, благодаря провидение за то, что понимаю местный язык.

Почти все листы оказались эссе по бытовой магии, и мало чем отличались друг от друга, но я поняла одно — Элен Роуз была преподавателем этого предмета.

Что ж, значит меня занесло в учебное заведение — неплохо. Педагогика — дело, которое я искренне любила, и неважно, что вместо литературы тут бытовая магия.

Хотя нет, вру, очень важно — понятия не имею, что буду делать на занятиях, если доживу до этого момента.

Сосредоточившись, постаралась лучше вникнуть в эссе, но даже при понимании отдельных слов, общий смысл от меня ускользал — какие-то расчеты силы, заклинания, зелья и чары. Все это казалось чушью несусветной.

Мда, надеюсь, у Элен Роуз хотя бы был план занятий… иначе меня уволят в ближайшее время. С другой стороны, возможно это поможет избавиться мне от ненужного жениха (надо бы узнать, как его зовут).

Не кисни, Лена, выход есть всегда.

Следом за рабочим столом пришел черед и шкафов со стеклянными дверцами, за которыми скрывались книги, свитки и пузырьки с чем-то невнятным.

Открывать и нюхать это невнятное я не решилась — хоть на пузатых боках и белели этикетки, но их названия мне ни о чем не говорили.

Что, например, значит «Эликсир от магических остатков различных выжимок и эссенций для местного применения»? Набор слов какой-то, честное слово.

Книги оказались чуть интереснее — я нашла здесь «Основы бытовой магии» и «История академии Даркминор».

Первое могло пролить свет на мой профильный предмет, второе — на место, куда я попала.

Поэтому, поудобнее устроившись в кресле, принялась за чтение магического учебника.

Надолго меня не хватило — автор, словно издеваясь, излагал информацию максимально сухо и неинтересно. Вот, честное слово, когда я смотрела фильмы об очкастом мальчике, то меня всегда удивляло — ну как можно не хотеть идти на занятия, если ты находишься в школе волшебства?

А сейчас поняла.

Уже спустя пару абзацев рот разрывало от зевоты, а к концу первой страницы я и сама не заметила, как уснула.

Мне снился странный сон — будто я попала в другой мир, в чужое тело и стою на площади средневекового городка. Напротив — мужчина с красными длинными волосами и до одури красивым лицом, если бы только не его пакостное, гадливенькое выражение…

Вот мужчина что-то сказал мне, взял за руку, а после склонился и поцеловал…

— Элен! — раздалось прямо над ухом.

Я подскочила, тут же все вспомнив.

Это не сон. То есть, я спала, но чужое тело, волшебный мир и прочее — самая настоящая реальность. Как и жених, что сейчас снова нависал надо мной, вызвав острое чувство де-жавю.

— Ты прямо-таки испытываешь мое терпение, — жестко усмехнувшись, проговорил мужчина, увидев, что я проснулась. — Какого мрака ты до сих пор дрыхнешь, да еще и в кабинете?

Давненько так со мной никто не разговаривал. А точнее, давненько я никому не позволяла так со мной разговаривать. Только бывший муж, когда я внезапно осталась без работы, начал пытаться мной помыкать, осознав свою власть. Я, в свою очередь, осознала, что очень ошиблась с выбором спутника, после чего муж, собственно, и стал бывшим.

— Почему ты не готова? Развлекалась до утра? — тем временем, продолжил мужчина, скривившись. — Может скажешь мне, кто он?

Неужели этот тип ревнует? Хотя нет, скорее злится от того, что кто-то посмел трогать его собственность… впрочем, это он зря — нахального студентика я вчера взашей прогнала. И с удовольствием сдала бы его сейчас, если б только он представился по имени.

— Знакомься, мистер Дж. К. Ролленс. Вообще-то, вчера я зачиталась и уснула, — процедила холодно, помахав перед его носом книжкой, и сделав самое строгое выражение лица.

Ученики после такого обычно добровольно отдавали шпаргалки, однако то ли физиономия Элен была не приспособлена к строгости, то ли жених мне попался очень стойкий, но мужчина лишь расхохотался.

— Ты читала? — переспросил он, отсмеявшись. — Серьезно? На кой мрак тебе бытовая магия? Да ты ничего умнее бульварных романов отродясь в руках не держала…

— Вообще-то это мой профильный предмет, — ответила, едва сдерживая желание отходить его внушительным фолиантом.

Спокойно, Лена, розги отменили еще в девятнадцатом веке, но с учениками ты же как-то прежде справлялась.

Хотя, пожалуй, этот гад будет похуже даже Антошки Томина — главного заводилы десятого «В».

— Не замечал, чтобы раньше тебя волновало что-то, помимо шмоток и трепки моих нервов, — снова скривился мужчина. — И вообще, думаешь, кому-то в Даркминоре может понадобиться бытовая магия? Не смеши… я ввел этот предмет, дабы ты хотя бы изображала занятость делом. И только потому, что твой магесстрат по стихотворным заклятиям нужен военным стражам еще меньше бытовой магии.

Ну надо же, выходит и образование у нас с Элен Роуз схожее…

Совпадение? Или же причина моего перемещения сюда?

— Знаешь, что? Тебе, мой дорогой женишок, еще предстоит узнать обо мне много нового, — фыркнула, задрав повыше подбородок.

— Сейчас я хочу знать только то, что ты будешь вести себя, как и положено невесте дома Черных Драконов, — ухмыльнулся мужчина. — Мой брат приедет с минуты на минуту, а ты совсем не готова! Учти, если начнешь выкидывать свои фокусы, я наложу на тебя заклинание отрезанного языка, и скажу ему, что ты дала обет молчания до свадьбы. Идем!

И грубо схватив за руку, он потащил меня прочь. Я не вырывалась лишь по одной причине — мой жених, в отличие от меня самой, явно знал местонахождение моей комнаты.

Мы неслись по каменным коридорам так быстро, что я едва успевала запоминать дорогу. Выйдя из кабинета, мужчина чуть ослабил хватку и теперь со стороны все выглядело вполне невинно — двое преподавателей просто куда-то очень спешат.

Студенты, попадавшиеся нам навстречу, учтиво кланялись, расступаясь. Все они были мужского пола, но если Даркминор — военная академия, то это и неудивительно.

Уже спустя пару минут мой ненавистный жених толкнул какую-то дверь, запихнул меня внутрь и вошел следом.

Мы оказались в комнате, явно спальне, причем женской — здесь стояла кровать под отвратительно-розовым балдахином, платяной шкаф, комод и трюмо. Причем последнее тоже было розовым, с резьбой и завитушками, и за счет этого значительно выделялось на фоне остальной, темно-коричневой и какой-то грубоватой мебели.

— Переодевайся, — процедил мой спутник, указав рукой на шкаф.

— А может, ты выйдешь? — вскинула брови я.

— Позволь напомнить, дорогая Элен, — ухмыльнулся «жених», успешно скопировав мой тон. — На тебе стоит брачная метка, а значит, я имею полное право видеть тебя голой. Другие же наверняка видели…

Задрав манжет платья на руке, которую он так и не выпустил, мужчина ткнул пальцем в черный витиеватый узор, расползавшийся от запястья куда-то вверх.

Прекрасно, у меня еще и татуировка. Нет, действительно прекрасно — всегда хотела, но сперва бывший был против, потом работа не позволяла, а затем и возраст вышел.

— Ты мой жених, а не муж… — не слишком уверенно возразила я.

Кто знает, какие тут порядки? Может, и впрямь имеет…

А вот репутация девицы, ходящей налево, меня огорчает. Интересно, Элен действительно была ему неверна, или это лишь его дикие бредни собственника? Впрочем, раз у него все еще нет доказательств, то наверняка это просто попытки оправдать свое хамское поведение и очистить совесть… если она у него есть.

Мужчина промолчал. Он так и продолжил стоять, прожигая меня пристальным, тяжелым взглядом.

Я тоже молчала. Хочет играть в гляделки? Хорошо, посмотрим кто кого.

— Элен, мое терпение на исходе, — наконец не выдержал жених. — Собирайся, иначе я тебя выпорю!

Хотелось фыркнуть и пригрозить полицией, но пришлось сдержаться. Если тут царят средневековые порядки, то он и впрямь может меня выпороть, а такое унижение я не выдержу.

Осознав, что этот хам не собирается выходить, отвернулась, распахнув шкаф. Так-так, что тут у нас? Понятия не имею, кем является этот загадочный брат, но видимо одеться мне стоит прилично, чтобы не вызывать у жениха лишнего повода злиться.

Оглядев висящие в ряд платья, выбрала самое скромное, кирпичного цвета и с воротником под горло.

— Да ты издеваешься! — взорвался женишок, едва я достала одежку. — Черным! ОНО ДОЛЖНО БЫТЬ ЧЕРНЫМ!

Надо же, впервые вижу мужчину, которого так заботит выбор женского наряда. Ладно, Лена, держи себя в руках. Бороться с такими истеричками можно лишь одним способом — спокойствием.

Молча убрав неподходящую вещь, я выудила единственное черное платье. Не поворачиваясь, скинула с себя старое, оценив, что татуировка доходит до самого плеча, а еще, что фигура у Элен Роуз просто потрясающая. Все так же, не произнеся ни слова, облачилась в новый наряд и только после этого развернулась.

— Видишь, Элен, можешь ведь быть нормальной, когда захочешь, — фыркнул ничуть не впечатленный, мужчина. — Идем. Король не должен нас ждать.

Король? Его брат — король? Ого…

Пока я размышляла, как стоит вести себя с королевской особой, и насколько большим государством правит этот самый король, жених вывел меня за пределы академического замка. Я поежилась — на улице было довольно прохладно.

Судя по слишком бледному небу над головой, академия находилась где-то в горах, но весь вид закрывали высокие крепостные стены, сложенные из черного камня.

Мы оказались в огромном дворике, мощеном брусчаткой. От подвесного моста (тоже гигантских размеров), сейчас опущенного, до ворот самой академии, вел широкий коридор из выстроившихся по стойке смирно адептов.

Облаченные в черную форму с вышитым на воротнике силуэтом дракона, с одинаковыми выражениями лиц — смесью почтительности и строгости — они различались разве что цветом волос.

Едва мы остановились ровно в одном конце этого живого коридора, как на другой стороне доски моста скрипнули и сквозь широкую арку внешних ворот, вполз…

Батюшка Пушкин, это же дракон! Самый настоящий!

Открыв рот, я ошарашенно разглядывала сказочного зверя. Черная чешуя, словно сделанная из оникса, сложенные перепончатые крылья, длинная изящная шея и роговые наросты на хищной, несколько кошачьей морде — дракон был именно таким, каким должен быть дракон.

Теперь понятно, почему этот внутренний двор крепости несуразно большой — зверь тоже был совсем немаленьким…

Пока я хлопала глазами, дракон дополз до середины, а затем обратился, и вот перед нами уже стоит мужчина, одетый в простой темный камзол и высокие сапоги. Его черные, с проседью, волосы украшала корона — тонкий стальной круг с зубцами, без всяких изысков, вроде камней, или позолоты.

Сходство между братьями угадывалось с первого взгляда — у короля был такой же тяжелый подбородок, орлиный нос и темные глаза под нахмуренными бровями.

Визитер быстро преодолел остаток расстояния — пока он шел студенты едва успевали отдавать ему честь — и остановился напротив нас.

— Ваше Величество, — склонился в вежливом поклоне мой жених, а после больно ткнул меня в бок.

С некоторым запозданием я повторила поклон.

— Отбрось формальности, Натан, я здесь с неофициальным визитом, — тепло улыбнулся король, обнимая брата.

Значит, Натан. Что ж, запомнить несложно — так звали моего любимого актера.

— Рад видеть тебя, Дэйв, — мой жених лучезарно улыбнулся в ответ, отчего его лицо стало гораздо симпатичнее.

Даже странно, что он умеет улыбаться.

— Прекрасная Элен, счастлив снова лицезреть тебя, — оскалился визитер в мою сторону.

По его лицу было ясно видно, что радости в нем нет ни капли.

— Взаимно, Ваше Величество, — ответила, гордо вскинув подбородок и растянув губы в самой вежливой улыбке.

Примерно так я улыбалась директору школы и родителям Антона, вносившим приличные пожертвования на ремонт классов.

Уж не знаю, что этому монарху сделала Элен Роуз (хотя догадываюсь, что без влияния Натана тут не обошлось), но я — не она, и мне стыдиться нечего.

— Пройдем внутрь, — предложил мой непрошенный жених. — Нам надо многое обсудить.

Наконец-то! Может король и прибыл довольно быстро, но даже за это короткое время я успела окончательно продрогнуть, а теперь едва ли не стучала зубами от холода. Да с такой погодой мне нужно было надевать шубу, а не платье!

Отодвинувшись, мой жених пропустил брата вперед, а затем придержал меня за локоть, прошипев на ухо:

— Пойдешь с нами, чтобы быть у меня на виду. И давай без фокусов!

— Как скажешь, дорогой, — ответила, добавив в голос побольше яда, и вырвав руку, последовала за королем.

Вскоре мы оказались в рабочем кабинете, принадлежавшем, видимо самому Натану. Массивный деревянный стол, пара удобных кресел, оббитых мягким бархатом, полки с книгами и шкаф с оружием — вот и вся обстановка.

Мужчины расселись по креслам, мне же места не досталось, поэтому я подошла к шкафу, и делая вид, будто не очень-то хотелось, принялась разглядывать всевозможные сабли, кинжалы и прочие инструменты для убийства.

— Что случилось, брат? — спросил Натан.

Обернувшись, я увидела, как он взмахнул рукой. В разные стороны полетели искры, но кроме этого будто бы ничего не произошло.

— Замок вода точит время, — выдал полную чушь король, заставив меня вскинуть брови от удивления.

Это что, шифр?

— Прости, Элен, есть вещи, о которых женщинам знать не следует, — процедил Натан, перехватив мой вопросительный взгляд.

Ага, значит те искры были каким-то заклинанием.

Прямое проявление магии в реальной жизни меня, признаться, не впечатлило — и тут сказался богатый читательский опыт. А где пассы руками, светящиеся круги с таинственными символами, или, на крайний случай, волшебная палочка?

Искры — как искры. У меня такие однажды розетка в классе выпускала, когда Антошка туда циркуль засунул. Ладно, хоть сам не пострадал, озаботившись надеть резиновые перчатки — может, он и был разгильдяем, но физику знал вполне неплохо…

Впрочем, несмотря на отсутствие видимых спецэффектов, заклинание работало отлично — полчаса я слышала лишь набор слов, не имеющих никакого общего смысла.

За это время успела досконально рассмотреть все оружие, заметить пыль на дальних полках и сосчитать корешки книг в первых рядах.

Клянусь, если бы не присутствие короля, я бы уже высказала все этому хаму, заставившему меня топтаться без дела. Хотя и король тоже хорош — совсем не смущался сидеть, пока я стояла, аки овечка у забора.

Потом доступные развлечения закончились, а мужчины по-прежнему о чем-то увлеченно говорили, и я уже хотела было подойти и втихаря пнуть своего ненаглядного женишка, как осознала, что снова улавливаю смысл.

Видимо, часть с секретами государственной важности подошла к концу вместе с действием чар (отменяющих искр я точно не видела), и мужчины решили, что слушать о торговле и налогах мне позволено.

И я слушала, пытаясь выловить хоть какую-то информацию о новом для меня мире, но беседа братьев мало в этом помогала.

Единственное, что полезного удалось услышать, так это то, что государство, куда я попало, довольно богато, а еще — что академия Даркминор расположена вдали от любых городов.

Первое, наверно, хорошо. А вот второе для меня явно плохо — выходит, я заперта со своим женишком в одном замке на неопределенный срок.

Да уж, надо срочно узнать, как снять эту проклятую брачную метку. Провести остаток жизни с тем, кто так обращается с женщинами — весьма нерадостная перспектива.

— Ладно, брат, пойдем, мы проводим тебя в твои покои. Думаю, все остальное можно обсудить чуть позже, за ужином. Элен наверняка устала стоять тут и слушать эти скучные разговоры, — наконец произнес Натан.

Тон, которым он выделил слово «стоять», ясно давал понять, что жених нарочно не предложил мне ни кресла, ни стула.

— Ну что ты, дорогой, я ничуть не устала. Я ведь понимаю, что ты куда старее и немощней меня, и просто не смог бы провести на ногах столько времени, — парировала, наивно похлопав глазками.

«Старый и немощный» скрипнул зубами, но возразить ему было нечего.

Поднявшись с кресла, Натан молча подставил мне локоть, который я приняла, навалившись на мужчину всем телом.

— Ты можешь не виснуть на мне? — прошипел женишок спустя метров десять передвижения по коридорам академии.

— Не могу, ведь ты заставил меня стоять целый час, и теперь я устала, — фыркнула в ответ.

Конечно, я не устала — тело Элен было молодым и во вполне хорошей форме, да и прежде мне приходилось много времени проводить на ногах. Но отомстить мерзавцу-жениху требовалось хотя бы так.

— Не придуривайся, у тебя энергии еще больше, чем опилок в голове, — поджал губы Натан.

Он дернул рукой слишком резко, опора выскользнула из моих пальцев и не удержавшись, я упала на пол, больно ударившись коленкой.

Вот же нахал! Кто вообще так с девушками обращается?

Король обернулся, удивленно вскинув брови. Больше в коридоре никого не было — студенты уже разошлись на лекции.

— Мрак тебя побери, Элен, сколько можно выставлять меня идиотом? — разозлено прошипел Натан.

Ага, то есть, он меня толкнул, я пострадала от этого, но все равно виновата? Садитесь, мистер дракон, два вам за логику.

Тем не менее, мужчина протянул руку, хотя в глазах его читалось куда большее желание меня пнуть.

— До тех пор, пока ты не перестанешь вести себя, как идиот и не научишься хорошим манерам, — ответила, проигнорировав его ладонь и встав самостоятельно.

Что я там говорила про спокойствие? Так вот, долго оставаться спокойной рядом с этим мужланом у меня совсем не получалось.

— А может, тебе стоит начать с себя? — усмехнулся Натан.

Король в это время тактично отвернулся, сделав вид, будто не замечает ни грубости брата, ни нашей перепалки. Да уж, ну и семейка…

Фыркнув, я задрала нос, давая понять, что разговор продолжать не намерена.

Остаток пути до покоев, выделенных королю, наша троица проделала молча.

— Я предупреждал тебя, Элен, — прорычал жених, едва мы раскланялись с его братом, и за ним закрылась дверь. — Я ведь тебя просил вести себя нормально.

Схватив за плечи, он прижал меня к стенке, нависнув сверху.

— А я как себя вела? — уточнила, раздумывая, что бы сделать дальше.

То ли успокоиться и попробовать поговорить по-человечески (если, конечно, он понимает человеческий язык, что весьма сомнительно). То ли вырваться и просто убежать, оставив этого тирана злиться в одиночестве. С учетом дикого лица Натана, более вероятным казался второй вариант.

— Как обычно! — рявкнул мужчина. — Нельзя было просто молчать и не позорить меня перед братом?

— Можно было, если бы ты сам не вел себя, как скотина, не хватал меня за руки и не издевался. Так что опозорил ты себя сам… впрочем, твоего брата все равно не удивило такое поведение, так зачем ты вообще пытался что-то там соблюдать?

— А с тобой нельзя быть нормальным, иначе ты сразу садишься на шею, — скривился Натан. — Что же касается короля, то наши отношения — это не твое дело.

— А может ты просто не пробовал быть со мной человеком?

Нет, ну действительно… рявкает, как сторожевой пес, все время норовит применить силу… чего он вообще ожидает? Что в ответ на это ему станут лизать пятки? Ну я — так точно не стану, да и Элен, судя по всему, делать этого не собиралась…

— Или мне стоит быть с тобой еще строже, — сделал свои кривые выводы мужчина. — И начну прямо сейчас. Видимо, раз я до сих пор не трогал тебя, то ты решила, что я не стану делать этого и дальше… но ты ошиблась, и пришла пора стрясти с тебя долг невесты…

И он задрал мне платье, запустив под него свои руки.

Дальнейшее вышло у меня совершенно автоматически.

Лет пять назад в нашем городе объявился маньяк, с ножом кидавшийся на одиноких женщин. Тогда же наш школьный директор, бессменный и многоуважаемый Константин Александрович, организовал уроки самообороны для всего женского педагогического состава. Уроки были добровольно-принудительными и мне очень понравились — там показывали вполне эффективные приемы.

И вот теперь эти знания всплыли в моей голове. Коленкой я со всей дури двинула жениху в пах, а когда он отпустил меня, согнувшись пополам, повторила удар, теперь уже целясь в нос. Попала.

Натан взвыл, я подхватила подол и понеслась прочь.

Наверно, мне не следовало провоцировать этого мужчину. Натан казался неуравновешенным, опасным и способным на многое человеком. И теперь он явно захочет отомстить мне, но…

Не позволять же ему зажимать себя в углу, прямо посреди коридора? Тем более, что желания зажиматься со своим женихом у меня не было даже в спальне, а в любой момент мог выйти адепт, застав нас на горячем.

Конечно, похоже предметом Элен — бытовой магией — здесь все пренебрегают, но это же просто непрофессионально, позволять ученикам видеть подобное! И я уже не говорю о моральных качествах Натана — кажется, само понятие «морали» у моего жениха полностью атрофировалось.

Кстати, о профессионализме. Если это академия, то здесь ведь должен быть ректор. Может он как-то повлияет на Натана, если ему сообщить?

Или… Натан и есть ректор. Что более вероятно, с учетом должности брата и его собственного поведения. А еще, кроме нас (и торжественного караула из адептов) короля никто не встречал. Ладно, другие преподаватели — они могли быть заняты лекциями, раз уж визит неофициальный. Но ректор точно был обязан выйти.

Повезло — так повезло. Этот нахал не только мой жених, но еще и мой непосредственный начальник…

Добежав до комнаты Элен, я заперлась, и в изнеможении улеглась на кровать. Надо бы составить дальнейший план действий, а то слишком уж быстро все завертелось — у меня не было времени даже подумать…

Итак, что мы имеем?

Во-первых, чужой мир, с неизвестными правилами и магией, масштабы которой я пока не могу представить. Единственное, что очевидно — так это наличие драконов, одного из которых видела собственными глазами.

Во-вторых, военную академию с суровым названием Даркминор, расположенную, похоже, где-то в горах. Да уж, в фэнтези-сказках девушки обычно попадали в тела адепток, чтобы весело проводить время, общаясь с сокурсниками, прогуливать лекции и устраивать студенческие вечеринки… а мне, как всегда, «повезло». С другой стороны, с учетом военного уклона и пола учеников, попасть в тело мальчика было бы худшим вариантом…

Ладно, едем дальше.

В-третьих, Элен Роуз, бывшая владелица тела. Из того, что мне удалось узнать, она преподавала бытовую магию и заигрывала со своим студентом (если тот блондинчик не соврал и ничего не приукрасил). А еще ее недолюбливали как минимум двое (оба королевских кровей), и она была помолвлена со скотиной…

И в-четвертых, та самая скотина, ее (а теперь и мой) жених, Натан. Что мне известно о нем? Что он из дома Черных Драконов, причем драконов в самом прямом смысле — крылатых ящериц. Еще, что он принадлежит к правящему роду, заведует академией и ненавидит свою невесту, а возможно, и всех женщин мира.

Как-то негусто.

Теперь переходим к плану.

В первую очередь мне надо как можно больше узнать об Элен Роуз — что она любила, как к ней относились остальные, почему ей достался такой жених? Да и банально — сколько ей лет. А узнав, медленно и плавно сменить стиль поведения, и завоевать авторитет среди теперь уже моих учеников.

Затем приняться за Натана — выяснить, почему он позволяет себе такое отношение к своей невесте, и как от этого почетного статуса можно избавиться. Здесь стоит быть предельно осторожной — возможно самому мужчине нужен этот брак (не отменил же он помолвку до сих пор), а значит, нельзя вызывать ненужные подозрения.

Ну и только после всего этого можно будет приниматься за изучение законов нового мира. Потому что, если меня постоянно будут зажимать по углам, то либо я в конце концов прикончу слишком навязчивых зажимателей, либо Натан сорвется и посадит меня на цепь раньше свадьбы.

В любом случае, пока я в академии, порядки за ее пределами мне бесполезны. В первую очередь, стоит отвоевать свое место здесь и избавиться от груза в лице жениха, а потом уже думать о дальнейшем.

И приняв такое решение, я взялась за дело. А именно — за обыск комнаты Элен Роуз.

Первым делом снова распахнула шкаф — одежда всегда многое может сказать о женщине.

В случае с Элен можно было смело утверждать — наряды она любила. Помимо десятка строгих закрытых платьев для работы, тут было еще около полусотни других одежек разнообразных расцветок и степени открытости. Все качественные, хорошо пошитые, из дорогих тканей и, очевидно, очень модные.

На всякий случай я прощупала шкаф на предмет потайных ящиков, но тут ничего не нашла. Дальше пришел черед комода, забитого чулочками, пеньюарами и сорочками. Некоторые из этих вещиц были настолько откровенными, что совсем ничего не скрывали.

Когда я разглядывала один из подобных черных пеньюарчиков, пытаясь разобрать, где же у него перед, дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену.

— Элен! — разумеется, на пороге стоял мой жених.

Засов его не остановил — сейчас остатки щеколды жалобно болтались на единственном гвоздике.

Нет, я конечно, подозревала, что Натан будет не в восторге после случившегося, но все же надеялась, что смогу переждать бурю в спальне — за закрытыми дверьми и в относительной безопасности. Однако, как теперь выяснилось, в следующий раз мне следует приставлять к проходу комод.

— Натан! — ответила в тон, сделав шаг назад.

— Ты понимаешь, что наделала? — прошипел жених.

Вид у него был не очень — нос припух, на подбородке запеклись капли крови, которые он не успел вытереть.

— Избежала изнасилования?

Натан замешкался, чуть озадаченный моими словами.

Неужели в нем осталась капля совести?

Еще один шаг назад. Жаль, что сейчас у меня даже ключей нет для самообороны, а только ни на что не годная черная тряпочка.

— Я твой жених, я имею право! — наконец опомнившись, взревел мужчина.

— Я тоже имею право тебе отказать! Свадьбы еще не было!

Не знаю, какие порядки в этом мире, но надеюсь, что угадала.

— И если ты приблизишься еще, то я тебя снова ударю, — добавила, на всякий случай.

А вот это было зря.

Если сперва Натан и остановился, то последние мои слова окончательно вывели его из себя.

— А может мне тоже стоит хорошенько тебя отходить, чтобы ты наконец запомнила свое место? — прошипел он.

Зрачки жениха сузились, превратившись в вертикальные щелочки, а из носа в прямом смысле повалил пар. Так вот, что значит дракон. А я, похоже, теперь драконоборец.

Натан замахнулся, вскинув руку. Я в ответ вскинула повыше подбородок. Если уж собрался меня ударить — так пусть при этом смотрит в глаза.

Впрочем, видимо остатки чести у этого подонка еще нашлись.

— Больше так не делай, — сквозь стиснутые зубы проговорил он, опуская руку. — Это последнее предупреждение.

— Не буду, — без раздумий согласилась я. — Если ты не станешь пытаться меня изнасиловать.

Жених он, или супруг, но если девушка против (а я точно против), то да, это насилие. Нужно называть вещи своими именами.

Натан фыркнул, прожигая меня пристальным взглядом, и я уж думала, он снова начнет возникать, но нет.

— Надеюсь, ты не в этом собралась идти на занятия? — выгнув бровь, мужчина кивнул на пеньюар в моих руках.

Это он удачно тему поднял.

— Надеюсь, ты пошутил, иначе я сочту это за оскорбление, — убрав бесполезную тряпку, я скрестила на груди руки и словно невзначай, уточнила: — Думала, из-за приезда Его Величества, у меня сегодня нет лекций…

Потому что если есть, то я окончательно опозорюсь. Все же бытовая магия далека от меня так же, как Натан далек от хороших манер и воспитания.

— Из-за приезда Его Величества, сегодня будут открытые занятия, чтобы мой брат мог посмотреть, как обстоят дела в академии, — гаденько ухмыльнулся мужчина. — Надеюсь, ты готовилась? Ты ведь не хочешь выставить себя перед королем в еще более худшем свете?

Предстать перед королем в более худшем свете?

Боюсь, что после того, что наговорил мой женишок ему на ухо, хуже уже не будет.

Но дело тут было не только в короле — плевать я на него хотела, если честно. Однако к занятиям привыкла всегда относиться ответственно, и даже перемещение в чужой мир и чужое тело не могло этого изменить.

Впрочем, и показывать нахально ухмылявшемуся Натану свою растерянность мне не хотелось.

— Именно сейчас я собиралась в свой кабинет, за планом лекции, — ответила, вскинув голову. — И была бы уже там, если бы ты не распускал руки.

— Тогда поторопись, занятие начнется через час. Надеюсь, ты не забыла дорогу в аудитории?

Ха, забыла! Я ее и не знала!

— Хочешь меня проводить? Прости, но я откажусь!

И положив пеньюар на место, я обошла жениха, выйдя из спальни. Судя по всему, здесь мне все равно не удалось бы узнать ничего полезного, да и поиски информации пока придется отложить.

Натан проводил взглядом черную кружевную тряпку, стиснул зубы и вышел следом, но провожать меня, к счастью, действительно не стал — то ли исчерпал весь свой дневной запас вредности. То ли, что более вероятно, решил мне не помогать.

До рабочего кабинета Элен я добралась без приключений, и уже когда пришла, поняла, что сегодня даже не завтракала. Ладно, надеюсь, этот жених не морил свою невесту голодом, и мне удастся хотя бы пообедать.

Снова порывшись в ящиках, достала эссе, которые видела накануне и углубилась в чтение, однако уже спустя пятнадцать минут бросила это бесполезное занятие. Все работы были выполнены словно под копирку (антиплагиата на них тут не хватает), причем довольно небрежно — студенты явно не старались ни заработать оценку, ни хотя бы подумать над темой.

Кстати, про оценки… вместо цифр везде стояли буквы, причем в совершенно хаотичном порядке — две практически одинаковых работы были помечены, как «Е» и «Р», хотя совпадали едва ли не слово в слово.

Понятно, значит Элен и сама относилась к своему предмету безалаберно, раздавая баллы из личных симпатий, а не знаний.

Единственной полезной информацией, которую мне удалось раздобыть — стала фамилия моего жениха. Блэквуд. Натан Блэквуд.

Отбросив эссе, принялась рыться по шкафам. Учебного плана, разумеется, найти не сумела, зато я снова вспомнила про книгу «основы бытовой магии», найденную мной вчера.

Ладно, хотя бы так подготовлюсь — все равно это будет лучше, чем показать себя полной идиоткой, не знающей собственный профильный предмет.

Пролистав первые пару вступительных страниц, я углубилась в чтение, по ходу дела прикидывая, что и как стану сегодня рассказывать.

В целом, бытовая магия была чем-то вроде нашего домоводства, и становилось понятно, отчего здешние студенты-курсанты (да и сам Натан) относились к нему так пренебрежительно. Какому мужчине захочется слушать о вышивке, если при этом он учится в военной академии?

Нет, сам предмет был безусловно полезным — и у нас в армии солдатам надо было уметь зашить себе штаны, почистить сапоги и застелить постель — но, видимо, Элен не смогла донести его ценность.

К тому же, для удовлетворения базовых нужд достаточно было выучить всего пару заклинаний, и это тоже несколько принижало значимость бытовой магии в глазах адептов Даркминора.

Ну ничего, я попробую зайти с другой стороны и устрою такое занятие, что все закачаются. Хотя бы ради того, чтобы посмотреть на вытянувшуюся рожу Натана.

Пролистав глазами содержание, я выбрала наиболее интересную на мой взгляд тему, и принялась быстро составлять план грядущей лекции.

Оставшегося времени мне хватило ровно настолько, чтобы на предстоящем занятии чувствовать себя относительно уверено.

За пятнадцать минут до начала, я вышла из кабинета и растерялась. Куда мне двигаться дальше? Где искать нужную аудиторию?

Как раз начался перерыв, адепты сновали мимо меня, многие здоровались, но останавливаться и помогать озадаченному профессору бытовой магии никто не спешил.

Впрочем, и здесь мне повезло — среди потока учащихся мелькнуло знакомое лицо, которое я тут же и выцепила.

— Элен? — удивился парень. — Вы передумали?

Да, это был вчерашний визитер, распускавший свои ручонки.

— Мисс Роуз, — поправила его строго. — Ты идешь ко мне на лекцию?

Парень кивнул, и удовлетворившись, я пошла рядом, больше не боясь заблудиться.

К счастью, идти было не так долго, иначе взгляд этого мальчишки, бессовестно шарящий по моей фигуре, прожег бы во мне дыру.

Аудитория, где проводились лекции по бытовой магии, была не самой большой, но вполне приличной и с хорошей акустикой. Половина адептов уже расселась по своим местам, а оставшиеся тонким ручейком продолжали литься сквозь двери.

Король с Натаном тоже были тут, заняв стулья в дальнем ряду.

Кивнув провожатому (мой жених оглядел паренька крайне задумчивым взглядом), я разложила по столу бумаги и еще раз прокрутила в голове план урока.

Что ж, надеюсь, все пройдет, как надо.

Наконец настенные часы щелкнули, означая начало лекции.

— Добрый день, адепты. Сегодня нашу академию с неофициальным визитом посетил Его Величество, король Блэквуд! Давайте дружно его поприветствуем, — начала, включив «учительский» тон.

Студенты дружно грохнули «Здравия желаем, Ваше Величество» так громко, что у меня заложило уши.

— Не стоит. Как вы сами сказали, мисс Роуз, я здесь с неофициальным визитом, — кисло улыбнулся король. — Считайте, что меня нет.

Ну-ну.

Помнится, Константин Александрович у нас тоже иногда приходил на уроки, отмахиваясь, что он тут просто в уголочке посидит. А сразу после них проводились собрания, которые явно показывали, что директор и слушал, и запоминал, и даже делал себе пометочки. Так что расслабляться мне сейчас явно не стоило.

— И тема нашей сегодняшней лекции «заклятия для одежды». Кто мне скажет, что это за чары и чем они полезны? — начала, оглядев аудиторию.

Повисла звенящая тишина. На лицах сорока парней, сидящих передо мной, четко читался ответ «ничем», который они не озвучивали лишь из-за присутствия короля.

— Ну же, не стесняйтесь, — подбодрила их я. — Его Величество сами сказали, что их тут как бы нет. Например, ты, как думаешь?

Я указала на темноволосого студента, что сидел во втором ряду. Интересно, тут есть списки учащихся с фотокарточками? Надо бы узнать их имена…

— Заклятия для одежды, как ясно из названия, группа чар бытовой магии, применяемых для починки, постирки и просушки одежды. А чем они полезны студентам военной академии… — он обернулся, вопросительно посмотрев на Натана.

Мой жених кивнул, гаденько улыбнувшись.

— Они бесполезны, — продолжил парень.

Король чуть вскинул брови, а Натан самодовольно надулся.

Вот не понимаю, если ему так хочется меня дискредитировать, то почему бы просто не уволить? Или ему приносило особое удовольствие измываться над Элен, раз за разом показывая ее никчемность? Впрочем, в этот раз у него ничего не выйдет.

— Почему ты считаешь их бесполезными? — уточнила я, ничуть не смутившись.

Ведь именно на такой ответ и был рассчитан весь мой дальнейший план урока.

— Потому что всех женщин с даром обучают бытовой магии, и дома приводить одежду стража в порядок будет жена, сестра, или мать, — уверено продолжил парень, чувствуя поддержку Натана.

— А вне дома? — склонив голову набок, уточнила я.

— В Даркминоре, или при казармах, есть прачечные, где работают бытовые маги, а во время боя в чистых, глаженных вещах нет никакой необходимости. Стражи должны сражаться, а не штопать себе портки.

По аудитории пронесся одобрительный шепот — очевидно женский предмет напрягал многих, и мирились с ним адепты лишь из-за нетребовательности Элен.

Натан что-то шепнул брату на ухо, затем посмотрел на меня. Вид его явно говорил: «ты сама задала этот вопрос», и приходить мне на помощь он не собирался.

— Прекрасно, я всегда уважала мужское желание красиво погибнуть в бою, — снова кивнула, не обращая внимания ни на короля, ни на жениха. — А скажи мне, у стражей бывает почетный караул?

— Бывает, но перед ним всегда есть время отдать одежду, чтобы ее привели в порядок.

— А если вы уже стоите в строю, уходить нельзя, а мимо пролетела птица, оставив пятно? Вы будете встречать, например, своего короля в подобном виде?

— Такое бывает крайне редко, — покачал головой парень, не желая признавать мою правоту. — Ну, на крайний случай, можно выучить заклинание чистки…

— Или сбить птицу на подлете, чтобы она не смогла вас запачкать, — покивала я, вызвав у некоторых ребят улыбки. — Что ж, ваше мнение мне понятно. Страж должен сражаться, а не заниматься бытовыми глупостями…

Вот теперь Натан чуть приподнялся, видимо собираясь все же прекратить этот балаган.

— А как насчет применения таких заклятий в боевых целях? — продолжила, взглядом пригвоздив жениха к месту.

— Зачем, ведь мы изучаем боевые чары? — удивился другой парень, с первого ряда.

— Бытовая магия требует минимальных вложений силы, — озвучила я строчку, прочитанную в учебнике. — Если ваш резерв близок к нулю, а враг близко, вы вполне можете применить к нему заклинание стирки, что даст время вашим товарищам прийти вам на помощь. Или, вы можете заштопать рану заклинанием иглы.

— Это бессмысленно, регенерация дракона сработает гораздо раньше…

Да уж, моих знаний определенно не хватало, чтобы учесть все нюансы.

— Тогда вы можете зашить врагу рот, чтобы он не применил к вам чары… — выдвинула я другой вариант.

— Возможно, вы не знали, мисс Роуз, но большинство боевых заклинаний не требуют применения голоса, чтобы их было сложнее блокировать, — одернул меня король, но тут же задумался и сам добавил: — Однако если сшить веки, чтобы противник не видел цели…

Его слова словно послужили сигналом, и дальнейшие предложения того, что еще можно сшить, посыпались со всех сторон. Некоторые поражали меня крайней степенью находчивости и кровожадности.

Под конец лекции боевое применение нашлось всем заклятиям для одежды. Наиболее полезными будущие стражи сочли разновидности гладильных чар — и, как я его назвала, заклинание утюга, которое могло неплохо обжечь, и чары, выпускавшие горячий пар.

Когда время урока вышло, адепты (или, правильнее будет звать их курсантами?) продолжали дискутировать о том, какие еще части тела можно выжечь «утюгом», чтобы это оказалось максимально эффективным. Причем, король принимал в обсуждение весьма активное участие, и только Натан, да тот паренек, пытавшийся вчера меня поцеловать, сидели молча, поджав губы.

— Что ж, мисс Роуз, признаю, ваш подход к бытовой магии весьма оригинален, — сказал король, когда студенты нехотя отправились на следующую лекцию. — Мне понравилось занятие.

— Благодарю, Ваше Величество, — кивнула, улыбнувшись в этот раз от души.

Про оригинальность он конечно загнул — подобное применение бытовым чарам я подсмотрела в одной интересной серии книг о светлом маге Антоне, да и после встречала в нескольких фэнтези-романах.

— Кажется, она не так глупа, как ты говорил, Нат… — донеслось до меня, когда мужчины выходили из аудитории.

Поймав недовольный взгляд Натана, я улыбнулась.

Что ж, все вышло именно так, как и хотела. Теперь бы еще найти, где здесь кормят, а также узнать расписание, и можно будет немного выдохнуть.

Впрочем, с первым проблем не возникло — сейчас как раз было время обеда, так что я просто последовала за рядами адептов, и вскоре оказалась в большом зале.

Грубо сколоченные деревянные столы, выстроенные рядами, и запах горячей пищи, ясно давали понять, что это столовая.

Натан с королем уже были здесь — вместе с еще несколькими мужчинами, очевидно другими преподавателями, они сидели возле дальней стены.

При моем появлении со мной вежливо поздоровались, но взгляды, которые кидал в мою сторону преподавательский состав были весьма красноречивы.

Они меня не любили.

Проклятье, да кем была эта Элен Роуз, что у нее совсем нет друзей?

Не обращая внимания на чужие недовольства, я принялась за еду. Кормили в этой академии вполне сносно, что несколько компенсировало волнения этого дня.

— Элен, сейчас же прекрати меня позорить, — прошипел Натан, едва я только расслабилась, решив, что вот в данный конкретный момент не все так плохо.

Ну что это за ужасный мужчина? Чем я опять могла его опозорить? Вилку не в ту руку взяла?

— Леди так есть не положено, — продолжил жених, глядя на мясо, быстро исчезавшее внутри меня.

— А что, леди должна оставаться голодной? — уточнила, прожевав очередной кусочек.

И чего он докопался? Я ведь даже не чавкала, в отличие от некоторых мужиков по соседству.

Если он и с Элен так обращался, то ей остается только посочувствовать… может поэтому я и попала сюда? Может, Роуз сбежала в другой мир от жениха-тирана, а меня занесло на ее место?

— Леди должна есть мало и красиво, — процедил Натан. — Что сегодня с тобой такое? Раньше ты хотя бы старалась соблюдать этикет…

Угу, может быть я бы и сегодня старалась его соблюдать, если бы только моей мамой была королева Англии. Но, увы, меня звали Лена, а не принц Чарльз, чтобы я могла знать все тонкости.

Да и ела сейчас вполне прилично — кусочки ножичком отрезала, много в рот сразу не пихала… уж не знаю, что этот хам тут некрасивого разглядел.

— Просто сегодня я очень проголодалась. Так что, милый жених, будьте столь любезны отвалить от моей персоны, — огрызнулась и продолжила кушать.

Натан заскрежетал зубами, но разводить скандал на виду у всей академии не стал.

Его брат, кажется, расслышал наш диалог, покосившись в мою сторону, но тоже промолчал. Вот и хорошо. Надеюсь, теперь меня оставят в покое. А то я только вчера в чужой мир попала, а уже столько всего на голову свалилось.

После обеда, попрощавшись со всеми, я вернулась в свой кабинет. С учетом того, что Натан не стал меня провожать, мои надежды на покой обещали оправдаться хотя бы до ужина.

Заперев дверь, вздохнула и принялась за дело. Мне срочно нужно было узнать об Элен Роуз как можно больше, а в кабинете могли найтись нужные сведения.

Сперва снова принялась за ящички стола. Нет, я их конечно уже осматривала, но делала это наспех. Возможно, если покопаться лучше, то и результат будет другой?

Так, эссе, письма, женские мелочи. Интересно, конечно, в общеразвивающих целях, но ничего конкретного.

Я задвинула нижний ящик с косметикой и хотела было уже приступить к поиску в других местах, но что-то показалось мне странным. Пару раз подергав деревяшку туда-сюда, осознала — внутри он был словно меньше, чем остальные.

А когда вытащила ящик, то оказалось, что я угадала — там обнаружился секретный отсек, в котором лежала коробочка с запиской.

Развернув квадратный лист бумаги, прочла буквы, написанные рваным, острым почерком:

«Элен, ответь, когда прочтешь это. Нам нужно увидеться как можно скорее».

Едва я закончила читать, как бумага вспыхнула в моих руках, заставив вскрикнуть. Ай, горячо-то как.

Автор послания подписаться не пожелал — скорее всего Элен и без того знала, кто это. Тщательность, с которой спрятали записку, наводила на определенные мысли.

Кто мог называть ее (меня) «Элен», а не «мисс Роуз»? Как успела понять, подобная фамильярность говорила о близких отношениях, а значит отправитель имел с бывшей хозяйкой тела довольно плотный контакт.

Еще та тщательность, с которой была запрятана шкатулка… Элен явно желала сохранить ее в тайне ото всех (или как минимум от Натана), а значит связь с отправителем могла вызвать осуждение…

И что-то в версию с подругой мне совсем не верилось. Тем более, что тон записки был явно мужской — я перечитала слишком много сочинений, и вполне могла определить это.

Выходит, подозрения Натана оказались небезосновательны. Скорее всего, автор послания — любовник Элен. К тому же, кому еще могла срочно понадобиться встреча?

Нет, разумеется оставался вариант какого-нибудь заговора, но в него верилось уже с трудом — все же Элен была обручена не с королем, а лишь с его братом…

Пока я размышляла, шкатулка, которую по-прежнему держала в руках, загорелась мягким оранжевым светом. Ну-ка, ну-ка, что за дела?

Приподняв крышку, я обнаружила внутри новый лист бумаги.

«Элен, все в порядке? Почему ты не отвечаешь?».

Ого, так это вроде смс-ок выходит, да к тому же, с уведомлением о прочтении? Надеюсь, они так друг другу голые портреты не пересылали?

Второе послание вспыхнуло точно так же, как и первое, только в этот раз я успела своевременно разжать пальцы.

Вздохнув, взяла перо, которое тут использовали вместо ручек — кстати удобное, для него совсем не требовались чернила — и призадумалась. Это был мой шанс что-то разузнать, но как сделать так, чтобы меня не раскусили?

Если это любовник (или даже подруга), то любое неверное слово приведет к провалу. На самом деле, даже удивительно, как Натан до сих пор ничего не заподозрил — видимо прежде он обращал на свою невесту слишком мало внимания…

Эх, а если мне ответить…? А, нет, не подходит…

В голову, как назло, ничего не лезло, поэтому я решила хорошенько подумать над этим позже, а пока вывела:

«Все в порядке, не могу сейчас, напишу позже».

А затем вложила свою записку внутрь.

Едва закрыла крышку шкатулки, как там снова зажегся свет и послание исчезло.

Ладно, и что у меня есть теперь? А ничего нового, кроме сгоревших записок.

Все тот же невозможный жених, да в довесок к нему некто таинственный, о котором совсем ничего не знаю. И к выходу из сложившейся ситуации (а точнее, к расторжению помолвки) я не приблизилась ни на шаг.

Остается надеяться, что вечером, за ужином, мне повезет немного больше.

После ящичков стола я взялась за книжный шкаф — стоило изучить хоть что-то, пока появилось время. К счастью, библиотека Элен вполне соответствовала моим потребностям — тут были и энциклопедии, и справочники, и прочая информация.

Читала я долго, перебирая толстые фолианты, в поисках каких-либо полезных сведений (что в чужом мире было весьма непросто), а потом собирала в голове общую картинку.

Насколько поняла, академия Даркминор, где я сейчас находилась, располагалась в горах королевства, под названием Тедракс, где жили и правили драконы. Хотя, если уж быть дотошной, то их следовало называть оборотнями, ведь высшие из них могли менять ипостась, из людей превращаясь в крылатых ящериц. Как король, например.

По размерам Тедракс походил скорее на империю, чем королевство — его территория простиралась на целый материк, а Даркминор ютился едва ли не на самом севере.

Структура общества Тедракса напомнила мне о средневековье — здесь присутствовало ярко выраженное социальное расслоение, а проще говоря, мир делился на аристократов и чернь.

Но и среди аристократов были те, кто ровнее равных — три главных дома, именуемых по цветам. И к одному такому дому принадлежал мой несносный жених.

Дом Черных Драконов — Блэквудов — уже долгое правил Тедраксом, считаясь самым влиятельным и сильным из всех.

Их земли простирались вдоль всего северного берега и уходили вглубь материка, с одной стороны упираясь в горы, а с другой — в какую-то огромную реку.

Густые леса центральной части владений Блэквудов служили источником меха и древесины для всего Тедракса, а главный город (и столица империи) находился на пересечении дорог, расходящихся во все уголки империи.

Помимо прочего, было еще две причины того, что Блэквуды правили остальными. Во-первых, размер чистокровных черных драконов немного превосходил прочие дома, да и свирепый характер северян вносил свою лепту (ну-ну, я оценила характер Натана).

А во-вторых, возле Даркминора велась добыча какого-то особого редкого металла. Оружие, изготовленное из него, усиливало действие боевой магии, а броня — напротив, отталкивала многие чары. Кстати именно из-за месторождений этого металла и был основан Даркминор, а одной из целей его адептов являлась защита рудников в случае необходимости.

Дом Красных Драконов — Фолдов — считался вторым по силе, после Блэквудов, и следующим в очереди на престол Тедракса.

Им принадлежали западные земли, меньшие по территории, но богатые железом. К тому же, выход к морю (не такому холодному, как у черных) позволил им создать сильный флот, а еще быть практически монополистами в торговле по воде.

И, наконец, третий важный род.

Дом Золотых Драконов — Глэнсдейлов — был самым богатым из всех, ведь на их землях проводилась разработка полудрагоценных камней, которые (как поняла) активно использовали в создании различных артефактов, и потому приносили хороший доход.

Глэнсдейлы (или, как их еще называли, южане) показались мне самыми спокойными из всех драконов — они редко влезали в разборки между другими домами, а лишь тщательно оберегали собственный нейтралитет и территории.

Кроме этих трех, было еще с пяток средних домов, но такого глобального влияния на королевство они не имели.

Старшие мужчины десяти самых крупных родов входили в королевский совет, созываемый раз в три месяца для решения особо важных вопросов, хотя решающее слово все равно оставалось за правителем…

Я захлопнула последнюю из книг и призадумалась.

Дом Черных Драконов… как же пафосно все это звучит, хотя суть здесь одна — большие и сильные правят теми, кто помельче. Те — следующими, и так до самого низа. И пока первые танцуют на балах, последние — пашут в поле.

Хотя ладно, представить танцующего Натана мое воображение отказывается…

И угораздило меня попасть в мир с классовым разделением, аристократами и прочими средневековыми штучками. Потому что это значит, что расторгнуть помолвку с несносным женихом-Блэквудом будет совсем непросто. С учетом того, что он принадлежит к правящему дому, и вообще наделен властью.

Только один вопрос — зачем ему такая невеста?

Нет, то есть я, конечно, умная, начитанная и довольно спокойная. Да и прожитые годы дают какой-то опыт, и некоторые вещи теперь воспринимаются мной проще. Что же насчет Элен — она была красивой, но… дома Роуз в учебнике не нашлось, а значит происхождение ее (теперь мое) может и знатное, но не такое высокое, как у Блэквуда.

Так почему он не взял себе невесту из равных?

Например, из дома Золотых, или Красных драконов… как их там… Фолдов и Глэнсдейлов?

Или, несмотря на аристократию, здесь не в чести браки по договоренности?

Да только и любовью между Натаном и Элен явно не пахнет. Судя по отношению Блэквуда к своей невесте, он ее скорее едва терпит, а возможно и ненавидит.

Зачем тогда он заключил с ней помолвку?

Возможно, если я смогу выяснить это, то узнаю, как избавиться от нежелательного брака.

Пока я укладывала в голове полученные сведения, размышляя над их полезностью, нежелательный брак в лице Натана Блэквуда явился ко мне сам.

Дверь кабинета затряслась от стука, с коридора раздался недовольный голос:

— Элен, открывай!

Проклятье, ну вот чего ему опять надо? Хорошо, что я заперлась… и хорошо, что щеколда здесь покрепче, чем в моей спальне.

— А если не стану? — спросила в ответ.

Открывать вечно недовольному мужчине хотелось меньше всего.

— Тогда я вышибу эту мракову дверь.

Я посмотрела на кусок цельного дерева и вздохнула. Дверь была красивая, к тому же без нее мне будет очень некомфортно здесь находиться. Попробуй-ка подготовиться к занятиям, если мимо снуют любопытные адепты.

Когда дернула щеколду, Натан в очередной раз ударил, и створка распахнулась, заехав мне по лицу.

Из глаз посыпались искры, я вскрикнула, упав на каменный пол.

О, черт, как же больно…

— Ужин с королем вот-вот начнется, а ты пропала и… — начал было Натан, но осекся, увидев меня.

Сама себя я сейчас видеть точно не желала — нос болел, на подол брызнули капли крови.

— Извини, я не хотел… — смутился несносный жених.

Ну надо же, оказывается, он умеет извиняться.

Ничего не ответив, я поднялась, зажимая пострадавший нос. Протянутую мне руку проигнорировала, бросив на женишка злобный и весьма красноречивый взгляд.

— Дай посмотрю, — Натан попытался коснуться меня.

— Пошел вон, — увернувшись, я поискала взглядом салфетку, платок, или что-то вроде того.

Надо бы остановить кровь и оценить масштабы катастрофы. А еще найти лед, если он конечно тут есть…

— Элен, не глупи, я не специально. Если у тебя сломан нос, то он может неправильно срастись. Дай гляну, пока ты не начала регенерировать.

Регенерировать? Значит, Элен обладает такой способностью? То есть, теперь я обладаю. Занятно…

Скривившись, отняла руки от лица и вернулась к Натану.

Тот достал из кармана платок (надеюсь, чистый), принявшись аккуратно вытирать кровь.

Его грубые пальцы действовали на удивление нежно. Приподняв мой подбородок, он пару раз осторожно коснулся тканью моей кожи. Шагнул ближе, внимательно вглядываясь мне в лицо.

— Надо же, Элен, — тихо проговорил Натан. — Никогда прежде не замечал, что у тебя такие красивые и необычные глаза…

Да он явно извращенец. Или как еще назвать человека, сказавшего за весь день первые приятные слова лишь после того, как расквасил мне нос?

Я хмыкнула, собираясь язвительно выдать что-то вроде «смотреть надо было лучше» и замерла.

В глазах Натана плясали язычки пламени, зрачки вытянулись, став вертикальными, и отчего-то на долю секунды он тоже показался мне очень красивым.

Не знаю, что там показалось Натану, но и он застыл, как вкопанный. Большим пальцем провел по моим губам. Словно одурманенный прикрыл глаза, склонился ниже, обжигая своим дыханием.

По лицу, там, где он меня касался, будто искры пробежали, а ноги стали ватными.

Впрочем, почти сразу я успела вспомнить о том, какой Натан на самом деле грубиян, и наваждение прошло.

Думает, что может третировать меня, а потом как ни в чем не бывало проявить заботу и я растаю? Ага, разбежался!

— Надеюсь, ты не собрался меня поцеловать? — спросила, сделав шаг назад. — Потому что иначе рискуешь присоединиться к моей команде поврежденных носов.

Натан помотал головой, дернулся, словно обжегшись.

— Не передергивай, с твоим носом все в порядке. Перелома нет, припухлость сойдет совсем скоро, — пробормотал он, отводя взгляд.

С преувеличенным вниманием горе-жених принялся разглядывать кабинет, будто прежде ни разу тут не бывал, хотя даже на моей короткой памяти заходил уже дважды.

— Знаешь, если удар дверью по лицу ты называешь «все в порядке», то тебе стоит пересмотреть свои взгляды на жизнь, — хмыкнула в ответ.

Нос и правда болел не так сильно, как полминуты назад, но это не значило, что я бы согласилась повторить подобное.

Натан пробурчал что-то среднее между извинениями и извечным хамским оправданием «сама виновата».

Кивнув женишку на дверь, я двинулась к столу. Присела, достала зеркальце и принялась рассматривать свое лицо. Ну да, не все так плохо. Нос чуть припух, кое-где еще оставалась спекшаяся кровь, но в остальном все действительно было в порядке.

Может Элен, как и Натан, дракон? Было бы здорово, если бы она владела магией и… Хотя нет, не так уж и здорово.

В книгах и фильмах волшебники, конечно, очень ловко заклинаниями пуляются, но они этому еще и учатся долгое время. А я скорее штаны себе подпалю, если попытаюсь зажечь огонек.

А коль при этом еще и случайно обращусь в крылатую ящерицу — меня вообще инфаркт пополам с инсультом хватит, никакая регенерация и юное тело не помогут. Только психотерапевты, которых здесь не водится.

Впрочем, обращение в ящера мне все же не грозит (ну и хорошо). Как поняла из прочитанного, второй ипостасью (и магией) обладали только высшие драконы десяти самых крупных домов, входивших в королевский совет. А Элен к ним явно не относилась.

Следующая ступень — частичная трансформация в виде способности отращивать когти, или сужать зрачок. Куда более распространенная, однако тоже не такая частая. Ну а дальше — «бескрылые» маги, хотя, как по мне и это весьма круто…

— Что это? — прервал мои размышления Натан.

Оказывается, он не ушел, а молча стоял над душой, видимо, чего-то ожидая. Чего интересно? Я бы ему только пинка бы дала для ускорения.

— Где «что»? — недовольно уточнила, убирая зеркальце обратно в ящик.

— Это, — он ткнул на шкатулку-мессенджер.

Я собиралась спрятать ее на место, но не успела.

— Это шкатулка, — пояснила с невозмутимым видом, надеясь, что Натан удовлетвориться таким ответом.

— Да уж вижу, — фыркнул жених, и не спрашивая разрешения, схватил артефакт, принявшись вертеть его в руках. — А еще вижу, что это не просто шкатулка. Зачем она тебе, Элен?

Взгляд Натана стал жестче, губы скривились, складка между бровей превратилась в целый овраг.

— Чтобы с подружками переписываться, — фыркнула, попытавшись забрать шкатулку, но жених ловко отстранился.

— У тебя нет подруг, Элен, никто не способен долго выдерживать твой мерзкий характер, — покачал головой он. — Говори честно, это твой последний шанс признаться. Если я выясню все сам, то ты горько пожалеешь об этом.

Ага, знать бы еще, в чем следует признаваться…

Вместо ответа, я лишь скрестила руки на груди, сверля жениха самым гневным взглядом, на который была способна.

— Ладно, я ее забираю, — хмыкнул Натан, так и не дождавшись от меня никаких пояснений.

— В каком смысле? Она же моя…

— Если ты вдруг забыла, то на территории академии запрещены любые артефакты связи. И не важно, с кем ты переписывалась, с подругой, или своей мамой, или кем-то еще… уже за одно это тебя следует высечь!

Что ж, теперь понятно, почему Элен прятала шкатулку так тщательно. Кажется, мои выводы с любовником были несколько преждевременными… в конце концов, надо ведь ей было общаться хоть с кем-то. Не с Натаном же, при таком-то отношении.

Наверняка Элен было очень одиноко, вот она и нашла отдушину.

— Но я же не адепт, а преподаватель! — предприняла последнюю попытку отстоять теперь уже свою собственность.

— А это военная академия, а не пансионат благородных девиц! Правила касается всех, и не делай вид, будто ты о них не знала, когда я говорил тебе лично. Если нужно с кем-то связаться, есть стационарный камень в холле, и второй, в моем кабинете. А пока молись мраку, чтобы твоим другом по переписке действительно оказалась какая-нибудь подруга, иначе все закончится очень печально.

И он направился к выходу, не забыв обернуться и добавить:

— Идем, ужин никто не отменял.

Проклятье, ну что за несносный тип? Уж насколько я уравновешенный человек, но даже меня этот дракон способен вывести из себя!

Если честно, после того, как Натан забрал шкатулку, мне хотелось сделать сразу две вещи: стукнуть его чем-нибудь тяжелым и спрятаться куда подальше.

Первое — потому что он явно нуждался в перевоспитании. Второе — от того, что я не знала, кем был адресат, и когда он мог написать снова.

Впрочем, ничего из перечисленного делать я, разумеется, не стала. А понадеявшись на благоразумие Элен и ее невидимого собеседника, отправилась вслед за Натаном, в свою комнату.

— Что, снова будешь пялиться, как я переодеваюсь? — спросила, развернувшись на пороге.

Пока мы шли, жених даже не думал оставлять меня одну. Слава батюшке Пушкину хоть за руки в этот раз не хватал, двигаясь чуть впереди.

— Вот это… — Натан потряс шкатулкой, — в очередной раз доказало твою неблагонадежность, Элен. Так что да, я буду смотреть, как бы ты чего не натворила.

Ах так? Ну ладно!

Я отошла к шкафу, услышав, как за спиной хлопнула дверь.

— Что же я могу натворить, интересно? Выбрать не то платье? — уточнила с ехидством, и отворив створки шкафа, оглядела гардероб.

— Или предупредить своего собеседника о том, что я забрал шкатулку, — проговорил Натан.

Судя по звуку голоса, он так и остался стоять возле входа.

Ничего, женишок, мы еще посмотрим, кто кого.

— Ну конечно, у меня ведь в каждых панталонах по шкатулке спрятано. Вон в том ящичке не проверял? Поройся, на всякий случай, — я кивнула на комод, где Элен хранила нижнее белье.

— Раз ты предлагаешь, — без зазрения совести, Натан шагнул в ту сторону.

Потянул на себя ручку, принявшись перебирать содержимое. Не без удовольствия, я отметила, как кончики его ушей чуть покраснели, а плечи дрогнули.

— И как? — спросила, спустя пару минут.

— Ничего, к твоему счастью, — Натан развернулся.

— Теперь ты уйдешь?

— Нет.

Да кто бы сомневался…

— Тогда еще в соседнем посмотри, — хмыкнула я.

Если правильно запомнила, в соседнем ящике Элен хранила предметы женской гигиены.

Натан совету последовал, и в этот раз уши у него покраснели полностью, но выходить он все равно не собирался. Напротив, лишь разозлился и прорычал:

— Ты планируешь переодеваться?

— Так не терпится посмотреть? — вскинула брови я, уперев руки в бока.

— Элен, не провоцируй…

Что ж, если этот нахал так хочет, то пусть подавится.

— Это подойдет? — фыркнула, вытащив одно из платьев.

— Вполне, — кивнул Натан серьезно.

— Хорошо. Тогда смотри.

В этот раз я не стала отворачиваться. Медленно стянула корсет, не отрывая взгляда от лица Натана.

К черту стыд, это даже не мое тело. А если вдруг он решит пристать, то снова получит коленом по стратегически важным местам.

Дракон сглотнул. Он смотрел, но вовсе не в мои глаза.

Старое платье с тихим шорохом упало на пол. Натан не шевелился.

От его жадного взгляда по коже побежали мурашки, а внизу живота потеплело. Так, кажется, игра затянулась, а в молодом теле Элен еще слишком бурлят гормоны.

Я быстро натянула новый наряд и проговорила, придерживая корсет руками:

— Тебе нужно посетить дом терпимости, чтобы сбросить напряжение. Иначе почему ты ведешь себя так, будто никогда не видел женского тела?

— С момента нашей помолвки, а это почти год, я храню верность, Элен. В отличие от тебя, — ответил Натан, отвернувшись.

— От меня? Почему ты считаешь, что я неверна тебе?

— Я не считаю, я знаю. Просто пока у меня нет доказательств.

— Тогда расторгни помолвку и дело с концом!

— Не делай вид, будто не в курсе! — вскипел Натан.

В мгновение он оказался рядом, схватив меня за плечи.

— Отпусти! — я дернулась.

Не застегнутое платье сползло вниз.

— Если бы у меня был выбор, я бы никогда не связался с тобой, Элен. И ты прекрасно это знаешь, — с холодной яростью проговорил мужчина, крепче сжимая пальцы.

— Мне больно! — я попыталась пнуть дракона, но ноги были спутаны пышной тканью.

Впрочем, это все равно подействовало, и Натан опомнился.

Пальцы разжались, руки безвольно обвисли вдоль тела.

— Жду тебя за дверью, — без всяких эмоций заметил он и вышел.

Быстро закончив с гардеробом и стерев с лица остатки крови, я покинула комнату. Задрав нос, прошла мимо Натана, даже не взглянув на него.

Не проронив ни слова, жених подхватил меня под локоть, и так мы двинулись по коридорам академии, учтиво здороваясь со встречными адептами.

Проклятье, когда уже закончится этот бесконечный день? Хочется просто принять ванну, чтобы смыть с себя всю налипшую мерзость, а после лечь спать, с надеждой, что завтра станет хоть чуточку лучше…

Кстати, интересно, а тут есть человеческая ванна, или придется ютиться в каком-нибудь корыте? Хотя я и на корыто согласна — в деревне у бабки и не такое видала, непривередливая.

Когда Натан свернул в незнакомый коридор, я чуть напряглась. Куда это меня ведет мой дорогой женишок, если обеденный зал в совершенно другой стороне? Уж не решил ли он прихлопнуть меня по-тихому, чтобы избавиться от проблемы?

Впрочем, тревога оказалась преждевременной — вскоре Натан остановился возле двери в профессорском крыле, за которой оказалась небольшая гостиная. В центре тут стоял стол, уже накрытый на троих, вокруг стулья — тоже три, к счастью.

Все так же молча, Натан, сел на один из них, даже не потрудившись подвинуть мой. Фыркнув, я справилась с этим сама, разглядывая жениха из-под опущенных ресниц.

Лицо у него было напряженным и злым, брови хмурились, крылья носа трепетали. Натан Блэквуд явно злился. Шкатулку он успел спрятать во внутренний карман камзола, так что вернуть артефакт возможности у меня пока не было.

Дверь распахнулась, на пороге появился король. Натан поднялся, и не дожидаясь очередного шпынька, я последовала его примеру.

— Признаться, сегодня вы меня удивили, Элен, — проговорил Дэйв Блэквуд, когда все снова расселись по своим местам, а тихий мальчик шустро принес несколько подносов с едой и исчез.

— Надеюсь, в хорошем смысле, Ваше Величество? — вскинула брови я, голодным взглядом рассматривая принесенные вкусняшки.

Есть хотелось неимоверно, но сейчас, когда в комнате нас находилось всего трое, было несколько боязно нарушить местный этикет и нарваться на гнев короля. Потому что, каким бы ни был монарх, а он все равно имеет власть, и не хотелось бы попасть к нему в немилость, проявив неуважение по незнанию.

— Даже очень, — кивнул король, отрезав себе кусок мяса и отправив его в рот.

Натан тоже принялся терзать свою порцию, и без зазрений совести я последовала примеру мужчин. М-м-м… вкусно! Не знаю, кто тут повар, но мясо просто восхитительное. Остается надеяться, что так кормят каждый день, а не только в честь приезда венценосного брата Натана.

— Что ж, я рада, что смогла угодить вам, — ответила, прожевав и проглотив кусочек отбивной и нацелившись на следующий.

— Признаться, я никогда прежде не рассматривал бытовую магию подобным образом. Как вам пришло это в голову? — тем временем продолжил король.

Нет, ну он совсем что ли не проголодался, а?

С сожалением посмотрев на горячие и аппетитно пахнущие яства, я отложила вилку и пояснила:

— При должной доле изобретательности из любого предмета можно сделать орудие убийства, Ваше Величество.

— Так уж из любого? — прищурился король.

— Разумеется, — кивнула и покопавшись в памяти выдала: — Перо можно воткнуть в глаз, а заклинание для чистки овощей способно срезать и кожу.

— Ваша изобретательность даже немного пугает, Элен, — рассмеялся Дэйв.

— Я лишь хотела привлечь внимание адептов к своему предмету, а мужчин, вне зависимости от их возраста, обычно интересуют лишь несколько банальных вещей.

— Это каких же? — заинтересовано склонил голову король.

— Власть, деньги, оружие, — принялась перечислять я. — А тех, кого не интересует это, волнуют дамы и автом… боевые кони.

— Конь нужен, если только мужчина не дракон, — хохотнул король. — Хотя и у меня есть несколько любимых сноровистых жеребцов для поездок на ближние расстояния.

— Обычных? — с невинным видом уточнила я.

— Ну что вы, после крыльев на обычном не поскачешь, ощущения будут не те. Я специально выписывал с юга… если вдруг вы не знали, там разводят самых быстрых лошадей… пару гнедых жеребцов, обученных и выносливых… — поймав мой понимающий взгляд, король снова расхохотался и добавил: — Мрак меня побери, все же вы правы, Элен.

Какое-то время мы с Его Величеством мило болтали — на самом деле он оказался вполне интересным и приятным собеседником. От утреннего кислого вида не осталось и следа — то ли он изменил свое мнение, касательно меня (то есть, Элен), то ли просто решил мыслить непредвзято.

Натан наш разговор слушал молча, лишь недовольно зыркал своими темными глазищами, да морщил нос.

— А ты ничего не хочешь добавить, дорогой? — спросила, оборачиваясь к жениху с чувством ехидного триумфа.

— Хочу, — кивнул к моему удивлению дракон.

— Да? Слушаю внимательно.

— У тебя мясо между зубов застряло.

Замечание Натана меня не расстроило, тем более оказалось, что жених сильно преувеличил — зеркало отразило идеальную улыбку с единственным прилипшим маленьким кусочком.

Занятно. Сколько читала книг (исторических, а не фэнтези) с зубами в средневековье были проблемы. Или это все магические стоматологи?

А Натан наверняка просто злился — еще бы, он считал, что брат будет так же шпынять меня, с ним на пару. А король, на удивление, оказался вполне себе адекватным человеком. Может мне стоит поговорить с ним о расторжении помолвки?

Хотя, сомневаюсь, что Натан не пытался сделать этого прежде, но раз он до сих пор числится моим женихом, значит его брат бессилен.

Дэйв настолько со мной разговорился, что вместе с Натаном проводил до спальни, а после увел хмурого мужчину продолжать обсуждать какие-то мужицкие дела.

Я же осталась в одиночестве. Наверно, стоило в очередной раз попробовать что-нибудь разузнать об Элен, но этот бесконечный день забрал абсолютно все мои силы и сейчас тело требовало лишь одного — уснуть. Хотя нет, сперва все же принять ванну, а потом крепко-крепко спать.

Я хотела запереть дверь, но щеколда болталась на последнем гвоздике и добром слове, и была совершенно непригодна. Точно, ее же Натан утром сломал, а починить, разумеется, даже не подумал, эгоист проклятый.

Вздохнув, я огляделась, а после подтащила к двери трюмо (благо та открывалась внутрь). Куда лучше было бы подтащить комод — он выглядел надежней, но и весил в несколько раз больше, так что сдвинуть его с места у меня не вышло.

Ладно, хотя бы так — все лучше, чем с дверью нараспашку.

Закончив возводить баррикаду, я прошла во вторую комнату, благодаря все высшие силы за то, что попала в мир, где есть хоть какие-то удобства — мыться, не выходя из спальни, все же лучше, чем мыться во дворе, за шторкой, поливая себя из ведра.

Правда, как оказалось, радоваться я начала рановато.

Вместо привычной ванной здесь все же стояла широкая деревянная бадья с краном. Кран имел два рычажка и никуда не вел, да и дырки для слива в бадье я не обнаружила.

Это воду таскать с колодца надо, или тут в ходу какие-то нано-технологии?

Еще раз обойдя корыто по кругу, я все же рискнула попробовать — желание очутиться в теплой водичке оказалось куда сильнее страха неизведанного.

Как выяснилось, после открытия одного рычажка из крана начинала течь холодная вода, наполняя бадью. Выглядело это вполне обыденно — ни искр, ни каких-то вспышек или других видимых проявлений магии. Но и никаких труб.

Ладно, Лена, уже неплохо.

Я дернула второй рычажок, ожидая, что он включит горячую воду, однако нет… вместо этого он убрал всю жидкость, что успела покрыть дно бадьи.

Вот сейчас не поняла.

Я снова покрутила краны, но никакого нового эффекта не добилась — определенно, один из них подавал жидкость (по-прежнему ледяную), а другой убирал ее.

Вот и помылась.

Я все же наполнила бадью наполовину, забралась в нее, дрожа от холода, и очень (ОЧЕНЬ) быстро помылась, проклиная собственное незнание законов этого мира и военный уклад академии, в которую меня занесло.

Вот, Лена, ты же собиралась чаще заниматься закаливанием? Получай. Настал твой звездный час.

Нет, ну как здесь Элен мылась? Вот не поверю, что как солдат, в холодной воде.

Мне конечно тоже каждый год горячую воду отключали, но хоть электричество при этом оставалось…

Стуча зубами, я выскочила, закутавшись в махровое полотенце и нырнула в кровать, желая скорее согреться.

Нет, все равно не верю, что в академии горячей воды не предусмотрено! Если уж Элен сюда розовое трюмо и этот жуткий балдахин смогла притащить, то значит это просто я не догадалась, как пользоваться местными приспособлениями.

И не спросишь ведь — такое узнавать только внимание к себе привлекать. Эх, была бы у меня соседка по комнате — могла хотя бы подсмотреть, а так только магию изучать… если у Элен она была.

Наконец, тело смогло согреться, но после такой экстремальной помывки сонливость ушла, поэтому я поднялась. Покопалась в шкафу и облачилась во что-то наподобие пижамы — длинной, хлопковой, в пол, но свободного кроя.

Затем тщательно обтерла волосы, переплела их, чтобы не спутались во сне и уже собиралась снова вернуться в кровать, как дверь дернулась, упершись в трюмо — кто-то явно толкнул ее снаружи.

И кого это среди ночи принесло?

Какое-то время в коридоре шебуршали, пытаясь отворить дверь, а после раздался стук. Ну надо же, сперва ночной визитер пытался проникнуть тайком, а теперь решил все же проявить вежливость?

— Кто? — спросила грубо, не слишком настроенная на гостей.

И очень удивилась, когда с той стороны ответили:

— Это я, Дэйв…

Король? Чего ему надо?

Насущный вопрос я и озвучила вслух, только в чуть более вежливой форме:

— Ваше Величество? Что-то случилось?

— Случилось, Элен, — ответил из-за двери король. — Открой мне, пожалуйста. Я хочу поговорить.

Открывать кому бы то ни было мне сейчас совершенно не хотелось, а хотелось только спать. Но спорить с монархом я не решилась.

— Одну секунду, Ваше Величество.

Быстро распахнув шкаф, я выудила длинный халат, нацепила его поверх и без того приличной пижамы. И только после этого двинулась открывать незваному визитеру.

Заскрипело передвигаемое трюмо.

— Элен, что это за звуки? Я могу я войти? — тут же спросил король, обшарив глазами ту часть спальни, которую ему было видно.

— Дело срочное, Ваше Величество? Может мы обсудим это завтра утром? — уточнила, вскинув брови и проигнорировав первый вопрос.

Раз он сперва пытался попасть сюда тайком, значит явно знал о сломанной щеколде, и это навевало определенные подозрения.

В общем, пускать мужика внутрь мне не хотелось категорически.

— Я… — король замялся. — Я хотел бы поговорить о сегодняшней лекции…

— Неужели она вас так впечатлила? Что ж, я польщена, но уже собиралась ложиться…

— Уверяю, это не займет много времени, — взмахнул руками король. — И прошу, называйте меня Дэйв. Так я могу войти?

Кажется, он был решительно настроен проникнуть в мою спальню. Такое упрямство насторожило меня еще сильнее, но король явно не собирался уходить просто так.

Вздохнув, я отступила, оставив дверь открытой. Ну мало ли что за тараканы у этих Блэквудов в головах водятся? Лучше перестраховаться, чтоб мои крики услышали, если вдруг чего случится.

Король юрко скользнул внутрь, обшарив взглядом комнату.

— Вы позволите, Элен? — наконец проговорил он, тихо прикрыв дверь. — Я… я хотел вам признаться…

— И в чем именно, Ваше Величество? — спросила, скрестив руки на груди.

Надеюсь, не в тратах государственной казны… или, что еще хуже, не в своих чувствах.

По имени я его специально не называла — такие дозволения от высокопоставленных людей доверия у меня никогда не вызывали.

— Вы мне понравились, Элен… вы оказались не только красивой, но и умной… и совсем не такой, как говорил мой брат, — затараторил король. — Я знаю, он вас не ценит, так позвольте предложить вам стать моей… конечно, я не смогу сделать вас королевой, но даже статус фаворитки очень почетен. У вас будут деньги и власть, и я исполню любой ваш каприз… а, к мраку все! Я хочу вас, Элен! Хочу прямо сейчас! Разве вы не видите, как я пылаю от страсти? Так потушите пожар моей любви своим поцелуем!

Я ошарашена захлопала глазами. Мне что, сейчас предложили стать любовницей? Признаться, от Дэйва я такого вовсе не ожидала.

Да и пафосные слова, больше похожие на текст из какого-то бульварного романчика, вызывали скорее отвращение, чем что-то еще…

Король воспринял мое молчание по-своему — сделав шаг вперед, он впился в мои губы поцелуем.

Этого я уже стерпеть не могла.

Моя ладонь звонко хлопнула короля по лицу. Он отступил, схватившись за щеку.

— Во-первых, не смейте больше так делать, — холодно процедила я. — А во-вторых, как вы сами заметили, мой жених ваш брат, но видимо у вас нет к нему ни капли уважения. А у меня есть. Я верна Натану и не собираюсь этого менять. А сейчас, будьте любезны, покиньте мою спальню.

И я указала на дверь.

— Что ж, я это заслужил, — проговорил король, указав на свою щеку. — Простите, Элен. Надеюсь, этот инцидент не повлияет на наши дальнейшие отношения. Спокойной ночи.

Король ушел, а я пару минут мерила шагами спальню, кипя от возмущения. Нет, что он о себе возомнил? Думает, раз у него есть власть, то он имеет право делать все, что захочет?

Впрочем, вскоре первые эмоции схлынули, и произошедшее стало казаться мне все более подозрительным. Чего это вдруг король решил явиться ко мне в спальню, не подумав о чести своего брата? И почему так внезапно воспылал страстью, если еще утром смотрел на меня с толикой презрения?

Да и выглядел Его Величество не совсем, как влюбленный… и вообще, какая влюбленность, когда он занимает такой пост? Монархи едва ли склонны поддаваться чувствам, если только им не пятнадцать… а Дэйву на вид явно раза в три больше. Ох, чует мое сердце, что дело тут нечисто…

Ладно, Лена, с этим надо разобраться.

Вздохнув, я тихонько выскользнула из спальни, стараясь двигаться как можно тише. Успела вовремя — в дальнем конце коридора как раз скрипнула дверь, и я поспешила туда.

Остановилась, прижав ухо к щелке.

— …ты ошибся, — говорил король. — Она не купилась на мои признания, влепив пощечину. И поверь, чувства у нее были вполне настоящими.

Сейчас мужчины никаких заклятий не накладывали — то ли не думали, что их могут подслушать, то ли считали предмет разговора недостаточно важным. Как бы там ни было, до меня доносилось каждое слово.

— А ты уверен, что она просто не набивала себе цену? — холодно уточнил Натан.

Ах он… Бэксвилл! Так что, выходит, Дэйв пришел ко мне сегодня по его указке? Он хотел проверить мою честность?

— Уверен, — твердо ответил король. — Послушай, когда я видел Элен в прошлый раз, на церемонии коронации, мне она тоже не слишком понравилась. Да и твои рассказы о ней создавали вполне определенное впечатление… Но сегодня Элен показалась вполне хорошей и честной девушкой…

— Тебе показалось. Она истерична, глупа и капризна до ужаса! И я знаю, что она изменяет мне, хоть и не могу пока этого доказать!

— С чего ты взял? Сегодняшнюю твою проверку она прошла вполне достойно.

— Она лгала мне о том, что собирается навестить родных, а сама проводила время в столице. Мне говорили, ее видели с мужчиной, но когда я прямо спросил ее об этом, она изворачивалась, словно уж на печи, — выпалил Натан.

— А тебе не могли наврать?

— Нет, это был один из выпускников Даркминора, я ему доверяю. Хотя и он не увидел ничего криминального — они просто разговаривали… но если Элен встречалась с каким-то знакомым, а не любовником, то почему прямо не сказала мне об этом?

— Может, она боится тебя? — хмыкнул король.

— Чушь, — процедил Натан. — Думаю, она отказала тебе сегодня лишь потому, что ты мой брат, а у нее все же есть немного мозгов. Вот у Калеба почти получилось, хотя и с ним она словно что-то почувствовала…

Калеба? Это тот студент? А я еще думала, почему он не боится приставать к невесте ректора… да потому, что сам ректор ему это велел! Вот же гад!

— Брат, я знаю, тебе ее навязали, — голос короля стал мягче. — А ты с детства ненавидел действовать по чьей-то указке. Но позволь напомнить, это произошло из-за твоей же ошибки… нет, я не виню тебя, ты был влюблен…

Влюблен? Не верю, что этот хам способен на такие чувства!

— …однако дело сделано, и ты все равно не сможешь расторгнуть помолвку без веских причин. Так может, пришло время смириться? Уверен, если ты начнешь обращаться с Элен мягче, то вы поладите…

А король нравится мне все больше! Он хоть говорит адекватные вещи. Жаль только, до этого мужлана они вряд ли дойдут…

И как бы узнать, по какой такой причине Натана вынудили заключить помолвку?

— Поверь, я пробовал, но она лишь приняла мою доброту за слабость, — горько ответил Натан. — Еще когда мы только поставили брачную метку, я был ласков с Элен. Однако видимо она ожидала, что раз я твой брат, то мы будем жить во дворце, посещать светские приемы… а когда узнала про Даркминор — устроила такую истерику, что любой другой на моем месте ее бы сразу же прибил. И чем мягче я вел себя с ней, тем больше она наглела…

Его слова заставили меня нахмурится. Неужели Элен действительно была настолько ужасна, что у дракона не осталось иного выхода, кроме как постоянно шпынять ее? Или он говорит так, чтобы оправдать себя перед братом?

Эх, жаль, что я не могу залезть к нему в мысли…

Тряхнув головой, я продолжила слушать.

— Она молодая красивая девушка, Натан, — вздохнул король. — Конечно, ей не слишком понравилась весть о Даркминоре. Тут же со скуки помереть можно — ни балов, ни охоты, ни театра…

— И это означает, что надо трепать мне нервы? — хмыкнул Натан.

— Это означает, что ей нужно время свыкнуться. Вспомни, что нам дядя о тете рассказывал? Его как раз сразу после свадьбы из Эстерона на три года перевели к кайваросовым рудникам. Лотти от такой новости перебила всю посуду в доме, а потом каждый день истерики закатывала… но теперь погляди на них. Да она души в своем муже не чает, хоть на рудники, хоть в саму бездну за ним готова.

— Ты не понимаешь, Дэйв, — фыркнул Натан. — Дело вовсе не в скуке. Она ведь знает, что я не вправе расторгнуть помолвку, и буду терпеть все ее выходки, потому что у меня нет иного выбора…

— Ладно, Нат, я свое мнение высказал, — пробормотал король. — Если собираешься шпынять ее всю жизнь, то лучше отдай мне…

«Отдай» — будто я чемоданчик с ручкой.

— Неужто влюбился? — ухмыльнулся Натан.

— Ты же знаешь, мне нельзя влюбляться, к тому же скоро мне найдут невесту. Но у Элен интересный подход к предмету, я мог бы взять ее в столичную академию…

Натан расхохотался, даже не дослушав.

— Что? Не смотри на меня так, Дэйв, — сквозь смех произнес он. — Просто до твоего приезда Элен не проявляла никакого интереса к своему предмету, а скорее наоборот. Понятия не имею, откуда в ней взялась эта внезапная тяга к преподаванию, но не думаю, что ее хватит надолго… впрочем, ты можешь спросить. Уверен, она согласится, а потом станет самым большим твоим разочарованием.

— А вот и спрошу, — кивнул король. — Хотя бы для того, чтобы забрать ее от такого вредного, упрямого увальня, как ты. Я серьезно, Нат, смотри, как бы тебе потом локти не пришлось кусать, что оттолкнул такую умную и красивую девушку…

— Тебе не стоит так уж нахваливать ее, — проговорил Натан, и голос его стал серьезным. — Помимо скверного характера и измен, я подозреваю Элен кое в чем похуже…

— И в чем же? В шпионаже, или заговоре? Стой… о, нет, Натан, это слишком даже для тебя!

— Я тоже так считал поначалу, но вчерашний сбой в защите… помнишь, я говорил тебе утром?

— Ты ведь сказал, что там не было ничего серьезного. Кратковременное возмущение чар… даже если кто-то и пытался прорваться сквозь барьер, то у него это не вышло.

— Так-то оно так, но произошло это ровно в тот момент, когда Элен вернулась в академию.

— Возможно совпадение?

— Возможно. А еще вот…

Натан замолчал, и в наступившей тишине что-то зашуршало. Ох, жаль, что мне ничего не видно…

— Артефакт связи? — вскоре спросил король, и я поняла, что речь идет о шкатулке.

— Он самый, — кивнул Натан.

— И кто адресат?

— Без понятия. Послания уничтожаются после прочтения.

— Хм… занятно… о, и даже так… — забормотал король. — Если хочешь, я могу забрать его. Артефакторы попробуют распутать плетения и отследить, с кем переписывалась Элен.

— Я пришлю его позже, сперва попробую выйти на связь с ее собеседником, — ответил Натан. — Теперь видишь?

— Теперь вижу, что ты довел девчонку до ручки, раз она с подругами таким образом переписывается, — фыркнул король. — Шкатулку, конечно, стоит проверить, но пока у тебя нет ничего конкретного, мое мнение не изменится. Тебе стоит приглядеться к Элен получше и перестать быть таким… Натаном. Поговори с ней, подари ей цветы… ты хоть раз дарил ей цветы?

— Нет, но…

— А чего ты тогда хочешь?! Мрак меня побери, братец, да я бы с таким женихом и сам бы любовника завел! Начни с цветов, скажи пару комплиментов и увидишь — она растает… если конечно еще не поздно, и ты окончательно не убил ее своим отношением…

Натан фыркнул, но спорить с королем не стал, а перевел тему.

Я осторожно отлепилась от двери и вернулась в свою спальню.

Батюшка Пушкин, вот это дела…

Мало того, что Натан пытался скомпрометировать Элен, дабы отказаться от свадьбы… нет это было вполне от него ожидаемо… хотя, приплетать в личные дела адептов академии слишком низко и непрофессионально…

Но вот подозрения, о которых он говорил… он что, думает, будто Элен готовит какой-то заговор?

Да уж, тогда он явно не должен знать о том, что я заняла ее тело, иначе это может закончиться весьма плачевно. И как хорошо, что король оказался куда адекватней, не поверив в подобное без доказательств. Теперь остается надеяться, что шкатулка не приведет их ни к чему плохому…

И насчет помолвки. Дэйв сказал, что Натан сам виноват, и у него нет выбора. Значит, выбор есть у меня? Неужели все так просто? Да уж, мне не помешало бы поговорить с родителями Элен, чтобы узнать детали всего произошедшего между этой парочкой…

А еще любовь Натана. Как это могло привести к брачной метке? Нет, то есть очевидно, что в моем мире люди, которые любят друг друга, вступают в союз, но… Натан не любил Элен. И значит, он любил другую, из-за чего и попал в переплет.

Эх, знать бы, что именно случилось тогда.

Хотя, это проясняет еще одну деталь. Конечно, то, что говорил Дэйв — про скуку Даркминора и прочее — было правдой, однако он забыл еще один важный факт. Женщина может простить своему мужчине многое, но только не любовь к другой женщине. И даже представить не могу, как бы я вела себе на месте Элен, если бы мой жених смотрел на меня сквозь пальцы, а его сердцем владела бы соперница. Но неудивительно, что она закатывала истерики. Молодая, красивая… любой бы клюнул на такую.

Любой, но ей достался Натан.

Интересно, почему он не смог быть со своей возлюбленной?

Пытаясь разгадать головоломку, я сама не заметила, как уснула.

Следующая неделя прошла на удивление спокойно.

Король покинул академию уже утром.

— Еще раз прошу прощения, Элен, у меня нет слов в свое оправдание… — проговорил он на прощание. — Если мой брат отпустит вас, то знайте, я всегда буду рад видеть такого находчивого преподавателя в столичной академии тонких искусств.

— Спасибо, Ваше Величество, — вежливо кивнула в ответ я. — Такое предложение лестно для меня, но решать тут Натану.

Король улыбнулся, галантно поцеловал мне руку и отбыл. Что ж, теперь у меня был план на случай, если все же удастся разорвать помолвку.

Лекции проходили даже лучше моих ожиданий — втянувшиеся адепты уже не смотрели на бытовую магию свысока. Они с азартом придумывали различные применения для чар, выполняли задания, которые я им давала, да и в целом атмосфера на занятиях поменялась. Кажется, мне удалось завоевать их уважение, и даже Калеб к концу недели втянулся, разглядев во мне не симпатичную училку, а педагога.

Пожалуй, мне бы здесь нравилось, если бы только не две вещи (даже три, включая Натана).

Во-первых, я так и не разобралась с устройством ванной. Спросить об этом у кого-нибудь было страшно, а нужных книг в шкафах Элен не нашлось. Точнее, существовало бытовое заклинание подогрева воды (и даже не одно), но… это и было второй проблемой.

Я подозревала, что Элен должна была владеть магией, иначе как бы вообще она смогла преподавать такой предмет? Однако у меня подобного дара точно не обнаружилось — сколько бы я ни пыталась повторять чары из учебника, результат от этого оказывался нулевой.

То ли волшебство было привязано к душе, и ушло из этого тела вместе с Элен. То ли для овладения способностями требовалось больше времени и знаний.

Поэтому мне оставалось только лишь упорно тренироваться, мыться в ледяной воде и со страхом ожидать момента, когда на лекциях потребуется показать конкретные чары на собственном примере.

Ну и, в-третьих, Натан, да. Жених, конечно, больше не вламывался ко мне в спальню, да и приставать не пытался — возможно здесь подействовали увещевания Дэйва. Но и букеты-конфеты дарить он пока не спешил. А его взгляды, пренебрежительный тон и стиснутые зубы ясно давали понять — он обвиняет меня во всех грехах мира и пристально наблюдает.

Впрочем, не желая портить себе настроение, я старалась не обращать на него внимания. Тем более, чем меньше мы общались, тем ниже был шанс, что он заметит подмену и такой вариант меня вполне устраивал.

Конечно, кроме перечисленного еще оставался и таинственный автор посланий из шкатулки, но на это я повлиять уж точно не могла, а потому старалась отвлечься занятиями и изучением нового мира, чтобы не слишком переживать.

Был правда вариант, на пару мгновений пришедший мне в голову, но тут же отвергнутый — выкрасть артефакт. Если бы мне удалось это сделать, то Натан явно бы понял, что это я. И действительно мог бы посадить меня на цепь, а лишний раз несносного жениха я все же старалась не провоцировать.

Ну… по мере возможности.

И вот, спустя семь рабочих дней — а неделя здесь была на трое суток дольше нашей, и я попала в академию в самом ее начале — наконец наступили долгожданные выходные.

Пояснения названий (сверху-вниз, справа-налево):

Академия Даркминор — место, где обучают воинов и куда попала героиня.

Кайваросовые рудники — именно там проводится добыча волшебного металла для доспехов.

Дол Дома Черных Драконов — земли, принадлежащие Блэквудам.

Эстерон — столица Тедракса.

Дом семьи Роуз — фамильный особняк Элен.

Дол Дома Красных Драконов — земли, принадлежащие Фолдам.

Рок Флат — фамильный замок Фолдов и город-порт.

Дол Дома Золотых Драконов — земли, принадлежащие Глэнсдейлам.

Ксанта — фамильный замок Глэнсдейлов.

Древние горы и каменные рудники — место добычи полудрагоценных камней, используемых для создания артефактов.

Границы долов показаны черным. Остальные территории занимают более мелкие дома. Торговые пути на карте не отмечены, только водные — реки.

Как вам?

(у кого не грузится — карта есть в блоге)

На эти три дня у меня был составлен четкий план, который я надеялась воплотить в жизнь.

Первый свой выходной мне хотелось посвятить магическим тренировкам и поискам секретов Элен. Второй — изучению учебников. Ну а последний — себе любимой. Надо ведь иногда и поспать до обеда, и отдохнуть, верно?

Впрочем, успешность задуманного все равно оставалась под сомнением. В основном, разумеется, из-за Натана.

Проснувшись утром субботы (вообще, восьмой день недели здесь назывался октиджем, но разум отказывался воспринимать это слово) я привела себя в порядок, захватила в столовой парочку легких перекусов и двинулась в свой кабинет.

Блэквуда пока видно не было — то ли в выходные он любил поспать подольше (что сомнительно, ведь зло не дремлет), то ли был занят какими-то иными делами.

Отсутствие женишка я посчитала счастливым знаком, да и яркое горное солнце, пробивавшееся в зашторенные окна, добавляло настроения. Вот сегодня у меня точно все должно получиться. Ну, или хотя бы часть.

Я заперла дверь, трижды проверив щеколду на прочность, разложила свои припасы и открыла учебник по основам магии. В конце концов, надо же мне было научиться делать воду в ванне теплой, а то так и заболеть недолго. А поскольку с бытовыми чарами у меня не складывалось, решила начать с самого начала.

Бесполезно.

Целый день я потратила на изучение пассов руками, схем потоков силы и прочей дребедени. Но едва мне начинало казаться, что у меня вот-вот получится… в дверь стучался Натан.

Каждый раз он выдумывал глупый предлог, заглядывал в кабинет, но ничего подозрительного не находил и убирался, снова оставляя меня одну. Цель этих визитов я понять так и не смогла — то ли он пытался поймать меня на чем-то запретном, то ли, следуя советам короля, желал наладить отношения, но ему недоставало сил побороть себя.

Причем в первый вариант мне верилось куда больше.

Из-за столь пристального внимания поиски секретов Элен я была вынуждена отложить. Просто потому, что даже не знала, что еще могу обнаружить и какие скелеты прятала в шкафах моя предшественница, а Натан приходил в самый неожиданный момент.

Ближе к вечеру мне пришлось признать, что первая часть плана все же провалилась — никаких успехов с магией добиться не удалось.

Когда солнце уже закатилось за горизонт, я вздохнула, поднялась из-за стола и потирая спину направилась к выходу из кабинета.

Отворила замок, потянулась к ручке, но остановилась.

Ладно, Лена, попробуй в последний раз.

Прикрыв глаза, я сосредоточилась, не став даже запираться. Все равно ничего не выйдет, да и Натан наверняка уже оставил свою слежку — последние пару часов мне удалось провести в полном спокойствие.

Вспомнив наставления из учебника, представила силу, что течет по телу. Направила ее к рукам, желая зажечь пламя — магия огня единственная была доступна всем жителям Тедракса.

Открыла глаза и невольно вскрикнула — на ладони трепетал шарик света.

В следующий момент произошло сразу несколько вещей.

Во-первых, от неожиданности я оступилась и стала падать.

Во-вторых, маленький огонек сорвался с моих рук и улетел в стену, оставив там черное пятно.

Ну и в-третьих, дверь распахнулась и на пороге возник Натан.

Быстро сориентировавшись в ситуации, он без лишних вопросов попытался предотвратить мое падение, схватив за бант на корсете платья, и вот этого делать ему не стоило.

Часом ранее я ослабила шнуровку наряда, наевшись до упора, а сейчас плохо завязанные веревки развязались окончательно, содрав с меня верхнюю часть платья.

Впрочем, это мне стало понятно далеко не сразу. Пытаясь удержать равновесие, я вцепилась в Натана, но только повалила его на себя.

— Хмм… — задумчиво пробормотал жених, приподнявшись на локтях.

Я опустила взгляд вниз и осознала, что вид ему сейчас открывался замечательный — платье сползло до самого пояса, оставив лишь тонкую нижнюю рубашку, которая ничего толком не скрывала.

Натан замер, нависнув надо мной.

Я открыла было рот, чтобы поторопить его и… тоже застыла. Лицо дракона находилось слишком близко, сквозь распахнутый ворот рубахи мне было видно черные жесткие волосы ниже ключиц и то, как бьется жилка на его шее.

Натан поднял взгляд — теперь он смотрел мне прямо в глаза. По телу пробежала странная дрожь, а в голове вдруг всплыла глупая мысль, что мышцы у моего жениха очень красиво выступают на обтянутых тканью плечах.

Я облизала пересохшие губы. И без того какой-то жадный взгляд Натана потемнел, в вытянутых зрачках заплясали рыжие искры. Дракон глубоко втянул носом воздух, а потом склонился и поцеловал меня.

Губы его оказались на удивление мягкими и теплыми. Тихо рыкнув, Натан углубил поцелуй. Ладонь мужчины легла мне на талию, тут же скользнула выше…

Все это длилось не больше десятка секунд, а потом я будто очнулась. Руками уперлась ему в грудь, а когда он наконец оторвался от меня, смущенно пробормотала:

— Может ты уже слезешь?

Щеки пылали огнем, и я совершенно не понимала, почему не сказала этого раньше. А еще не могла отрицать, что какой-то части внутри меня понравилось произошедшее, и это злило еще больше.

Проклятье, Натан ведь мне ни слова хорошего за все время не сказал, так почему мое тело реагирует так, будто он — единственный мужчина, который должен быть рядом?

— Что произошло? Почему ты кричала? — спросил Натан.

Он поднялся сам и протянул мне руку, помогая встать.

— Я… там был паук и я испугалась, — выпалила первое, что пришло в голову, лишь бы не молчать.

— Думаю, паук погиб смертью храбрых, — чуть улыбнулся жених, кивнув на черное пятно на стене.

— Что ты вообще делал тут? Опять следил за мной? — нахохлилась я, чувствуя себя неимоверно глупо.

Сама не так давно упрекала Натана в том, что он слишком откровенно на меня смотрит, а теперь будто с ума сошла, как кошка мартовская…

— За тобой нужен глаз, да глаз, Элен, — отрезал Блэквуд, тут же изменившись в лице.

До крыла, где располагались спальни преподавателей, шли молча.

Что ж, оставалось надеяться, что завтрашний день пройдет более продуктивно и без подобных инцидентов.

В воскресенье (по-местному новем) мне повезло больше, чем в субботу. И хотя несносный жених продолжал маячить где-то поблизости, сегодня это не особо мешало, ведь обложившись книгами, я посвятила себя чтению и в целом осталась довольна.

Мне удалось изрядно подтянуть теорию, составить план занятий на следующую неделю и пополнить знания о новом мире в целом, и Натане Блэквуде в частности.

Дом Красных Драконов всегда соперничал с Черными, только вместо силы и поддержки военной мощи они пользовались хитростью.

Давным-давно Тедракс разрывали кровопролитные войны за власть, однако около полувека назад Черные смогли одержать победу над Красными и установился мир, который поддерживался все это время. Тогда же, первый и единственный раз, в противостояние вступили Золотые драконы, став своеобразными гарантами спокойствия.

Впрочем, без попыток Красных отвоевать власть не обходилось. Порой они заканчивались провалом, и тогда виновных казнили, однако уничтожить весь дом подчистую не позволял страх новых войн. Порой Красные добивались своего — перед отцом Натана и Дэйва, королем Дорианом Блэквудом, Тедраксом правил один из Фолдов.

В любом случае, несмотря на интриги, остальные дома не хотели рушить мир и всячески уравновешивали противоборствующие стороны.

На данный момент обстановка в Тедраксе была не то чтобы шаткой, но довольно опасной. Год назад королем официально стал Дэйв, однако несмотря на возраст, у него еще не было ни жены, ни наследников, и это вызывало некоторые волнения.

Следующим в очереди на престол являлся Натан, у которого опять-таки была лишь невеста в лице меня, и ни одного ребенка.

Ну а после Натана наследники из рода Блэквудов исчерпывались и наступала очередь Фолдов.

Закончив чтение, я отложила книжку, которую прихватила с собой из кабинета, и устало откинулась на кровать.

Да уж, неутешительно.

После таких известий мне в некотором роде становится понятна подозрительность Натана. От заветного престола Красных отделяло лишь двое людей, а тут еще Элен со своей подозрительной шкатулкой… и угораздило меня попасть в самую гущу дворцовой заварушки.

Но в любом случае, даже если вдруг Элен и что-то замышляла против своего жениха (что кстати неудивительно, с таким-то отношением), я — не она.

Я-то уж точно в это вмешиваться не собираюсь, пусть сами разбираются.

И успокоенную такими мыслями, меня сморил сон. Впереди предстоял еще последний выходной, который я собиралась провести в кровати.

А разбудил меня стук в дверь и крик:

— Нет, Элен, это просто безобразие! Почему ты до сих пор дрыхнешь?

Несмотря на очевидную схожесть фраз, голос явно принадлежал женщине.

Что это еще за Натан в юбке, и с чего вдруг она считает себя вправе так со мной разговаривать?

Я что-то пробормотала, не желая подниматься с кровати, но меня не услышали. Натиск на многострадальную дверь усилился, но новая щеколда (которую мне таки соизволил установить Натан) пока держалась, справляясь со своей миссией.

Ни секунды покоя несчастной Лене Розиной. Не комната, а проходной двор какой-то, честное слово. И кого это принесло с самого ранья в выходной день?

Вздохнув, я поплелась открывать, про себя отметив, что голос у незнакомой женщины был неприятным — визгливым, надменным и каким-то чересчур командным.

Внешность визитерки оказалась под стать голосу — на пороге стояла молодящаяся мадам, со светлыми волосами, уложенными в замысловатую прическу, и в строгом, но весьма элегантном и изящном дорожном костюме.

Из-за плеча женщины выглядывал Натан. Кем бы ни являлась неожиданная визитерша, дорогу к моей спальне ей явно показал женишок.

— Рад был снова увидеть вас, миссис Роуз. Уверен, вам есть, что обсудить с Элен, а у меня еще много дел, если вы не против, — проговорил мужчина, откланиваясь.

— Спасибо, Нат, — ядовито улыбнулась та. — И я ведь просила, зови меня Барбара. В конце концов, мы теперь почти родственники.

Натан на это замечание скривился, и что-то пробурчав в ответ, поспешил смыться.

Миссис Роуз? Почти родственники? Это мама Элен, что ли? Вот только этого мне не хватало…

И почему это брата Натана встречать меня выдернули едва ли не за шкирку, а в этот раз вредный гад даже постучаться не соизволил?

— Элен, ты что, забыла о моем приезде? — тоненько взвизгнула женщина, заходя в спальню.

Ага, если б я еще о нем знала.

— Ну что ты, матушка, — кое-как собравшись, выдала в ответ. — Просто слишком заработалась вчера ночью и…

— Знаю я, как ты работаешь, — нахмурилась женщина. — Если из-за твоей глупости нам придется расторгнуть помолвку, пеняй на себя… и какая я тебе матушка, забыла, что ли? Барбара. Просто Барбара. Я еще не так плохо выгляжу…

М-да. Если жених Элен был тем еще цветочком, то мать оказалась самой настоящей ягодкой. Вот же не повезло бедной девчонке.

— Отец совсем тебя разбаловал, пока я жила в столице, — продолжила ворчать Барбара. — Мягкотелый олух, спасибо хоть догадался связаться со мной, когда помог Блэквуду, сам бы он уж точно не подумал бы просить что-то взамен…

А вот это уже интересно. Значит, семья Элен как-то помогла Натану, причем дело было серьезным, раз он согласился на помолвку.

— Шанс породниться с правящей семьей истинных драконов случается раз в жизни, и, если ты его упустишь, Элен… — снова перешла на меня женщина.

Фу, какая она противная.

— Я поняла, Брабара, — ответила, не сумев сдержать неприязнь в голосе.

— Хоть что-то ты понимаешь, — фыркнула женщина. — Впрочем, ближе к делу. Свадьба состоится уже через три месяца, а пока я поживу здесь, чтобы ты не натворила глупостей…

— Нет! — невольно вырвалось у меня.

Батюшка Пушкин, если эта женщина останется тут, то либо я ее убью, либо сама убьюся.

— Что ты сказала? — прищурилась Барбара. — Когда Блэквуд устроил тебя в академию, я подумала «ну слава мраку, как же хорошо, что Элен будет под присмотром. Возможно так удастся выбить из нее дурь…». Когда Филлип, мальчик Роксов, что учится здесь, и которого я попросила за тобой приглядывать… да-да, разумеется, я попросила! Так вот, когда он сообщил мне, что ты строишь глазки какому-то адепту, я подумала: «Элен не может быть такой дурой, но все же мне стоит навестить ее». А теперь я понимаю, что приехала не зря! Судя по твоему тону, ты совсем от рук отбилась, а я не позволю тебе позорить себя и нашу семью перед королем!

Барбара еще что-то верещала, а я смотрела на ее подкрашенные, брызжущие слюной губы и впервые в жизни захотела ударить человека. Вот прям по-настоящему, а не ради самообороны.

— Вон! — наконец процедила, указав женщине на дверь. — Пошла вон… матушка.

— Что? — та выпучила глаза, ожидая явно не этого.

— Что слышала. Пошла вон, пока я тебя силой не выкинула. Надеюсь, Натан показал тебе твои покои? Впрочем, мне все равно, — и распахнув створку, я недвусмысленно ткнула пальцем в коридор.

Несколько растерявшись, Барбара вышла, а прежде чем она успела опомниться, я уже захлопнула дверь, заперев щеколду.

Батюшка Пушкин, столько помоев на меня никогда прежде не выливали. Да Натан просто зайка рядом с этой женщиной.

Ладно, Лена, успокойся. Нужно мыслить здраво.

Чем мне грозил приезд матери Элен? Да в первую очередь разоблачением. Все же это ее дочь, а значит, Барбара должна знать повадки хозяйки тела куда лучше Натана.

Но и для паники пока рановато.

Из короткого диалога я успела понять несколько вещей.

Во-первых, характер у Барбары оставляет желать лучшего — эта женщина явно привыкла, чтобы ее слушались во всем, к тому же жаждет власти и богатства. Почему я так решила? А кто еще станет отдавать своего ребенка за такого, как Натан?

Во-вторых, Барбара долгое время жила в столице, в отличие от Элен и ее отца. И это дает мне небольшой шанс сохранить свой секрет.

Ну и в-третьих, именно Барбара придумала помолвку, и похоже лишь она может ее расторгнуть. Вот только вряд ли станет делать это, скорее, напротив. Если уж она, услышав слухи, не поленилась приехать в такую глушь, то помощи ждать от нее явно не стоит.

В дверь застучали.

— Элен, открой немедленно! — закричала так называемая матушка.

Я проигнорировала.

Интересно, чем семья Роуз помогла Натану, что у него не осталось иного выбора, кроме как подчиниться этой властной женщине?

А еще свадьба, которая должна состояться уже через три месяца — вот это самая безумная новость!

Всего девяносто дней и брачное клеймо навсегда привяжет меня к Натану!

Не знаю даже, что хуже — это, или то, что три месяца превратятся в ад, если Барбара останется в академии. И это не считая постоянного риска того, что меня раскроют!

— Элен! — снова мать.

Вздохнув, я подошла к двери, и не открывая ее проговорила:

— Матушка, прошу вас, не позорьте меня и себя. Возвращайтесь в свои покои, я приду перед завтраком.

Пару секунд под дверью возились, потом Барбара пробурчала нечто запредельно злобное и ушла.

Ох, чувствую, мне еще прилетит за это, но терпеть ее уничижительные нотации сил у меня не было. На людях оставался хотя бы шанс, что Барбара станет вести себя прилично, чтобы сохранить репутацию.

Мне определенно нужно придумать способ выгнать ее отсюда и как можно скорее. Только сомневаюсь, что сделать это будет так просто.

Барбара похожа на человека, который не отступится от своего решения.

Впрочем, был один ненадежный способ избавиться от навязчивой матери без особого скандала. Она приехала потому, что опасалась неверности Элен и срыва помолвки. Значит, если показать ей, что грядущему браку ничто не угрожает, а скорее наоборот, то она может успокоиться.

А если вдобавок к этому создать ей некомфортные условия…

Только для этого мне понадобится помощь Натана.

Впрочем, жених, кажется, и сам не в восторге от Барбары, а если поставить меня между выбором, то он определенно будет в пользу мужчины.

В Натане порой проскакивало человеческое отношение, а вот в Барбаре я этого совсем не увидела.

Осталось только, чтобы он согласился.

Приняв решение, я привела себя в порядок, выбрала скромное платье и вышла в коридор.

К счастью, как и предполагала, про важные дела Натан наврал, оказавшись в своей спальне.

— Элен? — кажется, он удивился моему визиту.

— Нам нужно поговорить, — я толкнула жениха внутрь, вошла следом. — Моя матушка планирует остаться здесь до самой нашей свадьбы.

Лицо Натана содрогнулось, но он быстро взял себя в руки, и растянув губы в резиновой улыбке, проговорил:

— Какая прекрасная новость.

Тон у него при этом был похоронный.

— Согласна, — покивала в ответ. — Но мне все же хотелось бы избежать подобной радости. Понимаешь, слишком много счастья вредно для здоровья.

Натан нахмурился, смерил меня пристальным взглядом и осторожно спросил:

— И что ты предлагаешь?

— Для матери самое важное — это счастье ее дочери, — авторитетно заявила я. — Если мы покажем ей, что у нас все хорошо и свадьба точно состоится, то она должна будет успокоиться и уехать обратно.

— А она сомневается, что свадьба состоится? — вскинул брови Натан.

— Она все любит держать под своим контролем, — хмыкнула я. — Так что скажешь, милый жених?

Думал мужчина недолго. Видимо перспектива сожительствовать с будущей тещей три месяца пугала его куда больше, чем необходимость вести себя нормально.

— Договорились. Но только попробуй выкинуть что-нибудь, Элен…

— Лучше следи за собой, — фыркнув, я направилась к двери, но обернувшись на пороге, добавила: — А еще лучше будет, если маме здесь не понравится… например, если у нее в комнате не будет горячей воды.

— Все драконы подогревают воду магией, — нахмурился Натан.

Он смерил меня странным взглядом, я лишь в ответ пожала плечами, отмахнувшись.

А про себя решила, что мне срочно стоит освоить самые простые заклинания — так и знала, что все здесь на чарах работает.

— Но я понял, что ты имеешь в виду, — наконец проговорил Натан. — И постараюсь что-нибудь придумать.

На том и порешили.

До завтрака оставалось совсем мало времени, поэтому Блэквуд оставил меня в своей спальне, таинственно сообщив, что вскоре вернется.

Вернулся он действительно быстро, и вместе мы отправились за драгоценной матушкой.

— Натан, — приветливо улыбнулась она, а вот мне достался лишь оскал и сквозь зубы брошенное: — Элен.

— Барбара, — раскланялся в ответ жених.

— Матушка, — я показала родственнице все тридцать два зуба.

Барбара поморщилась, но при своем будущем зяте делать замечаний не стала. Лишь благосклонно позволила взять себя под ручку и аки царица проследовала в столовую.

За едой Натан был сама любезность. Даже удивительно — не думала, что он так умеет.

— Тебе подлить еще чаю, дорогая? — спрашивал он, и не дожидаясь ответа, наполнял мою кружку.

Я тоже старалась соответствовать — мило кивала, то и дело касалась его руки (отчего Натан неизменно вздрагивал) и почти ничего не съела.

Матушка же кушать не спешила, очевидно показывая свою скромность.

— Попробуйте этот кусок, Барбара. Мясо сегодня удалось на славу, — проговорил Натан, заботливо подкладывая ей отбивную.

Повернувшись ко мне, он незаметно… подмигнул. Пожалуй, это удивило даже больше, чем сам факт того, что мой жених умеет вести себя нормально.

Матушка вальяжно кивнула, наколов кусочек на вилку, отправила его себе в рот и покраснела.

Глаза у нее выпучились, губы распахнулись, и изо всех сил она попыталась удержать достойное выражение лица, но получилось скверно.

Наконец, пробормотав извинения, матушка подскочила и опрометью бросилась прочь из столовой.

— Что это было? — спросила я.

— Острый перец. Много острого перца, — пожал плечами Натан.

— В следующий раз попробуй слабительное. Говорят, с возрастом очень важно вовремя прочищать желудок.

— А ты коварна, Элен, — Натан широко улыбнулся.

Улыбка делала его гораздо привлекательней, придавая какую-то мальчишескую хулиганистость.

На выходе из столовой мы оба хохотали.

— Нет, ну ты видел ее лицо? — спросила я, ткнув Натана в бок.

— О, да… — мужчина скривился, очень похоже изобразив физиономию моей матушки, чем снова заставил меня рассмеяться.

— Вижу, вы закончили завтракать, — появление Барбары застало нас врасплох, и вдвоем мы вздрогнули, вытянувшись по струнке, словно были нашкодившими школьниками.

— Да, маменька, — ответила, с трудом сдерживая желание снова расхохотаться.

— Хорошо, — женщина надменно кивнула. — Тогда, Элен, идем. Ты вроде собиралась показать мне академию.

Я уж точно не собиралась, но куда деваться…

— Конечно, матушка, — вздохнула, и прошептала Натану на ухо: — Помоги.

— Мои срочные дела оказались не такими срочными, так что я с удовольствием составлю вам компанию, — кивнул Блэквуд, не раздумывая.

Фу, вот и славно. Оставаться наедине с этой грымзой у меня не было никакого желания.

Матушка чуть недовольно поморщилась — видимо она хотела отругать меня наедине — но спорить не стала.

Так, обступив Блэквуда с двух сторон, мы и двинулись гулять по академии.

— Столовую вы уже видели, — принялся рассказывать дракон, исполняя роль экскурсовода. — Три раза в день там питаются все адепты и преподаватели академии. Учебные аудитории находятся на втором этаже, вместе с кабинетами и прочим…

— Это все понятно, — отмахнулась Барбара, не дослушав. — А есть у вас тут более интересные места, Натан?

— О-о-о… думаю, да, — коварно ухмыльнулся Блэквуд.

От его тона даже мне стало страшновато. Вот, хорошо, когда и для такой природной вредности можно найти свое применение.

— Как вы знаете, Барбара, в Даркминоре обучают воинов королевской гвардии, лучших из лучших. Эти бравые драконы проходят жесткий отбор перед поступлением. Сюда попадают лишь самые стойкие, с высоким уровнем природной магии и сильным внутренним зверем, — увлеченно вещал Натан, ведя нас куда-то вниз, в подвальные помещения, где я ни разу не была прежде.

Точнее, может и была, но не я, а Элен.

— Я слышала, что поступить сюда непросто, — заметила матушка, с некоторым пренебрежением оглядев скупое убранство коридоров.

Ну да, Даркминор на дворец походил мало — только кабинеты преподавателей, да спальни были облагорожены, а в остальном обстановка академии казалась достаточно аскетичной.

— Именно, — вскинул указательный палец Натан. — В самом замке адепты проходят теорию магии, изучают заклинания и вспомогательные предметы, вроде истории Тедракса, геральдики, или жизней великих драконов каждого из Домов… но помимо этого есть еще и практика по боевым чарам, и тренировки на выносливость, и обуздание дракона для тех, кто имеет возможность хотя бы частичной трансформации… Элен не любит бывать здесь, она довольно изнежена, да милая?

Опять подколки? Впрочем, в этот раз Натан незаметно подмигнул мне, и я растянула губы в сладкой улыбке.

— Да, дорогой, такое явно не для меня, но раз уж мы все равно пришли…

— Это у нее от отца, — не преминула заметить Барбара.

Батюшка Пушкин, в этом мире найдется хоть один человек, который не стремится унизить Элен?

— Но я думаю, что вы смелая и сильная женщина, и должны это оценить, — Натан добавил в голос побольше меда, и Барбара довольно улыбнулась.

Пару минут спустя коридор вывел нас к массивной двери.

— Вот оно. Место, где куется характер воинов королевской гвардии Тедракса, — с гордостью заметил Блэквуд, толкая тяжелые створки.

Сперва я ничего не увидела — яркое солнце ослепило меня, заставив часто моргать.

Но вскоре перед взором открылся вид на небольшое плато, надежно скрытое меж отвесных скал и полное… эм… всякого. С непривычки глаза просто разбегались, не зная, за что и ухватиться.

— Идемте скорее, как раз скоро начнется, — Натан прибавил шагу.

Судя по ухмылке на его лице Барбаре можно было только посочувствовать.

В целом, площадка, куда привел нас Натан, походила на… хм… одну популярную телевизионную игру, под названием то ли «Большая гонка», то ли «Веселые старты» — с двух сторон от тропинки здесь находились всевозможные спортивные снаряды. Только вот, в отличии от передачи, они были изготовлены не из мягких тканей, а напротив, утыканы шипами.

Несмотря на выходной, здесь было много адептов. Мы миновали длинное бревно с маятниками, какую-то канаву, которую надо было преодолеть по маленьким кочкам и узкий ров с подобием пушки, плевавшейся огнем.

Невольно я жалась поближе к Натану, но не из-за страха, или чего-то подобного, а из-за холода. Площадка располагалась под открытым небом, а температура на улице стояла явно минусовая — при каждом слове изо рта вырывалось облачко пара.

Эх, неужели нельзя было меня предупредить? Так ведь и заболеть недолго — у меня вон уже зубы стучат. Хорошо хоть ветра тут не было, иначе я бы сосулькой давно стала.

Впрочем, ни Натан, ни моя славная матушка, как и я, одетая в платье, мороза словно бы не ощущали. Да и адепты выполняли свои упражнения в одних штанах и выглядели вполне довольными.

— Почему они тренируются в дичем? — спросила Барбара, указав на ближайший снаряд.

Дичемом здесь называли десятый день недели, который про себя я окрестила «второе воскресенье».

— Потому что адепты Даркминора всегда должны держать себя в форме, — пожал плечами Натан.

Прямо армия какая-то, а не школа. Хотя… да, так оно и есть — все же здесь готовят королевскую гвардию и поблажки недопустимы.

— Ох уж эти мужские нравы, — покачала головой матушка, останавливаясь возле арены, где два адепта сражались друг с другом с помощью мечей и магии.

Выглядело это весьма зрелищно — двигались мальчишки легко и грациозно, а от шальных ударов чарами нас защищал невидимый барьер, о который заклятия с треском разбивались.

— Так закаляется характер, — вскинул палец Натан и потянул меня с Барбарой дальше.

Наконец, мы остановились почти на самом краю полигона, возле огромного шара из деревянных балок, в центре которого сидел адепт.

— Драконья бочка. А мы как раз вовремя, — проговорил жених, прижав меня к себе крепче и потирая ладонями мои плечи.

Сразу стало теплее — он был горячим, словно печка.

Послышался тихий скрежет и шар вместе с адептом принялся крутиться, сперва медленно, а затем все быстрее и быстрее.

Ого, да это похлеще любого аттракциона в парке развлечений будут. Не знаю точно, но мне всегда казалось, что именно так готовят космонавтов. Интересно, зачем это местным, если здесь нет ракет?

— Все наши адепты, вне зависимости от наличия второй ипостаси, должны быть готовы к полетам, — словно в ответ на мои мысли пояснил Натан.

А ну да. Ракет нет, зато есть драконы.

— Я слышала об этом, — с умным видом кивнула Барбара.

— Правда? — притворно удивился мужчина. — А кто вам рассказал? Адептам запрещено посвящать посторонних в нюансы боевой подготовки. Сейчас я делаю это лишь из-за того, что мы почти семья, Барбара.

Судя по тону, он лукавил. Да и в чем секретность, если любой может и сам хотя бы примерно догадаться, как занимаются будущие воины короля.

Я в армии ведь тоже не служила, но про их подготовку что-то да знала.

— Ох, я уже и не вспомню, Натан, — отмахнулась матушка.

— Осторожней, — вместо ответа, воскликнул Блэквуд.

Сам он в один большой прыжок отскочил шагов на пять в сторону, потянув и меня за собой, так что я оказалась крепко прижатой к его груди.

Нестерпимо приятный (надо бы потом узнать, что это за одеколон) мужской запах на секунду отвлек меня от происходящего, а потом Барбара закричала.

Посмотрев на матушку, я едва сдержала смех, да и Натан стоял с таким серьезным видом, что было ясно — он тоже давит улыбку.

Дело в том, что шар с адептом остановился, и именно в этот момент мальчишку… да-да, стошнило. А с учетом того, что находился он гораздо выше нас, весь его завтрак оказался точно на платье Барбары.

Судя по следам на земле, хоть и затертым, такое происходило здесь постоянно, и Натан явно знал об этом.

— Как же неловко, — театрально запричитал Блэквуд, взмахнув руками. — Простите, Барбара, этот артефакт гордость академии, и я лишь хотел показать вам его… ох, не волнуйтесь, наши бытовые маги займутся вашим нарядом. Вот увидите, он будет, как новенький.

— Все в порядке, Натан, — процедила матушка. — Но, пожалуй, на сегодня мне хватит экскурсий.

Судя по красному лицу и тяжелому дыханию сказать она хотела совершенно иное.

— Да-да, конечно. Тем более, вам надо отдохнуть с дороги, — закивал мужчина.

Обратно до преподавательского крыла шли в полнейшей тишине, провожаемые взглядами адептов.

Барбара держалась стойко — ее подбородок был задран до небес, но на лице явно читалось, что она думает обо всем произошедшем.

Зато мы с Натаном переглядывались, и пусть лица у нас по-прежнему оставались вполне серьезными, но в глазах дракона я видела веселье.

Оставалось лишь надеяться, что эта выходка не навлечет на меня гнев миссис Роуз.

Сообщив, что будет отдыхать до ужина, Барбара скрылась в отведенной ей спальне. Мы с Натаном еще держали постные мины, однако едва отошли достаточно далеко — все же расхохотались.

Да уж, не думала, что буду так смеяться из-за выходок Блэквуда.

— А как ты узнал, что все будет именно так? — спросила, когда мы шли по коридорам.

— Всех, кто попадает туда первый раз, тошнит, за очень редким исключением, — фыркнул Натан. — Адепты иногда так над новенькими подшучивают…

— Мужчины порой бывают такими злыми… это все, что ты приготовил для Барбары?

— Ну… я уже попросил бытовых магов испортить ей платье, но если ты считаешь это лишним… — чуть смутился Натан.

— Оставь, — махнула рукой я. — Чем быстрее она уедет, тем будет лучше.

Мы дошли до дверей в мою комнату, остановились.

— Ну… увидимся за ужином? — спросил Натан, сложив руки за спину.

Уходить он не спешил, да и я не торопилась скрыться в спальне.

— Если только матушка не решит придушить меня за наши выходки, — ответила, фыркнув.

— Зови на помощь, я буду твоей командой поддержки, — улыбнулся Натан, снова став гораздо красивее, чем обычно.

Надо же, у него и ямочки на щеках есть…

— Спасибо, — я улыбнулась в ответ. — Надеюсь, мне это не понадобится.

— Знаешь, с тобой приятно общаться, когда ты ведешь себя нормально, — задумчиво добавил жених. — Признаться, я ожидал сегодня истерики из-за драконьей бочки… ты ведь думала, что в прошлый раз это вышло случайно.

Ого… Натан, значит, и Элен водил на этот аттракцион демонстрации внутреннего мира… интересно, он делал это из вредности, или все же она его чем-то достала? Ладно, это все равно было не со мной, к тому же сейчас поддержка Натана куда важнее чужих обид.

Да и комплимент про нормальность, пусть и был весьма сомнительным, но все же оказался отчего-то довольно приятным.

— Ну, в этот раз ты ведь спас меня, — пожала плечами я.

— Спас… — кивнул Натан.

Какое-то время мы стояли молча, просто глядя друг на друга. Уходить ни один из нас по-прежнему не спешил.

— Ладно, тебе наверно пора, — наконец выдала я, чуть покраснев.

Взгляд у мужчины был такой, будто он раздевал меня глазами.

— Пора, — кивнул Натан. — У тебя…

— Что?

Вместо ответа, он протянул руку, большим пальцем осторожно коснулся моей щеки, и от этого по коже пробежали мурашки.

— Ресница, — пояснил Натан, убирая ладонь.

— А-а-а… спасибо. До ужина, — и снова улыбнувшись ему, я поспешила скрыться в спальне.

Заперла дверь, привалившись к ней спиной. Сердце сейчас колотилось как бешенное, щеки покраснели. Батюшка Пушкин, да что со мной такое?

Неужели стоило Натану пару часов вести себя нормально, и я растаяла? Нет уж, нет уж. Может, истерики и не входят в мои планы, но и растекаться сладкой лужей мне сейчас тоже не стоит.

Так, Лена, соберись! Ты взрослая женщина и не должна так реагировать!

В конце концов, когда Барбара уедет, Натан наверняка снова примется меня третировать, так что нельзя расслабляться.

Остаток дня, почти до самого ужина, прошел на удивление спокойно.

Я повалялась, просмотрела учебники и даже подремала. Барбара, видимо, тоже восстанавливала моральное спокойствие после случившегося, и потому приходить на разборки пока не спешила.

Впрочем, радоваться я начала преждевременно.

Когда до ужина оставалось еще около получаса, в дверь постучали.

— Элен! — раздался визгливый голосок с той стороны даже прежде, чем я успела ответить.

Барбара. И чего же ей неймется, а?

Вздохнув, поплелась открывать — так, или иначе, но поговорить с женщиной все равно стоило. Не могу же я действительно вечно прятаться за спиной Натана?

— Матушка, рада вас видеть, — произнесла, распахивая створку.

Барбара тут же юркой змейкой просочилась в комнату, не забыв прикрыть за собой дверь.

— Что ты себе позволяешь? — прошипела она, едва мы остались наедине.

— А что я себе позволяю? — уточнила, склонив голову набок.

— Неблагодарная дрянь! — взвыла Барбара, окончательно разъярившись. — Что это за детские выходки?

— Я не понимаю, о чем ты, — фыркнула, состроив наивные глазки.

Если она думала выбить чистосердечное признание, то глубоко заблуждалась.

— Прекрасно понимаешь! Решила, я молча проглочу эти унижения? Или, может, считаешь, что я уеду после этого? Даже не надейся… — завизжала Барбара, брызжа слюной.

Дальше ее понесло.

Сперва она кричала о моей невоспитанности, и о том, что теперь она полна решимости остаться здесь, потому что мне нужна твердая рука и крепкий ремень. Затем разглагольствовала о том, что отец меня разбаловал. Что он всегда был слабаком и воспитал из меня нахальную склочную девицу, не знающую о правилах поведения…

Вообще папе настоящей Элен сильно досталось — мне стало жаль несчастного мужчину. Барбара винила его едва ли не во всех своих проблемах — и в том, что они обнищали, и теперь у нее нет денег на нормальные наряды. И в том, что она вынуждена была жить в глухомани. А когда появилась возможность, отец все испортил, ведь из-за его мягкотелости и неспособности настоять на своем, он упустил должность при дворе…

Ну и много чего еще по мелочи добавила.

Я бы прекратила этот поток помоев, да только Барбара в запале пачками выдавала информацию о прошлом Элен, которая была мне столь необходима.

Судя по всему, Барбара вышла за Джейкоба Роуз (а именно так звали отца Элен) по договоренности родителей — именно подобным образом и заключалось здесь большинство браков. Джейк, младший сын дома Серых драконов, имел способности к магии и неплохое состояние, однако был слишком добр и сердоболен. Барбара задавила его своими капризами, к рождению Элен промотав большую часть денег, так что от былого благополучия остался лишь особняк, купленный Джейком еще до свадьбы.

Когда монетки закончились, а Элен повзрослела достаточно, чтобы не нуждаться в матери, Барбара подсуетилась и уехала в столицу. Там она попыталась устроить Джейка во дворец, чтобы снова вернуться к беззаботной жизни. Но мужчина подобие собеседования провалил, как я подумала, нарочно — тогда Элен было около четырех лет, и он не хотел срывать девочку с места.

Барбара же отказалась возвращаться в провинцию, оставшись в столице. Уж не знаю, на какие средства она там жила, но жила, видимо, неплохо, лишь раз в полгода навещая мужа и дочку. И то, наверняка, чтобы облить их грязью.

Впрочем, с годами Барбара не молодела, и в последнее время ее персона среди столичных драконов особым успехом не пользовалась, однако смириться с этим женщина никак не могла.

А потом случился Натан. Кажется, мужчина попал в беду и Джейк помог ему, сообщив об этом Барбаре. Последняя тут же вернулась в провинцию, разглядев в ситуации возможность породниться с домом Черных драконов. Она шустро взяла обещание с Натана, заключив помолвку.

Мнение собственной дочери при этом (как и нравственные качества жениха) ее волновало мало. И сейчас Барбара была готова на все, чтобы брак состоялся — ей очень хотелось вернуть беззаботную жизнь.

— Вы закончили, матушка? — спокойно спросила я, когда женщина перестала брызгать слюной и орать.

Впрочем, спокойствие было напускным — куда больше мне сейчас хотелось вышвырнуть Барбару за шкирку. И пинка мотивационного дать для ускорения. Нет, это же надо быть такой с…тервой.

— Вижу, ты все же решила одуматься, — самодовольно кивнула Барбара, приняв мое предыдущее молчание за согласие и послушание.

— Я просто хочу раз и навсегда прояснить несколько вещей, — проговорила холодно. — Во-первых, ни я, ни Натан не звали вас в академию, вы решили явиться сюда сами. И если говорить откровенно, то вашему визиту никто не рад. Что же касается досадной неприятности у драконьей бочки… это было лишь случайностью, но если вы все же рискнете остаться, то боюсь, такие случайности будут повторяться вновь и вновь…

— Ты угрожаешь своей матери? — прищурилась Барбара.

Судя по виду, она снова собиралась закатить скандал.

— Я констатирую факты и еще не закончила, — продолжила я, не дав ей этого сделать. — Во-вторых, ты бросила меня, уехав в столицу, и сейчас не имеешь никакого морального права вмешиваться в мою жизнь.

Конечно, Барбара бросила не меня, а Элен, но мне было жаль ее настоящую дочь и это стоило сказать.

— Я лишь пыталась обеспечить тебе достойную жизнь, — взвизгнула матушка. — Потому что твой никчемный отец…

— Ты пыталась обеспечить свои хотелки, — резко прервала ее я. — А мой отец святой человек, раз до сих пор тебя не придушил за все эти скандалы, капризы и истерики. Потому что сейчас ты рядом меньше суток, а мне уже охота это сделать…

— Да как ты смеешь?! — от гнева Барбара покраснела.

А потом…

Звонкий шлепок — и мое лицо защипало. Эта хамка дала мне пощечину!

— Ты не имеешь права так разговаривать со своей матерью! — прокричала Барбара, снова замахнувшись.

Но второй раз ударить она не успела — двумя секундами ранее дверь, которую я не запирала, распахнулась, и в комнату вошел Натан.

В мгновение он оказался рядом, перехватив ее руку.

Повисла тишина.

— Миссис Роуз… — первым нарушил ее Блэквуд. — Простите, но я никому не позволю бить мою невесту. Даже вам. Даю вам время до конца этого дня, чтобы покинуть академию Даркминор. Я обеспечу экипаж и все необходимое. И надеюсь, больше вы никогда не позволите себе нечто подобное.

— Что ж, хорошо, я уеду, — уронила Барбара, опалив меня злым взглядом.

И развернувшись, она вылетела прочь из комнаты.

— Ты в порядке? — спросил Натан, коснувшись моей щеки.

— Да, ты пришел очень вовремя, — ответила, подняв взгляд.

В зрачках дракона сейчас плясали искры, а еще он стоял очень-очень близко, и я чувствовала его дыхание.

— Не думал, что Барбара способна на такое… все же ты ее дочь, — пробормотал Натан, продолжая гладить мою щеку.

— Она умеет удивлять, — хмыкнула, замерев.

От его прикосновений внутри разливалось тепло, да и сам Блэквуд выглядел сейчас таким заботливым, таким нежным и понимающим…

И очень красивым, но не той слащавой красотой, какой блистают модели из журналов, а суровой, мужской, которая всегда нравилась мне…

— Это точно, — ответил Натан и замолчал.

Одна его рука скользнула мне на талию, прижав ближе. В этот раз отстранятся, или вырываться совершенно не хотелось. Напротив, я закинула руки ему на плечи, погладила мышцы, проступавшие под строгим камзолом.

— Элен… — выдохнул Натан, а затем поцеловал меня.

Движения мужчины были одновременно жадными и осторожными. Он словно безумно желал большего, но боялся спугнуть меня, разрушив ту хрупкую связь, что возникла между нами за этот день.

Его руки скользили по моей спине, очерчивая изгибы тела.

Зарывшись ладонями в длинные жесткие волосы, я сама углубила поцелуй.

Рассудок словно заволокло розовым туманом, голова отключилась, и сейчас я уже не могла думать здраво, или вспоминать о том, как вел себя Натан прежде.

Прошлое исчезло, оставив лишь губы дракона, его прикосновения и запах, а еще горячее желание, зревшее где-то внутри меня. Происходящее казалось очень правильным и нужным нам обоим.

Подхватив на руки, Натан перенес меня на кровать, не прервав поцелуя. Навалился сверху, прижав своим телом.

Не знаю, чем бы все закончилось, но именно в этот момент в дверь постучали, и мы, будто опомнившись, оторвались друг от друга.

— Кхм… — задумчиво выдал Натан, поднявшись.

Глаза его лихорадочно блестели, волосы растрепались.

Стук стих, послышались шаги. Кто бы ни приходил ко мне — он ушел, но момент все равно был испорчен.

— Нам пора на ужин. Я подожду тебя снаружи, — пробормотал жених, скрывшись за дверью.

Сев на кровати, я похлопала себя по щекам. Дыхание было тяжелым, сердце колотилось, будто вот-вот собиралось выскочить из груди.

Достав зеркало, я оглядела себя.

Да уж, Лена, видок, как у школьницы — губы раскраснелись от поцелуев, взгляд такой, словно сейчас сердечками икать начнешь.

И чего это меня так повело? Еще только не хватало влюбиться в Натана и действительно выйти за него замуж… а потом всю жизнь на цепи сидеть.

Нет уж, один день не показатель — пусть сперва он изменит свое отношение, и хотя бы неделю будет вести себя нормально.

Чуть успокоившись, я собиралась вернуть зеркальце на место и умыться, но руки еще дрожали, и блестящий кругляш выпал, однако не разбился, а лишь закатился под кровать.

Вздохнув, полезла следом, и тут же наткнулась взглядом на кое-что интересное.

Снизу, между деревянных досок, была засунута тетрадь. И раз Элен ее спрятала, значит наверняка там было что-то важное.

Впрочем, доставать тетрадь сразу я не стала, лишь вернула зеркало на место, быстро умылась и вышла к Натану.

Ужин прошел в неловком молчании. Мы то и дело задевали друг друга руками, и если прежде на подобное внимания не обращала, то теперь это заставляло меня краснеть.

Натан постоянно бросал в мою сторону многозначительно-задумчивые взгляды. Я тоже рассматривала его из-под опущенных ресниц.

Интересно, о чем он думает?

Вспоминает случившиеся? Или сожалеет? А может — и то, и другое?

Едва закончив есть, я попрощалась с Натаном и поскорее ушла в свою спальню. Любопытство подгоняло меня, да и к тому же хотелось все обдумать в тишине и спокойствие.

Потому что чувства, которые теперь вызывали во мне прикосновения Натана, не вписывались ни в какие рамки. Это было, как… ну не знаю. Как будто он создан для меня и противиться совершенно бесполезно.

Как будто я готова раствориться в нем.

Только вот… такое не совсем по мне. Я привыкла контролировать свою жизнь, а происходящее сейчас меня пугало.

Почему я так реагирую? Откуда это взялось?

И как это прекратить?

Влюбляться, находясь в чужом теле и ином мире, мне абсолютно не хотелось.

А ведь еще неизвестно, как Натан отреагирует, если вдруг узнает, что в тело его невесты попала другая.

Отчего-то при мыслях о том, что Блэквуд до сих пор не заметил подмену, стало обидно. Неужели он не видит разницы, и не замечает, что вместо Элен теперь я?

Батюшка Пушкин, да что это такое? Соберись, Лена, сейчас стоит думать вовсе не об этом.

Оказавшись в спальне, я снова похлопала себя по щекам, пытаясь сосредоточиться. Поцелуй с Натаном будто сорвал невидимую пробку (о существовании которой я даже не догадывалась), и теперь мне нестерпимо хотелось повторить произошедшее.

Оказаться в его объятиях. Почувствовать его тепло…

Ну вот, опять. Лена, да что это с тобой такое?!

Ладно, посмотрим, что там Элен под кроватью прятала — заодно и отвлекусь.

Спустившись на пол, я вытащила пухлую тетрадку, открыла, перелистнув страницы и сперва даже не поверила своей удаче. Потому что прямо сейчас в моих руках было не абы что, а личный дневник Элен Роуз!

То самое, что я пыталась найти всю неделю! То, что могло помочь мне не раскрыть себя!

Я поднялась, дрожащими руками проверила щеколду на двери, а после пролистала страницы, нашла то, что показалось мне наиболее важным, и углубилась в чтение, позабыв даже о Натане и его поцелуях.

«Второй день кауды.

Сегодня папка помог Натану Блэквуду. Что именно там произошло я так до конца и не поняла, но кажется, дело было серьезным, раз даже матушка срочно прибыла из столицы. Втроем они долго говорили в обеденной зале, а потом Блэквуд уехал. Мне же сообщили, что я стану его невестой.

Это так здорово! Поверить не могу в свое счастье. Нет, Натан, конечно, старый и уродливый, но зато я, как и матушка, буду жить в столице! Меня ждет придворная суета, балы и наряды! И я больше никогда не буду ни в чем нуждаться, а если вдруг с его братом что-нибудь случиться, то Натан — следующий в очереди на престол! Даже писать толком не могу от радости — сердце так и скачет! Скорей бы уехать из этой деревни, ненавижу ее! И спасибо маме за то, что смогла так ловко обставить дело».

Так, пока записки Элен мне ничего нового не рассказали… ладно, может дальше?

«Третий день кауды.

Матушка снова ругалась на отца — тот сказал, что ей надо было спросить моего согласия на брак. Будто кто-то откажется купаться в роскоши! Правильно мама говорит — он неисправимый тюфяк.

Пятый день кауды.

Сегодня приезжал Блэквуд, и мы заключили помолвку. Все, теперь я невеста одного из истинных Черных Драконов. Сам Натан показался мне слишком хмурым — надеюсь, я не помру с ним от скуки. Впрочем, его положение все компенсирует».

Что-то мне не слишком нравятся мысли Элен… какие-то они липкие. Была я как-то знакома с подобной дамочкой — та улыбалась лишь тем, кто давал ей выгоду, а остальных хуже грязи считала. Впрочем, может это только первое впечатление?

В конце концов, логично, что любая девчонка обрадуется предстоящим переменам к лучшему…

Однако, чем дальше я читала, тем больше начинала жалеть Натана.

Счастье Элен начало таять, едва она узнала, что Блэквуд круглый год торчит в Даркминоре. Мечтавшая о придворной жизни барышня проводить время среди адептов-военных совсем не желала, а потому устроила Натану первую истерику.

На отца Элен, мягкого и слишком добродушного, подобное действовало весьма хорошо, но Блэквуд прогибаться не стал, скорее напротив, пригрозил устроить Роуз преподавателем, чтобы та не слонялась без дела.

И снова это подействовало ровно наоборот. Элен, привыкшая, что, если истерика не работает, значит надо закатить новую, еще сильнее, пошла в разнос. А поняв, что Натан от ее криков лишь злиться, обратилась к матушке, желая разорвать помолвку.

Барбара дочери отказала, устроив знатную выволочку.

Роуз-старшей до комфорта Элен особого дела не было — ее интересовал лишь свой собственный.

На самом деле, я не совсем понимала, на что рассчитывает Барбара. В конце концов, выходила замуж ее дочь, а не она сама.

Но как оказалось, эта женщина была хоть и весьма корыстна, но совсем не глупа. По местным законам, после свадьбы, родители невесты могли принять в свой род жениха, или же сами вступить в его род. Такая гибкая система позволяла, например, в случае отсутствия наследника мужского пола, продолжать королевскую династию по женской линии.

А значит, родителям Элен, как членам семьи Блэквуд (после свадьбы), в последующем полагалось содержание, на что Барбара и рассчитывала.

Захлопнув дневник, я потерла виски. Да уж… судя по всему, Натана стоило пожалеть, ведь в родственники ему досталась парочка самых настоящих грымз.

Несмотря на отношение Барбары к дочери (которое я успела прочувствовать на себе), Элен видимо пыталась быть похожей на свою мать. И у нее это вполне выходило.

Неудивительно, что Блэквуд стал таким дерганным и агрессивным — сложно сохранять спокойствие, когда каждый разговор грозит перерасти в истерику со скандалом.

Ладно, теперь ему не о чем волноваться — вместо Элен появилась я.

И не сказать, что идея со свадьбой мне вдруг понравилась, но после прочтения дневника она больше не вызывала такого отторжения. А раз уж я пока не в силах отменить помолвку, то возможно, есть смысл готовить себя к грядущему? За эти три месяца мы с Натаном вполне способны поладить, а как только до него дойдет, что той Элен больше нет…

Странно, что до сих пор не дошло, тем более, после поцелуев.

При воспоминаниях о случившемся, щеки у меня вспыхнули, внизу живота потеплело, а в груди словно бабочки запорхали.

Так, Лена, рано радуешься. Перед свадьбой как минимум стоит сказать Натану о том, что я не его невеста. Нельзя оставлять его в неведении, это просто-напросто нечестно.

Чтобы отвлечься, я снова взяла дневник Элен, принявшись читать дальше.

Впрочем, ничего интересного там не было — пару страниц бывшая обладательница тела поносила своего жениха на чем свет стоит, а дальше я закрыла тетрадку, спрятав ее обратно под кровать.

Лучше посплю, все же завтра мне снова предстоит вести лекции, а делать это приятней отдохнувшей.

Хотя, разумеется, дочитать дневник Элен стоит — вдруг за потоком грязи там скрывается что-то важное? Но не сегодня.

Впрочем, ни на следующий день, ни после, времени на это у меня не появилось — новая рабочая неделя вышла очень насыщенной.

Кроме чтения лекций, я проверяла работы, а по вечерам… болтала с Натаном.

Удивительно, но совместные шалости над Барбарой действительно сплотили нас и больше дракон не смотрел на меня букой.

В целом Натан оказался весьма интересным мужчиной (когда только не вел себя, как последний… кхм-кхм… судак) — он смешно шутил, знал тысячу баек и историй, и в разговоре мог поддержать любую тему.

Правда, пока этого не могла я — знаний у меня еще было маловато, и опасаясь себя выдать, я по большей части лишь слушала его рассказы.

Интересно, почему Элен писала, что Натан стар и некрасив, если это было абсолютной неправдой? Еще в первую нашу встречу Блэквуд показался мне привлекательным, а сейчас, когда он начал чаще улыбаться… да, определенно в нем было нечто такое, что мне нравилось.

Впрочем, я пока не могла себе позволить всерьез увлечься Натаном, хотя и не могла больше отрицать, что меня к нему тянет.

Когда он находился рядом сердце начинало колотиться быстрее, а в груди замирало. То и дело я ловила на себе его взгляды, а каждое, даже самое легкое, случайное касание обжигало кожу.

Иногда мне хотелось просто плюнуть на все и снова ощутить вкус его губ, почувствовать его объятия… уверена, Натан тоже желал этого — в его глазах то и дело вспыхивали темные огоньки страсти, но мы оба держали себя в руках.

Я — потому что еще не приняла окончательного решения и не желала торопить события. А Блэквуд… не знаю, но первым он не лез.

Если же мне выдавалась свободная минутка, то я посвящала ее не дневнику Элен (признаться честно, мне было противно изучать его, может поэтому чтение так затянулось), а магии. Мыться в горячей воде хотелось куда больше, чем узнавать новые грани гадского характера моей предшественницы.

К удивлению, после того первого раза, волшебство стало получаться у меня куда лучше. Ну, то есть, как лучше… в принципе начало хоть что-то получаться.

А в последний рабочий день — септем — я настолько освоила простейшее заклинания вызова огня, что смогла из ледяной воды сделать теплую. До комфортной температуры мне навыков не хватило, но даже это весьма радовало.

Так я хотя бы смогла помыться нормально, а не впопыхах, и после ванны чувствовала себя настоящим человеком, а не продрогшим цуциком.

Настроение поднялось настолько, что я наконец снова взялась за дневник.

Пролистнула очередные странички с помоями в адрес Натана (да уж, дочка явно пошла в мать скверным характером), а потом… о, нет. Если я правильно уловила смысл, то Элен сделала именно то, чего я опасалась.

Я принялась перечитывать записи Элен, чувствуя, как сердце забилось быстрее. Часть строчек была замарана, будто их пытались стереть, но кое-как мне удалось понять их смысл:

«Неужели у меня появился шанс вырваться из академии Даркминор и получить ту жизнь, какую я заслужила? Даже не верится… впрочем, загадывать еще рано.

Если все пойдет так, как сказал Л, то совсем скоро матушка будет мной гордиться.

Главное, ничего не испортить, и чтобы этот противный Блэквуд ни о чем не догадался. Л обещал, что мне не придется делать это самой, ведь он обо всем позаботится. А когда я вернусь, то останется только лишь дождаться свадьбы и брачной ночи… фу, надеюсь, меня не стошнит от близости с Натаном. Он стар, а адепты куда симпатичнее, но пока мне нельзя давать ему повода разорвать помолвку.

Чуть больше трех месяцев, и если получится понести, то затем я буду богата, свободна и наделена властью…

А еще наконец смогу получить Л в безраздельное пользование…

Все, больше не стану об этом писать, чтобы не сболтнуть лишнего, но как же я сейчас счастлива!»

Таак… это надо хорошенько обдумать.

«Вырваться из академии…»

Натан привез сюда Элен, чтобы приглядывать за ней, а еще перевоспитать. И отпускать ее куда-то он явно не собирался, как не собирался покидать Даркминор сам. Значит, покинуть академию Элен могла лишь расторгнув помолвку.

Но сделать это ей не позволила бы Барбара, а сама она (судя по дневнику) не смогла бы пойти против воли матери.

Ага, запомнили, едем дальше.

«Как сказал Л» и «матушка будет мной гордиться».

Очевидно, что Л и есть тот самый друг из шкатулки, с которым переписывалась Элен. Но артефакт у Натана и личность его мне теперь узнать не удастся.

А вот касательно матушки…

Мне сложно представлялось то, что должна была сделать Элен ради уважения Барбары. Разве только стать королевой, но это все равно невозможно, ведь Натан лишь второй в очереди, после Дэйва. Ладно, тоже запомнили.

Фразы, типа «Блэквуд не догадался» и «не придется делать это самой» явно значили, что задуманное Элен не придется по душе ее жениху, а скорее наоборот. И приписка в конце «не сболтнуть лишнего» лишь подтверждала это.

Значит, план Элен и таинственного Л был очень серьезным.

И наконец, свадьба и беременность.

Бывшая владелица тела, еще пару страниц назад не желавшая свадьбы, вдруг резко передумала, но явно не из симпатии к Натану.

Думай, Лена, думай. Раз уж тебя угораздило попасть в гущу этих событий, то надо хотя бы понимать происходящее.

Положив дневник, я принялась мерить шагами комнату, прокручивая в голове все фразы Элен.

Судя по записям, план возник не так давно.

Так что же придумала Роуз? Что могло понравиться ее матери, избавить от необходимости оставаться в Даркминоре, а еще дать ей власть? Ведь все это явно связано с моим перемещением сюда — таких совпадений просто не бывает.

Думай, Лена, думай.

Барбара хочет лишь денег и власти, но после брака с Натаном она итак бы это получила. Да и покинуть академию Блэквуда могли вынудить лишь веские обстоятельства, а уж переехать…

Проклятье.

Остановившись, я хлопнула себя по лбу.

Натан второй кандидат на трон, а если с Дэйвом что-нибудь случится, то корона моему жениху обеспечена. И тогда ему придется оставить Даркминор, чтобы переехать во дворце. А Элен, разумеется, он возьмет с собой…

Значит, неведомый Л — это скорее всего кто-то из Красных драконов. Только они соперничали с Блэквудами за власть…

Пощелкав пальцами, я попыталась вспомнить хоть кого-то, с именем на букву «Л», но не смогла — слишком мало еще узнала об этом мире.

Однако если Фолдам был нужен трон, то они бы не оставили в живых и Натана… я припомнила последние строчки в записях Элен — дождаться свадьбы и понести.

Ну да, все складывалось. Поздравляю, Лена, ты почти сыщик.

Если бы Элен забеременела, то ее ребенок стал бы наследником. А что может быть проще, чем взять под опеку вдову короля и воспитать будущего правителя так, как угодно? И тогда даже Гленсдэйлам не к чему будет придраться — все по закону, никакого бунта.

Остановившись, я сделала пару глубоких вдохов.

Мне определенно следовало пойти к Натану прямо сейчас и все ему рассказать. Конечно, я могла и ошибаться в своих выводах, но если все же мои мысли верны, то братьям Блэквудам грозит опасность, и я не могу просто умолчать об этом.

Что ж, Лена, вперед на баррикады!

Оставив дневник в комнате, вышла в коридор. Сердце стучало, как бешенное, так что я даже не озаботилась накинуть халат, слишком встревоженная новой информацией. Да и какой халат, если Дэйв и Натан могут быть в опасности прямо сейчас?

Конечно, теперь вместо Элен я, но кто знает, что она успела сделать? И на что способен этот таинственный Л?

Дверь в спальню Натана была не заперта. Толкнув створку, я вошла внутрь, даже не подумав постучаться. Жених, в одних брюках, сидел за столом, держа в ладонях светящийся кристалл. Вид мужчины едва не сбил меня с мысли — прежде я всегда видела Натана собранного и полностью одетого. Сейчас же дракон казался каким-то домашним.

— Да, Дэйв, я тебя понял, свяжемся позже, — проговорил Блэквуд и услышав шорох, обернулся. — Элен? Что ты тут делаешь?

Он положил потухший камень на столик.

— Твой брат в порядке? — спросила, затаив дыхание.

— В полном, — кивнул Натан.

Я вздохнула с облегчением. Значит, успела. Возможно, на самом деле все не так уж плохо, как мне подумалось. Но Натану в любом случае стоит рассказать правду — во-первых, чтобы он точно был готов к удару. Ну а во-вторых, чтобы самой не пойти на плаху, как связанной с заговорщиками.

— Ты пришла только чтобы спросить о Дэйве? — уточнил Блэквуд.

Секунда — и он уже оказался рядом, глядя мне в глаза.

— Нет… то есть да… я хотела тебе кое-что сообщить, — проговорила, путаясь в словах.

Близость Натана и желание, ясно написанное на его лице, выкинули из головы все мысли. Словно растерянная девчонка, я стояла, не в силах оторвать взгляда от его губ и пыталась выдавить из себя хоть слово.

А вдруг, узнав о подмене, он больше никогда меня не поцелует?

Отчего-то мне совсем некстати подумалось, что на мне сейчас лишь тонкая ночная сорочка.

— И что же ты хотела мне сообщить? — спросил Блэквуд, буквально пожирая меня взглядом.

Я сглотнула, отметив, что фигура у моего жениха очень привлекательная, с четко очерченными мышцами рук и красивыми кубиками на животе.

— Я прочитала… — снова попыталась вернуться к делу, но глаза зацепились за черную дорожку волос, уходящую от пупка вниз, к краю брюк, и мысли опять потерялись.

Проклятье, Лена, хватит пускать слюни! Возьми уже себя в руки!

— Ты прочитала… — эхом повторил Натан, положив руку мне на талию.

Возможно, я бы и смогла ему ответить, если бы только в следующий момент Блэквуд не прижал бы меня к себе.

Собственнический жест окончательно выключил мои мозги, и теперь в голове забилась лишь одно-единственное желание — почувствовать вкус его губ. А еще — оказаться ближе, прикоснуться к нему, слиться с ним в одно целое.

Словно во сне, я подняла руку. Пальцами погладила его плечи, чувствуя приятную гладкость кожи. В зрачках дракона плясали искры, и кажется, он почти перестал дышать.

Я облизнула пересохшие губы, и это стало для Натана последней каплей — тихо прорычав, он впился в меня поцелуем.

А дальше нам стало совсем не до разговоров.

Жадные ладони Натана заскользили по моему телу и спустя пару секунд ночная сорочка упала на пол.

Подхватив на руки, Блэквуд перенес меня на кровать. Осторожно отпустил, нависнув сверху.

— Ты такая красивая, Элен, — прошептал, принявшись покрывать поцелуями сперва мою шею, а затем спускаясь ниже.

Вместо ответа я выгнулась ему навстречу, тихо простонав. Каждое прикосновение Натана отдавалось внутри электрическими разрядами, наполняя меня горячкой страсти.

Я слышал стук его сердца под своими ладонями и мне хотелось, чтобы он стал еще ближе.

Натан, кажется, желал того же — он дернул за пояс брюк, ткань затрещала и вскоре между нами не осталось никаких преград.

Все происходило быстро, будто мы оба боялись не успеть.

Вот Натан плотнее вдавил меня в кровать, и я обвила его бедра ногами, двигаясь навстречу.

Боль пронзила тело, заставив меня вскрикнуть — несмотря на гадкий характер, Элен все же хранила свою честь.

— Элен? — Натан замер.

Вместо ответа, я снова поцеловала его, и дракон принялся двигаться, сперва медленно и осторожно, вглядываясь в мое лицо, а после, расслабившись, увеличил темп.

В прошлой жизни у меня были мужчины, но ни с одним из них мне не было так хорошо, и даже не в физическом плане, а… не знаю, как объяснить.

Будто мы всегда являлись одним целым, а потом потеряли друг друга и наконец, спустя годы одиночества и тоски, снова нашли. Будто мы родились лишь для того, чтобы встретить друг друга. Будто вся моя прежняя жизнь была нужна ради этих мгновений.

Будто только сейчас я вдруг научилась дышать.

Взгляд Натана был затуманен, как и мой, от него пахло мускусом и елью. Он тяжело дышал, да и я сама задыхалась от непомерного желания.

Губами он ловил мои стоны, наши пальцы переплетались, как и наши тела.

Все остальное потеряло свое значение, ведь прямо сейчас самым важным был лишь Натан, и весь мир сходился клином в нем одном.

В его глазах, смотрящих на меня со смесью жадности и обожания.

В его руках, сжимавших и ласкавших мое тело.

В его губах, в бьющейся на шее венке и в его хриплом рычании.

В каплях пота, выступивших на лбу, в мускулистой груди и плечах, и в милой родинки возле уха, и в нахмуренных бровях.

В нем одном.

Рассказать о своей находке в эту ночь мне так и не удалось.

Я уснула в объятиях Натана лишь ближе к утру, вымотанная, но счастливая. И к своему стыду, даже не вспомнила о том, ради чего явилась в спальню жениха посреди ночи.

Зато когда проснулась, меня словно током прошибло.

Проклятье, Лена, ну ты и молодец! Самообладание прям на высоте!

Скрипнув зубами, я огляделась — Натана рядом не было. И куда он мог отправиться в выходной день, в такую рань? Или уже не рань? Сколько вообще времени?

Разыскав сорочку, что так и валялась ближе к порогу, я быстро оделась. Мда, в таком виде в коридор лучше не выходить, иначе соответствующая репутация будет обеспечена.

К счастью, в этот момент дверь распахнулась, и на пороге объявился Натан.

— Проснулась? — спросил он, смерив меня странным взглядом.

— Да. Вчера я хотела тебе кое-что сказать…

— Вот и скажешь за завтраком, — кивнул жених, протянув мне платье из плотной шерсти.

В другой руке у него была корзинка, откуда доносились аппетитные запахи.

— Я думаю, это не может ждать… — проговорила, взяв одежду.

— А я думаю, что нет ничего лучше завтрака на природе, — прервал меня Натан и потряс корзинкой.

При этом он не отрывал от меня глаз, вот только мне показалось, что сейчас там больше не осталось той нежности, какую я наблюдала ночью.

— Так и будешь смотреть? — покраснела, смутившись от этого его взгляда.

— Ты стесняешься? — как-то не слишком добро усмехнулся Натан, но все же отвернулся.

Или мне просто показалось? Может, я лишь накручиваю себя, переживая из-за вчерашнего?

Быстро облачившись в платье, вышла к Блэквуду и тот повел меня по коридорам.

— Натан, мне… — снова попробовала заговорить, когда мы вышли из академии.

— Подожди еще немного, — не дал мне сделать этого дракон. — Я хочу показать тебе одно особенное место. А когда мы придем, ты расскажешь мне все, Элен.

И снова мне почудилась угроза в последних его словах. Да что происходит?

Мы миновали внутренний двор и оказались за воротами, где открывался чудесный вид — цепочка гор, верхушки которых укрывали снежные шапки, тонкие веревочки речушек и узкая дорога, начинавшаяся прямо от ворот и петлявшая куда-то вниз.

Интересно, как сюда не-драконы добираются? На это даже смотреть страшно, не то что ехать здесь в телеге, или на лошади.

— Нам туда, — Натан свернул влево, на совсем уж незаметную тропку, что скрывалась за ближайшим валуном.

Удивительно, но несмотря на облачка пара, вырывавшиеся из моего рта при каждом выдохе, сейчас мне было не слишком холодно.

— Еще немного. Не боишься? — спросил Натан, когда тропка вильнула к каменной стене.

Дальше путь проходил вдоль отвесной скалы с одной стороны, и крутого обрыва — с другой.

— Боюсь, — призналась честно, с опасением поглядев на это.

Надеюсь, он не решил втихаря пришибить меня, подстроив несчастный случай?

Натан ничего не ответил, лишь крепко стиснул мою руку и первым двинулся по этой дороге, которую и дорогой-то назвать язык не поворачивался.

Как-то мне все это не нравится… неужели он не мог найти для завтрака более спокойное место?

Наверно, в другой ситуации я бы на эту тропку никогда бы не полезла. Но сегодня мне скорее хотелось рассказать все Натану, а раз он решил поговорить именно там…

Да и возвращаться уже поздно — мы прошли почти половину. Ох, надеюсь, виды природы действительно будут стоить моих мучений…

— Кто ты? — внезапно спросил Натан.

Он остановился ровно посередке этого узкого карниза, и хотя рука его продолжала крепко сжимать мою ладонь, но взгляд стал совсем недобрым.

— Я… я Лена… — растерявшись, выдала первое, что пришло в голову.

Неужели он меня сюда потащил, чтобы допрос провести? Так я ведь и так собиралась все рассказать!

— Ты не Элен! — резко вскрикнул Натан. — Ты из Красных Драконов, да? Говори сейчас же, или окажешься внизу!

Накатила обида, а еще злость. Мало того, что он сам не захотел меня слушать, так еще и не услышал, что я сказала!

К глазам подступили слезы, и я заморгала, чтобы не заплакать.

— Ты идиот, Натан, — проговорила хриплым от сдерживаемых рыданий голосом. — Я еще вчера пыталась тебе все рассказать!

Но Блэквуд снова меня не услышал — он сейчас тоже был очень зол.

— Сперва я подумал, что Элен опоила меня любовным зельем, потому что ну не могла же она вдруг начать меня привлекать после всего того, что сделала? Затем я решил, что возможно, Дэйв прав, и Элен просто нужно было время, чтобы смириться… и тогда я пошел ей навстречу. А познакомившись с Барбарой стал жалеть несчастную девчонку, выросшую с такой матерью и даже почти влюбился в нее… в тебя. Да и мой дракон… после этой ночи мне показалось, что ты моя истинная пара, иначе откуда было бы взяться такому безумному влечению? Но замутненный страстью, я даже не подумал, что если бы ты была Элен, то влечение появилось бы сразу, а не спустя год нашего знакомства…

В словах Натана слышалась горечь разочарования. Что ж, я тоже была в нем крайне разочарована.

— Меня… — начала было я, но Блэквуд не дал мне закончить.

— Сегодня утром все встало на свои места, — жестко проговорил он. — Сперва со мной связался Дэйв и сообщил, что отследил местоположение адресата из шкатулки и находится он в Рок Флате. А потом, когда я пошел взять тебе платье, чтобы обсудить это, то нашел дневник Элен в твоей спальне…

Ну да, я ведь так торопилась, что просто оставила его на кровати.

— И когда я прочитал его, то все сошлось. Тот сбой в защитном куполе академии, резкие перемены в поведении Элен и мое внезапное влечение… так мой дракон прежде реагировал лишь на одну женщину. Тебя послал Лерой? Что ты опять задумала, Фиона?

Понятно теперь, кто же такой таинственный «Л» из дневника.

Но назвать меня Фионой? Вот это уже, как говорили мои ученики, полный зашквар.

То есть, сначала он не мог понять, что вместо Элен теперь я, а когда понял…

Фиона… батюшка Пушкин, как же обидно.

Никогда я не была истеричкой, но вот конкретно сейчас больше всего на свете мне захотелось закатить истерику. И только отвесная скала возле ног кое-как сдерживала этот порыв.

— В этом теле ты не сможешь обернуться, так что лучше бы тебе рассказать все прямо сейчас, — по-своему воспринял мое молчание Натан.

— Я не Фиона! Я Лена! Лена Розина! — закричала, и из глаз все же брызнули слезы. — Я вообще из другого мира, и понятия не имею, как попала сюда! И я ничего не знала о том, что планировала Элен! А когда узнала, то тут же пришла предупредить тебя, но утром ты сам не стал меня слушать!

— Хватит врать! — прорычал Натан. — Один раз тебе с братом удалось провести меня, едва не захватив власть, но больше я на это не поведусь!

— Ты идиот! Я уж точно не хотела оказаться в теле истерички, обрученной с таким грубым мужланом!

Выдернув руку, я стала двигаться обратно, в сторону академии.

— Думаешь, я хотел женитьбы на такой, как Элен? Но мне пришлось на это пойти из-за тебя, Фиона, — Натан попытался снова схватить меня, но я увернулась и постаралась ускориться.

Проклятье, почему он не может мне поверить? Я ведь говорю чистую правду.

— Я не Фиона!

— Если бы это было правдой, то почему ты не сказала мне об этом сразу?

— А откуда мне было знать, как тут относятся к подобному? Вдруг бы ты меня убил?

Натан открыл рот, собираясь что-то ответить, но не успел. Моя нога поскользнулась на камнях, и с криком я полетела в пропасть, но не успела по-настоящему осознать произошедшее, как Натан прыгнул за мной следом. Оказавшись рядом, он крепко обхватил меня руками, а затем по его коже пробежали оранжевые искры. Руки превратились в чешуйчатые лапы с острыми когтями, а сам Блэквуд — в дракона.

Огромные черные крылья распахнулись, наполнившись потоками воздуха.

Падение прекратилось, напротив — мы стали набирать высоту, а уже спустя минуту опустились во дворе академии.

— Если ты что-нибудь выкинешь… — начал было Натан, снова вернувшись в облик человека.

— Если ты еще раз назовешь меня Фионой, то я обязательно что-нибудь выкину. Знаешь, сколько времени я мылась в холодной воде, потому что не умела пользоваться магией? — прошипела, отступив от него на шаг и потирая бока.

Кое-где его когти порвали платье, оцарапав кожу.

— Ладно, идем, — поджав губы, процедил мужчина, окинув меня пристальным взглядом.

— Надеюсь, ты не поведешь меня в пыточную? Я бы уже давно все тебе рассказала, если бы только ты умел слушать…

Натан ничего не ответил, а вскоре я поняла, что он ведет меня в свой кабинет. Что ж, уже неплохо.

— Хорошо… — проговорил он, когда мы пришли.

— Лена. Для тебя Елена Викторовна.

— Хорошо, Лена, расскажи мне, как по-твоему было дело? — спросил Натан, усаживаясь в одно из кресел.

— Я попала сюда за день до приезда короля, — ответила, без спроса расположившись во втором.

— И как же ты попала, если обмен душ происходит сугубо добровольно, во время специального ритуала?

В голосе Натана было слишком много скепсиса — он еще не верил мне.

— Без понятия, но это факт, — фыркнула, а потом рассказала ему все с самого начала.

Сам Блэквуд слушал меня внимательно, не перебивая. Он поднялся из кресла, принявшись ходить по кабинету, чем изрядно меня отвлекал.

— Я не могу доказать свои слова, но если у вас есть какое-то заклятье правды, или вроде того, то можешь применить его, — закончила я. — И еще… вчера… ты мне действительно понравился Натан, но теперь я вижу, что ошибалась. Ты просто монстр, который не умеет держать себя в руках.

А вот здесь в моих словах было немного лжи — несмотря на случившееся, глупое сердце по-прежнему дрожало от взгляда дракона. Хорошо, что я умная и смогу это контролировать. А значит, больше никогда не подпущу его к себе!

— У нас нет заклятия правды, — выдал Натан, спустя пару минут тишины. — Иначе, я бы применил его сразу. Но я начинаю тебе верить.

Подойдя к столу, Блэквуд вынул из ящика какую-то сферу и принялся… ну… магичить. Он делал пассы руками, а сфера откликалась на его движения разноцветными всполохами, и с каждым таким всполохом лицо дракона становилось все более хмурым.

Наконец, он отложил артефакт и обернулся ко мне:

— Ты сказала мне правду, Лена, и кажется, я догадался, как ты попала сюда.

— И…?

— Думаю, сперва мне надо извиниться. Прошу прощения, что не услышал тебя сразу, и что заставил все это пережить…

— Я принимаю твои извинения, — кивнула в ответ. — Хотя даже если бы на моем месте была какая-то Фиона… это все равно тебя не оправдывает. Это слишком жестоко.

Впрочем, мое прощение ничего не меняло — я собиралась придерживаться своего решения.

— Ты просто не знаешь Фиону, — хмыкнул Натан. — Она изворотлива, как змея, и если бы я не зажал ее в угол, она бы нашла способ уйти, а может и убить меня… кто бы потом понял, что это была не Элен?

— Так как я сюда попала? — перевела тему я.

— В тот день защита сработала, оповестив меня об успешно отраженной попытке проникновения, — послушно принялся говорить Натан. — Сперва я подумал, что это Элен, вернувшись в академию, пыталась что-то протащить сюда, и пришел ругаться…

— Да, я помню…

Еще бы такое забыть — это было первым воспоминанием в новом мире.

— Сейчас же я думаю, что Элен уезжала, чтобы провести ритуал обмена душ. Не знаю, кто был в ее теле, наверняка один из Фолдов… ты в курсе, кто такие Фолды?

— Я читала вашу историю.

— Хм, молодец… так же, я пока не понял, зачем им это понадобилось, но думаю, что когда тело Элен с чужой душой попыталось проникнуть в академию, защита выкинула поселенца. Какое-то время тело шло на мышечной памяти, а потом в него притянуло тебя.

— Но почему меня, а не настоящую Элен?

— Возможно, в этот момент она была во владениях Фолдов, а там своя защита… в любом случае, тебя ведь зовут почти так же, верно?

— И образование, и сфера деятельности, и даже цвет волос у нас совпадают, — кивнула я. — Только возраст…

— Возраст тоже должен совпадать. Такое конечно неприлично спрашивать у девушки, но тебе ведь было около пятидесяти лет, верно?

Покраснев, я снова кивнула. Интересно, откуда он узнал?

— Как и Элен. Тело не может существовать без души, поэтому оно затянуло в себя похожую.

Вот уж ни за что бы не поверила, что мы с Элен одногодки. С другой стороны, возможно возраст у драконов считается как-то по-особенному, или же они живут дольше?

Впрочем, для меня разницы сейчас нет — я уже попала.

— И что мне теперь делать? — спросила, спустя пару минут тишины.

— Пока не знаю, — пожал плечами хмурый Натан. — Я даже не знаю, зачем им понадобилось проводить этот обмен…

— Ну, здесь у меня есть кое-какие предположения. Исходя из дневника, я подумала, что Элен и Фолды собирались убить Дэйва. А он как раз приезжал в то время.

— Возможно, ты права. Дэйв был здесь с неофициальным визитом, а значит и без охраны. Конечно, охрана у него больше для вида — мой брат прекрасно владеет чарами и оружием, и убить его весьма трудно… Но с другой стороны, они могли попытаться его отравить. Да, скорей всего, именно этого они и хотели. Во дворце сделать это невозможно — все продукты проходят тщательный контроль. Здесь же… да, вполне.

— Только зачем нужно было меняться телами? Неужели, Элен сама не смогла бы сделать этого?

— Элен была труслива, — покачал головой Натан. — Истерична, но труслива. Наверняка, она просто испугалась. Да и потом, ее бы допрашивали… я — так уж точно. Ладно, в любом случае мы сейчас ничего не сможем сказать наверняка. Давай лучше подумаем, что делать с этим дальше.

— А что мы можем?

— Для начала стоит осмотреть кабинет и спальню Элен, с твоего позволения, — хмыкнул Натан. — Может, так станет понятней, что конкретно они замышляли. Затем я свяжусь с Дэйвом, чтобы предупредить его об опасности. А дальше… было бы неплохо как-то поговорить с Фолдами, но делать это надо тебе, а я не могу просить тебя о таком.

— Я помогу, — кивнула уверено.

Что бы там ни сделал мне Натан, но ведь на кону сейчас стояли чужие жизни, а значит, я не имела права оставаться в стороне.

— Было бы здорово, — чуть улыбнулся Блэквуд. — Если бы ты помогла мне все это распутать, я был бы тебе очень благодарен. А потом я смог бы вернуть тебя обратно.

— Обратно? — переспросила, почувствовав, как сердце забилось чаще.

С самого начала я смирилась с мыслью, что больше не попаду в свой мир, что мне придется жить здесь. А теперь Натан сказал, что это реально, и я даже не могла понять, радуют ли меня такие перспективы, или огорчают.

Я ведь уже привыкла к этому миру, к академии, магии и самому Натану. А дома меня все равно никто не ждал, и это не считая того, что туда должна была попасть Элен. Кто знает, что она успела натворить за прошедшее время?

— Ты не рада? — вскинул брови Натан.

— Рада, просто я не думала, что это возможно… — натянуто улыбнулась я.

— Когда все закончится, ты будешь дома. А Элен вернется сюда и получит по заслугам, — вздохнул дракон.

Показалось, или он тоже не хотел такого расклада?

— Что ж, значит давай займемся делом, — взяв себя в руки, бодро произнесла я. — Что мы имеем?

— Заговор Элен и Лероя Фолда, — дернул плечом Натан. — С целью убить короля и посадить меня на его место…

— Чтобы потом, после свадьбы, убить и тебя… но сейчас у нас нет никаких доказательств.

— Кроме шкатулки. Я пытался связаться с адресатом, но письма улетали в пустоту. Возможно, это стоит сделать тебе.

— В самом начале я тоже пробовала, но мне перестали отвечать. Возможно, заподозрили, что Элен не вернулась в свое тело…

— Или подумали, что я нашел шкатулку. Ладно, будем решать проблемы по порядку, а пока что идем в твой кабинет… если ты, конечно, хочешь. Или я могу обыскать его сам.

— Хочу.

Я поднялась с места, и позволив Натану взять себя под локоть, вместе с ним вышла в коридор. Несмотря на общий печальный смысл происходящего, в глубине души зарождался азарт и трепет от предвкушения приключений.

В кабинете Натан сразу принялся за дело.

— Ты можешь заняться книжным шкафом, а я возьму на себя стол, — проговорил он, выдвинув один из ящиков.

— И что мы ищем? — я подошла, принявшись перебирать корешки книг.

— Все необычное, — пожал плечами дракон. — Пометки, закладки, подозрительные жидкости и всякое такое…

— Понятно.

Впрочем, первым с поставленной задачей справился Натан — уже спустя минут десять он радостно хмыкнул.

— Что там? — я подошла, заглянув ему через плечо.

В руках мужчина держал пару пузырьков, которые уже видела прежде, но приняла их за духи и прочие женские штучки.

— По отдельности ничего особенного. Пожалуй, в любое другое время я бы не обратил на это никакого внимания… вот здесь настойка корня светолова, это хорошее средство от проблем с животом, — он приподнял бутылек с вязкой жидкостью молочного цвета.

— И впрямь ничего особенного. А там?

— Там вытяжка из цветков рапса, она укрепляет волосы, — Натан показал другой пузырек, с кислотно-желтым содержимым. — Но если их смешать в определенных пропорциях, то получится сильный яд замедленного действия. И теперь я понимаю, почему понадобился ритуал замены душ… сама Элен не смогла бы этого сделать, она не умела обращаться с зельями. Зато Фиона умела.

— Думаешь, на место Элен должна была попасть Фиона?

— Почти уверен, она лучшая зельеварка в королевстве, — Натан нахмурился, а в его голосе мне послышалась боль.

— Ты любил ее? — спросила, не рассчитывая на ответ.

— Я думал, она моя истинная пара, — горько усмехнулся дракон. — Впрочем, к делу это сейчас не относится. Идем, мы нашли то, что нужно. Теперь необходимо связаться с моим братом.

— А может, Фиона опоила тебя любовным зельем? — осторожно спросила я на обратном пути в кабинет Натана.

— Зельем? — дракон даже запнулся. — Мрак меня побери!

— Погоди, ты что же, никогда не рассматривал такую вероятность? Сам ведь сказал, что она лучшая зельеварка…

— Сказал, но… — Натан дернул плечом. — В любом случае, это теперь неважно. То, что было — давно прошло.

— Как скажешь… — кивнула я.

Узнать о том, что же было, и отчего Натан попал в плен к Барбаре, мне конечно хотелось, но выпытывать личные подробности жизни других было не в моих правилах. Да и вид Натана подсказывал, что пока его лучше оставить в покое — уж слишком глубокой была рана, нанесенная Фионой.

В кабинете Блэквуда мы связались с Дэйвом, изложив ему все произошедшее. Говорил Натан, а я лишь молча слушала, удивляясь тому, с какой сухой точностью у дракона выходит излагать факты.

Дэйв не перебивал, выдав в конце:

— Завтра я прибуду в Даркминор.

А после прервал связь.

— Ну вот и все, — проговорил Натан, убирая артефакт в ящик стола. — Пока мы больше ничего не можем сделать.

— Главное, что твой брат теперь предупрежден, а значит, в безопасности, — согласилась я. — Хотя, едва ли Фолды что-то смогут сделать, если их план уже известен нам и вот-вот развалится.

— Не недооценивай Фолдов, — хмыкнул Натан.

Он протянул ко мне руку, заправив за ухо выбившуюся прядь волос, но сразу же убрал пальцы. Чуть покраснев, я отвернулась — пока что его прикосновения действовали на меня, как разряды молний.

Но говорят, время лечит.

Закончив с Натаном, я вернулась в свою спальню, и остаток дня просидела там, выходя только поесть. В столовой мы с Блэквудом обменивались незначительными фразами, избегая смотреть друг на друга, словно оба чувствовали неловкость.

А вот наедине с самой собой я не могла перестать думать и вспоминать.

Я бродила по комнате, не находя себе места. Я была не в силах сосредоточиться даже на чтении, потому что мыслей моих не покидал Натан.

Раз за разом я вспоминала все произошедшее между нами за последние сутки, то краснея, а то едва сдерживая слезы.

Ночью Натан казался мне таким искренним. Его прикосновения, объятия и поцелуи до сих пор вызывали в теле сладкую дрожь. А его глаза… он смотрел на меня с такой нежностью, с какой прежде никто этого не делал.

Но потом наступило утро, оказавшееся самым ужасным в этом мире. Потом Натан был слишком жесток и даже не пожелал меня выслушать, заставив пережить мгновения безумного страха, и боли, и разочарования.

А после снова, словно издеваясь, стал нормальным, внимательным мужчиной.

Не раздеваясь, я легла на кровать, прикрыв глаза.

И какой же ты на самом деле, Натан?

Жестокий тиран, не терпящий, когда идут против его воли? Или обычный человек, которому просто знатно потрепали нервы?

Глупое сердце склонялось ко второму варианту.

Я попала в тело девушки, что каждый день закатывала ему истерики, а потом и вовсе готовила заговор против его семьи. Понятно, что и относился он к ней соответственно — каждую секунду ожидая скандала и работая на опережение.

Но мы все же нашли общий язык, и он сумел преодолеть свои предрассудки, начав вести себя совершенно иначе.

А затем решил, что тело Элен заняла его бывшая любовь.

Был ли оправдан его поступок, последовавший из такого вывода?

Этого я знать не могла — свести знакомство с Фионой мне не довелось. Но ведь, разобравшись во всем, Натан изменил свое отношение…

Простонав, я стукнула кулаком подушку.

Зачем вообще думаю об этом, если все для себя решила?

Но отчего-то, стоило представить свое возвращение домой, как в горле появлялся горький комок, мешавший дышать.

Соберись, Лена, ты уже взрослая тетка, а ведешь себя, как подросток. Можно подумать, мужика у тебя прежде не было!

Впрочем, именно такого — не было. И дело заключалось даже не столько в красоте Натана, а сколько в моих эмоциях рядом с ним.

Когда он держал меня за руку, мои колени подгибались, а сердце начинало биться чаще.

Когда он целовал меня, в груди становилось так легко, что казалось, еще секунда, и я взлечу.

Когда он обнимал меня, по телу разливалось тепло и приятная истома.

В общем, в его присутствии мне чудилось, будто он — единственное, что мне нужно. Моя судьба, моя половинка.

Герой моего романа.

Закрыв лицо руками, я помотала головой, пытаясь наконец избавиться от всех этих навязчивых мыслей.

Успокойся, Лена, дыши глубже. Вдох-выдох, вдох-выдох…

Вот так, и никаких драконов перед глазами.

Впрочем, едва мне действительно удалось избавиться от этих глупых переживаний, как в дверь постучали.

Я поднялась с кровати, раздумывая, кто бы мог ко мне заявиться — уже было довольно поздно. Хотя, еще не настолько, чтобы приходить сюда было бы неприличным.

— Кто? — спросила, взявшись за ручку.

— Лена, это я, — с той стороны произнес Натан, и сердце снова ухнуло куда-то в пятки, оставив вместо себя толпу бабочек.

— Натан? Зачем ты пришел? — чуть севшим голосом уточнила я, не спеша открывать дверь.

А то на своем опыте знаю — ничем хорошим такие ночные визиты не заканчиваются. Но, батюшка Пушкин, как же хочется отворить створку, заглянуть ему в глаза…

Нельзя. Решение принято.

— Я… я хотел еще раз извиниться, — вздохнул дракон.

— Извиняйся, — ответила, спиной облокотившись о дверь.

Судя по шороху в коридоре, Натан сделал то же самое.

— Прости меня, я должен был тебя выслушать, — покорно проговорил дракон.

Кажется, в его голосе и впрямь звучало раскаяние.

— Прощаю, — кивнула я. — Это все, что ты хотел?

— Не совсем. Ты ведь говорила, что не умеешь пользоваться магией, и из-за этого нормально не можешь принять ванну… — начал Натан, но осекся, и растерянно добавил: — Вот я и хотел помочь, научить тебя… ладно, наверно, это была глупая идея.

Судя по тону, дракон уже и сам понял всю двусмысленность ситуации. Приперся посреди ночи, чтобы учить меня магии… ну-ну.

— Глупая, — согласилась я. — Тебе стоило предложить это днем.

Открывать по-прежнему не спешила, лишь опустилась вдоль двери вниз, присев прямо на пол.

— Прости, — снова извинился Натан. — Ты права, но… просто, когда я тебя вижу…

Блэквуд вздохнул и замолчал.

Я тоже молчала, так и оставшись сидеть на полу. Щеки пылали, а сердце колотилось, норовя вырваться из груди. Тише, Лена, ты справишься.

Я не знала, сколько времени прошло — может десять минут, а может и целый час.

— Когда я тебя вижу, мне сложно размышлять здраво, — наконец выдал Натан, хотя думала, что он уже ушел. — Ты… ты мне понравилась, Лена. Правда понравилась.

— Ты сам все испортил, — вздохнула я.

Вот зачем он приперся? Только соль на рану сыпать… и без того ведь весь день успокоиться не могла, а едва все же успокоилась — так Натан явился, чтобы снова напомнить о себе.

— Да, ты права, — как-то немного грустно выдал дракон. — Спокойной ночи, Лена. Завтра я научу тебя пользоваться магией, если ты позволишь…

— Спокойной ночи, Натан, — эхом отозвалась я, проигнорировав последнюю фразу.

Научиться магии мне, конечно, хотелось, но… зачем, если все равно предстоит вернуться обратно в свой мир? Лучше уж тогда совсем не привыкать, чтобы потом не жалеть. А того, что уже умею, мне вполне хватит.

— Лена… — снова позвал меня Блэквуд.

Да когда он уже уйдет?

— Что?

— Я сижу тут, как дурак, и не могу заставить себя уйти. Глупо, правда?

— Глупо. Почему не можешь?

Хотя, я тоже ведь не могу, только вслух в этом ни за что не признаюсь.

— Я… ладно, неважно, — хмыкнул Натан, видимо вдруг передумав откровенничать. — Спокойной ночи, увидимся завтра.

Судя по тишине за дверью и отсутствию звука шагов, Блэквуд так никуда и не ушел. А вот я, наконец, взяла себя в руки, добрела до кровати и рухнула туда, укрывшись с головой.

Сон не шел, а скорее наоборот — тело было, словно натянутая струна. Я вслушивалась в каждый шорох, ожидая, когда же Натан вернется к себе. Не знаю, что бы мне это дало, но тем не менее, я слушала и слушала.

Натан не уходил.

Наконец мне удалось заставить себя погрузиться в дрему, хотя больше всего хотелось подскочить, распахнуть дверь и впустить дракона внутрь.

Но я сумела справиться с собой.

В глубокий сон провалилась только под утро, когда тело и разум окончательно выбились из сил.

Однако вместо спасительной и спокойной темноты отключки, я вдруг очутилась в каком-то незнакомом кабинете.

Очертания комнаты казались размытыми, но кое-что подсознание невольно отмечало — книжный шкаф, массивный стол, кипа бумаг, а сверху тяжелая печать в виде головы дракона.

Из большого окна в комнату лилась тусклая предрассветная серость. По углам и над самим столом висели магические светляки, а чуть дальше, ближе к стене, расположилось большое мягкое кресло, в котором восседал мужчина.

Мне показалось, что прежде я его где-то видела, хотя, возможно, просто показалось, ведь не запомнить мужчину было сложно — он выглядел дьявольски красиво.

Молодой, смуглый, с узким подбородком, холеными руками и лицом аристократа, у него были длинные волосы, яркие, почти красные, сейчас убранные в высокий хвост. В левом ухе блестела золотая сережка-колечко.

— Элен, ну наконец-то! — глядя на меня, воскликнул он. — Что там происходит? Блэквуд забрал шкатулку?

— Да, — ответила, мгновенно осознав, что это непросто сон.

Интересно, и как он понял, что пишет ему не Элен? И кто это вообще?

Хотя, кажется я начинаю догадываться…

— Плохо, — поджал губу красавец. — Но хорошо, что мы учитывали и такой вариант. Он подозревает тебя?

— Да, но доказательств у него никаких нет.

Ложь далась мне легко, хотя отчасти мои слова все же являлись правдой — меня Натан больше не подозревал, но и доказательства, касательно Элен, у него имелись лишь косвенные. В дневнике все было весьма расплывчато, а два пузырька, вместе образующие яд, по отдельности были вполне обычными. Конечно, еще Натан узнал местоположение адресата из шкатулки, которого сейчас я видела перед собой, но это тоже являлось спорной уликой.

Зато теперь у меня появился вполне реальный шанс узнать планы заговорщиков подробней, и я собиралась им воспользоваться.

Главное — не наговорить глупостей и не выдать себя.

— Это тоже хорошо, — задумчиво кивнул Лерой Фолд. — Но Фиона не успела ничего сделать, ее выкинуло почти сразу, едва она вошла в Даркминор. Я долго не мог вызвать тебя, уже начал переживать, что Блэквуд расправился с тобой, хотя, кажется, он просто усилил защиту… ладно, речь не о том. Король уже уехал?

Фиона… значит, Натан все же угадал.

— Да, Лерой, на следующий день, — кивнула, желая подтвердить свою догадку.

Я слушала каждое его слово, стараясь в точности все запомнить, чтобы потом пересказать это Натану.

— Значит, нам надо придумывать другой план, — покачал головой Фолд. — Вскоре состоится церемония свадьбы, и я уверен, что Дэйв будет там. Тогда и попробуем снова. Ты еще не передумала?

Глаза красавца опасно блеснули, не оставляя мне права выбора. Кажется, если бы сейчас я отказалась, то он бы нашел способ избавиться от меня.

— Передумала? Нет, конечно! Меня уже тошнит от Блэквудов, — ответила твердо, не опустив взгляда.

— Хорошо, — мужчина удовлетворенно кивнул. — Тебе осталось ждать совсем недолго, чтобы получить свободу.

Поднявшись, он подошел ближе, поднял руку, но задержал ее, так и не коснувшись моего лица. Наверно, он бы и не смог коснуться — насколько я поняла, здесь находилась лишь моя проекция, или вроде того. Но тем не менее, его близость вызвала во мне такое отвращение, что я едва сумела сдержать себя и не скривиться.

— Скоро мы будем вместе, Элен… — прошептал Лерой мне прямо на ухо. — Скоро у нас будет все, что мы пожелаем.

Интересно, что он наобещал моей предшественнице? И были ли у него любовные планы на Элен?

В дневнике ни о чем таком не говорилось, кроме одной спорной фразы, но действия Лероя указывали на то, что после свержения Натана он явно рассчитывал на сладкое.

А этот Фолд хитер… вскружил голову глупой и жадной Элен, чтобы добраться с ее помощью до власти, а вдобавок получить молодое и красивое тело.

— Надеюсь, — выдохнула я, осторожно подбирая слова. — Но мне обязательно ждать свадьбы? Я не хочу провести первую брачную ночь с этим стариком…

И для убедительности капризно поджала губу.

— А я уж думал, что тебя подменили — сегодня ты выглядишь слишком спокойной… но теперь узнаю свою милую Элен, — хмыкнул Лерой, возвращаясь обратно к креслу. — Мы ведь это обсуждали, дорогая. Нам необходим наследник от Блэквуда, чтобы не вмешались Гленсдэйлы… меня коробит от одной мысли, что он прикоснется к тебе раньше меня, но иначе нельзя.

Вот же гад! А Элен — дура набитая. Неужели она не видела, что из нее собираются сделать племенную корову для драконов? Уверена, наигравшись, Лерой бы сослал ее куда-нибудь подальше, чтобы глаза не мозолила. Или, еще хуже — отправил бы вслед за братьями Блэквуд.

— Но он такой некрасивый, — поспорила я для порядка, представив, что именно так поступила бы Элен.

— Потерпи совсем чуть-чуть, — повторил Лерой.

Тон его оставался ровным, но по нахмуренным бровям и стиснутым губам становилось ясно, что такие вопросы начали его раздражать.

— Хорошо, — покорно кивнула я и добавила: — Ты еще сможешь со мной связаться?

Если буду знать точное время — то сумею договориться с Натаном, и заранее подготовиться.

— Если Блэквуд снова не увеличит защиту, то я вызову тебя через неделю, — подумав, ответил Лерой. — Только, пожалуйста, ложись спать вовремя, иначе у меня ничего не получится. Чем вообще ты занималась этой ночью?

— Нервничала, думая, что ты бросил меня, и не могла уснуть, — ответила, добавив в голос побольше печали.

И ведь почти правду сказала — я же действительно нервничала…

— Глупая, ну как я тебя брошу? Ты ведь нужна мне… — за романтичными словами Лероя скрывался очень явный корыстный подтекст.

Тем не менее, улыбнулась в ответ, а затем Фолд послал мне воздушный поцелуй, попрощался, и я очнулась уже в спальне, в академии Даркминор.

Сердце колотилось, лоб был мокрым от выступившего пота. Подскочив с кровати, я распахнула шкаф, схватила оттуда первое попавшееся платье, и натянув его, кинулась к двери, ощущая острое чувство дежавю.

Как и позавчера, сейчас мне нужно было рассказать обо всем увиденном Натану, причем сделать это, как можно скорее, пока ничего не успела забыть.

Однако стоило распахнуть дверь, как я нос к носу столкнулась с драконом, и врезавшись в его грудь, едва не упала.

— Лена… — он удержал меня, двумя руками обхватив за талию.

Выглядел Натан довольно помятым — темные волосы растрепались, рубаха казалась несвежей. Неужели он просидел здесь всю ночь?

— Нам нужно поговорить, — вывернувшись из его рук, я отступила, пропуская Блэквуда в комнату.

— Что-то случилось? — взгляд дракона стал встревоженным.

— Мне… мне приснился сон, — опустившись на кровать, я обняла себя за плечи, внезапно остро почувствовав собственную уязвимость.

Если Лерой Фолд смог достать меня во сне, то на что еще он способен? И как мне защититься, если он вдруг узнает о том, что я не Элен?

— Сон? — Натан присел рядом, стиснув мою ладонь и от такого простого жеста стало немного легче.

— То есть, я почти уверена, что это не было сном… — пояснила, а затем максимально точно передала Блэквуду все мною увиденное и услышанное.

— Вот значит, как… — нахмурился Натан, потирая подбородок. — Выходит, я был прав насчет Фионы и твоего перемещения.

— Да и всего остального, — кивнула я. — Элен действительно связалась с Фолдами, которые через нее хотели устроить бесшумный переворот. Сперва отравить Дэйва с помощью Фионы, а затем, после свадьбы и беременности, уже тебя. Тогда бы Элен осталась править Тедраксом, как мать-королева, верно?

— Верно. И самое ужасное, что если бы не защита Даркминора, то этот план вполне мог бы оказаться успешным, — поджал губу Натан. — Конечно, я во многом подозревал Элен, но едва ли верил в свои подозрения до конца, считая ее истеричной девчонкой и изменницей, но не предателем.

Выглядел Блэквуд весьма печально, и я его понимала. Еще бы, он чуть не прозевал покушение на короля, да не где-то, а в военной академии, ученики которой напротив, призваны защищать своего правителя. Да и сама Роуз… неприятно узнать, что твоя невеста оказалась настолько… гадкой особой.

— Но все обошлось, — протянув свободную руку, я погладила его по плечу.

Вторую мою ладонь Натан так и продолжал сжимать, не отпуская.

— Обошлось, — эхом повторил Блэквуд, обернувшись ко мне. — Благодаря тому, что вместо Элен здесь оказалась ты.

Сейчас его лицо находилось слишком близко. В глазах пылали рыжие искры. Невольно я задержала взгляд на губах Натана, вспомнив, как нежно он целовал меня, и по телу прокатилась дрожь.

— Уверена, ты бы все равно догадался и сумел этому помешать, — смутившись, я отвернулась.

— Но я рад, что познакомился с тобой, — хрипло заметил Натан.

— Скажи, а там, во сне… Лерой вызывал мою душу, или как? И почему он тогда не понял, что я не Элен? — я поскорее перевела тему, чтобы не покраснеть еще больше.

Близость Натана, его голос — все это действовало на меня, словно гипноз, лишая воли и пробуждая желание.

— Не совсем душу… — хмыкнул Натан. — Он просто подправил твой сон, а во сне люди могут выглядеть не так, как в реальности. Как-то я связывался этим способом с Дэйвом, и он предстал передо мной в виде огромного говорящего коня.

— Коня? — невольно я захихикала. — Интересно, что же ему снилось?

— Не знаю, он не стал пояснять, — улыбнулся Блэквуд.

Улыбка делала его лицо гораздо красивее, разглаживая хмурые морщинки между бровей.

— Ладно, хорошо, что Фолд ни о чем не догадался. Теперь ведь вы с Дэйвом сможете приструнить его, да?

— Боюсь, что пока нет, — вздохнул Натан, разводя руками.

— То есть? — удивилась я. — Он с сестрой готовит заговор против короны. Теперь это очевидно!

— Все не так просто. Дом Красных драконов силен, у него много влияния, и ни я, ни мой брат не можем обвинить их в измене, не имея при этом неопровержимых доказательств.

— Какие еще нужны доказательства?

Слова Натана расстроили меня — я-то думала, что вскоре все закончится. Нет, мне не хотелось возвращаться обратно в свой мир, зато я желала быть уверенной, что злодеи получат по заслугам, а с братьями Блэквуд ничего не случится.

— А что у нас есть? Только слова… Лерой легко может сказать, что переписывался с Элен из-за личных симпатий, а это вовсе не наказуемо. Если же вернуть саму Элен и допросить ее… да, скорей всего она во всем признается. Но что значит слово девчонки против слова наследника Фолдов? — Натан покачал головой. — Нет, нам нужно поймать их за руку, чтобы разобраться с этим раз и навсегда. Иначе, спустя время, они снова возьмутся за старое, и кто знает, что из этого выйдет.

— Да, пожалуй, ты прав, — поразмыслив, кивнула я.

Сама ведь во сне рассуждала примерно так же — в дневнике Элен нет ничего конкретного, а все остальное… словам нельзя верить, тем более, в таком серьезном деле. Ведь все люди лгут.

— Уже скоро должен прибыть Дэйв. Думаю, вместе мы сможем придумать что-нибудь дельное, — попытался успокоить меня Натан. — А пока есть время, я могу научить тебя магии.

Подумав, я согласилась — расставаться с Натаном сейчас мне не хотелось.

— Ты уже что-нибудь умеешь? — спросил Блэквуд, едва заметно улыбнувшись.

— Чуть-чуть, разве только, — пожала плечами в ответ, и продемонстрировала свои скудные навыки.

Вообще, лучше всего у меня пока получалось прожигать стены в моменты стресса — после неудачных попыток нагреть воду, я пару раз так злилась, что с рук слетали маленькие огненные шарики (и это не считая того случая в кабинете, когда внезапно вошел Натан).

Положительной стороной таких моментов было то, что каменные стены ванной не особо страдали от моей несдержанности. Отрицательной — что направить эти шарики в воду и нормально ее подогреть я не успевала.

— Неплохо, с учетом того, что в твоем мире нет магии, и ты обучалась этому сама, — покачал головой Натан.

— Ты мне льстишь, — фыркнула я. — Я даже не могу толком повторить ни одно заклинание.

— Нет, серьезно, ты все равно молодец. Заклинания вторичны, сперва надо научиться работать с чистой силой. Магия — это не слова, амулеты, или ритуалы. Она внутри тебя, вот здесь, — взяв мою ладонь, он приложил ее к своей груди, и я почувствовала, как гулко бьется его сердце под рубашкой. — Каждый, в ком сильна кровь дракона, владеет огнем, тебе просто нужно почувствовать его в себе. Закрой глаза, расслабься. Услышь, как по твоим венам струится сила.

Я попробовала выполнить указания, но сделать это, ощущая присутствие Натана совсем рядом, оказалось довольно сложно.

Его теплая ладонь, лежавшая поверх моей руки, волновала меня сейчас куда больше драконьей магии.

— Этот огонь внутри, он твой, он слушается тебя. А еще он хочет на волю, и тебе надо лишь его выпустить, — продолжил Натан. — Направь жар к кончикам своих пальцев, отпусти силу…

Вместо ответа, я подняла глаза, столкнувшись со взглядом Натана. В его зрачках сверкали искры, а еще он смотрел на меня так, будто нестерпимо желал поцеловать. Впрочем, наверное, именно этого он и хотел.

— У меня не выходит, — я покачала головой, отвернувшись.

— Не переживай, мы ведь учимся этому с детства, — Натан положил ладонь мне на плечо. — Тебе просто надо потренироваться.

Сейчас он стоял сзади, и его голос раздавался прямо над моим ухом.

— Пусть сила идет вот отсюда, туда, дальше, — он провел рукой мне по спине, затем по плечу и руке, до самого запястья. — Представь это как покалывание внутри, а едва у тебя получится ощутить магию, ты сможешь ее направлять.

Я замерла, затаив дыхание, остро чувствуя его позади себя, ощущая горячее дыхание на своей шее. Нестерпимо захотелось развернуться и коснуться губами его губ, но я сдержалась, снова попробовав сосредоточиться. И хотя мурашки от его прикосновений ощущались мною куда лучше, чем сила внутри, у меня все же получилось.

На ладони зажегся маленький и какой-то робкий огонек, слабо трепыхавшийся и вот-вот грозящий потухнуть.

— Это чистая сила драконьей магии, не бойся ее, — проговорил Натан, протянув палец к пламени. — Наоборот, доверься ей, позволь стать больше. Когда ты научишься свободно вызывать ее и легко ощущать внутри себя, то сможешь сотворить любое заклинание.

— Мне нужно только то, что нагревает воду, — хмыкнула я, глядя, как огонек потянулся к пальцу Натана, лизнул его кожу и тут же отпрянул.

Так любопытная кошка, обнюхав незнакомца, уходит обратно на свое место.

— Уверен, когда у тебя начнет получаться, ты уже не сможешь остановиться. Магия увлекает, и я даже представить не могу себя без своих сил, — хмыкнул Натан.

— Вот только зачем мне увлекаться, если я все равно вернусь домой, где нет магии, — пожала плечами в ответ.

— Ты ведь всегда можешь остаться, я не гоню тебя. Если захочешь, то будешь жить здесь, в академии, или переедешь в столицу, как предлагал мой брат, — возразил Натан.

Затушив пламя, я развернулась к нему.

Предложение показалось заманчивым, вот только… уже все решено. Как я могу остаться здесь, рядом с ним, если каждую минуту буду хотеть заключить его в объятия? С другой стороны, если действительно согласиться на предложение короля… столица ведь далеко, а в том мире меня никто не ждет.

Ладно, еще рано об этом думать.

Я не стала ничего отвечать, и просто стояла молча, глядя на Натана. Тот тоже молчал. Его руки продолжали лежать на моих плечах, чуть подрагивая.

— Лена… — выдохнул дракон, склонившись ниже.

Поджав губу, я попыталась отстраниться, но не нашла в себе сил для этого. Близость Натана действовала на меня похлеще любой магии, лишая здравого смысла и силы воли.

Впрочем, в этот момент в дверь постучали.

Натан вздрогнул, опустил руки и первым направился к выходу. На пороге стоял один из студентов.

— Король вот-вот прибудет, мистер Блэквуд, и вы просили меня… — пробормотал он, несколько растерявшись.

— Да, спасибо, — кивнул Натан и развернувшись ко мне, добавил: — Лена, идем.

Мы успели как раз вовремя — Дэйв приземлился ровно в тот момент, когда я и Натан вышли во двор академии.

Сегодня, как и в прошлый раз, короля встречал торжественный строй курсантов, мимо которого Дэйв пронесся, едва ли обратив на них внимание.

— Натан, — король пожал брату руку и обернулся ко мне: — Элен… или лучше Лена?

— Лена, — кивнула в ответ.

После всего, что я узнала, мне хотелось иметь с бывшей хозяйкой тела как можно меньше общего.

— Что ж, рад познакомиться во второй раз, — улыбнулся король. — Идемте.

Уже вскоре мы оказались в кабинете Натана, рассевшись по краям большого письменного стола.

— Итак, что мы имеем? — проговорил Дэйв, подперев подбородок руками. — Если судить по дневнику — Элен Роуз была предательницей. Она собиралась отравить меня ядом отсроченного действия, чтобы возвести на престол Натана, а затем убить и его, став вдовствующей королевой-матерью. Для отравления она согласилась на ритуал замены душ, однако защита академии Даркминор не позволила проникнуть внутрь тому, кто был в ее теле. После место Элен заняла Лена. Организаторами заговора, предположительно, являются Фолды, но прямых доказательств у нас нет, а значит, и обвинить их мы не можем. Все верно?

— Не предположительно, — покачал головой Натан. — Сегодня я немного ослабил защиту и через сон с Леной связался Лерой Фолд. Его сестра, Фиона, должна была занять место Элен и смешать яд. Но и этого будет слишком мало для обвинений. Сам знаешь, Фолды станут все отрицать, а пойти на них войной это значит спровоцировать Гленсдэйлов. И в таком случае Золотые могут поддержать Красных, посчитав наши действия несправедливыми. Тогда Фолды тоже добьются своего, хоть и иным путем.

— Но мы знаем об их планах, а это уже немало, — чуть улыбнулся Дэйв.

Выглядел он спокойным и собранным, как и полагается правителю. Кажется, почти свершившееся покушение его ни капли не испугало.

— И теперь нам надо составить свой собственный, чтобы вывести их на чистую воду, — кивнул Натан.

— Вот именно. Что скажешь, Лена? — и Дэйв взглянул на меня.

— Я?

Неожиданно. Если честно, я готовилась слушать, а не выступать. В конце концов, двое мужчин, один из которых король, наверняка достаточно разбирались во всем этом, чтобы придумать что-нибудь рациональное и действенное.

— Да, ты. Твои идеи по применению бытовой магии были весьма необычны и интересны. А твое иномирное происхождение позволяет тебе судить независимо, не опираясь на те знания, которые есть у нас, — пояснил Дэйв.

Что ж, логичный подход. Прикрыв глаза, я прикинула возможности.

Что делали в моем мире в подобных случаях? Что делали попаданки в книгах, которые я читала?

— Если честно, то какого-то гениального решения у меня нет, — проговорила, спустя пару минут тишины. — Только два варианта, которые могли бы подействовать в моем мире. Первый — это провокация. Мы можем вынудить Фолдов начать действовать сейчас, не дожидаясь свадьбы, и поймать их за руку. Например, сказать им, что состоится какое-нибудь мероприятие, на которое прибудет Его Величество…

— Я тоже подумал об этом, но… вряд ли Лерой лично подсыплет мне яду, — хмыкнул Дэйв. — В этом случае он скорее всего переложит все на Элен, или снова подселит в это тело Фиону… однако в обоих вариантах виновной останется лишь Роуз. Истеричная барышня, которая решила добиться власти через своего жениха — так все подумают.

— К тому же это опасно для тебя, Лена, — согласился с ним Натан. — Если это тело займет чужая душа, то при обратном обмене вместо тебя сюда может вернуться Элен. А каким был второй вариант?

— Попробовать встретиться с Фолдом лично, и вывести его на разговор, в котором он во всем сознается, — вздохнула в ответ.

Пусть я и собиралась вернуться в родной мир, но мне хотелось оставить себе право выбора. А если меня выкинет на землю, то я лишусь такого права. И все это будет напрасно, ведь Фолды так и останутся безнаказанными.

— И что это даст? — склонил голову Дэйв. — Слова, твои, или Элен, недостаточно серьезные доказательства, а в моем присутствии он вряд ли станет говорить что-то провокационное. Конечно, можно было бы дать тебе передающие артефакты, но… Лерой не дурак. У него наверняка есть защита от подобных вещей.

Печально — в кино это было самым действенным методом. Хотя, в этом мире есть кое-что еще, от чего Фолд не сможет защититься.

— Да, но если вместо меня, в теле Элен будет кто-то из Гленсдэйлов…

— Хм… — Дэйв призадумался, а потом уверено кивнул: — Да, это может сработать.

— Лена, можно тебя на минутку? — проговорил Натан, встав из-за стола.

— Конечно.

Интересно, о чем он решил поговорить, и почему именно сейчас? Хотя, кажется у меня есть предположения…

— Мы скоро, Дэйв, — кивнул Блэквуд брату, потянув меня в коридор.

Он плотно закрыл дверь, не выпуская мою ладонь из своих пальцев, и окинул пробирающем до мурашек взглядом, в котором столько всего смешалось, что я даже растерялась.

Дракон молчал, не спеша заводить разговор. И все смотрел, смотрел…

Не отрываясь, выжигая душу этими своими искрами, плясавшими в зрачках.

— Чего ты хотел, Натан? — прокашлявшись, наконец смогла выдавить из себя я.

— Разве ты не слышала? — прошептал Блэквуд, кончиками пальцев коснувшись моего лица. — Если это тело займет чужая душа, то при обратном обмене ты можешь не вернуться…

— Но ведь это будет не напрасно. Если план сработает, то Фолды поплатятся за измену, а твоему брату перестанет грозить опасность… и вы больше не будете нуждаться в моей помощи.

— Неужели ты так не хочешь здесь оставаться? Неужели так хочешь вернуться? — спросил Натан, погладив меня по щеке.

— Это ведь не мой мир. Мой мир там, — ответила совсем не то, что думала.

— Но если Элен вернется, а ты уйдешь… — Натан запнулся. — Я не смогу достать до тебя. У меня не получится найти тебя в мире без магии.

— Зачем тебе меня возвращать? — поджала губу я.

От слов Натана в груди защипало. Как же все сложно…

— Потому что… — дракон замялся.

А мне вдруг подумалось, что если сейчас он попросит меня остаться, если скажет что-то о своих чувствах, то… я наплюю на все, и действительно останусь. Здесь, в Даркминоре, рядом с ним.

А Фолды… мы придумаем другой выход из ситуации.

Но Натан ничего не сказал, лишь снова посмотрел так, что подкосились колени.

— Это хороший вариант, попробовать послать к Лерою кого-нибудь из Гленсдэйлов… — проговорила я, так и не дождавшись от него ответа. — Если же во время обратного ритуала я вернусь в свой мир… что ж, значит так тому и быть.

— Лена… — двумя пальцами взяв меня за подбородок, Натан склонился ближе.

Но в этот момент в конце коридора раздался шум — один из курсантов катил тележку с завтраком.

Натан отстранился.

Кажется, это судьба — уже в который раз, в моменты, когда я могу сорваться, поддавшись притяжению дракона, нам что-то мешает.

Значит, не стоит поддаваться. Значит, я решила правильно.

Натан открыл дверь, пропустив меня обратно в кабинет, затем забрал тележку и вошел следом.

— Вы все обсудили? — встрепенулся Дэйв. — Это дело не может ждать.

Натан промолчал.

— Вы правы, Ваше Величество, — натянув улыбку, кивнула я. — Дело не может ждать. Давайте поскорей уладим все нюансы. Лерой обещал связаться со мной через неделю, тогда же я могу попробовать настоять на личной встрече… или лучше сразу привлечь Гленсдэйов и обойтись без встреч? За оставшееся время как раз можно успеть ввести их в курс и подготовиться.

Я говорила быстро, желая отвлечься от грустных мыслей. Но вместо этого вдруг остро осознала, что если план удастся, то меня не будет здесь всего через десять дней.

А еще осознала, что мне безумно хочется остаться.

Но отступать все равно было уже поздно — я сама предложила этот вариант, а Натан не спешил что-то делать. И его поведение задевало больше всего.

— Думаю, в таком деле лучше не торопиться, — проговорил Дэйв после пары минут раздумий. — У нас будет лишь один шанс. Нельзя, чтобы Лерой о чем-то догадался, нельзя, чтобы все сорвалось. Что ж, завтра я отправлюсь к Гленсдэйлам. Главе дома можно доверять, он честный дракон, с ним и поговорю. В академию возвращаться больше пока не буду…

Король все говорил и говорил, но едва ли его слова доходили до моего сознания — я смотрела на Натана.

А он молчал.

Мне хотелось, чтобы он спорил, пытался хоть как-то меня удержать…

Но он молчал.

А когда все же открыл рот, то сказал совсем не то, что мне хотелось бы услышать:

— Спасибо за помощь, Лена. Ты выглядишь усталой, думаю, тебе стоит отдохнуть, а мы пока обсудим все нюансы. Вечером я обязательно тебе все перескажу.

Дэйв взглянул на брата с удивлением, однако поймав ответный взгляд, промолчал.

Натан был прав — после бессонной ночи и встречи с Лероем, я действительно чувствовала себя уставшей, но тем не менее, мне хотелось принимать участие в обсуждении. Ведь это касалось и меня тоже.

Впрочем, спорить с драконом я не стала.

— Да, пожалуй, мне стоит отдохнуть. До свидания Ваше Величество, пока Натан, — я кивнула и вышла за дверь.

Громко топая, прошла по коридору, а потом бесшумно вернулась обратно, прильнув ухом к замочной скважине и понадеявшись, что мужчины не стали ставить защиту.

К моему счастью — действительно не стали.

— Я не понимаю тебя, Нат, — говорил Дэйв. — Совсем недавно ты ненавидел ее, а теперь предлагаешь искать другой выход?

— Я ненавидел Элен, а не Лену. И теперь очень сожалею, что своим отношением причинил ей боль, — возразил Натан.

— Тогда почему ты молчал, если сейчас не желаешь отпускать ее? — резонно спросил король.

Вот-вот, этот вопрос меня тоже интересовал.

— Я… — Натан вздохнул. — Я просто хочу, чтобы она была счастлива. Если ее счастье в том мире, то что ж… я смогу отпустить ее. Но это должен быть осознанный выбор, а не необходимость. Понимаешь? Я хочу, чтобы ей понравилось здесь, чтобы она осталась потому, что считает это место домом. А не потому, что я настоял, или уговорил…

Я прикусила губу. От того, что Натан все же не желал отпускать меня, на сердце стало тепло, но… батюшка Пушкин, какими же дураками иногда бывают эти мужчины!

— Лена, конечно, замечательная девушка, — осторожно согласился Дэйв. — И вызывает во мне симпатию и уважение. Она честна и умна, и мне бы хотелось, чтобы она осталась в этом мире, а еще перешла преподавать в столичную академию. Но здесь дело государственной важности, ты ведь должен понимать это… подселить Гленсдэйла в ее тело — лучший вариант для всех.

— Нет, — почти прорычал Натан. — Мы должны придумать что-нибудь другое. Как ты сказал, Лена честна и умна, а еще она порядочна и совестлива. Даже если она и хочет в глубине души остаться здесь, она этого не покажет, не желая подводить других. И поэтому у нее должен быть выбор.

— Ты влюбился? — хмыкнул Дэйв. — Иначе к чему все это?

От его слов в груди екнуло, и я затаила дыхание, ожидая ответа Натана.

Натан молчал.

— Нат, но с ней ведь все будет в порядке, — продолжил король, видимо так и не дождавшись ответа. — Я не верю, что за такое короткое время ты мог влюбиться по-настоящему. Ты ведь человек долга… разумеется, я хочу, чтобы ты был счастлив, и если все серьезно, то мы подумаем над другим вариантом. Но Нат, ты еще можешь встретить другую, и…

Дэйв все говорил, убеждая Натана, и я не винила его за это. Он был королем, а значит, в первую очередь думал о безопасности страны (ведь Лерой Фолд у власти явно представлял угрозу).

Но я не понимала, почему он говорит, если Натан промолчал… жаль, что мне ничего не было видно, и оставалось лишь слушать.

— Она моя истинная, Дэйв, — наконец сказал Блэквуд так тихо, что я едва расслышала. — И еще поэтому я промолчал при ней. Не хочу, чтобы она чувствовала себя обязанной остаться только ради меня, а потом была несчастна вдали от родных и друзей.

Король осекся, замолкнув.

Я же приложила руку ко рту, сдерживая стон разочарования.

Истинная?

Я читала фэнтези про истинных, и мне всегда казалось это… ну даже не знаю. Во многих из таких книг выходило, что мужчина не выбирал себе женщину по ее личным качествам, уму, или чувству юмора, а просто следовал инстинктам. Потому что так сказал его зверь внутри — это моя самка.

Такое отторгало. И уж меньше всего я хотела бы стать чьей-то истинной, ведь это даже не чувства… это просто желание заполучить женщину, которая больше всего подходит для выведения потомства.

Истинных ценят не за ум. Иногда их вообще не ценят, забирая себе против воли, потому что… ну они же истинные, они все поймут рано, или поздно.

— Ты уверен? Ты так же говорил про Фиону, — выдал Дэйв спустя пару минут, когда я уже устала ждать.

Фиону?

Новость об истинной выбила меня из колеи, а уж упоминание Фионы добило окончательно.

Впрочем, чего я удивляюсь? Натан ведь говорил мне об этом еще тогда, у края пропасти, но я не придала его словам значения, ведь меня волновало совсем другое.

— Фиона, — Натан словно сплюнул это имя. — Да, говорил, но… я не знаю, Дэйв… не знаю, как объяснить…

Прекрасно, то есть я не истинная, а вторая истинная, но даже в этом он не уверен. А в книгах мужчины сразу узнавали свои пары…

Стало больно, хотя я и пыталась убедить себя, что мне все равно, и вообще, быть истинной — это не так привлекательно, а скорее гадко.

— Ладно, если она твоя истинная, то мы поменяем план, — несколько растеряно проговорил Дэйв. — Но ты должен знать это точно. Сейчас я вернусь в столицу, однако до конца недели сообщи мне обо всем. Чем раньше — тем лучше.

Я не сразу сообразила, что Дэйв направился к выходу из кабинета, и едва успела отскочить, прежде чем он открыл дверь.

— Лена? — король удивленно вскинул брови. — Разве ты не пошла отдыхать?

За его спиной маячил Натан.

— Да, но… неважно. Еще раз до свидания, Ваше Величество, — и развернувшись, в этот раз я действительно направилась в свою комнату.

На душе было мерзко, будто меня вываляли в грязи. А еще обидно и тоскливо, и такая сумятица беспокоила.

Прежде я всегда была уверена в своих целях, решениях и чувствах, а теперь… теперь в голове и на сердце царил полный бардак.

Прошло всего пару дней после той ночи с Натаном, а меня будто подменили — сейчас я сама себя не узнавала.

Самый простые и логичные вещи (например, то, что оставаться в чужом мире — это опасно) казались глупыми. Все доводы рассудка летели к черту.

А каждое прикосновение Натана, каждая встреча с ним, каждый его взгляд… это переворачивало мои чувства, вызывая только одно желание — никуда не возвращаться, а быть рядом с ним.

И это меня пугало.

А еще пугало то, насколько остро я реагирую на Блэквуда, как сильно меня задевают его слова о Фионе, или его молчание…

О-о-о, батюшка Пушкин, помоги мне!

Простонав, я улеглась на кровать, уткнувшись лицом в подушку.

Наверно, все дело в молодом теле Элен — это ее гормоны сводят меня с ума!

В дверь постучали. Я знала, кто стоит по ту сторону, и для этого мне не нужно было открывать.

Наверняка там Натан. Иначе почему еще мое сердце снова бьется чаще?

— Лена… — раздался тихий голос Блэквуда.

Я промолчала.

Он постоял под дверью еще какое-то время, а затем ушел. Я же перевернулась и просто лежала, глядя в потолок, а после незаметно для себя уснула — все же последние события действительно меня очень вымотали.

Спала долго, крепко и встала лишь уже под утро следующего дня, наконец отдохнувшая.

Время было еще раннее, поэтому я решила в очередной раз попробовать принять по-настоящему горячую ванну. Наполнила бадью и сосредоточилась, как учил Натан.

Наверно, можно было бы разбудить его и попросить помочь, но видеть дракона сейчас желания не возникало.

Прикрыв глаза, я представила огонь, пылающий внутри меня и направила его к кончикам пальцев, позволяя обрести свободу.

По телу разлилось тепло, руки закололо. Открыв глаза, я увидела на ладонях шарик пламени, и осторожно, чтобы не ошибиться, направила его в воду. Потрогала рукой — маловато.

Во второй раз вышло куда легче, и уже вскоре я лежала в горячей воде, наслаждаясь первой человеческой ванной.

Уроки Натана помогли, и наконец почувствовав огонь, мне стало понятно, что я делала не так.

В книгах, которые читала, говорилось, как творить заклинания, делать плетения и направлять потоки силы. Но нигде не указывалось, как принять и понять магию — очевидно тем, кто имел ее с детства, в таких указаниях просто не было нужды.

Прежде я воспринимала силу, как что-то чужое, принадлежавшее Элен, а не мне. Что-то, что мне надо подчинить. Но стоило лишь осознать, что теперь эта магия действительно моя, что она часть меня — как все получилось. В конце концов, я же не подчиняла себе собственные легкие, чтобы дышать. Я просто дышала — так же было и с силой.

На самом деле, едва у меня начало получаться, как мне захотелось побежать к Натану и поделиться с ним этой новостью, но я сдержалась.

И насладившись ванной, я как могла высушила волосы, заплела их в косу, надела чистое платье и направилась в кабинет — готовиться к сегодняшним лекциям. Ведь обязанности преподавателя никто не отменял.

Завтрак я пропустила, не желая лишний раз видеть Натана. Но Блэквуда это не остановило — он нашел меня на лекции.

— Мисс Роуз, можно вас на пару минут? — проговорил дракон, заглянув в аудиторию, где я рассказывала о кулинарных заклинаниях.

— У вас что-то срочное? — ответила, прикусив губу и понадеявшись, что Натан поймет намек и уйдет.

Натан не понял, или не пожелал понимать.

— Весьма, — твердо кивнул он.

— Подумайте пока, как можно использовать чары нарезки в боевых целях, — сказала я курсантам, и вздохнув, вышла в коридор.

Сейчас, во время занятий, тут было тихо и пусто.

— Лена, — едва я закрыла дверь, Блэквуд взял меня за руку. — Ты слышала, да?

— Слышала, — кивнула, не став спорить.

— Прости, — прикусил губу Натан. — Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя обязанной, или вроде того… ты должна принять решение сама.

Интересно, с чего он решил, что я буду чувствовать себя обязанной? Эта истинность меня лишь отвращает. Тем более, что Натан даже не уверен, ведь прежде думал, что его истинная — Фиона.

— Фионе ты говорил то же самое? — хмыкнула я, желая скрыть обиду.

Да, обиду — от того, что Блэквуд спал со мной из-за этой пресловутой истинности, а еще от того, что сомневался. И конечно из-за Фионы… хотя, какое мне должно быть дело до всего этого, если я твердо решила вернуться?

Только вот сердце молчать не хотело, смешивая обиду, разочарование и нелепую надежду остаться в безумном коктейле, разрывающим меня изнутри.

— Фиона… — скривился Натан, будто из-за зубной боли.

— Что между вами произошло? Почему ты считал ее истинной, почему передумал после? — спросила я.

Отчего-то узнать это показалось мне безумно важным.

Натан нахмурился.

— Ладно, не хочешь говорить и не надо, — развернувшись, я собиралась вернуться в аудиторию, но он удержал меня за руку.

— Погоди, давай не здесь, — покачал головой дракон. Не дожидаясь моего ответа, он заглянул к курсантам и гаркнул:

— Лекция закончена, марш на полигоны.

А затем подхватил меня под локоть и потянул в сторону своего кабинета.

— А ничего, что у меня есть учебный план и всякое такое? — возмутилась я, впрочем, следуя за ним.

Желание узнать больше о Натане (а еще подольше побыть рядом с ним) с небольшим перевесом победило учительские порывы.

— Прости, — покачал головой Блэквуд. — Если хочешь, то можешь взять мои часы.

Я ничего не ответила, тем более, что мы уже дошли до кабинета.

Натан указал на одно из кресел, и дождавшись, пока я сяду, опустился в соседнее.

— Фиона Фолд самая большая моя ошибка, — проговорил он, прикрыв глаза. — Но я не уверен, что тебе будет приятно все это слушать.

— Говори, раз уж начал, — хмыкнула я, внутренне сжавшись.

Если сейчас Натан начнет петь о безумной любви и истории по типу «Ромео и Джульета»… да, мне вряд ли будет приятно.

Но тем не менее, лучше уж знать.

— Мы познакомились на балу, когда еще Тедраксом правил мой отец, — начал Натан. — Думаю, ты прекрасно знаешь, как Блэквуды относятся к Фолдам… но все же Красные имеют влияние, поэтому без них не обходится ни одно подобное мероприятие. Вот и в тот раз Фиона прибыла вместе с братом. Я никогда особо не любил все эти торжества, но тогда меня заставил отец…

— И ты влюбился в нее? — уточнила, поджав губы.

— Я ошибочно посчитал, что она моя истинная, — вздохнул Натан. — Фиона пригласила меня на танец, и мне едва удалось сдержать дракона, что рвался к ней. Сейчас, вспоминая это, я все больше склоняюсь к мысли, что она меня чем-то опоила. Но тогда… тогда рассуждать логично у меня не получалось.

— А ты видел ее прежде?

— Пару раз, лишь издалека. Я больше люблю Даркминор, чем светскую жизнь.

— А после?

— После мне было уже не до этого, — вздохнул Натан. — Отец умер, а я разрывался между братом и Фионой… в любом случае, даже если она меня чем-то опоила, сейчас этого не доказать.

— И как умер твой отец?

— Из-за меня.

— В каком смысле? — не поняла я.

В то, что Натан мог убить отца из-за престола мне совсем не верилось.

— В прямом… — вздохнул дракон. — Роман с Фионой был быстрым, но ярким. Она предлагала сбежать вместе, зная, что мой отец никогда не подпустит Фолдов так близко к престолу. Да и ее брат… но я не был наследником, эта роль отводилась Дэйву. И поэтому я прямо пошел к отцу, сообщив о своем намерении жениться, а еще о том, что Фиона моя истинная…

Натан говорил и каждое его слово отдавалось болью в моем сердце. Батюшка Пушкин, и когда я успела так сильно к нему привязаться? Да, он сразу показался мне симпатичным, но до недавнего времени мои мысли занимало совсем другое. А теперь я будто с ума сошла — стоило лишь вспомнить Натана, как внутри начинал бурлить невыносимый коктейль из самых различных эмоций.

Впрочем, я слушала, несмотря на боль. И даже успевала кое-что анализировать.

Фиона не смогла уговорить Натана сбежать, но когда Блэквуд сообщил обо всем отцу — у того отказало сердце. Драконы живут дольше людей, тем более, если они чистокровные главы одного из трех самых влиятельных Домов. Но все же, и их жизнь когда-нибудь заканчивается.

Не знаю, была ли смерть короля стечением обстоятельств, или планом Фолдов… хотя, первый вариант более вероятен — произошедшее тщательно расследовалось. В любом случае, Дэйв стал остро нуждаться в Натане и просил того отказаться от Фионы. Ведь речь шла о будущем целого королевства, и Фолды вполне могли претендовать на престол.

Вот Натан и разрывался, не зная, как ему поступить.

Все это не слишком вязалось у меня с тем образом хмурого, сурового и порой резкого мужчины, которого я успела узнать. Но люди меняются.

В итоге Натан так и не смог оставить Фиону — они часто встречались, пока наконец, она снова не предложила Натану обвенчаться.

— Я согласился, — вздохнул Блэквуд, рассказ которого подходил к концу. — Я не знаю, что на меня нашло, но я согласился. Фиона дала мне артефакт Фолдов… точнее, тогда я не думал, что это артефакт. Она сказала, будто просто хочет, чтобы на мне был меч ее отца, ведь это традиция. Мы должны были встретиться в маленьком храме, на краю земель Фолдов. Фиона запаздывала. И только тогда любовный туман спал, и я узнал меч, реликвию Фолдов, который они берегли, как зеницу ока.

— И что же ты сделал?

— Я вовремя опомнился — с края деревни уже приближались Фолды во главе с Лероем, и вид у них был не самый дружелюбный. Понимаешь, этот меч принадлежал одному из Фолдов, бывшему королем Тедракса. И он же определял, достоин ли кто-то из Фолдов стать новым правителем, достаточно ли в нем крови древних драконов… Если бы вдруг кто-то подумал, что я украл его… Дэйв бы лишился престола.

— Из-за какой-то железяки? — вскинула брови я.

— Из-за воровства. У Лероя и Дэйва были примерно одинаковые права на трон, но такой поступок… он мог бы лишить мой Дом власти.

— Но неужели тебе бы не поверили? Твое слово против слова Лероя…

— С Фолдами были Гленсдэйлы. И Фиона…

— И чем все закончилось?

— Я наткнулся на имение Роуз. Отец Элен, очень добрый мужчина, помог мне. Он велел слуге спрятать меч, а сам выступил в мою защиту. Гленсдэйлы посчитали это провокацией Фолдов, тем более, что артефакт, стараниями Дэйва, вскоре вернулся в их крепость. Ну а меня обязали жениться на Элен, в расплату за эту помощь.

Натан замолчал. Я тоже молчала, обдумывая ситуацию.

— И Фолды непричастны к смерти твоего отца? — спросила спустя пару минут.

— Точно нет, — Натан покачал головой. — Это было просто совпадением.

— Но неужели ты не догадался, что Фиона тебя опоила?

— Считай меня глупцом, но нет, — вздохнул дракон. — Дом Блэквудов защищен от подобного рода влияний, к тому же тогда мне все казалось настоящим. Уже позже, размышляя о случившемся, я решил, что не был истинным для Фионы… иногда такое случается, хотя обычно чувства взаимны. Думаю, изначальным планом был побег. Если бы я согласился, то Фолды обвинили бы меня в похищении Фионы, или еще хуже… это бросило бы тень на весь Дом Черных Драконов и сделало бы Лероя главным претендентом на трон после моего отца… но отец умер, и они решили импровизировать. К счастью, не вышло. Спустя время моя тяга к Фионе ослабла, тем более, что я заимел невесту и больше не покидал Даркминор без необходимости. А значит, не встречался с ней. Впрочем, прошло два года, и раз еще…

Натан снова замолчал и зажег на ладони маленький огонек пламени.

— Раз еще что? — уточнила я.

— Неважно, Лена. Теперь это неважно. Фиона не была моей истинной.

Отвернувшись, Блэквуд замолчал. Я тоже молчала, разглядывая деревянные панели, которыми были обшиты стены, и никак не могла понять, что же чувствую.

Обида? Возможно… и пусть Натан не был виноват в своем помешательстве, но отчего-то мое сердечко сжималось, стоило только представить его с другой.

Облегчение? Не исключено… судя по рассказу Блэквуда, Фиона не была даже простым увлечением, а все чувства вызывало зелье. Но обиду это все равно не умаляло.

А еще мне показалось, что Натан не договорил. Что в самом конце он хотел сообщить мне что-то очень важное, но промолчал, и это не давало покоя.

— Лена… — пока я боролась с собой, пытаясь определиться в самой себе, Блэквуд подскочил из своего кресла и подошел ко мне, опустившись на колени, так что теперь наши лица были на одном уровне.

Он взял мою ладонь в свои руки, переплел наши пальцы и повторил как-то особенно горячо:

— Лена…

И не успела я ответить, как он порывисто поднялся, впившись в мои губы с отчаянной жадностью, прижав меня к спинке кресла.

Рук моих он при этом не отпускал, а наоборот, сжимал их крепче, будто боялся, что вот сейчас я вырвусь и убегу.

Я не убежала, на целую минуту позволив себе насладиться этим поцелуем, про себя решив, что он станет последним. Ведь если мы будем повторять, то потом мое сердце разорвется от тоски.

Руки дрожали, и больше всего сейчас мне хотелось остаться с Натаном, чтобы продолжить начатое, но…

Истинная, батюшка Пушки. Истинная!

Что бы я там ни чувствовала, но Блэквуд целовал меня лишь от того, что хотел. Потому что так сказал его дракон. И от осознания этого было особенно горько.

Тем не менее, я сумела взять себя в руки, отстранила Натана, попрощалась с ним, натянула на лицо улыбку и отправилась к курсантам. Впрочем, мне стоило попозже разузнать все об этих истинных, хотя бы для того, чтобы убедиться в собственной правоте и окончательно оборвать все чувства к Натану на корню.

Следующая лекция прошла чуть более складно — Блэквуд больше не вламывался, не ломал мой учебный план, и я спокойно рассказывала материал, прокручивая при этом в голове все события минувших дне й, да и вообще, осмысливая произошедшее.

Несмотря на любовь к литературе, и выбранную мной профессию (а может именно из-за этого), я никогда не претендовала на роль творческой личности. Скорее напротив, любила все раскладывать по полочкам. И внезапно вспыхнувшие чувства к Натану, вся эта буря эмоций, волновавших сердце, сильно выбили меня из колеи.

Теперь же, пусть и с огромным трудом, но мне удалось отстраниться, взглянув на все трезвым взглядом. Если с этими гормонами, доставшимися от Элен, мой взгляд вообще можно было назвать трезвым.

И что у меня имелось?

Чужой мир, полный магии. Война двух Домов, в которую я оказалась втянута самым непосредственным образом. И мужчина, от которого кружилась голова, но который хотел меня лишь из-за этой истинности.

Так что мне делать?

Разум подсказывал бежать, сердце — остаться, а совесть… совесть велела исполнить долг, как я и обещала Дэйву.

Вот только нужна ли теперь Его Величеству моя помощь? Что будет, если он откажется, решив найти другой выход? Тогда у меня появится выбор, и скорее всего, я останусь. А потом буду кусать локти, каждую минуту думая о том, что же на самом деле испытывает ко мне Натан, и смог бы он меня полюбить, если бы не моя истинность…

Когда пришло время обеда, идти мне на него совершенно не хотелось — весь мой самоконтроль летел в бездну, стоило Блэквуду оказаться рядом. Но и морить себя голодом было плохой идеей.

— Лена, прости, — произнес Натан, едва я опустилась на свой стул, уставившись в тарелку. — Мне не следовало быть… таким напористым. Понимаю, на тебя слишком многое свалилось, но… мне сложно удержаться, когда ты рядом.

— Давай не будем об этом, — вздохнула я, покраснев до самых кончиков ушей, и быстро перевела тему: — Твой брат уже связался с Гленсдэйлами?

— М-м-м… — Блэквуд прикусил губу. — Нет, еще нет.

— И чего он ждет? — выгнула брови, делая вид, будто не слышала их разговора, хотя мы оба прекрасно знали, что я внимала каждому слову.

— Он… есть же другой способ все разрешить, Лена.

— Какой?

— Не знаю. Мы пока его не нашли, — развел руками дракон, и тут же добавил: — Не скрою, я хочу, чтобы ты осталась здесь, но больше всего я хочу дать тебе выбор…

— Чтобы я не чувствовала себя обязанной остаться, — закончила за него, и мы оба замолчали.

Батюшка Пушкин, да мы будто двое школьников на экзамене. Так же мнемся, краснеем и не можем толком даже слова сказать.

Нет, не нравится мне так. Я хочу вернуть в свою жизнь спокойствие, а рядом с Натаном это кажется невозможным.

— Что ж, если вы не найдете ничего другого, то я по-прежнему готова, — проговорила, первой нарушив тишину, и встав из-за стола, направилась к выходу из столовой, так и не притронувшись к еде.

Следующие пара дней прошли довольно спокойно, к моему удивлению. От Дэйва вестей не было, либо же Натан не спешил их мне сообщать, поэтому я просто работала, стараясь не думать о Фолдах и прочем. В конце концов, я сделала все, что могла, и пусть мне хотелось быть уверенной в том, что дело закрыто, но если король не желал принимать мою помощь, то какой смысл переживать?

Лекции шли хорошо, и даже лучше, чем ожидалось. Курсанты схватывали на лету, проявляя интерес, с большой охотой отвечали на мои вопросы и выполняли домашние задания. Это было, пожалуй, одной из хороших новостей, отвлекавших меня от войны драконьих Домов.

Второй хорошей новостью являлась магия — с каждым разом у меня получалось все лучше и лучше. После первой удачной попытки, горячая ванна ждала меня каждый вечер, что безусловно скрашивало трудовые будни.

Однако, одним пламенем я не ограничилась. Убедившись, что теперь огонь приходит на зов сразу, я стала изучать заклинания, для начала, самые простые, защитные. Наверно, логичней было бы заняться бытовой магией, являвшейся моим профильным предметом, но…

Что бы там ни решил Дэйв, однако в любом случае, совсем скоро меня ждала встреча с Лероем Фолдом. И пусть во сне красноволосый дракон ничего не мог мне сделать, но я желала подготовиться. Так, на всякий случай, чтобы чувствовать себя уверенно.

Наверное, Натан мог бы помочь мне и с этим, но я слишком хотела проводить время с ним, и потому старалась избегать его, опасаясь сорваться и натворить глупостей.

Действительно, стоило мне увидеть Блэквуда, как сердце трепетало, ноги подкашивались, а рассудок отключался напрочь. Я словно превратилась в дикую кошку, жаждущую ласки.

Когда мы сидели рядом в столовой, взгляд мой то и дело скользил по его губам, а от того, что мы касались друг друга плечами в животе теплело.

Наверно, так проявляла себя эта дурацкая связь (ну и гормоны тела Элен). Мне стоило взять себя в руки и прочитать об этом побольше, однако каждый раз я торопилась поскорее улизнуть на лекции, или в свою комнату, чтобы случайно не столкнуться с Натаном и не остаться наедине.

Сам Блэквуд общался со мной вежливо, но смотрел обжигающе-горячо, с каким-то диким желанием, толикой грусти и виной. Порой он протягивал руку, чтобы обнять меня, или коснуться моего лица, но я быстро уворачивалась, и вскоре он прекратил. Лишь стал сжимать кулаки, да нервно дергаться, будто пытаясь сдерживаться.

О серьезном мы больше не говорили. Натан, видимо, давал мне время на раздумья, а может боялся, что я начну настаивать, или скажу совсем не то, что он хотел услышать.

Я же…

А что я? Про историю с Фионой мне уже было известно. Про борьбу между домами и план Фолдов тоже. А обсуждать истинность, или мое возвращение в родной мир мне не хотелось. Потому что я тоже боялась услышать совсем не то, что нужно — мне сполна хватило его молчания, которое не выходило у меня из головы.

Впрочем, в итоге мы все же столкнулись.

Перехватив за обедом пылкий взгляд Натана, от которого покраснела до самых кончиков ушей, я решила, что пришла пора все же узнать об истинных побольше. В конце концов, рано или поздно, но это стоило сделать, а поскольку в кабинете ничего полезного не обнаружилось, то я решила отправиться в библиотеку.

Вылазку запланировала на поздний вечер, чтобы не встретить ни курсантов, ни Блэквуда, собиравшегося (по его же словам, сказанным за ужином) пораньше лечь спать.

Дождавшись, пока все звуки стихнут, я осторожно выглянула из комнаты, убедилась, что коридор пуст, и поспешила в сторону библиотеки, чувствуя себя каким-то воришкой, или чьей-то любовницей, летящей на свидание.

До места добралась без приключений, никого не встретив по пути.

Библиотека ночью казалась мрачной и отчасти пугающей — высокие шкафы с книгами уходили вдаль, теряясь в темноте. Стоечка сотрудника пустовала, как и столы для курсантов, за которыми те обычно делали задания, или читали книги, что нельзя выносить.

Я зажгла светляк, благо делалось это просто — достаточно было искры, чтобы артефакт начал испускать ровное теплое свечение. Заскользила вдоль рядов, чувствуя себя не то привидением, не то студентом, желающим прочесть запретные книги.

Наверно, стоило все же наведаться сюда днем, но мне не хотелось, чтобы кто-то узнал о моем интересе к истинным парам.

На поиск нужной секции ушло не меньше часа — все же библиотека была огромной. Я разглядывала корешки внимательно, опасаясь упустить нужное, пока наконец мне не повезло — на одной из верхних полок обнаружился фолиант, под названием «Истинные пары драконов».

Потянувшись, достала книгу, но та выскользнула из моих пальцев, с грохотом упав на пол.

Я замерла, прислушиваясь. Сердце ухнуло от страха, хотя, по сути, бояться мне было нечего, ведь преподавателям разрешалось бродить по академии в любое время суток, как и посещать библиотеку.

Тем не менее, руки у меня дрожали и за шумом крови в ушах я едва услышала тихие шаги, приближавшиеся ко мне.

Быстро сунув книгу под стеллаж, я запомнила его номер и выскользнула в проход, чтобы нос к носу столкнуться с Натаном.

— Лена? — удивленно вскинул брови Блэквуд, придержав меня за плечи, чтобы я не упала. — Что ты тут делаешь?

Его теплые ладони обжигали кожу, сбивая все мысли.

— А ты что, следил за мной? — вопросом на вопрос ответила я, сделав глубокий вдох и пытаясь успокоить колотящееся сердце.

— Нет, конечно нет, — помотал головой Натан. — Мне пришло оповещение о том, что в библиотеку кто-то вошел. Подумал, может это курсанты развлекаются… так зачем ты здесь?

Оповещение. Об этом я совершенно не подумала.

— Мне не спалось, и я решила поискать книги по магии, — пожала плечами, не в силах заставить себя скинуть руки дракона, по-прежнему державшие меня. — Ну, чтобы уметь хоть что-нибудь, кроме подогрева воды.

— Ты же знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне, и я с удовольствием дам тебе пару занятий? — вскинул брови Натан. — Ты не обязана со всем справляться в одиночку.

Таинственные искры плясали в его глазах, делая их похожими на звездное небо.

— Да, спасибо, — я кивнула и замолчала.

«Ну же, Лена, уходи. Ты ведь хотела сохранить нейтралитет, держаться от Блэквуда подальше, чтобы не расстраиваться и не разбивать себе сердце. Так чего сейчас стоишь, будто заколдованная?», — сказала сама себе, но вопреки мыслям не двинулась с места.

Дракон тоже стоял, молча глядя на меня, и отчего-то сейчас я особенно остро ощутила, что мы одни в темной пустой библиотеке.

— Лена… — прошептал Натан, пальцами погладив меня по щеке, а после склонился и поцеловал.

Нежно, трепетно, почти невесомо.

Минуту. Всего минуту я позволю себе насладиться его теплом, а после убегу в свою комнату, где буду краснеть, кусать подушку, проклинать гормоны Элен и вспоминать поцелуй — так я пообещала себе.

Но моим планам не суждено было сбыться.

Потому что едва его губы коснулись моих, рассудок уплыл, утонув в сладкой розовой вате. Где-то в груди, там, где я чувствовала магию, вспыхнуло пламя и теплом разлилось по телу.

Ноги подкосились, и мне пришлось вцепиться в плечи Натана, чтобы не упасть. Он обнял меня за талию, прижав к себе, но поцелуй его по-прежнему был нежен, и наверно это был идеальный момент остановиться.

Я не смогла. Когда он находился так близко, когда обнимал меня, каждая клеточка моего тела стремилась оказаться к нему еще ближе. Это не походило даже на обычное влечение, это было нечто большее.

Будто наши души когда-то, давным-давно, были единым целым, но потом что-то их разлучило, и вот они, наконец, снова встретились. Будто вдали от Натана моя жизнь теряла краски, а едва мы касались друг друга, как все взрывалось фейерверком цвета, и только тогда я понимала, как же пусто без него было.

Желание слиться с Натаном и никогда не отпускать казалось огромным, больше целого мира. Оно накрыло меня с головой, мешая дышать и мыслить, требуя лишь одного — немедленно исполнить его…

Не знаю, что чувствовал сам Блэквуд, но он недолго держался в рамках. Вскоре его губы стали жадными, а руки ищущими. Не прошло и пяти минут, как мы оба, словно сумасшедшие, принялись горячо ласкать друг друга.

Как помешанные, мы целовали друг друга. Мои пальцы впивались в кожу Натана, его язык вытанцовывал на моей шее. Он тихо рычал, сминая мое платье, а я выгибалась ему навстречу, судорожно расстегивая пуговицы на его рубахе.

Все произошло прямо там, в проходе пустующей библиотеки, возле одного из стеллажей, заставленного книгами.

Мы будто больше не могли ждать, потому что казалось, что каждая секунда ожидания убивает.

Отбросив ненужное платье, Натан подхватил меня на руки, спиной прижав к стенке шкафа. Его рубашка уже валялась на полу, брюки были спущены, и при всем при этом мы не переставали целоваться.

Я обхватила его ногами, вцепившись в Блэквуда, словно дикая кошка.

От наших движений посыпались книги, и библиотека наполнилась грохотом, который все равно не мог перекрыть наши стоны.

Закончилось все столь же стремительно, как и началось. И столь же феерично.

Перед глазами у меня взорвались звезды, Натан двинулся в последний раз, уткнувшись мокрым лбом в стеллаж, и наконец в библиотеке воцарилась тишина, прерываемая только нашим частым дыханием, еще не успевшим успокоиться.

Не знаю, сколько мы так стояли, обнимая друг друга и продолжая оставаться единым целым. В этот момент моя голова была пустой, как голова моего бывшего ученика Антошки на экзаменах.

Я просто вдыхала запах Блэквуда, ощущала, как под ладонями перекатываются его мышцы, слушала биение его сердца.

Наконец, Натан осторожно опустил меня на пол, отступил на шаг и застегнул брюки. Покраснев, я просеменила к платью, принявшись натягивать его, но запуталась в подоле.

— Давай помогу, — проговорил Натан мне в самое ухо.

Его пальцы ловко расправили ткань. Склонившись, он поцеловал меня сначала в плечо, потом в шею, не забывая при этом аккуратно шнуровать корсет, отчего по коже у меня бегали мурашки.

Я замерла, а мысли, наконец, стали возвращаться на свои места.

Батюшка Пушкин! Лена, какая же ты дура! Дура-дура-дура! Что же ты наделала?

Дедушка Ломоносов, мы хотя бы предохранялись? Не помню…

Прежде я всегда беспокоилась об этом, и уж точно не стала бы прыгать в койку к тому, кто «предпочитает натуральные ощущения», а сейчас будто спятила, позабыв обо всем на свете.

Вот только, когда губы Натана касались меня, я теряла свою суть, растекаясь сладкой жижей, и это даже пугало. Нельзя ведь так растворяться в мужчине, потому что иначе он в скором времени начнет пользоваться своей властью, а ты утратишь саму себя, а после и его.

Но когда дело касалось Блэквуда, удержаться было просто невозможно.

Оставалось лишь надеяться, что дракон сохранил рассудок и позаботился о последствиях. Ага, или напротив, нарочно не позаботился, чтобы я точно осталась в этом мире. Хотя, нет, он бы не стал так делать. Или стал?

— Готово, — произнес Натан, отвлекая меня от суматошных и отчасти панических мыслей.

— Спасибо, — кивнула я. — Ну ладно, думаю, уже пора спать…

Сейчас мне хотелось как можно скорее снова оказаться в своей комнате, под защитой двери и замка, чтобы обдумать произошедшее в одиночестве. Потому что пальцы Блэквуда по-прежнему высекали из меня томные искры, мешая соображать трезво.

— Я провожу, — кивнул Натан, подхватив с пола свою рубашку, и быстро надев ее.

Отказываться не стала — знала, что он будет настаивать. Не убегать же от него, в самом деле?

— Ты что-нибудь нашла в итоге? — спросил Блэквуд, видимо желая нарушить неловкую тишину, повисшую между нами.

Сейчас мы шагали по коридорам Даркминора, двигаясь в сторону спален преподавателей.

— Что нашла? — сперва не поняла я.

— Книги по магии. Ты ведь хотела потренироваться.

— А-а-а, нет, ничего. Попробую завтра.

— Не надо, я подберу для тебя что-нибудь стоящее.

— Хорошо, спасибо, — кивнула, и мы снова замолчали на некоторое время.

Остаток пути проделали быстро — невольно я ускоряла шаг, и Натану приходилось подстраиваться (что, впрочем, особого труда для него не составляло), а вот возле двери вышла небольшая заминка.

— Натан…

— Лена… — почти хором произнесли мы.

— Ты первая, — чуть улыбнулся Блэквуд.

Я сделала глубокий вдох и спросила:

— Скажи, после сегодняшнего у меня не будет последствий? В смысле, я не знаю, как в этом мире обстоят дела с контрацепцией, и… в общем, мне бы не хотелось. Если ты не позаботился об этом, то может есть какие заклинания, или травки…

— Лена, — перебил меня Натан, двумя пальцами взяв за подбородок. — Не волнуйся. Я позаботился. И уж точно я бы никогда не поступил так с тобой.

— Что ж, хорошо, — покраснев, я отвернулась, собираясь войти в комнату, но Блэквуд придержал меня за плечо, развернув обратно.

— Лена, я хочу, чтобы ты осталась здесь, — проговорил дракон, не отрывая взгляда от моего лица. — Если не в академии, то хотя бы в Тедраксе. И не потому, что ты истинная, или умопомрачительно целуешься, хотя и это тоже. Просто… ты умная, веселая, находчивая. Кажется, я влюбился в тебя, Лена, и хочу, чтобы у нас остался шанс. Если не теперь, то позже. Подумай об этом, пожалуйста. А сейчас, спокойной ночи.

И склонившись, он осторожно поцеловал меня в щеку, а после ушел.

Я заперла за Натаном дверь и рухнула на кровать, чувствуя, как сильно колотится сердце. Душу разрывали сразу два противоречивых желания — в равной степени мне хотелось заняться само-копанием, а еще счастливо запищать.

Потому что последние слова Натана попали точно в цель, ведь он сказал именно то, что мне было нужно. То, что я хотела от него услышать, чтобы не чувствовать себя так одиноко. Что дело не в истинности, а во мне, в моей личности…

Да уж, Лена, магия на тебя плохо влияет! Ты стала наивной и глупой мямлей, готовой на все, ради едва знакомого мужика. Или же всегда такой была, просто раньше не влюблялась по-настоящему…

А я влюбилась?

Так, надо срочно успокоиться.

Поднявшись, я прошла в ванную, наполнила ее, зажгла на ладони огонек, чтобы подогреть. Затем залезла в теплую воду, прикрыла глаза.

Однако вместо спокойствия накатила такая волна счастья, что я прикусила нижнюю губу и задрыгала ногами, замочив пол вокруг, точно девчонка-подросток, получившая смс от своего, как сейчас говорят, краша.

Да, по всем законам мне бы стоило сокрушаться над собственной несдержанностью и ужасаться тому, какое огромное влияние на меня имеет Натан. Но вместо этого я, вопреки логике, была на седьмом небе. Возможно, завтра меня и накроет окончательно, и я буду кусать локти, но сейчас… сейчас слова Натана слишком уж сильно задели мое сердце.

И быть может он просто солгал, но в эту секунду мне хотелось ему верить.

Гормоны. Это точно гормоны.

Ай, да гори оно все, как второй томик Гоголя! Могу я позволить себе хоть немного порадоваться, верно? Может, завтра Натан выкинет очередную глупость, или я узнаю что-то, что изменит мое мнение, но прямо сейчас мне хочется позволить себе небольшую передышку. Кусочек надежды, вот и все.

Прикрыв глаза, я вспоминала каждое слово Блэквуда, жесткую складку возле губ, еловый запах и пылающие искрами глаза, пока вода не остыла. Затем кое-как выбралась, вытерлась, доплелась до кровати и уснула.

Утром проснулась рано, свежая и отдохнувшая, а еще все же успокоившаяся и даже встревоженная вчерашними мыслями и той странной эйфорией. До начала занятий оставалось много времени, поэтому я решила потренироваться в магии, а заодно все-таки обдумать произошедшее и принять окончательное решение. Прочитала заклинание, которое успела выучить, прикрыла глаза.

Думалось тяжело — в голове снова поселился туман, словно Натан все еще был рядом, и вместо размышлений хотелось лишь заново пережить все случившееся между нами. Это казалось немного странным — все-таки я никогда раньше не кидалась в омут с головой, и прежде чем что-то сделать, все обдумывала. Порой, даже слишком долго обдумывала и терзалась сомнениями, но в итоге, чаще всего, следовала доводам рассудка.

Сейчас же они все летели в бездну.

Нет, умом я по-прежнему понимала все минусы сложившейся ситуации. Чужой мир, где у меня нет родных; опасные дворцовые интриги; мужчина, который считает меня истинной, но который при этом совершал со мной дурные вещи. И да, пусть у него были оправдания, вроде скверного характера Элен, или предательства Фионы, но ведь по факту я не знала его настоящего. Не знала, как он поведет себя через год, когда привыкнет ко мне, или поймет, что я никуда не денусь…

Однако сердце все равно хотело верить и кричало мне — он твое счастье! И в этот раз оно побеждало логику.

Пару раз я еще зажгла огонек на ладони, но вскоре бросила это дело — слишком уж была взволнована. Батюшка Пушкин, у меня ведь тут даже подруг нет. И некому позвонить, чтобы выговориться, и получить в итоге какой-нибудь дельный совет, или наоборот предостережение, вроде «Соберись, Лена, и держись от него подальше».

В итоге, я решила проветрится, чтобы снова немного остыть, а заодно и забрать книгу, которую вчера оставила под одним из книжных шкафов.

Быстро собравшись, заскользила по пустым коридорам. До начала занятий оставалось еще около часа, так что библиотека была пустой настолько, чтобы мне никто не помешал, но не настолько, чтобы Натан вновь явился ее проверить.

Проходя мимо стеллажа, где мы вчера занимались любовью, я невольно покраснела. Чуть замедлив шаг, провела по теплому дереву рукой, и в памяти тут же всплыло лицо Натана.

Ладно, Лена. Вдох-выдох. Тебе еще лекции читать, соберись уже наконец!

Я пошла дальше, быстро нашла нужную книгу и подхватив ее, поспешила прочь, в свой кабинет. У меня еще было немного времени, чтобы прочесть пару глав.

До кабинета я буквально долетела, так и не встретив никого по пути. Заперла дверь, села в кресло и с колотящимся сердцем открыла книгу. Пальцы дрожали, переворачивая страницы, исписанные черными чернилами, и я сама не понимала, отчего так волнуюсь.

«Истинные пары у чистокровных драконов существовали с самого момента их появления, еще до того, как власть в Тедраксе поделили три Дома…»

Я бежала глазами по строчкам, мельком разглядывая искусные иллюстрации. В начале книги излагалась легенда о двух первых древних драконах, пришедших в этот мир. Их звали Найла и Лайонелл, они являлись истинной парой, и от них же вели начало главные Дома Тедракса.

«Связь между Найлой и Лайонеллом питала огонь каждого из них, а огонь питал связь, и вместе они были непобедимы. Но исконным жителям мира не понравились чужаки, ведь прежде они не встречали столь мощной магии, и теперь боялись ее. Однажды ночью, когда драконы спали в образе людей, местные пробрались в их дом, чтобы убить чужаков. Найла бросилась к детям, пока еще слишком маленьким, чтобы уметь управляться со своими силами. Лайонелл же превратился в дракона, принявшись сжигать тех, кто посмел тронуть его семью. Однако в самый разгар схватки он услышал предсмертный крик Найлы, и понял, что лишился своей единственной истинной пары. Боль утраты оказалась столь сильна, что огонь в крови Лайонелла потух, и он упал на землю, уже человеком, и разбился.

Люди ушли, посчитав, что все кончено, однако это было не так. Перед смертью Найла сумела совершить невозможное — она изрыгнула из себя мощное пламя, проклиная людей Тедракса, а после обратилась в камень, чтобы защитить своих детей.

Шли годы, и дети Найлы и Лайонелла — два мальчика — росли внутри скалы, под защитой погибшей матери. Ее кровь питала их, давая силы, и когда они возмужали, то разрушили гору, выбравшись наружу, чтобы отомстить убийцам своих родителей.

Они шли по земле, сжигая ее дотла, и никто не мог им противостоять, потому что, в отличие от Найлы и Лайонелла, им было нечего терять и некого любить. Однако огонь мести горит ярко, но недолго, и вскоре магия стала покидать братьев.

В этот момент они подобрались к краю одной деревушки. Старший вдохнул полной грудью, желая потратить остатки своих сил, но уничтожить ненавистных людей, однако младший преградил ему дорогу. Потому что за забором он увидел девушку, и сердце его забилось быстро, а ярость отступила. Он почувствовал связь с этой девушкой, а ее глаза показались ему самым красивым, что он видел в своей жизни. И он не хотел, чтобы такая красота сгорела впустую.

— Что ты делаешь? — прорычал старший. — Она наш враг!

— Она слишком молода, чтобы быть нашим врагом, — возразил ему младший. — Если хочешь, то иди дальше, но тут мой путь окончен. Я остаюсь.

Старший на эти слова только разозлился.

«Как так? — думал он. — Сперва люди забрали моих родителей, а теперь они украли у меня брата! Не бывать этому!»

Будто молния он метнулся к девушке, желая спалить ее первой, чтобы у брата больше не было причин здесь оставаться. Младший не успел ему помешать, зато это сделал кое-кто другой.

И дома выбежала сестра девушки, встав на ее защиту, и тогда старший брат тоже пропал, и они вдвоем остались в деревушке.

Сперва сестры боялись их, считая врагами, но долго это не продлилось. Ведь проклятье Найлы к этому времени успело облететь весь мир.

«Пусть люди не смогут противостоять моим сыновьям. Пусть они сгорят в их огне, если те только пожелают. Пусть они полюбят их всей душой, если те только этого захотят. Пусть огонь загорится в избранных, даруя им частичку магии моих сыновей, чтобы каждый в этом союзе стал сильнее», — таковы были ее последние слова, и они исполнились.

Сестры не смогли противиться любви драконов, полюбив их в ответ, и это наделило их магией огня. Пламя же братьев лишь окрепло от светлых чувств, ведь теперь питала его не месть, а истинная связь любви».

Прикрыв глаза, я откинулась на спинку кресла. Красиво, но батюшка Пушкин, как же печально.

Не хотелось бы мне оказаться на месте Найлы, или тех сестер. И в чем-то я все же оказалось права — истинная связь похожа на обязанность. Те девушки из легенды были обязаны полюбить драконов, потому что их прокляли. Хотя, возможно, у одной из них (или обеих) был жених…

Впрочем, ответов на мои вопросы эта древняя сказка не давала. Мне хотелось конкретики, и поэтому я принялась читать дальше.

Сразу после легенды шла история драконов, но в свете влияния истинных пар. Каждый из братьев оставил после себя потомков-сыновей, которым передалась магия огня в полном, чистом виде. Каждый из этих потомков встретил свою истинную, и так, со временем, драконов стало не то, чтобы прям много, но вполне достаточно. Они поделились на Дома, захватив власть в Тедраксе, однако правил ими обычно тот, в ком было больше крови древних прародителей.

Какое-то время определяли это с помощью «Сердца Найлы» — той самой пещеры, из который вышли первые братья, и которая когда-то была их матерью. Сведения о ее местоположении передавались от правителя к возможному приемнику, и нигде не записывались — считалось, что эту тайну должны знать только чистокровные драконы, а от людей и полукровок ее надо беречь, ведь в Сердце Найлы находится источник магии Тедракса. Затем случился переворот, прежний король умер, не успев ничего никому рассказать, и с тех пор пещера считалась утерянной, хотя осталась легенда, что при особой нужде, на грани жизни и смерти, ее может найти любой, в ком течет кровь первых драконов.

Из-за переворота началась война, а у каждого Дома появился артефакт, якобы способный заменить Сердце Найлы, и помочь с выбором нового правителя… да, Натан ведь говорил мне о мече Фолдов, в краже которого его обвинила Фиона…

Политические вопросы былых лет меня интересовали мало, поэтому я перелистнула почти половину книги, лишь мельком цепляя отдельную информацию. Затем, наконец, немного поэтический стиль повествования сменился на более энциклопедический, и я добралась до искомого.

«Истинные пары чистокровных драконов в наше время», — гласило название раздела.

Даже интересно… если легенда о Найле и Лайонелле правда, то сколько лет прошло с тех пор, и почему до сих пор сохранились чистокровные драконы? В смысле, кровь ведь должна была смешиваться…

Впрочем, ответ на этот вопрос ждал меня буквально на следующей странице.

«Сейчас истинные пары встречаются не столь часто, как во времена первых драконов, и на этот счет есть две теории. Согласно первой, проклятие Найлы стало рассеиваться с течением веков, и поэтому люди уже не столь подвластны ему. Вторая же гласит, что чистокровных драконов стало меньше, а только чистокровные, имеющие вторую ипостась, могут иметь и истинную пару. Автор же данного труда считает, что обе теории верны в равной степени.

Тем не менее, истинные пары продолжают встречаться, поэтому сведения о них должен знать каждый дракон.

Итак, давайте рассмотрим основные постулаты, доказанные ни одним поколением, и начнем с самого важного.

Дети, рожденные от брака истинной пары в любом случае будут иметь вторую ипостась, и останутся чистокровными драконами, даже если кто-то в этой паре был человеком.

И именно с людьми, или очень слабыми полукровками, способными только на магию огня, но не способными к трансформации, в основном и возникает истинная связь. Конечно, из этого правила встречаются исключения, но они лишь подтверждают его…»

Да, теперь точно понятно, почему кровь первых драконов еще не выветрилась, если изначально их было всего двое…

Я хотела продолжить чтение, но в дверь постучали.

— Лена, ты здесь? — раздался из-за створки знакомый голос.

Натан.

— Да, готовлюсь к занятиям, — ответила, быстро спрятав книгу.

И снова, стоило мне только услышать Блэквуда, как душу стали терзать противоречия — одновременно мне захотелось, чтобы он ушел, и я могла дочитать, а еще, чтобы он вошел.

— Я думал, что с тобой что-то случилось, — с некоторым облегчением вздохнул Натан. — Ведь занятия начались полчаса назад, и студенты волновались, что ты не пришла, потому что обычно ты очень пунктуальна…

Полчаса назад? Батюшка Пушкин, сколько сейчас времени?

Я бросилась к двери, распахнула ее и едва не задела Натана.

— Лена, ты точно в порядке? — уточнил тот. — У тебя такой вид…

— Просто я не люблю опаздывать, особенно когда это касается работы. А сейчас я зачиталась и потеряла счет часам, — ответила, дернув плечом.

И стараясь не смотреть в его сторону, торопливым шагом прошла мимо.

— Понятно, — кивнул Натан, следуя за мной. — Я приходил к тебе утром, но ты не отвечала, и я решил, что ты в ванной, а потом написал Дэйв…

— Я была в библиотеке.

— Вот оно что… Лена, нам надо поговорить. О случившемся, и еще кое о чем… наверно, мне стоило предупредить тебя сразу, но если честно, я просто не подумал, а еще… — он замолк, ведь я почти бежала, и мы уже добрались до дверей моей аудитории.

— Хорошо, тогда давай поговорим вечером, — выдала скороговоркой, проклиная себя за то, что сейчас меня куда больше волнует не опоздание и собственная безответственность, а близость Натана и его поцелуи.

— Лучше за обедом. Только постарайся… — Блэквуд осекся, перехватил мой взгляд и громко сглотнул.

Потому что, не сдержавшись, я посмотрела на его губы, затем прикусила свои, и покраснев, скрылась в аудитории, пока наше прощание не затянулось.

Лекция прошла не очень. Я была рассеяна, думая об истинной связи, поцелуях Натана и его словах, сказанных вчера ночью, и потому пару раз ответила на вопросы курсантов невпопад, да и новый материал объясняла из рук вон плохо.

— Мисс Роуз, с вами все в порядке? Вы сегодня сама не своя, — заметил в конце один из учеников.

— Нет-нет, просто немного не выспалась, — поджав губу, ответила я.

Да уж, надо срочно брать себя в руки — это никуда не годится!

К началу следующего занятия мне все же удалось собраться, и вышло оно куда лучше. А вот на обед я решила не ходить, чтобы не встретиться с Натаном, и снова не сбить весь свой настрой. Потому что после ночи в библиотеки он стал занимать все мои мысли, а каждая встреча с ним вызывала буквально взрыв эмоций, что было совсем для меня несвойственно.

Конечно, он хотел поговорить обо всем, да и я тоже желала до конца выяснить его отношение ко мне, но ведь мы вполне могли сделать это и за ужином, когда рабочий день подойдет к кону.

Поразмыслив, чем бы себя занять, я решила подготовиться к следующим лекциям, но едва очутилась в кабинете, как руки сами схватили знакомый фолиант, раскрыв страницу, на которой остановилась в прошлый раз. А начав читать, я уже не смогла оторваться.

«Связь истинной пары — это связь между душами, а не телами, но в первую очередь она выражается через физическое влечение. Едва встретившись и узнав друг друга, двое начинают чувствовать сперва взаимную симпатию, а после и безудержную страсть. Но распознать истинную с первого взгляда невозможно — поначалу связь слабая, похожая на обычную приязнь, и только с течением времени она начинает расти.

Если парой дракона стал человек, то вскоре в нем тоже начнет просыпаться магия, ведь именно огонь питает связь, как связь питает огонь, и это точный способ распознать истинную…».

Прикрыв глаза, я попыталась вспомнить, когда именно у меня стали получаться заклинания, и по всему выходило, что книга права. После близости с Натаном волшебство стало даваться мне куда лучше, но я считала, будто все дело в его наставлениях. Однако вполне могло случиться и так, что магия Элен ушла вместе с ее душой, и сейчас я пользовалась своей собственной силой, возникшей из-за связи.

А еще души… в этом книга тоже не врала, ведь Натан знал Элен достаточно долго, но по его же словам, влечение он начал испытывать только ко мне.

Жаль, что из всего этого не понять, что возникает сначала — взаимная симпатия, или истинная связь. В тексте об этом рассказывалось весьма туманно, словно автор и сам не знал, как оно есть на самом деле. Ведь в фэнтези, которое я читала, эта самая связь возникала едва ли не с первого взгляда, и сомнений в ней не оставалось. А тут как-то мутно и непонятно, но…

Пожалуй, так мне нравится даже больше. Ведь если связь растет только со временем, как обычные чувства, то это значит, что Натану понравилась я сама, а не какой-то там запах, или вроде того.

Вздохнув, я помотала головой, чтобы прогнать лишние мысли. Бросила взгляд на часы — до конца обеда и новой лекции еще оставалось достаточно времени — и продолжила чтение.

Следующие, прочитанные мною строки, повергли меня в полное смятение.

«Иногда, крайне редко, истинная связь действует лишь в одну сторону, но такое случается, если парой становятся два сильных дракона…»

Да, об этом упоминал Натан, говоря о Фионе.

«Поскольку огонь питает связь истинных, а связь питает огонь, то после близости чувства начинают усиливаться, как и способности к магии. Спустя некоторое время влечение истинных увеличивается не только от физического контакта, но и от волшебства. Чем чаще они используют свою магию — тем нестерпимей становится желание быть рядом.

Впрочем, едва пара придет к гармонии, как этот эффект ослабнет.

Так же, если истинная пара находится далеко друг от друга, то огонь в них угасает, и они лишаются способностей к магии и второй ипостаси. Это же происходит, если один из истинных погибает. Возможно от того со временем чистокровные драконы перестали искать свои пары, и сейчас кровь многих сильно разбавилась…»

Пока я сидела, пытаясь осмыслить прочитанное, в дверь постучали.

— Лена, ты меня избегаешь? — конечно же это был Натан.

Отвечать пока не хотелось — слишком многое я сейчас узнала, чтобы делать вид, будто ничего не случилось.

— Ладно, я принес тебе обед, оставлю под дверью, — спустя пять минут тишины, проговорил Блэквуд. — Надеюсь, вечером мы все же сможем поговорить, а пока воздержись от использования магии.

Я услышала, как он пошебуршал под дверью, а после ушел, все же оставив меня одну, и закрыв лицо ладонями, попыталась успокоить колотящееся сердце.

Батюшка Пушкин, да что же это такое?

Получается, Натан знал, что если мы переспим, то я уже не смогу сдерживаться?

Разумеется, знал — чистокровных драконов этому учат!

И все равно сделал это, а потом даже не предупредил о заклинаниях, и все это время я металась, ничего не понимая…

Ох, Лена, и что теперь тебе делать?

Мысли прыгали в голове, но были слишком сумбурными, чтобы я могла на них сосредоточиться. А еще, мне было страшно.

Страшно, что Натан хотел оставить меня лишь для того, чтобы не потерять свой огонь.

Страшно, что он был привязан ко мне только из-за этой дурацкой истинности.

Но самое главное, мне было страшно от своих собственных чувств. От неконтролируемого желания и глупой улыбки, которая вылезала сама собой, стоило только Блэквуду оказаться рядом. И от этого взрыва эмоций хотелось просто спрятаться. Вернуться в свой мир, к обыденности и рутине, чтобы только не чувствовать себя такой беззащитной.

Даже несмотря на то, что поступки Натана хоть как-то рассеивали первые два страха — ведь все же он скрывал от меня последствия, желая, чтобы я не чувствовала себя обязанной остаться. Да и, если верить книги, связь возникала скорее после симпатии, чем наоборот.

И все же…

Почему он сказал не пользоваться магией только сейчас? Зачем начал меня целовать тогда, в библиотеке?

Если бы только не было связи, если бы только после той, самой первой ночи, Натан не принял бы меня за Фиону, если бы только наши отношения развивались постепенно, а чувства к нему не грозили бы сжечь меня дотла… то я бы осталась. Не сомневаясь, я бы осталась рядом с Блэквудом, в этом мире. Преподавала бы в Даркминоре, была бы счастлива. Тихо, ровно и спокойно.

А это… это для меня слишком. Взрыв, пожар, буря. Катастрофа. Порой становилось спокойней, но иногда влечение к Натану казалось настолько сильным, что я буквально задыхалась от необходимости почувствовать его рядом. И пусть теперь я знала, что это вызвано применением магии, которая усиливала истинную связь, но чувств-то это не меняло.

А еще я боялась, что если мы сегодня поговорим, то я окончательно поплыву. Утрачу разум, бросившись в омут с головой. Потеряю контроль. А этого мне совсем не хотелось.

Я так и просидела в кабинете до следующий лекции, полная противоречий, и совсем не знающая, что делать.

За пятнадцать минут перед началом, все же заставила себя открыть дверь, быстро прожевать принесенные Натаном хлеб с мясом, чтобы не упасть от голода, и после этого отправилась обучать курсантов бытовой магии.

На лекции мне удалось собраться, а к ужину я уже четко знала, что стану делать.

Мне нужен был знак. Решить эту дилемму самостоятельно я оказалась не способна, ведь сердце и разум гнали меня в разные стороны. А значит, мне стоило убедить Натана воспользоваться изначальным планом. И если бы после всего меня бы вернуло в мой мир — что ж, значит, так тому и быть. Значит, все предыдущее оказалось лишь ошибкой, и я сейчас просто не на своем месте.

Ну а если бы я осталась… тогда бы попыталась отпустить контроль и отдаться чувствам, и тому водовороту страсти, который сейчас так пугал меня.

— Где ты пропадала весь день, Лена? — спросил Натан за ужином, когда я сама пришла к нему в кабинет, куда и принесли еду.

Дракон выглядел хмурым и дерганным, будто все это время никак не мог найти себе места и только сейчас немного успокоился.

— Читала про истинных, — ответила прямо.

Нам все же стоило обсудить произошедшее между нами, и скрывать сейчас было нечего. Если Блэквуду дорога я сама, а не последствия нашей связи, то он должен был понять меня. А если же Натан стал бы противиться, значит мое мнение не имеет для него никакого значения, и мне действительно нужно уходить.

Батюшка Пушкин, сколько «если»…

— Вот как, — вздохнул дракон. — И что ты решила?

— Я… я разрываюсь, Натан. А еще боюсь. И не понимаю, какая часть из этих чувств настоящая, а какая вызвана лишь связью…

Быть честной — так уж до конца.

— Они все настоящие, Лена, — Натан взял меня за руку. — Связь — это не ошейник, она не возникает между теми, кто друг другу не подходит, а просто ускоряет процесс. Сближает родственные души, чтобы они не сомневались в том, что предначертаны один другому.

— А я хочу сомневаться. Понимаешь, хочу! Мне не нужно, чтобы в омут с головой, раствориться и потерять себя. Я не такая. По крайней мере, не была такой. А теперь я чувствую себя, будто кукла безвольная — один твой поцелуй в библиотеке, и я не смогла устоять. Так скажи, зачем?

— Зачем? — не понял Натан.

— Зачем ты поцеловал меня тогда, если знал, что это усилит связь и мне будет труднее принять осознанный выбор? Кажется, при Дэйве ты говорил, будто не хочешь, чтобы я чувствовала себя обязанной, а сейчас у меня такое ощущение, что именно к этому ты и стремишься. Оставить меня в Даркминоре, чтобы не потерять огонь и магию.

— Зачем? Лена, как ты не понимаешь, что я чувствую все то же самое, что и ты. И что мне тоже невозможно удержаться. Что даже сейчас, глядя на тебя, мне безумно хочется прижать твое тело к своему, коснуться твоих губ… Это желание появилось с того момента, как ты попала сюда, но если неделю назад я еще был в силах противостоять ему, то сейчас… — Натан посмотрел на мои губы и отвернулся. — Говорят, со временем влечение утихает, но что-то верится в это с трудом. И да, я не рассказал тебе об истинных парах потому, что знаю, насколько ты ответственная и добрая. А я лишь хотел, чтобы ты была счастлива, неважно, в этом мире, или в своем родном.

— Тогда почему ты сразу не остановил меня? Почему молчал при мне, но пытался отговорить Дэйва…

— Потому что… ну как я мог просить тебя остаться, после того, как ужасно обращался с тобой, думая, что ты Элен? После того, как угрожал тебе, думая, что ты Фиона? Разве я мог просить о подобном, когда после ночи любви сам же и оттолкнул тебя, не захотев выслушать? — горько произнес Натан. — Что же касается Дэйва… я ведь уже говорил, что хотел дать тебе именно свободу выбора, а не полагаться на случайность.

— Говорил. А еще вчера ты говорил мне совсем другое, и просил меня остаться. Твои слова постоянно меняются, Натан, и я уже не понимаю, в какие из них мне стоит верить.

— Просто я пытаюсь поступать правильно, но получается скверно, — криво усмехнулся Натан. — Я не хочу тебя отпускать, но отпущу, если придется.

Повисла неловкая тишина, сопровождаемая лишь негромким перестуком — волнуясь, Натан барабанил пальцами по столешнице.

Мы наконец-то смогли поговорить по-человечески, и такое определенно радовало, но чувств моих не меняло. Если бы Натан только объяснил все это прежде, если бы сразу рассказал правду, или предупредил, к чему мне стоит готовиться, то возможно сейчас все вышло бы иначе.

Но Натан поступил так, как поступил, а я по-прежнему боялась всего происходящего со мной — настолько это было для меня несвойственным. И потому не могла принять решение самостоятельно, или позволить Натану сделать это вместо меня.

— Знаешь, пытаясь дать мне право выбора, ты на самом деле лишал меня его, — вздохнула я, когда молчание затянулось.

— Почему Лена? — удивился Натан, вполне искренне.

— Потому что чем дольше я остаюсь здесь, тем меньше шансов, что смогу уйти.

— Тогда не уходи.

— Да как ты не понимаешь, я боюсь! — воскликнула, потеряв терпение.

— Меня? — опустил голову Блэквуд.

— Себя и своих чувств, и того, что через год магия развеется, а мне уже будет некуда идти. Или наоборот, что я еще буду любить тебя, а ты меня нет, и мне придется мучиться… отпусти меня, Натан. Давай согласимся на первоначальный план, — попросила тихо.

— Поменяться телами с Глэнсдейлом? — поджал губу Блэквуд.

— Да. Если я останусь, то растворюсь в тебе и потеряю контроль над своей жизнью. Если я вернусь, то возможно, это будет моей самой большой ошибкой…

— Твоя просьба такая жестокая, Лена, — вздохнул Натан, прикрыв глаза.

— Потому что ты хочешь решить все сам?

— Потому что в прошлый раз, когда я выбрал Фиону, погиб мой отец. И я до сих пор чувствую себя виноватым за это, но все равно хочу выбрать тебя, пусть и понимаю, что это усложнит жизнь моему брату, последнему, родному мне человеку. А то, что ты готова помочь Дэйву куда больше, чем готов я… это и вовсе меня убивает.

— Я уже говорила, что ты не виноват в том, что случилось с твоим отцом. И уверена, что ты способен отдать за брата жизнь, но… если ты меня любишь, то должен отпустить.

Я и сама понимала, что говорю сейчас банальщину и глупости, ведь довериться случайности — это и значило потерять контроль. Но я не могла решить все сама, хотя и не понимала, зачем продолжаю спорить, настаивая на своем.

Батюшка Пушкин, и почему я не способна просто поддаться чувствам, как все нормальные женщины? Натан ведь уже сказал мне все, что я хотела услышать, так чего мне еще надо? Зачем я упрямлюсь? Он красивый, мне хорошо рядом с ним. Зачем я мучаю себя?

Мне же нравится этот мир! А я выдумала себе сто отговорок, лишь бы не брать ответственность за свое собственное счастье!

Натан еще ничего не ответил, а я уже раскрыла рот, чтобы передумать, но в этот момент от письменного стола раздался визгливый звук.

— Артефакт связи, — пояснил Натан. — Но мы еще не договорили, и я…

— Ответь, вдруг это важно, — прикусив губу, попросила я.

Да уж, иногда у меня складывалось такое чувство, что в этом мире все против нас. Потому что, чем еще это может быть, если не знаком?

— Нат, ты узнал? — на втором кристалле был Дэйв, и голос король имел очень встревоженный.

— Что-то случилось? — тут же напрягся Блэквуд.

— У нас почти не осталось времени, — быстро заговорил Дэйв. — И если ты узнал, то нам нужно либо начинать действовать, либо составить новый план, потому что иначе Лерой скоро узнает о Лене.

Натан растеряно замолчал, переводя взгляд с меня на кристалл и обратно. Кажется, сейчас он действительно разрывался — ему по-прежнему хотелось уговорить меня остаться и подумать, а еще хотелось помочь брату, чтобы не повторилась история с отцом.

Ладно, Лена, ты знаешь, что делать.

— План остается прежним, — скрепя сердце, выдала я. — Если время поджимает, то у нас нет возможностей искать другой выход.

— Тогда завтра я прибуду в Даркминор, и мы обсудим детали, — коротко ответил Дэйв, отключившись.

Некоторое время мы с Натаном молчали, глядя друг на друга. Блэквуд стискивал кристалл связи и хмурился. Вид у него был печальный, однако после нашего разговора (короткого, но откровенного), я вдруг предельно ясно осознала, что творится в душе у этого дракона.

В конце концов, дело было ведь не только во мне, но в чувстве вины Натана, и его желании оставить меня в этом мире, но таким образом подвести брата.

Да уж, кажется мы оба умели усложнять себе жизнь — мое лицо сейчас едва ли было веселее лица Блэквуда.

Впрочем, отказаться от своего обещания я тоже не могла. Кто знает, что там на самом деле задумал Лерой, и скольких это коснется? Надо остановить его как можно скорее, пока никто не пострадал. Пока Натан не пострадал.

— Как думаешь, что произошло? — спросила я, первой не выдержав тишины.

— Без понятия, — пожал плечами Натан. — Но раз нужно действовать быстро, то я надеюсь, что все это будет не напрасно… ты правда этого хочешь? Чтобы я отпустил тебя?

— Знаешь, если наша встреча произошла не случайно, то я обязательно должна вернуться обратно, сюда, — проговорила в ответ, сделав шаг к дракону.

Да, мне было страшно, и я думала, что боюсь потерять контроль. И только сейчас, когда решение оказалось принятым, а Натан стоял рядом, такой печальный и беспомощный, до меня вдруг окончательно дошло.

Я всегда боялась стать счастливой.

На земле у меня не было этого. Нет, я испытывала радость от работы и находила умиротворение в повседневности, но счастлива по-настоящему никогда не была. Наверно потому, что всегда боялась разочарований, а это неизбежный риск, если хочешь стать счастливой.

Я не позволяла себе влюбляться, и даже в мужья выбрала того, с кем бы точно не смогла этого сделать. Еще в молодости, когда за мной начинали ухаживать, я закрывалась, стоило только появиться намеку на серьезность.

И вот теперь, когда у меня был шанс стать по-настоящему счастливой… когда меня буквально привязали к подходящему мужчине, и он просто не мог не полюбить меня в ответ, я снова решила убежать.

Но все же, я не позволю страху испортить последние дни рядом с Натаном. Пусть их будет немного, пусть мне потом придется страдать… но лучше я буду счастливой хотя бы это короткое время.

Потому что, если меня вернет в мой мир — я все равно буду страдать. А если я не сделаю этого — то к страданиям прибавятся и сожаления об упущенных возможностях.

— А если ты не вернешься? — спросил Натан, глядя мне в глаза.

Вместо ответа я поцеловала его. Поцеловала, отбросив страх, все свои надуманные страдания и сомнения. И впервые в жизни была счастлива.

Натан тут же ответил мне — его руки скользнули на мою талию, а поцелуй наполнился страстью.

Позабыв обо всем, мы отдались переполнявшим нас чувствам. Бумаги со стола полетели на пол, как и тарелки с остатками ужина, но это никого уже не заботило.

Эту ночь мы провели вместе.

Оставив в кабинете беспорядок мы, держась за руки и тихо хихикая, добежали до спальни Натана, где продолжили начатое.

Подхватив на руки, будто невесту, Натан аккуратно уложил меня на кровать, продолжая осыпать поцелуями. И как же приятно было отдаваться его ласкам, не сожалея при этом о собственной слабохарактерности, или не мучаясь вопросами о том, что будет с нами дальше.

Этой ночью остальной мир перестал существовать, оставив лишь губы Натана, его крепкие руки и горячее дыхание, обжигавшее кожу.

— Я вернусь, — прошептала уже перед рассветом, прежде чем уснуть в его объятиях. — Обязательно должна вернуться.

Дэйв, как и обещал, прилетел в Даркминор рано утром, на рассвете, так что мы даже не успели его встретить. Впрочем, король и не ожидал почестей. Скорее, в этой ситуации они были излишними, ведь Его Величество прибыл с неофициальным визитом.

Проснулась я от стука в дверь. Несмотря на бессонную ночь, сознание было ясным, а голова чистой. В теле бурлила энергия, будто отдыхала целые сутки, а не пару часов.

Натан поднялся первым, накинул на себя халат и пошел открывать.

— Доброе утро, Нат, — донесся голос Дэйва из маленькой гостиной, что граничила со спальней. — Ну как? Ты узнал? Она точно твоя истинная? Потому что у нас больше не осталось времени на раздумья. Нужно поставить Фолдов на место как можно скорее.

— Что случилось, Дэйв? — хмуро уточнил Натан. — Я думал, что до свадьбы Фолды должны сидеть тихо…

— Дело не в Фолдах. Пошли кого-нибудь за Леной, это касается и ее тоже…

— Не надо никого посылать, — ответила я, появляясь на пороге уже полностью одетая. — Что случилось, Ваше Величество?

Дэйв посмотрел на меня, на Натана и тихо хмыкнул, а мое лицо все равно залилось румянцем, хотя и пыталась убедить себя, что смущаться мне нечего, ведь я взрослая женщина, и формально Блэквуд мой жених.

— Кхм… твоя матушка случилась, — наконец покачал головой Дэйв, усаживаясь в кресло. — Точнее, не твоя, а Элен Роуз.

— Барбара? — вскинул брови Натан. — При чем тут она?

— Вчера днем она была у меня на аудиенции, — поджал губы король. — Сказала, что мы украли ее девочку, а вместо нее засунули в тело какую-то хамку. И что она пойдет к Гленсдэйлам, и расскажет правду о том старом деле, если только мы не вернем Элен обратно, и не устроим свадьбу, вместе со всем обещанным, в кратчайшие сроки.

— Проклятье! — ругнулся Натан и пояснил брату: — Она навещала нас не так давно, еще даже до того, как я узнал, что в теле Элен сейчас Лена. А потом я и думать про нее забыл…

— А вот она не забыла, — вздохнул Дэйв. — И мне не нравится ее настрой. Барбара Роуз склочная и противная женщина, а упрямства ей не занимать. Если она доберется до Гленсдэйлов прежде, чем мы докажем намерение Лероя совершить покушение, то все обернется очень скверно…

— Не совсем понимаю, почему, — всплеснула руками я. — В смысле, слова Элен было недостаточно, чтобы обвинить Фолдов в измене, а слова Барбары хватит, чтобы свергнуть законного короля?

— Все не так просто, Элен, — тряхнул волосами Дэйв. — Та история, которую имела в виду Барбара…

Он замялся, бросив быстрый взгляд на Натана.

— Я уже рассказал ей, — кивнул тот.

— Что ж, хорошо. Тогда ведь все обошлось лишь из-за того, что семья Роуз помогла моему брату, — продолжил Блэквуд-старший. — А если Барбара пойдет и расскажет все, как было, то это вызовет много вопросов. Нет, у меня не смогут отобрать трон и отдать его Фолдам, для такого уже слишком поздно. Но Натана исключат из очереди на престол, а Лерой узнает, что Элен ему больше не союзница, и придумает другой план. И не факт, что в этот раз я успею его разгадать. Именно поэтому нам надо действовать быстро, пока Барбара не стала распускать сплетни, и информация не дошла до ушей Лероя и Фионы… надеюсь, еще не дошла.

— И где сейчас Барбара? — уточнил Натан.

— У меня во дворце. Я расположил ее в гостевых покоях и велел страже никуда не выпускать, до особых распоряжений… не знаю, насколько хватит ее терпения.

— О, с учетом того, что я видел не так давно, терпения у Барбары нет вовсе, — нервно хохотнул Натан. — Хотя, пожалуй, ее вполне можно подкупить.

— Эта пиранья не так глупа, чтобы повестись на быстрые блага, — процедил Дэйв, посмотрел на меня, и тут же исправился: — Прости, Лена, это все же… ммм…

— Она не моя мать, и она действительно ужасный человек, — покачала головой я, вспомнив противный голосок Барбары и ее оскорбления. — Что ж, тогда чего мы ждем? Если времени нет, то нужно скорее связаться с Гленсдэйлами и воспользоваться первоначальным планом.

— Переселить в твое тело главу Дома Золотых драконов? — уточнил Дэйв. — Но ведь разве…

И он посмотрел на своего брата.

Натан вздохнул, прикрыл глаза, стиснул кулаки. Наверно, ему хотелось послать короля куда подальше, или суматошно начать искать другой выход. Но наш вчерашний разговор, а еще его чувство вины за смерть отца сделали свое дело. Тем более, он уже обещал мне, что согласится.

И поэтому Натан выдохнул, не глядя ни на кого, кроме меня:

— Если Лена действительно так решила, то я не стану ее останавливать.

И добавил, уже тихо, на грани слышимости: — Но если ты не вернешься, то я сделаю все, чтобы вернуть тебя самому.

Видно было, что Дэйв колеблется. На одной чаше весов стояла судьба его брата, а на другой — его собственное будущее и будущее целого государства. В итоге, последнее все же перевесило, хотя, судя по лицу, далось ему это нелегко.

— Хорошо, — коротко проговорил король, хлопнув в ладоши. — Тогда я отправлюсь к Гленсдэйлам прямо сейчас и приглашу их в Даркминор, а после вернусь во дворец и прослежу, чтобы Барбара не наделала глупостей. Свяжусь с вами через артефакт, немного позже. Только, Лена, скажи честно, ты бы осталась в Тедраксе, если бы не вся эта ситуация?

— Думаю, да, — кивнула я, стиснув ладонь Натана. — Но мне кажется, я и так останусь здесь.

— Хорошо, — кивнул Дэйв. — Очень на это надеюсь. Тогда ждите прилета Гленсдэйла и введите его в курс дела. Скоро увидимся.

Король поднялся, пожал руку Натану, поцеловал мое запястье и ушел. Мы вышли следом, чтобы проводить его.

Разговор оказался таким коротким, что даже занятия начаться не успели, поэтому визит Дэйва остался в тайне.

— О чем ты думаешь, Лена? — спросил Натан, когда его брат улетел, и мы возвращались обратно в академию.

— О том, что Фолды те еще мерзавцы. А еще, что все происходит слишком быстро, — честно ответила я.

— Жаль, — вздохнул Блэквуд. — Жаль, что нельзя отмотать время вспять. Тогда бы я все сделал правильно…

— Это бы ничего не изменило. Твой брат не перестал бы нуждаться в моей помощи, а Лерой не отказался бы от своих коварных планов, — пожала плечами я, хотя в моем голосе сквозила грусть.

И почему только я так долго противилась чувствам? Ведь теперь у нас так мало времени…

— И ты бы так же вызвалась всем помочь, — печально улыбнулся Натан. — Лена, я рад, что сумел с тобой познакомиться. Ты такая добрая, умная, сильная… ты просто невероятная!

— Не говори так, будто меня здесь уже нет. Я ведь сказала, что вернусь. Должна вернуться.

— Буду в это верить, — Натан остановился, прижал меня к себе и прошептал в самое ухо: — Потому что без тебя я лишусь не только магии, но и смысла жизни.

В этот момент мне безумно захотелось поцеловать его, но мы уже подходили к аудиториям, возле которых толпились студенты, и пришлось сдержаться.

Дальше все завертелось безумно быстро.

Лекции шли своим чередом, так что я старалась не вспоминать о Натане и скором задании, чтобы не отвлекаться. А уже к ужину на воротах Даркминора зазвонил колокол, оповещая о прибытии гостя.

Гостем этим оказался глава Дома Золотых драконов — Гораций Гленсдэйл. Когда мы с Блэквудом вышли встречать его, он уже обратился в человека, оказавшись пожилым мужчиной, лет семидесяти на вид. У него было худое лицо, острый подбородок, впалые щеки и седые волосы, забранные в низкий хвост. Гораций имел строгий вид, сухощавое телосложение и был высоким, так что издалека смахивал на швабру в камзоле.

Одну руку он держал за спиной, второй сжимал длинную трость с золотым набалдашником, а подбородок задирал наверх, отчего казался еще выше.

— Мистер Блэквуд. Мисс Роуз, — раскланялся Гораций, увидев нас.

Движения его были скупыми, как и слова, которые он говорил быстро и коротко, будто боялся, что выдаст лишнего.

— Мистер Гленсдэйл, рад видеть вас, — раскланялся в ответ Натан, а я присела в неловком книксене.

— Перейдем к делу. Его Высочество настоятельно просил прибыть меня в Даркминор. И теперь мне интересно, зачем я здесь. И к чему была нужна такая спешка, — сухо уронил Гораций.

— Сейчас мы все расскажем, — кивнул Натан. — Но сперва, позвольте представить. Лена Розина, человек из другого мира, которая попала в тело моей невесты после того, как Фолды попытались проникнуть в Даркминор.

— Что ж, рад познакомиться, — Гораций обжег меня острым взглядом, но удивления не выказал и больше ничего не сказал.

Сразу от ворот мы втроем направились в кабинет Блэквуда, а по пути Натан завел свой рассказ, начиная с того момента, как я попала в этот мир.

Затем нам пришлось ненадолго прерваться — принесли ужин для мистера Гленсдэйла — а после Натан снова продолжил.

Говорили мы долго, почти до самой полуночи. Точнее, говорил в основном один только Натан, а я же просто кивала, удивляясь тому, как складно у него получается излагать свои мысли.

Гораций слушал внимательно, поджав губы и почесывая свой идеально-гладкий подбородок. По его лицу было совсем непонятно, что он обо всем этом думает.

— Для таких серьезных обвинений у вас должны быть веские доказательства, — тяжело уронил он, когда Натан закончил. — В дневнике нет никакой конкретики. Сама Элен сейчас неизвестно где. А эта девушка… простите, мисс Розина. В нашем мире ваше слово не имеет никакого влияния. В любом случае, Гленсдэйлам нужно больше, чтобы вмешаться.

Это был ожидаемый ответ — именно о таком меня предупреждали Дэйв и Натан, и именно к такому мы готовились, придумывая этот план с обменом душ.

Но все равно, он меня немного возмутил. Впрочем, не настолько, чтобы начать спорить, или вроде того. Нет, весь разговор я скромно сидела в углу, да и сейчас не собиралась вмешиваться. А вот если бы он отказался помогать нам дальше…

— Дом Блэквудов это понимает, — спокойно кивнул Натан. — Но мы абсолютно уверенны в том, что Фолды готовят покушение. Оно бы уже случилось руками Элен, если бы только Даркминор не был столь хорошо защищен, и если бы только сюда не попала Лена. И именно поэтому мы хотим, чтоб Гленсдэйлы убедились в этом лично, а после не препятствовали бы правосудию, встав на нашу сторону.

— И как вы планируете это провернуть? — вскинул седые брови Гораций. — Если Фолды действительно виноваты, то думаете, они сознаются передо мной? Вот так просто? Вы ведь говорили, что все это время они действовали через Элен. Если Элен, или даже Лена, попытается прямо на моих глазах убить Его Величество, то я ее остановлю. Но это не будет значить, что за покушением стоит кто-то из Фолдов.

— Да, мы тоже думали об этом, и кое что придумали, — сказал Натан с сосредоточенным видом. — Лерой Фолд считает, будто в теле Элен сейчас находится сама Элен. Он уже приходил в ее сон и не заметил подмены, и придет снова, совсем скоро. Если бы вы на короткое время заняли тело Элен, то смогли бы сами во всем убедиться, а может и расспросить его…

Блэквуд неопределенно махнул рукой, и в кабинете повисла тишина. Пару минут Гораций молчал, продолжая почесывать свой подбородок.

— Кажется, еще совсем недавно Лерой Фолд убеждал меня в том, что вы, мистер Блэквуд, собираетесь похитить семейную реликвию Дома Красных Драконов, — наконец непривычно длинно и как-то презрительно проговорил Гленсдэйл. — И что он совершенно точно убежден в этом, а я смогу увидеть все своими глазами. Вы и сами знаете, что вышло. Я прилетел сюда, потому что мне велел Его Величество, но если у вас нет никаких неоспоримых доказательств, то я больше не стану тратить свое и ваше время. Надеюсь, у вас найдется свободная спальня, а на рассвете я выдвинусь обратно.

И он поднялся из кресла, показывая, что разговор закончен.

И что же это? Дэйв говорил, будто глава Дома Золотых Драконов справедлив, но я не увидела никакой справедливости, один только шовинизм. Уверена, что он отказался из-за необходимости залезть в тело женщины, а не из-за чего-то еще.

— То есть вы говорите, чтобы мы приходили, когда всех Блэквудов убьют, и Лерой Фолд сядет на трон? — не выдержав, воскликнула я, впервые открыв рот за весь этот вечер.

— Я предлагаю вам найти что-то посерьезней, чем писульки какой-то девицы из мелкого Дома, даже не имеющей второй ипостаси, — сквозь зубы процедил Гораций, обернувшись ко мне.

Значит, не только шовинист, но и борец за чистоту крови. Батюшка Пушкин, и почему остальные его так уважают?

— Его Величество говорил, что Дом Золотых драконов известен своим чувством справедливости и хранит мир в Тедраксе, но сейчас мне в это что-то не особо верится, — горько усмехнувшись, покачала головой я.

— Лена, оставь, — Натан придержал меня за плечо и кивнул Горацию. — Что ж, мистер Гленсдэйл, я передам ваши слова брату. Но правда на нашей стороне.

— Правда? Вы, Фолды и Блэквуды, вечно устраиваете игры в войну, а Гленсдэйлам приходится вас мирить, иначе весь Тедракс давно бы ушел под землю.

— Что же тогда вы сами не заняли трон?

— Чтобы два Дома пошли на нас? Гленсдэйлам не нужна власть. Нам нужен покой. Война — это всегда потери. Всех благ, всех ресурсов. Мы не любим потери. Мы просто хотим добывать руду! — распалился Гораций.

— Вы не хранитель мира, вы обычный торгаш, — тихо уронила я, отворачиваясь.

Мне не слишком хотелось рисковать своей судьбой, ведь что бы я там ни говорила, всегда оставался шанс вновь обменяться с Элен телами, а это значило бы никогда не увидеть Натана. Но еще больше мне не хотелось подвергать жизни Блэквудов опасности и каждый день ожидать удара в спину.

Однако сейчас я ничего не могла сделать. Никто не мог, кроме Горация, но он не хотел.

— Что ты сказала? Торгаш? — окончательно взбеленился дракон.

Лицо его покраснело, от былого лоска и идеальной вежливости не осталось и следа.

— Успокойтесь, мистер Гленсдэйл, — холодно процедил Натан, выступив чуть вперед, чтобы заслонить меня собой. — Как я уже сказал, мы поняли вашу точку зрения, и найдем иной путь доказать причастность Фолдов. Но не забывайте, что Его Величество вправе повысить налоги на торговлю, в том числе и рудой. Блэквуды всегда уважали Дом Золотых Драконов за их беспристрастность в решении конфликтов, поэтому давали вам всяческие преференции. Но это была благодарность, а не закономерность.

— Вы сейчас говорите от имени короля? — вскинул брови Гораций, снова взяв себя в руки. — И кстати, почему Его Величество не явился сюда лично? Раз уж именно он позвал меня.

В его глазах так и проносились циферки упущенной выгоды.

Я тоже уже успокоилась, наблюдая и осмысливая происходящее. Говорят, у королей много власти, но это не так. Король, по крайней мере в Тедраксе, являлся не только властью, но и гарантом. Он не мог уничтожить целый Дом, не вызвав при этом гнева других Домов. Он не мог развязать войну против Фолдов так, чтобы Гленсдэйлы остались в стороне, позволив ему это сделать. И еще он не мог кинуть Лероя в тюрьму без неоспоримых доказательств. Зато убрать льготы для конкретного Дома… да, это он мог. И, видимо, это оказалось самым действенным методом.

— Его Величество занят другими важными делами, но будьте уверены, у меня есть полномочия решить этот вопрос. И раз вы отказываетесь приложить усилия, когда дело касается возможного заговора…

— Вы мне угрожаете, мистер Блэквуд? — цокнул языком Гораций.

— Ни в коем разе, мистер Гленсдэйл, — покачал головой Натан. — Я лишь говорю о том, что будет дальше. Ведь нам придется искать доказательства, а для этого потребуются ресурсы. Уверен, вы прекрасно все понимаете.

Впервые я видела его таким. Не хмурым ректором военной академии. Не взбесившимся женихом, уставшим от выходок своей невесты. Не ласковым мужчиной, с пылающими от страсти глазами, а политиком. Признаться, не ожидала, что в Натане есть это — он казался мне суровым и прямым, неспособным идти на компромисс. Но выходило, что не только Дэйва готовили к трону, и сейчас это было особенно заметно.

Около минуты Гораций размышлял, постукивая об пол наконечником своей трости, но в итоге выдал:

— Хорошо, я согласен. Я принимаю ваш план. И я попробую поговорить с Лероем Фолдом, будучи в теле этой мисс. Но если все ваши предположения окажутся пшиком, то знайте. Дом Гленсдэйлов этого не забудет.

Он сел обратно в кресло, потер виски длинными тонкими пальцами и стало видно, что глава Дома Золотых драконов очень устал. В кое-чем он все-таки не соврал — Гораций, будучи куда старше и Дэйва и Лероя, и возможно, их отцов, действительно устал от этой подковерной войны за власть, заговоров и интриг. И в этом я его понимала.

— Будьте уверены, мы это осознаем, — кивнул Натан. — Время позднее, остальное обсудим завтра. Идемте, я покажу вам вашу спальню. Лена, подождешь меня здесь?

— Разумеется. До завтра, мистер Гленсдэйл, — я снова присела в неуклюжем реверансе.

Гораций кивнул, и опираясь на трость, первым двинулся к выходу.

Проводив мужчин взглядом, я удобно устроилась в кресле, приготовившись ждать Натана. Буквально спустя пару секунд глаза мои стали слипаться — сказалась предыдущая бессонная ночь и весь стресс от недавнего разговора — и не в силах бороться с собой я уснула.

Чтобы тут же очутиться в знакомом кабинете. Лерой Фолд.

Но почему так рано? Кажется, он обещал связаться со мной лишь через неделю.

— Здравствуй, Элен, — хищно улыбнувшись, произнес красноволосый дракон.

Сейчас мы находились все в том же кабинете. Я стояла посредине, отчего-то наряженная лишь в длинную белую сорочку, босыми ступнями ощущая мягкий теплый ковер. Фолд тоже стоял, в паре шагов от меня, облокотившись руками о стол. В его левом ухе блестела серьга, а красные волосы подчеркивали смуглость кожи.

Так, Лена, соберись. Нельзя провалиться, когда до развязки осталось всего пара дней.

— Привет, Лерой, — проговорила я, надув губки. — Надеюсь, ты пришел, чтобы сказать мне что-то хорошее. Я так больше не могу, я устала ждать. Этот старикан постоянно меня поучает и не дает даже шагу ступить свободно.

— Прости, дорогая, но скорее не получится, — покачал головой Фолд. — Я пришел лишь убедиться, что с тобой все в порядке. В прошлый раз ты показалась мне сама не своя.

Конечно, потому что в прошлый раз я удивилась и не сразу сообразила, как себя вести. Благо теперь эта встреча не стала для меня такой уж большой неожиданностью, и оставалось лишь надеяться, что во мне найдется достаточно актерского мастерства, чтобы Лерой мне поверил.

Итак, что бы на моем месте сделала настоящая Элен Роуз?

— Конечно, сама не своя, — недовольно произнесла я. — Мне хочется, чтобы все это поскорее закончилось! Я так давно не была на балу, Лерой! Да я нормальных людей, кажется, уже год не видела, только этих чурбанов-военных!

— Чурбанов-военных? — вскинул брови Фолд. — Мне казалось, тебе нравится внимание молодых мужчин…

Точно, Элен же вроде флиртовала со своими студентами. Ошибка.

— Мне нравишься только ты, Лерой. И меня уже тошнит от Даркминора, — с долей истерики заявила я.

— Вот как… — дракон сделал шаг ко мне, так что теперь мы стояли совсем близко, глядя друг другу в глаза. — А как поживает твоя матушка?

Матушка? Неужели до него дошли слухи о Барбаре? Батюшка Пушкин, если он подозревает, то все пропало… и что же мне теперь делать?

Впрочем, решение пришло внезапно и крайне вовремя.

— Ну, ты же ее знаешь, она жаждет поскорее устроить свадьбу. Даже к королю заявилась. Не знаю, чего она там ему наговорила, но она писала мне, будто все устроила, и Натан теперь перестанет оттягивать женитьбу, — выпалила, глядя прямо в глаза Фолду.

— Вот как? Тогда почему ты сразу об этом не рассказала, а спрашивала у меня о сроках? — выгнул брови Лерой.

— Потому что старикашка мне про новую дату пока не сообщал! Лерой, ты что, передумал? Ты больше не хочешь быть со мной? Не хочешь меня ждать? — я поджала губу и попыталась выдавить из себя слезы.

Бездомные щеночки, нужно думать о бездомных щеночках. Или о последнем сочинении Антошки. Или о том, что я могу покинуть этот мир и больше никогда сюда не вернуться.

Может от того, что мы были во сне, а может еще от чего, но у меня получилось — по щекам покатились слезы.

— Не говори так, Элен, — Лерой раздраженно мотнул головой. — Конечно, я никогда тебя не брошу.

Судя по тому, как расслабились его плечи, а взгляд перестал прожигать насквозь, у меня получилось его обмануть!

— Я соскучилась, — выдохнула, капризно скривившись. — Я хочу поцеловать тебя по-настоящему.

— Я тоже хочу, но пока это невозможно, — терпеливо ответил Лерой, хотя чувствовалось, что градус недовольства в нем растет.

— Возможно, — возразила я, решив идти до конца. — Через два дня Натан отбывает в столицу, к королю. Думаю, он будет занят, и у меня получится сбежать…

— К королю? Он возьмет тебя с собой?

— Не хотел, но я устроила скандал, и теперь он обещал.

— Хм… — лицо Лероя стало жестоким. — Конечно я увижусь с тобой, милая Элен. И может, у нас получится ускорить процесс, и освободить тебя немного раньше…

Было видно, что близость цели заставила позабыть Фолда о недавней тени сомнений и окончательно увлечься новым планом.

Прекрасно, Лена, молодец. Только что ты обманула дракона и избавила братьев-Блэквудов от опасности. Теперь оставалось только надеяться, что Гораций не передумает, а после перехода меня вновь вернет в тело Элен.

Лерой исчез, его кабинет растворился, но продолжить сон мне не удалось — я почувствовала, как меня трогают за плечо.

— Лена, с тобой все в порядке? — встревоженно проговорил Натан возле самого моего уха.

— Да-да, а что такое? — ответила, распахнув глаза.

Я по-прежнему находилась в кабинете, только теперь уже Блэквуда, а не Фолда. Рядом стоял обеспокоенный Натан — видимо он только что проводил Горация, а сейчас вернулся.

— Ты плакала, — Блэквуд осторожно вытер слезинки с моей щеки. — И поэтому я решил разбудить тебя. Кошмар приснился?

— Можно сказать и так, — я вздохнула, припомнив противную рожу Лероя.

— Что-то случилось? — тут же насторожился Блэквуд, словно уловив мое настроение.

— Лерой Фолд случился. Он снова приходил в мой сон.

— Почему так рано? — Натан нахмурился.

— До него уже дошли слухи про Барбару, но кажется, мне удалось убедить его, что все в порядке. Через два дня я должна встретиться с ним в столице. Думаю, тогда же он предложит мне попробовать убить Его Величество.

— Это отличный шанс, чтобы поместить в твое тело Гленсдэйла и покончить со всеми Фолдами, — печально вздохнул Натан.

— Ты расстроился?

Глупый вопрос. Я тоже была расстроена, ведь что бы там не обещала, но всегда оставался шанс, что мы с Блэквудом больше не увидимся.

— Два дня это слишком мало, — качнул головой Натан.

— Тогда давай не станем тратить их понапрасну.

Следующие двое суток мы действительно почти не спали, стараясь провести друг с другом как можно больше времени, будто наверстывая все те дни недоговоренностей и отстраненности.

Однажды согласившись, Гораций Гленсдэйл больше не спорил, лишь хмурясь и поджимая губы. Выслушав наш рассказ о том, что встреча с Фолдом произойдет уже на этой неделе, он кивнул, откланялся и улетел в столицу.

Мы пока остались в Даркминоре, днем занимаясь обучением курсантов, а вечерами сгорая в объятиях друг друга. И да, Натан не соврал — после того, как я признала свои чувства, мне стало гораздо проще себя контролировать. Нет, стоило почувствовать касания губ Блэквуда, и мысли улетучивались, оставляя вместо себя лишь желание быть к нему ближе. Но в остальное время я перестала напоминать мартовскую кошку, а разум снова вернул себе способность мыслить здраво.

И еще магия — теперь все заклинания давались мне легко, а пламя будто стало жарче. Один раз, наполнив ванну, я даже едва не обожглась, с непривычки.

Впрочем, все хорошее заканчивается, и эти пару дней пронеслись куда быстрее, чем все предыдущие недели.

Натан разбудил меня рано утром.

— Лена, — проговорил он, нежно погладив меня по щеке. — Пора.

— Как же скоро, — покачала головой я. — Но с другой стороны, хорошо, что уже сегодня все решится, и Фолды получат по заслугам.

— Я бы предпочел подождать еще, — поджал губу Блэквуд. — Оденься потеплее, чтобы не замерзнуть.

— А как мы доберемся до столицы?

— По воздуху.

Это заявление немного сгладило грусть. Если я все же не вернусь в тело Элен, то хотя бы на драконе покататься успею (на спине, а не в его когтях), и мне будет что вспоминать. Впрочем, мне и без того есть, что вспоминать. И вообще, выше нос, Лена, ты остаешься в Тедраксе.

Сборы много времени не заняли. Вещей я с собой никаких не брала — Натан сказал, что во дворце у меня есть одежда — и мне оставалось лишь надеть теплое шерстяное платье, повязать на голову такой же платок. Поверх всего этого я накинула шубку, а ноги засунула в высокие сапожки.

Затем мы с Натаном вышли к воротам Даркминора, и Блэквуд стал обращаться.

Спустя пару секунд передо мной уже стоял огромный черный дракон. Зверь выглядел внушительно, но не пугал меня, ведь в его глазах я видела взгляд Натана.

Переступив с лапы на лапу, дракон опустился вниз, подставил шею и крыло, так что вскоре я уселась на него сверху, устроившись между двумя спинными наростами. Убедившись, что я держусь крепко, Натан поднялся, сделал небольшой разбег, тяжело взмахнул крыльями, и вот мы оказались в воздухе.

Я оглянулась, провожая взглядом Даркминор. Отсюда он выглядел черной, мрачной громадой, непонятным образом затесавшейся между скал и таким же непонятным образом сумевший стать родным.

Полет до столицы прошел в смешанных чувствах — с одной стороны, даже несмотря на шубу, мне было довольно прохладно. Но с другой… сидеть верхом на огромной ящерице и понимать, что ты находишься высоко над землей — это оказалось потрясающим чувством, пусть и немного страшным.

Впрочем, к концу полета восторг поутих — ноги затекли, а пальцы, которыми я держалась за гребень, по прибытии грозили так и остаться на нем.

— Эстерон, — выдохнул Натан, когда я уже думала, что мы никогда не доберемся до места.

Чуть свесившись, поглядела вниз, однако сперва ничего не увидела, кроме густого леса, да высоких гор где-то вдалеке. Натан снизился, замедлив полет, и лес закончился, а после показалось просторное поле, на другом конце которого белела высокая городская стена.

Эстерон был куда больше, чем я предполагала — тут бы уместилась сотня Даркминоров. Не останавливаясь, мы пролетели над стеной — стражники внизу никак не попытались нам препятствовать. Впрочем, даже если бы и попытались, то не смогли бы — отсюда они казались совсем маленькими.

Сразу за воротами начинались дома, вполне обычные, невысокие и деревянные. Натан летел дальше, а строения становились все выше и красивее, пока, наконец, на горизонте не появился дворец.

Как и Даркминор, он был сложен из темного камня, но не казался громоздким, или мрачным, а скорее строгим и немного суровым, в готическом стиле. Гладкие стены слегка отражали солнечный свет, играя бликами. Острые шпили стремились в небо, на ветру развевался флаг — белые меч и щит на черном фоне.

К этому времени я успела не только согреться, но и пропотеть — Даркминор находился гораздо севернее, к тому же стоял в горах, а здесь царило настоящее лето.

Натан плавно опустился на специальную площадку возле дворца, дождался, пока я слезу и снова стал человеком.

— Не забывай вести себя, как Элен, — прошептал он, склонившись прямо к моему уху. — Если до Лероя дошли слухи о твоей матери, то у него наверняка есть доверенный человек во дворце.

— Ты тоже не забывай, что ненавидел Элен, — прошептала в ответ, нацепив на лицо недовольное выражение.

Натан кивнул, нахмурил брови и первым зашагал к воротам. Я поспешила следом, на ходу скинув шубку.

Несмотря на затворнический образ жизни, который так не нравился бывшей хозяйке этого тела, Блэквуда в столице знали — едва увидев его, слуги тут же засуетились, став кланяться в два раза чаще. Нас провели в покои Натана, где я наконец смогла вздохнуть с облегчением, снять маску капризной стервы и переодеться в более легкое платье.

Сам Блэквуд поцеловал меня на прощание и ушел — чтобы не вызывать подозрений ему сперва нужно было встретиться с братом, а уже после он бы привел его и Горация особым коридором, попасть в который могли лишь члены королевской семьи и их спутники.

Когда за Натаном захлопнулась дверь, я села на кровать и похлопала себя по щекам. В плане грядущей операции волноваться мне было не о чем — основную и самую сложную часть брал на себя Гленсдэйл. Именно он должен был встретиться с Лероем в обозначенном месте и разговорить его, чтобы получить доказательства. Я бы в это время сидела во дворце, в его теле, под охраной.

Но тем не менее, руки у меня дрожали, и мне никак не удавалось успокоиться. Потому что самым сложным в этом плане для нас с Натаном был переход обратно, во время которого я могла вернуться в свой мир.

Наконец, когда я уже извела себя окончательно, неприметная дверца, ловко спрятанная в стене, распахнулась, и внутрь вошли трое мужчин — Натан, Дэйв и Гораций. Не сговариваясь, они тут же взмахнули руками и с кончиков пальцев у них посыпались искры. Кажется, Натан наложил заклинание против подслушивания, а вот что сделали двое других мужчин я не поняла — здесь моих знаний не хватало.

Хотя, по логике, наверняка это были какие-то дополнительные защитные чары, чтобы никто не смог нас услышать, или подсмотреть за нами.

— Ну что, Лена, ты готова? — спросил у меня Дэйв, дождался моего кивка и продолжил: — Тогда давайте все повторим в последний раз. Мистер Гленсдэйл, спасибо, что согласились поучаствовать. Уверяю, это не будет пустой тратой времени, и вы сами во всем убедитесь.

Я едва сдержала нервный смешок. Знаем мы, как он согласился… Хотя, в любом случае, раз Золотой дракон сейчас здесь, его есть за что благодарить.

— К вашим услугам, Ваше Величество, — склонил голову Гораций. — Не скажу, что рад этой затее, так что давайте покончим со всем побыстрее.

— Я и сам желаю этого, — согласился Дэйв.

Уже вскоре все было готово для ритуала — Натан расстелил на полу два одеяла, а король начертил какие-то странные знаки в их изголовьях. Затем мы с Горацием легли на подготовленные нам места. Напоследок, Блэквуд быстро поцеловал меня в щеку, и я пожалела, что мы сейчас не одни.

Сам ритуал длился недолго — около пятнадцати минут я лежала с закрытыми глазами, пока Дэйв с Натаном творили заклинания. Затем тело охватило легкое покалывание, а пальцам ног стало очень горячо. Жар поднялся выше, до самой макушки, но больно не было, а потом Натан сказал, что все закончилось.

Я открыла глаза, ощущая себя очень странно. Если тело Элен было моложе моего, то Гораций, напротив, оказался куда старше, и разница была весьма заметна. На меня навалилась усталость, зрение будто стало немного хуже, а еще заболела правая нога, хотя я не замечала, чтобы Гленсдэйл прихрамывал.

— Как вы, женщины, в этом ходите? — спросил Гораций, на мгновенье утратив свою вежливость и скривившись.

Впрочем, в исполнении моего голоса это прозвучало скорее забавно, чем как-то оскорбительно. И да, это было очень странно — слышать себя стороны. Точнее, даже не себя, а Элен, но я уже привыкла к звукам ее голоса, начав воспринимать его, как свой собственный. А вот в чужом теле он показался мне несколько визгливым, с какими-то истеричными нотками. Впрочем, возможно дело было в самом говорящем — несмотря на согласие, Горацию не нравилась эта идея. И оставалось только надеяться, что он все не испортит.

— Давайте я вам помогу, мистер Гленсдэйл, — я попыталась подняться, но пошатнулась и едва не упала сама.

Во-первых, управляться со столь длинными ногами, какие были у Горация, оказалось тоже делом очень непривычным и требующим времени, чтобы освоиться. А во-вторых, едва я приняла вертикальное положение, как боль в ноге стала совсем невыносимой… Батюшка Пушкин, да как он это вообще терпит? Понятно теперь, отчего у мистера Гленсдэйла такой скверный характер.

— Давай руку, Лена, — ко мне тут же подбежал Натан, помогая удержать равновесие.

— Не трогайте мое тело! — взвизгнул Гораций.

Он все-таки смог подскочить, но запутался в подоле платья, хотя я специально выбирала самый удобный наряд с простым кроем.

Пару минут в комнате царила неразбериха и гвалт, потом все, наконец, смогли взять себя в руки. Я научилась управляться с мужскими конечностями, хотя боль радости мне по-прежнему не доставляла. Гораций тоже освоился, пусть походка его осталась кривой — он ставил ноги слишком широко.

— Итак, где у вас назначена встреча с Лероем Фолдом, мисс Розина? — спросил Гленсдэйл, нахмурив брови.

— В таверне, возле площади Забвения.

— Хорошо, тогда я пошел. Надеюсь покончить с этим делом как можно скорее, — и развернувшись, Гораций направился к выходу.

— Подождите, мистер Гленсдэйл, — хором воскликнули мы втроем.

— Ну что еще? — он недовольно обернулся.

Меня охватила злость. Я столь многого могла лишиться из-за этого дела, а он относился к нему так пренебрежительно! Будто думал, что войдет в таверну в теле Элен и Лерой тут же выдаст ему чистосердечное признание, а потом сам закуется в наручники.

— Знаю, мы уже обсуждали план, — мягко заметил Дэйв. — Но вам нужно выслушать еще и Лену. Она подскажет, как вести себя.

— Послушайте, Ваше Величество, — тяжело уронил Гораций. — Я пережил трех королей Тедракса и не нуждаюсь в поучениях какой-то девчонки. Я согласился на это дело исключительно из уважения к вам и по вашей просьбе, но если это окажется пустышкой, то дом Золотых Драконов…

— Это окажется пустышкой, если вы ошибетесь! — перебила его я. — Не знаю, были ли Элен с Лероем любовниками, но они определенно собирались ими стать, и вы должны вести себя соответствующе. К тому же, мисс Роуз довольно истерична и…

— Я не стану притворяться любовником мужчины! — скривился Гораций. — Впрочем, если вас что-то не устраивает, мы всегда можем поменяться обратно…

Мы промолчали. И хотя мое сердце терзало нехорошее предчувствие, других вариантов у нас все равно не имелось, по крайней мере, сейчас.

Так и не дождавшись ответа, Гленсдэйл ушел, а нам оставалось только ожидать его возвращения.

Ждать пришлось довольно долго — Гораций отсутствовал несколько часов. Дэйв, проводив его, ушел, так что мы с Натаном остались наедине.

Блэквуд молчал, лишь сжимая мою ладонь и поглаживая пальцы. Я тоже молчала. Все слова уже были сказаны, а все проблемы — решены. Все, кроме одной, самой большой, повлиять на которую мы оба не имели сил.

Пожалуй, единственное, чего мне сейчас безумно хотелось, так это поцеловать Блэквуда. Но делать подобное в теле Гленсдэйла… нет уж, увольте. Лучше все же немного потерпеть, и после насладиться сполна.

Наконец, когда я уже измучилась ожиданием, сквозь все ту же тайную дверцу в покои вошли Дэйв и Гораций. Вид у первого был весьма раздосадованный, а у второго — напротив, торжествующий.

— Что случилось? — первой подскочила я с кресла, поморщившись от боли в ноге, о которой успела немного позабыть.

Пока сидела — она была не столь острой. Неужели у драконов нет способностей к регенерации? Или просто Гораций слишком стар и у него это не лечится?

Впрочем, подумала я об этом только мельком — сейчас проблемы пожилого главы Дома Золотых Драконов волновали меня в самую последнюю очередь.

— Как я и говорил, все подозрения насчет Лероя Фолда оказались необоснованными, — надменно уронил Гораций. — А сейчас верните мне мое тело, и я полечу обратно.

— Простите, а можно поподробней? — уточнила я.

— Нельзя, — отрезал Гленсдэйл. — Подробней вам расскажет Его Величество. У меня нет времени на разговоры. Рудники ждут.

Вид у него был такой, что сразу становилось ясно — спорить бесполезно. Ладно, Лена, все хорошо. Ты узнаешь детали чуть позже. И ты точно не вернешься в свой мир.

Впрочем, несмотря на собственные мысли, весь ритуал я лежала, едва сдерживая порыв подняться и броситься прочь.

И не зря, потому что стоило покалыванию от перемещения пройти, как уши заложила тишина. Еще около минуты я лежала, крепко зажмурившись и надеясь услышать рядом родной голос, убеждающий меня в том, что все хорошо.

Но голос так и не прозвучал, и в итоге я все же открыла глаза.

Рядом не было ни Дэйва, ни Натана, а вместо лепнины и позолоты прямо над собой я увидела обычный натяжной потолок собственной квартиры.

Сбылись мои худшие опасения. Но неужели теперь я больше никогда не увижу Натана?

Я поднялась, оглядываясь, и пока еще не в силах принять произошедшее. Казалось, что меня угораздило заснуть во время ритуала, и все это просто кошмар, а когда проснусь…

Я облизала пересохшие губы, медленно начиная осознавать, что не проснусь. Что все это происходит в реальности. Что выхода нет, и я вернулась в свой мир, который теперь язык не поворачивался назвать родным.

Голова трещала так, будто вот-вот грозила взорваться. А когда зазвонил дверной звонок, то она и вовсе едва не раскололась на куски, заставив меня тихо простонать.

Открывать не хотелось — душу затопила такая черная тоска, что казалось даже немного удивительным, как я не сошла с ума прямо здесь и сейчас. Руки тряслись и единственным моим желанием было лечь на кровать, и в первый раз в осознанном возрасте устроить настоящую истерику со слезами, заунывными рыданиями и возможно даже битьем посуды. А после уснуть, понадеявшись проснуться уже снова рядом с Натаном.

Натан… я будто до сих пор ощущала на своей руке его горячую ладонь, и от этого было в сто раз больнее.

И почему только при переходе мне не стерло память? Так я бы чувствовала себя гораздо легче.

Сев, я облокотилась спиной о стену и уткнулась носом в колени, чувствуя себя маленькой и беспомощной.

Что же делать? Что мне делать? И Батюшка Пушкин, почему звонок продолжает так надрываться?

Не хочу никого видеть. Никого, кроме Натана.

Но незваный гость оказался настойчивым, а голова трещала сильнее с каждым звуком, поэтому кое-как поднявшись, я поплелась открывать.

На пороге стояла Любовь Григорьевна — наш школьный завуч.

— Леночка, ну наконец-то! — воскликнула она, ловко протиснувшись мимо меня в квартиру. — Мы уже всем школьным составом с ног сбились тебя искать. На работе не показываешься, телефон отключила… а это что такое?!

Глянув поверх ее головы, я ахнула. В спальне царил полнейший хаос — одежда была вывалена из шкафов, стулья перевернуты. Складывалось такое впечатление, будто здесь проводили обыск, хотя в последний раз, перед моим перемещением, все было чисто и аккуратно.

Ну, конечно, Элен! Если я попала в ее тело, значит, она попала в мое. Интересно, здесь прошло столько же времени, сколько и в Тедраксе?

— Да и сама… — продолжила Любовь Григорьевна. — Ты куда так намалевалась? Предупреждаю, в школу тебя с таким макияжем Константин Александрович не пустит!

А что со мной? Надо бы посмотреть…

— Извините, я плохо себя чувствую, — решительно проговорила, подталкивая любопытную женщину к выходу. — Давайте я приведу себя и дом в порядок, и свяжусь с вами завтра…

Весовые категории у нас были разными — по комплекции Любовь Григорьевна больше напоминала мячик, хоть и низкий, но довольно объемный. Однако мне все же удалось дотолкать ее до двери, скорее всего от того, что завуч находилась под сильным впечатлением от увиденного.

— Кстати, сколько меня не было на работе? — спросила я прежде, чем захлопнуть дверь.

— Почти неделю.

Почти неделю… значит, время в Тедраксе все же шло несколько иначе, ведь там я пробыла куда дольше. И если меня закинуло в тело Элен вечером понедельника, то сейчас скорее всего пятница — в выходные Любовь Григорьевна никуда бы не вышла, ведь сидела с двумя своими внуками.

Да уж…

Я помассировала пальцами виски и пошла разглядывать царившей в квартире беспорядок. И хотя мне по-прежнему хотелось только лечь и заплакать, но пришлось взять себя в руки.

На кухне царил точно такой же хаос, как и в спальне — раковину наполняла гора грязной посуды, по полу были рассыпаны крупы, а на плите стояла кастрюлька, покрытая, наверно, сантиметровым слоем нагара. В ванной не было зеркала, лишь из рамы торчали острые куски, а жидкостей во всяких шампунях и гелях убавилось примерно вдвое.

Интересно, что со всем этим делала Элен?

Оценив масштабы ущерба (поистине колоссальные), я нашла свой телефон, благо он не пострадал, поставила его на зарядку, а после глянула на дату. Ну да, пятница, шесть часов вечера. Значит, действительно прошло меньше недели… меня еще не успели уволить за прогулы, и поэтому есть шанс восстановить свою жизнь. Снова работать, как и прежде, а по пятницам ходить на викторины с коллегами. Снова быть одинокой, имея при себе лишь воспоминания.

Слезы сами потекли из глаз, в то время, пока я продолжала сжимать телефон, который разрывался от сообщений.

Вот так, Лена, погостила в сказке и хватит. Ничто не длится вечно, и нечего было привязываться…

Но самым обидным являлось то, что все оказалось напрасным. Я не смогла помочь ни Натану, ни Дэйву, зато лишилась самого дорогого.

Рыдания стали громче, а после я все же скатилась в самую настоящую истерику и плакала, плакала, пытаясь выплеснуть из себя всю эту боль. Но боль не желала уходить до конца, оставаясь ледяным комком где-то в глубине сердца, и поэтому, едва успокоившись, я снова начинала рыдать, и так по кругу.

Когда слезы, наконец, все-таки закончились, я взялась за уборку, потому что рано или поздно мне все равно пришлось бы это сделать, а значит, откладывать неизбежное не имело никакого смысла.

Я механически наводила порядок, расставляя вещи по местам, будто робот. Я собирала мусор с пустым лицом, чувствуя такую же пустоту и в душе. Я подметала осколки зеркал (Элен перебила их все в доме), ощущая себя столь же сломленной.

Закончила уже за полночь, а после без сил рухнула на кровать, закрыв глаза и надеясь, что мне приснится Натан.

Так и вышло.

Вот только сон, начавшийся с объятий и поцелуев, быстро обернулся кошмаром. Во сне Блэквуд, доверявший мне, а от того совсем не ожидающий подвоха, умирал от руки Элен, а я смотрела на все это из ее тела. Я кричала, пытаясь его предупредить, но губы не слушались меня. Я хотела остановить руку с кинжалом, но ничего не могла сделать.

Затем видения изменились. Я стояла у себя дома, глядя в зеркало на свое отражение. Лицо искажала чужая гримаса брезгливости и отвращения, делая его отталкивающим. Затем я подняла руку, и прямо так, голыми кулаками, принялась с остервенением бить гладкую поверхность, не обращая внимания, что острые осколки впиваются в кожу, а на пол капает алая кровь.

Проснулась в холодном поту, с криком ужаса. Было еще темно, сквозь окна не пробивался свет. Невольно я поднесла свои ладони к лицу, увидев на них розовые шрамы, и испугалась еще больше. Если шрамы реальны, то вдруг и первый сон с Натаном тоже?

Впрочем, почти сразу до меня дошло, что второе видение было скорее воспоминанием о том, что делала здесь Элен — кроме шрамов на это указывало и разбитое зеркало в ванной комнате.

Но разве такое реально? С другой стороны, почему бы и нет? Возможно, когда я была в теле Элен, мне тоже снилось что-нибудь о ее прошлой жизни, просто не запомнилось… Лерой! Мне же снился Лерой Фолд почти сразу после перемещения, только тогда я еще не знала, кто он такой.

Тряхнув головой, поднялась и отправилась на кухню — после таких кошмаров мне бы все равно не удалось заснуть. Чашечка кофе немного успокоила (благо Элен он не заинтересовал), и я принялась размышлять над тем, что делать дальше.

А выходило, что вариантов у меня не имелось. Вернуться в Тедракс я не могла хотя бы потому, что не знала, как это сделать (не считая того, что здесь не было магии). Вот и оставалось попытаться наладить свою жизнь с разбитым сердцем. Но для начала стоило сходить в магазин и купить новое зеркало.

Весь следующий день я снова посвятила хозяйственным делам — так оказалось легче заглушить боль, пожиравшую меня изнутри.

Благо мне было, чем заняться — даже после уборки работы по дому оставался целый вагон. Сперва я провела ревизию, составив список всего необходимого, а затем проверила состояние банковских счетов и количество наличных. Кажется, за все минувшее время, Элен не покидала дом, а если и покидала, то ничего не потратила, видимо не разобравшись, как это делать. Все средства оказались нетронутыми, зато припасы круп и мяса из морозилки значительно поубавились.

Кроме еды и зеркала еще нужен был новый телевизор — старый Элен разбила — но это я сперва решила отложить на потом, неготовая сразу к таким тратам. Потом подумала и махнула рукой. Чего мне терять, когда самое важное уже потеряно? А так хоть смогу отвлечься.

Дождавшись, пока магазины начнут работать, я отправилась в торговый центр, закупаться, и полдня пробродила между витрин, сметая все нужное и не очень. Вот, например, статуэтка дракончика, выполненная из черного гладкого камня, явно входила в разряд «ненужных» — прежде я считала подобные вещи пылесборниками, занимающими место. А сейчас не смогла удержаться, хотя от вида распахнутых крыльев вновь накатили слезы.

Наконец, выжатая как лимон, я вернулась домой с огромными пакетами, заказав доставку для техники и прочего крупного. Поставив сумки у порога, поняла, что зеркало так и не купила, поэтому снова поехала в товары для дома. Уверена, выглядела я при этом, как городская сумасшедшая — красные глаза и темные круги под ними, растрепанные волосы и какой-то нелепый наряд из того, что первое попалось под руку. Впрочем, сейчас это не волновало. Сейчас меня вообще ничего не волновало, и я находилась в какой-то прострации, словно здесь была лишь моя физическая оболочка, а душа осталась там, в Тедраксе, рядом с Натаном.

Телефон пришлось поставить на авиа-режим — он продолжал разрываться, но пока я не готова была с кем-то говорить и что-то объяснять. Вот погорюю хотя бы эти выходные, а затем соскребу себя с пола, возьму в руки, натяну улыбку. Придумаю какую-нибудь правдоподобную историю про грабителей, например, и буду жить дальше. Буду пытаться быть счастливой хотя бы потому, что этого мне желал Натан.

Но не сегодня. Сегодня я точно не готова.

Поиски зеркала в ванную заняли еще около часа, а оказавшись дома, я тут же решила его повесить, проигнорировав пакеты с продуктами, продолжавшие стоять у порога. Отчего-то именно зеркало казалось мне сейчас особенно важным.

Я пристроила покупку на старое крепление, поправила, чтобы было ровно и вышла из ванной, выключив свет. На пороге обернулась — зеркало висело прямо напротив входа, и мне показалось, будто в черной глади вспыхнул язычок пламени.

Сердце ухнуло.

Я моргнула, но когда снова открыла глаза, то видение исчезло.

Показалось. Лишь показалось. А жаль… конечно, на земле нет магии, но как бы мне хотелось сохранить ее, не столько, чтобы использовать, а столько, чтобы иметь напоминание о Тедраксе.

Снова стало грустно. Батюшка Пушкин, и зачем я только согласилась? Надо было придумать другой план, и тогда сейчас мы бы с Натаном остались вместе…

Хотя ладно, Лена. Незачем себе врать.

Я бы все равно попыталась спасти их… жаль только, что это было бесполезно. Жаль, что Блэквуд не сможет меня здесь найти. Жаль, что всему пришел конец.

Вздохнув, я снова поглядела в зеркало, и снова увидела язычок пламени.

Точно увидела!

Подошла ближе, прижалась к стеклу носом, но кроме моего же отражения там больше ничего не было.

Что происходит? Я схожу с ума, или…

— Лена! — тихий голос Натан заставил меня вздрогнуть.

Еще час я вглядывалась в зеркальную гладь, до боли сжав ладони в кулаки, но видела лишь собственное лицо.

Затем, взяв себя в руки, наконец отлипла от зеркала и вышла в коридор. Дрожащими пальцами, мне кое-как удалось разобрать покупки, однако в голове крутилась одна-единственная мысль — а вдруг Натан смог? Смог найти меня?

Говорят, зеркала обладают магической силой, но прежде я, разумеется, в это не верила. Правда, прежде мне не верилось и в драконов, однако совсем недавно собственными глазами видела их, а это значит…

Вдруг не все потеряно?

Нет, Лена, нельзя давать себе ложную надежду. Иначе потом будет слишком больно.

Остаток вечера я провела, тупо пялясь в зеркало. Это было глупым и бесполезным делом, ведь больше мне ничего не удалось ни увидеть, ни услышать, но я не могла взять себя в руки. Потому что казалось, что стоит отвернуться, и пропущу что-то очень и очень важное.

Затем я все же заставила себя встать, сготовить ужин, поесть и отправиться спать. Поздно… ничего не изменится.

Проснулась ровно в три часа утра. Сознание было мутным, словно затянутым в какую-то пелену. Ничего не соображая, я встала с постели и поплелась в ванную. Зашла туда, даже не включив свет, и остановилась напротив зеркала.

Несмотря на темень, мне все было хорошо видно, ведь в зеркальной глубине снова сиял огонек пламени, но я не могла даже понять, снится ли мне все это, или происходит наяву.

— Лена, — послышался голос Натана. — Лена, это ты?

В зеркале показался силуэт мужчины. Сперва он был далеким и мутным, но даже так я узнала его и сердце радостно забилось в два раза чаще.

Спустя пару секунд мужчина в зеркале приблизился, и я увидела лицо Натана, полное боли и какой-то робкой радости.

— Натан! — закричала, не в силах сдержать себя.

— Лена, это и правда ты! — улыбка осветила лицо Блэквуда.

Даже в моем старом теле, далеком от идеальной внешности Элен, со следами прожитых лет, он все равно смотрел так, будто я была самым драгоценным сокровищем.

— Но как…? — спросила, приложив ладонь к стеклу.

— Сердце Найлы, — коротко объяснил Натан, приложив в ответ свою, и на секунду мне показалось, будто я почувствовала касание его пальцев. — Я нашел тебя и больше не отпущу. Иди спать, скоро я заберу тебя.

— Но как же… — я вздрогнула.

Спать категорически не хотелось, потому что утром все это могло оказаться лишь сном, и тогда я бы умерла от разочарования.

— Верь мне, Лена. Я верну тебя, во что бы то не стало, — уверенно проговорил Натан и я поверила.

Поцеловала стекло на прощание, а после действительно вернулась в свою постель и тут же уснула.

Проснулась с улыбкой, а затем на меня накатило понимание. Сон. Все же это было лишь сном…

Стало так обидно, что слезы сами брызнули из глаз, и я громко всхлипнула.

— Лена? — теплые пальцы коснулись моего лица.

Открыв глаза, прямо над собой увидела Натана. Не сон! Он смог! Он вернул меня!

Вместо ответа я снова расплакалась, в этот раз от счастья и облегчения.

— Лена, ты не рада? — встревоженно проговорил Блэквуд. — Ты не хотела возвращаться?

— Хотела, — выдавила я, пытаясь взять под контроль свои эмоции.

Хотя, с учетом их количества, это было бесполезным занятием.

— Тогда почему ты плачешь?

— От счастья, что снова тебя увидела, — улыбнулась, разглядывая собственные руки с тонкими запястьями и гладкой кожей.

После времени, проведенного в Тедраксе, я стала считать их своими, хотя когда-то они и принадлежали Элен.

— Ох, Лена, — Натан сжал меня в объятиях. — Ты даже не представляешь, как я скучал… я ведь думал, что больше никогда тебя не увижу.

— Поверь, я скучала не меньше… — ответила, зарывшись пальцами в его волосы.

— Как же я рад… — выдохнул Натан, а затем поцеловал меня.

Все чувства мира сплелись в этом поцелуе.

Облегчение от того, что мы снова вместе. Легкая тень недоверия от того, что это может оказаться лишь фантазией. Счастье, тревога, радость и безграничная любовь. Такая большая, что казалось, она должна занять собой все пространство и время.

Этот поцелуй был соленым от слез. А еще очень жадным — мы словно пытались доказать друг другу, что все кончено и мы снова вместе. И пусть для меня прошло всего два дня в разлуке, да только эти дни были темнее всей предыдущей жизни.

И разумеется, одним поцелуем дело не ограничилось.

Мы наслаждались друг другом. Быстро и страстно, словно пытаясь вылить в эту близость все наши чувства.

— Где я? — спросила, когда все закончилось, и мы оба лежали рядом, наконец сумевшие поверить, что действительно вернулись друг к другу.

— В Даркминоре, — ответил Натан, проведя пальцем по моим губам.

— И как ты смог найти меня? Что вообще случилось? И главное, что с Лероем Фолдом?

— Сейчас я все тебе расскажу.

Как оказалось, пара дней прошло только для меня, а для Натана минуло гораздо больше.

— Когда ритуал перемещения душ обратно завершился, и в теле Элен оказалась сама Элен, то я… — проговорил Натан, прикрыв глаза и покачав головой.

— Ты сразу понял это? — спросила, чуть улыбнувшись.

— Как я мог не понять? — вопросом на вопрос ответил Натан. — Признаться, в первые секунды мне захотелось ее придушить. Потому что она была вместо тебя… а еще потому, что даже это не повлияло на Гленсдэйла. Да, втроем мы допросили Элен и ей пришлось сознаться — вместе с Лероем она планировала заговор против Дэйва. Когда мой брат прилетел в Дарминор, Фиона в ее теле должна была смешать ингредиенты, приготовив яд отложенного действия, сильный и неотвратимый, но очень медленный. Если бы у нее все получилось, то спустя пару месяцев Дэйв был бы мертв, и никто не смог бы привязать к этому делу Фолдов.

— И что Гленсдэйл?

— Ничего. Как я и говорил, сила слова Элен против слова Фолда… Гораций сказал, что мы лишь зря отняли его время, потому что Элен с Лероем были любовниками, что он увидел лично, но все остальное… недоказуемо.

— Уверена, он сам просто не справился, — поджала губу я. — Что было на встрече?

— Со слов Горация, Лерой сразу потянул его в гостевые номера, где тот не выдержал и отвесив оплеуху, ушел. Но за время короткого разговора Фолд и словом ни обмолвился о покушении, хотя Гораций говорил провокационные вещи, — вздохнул Натан.

— Ну-ну… наверняка по его поведению Фолд сразу понял, что что-то не так, — вздохнула я. — И вот из-за этого я почти лишилась своего счастья?

— Да… Дом Блэквудов ему этого не забудет, — стиснул зубы Натан, прижав меня к себе. — У них уже отняли все льготы на налоги, и это только начало…

— Но Фолды по-прежнему представляют собой опасность.

— Нет. Мы разобрались с Фолдами, пока тебя не было.

— Что? — я аж задохнулась от удивления. — Но как? Если слова Элен не помогли…

Неужели все действительно обошлось? И мне можно не волноваться больше за жизнь Натана и его брата? Неужели мы сможем просто начать все с чистого листа и быть счастливыми вместе, не оглядываясь на врагов, притаившихся в тени?

— После допроса Элен увели, а я попытался найти тебя и вернуть обратно. Однако сделать это в мире без магии… я словно бился о каменную стену. Раз за разом расшибал лоб, но ответом была только пустота. Ни намека, ни следа, ни отзвука. Признаться, это были самые худшие дни в моей жизни, потому что испытать такое всепоглощающее чувство беспомощности… никому не пожелаю.

— Мне жаль, — я уткнулась ему в плечо, вдыхая любимый запах ели. — Я ведь не видела тебя совсем недолго, и тоже успела так отчаяться…

— Прости, мне не стоило позволять тебе идти на это. Нам нужно было придумать нечто иное…

— Я сама попросила, — перебила его я. — И как ты в итоге нашел меня?

— Когда моя тоска достигла пика, я улетел из дворца. Обернувшись в дракона, я просто летел, не думая, куда. Махал крыльями, пока они не устали. Понимаешь, без тебя я не хотел… ничего не хотел, — вздохнул Натан, и прикрыв глаза, покачал головой. — Не знаю, как долго я был в воздухе… наверно больше суток, пока наконец силы не покинули меня, и я не упал, а очнулся уже в пещере.

— Пещере?

— Да. В Сердце Найлы. Именно сила первой из Древних Драконов помогла мне. Я словно понял, что именно нужно делать, и полетел обратно в Даркминор. Здесь я сообщил Дэйву о том, что нашел потерянную реликвию, попросил доставить мне Элен, чтобы перенести тебя в ее тело, а сам снова взялся за поиски.

— Через зеркала? — спросила, уже начав догадываться.

— Именно, — кивнул Натан. — Все ритуалы и заклятия не действовали, а зеркало и моя любовь к тебе… ну и сила Сердца Найлы. Даже вернувшись из пещеры, я ощущал ее незримое присутствие, и только поэтому смог исполнить свое обещание. Смог вернуть тебя, хотя сам по себе был на это неспособен.

В словах дракона я почувствовала горечь. Кажется, он казнил себя за свою беспомощность.

— Нет, — возразила, проведя пальцами по его лицу и заглянув прямо в глаза. — Ты смог найти и вернуть меня, потому что искал.

Как оказалось, проблему с Фолдами тоже решило Сердце Найлы.

Когда Дэйв узнал о том, что легендарная пещера найдена, он тут же созвал совет Домов Драконов, на котором, помимо Блэквудов, Фолдов и Гленсдэйлов присутствовали еще семь основных Домов, а также около ста вассальных фамилий.

Вряд ли бы их всех удалось собрать в одном месте, если бы не столь весомый повод. Хотя некоторые (а точнее, Гленсдэйлы) послали наследника, вместо главы Дома. Не знаю, на что рассчитывал Гораций, принимая подобное решение — видимо подумал, будто это попытка Дэйва замять дело с Лероем.

Но в любом случае он ошибся — Сердце Найлы оказалось настоящим. Оно же, на глазах у сотен драконов, определило, что в нынешнем короле Тедракса достаточно крови древних, и он по праву занимает свой престол. И оно же изобличило Лероя, который вынужден был прибыть вместе с остальными по личному приказу короля. И который, по тому же приказу, вошел в волшебную пещеру, в глубинах коей ни один дракон не мог солгать, а любые попытки карались смертью.

Фолд хотел жить, но он знал, что если бы сказал правду, то его бы все равно казнили, поэтому предпочел сгореть в праведном гневе остатков магии Найлы.

— А Фиона? — спросила я, склонив голову.

Жалости к красноволосому дракону не было вовсе — не заслужил он ее, моей жалости. Как и его сестра.

— Фиону уже арестовали королевские гвардейцы. Сгорев, Лерой, по сути, признался во всем, в чем его обвиняли. И теперь на суде твое слово будет иметь значение, — качнул головой Натан.

— Что на это скажут остальные члены Дома?

Хотелось выяснить все до конца. Судя по Лерою и Фионе, семейка Фолдов была теми еще подлецами, и меня не прельщало каждый день ожидать удара в спину.

— Посмотрим. Но скорее всего, после такого, их лишат дола и статуса, — пожал плечами Натан.

За его словами слышалось явное незаконченное «и жизни», но вслух он этого говорить не стал, видимо, не желая пугать меня жестокими нравами.

До самого вечера мы разговаривали про… политику.

Встреча Домов прошла буквально пару дней назад, и за это время еще не все успели сделать, но основные решения оказались принятыми.

Кроме Фолдов в опалу попадал и Гораций Гленсдэйл, столь неосмотрительно не пожелавший выполнять просьбу короля со всей ответственностью, и столь пренебрежительно пославший на встречу своего наследника. Конечно, Горация не стали казнить — для этого его проступки были недостаточно серьезны. Но когда заговор подтвердился, выходило, что Гленсдэйл пренебрег опасностью, угрожавшей жизни его короля, и потому был отстранен от правления Домом, а Золотые драконы лишились всех своих налоговых преференций. Место Горация занял наследник, клятвенно заверивший Дэйва в свой преданности. Заверения усилились после обещания вернуть Дому льготы. Разумеется, не сразу, а со временем, и только взамен на честную службу.

Мне показалось, что это решение куда нужнее самому Горацию, пусть он этого пока и не осознал. Все же его почтенный возраст и усталость от жизни, вкупе с больной ногой и необходимостью тянуть на себе дела Дома… это было для него слишком тяжелой ношей. А так он хотя бы сможет отдохнуть и подлечиться.

Барбаре тоже не повезло — после того, как ее дочь участвовала в заговоре, она попала в опалу и была сослана в свое имение… откуда предварительно вызволили ее мужа, неплохого, в принципе, человека, только слишком мягкого. Формальной причиной для визита мужчины в столицу было несение службы ради искупления грехов дочери, но мистер Роуз, кажется, весьма обрадовался такому повороту. Иначе, наедине в поместье, Барбара бы его просто сожрала.

Впрочем, маменька Элен не желала упускать свою выгоду так легко, и брызжа слюной, грозилась рассказать про «тот случай», а еще требовала вернуть ей тело дочери. Впрочем, «тот случай» теперь не имел никакого значения, поэтому требования ее не удовлетворили, лишь мягко посоветовав вести себя тише, если вместо поместья она не хочет оказаться в темнице.

— А что будет с нами? — спросила я, прикрыв глаза. — Ведь если произойдет еще какой-то сбой… вдруг я снова вернусь в свое настоящее тело, а Элен окажется здесь, вместо меня?

Думать о таком не хотелось даже вскользь — слишком яркими были воспоминания о двух днях без Натана. Но и оставлять на самотек столь важный вопрос…

Случайность закинула меня в этот мир. Случайность свела нас, соединив нерушимой связью. И случайность могла разбить это хрупкое счастье.

— Защита Даркминора не позволит этого, — уверенно кивнул Натан. — Ну а потом, когда ты будешь готова… в общем, есть верный способ привязать тебя к Тедраксу.

— Еще один ритуал?

— Гораздо проще. Дети.

Свадьба была скромной. Пожалуй, слишком скромной для брата Его Величества, но я не рискнула покинуть Даркминор.

Ради такого события суровая академия преобразилась — стены главного холла были завешаны белым фатином, по краям коридора стояли свежесрезанные цветы в больших вазонах, а с потолка свисали ленты.

Все курсанты разъехались по домам на каникулы, а я стояла в одной из комнат первого этажа, разглядывая себя в зеркало и нервно оправляя платье. Тоже белое, оно было легким и воздушным, и немного скрывало уже появившийся животик. Волосы мне забрали в красивую косу, которую украшали белые цветы.

Со стороны площади перед Даркминором раздался звон колоколов.

— Пора, — статная леди подошла сзади, тронув меня за руку.

Ее звали Аишей, она была родом из побочной ветви Дома Блэквудов, и приходилась Натану с Дэйвом двоюродной тетей. И именно она должна была отвести меня под венец, потому что в Тедраксе я не имела родственников, а настоящие родственники Элен не годились.

Кивнув, сглотнула тугой комок волнения и позволила взять себя под руку. Вдвоем мы миновали коридор, а затем и холл, чтобы выйти во внутренний двор Даркминора.

От ворот до цветочной арки вела дорожка из лепестков. Чуть позади расположился Дэйв, а возле самой арки уже стоял мой жених — Натан Блэквуд. В черном военном мундире с серебристым шитьем он выглядел так красиво, что захватывало дух.

Впрочем, это было взаимно — увидев меня, Натан подтянулся и замер, затаив дыхание.

Сердце колотилось как бешенное, а ноги дрожали, но я сумела сделать шаг, а затем следующий. Морозный горный воздух немного остудил раскрасневшееся лицо, однако холодно не было — меня грел огонь в крови и волнение.

Еще несколько шагов — и вот мы оказались вместе.

— Лена, ты так прекрасна, — выдохнул Натан, взяв меня за руки.

Аиша отступила, оставшись позади, как и весь остальной мир, что перестал существовать, едва теплые пальцы коснулись моих ладоней.

Церемонию проводил Дэйв — кроме него и Аишы тут больше не было гостей, но это меня не смущало.

— Согласен ли ты, Натан Блэквуд, взять в жены Елену Розину, чтобы встать с ней рядом и идти рука об руку до самой смерти. Чтобы защищать ее от беды и разделять радость? — произнес король.

— Согласен, — кивнул Натан, и в глазах его зажглись искры.

Он протянул свою руку вперед, и на ней вспыхнула черным татуировка, обретая яркость и глубину.

— Согласна ли ты, Елена Розина, взять в мужья Натана Блэквуда, чтобы встать с ним рядом и идти рука об руку до самой смерти? Чтобы быть опорой в беде и разделять радость? — Дэйв перевел взгляд на меня.

— Согласна, — кивнула, почувствовав легкое покалывание в руке, на которой проявлялись свадебные узоры.

— Вас связала Найла, и теперь эту связь ни сможет разорвать никакое зло. Я, король Тедракса, властью, данной мне по праву крови древних драконов, объявляю вас мужем и женой, — закончил Дэйв, повязав вокруг наших вытянутых рук черную ленту.

Лента тут же вспыхнула, обратившись в искры, но это было совсем не больно, а на том месте, где она была, проступила новая татуировка, похожая на браслет.

Теперь мы стали связаны не только любовью, но и узами брака. А спустя три месяца должен был родиться малыш, и эту связь не смог бы разорвать уже никто.

Конец