Таверна «Сивая кобыла» уютно располагалась в центре деревушки, окружённой зелёными холмами и цветущими лугами. Низкая деревянная крыша, покрытая тёмной черепицей, и стены из грубого камня создавали атмосферу тепла и приветливости. У входа висела старая вывеска с изображением серой лошади, как будто подмигивающей проходящим.

Внутри витал аромат жареного мяса и свежего хлеба, смешанный с дымком от трескучего камина. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь небольшие окна, играли на тёмных полированных столах.

Зал был полон жизни: рабочие, уставшие после трудового дня, весело обсуждали последние новости, создавая мелодию дружелюбия. На стенах висели картины охотничьих трофеев и пейзажей, а рядом покоились ржавые рога и старинные мечи, придавая месту налёт приключений.

— Эй! — громко крикнул подвыпивший мужчина с рыжей бородой, его голос раздавался по таверне «Сивая кобыла», словно весёлая мелодия, но с лёгкой ноткой нахальства. — Лолька! Иди сюда!

Лаура, известная в этом месте как Лолька, стояла в углу шумной таверны, освещаемой мерцающими свечами. Её чёрные как смоль волосы свободно ниспадали на плечи. На ней была белоснежная блуза, заправленная в яркую красную юбку, которая подчёркивала её стройную фигуру. А поверх неё — чёрный корсет, придающий образу изысканность. Она словно затерялась в груде грязной посуды за деревянной стойкой, как в неожиданном потопе. Тёплый свет ламп, обрамлённых запотевшими стеклянными шарами, уютно подчеркивал её лицо, на котором играли тени и свет.

— Лолька! Ну сколько можно ждать? Неси ещё медовухи! — закричал Руфус, его голос жужжал, как муха, не оставляя ей покоя.

— Да погоди ты, Руфус! Я помню о тебе! — воскликнула она, не отрываясь от занятия, её руки продолжали работать, как машина, умело смывая остатки еды с тарелок. — Дай мне минутку, или хочешь из грязного стакана утолить жажду?

Её слова, полные шутливой колкости, напоминали быструю стрельбу из арбалета, и даже пьяный Руфус не смог сдержать улыбку. Он прищурил глаза, как будто оценивал её заготовку, и с ироничным наклоном головы сказал:

— Грязные стаканы, может, и не лучший выбор, но в этом зале они тоже имеют свои прелести!

Лаура, поджав губы, смягчила своё выражение. В этом мире, полном опасностей и неожиданных поворотов, такие моменты казались ей сладкой отдушиной.

Мужчина, осознав, что спорить с Лаурой — пустая трата времени, лишь промолчал, сосредоточившись на своей медовухе. Лаура продолжала с упоением мыть тарелки и кружки, её руки, словно опытные танцоры, легко скользили по их поверхности, вытирая каждую крупинку грязи. Вокруг неё царила привычная суета: звуки хриплых разговоров, смеха и треска стульев создавали живую атмосферу, полную уюта и тепла.

Когда все дела были завершены, Лаура подошла к массивной бочке, стоящей на столе у кухни. Эта бочка, словно исполин, украшенная резьбой, сияла от налёта меда, как будто сама природа вложила в неё свою магию. Наполнив пустые кувшины сладкой медовухой, она заметила, как в воздухе разливается сладковатый аромат, создавая неповторимое ощущение праздника. В голове у неё вертелись имена всех желающих, и она старалась никого не обделить, как заботливая мать.

Подойдя к столу, где уселся Руфус, Лаура с улыбкой поставила перед ним большую кружку. Он, в свою очередь, энергично жестикулировал, рассказывая своему товарищу о тяжёлой жизни мясника, словно пытался вырваться из обыденности.

— Спасибо, дорогуша! — произнёс он, сияя во все тридцать два зуба, как будто на него посыпали золото. — Работящая, да ещё и красавица! Уверен, отбоя от ухажёров нет, а? — подмигнул он, не заметив, как её лицо слегка скривилось от иронии.

— Конечно! Вон там, за дверью, целая очередь из женихов стоит, ждёт, когда мой рабочий день закончится! — ответила она, искренне смеясь, с задорным блеском в глазах. — А вы что так переживаете?

— Да вот думаю, будь я на пару лет моложе… — начал Руфус, поглаживая свою бороду, как будто размышляя о судьбе.

Не дождавшись окончания его мысли, она перебила его с ухмылкой:

— На пару десятков лет, скорее!

Но мужчина лишь рассмеялся, пропустив её колкость мимо ушей, как будто это была всего лишь лёгкая струя ветерка.

— Тогда непременно бы наведался к твоему отцу! — произнёс он с серьезным видом, словно речь шла о важном деле.

— Зачем же? Чтобы стать рабочей силой? У нас и без вас хватает народу! — ответила Лаура, притворно скрестив руки на груди, вызывая у него ещё один порыв смеха.

— И с чувством юмора всё в порядке! — весело хохотнул Руфус, подмигивая ей, словно они были давними друзьями, сближенными общими радостями и заботами.

Лаура лишь цокнула языком и бросила недоумённый взгляд на незнакомого гостя, сидевшего рядом с её подвыпившим другом. Лысый мужчина в длинном плаще лишь мотнул головой, даже не удосужившись поднять взгляд.

— Может, желаете что-нибудь? — спросила она с лёгким сомнением, наклонившись чуть ближе, чтобы лучше разглядеть его мрачное выражение. — Вы уже давно сидите, а ничего не пьёте и не едите.

— Это мой товарищ, — вмешался Руфус, обняв своего друга за плечи, как бы стараясь растопить его холод. — Приехал с дальних краёв посмотреть на окрестности. Он не привык к нашей кухне, так что не обижайся. Ваша еда и выпивка — самые лучшие!

Лаура почувствовала, как приятный прилив тепла окутал её сердце. После смерти матери таверна ощутимо опустела, и отец долго не мог прийти в себя, чтобы продолжать работу. Ей пришлось взять ситуацию в свои руки и помочь ему встать на ноги. Она пошла в мать: сильная, умная и с характером, тогда как отец был слишком мягким и чувствительным.

Долгие месяцы усердной работы, поиски талантливого повара и стремление сделать это место по-настоящему уютным — всё это не прошло даром. И когда кто-то, как Руфус, признавал заслуги её семьи, в её душе разгоралось тепло, словно весеннее солнце пробивалось сквозь облака.

— С каких краёв прибыли? — поинтересовалась она, приподняв бровь и улыбнувшись, словно разгадывая тайну. — Редко к нам гости издалека приходят.

— С Альпийских гор! — гордо заявил Руфус, расправив плечи и сияя от гордости, как будто только что покорил неприступную вершину. Его глаза искрились, и он явно наслаждался тем, что может похвастаться таким знакомством.

— Это действительно очень далеко от нас, — поддакнула Лаура, усмехнувшись и подмигнув ему.

— Там очень холодно, а ещё население — совсем небольшое! — добавил он, покачивая головой, словно это было чем-то выдающимся, и воодушевлённо продолжая свою историю.

В этот момент его товарищ, чуть приоткрыв рот от смеха, перебил:

— Не совсем так, — сказал он, отмахиваясь, как будто разгонял облака недоразумения. — Там суровый климат, да, долгие зимы, но когда приходит весна, холода уходит! Ненадолго, конечно, но этого времени хватает, чтобы насладиться солнечными лучами и сделать запасы.

Лаура, наклонившись чуть ближе к столу, заглянула в глаза собеседников, ловя каждое слово, словно это была захватывающая история, жаждущая быть рассказанной.

— И что, вы там строите снежные замки, пока солнце не выглянет? — рассмеялась она, игриво поджимая губы, её волосы слегка покачнулись, словно повторяя её настроение.

Гость с удовольствием кивнул, наклонившись к ней, и в его голосе послышалась нотка шутливости:

— О, да! Мы так и делаем! Каждый год устраиваем снежные турниры.

Лаура, заливаясь смехом, ответила:

— Вот это я понимаю — настоящая альпийская жизнь!

— Лаура! — раздался мягкий голос отца.

Девушка сразу встрепенулась и повернула голову в сторону голоса.

— Зайди на кухню, — продолжил он, его голос был полон заботы.

— Бегу! — отозвалась она, уже спешащая в нужном направлении.

Её отец, Ирвит, с малых лет приучал дочь к труду, часто приводя её в свою таверну, чтобы научить мастерству, важному в их ремесле. Он делился с ней тайнами: как наливать медовуху так, чтобы ни капли не пролилось, как следить за порядком в зале и как читать настроение тех, кто, с бокалом в руках, искал утешение или приключение.

Лаура была трудолюбивой, но её характер скрывал вспыльчивость, что иногда приводило к изменениям в устоявшихся правилах. Если гость пересекал границу разумного с выпивкой, вышибала Диг, как ураган, быстро и эффективно выпроваживал его за дверь. Благодаря её решительным действиям в таверне стало спокойнее, и теперь сюда нередко заходили дамы, что прежде побаивались этого заведения.

Таверна в последний рабочий день была переполнена работягами, которые, уставшие от тяжёлого дня, пришли отдохнуть. Здесь царила атмосфера дружелюбия, напоминала о долгожданных выходных, когда можно было расслабиться, провести время с семьёй или просто насладиться хорошей компанией.

Пробежав мимо последнего стола, Лаура вбежала на кухню, где разгорелся настоящий переполох.

— Что случилось? — воскликнула Лаура, её голос звучал, как тревожный колокольчик, когда она увидела перепуганных поваров.

— Какой-то зверёныш забежал на кухню! — в панике закричал светловолосый эльф Лорен, его платиновые волосы были растрепаны, как будто он только что вышел из битвы. — А Фузичка решила его поймать! Они всё здесь разнесли!

Полное имя Лорена звучало так: Элвенстарион Лорендалер Найтфоллсинтарим. Оно было слишком длинным и сложным для простых людей, и было принято решение уокротить его до простого «Лорен». Лаура с улыбкой смотрела на него, её взгляд задерживался на его волосах, которые манили, как мёд пчёл. Ей всегда хотелось прикоснуться к ним, представляя, что они будут мягкими, как облака.

— Где сейчас эта живность? — спросила она с легким удивлением, заметив, как Лорен с трудом сдерживает истерику. Его глаза сверкали от страха и гнева, как два уголька.

— Я не знаю! — вскинул он руки, отчаянно тряся ими, будто это могло прогнать бедствие. — Фузичка выбежала на улицу за ней, не знаю, поймала она её или нет. Но надеюсь, она хорошенько её помяла!

— Перестань, — вмешался Ирвит, его голос был тихим и ровным, как вечерний ветер. — Просто на запах твоей вкусной еды сбегаются не только люди.

На лице Лорена появилась самодовольная ухмылка. Он расправил плечи, как цветок, что ждал солнечного света, и в глазах его загорелся огонёк уверенности.

— Ладно, а от меня-то что требуется? — спросила Лаура.

— Пока мы будем прибираться, не могла бы ты проверить, где Фунчозочка? — спросил отец, укоризненно поглядывая на разбросанные мешки и посуду. — Тут всё перевернулось. А моя девочка… уже вечер, как бы в лес не убежала.

Лаура с улыбкой покачала головой, глядя на отца, который так заботливо опекал свою любимицу. В его нежном отношении к чёрной кошке, с зелеными глазами, словно светом отразившими воспоминания о покойной жене, она чувствовала всю глубину его утраты. Эти глаза напоминали о любви, которая теперь нашла выход в заботе о Фунчозочке, а чёрная шерсть, гладкая и блестящая, была подобна волосам её матери, храня в себе тепло домашних вечеров.

— Не переживайте, я быстро найду Фунчозочку и вернусь, — уверенно произнесла она, уже собираясь в путь.

Выбежав из таверны через чёрный ход, Лаура помчалась мимо полей, где тыквы расправляли свои жёлтые юбки, а картошка и капуста, словно стражи, охраняли свои грядки. Её сердце стучало в унисон с шагами, и она надеялась, что кошка не загуляла слишком далеко. Солнце клонилось к закату, и воздух наполнялся сладковатым ароматом полевых трав.

Поле, раскинувшееся перед ней, изобиловало плодами: кусты с яркими ягодами приковывали взгляд, а деревья с сочными фруктами. Отец Лауры, вложив средства в эту землю, не пожалел о своих решениях. Работники и охранники, преданные делу, с заботой ухаживали за каждым кустом и грядкой. Урожай с каждым годом становился всё более щедрым. Лаура задумалась о продаже части урожая — у них не хватало сил, чтобы переработать всё, что произрастало.

— Фузочка! — позвала она.

Замедлив шаг, Лаура задумалась, куда могла убежать кошка. Поле распахнуло перед ней свои просторы, а тропинка, уходившая в лес, манила и подсказывала что возможно ей придется последовать туда. Но Фузичка не была животным, жаждущим свободы; её душа больше тяготела к домашнему уюту, хотя в ней всё же играл инстинкт охотницы.

— И куда же ты могла побежать? — прошептала девушка.

Она шла вдоль посадок, заглядывая в каждый куст, за каждым деревом, надеясь увидеть чёрную кошку, которая могла бы дать знать, что она рядом. Вдалеке слышалась музыка из таверны, переливаясь радостными нотами, смешанными со смехом гостей, который был слышен даже на таком расстоянии.

Уютная атмосфера таверны радовала глаз и душу, как теплое одеяло, укрывающее от холода. Это место манило возвращением, словно воспоминания о счастливом детстве. Когда-то Лаура мечтала отправиться в столицу, увидеть мир за пределами родной деревушки, но с течением времени эти желания постепенно угасали. Огни больших городов больше не притягивали её, как прежде. Она находила утешение в знакомом уюте, в том тепле, которое дарила её родная деревня.

Изменения в деревне вызывали в ней дискомфорт, и она, вспомнив себя в детстве, понимала, что тогда радовалась бы переменам. Теперь же сердце её стремилось к стабильности, к тому, что могло бы оставаться неизменным в этом быстро меняющемся мире.

Обойдя окрестности, поля и заросли, Лаура начала ощущать нарастающее беспокойство. Каковы шансы, что Фунчозочка уже вернулась домой? Если бы это было так, отец, безусловно, вышел бы на её поиски. Следовательно, поиски продолжались, и тревога в душе Лауры росла, как тень заката.

Она вспомнила, как кошка нередко убегала в погоне за мелкими существами или просто ради забавы, но в памяти Лауры не было ни одного случая, когда Фунчозочка забиралась бы так далеко. Сердце её наполнилось тревогой, словно ветер, забирающийся в уши с шёпотом предчувствий.

— Фузочка! — позвала она, но её голос лишь растворился в воздухе, пока, наконец, не прозвучало знакомое «мяу». Но этот звук доносился из леса.

— Спасибо, что подсказала направление, — пробормотала Лаура себе под нос. Собравшись с мыслями, она решительно направилась в сторону леса, тёмные очертания которого на фоне заходящего солнца казались зловещими.

Лаура не любила темноту. Она не была среди тех смельчаков, кто искал ночных приключений. В отличие от своих подруг, которые нередко отправлялись к Лунному озеру, чтобы искупаться в лунном свете или забраться в конюшню к отцу Боны, чтобы умыкнуть пару лошадей для ночных прогулок, она предпочитала уют дневного света. Ночь же окутывала деревню, как старый, потёртый плащ, и уводила с собой желание покидать тёплые стены дома. Однако сейчас, к её облегчению, солнце ещё не зашло полностью, и лес не погрузился в полную темноту. Но если не удастся отыскать кошку, она, скорее всего, откажется от этой затеи и оставит поиски отцу. Блуждать по ночному лесу в поисках чёрной кошки не входило в её планы.

Она знала, что такая резкость в словах иногда пугала и её, и отца. Но что поделать — жизнь заставила её рано повзрослеть, и такие эмоции стали постоянными спутниками.

С каждым шагом, углубляясь в лес, Лаура вновь уловила мяуканье, которое стало ещё отчетливее. Этот звук, словно луч света в сумерках, внушал надежду на скорую встречу с животным.

Подняв голову, Лаура выдохнула, увидев, как Фунчозочка, с самодовольным видом, сидит на ветке, весело мяукает, словно дразнит хозяйку. В лесу стояла такая тишина, что без этого мяуканья Лаура вряд ли заметила бы её.

— Вот ведь непоседа! — прошипела она, размышляя, как бы снять кошку с ветки. — Как ты туда забралась?

Ответа, конечно, не последовало, но немного поворчать на озорную кошку казалось совершенно уместным. Кошка сидела высоко, и до неё было практически невозможно добраться. Платье сковывало движения, а обувь лишь мешала, да и Лаура не была ловкой альпинисткой. После нескольких падений с веток в детстве, она не стремилась испытывать судьбу снова.

— Кис-кис-кис… — позвала она, стараясь приманить кошку, но та лишь смотрела на неё с ухмылкой и продолжала мяукать, не желая спускаться.

— И как же ты предлагаешь тебя оттуда снять? — спросила Лаура, с каждой минутой ощущая, как ночь окутывает лес, а её решимость не ослабевает. Она не могла вернуться домой, оставив Фунчозочку одной. Искать помощь показалось бы пустой тратой времени: ведь кошка могла убежать, пока она бежала за подмогой.

Она предприняла ещё одну попытку забраться на дерево. Схватившись за толстую ветку, она чувствовала, как пальцы её цепляются за кору. Пару раз она чуть не упала, и пару раз, казалось, заработала занозу.

— Глупая кошка, — бормотала она, поднимаясь всё выше. — Конечно, вопрос о том, как мы будем спускаться, это уже наши будущие проблемы, не так ли?

Девушка посмотрела на кошку, та буравила её взглядом, как будто в этом взгляде скрывалось понимание, что скоро она сможет слезть с дерева.

— Вот скажи мне, все кошки как кошки, прыгают, лазают, а ты почему такая одаренная? Забралась, а слезть не можешь, — с саркастичной ухмылкой произнесла Лаура, ощущая, как её слова отголоском повторяют голоса отца, который всегда любил беседовать с Фунчозочкой.

Наконец, Лаура забралась на ветку и, с трудом устроившись, почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она смотрела на кошку и думала, как бы подобраться ближе, чтобы взять её на руки. Спуститься с дерева, было похоже, станет настоящим испытанием. Казалось, если бы ветка обломилась, все их проблемы разрешились бы сами собой.

Сделать текст более красноречивым наполнив его страстью и романтикой: Вдали, словно шепот призрачного ветра, раздался женский смех, за которым последовал таинственный шорох кустов и бархатный рокот мужского голоса. На мгновение Лаура задумалась, что лишь одно обращение за помощью развеяло бы все её тревоги. Но, стоило голосам приблизиться и произнести первые слова, как она поняла — это не выход.

— Вильям же не узнает? — с тревогой в голосе произнесла девушка.

— Не беспокойся. Он занят своими делами, и ему нет до нас никакого дела, — уверенно ответил мужчина, и в его тоне слышалось игривое безразличие.

— Я всё равно переживаю… Не хочу причинять ему боль, — призналась она, в её голосе звучали нотки смятения.

— Ты бы так не волновалась, если бы позволила мне войти в твою жизнь и в твою постель, — насмешливо заметил он.

— Аден! Перестань, ты же знаешь, как всё было… — её голос утратил уверенность, и она замолчала.

— Как что? — поддразнил он, словно нависая тенью над её неоконченной мыслью. — Как в тот момент я проходила через череду тяжёлых испытаний, — ответила она, и в её голосе прозвучала горькая острота воспоминаний.

— Испытаний, когда постель сиротливо пустела, а молодость взывала к утолению…

— Перестань! — воскликнула она, внезапно обретя уверенность.

Глянув вниз, Лаура аккуратно навострила свой взгляд, пытаясь разглядеть тех, кто притаился внизу. Голос, пронзительно напоминая ей давнюю подругу Эбби, воскрешал сладкие воспоминания о прошлом, когда их юные мечты были еще полны надежд. Та обожала приковывать внимание, и с детства мечтала о жизни в сиянии роскоши, такой, которой никто не отваживался даже воображать.

Уже совсем скоро образы стали симфонией звуков, когда мужчина впился в свою спутницу, их одежда беспорядочно срывалась, погружая обоих в тайное желание.

— Признай, твоё согласие на свадьбу было ошибкой, — прошептал мужчина, его голос блуждал между страстью и решимостью, как охотящийся зверь.

— Прекрати, — ей удавалось с трудом сдерживать отклик, она едва не задыхалась от нахлынувших эмоций, ей с трудом удавалось сдерживать себя и не поддаться на искушение.

Отношения их напоминали зыбкую тропу, где любое движение могло пробудить бурю. Тела говорили теснее слов, казалось, что в них заключено больше, чем могла сказать душа.

Лаура, наблюдая за этой сценой страсти, ощущала прилив гнева и зависти, её язык словно обжигали ядовитые слова. Но сцена предавалась беззвучному трепету — каждый стон, каждый осеченный жест, каждый вздох, который становился криком.

— Эб… — его голос разрывался сладостной мукой, выдыхая обещания будущего. — Здесь и сейчас.

Мужчина крепко держал её, как будто остров нежности открывался всеми гранями, когда она застыла в его объятиях.

Аден с трепетным чувством начал снимать одежду с девушки. Он умело расстегнул корсет и снял платье, которое словно ускользало от его ловких пальцев, оставляя за собой изящные складки бархата. Её кожа, нежная и шелковистая, представлялась ему как манящий зов, призывающий к нежным прикосновениям.

Его пальцы, словно окутанные мягкостью росы, нежно скользнули по её груди, едва задевая набухший сосок. Затем они медленно двинулись вниз, касаясь чувственных изгибов живота и бедра. Эбби охватило трепетное волнение — слияние щекотки и смущения, вызывающее трепетное дрожание от этих теплейших прикосновений.

Взгляд Адена вдруг вспыхнул искрой нарастающей страсти, и он решительно стянул платье с девушки. Он ухватил её за волосы и заставил опуститься на колени, пока Эбби не осела на мягкую ткань, которая теперь лежала на охлаждённой земле. Слегка постанывая, она раздвинула ноги, попав в прохладный поток воздуха, который игриво касался её жарких губ.

Аден без промедления стянул сапоги и начал расстёгивать ремень своих брюк, в то время как сердце Эбби забилось в бешеном ритме. Её тело, трепещущее в ожидании неизбежного, отзывалось теми неведомыми приливами желания. Мужчина перед ней был воплощением физической красоты: гранитные черты лица — высокие скулы, проникновенные глаза, мягкие губы, окутанные загадочной улыбкой. Широкие плечи и торс, изгибающийся через рельеф мускулов, излучали уверенность, а сила его сильных рук и крепких запястий не оставляла сомнений в его мощи. Мощные стройные ноги, словно готовые к любым свершениям, добавляли шарма, маня к себе взгляд. Каждое его движение дышало уверенностью, как будто всколыхнувший в ней волны восхищения магнит.

Но когда её взгляд потянулся вниз, встречая его внушительное достоинство, внутри зажглась нераспознанная тревога, и у Эбби залилась краска на щеках, ярче прежнего.

Аден энергично прикоснулся губами к её губам, и их языки пустились в омут страсти. В мимолётный миг она ощутила его осмотрительное проникновение, которое вызвало хриплый вздох. Она крепко обвила его за шею, откликаясь на каждый поцелуй, не в силах удержать разлившиеся волны эмоций. Эбби утонула в нескончаемом удовольствии, влажность которого усиливалась с каждым моментом.

Он двигался нежно, оберегая её от боли, но, услышав сладостный стон, вырвавшийся из её губ и отражавший томную соблазнительность её изгибающегося под ним тела, начал ускорять ритм, проникая всё глубже.

Эбби вспомнила их первую ночь, когда полностью отдалась его обаянию, зная, что ни мгновения об этом не пожалеет. Но тогда он был пленником сдержанности, в отличие от раскованной свободы ныне. Аден уложил два пальца в её приоткрытый рот, движением мимикрируя синхронно своей мозаике движений. Она почувствовала, как снизу живота расцвёл жар, и крепче обняла его пальцы губами, чувствуя, как их тёплая влага струится вниз, благородно омывая подбородок и грудь.

— Не могу больше терпеть, — звук её голоска дрожал.

— Потерпи ещё немного.

Лаура, погруженная в наблюдение этой сцены, испытывала едва сдерживаемое волнение, уже почти поддаваясь соблазнительному зуду собственного прикосновения. Звуки, доносящиеся снизу, и образ мужчины, завораживающий её взор, кипели в душе обжигающим огнем желания. Быть на дереве становилось все невыносимее — не только из-за шершавости ветки, но и из-за неудержимой тяги спуститься вниз, возможно, даже стать частью этого чарующего действа, насыщенного страстью.

Её личный опыт не знал проникновения, но воспоминания о ласках Эрика — его нежные поцелуи шеи и груди — будили в ней сладостное томление. Однако страх перед неведомым будущим супругом сковывал её решительность. Она жаждала сохранить свою невинность для того единственного момента их встречи.

Звуки снизу нарастали, словно симфония распаляющейся страсти. Эбби почти выкрикивала из глубины души, охваченная волной сладостных ощущений, даруемых Аденом. Даже Лаура запомнила имя этого мужчины — его имя звучало, как шёпот искушения. Но в сердце Лауры вкрались нотки горести: она стала свидетелем встречи, где её давняя подруга нарушала обеты, данные будущему супругу, в тёмной чаще леса.

Когда страстные стоны Адена коснулись её слуха, Лаура не смогла подавить мучительное желание, пробуждённое в душе и теле. Пальцы её слегка дрогнули, прикоснувшись к своей груди в надежде унять томительное зудение, разливавшееся внизу живота.

— Что ты делаешь… — начала Эбби, но её голос потонул в повелительных интонациях Адена.

— Иди сюда, — грубо, но заманчиво предложил он.

Аден, выйдя из девушки, любовался её дрожащими ногами, её грудь, тяжко вздымалась, завораживала его. Дав ей мгновение для передышку, он перевернул её на живот.

— Встань на четвереньки, — приказал тихий, но властный голос.

— Что?

— Прошу, — умоляюще добавил он.

Эбби подчинилась, приняв позу, о которой он просил, и Аден, не теряя времени, начал своё плаванье в её обнажённых глубинах. Она сдавленно простонала, изогнувшись в его объятиях.

— Пожалуйста, — взмолилась она.

— Хорошая девочка…

Лаура, не в силах оторвать взгляд от захватывающего зрелища, ощущала, как зависть и желание сливаются в ней. Она мечтала быть на месте той, чью талию обнимали руки сильного мужчины, и чьё тело, казалось, превратилось в океан удовольствия. Образ овладел её мыслями настолько, что её рука невольно потянулась под юбку, пальцы легонько коснулись влажной кожи, пробуждая тихий стон.

Аден поднял голову и встретился с наполненным страстью и страхом взглядом девушки, сидящей на дереве. Она была поглощена ласками собственного тела, пожирая его взглядом.

Лаура подумала, что сейчас поднимется паника, Эбби резко подпрыгнет и издаст пронзительный крик. Однако мужчина лишь усмехнулся, подмигнул незнакомке и продолжил своё занятие с ещё большим энтузиазмом.

Аден ускорил темп, но не отворачивался. Он продолжал смотреть вверх, погружаясь в тело Эбби. Лаура, смущаясь, хотела прекратить это непристойное занятие, но, услышав очередной стон мужчины, не смогла удержаться. Она решила забыть о приличиях и продолжила ласкать левой рукой свою грудь, а правой — нежно поглаживать себя между ног. Когда она делала это более уверенно, она замечала, как дыхание Адена становится всё более частым, а его движения — всё более резкими. Лаура не отставала, но ткань платья мешала ей, а игривые глаза Адена буквально пожирали её тело взглядом, что только подстёгивало её. Решив подразнить его ещё больше, она освободилась от верхней части платья, развязав корсет, и спустила ткань вниз, открывая свою набухшую грудь. От этого действия рот Адена распахнулся, издавая громкий стон.

— Дааа… Ещё, не останавливайся… — простонал он.

— Хорошо… — простонала Эбби.

Однако Лаура сразу поняла, что его стон и слова были адресованы не его партнёрше. Ей нравилось, как он стонал и как сильно погружался в извивающееся под ним тело Эбби. Вспомнив о его движениях пальцами во рту у Эбби, Лаура отпустила свою грудь и начала облизывать пальцы. От этого мужчина вновь не выдержал и застонал.

— Пожалуйста, ещё, давай… — просил он.

Лаура сильнее поглаживала себя между ног, чувствуя, как приближается к кульминации. Она сама еле сдерживала стоны и, засунув в рот два пальца, начала сильно прикусывать их, надеясь, что её не будет слышно, когда всё закончится.

— Умница, вот так… — говорил Аден.

Лаура вновь поняла, что эти слова были адресованы ей. И в тот момент, когда всё её тело содрогнулось, а её пальцы потерпели сильный укус, она увидела, как Аден, сделав последний толчок в Эбби, быстро вытащил член и, уронив его на белоснежную спину девушки, покрыл её белой жидкостью.

Лаура, затаившись, начала быстро и умело поправлять платье, прикрывая свою грудь.

Вновь её взгляд встретился с расслабленным лицом Адена, который смотрел на неё, пока из него извергалась семенная жидкость. Казалось, ему больше удовольствия доставляло наблюдение за ней, чем сам акт с Эбби.

— Аден, я… — произнесла Эбби, её дыхание стало резким и прерывистым, в сердце разгоралась непередаваемая тревога.

— Всё в порядке, — мягко произнес он, его голос был полон силы и уверенности. — Одевайся и отправляйся к привалу, я скоро буду.

— Почему? — спросила она, не в силах скрыть волнение, которое заполнило её грудь.

— Потому что будет странно, если мы появимся вместе, не так ли? — его глаза блеснули, словно он знал, что именно это добавляет напряжения.

— Да, — ответила она, её голос едва слышно дрожал.

Девушка, охваченная волнением, быстро начала собираться, натягивая на себя платье, чувствуя, как ткань обнимает её тело.

— Поможешь с корсетом? — спросила она, делая шаг ближе к Адену, и в её голосе звучала нотка настойчивости, наполненная ожиданием.

Эбби стояла спиной к Лауре, которая наблюдала за ними, боясь, что мужчина расскажет об их незримой свидетельнице. Однако он лишь бросил взгляд на ветку, на которой сидела девушка, и, встретившись с ней взглядом, резко притянул Эбби к себе, начав блуждать руками по её телу. Почему-то от этого действия внизу живота Лауры вновь заныло.

Он нагло блуждал руками по её телу, и пока девушка таяла в его объятиях, Аден поглядывал на реакцию незнакомки, которая вновь начала ёрзать на дереве.

Увидев реакцию, мужчина быстро помог девушке с корсетом и, проследив за тем, как она исчезает с протоптанной тропинки, наконец подошел к дереву.

Вот более романтичная и флиртующая версия:

— Кто же вас учил манерам? Разве вам не говорили, что подглядывать — это не очень красиво? — с лёгкой усмешкой спросил Аден, его глаза блестели игривым вызовом.

— Видимо, тот же человек, что и вас, — с ухмылкой ответила Лаура. — Не припомню, чтобы в правилах этикета поощрялось предаваться плотским утехам с замужними дамами.

— Она ещё не замужем.

— Тем более. Это только добавляет пикантности, не так ли?

— Но я вижу, вам это представление понравилось. Если вы спуститесь, возможно, сможете и поучаствовать в нашем маленьком спектакле.

— Пожалуй, откажусь.

— О, игра в неприступность? Мне это нравится, — с искрой в глазах произнёс Аден, подходя ближе.

— Это вовсе не игра, — бросила она, слегка закусив нижнюю губу, испытывая напряжение между ними.

— А что тогда?

Вот более романтичная версия с наполненными чувствами и эмоциями:

— Не важно, — тихо произнесла Лаура, её голос был едва слышен среди окружающего шороха листвы. Вдруг рядом раздалось мяуканье — Фузочке, похоже, надоело сидеть на ветке и наблюдать за происходящим.

— Чёрт… — прошипела Лаура, когда кошка привлекла её внимание.

— Там кошка? — с искоркой любопытства в глазах спросил мужчина, поправляя ремень на брюках. Лаура взглянула на него сверху вниз и заметила, что он уже в сапогах и штанах, но рубашку не надевал. Это спровоцировало в её мыслях смелые фантазии о том, как приятно было бы коснуться его горячего тела.

— Да, собственно, из-за неё я и оказалась здесь, — ответила она, пытаясь скрыть волнение.

— Почему же вы не подали голос? — его голос был полон легкого упрека, но и теплоты.

— Не хотела прерывать вас, судя по вашему разговору, у вас было мало времени, чтобы побыть наедине, — произнесла Лаура, чувствуя, как её сердце забилось быстрее.

— Какая вы проницательная и понимающая, — с улыбкой заметил он. — Может, раз вы не стали нас отвлекать и подарили шанс на долгожданное уединение, я помогу вам? Кажется, с кошкой на руках вам будет непросто спуститься.

Лаура, не раздумывая, согласилась, и в её душе заклокотало волнение. Мысленно она уже представляла, как он будет поддерживать её, как их руки, возможно, коснутся друг друга. В этот момент она почувствовала, что каждая секунда приближает их к чему-то большему.

— И как мы… — начала девушка, но мужчина её сразу прервал.

— Осторожно слезайте, я подхвачу.

Девушка, не до конца уверенная в гениальности незнакомца, начала аккуратно спускаться. Когда её ноги коснулись нижней ветки, до её лодыжки дотронулась мужская рука.

— И что теперь? — спросила Лаура, глядя вниз.

— Прыгайте, я поймаю.

Лаура присела на ветку и начала скатываться вниз, видя, как Аден уже расправил руки, готовый ловить её. В момент, когда она прыгнула, то сразу почувствовала, как крепкие руки обхватили её, прижимая к себе. Наспех завязанный корсет сразу развязался, отчего Лаура ощутила, как тонкая ткань начала сползать. Когда Аден слегка отстранился, поставив девушку на землю, то бросил взгляд наверх, где сидела кошка.

— Думаю, она сможет ещё немного посидеть там.

— В смысле?

Аден, не став терять времени, прижал Лауру к дереву, впившись в её губы. Девушка опешила, начав руками отталкивать его от себя. Мысленно она, конечно, представляла, что всё, что он проделал с Эбби, он сделает и с ней, однако не ожидала, что его наглости не будет предела, чтобы с первых секунд прижать её к дереву, вторгаясь в её рот.

— Что вы… — начала Лаура, однако сразу из неё вырвался тихий стон, когда быстрые руки мужчины скинули её корсет на землю, а правая рука стала сжимать обнаженную грудь.

— Вы так дразнили меня, сидя там, наверху, а я не имел возможности даже прикоснуться. Вы очень сильно подразнили меня. — сквозь поцелуй процедил Аден.

— Я вовсе не… — хотела сказать Лаура, однако не успела вымолвить и слова, как Аден подхватил её за бедра, заставляя ногами обхватить его за талию.

— Мне остановиться? — Аден оторвался от её губ, встретившись с ней взглядом.

— Что? — не соображая, спросила Лаура.

— Я просто подумал, что раз вы так дразнили меня и блуждали своими пальцами по всем интимным местам у меня на глазах, оголяя свою грудь, то, думаю, мне не показалось, что вам захотелось близости.

Лаура молчала, прикцсив нижнюю губу. Между ног она чувствовала возбуждение Адена, он прижимал ее к дереву сильней, тем самым давая ей почувствовать своё желание.

— Возможно, немного и хотелось… — тихо прошептала она, руками обхватив мужчину за шею, прижимаясь к нему оголенной грудью.

— А что вы скрываете под своим красивым платьем? — спросил мужчина, уловив намек девушки.

Аден медленно провёл руками по шёлковым чулкам, задрав край платья, и с удивлением причмокнул, коснувшись пальцами влажных губ.

— Вам так сильно хочется? — спросил он, вновь впиваясь в губы девушки.

Аден, не в силах сдержаться, водил пальцами по влажным участкам, наслаждаясь тихими стонами девушки в своих объятиях. Его руки блуждали по всему её телу, но вскоре он прервал поцелуй и опустил её ноги, заставив Лауру застонать от разочарования.

— Тише… — прошептал он, опустившись перед ней на колени.

Лаура наблюдала за его действиями.

— Если вам так нравится наблюдать сверху, то, думаю, вам понравится, — произнёс Аден, приподнимая подол её платья.

— Держи, и не пропусти ничего, — приказал он.

Девушка послушалась, взявшись за подол платья, и продолжила наблюдать за действиями мужчины. Аден продолжал нежно поглаживать её по бедрам, иногда задевая самую чувствительную точку. Вскоре он прижался ртом к её ногам, иногда касаясь губами промокшей ткани. Кончик его языка кружил по бархатным ляжкам, всё ближе подбираясь к самой чувственной зоне.

Когда девушка простонала, а её ноги начали подрагивать, Аден лёгкими движениями языка прошёлся вдоль набухших губ и, уперевшись в клитор, начал пожёвывать его губами. От этого Лаура низко и протяжно застонала, перестав полностью сопротивляться. Когда его язык проник внутрь, она вскрикнула и подалась вперёд. Аден старался засунуть язык как можно глубже, высасывая все соки из незнакомки. Её стоны становились всё громче. Одной рукой она вцепилась в пушистые тёмные волосы мужчины и потянула за них, чем сразу вызвала глухой стон.

— Вам нравится? — оторвавшись от ласк, спросил Аден.

— Да, — ответила она.

Мужчина поднялся, вновь прижав её к дереву. Но на этот раз её ноги сами просились, чтобы их подхватили. Аден быстро понял намёк и сделал то, о чём Лаура вряд ли бы попросила. Он сразу прижался членом к её животу, заставив её лицо покраснеть ещё больше.

— Дальше заходить не стоит… — начала Лаура, чувствуя, что дальнейшее продвижение будет большой ошибкой.

— Почему же? Вы не хотите меня?

— Не в этом дело…

— Позвольте переубедить вас.

Отпустив одну руку, он потянулся к ремню на своих брюках, и Лаура почувствовала, как он высвобождает свой член. Она ощутила, какой он тёплый и влажный.

Устроившись поудобней между её широко разведённых ног, Аден начал тереть головкой по возбуждённым губам. Оттянув нижнее белье девушки, он убрал последний барьер между ними и пару раз качнул бёдрами, позволив себе совсем на чуть-чуть проникнуть в ждущее и вздрагивающее нежное место. Оно было таким тугим, что Аден испытал изумительнейшие ощущения.

— Как же у вас…

Лаура сразу поняла, о чём он, ибо почувствовала ноющее чувство, и сразу решила прекратить это.

— Нет. Не нужно заходить дальше.

— Вы уверены? — он уже стонал и буквально умолял её сжалиться и позволить ему войти.

— Да.

Мужчина всё ещё был рядом, их дыхания переплетались в воздухе, но, собравшись с силами, он сделал шаг назад, пытаясь отстраниться от её желанного тела. Это мгновение оказалось наполнено тишиной и невыразимой близостью, как будто между ними возникла невидимая нить, соединяющая их сердца. Каждый его взгляд оставлял ощущение тепла, а нежный запах её волос всё ещё витал в воздухе, словно приглашая его вернуться.

— Слово дамы — закон, — произнёс он.

— Благодарю вас, — ответила она.

Они ещё некоторое время стояли, глядя друг другу в глаза, пока их молчание не было прервано мяуканьем кошки.

— Кошка! — воскликнула Лаура, в спешке поправляя своё платье.

Аден молча застегнул штаны, его движения были уверенными и быстрыми. Он взглянул на Лауру, а затем, не дожидаясь, пока она приведет себя в порядок, ловко забрался на дерево. Его ноги уверенно перекатывались по веткам, а руки легко цеплялись за ствол.

Тем временем Лаура старалась вернуть платью его прежний вид, расправляя ткань и поправляя волосы, которые, словно живые, разметались по плечам. Она испытывала внутреннюю бурю, и каждое прикосновение к себе казалось ей недостаточным.

Аден, достигнув вершины, быстро и ловко потянулся к кошке, которая мирно устроилась на ветке. С легкостью он поднял её на руки, и животное, не проявляя ни капли страха, уткнулось в него, словно чувствуя его спокойствие.

Лаура, в этот момент закончив с платьем, подняла голову и увидела, как он стоит на ветке, держа в руках черное пушистое создание. В её сердце всколыхнулось ощущение удивления и восхищения. В воздухе повисло тихое ожидание, словно сама природа затаила дыхание в ожидании следующего момента.

— Так быстро? — удивилась девушка.

Мужчина ничего не ответил, лишь молча спрыгнул, передав ей в руки чёрное животное.

— Будьте аккуратнее в следующий раз, — произнёс он.

— Вы о чём?

— О вас. Если бы я не был удовлетворён ранее, возможно, вы бы уже кричали от удовольствия на этой земле.

— Не звучит как предостережение.

— Правда? Какая жалость.

Лаура, крепко прижав к себе кошку, молча направилась прочь из леса, стиснув зубы, чтобы не обернуться и не украсть последний взгляд на мужчину, который пробудил в ней бурю чувств и эмоций. Каждая пройденная минута казалась вечностью, а сердце всё ещё колотилось от волнения, оставляя сладкое послевкусие в памяти о мгновениях, которые она ещё долго будет вспоминать.

— Знаешь, я слышала, что она раньше воровала на городских рынках, а потом, чтобы избежать правосудия, сбежала в леса и связалась с местной ведьмой, — сказала белокурая барышня, подмигнув и кокетливо поправляя свои волосы.

— Откуда ты это знаешь? — удивленно поинтересовалась рыжеволосая женщина средних лет, приподняв брови и наклонив голову, словно не веря своим ушам.

— Да вот, когда я была в городе на встрече с сестрой, она мне рассказала! — продолжала белокурая, зажигаясь от воспоминаний. — Муж её соседки — охотник. Так вот, однажды рано утром он наткнулся на эту ведьму. Она так разозлилась, что прямо грозилась проклясть его, если он не уйдет с её земель!

Рыжеволосая женщина, наклонившись вперед, с нетерпением произнесла:

— И что? Поддался на её чары?

— Вот в этом-то и загвоздка! — с ухмылкой ответила барышня, выставляя ладонь, будто отмахиваясь от подозрений. — Он жене, конечно, сказал, что сбежал оттуда, а что на самом деле произошло, никто и не знает. Теперь они как собаки, каждый день ссоры, упреки — настоящая драма!

— Ах, какие страсти! — воскликнула рыжеволосая, скрестив руки на груди, её глаза блеснули от интереса.

Лаура, скользя между столиками, с неизменным интересом улавливала обрывки чужих разговоров. Голоса гостей часто накрывали её волной любопытства, так что мысли о работе мгновенно растворялись, уступая место желаниям погрузиться в эти истории и стать их едва заметной частью.

Эти сплетни были не настолько интересными какие обычно ей доводилось подслушивать.

Воспоминания уносили её в прошлые месяцы, когда, случайно подслушав разговор подвыпивших мужиков, она узнала о тайных заначках, спрятанных от взора их жён, дабы те не отобрали последние монеты, которые они любили тратить на выпивку и иногда на ночных девок, к которым мужики приезжали в столицу или ближайшие города.

Последние копейки, укрытые от семейных будней, тратились на выпивку и визиты к ночным девам, чьи услуги предпочитались молчаливым столичным переулкам. их молчание, по мнению мужчин, было куда предпочтительнее упрёков и криков в домашних стенах.

Отчего её глушибло лувство обиды за тех женщин, которые сидели дома в ожиданиях своих мужей, а те прогуливали последние деньги, сидя в таверне допивая очереную кружку эля или медовухи, а то и вовсе на выходные уезжали в город, якобы на работу, а на самом деле торчали в борделях или просаживали деньги в азартных играх.

Сердце Лауры сжималось от тоски, когда она слушала их рассуждения, создаваясь образ своей заплаканной судьбы в этом зеркале измен и предательств. Её уважение к этим людям увядало, и мысль о возможной неверности её будущего супруга с каждым разом становилась всё мучительнее. Сомнения и боль зажигали ярость в её сердце, представляя женщин, томящихся в ожиданиях дорогих мужей, что проматывали последнее в тавернах или нежились в опьянении от запретного восторга и азарта ночной жизни.

С каждой минутой, когда девушка погружалась в свои мысли, она всё чаще вспоминала недавний случай в тёмном лесу. Там она позволила себе поддаться безнравственным желаниям с мужчиной, который на её глазах наслаждался обществом почти замужней девушки.

Хотя её поступок был не совсем правильным, она не испытывала ни стыда, ни отвращения. Ощущения, которые она тогда пережила, всё ещё были с ней. Возможно, если бы она была более раскованной, то без колебаний позволила бы Адену продолжить.

Аден… Это имя она хорошо запомнила. Наглый, возможно, даже избалованный мужчина, который, без сомнения, пользуется вниманием многих женщин и, вероятно, не отказывает себе в свиданиях и тайных встречах с ними.

При одном лишь воспоминании о нём внизу живота Лауры становилось влажно, а соски затвердевали. Несколько ночей после той встречи она, укрывшись одеялом, поддавалась соблазну и позволяла своим рукам касаться себя в тех местах, где хотела бы ощутить руки Адена.

Так долго она ещё ни о каком мужчине не думала, и это слегка пугало её. Воспоминания о той странной встрече и такой быстрой и непристойной близости заставляли её щеки гореть. В какой-то момент она даже пожалела, что не отдалась ему. Потому что всё чаще, при мысли о нём, она чувствовала, что не захочет никого другого так сильно, как его.

Проходя мимо столов и протирая их тряпкой, чтобы избавиться от крошек и пролитых напитков, девушка на мгновение представила, как могла бы удобно устроиться на одном из них, притянуть к себе Адена и ощутить его желание. В её голове вновь замелькали яркие образы: он был таким живым и привлекательным.

Интересно, помнит ли он о ней? Вспоминает ли их недолгую близость или уже нашёл новую спутницу? Мысли об Эбби, которая так страстно стонала в его объятиях, причиняли ей боль. Возможно, она уже делит с ним ложе втайне от своего будущего супруга. Эта мысль вызывала у неё мучительную обиду.

Ей было очень грустно осознавать, что кто-то другой может быть рядом с ним, чувствовать его тепло. Она ловила себя на том, что вновь и вновь прокручивает в голове их встречу, его улыбку и взгляд, который, казалось, заставлял её чувствовать себя единственной. Но, возможно, всё это было лишь иллюзией, созданной её мечтами.

В памяти всплыли образы тех пожилых людей, которые, выпив, делились своими воспоминаниями о молодости, женах и любовницах. С каждым новым словом одного из них она всё яснее понимала: если Аден так легко относится к незнакомым девушкам, если его желания меняются так быстро, то он явно не тот, кому можно доверить своё сердце, а тем более свою невинность. От этой мысли её сердце сжималось, и на душе становилось так тоскливо.

«Почему так сложно забыть? Почему его образ не даёт мне покоя?» — вздохнув, она взглянула на тускло сверкающие столы. Жизнь продолжалась, но в ней оставался этот горький след, который не давал ей покоя. Небо за окном начало темнеть, и ей вдруг захотелось сбежать, найти утешение где-то вдали, в другом мире, где нет ни Адена, ни Эбби.

— О чем задумалась? — раздался голос прямо над ухом.

Девушка вздрогнула и резко обернулась на звук.

— Лорен! — воскликнула она, чуть не ударив его тряпкой по лицу. — Зачем подкрадываешься?!

— Тише! — удивился эльф, отступая назад. — Я не хотел тебя пугать, просто заметил, что ты застыла на месте, и решил узнать, что случилось.

Лаура выдохнула, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. Она не любила, когда кто-то подкрадывался сзади, особенно в такие моменты, когда её мысли были слишком откровенными. В эти секунды в её голове возникали образы: как она могла бы прижаться к Адену, ощутить его тепло, его губы, мягкие и настойчивые. Она всегда боялась, что в такие моменты её фантазии могут стать реальностью, что кто-то увидит её сокровенные желания и поймёт, как она мечтает о том, чтобы его руки скользили по её коже.

— Лорен, просто… — начала она, но слова застряли в горле, словно её собственные фантазии не давали ей говорить.

Эльф, заметив её смятение, приподнял бровь, его взгляд стал внимательным.

— Ничего, просто думаю о предстоящем празднике. Скоро будет Солнецвест.

Лерон ухмыльнулся. Солнецвест — волшебное событие, отмечаемое раз в год в полнолуние, когда распускаются редкие лунные цветы, способные исполнять желания.

Празднование начинается с Парада Лунных Цветов, где жители демонстрируют наряды, украшенные цветами. Эльфы и феи изысканно украшают волосы, создавая зрелище, полное красок и света, напоминая о детстве. Когда наступает темнота, начинается Танцы под Луной — грандиозный бал под открытым небом. Музыка с древних инструментов наполняет воздух, а танцы символизируют единство существ, даря ощущение гармонии и счастья.

Кульминацией праздника становится Обряд Желаний. Участники пишут мечты на бумажных цветах и отправляют их в плавание по реке. Светящиеся цветы, как звёзды, олицетворяют надежду на исполнение желаний.

Фейерверки, взрывающиеся в небе, добавляют магии, наполняя сердца восторгом и удивлением, возвращая ощущение детства. Завершает празднование Пиршество у Огня, где собираются, чтобы насладиться волшебными блюдами и слушать легенды о древних временах, погружая всех в атмосферу таинственности.

— Уже ждешь? — спросил Лорен с легкой усмешкой.

— Конечно! Когда ещё можно будет так повеселиться? — ответила она, подмигнув.

— Здорово! Потому что, как я узнал, этот праздник будет под четким руководством лорда Пембертона.

— Правда? — её интерес мгновенно возрос.

— Ну, на самом деле, под руководством его старшего сына. Я уже жду, когда он приедет на открытие праздника.

— Откуда столько желания? — с сарказмом поинтересовалась она.

— Мечтаю полюбоваться на здешних девиц, которые будут верещать и вешаться ему на шею, — произнес Лорен, дразня её.

— Настолько красивый? — она приподняла бровь, закусив губу.

— Настолько богатый, дорогуша. Красота с годами уйдёт, а вот деньги останутся, — ответил Лорен, придавая своему тону игривости.

— Вот как! — она фыркнула, но в её голосе слышалась зависть. — Так из всех их семейки холостым остался только старший сыночек?

— Да, младший уже обзавёлся невестой, хотя свадьбы пока не было. Знаешь, некоторые девушки всё ещё пытаются урвать этот лакомый кусочек себе, — Лорен подмигнул, вызывая у неё лёгкий смешок.

— Не смотри на меня так, не интересно.

— Да ладно, неужели? — с недоверием произнесла она, слегка приподняв бровь.

— Абсолютно, — уверенно ответил Лорен, его глаза сверкали.

— Но ты ведь даже не видела ни одного из них, — напомнила она с хитрой улыбкой.

— Знаешь, мне и не нужно их видеть, чтобы уверенно сказать «нет» их смазливым мордашкам, — с задором произнесла она, откидывая волосы назад.

— Жаль, хотя, по моему скромному мнению, младший симпатичней, — он насмешливо прищурился.

— Ты встречался с ним вживую? — спросила она, заинтригованная.

— Да! Одно время я работал у них на кухне, — он заговорщицки наклонился ближе. — Меня порекомендовали как хорошего повара. На один из дней рождения супруги лорда меня позвали приготовить званный ужин. О, ты бы видела их лица, когда я накрывал стол! — он развёл руками, словно заново переживая тот момент. — Стол был переполнен различными блюдами, от одного только запаха у них текли слюнки!

— Прямо целое изобилие было? — её глаза заблестели от воображаемых картинок.

— Конечно! — подтвердил Лорен, с энтузиазмом продолжая. — Я подал ароматное запечённое мясо с травами, великолепные овощи на гриле и, о десерты! Шоколадный торт с малиновым соусом. Ты бы видела, как они замирали, глядя на всё это!

— Звучит просто божественно! — воскликнула она, представляя себе этот фееричный ужин. — Сама же знаешь, что я своей готовкой людей с ума свожу. Это как гипноз!

— Даже странно, как это никто из лордов тебе до сих пор не подарил свои земли за прекрасные блюда, — подколол он, весело смеясь.

— Вот ты смеешься, а возможно, когда-нибудь мне и сделают такой подарок, — с загадочной улыбкой ответила она, мечтательно глядя в будущее, где её кулинарный талант мог бы ослепить весь свет.

— Не сомневаюсь, что с твоим талантом тебе открыты все двери, — с улыбкой произнес Лорен, уверенно поглаживая стол.

— Благодарю вас! — ответила Лаура, не скрывая своей гордости.

— Кстати, — он на мгновение задумался, словно перебирая в голове несколько вопросов, и Лаура почувствовала, что сейчас он задаст что-то важное. — Как зовут этих сыновей?

— Старший — Аден, а младший — Вильям, — произнесла она, не подозревая, какие последствия это может иметь.

В этот миг Лаура ощутила, как все ее тело напряглось, словно невидимая рука сжала ее живот. Глубокий холод пробежал по спине, а голос, казалось, пропал.

Аден.

Тот самый? Это не может быть простым совпадением.

В ее голове мгновенно всплыл подслушанный разговор между Эбби и Аденом, и в памяти зазвучали тревожные слова.

— Вильям же не узнает? — с тревогой в голосе произнесла девушка.

— Не беспокойся. Он занят своими делами, и ему нет до нас никакого дела, — уверенно ответил мужчина, и в его тоне слышалось игривое безразличие.

Если это не просто совпадение, то тем вечером в лесу она стала свидетелем того, как её будущий жених обнимал своего родного брата. Эта мысль, словно холодный лёд, пронзила Лауру, заставив её сердце замереть. Мир вокруг закружился, и ей показалось, что всё это — жестокая, непроницаемая шутка судьбы.

Она ведь была с этим человеком… С каждым воспоминанием о том ночном мгновении, когда они были вместе, её внутренний мир разрывался на части. Она чувствовала, как по спине пробегает волна брезгливости, словно она прикоснулась к чему-то мерзкому и нечистому.

С другой стороны, ей нечего было стыдиться. Она не разрушала семью женатого мужчины и не позволила мимолетному желанию осквернить свой разум и тело. Эти мысли, словно лёгкий ветерок, начали развеивать тяжесть на её сердце, и она почувствовала облегчение. Она словно сбросила с себя тяжёлый плащ, освободившись от всей ответственности за тот неприятный инцидент.

Внезапно за дверью раздалось ржание лошадей и громкие мужские голоса. Лаура, не обращая внимания на эти звуки, продолжила наводить порядок за столиками. Она аккуратно протирала поверхности, наблюдая за светом, пробивающимся сквозь окна, где пыль танцевала в солнечных лучах. Однако, когда трое мужчин вошли в таверну, у неё перехватило дыхание.

Двери распахнулись, и в помещение хлынуло тепло, врываясь вместе с шумом и светом. На фоне потемневших стен и грубо сколоченных столов, в которых были видны следы долгого использования, выделялись трое мужчин. Один из них был средних лет, лысый, с грубым лицом, покрытым глубокими морщинами. Его одежда была скромной, но в ней читалось уважение и стойкость. Два других мужчины привлекли внимание Лауры гораздо больше. Темноволосые и высокие, они были одеты в дорогие одеяния из тонкой ткани, которые ловко облегали их мускулистые тела, подчеркивая уверенные движения. Они бурно обсуждали что-то, их голоса звучали с возбуждением, словно в воздухе витала энергия, которую невозможно было игнорировать.

Среди них Лаура сразу узнала Адена. Его лицо, голос, тело — она запомнила это всё слишком хорошо, почти предательски хорошо. Глаза, светившиеся игривым блеском, и уверенная осанка, которую не могли скрыть даже богатые ткани его наряда, заставили её сердце забиться быстрее. Воспоминания о той ночи в лесу нахлынули на неё, как волна, и в ней заколыхалась смесь смущения и ужаса.

Она почувствовала, как колени ослабли, а в горле застрял ком. Теперь, когда они были так близко, она не могла избежать этого момента. Вокруг них разносился аромат свежеприготовленного обеда: пряные травы и жареное мясо, смешанные с запахом эля и табака.

Женщины, сидевшие рядом, начали тихо охать и ахать, словно предчувствовали приближающуюся бурю чувств. Светловолосая, взволнованно поправляя прическу и платье, ловила на себе взгляды, полные ожидания и интриги.

— Господин Пембертон! — воскликнул Лорен, его голос пронзил воздух, как стрела, указывая на предмет интереса.

Лаура, не сразу осознав, что три пары глаз устремились в её сторону, почувствовала, как сердце её забилось чаще, а дыхание сжалось в груди. Она едва не впала в панику, мечтая о том, чтобы сорваться с места и убежать прочь из этой таверны, в которой казалось, что вся атмосфера теперь пропитана предвкушением.

— О! — с радостью произнес лысый мужчина, его голос заполнил каждую щель в помещении. — Лорен, мой великолепный повар, покидающий кухню в поисках приключений?

— Именно! — уверенно ответил Лорен, его глаза искрились.

Мужчина, с энтузиазмом двигаясь вперед, будто стремился уловить каждый момент. Лаура, стараясь игнорировать все происходящее, принялась протирать стол, словно эта простая задача могла отвлечь её от тревожащих мыслей. Но внезапно она почувствовала, как рядом с ней кто-то встал. Мятный запах, окутывающий её, словно обволакивающий тёплый шёлк, выдал близость того, кого она так жаждала увидеть.

Наконец найдя в себе силы поднять голову, она столкнулась с радостной ухмылкой Адена. Его взгляд был полон игривости и тайны, которые вызывали в ней волнующее сжатие внизу живота.

— Я вижу, что ты возмужал, твои приключения не прошли даром, — раздался голос лорда на заднем плане.

Все её мысли были заняты лишь Аденом. Его мягкими, черными волосами, которые так манили прикоснуться к ним.

Постепенно её взгляд спустился к его губам, воспоминания о которых были наполнены сладким теплом той ночи, когда он опустился перед ней на колени, играя языком с её чувствами. Вспоминания о том, как его руки нежно гладили её тело и прижимали к себе, заполнили её сознание, как яркие картины, заставляя её сердце стучать всё быстрее.

Где-то вдали звучали разговоры и смех, но всё это казалось несущественным на фоне того, что происходило между ними. Лаура вернулась в реальность, когда Аден слегка наклонился к ней и, касаясь её уха своими губами, прошептал:

— Покраснела.

Её сердце остановилось. В этот момент она потеряла дар речи. Больше не хотелось убежать — ей хотелось, чтобы он продолжал шептать ей нежные слова, чтобы его руки, крепкие и уверенные, подняли её и усадили прямо на тот стол, который она пыталась оттереть. Лаура едва могла справиться с нахлынувшими эмоциями, представляя, как он стягивает с себя рубашку и прижимается к её груди, продолжая шептать ей на ухо самые сокровенные тайны, которые могли бы растопить лёд её смущения.

— Да, это замечательное место. Кстати, позвольте представить вам Лауру, дочь самого хозяина таверны! — раздался голос Лорена, и девушка встрепенулась, встретив добрый, но немного настороженный взгляд лысого мужчины.

— Лаура, это Джордж Пембертон, тот самый лорд, о котором я тебе рассказывал, — добавил Лорен с легкой гордостью, словно подчеркивая значимость момента.

— Рада встрече, — произнесла она, неловко поклонившись, отчего её щеки мгновенно вспыхнули.

— Такая красивая, а почему ты работаешь? Твой муж не возражает? — спросил Джордж, его голос звучал одновременно с интересом и осуждением.

— Я не замужем, — ответила Лаура, стараясь сохранить достоинство.

— И сколько же тебе лет, девица? — уточнил он, внимательно рассматривая её.

— Девятнадцать, — произнесла она с вызовом, чувствуя, как волнение нарастает.

— Почему же ты до сих пор не выбрала себе жениха? — вмешался мужчина, стоявший рядом с лордом.

Лаура узнала его — это был Вильям, её младший брат и тот самый жених.

— Может быть, она просто не хочет замуж, — вставил своё слово Аден, его тон был легкомысленным, но взгляд — настойчивым.

— Ты вообще молчи! — резко огрызнулся Вильям. — Сам жениться не собираешься, так других с пути праведного не сталкивай!

Аден, не обращая внимания на упрёк, только усмехнулся, а Лаура почувствовала, как его слова обнажают истину: его неприязнь к браку словно отражала её собственные сомнения. Этот мальчишка, избалованный и своевольный, не искал спутницу жизни, он лишь хотел наслаждаться мимолетными ласками, которые не влекут за собой никаких обязательств. В этом она была уверена.

— Чтобы не отвлекать вас от столь долгожданной встречи, — начал Аден, его голос звучал словно музыка, полная обещаний. — С твоего позволения, отец, я бы хотел попробовать местные напитки. После долгой дороги мне не помешает отдохнуть, к тому же я должен знать, что будет подано на столы.

— Конечно, — кивнул мужчина, его взгляд был полон заботы и понимания. — Лорен, я бы с радостью поговорил с тобой, но, увы, у меня слишком много дел.

— Понимаю, лорд, — с уважением кивнул эльф.

— Пусть Аден попробует все лучшие напитки, что у нас есть. Нам нужно определиться, что будет подано на стол, — добавил Джордж, его тон был решительным.

— Конечно, — подтвердил Лорен, поспешно направляясь на кухню и бросив лишь: «Сейчас всё приготовлю».

Аден, улыбаясь, устроился за столом, у которого стояла Лаура. Он посмотрел на неё с живым интересом, и в его глазах заиграли искры.

— Какая неожиданная и приятная встреча, — произнес он, обводя её взглядом с ног до головы, словно желая запомнить каждую деталь. — Присаживайся, — мягко указал он на соседний стул.

Лаура почувствовала, как её сердце забилось быстрее, готовое вырваться из груди. Эмоции переполняли её, заставляя дыхание перехватывать. Расстояние между ними казалось невыносимо большим. В её мыслях возник образ, как она садится к нему на колени, обвивает его шею руками и нежно прижимается губами, их языки сплетаются в страстном танце.

— Лаура, значит, приятно познакомиться, — произнес Аден, его голос звучал как бархат.

— И мне, лорд Аден, — ответила она, едва сдерживая волнение.

Он наклонился чуть ближе, маня её пальцем, словно заклиная. Лаура послушно сделала шаг вперёд, их взгляды встретились, и в этот момент время остановилось.

— Из твоих уст это звучит очень приятно, — произнёс он, его слова были полны намёков. — Хотел бы я услышать это вновь, только в другой обстановке.

— В какой же? — спросила она, чувствуя, как в её венах закипает желание.

— В более уединённой, — ответил он, его голос стал глубоким, полным страсти и загадки. Лаура почувствовала, как её охватывает жар, словно между ними уже зажглась искра, готовая воспламениться в нечто большее.

— Не думаю, что это хорошая идея, — произнесла Лаура с явным колебанием в голосе, но в её интонациях чувствовалась буря эмоций.

Ей так хотелось принять его предложение и укрыться с ним в уединённой комнате, где только они могли бы забыть обо всём на свете. Эта мысль завораживала её, словно сладкий сон, но в голове тут же возник образ Вильяма — его родного брата.

Как бы она ни старалась игнорировать этот внутренний конфликт, его тень всё ещё преследовала её, словно навязчивый кошмар. «Как можно доверять тому, кто уже однажды предал?» — терзала она себя, чувствуя, как страсть борется с рациональностью в её душе.

Всё это желание вырваться за пределы обыденности, ощутить жар его прикосновения, казалось, преломлялось через призму её страха. «Что, если это повторится?» — шептала ей совесть. Её взгляд метался между искушением и здравым смыслом, создавая целый мир противоречий внутри неё. Каждая секунда тянулась, словно затянутая пауза перед решающим шагом, и она не знала, как сделать выбор.

— Почему же? Снова игра в недотрогу? — прошептал он, его голос окутывал её теплом. — Снова решила заигрывать?

— Нет, просто, как оказалось, вы не самый честный и приятный человек, — ответила Лаура, стараясь скрыть дрожь, пробежавшую по её телу от его близости.

— Правда? А совсем недавно ты продемонстрировала обратное, — сказал он, и в его глазах вспыхнуло воспоминание об их ночи, о той магической атмосфере, когда их сердца стучали в унисон, а мир вокруг казался несущественным.

Злость наполнила Лауру, когда он вспомнил тот момент. Воспоминания о том, как она доверилась ему, обжигали все мысли о том, что он — тот самый человек, который уводит у родного брата невесту. В груди возникло щемящее чувство, словно мечты об этом мужчине обернулись против неё.

— Уверена, та девушка, с которой вы были… — начала она, но не решилась произнести имя, озабоченная тем, что кто-то может их подслушать. — Лучше подойдет для подобного времяпрепровождения.

— Не хочу показаться банальным, но, — он наклонился ближе, его дыхание коснулось её кожи, — вы никак не можете убраться из моей головы. Буду честен: вы сильно запали мне в душу.

Слова его звучали как сладкая музыка, и Лаура почувствовала, как её сердце затрепетало.

— Красноречивые признания девушке? Как трогательно. Вы, мужчины, определенно умеете это делать, — произнесла она, пытаясь скрыть, как её колени подгибаются от волнения.

— Хотите сказать, что это сработало? — его голос был легким, но в нем таилось напряжение.

— Нет, — резко ответила она, но даже сама не верила в свою стойкость.

Аден усмехнулся, и этот звук словно разогнал облака над её головой.

— И чем же мне доказать, что мои слова искренние?

— Зачем вам это делать? — спросила она, хотя внутри её уже бурлило желание услышать больше.

— Затем, что не хочу упускать из виду такую особу, как вы. — Его голос стал серьезнее, и в нем звучало нечто большее, чем простая игра. — То, что я увидел и почувствовал тогда в лесу, просто сводит меня с ума. Уверен, вас тоже будоражит мысль о том, что мы можем повторить это… и, возможно, зайти чуточку дальше, чем позволили тогда.

Его сладострастные слова пронизывали её, вызывая трепет внизу живота. Сердце стучало всё быстрее, а в памяти возникали образы той волшебной ночи, когда они были вместе, когда каждое прикосновение было полным нежности и страсти.

— Пожалуй, Лорд, я откажусь, — произнесла она, но на слове «Лорд» её губы непроизвольно облизнулись, вызывая моментальную реакцию мужчины.

Аден напрягся, его взгляд устремился на её пухлые губы, а внутри него всё закипало от желания. Он действительно был честен в своих словах. Пытаясь забыть о ней, он снова и снова возвращался к той ночи, когда она, прячась за деревом, разбудила в нём чувства, которые казались неуправляемыми. И вот теперь, столкнувшись с ней снова, он понимал, что сдерживать свои эмоции практически невозможно.

— Лаура, — произнес Аден, и его голос приобрел низкий и напряженный оттенок. — Если вы решили поиграть со мной и подразнить, пожалуйста, намекните мне об этом.

— А иначе что? — спросила она с легкой усмешкой, и этот вызов лишь усилил его азарт.

Он усмехнулся ей в ответ, ощущая, как в его груди разгорается чувство, которое он не в силах игнорировать. Аден не привык к отказам, и эта загадочная женщина лишь усиливала его интерес. Каждый ее жест, каждое движение на дереве, каждая искорка в глазах словно манили его в бездну ее обаяния. Она могла бы быть колдуньей, и он бы не удивился — она обладала силой, способной захватить его мысли.

Он предположил, что она просто играет с ним, желая заставить плясать у ее ног, и был готов подчиниться этой игре. Но, собравшись с мыслями, он понял: в эту игру можно играть вдвоем. Она сама выдавала свои эмоции — розовые щеки и светящийся взгляд выдавали ее желание, не меньшее, чем его собственное. И, несмотря на то, что она явно наслаждалась игрой, в ее глазах читалось стремление к большему.

В его голове быстро созрел план, как завоевать ее сердце. Он не думал, что между ними может вспыхнуть нечто большее, чем мимолетное влечение или желание испытать что-то новое. Но внутренний голос подсказывал ему, что с этой женщиной у него будут незабываемые моменты, полные страсти и магии. Она стала для него загадкой, которую он был готов разгадать, шаг за шагом приближаясь к ней, чтобы узнать, что скрывается за ее очарованием.

Их немой диалог был прерван появлением Лорена, который с ловкостью фокусника поставил на стол шесть кружек с разнообразным ассортиментом напитков.

— Здесь у вас есть возможность выбрать из множества напитков: эль, медовуха, пиво, вино, ликер и ягодная настойка, — произнес Лорен с лукавой улыбкой, словно предлагая насладиться целой вселенной ароматов и оттенков.

— Ух ты! Какое разнообразие! — восхитился Аден, его глаза заискрились от веселья, когда он окинул взглядом яркие кружки, наполненные напитками. Каждый из них был словно маленькая загадка, ожидающая своего раскрытия. Эль мерцал на свету янтарными брызгами, медовуха источала сладкий, теплый аромат, пиво весело пузырилось, а вино в глубоком бокале блестело рубиновым светом.

— Уверен, каждый из этих напитков станет для меня настоящим открытием, — добавил он, с благоговением вглядываясь в каждую кружку, словно это были драгоценности.

— Особенно стоит отметить нежную ягодную настойку, приготовленную по нашему секретному рецепту, — произнес Лорен, его голос напоминал шёпот, полный тайны. — Она уже давно покоряет сердца многих благодаря своему сладкому, сочному вкусу, который словно обнимает ваше небо.

— Правда? И кто же её выбирает чаще всего? — спросил Аден, его любопытство росло с каждой секундой.

— В основном дамы, от молодых девушек до женщин постарше — все ценят её мягкость и сладкий аромат, — ответил Лорен, его улыбка стала еще шире. — Каждый глоток напоминает о лете, о сочных ягодах, которые росли под солнцем.

— А по крепости каков эффект? — продолжил Аден, на этот раз его голос звучал немного загадочно.

— О, он средний, — Лорен подмигнул, его глаза блестели как звёзды. — Потребуется не один кувшин, чтобы ощутить настоящую лёгкость бытия. Хотя если подождать и настоять, уверяю, сила её удовлетворит даже самых опытных ценителей.

Аден перевёл взгляд на Лауру, и его сердце забилось быстрее.

— А вы, Лаура, пробовали этот нектар? — спросил он, будто подыскивая возможность её привлечь.

— Конечно, — произнесла она с мягкой улыбкой, её лицо озарилось нежностью. — Это мой фаворит. Ягодная настойка словно уносит меня в мир мечтаний, где каждый глоток — это момент счастья.

Её слова, наполненные искренностью, привлекли внимание Аден. Он наблюдал, как она медленно поднесла кружку к губам, наслаждаясь каждым мгновением, её движения были грациозными, словно танец. В этот момент он понял: она не просто пила, а искала в этом напитке нечто большее — маленькое приключение, которое могли бы разделить они вдвоем.

Она изящно подняла кружку, сделала несколько медленных глотков и, облизнув губы, словно создавала собственную чувственную поэму, произнесла:

— Очень вкусно.

Аден, очарованный её кокетством, улыбнулся, и в его сердце разлилось тепло, словно его окутало мягкое сияние. В его мыслях начали возникать смелые образы, наполняя разум предвкушением. Она наслаждалась напитком, как богиня нектаром, её губы слегка приоткрывались, обнажая сладкую красоту, а каждый глоток был для неё маленьким ритуалом, полным грации и изящества.

Соблазняя его нежной провокацией, она оставляла следы на своей коже, словно приглашая его исследовать её мир — это была настоящая симфония искушения. В её движениях была какая-то магия, которая заставляла его замирать от восторга. Каждое её грациозное движение языка, когда она облизывала губы, было притягательным, как зов неведомой силы, что влекла его ближе, в глубину её загадки.

В этот миг Аден почувствовал желание, чтобы этот момент длился вечно. Ему хотелось приблизиться, прикоснуться к её щеке, ощущая тепло её кожи под своими пальцами. Он мечтал, как бы она выглядела, смеясь и опьяняясь не только от напитка, но и от их общего волнения.

Лаура с легким вздохом поднялась из-за стола. Ее движения были грациозны, словно у танцовщицы, а на лице играла легкая улыбка, смешанная с усталостью.

— Мне нужно вернуться к работе, — сказала она, покидая уютный уголок, где еще несколько мгновений назад царила атмосфера непринужденного общения.

— Я думал, вы составите мне компанию, — произнес Аден, и в его голосе звучала нотка разочарования. Он желал, чтобы этот момент длился дольше, чтобы насладиться обществом Лауры.

— К сожалению, на рабочем месте я не употребляю крепкие напитки, — бросила она через плечо, и в ее голосе прозвучала игривая искорка, которая оставила его с жаждой общения.

— Не беда, если вам нужна компания, я с радостью составлю вам компанию! — воскликнул Лерон, быстро занимая место, где только что сидела девушка. Его энтузиазм был заразительным, но Аден лишь криво усмехнулся.

— Чудесно, — произнес лорд с легкой натяжкой, а его взгляд задержался на двери, за которой исчезла Лаура. Он не мог не думать о том, как ее смех рассыпается по комнате, словно солнечные лучи сквозь листву.

— Можем начать с настойки, раз она вас так заинтересовала, — произнес Лерон, и его глаза зажглись от мысли о ягодной смеси, которую он сам тщательно приготовил.

— Да, заинтересовала, — отозвался Аден, но его мысли были далеки от эльфийской настойки. Он не мог сосредоточиться на словах Лерона. Вместо этого, в голове его крутились идеи о том, как поймать Лауру в ловушку своих собственных шуток, как бы сделать так, чтобы она больше не дразнила его своим отсутствием.

Тем временем Лерон, как искусный рассказчик, начал описывать состав своей настойки, его голос становился всё более оживленным:

— Представьте, — начал он, — как я собирал эти ягоды в лесу! Ветер шептал мне на ухо, когда я искал самую спелую чернику и малину. Я долго выбирал между ними, ведь каждая ягода — это маленькое чудо природы!

Он закрыл глаза, словно снова оказался среди зелени, и с каждым словом его лицо светилось воспоминаниями:

— Я добавил немного душистого тимьяна и капельку меда, чтобы придать настойке сладость. Это как… как если бы лес сам предложил мне свой самый тайный секрет!

Аден слушал, но его разум оставался там, где Лаура смеялась, оставляя за собой легкий аромат жасмина. Как же он хотел, чтобы она заметила его, чтобы наконец позволила себе расслабиться и разделить с ним этот момент.

— Вы понимаете? — продолжал Лерон, не замечая, как лорд мечтает о чем-то ином. — Каждая капля — это как сказка, в которой живут волшебство и тайны.

Аден кивнул, но его взгляд все еще блуждал к двери. Ему нужно было придумать, как привлечь внимание Лауры, как бы заставить ее вернуться и стать частью его истории.

— Лерон, — прервал эльфа лорд, прищурив глаза, — ты сказал, что это дочь хозяина таверны, верно?

— Да, — кивнул Лерон, слегка смутившись под проницательным взглядом лорда.

— Из разговора, который я слышал, я понял, что она не замужем. У неё что, нет даже жениха или кавалера? — вопрос был задан с искренним интересом.

Лерон слегка поерзал на стуле и ответил:

— Вас действительно так удивил тот факт, что Лаура у нас одинокая?

Лорд усмехнулся, откинувшись на спинку стула, и с лёгкой иронией произнёс:

— Просто я успел заметить её красоту и добродушие, а также то, как она трудолюбива. За такую девушку должны бороться! Так где же воины за её сердце? — он посмотрел на Лерона с поджатыми губами, явно ожидая ответа.

— Ох, о таком, конечно, неприлично рассказывать, — начал Лерон, потирая руки в нерешительности.

— Но? — лорд наклонился чуть ближе, его голос стал более настойчивым.

— Дело в её характере, — наконец вымолвил Лерон, немного успокоившись. — Девушка красивая и работящая, да, вы всё верно заметили. Однако… Её характер слишком уж крепкий. Для девицы это не совсем свойственно. Не каждый мужчина сможет выдержать такой характер избранницы.

— А что у неё с характером? — лорд приподнял бровь, заинтересовавшись.

— Лаура осиротела рано. — Лерон вздохнул, будто его гложет печаль. — Матушка её умерла, а отец, хозяин таверны, долго не мог прийти в себя от горя. Вот маленькой Лауре и пришлось рано повзрослеть. Она взяла на себя все заботы по хозяйству, помогала отцу в бизнесе и кое-как подняла его с колен. Теперь, посмотрите, у них всё растёт, бизнес процветает! — он с гордостью посмотрел на лорда, но в его глазах промелькнула тень сочувствия. — Но её мужество порой отпугивает. Не каждый готов понять и принять такую силу.

Аден с улыбкой на лице почувствовал, как его мысли уносятся в мир грез. Он не зря так проникся ее образом. В ней было что-то, что привлекало его, и не только ее внешность. Каждое ее слово, каждая улыбка были как вызов, как приглашение к игре.

Если она обладает сильным характером, значит, чтобы добиться ее, ему придется использовать нестандартные методы. От этой мысли его сердце забилось с бешеной скоростью, словно вулкан. Желание приблизиться к ней будоражило его разум, заставляя воображение рисовать самые смелые и откровенные сцены.

Аден словно задыхался от этих мыслей, его сердце стучало так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Он представлял, как нежно касается ее руки, как шепчет ей на ухо что-то такое, от чего ее дыхание становится прерывистым, а на щеках появляется румянец. Он представлял, как она прижимается к нему всем телом, обвив руками его шею. И каждый миг ожидания только разжигал пламя его страсти.

Лаура проснулась от приятных ощущений между бёдер. Не открывая глаз, она начала извиваться, чувствуя, как внизу живота нарастает тёплое чувство, от которого слегка сводит ноги. Девушка лежала на кровати, продолжая изгибаться, и наконец, когда терпеть уже не было сил, она подняла голову, чтобы понять, что происходит.

Она ужаснулась, увидев между своих ног удобно устроившегося Адена. Он с упоением вылизывал её самые нежные и чувствительные места, даря неземное наслаждение.

— Посмотрим, на что ты ещё способна ради любимого, — с улыбкой произнёс лорд.

Девушка почувствовала, как его язык вновь оказался внутри неё. Всё её тело выгнулось от приятных ощущений, которые дарил ей его язык.

— Как ты попал ко мне в комнату… — простонала она.

Однако её вопрос остался без ответа. Аден лишь сильнее впился в её влажные губы, не прерывая свои ласки. Теперь он принялся поглаживать её бёдра, периодически разводя их в стороны, чтобы девушка не сжимала ноги.

Когда он закончил, то сразу надвис над ней, опустив руку ей между ног.

— Нравится? — спросил он, губами касаясь её разгоряченной щеки.

— Да, — выдавила из себя Лаура, чувствуя, как всё её тело дрожит от желания.

— Хочешь получить больше?

— Да.

— Тогда приди ко мне.

— Что?

На её вопрос ответа не последовало. Она резко распахнула глаза, долго не в силах осознать, что в комнате она находится совершенно одна.

— Аден, — прошипела девушка, чувствуя, как её ноги дрожат, а по бёдрам стекают тёплые капли.

Взглянув в окно, девушка с грустью осознала, что рассвет ещё не наступил, и ночь по-прежнему окутывает её своими тенями. Она устроилась поудобнее в кровати, стараясь снова заснуть, но мысли об Адене не давали ей покоя.

Воспоминания о нём одновременно пугали её и пробуждали в душе неведомую страсть. Этот мужчина с его загадочной аурой вызывал в ней смешанные чувства — от брезгливости до влечения, словно огонь, обжигающий, но не отпускающий. Он был воплощением противоречия — притягательным и опасным, словно запретный плод, который мог утолить жажду, но в то же время разрушить её представления о самой себе.

Теперь, когда она узнала о нём больше, Аден стал для неё как запретная книга, страницы которой манят, но в то же время пугают. Мысли о том, что однажды она может оказаться в его объятиях, пьянили её, как сладкий нектар, обещающий наслаждение, но таящий в себе угрозу утраты уважения к самой себе. Каждое воспоминание о его взгляде, о его улыбке вызывало в ней бурю чувств, и она не могла решить, стоит ли поддаться этому искушению или оставить всё как есть, надеясь, что тишина ночи укроет её от бурного океана эмоций.

Рабочий день в таверне подходил к концу, и Лаура, стоя у барной стойки, ощущала, как силы покидают её с каждой минутой. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая окна тёплым оранжевым светом, а в воздухе витал аромат жареного мяса и пива. В преддверии праздника атмосфера в таверне была накалена, словно в кузне, и посетители стремились не просто поесть — они словно соревновались в том, кто больше выпьет и съест.

— Эй, Лаура! — крикнул один из постоянных посетителей, не дожидаясь, пока она подойдёт к его столу. — Где моя медовуха? Ты ведь не забыла, как всегда?

— Ты же знаешь, что у меня работа, Дигги, — ответила она с лёгкой улыбкой, стараясь подавить усталость. — Подожди немного.

Словно по команде, в таверну вбежали новые клиенты. Трое мужчин, с потёртыми шляпами и весёлыми лицами, жадно уставились на меню, словно это был свиток с магическими заклинаниями.

— Сколько ты сможешь выпить, Фред? — рассмеялся один из них, хлопая друга по спине. — Давай, ставим ставку на десять кружек!

— Ха! На десять? Я вас обгоню, как ветер! — Фред засмеялся, а его глаза загорелись азартом.

Лаура, отошедшая к барной стойке, незаметно покачала головой. Её руки дрожали от усталости, но, зная, что уже через пару часов рабочий день будет закончен, она вкладывала последние силы в работу. Она быстро налила медовуху и вернулась к Дигги, который нетерпеливо постукивал по столу.

— Вот твоя медовуха, — протянула она и, не дождавшись благодарности, развернулась, чтобы взять заказ с другого стола.

Здесь её встретила целая группа женщин, смеющихся и переговаривающихся. Лаура старалась уловить, что именно они заказывают.

— Нам десять порций жареного мяса и две кружки пива на каждую! — крикнула одна из них, закусив губу, чтобы не рассмеяться.

— Конечно, милые дамы, — ответила Лаура, пытаясь не выдать усталости в голосе. — Всё будет готово в кратчайшие сроки.

Она вернулась к кухне, где Лорен, её помощник, смотрел на кучу мяса, которое нужно было пожарить. Закипевшие кастрюли шипели, создавая шум, который смешивался с весёлым гулом зала.

— У тебя всё в порядке? — поинтересовалась девушка, видя растерянность эльфа.

— Да, просто немного запутался, сейчас разберусь с заказами и всё сделаю.

Когда Лаура вновь вошла в зал, её взгляд упал на одинокую фигуру, сидящую у окна. Это был Вильям, лорд с искренним смехом, который запомнился ей с первого визита. Однако сейчас его лицо было омрачено печалью, а глаза, полные усталости, словно скрывали за собой целый океан переживаний. Он сидел за небольшим столиком, обитым мягкой, хотя и потертой тканью, которая когда-то была ярко-красной, но теперь лишь напоминала о былой роскоши.

— Лорд Вильям? — осторожно подошла к нему Лаура, стараясь не выдать своих переживаний. — Почему вы сидите здесь один?

Мужчина поднял взгляд, который, казалось, был окутан тенью. Тёмные круги под его глазами выдавали бессонные ночи. Вспомнив, как весело он смеялся, когда впервые вошёл в таверну, ей стало грустно видеть его таким поникшим.

— Я хотел поговорить с Лореном, но вижу, что он занят, — ответил Вильям, его голос был тихим, как шёпот умирающего ветра.

— У нас ещё есть немного времени, — попыталась подбодрить его Лаура. — Через пару часов он освободится. Вам что-то срочно нужно? Это связано с предстоящим праздником?

Мужчина задумался, и в его глазах мелькнуло что-то болезненное.

— Нет, не в этом дело. Я подожду, — произнёс он с едва заметной печалью.

Лаура почувствовала, как в груди у неё зашевелилось беспокойство.

— Может быть, я принесу вам что-нибудь? Если собираетесь подождать, то не стоит сидеть здесь так, будто мир вокруг вас перестал существовать.

Вильям снова встретил её взгляд, и Лаура заметила, как в его глазах вспыхнула искорка надежды.

— Принесите чего-нибудь выпить, — произнёс он с усталой улыбкой, которая не достигала его глаз.

— У вас есть предпочтения? — спросила она, стараясь сделать голос более лёгким.

— Что-нибудь крепкое, — ответил Вильям, опустив голову и, казалось, теряя связь с реальностью.

Лаура, почувствовав, как в её сердце заиграла симпатия к этому мужчине, кивнула и направилась к барной стойке. По пути она обдумывала, что могла бы сделать, чтобы вернуть ему ту улыбку, которую она так ярко запомнила. Смешивая виски с ароматным бальзамом, она искренне надеялась, что этот простой жест поможет ему вновь ощутить радость, которую он явно утратил.

Всего через пару минут Лаура вернулась к столу, за которым сидел Вильям. Его лицо, как и прежде, не выражало никаких эмоций, лишь печаль читалась в его поникших чертах. Под глазами виднелись глубокие синяки, свидетельствовавшие о бессонных ночах и тяжелых мыслях.

— Я понимаю, что это не моё дело, — мягко начала девушка, осторожно ставя на стол кружку с напитком. Её движения были полны внимания и заботы. — Но мне кажется, вы чем-то расстроены.

Вильям взглянул на неё с оттенком сарказма.

— Так заметно? — произнёс он, его голос был холоден, как зимний ветер.

— Не знаю, к счастью или к сожалению, но да, — ответила она, стараясь сохранять лёгкость в голосе. — У вас такое лицо, будто вы потеряли что-то важное. Вспоминая нашу первую встречу, вы были гораздо радостнее, на вашем лице играла милая улыбка.

Мужчина слегка усмехнулся, но эта ухмылка не задержалась надолго. В его глазах снова появилась тень грусти. Вильям, словно не замечая, схватил кружку и сделал большой глоток, осушая её наполовину. Резкий вкус крепкого виски заставил его поморщиться.

— Очень крепкое, что это? — прохрипел он, покусывая губу.

— Виски, — ответила Лаура, наблюдая за его реакцией с лёгкой улыбкой.

— Недурно. Однако аромат у него какой-то… странный, — заметил он, рассматривая кружку.

— Я добавила туда сладковатый бальзам, — объяснила она, ощущая, как разговор начинает оживать.

— Вот почему я не почувствовал настоящий запах, — кивнул Вильям, его голос стал чуть мягче.

— Да. — Она с улыбкой прищурилась.

— Хитро, так ведь можно и споить.

— Ну, возможно, иногда мы и пользуемся такой стратегией, — ответила она с легкой иронией, наклоняясь чуть ближе. — В бизнесе, как на войне, все средства хороши.

Вильям поднял бровь, заинтересовавшись.

— А вы воевали когда-нибудь? — спросил он, будто с лёгким вызовом в голосе.

— Что? Нет, конечно. Это ведь не женское дело, — отмахнулась Лаура, смеясь. Её смех звучал искренне, как свежий ветер.

— А работать с утра до вечера, растаскивая кружки и намывая посуду — это женское? — произнёс он, его тон стал более серьёзным.

— Это семейное дело, — сказала она, чуть понизив голос. — Я помогаю своему отцу.

Вильям тяжело вздохнул, уставившись в пустоту. На его лице вновь появилась тень отчуждения. Он не стал больше ничего говорить.

— Могу я спросить, что у вас случилось? — не выдержала Лаура, её голос звучал мягко, но настойчиво. Она не могла отвести взгляд от поникшего лица лорда, и в её сердце зародилось беспокойство.

Вильям вздохнул, его взгляд потускнел ещё больше.

— Простите, я благодарен вам за вашу чуткость и желание помочь, но в этом нет необходимости. Не хочу обременять вас своими проблемами, — произнёс он с еле заметной усталой улыбкой, которая не достигла его глаз.

— Вы не будете обременять меня, — с убеждением ответила Лаура, приближаясь чуть ближе, словно её присутствие могло смягчить его боль.

— Простите, но нет. Это личное, — настаивал Вильям, его голос стал более твёрдым, хотя в нём всё равно слышалась грусть.

Лаура замялась на мгновение, ощутив, как внутри неё борются желание помочь и уважение к его пространству.

— Хорошо, — сказала она тихо, но не могла скрыть сожаления. — Если когда-нибудь захотите поговорить, я здесь.

Вильям встретил её взгляд, и в его глазах на мгновение мелькнула благодарность.

В конце рабочего дня, когда последние посетители покинули таверну, Лаура погрузилась в уборку. Вокруг неё царил хаос: на столах валялись остатки еды, кружки с наливкой переполняли столешницы, а на полу тихо шуршали крошки и вино. У окна стоял обломанный стул, а в углу — одинокий фонарь, чей свет блёкло освещал запачканные стены, покрытые следами недавнего празднования. Гулкие разговоры и смех, которые ещё недавно наполняли заведение, теперь сменились на тишину, оставляя Лауру наедине с её мыслями и заботами.

Внезапно из кухни выбежал Лорен, взволнованно размахивая руками. Его волосы были растрёпаны, а лицо — запотевшее от жары и напряжения.

— Лорд! Простите, пожалуйста! — воскликнул он, переходя на бег, словно у него не было времени. — Работа, работа, так много работы. Перед этим праздником всё так…

— Успокойся, Лорен, и перестань называть меня уже лордом, — отозвался Вильям, его голос звучал подвыпившим и немного усталым.

— Конечно! — с лёгкой улыбкой ответил эльф, усаживаясь за стол напротив своего хозяина, однако его тон был скорее игривым, чем серьёзным.

Лаура, не в силах справиться со своим любопытством, бросила взгляд на столики у окон, где, на расстоянии, сидели Лорен и лорд. Её сердце забилось быстрее от тревоги. Вильям выглядел подавленным.

«Что его так тревожит? Почему он не улыбается, как раньше?» — думала она, чувствуя, как в груди растёт беспокойство. Лаура старалась подслушать их разговор, стараясь уловить хотя бы слова, которые могли бы объяснить эту странную перемену.

Пока Лаура делала вид, что наводит порядок, её слух улавливал отголоски разговоров, словно шёпот ветра, проникающий сквозь плотные занавески. Эти звуки казались далёкими и несвязными, не складываясь в единое целое. Внезапно её осенила идея: почему бы не попытаться разговорить Лорена? Этот ловкий сплетник обладал даром красноречия и только ждал подходящего момента, чтобы поделиться своими знаниями.

Она вспомнила, как однажды Лорен, забыв о своих обязанностях, провёл целый час в болтовне с госпожой Элизой, сладостной купчихой. Эта женщина, только что приехавшая из бурлящей столицы, зашла в их таверну, чтобы отдохнуть и утолить жажду. Как же она была хороша! У Элизы были волосы цвета воронова крыла, которые переливались в тусклом свете, и ярко-красное платье, облегавшее её стройную фигуру. Её глубокие зелёные глаза искрились, когда она рассказывала о столичных изысках.

Лорен, услышав её рассказы о блюдах, быстро выскользнул из кухни, полный энтузиазма. Он расспрашивал её о секретах рецептов, и его глаза горели от интереса. Элиза с удовольствием делилась своими знаниями, а вскоре разговор перешёл на официанток.

— Ужасно медлительны, эти девицы! — восклицала она с лёгкой усмешкой. — Невозможно дождаться своего напитка, и голос у них — как у распятого воробья!

Лаура с нетерпением ждала, когда сможет оставить своих клиентов наедине, но, глядя на оживлённую беседу между Лореном и лордом, казалось, что никто не собирается уходить. Их разговор был полон смеха и ярких эмоций, словно они встретились после долгой разлуки.

— Лаура! — мягко позвал эльф, его голос звучал как мелодия, притягивающая её внимание.

Девушка обернулась и встретилась с двумя парами глаз — один из них сверкал, как звезда, а другой излучал уверенность и теплоту.

— Что такое? — поинтересовалась она, приподняв бровь.

— Не могла бы ты принести нам по кружечке моей настойки? — с игривой улыбкой спросил Лорен, его глаза искрились лукавством.

— Но мы же закрыты… — начала Лаура, но, вспомнив о своём желании узнать последние сплетни, быстро передумала.

— Я так понимаю, вы собираетесь воспользоваться своими привилегиями, чтобы посидеть в таверне подольше? — с сарказмом произнесла она, глядя на них с вызовом.

— Если хозяйка будет не против, — ответил Вильям, стараясь сделать голос мягким, но в его тоне все равно слышалась шутливая нотка.

— Господа, — начала Лаура с усмешкой. — А что же вы сидите тут, даже не приглашая даму выпить? Может быть, я бы тоже не отказалась от хорошей выпивки в конце рабочего дня в хорошей компании.

— Правда? — игриво воскликнул Лорен, явно не ожидая такой инициативы от неё.

— Почему бы и нет? Могу же себе это позволить, — с вызовом ответила она, обводя взглядом их смущённые лица.

— Конечно! — одобрительно кивнул эльф, его глаза блестели от восторга.

— Одну минуточку, — промурлыкала Лаура, быстро скрываясь на кухне. В её сердце забилось от волнения: она чувствовала, что эта импровизация может стать началом чего-то необычного, и ей не терпелось вернуться с напитками, чтобы поддержать разговор и, возможно, подслушать что-то интересное.

Весь вечер, проходил в уютной и веселой атмосфере. Как оказалось, лорд Вильям был очень опечален предстоящим праздником, поскольку переживал за то, как всё пройдет. Это первый раз когда он принимает участие в подобном.

— Это первый раз, когда я принимаю участие в подобном празднике, — признался он, и его голос был полон ностальгии и беспокойства. — Обычно все важные дела берут на себя Аден или мой отец. Теперь же, когда я унаследовал несколько имений и земель, мне нужно научиться управлять всем этим и наладить контакты с людьми и подчиненными.

Лаура внимательно слушала его, и каждое его слово добавляло новые штрихи к картине его тревог. Она чувствовала, как нарастает его мандраж, словно волны, накатывающиеся на берег. Он постоянно перебирал пальцами кружку, его дыхание становилось тяжелее, а глаза — более углубленными.

«Как же ему тяжело», — думала она, ощущая, как внутри разрастается беспокойство за него. «Первый праздник, первое принятие ответственности… Как страшно не справиться, как ужасно упустить что-то важное». Она не могла избавиться от мысли о том, как сложно ему придется, когда придет время отвечать за все эти дела.

А потом он заговорил о своей невесте, Эбби. Это имя вызвало у Лауры воспоминания о том вечере в лесу.

Весь вечер в таверне царила атмосфера уюта и веселья. Мерцающий свет свечей отбрасывал тёплые тени на стены, а смех и разговоры смешивались с ароматами жареного мяса и свежего хлеба. Однако за этой идиллией скрывалась тревога, которая не давала покоя Лауре.

Она обратила внимание на то, что лорд Вильям выглядел особенно опечаленным. Его задумчивый взгляд периодически скользил по залу, словно он искал утешение среди гостей.

Вильям говорил об Эбби с такой нежностью, что его слова словно обволакивали атмосферу, наполняя её теплом. Однако в его голосе проскальзывала нотка неуверенности, как тонкий трепет ветра перед бурей. Лаура не могла не вспомнить, как Эбби светилась в компании Адена, как искренний смех их разговоров разносился по лесу, а взгляды между ними искрились флиртом.

Каждый раз, когда она вспоминала, как Эбби страстно целовала Адена, её сердце сжималось от недоумения.

И вот, пока лорд продолжал свой рассказ, Лаура всё больше погружалась в свои мысли.

В её воображении возникали образы Адена и Эбби, их нежные прикосновения в лесной тени. Очарование его голоса и внешности захватило её настолько, что она не могла себе представить, как глубоко он проникнет в её мысли.

Порой эти мысли пугали её, и она старалась избавиться от них, но вскоре поняла, что это бесполезно. Она решила отдаться этим образам, не пытаясь спрятать их за завесой разума. Каждый раз, когда он снова появлялся в её фантазиях, она видела, как он стремительно приближается к ней, крепко прижимает её к себе, покрывает её тело нежными поцелуями и избавляет от одежды, которая мешает его рукам ощутить каждый её чувствительный изгиб.

Она очень сожалела, что тогда не решилась действовать. Каждый раз, когда эта мысль приходила ей в голову, она встряхивала головой, осознавая, что думает о человеке, который стал любовником невесты своего родного брата.

— Мне так жаль, что на твои плечи легла такая ответственность, — произнёс Лорен, прерывая размышления Лауры. Его голос был полон сочувствия, а в глазах читалась искренность. — Статус лорда — это важная должность, требующая колоссальных знаний и умений. Я бы даже не знал, что делать, если бы мне дали такую власть. А у тебя уже есть хоть какой-то опыт.

Лаура мягко улыбнулась, глядя на своего друга. Лорен, поддавшись атмосфере вечера и выпивая наравне с Вильямом, уже перешёл с ним на «ты». Лорд не противился этому, и в воздухе витала непринуждённая обстановка. В такой дружеской атмосфере слова свободно срывались с губ, а границы, которые сдерживают искренность, будто стирались. Алкоголь в этом смысле был надежным союзником для тех, кто чувствовал себя скованно.

— Да, но большую часть бремени, похоже, возьмёт на себя Аден. Как старший сын, он унаследует все имения, земли и большую часть семейного состояния. Он лучше меня обучен финансовой грамотности. Мне всегда давали поблажки, — произнес Вильям.

— Насколько мне известно, в таких семьях, как ваша, знания должны распределяться поровну, — заметил Лорен, наклонившись ближе, словно желая разделить с ней этот тяжёлый груз.

— Да, но мы с ним не можем быть наравне. Аден больше любит работать, заниматься делами, требующими полной отдачи ума. Я же всегда был заинтересован в продолжении рода, светских мероприятиях и переговорах, — ответил лорд, чувствуя, как лёгкость беседы постепенно уходит, уступая место размышлениям о семейных узах.

Лорен, закинув ногу на ногу, углубился в разговор.

— А в чём, получается, заключается задача Адена?

— Земельные дела, выплата зарплат, ремонтные работы, расширение бизнеса, торговля. Ему чуждо всё, что не связано с прибылью.

— Вы хотите сказать, что он никогда не задумывался о семейной жизни? — вмешалась Лаура, и в её голосе прозвучала нотка любопытства. Ей не терпелось узнать больше о загадочном Адене, хотя в глубине души она уже приняла решение держаться от него подальше.

— Верно, — кивнул её собеседник, погружаясь в воспоминания. — Когда-то его пытались женить, отец неоднократно устраивал знатные праздники, приглашая девушек из лучших семейств. Однако, как только он начинал скучать, он находил способ ускользнуть: уезжал кататься верхом или запирался в своём кабинете, придумывая отговорки, чтобы избежать подобных мероприятий.

— Интересно, откуда у него такая нелюбовь к девушкам? — спросила Лаура, стараясь уловить суть происходящего.

— Возможно, он насмотрелся на наших родителей, — ответил Вильям с лёгкой тенью печали в голосе. — Я не знаю точно.

— А что с ними не так? — продолжала она, чувствуя, как нарастает интрига.

— Они холодные, словно скованные невидимыми оковами. Их брак кажется сделкой, заключённой без эмоций. Они старались не ссориться на глазах у нас, не выставляли напоказ свои истинные чувства. Но любви в их отношениях никогда не было. Возможно, у Адена сложилось совершенно иное представление о семейной жизни, чем у меня. Я всегда мечтал построить крепкую и любящую семью, где будет царить доверие и тепло.

— Уверен, с Эбби у вас всё получится, — произнёс Лорен с мягкой улыбкой, словно стараясь ободрить.

Лаура почувствовала, как в ней разгорается желание высказаться. Ей стало горько за Вильяма — его сердце явно было ранимым. Как же сильно ей хотелось рассказать о той злополучной ночи, когда она стала свидетелем встречи Адена и Эбби. Эбби не заслуживала такого мужчины.

— Однако в последнее время меня многое тревожит, — произнёс лорд, делая ещё один глоток из кружки, его выражение лица становилось всё более серьёзным.

— И что же вас тревожит? — поинтересовался эльф, его тон был полон искреннего интереса.

— Эбби стала какой-то отстранённой, — продолжал мужчина, и в его голосе прозвучала тревога. — Раньше она была полна жизни, светилась энергией, из неё словно лилась любовь. А сейчас… что-то не так. Она замкнута, постоянно стремится быть одна, завтракает только в одиночестве, а на ночь уходит в свою комнату, будто прячется от мира.

— А вы уже проводили ночи вместе? — осторожно спросил Лорен, его голос звучал чуть нерешительно. — Я понимаю, что это не моё дело, но…

— Да, было уже, — признался мужчина, и на его щеках появился румянец, который явно не был вызван алкоголем. — Я понимаю, что до свадьбы делать такое — это нехорошо. Но мы слишком сильно этого хотели. Да и почему нельзя сделать это раньше, если мы оба готовы и согласны на брак?

Лаура старалась держать себя в руках, чтобы не сказать Вильяму всю правду о его избраннице. Но вместо того чтобы ударить кулаком по столу и выразить свои чувства, она почувствовала, как какая-то холодная сила сковывает её губы. В последний момент, когда её порыв готов был вырваться наружу, в голове возникли бесконечные вопросы, на которые не было готовых ответов.

Она сделала глоток настойки, вдыхая тонкие ноты пряностей и ягод, и задумалась, как можно помочь и поддержать Вильяма. Хотя они и знали друг друга совсем недолго, его рассказ и искренние эмоции затронули её до глубины души.

Лаура накрыла ладонь лорда своей и нежно начала её поглаживать, чувствуя, как внутри неё закипает злость.

— Думаю, она просто очень нервничает, — произнесла она мягко, словно пытаясь успокоить и себя, и его. Но в её голосе звучала тень гнева, едва скрытая за маской сочувствия.

В её голове закружились идеи, как можно расторгнуть этот брак без лишних конфликтов. Обида за несправедливость давила на грудь, как тяжёлый камень, и Лаура была уверена, что Эбби не достойна такого мужчины. Алкоголь и чувство справедливости разжигали в ней пламя желания, чтобы у Вильяма сбылась мечта о любящей семье, подобно сказкам, где зло всегда побеждается.

— Благодарю за поддержку, — мягко улыбнулся лорд, глядя на её нежные движения, которые словно поднимали его с мрачного дна.

— Пойду за добавкой, — сказал эльф, старательно избегая лишних взглядов, и поспешил покинуть стол.

Лаура не отрывала глаз от лица Вильяма, который всё ещё следил за её поглаживанием, словно искал в этом утешение. Как только повар скрылся на кухне, Вильям прошептал:

— Боюсь, он не сможет сегодня остановиться.

— Нас он тоже просто так не отпустит, — с лёгкой усмешкой ответила Лаура, ощутив, как его слова вызвали в ней улыбку.

— Сбежим? — вдруг предложил он, и в его голосе звучала искренность, почти детская. — Я уже не в силах пить.

Она тихо рассмеялась, но кивнула, её сердце наполнилось азартом, словно они оба были в тени, готовые к побегу. Лаура оглянулась по сторонам и, убедившись, что вокруг нет ненужных глаз, они выбрались через главный выход.

Перейдя на лёгкий бег, они завернули за угол узкой улочки, прячась за одним из двухэтажных кирпичных домов. Словно два призрака, сбежавшие от мира, они оказались в объятиях ночи, которая щедро одаривала их чувством свободы и надежды.

— Предупреждаю, я не самый храбрый спутник.

— Ничего страшного, — рассмеялся лорд.

Лаура тихо рассмеялась, услышав за спиной гневные крики Лорена. Выглянув из своего убежища, она увидела повара, который с жаром ругался на эльфийском языке, его жесты были полны ярости. Даже не зная языка, можно было понять, что его слова полны не самых приятных выражений, похожих на яд, вырывающийся из уст.

— Эльфы — такие ранимые существа, — усмехнулся Вильям, его голос звучал с легкой иронией.

— Это точно, — согласилась Лаура, чувствуя, как её настроение поднимается от этой непринужденной беседы.

Они стояли за углом, скрываясь в тени от настороженных взглядов прохожих, которые могли заметить их тихую отстраненность от праздной суеты таверны. Легкий ветерок шевелил листья деревьев, а в воздухе витал запах свежеприготовленной пищи, смешанный с тёплыми ароматами летней ночи. Лаура и Вильям пытались отдышаться после короткой, но стремительной пробежки, их сердца всё ещё колотились от адреналина.

— Итак, сбежать удалось, а дальше что? — спросил Вильям, его голос звучал чуть растерянно. — Я в этих краях впервые, так что предложить что-то вряд ли смогу.

— Ну, в такое время в деревне делать нечего, — ответила Лаура, искренне стараясь найти выход из ситуации. — Но, возможно, я смогу вас развеселить. Тут недалеко есть озеро, можем прогуляться туда.

— И что мы там будем делать? — с любопытством поинтересовался Вильям, в его глазах блеснула искорка интереса.

Лаура слегка покраснела, осознавая, как алкоголь разогревает её кровь и навевает смелые мысли. Летние ночи были удивительно тёплыми, а от пробежки и выпитого спиртного в ней разгорелось желание окунуться в прохладные объятия озера. Эта мысль зародилась в её голове ещё в таверне, после второго стакана. А сейчас, когда она хотела помочь Вильяму отвлечься от мрачных мыслей, это казалось просто блестящей идеей.

— Хорошо, — наконец сказал он, его голос звучал уверенно. — Я вам доверяю. Уверен, с вами будет весело везде, куда бы мы ни отправились.

Лаура улыбнулась, почувствовав, как тепло пронизывает её от приятного комплимента. Всё больше ей нравилось общение с Вильямом; в отличие от Аденa, он был сдержанным и деликатным, как настоящий джентльмен из старых сказаний.

На пути к озеру Вильям с огромным энтузиазмом делился своими впечатлениями о столице, о путешествиях и достопримечательностях, которые произвели на него глубокое впечатление. Его речь лилась, словно весенний ручей, полный жизни и энергии. Возможно, алкоголь и свежий воздух пробудили в нём желание делиться своими эмоциями, и каждый рассказ становился отдельной главой его приключений.

Вильям с восторгом рассказывал о необычных рынках, где можно было попробовать экзотические блюда, о старинных улочках, пронизанных историей, и о людях, встреченных на его пути, чьи улыбки и доброта запомнились ему на долгие годы. В каждом слове звучала искренность, и Лаура не могла не поддаться его энтузиазму.

Она внимательно слушала его, позволяя словам уноситься вдаль, словно мелодия. Девушка заметила, как его рассказы рисуют живые картины, способные перенести её в те места, о которых он говорил. Каждое его слово, полное жизни, было приглашением в мир, где можно быть собой без лишних опасений. Вильям не боялся открыться, и, возможно, это было именно то, чего Лауре не хватало — легкость общения, возможность делиться своими мыслями без страха быть непонятым.

Из того, что она узнала от Вильяма, можно было сделать вывод, что Аден живёт в своё удовольствие, но работа для него стоит на первом месте. Эта двойственность, присутствующая в его жизни, заставляла Лауру задуматься о том, что скрывается за его улыбкой и легкомысленным поведением.

В её мыслях вновь возник их разговор, и его соблазняющие слова о том, что она смогла запасть ему в душу и не покидает его мыслей, звучали как нежная мелодия, способная всколыхнуть самые глубокие чувства. Конечно, узнав такие детали от Вильяма, слова этого мужчины казались ещё более завораживающими и возбуждающими. Казалось, что если он говорил правду, то что-то действительно произошло между ними, нечто невидимое, но ощутимое, как волнение перед грозой.

Однако его откровения о том, что он пытался забыть её через постель с Эбби и, возможно, с другими девушками, сильно задевали её. Эти слова, как острые стрелы, пронзали её сердце, оставляя за собой болезненные шрамы. И пусть он сказал ей такие слова, возможно, он просто красиво говорил, очевидно, чтобы запутать её и поиграть на её эмоциях и чувствах. Лаура ощущала, как в груди защемило, и было глупо отрицать, что Аден ей тоже очень нравится. Но от мысли, что он мог так поступить со своим родным братом, ей становилось ещё тяжелее, словно камень осел на её сердце.

— Почти пришли, — сказала Лаура, стараясь отвлечься, уже представляя, как окунётся в прохладную воду, чтобы смыть с себя все тревоги и сомнения. Она мечтала о том, как свежесть озера наполнит её тело и разум, даруя облегчение от переживаний.

— Хорошо, — кивнул Вильям, его голос звучал уверенно, но в его глазах блуждала тень беспокойства.

Однако, когда они подошли ближе, то услышали женский смех и разговоры, сопровождавшиеся брызгами воды, которые переливались под солнечными лучами, как искорки счастья.

— Похоже, мы пропускаем всё веселье, — сказал Вильям, его голос наполнен легким недовольством, но с оттенком веселья.

— Да уж, — ответила Лаура, прикусив нижнюю губу, чтобы скрыть мимолетное беспокойство.

Она сразу узнала смех — это была Бона, любительница ночных прогулок. Даже в холодное время года она не боялась выбраться на улицу, словно сама природа не могла удержать её в замкнутом пространстве. Летом же она становилась ещё более неутомимой: либо мчалась верхом по зелёным полям, оставляя за собой лишь шлейф смеха и радости, либо купалась, как сейчас, в объятиях озера. А вот угадать, кто её спутница, было проблематично, и эта неопределенность заставляла Лауру затаить дыхание, словно всё её внимание сосредоточилось на том, что может произойти дальше.

— Позвольте вас предупредить, — сказала Лаура, — что ночное купание почти всегда происходит обнажёнными.

Она не хотела смущать ни девушек, ни лорда, и в её голосе прозвучала настороженность, как будто она боялась, что её слова могут вызвать неловкость.

— О, тогда мы можем выбрать другое место, чтобы не мешать им, — предложил Вильям с заботливым тоном, но в его голосе также звучала лёгкая неуверенность, словно он искал правильные слова, чтобы не расстроить её.

— Отлично, — ответила она, радуясь, что лорд вошёл в её положение, однако в её голосе ощущалась лёгкая трепетность, отражающая внутреннюю борьбу с предстоящим моментом.

Когда они пробирались сквозь деревья и кусты, аккуратно обходя место, где резвились девушки, до их ушей донёсся знакомый голос.

— Я так рада, что ты смогла приехать сюда, в родные края. Я так скучала, — сказала Бона, и её слова были наполнены искренностью.

— А я-то как рада. Ты не представляешь, как сложно было уговорить лорда взять меня с собой, — ответила Эбби, её голос звучал живо, но в нём проскальзывала тень тревоги, как будто она сама не верила в свои слова.

— Разве для этого нужно разрешение? — удивилась Бона, и в её голосе слышался лёгкий сарказм, который смягчался заботой.

— Конечно. Я ведь почти жена его младшего сына и по всем правилам должна сидеть дома и рожать детей, — произнесла Эбби с иронией, но в её голосе звучала горечь, словно она не могла освободиться от оков, которые сами же на себя наложили. — И посещать светские мероприятия.

— А здесь что? Разве праздник — это не светское мероприятие? — поинтересовалась Бона, с интересом наблюдая за подругой.

— К сожалению, нет, — тяжело вздохнула девушка, и в этом вздохе таилось столько разочарования, что Лаура невольно затаила дыхание. — Но, к счастью, Вильям настоял на том, чтобы я поехала с ним, чтобы мы могли проводить больше времени вместе.

— Я видела его лишь мельком, но могу с уверенностью сказать, что он очень обаятельный, — Бонна рассмеялась, слегка покраснев.

— Да, наверное, — кратко ответила девушка.

— А ты разве не такого же мнения? — удивлённо спросила Бона, и её голос был полон искреннего интереса.

— Не знаю, — девушка тяжело вздохнула, в её голосе звучала неуверенность, словно она боролась с собственными чувствами. — Всё так сложно.

— Эй, — Бона сразу же обняла подругу за плечи, её поддержка была искренней и тёплой. — Что не так? Тебя что-то беспокоит?

— Всё не так, как я хотела, — произнесла Эбби, её голос дрогнул, и в этой фразе заключалось столько уязвимости, что Лаура почувствовала, как её собственное сердце отозвалось на это признание.

— Расскажи подробнее, — попросила Бона, и её голос был полон любопытства и настороженности.

— Вильям милый и добрый, и ночью… — Эбби запнулась, её глаза бегали в поисках нужных слов. — Всё хорошо. Но дело не в этом.

— А в чём же? — настаивала Бона, чувствуя, что за словами подруги скрывается что-то важное.

— В его брате.

Услышав эти слова, Лаура замерла на месте. Её сердце бешено забилось в груди, и в какой-то момент ей показалось, что стук его будет слышен даже Эбби и Боне. Непонимание и тревога охватили её, словно она оказалась в центре шторма.

— При чём тут Аден? — тихо спросил Вильям, явно начиная нервничать. Его голос был полон беспокойства, и Лаура заметила, как он чуть-чуть отстранился.

— А что с ним не так? Он вмешивается в ваши отношения? Считает ваш брак неравным? — предположила Бона, но в её голосе уже слышалась нотка паники.

— Нет. Просто я бы хотела, чтобы моим мужем был он, Аден, а не Вильям, — произнесла Эбби, и эти слова повисли в воздухе, словно тяжёлое облако.

Лаура замерла с открытым ртом. Подобное признание было слишком смелым, слишком откровенным. От этих слов её кольнула ревность, как остриё ножа. Она вспомнила слова Адена, который намекал ей на повторную встречу, говоря о том, как сильно она засела у него в голове. Эта мысль сводила её с ума, но теперь в ней ощущался рой противоречивых эмоций.

— Это как? — явно не понимая, о чём говорит Эбби, поинтересовалась Бона, её растерянность была явной.

— Понимаешь, он более мужественный, у него больше земель, большая часть наследства будет отдана ему, а не Вильяму. И к тому же, он явно лучше брата умеет обращаться с женщинами, — сказала Эбби, и её голос дрожал от страсти и желания, но в нём также была печаль.

— Что ты имеешь в виду? — брезгливо спросила Бона, её лицо исказилось от недоумения.

— Мне с Аденом хорошо во всех смыслах. И пусть он излишне груб и любит разговаривать в приказном тоне, но это не отменяет его силы и умения вовремя смягчиться, — произнесла Эбби, и её слова звучали как непреклонный приговор.

Лаура почувствовала, как её кольнула ревность, словно острый шип. Почему-то после слов лорда о том, что он не может выбросить её из головы, она начала считать его своим. Но противоречивые мысли о том, какой он подонок, заставляли её мучительно сомневаться.

— А что Аден об этом думает? Они же родные братья, — спросила Бона уже не так уверенно, как прежде.

— Аден ничего не говорит, — ответила Эбби, и в её голосе прозвучала тревога, словно она сама не верила в свои слова.

— Так почему ты хочешь выйти за него замуж? — Бона не могла скрыть недоумения, и в её глазах отразилось смешение страха и любопытства.

— Ты не понимаешь, с ним всё ощущается по-другому. Если бы ты была с ним наедине, ты бы поняла, о чём я говорю, — сказала Лаура, и её голос дрожал от напряжения, полон чувства, которое было трудно выразить словами. Непонимание, страх и глубокие желания сплелись в её душе, создавая вихрь эмоций, который мог в любой момент разразиться бурей.

Бона даже не хотела думать о возможных последствиях этой ситуации, и её сердце сжималось от страха. В то время как Лаура, напротив, ощущала прилив энергии, она прекрасно понимала о чем говорит Эбби., рядом с Аденом всё казалось иным, словно мир вокруг становился ярче и живее. Возможно, он действительно становился другим человеком в женском обществе, и это было подобно магии.

Когда Лаура почувствовала, как жар между ног начинает нарастать, её внимание привлек Вильям, который скатился по стволу дерева и зарылся лицом в ладони. Это зрелище обожгло её. Она немедленно подошла к нему и обняла за плечи, желая передать ему хоть немного тепла.

— Вильям… — произнесла она, не желая тратить время на смущение или разницу в их статусах. — Вильям, тише.

Она чувствовала, как его тело дрожит, словно он был на грани срыва. Его страдание отразилось в её сердце, и в этот момент она осознала, что эта дрожь может быть не только от горя, но и от ярости, которая была вполне оправдана.

Её мысли мгновенно вернулись к желанию, которое когда-то казалось таким сильным: чтобы этот союз был расторгнут. Но она не ожидала, что её желание исполнится так быстро. В её голове закралась паника. Она знала, что после таких откровений Вильям не простит Эбби, и это разрывающее чувство подстегивало её страхи. Теперь волнение за Адена заполнило её, ведь возможно, их братская дружба оказалась под угрозой.

— Не знаю, но у меня есть подозрения, что зря ты устроила эту интрижку с Аденом, — начала Бона, её голос дрожал от смешанных эмоций. — Они же братья, и к тому же, если Аден такой…

— Поэтому я не знаю. Я так долго сопротивлялась ему, старалась держаться на расстоянии, но стоило нам приехать сюда, как он стал совсем другим. Понимаешь? — произнесла Лаура с горечью в голосе.

— Не совсем.

— В первый же вечер, как мы приехали, мы оказались одни в лесу, и я почувствовала, как он изменился… — Она замолчала, словно подбирая нужные слова. — Его движения, дыхание, слова — всё стало другим. На рассвете, рискуя всем, он пробрался ко мне в комнату. Делал всё с открытыми глазами и даже просил меня надеть красную юбку…

Лаура вздрогнула от этих воспоминаний. Тепло разлилось по её телу, а желание сбежать было лишь в одну сторону — к Адену. В ту ночь она была в красной юбке, и тогда он забрался под неё.

— Он так прижимался ко мне, умоляя о большем. И хотя просьба была странной, я быстро растаяла, — продолжила Лаура, вспоминая.

Лаура чувствовала как трепет её ощущений сменился гневом — ведь он представлял её, но касался Эбби. Мучительная ревность обжигала, но Лаура опомнилась, когда ощутила, как всё сильнее дрожит Вильям.

— Я больше не могу это слушать… — прошептал Вильям сквозь сжатые зубы.

— Пойдёмте отсюда, — ответила Лаура, помогая лорду подняться. Она чувствовала, как его силы тают, словно без её поддержки он не смог бы даже встать.

Всё утро Лауру не покидали мрачные мысли, словно тень, которая не желала уходить. Каждая её попытка сосредоточиться на чём-то другом обрывалась, стоило ей вспомнить Вильяма — его лицо, искажённое горем, всплывало в сознании, как призрак, не давая покоя. Он молчал всю дорогу до деревни, его глаза были полны боли и недоумения, и это молчание заглушало всё вокруг, словно холодный осенний ветер.

С той ночи прошло уже несколько дней, и Лорен, её добрый друг, начал сильно переживать. Он часто задавал Лауре вопросы, и его голос звучал всё более тревожно. «Что произошло? Почему лорд не появляется?» — спрашивал он, словно искал ответ, который мог бы развеять его страхи. Лаура чувствовала, как его беспокойство накладывает ещё больший груз на её собственные переживания.

Этой ночью Лауре не удалось выспаться. Вместо того чтобы укрыться в объятиях Морфея, она просыпалась, измождённая, и видела только Адена в постели с Эбби. Эти образы терзали её, словно острые лезвия, разрывающие её изнутри. Ревность, как ненасытный зверь, жадно грызла её сердце, оставляя после себя лишь пустоту и боль.

Когда наконец наступило утро, воздух наполнился свежестью, но для Лауры это было лишь напоминанием о том, что ночь прошла в мучениях. Она не ожидала, что первым гостем станет тот, кто не давал ей покоя всю ночь. Аден вошёл в бар, и в его появлении было что-то ослепительное — его лицо светилось хитрой ухмылкой, как будто он знал о всех её страданиях. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь окно, играли на его чертах, подчёркивая их мужественность и уверенность.

Он выглядел свежим и отдохнувшим, словно только что вышел из чудесного сна, его волосы были чуть влажными от утренней росы, а одежда аккуратно уложена. Это только усиливало её раздражение. Её собственное отражение в стекле казалось ей бледным и утомлённым, и, глядя на него, она чувствовала, как её собственная боль обостряется.

Подняв руку, он позвонил в настольный колокольчик, и его звук резонировал в тишине, словно перезвон колоколов, нарушающий покой. Лаура вздрогнула, её руки инстинктивно замерли над стаканами, которые она протирала. Внутри неё разгорелось противоречивое чувство: его беззаботность и лёгкость одновременно раздражали и притягивали. Как он может быть таким лёгким, когда я ощущаю такой тяжёлый груз на сердце?

Эти мысли метались в её голове, словно неуправляемые птицы. Она старалась скрыть свои эмоции за внешним спокойствием, но её внутренний мир бушевал. Каждое его слово, каждое движение вызывали в ней волны раздражения и желания, и в то же время — тревоги. Она чувствовала, как напряжение нарастает, словно натянутая струна, готовая в любой момент порваться. Словно между ними стоял невидимый барьер, и каждый взгляд, каждый смех Аденом резал её как острое лезвие.

— Доброе утро, — произнёс Аден, и его игривый взгляд, подобно солнечному лучу, скользнул по Лауре. — Почему вы такая хмурая с самого утра? Неудачная ночка?

— Не настолько неудачная, как пару дней назад, — ответила она, с лёгкой иронией пресекая его попытки флирта.

— А с чего это вы сегодня так злы? — спросил он, изображая удивление, словно играл в какую-то забавную игру.

— Увидела вас, — бросила Лаура, и в её голосе прозвучала нотка сарказма.

Аден нахмурился, и это только добавило ему шарма. Он любил играть и флиртовать, но сейчас её слова были для него как холодный душ.

— Позвольте узнать, что я такого сделал, чтобы вызвать такую ненависть? — спросил он с лёгкой улыбкой, надеясь, что это его подбодрит.

— Думаю, вы и сами должны знать, — произнесла она, закатывая глаза.

— Извините, что не прочитал ваши мысли и, возможно, не угадал ваше тайное желание. Но если вы скажете мне прямо, я обещаю, что оно вмиг исполнится. — Он подмигнул, не унимаясь.

— Прекратите, ваши шуточки неуместны, — отрезала она, хотя в её голосе уже проскользнула улыбка.

— А я и не шучу. На самом деле, я пришёл к вам, — заявил Аден, наклонившись чуть ближе.

— Зачем? — она приподняла бровь, испытывая его на прочность.

— Нет, хотел пригласить вас на прогулку, — произнёс он с притворной серьёзностью.

— Я на работе, — ответила она, пытаясь скрыть улыбку.

— Не думаю, что с утра сюда кто-нибудь придёт. Может быть, вам стоит взять небольшой перерыв? — его голос стал чуть более настойчивым.

— Это вы так думаете, — сказала Лаура, и в её глазах блеснул огонь иронии, готовый вспыхнуть в любой момент.

— Что ж, можем поговорить и здесь, — предложил Аден, улыбаясь так, будто перед ним раскрылась библиотека тайн.

— Мне не о чем с вами говорить, — ответила девушка.

— Лаура, будьте откровенны, почему вы так изящно ускользаете, словно потревоженный мираж? Мне казалось, что ваша тень тянется ко мне. Или считаете всё это совпадением?

— Только не говорите, что вы и впрямь верите в судьбу, — заметила Лаура с явным подтверждением жизни в голосе.

— Безусловно, верю, — кивнул Аден, произнося это как свой личный гимн.

Лаура ответила тишиной.

— В этой завораживающей тишине, мы здесь, кажется, единственные свидетели, верно? — заметил Аден.

— И что это меняет? — отозвалась Лаура, ощущая, как каждое слово звучит как вспышка на фоне полуденного солнца.

Аден внезапно, как тень, пересек пространство и оказался рядом с ней.

— Как вы это?.. — девушка не успела опомниться, как оказалась на столе, удобно расположенная между крепкими контурами Адена.

— Просто хочу убедиться в одном, — ответил он, удобно устраиваясь между ног девушки.

— Прекратите… — голос её, как мелодичный аккорд, затрепетал, когда волнения прошлись по её коже.

— Нет, дорогая Лаура, я ведь не слеп, ваши чувства так очевидны, как дневной свет. Зачем же слагаете эту повесть из колкостей? Это уже не игра.

— А я и не играю с вами в игры, — спокойно сказала Лаура.

— Тогда что? — Аден нежно её прижал, словно временное затишье перед бурей, едва касаясь её щеки губами. — Да, я и вправду скучал по вам, — прошептал он, ласково касаясь её лица губами. — В чём моя вина, скажите?

— Ведь у вас есть Эбби…

— Вы ревнуете? — с хитрой ухмылкой спросил Аден.

Но в ответ опять было молчание.

Аден слегка отстранился, чтобы заглянуть в глаза Лауры. В них он увидел смущение и заметил, как сильно бьётся её сердце. Тело девушки слегка дрожало, словно она боялась, что любое движение может разрушить этот волшебный момент.

Не раздумывая, Аден притянул её ближе, его руки нежно скользнули по её спине. Он хотел услышать, как учащается её дыхание, и вскоре его желание сбылось: Лаура стала дышать чаще, а когда Аден нежно коснулся губами её тонкой шеи, из её уст вырвался тихий, трепетный стон, подобный шёпоту ветра.

— Ваша реакция… — начал он, его голос был едва слышен. — Она неизменна. Почему же вы всё ещё сопротивляетесь? Это не может быть только из-за Эбби. Иначе вы бы тогда, в лесу, просто дали мне пощёчину и исчезли бы в темноте.

Лаура искала слова, но мысли переплетались в её голове, как лианы в густом лесу. Она не хотела вмешиваться в то, что, казалось, неумолимо надвигается. Вильям не оставит всё это без внимания, и вскоре все их чувства, их тайны, будут выставлены напоказ. Судьба Эбби её не волновала, но вот судьба Адена… Его поступки были непонятны, но она не могла унять волнение, охватившее её при его близости. Всё её тело отзывалось на него, как струна, настроенная на одну ноту.

— Скажите, если я вам кое-что расскажу, обещаете, что этот секрет останется между нами? — спросил он, его взгляд был полон тепла.

— Какой секрет? — её голос дрожал от волнения.

— Не всё сразу, сначала дайте обещание.

Лаура молча кивнула, чувствуя, как её сердце забивается в такт его словам.

— Я расскажу вам нечто важное, но это стоит сделать в более уединённой обстановке. Таверна может быть полна людей, а ваш отец может зайти в любой момент.

— Верно, — произнесла она, её сердце забилось ещё быстрее.

— Поэтому, может быть, вы согласитесь прогуляться со мной? — его голос звучал как приглашение в незабываемое приключение.

— Куда? — спросила она, испытывая смешанные чувства.

— Я бы хотел вернуться в то место, где всё началось, в лес, — произнёс он, и в его глазах блеснула искорка надежды.

Лаура почувствовала, как её сердце сделало прыжок. Там они точно будут наедине, и воспоминания нахлынут, словно поток воды. Устоять перед искушением будет невероятно сложно.

— Если обещаете, что ваши руки и всё остальное не пересекут черту дозволенности…

— Обещаю, — ответил Аден, его голос был полон обещаний, которые простирались далеко за пределы этого момента.

Когда Лаура подошла к знакомому месту, её взгляд задержался на пейзаже, который вызвал в её мыслях яркие воспоминания. Тепло, исходившее от этих образов, наполнило её тело, но вскоре стало тяжёлым, словно оковы.

Она вспомнила, как сидела на том дереве, как Аден заметил её. То, что тогда произошло, было странным и захватывающим; никогда прежде она не чувствовала такой волны возбуждения и волнения, как в тот момент.

Лаура жаждала повторить тот миг, ощутить его снова, желая узнать, куда могла бы завести их связь. Она мечтала узнать, чем бы всё это закончилось, надеясь, что их история могла бы стать чем-то большим. Но эта мечта быстро потускнела, когда пришло осознание: та, с кем Аден тогда делил свои чувства, была невестой его младшего брата.

Обида за Вильяма, словно тёмная туча, нависла над её мыслями, и её тёплые чувства мгновенно испарились, оставив лишь горечь и разочарование. Каждый всплеск счастья, который она испытала, словно камень опускался на дно её души, разрушая всё, что она пыталась построить в своём воображении.

Лаура почувствовала, как внутри неё зародилось противоречие: нежелание терять себя в воспоминаниях о том, что могло быть, и необходимость оставить всё позади, чтобы не навредить ни себе, ни другим.

— Итак, — начал Аден, прищурив глаза и с легкой усмешкой. — Раз уж я вас позвал, то, пожалуй, начну с самого интересного. За это утро вы неоднократно упоминали Эбби. Позвольте узнать, почему вас так беспокоит моя мимолетная связь с ней?

— Она невеста вашего младшего брата, или вы хотите сказать, что не знали об этом? — произнесла Лаура, приподняв бровь и с вызовом улыбаясь.

Глаза Аденa расширились, а его тело словно застыло, отразив неподдельный страх.

— Ч…что? — почти заикаясь, спросил он, его уверенность, казалось, испарилась.

Лаура прикусила губу, удивленная его реакцией.

— Вы не шутите? Как это возможно?

Она замялась, пытаясь подобрать слова, и в её голове всплыл разговор с Эбби.

— Вильям же не узнает? — с тревогой в голосе произнесла девушка.

— Не беспокойтесь. Он занят своими делами, и ему нет до нас никакого дела, — уверенно ответил Аден, его тон был игривым и слегка провокационным.

— Не шутите, — мягко начала Лаура, её голос напоминал легкий шёпот.

Аден расхохотался, его смех был мелодичным и манящим.

— Вы бы видели своё выражение лица!

— Прекратите и говорите серьезно, — потребовала она, притворяясь строгой, но в её глазах уже плясала искорка флирта.

— Хорошо. Да, я знаю, что Эбби — невеста моего младшего брата, но мне интересно, почему это так беспокоит вас, — сказал он, наклоняясь чуть ближе.

— Это низкий и ужасный поступок, — ответила Лаура, её голос дрожал от эмоций.

— Хорошо. Это низкий и ужасный поступок с моей стороны. Однако я свободный человек. Меня не сдерживают узы брака, и я не обязан следить за каждой своей партнёршей. Она сама сделала выбор, и я не шантажировал её, — произнёс Аден, его голос звучал с налётом уверенности. — Более того, я не первый, кто утешал её.

— Что вы хотите сказать? — поинтересовалась Лаура, наклонив голову, словно кот, заигрывающий с игрушкой.

— А то и хочу. Эбби, дама, приехавшая в столицу не для поиска любви, а для выгоды. Но она не учла, что таких, как она, здесь сотни, если не тысячи. Каждая мечтает о богатом столичном супруге. Эбби — не исключение, и зоркий глаз опытного мужчины быстро заметит её меркантильные намерения.

— Подождите, мы сейчас говорим про Эбби, — прервала она, улыбаясь.

— Ах да, — Аден облокотился о ствол дерева, скрестив руки на груди. — У Эбби в столице уже достаточно знакомств. И одно такое знакомство привело её к нам в дом. Сначала она крутилась вокруг Вильяма, отдавая ему всё своё очарование, пока не вернулся я. Когда стало известно о помолвке, она попыталась переиграть ситуацию, но у неё не вышло.

— Хотите сказать, она пыталась быть к вам ближе? — спросила Лаура, в её голосе прозвучала игривость.

— Да, в надежде, что я буду бороться за неё и в итоге смогу так сказать «увести её из-под венца».

— Но вы этого не сделали? — её голос был полон легкой насмешки.

— Нет.

— А почему не рассказали Вильяму? — она прищурила глаза, как будто ставя его в угол.

— Он сам должен пройти через это. Их брак будет недолгим — до первого пойманного любовничка. Поэтому я не переживаю, что она сломает ему жизнь, — сказал Аден, его взгляд становился всё более уверенным.

Лаура прикусила язык. Она так и хотела сказать, что первым пойманным любовничком и будет он, Аден.

— Вот почему вы так спокойно себя ведёте? — спросила Лаура, чувствуя, как тяжесть на сердце немного отступает.

— Да, — ответил Аден, его голос звучал уверенно, но в глазах промелькнула искорка озорства. — Но я надеюсь, что этот маленький секрет останется между нами.

— Почему вы не хотите рассказать всё Вильяму? Вы хоть представляете, как ему будет больно, когда он узнает… — Лаура замолчала, и перед её глазами возник образ Вильяма, его дрожащая фигура, отражающая мрачные мысли. Он словно потерял себя, его лицо было бледным, и казалось, что в нём что-то сломалось.

— Знаете, порой слов недостаточно, — произнёс Аден, его взгляд стал серьёзным. — Я мог бы рассказать ему обо всём, но кому он поверит? Невинной, плачущей на его глазах невесте или грубому старшему брату, который не всегда был с ним ласков?

— Это жестоко, — произнесла Лаура, её сердце сжалось от понимания жестокой правды.

— Это жизнь, — сказал Аден с безразличием, но в его голосе слышалась глубокая печаль. — Да и вы сами видели, Лаура, Эбби не так уж против получить мужское внимание в виде другого мужчины.

— Я видела только вас, — прошептала она, глядя на него, и в её глазах зажглись искорки обиды.

— А я видел её ещё кое с кем, кстати, из вашей же деревни, — произнёс он, слегка улыбаясь, и это вызвало у Лауры прилив эмоций.

— Что? — воскликнула она, чувствуя, как ноющее чувство обиды защемило в груди. — С кем?

— А вам так интересно? — поддразнил Аден, его глаза блеснули.

— Да, — ответила она, не скрывая своего любопытства.

— Ну, возможно, я бы и назвал имя, если бы знал, что получу за это награду, — произнёс он, его голос стал игривым.

— Аден… — начала девушка, но он прервал её.

— Лаура, — усмехнувшись, сказал он, притягивая её к себе.

— Что вы… — не успела она сказать, как уже оказалась в его объятиях. Тёплые руки Аденa обвили её, и мир вокруг словно исчез.

— Я попрошу скромную плату за названное имя, — произнёс он, смотря ей в глаза, как будто желая заглянуть в её душу.

— И какую же? — спросила Лаура, её голос стал чуть более взволнованным.

— Поцелуете меня? Если, конечно, хотите и если вам интересно имя, — его слова звучали как приглашение, и в них таился лёгкий флирт.

Лаура усмехнулась. Этот поцелуй для неё был не столько платой, сколько давним желанием. В сердце возникло лёгкое волнение; она не была уверена, говорит ли он правду, но что-то внутри подсказывало, что доверять ему можно. И, не произнося ни слова, она приподнялась на цыпочки и нежно прикоснулась губами к его.

В этот момент она почувствовала, как крепкие руки мужчины притянули её к себе ближе. Её юбка и блуза сминаются под его прикосновениями, и сделать поцелуй легким и целомудренным не удалось. Девушка тихо застонала, её тело само стремилось прижаться к Адену, и в их объятиях мир наполнился сладким напряжением, словно время остановилось.

— Аден… — тихо произнесла девушка, не в силах прервать их нежное соприкосновение губ, словно это мгновение могло длиться вечно.

— Да? — его голос прозвучал слегка сдавленно, наполненный надеждой и нежностью.

— Мне кажется, что это неправильно, — произнесла она, чуть отстраняясь, чтобы встретить его взгляд, полный вопросов и беспокойства.

— Кто это сказал? — его брови нахмурились, а внутри нарастало напряжение.

— Мне кажется, что так оно и есть, — Лаура на мгновение задумалась, ее мысли метались между страхом и желанием.

— Лаура, — произнес Аден, пытаясь сдержать дыхание, — что вы хотите?

Он почувствовал, как её неуверенность, словно тонкая нить, связывает их, одновременно угрожая разорваться.

— В каком смысле? — она взглянула на него с недоумением, но в глубине души ее терзали сомнения.

— Я думаю о вас, и мне бы хотелось поближе узнать вас, — его голос звучал почти умоляюще. — А что хотите вы? Если я вам неинтересен, то зачем продолжать всё это?

Лаура прикусила нижнюю губу, чувствуя, как неуверенность нарастает внутри неё, словно тяжелый камень.

— Для вас я лишь очередная девушка, с которой можно провести свободное время, после того как вы уедете в столицу, — её слова вылетели как стрелы, точные, но полные боли. — Вы забудете обо мне.

— Этого мы не знаем, — он взглянул на неё, искренность его глаз взывала к её доверию. — Но почему это мешает нам сейчас?

Девушка рассмеялась, но смех её звучал горько.

— Что смешного? — Аден наклонился ближе, его голос напоминал шёпот, наполненный настойчивостью.

— Вы обещали назвать имя, — произнесла она, и в её голосе проскользнула нотка игривости, в то время как внутри неё бушевали метания.

— Лаура, вы серьёзно? — он не мог поверить, что она может так легко отвлечься от их разговоров, а между тем, его сердце колотилось в ожидании.

— Да, — тихо произнесла она, и в этот миг Аден едва сдерживал себя, чтобы не зарычать от злости. Он чувствовал, как его чувства накатывают волнами, смешиваясь с недоумением и желаниями, словно море, не знающее покоя.

— Я не знаю точно, но она называла его Кэйлебом, — произнес Аден.

Лаура начала перебирать в уме всех жителей деревни, её мысли, словно неугомонная птица, метались по знакомым лицам. На ум пришло сразу трое мужчин, каждый из которых оставил свой след в её памяти.

Первый из них, старый рыбак Кэйлеб, был не самым привлекательным: его лицо было покрыто морщинами, а руки — грубыми от долгих трудов на море. Он вряд ли мог стать желанным мужчиной для Эбби, которая всегда искала что-то большее, чем просто заботливый взгляд.

Остальные двое мужчин вызывали у неё гораздо больше интереса. Торговец из лавки с украшениями всегда был аккуратно подстрижен, с ухоженной бородой и тёмными проницательными глазами, которые сверкали, когда он говорил о своих товарах. Он умело подбирал слова, чтобы похвалить свои изделия, и Лаура не могла не заметить, как его голос завораживал женщин деревни.

Второй мужчина был пастух, крепкий парень с загорелой кожей и широкими плечами. Его светлые и вьющиеся волосы спадали на лоб, придавая ему беспечный вид, который многим нравился. Он часто гулял по полям с овцами, и Лаура не раз ловила себя на мысли, что его уверенность и смех могли легко привлечь внимание любой девушки.

Девушка задумалась о том, кто мог бы быть местным любовником Эбби. Торговец и пастух казались наиболее вероятными кандидатами, но это только усиливало её любопытство.

— Вы не помните, как он выглядел? — спросила она с легкой иронией в голосе.

— Нет, не помню, — ответил Аден резко, его тон стал холодным, как зимний ветер.

Лаура, уловив изменение в его тоне, почувствовала, как уходит почва из-под ног. Если раньше ей было комфортно рядом с ним, то теперь, когда его лицо стало каменным, а голос — грубым, всё тепло и уют, которые она ощущала, исчезли в одно мгновение.

— Аден, я… — начала она, теряя уверенность. — Вы сердитесь на меня?

— С чего вы взяли? — его взгляд скользнул мимо, словно она не имела значения.

— Ваш голос, он изменился, — сказала Лаура, пытаясь разобраться в том, что происходит.

— Не берите в голову, зачем вам думать о голосе какого-то гуляки? — саркастично бросил он, и в его словах сквозила злоба.

— А разве это не так? Вы же меняете девушек, как перчатки, — её голос дрогнул, но в нём звучала уверенность.

— Да с чего вы вообще взяли, что я так себя веду с девушками? — Аден метнул в её сторону вызов, его губы изогнулись в усмешке.

— Знаете, вам и говорить особо не нужно, чтобы понять о вашем разгульном образе жизни, — парировала она, чувствуя, как её слова накаляют атмосферу.

— Вы издеваетесь? — воскликнул он.

— А вы? — её голос прозвучал как вызов, вызывая его на ещё более напряжённый диалог.

Тишина повисла между ними, словно натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент.

— Если вы обо мне такого мнения, то я зря надеялся, что у нас что-то получится, — произнес Аден, его голос был полон разочарования.

— Конечно, прямо вот так и думали? — не удержалась Лаура, и в её словах слышалась горечь. — Что-то слабо верится. Скорее всего, там было что-то вроде: «Пока здесь, поиграю с ней и её чувствами, а потом уеду и забуду её имя»! Так и было ведь? Хоть себе не лгите.

— А вы остра на язык, — его тон стал холодным, и он выпустил её из объятий, чувствуя, как закипает злость. — Но не забывайте, с кем разговариваете.

— А то что? Статусом задавите? — её глаза сверкали, и в них проскальзывал вызов.

Аден сделал шаг к ней, заставляя Лауру прижаться к дереву, места для отступления не оставалось.

— Прекратите так разговаривать со мной, я не дворовая девка, чтобы…

— Конечно, вам же лучше знать, как дворовые девки разговаривают, — её слова были полны пренебрежения.

— Лаура… — прорычал он сквозь зубы, в его голосе звучала угроза.

— А то что? Что вы сделаете? Пойдете и на моих глазах прижмете какую-нибудь девушку к дереву, лазая у неё под юбкой? — в её словах злилась не только саркастичность, но и настоящая боль.

На секунду между ними повисло гнетущее молчание. Каждый из них был на взводе, и Лаура сама не понимала, почему так злилась. От одной мысли, что он мог прикасаться к другим, её разрывало изнутри. Теперь она точно знала, что в ней говорит ревность. Ощущение, что он может просто уехать, оставив её с разбитым сердцем, обжигало, как раскаленный металл. Обида на его легкомысленное отношение смешивалась с ощущением непреодолимого притяжения, заставляя её сердце колотиться в унисон с тревогой.

— А если я так и сделаю, что вы почувствуете? Облегчение или гнев? — спросил Аден, его голос звучал с вызовом.

— Лучше подумайте о том, что будет, если так сделаю я, — сказала Лаура, её тон стал холодным.

— Что?

— Вы слышали. Что, если я также буду вести себя легкомысленно и пойду зажиматься с каким-нибудь красивым парнем? Что вы будете чувствовать?

— Вы этого не сделаете, — усмехнулся Аден, но в его голосе слышалась неуверенность. — Так ведь?

— А вот и проверим, — её смелость подстегивала его.

— Лаура! — он резко рванулся вперёд, прижимая её к дереву, подхватив за ноги, не обращая внимания на её сопротивление.

— Отпустите! Немедленно! — в её голосе звучал протест, но в глазах уже горело что-то большее.

— Лаура, успокойтесь, — произнес Аден, его голос стал низким и требовательным. — Позвольте сказать.

Лаура, которая до этого била его в грудь, на секунду остановилась, дав ему возможность высказаться.

— Возможно, я слегка легкомыслен по отношению к девушкам, — его слова пролетели, как выстрел. — Но по какой-то причине то мимолетное, что было между нами, сильно меня задело. Та ночь не выходит у меня из головы. Я бы хотел попробовать.

— Что попробовать? — её голос звучал настойчиво, в нём проскользнула искра интереса.

Аден замешкался, на мгновение ловя слова, которые никак не хотели выходить.

— Что попробовать? — повторила она, поджимая губы, не отступая.

— Узнать друг друга поближе, — произнес он, его взгляд стал более откровенным.

— Зачем вам это? — Лаура ощутила, как в её сердце заклокотала смесь страсти и недоверия.

— Я же уже сказал, зачем. Вы вызываете у меня сильный интерес, — его голос стал более уверенным, но в то же время полным уязвимости. — Если вы ко мне не чувствуете того же, то я не буду настаивать на близком знакомстве.

Её сердце забилось быстрее. Она понимала, что этот разговор может изменить всё. Напряжение между ними нарастало, как пружина, готовая разжаться в любой момент.

— Каков ваш ответ? — Аден не сводил с неё взгляда, его глаза горели надеждой и решимостью.

— Мне нужно подумать… — тихо произнесла Лаура, и её голос дрогнул от волнения. Она не знала, что ответить, мысли путались, словно листья в бурю.

— И когда же вы дадите мне ответ? — он наклонился чуть ближе, в его тоне слышалась нетерпеливость.

— Дайте мне пару дней, хорошо? — попросила она, чувствуя, как внутри нарастает волнение.

Аден тяжело вздохнул, и его плечи слегка опустились.

— Меня огорчает, что вы так не уверены в своих чувствах и желаниях, — сказал он, стараясь скрыть разочарование.

— Всё не так просто, как вам кажется.

Мужчина лишь усмехнулся, его взгляд стал более жёстким.

— Хорошо, как скажете. Тогда, через два дня, я буду ждать вас здесь, — произнёс он, и в его голосе звучало определение.

— Почему именно здесь? — она удивилась, указывая на место, где они стояли, и почувствовала, как закипает любопытство.

— Здесь всё началось, — его тон стал более серьёзным, — и я хочу, чтобы здесь либо всё закончилось, либо продолжилось.

— Это место, я вижу, для вас очень важно, — заметила она, и в её голосе проскользнула нотка понимания.

— В какой-то мере да. Так и есть, — признался он, и в его глазах промелькнула искра, как будто он делился чем-то сокровенным.

Лаура почувствовала, как между ними нарастает напряжение, она колебалась между желанием и страхом. Мысли о том, что он может быть её шансом, переполняли её, но неуверенность сковывала, как тяжёлые цепи.

До праздника оставалось всего четыре дня, и деревня оживилась, словно проснувшийся улей. В воздухе витала атмосфера ожидания и радости, которую невозможно было не заметить. Каждый житель, от стариков до детей, был занят подготовкой к этому важному событию.

Улицы наполнились звуками смеха и разговоров, когда люди выходили из своих домов, чтобы украсить свои дворы. Деревья обвязывали цветными лентами, а окна украшали яркими гирляндами из засушенных цветов и плодов. На каждом углу можно было увидеть женщин, которые с улыбками на лицах плели венки из полевых цветов, чтобы повесить их на двери.

В центре деревни на площади собирались мужчины, которые работали над установкой большой деревянной арки, украшенной яркими цветами и фонариками. Эта арка служила символом праздника — проходя под ней, каждый мог оставить за собой все тревоги и заботы, окунувшись в атмосферу веселья.

Магазин, находящийся в самом сердце деревни, также переживал свой час пик. Жители активно покупали красивые наряды: пышные платья с яркими узорами и костюмы с вышивкой. Каждый стремился выглядеть лучше остальных, ведь в эту ночь должно было пройти главное шествие — «Солнецвест».

На площади готовились к приготовлению традиционных блюд. Мужчины разжигали костры, а женщины собирались вокруг, чтобы готовить огромные котлы с ароматным супом из овощей и мяса, добавляя в него травы, собранные накануне. Это блюдо было символом единства и дружбы, а его аромат разносился по всей деревне, вызывая слюнки у прохожих.

Одной из самых ожидаемых традиций было изготовление «Кубка Единства». Каждый житель приносил по маленькому кусочку своего любимого лакомства, будь то мед, печенье или варенье, чтобы смешать их в одном большом сосуде. Этот кубок потом делился между всеми, символизируя общность и единство деревни.

На ночь перед праздником планировались танцы под открытым небом, и специально для этого на главной площади ставили сцену. Здесь местные музыканты собирались, чтобы репетировать народные песни и танцы, которые собирались запомниться всем. Каждое движение, каждый звук были пропитаны духом праздника.

Наконец, в последнюю ночь перед праздником все собирались у костра, чтобы поделиться историями и традициями. Это время было посвящено воспоминаниям о предыдущих праздниках, о смехе и радости, о том, как каждый из них был частью чего-то большего.

С каждым днем приближения праздника в деревне царила атмосфера ожидания и волшебства. Каждый ждал момента, когда наконец можно будет отпустить все заботы и просто наслаждаться жизнью.

В таверне царила атмосфера спокойствия и умиротворения, ведь все были поглощены подготовкой к предстоящему торжеству. На кухне же царил настоящий хаос: работники суетились, перемещая кастрюли и сковородки, добавляя специи и нарезая свежие овощи.

Лорену было поручено приготовить множество блюд, которые должны были украсить праздничный стол. Он осознавал всю тяжесть ответственности, лежащую на его плечах, но в то же время его сердце наполнялось радостью от мысли о предстоящем веселье. Каждый кусочек, который он создавал, был наполнен его стремлением сделать этот праздник незабываемым для всех.

Лаура понимала, что сейчас не время для пустых разговоров, и старалась не отвлекать Адена от его мыслей. Всё это время она погружалась в размышления о его предложении, и её терзали противоречивые чувства.

С одной стороны, ей очень хотелось попробовать — мысль о том, что она может открыть своё сердце и сблизиться с ним, наполняла её радостью. Но с каждой минутой тревога нарастала: что будет, если она откажется от своих чувств? Даже от одной мысли о том, что она может прогнать Адена из своей жизни навсегда, ей становилось тяжело.

С другой стороны, что-то внутри неё, как внутренний голос, не переставало предупреждать об опасности. Она боялась, что для него не составит труда разбить ей сердце, и что она всего лишь станет очередной девушкой на ночь, мимолётным увлечением, о котором он быстро забудет. Эти страхи, словно тёмные тучи, затмевали её радужные мечты, и Лаура не знала, как найти правильный путь в этом противоречивом вихре эмоций.

Каждый раз, когда она думала о его улыбке, её сердце замирало, но затем всплывали образы сомнений и страха, заставляя её колебаться между желанием и осторожностью.

Лауре было не с кем посоветоваться. Её отец полностью погрузился в работу, его внимание было сосредоточено на делах, которые требовали немедленного решения. Лорен тоже не отставал: эльф уже несколько суток не спал, суетился на кухне, стремясь сделать всё наилучшим образом. Его энергичность иногда напоминала вихрь, но Лауре было трудно сосредоточиться на своих переживаниях в такой обстановке хаоса.

Она ощущала себя одинокой в этом бурном мире подготовки к празднику. Последним человеком, с которым она могла бы поговорить, был Вильям, но лорд замкнулся в себе и давно не выходил в люди. Лаура знала, что с ним что-то произошло, и хотя ей хотелось поддержать его, это было невозможно. Лорен говорил, что у Вильяма случилась какая-то беда, и Лаура понимала, что это связано с его чувствами — чувствами, которые она не могла разделить, не желая углубляться в собственные переживания.

Она чувствовала, как внутри неё растёт тревога. Словно тёмные облака нависли над её головой. Лаура понимала, что если бы могла обсудить свои мысли с кем-то, возможно, это помогло бы ей разобраться в своих чувствах к Адену. Но сейчас, оказавшись в этой замкнутой среде, она оставалась одна со своими страхами и сомнениями. Боясь, что, как и Вильям, она может остаться с разбитым сердцем, Лаура пыталась найти опору в своих собственных мыслях, но чем больше она размышляла, тем более запутанными казались ей её эмоции.

Из задумчивости Лауру вывел звон колокольчика, весело звякнувшего, когда дверь таверны приоткрылась. Она обернулась и встретила поникший взгляд Боны. Её подруга выглядела так, словно только что проснулась: длинные волосы были растрёпаны, а платье помято, словно его спешно сбросили с плеч. Бона медленно шла к стойке, на её лице отражались усталость и печаль, а в глазах читалась бездна сомнений.

— Бона? — удивлённо спросила Лаура, не ожидая увидеть подругу в это утреннее время в этой затхлой, но уютной таверне. Здесь было много атмосферных деталей: низкие деревянные балки, запотевшие окна, за которыми начинал разгораться свет, и запах свежеиспечённого хлеба, смешанный с ароматом горячего медовухи.

— Привет, — тихо произнесла Бона, её голос звучал словно шёпот забытого воспоминания.

— Что случилось? — Лаура пыталась понять, что могло так повлиять на подругу, её сердце сжималось от тревоги.

— Можно выпить? — Бона, не дожидаясь ответа, задала вопрос, который предшествовал всем остальным.

— А что ты хочешь? — спросила Лаура, слегка нахмурившись.

— Настойки, если можно.

— Да, конечно, — кивнула Лаура, скомкав свои переживания. Она открыла ящик стойки, доставая из него тяжёлую стеклянную бутылку с ягодной настойкой. Крышка треснула, когда она её откупорила, и сладкий фруктовый аромат наполнил пространство вокруг.

— Расскажешь, что случилось? Ты такая расстроенная, — осторожно спросила Лаура, наливая настойку в стакан, её руки слегка дрожали от волнения.

Бона молча смотрела, как подруга заботливо наполняет стакан, её глаза были полны слёз, готовых вот-вот пролиться. Она не могла вымолвить ни слова, лишь безмолвно мучилась внутри себя.

— Дорогая, — Лаура пододвинула стакан к Боне, её сердце стучало в груди от желания помочь. Она едва сдерживала себя, чтобы не начать выпытывать о случившемся, но её искреннее беспокойство было невыносимым.

В течение следующих получаса Лаура молча наблюдала, как Бона выпивает стакан за стаканом ягодной настойки. С каждым глотком её глаза наполнялись слезами, а тело слегка покачивалось, выдавая безысходность, с которой она пыталась справиться. На все попытки Лауры узнать, что же произошло, Бона отвечала невнятными фразами сквозь тихие всхлипы, словно каждое слово давалось ей с трудом. Каждое её «всё в порядке» звучало как проклятие, отдаляющее подругу от правды.

Лаура чувствовала, как её сердце разрывается, и в тот момент, когда она уже почти сдалась, в дверь ворвался свежий поток воздуха. На пороге стоял светловолосый пастух Кэйлеб. Увидев Бону, поникшую и потерянную, он немедленно направился к ней, словно на великую битву.

— Бона… — начал он, его голос дрожал от волнения и беспокойства. — Что ты… — Но не успел он договорить, как Бона, полная ярости и боли, резко развернулась и со всей силы ударила его по лицу.

— Пошел прочь! — крикнула она, чувствуя, как слёзы снова выступают из её глаз, жгучие, как раскаленные угли. Внутри неё бушевал ураган эмоций: от обиды до предательства.

— Ребята, ребята! — начала Лаура, её голос звучал как звон колокольчика на фоне нарастающей драмы. Но Бона, словно не слыша, продолжила, перебивая подругу.

— Что тебе не хватало? Просто скажи, что тебе не хватало? — её голос звучал с болью, дыхание срывалось, а глаза полнились слезами, как весенний ручей, который вот-вот переполнится и выйдет из берегов.

— Я всё могу объяснить, — с мягким голосом произнёс Кэйл, чувствуя, как тяжесть ситуации давит на него. Он сам не понимал, как оказался в этом водовороте.

— Мы же собирались с тобой вместе уехать, — продолжала Бона, её слова были полны горечи. — Хотели увидеть мир, построить семью! Ты обещал взять меня в жёны! А теперь? Приехала она, и ты сразу к ней под юбку побежал? Так легко и быстро!

Лаура сжимала кулаки, не зная, как помочь. Она понимала, что за каждой фразой Боны стоит страх, недоверие и разочарование. Это не просто ссора — это обрыв всех её надежд.

— Бона, послушай меня, пожалуйста, — умолял Кэйл, в его голосе звучала неуверенность. — Ты же знаешь, как мы были с ней близки…

— Были! Именно что были! Так почему, стоило ей вернуться, ты вновь убежал к ней? Она моя подруга, Кэйл. Ты понимаешь? Как ты мог так поступить? — её голос стал пронзительным, как лезвие, разрывающее тишину.

После этих слов Лаура сразу поняла, о ком шла речь. Неопределимая Эбби, которая своим возвращением словно наводила хаос, оставляя за собой разрушенные сердца и разбитые мечты. Лаура вдруг ощутила волну гнева: понимала ли Эбби, что творит? Осознавала ли она, что с каждой своей улыбкой разрывает чью-то жизнь на части? В этот момент её сердце наполнилось горечью за Бону, которая, казалось, теряла всё, что так долго строила.

После того как Эбби уехала в столицу, Кэйл был в состоянии глубокой депрессии. Бона, стремясь поддержать его, не осознавала, как оказалась вовлечённой в сложные романтические отношения. Они много общались, делились своими переживаниями, и вскоре Бона почувствовала, как между ними зарождаются тёплые чувства. Каждый взгляд, каждое прикосновение поднимали её на новые вершины, и она погружалась в этот омут с головой, не замечая, как быстро привязывается к Кэйлу.

Однако вскоре стало очевидно, что Кэйл всё больше думает о возвращении к Эбби. Он часто вспоминал их бурные отношения — все ссоры и примирения, которые оставили глубокий след в его душе. Бона наблюдала, как его глаза вновь загораются при упоминании её имени, и её сердце сжималось от ревности и боли. Она понимала, что, хотя их связь стала глубже, Кэйл всё ещё был связан старыми чувствами, которые не давали ему покоя.

Все знали, что у Эбби и Кэйла были непростые отношения. Они постоянно ругались, а затем мирились, как будто возвращаясь к привычной игре. Бона чувствовала себя на заднем плане, смущённая и подавленная. В моменты счастья, когда Кэйл смеялся и был с ней, Бона думала, что они стали единым целым, но когда он начинал говорить об Эбби, её мечты рушились.

Она понимала, что не сможет заменить Эбби в его сердце, и это осознание приносило ей невыносимую боль. С каждым днём, когда Кэйл погружался в свои воспоминания, Бона всё больше теряла надежду на то, что он сможет сделать выбор в её пользу. Она хотела быть тем человеком, который сделает его счастливым, но понимала, что его сердце по-прежнему принадлежит той, с кем у него были такие сложные отношения.

— Почему мне так плохо? — простонала девушка, не в силах сдержать слёзы, которые ручьём полились из её глаз.

Лаура не знала, как помочь подруге. Всё происходящее казалось ей странным и запутанным, словно плохой сон. И самое ужасное, что во всём этом была виновата Эбби.

Рассказ Боны не совпадал с тем, что сказал ей Аден, но он оказался прав, назвав имя человека, с которым видел Эбби. Только вот картина выглядела совсем иначе. Выходило, что единственным, за кем Эбби действительно бегала, был Аден. Вильям, похоже, больше её не интересовал, а вот Аден…

Из раздумий Лауру вырвал входящий гость — человек, которому она не хотела бы бросить что-нибудь тяжёлое.

— Вильям! — с радостью воскликнула Лаура, её глаза засияли, когда она встретилась взглядом с лордом. — Как вы? Давненько не виделись!

Мужчина мягко улыбнулся, с лёгкой небрежностью подойдя к барной стойке. — Как вы? — спросил он, его голос звучал спокойно, но с заметным интересом.

Бона, сидевшая рядом, попыталась успокоить трясущиеся руки и вытереть слёзы с щёк, но её глаза всё равно блестели от горя. — Что с вами? — немедленно поинтересовался Вильям, нахмурившись, когда заметил её состояние.

Бона не сразу ответила, в её голосе слышался дрожащий страх. Она пыталась скрыть своё заплаканное красное лицо, но слёзы всё равно текли. — Всё в порядке… — начала Лаура, но тут истерический крик Боны разорвал тишину.

— В порядке? Издеваешься?! Меня предал любимый человек, а ты говоришь "в порядке"? — её голос звучал так, словно она готова была взорваться.

— Я просто подумала… — попыталась мягко оправдаться Лаура, но Бона, на грани истерики, уже разбила недопитый бокал о деревянный пол. Стекло разлетелось, и она, с горестным криком, выбежала из таверны.

— Проклятье… — прошипела Лаура, сбрасывая с себя тревогу.

— Что-то мне подсказывает, что одну её сейчас оставлять не стоит, — заметил Вильям, его взгляд становился решительным.

— Верно подсказывает, — согласилась Лаура, уже поднимаясь с места.

Лаура схватила веник и совок из угла и начала подметать, стараясь убрать разбросанные осколки, чтобы никто не поранился.

— На самом деле это очень странно, — произнесла она вслух, размышляя о Боне. — Не думала, что она такая ранимая…

Обернувшись, Лаура вдруг поняла, что говорит сама с собой, и её голос ослабел.

Блуждать по рынку Лаура не особо любила, таскать такие тяжелые корзинки было крайне проблематично. Из-за проблем со спиной у отца, девушке приходилось взять эту ношу на себя, дабы отцу не стало хуже. Оттого она до последнего оттягивала походы на рынок.

На солнечной площади кипела жизнь. Рынок был наполнен яркими красками и звуками: торговцы громко зазывали покупателей, предлагая свои свежие овощи и фрукты. У одного из прилавков, покрытых яркими тканями, спелые яблоки и груши блестели на солнце, их ароматы смешивались с запахом только что испечённых пирогов, которые манили своим дымком и золотистой корочкой.

Дети бегали между лавками, смеясь и разглядывая местные игрушки: деревянные лошадки и тряпичные куколки. Рядом, у другого прилавка, старик с седой бородой ловко вырезал фигурки из дерева, показывая восторженным детям, как превратить простые куски древесины во что-то красивое. Женщины обсуждали последние сплетни, оживлённо жестикулируя, пока мужчины обменивались историями о своих охотах и путешествиях.

В центре рынка стоял большой фонтан. Вокруг него расположились мастера, предлагающие украшения из местных камней и тканей, ярко переливающихся на солнце. Каждый уголок излучал атмосферу тепла и дружелюбия, и даже самые простые вещи, такие как кружка с молоком или горсть орехов, казались настоящими сокровищами.

С каждым новым предметом, который Лаура клала в свою корзину, она испытывала радость и одновременно усталость. Ей всё больше хотелось вернуться в уютную таверну и отдохнуть от тяжёлой ноши. Руки уже начинали уставать, а на лбу выступили капельки пота от жары.

Взглянув на заранее составленный список, она поняла, что забыла найти ароматическое масло, которое было необходимо для её работы. Это масло придавало блюдам особый вкус и аромат, и она отчаянно пыталась вспомнить, у кого можно его приобрести. Но на рынке царил такой шум, что сосредоточиться было крайне трудно. Громкие крики торговцев сливались в неразборчивый гул, а смех и разговоры прохожих лишь мешали её размышлениям.

Лаура остановилась на мгновение, опершись на корзину. Вокруг неё сновали покупатели, торопливо переговариваясь и делая свои покупки. На прилавках изобиловали яркие плоды, а запахи свежих трав и выпечки наполняли воздух, делая его сладким и манящим. Она глубоко вздохнула, стараясь успокоиться и вспомнить, где же могла видеть то самое масло.

Внезапно к ней подошла пожилая женщина с корзиной, полной зелени.

— Могу ли я вам помочь, дорогая? — спросила она с доброй улыбкой. Лаура благодарно взглянула на неё и, немного поколебавшись, ответила:

— Спасибо, но я ищу ароматическое масло.

— О, вон там, у Элианы, — указала женщина, поправляя свои волосы. — У неё всегда самое лучшее. Просто пройдите дальше, у неё большой прилавок с травами и маслами.

Лаура кивнула и, немного приободрившись, продолжила свой путь. Теперь, когда у неё была точная цель, она чувствовала себя более уверенно. В толпе она ловила взгляды других покупателей, искала Элиану и её прилавок, который должен был быть недалеко. Как только она заметила большой стол, уставленный баночками и бутылочками с яркими этикетками, её сердце забилось быстрее. Её ожидания начали оправдываться — сейчас она сможет завершить свои покупки и наконец вернуться в уютную таверну.

Лаура, погружённая в выбор овощей, краем глаза заметила высокую мужскую фигуру, которая скрылась за углом одного из домов. За ним мелькнула женская фигура, оглядывающаяся по сторонам. Сердце Лауры сжалось от тревоги: она сразу узнала в этих людях Адена и Эбби.

В её голове закружились вопросы, на которые, как ей казалось, она должна была найти ответы немедленно. Слова торговки, которая пыталась привлечь её внимание, пролетали мимо, словно ветер. Лаура, сама того не осознавая, тихо и решительно направилась к дому, за угол которого только что зашла эта парочка.

Её шаги стали медленными и осторожными, чтобы не привлекать внимания. В душе разгоралась буря чувств: перед её глазами возникали образы, где Адена и Эбби вновь предавались плотским утехам. Мысли метались в её сознании, как шальная птица: «Он ведь ещё не дождался моего ответа! Он свободен, и, возможно, считает, что пока я не сказала „да“, у него есть право заводить интрижки с другими».

Но вместе с этим в ней возникала и другая мысль — если она увидит их вместе, это, возможно, станет облегчением. Тогда ответ на предложение Адена будет очевиден, и ей не придётся больше ломать голову над тем, что делать. Это станет ясным, как день: она просто отвергнет его, и всё.

С каждым шагом её сердце стучало всё громче, а предвкушение смешивалось с болью. «Что, если они действительно вместе? Как я тогда буду себя чувствовать?». Лаура пыталась заглушить эти мысли, но они не оставляли её в покое. Она шла всё ближе, прислушиваясь к шёпоту своего сердца, которое, несмотря на все её сомнения, всё ещё тянулось к Адену.

Наконец, она замерла у края дома, прильнув к стене, чтобы выглянуть и увидеть, что происходит. Внутри неё боролись ревность и страх, но также и какая-то надежда, что, возможно, этот момент поможет ей принять окончательное решение. Слишком много эмоций, слишком много вопросов, и лишь один шаг отделял её от правды.

— О чём ты хотела поговорить? — спросил Аден, его голос звучал спокойно, но в глазах читалась тревога.

— Я очень переживаю, — произнесла Лаура, её голос дрожал. — Вильям ведёт себя странно, и я не видела его со вчерашнего вечера. Твой отец очень зол на него из-за его поведения. Ты не знаешь, что с ним? Где он может быть?

Аден нахмурился. — А зачем он тебе?

Лаура на мгновение замялась, не зная, как ответить. — Я хотела с ним поговорить.

— О чём? — спросил он недоумевая.

— О нас, — выпалила она, чувствуя, как внутри неё всё начинает гореть от напряжения.

Аден с сомнением посмотрел на неё. — О вас с ним?

— Нет, — резко ответила она. — О нас с тобой.

Сжав кулак свободной руки, Лаура ощутила, как волнение охватывает её.

— Подожди, — начал Аден, его голос стал более решительным. — Давай начнём с того, что этот разговор, возможно, и не нужен.

— Ты сам хочешь с ним поговорить? — в её голосе послышалась нотка отчаяния. — Это так благородно, что ты решил взять весь удар на себя. Я…

— Я имею в виду, что никаких нас нет, и не имеет смысла поднимать эту тему, — прервал её Аден.

— Что? — Лаура недоуменно покачала головой. — Как так?

— Я не рассчитывал на серьёзные отношения с тобой, тем более когда ты являешься невестой моего младшего брата, — сказал он.

— Значит, как спать с невестой младшего брата, так ты первый, а как речь о серьёзных отношениях, так сразу сбежал? — стервозно произнесла она, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Не драматизируй, — ответил Аден, но его голос дрогнул. — Мы переспали с тобой ещё до того, как Вильям сделал тебе предложение.

— А после? Тогда в лесу, что это было? И под утро в моей комнате?

Лаура облокотилась о стену, её сердце колотилось в груди. Ей дико хотелось узнать, как сейчас поступит Аден.

— То, что мы немного развлеклись, не означает, что у нас с тобой что-то будет, — произнёс он, избегая её взгляда.

— И как ты себе это представлял? — её голос стал почти шёпотом, но в нём слышался гнев. — На пару ночей, и всё?

— Ну да, именно так. Я не знаю, может быть, ты решила нагуляться перед свадьбой, — сказал Аден, но в его голосе послышались нотки сожаления.

— Это мерзко… — прошептала она, обида разрывала её изнутри.

— Перестань, к тому же у тебя есть ещё какой-то парень отсюда. Кэйл, вроде, да? Если тебе нужно провести время, думаю, он не откажет, — попытался Аден отстраниться.

— Ты же сам слышал, что я отказалась от его предложения ради тебя! — её голос резко повысился, в нём звучало отчаяние.

— Не кричи, — твёрдо сказал Аден, и в его глазах промелькнуло сожаление.

Словно в ответ на его слова, Лаура почувствовала, как внутри неё всё закрутилось. Слишком много эмоций, слишком много неясности. Она не знала, что делать, и это ощущение неуверенности давило на неё, как тяжёлый камень.

— И что ты предлагаешь? — спросила Лаура, её голос дрожал от напряжения.

— У меня есть другие планы на свою личную жизнь, и ты в них не входишь. Поэтому нам больше не о чем говорить. А насчёт Вильяма… — Аден сделал паузу, закусив губу. — Предлагаю тебе пересмотреть своё отношение к нему.

— Значит, ты решил порвать со мной? — она почувствовала, как в груди поднимается волнение, и сжала кулаки.

— У нас не было ничего серьёзного, чтобы разрывать, — его взгляд оставался холодным и беспристрастным.

— Ты хорошо подумал над своим решением? — Лаура попыталась успокоиться, но её голос выдал эмоции.

— Да, — коротко ответил он, не отрывая взгляда.

— В таком случае, я расскажу Вильяму, что ты заставил меня! — вырвалось у неё, и она ахнула, чувствуя, как ярость накрывает её.

— Что? — Аден посмотрел на неё, непонимающе подняв брови.

— Я расскажу ему, что ты заставил меня. Посмотрим, как тогда будут строиться ваши братские отношения, — бросила она, размахивая руками.

— Ты не сделаешь этого, — произнёс он с ноткой сомнения.

— Правда? Проверим? Думаешь, я просто так оставлю это? — её голос звучал с вызовом, и она уже собиралась уходить.

Девушка сорвалась с места, но Аден быстро схватил её за руку, заставляя остановиться.

— Не совершай ошибок, — предупредил он, его глаза горели решимостью.

— Это ты её только что совершил! — её голос зазвенел от гнева. — Отпусти немедленно, иначе я закричу!

Немного поколебавшись, он всё же отпустил её руку, не зная, что сказать и как поступить дальше. Лаура хотела выйти, но тут увидела, как мимо них пронеслась девушка, явно не замечая их присутствия, и исчезла за углом в сторону рынка.

Её сердце колотилось в груди, и, не выдержав, она выглянула из-за угла. Увидела, как Аден, стоя к ней спиной, со всей силы ударил по каменной стене.

Лаура прикусила нижнюю губу, почувствовав, как тепло разливается по телу. Она аккуратно подошла к нему и, решив сделать первый шаг, обняла его за спину.

Мужчина сразу же дернулся.

— Какого… — начал он, но услышав знакомый голос, резко успокоился.

— Тише, — сказала Лаура, пытаясь вложить в свои слова успокоение. — Всё в порядке.

— Что ты тут делаешь? — его голос был настороженным.

— Краем глаза увидела, как вы забежали сюда, решила проследить, — её слова звучали как оправдание, но в них была искренность.

Она услышала его ядовитый смешок.

— Всё-таки ты любительница подслушивать и за всеми подглядывать.

— Особенно за тобой, — ответила она, пытаясь шутить, хотя в душе всё было иначе.

Они так стояли несколько минут, чувствуя напряжение между собой. Наконец, Аден решил развернуться, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Получается, ты всё слышала? Весь наш разговор? — его голос стал серьёзным, и Лаура почувствовала, как воздух вокруг них натянулся, как струна.

— Да, — призналась она, её сердце колотилось от волнения. — И мне это не нравится.

— Мне тоже. Уильям меня убьёт. Я бы и сам за такое убил, если бы он… — Аден прикусил язык, не в силах произнести то, что вертелось у него в голове.

— У меня только один вопрос, — произнесла Лаура, её голос звучал тихо, но в нём звучала искренность.

— Какой? — спросил он, внимая её словам с интересом.

— А с кем ты видишь свою личную жизнь? — слегка неуверенно поинтересовалась она, её сердце забилось чаще.

Аден молча притянул её к себе, и в этот момент мир вокруг исчез. Он не дал ей ни слова произнести, ни даже вздохнуть, когда его губы коснулись её губ. Это было как волшебство — их губы слились в едином порыве, а языки начали танцевать в медленном и нежном ритме.

Лаура мгновенно растаяла от этого поцелуя. Это мгновение было лучше любых слов, которые они могли бы произнести. Внутри неё вспыхнул огонь, который согревал каждую клеточку, каждый нерв. Она ответила ему с такой же страстью, словно хотела навсегда запомнить это мгновение, когда мир вокруг них перестал существовать, а остались только они, наполненные нежностью и ощущением чего-то настоящего.

Отстранившись, Аден посмотрел девушке в глаза.

— Боюсь, что если она кому-нибудь об этом расскажет, у меня будут серьёзные проблемы, — произнёс Аден, его голос дрожал от волнения.

— Вильям ей не поверит, — попыталась успокоить его Лаура, но тревога в её глазах выдавала её беспокойство.

— Хотя мы и братья, это не значит, что он мне поверит, особенно когда речь идёт о девушке, которую он любит… — начал было мужчина, но Лаура его перебила.

— Он не поверит ей, потому что мы слышали её разговор с одной из подружек, где она делилась своими планами на тебя.

— Что? — недоумённо воскликнул Аден. — Не понял.

— Мы с Вильямом ночью пошли на озеро, чтобы искупаться, но место было занято. Мы решили поискать другое, чтобы не мешать, и там была Эбби. Мы немного подслушали её разговор. Вильям сам услышал, как она восхищается тобой и планирует уйти от него.

В этот момент Лаура почувствовала, как крепкие руки, которые до этого нежно гладили её по талии, резко сжались.

— Ты чего? — чуть неуверенно спросила она, ощутив нарастающее напряжение.

— Позволь узнать, почему ты с Вильямом ночью пошла на озеро купаться? — его голос звучал настороженно.

— Мы были пьяны и не хотели слушать болтовню Лорена, — ответила она, стараясь говорить спокойно.

— Я так полагаю, между вами что-то было, да? Он захотел отомстить Эбби, а рядом была ты и…

— Следи за языком! — резко осадила его Лаура, её глаза вспыхнули. — Не смей даже думать о подобном, я не потерплю такие домыслы о себе!

— А что мне думать? — он злился, но в его голосе звучала и некая обида.

— Я свободная девушка и имею право проводить свободное время с кем хочу, как хочу и где хочу. Понятно? — её голос стал решительным, но в глубине души ей было некомфортно от этой ситуации.

— Нет, не понятно, — прорычал Аден, его глаза полыхали гневом и чем-то ещё.

— Тогда подумай ещё раз, если не понятно, — настаивала она, хотя её сердце трепетало от страха. — Я не вещь, чтобы что-то запрещать и думать про меня такое, о чём ты только что подумал.

— Я не… — начал Аден, но Лаура его перебила.

— Не отнекивайся! У тебя на лице всё написано. Эмоции в порыве ревности ты плохо скрываешь, — произнесла она, хотя сама чувствовала, как внутри всё сжимается от неуверенности.

Между ними повисла тишина, наполненная эмоциями, волнение накаляло обстановку. Лаура взглянула в его глаза, пытаясь прочитать его мысли, а Аден, не сводя с неё взгляда, понимал, что их разговор стал куда более важным, чем он ожидал.

— Я так понимаю, что если ты согласишься, то мне придётся смириться с тем, что ты не будешь спрашивать моего разрешения ни на что? — спросил Аден, в его голосе звучала нотка вызова.

— Правильно понимаешь, — произнесла Лаура, чувствуя, как напряжение в воздухе нарастает. — Но соглашаться на это или нет — уже твоё решение. Ты всегда можешь отказаться, ведь ты свободен.

Аден прикусил нижнюю губу, его взгляд стал мрачнее. Он отпустил Лауру из своих объятий, и это движение показалось ей ледяным.

— Мне нужно подумать, — произнёс он, и в его голосе слышалась борьба эмоций.

Лаура на мгновение опешила. В её мыслях этот разговор выглядел совсем иначе, гораздо более светлым и простым. Теперь же он обретал тёмные оттенки, словно что-то угрожающее нависло над ними. В её груди закололо от неопределённости, и она почувствовала, как ревность начинает разгораться внутри, вызывая тревогу.

— Ты действительно собираешься всё так просто оставить? — спросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Аден резко отвернулся, как будто его слова не могли более находиться в одном пространстве с ней. Она заметила, как его плечи напряглись, и её сердце забилось быстрее. В этом молчании скрывалось слишком много, и каждый удар её сердца напоминал ей о том, что у них есть, но также и о том, что может быть потеряно.

— Хорошо. Подумай, — произнесла Лаура, отступая от него и поднимая с земли тяжёлую корзину. Её сердце бешено колотилось, а в груди разливалось тревожное чувство. Она направилась в сторону рынка, чувствуя, как каждое её движение словно притягивает её обратно к Адену.

Когда она уже выходила из-за угла, то вдруг ощутила, как корзина ускользает из её рук.

— Эй! — испуганно воскликнула она, оборачиваясь. Но, увидев задумчивого Адена, её голос задрожал. — Что ты делаешь?

— Она тяжёлая, — ответил он безжизненным голосом, его взгляд был усталым, словно он боролся с чем-то внутри себя.

— Я сама справлюсь, — уверенно произнесла Лаура, но её слова звучали не так уверенно, как ей хотелось.

Однако он, не произнеся ни слова, продолжил свой путь, и это молчание проникло в самое сердце Лауры, вызвав у неё холодок по коже. Каждый шаг Аден наполнялся чем-то невыразимым, и её собственные мысли метались в голове, словно листья на ветру. Она пыталась понять, что же происходит между ними, и почему его молчание так угнетает.

Словно в ответ на её терзания, Аден продолжал идти, не глядя на неё. Лаура украдкой бросала на него взгляды, отмечая, как напряжены его плечи и как глубоко он задумался. С каждым мгновением она ощущала, как между ними растет пропасть, и это пугало её больше, чем она могла себе представить.

Лаура решительно выпрямилась, чувствуя, как её гордость сдерживает желание кричать и требовать объяснений. Вместо этого она послушно поравнялась с ним и молча шла в сторону таверны. В её душе нарастала буря эмоций: беспокойство, печаль и странное ощущение утраты, хотя они ещё были рядом.

Она вспомнила все моменты, когда они были вместе, когда смех и нежность соединяли их сердца. Почему всё это сейчас так далеко? Зачем Аден отдалялся? Лаура не могла понять, что именно произошло в их отношениях, но знала, что не готова терять его.

Несмотря на молчание, она чувствовала, что каждое мгновение тянет их к чему-то важному, и не могла избавиться от желания выяснить, что творится у него на душе. В её голове крутились вопросы, и в какой-то момент она не выдержала.

— Аден, — тихо произнесла она, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно. — О чём ты думаешь?

Но он лишь слегка покачал головой, будто не готов был отвечать. Она вздохнула, и в этом вздохе слышался весь страх, который она пыталась скрыть. Каждый шаг в сторону таверны становился всё тяжелее, как будто сама дорога пыталась удержать их на месте.

Лаура почувствовала, как её сердце сжимается, и, наконец, решилась сказать то, что вертелось у неё на языке всё это время.

— Я не хочу терять тебя, — призналась она, и слова вырвались как будто против воли. — Мне важно, чтобы ты знал это.

Но в ответ он лишь молча кивнул.

На главной площади, окружённой зелёными холмами и цветущими садами, развернулось грандиозное празднование, которое привлекло внимание жителей всех рас — эльфов, фей и людей.

Площадь была украшена яркими цветами и нежными лентами, которые колыхались на лёгком ветру, словно танцуя в ритме музыки. Гирлянды из живых цветов свисали со всех сторон, а большие фонари с магическим светом наполняли пространство мягким светом, создавая атмосферу волшебства. На столах, накрытых белоснежными скатертями, красовались блюда из свежих фруктов, ароматные пироги и другие лакомства, приготовленные местными кулинарами.

Музыка звучала в воздухе, создавая живую и весёлую атмосферу. Смешанные звуки лютни и флейты напоминали о старинных баллах эльфов, а народные песни людей подхватывались под весёлый ритм, создавая гармонию, в которой переплетались разные культуры. Феи, с их яркими крылышками, порхали над головами, добавляя в праздник искрящихся звуков и волшебного блеска.

На центральной площади собирались группы людей, которые танцевали под открытым небом, их смех и разговоры наполняли воздух. Эльфы, грациозно двигаясь, присоединялись к танцам, их плавные движения привносили элемент изящества и элегантности. К ним присоединялись и феи, весело щебечущие и порхающие вокруг, словно маленькие кометы.

Дети бегали по площади, играя в догонялки, и с восторгом наблюдали за яркими представлениями, которые устраивали актеры и музыканты. Некоторые выступали с акробатическими номерами, в то время как другие рассказывали увлекательные истории о древних героях и захватывающих приключениях, завлекая всех вокруг в мир фантазий.

На одном из углов площади, под огромным деревом, старейшина деревни делал акцент на дружбе и единстве всех существ. Он призывал всех уважать различия и ценить единство, которое объединяет их всех в этот волшебный день. Его мудрые слова наполнили сердца слушателей теплом, и они аплодировали в знак согласия, понимая, что праздник — это не только веселье, но и возможность укрепить связи между всеми расами.

По мере того как день переходил в вечер, площадь наполнялась магическим светом, и множество свечей загорелось, создавая романтическую атмосферу. Ночь окутала деревню своей мягкой завесой, и огни фонарей, как звёзды, начали мерцать, добавляя волшебства в атмосферу.

Праздник продолжался до глубокой ночи, и, казалось, все заботы исчезли в этот момент. Каждый чувствовал себя частью чего-то большего, и все вместе они отмечали жизнь, дружбу и единство, которые были основой их сообщества.

Лаура наслаждалась тёплым вечером, сидя на краю фонтана и опустив ноги в прозрачную воду. Лаура с улыбкой наблюдала за игривыми рыбками, которые, сверкая разноцветными чешуйками, кружились вокруг её ног. Каждый взмах их хвостиков казался ей маленьким танцем, и она с восторгом внимала этой симфонии жизни.

Вокруг царила атмосфера радости: музыка нежно разливалась в воздухе, наполняя его мелодиями, которые заставляли сердца биться в унисон. Тёплый вечер окутывал её, словно мягкий плед, и Лаура наслаждалась моментом, погружаясь в звуки смеха и разговоров. Она видела, как её отец и его товарищи с энтузиазмом участвуют в конкурсах, стремясь выиграть заветную бочку вкуснейшей медовухи. Этот напиток был любимцем жителей деревни, и радостные крики друзей раздавались с каждой новой победой.

Рядом с ней стояла большая стеклянная бутылка с ягодной настойкой, от которой поднимался аппетитный аромат. Лаура решила растянуть это удовольствие на весь вечер и с каждым глотком ощущала, как тепло разливается по её телу. Взгляд её блуждал по площади, где танцоры кружились в вихре радости, а её ноги уже начали гудеть от постоянного движения.

Она задумалась: стоит ли пойти и найти себе добавки, чтобы продлить это веселье, или лучше отправиться домой, отдохнуть и сохранить воспоминания о празднике? Внутри неё бушевали чувства: желание веселиться, но и потребность в тишине. Наблюдая за танцующими людьми, Лаура почувствовала, как её охватывает лёгкая грусть. В такие моменты особенно хотелось, чтобы рядом был кто-то, кто разделил бы с ней эту радость и позволил бы забыть о заботах.

Позади неё раздался знакомый женский смех, словно мелодия, вызывающая ностальгию. Лаура обернулась и, к своему удивлению, увидела Бону, которая кружилась в танце с Вильямом. На мгновение ей показалось, что она ошиблась, но, присмотревшись внимательнее, она поняла, что это действительно они. Вильям, с сияющей улыбкой, нежно обнимал Бону, его глаза светились счастьем, а на губах играла довольная улыбка, излучая тепло и уют.

Лаура почувствовала, как её сердце сжалось. Вспомнив о недавнем побеге Боны и Вильяма, она осознала, что эти двое действительно сблизились. Их танец был полон легкости, как будто вокруг них не существовало ничего, кроме музыки и света. Каждое движение, каждая улыбка говорили о том, что между ними возникло что-то большее, чем просто симпатия.

Словно отголоски недавних сплетен, в её голове всплыли слова Лорена. Он говорил, что Вильям разорвал помолвку, но причины так и не назвал. И именно в тот день он ругался со старшим братом Аденом. У неё возникло смутное подозрение, что именно это и стало причиной их разрыва. Смешанные чувства охватили её — с одной стороны, радость за Бону и Вильяма, с другой — неприязнь к ситуации, в которой они оказались.

Она понимала, что для большинства это всё ещё оставалось на уровне слухов и недостоверной информации, но её интуиция говорила, что в этих сплетнях есть доля правды. Лаура чувствовала, как её сердце колебалось между завистью и счастьем, когда она смотрела на пару. Она не могла избавиться от ощущения, что что-то важное ускользает от неё, и её собственные чувства остаются в тени.

Пока Бона и Вильям продолжали танцевать, погружённые в свою маленькую вселенную, Лаура с горечью осознала, что их счастье означает для неё нечто большее, чем просто радость за друзей.

На Лауру нахлынула волна грусти. Она допила остатки вина из бутылки и направилась к ближайшему столику, чтобы взять ещё одну. Ей не хотелось возвращаться домой, но и оставаться в толпе было невыносимо.

С момента их последней встречи прошло уже много времени, а ответа от Адена так и не было. Возможно, он решил, что такие отношения ему не подходят, и просто исчез из её жизни. Эта мысль, словно волны о скалы, билась в её голове.

Она надеялась, что к началу праздника он всё же появится и поговорит с ней. Но день и вечер прошли в одиночестве. Лаура изредка сталкивалась с друзьями, но каждый раз её сердце сжималось от тоски, когда она искала взглядом Адена среди веселящейся толпы. Вокруг царила атмосфера праздника: смех, музыка, яркие огни, но всё это казалось лишь фоном для её собственных переживаний.

Она вздохнула, пытаясь прогнать мрачные мысли, но горечь не покидала её. Возможно, этот вечер так и должен пройти без него, но надежда не покидала её. Лаура повернула голову в сторону танцующих пар, пытаясь отвлечься, но мысли о том, что она могла бы чувствовать, если бы Аден был рядом, возвращались к ней с новой силой.

Девушка медленно шла по знакомой тропинке в сторону леса, и её мысли были полны воспоминаний о том, как она лежала в объятиях Адена, опьяненная не только ягодной настойкой, но и его теплом. Её сердце трепетало от этих мыслей, но вместе с тем её одолевали сомнения. Была ли это настоящая любовь или всего лишь мимолетное увлечение, отблеск чего-то большего, что могло легко исчезнуть?

Каждый её шаг ощущался по-особому, словно сама природа подстраивалась под её чувства. Листья на деревьях тихо шептались, а вечерний ветер играл с её волосами, как будто подбадривая её. Она пыталась разобраться в своих эмоциях, но чем больше думала, тем запутаннее всё становилось. В её сердце зрела надежда, но разум сомневался, и эта внутренняя борьба придавала её шагам тяжесть.

Лес казался манящим и загадочным, как и её мечта о будущем с Аденом. Она замедлила шаги, вслушиваясь в звуки природы, которые в этот момент казались ей не просто фоном, а чем-то большим, чем-то, что отзывалось на её чувства.

Лаура подошла к дереву и молча присела, прислонившись к его крепкому стволу, который показался ей надежным укрытием. Солнце уже клонилось к закату, и мягкий свет окутывал её, словно тёплый плед. Открывая бутылку, она уловила лёгкий аромат ягодной настойки, который напомнил ей о недавнем празднике. С треском выскочила пробка, и мягкий аромат наполнил воздух вокруг.

Лаура посмотрела на деревню, откуда доносилась громкая, весёлая музыка. Гирлянды, украшенные яркими огнями, искрились в лучах заходящего солнца, создавая атмосферу сказки. На площади люди танцевали, их смех и радость смешивались с мелодиями, под которые кружились пары. Лаура ощутила лёгкую зависть к их беззаботности.

Ветви дерева, под которым она сидела, мягко покачивались, словно шепча свои секреты, а листья тихо переливались на ветру, напоминая о бесконечном круговороте жизни. Она задумалась о том, как хорошо было бы быть среди них, танцевать под звёздным небом и смеяться до слёз. Но сейчас, в тени этого дерева, она искала покоя, уединения и времени, чтобы разобраться в своих чувствах.

Она услышала сверху шуршание и резко подняла голову, заметив знакомый силуэт.

— Аден? — воскликнула она испуганно, отпрянув от дерева. — Что ты здесь делаешь?

— Решил побывать на твоём месте, — спокойно ответил он, его голос звучал уверенно и чуть игриво.

— На ветке? — недоумевала она, не веря своим ушам.

— А как ещё? — произнес он с лёгкой усмешкой. — Именно так мы впервые и встретились.

— Да, та ситуация была… — начала Лаура, но он перебил её.

— Довольно странная, согласен. Но она осталась в памяти, по крайней мере у меня, — произнёс Аден, его взгляд стал задумчивым. — Я помню, как ты тогда выглядела, сидя на земле и искренне удивляясь, когда я спустился.

— Мне тоже это запомнилось, — тихо произнесла Лаура, вновь усаживаясь на землю. Она погрузилась в воспоминания. — Я была так наивна, не зная, что эта встреча станет началом чего-то особенного. Сначала ты показался мне просто забавным парнем, а потом…

— …а потом всё изменилось, — завершил он.

— Не хочешь спуститься? У меня есть настойка, — игриво предложила девушка, оглядывая полную веселья площадь. — Или, как птичка, пропустишь всё это буйство?

Ответа не последовало, но Лаура почувствовала, как наверху шуршание становится всё громче. Она не поднимала головы, зная, что Аден приближается, и это ожидание наполняло её любопытством.

Вскоре он устроился рядом с ней на земле, прислонившись спиной к тому же дереву, что и она. Лаура протянула ему бутылку, не глядя в его сторону, но её сердце забилось быстрее.

— Уверена, ты не хочешь упустить такую возможность, — добавила она с лёгкой усмешкой.

Аден, чуть наклонившись, взял бутылку из её рук и мгновение смотрел на неё, его выражение лица было задумчивым. Затем, с притворной серьёзностью, он сказал:

Они сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Лаура не знала, как начать разговор о том, что происходило между ними, и стоит ли вообще это делать. Её любопытство словно разъедало её изнутри, словно щупальца какого-то неведомого существа, но выпитый алкоголь наполнял её внутренний мир теплом и лёгкой смелостью.

Она ловила себя на том, что изучает каждую черту его лица, пытаясь понять, о чём он думает. В воздухе витали неопределённые чувства, и ей хотелось назвать их, но слова словно застревали в горле. В такие моменты тишина могла сказать больше, чем любые слова, но это не помогало унять волнения в её сердце.

Собравшись с мыслями, Лаура наконец повернулась к Адену, её голос был едва слышен, но в нём чувствовалась настойчивость:

— Ты обдумал мои слова? — спросила Лаура, скрестив руки на груди и стараясь не встречаться с ним взглядом.

— Я всё ещё думаю о них, — ответил Аден, и его глубокий голос звучал задумчиво.

— И что? Ты принял какое-то решение? — Лаура наклонила голову, стараясь уловить его настроение.

— Я не уверен, что смогу следовать твоим правилам, — произнес он, и Лаура почувствовала, как её сердце сжалось от разочарования. Она надеялась на другой ответ, на что-то более обнадеживающее.

— Значит, ничего не будет? — тихо произнесла она, чувствуя, как её голос начинает дрожать от волнения.

— Что? — переспросил Аден, его выражение лица изменилось.

— Ты не хочешь продолжать какие-либо отношения со мной? — её слова звучали как выстрел, резонируя в тишине.

— Я не об этом говорю, — сказал он, слегка приподняв брови, пытаясь понять её настроение.

— А о чём? — Лаура встретилась с ним взглядом, в её глазах читались недоумение и уязвимость.

— Я говорю о том, что мне будет очень тяжело следовать твоим правилам. Мне потребуется время, чтобы привыкнуть или как-то принять это, — пояснил Аден, сжимая кулаки в попытке выразить свою решимость.

— Ты сейчас серьёзно? — её голос дрожал, и в нём звучали нотки надежды.

— Да, — ответил он, и в его голосе звучала уверенность. — Неужели ты думаешь, что такая мелочь остановит меня в процессе добивания женщины, которая свела меня с ума, сидя на ветке дерева?

Лаура покраснела, и дело было далеко не в алкоголе. Она почувствовала, как внизу живота начали порхать бабочки, словно её сердце взмыло ввысь, трепетное волнение окутало её. Она смотрела на него, и в этот момент вся их история, все нерешённые вопросы и тайные желания стали реальными, как никогда прежде.

Аден взглянул в её глаза, словно читал в них стих. Его взгляд медленно скользнул вниз, остановившись на её губах, и время будто замедлилось. О, как он мечтал сблизить их! И вот, преодолев пространственную преграду, он со всей нежностью приник к её губам. Его поцелуй был тёпел и сладок, как шёпот весеннего ветерка, едва осязаем.

Когда он чуть приоткрыл рот, мягко втянув её нижнюю губу, Лаура услышала глубокий хриплый стон. Это пробуждённое чувство, как электрический ток, пробежало по телу Адена, и Лаура, в свою очередь, ощутила его трепет.

Внезапно он отстранился, пристально глядя в её губы, а затем в глаза, словно погружаясь в их бездну. С глубоким чувством он произнес:

— Я уже всё решил для себя и повторю свой вопрос ещё раз, — начал он, и в голосе Лауры послышалось напряжение. — Но это будет последний раз, когда я его задам, поэтому, пожалуйста, не играй сейчас.

Девушка кивнула, с нетерпением ожидая, какой вопрос он задаст.

— Ты хочешь со мной отношений?

— Зависит от того, что ты подразумеваешь под «отношениями». Если ты говоришь об интрижке… — не успела она договорить, как Аден перебил её.

— Нет. Я хочу настоящие отношения, близкие. Я бы хотел попробовать построить с тобой что-то крепкое.

— Но ты совсем меня не знаешь. Мы друг друга совсем не знаем. Не кажется ли тебе это немного неправильным?

— Вот и узнаем, если ты захочешь.

Лаура немного поколебалась, хотя ответ уже знала.

— Я согласна.

После её слов в деревне раздались выстрелы. Оба сразу обернулись и увидели, как в небо взмыли фейерверки.

Больше книг на сайте — Knigoed.net