Полевые части во время революции были обычно стандартными: пехота была организована в батальоны или полки (термины являются синонимами в этом контексте); кавалерия в полки, роты и эскадроны; а артиллерия и пулеметы в секции, батареи, роты и полки.

С формированиями высокого уровня было сложнее: обычно несколько батальонов или кавалерийских полков формировались в бригаду. Для подразделений разного рода оружия применялся термин «колонна», это примерно европейская дивизия. Термин дивизия часто использовался неверно, как в случае «Северной дивизии» Вильи, которая была под его командованием, когда он был под командованием Уэрты. С развертыванием Division del Norte в армию в 40000 человек это обозначение больше уже не подходило. Численность подразделений очень сильно колебалась, часто бригада была равна батальону, а в некоторых случаях батальон имел 20 человек или около того.

Мексиканская революция была в основном конфликтом малых перестрелок, прерывающихся осадами, исключениями были несколько больших подготовленных сражений, в основном ограниченных 1915.

Солдаты-конституционалисты занимают часть 3 мильных траншей в битве за Agua Prieta 2 ноября 1915. Они ожидают атаки вильистов; это фото позволяет предположить одну причину, по которой Вилья, с его любовью к фронтальным атакам кавалерии, проиграл эту битву, несмотря на численное превосходство над гарнизоном. Эти люди хорошо одеты в американскую форму цвета хаки и вооружены бывшими ранее на вооружении американской армии карабинами Krag-Jorgensen; ген. Calles был одним из лучших командиров конституционалистов и хорошо организовал оборону Agua Prieta. Вилья потерял много своих лучших людей в смелых, но бесплодных атаках; это была одна из его последних больших операций и через несколько месяцев его армия разделилась на небольшие партизанские группы. (ADEQ HA)

Пехота имела тенденцию воевать в открытых порядках «перестрелочных» формированиях, для уменьшения потерь при действиях против эффективной артиллерии, пулеметов и ружейного огня. Панчо Вилья, хотя и любил ночные атаки и использовал "les ruses de guerre" (военные хитрости), предпочитал общую фронтальную атаку. Он почти всегда атаковал сразу после начал боя и это чаще всего приносило ему успех в ранние годы войны. Нельзя сказать, что он был неспособен на фланговые атаки и обходы, но он не показал способностей в этом отношении. Эмилиано Сапата имел похожие проблемы; так как он начинал как партизанский командир, он должен был учиться, по мере того как шла война, как превратить своих последователей в армию, способную к наступательным сражениям.

Вкус к фронтальным атакам пришел из партизанской стратегии «ударил-и-убежал», которая использовалась для того, чтобы ошеломить слабые силы противника. Сапата, так же как и Вилья, узнавал больше о военном искусстве, по мере развития военных действий, хотя он никогда не был хорошим тактиком. Недостаток у Сапаты тяжелого вооружения и боеприпасов означал, что слишком часто он должен был полагаться на явный перевес в численности для достижения цели.

Федеральные и конституционалистские армии чаще действовали оборонительно против, настроенных более наступательно, сапатистов и вильистов. К счастью для конституционалистов, вильисты раз за разом посылали пехоту и кавалерию в самоубийственные атаки против хорошо окопавшегося противника. Даже когда конституционалисты наступали, они окапывались и ждали атаки, чем вынуждали гордого Вилью ее начать, хотя и к невыгоде для себя.

Генерал Обрегон, один из образованнейших мексиканских командиров, изучал газетные сообщения о новом типе войны, начавшейся на Западном фронте в Европе в августе 1914, а так же получил информацию от своего немецкого советника по артиллерии Максимилиана Клосса. От Клосса он узнал о тщетности кавалерийских атак против подготовившегося и окопавшегося противника, особенно если он вооружен многочисленными пулеметами. Обрегону повезло, так как когда американцы уходили из Веракруса в 1914 году они оставили 632 мотка колючей проволоки; этот дар небес попал в руки генерала Обрегона, готовившего свои оборонительные позиции перед решающими боями 1915. К несчастью для Вильи, который редко слушал чьи либо советы, он выбрал игнорирование реальностей этого нового способа ведения войны и настаивал на том, что было успешной тактикой раньше: посылка волны за волной кавалерии на врага. Это могло работать против деморализованный и насильно набранных федеральных солдат 1911-14; но солдаты Обрегона были более мотивированы и обычно более подготовлены чем предыдущие противники Вильи. В сражениях между вильистами и конституционалистами между мартом и августом 1915 эта самоубийственная тактика стоила Вилье около 50000 убитыми.

Кавалерия, которая составляла примерно 50 процентов мексиканских революционных армий, была, в основном, высокомобильной конной пехотой, хотя сабли очень часто носили для ближнего боя, пики совершенно отсутствовали в революционный период. Это удивительно, учитывая долгую историю использования этого оружия кавалерий в Мексике.

Сводка казней

Как и все гражданские войны, мексиканская революция показала большую жестокость всех сторон. Гражданское население больше страдало от пренебрежения его нуждами, с болезнями и голодом бывшими причинами большинства жертв среди обычных людей; армии, проходя через регион, свободно реквизировали продукты и собственность, грабежи и насилия не были ограничены никакой фракцией. Захваченные вражеские солдаты чаще казнились, чем нет и вид человека у стены лицом к расстрельной команде, кажется воплощением этой войны. Федеральные войска и Rurales всегда казнили любых захваченных повстанцев и если не сразу, то вскоре «при попытке к бегству». Революционеры отплачивали сполна, когда федеральные офицеры попадали в их руки, но часто щадили рядовых

Третья жертва из трех казненных расстрельной командой конституционалистов, встретила свой конец как многие мексиканцы во время революции, стоя у стены из необожженного кирпича. Публичные казни проводились над захваченными вражескими офицерами или известными преступниками и бандитами, когда необходимо было показать пример населению. (ADEQ HA)

Генерал Эмилио Кампа (впереди в центре), один из подчиненных командиров Паскуаля Ороско, позирует со своими пятью телохранителями. Они вооружены военными Маузерами и коммерческими Винчестерами. Кампа перешел к Уэрта вместе с Ороско и сражался за него против конституционалистов. Он стал известен за использование una maquina loca "сумасшедшей машины" — локомотива, наполненного взрывчаткой и посланного неуправляемым в занятый врагом город. После поражения Уэрты в 1914 Кампа начал мятеж против нового правительства на севере штата Чихуахуа в 1915. (ADEQ HA)

они считали солдат подневольными людьми и призывали их вступать в ряды революционеров.

Генерал Карранса ввел в действие декрет Бенито Хуареса от 1862, изданный во время французской оккупации Мексики, согласно которому любой, кто восстает против законного президента и его конституционной власти должен быть расстрелян. Из-за незаконного отстранения от власти правительства Мадеро генералом Уэрта, Карранса прокламировал, что любой захваченный федеральный солдат должен быть расстрелян.

Если существовала особенная вражда между лидерами этих двух фракций, то рядовые побежденные едва ли могли ожидать милости. Например, вильисты считали Колорадос Ороско отвратительными предателями и расстреливали всех пленных. Однажды Вилья расстрелял 60 пленных Колорадос, выстреливая по одной пуле в связку из трех человек, для экономии боеприпасов. Один из командиров Вильи, Родольфо Фиерро, как рассказывают, собственноручно расстрелял 300 Колорадос, останавливаясь только для того, чтобы помассировать указательный палец. Инес Чавес Гарсия, вероятно наиболее кровожадный персонаж, который вел свою собственную Чавистсткую партизанскую войну, перерезал горло 20 пленным под звуки граммофонной музыки, спрашивая каждого какую он выбирает последнюю музыку перед смертью.

Подчас печальный традиционный этикет предшествовал казням: жертвам предлагали завязать глаза, но обычно от этого отказывались; часто жертва должна была вывернуть свои карманы, чтобы деньги были поделены расстрельной командой, вероятно, чтобы быть уверенным, что они будут целится верно. В знак уважения к его рангу, генералам обычно разрешалось самим отдать приказ «Огонь». Во многих случаях, однако, пленных просто подтаскивали к стенке и бесцеремонно расстреливали.

Военные револьверы и полуавтоматические пистолеты, использовавшиеся во время мексиканской революции, включали большое количество револьверов Смит и Вессон, оригинальных и иностранных копий, приобретенных мексиканским правительством

Два расчета пулеметов Hotchkiss изображают защиту своей батареи полевых пушек во время кампании против южных сапатистов. Большинство солдат носят мексиканские артиллерийские пробковые шлемы без знаков отличия. Форма смешанная из хлопчатобумажных рубашек и брюк белых и светлого хаки, большинство обуто в сандалии. (ADEQ HA)

в 1870-х. Другие модели включают бельгийские Pieper M1893 8 мм револьверы, изготовленные по контракту с Мексикой, однозарядный Кольт и револьвер M1878 и армейский револьвер Remington M1875. Ограниченное количество полуавтоматических Кольтов M1902, также нашли дорогу в Мексику в начале 1914. Как и в большинстве гражданских войн, различные армии искали оружие, где только могли, а мятежники использовали огромное разнообразие стрелкового оружия, особенно в первые дни. Близость американской границы означала, что почти любая разновидность американских пистолетов и револьверов, вероятно, могла найти свой путь в руки мятежников или правительства во время революции.

Порфиристская армия приняла на вооружение мексиканский Маузер M1895, 7 мм винтовку и карабин в 1896; почти идентичную испанской M1893 того же калибра, она стала стандартной служебной винтовкой мексиканской армии в революционный период. (Модификация M1902 и немецкая M1898 также применялась, но неотличимы на фотографиях). Как временная замена и для экономии денег, закупались правительством винтовка и карабин Remington M1897, так как три винтовки стоили столько, сколько один Маузер. Иностранные винтовки, заказанные правительством Диаса включали 5000 японских Arisaka 38 из арсенала Koishikowa; дальнейшие заказы на эту модель были отменены, когда закончилась кредитная линия правительства Диаса. Правительство Диаса пыталось прекратить зависимость от иностранного импорта, создав фабрику для выпуска Маузера M1902, но режим пал до окончания работ. Порфиристские Rurales были, в основном, вооружены карабинами Remington, но некоторые штаты вооружали своих людей карабинами Winchester 1894. Во время правления Диаса ген. Мондрагон создал технически передовую полуавтоматическую винтовку M1908 (см. рис Е2). Мондрагон также разработал несколько артиллерийских систем (см. ниже).

Режим Уэрты предпринял несколько безуспешных попыток приобрести оружие, но смог импортировать 77000 винтовок из Европы и Японии. Они включали Маузер M1907, которые были куплены по $18 каждый в Германии и австрийские винтовки Steyr M1912. Войска конституционалистов использовали те же Маузеры, как и предыдущие мексиканские правительственные армии, но к ним добавилось большое количество винтовок и карабинов Krag. После признания правительства Каррансы в 1914 американцами, через границу пошло большое количество винтовок, ранее использовавшихся американской армией, для оснащения конституционалистов.

Винтовки и карабины Winchester широко использовались революционными армиями в период революции. Использовались модели Winchesters 1873, 1892, 1894 и 1895, вместе с такими, как продукция Marlin, их конкурента. Когда Вилья был в силе, сообщалось, что он закупил всю продукцию фабрики Remington для своей Северной дивизии.

Сапатисты не имели доступа к американской границе для импорта оружия и были всегда «бедными родственниками», когда доходило до вооружения. Они продолжали использовать старые многозарядные винтовки и карабины, с добавлением некоторого количества захваченных правительственных Маузеров. После первоначальной успешной кампании, когда большое количество винтовок федеральной армии было захвачено сапатистами, этот источник нового оружия иссяк. Недостаток боеприпасов был постоянной проблемой и препятствовал распространению сапатистского движения за пределы его родного штата Морелос.

Одной из винтовок, нашедшей путь на службу революционерам, была Springfield M1878, которая была заменена в американской армии винтовкой Krag-Jorgensen. Согласно «Восставшей Мексике» Джона Рида эти, скорее устаревшие, но все еще пригодные винтовки, использовались мадеристами с 1911.

Пулеметы играли важную роль в войне в Мексике, особенно во время оборонительных боев, которые вели конституционалисты в Celaya в 1915. В этих решающих боях преимущество вильистов в артиллерии было более чем превзойдено

Расчет федералистов у пулемета Colt M1895 "картофелекопалка" на крыше поезда. Кольт получил это прозвище за свое сходство с агрокультурной машиной; Ручка вертикальной наводки препятствовала низкой установке пулемета. (ADEQ HA)

превосходством конституционалистов в пулеметах. В 1904 мексиканское правительство приобрело некоторое количество французских пулеметов Hotchkiss M1896; этот, питаемый жесткой лентой, средний пулемет был стандартным типом тяжелых пулеметов всех сторон в 1910-20 годов. Кольт М1895 — "картофелекопалка" — также широко использовался.

Сравнительно мало ручных пулеметов использовалось во время революции, так как на мировом рынке было довольно мало моделей. В 1908 правительство Диаса импортировало изготовленный в Англии 7-мм нелицензионную копию Madsen M1908, названную "Rexer." Их производители были вынуждены остановить производство после законных акций, предпринятый компанией Madsen; но Мехико продолжило импорт и получило, по меньшей мере, 100 Madsen M1911 в 1911. Другим типом ручного пулемета в Мексике был Hotchkiss M1909, который использовался несколькими нациями и несколько раз приобретался, в небольших количествах в Британии калибра .303 и в Швеции. Эта модель также использовалась в армии США (см. рис G), где ее чаще называли Benet-Mercie; она была использована американской кавалерией в Мексике и несколько штук могли найти путь для службы в конституционалистов после 1914.

Мексиканская артиллерия была оснащена орудием местной разработки, выпускавшейся во Франции полевой 75-мм пушкой Mondragon-St Chamond, созданной генералом Мануэлем Мондрагоном в 1891. Талантливый оружейный конструктор и военный теоретик, ген. Мондрагор создал несколько типов артиллерийских орудий и высоко инновационную полуавтоматическую винтовку. Он занимал различные посты в начале 20-го века, был и главой Департамента артиллерии и отвечал за

Кадеты мексиканского военного колледжа составляют расчет пулемета Madsen M1911 на стороне фелицистов во время боев за Мехико в феврале 1913. Это были последователи Феликса Диаса, племянника бывшего диктатора, которые попытались присоединиться к мятежу заговорщика ген. Bernardo Reyes; мятеж, хотя и неудачный, привел к падению и убийству президента Мадеро от рук ген. Уэрта. Этот пулеметный расчет был частью отряда в 600 кадет под командованием ген. Мондрагона, который составлял большую часть мятежников. Они одеты в стандартную кадетскую униформу со знаком колледжа на левом рукаве (был изображен также на пряжке пояса и представлял собой мешок для пороха перекрещенный двумя пушками и факел пятью молниями). (ADEQ HA)

Подразделение федеральной пехоты позирующей с 37-мм автоматической пушкой Hotchkiss ("pom-pom"), которая стреляла фунтовыми снарядами из обойм с восемью снарядами. Они одеты в легкую хлопчатобумажную форму цвета хаки и фуражки; артиллерийский сержант (слева) носит пробковый шлем, чаще всего носившийся в этом роде войск. (Philip Jowett Collection)

приобретение военных материалов для правительства Диаса. Мондрагон разработал и 70-мм горную пушку, также выпускавшуюся St Chamond, хотя позднее производство было перенесено на мексиканскую фабрику. Так же как и пушки Мондрагона, было использовано небольшое количество 37 и 75-мм пушек Hotchkiss.

Почти полное отсутствие у мадеристов артиллерии было главной слабостью мятежников, когда они встретились с регулярными силами порфиристов. Первая попытка сделать собственные полевые пушки была предпринята в компании пиломатериалов Мадеро, когда фирменная механическая мастерская была использована для изготовления двух пушек из повозочных осей. Мадеристы также использовали музейные, заряжаемые с дула пушки, украденные в парке El Paso. Армия Панчо Вильи больше полагалась, как и другие революционные силы, на захваченные у федеральной армии артиллерию и боеприпасы, но была, по крайней мере, одна попытка вильистов, изготовить собственное полевое орудие. Наиболее известным экземпляром была двухдюймовая гладкоствольная пушка, сделанная из локомотивной оси и установленная на дубовый лафет. Это орудие было разработано начальником артиллерии Вильи ген. Felipe Angeles, который также разработал самодельные снаряды. Хотя сведений о качестве этого орудия не сохранилось, известно, что снаряды, изготовленные в мастерских Вильи для захваченной артиллерии, часто не взрывались. Сапатисты также имели, по крайней мере, одну самодельную пушку, которой, судя по фотографиям, место на свалке.

Инженер-конституционалист Carlos Prieto разработал несколько артиллерийских орудий во время войны, включая среднюю полевую пушку и пехотную пушку очень маленького калибра. Хотя оба типа использовались конституционалистами, сомнительно чтобы их произвели больше чем горсть каждого типа.

Расчет федералистов у 75-мм пушки Мондрагона во время боев с революционерами. Эта пушка, изготовленная фирмой St Chamond во Франции по проекту ген. Мондрагона 1891, как считалось, превосходила знаменитое французское орудие образца 1897 года, хотя и было создано раньше и использовалось всеми мексиканскими армиями во время революции. Солдаты одеты в белую или светлую хаки униформу, большинство носит кепи "Saumur", но некоторые (см. справа) американского типа военные шляпы и мексиканские фуражки с козырьком. (ADEQ HA)

Во время революции было разработано несколько уникальных типов мексиканского вооружения. В том числе 10-ти ствольную ракетную установку, изобретенную подполковником Daniel Marinelarena. Это оружие стреляло зажигательными ракетами; оно было успешно испытано, перед использованием Cuerpo de Dinameteros армии конституционалистов. Использовалось конституционалистами и более поздняя трехствольная установка этого же изобретателя. Другим, менее успешным устройством был ружейный гранатомет, изобретенный Juan Carnedo: к несчастью для сеньора Carnedo его оружие взорвалось во время демонстрации, и он был убит.

"Динамитные пушки" использовались во время Испано-Американской войны 1898; это в основе своей трубы для выбрасывания динамитных шашек с коротким фитилем в сторону врага. Использование их в армии США доказало, что они более опасны для стреляющих из них, чем для врага, так же как, вероятно, и мексиканская версия. Она выглядела как длинная водопроводная труба на колесах, и ее можно было видеть в артиллерийском парке федеральной армии в начале войны. Динамит в изобилии имелся в горнопромышленных областях Мексики и сыграл большую роль в революции. Это верно особенно для первых дней восстания, когда повстанцы имели мало артиллерии и должны были действовать динамитом, который в руках решительный и смелых солдат может быть мощным оружием. Были изобретены бомбы из консервных банок, начиненных динамитом, но все зависело от длины фитиля и возможности подойти достаточно близко к врагу, чтобы бросить ее. Эта опасная работа часто поручалась наиболее проворным молодым добровольца, таким как «ребята-динамитчики» Сапаты, и уровень потерь среди них был чрезвычайно велик.

Бронеавтомобили

Бронеавтомобили были еще во младенчестве в начальный период революции и мало использовались всеми сторонами во время конфликта.

Мексиканская армия сформировала Военно-автомобильную службу в 1907 в попытке противодействовать угрозе атак индейцев Yaqui из их убежищ в пустыне. Мексиканцы закупили выпущенные в США автомобили Maxwell, установили на них по два пулемета и снабдили большим количеством воды для действий в пустыне. Сведений о действиях этого первого моторизованной части нет и очень мало упоминаний об использовании других бронированных автомобилей. Однако существуют фотографии, показывающие по крайней мере два бронеавтомобиля итальянского производства Isotta-Fraschini на службе в федеральной армии; они имели пулеметы с водяным охлаждением на верху с защитой экипажа в виде бронированного щита. Оригинальная модель Isotta-Fraschini, использовавшаяся итальянцами в Итало-турецкой войне 1911-12 годов, имела вращающуюся закрытую башню. Импровизированный бронеавтомобиль, использовавшийся армией Панчо Вильи в 1914, был построен на шасси грузовика с металлическими колесами, приспособленными для движения по железной дороге. Автомобиль не имел постоянного вооружения, а амбразуры для стрелков — двух с каждой стороны и по одному спереди и сзади. Во время атаки вильистами города Naco в 1915 также использовались импровизированные защитные щиты. Эти «штурмовые щиты» были V-образной формы и устанавливались на вагонные колеса; они были помочь вильистам пройти через открытую местность вокруг города, прежде чем атаковать вражеские траншеи.

Революционеры также использовали обычные автомобили для транспортировки боеприпасов и других военных грузов. Конституционалистский ген. Blanco имел парк седанов, которые управлялись нанятыми американскими шоферами. Хотя число автомобилей было невелико, их использование значительно помогло конституционалистам в наступлении на важный город Виктория.

Во время революции железные дороги доминировали в стратегическом планировании и являлись жизненно важной частью снабжения всех армий. Значительная часть боев проходила вдоль различных железных дорог или поблизости от них. Все армии и

Федеральные артиллеристы грузят свое имущество на железнодорожную платформу, так как они готовятся к передвижению в район операций. Они одеты в смесь формы цвета хаки и белой с пробковыми шлемами артиллерийского образца. Видимо они вооружены Винчестерами и все имеют, по меньшей мере, один бандолеро. На заднем плане стоит другой поезд с солдатами, столпившимися на крыше вагонов. (ADEQ HA)

сопутствующие им могли передвигаться по железной дороге, лошади в грузовых вагонах, а солдаты и их семьи на крышах вагонов. Часто поезд полный солдат шел по пути, а кавалерия охраняла фланги.

В такие поезда обычно помещали платформы, переделанные в мобильные укрепления с защищенными мешками с песком пулеметами и, иногда, легкими полевыми пушками. Некоторые имели бронированные конструкции для защиты артиллерийских расчетов. Несколько экземпляров укрепленных вагонов с 38 бойницами были использованы федеральной армией. Один порфиристский грузовой вагон имел 30 бойниц для стрелков и четыре для пулеметов Maxim 1908; бойницы были умело замаскированы шахматным камуфляжем, который покрывал весь вагон. Камуфлированный

Революционеры одетые в гражданское и вооруженные Винчестерами и Маузерами, позируют на фоне локомотива №282. На переднем плане паровозная бригада, которую можно узнать по их грязным рабочим комбинезонам, но они также вооружены и увешаны патронами. (Cushing Memorial Library & Archives)

грузовой вагон, прицепленный к одному из поездов войск Уэрты, был вооружен пехотными орудиями малого калибра и пулеметами, из которых их расчеты могли стрелять через открытые двери в случае атаки. Правительственная армия Мадеро в 1912 послала впечатляющий поезд со стальными полувагонами и бронированными товарными вагонами с 1500 солдат против мятежных сапатистов. Отнюдь не испуганные сапатисты просто взорвали пути за и перед поездом и потребовали его капитуляции.

Большинство мексиканских армий в некоторой степени зависели от железнодорожного транспорта, в особенности федеральные войска Уэрты. Любое наступление федеральных войск велось вдоль железнодорожных линий, поэтому подвижные мятежники постоянно превосходили их в маневре. Они просто могли взорвать пути, и наступление федеральных войск вынуждено было останавливаться, пока длился ремонт.

В кампании 1914, Вилья перебросил всю свою шестнадцатитысячную Division del Norte на юг по железной дороге. Вместе с обычными поездами Вилья обеспечил свою Северную дивизию хорошо оснащенным санитарным поездом из 40 переделанных грузовых вагонов. В поезде работали 100 служащих, врачей, сестер и санитаров, в нем могло находиться до 1400 раненых одновременно. У генерала Обрегона также был госпитальный поезд, обслуживавший его людей из армии Северо-запада во время кампании против Вильи.

Поезда использовались и для более разрушительных целей, когда некоторые бандиты начали практиковать посылку захваченных безлюдных поездов, которые шли пока не врезались в другой поезд или не сходили с рельс. Это безумное разрушение было усовершенствовано некоторыми командирами, создавшими смертельное оружие, известное как maquina loca или loco-loco —"сумасшедший локомотив". Поезд целиком загружался динамитом и посылался в удерживаемый врагом город или на обороняемую позицию. Паскуаль Ороско использовал эту тактику в первом сражении за Rellano в 1912, ему удалось убить 60 федеральных солдат, а возникшая паника позволила выиграть бой. Вильистский командир Родольфо Ферро использовал эту тактику несколько раз, наиболее успешно в битве за Tierra Blanca в ноябре 1913; он загрузил в loco-loco смесь из динамита и капсюлей, которая дала такой взрыв, что противник был разбит.

Мексиканская революция показала большое количество инноваций в раннем использовании самолетов в разведывательной и боевой рол и. Фактически конфликт показал большое количество авиационных "впервые", так как искусство военной авиации развивалось пилотами правительственных и различных мятежных сил. По чистой случайности, бои между войсками Диаса и мадеристами-мятежниками шли возле границы с США в феврале 1911, а в El Paso, Texas, выступал французский "John Moisant Aerial Circus". Двух пилотов, Rene Simon и Roland Garros (последний получил всемирную известность в 1914) уговорили совершить несколько разведывательных полетов для порфиристской армии на их моноплане Bleriot.

Следующее использование военного самолета имело место во время правления Мадеро в 1912, когда американский пилот John Hector Worden совершил несколько разведывательных полетов против мятежников Orozco. Он прибыл в Мексику продемонстрировать самолеты для армии и его уговорили остаться и полетать для них; он получил почетное звание капитана федеральной армии и совершил несколько полетов. Ко времени восстания Orozco армия имела два Moisant-Bleriots, один с двигателем в 60 л.с., а другой 100. Worden летал на одном, а мексиканский пилот Francisco Alvarez, на другом. Worden предлагал проводить разведку перед поездами, которые постоянно попадали в засаду мятежников.

Режим Уэрты не замедлил признать важность самолетов, и диктатор послал 31 молодого армейского офицера в авиационную школу Блерио во Франции в апреле 1913. В это же время он заказал 20 новых монопланов Блерио, которые бы летели с четырьмя монопланами Deperdussin уже находившимися на службе. Когда новые квалифицированные пилоты вернулись обратно в октябре 1913, они начали вылетать на разведку и, с февраля 1914, в примитивные бомбардировочные вылеты. Воздушные силы Уэрты продолжали действовать до окончательного поражения федеральной армии и отставки диктатора в июле 1914.

Лидеры повстанцев также быстро осознали важность военной роли самолетов и во время конфликта конституционалистов с конвентионалистами 1914-1915 обе стороны имели авиацию. Arma de Avacion Militar конституционалистов первоначально имела самолет с двигателем мощностью 75 л.с Martin Pusher, переделанный в импровизированный бомбардировщик. В 1913 году на нем летал француз Didier Masson. В это время он и его мексиканский

Американский моряк передает сигналы на один из американских военных кораблей во время оккупации Веракруса весной 1914. Он одет в белый рабочий джемпер, который он сам перекрасил в светло-коричневый (см. цветной рисунок F1). Поля его шляпы отогнуты вниз для защиты глаз от солнца. Обратите внимание на бандану. На нем холщовые леггинсы, ремни и, вероятно, пистолет в кобуре. (ADEQ HA)

второй пилот Gustavo Salinas безуспешно пытались бомбить федеральные военные корабли. В дальнейшем были получены три Moisant T andems, первоначально предназначавшиеся для Северной дивизии, но не доставленные туда из-за разрыва между Каррансой и Вильей. К этим трем было присоединено несколько устаревших и по большей части бесполезных моделей, включая Bleriot и Deperdussin. Пилоты рекрутировались чаще всего из США, хотя с ними некоторое время летал один румын.

Воздушные силы Division del Norte начались с единственного двухместного самолета Glenn H.Curtiss, на котором по очереди летали двое пилотов. К этому самолету были добавлены, в дальнейшем, две разные модели Wright, так же как и Christofferson, все в плохом состоянии и требовали ремонта. Единственным современным прибавлением к воздушным силам был Martin Tractor TT, один из наиболее совершенных самолетов того времени. Вильисты предприняли различные попытки, чтобы использовать свои самолет как бомбардировщики с самодельными бомбами, сделанными из 75-мм снарядов и снабженных фитилем. Другой инновацией вильистов был «мобильный аэродром» в поезде, разработанный американским экспертом по взрывчатке Lester P.Barlow. В этом поезде находились платформы для перевозки самолетов, вагоны в которых располагались мастерские, вагоны для летчиков, наземного персонала и охраны.

Во время боев между конституционалистами и конвентионалистами имел место интересный воздушный бой над осажденным городом Naco в сентябре 1915. Конституционалистский пилот Dean Ivan Lamb на своем Curtiss D с толкающим винтом, встретился с другим пилотом — американцем Philip Rader, который летал на биплане Christofferson на стороне вильистов. Пилоты открыли огонь друг по другу из револьверов, но первый в истории воздушный бой закончился вничью.

Президент Вильсон призвал 15000 национальных гвардейцев и разместил их вдоль границы; он также информировал президента Каррансу, что он намерен послать военную экспедицию в северную Мексику поймать Вилью и Карранса неохотно согласился. Генерал Першинг был назначен вести 4800 солдат, в основном кавалеристов, но поддерживаемых несколькими самолетами и автомобилями, в так называемую карательную экспедицию.

(В 1916 авиационная служба корпуса связи имела только несколько самолетов и неопытных пилотов; 1-я аэроэскадрилья, назначенная поддерживать Першинга, была оснащена шестью Curtiss JN-2 "Jennies". Но все шесть бипланов были потеряны менее чем за месяц — два разбились в первую неделю. По контрасту с этим экспериментом с наиболее современной формой войны, подразделение из 20 разведчиков-апачей под командованием 1-го лейтенанта James A. Shannon, приданное 11-му кавалерийскому, в течении всей экспедиции было занято выслеживанием, поиском фуража и продуктов и участвовало в последней кавалерийской атаке 5 мая 1916 в Ojos Azules Ranch.)

Миссией Першинга было преследовать и наказать Вилью без провоцирования правительства Каррансы стрельбой по войскам конституционалистов. Это оказалось почти невыполнимо на практике; Карранса воспользовался ограничениями Вильсона, чтобы сделать невыносимой жизнь карательной экспедиции во все время их миссии.

Вилья имел девятидневный срок, до того как экспедиция Першинга вошла в Мексику в полдень 15 марта 1916 и к этому времени он и его люди хорошо укрылись в горах. Для осмотра большей территории Першинг разделил свои силы на восточную и западную колонны и методично исследовал незнакомую территория северной Мексики — в основном не нанесенную на карту, вынужденно используя местных проводников сомнительной лояльности. Над этой огромной малонаселенной территорией доминировали 12000-футовые пики гор Сьера Мадре,

Сцена разрушений в Колумбусе, Нью Мексико, после рейда Панчо Вильи 9 марта 1916. В течение дней в воздухе висел запах смерти от костров, на которых американские солдаты сжигали трупы убитых вильистов. Город так и не восстановился после рейда. (ADEQ HA)

испещренные глубокими каньонами, обеспечивающими прекрасные укрытия. Солдаты Першинга, в основном зеленые рекруты, столкнулись со всеми трудностями и неудачами, которые только можно вообразить, за одиннадцать месяцев в Мексике. Вместо обещанной помощи каррансисты мешали и при случае атаковали американские войска, в то время как люди Першинга глотали пыль, совершая марши согласно ненадежным данным о местонахождении Вильи.

Восточная колонна двинулась из Колумбуса через кактусовую пустыню, обыскивая пуэблос и небольшие поселки, как Ascension и Corralitos. Западная колонна блуждала среди холмов и равнин у Culbertson's Ranch в 100 милях к западу от Эль Пасо и Ojitos к югу. После нескольких месяцев обе колонны встретились в Casas Grandes, только для того, чтобы снова разойтись, одна на юг к Pearson, Cumbre and Madera, а другая к юго-востоку к Guerrero, Aguas Calientes, Ojos Azules and Carrizal. Першинг установил свой постоянный командный пост в Colonia Dublan. В мае 1916 30-летний лт. Джордж С. Паттон увидел бой в первый раз; он выпросил место одного из помощников Першинга в экспедиции. Получив сведения о Julio Cardenas, одном из наиболее доверенных подчиненных Вильи, Паттон с десятью солдатами из 6-го кавалерийского и двумя гражданскими проводниками на трех автомобилях Додж совершил внезапный рейд на ранчо в San Miguelito около Rubio. В ходе перестрелки они убили троих людей, один из которых был опознан как Cardenas. Солдаты Паттона привязали тела к капотам своих машин и по возвращении в Dublan были с восторгом встречены американскими репортерами. Юный Паттон стал на несколько недель национальным героем, а Першинг разрешил ему сохранить саблю Карденаса и обитое серебром седло, как трофеи. Однако 6 мая другая мексиканская банда совершила рейд на город Glen Springs, Texas.

В июне 1916 Першинг узнал, что Вилья может быть захвачен в Carrizal, к северо-западу от Dublan. Когда капитаны Boyd и Morey с

Национальная гвардия Калифорнии готовиться стрелять из ручного пулемета M1909 Benet-Mercie, также использовавшегося американской регулярной кавалерии во время карательной экспедиции. Расчет имеет обычное снаряжение пулеметчиков: пистолетный ремень M1912 с кольтом .45 калибра в кобуре, аптечкой первой помощи M1910 и (внизу в центре) "bolo" М1910. Этот длинный, тяжелый нож выдавался пулеметчикам-кавалеристам для срезания растительности для маскировки траншей и очищения сектора огня. (ADEQ HA)

подразделениями C and K, 10-го кавалерийского прибыли к деревне 21 они столкнулись с войсками Каррансы. Офицеры приказали своим "buffalo soldiers" (солдатам буфало) атаковать в любом случае. Как сообщают, Вилья с восхищением наблюдал с безопасного расстояния, как его враги борются один с другим. Кавалерия была вынуждена отступить после потери двух офицеров и 12 солдат убитыми, еще больше ранеными и 23 попавшими в плен. Потери мексиканцев были примерно вдвое больше, включая ген. Felix Gomez и десять офицеров убитыми. Это столкновение с мексиканскими правительственными войсками создало такое напряжение, что война с Мексикой казалась возможной и 75000 национальных гвардейцев было призвано на федеральную службу на границу. В конечном счете, одновременное ухудшение американо-немецких отношений, в то время как в Европе бушевала война, сделала эскалацию в Мексике нежелательной и последовали переговоры.

В оставшуюся часть 1916 интенсивность охоты на Панчо Вилью уменьшилась и сменилась утомительной рутиной лагерной жизни. В январе 1917 злосчастная попытка захватить Вилью закончилась отзывом карательной экспедиции; 27-го января первые из 10690 солдат и 9307 лошадей отправились в Колумбус. На обратной дороге в Fort Bliss 7 февраля ген. Першинг прошел маршем через El Paso под аплодисменты восторженной толпы, но, хотя многие лучшие люди Вильи были убиты или дезертировали, в умах мексиканцев он вышел из этого эпизода победителем.

Один из последних инцидентов на мексиканской границе произошел, когда афро-американский 24-й пехотный дислоцированный в El Paso занял позиции на Santa Fe Street Bridge вечером 15 июня 1919, а его пулеметная рота стала экипажами бронеавтомобилей. Сильный огонь велся из Хуареса, расположенного непосредственно за линией границы. Поток пуль бил по стенам здания, занятого полковым штабом. В 3.15 поступило сообщение, что весь Хуарес, за исключением Fort Hidalgo, занять вильистами. Вскоре стрельба возобновилась у форта и в течении 30 минут пули с расстояния только в 800 ярдов начали падать на американские позиции, ранив двух солдат. К 5.00 мексиканские федеральные войска отбили позиции на южной стороне моста. Боевое охранение 24-го пехотного пересекло мост и вступило в Мексику в 11.45, попав под огонь вильистов около трассы. Роты Е и С ответили огнем; один американский солдат был убит и один ранен. Хуарес был захвачен 24-м пехотным и удерживался до следующего дня когда они получили приказ отойти за границу.

Порфирио Диас находился у власти 34 года с помощью армии, которая к 1910 находилась в состоянии упадка. Мексиканская армия, охранявшая его коррупционный и дряхлый режим, хорошо выглядела на парадах с шикарно выглядевшими гвардейцами в полированных шлемах Picklehaube в прусском стиле, украшенных перьями и красочной, хорошо подогнанной форме. Однако вдали от парадных площадок армия встречала столько проблем, что ее поражение при встрече с любым решительным противником было неизбежно.

Первой слабостью армии был ее размер. Численности в 25000-30000 солдат считалась достаточной для удержания в повиновении послушного народа; и на бумаге армия имела потенциал по увеличению в военное время до 146000 офицеров и солдат, а Segunda Reserva мог добавить еще 86000 человек. Вдобавок Rurales (см. ниже) насчитывали еще около 4000, а Fiscal Guards 1000.

Реальность сильно разнилась: численность регулярной армии оценивалась примерно в 14000-20000 солдат и офицеров, а чрезмерно большой офицерский корпус в 9000, так что армия имела чрезмерно «тяжелый верх». (Для сравнения армия США этого времени при примерно равной численности имела только 25 процентов офицеров). Коррупция среди офицеров была широко распространена, сообщая неверные сведения о несуществующих или давно уволившихся солдатах, офицеры клали в карман их зарплату.

Отсутствие добровольцев в первую очередь вело к насильственной вербовке, которая подрывала мораль в войсках; понятно, что насильно завербованные не становились нормальными рекрутами. Факт, что армейская служба была столь нелюбима, означает, что огромное большинство солдат были просто

Кавалерия армии Диаса в парадной униформе едут по Matamoros. Темно-синяя форма с черными кожаными киверами с красными помпонами, выглядит архаично, но солдаты хорошо вооружены карабинами Маузер М1895. Диас, не имевший серьезного военного опыта, после того как французы покинули Мексику в 1867, верил, что его армия легко сокрушит любой мятеж, угрожающий его длящейся десятилетия власти. (ADEQ HA)

неудачниками, которые не имели денег или влияния, чтобы избежать службы или были привлечены из криминальных классов. Как отметил один американский наблюдатель, «Армия набранная в тюрьмах и трущобах мало чего стоит, когда она нужна».

Плохая организация также ослабляла порфиристские военные структуры, сильная зависимость от импортного оружия вела к нехваткам; эта зависимость от иностранного оружия означала, что запасные части и боеприпасы были часто недоступны, когда в них была нужда. Плохо организованное интендантство приводило к постоянным сообщениям о дефектной артиллерии, негодном порохе и плохой чистке и содержании винтовок. Национальные оружейные фабрики были неспособны обеспечить патронами расточительные полевые части; к примеру, одна пехотная дивизия использовала в единственном бою трехмесячную продукцию оружейного завода. Оторванность от жизни правительства Диаса и его департаментов хорошо видна из возраста многих из старших армейских офицеров. Самому Диасу, верховному главнокомандующему, было 80, ген. Trevino 79, ген. Cosio 80, а ген. Bernado Reyes 70. Все старшие генералы дореволюционной мексиканской армии были ветеранами войны против французской интервенции 1861 -1867, и их военные знания были такими же древними.

В целом, однако, главной слабостью армии была явная недостаточность численности. Считается, что для подавления любого мятежа, армия должна превосходить герильярос в численности в десять раз; в реальности в большинстве боев между мадеристами и федеральной армией мятежники превосходили в численности правительственные войска. В начале революции армия имела только 1068 солдат в стратегически важном штате Чихуахуа и большая их часть была гарнизоном в столице штата. Немного большее число находилось в других северных штатах, но не достаточное. Диас держал 3500 своих лучших войск и большую часть артиллерии в Мехико как резерв. Хотя эти недостатки частично компенсировались преимуществами армии в артиллерии и пулеметах, что привело к первоначальным поражениям мадеристов, мятежники скоро сосредоточились на партизанских действиях, где их численное превосходство и мобильность играли большую роль.

Guardia Rural или Rurales была сформирована в 1861, как полувоенная полицейская сила на местном уровне для поддержания мира в сельской местности. После реорганизации в 1880 Rurales в национальные или федеральные полицейские силы, которые верно служили Порфирио Диасу до его отставки в 1911.

Руралес были организованы в «корпуса», каждый состоял из трех рот по 76 человек, роты были разделены на три взвода, каждый из четырех отделений, в каждом сержант и четыре солдата. Всего по всей стране насчитывалось десять корпусов, которые во время войны могли быть переформированы в дивизию численностью в 3200 человек. Руралес имели плохую репутацию за несправедливые притеснения крестьян, которых, как подразумевалось, они должны были защищать и охранять. В реальности большинство руралес находились под контролем местных гаисиендадос (землевладельцев) и политиков, от чьего патронажа зависела их служба. Любой признак возмущения части пеонов или крестьян легко вынюхивался и виновные

Это позирующее для камеры подразделение федеральных руралес носит серые фетровые сомбреро и такого же цвета униформу из грубой шерсти (см. Рис А3). Однозарядные карабины Remington, позволяют предположить, что снимок сделан до, или, в самом начале революции. (ADEQ HA)

Эта подробно подписанная фотография показывает двух молодых офицеров армии освобождения ген. Gabriel Hernandez 15 мая 1911. Они носят фетровые шляпы типа fedora, военные мундиры с кожаными крагами и ботинками, один из них вооружен мексиканской офицерской саблей. Офицеры различных мадеристских армий часто носили смесь военной и гражданской одежды. (ADEQ HA)

сурово наказывались — наиболее частым наказанием была смерть, согласно закону ley fuga, который позволял им стрелять в любого при попытке к бегству. За время правления Диаса «при попытке к бегству» было застрелено, по меньшей мере, 10000 арестованных. Эти убийства не расследовались и не наказывались и руралес стали самодовольными и апатичными. Непотизм, коррупция и обычная лень разрушили их мораль и боеспособность и ко времени, когда они встретили реальное сопротивление в 1910-11, они были легко разбиты. Они продолжали служить обоим и Мадеро и Уэрте, до своего роспуска после поражения последнего в июле 1914.

После победы мадеристов и триумфа Франсиско Мадеро на выборах в октябре 1911, состав мексиканской армии стал щекотливым вопросом. Согласно соглашению в Giudad Juarez, потерпевшая поражение порфиристская или федеральная армия должна была оставаться в основном не тронутой и должна все еще отвечать за защиту нации. Мадеро наивно считал, что он может положиться на лояльность армии разбитой его революционерами несколько месяцев назад. Он глупо согласился со статьями договора, распускающими его революционных партизан в южной и центральной Мексике, пообещав, что все желающие могут вступить в так называемый Cuerpos Rurales de la Federation.

Эта неэффективная военная сила была в реальности «накопительной емкостью» для мадеристов до тех пор, пока они не будут отправлены на пенсию правительством. Неудивительно, что эта демобилизация революционных сил вызвала большое сопротивление бывших мадеристов; демобилизованные, которые привели Мадеро к власти, отправлялись жить в бедности, а оставлялись люди, которые сопротивлялись ему. К августу 1911 армия состояла их 16000 бывших порфиристов и 12000 бывших мадеристов, половину из которых собирались уволить. Хотя федеральная армия воевала за правительство Мадеро против восставших сапатистов на юге и против мятежа Паскуаля Ороско на севере в 1912, ее лояльность была тоньше бумаги. Когда при попытке военного переворота предпринятого Феликсом Диасом и Бернардо Рейсом была разрушена большая часть Мехико во время «Десяти трагических дней», Мадеро призвал ген. Викториано Уэрта навести порядок. Этот военный «сильный человек», со скрытыми политическими амбициями взял под контроль правительство, совершив свой военный переворот, и убил Мадеро и несколько его последователей.

Федеральные артиллеристы позируют перед своей казармой. Они одеты в белое обмундирование с кожаными крагами и ботинками. На всех надеты пробковые шлему артиллерийского образца, покрытые материей цвета хаки с артиллерийским значком спереди. Они носят обоймы к своим Маузерам в кожаных или холщевых бандолеро. (ADEQ HA)

Как только Уэрта захватил власть, он оказался перед лицом вооруженных мятежей, поднятых сторонниками убитого Мадеро. Он должен был попытаться уничтожить эти восстания с армией, которая все еще имела все недостатки, унаследованные от порфиристских и мадеристских правительственных сил. К 15 февраля 1913 федеральная армия насчитывала 32594 регулярных и 15500 нерегулярных солдат. Это было, как сказал руководитель армии, значительно меньше необходимых 80000. К сентябрю того же года официальная численность армии достигла 85000 с 1081 полковником среди 5537 офицеров. Кроме того, было 16000 руралес, 4000 городских полицейских и 16000 милиции, деревенской стражи и других про правительственных сил. Уэрта имел планы по значительному увеличению армии и в октябре он объявил об армии в 150000 солдат. В апреле 1914 Уэрта заявил, что армия достигла численности в 250000, с 31 полком руралес, общей численностью в 12400 и 31000 местной милиции. В июле он более реалистично говорил о 71000 человек под ружьем, а американские наблюдатели говорили о, примерно, 40000.

Однако, экстенсивное, как оно в действительности было, огромное расширение федеральной армии, вело к понижению стандартов среднего рекрута, или более точно, призывника. Стремление Уэрты увеличить армию вело к массовому leva-levy насильственному призыву прямо на улицах отрядами вербовщиков. Людей вытаскивали из кинотеатров или хватали на выходе из церквей или других мест публичных собраний. Очень немногие были добровольцами и очень многие дезертировали при первой возможности. Уэрта попытался улучшить дело; в попытке поднять моральный дух он увеличил плату рядового на 50 процентов до 50 centavos в день. В то же время 382 кадета было произведено в офицеры и сделана попытка увеличить число обучающихся.

Генералы федеральной армии часто были виновны в подрывании морального духа своих солдат своим плохим командованием и коррупцией. Это выражалось в обычном завышении численности солдат, но временами доходило и до продажи противнику продовольствия и даже боеприпасов для получения личной выгоды. Коррупция поднималась от дна армии до самой вершины и не удивительно, что два сына Уэрты управляли заключением военных заказов: Хорхе отвечал за заказы вооружения и боеприпасов, а его брат Викториано младший — за униформу.

Несмотря на очевидные противоречия, во время своего правления Уэрта отчаянно старался создать армию способную удержать его у власти. Кроме простого увеличения федеральной армии, он старался создать новые части, которые, как он надеялся не унаследуют пораженчество порфиристов. В качестве одной из мер он предполагал реорганизовать существующих руралес в Cuerpos Exploradores ("Корпус разведчиков") и передать их в регулярную армию. Он также хотел создать новых элитных руралес, которые должны были действовать как высоко мобильные армейские коммандос. Он старался привлечь хороших рекрутов высоким уровнем оплаты

Генерал Викториано Уэрта (справа) одна из наиболее поносимых фигур революции. Свергнув президента Мадеро и захватив верховную власть в феврале 1913, он одержал немало побед в тщетных попытках удержать пост президента. Когда его армия была, наконец, разбита в июле 1914, он бежал из страны, хотя и вернулся для окончательного поражения в провалившейся попытке вернуть власть в 1915. (ADEQ HA)

ПОРФИРИСТСКАЯ АРМИЯ, 1910-11

1: Полковник, 3-й артиллерийский полк, 1910

2: Рядовой, 20-й пехотный батальон, 1911

3: Guardia Rural, 1910