Движки десантного бота с натугой загудели — бот начал оттормаживаться.

— Эй, десантура! — как всегда веселый Пучок, который нас вез, не смог удержаться от шутки. — Говорят, чужих тут до хрена. Наподдадут они вам по задницам!

— Посмотрим еще, кто кому наподдаст, — буркнул Куча, баюкающий ручной лучемет в руках.

— Говорят, у них новые солдаты появились, — не успокаивался Пучок, — здоровые, крепкие. А броня такая, что не всегда из бортовых пулеметов можно завалить…

— А ты целиться пробовал? — хмыкнула Выдра.

— Ха! Один-ноль! — развеселился Пучок. — Все, ребята! Три минуты до сброса. Пожелания есть?

— Да! — вскинулся я. — Выгрузи нас севернее базы, метрах в ста.

— Вы ж как на ладони будете! — удивился Пучок.

— Не твоя проблема, — поморщился я. — Сделаешь?

— Легко!

Бот развернулся, вновь набрал скорость.

Ну вот, а я еще переживал, что у нас работа закончилась… Как бы не так!

С жуксами мы помирились. Наши с ними как-то там договорились, миры поделили, но… Часть жуксов не согласилась с решением остальных и проблемы доставляла. Однако были они немногочисленны, особой опасности не представляли, и с ними справлялись «Псы» — этим лодырям наконец-то нашли работу. Теперь подразделения ПСО были на всех граничных планетах, и они защищали поселения от набегов жуксов.

Слыхал я, что ПСОшники, пару раз получив на орехи от жуксов, взялись за ум, начали тренироваться, выбили себе вооружение и наконец-то превратились в бойцов.

Ну и хорошо, а то превратились в черт знает что. Только форму ВКС позорят…

Что касается нас — война с жуксами закончилась, но война с конгломератом других рас все еще была в разгаре, хоть и перешла из активной фазы в более спокойную — никаких крупных сражений уже давно не было. Так…налеты.

Тем не менее, едва только нас перекинули сюда, чужие зашевелились…

«Где мы — там непгиятности», — как правильно заметил Дед, и в его словах была истина — где бы мы ни появлялись, там начинались какие-то телодвижения со стороны врага.

Вот и в этой системе, когда мы сюда прибыли, было тихо и спокойно. И нате, получите — чужие решили захватить добывающие комплексы и склады с ресурсами.

Причем сделали они это, стоит признать, быстро и эффективно — ВКС не успели организовать оборону и, как следствие, нам придется отбивать все важные точки…

Ну что же, мы для этого и существуем…

Несколько месяцев в капсулах криосна, и вот мы уже тут, в другой части Галактики.

Кстати, забавный факт: для космодесов время течет совершенно иначе, чем для большинства других людей, особенно тех, что живут на планетах и никогда их не покидают.

Еще во время войн с жуксами приходилось летать туда-сюда, и одно дело, если перелет занимал неделю-две. Ради этого капсулы никто не заправлял и нас туда укладываться не заставлял. И совсем другое дело, когда полет занимал месяц или даже больше. В таком случае в капсулы шли баиньки, и большинство членов экипажа корабля (кроме дежурной смены, которая в капсулы отправится через 4 недели, заняв место тех, кто пробудится, будет вести корабль) и мы, космодесы. Так понимаю, чтобы не жрали припасы, которые на кораблях не бесконечные…

Ну так вот, каждый раз пробуждаясь, я удивлялся, как много времени прошло — бывало, что несколько недель, бывало, что и месяцы, а пару раз мы дрыхли год и больше.

По моим прикидкам на родной планете прошло не меньше десяти лет с момента, как я ее покинул.

А по моим, так сказать, внутренним часам прошла всего пара лет (криосон не в счет, ведь, как известно, пока ты в капсуле — не стареешь: все процессы в твоем организме замедляются до той степени, что, можно сказать, все для тебя останавливается, время не властно над тобой).

Вот и сейчас перелет занял почти четыре года, для меня и моих товарищей промелькнувших как несколько минут.

Теперь нам предстоит сражаться на другом фронте, с другим противником.

Хотя, как мне кажется, история с жуксами еще не закончилась, и они еще себя покажут. Те же катехумены — что это такое? Такие же агрессивные рои, устраивающие набеги на системы и планеты людей — не разрастутся ли они? А ведь еще есть одичавшие ульи, есть некие разработки улья, направленные против человечества.

Короче говоря, хоть с жуксами заключен мир, не факт, что он продлится долго.

Ну а пока…пока мы должны будем драться с еще одной агрессивно настроенной расой. Не помню, как их там «по-умному» зовут, а среди космодесов, сражающихся с ними, существ этих называют «змеюками», «ящерками» и «жабами».

А все потому, что внешне эти существа действительно напоминают земных рептилий. Однако с безобидными ящерицами у них мало общего. Это довольно воинственный вид, в котором существует жесткое кастовое деление.

Наверное, с точки зрения наши ученых, их социальное устройство интересно, но с моей — это ужас. Не хотел бы я оказаться одним из их мелких детенышей, ведь едва только вылупишься из яйца, как тебя и сотни твоих братьев, сестер берут в оборот — начинается жесткая учеба и отбор. Умные или обладающими какими-то талантами тут же изымаются и обучаются отдельно. В дальнейшем, в зависимости от того, насколько прилежно они будут учиться, и каких успехов достигнут, им предстоит стать учеными, техниками, пилотами.

Оставшимся в кладке уже не так сладко. Они переходят на новый этап. Им предстоит проявить свою ловкость, силу, хитрость, безжалостность. Те, кто проявит себя, могут попасть в касту воинов, ну а те, кто не смог отличиться, попадают в самую низшую касту — разнорабочих, как бы она там у них ни называлась. Именно им предстоит выполнять самую черновую работу, ведь на большее они не способны.

Что касается тех, кто получил увечья, оказался слишком слаб во время отбора, они просто умерщвляются.

Эффективно, но жестоко. И я мог бы привести множество примеров, что эта система в корне неверна. История знает множество случаев, когда родившиеся в бедной семье умудрялись вылезти вверх. Тот, кто родился в семье крестьян, нередко становился выдающимся ученым. Великие умы, талантливые полководцы, те, кто внес свою лепту в историю, очень часто начинали свой путь с самых низов. И в то же время насчет тех, кого ящеры просто умертвляли: поступай мы так же — не было бы великих композиторов, чьи произведения слушают до сих пор, не было бы ученых, посвятивших свою жизнь, даже с учетом их врожденных пороков, изучению тех или иных дисциплин и достигших прорывов, ставших светилами в этих дисциплинах.

Однако ящеры о таком даже не задумывались. Во главе всего у них была эффективность, и ничего более. А то, сколько они теряют — их не интересовало. За все нужно платить…

Впрочем, в чем-то их можно было понять. С такой плодовитостью даже бешеных темпов экспансии в космос ящерам было недостаточно. Они вынуждены были ввести ограничения на потомство, тщательно выбирать тех, кто достоин жизни.

Эффективность, необходимость, особенности вида — все это понятно, и, тем не менее, подобный подход мне не нравился. Быть может, агрессивность этого вида тесно связана с тем, как они обходятся с собственным потомством.

Впрочем, во всем этом был и один большой плюс. Для ящеров, разумеется. Члены касты воинов были яростными, дикими, и никогда не сдавались. В рядах ВКС ходили легенды о том, как удалось взять одного из представителей этой расы живым — они ведь бились до последнего. А если понимали, что обречены — заканчивали жизнь самоубийством.

Еще одной интересной особенностью этой расы было то, что они, как оказалось, «подстраивались» под противника. Если начало войны было для них не особо удачным, то затем, после нескольких крупных сражений, небольшой паузы и относительного спокойствия в зонах конфликта, активные боевые действия возобновлялись. Причем на этот раз уже «ящеры» «лидировали», одерживая одну победу за другой.

При этом и рядовые бойцы ВКС, и контрразведка, и просто гражданские не могли не отметить, как изменились бойцы «чужих». Если раньше «ассортимент» тварей был огромен — были и ползучие, похожие на змей, и ящерицы, получившие кличку «гекон», и эдакие «динозавры», то теперь враги кардинально видоизменились, выглядели как гуманоиды, да и вообще, их внешний вид отдаленно напоминал людей.

Секрет этого открылся довольно быстро — если враги в плен сдаваться не хотели, солдат-людей «чужие» брали в плен регулярно. И, судя по всему, ставили эксперименты: пытались скрестить два разных вида, или, что было более вероятно — смогли расшифровать человеческую ДНК, частично ввели ее своим бойцам, что и привело к изменению внешнего вида последних.

Сейчас бойцы «ящеров» выглядели одинаково — две руки, две ноги, очень мощный торс, развитая мускулатура, рост под два метра. Один на один в рукопашной схватке тягаться с таким противником было сложно. Пока что люди могли победить за счет «техники» и навыков. Иначе говоря, с помощью экзокостюмов, а также баз знаний по рукопашному бою.

Вот только противник отсутствие умения и опыта заменял огромной силой, ловкостью и яростью.

Каков бы ты ни был рукопашник, а если «ящерица» умудрилась тебя схватить — пиши пропало: порвет на лоскуты в буквальном смысле этого слова.

Помимо копирования внешнего вида «чужие» также взялись за «доработку» своей техники.

Рядовые бойцы встречались в обычных скафандрах («ящерицам», как и людям, далеко не все планеты годились для жизни, и хоть атмосфера, к примеру, Земли для них не подходила, какое-то время выживать даже без скафа они могли). Чуть позже появились модификации — «ящерицы» не чурались красть у людей все наработки, технику, инженерные решения.

С одной стороны было забавно видеть ящера во вроде как обычном костюме человеческого десантника — в разгрузке, шлеме, при оружии, в чем-то, повторяющем человеческие образцы. Но когда у «ящеров» появились экзокостюмы, стало не до шуток…

Чертовы «змейки» без зазрения совести копировали технологии и идеи, довольно быстро сравнялись с людьми в технических аспектах, но пока проигрывали в опыте. Однако этот недостаток они очень быстро наверстают…

Я просто сделал шаг и полетел вниз. Казалось, земля приближается с огромной скоростью и ничего меня уже не спасет — остановить несущийся, словно снаряд, «Рыцарь» не способно ничто на свете. Сейчас ляпнусь со всего размаха и весь стеку в сапоги своего же доспеха.

В такие моменты всегда хочется зажмуриться, не смотреть вниз. Повезет — откроешь глаза, а ты уже стоишь спокойно на поверхности, а если не повезет…что ж, глаза ты уже не откроешь. Даже почувствовать вряд ли что-то успеешь. Но я так делать не хотел.

Хоть приближающаяся поверхность манила, как магнит, я оглядывался вокруг — бойцы нашего отряда падают вниз рядом со мной, а где противник? Пока не видно. Даже подстрелить нас в воздухе не пытаются. А чего так, интересно? Не заметили?

Заревело-зашипело за спиной. Одноразовый посадочный блок для «Рыцаря» как всегда отработал штатно. На высоте метров семи включились движки, сопла исторгли огонь, и падение мое замедлилось, и лишь когда до поверхности оставалось около метра, а падение мое было настолько медленным, что можно было сказать, будто я «парю» или левитирую, движки отрубились. Тут же щелкнули замки, и одноразовый блок, сделав свое дело, отстрелился, полетел вниз.

Ну а я приземлился, громко лязгнув своим доспехом.

Что остальные?

Остальные, как и я, только-только стали на твердую поверхность, кто-то еще «летел», и их посадочные блоки вовсю исторгали из себя пламя.

— Ах ты ж, мать твою! — послышался голос Кучи. — Эта хренобора мне зад припалила!

— Не придумывай! — фыркнула Выдра. — Сопла в другую сторону направлены.

— Да я тебе говорю — у меня пукан пылает! Эта штука как отстрелилась, напоследок дала залп, и теперь у меня задница вся в ожогах!

— Придурок, — засмеялась Выдра, — только у тебя такое могло случиться!

— Хватит трепаться! — рявкнул Рамбо. — Доклад!

— Командиры МТГ! Взводные! — продублировал я приказ. — Доклад!

И тут же скосил взгляд на голографическую проекцию в левой верхней части забрала.

Там отображались иконки всех бойцов отряда. В зависимости от цвета можно было понять, что с ними. Зеленый — порядок, желтый — ранен, красный — тяжело ранен, черный, мигающий — убит. Оранжевый мигающий — ведет бой.

Пока иконки одна за другой мигали зеленым. Как только все бойцы одной МТГ подтверждали свой статус, вокруг них появлялась обводка, мол, это одно подразделение. У подводки тоже были свои цвета-индикаторы.

Пока все шло хорошо — отмигали бойцы, МТГ, взводы, как вдруг одна из МТГ окрасилась в оранжевый и неистово замигала.

— МТГ 3−2, ведем бой! — тут же доложился командир подразделения, попавшего в неприятности. — Около десяти противников. Два здания. Будка, склад 2.

Ага, направление понятно. Еще до высадки мы тщательно обсудили все предстоящее, изучили план местности, строений, присвоили им названия, чтобы легче было ориентироваться.

Получается, наши столкнулись с чужими чуть восточнее того места, где сейчас нахожусь я. Так как до добывающего комплекса № 4, который мы должны были отбить, было еще около ста метров, противник засел в тех самых складе и будке, и именно оттуда ведет огонь.

Плохо. Придется их выкуривать.

Ах, как было легко во время сражений с жуксами — вызвал воздушную поддержку и жди, пока прилетит рапидус и сожжет противника ко всем чертям. А здесь так нельзя — комплекс нужно отбить, а не уничтожить…

— Куча! Ведешь своих прямо на склад 2! — начал я раздавать приказы. — Выдра! Ты с севера обходишь, и как раз поглядишь, что там происходит.

— Есть! — почти в унисон ответили оба.

— Кураж! Мы справа от тебя! — тут же влез Рамбо. — Противника не вижу. Продолжаем движение.

— Склад 2, — предупредил я, — там одну из наших МТГ прижали…

— Понял…

Вот за что люблю и уважаю Рамбо, так это за то, что он не скинул на меня все свои обязанности. Нет, он делегировал мне часть обязанностей. В частности отдал под мое командование все взводы кроме своего, позволял ими управлять и вмешивался лишь тогда, когда в этом была необходимость.

Свой взвод он использовал самым разным образом — как резерв, как главный ударный кулак, мог забрать часть взводов у меня и поменяться со мной местами.

Но всю бумажную волокиту, все, что касалось логистики, снабжения, тянул на себя.

Хотя, как по мне, тут была главная его ошибка. Как раз эти вещи я бы и поручил заму. Однако может быть, я чего-то не понимаю, и именно логистика, снабжения даже важнее тактики и стратегии? Кто бы сказал…

Но главный плюс Рамбо — его взвод действовал четко и слаженно. Он никогда не рисковал бойцами, не пер на рожон в отличие от меня. Я как раз приключения найти мог всегда и везде, и только благодаря своему невероятному везению умудрялся вывернуться из, казалось бы, совершенно патовых ситуаций.

Вот и сейчас, пока я разворачиваю взводы, пытаюсь окружить добывающий комплекс, ударить с разных сторон, Рамбо что-то затеял и действует как бы обособленно.

Но и хрен с ним. Пусть…

— Наблюдаю противника, — меж тем сообщила Выдра, — около двадцати. В основном легкая пехота. Начинаю?

— Давай, — разрешил я.

Пускай Выдра начнет и поднимет шумиху с другой стороны, чтобы чужие вынуждены были рассредоточить силы. Мы будем давить, а для Рамбо появится прекрасная возможность прорваться и «сковать» противника боем уже на территории комплекса.

Если получится — подтянемся мы, и тогда…

Все прошло как по маслу.

Все же хоть чужие и копировали наши технологии, беззастенчиво крали наши наработки и даже тактику, а вот использовать все это правильно они пока не могли — действовали по старинке, как умели.

А если говорить проще — чужие отличались тем, что практически всегда и все делали как «по учебнику», совершенно не понимая, что «здоровая» импровизация иногда может дать лучший эффект. И вообще, учебники про кого пишут? Про тех, кто придумал что-то новое. И как раз их инновации изучают, делая «шаблонами».

Выскочивший «зеленый» тут же схлопотал от меня импульс и завалился на землю, раскинув руки-лапы в сторону.

— У меня тут еще один, — заявил я, — будьте настороже. Эти сволочи прячутся в зданиях.

— Уже в курсе, — буркнул Куча, — только что двоих положили. Один, гадина, зацепил Сафонова.

— Серьезно?

— Нет, мелочь.

— Все слышали? — поинтересовался я. — Будьте начеку и глядите по сторонам.

— Есть, босс… Хорошо! Есть! — откликнулись взводные по одному.

Все на добывающем комплексе получилось именно так, как и было задумано. Я, командуя несколькими взводами, окружил объект, ударил с нескольких сторон, ну а Рамбо со своими бойцами ворвались с самой неожиданной для чужих стороны.

Причем зашли они очень удачно — с того направления противник никого не ждал, так что первых тварей удалось убить в спину, и только потом они зашевелились, до них дошло, что происходит…

Завязавшаяся перестрелка для «чужих» закончилась, мягко говоря, неудачно — пока они отбивались от бойцов Рамбо с ним во главе, мы успели подтянуться.

Сначала подошла Выдра, а затем уже и я с Кучей.

Остальных отправили в сторону главных ворот комплекса, проверять и зачищать противника там.

Обороняющихся чужих мы перебили довольно быстро. Как оказалось, было их тут не особо много, что странно. Добывающий комплекс был жирной и важной целью. Почему так мало охраны?

Я осторожно заглянул внутрь здания, откуда только что выскочил ящер.

Пусто.

Я пошагал дальше, парочка бойцов, зачищающая эту часть комплекса вместе со мной, шла неподалеку, отстав всего на несколько метров.

Мы все трое держали оружие наготове, крутили головами на 360 градусов, пытаясь найти засевшего противника. Но пока никого…

Затем добрались до контейнеров, где должна была находиться руда, которую корабли забирали на перерабатывающую фабрику.

Уж не знаю, зачем, но я решил заглянуть в один из контейнеров.

Пока бойцы меня прикрывали, я его вскрыл.

Пусто. Вообще ничего.

Еще один контейнер. Снова пусто.

Вот почему на комплексе так мало врагов — они уже успели утащить все добытое, и, видимо, не знали, как запустить комплекс, или дожидались прибытия своих спецов. По сути дела комплекс для них после того, как руду забрали, особой ценности не представлял.

Во всяком случае, пока не прибыли их спецы, которые смогут запустить оборудование.

Странный звук привлек мое внимание, и я жестами, по привычке, показал бойцам направление, объяснил, что там нечто «подозрительное», и это нужно проверить.

Мы тут же двинулись в сторону жилого модуля, который при людях выполнял функции то ли столовки для рабочих, то ли комнаты отдыха.

И именно оттуда доносился звук, который привлек мое внимание.

Чем ближе мы подходили, тем более отчетливым он становился. И…он был чуждым человеческому уху. Какое-то шипение, звонкое пощелкивание и потрескивание, напоминающее звук, с которым трещат дрова в костре. Но…все же то, что я слышал, пусть и незаметно, но отличалось от объятого пламенем дерева.

Я не мог ошибиться — это не оборудование, не животное, это «чужие».

Я сделал знак, и бойцы приготовились. Один мгновенно развернулся, прикрывая нас, а мы со вторым двинулись к двери, разошлись в разные стороны и замерли под стенкой, у проема.

Я кивнул и, держа оружие у плеча, шагнул в сторону, оказавшись напротив дверного проема. Шаг внутрь и в сторону, чтобы дать обзор напарнику.

Тот, не мешкая, последовал за мной, беря на прицел «свою» часть помещения.

А вот и оно!

В «моем секторе ответственности» наблюдалась следующая картина: странного вида устройство, напоминающее эдакую химическую лабораторию, с кучей склянок, пробирок, стеклянных шаров, в которых плескались разноцветные жидкости. Они парили или «взбивались», «крутились». При этом все колбы соединены между собой похожими на тонкую алюминиевую проволоку трубками. Все эти штуки и издавали потрескивание, шипение.

А над всем этим добром стоял и колдовал «ящер». Он также издавал странные звуки, так понимаю, «говорил».

Он поднял глаза, увидел нас и…больше ничего сделать не успел.

Мой импульс, выпущенный на такой дистанции, мгновенно долетел до его башки, прожег в ней приличных размеров отверстие.

Чужой, секунду постояв, вдруг пошатнулся и завалился на все свои пробирки, часть разбив, часть разлив, часть свалив со стола.

— Готов! — констатировал я.

— Чисто! — сообщил «напарник».

Мы расслабились. В помещении больше врагов не наблюдается.

Мой «напарник» подошел к столу, ногой буцнул одну из чудом не разбившихся колб, хмыкнул и спросил:

— Г-дин ротмистр! Это чего такое? Что за кружок «Очумелые ручки»?

— Это, г-дин солдат, — передразнил я его (почему-то дико невзлюбил, когда меня г-дином называют), — судя по всему, нечто вроде устройства связи чужих.

— Рация, что ли?

— Я бы назвал узлом связи.

— И с кем он связывался?

— Вот это очень интересный вопрос, — хмыкнул я.

Зачистка комплекса была завершена. Та тварь, которую мы убили, была не единственной. Было еще несколько. Правда, их обнаружили без всякого оборудования. Чертовы «ящерки», осознав, что проиграли бой, то ли хотели пересидеть и дождаться своих, то ли планировали «партизанить» и готовили засаду.

Как бы там ни было, а с ними справились.

Сейчас в самом центре комплекса лежала наша амуниция, ящики с патронами, жратва и вода. Ну и сменные кислородные картриджи.

Увидев всю эту кучу полезностей, я смекнул, что забирать нас не хотят.

Я направился прямо к Рамбо, а тот, оторвавшись от приватника, приветственно кивнул мне.

— О! Кураж! Слышал, ты нашел какого-то химика?

— Ага, нашел. А что это за хлам? — я указал на кучу припасов.

— Подбросили, чтобы мы не голодали.

— Угу… — нахмурился я, — забирать, я так понимаю, нас не планируют?

— Нет. Приказали сидеть тут и ждать прибытия рабочих. Далее будем их охранять.

— Руда должна добываться, — хмыкнул я, — бабки нужно зарабатывать.

— Типа того, — кивнул Рамбо.

— Командир, — подойдя ближе и понизив голос, заявил я, — уверен, что нас тут ждет масса «приятного».

— Ты о чем?

— Я проверил контейнеры с рудой — чужие все забрали.

— Ну, это ожидаемо. Местные руды какие-то необычные. Уже не помню, на что они идут, но командование прямо пищит и требует, чтобы комплекс снова заработал.

— Мне кажется, чужие хотят того же, — заявил я.

— Вот тут не понял…

— Если им была нужна только руда, зачем было оставлять тут бойцов?

— Может, не все успели забрать? Или хотели утащить еще и наше оборудование, но не успели демонтировать?

— Времени у них, как понимаю, было достаточно, — покачал я головой. — Как давно был захвачен комплекс?

— Дня три назад, — наморщив лоб, ответил Рамбо. — Ну да. За три дня они должны были успеть забрать отсюда все. Даже сортиры при желании могли снять.

— Я о том же. Почему тогда остались?

— Да хрен их знает…

— Я думаю, что они планировали тоже запустить комплекс, и ждали прибытия своих спецов, подкрепления.

— Если им был так важен комплекс, почему тут всего пара сотен ящериц была? Не придумывай, сынок! — отмахнулся Рамбо.

— Командир! Я думаю, их было больше, но основная часть отряда отбыла в качестве охраны конвоя с рудой, и они вернутся.

— С чего ты взял?

— Тот «химик», как вы сказали…я думаю, это был радист.

— Радист? — удивленно уставился на меня Рамбо.

— Да, — кивнул я, — он сообщил своим, что мы захватили комплекс.

— А ты не мог ошибиться?

— Нет, — покачал я головой, — я, конечно, понятия не имею, что за хреновина у него там стояла, — ящеры ведь давно уже пользуются аналогами нашей техники, которую переделали под себя, но та штука… Это был терминал связи. Я уверен.

— Если так, — Рамбо тяжело вздохнул, — то надо ждать атаки. Черт возьми… В коем-то веке думал, что по-легкому отделаемся и наконец-то будет у нас миссия, где будем просто сидеть и в потолок плевать… Что ж нам так не везет?

— Может, мы просто не умеем сидеть на месте и плевать в потолок? — усмехнулся я.

— Может, — согласился Рамбо, — зато мы умеем находить проблемы на свою пятую точку… Значит так, выстави часовых по периметру. Я попытаюсь связаться с начальством, опишу всю суть проблемы и попрошу помощи. Если им так нужен комплекс — пусть помогают…

— Понял, принял, — кивнул я и тут же направился выполнять приказ.

Когда я расставил часовых, обошел весь комплекс по периметру, заметил, что погода на этой планете очень и очень неспокойная. Кругом безжизненная пустыня, но если раньше она выглядела «мирно», то сейчас все изменилось.

Небо, отдающее серо-зеленым цветом, начало резко темнеть, хотя по местному времени должен был быть полдень — до заката еще далеко.

Я стоял на крыше одного из строений и вглядывался вдаль.

Кажется, понял, что происходит. Приближается песчаная буря. Уже поднялся сильный ветер и далеко на горизонте я вижу нечто, напоминающее песчаную волну, неумолимо катящуюся вперед, в нашу сторону…

Я спрыгнул вниз и бегом направился к Рамбо.

Сразу его найти не удалось, лишь побегав, застал его со связистом в одном из жилых модулей, оборудованном под «казармы» для работников комплекса.

— Г-дин…

— Что там у тебя? — недовольно буркнул Рамбо, нависая над связистом, и вдруг рявкнул на него. — Чего ты там возишься? Сколько можно⁈

— Простите, г-дин майор, я совершенно не понимаю… — испуганно блеял тот.

— Дай мне связь! Мне срочно нужно поговорить хоть с кем-то!

— В эфире только помехи, я никого не слышу. На всех частотах только помехи.

— Да твою же…

— Г-дин!

— Да чего тебе? — обозленный Рамбо повернулся, наконец, ко мне.

— Похоже, приближается буря, — заявил я, — быть может, из-за этого проблемы со связью.

— Да чтоб вас… Только бури нам не хватало! — Рамбо не удержался и выматерился. — Значит, тот ублюдочный ящер успел своим настучать, что мы захватили комплекс, а мы своим сообщить, что нам тут могут здорово надрать задницы, не можем? Просто блеск! Интересно, это я проклят, или мы все такие везучие?

Пылевое облако или, скорее, пылевая волна приближалась с огромной скоростью. По моим прикидкам у нас было всего минут десять, прежде чем комплекс и нас в нем накроет.

Плохо. Очень плохо. С одной стороны чужие вряд ли смогут нас атаковать в этот момент — им ведь в бурю тоже нелегко придется. С другой, если они все же решатся и доберутся до нас — будет ой как непросто.

Что такое пылевое облако — я прекрасно знал. И плевать, что я в «Рыцаре». Когда видимость ограничивается всего несколькими метрами, техническое преимущество полностью нивелируется. В том плане, что в ближнем бою, особенно если у противника численное преимущество, у нас не будет шансов.

Особенно если чужие пришлют не рядовых бойцов, а кого покруче.

Ах да! Я ведь совсем забыл рассказать о том, что в касте воинов у «ящеров» есть внутренняя иерархия. Рядовые бойцы, как упоминалось выше, превосходят людей физически, но победить их можно за счет техники боя, опыта, навыков.

Но у ящеров уже появились свои «ветераны», плюс ящеры не спят и быстро учатся. Так что если видишь ящеров в грязно-зеленых скафах — ничего страшного. Чаще всего это новички, неопытные и наивные, которых можно довольно легко перебить.

А вот ветераны уже чуть крупнее, у них и амуниция получше, и по уровням навыков «новички» им не чета. Победить такого становится довольно трудно, хоть и возможно.

Ну и, наконец, есть еще «элита». У этих сволочей имеются уже полноценные экзоскелетные бронескафы, в чем-то копирующие наши «Рыцари». Один такой боец может натворить много дел и создать проблемы на ровном месте.

Самое отвратительное, что «элиту» завалить возможно только из чего-то тяжелого. Например, из станкового лучемета. Причем не одним попаданием. Нужно дать очередь, положить все импульсы в цель, и тогда, быть может, скаф получится пробить, а сидящего внутри ящера убить.

Есть среди них и эдакие «диверсанты» — та же «элита», но со снаряжением попроще, легче. Их можно завалить и с помощью штатного нашего оружия, но эти сволочи чрезвычайно хитрые и коварные.

Сколько было раз, когда космодес убивал такого, подходил ближе, и проклятый «ящер», как оказывалось, лишь прикидывался убитым, а улучив момент, тут же бросался в атаку, причем часто самоубийственную.

Понятно дело, что таких камикадзе все же убивали, но напоследок он успевал забрать с собой кучу людей — либо банально взрывался, либо, если столкнулся с космодесами-новичками, успевал вырезать несколько МТГ, находившихся рядом с ним. Уж что-что, а скорости, живучести и точности «диверсантов» мог позавидовать напичканный имплантами ветеран-космодесантник.

А еще, что более забавно, у людей понять, кто перед тобой — опытный ветеран, элитный боец или зеленый новичок было довольно сложно непосвященному. Ну, говоря литературным языком, отличить их можно было по «характерному взгляду», «глазах, которые видели многое», «шрамам, дающим понять, что человек прошел через пекло». И да, я увлекся легким приключенческим чтивом. А что делать? Целый день лежать в каюте «Энея» чертовски скучно, а сном и едой, тренировками весь день не забьешь.

С ящерами же все было намного проще. Так, у опытных ветеранов, как я уже говорил, амуниция была куда лучше и, как бы правильно сказать…индивидуальная, что ли? А элита и вовсе отращивала себе эдакие гребни, так что перепутать их было никак нельзя. Даже через прозрачные забрала их шлемов можно было понять, кто перед тобой, и тогда уже действовать по обстоятельствам.

Короче говоря, к чему я это все? К тому, что буря была идеальным прикрытием для того, чтобы забросить к нам десяток «элитов», которые наведут шухер, а затем уже подойдут основные силы и добьют тех из нас, кто сможет выжить.

Допускать этого я совершенно не собирался, потому сразу подкинул несколько идей Рамбо, а он, оценив их, мгновенно одобрил.

Если с жуксами мы воевали «сами», то бойцы, сражавшиеся с «ящерами», имели ряд преимуществ. В частности — дроидов.

И нет, не тупых «Шутеров», которые наводились на цель и начинали в нее палить, иногда даже через союзников, и не АОДов, которые были либо тупые, как пробка, либо чрезвычайно умные. Настолько, что ни с того ни с сего вдруг слетали с катушек, стирали основные директивы и устраивали мясорубку прямо в лагере, выбивая тех, с кем накануне шли в бой плечом к плечу, кого должны были прикрывать и защищать.

Хвала небесам, что нам не посчастливилось познакомиться с Б. А. Б. У. Л. Лично, но я о них наслышан. Это боевой автономный бот был создан, если судить по аббревиатуре, для устрашения и ликвидации, с чем справлялся просто отлично. И в отличие от обычных АОДов, т. е. дроидов, действующих по шаблонным схемам, эта штуковина имела настоящий искусственный интеллект, который так же мог использовать шаблоны, но делал это редко, практикуя собственный опыт или опыт своих «собратьев», с которыми был соединен в единую сеть. Изначально казавшийся гениальным, проект был свернут, так как эти машины «слетали с катушек» и ликвидировали, устрашали своих. Это стало настолько частым явлением, что стоило только появиться этим машинам в лагере или на корабле — бойцы предпринимали все возможное, но ломали, выбрасывали в космос, любым другим образом уничтожали эти машины до того, как их включат.

В конце концов, от них отказались, и хорошо. Слышал я, что Б. А. Б. У. Л. был первой, легкой моделью. А были еще и А. Р. Н. И. — это уже тяжеловооруженные и тяжело бронированные модели. Но бойню они могли устроить еще хуже, чем Б. А. Б. У. Л. ы.

Когда нас перекинули воевать с «ящерами», эти штуковины были давным-давно списаны и утилизированы. Вместо них были обычные АОДы. Вот только толку от них было маловато, так что нам подкидывали всякие полезные девайсы вроде робопсов, которые могли тащить боеприпасы отряда, тем самым разгрузив бойцов или летающих миниатюрных разведчиков ОКО. Были у нас и автоматические турели, развернуть которые было делом нескольких секунд.

Так вот, моя идея заключалась в том, чтобы использовать все это. Во время бури, конечно, их сенсоры и датчики не будут работать как положено, но это хоть какая-то дополнительная помощь и охрана. Более того, железяки эти я решил расставить на «внешнем» периметре комплекса, на подходах к нему.

Если хоть одна железяка что-то засечет, мы уже будем предупреждены.

Ну и, соответственно, когда знаешь, что противник близко, с какой стороны он подбирается, ты уже не такой беззащитный.

Так что сейчас все, кто знал или хотя бы имел понятие, как использовать все эти железные хреновины, метался вокруг комплекса, устанавливая, настраивая и подключая в единую сеть.

Я, несмотря на то, что выбился вроде как в «начальство», работал наравне с остальными.

Очередная турель была установлена метрах в десяти от пандуса комплекса.

Я запустил режим монтажа и терпеливо дождался, пока турель зафиксируется на поверхности, широко раскинув «лапы», часть из которых вроет глубоко в песок.

«Лапы» уже стали на места, орудие выдвинулось из корпуса, стало в боевое положение, мигнули сигнализаторы, и турель принялась водить орудием из стороны в сторону, будто выискивая подходящего противника.

Так. Есть. Теперь нужно подключить ее к сети.

Я не без труда открыл сервисный люк, достал из скафа шунт прямого подключения и, вставив его в порт, дождался появления коммуникационного окна.

В нем я быстро вбил все нужные команды, заставляя турель подключиться к начавшей развертываться оборонной сети, в которую подключали и другие турели, и разведывательных дронов, и даже самих космодесов. Что увидит или услышит один из нас или любая из наших железяк — увидят и услышат и все остальные. Железякам станет легче целиться в противника, они повысят точность, смогут исключить ошибки «распознавания». Ну а люди смогут понять, с какой стороны их атакуют, кто это, и как с ними можно бороться.

— Дед! Турель установлена, — сообщил я.

Дед у нас как раз и курировал всю техническую часть, и именно он со своими бойцами разворачивал сеть.

— Есть новое устгойство, — ответил он, — дай мне номег машинки — пговегю, подключилась ли к сети.

— АРМ-106510017, — ответил я, прочитав серийный номер прямо на сервисном люке турели, который к этому моменту успел вернуть на место.

— Да, есть подключение. Давай следующую…

Я тут же поднялся и направился к следующей точке. За плечами у меня было еще три турели. Больше, к сожалению, утащить я не мог.

Когда ставил очередную турель и у меня оставались еще две, так увлекся процессом, что совершенно забыл о надвигающейся буре, а когда повернул голову, понял, что у меня всего несколько секунд.

Откинув сервисную крышку даже до того, как турель успела «установиться», я провел уже ставшие привычными манипуляции и позвал Деда.

— Здесь! — откликнулся он. — Кугаж, ты бы уходил, бугя на…

— Проверяй! АРМ-1006510019! — скороговоркой выдал я.

— Девятнадцатая? Сейчас… Да, е…фт-т…ты…дыр…мо…

А, черт! Чертова буря еще и вызывала помехи. Впрочем, мы это узнали, еще когда пытались вызвать подкрепление.

В этот момент буря дошла до точки, где я находился. Удар пыльной волной был столь мощным, что я, даже будучи в «Рыцаре», пошатнулся и чуть было не завалился на бок. Лишь выставленная рука, которой я уперся в песок, удержала от падения.

Вокруг все резко потемнело, будто наступила ночь. Мимо меня проносились плотным потоком песчинки, и я даже слышал, как они шелестят, на всей скорости ударяются в броню «Рыцаря», скользят по ровному металлу и уносятся дальше, подгоняемые бешеным ветром.

Превозмогая или, скорее, балансируя, чтобы ветер не свалил меня на песок, я поднялся на ноги и побрел в сторону комплекса.

Хоть ветер дул мне в спину и казалось, что идти должно быть легко, я шагал медленно, контролируя каждый шаг, чтобы не завалиться. Я даже представлять не хотел, что было бы, если бы мне пришлось продираться сквозь бурю. Как это сделать? Ползком? Ведь сила и мощь ветра такая, что даже в «Рыцаре», оснащенном сверхкрутыми мнемомышцами, преодолеть это сопротивление было сложно.

Тем не менее, я добрел до комплекса, вошел в маленький проем рядом с воротами и облегченно выдохнул — тут, под укрытием стен, стало гораздо легче.

— Эй! Кураж! Ты как там, живой? Не сдуло? — меня хлопнул по плечу появившийся из ниоткуда Куча.

— Нормально, — буркнул я, — что у нас там? Успели организовать оборону?

— Да хрен знает. Это к Деду, — пожал плечами Куча.

— Я о бойцах.

— А… Бойцы на местах. Хлопцы запряжены, кони пьяны, — рассмеялся он.

А я поморщился. Что он сейчас вообще сказал? Из какого-то вестерна, что ли?

— Ладно, пошли в командный центр, — приказал я.

Командный центр Рамбо расположил в одном из цехов по очистке руды. Именно там находились наши припасы, амуниция, патроны и Дед со своими бойцами, развернувшими управляющий блок нашей охранной сети.

Самый кайф был в том, что у цеха имелся переходной шлюз, так что пройдя его, мы оказались в помещении, всецело защищенном от летящего с бешеной скоростью песка и завываний ветра.

О, как же хорошо тут! И как же не хочется наружу…

— Кугаж! Я уж испугался, когда ты со связи пгопал! — Дед оторвал взгляд от монитора и радостно нам улыбнулся. — Думал, тебя или унесло, или чужие уже пгишли…

— Обошлось, — буркнул я, — и чего вы все меня пушинкой считаете, которую ветер может унести?

— Ты нам очень дорог. Боимся потерять! — ответил Рамбо.

— Ой, как мило! — рассмеялся я.

— Хватит лыбиться, — осадил меня Рамбо, — в тебе баз знаний на взвод новичков хватит, а за твой «Рыцарь» мне потом отвечать и рассказывать интендантам, что тебя унесло реально, а не я на черный рынок костюм толкнул.

— Майор! Так хорошо начал, и все испохабил, — вздохнул я. — Так, ладно. Шутки шутками, а делом надо заниматься.

— Согласен, — усмехнулся Рамбо. — Дед! Чего там с нашей сетью?

— Габотает.

— Прорехи есть?

— Фу, какое слово пготивное, — Дед его словно на вкус проверил. — «Пгогехи»…какой козел пгидумал только?

— Дед!

— Да есть, куда без них… Но их мало. Сейчас еще с юго-востока Выдга должна поставить две тугели, и тогда в целом погядок. Будем «видеть» весь пегиметрг. А дыгки пгедлагаю заткнуть дгонами.

— Их точно сдует, — встрял Куча.

— Пгикажем сесть на песок или вкопаться по пояс, — пожал плечами Дед, — не суть важно.

— Хо! Тоже мысль! И как ты это так быстро придумал? — обрадовался Куча.

— Учись, — важно заявил Дед, — голова зачем нужна?

— Чтобы туда есть! — расплылся в улыбке Куча.

— Ну, в твоем случае да, — согласился Дед, — но вообще ею еще можно…

— Сморкаться, смотреть и слушать! — выдал Куча предположение.

— Это нос глаза и уши, дубина ты! — вздохнул Дед. — Голова нужна, чтобы думать.

— О чем?

— Как смогкаться, — буркнул Дед. — Так, когоче! С сетью погядок будет, как дгонов выпустим. Даже бугя нам теперь нипочем — мы все видим и слышим. Недалеко, пгавда, но…

— Выдра когда справится?

— А я откуда знаю? Связи ведь нет. Как бугя накгыла комплекс, так и все…

— Но сеть ведь работает как-то? — удивился Рамбо.

— Э…там технология такая…пакеты данных маленькие, гезевных каналов тьма, плюс еще и по лучу… Но я сейчас АОДов подключу — у нас десяток есть в запасе, пусть кабеля пготянут. Тогда связь появится.

— О! Это дело, — обрадовался Рамбо. — Кураж!

— Я!

— Проверь посты. Предупреди, что будем стоять по два часа. Никуда не отлучаться, сидеть по трое. И глядеть в оба!

— Понял!

Я развернулся и пошагал на выход. Куча последовал за мной.

— А ты чего прешься? — поинтересовался я у него.

— Подумал тут…чего один будешь бродить? Вдвоем и веселее, и безопаснее.

— Молодец, — усмехнулся я, — зря все-таки Дед на тебя наговаривает.

— Да ну его, пустобреха старого! — отмахнулся Куча.

Посты мы обошли минут за сорок. Никаких проблем, бойцы на месте и «бдят». Когда вернулись в командный центр, обнаружили там всех сержантов, включая Выдру — она закончила с установкой турелей. Ну, почти всех — Такахаси был отправлен запускать дронов, однако он и его бойцы находились за стенами комплекса, так что в самую бурю вылезать им не понадобилось.

Теперь оставалось только ждать, пока буря закончится. Тогда к нам прилетит подкрепление, привезут спецов, которые запустят комплекс, вместе с ними новая охрана комплекса. А нас, как я надеялся, заберут.

Правда, когда еще эта буря закончится?

Судя по тому, что нет связи с орбитой, уверен, что и боты не захотят сюда лететь. Знаю, проходили.

Нам оставалось только ждать, когда разбушевавшаяся погода успокоится. И желательно, пока буря рвет и мечет, не позволить противнику подойти к нам. А в том, что «ящеры» попытаются это сделать, я практически не сомневался.

Идеальное ведь время. Да, понятное дело, что опасно, но если им сил хватает, то отбить комплекс сейчас — самое оно. А далее они смогут организовать «горячую встречу» нашему подкреплению, когда нас перебьют. То есть если нас перебьют. Позволять чужим это сделать никто не собирался.

Проведя короткое совещание, Рамбо всех распустил, и я отправился немного поспать. Хотя бы пару часов, а затем нужно будет снова обойти все посты. В целом можно было бы поручить это кому-то из сержантов, но…им еще менять караульных, да и другой работы хватало — несмотря на бурю, многие были снаружи, монтировали стационарные лучеметы, минировали подходы к комплексу, помогали АОДам прокладывать кабели…

Но поспать мне не удалось. Едва я закрыл глаза, как кто-то начал тормошить меня.

Передо мной стояла Выдра.

— Что…что случилось? — сонным голосом спросил я.

— Проблемы, Кураж! Две турели что-то зафиксировали, а потом открыли огонь.

— И?

— И все. Тишина. Нужно проверить. Свободных нет, только мы с тобой и Куча. Рамбо велел идти минимум втроем.

— Понял, — вздохнул я и поднялся на ноги.

Ну что? Понеслось?

Мы добрались до восточной стены, прошли вдоль нее и оказались возле ворот. По идее две турели, которые активировались, кого-то засекли и принялись стрелять, находились от входа всего в двадцати метрах.

Нужно было дойти до них и поглядеть, что там случилось, в кого турели стреляли. Если там есть противник — мы это узнаем, если его не было, то нужно разбираться в ситуации и искать, из-за чего подобное случилось.

Собственно, мы не боялись туда идти, так как за прошедшее время буря только усилилась — видимая дистанция сократилась до метра или даже меньше — протяни руку, и ты даже пальцев не разглядишь: завеса из летящего песка все скроет, плюс еще и темень такая, что ничего не видно. Не помогали ни ПНВ, ни ИК фильтры.

Очень сомневаюсь, что ящерам хватило смелости лезть сейчас к нам. Да, раньше я утверждал, что сейчас идеальные условия для атаки, но с тех пор многое изменилось — у нас есть охранный периметр, буря стала еще злее.

Тут задачу надо ставить не комплекс захватить, а хотя бы выжить. Программой максимум я бы назвал возможность добраться до своих.

Даже мы трое, вышедшие за стену, к своей броне привязали тросы.

Нет, это вовсе не страховка, мы не боялись, что нас унесет. Это «маячок», чтобы можно было вернуться назад.

А уж как действовать, когда ты пришел со стороны пустыни, вообще не представляю.

Мы, пытаясь перебороть ветер, двинулись в путь. Двадцать метров дистанции оказались неимоверно сложными — перебороть ветер было той еще задачей.

Еще большей проблемой было то, что нужно было не сбиться с пути — как уже говорил, при такой ограниченной видимости можно быть в паре метров от турели и не суметь ее разглядеть из-за потока пыли и песка, летящих мимо, закрывающих весь обзор, забивающих датчики и сканеры.

— Так, я нашла первую турель! — заявила Выдра.

Ее голос звучал с надрывом, она тяжело дышала. Похоже, не одному мне приходится тяжело — остальным тоже несладко.

— Оп! Кураж! Я нашел еще одну! — заявил Куча.

— Отлично, — буркнул я, — только тебя не видно.

— По тросу иди, — подсказала Выдра.

О! Точно! Скаф Кучи был пристегнут к тросу, а трос болтался рядом со мной, так что я преспокойно пошел по нему и добрался до Кучи.

Тот уже сидел рядом с турелью, пытаясь активировать сенсорную панель и скачать себе данные.

Я грохнулся на колени рядом.

— Дай-ка я попробую, — попросил я.

— Без проблем, — ответил Куча и убрал руки.

Мне действительно это удалось куда быстрее и легче, чем товарищу.

Я скачал все, что нужно — логи и запись того, по кому турель открыла огонь, и затем принялся изучать полученные данные. Сопоставив время в логах со скачанной записью, принялся искать, в кого же палили обе турели.

— Кураж! У тебя что-нибудь есть? — спросила Выдра.

— Я только начал…

— Ага. Поняла.

— А ты что нашла?

— Да ничего. Ни хрена не видно. Какие-то тени… А может, это просто буря так песок несла.

— Понял… — я принялся посекундно просматривать ролик.

Но как бы я ни старался, как бы ни замедлял запись — ничего разглядеть не удалось. Вспышки, пули летят куда-то в пыль и…все.

— Ни хрена у меня нет, — вздохнул я.

— Плохо. Турели ведь на что-то среагировали…

— Может быть, слишком плотные потоки песка, который несла буря, — предположил я и поморщился — как раз в этот момент ветер усилился, и мой скаф затрещал — песчинки били в него словно град, шелест и шум были невероятные.

— Так что тогда, назад возвращаемся? Ни с чем? — подвел итог нашей дискуссии Куча.

— Погоди, — буркнул я, — есть идея…

— Колись, что за идея? — оживилась Выдра.

— Хочу поглядеть, в кого турель палила….

— Хо! Точно! И я сейчас погляжу…

Я еще раз проверил логи, определил, в какую область стреляла турель и на какой дистанции якобы зафиксировала цель, после чего поднялся и приказал Куче:

— Пойдем!

— Куда? — опешил тот, увидев, что я пошагал прочь от комплекса.

— Проверим, куда турель стреляла.

— А это далеко?

— Нет. Метров десять всего.

— Десять? Ты гляди! Близко подобрались!

— Если вообще подобрались, — ответил я, — не факт, что «кто-то» вообще был.

Мы дошли до точки, где по идее должна была быть пораженная турелью цель, но…ничего тут не было.

Мы с Кучей напрасно шевелили ногами, разгребая песок, и силились разглядеть хоть что-то. Кровь или следы давным-давно замело — нечего и пытаться их найти.

Ничьих тел тут тоже не было.

— Выдра! Как у тебя дела?

— А у вас?

— Ничего…

— Ну, тогда возвращаемся.

Я тяжело вздохнул. Рискованная вылазка на деле совершенно ничего не принесла. Откалибровать турели, исключив ошибку в распознавании целей, не получилось, убедиться в отсутствии или же в присутствии врага тоже не удалось. Мы просто полчаса потратили на то, чтобы проторчать в чертовой буре, вместо того, чтобы отдохнуть внутри комплекса…

Я врубил лебедку, которая начала наматывать трос, и дождался, когда он натянется. Затем, схватившись за него, пошагал к воротам.

Выдра и Куча сделали то же самое.

Назад мы добрались намного быстрее, чем шли сюда. Ну, еще бы, теперь ветер дул нам в спину, от чего шагать было намного легче. Хоть и не намного быстрее — нужно было тщательно следить за тем, чтобы не завалиться.

С горем пополам мы по одному зашли в ворота, и Куча, шедший замыкающим, их закрыл.

За забором было куда спокойнее и тише, хотя чертов песок летел уже со всех сторон.

Далее мы побрели к зданию, где находился наш командный центр.

Едва только прошли через шлюз, как Выдра открыла забрало и пронзительно заорала:

— Боевая тревога! Враг на подходах!

— Твою же… — встрепенулся Дед, принялся отдавать команды своим подопечным — турелям и дронам, заставляя их перейти в режим детального сканирования, а также подал сигнал на те посты с живыми бойцами, куда успели протащить кабеля.

Двое капралов, торчавших неподалеку от входа, тут же нацепили шлемы, закрыли забрала на них и юркнули в шлюз — им предстояло обойти те посты, где связи не было. Их задачей было не только оповестить бойцов, но и проверить, все ли там в порядке.

— Выдра, ты… — начал было я, но меня перебил подошедший Рамбо.

— Докладывай! — приказал он Выдре.

Она просто бросила ему какой-то предмет. Тот повертел его в руках, хмыкнул, буркнул что-то вроде: «Вот ведь сволочи! Решились-таки…», бросил предмет мне.

Я, поймав его на лету, повертел в руках и практически сразу опознал — нечто вроде аналога наших стимуляторов, которые таскают с собой ящеры. Причем таскают далеко не новички — либо ветераны, либо элита.

— Чего нам не сказала? — поинтересовался я у Выдры.

— Боялась, что нас могут слушать. Ты же знаешь, что эти сволочи научились взламывать наши каналы, и даже многие знают наш язык. А мы тут, считай, на открытом общались…

— Ну да, — я кивнул, — а если бы они не стали рисковать и решили нас прикончить? А мы с Кучей даже не в курсе, что враг рядом.

— Прикончить вас быстро, когда все трое в «Рыцарях», не получится, — ответил за Выдру Рамбо, — а как только пальнут раз, вы бы уже поняли, что случилось. Выдра! — он повернулся к ней. — Молодец, сообразила!

— Служу Ассамблее! — она тут же приложила руку к груди и виновато поглядела на меня. — Извини, я решила, что так рисков меньше…

— В целом все правильно, — вздохнул я.

С одной стороны обидно, что она ничего нам не сказала, а с другой — сам бы я как поступил? Выдра однозначно все сделала правильно, так что нечего на нее дуться.

Но какие сволочи эти ящеры, а? Ведь турель точно завалила кого-то из них, и остальные, осознав, что мы оставили ловушки, утащили раненого (ну, или убитого), принялись думать, как наш периметр прорвать. Наверняка ведь хотели по-тихому все провернуть, да не получилось.

Ну и чего теперь от них дальше ждать?

Скорее всего, где-то попытаются пойти на штурм. Интересно, где… И еще более интересно, когда? Как давно отработали турели? Где-то около часа назад. И что чужие? Пока сидят тихо. Либо еще не придумали план атаки, либо выжидают, пытаясь понять, узнали ли мы об их присутствии.

Ну, или же они решили, что шансов у них нет, и отступили.

Лично я в последний вариант не верил. Если среди них ветераны или тем более элита, отступать они не будут. Элитные бойцы и вовсе отличались нездоровым упрямством, и всегда перли до последнего. Отступление для них было, такое впечатление, что несмываемым позором, отмыться от которого нельзя, так что они всегда предпочитали верную смерть. Ну и дураки!

— Есть контакт! — объявил Дед. — Севегные вогота. Множественные цели. Тугели и дгоиды откгыли огонь!

— Точно ящеры? — спросил Рамбо, пытаясь хоть что-то разглядеть на экранах, где кроме мельтешащей и летящей с бешеной скоростью пыли и песка, увидеть что-то еще было попросту невозможно.

В этот момент один из дроидов перестал передавать телеметрию. Одна из турелей тоже «отпала» от сети, перейдя в режим «оффлайн». Зато на экранах стали появляться частые вспышки тут и там.

— Точно они, — кивнул Дед, — откгыли ответный огонь. Начали выбивать мои железяки, сволочи…

— Кураж! — тут же повернулся к нам Рамбо. — Организовать ударную группу, оборону командного центра, резерв.

— Есть! — кивнул я и затараторил: — Значит так! Я возглавлю ударную группу. Куча, ты на обороне!

— Может, лучше наоборот? — предложил Куча. — А то мало ли…

— Нет, — покачал я головой, — уверен, что эта атака — отвлекающий маневр, так что ты прикрываешь центр. Глядите со своими бойцами в оба! Уверен, ящерицы попрут на вас. Выдра, ты со своими в резерве! Если я ошибся, и нас прижмут, поможешь. Если мы будем справляться — остаешься с Кучей. Такахаси!

— Я!

— Сколько свободных людей у тебя?

— У меня и Чухи по двадцать. Как раз полчаса назад сменились и отдыхают.

— Поднимай их. На тебе посты без связи. Чуха! На тебе посты со связью. Если где-то начнется прорыв — вы должны быть там.

— Есть.

— Все, начали…

В командном центре тут же началась суета. Со стороны могло показаться, будто люди мечутся в панике, но на деле все было не так. Каждый из нас знал, что нужно делать, начиная от ком взвода, заканчивая техником из команды Деда, все знали, что от них требуется и где их место.

Ну а текущие задачи им уже донесут непосредственные командиры.

Мой отряд, который должен был стать второй линией обороны (первой были дроны и турели), уже был собран и готов, так что я повел их на выход.

Едва покинув командный центр, мы рассредоточились и цепочкой двинулись в сторону стены, за которой и началась пальба.

Расчет был прост — если ящеры смогли прорваться за периметр, они нам попадутся. Если же нет — мы убедимся, что в тылу безопасно, и начнем искать врага за стеной, уничтожим его.

— Красный-два у стены! — послышалось у меня в наушнике.

Ага! Значит, правый фланг уже прошел свою часть пути, так никого и не встретив.

Отлично. Если на территории комплекса нет ящеров, то…

— Контакт! Противник!

Вот же черт! Сколько раз я себя упрекал и каждый раз клялся — ничего не вякать прежде, чем не будешь уверен в том, что уже произошло. А так, когда уже почти проверили комплекс, я решил, что здесь врага нет, и на тебе…

Орал, судя по голосу, капрал Ромов по кличке «Рупор» — уж больно громкий он был. А если это действительно на МТГ Рупора напали, то противник…

Да, точно! Противник прорвался именно там, где и была перестрелка. Получается, чужие выбили несколько турелей и дронов, создали брешь в обороне и заскочили внутрь.

Как много их успело проскользнуть — большой вопрос. Еще больший — сколько их осталось снаружи, и остались ли? Быть может, они успели все зайти на территорию? Нет, вряд ли… Если их мало — это диверсионная группа, а так глупо попасться она не могла. Значит, это первая волна, разведчики, авангард — называйте, как хотите.

— Зеленый, красный! Помогите Рупору, — приказал я, — остальные со мной, к воротам. Бегом, бегом!

Как я думал, так оно и получилось — на территории комплекса действительно были первые разведчики, просочившиеся через нашу сеть турелей и дронов, дроидов. Сейчас позади нас, чуть правее, вовсю кипела схватка. Хоть буря не угоманивалась, ветер продолжал свистеть так, что ничего было не слышно, я видел блики вспышек. Надеюсь, я не прогадал и отправил достаточно людей, чтобы справиться с разведчиками. И, надеюсь, что оставил достаточно, чтобы не пустить новые волны чужих, которые как раз и перли через распахнутые ворота.

— Огонь! — заорал я, едва заметив смутные тени и осознав, кто это может быть.

Вспышки замелькали тут и там, яркие импульсы полетели в сторону ворот, и я убедился в том, что не ошибся — это действительно были ящеры. Они, похоже, или не заметили нас, или в этой буре видели куда хуже нас, но замешкались и получили от нас по полной.

Но все же, стоит отдать им должное, в долгу не остались и ответили.

Ящеры использовали кинетику, причем серьезного калибра, так что я, получив две пули в грудь, едва устоял на ногах.

«Черт, придется чинить нагрудник и менять бронеплиты!» — мелькнуло в голове.

Вот ведь дурень! Главное, что броня выдержала, и эти пули не прошили мое тело!

Тем временем импульсы, которыми мы буквально засыпали противника, успели собрать жатву — под воротами лежал с десяток тел, большинство оставшихся целыми ящеров отходили назад, огрызаясь редкими очередями.

Они выманивают нас или их все-таки мало?

Если первое, то лучше не соваться. Если второе, то значит, что основные их силы сосредоточены где-то в другом месте, и они ударят, как только поймут, что здесь завязалась серьезная драка.

50 на 50. Как быть? Лезть на рожон не хотелось, но…если все же здесь основные их силы и они нас именно выманивают, то стоит запросить подкрепление, и тогда мы сможем разбить ящеров, я в этом уверен. Если же их мало, то позвав подкрепление, я лишу другие фланги поддержки. И что делать?

— Боец! — я схватил первого попавшегося подчиненного за руку. — Бегом к ближайшему посту! Доложить, что мы обнаружили противника, ведем бой. Численность противника неизвестна, подозреваю, что здесь они нас просто отвлекают, а ударить планируют с какой-то другой стороны. Понял?

— Так точно! — кивнул тот.

— Действуй!

Боец сорвался с места, насколько позволял «Рыцарь» и бешеный ветер, побежал к ближайшему посту.

Сам же я решил атаковать. Позиция у нас выгодная, от ворот отходить не будем, плюс…

— Красный! Установить у ворот турели! Запустить дронов. Все подключить в сеть!

— Есть! — отозвался самый ретивый мой капрал.

Ну-с, я вроде все сделал, чтобы обезопасить свой отряд.

Если нас прижмут, сможем отступить — турели нас прикроют, да и подключение дронов к сети позволит командному центру и Рамбо в частности увидеть, что у нас дела плохи.

Тогда от нас требуется одно — продержаться до прибытия подкрепления.

Ну а если здесь мелкий отряд врага — нужно как можно быстрее с ними разобраться, вернуться назад и помочь нашим. К тому моменту, уверен, второй прорыв уже начнется.

— Вперед! — заорал я, не столько подбадривая остальных, сколько себя. Все же мне еще не приходилось сталкиваться вживую с ящерами, а тренировки и виртуальная реальность — это совсем другое. Какой бы качественной виртуальная реальность ни была, а ты все равно ощущаешь, видишь, слышишь ее искусственность. Нет адреналина, не так работает интуиция, ты не так взвинчен, как в настоящем бою. Это словно бифштекс с кровью. Одно дело есть настоящий, как дома, и совсем другое — приготовленный в какой-то забегаловке, ну, или же вовсе синт-заменитель. Выглядит вроде так же, но на деле…

Я одним из первых добрался до ворот, и…из-за створок на меня выскочила огромная фигура, настоящий гигант.

Я попытался пальнуть в противника, но чертова тварь оказалась чрезвычайно быстрой — она просто схватила мое оружие, отвела его в сторону, от чего импульсы улетели куда-то в небо.

А затем, прежде чем я успел что-то сообразить, мне в голову, прямо в забрало шлема, прилетел здоровенный кулак.

Несмотря на все защитные механизмы, уплотнители, держатели для шеи, башка моя мотнулась, как шарик в вазе, и я больно приложился виском о собственный шлем.

Я рухнул на песок, а надо мной склонился враг — через прозрачное забрало я смог рассмотреть ящероподобную морду, которая щерилась в кровожадной улыбке, в глазах его я прочитал злобу и ненависть.

Мой взгляд скользнул по экипировке противника и по спине пробежал предательский холодок.

Это никакой не новичок и даже не ветеран. В первом же бою против чужих я получил себе в противники, и от него же получил по башке, самого настоящего элитного бойца ящеров, против которых, как я слышал из многочисленных рассказов более опытных товарищей, обычному человеку в рукопашном бою не выстоять.

А тем временем ящер замахнулся, намереваясь добить меня.

Даже спустя годы я не мог объяснить, как это сделал. Мой финт пытались повторить, даже я сам пытался, но не выходило, из-за чего пошли слухи, что я соврал, и дело обстояло иначе.

Но я сделал то, что сделал.

В первую очередь я перекатился в сторону, и это само по себе было чудом, учитывая, что на мне был «Рыцарь», который весил столько, что даже ходить в нем, несмотря на все усилители, компенсаторы и прочую тряхомундию, было той еще задачкой.

Кулак ящера ударил в песок, где мгновением назад был я. Его рука погрузилась глубоко, а удар был такой силы, что он даже не сразу смог вытянуть руку, ее словно засосало.

Ну а я тем временем совершил второй финт, который и пытались повторить многие мои сослуживцы — сжался, будто эмбрион, оттолкнулся ногами, перекатился назад и стал на ноги.

Не без труда выровнялся, сохранил равновесие, чтобы не завалиться вновь на песок.

Несколько секунд я и ящер глядели друг на друга, и эти мгновения, казалось, заняли целую вечность.

А затем он ринулся в атаку.

Уж не знаю, откуда взялись рассказы про этих бойцов, о том, какие они сильные, ловкие, быстрые, и насколько хорошо умели махаться, на деле оказалось, что все это брехня.

Все, кроме силы.

Кулаки его то и дело проносились надо мной, рядом со мной или возле меня, и я прямо кожей чувствовал — один удар, и я окажусь на песке, а ящер меня просто забьет. Он будет колотить в броню, пока не сомнет ее. Поэтому я не подставлялся, весь сосредоточившись на том, чтобы уклониться от очередного удара.

Больше я пока ни о чем не думал, лишь следил за его руками.

Удар справа — уклониться, удар слева — присесть. Пропустить кулак, летящий с бешеной скоростью, над собой. Удар — уклониться, удар — присесть, удар — отскочить… И так раз за разом, раз за разом…

Вокруг нас, как и прежде, ревет буря, песок летит во все стороны, кружит рядом, наши братья по оружию сражаются, гремят выстрелы, ярко сверкают импульсы, кричат от боли раненые, а мы продолжаем драться.

Человек, родившийся так далеко, что его родной мир отсюда не увидеть даже с помощью самой мощной оптики, и ящер, родившийся и вовсе на другом конце Галактики.

Мы деремся, так как наши расы, наше мировоззрение, наши интересы, как и интересы наших видов, в корне отличаются. Это не бой один на один, это бой человечества, против расы разумных рептилий. Кажется, что на кон в этой драке поставлено все. В зависимости от того, кто победит, станет понятно, кому суждено выжить, а какой вид канет в Лету…

И пока что человечество в моем лице проигрывает. Я лишь уворачиваюсь от ударов, даже не пытаясь контратаковать.

Но и мой противник уже устал — удары его стали не такие размашистые и быстрые, перестали сыпаться так часто…

Я получил небольшую передышку и вдруг осознал — противник не может предугадать мои действия. Он бьет наудачу, но не может «читать» меня. А я могу. По тому, как он заворачивает корпус, от того, какую ногу он выставляет вперед, я понимаю, какой рукой он попытается нанести удар.

Я отважился и проверил свою теорию — оба удара прошли мимо, хотя я откровенно подставился. Более того, воспользовавшись моментом, я ударил сам, и мой удар легко достиг цели — я видел, как голова ящера зашаталась внутри шлема, как он здорово приложился лбом о прозрачное забрало.

И я перешел в наступление. Вот только противник, начавший обороняться, защищался крайне плохо — он пропускал удары один за другим, и хотя они были не настолько мощными, как его, я брал не качеством, а количеством.

Но даже этого было недостаточно, чтобы победить — слишком уж сильным, живучим и выносливым оказался враг.

И у него был предел возможностей. Его выносливость имела границы. Так, если раньше он пытался уворачиваться от ударов, как это делал я, то теперь он пытался ставить блок. Если раньше он пытался контратаковать или вовсе перехватить инициативу, то теперь уже оставил эти попытки.

Я собрался с силами, провел серию ударов, а потом провел прием, который с натяжкой можно было бы назвать подсечкой. То неуклюжее движение, обусловленное тем, что я был в «Рыцаре», высмеял бы любой мало-мальский рукопашник, но ящеру было не до смеха. Он рухнул, как подкошенный, однако все же попытался подняться…

Воспользовавшись преимуществом, я тут же размахнулся и мощным ударом вновь опрокинул его на песок.

Чертова тварь не сдавалась — пыталась подняться.

Очередной удар, и противник улегся.

— Да что же это? — в сердцах воскликнул я, увидев, как ящер зашевелился, пытаясь подняться.

Но еще одной попытки отправить его в нокаут не потребовалось.

В груди ящера вдруг появилось отверстие. Оплавленная броня медленно стекала внутрь, к почерневшему отверстию уже в его теле.

Я резко повернул голову.

— Выдра! Ты как тут? — заорал я, увидев ее (хоть она и была в броне, в шлеме с закрытым забралом, однако опознал я ее по рисункам на бронескафе). Девушка стояла, держа в раках высокомощный плазмер, из которого и убила моего противника.

— Привет, Кураж! Вижу, развлекаешься? — весело поинтересовалась она. — Правду говорил инструктор: «Если в бою потеряешь все оружие — не беда, главное — найти такого же растяпу, как ты, и вступить с ним в рукопашный бой». Ты что, решил проверить, кто сильнее? Или действительно успел все прое…хм…потерять?

— Выбил пушку из рук, — буркнул я, — чуть не пристрелил. Вот и пришлось…

— Понятно… — хмыкнула Выдра, — ну что же, техническая победа за тобой.

— До технической по очкам была, — проворчал я.

— Ну извини, не знала, что помешала.

— Какого хрена вы здесь? — спохватился я. — Ящеры ведь с другой стороны сейчас попрут и…

— Успокойся! Ящеры уже попытались ударить по нам, — перебила она меня.

— И?

— Мы их перебили. Похоже, самый жесткий замес был как раз тут у вас. Они бросили на отвлекающий маневр лучших бойцов, а на главный штурм отправили всех остальных. Эти идиоты не нашли ничего лучше, чем переть прямиком к нашему командному центру!

— И вы их остановили?

— Остановили, — кивнула Выдра, — Дед отключил турели, дал этим идиотам возможность зайти на территорию комплекса и снова включил турели. Их там словно в мясорубке перемололо…

— Охренеть! Так мы, выходит, отбились?

— Ну, похоже на то.

— Г-жа! — в этот момент один из бойцов Выдры подошел к моему поверженному противнику. — Этот вовсе «элитным» был.

— Надо же, — удивленно протянула Выдра. — Кураж, а ты «элиту» завалил.

— Вообще-то ты его завалила, — напомнил я.

— Ну, до этого ведь ты по очкам лидировал?

Ночь эта была, наверное, самой суровой и длинной в моей жизни. Даже на родной планете, когда зимой мы после заката солнца не высовывали носа на улицу, так как там зверствовала метель и вьюга, не было так некомфортно и стремно.

Буря, казалось, усилилась еще больше. Ветер был такой, что его было слышно даже тем, кто находился внутри здания.

Бр-р-р…даже представлять себе не хочу, каково ребятам, сидящим на постах и выглядывающим новых противников.

Несколько наших турелей буря смогла вырвать с места и унести неизвестно куда. Не повезло и трем дроидам — одного унесло, двух других буря просто разбила о стены.

Я сидел, вслушиваясь в непрекращающийся шелест, доносившийся снаружи — песок бил в стены, будто бы пытаясь пролезть внутрь, добраться до нас.

— Эй, Кураж! — Выдра присела рядом, протянув мне термос с горячим напитком. — Ты чего не спишь?

— Да заснешь тут… — буркнул я, благодарно кивнув, принимая из рук Выдры термос.

— Бывало и хуже, — заметила она.

Я лишь пожал плечами. Может и бывало, но я этого не помню.

— Ты молодец, — вдруг заявила Выдра, — выстоять против «элиты» ящеров — это надо уметь!

— Просто повезло, — пожал я плечами, — этот остолоп действовал как по шаблону, словно АОД.

— Тем не менее, — не согласилась Выдра, — хоть один удар бы пропустил — и все, пиши пропало. У них ведь сила удара такая, что мало не покажется.

Это да, тут она права. В обычной броне или даже броне космодесов единственное попадание отправило бы меня в мир иной или в клон-центр. В «Рыцаре» удары ящера можно было пережить, хоть и недолго. Этот амбал с пары ударов повредил бы сенсоры или электронику под броней, и тогда все… Броня бы меня уже не спасла — ящер бил бы, пока не прикончил бы меня…

— Как думаешь, мы их победим? — поинтересовалась вдруг Выдра.

— Кого «их»? Ящеров?

— Нет, — помотала она головой, — конгломерат. Чужие — это ведь не только жуксы и ящеры. Там полно всяких рас. Спруты, камни, гвинилы…

— Ну, про спрутов и камни я слышал, — хмыкнул я, — а что еще за гвинилы?

— А это нечто среднее между нами и ящерами, — пояснила Выдра, — вроде как раса интеллектуалов.

— М-да? Никогда о таких не слышал. Тем более не видел.

— Я слышала, но не видела, — сказала Выдра, — хотя один пилот рассказывал, как во время боя его корабль вынужден был совершить аварийную посадку на ближайшую планету, и туда же упала спасательная капсула гвинилов.

— И что?

— Да ничего, — пожала она плечами, — какое-то время он и гвинил пытались убить друг друга, но на планете оказалось не так-то просто выжить. Вот они и вынуждены были скооперироваться, чтобы выжить…

— И что потом?

— Потом гвинил сдох, но перед этим родил ребенка.

— Родил?

— Гвинилы не имеют пола, — пояснила Выдра, — они гермафродиты.

— Тогда уж у одного существа два пола сразу, — хмыкнул я.

— Чего? Это как?

— Ну, сам может зачать потомство. Партнер не нужен.

— Блин, и откуда ты такой умный в ВКС взялся? — поразилась Выдра.

— Да так…читал кое-чего…

— Интересно, чего и где это ты такое читал? — заулыбалась Выдра.

— Да это про животных, — отмахнулся я, — есть и на Земле такие виды животных, что могут как и эти твои гвинилы…

— Да ладно⁈

— Угу… Так и чего же потом случилось с этим твоим пилотом?

— Он не мой, — поправила меня Выдра, — а случилось… Что случилось? Прилетел спасательный корабль, забрал пилота и детеныша гвинилов. Далее с помощью остатков амуниции умершего пришельца контрразведка смогла связаться с его соотечественниками, отдать им детеныша…

— И дальше чего?

— Да ничего. Гвинилы вроде как с нами не воюют теперь…

— Из-за того, что мы отдали им детеныша?

— Нет. Не знаю я, — поморщилась Выдра, — заключили какой-то пакт, гвинилы обещали не вмешиваться в войну. Пока… Но ящеры на них надавят, я уверена.

— Может, и нет, — заявил я, — вон, с жуксами ведь удалось мир заключить?

— Жуксов фактически разбили, — ответила мне Выдра, — и еще не факт, что с ними мир будет. Слышала я, что есть рои, которые продолжают набеги на наши планеты. Да и ящерам они помогают.

— Ну, это отщепенцы. Основная масса…

— Да хрен его знает, отщепенцы или нет, — перебила меня Выдра, — главное, что помогают. Надо скорее уже разбираться со сраными ящерами, или они подтянут и жуксов, и гвинилов. Тогда нам придется туго…

Мы проболтали долго. Я даже не заметил, как много времени прошло.

Не заметил и того, что буря начала наконец-то успокаиваться.

Просто в какой-то момент вдруг понял, что не слышу больше характерного шелеста, бьющегося о здание песка, не слышу завываний ветра.

Неужели все? Неужели буря закончилась?

Словно в подтверждение моей теории послышался зычный голос Рамбо, он после боя отправился спать, и теперь, выспавшийся и бодрый, заявившись в командный центр, принялся раздавать команды.

— Дед! Что там с обстановкой?

— Погядок, — Дед не прилег даже на минутку, потому выглядел, как выжатый лимон или как нарик со стажем — красные глаза, под ними черные круги, лицо осунулось — ночка выдалась та еще…

— Враги? Буря?

— Вгагов нет. Бугя угоманивается…

— Отлично! Кураж! Выдра! Куча!

Мы поднялись на ноги.

— О! Вы тут? — обрадовался Рамбо. — Значит так! Выдра — на тебе южная сторона, на Куче северная — обойдете, проверите периметр. Кураж, на тебе посты. Когда в последний раз был обход?

Я поглядел на часы и вспомнил, что Такахаси сорок минут назад вернулся в командный центр, доложился о том, что все нормально, и отправился спать. Я должен был начинать обход минут через двадцать, о чем и доложил Рамбо.

— Тогда можешь начинать обход уже сейчас, — приказал Рамбо, а затем хмыкнул, разглядывая мое лицо. — Ты что, вообще не спал?

— Как-то не задалось…

— Понятно… Ладно, обход, и дальше по ситуации.

— Есть!

Мы с Выдрой выбрались наружу из командного центра (Куча вышел чуть ранее), и я даже зажмурился от яркого солнца, бившего прямо в глаза. Настолько яркого, что даже, казалось, световые фильтры на забрале от него не спасали.

Буря прошла. Ветер, конечно, был все еще сильным — гоня песок, швырял его на комплекс, но все же это уже была не буря.

Мы пережили сегодняшнюю ночь. Смогли отбиться от ящеров, переждали бурю.

Надеюсь, скоро прибудет подкрепление и мы свалим отсюда.

Хотя…вполне возможно, что ночью мы разобрались не со всеми ящерами, и где-то неподалеку есть еще.

Но пока они не нарисовались, а если прилетят новые бойцы, нас снимут с охраны объекта, то эти ящеры, заныкавшиеся где-то в пустыне, будут уже не моей проблемой…

Я проверил посты, сменил на них бойцов свежей сменой и вернулся в командный центр.

Забавно: пока болтал с Выдрой, был ни в одном глазу, а как только пошел в обход, тут же глаза пытались закрыться сами собой. С горем пополам я добрался назад, доложился Рамбо, и тот, сжалившись надо мной, отправил спать.

Обходов на сегодня не планировалось — стоял ясный день, была отличная видимость, так что Рамбо планировал убрать часть постов, оставив лишь те, где имелась связь.

Следов ящеров тоже пока не наблюдалось. В том смысле, что никаких признаков готовящейся атаки не было. Дед запустил несколько дронов, которые теперь, даже несмотря на сильный ветер, могли облететь пространство вокруг комплекса, разведать территорию вокруг, сказав нам, есть ли поблизости враг.

Дождавшись, пока Дед проверит все в пределах пяти километров вокруг, я отправился спать. Дед, к слову, тоже решил отдохнуть, заставив своих подчиненных проверять все вокруг в радиусе двадцати километров, приказал восстановить охранный периметр и закончить прокладывать линии к постам. Ну и что, что сейчас со связью был полный порядок? А ну как очередная буря грянет?

Рамбо же вовсю щебетал с «Энеем», докладывая о последних событиях и договариваясь о том, чтобы нас как можно быстрее отсюда забрали.

Я развалился в дальнем углу, за какими-то установками, где было тихо и темно, после чего практически сразу провалился в сон.

Снилось мне, что я наконец-то отправился в отпуск, который решил провести на какой-нибудь курортной планете. Теплый климат, прозрачная вода, ласковый шум прибоя, и никаких тебе вокруг ящеров или жуксов, никаких песчаных бурь или других напастей.

Неделя, а то и две, блаженства и спокойствия…

Боже, как же мне этого иногда не хватает!

Хотя… спокойствие бывает, пока мы летим куда-нибудь на «Энее», и от этого «спокойствия» становится тошно. Но все же это другое. Одно дело — лететь туда, где тебе предстоит драться, при этом страдая от безделья и скуки, и совсем другое — отдыхать на пляже, никуда не торопясь, не дожидаясь прибытия в пункт назначения и не нервничая перед предстоящей дракой…

— Эй, Кураж! Кураж! Подъем!

Шум накатывающихся на берег волн резко стал тише, картинка перед глазами померкла, но я упрямо не желал пробуждаться, я хотел, чтобы мой сон, такой чистый, такой легкий, какие мне снятся крайне редко, продолжался, не заканчивался.

— Кураж! Вставай! Срочно!!!

Я открыл глаза и уставился на разбудившего меня Кучу. Тот был всклокоченным и чрезмерно возбужденным, а это нехорошо — это значит, что произошло или произойдет нечто важное…

— Что случилось? — спросил я.

А случилось ни много, ни мало — за нами прилетел бот. Я даже ушам своим не поверил. Был уверен в том, что мы тут застряли надолго, и куковать будем до посинения.

Но у нашего начальства, видимо, были на нас иные планы, так как уходить нас отсюда заставили быстро. Два бота «сменщиков» только начали разгружаться, бойцы начали занимать посты, Рамбо вводил в курс какого-то незнакомого мне коммандера, размахивая руками и показывая, где организовали блокпосты, с кокой стороны к нам пытался прорваться противник и где мы организовали командный пункт.

— Ротмистр! — окликнул меня Рамбо, едва заметив. — Организуйте погрузку амуниции!

— Есть, — откликнулся я.

— Ха! Кураж! — подскочил ко мне и чуть ли не обнял Куча. — Мы сваливаем отсюда! О, как я рад! Мне кажется, что сраный песок повсюду! Как же я хочу снять скаф и наконец-то помыться.

— И, небось, сортир на полдня занять! — хмыкнула проходящая мимо Выдра, тащившая ящик с неиспользованными боеприпасами.

— Не без этого, — легко согласился Куча, — а что, имею право! Человек должен иметь возможность уединиться. Чего такого?

— После тебя потом часа два никто уединиться не может! — заметила Выдра.

— Язва! — буркнул Куча.

— Вонючка! — не осталась в долгу Выдра.

— Так! Хорош собачиться! — рявкнул я. — Руки в ноги и на погрузку!

— Есть! — Куча чуть ли не светился от счастья.

А вот я как раз их оптимизма не разделял. Почему нас решили так быстро отсюда забрать? Мы не крутые спецы, вместо нас тут будут сидеть такие же космодесы. В то, что начальство над нами сжалилось и решило, что с нас хватит, надо дать отдохнуть, я не верил. Они вообще понятия о наших проблемах не имеют, и мысли штабных я прекрасно знал: «Подумаешь, день, два, неделю посидят на комплексе…что с ними будет? Сиди себе и в ус не дуй». Как-то так.

Но нас забирают. Куда? Еще более интересный вопрос. Уверен, случилось нечто такое, с чем разбираться предстоит нам. Но почему именно мы? Чем мы такие особенные? Чем, например, тот же коммандер, который вместе со своими бойцами только что прибыл с орбиты, хуже? Что не умеет он и умеем мы?

Когда закончили погрузку, я все еще ломал голову над этими вопросами, но так ответов и не нашел.

В конце концов, плюнул и махнул рукой — позже все узнаю и так. Так чего сейчас мучиться?

Вопреки моим ожиданиям, когда мы вернулись на орбитальную станцию, никто нас в шею не гнал, никуда бежать, лететь, скакать не заставлял.

Не только я и мои товарищи этому были несказанно удивлены, но даже Рамбо хмыкнул и заявил:

— Что за хрень… Значит так, никуда не расползаемся! Сидим в своих кубриках и ждем. Уверен, у начальства запара, но как только они о нас вспомнят — понесется: «Все, бегом, нужны еще вчера…», ну и так далее по списку.

Мы в ответ лишь кивнули, довели приказ Рамбо до личного состава и…часов восемь просто дрыхли в отведенных для нас кубриках.

Когда спать уже стало невмоготу, а делать было решительно нечего, мы отважились выползти из своих берлог.

Рамбо, как я понял, показываться на глаза начальству сам не спешил — а на кой оно надо? Инициатива ведь известно, что делает с инициатором.

Но и лазать по станции не стал — сидел пока в своей каюте.

Ну а мы…а чего мы? Скучно ведь сидеть в четырех стенах. Так что для начала мы посетили бар, где, к моему удивлению, было не только пиво, но и батарея разномастных напитков с разным градусом крепости.

Выдра и Куча буквально за полчаса «нализались» так, что Такахаси и Чухе пришлось их тащить назад в кубрик.

Мы с Дедом оказались куда более спокойными — обошлись пивом в количестве четырех литров на каждого, так что когда решено было возвращаться «домой», нас обоих носило по всему коридору. И как я вообще добрался до своей койки — не помню…

Следующий день тоже прошел тихо. Ну и хорошо, а то я «болел и страдал». В отличие от Выдры и Кучи — те, несмотря на то, что нажрались вчера в хлам, явно чувствовали себя куда лучше, чем я и Дед.

Ну и хрен с ними!

Я долгое время боролся с собой, пытался вылечиться экстремальным лежанием на койке, но помогало слабо. К тому же после обеда заявился Дед, заявил, что знает, как помочь в этом бедственном положении нам обоим, и стащил меня с койки.

Лечение оказалось простым — вновь посетить бар и снова напиться пива. В этот раз, правда, уменьшив дозировку — ограничились мы двумя литрами на брата.

К вечеру я снова был навеселе, но все же не настолько пьян, как вчера.

Утро третьего дня снова показалось мне ужасно хреновым, но…

Как оказалось, я даже не представлял, насколько: ко мне заявился Рамбо и, осмотрев, скормил мне пилюльку, которая действие алкоголя нейтрализовала, но, к сожалению, от похмелья спасала плохо.

Вот ведь высоколобые! А еще ученые! Как можно было придумать пилюльку, которая уничтожает алкоголь, но не трогает головную боль и общее отравление организма, им вызванное?

— Ну что, очухался? — поинтересовался у меня Рамбо минут через десять.

— Отчасти, — честно признался я.

— Пойдет, — хмыкнул Рамбо, — давай, собирай своих сержантов и пошли.

— Куда? — не понял я.

— На брифинг. Задание нам придумали…

Майор Курочкин сделал передышку и продолжил вещать:

— Таким образом, нам удалось определить область, где действует противник. Локализовать базу или количество действующих бойцов на данный момент не представляется возможным. Однако…

Вещал он уже добрый час, и у меня, честно говоря, начали слипаться глаза. Да не только у меня — уже практически все присутствующие клевали носом.

Дело в том, что майор в черном мундире 8-го флота ВКС, несмотря на свой возраст (был он довольно молод и едва ли был старше меня), обладал прямо-таки старческим голосом — скрипучим, размеренным, вгоняющим в тоску и сон.

К тому же он еще и слова выбирал так, что все звучало неимоверно скучно и длинно. Ну, скажи ты: «Напали на конвой», но нет. Он предпочитал: «Добывающая техника, сопровождаемые подразделением ВКС, подверглась нападению со стороны…», и бла-бла-бла…

Суть всего этого — на харвестеры кто-то начал нападать. Это такие здоровенные машины, добывающие ценные ресурсы, которые время от времени появлялись на поверхности планеты. И не надо меня спрашивать, как — смещение песчаных масс, их движение, регулярные бури и прочее приводило к подобному результату. Более подробно я в это не вникал, и вникать не собирался — ну не надо оно мне. Но суть такова — в пустыне появляются ресурсы, причем в приличных количествах и довольно дорогие. Чтобы их собрать, отправляют харвестеры. Эти машины быстро и легко выгребают все ценное, отсеивая песок, и тащат на промышленные базы.

Так вот. Относительно недавно на харвестер совершили нападение. Затем второе. После третьего уничтоженного харвестера, который, к слову, стоил серьезных денег, комендатура выделила охрану для оставшихся машин.

Какое-то время все было хорошо, но затем случилось новое нападение. Причем уничтожили не только харвестер, но и всю сопровождающую его охрану.

Мне все это совершенно не понравилось. Это что, нас собираются отправить охранять эти бульдозеры? Неужели больше никого не нашлось?

Я, честно говоря, ожидал совершенно другого. Какое-то сложное задание вроде штурма важного объекта или уничтожения аванпоста противника. Наконец, сопровождение офицера 8-го флота в его миссии. Да что угодно, но не скучное патрулирование или же банальный конвой.

Но именно банальный конвой нам, похоже, и выпал.

Меж тем скучный и нудный Курочкин закончил брифинг и предложил задавать вопросы, чем тут же воспользовался Рамбо.

— Как я понял, — сказал он, — нас специально привезли на станцию, чтобы поручить эту задачу? Это так?

— Так точно, — кивнул Курочкин.

— Почему мы?

— У вас богатый опыт, вы участвовали во многих конфликтах.

— Это можно о многих подразделениях сказать, и если мы так были нужны, то почему не получили задание сразу, по прибытию на станцию? Чего мы ждали?

— Окончания экспертизы, — помедлив, наконец-то ответил Курочкин.

— Какой экспертизы? — насторожился Рамбо.

— Как я уже сказал, нам не удалось установить не только число нападавших, но и тот факт, кем эти нападавшие являются…

— Ящеры, понятное дело, — не выдержал и хмыкнул Куча.

— Хотел бы я с вами согласиться, но… — вздохнул Курочкин.

— Это не ящеры? — удивился Рамбо.

— Мое ведомство считает, что нет.

— Почему?

— Нет характерных признаков… Следов от попадания импульсов, следов… Две поисково-разведывательные группы, которых специально натаскивали, учили искать и уничтожать диверсантов ящеров, вернулись ни с чем. Они не только не нашли противника, они не смогли обнаружить даже его следов.

— Очень интересно, — проворчал Рамбо, — но что там с экспертизой?

— Как я уже говорил, нам не удалось определить, какое именно оружие использовалось для уничтожения харвестера и техники сопровождающих его бойцов.

— А трупы? Что, на трупах тоже следов не нашлось? — встряла Выдра.

— В том и дело, — заявил Курочкин, — трупов бойцов мы найти так и не смогли.

— Так, стоп! — заинтересовался уже я. — А как же их чипы? Они ведь должны передавать сигнал для клон-центра. По нему нельзя их локализовать?

— Чипы сразу после нападения перестали работать. Ни одного бойца нам не удалось восстановить в клон-центре. Свидетелей нападения, как вы понимаете, у нас тоже нет…

— Оп-па… — проворчал Куча, — так они что, все умерли, получается?

— Пока не найдем тела, не поймем, кто и что с ними сделал, — да.

— А камеры? Встроенные в харвестер и технику ВКС «ВЗОРы»? — спросил я.

— Уничтожены.

— А записи?

— В записях до момента атаки все нормально. Но за несколько секунд до атаки запись прерывается.

— Что, на всех «ВЗОРах»? — поразился я.

— Да…

— Вернемся к вопросу экспертизы, — напомнил Рамбо, — вы начали говорить, но вас перебили, и мы ушли от темы…

— Да-да, — кивнул Курочкин, — на последнем харвестере, который был уничтожен, мы обнаружили странные повреждения. Они не могли возникнуть во время эксплуатации, и их точно не было, когда харвестер выезжал в свой, как выяснилось, последний путь…

— Так… — заинтересовался Рамбо, — и что же это за повреждения? Следы попадания пуль? Снарядов? Энергетического оружия?

— Нет. Это следы механического воздействия, но…нанесенные чем-то массивным и острым, причем с применением силы. Огромной силы, раз удалось так просто проломить пятимиллиметровый корпус харвестера…

— Оп-па! — выдохнул Рамбо. — А фотографии есть этого повреждения?

— Да, прошу, — Курочкин сбежал с «трибуны» и положил перед Рамбо папку, в которой обнаружилось несколько разовых датаснимков (эти фотки снимались специальным фотоаппаратом, причем сразу в нескольких спектрах, которые можно было просмотреть на датаснимках, просто переключая слой за слоем).

— Хм… — просматривая документы, перечитывая экспертизу, только и сказал Рамбо, — и что же ваша экспертиза решила?

— Вы сами можете прочитать.

— Я простой солдат, — улыбнулся Рамбо, откладывая документы, — а тут написано заумно. Можно простыми словами?

— Можно, — кивнул Курочкин, — характер повреждений довольно специфичен и, проведя сравнительный анализ, наши эксперты пришли к выводу, что подобный удар мог нанести особо крупный юнит роя…

— Жуксы? Здесь? — поразился Рамбо.

— Жуксы? — оживился Куча. — О, как же я по ним соскучился и…

Выдра на него шикнула, и Куча поник, потух и заткнулся.

— Да, — меж тем кивнул Курочкин головой, — большинство наших экспертов сошлись во мнении, что на конвой мог напасть отряд жуксов.

— Но откуда они тут взялись? — спросил Рамбо. — На этой планете были жуксы?

— Нет. Никогда. Во всяком случае, местные старатели ни о чем подобном не говорили, и мы никакой активности не замечали…

— А прилететь недавно они могли? — спросил я.

— Исключено. Наши корабли контролируют пространство вокруг планеты и…

— А как насчет эскадры жуксов, которая появилась в паре систем отсюда? — спросил Рамбо. — Как я слышал, они несколько раз пытались прорваться сюда, к нам…

— Откуда вам это известно? — удивился Курочкин. — Это закрытая информация и…

— Ну хватит! — вздохнул Рамбо. — Мы ведь оба хотим выяснить, что случилось и кто виноват. Вы можете ответить, были здесь жуксы или нет?

— Это исключено. Ни одного юнита роя на планете никогда не было.

— Не было… — Рамбо постучал пальцами по столу, с задумчивым видом уставившись в одну точку, — и прилететь они не могли…

— Нет.

— А как насчет ящеров? Они прилетают?

— Мы с ними воюем за эту планету. Один из их флотов совсем недавно отошел отсюда, точнее мы его выдавили, и…

— А как думаете, могли ящеры доставить на планету жуксов?

— Насколько мне известно, конгломерат рас сотрудничает, но до такого уровня взаимодействия дело не дошло…

— А что, если дошло?

— Простите, но это лишь теории, причем ничем не подкрепленные, — сухо заметил Курочкин. — На данный момент перед вами ставится конкретная задача — защитить харвестеры и найти вражеских диверсантов, на них охотящихся. Найти и уничтожить. А теории, домыслы и прочее оставьте аналитикам.

— Как скажете, — легко согласился Рамбо, поднимаясь из-за стола, — ну, когда нам приступать?

— Немедленно! — ответил Курочкин. — Как много времени вам нужно на подготовку?

— Да мы… — начал было Рамбо, но бросил взгляд на меня, а я покачал головой из стороны в сторону.

— Как насчет завтра утром?

— Слишком долго. Уже вечером харвестер должен будет выехать в рейс.

— В ночь? А не слишком ли это опасно?

— Пока он доберется до опасной области, где происходили нападения, будет утро или вообще полдень.

— Ясно…что ж, вечер так вечер.

— Хорошо, — кивнул Курочкин головой, — я дам распоряжение и по первому вашему запросу десантный бот будет предоставлен. Но прошу — не затягивайте. Харвестеров у нас немного, а их простой несет за собой огромные денежные потери, что мы позволить себе не можем.

— Я понял вас, — Рамбо развернулся и отправился на выход.

Мы все последовали за ним.

— Ну и? — спросил Рамбо у меня, когда я его догнал. — Почему мы сразу не могли отправиться?

— Нужно дать нашим ребятам подготовиться — перевооружимся, возьмем пушки «под жуксов» и…

— А если на харвестеры нападают не жуксы, а нечто другое? — поинтересовался Рамбо.

— Тогда возьмем еще что-то потяжелее, — усмехнулся я, — универсальный вариант «на всех».

Все бойцы подошли к миссии серьезно и подготовились по полной. К примеру, Куча вновь взялся за свой любимый пулемет, а кроме того нацепил на своего «Рыцаря» тяжеленную артиллерийскую установку.

— Ну и на кой черт тебе эта бандура? — спросила Выдра. — Сколько к ней выстрелов есть? Два? Три?

— Три, — ответил Куча, — но если кто-то еще возьмет, то…

— Не-не-не, даже не думай! — рассмеялась Выдра. — Я на себе эти бомбы таскать не буду.

— Это не бомбы, это снаряды и…

— Плевать. Не бу-у-уду!

— Что за люди? — вздохнул Куча, обращаясь ко мне. — А если нам танк или колосс попадется?

— Откуда тут колосс? — удивился я.

— Ну кто-то же харвестер поломал? — вопросом на вопрос ответил Куча.

— Там и БТРа хватило бы. Или даже скорпи. И ты же слышал Рамбо — не факт, что это вообще были жуксы.

— Жуксы, жуксы, — проворчал Куча, — я их нутром чую! Это точно они…

Со станции мы отчалили, как и было оговорено, ближе к вечеру — что-то около пяти или шести часов.

На спуск потратили еще пару часов — в этот раз нас вез не Пучок, а другой пилот. С одной стороны хорошо — не было дикой болтанки, но с другой «коллега» Пучка был слишком уж осторожный и медлительный. Обычно спуск на планету занимает минут сорок, с Пучком минут тридцать, а этот тип явно никуда не спешил.

Когда мы, наконец, сели на большую базу ВКС, расположенную на поверхности планеты, местное «солнце» успело зайти, начинались сумерки.

Куча хлопнул себя по колену.

— Достало, блин!

— Чего тебя уже достало? — лениво поинтересовался у него Дед.

— Достало, что нас, как тупых АОДов, охранять это корыто заставили! — заявил Куча.

— И чего тебе не нравится? — хмыкнула Выдра. — Едем и едем. На своих двоих никуда плестись не надо, враг сам к нам придет. Главное — гляди в оба, не пропусти…

— АОДы! Тупо как АОДы! — буркнул Куча.

— АОДы тут не справятся, — вмешался я.

— С чего вдруг? «Едь себе да гляди в оба»… Они только это и умеют, — заметил Куча.

— Если бы только это и требовалось — нас бы сюда не прислали, — ответил я. — Харвестеры начали уничтожать. Как ты думаешь, неужели никто не догадался на это дело АОДов подвязать? Догадался. И более того — еще и десантуру бросили. Ты что, спал на брифинге? Кто-то не только харвестеры уничтожил, но еще и кучу людей покрошил. Причем так, что даже тела не нашли.

Куча моментально заткнулся.

И правильно — работенка, может, и кажется простой, но на деле все ой как нелегко. Что могло такого напасть на харвестер, что опытные десантники даже пикнуть не успели? А они ведь, на секунду, имели боевой опыт — воевали с ящерами… Еще и те фотки…неужели на планете действительно появились жуксы? Э-эх, жаль, с Рамбо нормально не поговорить. Кстати, о нем!

— Черепаха-2 вызывает первого! — включив общий канал, принялся вызывать я командира.

— Черепаха-раз здесь! — отозвался Рамбо. — Что там у вас?

— Пока тихо. А у вас?

— И у нас аналогичная фигня…сраный песок и жара…

— От области атак далеко?

— Войдем минут через двадцать. Что по вам?

— Уже вошли, — ответил я.

— Держи ушки на макушке, ротмистр, — предупредил меня Рамбо, — сдается мне, придется нам попотеть.

— Есть, — ответил я и отключился.

Значит, мы оказались чуть быстрее — харвестер, на котором катили Рамбо и вторая часть отряда, еще не добрались до зоны, где совершались нападения. А вот мы уже на месте…

Ах да, кстати, совсем забыл рассказать, что случилось.

Когда мы прибыли на перерабатывающий комплекс, харвестер уже был готов к выезду и ждал только нас. Точнее два харвестера.

Как выяснилось, разведчики засекли не одно, а целых два «поля» ресурсов в нужной нам области, так что было принято решение отправить две машины.

Естественно, ни мне, ни Рамбо это не понравилось, ведь это значило, что нам придется разделить отряд или же пустить один из харвестеров без охраны.

Кроме того, изначальный наш план подразумевал использование дополнительной техники — броневиков или хотя бы «Проходцев», на которых мы будем следовать за харвестером, сможем отправлять вперед разведчиков, контролировать фланги.

Но встретивший нас контрразведчик в чине майора напрочь запретил действовать таким образом.

— Вспугнете нападавших! — заявил он. — А нам их нужно, во что бы то ни стало, поймать, выяснить, кто это.

— Так выясним, — пообещал Рамбо.

— Ни черта вы не выясните. Увидят кучу техники и не станут нападать.

— Ну, прошлый ведь отряд был со своей техникой, — резонно заявил Рамбо, — и их разнесли…

— Так, я все сказал, — буркнул контрразведчик, и направился было прочь.

— Слышь, майор! — крикнул ему вдогонку Рамбо. — Так нам что, на своих двоих за харвестерами бегать?

— На них полезайте и катите спокойно, — ответил контрразведчик, не оборачиваясь.

— Урод… — Рамбо смачно плюнул себе под ноги.

Вообще я с Рамбо был всецело солидарен. Мало того, что нас заставляют разделить отряд, что негативно скажется на огневой мощи и эффективности, ведь теперь нам нужно «прикрывать» не одну цель, а две. Во-вторых, всем вместе забираться на харвестер и ехать прямо на нем — самая идиотская идея, которая только могла прийти в голову штабным крысам.

Ну есть у них мозги, интересно мне? Вот шмальнут чем-нибудь потяжелее и разнесут харвестер к чертям, а нас вместе с ним — жопы разлетятся в стороны быстрее, чем обломки самого харвестера, ни хрена ведь сделать не сможем и поляжем все.

Эх-хе-хе… Вот же удружили нам с работенкой…

Но все же Выдра права — хотя бы не пешком тащиться, уже легче…

— Дед! На сканерах есть что? — поинтересовался я у подчиненного.

— Пусто, — отозвался тот, — ничего и никого…

— Жаль, Чуха и Такахаси с Рамбо остались. Ух, у Чухи зрение…засек бы вражину даже раньше, чем эта хреновина, — Куча кивнул на устройство в руках Деда.

— Ну и пегся бы с Гамбо и остальными, — огрызнулся Дед, — чего с нами поехал?

— Да кто ж тебя, старый дуралей, прикроет? — хмыкнул Куча.

— Ох ты ж… — поразился Дед, — ангел-хганитель нагисовался, хген сотгешь… Как же я выживал то без тебя ганьше, благодетель?

— Чудом, только чудом, — хмыкнул Куча.

— Да я, между пгочим, и сам кое-что… Стоп! — вдруг сам себя оборвал Дед.

Мы все живо обернулись к нему.

— Что там?

— Не знаю…на юго-западе вгоде что-то мелькнуло… Метгов тгиста.

Я повертел башкой, определяя стороны света.

— Там, что ли? — я указал рукой чуть левее от курса, которым мы следовали.

— Ага, — кивнул Дед.

— И что там? — спросил Куча.

— Да тепегь пусто…

— Что, вообще ничего?

— Не-а…

— Может, показалось? — спросил я.

Дед нахмурился, но с ответом не спешил.

— Нет, не показалось, — наконец-то ответил он, — точно не показалось.

— А сейчас чего пусто? — задал резонный вопрос Куча.

— А я откуда знаю? — буркнул Дед.

Какое-то время мы ехали, то и дело заглядывая на экран приборчика, который Дед держал в руках и не сводил с него взгляда.

Минута, другая, третья… Я постоянно отвлекался, оглядываясь по сторонам, да и Куча, Выдра, делали то же самое. Только Дед глядел на экран, как казалось, даже не моргая.

— Есть! — заорал он. — Снова там же!

Мы живо развернулись.

— И? Опять ничего? — глядя на экран, спросил Куча. — Дед, ты походу в маразм впадаешь. Пусто на экране.

— Я в магазм впадаю? — обиделся тот. — Да это ты с деменцией уже родился.

— С че-е-ем? — нахмурившись, протянул Куча.

— Во олигофген! — буркнул Дед.

— Я тоже видела сигнал, — заявила Выдра, — раз моргнуло, и тишина.

— И что это может быть? — спросил я. — Живые организмы ведь дают постоянный сигнал?

— Не всегда, — ответил Дед, — это зависит от множества фактогов и…

— О! Снова сигнал! — в этот раз заметил его Куча.

— Где? — тут же оживился Дед.

— Вот тут, — Куча ткнул пальцем в экран.

— Тут? — удивился Дед. — Тут не может быть. Может, вот тут? — он показал пальцем на точку, где в прошлый раз засек сигнал.

— Нет, — покачал головой Куча, — точно тут что-то было…

— Значит, два сигнала! — заявил Дед. — Размер сигнатугы заметил?

— Да в полклеточки…

— Кугаж! — Дед уставился на меня. — Мы, похоже, залезаем в западню. Вгаг слева по богту впегеди и, получается, спгава сзади…

— Ну и хорошо, — хмыкнул я, — хоть не зря катались…

Тут же включил рацию и заявил:

— Возможен враг! Направление 10 часов и 5.

Бойцы нашего отряда, рассевшиеся и разлегшиеся по всему харвестеру, дремавшие, лениво глядевшие по сторонам, пришли в движение — захлопнули забрала, привели оружие в готовность. А я переключил рацию на общий канал и попытался вызвать Рамбо.

Оп-па…а связи нет.

Скосив взгляд на самый край голографической проекции, я отметил, что сети вообще нет. Вот, значит, почему никто из тех, на кого совершили нападение, не ожил в клон-капсулах: связь просто выключена.

Точнее мы попали в некую область, где связь не работает, словно под куполом.

Что ж, это плохо. А с другой стороны — это верный знак, что стоит ждать нападения. Сигналы на детекторе Деда, теперь это… Враг рядом. Я прямо чувствовал это кожей.

Но кто он? Сколько их? Как нападут? Чем?

Ответа на этот вопрос долго ждать не пришлось — слева по курсу вдруг начали вздыбливаться барханы. Будто огромные нарывы поднимались из недр планеты, а затем взорвались, выплескивая наружу орду пауков и скорпи.

Я даже облегченно выдохнул. Что ж, этого противника мы знаем, и как с ним воевать — тоже в курсе.

— Жуксы! — завопил Куча с такой радостью в голосе, будто не противник появился, а фургон с мороженым, которые предназначался исключительно для него одного.

— Бойцы! Оружие наизготовку! Нечетные на землю, четные — на харвестере.

Тут же половина отряда ссыпалась вниз, как спелые яблоки, стоит только тряхнуть дерево.

Я и Выдра спрыгнули с харвестера и оказались рядом.

Мы синхронно вскинули оружие, нацелились на приближающихся противников.

— Огонь! — приказал я.

Тут же послышались хлопки, щелчки и полноценные выстрелы — у бойцов моего отряда были как штатные импульсные винтовки, так и гаусс-автоматы, игольники, и вон, у Кучи за плечами целая орудийная установка.

Жуксы перли на нас одним сплошным потоком, причем с такой скоростью, будто мы для них еда, которой они уже неделю не видели. Что ж они такие резвые и злые?

Но какие бы они ни были, а убивались так же, как и все другие жуксы, с которыми мы сталкивались раньше.

Парочка скорпи была просто разорвана в клочья, на песке валялось минимум два десятка пауков.

Короче говоря, пока что все шло штатно и обыденно, точно так же, как в десятке точно таких же боев, противником в которых выступали жуксы.

Но «передовой отряд» этих тварей все же добрался до нас.

Мы с Выдрой как спрыгнули с харвестера, так и стояли рядом, паля по противнику.

И сейчас на нас перла как минимум дюжина разномастных тварей — пауки, скорпи и…БТР.

Вот блин, а это уже хреново. От мелочевки мы сейчас отобьемся, а вот от БТРа… Впрочем, против этого зверя у меня имелись гранаты. У Выдры, к слову, тоже…

Короткая очередь, и один из пауков запутался в своих ставших непослушными лапах, рухнул на песок.

Еще одна короткая очередь, и я умудрился завалить сразу двоих противников.

Выдра от меня не отставала, хотя у нее была тяжелая автоматическая гаусс-винтовка, скорострельность которой оставляла желать лучшего, но убойность…

Один ее выстрел насквозь пробил хитин паука, оторвал ему лапу, а снаряд полетел дальше, покалечив еще двоих жуксов — одному оторвало лапы с левой стороны, по второму лишь чиркнуло, но содрало весь хитин.

Еще один ее выстрел, и подранок замер — фактически от него ничего не осталось, так как снаряд «развалил» его на части.

Еще один выстрел, и следующий паук затих.

Мы работали слаженно, понимали друг друга без слов, разбирали цели и уничтожали их.

В конце концов, против нас остались лишь двое скорпи и БТР, который почему-то не особо к нам спешил.

А вот скорпи напротив ломанулись вперед, явно желая порвать нас в клочья своими клешнями.

Я дал очередь в левого, но пули отскочили от хитина.

А, черт, отвык уже… Палить надо чуть ниже, считай, под брюхо — там брони практически нет.

Рядом громко хлопнула винтовка Выдры, и правый скорпи ткнулся мордой в песок, пропахав борозду и нелепо разбросав свои лапы-клешни.

Готов!

Она тут же переключилась на левого, но…слишком поспешила — снаряд попал не в корпус, а в клешню скорпи.

Но даже это попадание нанесло жуксу массу повреждений — клешню оторвало, хитин за ней был пробит. И хотя скорпи все еще был жив, скорость он здорово сбросил.

То ли уже боялся идти вперед, то ли попадание Выдры что-то ему повредило, и он не мог развить прежнюю скорость.

Более того — его словно бы заносило в сторону.

Очередной выстрел Выдры, и скорпи подох — она пробила ему панцирь, разворотила всю брюшину, искалечила лапы с одной стороны.

Жукс пару раз дернулся и замер, но радоваться было рано — остался БТР.

И вот с ним были проблемы — я даже не пытался стрелять, это было бесполезно. Я сразу полез за гранатами. А вот Выдра попыталась его убить из своей винтовки

Выстрел, второй, третий…

К сожалению, даже ее страшная гаусс-пушка не смогла нанести существенный урон БТРу — лишь повредила в нескольких местах хитин да одну лапу искалечила.

БТР и так не особо к нам спешил, а теперь и вовсе медленно полз.

Что ж, нам это только на руку.

Я выхватил гранату, собираясь ее активировать и швырнуть под брюхо БТРу. Если повезет — одной будет достаточно.

Собирался, но не успел.

Откуда-то сверху раздалась очередь, если ее можно было так назвать. Грохотало так, будто там работала противокорабельная турель.

БТРа перед нами буквально вбивало снарядами в песок — первое же попадание вмяло ему хитин так, что он лишь чудом не лопнул, но вмятина была такой, что случись такое с моим «Рыцарем» — я бы был уже мертв.

А затем долетела и остальная «очередь» — которая даже не изрешетила несчастного жукса, а попросту разорвала его в клочья, как тузик грелку.

Мы с Выдрой ошеломленно глядели на изуродованный труп врага, силясь понять, что с ним случилось.

Я уж было решил, что наше великое начальство догадалось поставить какое-то пристойное орудие на харвестер, и один из наших бойцов его занял (ну или же оно вообще в автоматическом режиме работало), но нет…

Сзади-сверху раздался громогласный хохот, а затем вновь загрохотала очередь.

— На, твари, жрите!!!

Я задрал голову и увидел Кучу, стоящего на самом верху харвестера с откинутым забралом на шлеме, держащего в руках огроменную бандуру в руках.

Это «нечто» напоминало пулемет, но…я не помню на вооружении таких чудовищных пулеметов — его размер был просто огромным. Даже на мехов ставят пушки габаритами поменьше.

У Кучи же было нечто, что впору ставить как минимум на десантный бот… А откуда Куча выдрал это чудище и что это такое — я даже узнавать не хотел.

— А-а-а-а! — орал Куча, строча из своего «монстра».

Вдалеке я разглядел кучку жуксов. От его попаданий скорпи мгновенно оседали на песок, а пауки и вовсе лопались — в пулемете (или что там у него) Кучи снаряд был размером с четверть паука. Это все равно, что по воробьям стрелять винтовочным патроном.

Когда последний из жуксов сдох, пальба наконец-то смолкла.

Куча, врубив прыжковый модуль, осторожно спустился к нам.

Было видно, что пушка в его руках неимоверно тяжелая, и даже будучи в «Рыцаре», он еле способен был с ней передвигаться.

— Боже мой, Куча! — поразилась Выдра. — Это что вообще такое? Где ты это нашел?

— Где нашел — больше нет.

— Зачем? Ты что, планету хотел взорвать?

— Я вообще-то вас только что спас! — возмутился Куча. — В таких случаях принято говорить хотя бы «спасибо».

— Не, ну, спасибо, конечно, — смутилась Выдра, — но, мать твою…ты бы еще артиллерийскую установку с собой притащил.

— Как знал, что пригодится, — обрадовался Куча, поворачиваясь и демонстрируя огромный рюкзак на спине.

— Твою же… — только и смогла сказать Выдра.

— Да чего вы начинаете? — вновь возмутился Куча. — Сказано же было «неизвестный противник». А вдруг у него чего бронированное оказалось бы? А тут я…

— Воистину логика Кучи не поддается пониманию, — хмыкнул я.

— Да ладно вам, — отмахнулся Куча, — чего пристали? Разрешили же оружие выбирать на собственное усмотрение, вот я…

— Ты размер, что ли, компенсируешь так? — усмехнулась Выдра.

— Какой размер? — не понял Куча.

— Пендюрки своей! — продолжала улыбаться Выдра.

— Ну, знаешь… — Куча густо покраснел, — не такая уж и пендюрка… И нет, ничего я не компенсировал! А вы — неблагодарные сволочи!

— Гебята! Эй! Слышите? — с харвестера, который остановился, стоило только появиться жуксам, нам орал Дед.

— Чего там, старый? — отозвался я.

— Еще пготивник! На шесть! — Дед отчаянно тыкал рукой куда-то назад, и мы все обернулись и уставились туда, куда он указывал.

— Ах ты ж, твою налево! — выдохнула Выдра.

На нас перла огроменная орда жуксов. Пауки, скорпионы… От их количества песок поднялся так, что они двигались, будто в облаке.

Но это не было самым плохим. Хуже всего было то, что позади орды медленно шагал «танк».

А вот это уже было совсем хреново. Эту штуку гранатами не закидать, а связаться с базой и вызвать на помощь рапидуса не представлялось возможным.

Ну и что делать?

Черт подери! Когда начались нападения на харвестеры, сколько рапидусов и птериг было отправлено патрулировать пустыню, сколько дронов кружило над барханами, пытаясь высмотреть противника?

Каким макаром все они пропустили жуксов? И хрен с ними, с жуксами, как Танка можно было не заметить?

Впрочем, знаю, как… Чертовы жуксы сидели под землей. Сидели тихо, даже не шевелясь. От этого датчики и сканеры, хитроумные детекторы не могли их засечь. Ну а заметить их визуально и вовсе не представлялось возможным.

Но еще больше меня напрягало то, что и в первый раз, когда нападения на харвестеры стали систематическими, была отправлена охрана и сейчас, когда охранять эти здоровые машины подвязались мы, никакой поддержки с воздуха не было.

Впрочем, это оказалось легко объяснить.

Дед запустил дрона-камикадзе, намереваясь им атаковать танка, но…

Поднявшись с горем пополам, как-то странно дергаясь, дрон едва ли пролетел метров десять, после чего по дуге рухнул в песок.

— Какого… — возмутился было я, но вспомнил объяснения одного из «шахтеров», работавших на харвестере: ресурсы, которые они добывают, обладают сильным электромагнитным полем, кроме того, от ресурсов на поверхности идет очень сильный фон, который, к сожалению, мешает работе гравидвижков, сбивает с толку приборы, приводит к проблемам в работе электроники.

Причем если нам среди дюн эти помехи, конечно, мешают, то вот рапидусы летать в таких зонах вовсе не могут — кратковременное отключение или сбой бортовых систем приводят к падению корабля. И это не теория, а практика — проверяли уже.

Уж не знаю, что за ресурсы на этой чертовой планете, насколько они ценны, но вреда от них воз и маленькая тележка. Даже с орбиты это место не просматривается — над точкой появления ресурсов образуется словно бы пленка, затрудняющая обзор. Причем в любом доступном нам спектре.

Короче говоря, дела у нас плохи. Связи нет, подкрепление не вызвать, а даже если бы и удалось — рапидусы сюда не долетят, рухнут раньше.

Ждать помощи даже не стоит — никто к нам не придет и не поможет, рассчитывать можно только на себя.

Но, черт возьми! Ладно еще орда жуксов — с ними мы справимся, хотя, чувствую, не без потерь. Но что мы можем сделать с танком?

Думаю, даже орудие судного дня, которое прихватил с собой Куча, не способно пробить броню этой здоровенной твари.

Я вдруг хмыкнул, осознав, что все могло быть намного хуже. Если представить, что вместо танка на нас вылез бы колосс, то из хреновой ситуации все переросло бы в безвыходную — завалить его мы вообще никак не сможем, сбежать — тем более: кроме медленного и тяжелого харвестера у нас ничего нет. А на своих двоих сбежать пусть и от медлительного, неповоротливого колосса не удастся — у него один шаг как сто моих…

— Ну, что будем делать? — спросила Выдра.

— А хрен его знает, — пожал я плечами, — убьем этих тварей побольше…

— Это понятно, — хмыкнула она, — с танком что делать будем?

Я хотел было ответить что-то про героическую смерть, но тут мое внимание привлек Куча. Он принялся разворачивать свой огроменный рюкзак, в первую очередь выставив нечто вроде «ножек», на которые его и опер.

Было такое впечатление, что он из рюкзака табуретку сделал, уселся на нее и продолжил свои манипуляции. Странный он все-таки моментами… Это ж надо было додуматься — мало того, что взял это страшное орудие, которое весит больше, чем в скафе, так еще и этот рюкзак, а поверх него еще и прыжковый ранец.

Как у него только хребет не треснул от такой ноши?

— Куча, блин! Это чего? Переносной сортир? Нашел время… — фыркнула Выдра.

— Сама ты переносной сортир! — пробурчал тот. — Лучше вон, помоги — снаряд поставь куда положено.

Выдра хотела было отпустить очередную едкую шутку, но я вдруг бросился к Куче. Тут дошло и до нее.

— Куча! — заявила она. — Черт тебя дери! В коем-то веке твои тупые планы и идеи оказались не такими уж тупыми!

— Погоди еще, — проворчал я, — будем его хватить после… Снарядов всего ничего, и не факт, что ими можно будет хоть что-то сделать танку…

— Ну вы и засранцы! — хмыкнул Куча. — Значит, когда я просил взять еще снарядов — все отморозились. А теперь я еще и виноват, что «выстрелов» взял «всего ничего»…

— Кто знал… — вздохнул я.

— Я знал, — заявил Куча, — но вы ж все шибко умные…

Из рюкзака Кучи получилась полноценная артиллерийская установка, если можно было так назвать гаусс-пушку вроде той, что была у Выдры, но в разы больше.

Снаряд уже был в стволе, и теперь Куча аккуратно выцеливал противника.

— Смотри не промахнись! Не спеши! — подсказала Выдра.

— Отвали! — буркнул Куча. — Не трынди под руку…

Выстрел оказался не таким уж и громким, как я ожидал. С огромной скоростью снаряд устремился в сторону противника, и мы все замерли, пытаясь разглядеть, как он полетел и куда угодил.

Наступила гнетущая тишина, все до рези в глазах вглядывались в приближающуюся толпу жуксов, а главное — глядели на исполина, медленно ползшего за основной массой.

— Ну, давай, давай… — шептал Куча, как и остальные, ждавший результата своего выстрела.

Снаряд мы уже разглядеть не могли, но вдруг заметили, как рядом с жуксом, прямо на его боку вспыхнула роза взрыва, танк странно дернулся, с него полетели вниз ошметки хитина и всего того дерьма, что к нему прилипло.

Несколько секунд Танк кое-как сохранял равновесие, сделал шаг, другой, а потом вдруг накренился и рухнул на песок.

— Держите меня семеро… — пробормотал один из бойцов. — Куча завалил танка! Здоровенного танка в одну харю!

— Танк! — заорал вдруг Куча. — Ребята! Здоровенный, здоровенный танк! Та-а-анк!

Его ора, кажется, даже жуксы испугались — они вдруг резко сбросили скорость, уже не ломились к нам, сломя голову.

Ха, правильно — теперь им кабздец! Уж с этой оравой тупых насекомых мы разберемся.

Но не тут-то было.

— Кураж! Снаряд! — заорал Куча, и я поспешно схватил снаряд, установил его в паз и защелкнул люк.

— Готово!

Куча тут же дослал снаряд в ствол, на несколько секунд замер, а затем грохнул выстрел его пушки.

В этот раз снаряд полетел в самую толпу жуксов. Часть была убита сразу, каким-то жуксам поотрывало конечности, посекло хитин.

Несмотря на то, что они еще были далеко, мы услышали их визг и шипение.

— Снаряд! — заорал Куча, и я тут же зарядил его пушку.

Очередной выстрел, и снова в цель — жуксы еще не успели приблизиться к нам, а уже потеряли процентов 20 от отряда, или даже треть.

Но на этом все и закончилось — больше снарядов к пушке Кучи не было.

— Отряд! — заорал я. — Оружие наизготовку, разобрать цели. Огонь по команде!

Бойцы все как один тут же вскинули свои пушки, выстроились, создав эдакое подобие шеренги, и навели оружие на врага.

— Огонь! — приказал я.

Грохнул слитный залп — и одиночные выстрелы, и короткие очереди.

Смерть полетела в сторону наступающих жуксов, выкосив первые ряды.

— Огонь! — крикнул я.

Еще один залп, и снова десятки жуксов прекратили свое существование, а еще больше оказались ранены.

— Огонь на собственное усмотрение! — крикнул я.

И началась бешеная пальба. Бойцы тщательно выцеливали противника, стреляли. По ушам били хлесткие одиночные выстрелы, короткие очереди и тихие хлопки гаусс-пушки вроде той, что была у Выдры.

Ряды противника редели на глазах. От былой орды остались одни ошметки.

Бой был практически выигран. Победа за нами.

Забавно…а ведь когда эта толпа появилась, я был уверен, что они до нас успеют добраться, и будет жарко. А если еще вспомнить о танке…

Но Куча со своим переносным орудием смог перевесить чашу весов в нашу сторону. Один человек смог предрешить результат сражения.

— Кугаж! — голос Деда звучал встревожено.

Ну что там еще могло случиться? Вроде уже ничего не может быть страшного — обе засеченные ранее группы противников мы развалили, Куча прибил танк. Что еще?

— Что там? — крикнул я — Дед ведь все так же оставался на харвестере.

— Цели на 9, на 3, на 12 и…чегт! Да они повсюду!

Как это может быть? Я огляделся — ни черта не вижу. Никаких жуксов вокруг. А наступавшую орду уже практически перебили.

О чем Дед говорит вообще?

— Дистанция?

— 100 метгов!

Да как это вообще возможно? 100 метров? Нет ведь никого. И видимость отличная…песок, барханы и все… Разве что какая-то дымка странная тут и там… Марево…

В голове, словно молния, блеснуло понимание и догадка, что это может быть, но оно опоздало даже не на секунду, а на мгновение.

Заорал один из бойцов, внезапно подлетевший высоко вверх. Его оторванная рука, кувыркаясь, полетела прочь, а в следующую секунду его тело словно бы разорвало пополам, и это при условии, что он был в «Рыцаре».

А рядом с ним было то самое «марево» — вроде ничего особенного, просто воздух подрагивает, за ним все искажается, но…

— Охотники! — заорал я. — В круг! Спина к спине! Сбиться в группы!

Выцелив одну из «аномалий», я отправил туда длинную очередь.

Одна или две пули попали туда, куда надо — брызнула желтая жижа, раненое существо завизжало, и тут же вместо дымки начал проявляться его четкий силуэт: лапы, корпус, хитин на нем, пасть с жвалами…

Двое бойцов неподалеку отреагировали должным образом — тут же нашпиговали жукса свинцом, но эта скотина, даже упав и визжа, долго еще извивалась и дергала лапами.

В этот момент неподалеку от меня солдат вдруг взлетел вверх, из груди его торчал длинный и острый шип.

Я принялся палить в марево под ним, Выдра меня поддержала — единственный ее выстрел завалил тварь на песок, она моментально скинула с себя маскировку.

— В круг! В круг! — орали люди, сбегаясь в кучу, становясь спина к спине.

Большинство уже успели собраться, но несколько бойцов еще спешили к остальным и чертовы охотники этим пользовались — вот одного из моих солдат жукс схватил за ногу, рванул на себя, из-за чего боец просто шлепнулся на песок. В следующую секунду полупрозрачная лапа ударила его в спину, словно бы пригвоздив.

Лапа тут же оказалась обрызгана кровью, и маскировка мгновенно сползла, а по самой твари, будто волнами, прошла «прозрачная» дымка — то ее видно, то она вновь превращается в марево.

Несколько человек тут же открыли по ней огонь, но бойцу, которого тварь схватила, уже было не помочь.

Еще на одного солдата напали сразу двое охотников, они схватили его за руки и за ноги, принялись рвать, отрывая конечности, а затем разорвали тело, оторвали голову.

Черт подери! Охотники в разы опаснее скорпи, пауков, даже БТРов и танков — от атаки двух последних хотя бы есть шанс увернуться, а тут…

На очередного бойца охотник налетел с воздуха — чертова тварь подпрыгнула метрах в двадцати и, жужжа крыльями, спикировала на цель, придавив своей массой, а затем начала рвать жвалами.

Я огляделся. Сколько вообще противников? Тридцать? Сорок? Заметил, что даже на самом харвестере кипит бой. Вон Дед вовсю палит по кому-то, находящемуся в «носу» огромной машины. Охотники добрались и туда.

— С машины! Сюда! — заорал я и принялся махать рукой, привлекая внимание.

Дед меня заметил, все понял и просто с места прыгнул вниз, едва успев включить прыжковый ранец, чтобы замедлить падение.

Он приземлился всего метрах в пяти от нас и парой гигантских прыжков преодолел расстояние, занял место в наших рядах.

Еще несколько бойцов, находившихся на харвестере, последовали за ним. Один за другим они спрыгивали вниз, стремясь приземлиться как можно ближе к нам, чтобы охотники не успели их перехватить.

Один из «прыгунов» замешкался, отстал от остальных, и поэтому, когда он уже оторвался от корпуса, должен был полететь вниз, подоспевший охотник поймал его прямо в воздухе, схватил и, потрепав, будто пес игрушку, зашвырнул назад, туда, где торчала еще парочка охотников.

Я не видел, что там произошло, но мог легко догадаться — жуксы набросились на жертву, а он орал так, что худо становилось.

К счастью, остальные бойцы успели уйти с харвестера и присоединились к нам.

Мы сгруппировались, заняли круговую оборону и принялись отбиваться от охотников, круживших вокруг нас.

Кажется, мы здорово разозлили жуксов. Ну, еще бы, теперь понятно, как они уничтожали харвестеры — это делал танк. Но теперь его нет, и ни хрена они гигантской машине не сделают. Все, что им теперь доступно, — попытаться перебить нас, но и с этим будут проблемы — так просто мы не сдадимся.

Собственно, на налетах жуксов можно ставить жирный крест — основную массу тварей мы перебили, самую главную их ударную силу — танка, снес Куча. Все, что осталось, это охотники, да и тех едва ли десятка два сейчас вокруг нас кружит. И мы, я надеюсь, это количество сейчас изрядно сократим…

Палили мы, не прекращая. Охотники верещали, прыгали, перемещались, но мы ранили их и убивали одного за другим. Их совершенная маскировка теперь не особо помогала — мы знали, кто нам противостоит, и достаточно было лишь разглядеть «марево», а далее просто пали туда.

Сколько продолжался этот бой — не представляю. Может, минуты две, а может и полчаса. В какой-то момент охотники не выдержали, дрогнули. Оставшиеся твари одна за другой начали отступать, уходить вглубь пустыни.

Более того, я заметил, что тут и там из песка «вырывались» небольшие паучки и, быстро перебирая своими тонкими лапками, бежали следом за «старшими товарищами». Ага! Вот, значит, и причина, почему нет связи. Может, конечно, добываемые ресурсы создавали помехи, но жуксы их усугубляли.

Я не выдержал и дал очередь по одному из паучков. Попал вскользь, но и этого хватило — паучок споткнулся и упал.

Он был все еще жив, отчаянно пытался ползти вперед, но…

Куча, уже сбросивший с себя тяжелый балласт, опустошивший магазины своего «орудия», резво направился к паучку, который, чуя опасность, попытался ускориться, но не успел — Куча схватил его за поврежденную лапу и поднял над землей.

— А ты куда, маленький? — хмыкнул он. — Не-е-ет, не уйдешь…

— Дай пристрелю скотину! — проворчала Выдра, подойдя ближе.

— Ну нет уж, — возмутился Куча, — я его с собой возьму.

— Зачем?

— Будет с нами в кубрике жить. Назову Афанасием, — хохотнул Куча.

— Он тебя заггызет ночью, — заявил Дед.

— Я ему жвалы вырву.

— Тогда сбежит и будет по «Энею» шастать. Ищи его потом… — проворчал Дед.

— Лапы вырвем, — пожал плечами Куча.

— Скажите, доктор, — хмыкнул я, — а у вас кроме «вырву» другие варианты лечения есть?

— Есть, — кивнул Куча, — лапы еще можно сломать.

— Зачем?

— Да пусть себе лежит на тумбе, мух жрет… — рассмеялся Куча, — глядишь, отожрется, яйца отложит и…

— И будешь ты, Куча, торговцем диковинными жуксами, — засмеялась Выдра.

— А ты не завидуй… — начал было Куча, но паучок в его руках вдруг начал дрыгаться, пытаясь вырваться. — Да что ты дергаешься, скотина? Уймись, или прямо сейчас без лап останешься!

— Своих пытается догнать, приказ на отступление получил ведь… — заявил я, и вдруг меня осенило. — Приказ!

— Чего? — не понял Куча.

— Приказ! — повторил я. — Ими же кто-то командует?

— Очевидно, — кивнула Выдра.

— Тут где-то есть стратег или королева!

— Блин, Кураж, точно… — протянула Выдра, — надо эту сволочь поймать!

— И выяснить, чего им тут надо, — кивнул Дед.

— А главное — как они сюда попали, — добавил я.

В погоню направилось всего десять человек. Остальные остались возле харвестера — помогать раненым, охранять машину. Возглавила их Выдра.

Я же вместе с Дедом, Кучей и еще семью бойцами отправился по следу улепетывающих жуксов.

Уверен, их логово где-то неподалеку, и мы его найдем.

Найдем, зачистим и захватим тварь, ими управлявшую. И вот тогда, наконец, получим ответы на свои вопросы…

Собственно, отследить жуксов, найти их логово было проще пареной репы — Дед специально настроил сканер на максимальную дистанцию. Точно определить, сколько жуксов, где они, было трудно — сигнатуры размывало, и все они превращались в одно сплошное красное пятно на экране устройства, это позволило нам определить их гнездо.

Конечно же, пускать нас внутрь никто не собирался. Во всяком случае, без боя.

Поэтому, стоило нам только приблизиться, как недобитые охотники вновь поперли вперед.

В этот раз они сражались еще более яростно и остервенело, чем в прошлый раз.

Вот только теперь мы были готовы к их появлению, и потому не оставляли ни единого шанса.

Собственно, опасность охотников как раз и заключается в том, что ты не ждешь их появления. Ты не присматриваешься к окружению, не ищешь то странное марево, которое является их маскировкой. Если же ты уверен, что противостоять тебе будет охотник, то ведешь себя совершенно иначе. И вся его хваленая маскировка идет коту под хвост: если солдат заметил хоть что-то странное или подозрительное, то на всякий случай пальнет туда, и даже если ему просто показалось — ничего страшного. Зато у охотников нет возможности подобраться к нам.

Конечно, они те еще сволочи, и неохотно атакуют в лоб.

Даже сейчас, когда мы подошли к их гнезду, непосредственно в лоб нас никто не атакует — жуксы делают вид, что пытаются напасть, а на самом деле просто держат оборону, не дают подойти, отвлекают нас. Тем временем их товарищи аккуратно и незаметно (во всяком случае, они так думают) обходят нас с флангов.

Вот только я это предусмотрел — шеренга, которая перла к входу в гнездо, вообще ни на что не отвлекалась — лупила по тварям, перегородившим нам дорогу, и точка.

А вот бойцы, которых я поставил на фланге, за шеренгой, как раз и занимались тем, что отстреливали самых «хитрожопых» — охотникам приходилось обходить нас за сто, а то и за сто пятьдесят метров, чтобы не попасть под огонь «фланговых».

Но даже если им это удавалось — их ждал неприятный сюрприз. Пяток бойцов, держащихся позади, были ориентированы на поиск и отстрел тварей, которые смогли зайти в тыл.

Бойцы чуть отставали от основной группы, практически не стреляли, лишь изредка, когда удавалось засечь охотника, умудрившегося обскакать «фланговых», вскидывали свои пушки и открывали бешеный огонь, которым чуть ли не мгновенно приканчивали везучую тварь.

Шаг за шагом мы подходили все ближе и ближе к гнезду. Ряды противостоящих нам жуксов редели все больше и больше, пока, наконец, у входа не осталось всего несколько охотников, причем часть из них была уже ранена. Больше некому было пытаться нас обойти, ударить в тыл, больше не было у жуксов сил пытаться нас остановить. Они даже не пробовали нас атаковать — шипели и пятились назад, к входу в гнездо, получая раз за разом очередь от наступающих бойцов.

В конце концов, все закончилось. Больше живых охотников на поверхности не осталось.

Теперь предстоял последний и наиболее опасный момент всей операции, которую я «санкционировал» — лезем в гнездо, зачищаем его и ловим стратега или королеву. Ну а если они не дадутся — уничтожаем их к чертовой матери.

Опасность же этого момента заключалась в том, что теоретически мы уничтожили всех защитников — во всяком случае, по моим прикидкам здесь и сейчас подохло охотников приблизительно столько, сколько их отступило от харвестера.

Вот только не исключено, что в гнезде остались еще несколько, и в узких коридорах они представляют немалую опасность. А еще там может быть нечто, что и вовсе не выползало на поверхность, чья задача сидеть в гнезде и защищать его.

Впрочем, что бы там ни сидело, уверен — мы с ним справимся. Кажется, я на своем веку повидал все виды жуксов, которые вообще существуют…

Уже войдя в «нору», начав спускаться вниз, мы встретили всего двух охотников.

Один был какой-то то ли контуженный, то ли совершенно растерялся, встретив нас, но пристрелили мы его раньше, чем он хоть что-то успел сделать.

Со вторым пришлось повозиться — когда мы добрались до перекрестка, в котором сходилось вместе сразу несколько тоннелей, я успел заметить, как тварь метнулась в один из боковых и исчезла.

Я уж думал, что смылся или же засел где-то поближе к центру гнезда, но оказалось, нет — обошел, скотина!

— Контакт! Сзади! А-а-а! Чертова ско… Агх…агх…

Выскочивший сзади нас жукс быстро добрался до шедшего последним бойца, и прежде чем тот успел хоть как-то отреагировать, мгновенно убил его, а затем затыкал своими лапами-копьями еще одного.

Остальные уже сообразили, что происходит. И хотя наглый жукс, убив двоих наших, попытался сбежать — ни хрена у него не вышло: ему накидали так, что даже до ближайшего поворота он не добрался.

Разобравшись с последними защитниками гнезда (во всяком случае, я очень надеялся, что с последними), мы отправились дальше, спускаясь по тоннелям жуксов все ниже и ниже.

Черт! Да тут полноценное гнездо! Жуксы тут давно обосновались и серьезно. И откуда же они тут взялись, если Курочкин и его коллега твердо стоят на том, что раньше разумных насекомых тут не было и их корабли сюда не добирались?

А ответ очень прост — их кто-то сюда привез. Все. Других вариантов нет.

Мы наконец-то добрались до центра гнезда — огромный зал, в котором… Вопреки моим ожиданиям, здесь не было ни биомассы, которая обычно была в гнездах, яиц, или даже королевы.

Зато было кое-что иное.

Проще всего то, что я видел, описать так: гигантские аквариумы. Но не из стекла, а из чего-то вроде прозрачного хитина — во всяком случае, куски этой штуки налезали, нарастали друг на друга именно как хитин, например, у скорпи.

Внутри этих «аквариумов» была густая жижа белесого цвета, а в ней плескались…

Вот здесь я затруднялся сказать, что же именно там плескалось.

— Тони! Открой «аквариум»! — приказал я одному из бойцов.

Тот недоуменно уставился на меня.

— Что значит открыть? Это не консервная банка, г-дин…

— Да разбей и все! — приказал я.

Боец послушно подошел к ближайшему аквариуму, размахнулся и ударил в него прикладом.

К моему, да и к его удивлению, стенка аквариума страшно вогнулась внутрь, но пробить ее не удалось.

Боец решил повторить и ударил снова.

В этот раз хитин (или из чего там «аквариум» был сделан) не выдержал. Его стенка лопнула, и белесая жижа хлынула наружу, прямо нам под ноги. А вместе с ней из аквариума на волне выбросило и странное существо, которое до этого плавало внутри.

Я поначалу не понял, что вижу, но стоявший рядом Куча живо мне напомнил:

— Ба! Знакомые все лица! Это же та хрень, что в катехумене сидела!

И точно. Именно такую штуку мы встретили, когда пытались захватить одного из катехуменов. Взять такую тварь живой не удалось, но мы с Кучей прихватили ее останки или, скорее, ошметки — все, что от нее осталось после того, как она попыталась на нас напасть и получила за это по полной…

— Кажется, — продолжал тем временем Куча, — сегодня мы джекпот снимем.

— В каком смысле? — спросил один из бойцов.

— В прошлый раз мы с Куражом такую же, только дохлую тварь притащили, так нам деньжат за нее насыпали прилично. А тут…ты погляди, сколько их, и все живые!

Он обвел рукой стоявшие вокруг аквариумы.

— Поднимем бабло? — обрадовался боец, разбивший аквариумы.

— Спокойнее, Тони, — приказал я, — эта хрень в прошлый раз нас чуть не завалила…

— Да ладно тебе, — отмахнулся Куча, — ну попрыгала малость, и…

— Их тут сотни, Куча! — напомнил я.

Это моментально всех отрезвило, а я еще подлил масла в огонь.

— И не забывайте — мы так и не нашли королеву, или кто тут за главного… А у этих тварей всегда есть свита, и разобраться с ней не так уж и легко…

Это окончательно настроило бойцов на серьезный лад. Деньги деньгами, а для начала нужно выжить. Тем более, сейчас, когда мы вновь оказались вне зоны действия сети.

Еще один момент, который меня смущал — я нигде не видел тел убитых ранее бойцов. И очень сомневаюсь, что их все уже спустили на корм этим аквариумным тварям.

А раз не спустили, то где они?

Я вертел головой во все стороны, пытался усмотреть если не трупы, то хотя бы намеки на то, где они были, но ничего не находил.

Тем временем мы покинули зал с «аквариумами» и перешли в соседний, где, как я понимаю, должна была находиться королева, ну, или стратег. Короче говоря, тот, кто все этой сворой и управлял.

Что ж, «главный» действительно был здесь. Точнее его уже бездыханное (если так можно говорить по отношению к жуксам) тело.

В том, что я вижу перед собой стратега, я нисколько не сомневался — нагляделся на ему подобного в свое время… И в том, что он мертв, тоже был уверен. Дело в том, что рядом с ним сидело два скорпи, которые медленно, но уверенно разрывали остатки «командующего» на части. Причем делали это уже давненько.

Вывод был один — стратег понял, что отбиться от надоедливых людей ему не удастся, сбежать, видимо, тоже, а потому принял решение самоубиться. Но так как сами королевы и стратеги подобное совершить не могли, стратег проделал все виртуозно — отдал приказ своим безмозглым биороботам, и те принялись за работу.

Напрашивался крайне интересный вопрос — почему стратег так поступил? Прошлый сдался, и не особо по этому поводу переживал. Вроде бы…

Так почему этот так не поступил? Почему предпочел умереть, но не попасть в плен? У него были какие-то важные сведения, которые ни в коем случае не должны были стать известны людям? Какие?

Да чего там гадать — вон, аквариумы стоят. Подобного мы никогда раньше не видели, и делаем вывод, что жуксы придумали что-то новенькое. Хоть у нас с ними и заключен мир, однако они решили играть не по правилам и действовать исподтишка? Или же все это инициатива лишь одного разумного из их вида?

Кто бы знал, кто бы сказал…

Бойцы быстро перебили скорпи, которые издевались над телом своего командира, после чего я велел подчиненным разойтись по залу, приказал им высматривать и выискивать все странное, необычное. А главное — искать космодесов, на чей конвой жуксы напали ранее.

Трупов не было. Куда же они подевались? Куда делись наши коллеги? Они живы? Они мертвы? Где тела, блин…

— Командир!

Я развернулся на голос и направился к бойцу, отчаянно махавшему мне рукой, призывая подойти ближе.

— Ну? Чего у тебя? — оглядевшись, и не найдя ничего интересного, сварливо поинтересовался я.

— Смотри! — боец указал вниз, на землю у нас под ногами.

Оп-па! А вот это уже интересно!

На мягкой и рыхлой земле имелся отпечаток ботинка. Причем не одного — тут было множество следов. Будто целая толпа прошла по этому коридору в…кстати, куда прошла?

Мы отправились по следам, вышли в большой зал, потолок которого был словно бы затянут чем-то похожим на паутину. Сверху на ней лежал песок.

Ба! Да это же ангар! Причем скрытый. Ты смотри — жуксы те еще, оказывается, выдумщики. И додумались же!

Человеческие следы обрывались резко в одном месте, где земля была словно бы вдавлена сильнее, чем вокруг.

Я обошел это место несколько раз, нашел еще несколько странного вида отпечатков.

В голове моей промелькнули образы космических кораблей жуксов, их «десантных ботов», если можно так сказать.

Похоже, один из таких и сел в этот ангар, а в него погрузились захваченные бойцы.

Но…сами они погрузились? Добровольно? Обычно пленных жуксы «доставляют» — те же скорпи тащат на себе, или целая группа пауков. Иногда пленных людей не тащат на себе, а волокут за собой. Короче говоря, пленным людям жуксы не позволяли передвигаться самостоятельно. Более того — пеленали, чтобы те вообще двинуться не могли.

Так почему здесь отошли от своих «традиций» и правил?

Странное это гнездо. Одна загадка на другой…

Я грохнул кулаком по столу.

— Капитан! Я уже дважды все рассказал. Записи с ВЗОРа как моего, так и моих бойцов, у вас есть. На кой черт мне распинаться снова?

— А вы не орите, не орите! — спокойно ответил щуплый низкорослый тип в черном мундире и при капитанских погонах. — Старший по званию приказал — вы делаете…

— Зачем?

— Вас это не касается!

— А, вот так, значит? Тогда слушай меня внимательно, ты, канцелярская крыса: я уже все сказал, добавить мне нечего. Точка.

После того, как мы вернулись на базу, а затем смотались еще раз к гнезду, чтобы спецы забрали аквариумы и их обитателей, за нас взялись местные контрразведчики. Они просто замучили вопросами. Причем ладно бы, если бы что-то действительно уточняли. Но нет! Каждый раз одно и то же, снова и снова, и снова…

— Отказываетесь сотрудничать? — нахмурился капитан. — Тогда напомню вам, что 8-ой флот…

— Где 8-ой флот, а где ты? — перебил я его. — Сидишь тут, сопли жуешь! Хоть начальству мой рапорт отправил?

— Это не вашего ума дело, кому и что я отправил!

— А, ну тогда пошел в жопу! — я поднялся из-за стола, развернулся и направился на выход.

— Ротмистр! — окликнул он меня.

Я же просто молча, даже не оборачиваясь, показал ему средний палец. Интернациональный и уже вроде даже межрасовый и межвидовый, понятный и популярный несколько столетий жест.

А причина моей злости была простой до безобразия — я сразу смекнул, что здесь, в этом гнезде, жуксы проводили какие-то опыты с людьми. Уверен, что пытались сделать нечто похожее на катехуменов, которых мы встречали раньше.

И поэтому я сразу написал рапорт, отнес его местному безопаснику, и даже предупредил его, что сведения, изложенные в рапорте, мои собственные догадки и домыслы могут представлять военную тайну, и они немедленно должны быть переданы полковнику Торму.

Но эта мелкорослая, дрищавая хрень с мерзкими, как у таракана, усиками не соизволила мой рапорт отправить.

Вместо этого он и его подчиненные донимали нас своими допросами, которые ничего нового принести не могли.

Зачем он это делает — я прекрасно понимал: прикрывает свою задницу. Ведь чем больше бумажек, протоколов допроса и тому подобного — тем лучше.

Такие «бюрократы» были всегда и везде, и, к сожалению, никогда не переведутся. И хрен бы с ними, но они ведь еще и вредят общему делу…

Тогда я сам отправил полковнику сообщение. Даже если он это не одобрит, я получу по заднице за своеволие — это лучше, чем если из-за какой-то тыловой крысы важные сведения не дойдут до того, до кого нужно.

И вот, сегодня я получил ответ. Торм запретил излагать кому бы то ни было что-то сверх того, что я уже сказал, так что усатого мелкого засранца-бюрократа я послала не сгоряча, а тщательно все продумав.

Начинать объяснять ему, что я получил приказ молчать, не стоило, так как тогда усатый поймет, что дело пахнет или большими трендюлями, или почестями и наградами, и тогда начнет рыть всерьез. И куда от него пойдет информация — одному богу известно.

Так что я выбрал роль эдакого недалекого бравого вояки, который плевать хотел на тыловых крыс, которых он банально презирает и ненавидит.

Пусть даже мне это выйдет боком — посидеть недельку-другую, пока не прибудет Торм, в местном обезьяннике — невелика проблема.

— Ну, и какого хрена ты психанул? — едва я покинул кабинет безопасника, ко мне тут же подскочила Выдра. Конечно же, она уже каким-то неведомым образом была в курсе того, что случилось в кабинете. — Повторил бы ему все то же самое…

— Нет. Идет он на хрен! — заявил я. — И вообще…

Тут-то я изложил ей все, что натворил, — и отправленный Торму рапорт, и его ответ с приказом молчать, и свои соображения на тему того, «как именно» я буду молчать.

— Ну ты стратег! — выслушав меня, хмыкнула Выдра. — Пожалуй, не зря ты среди нас первый получил офицерское звание.

— Еще не получил. Оно такое…авансом, — поправил я ее.

— Как разница? — пожала плечами Выдра. — В ведомости ротмистром числишься? Значит, ротмистр…

О принятом мной решении я успел пожалеть в дальнейшем, и даже не один раз.

Во-первых, я недооценил мстительность и деятельность тыловой усатой крысы: уже спустя пару часов после того, как я его послал, за мной явилась военная полиция, предъявила ордер на арест, составила прокол задержания и зачитала выдвинутые обвинения. Что ж, уродец в черном мундире дело свое знал — мои проступки он выставил в таком свете, что из легких нарушений они превратились в серьезные нарушения, которые караются…нет, не расстрелом, но довольно серьезно, вплоть до разжалования и увольнения из рядов ВКС.

В тот момент я был уверен, что хрен у него выйдет, ведь Торм вот-вот должен был появиться.

Для начала меня упрятали, как я и ожидал, в обезьянник. Дали помариноваться пару дней, а затем ко мне заявились два здоровенных лба в черных мундирах — дознаватели.

— Ну что, кретин, есть, что рассказать? — набычившись и скорчив злобную харю, спросил один.

— Есть, — кивнул я, — про твою мамашу. Она настолько жирная, что…

— О! Ты гляди! Шутник! — осклабился амбал, и в следующую секунду неожиданно нанес мне удар, метя точно в челюсть.

Вернее, он думал, что ударил неожиданно. На самом деле очень даже предсказуемо. Вот ведь тупые уроды — пришли меня лупить и пытать, ну так сразу привяжите! Нет, решили, что и так справятся. Зря.

Впрочем, такие лбы привыкли к простой арифметике — нас двое, он один — мы его отлупим. Я один, и он один, но я больше. Я его отлуплю. Любое отступление от этих непреложных истин казалось им недопустимым и даже невозможным.

За то и поплатились.

Первого лба я отправил в нокаут двойкой точно в лицо.

Второй попытался воспользоваться моментом, ударить, пока я «беседовал» с его товарищем, но этого я тоже ждал, так что легко уклонился, подставив плечо и отводя в сторону кулак.

А затем нанес встречный удар, точнее серию ударов — в грудь, в живот, в пах, ну а когда наклонился, в подбородок коленкой.

Второй верзила распластался на полу, но зато первый уже поднимался на ноги.

Надо же, сколько в нем здоровья! Я думал, что отправил его спать.

Не дав ему подняться до конца, с размаху ударил в ухо, вновь опрокинув противника.

Теперь начал подниматься второй.

— Да лежи уже! — в сердцах бросил я и со всей силы пнул противника, перевернув его на спину.

На большее их не хватило — так и выползли из моей камеры на четырех костях. Открывший им двери охранник ехидно улыбался. Похоже, эта парочка не пользовалась популярностью, от слова совсем, если даже «свои» радуются тому, как я их отделал.

А вот дальше мне стало не до смеха — на следующий день ко мне в камеру завились эти же двое, но вместе с ними еще трое охранников.

Все пятеро были вооружены К. У. М. ами: комбинированными универсальными мультиустройствами, на деле являющимися ничем иным, как телескопической дубинкой с шокером на конце. При желании трубку можно было «распустить», превратив в эдакий кнут, один удар которым гарантированно тебя вырубит, если, разумеется, ты не в скафе — тогда для начала просто повредит всю электронику в скафе, а тебя вырубит со второго. Подобными игрушками снабжались охранники тюрем, служба безопасности колоний-шахт, где заключенные трудились на благо общества, отбывая свой срок. Ну и, как оказалось, вертухаи безопасников 8-го флота тоже имели эти штуки на вооружении.

Увидев количество противников, их вооружение, трезво оценив свои возможности, я понял, что буду отмудохан. Однако я все равно решил драться. Отмудохают меня и так, и так, но нужно и им накидать, чтобы даже впятером они в следующий раз боялись ко мне заходить. Плюс крыса, их подославшая, замахается писать отчеты и рапорты о случившемся.

Именно последняя мысль добавила мне решимости, и я бросился вперед.

Первый же удар шокером прошел мимо, зато урод, попытавшийся меня ударить, за это мгновенно поплатился — я без всяких прелюдий перехватил его руку и силой ударил снизу вверх.

Вертухай заорал, схватился за сломанную руку, ну а я увернулся от очередного удара шокером.

Противник потерял равновесие, промазав, а я помог ему упасть, накидав и по лицу.

Мое преимущество заключалось в том, что камера была тесной, сильно тут дубиной не помашешь, да еще и противников было пятеро — они мешали друг другу.

Третий все же меня достал — я не зазевался, просто не успел увернуться. Благо получил не острием дубинки, то есть не шокером, удар пришелся плашмя.

Но и от этого мою руку пронзила острая боль.

Черт подери! Или сломали, или…

Додумать я не успел, так как пришлось уворачиваться от очередной дубинки, летящей мне на голову.

Да что эти уроды делают? Совсем озверели? Решили меня прикончить? Что ж, раз пошли такие игры…

Я ушел в сторону, пригнулся, пропустив очередной удар над головой, и тут же ударил в горло открывшемуся врагу. В удар я вложил максимум сил, и, кажется, переборщил — он рухнул, как подкошенный, даже не пытался схватиться, как это обычно бывает, за ушибленное горло.

Убил? Может и убил. Хрен с ним!

Еще один урод получил локтем в нос, а последнего, еще «не отоваренного», я подловил, толкнул назад, от чего он врезался спиной в решетку.

Недолго думая, я прыгнул вперед, сделав размах и врезав основанием ладони в нос противника.

У того голова дернулась назад, да вот незадача — там была решетка, и от моего удара голова, с которой прутьями содрало кожу, оказалась снаружи.

Я размахнулся и нанес еще один удар — в подбородок, снова основанием ладони. Затем отчетливо услышал хруст — горизонтальный прут, в который упиралась шея моего противника, оказался достаточно прочным. А вот шея и позвоночник этого урода — нет.

Он мгновенно осел, будто АОД, которого выключили, но не упал, потому что башка так и застряла между прутьями.

Полюбоваться делом рук своих я не успел — что-то неимоверно острое и болезненное ударило меня в спину. Боль была такая, что перед глазами все потемнело, руки и ноги стали ватными.

Кажется, на пару секунд я потерял сознание, так как осознал себя лежащим на полу. Мышцы свело, думать о том, чтобы продолжить бой, даже пытаться не стоило — какой там бой, если я подняться не могу?

В этот момент в спину опять что-то ужалило.

А темнота отступила от вспышки боли — те, кто был в камере, пинали меня со всех сил.

Причем, сволочи, били и в живот и в ребра, метили в лицо, в пах. Короче, эти животные не гнушались ничем, остервенело лупили меня ровно до того момента, пока я просто не выключился.

Очнулся я в медотсеке от того, что кто-то рядом со мной бубнил.

— Док! Не надо его лечить. Сделай так, чтобы не сдох. А ребра… Ничего страшного — пусть болят.

— Да, но…

— Этот урод убил двоих моих людей. Они потеряли кучу денег, восстанавливаясь в клонах. Да и для меня это тот еще геморрой — теперь писать кучу отчетов, как это случилось, почему да отчего…

Я мысленно рассмеялся, так как боялся даже пошевелиться — все тело ныло и болело так, что я едва соображал.

— Ладно, решим, — пообещал доктор.

— Спасибо. За мной не заржавеет! — ответил второй, и я услышал удаляющиеся шаги.

— Не заржавеет за ним, ага, как же! — буркнул доктор, и я увидел, как он наклонился надо мной. — Держись, парень! Сейчас вкатим тебе обезбол, затем введу нанитов — пусть и медленно, но они восстановят твое тело. Только будь любезен — не лезь на рожон еще раз, иначе эта падла все просечет. Капишь?

Я просто медленно прикрыл веки, подтверждая свое согласие.

Через несколько секунд руку кольнуло, и тут же от места укола по всему телу начало распространятся «блаженство». Боль утихла, а затем и вовсе ушла, а я провалился в беспамятство.

Полковник Торм прибыл рано, когда база еще спала. Его встретили лишь часовые и дежурный на КПП. Увидев черную форму и погоны, дежурный мгновенно вытянулся по струнке.

— Г-дин полковник…

— Отставить! — рявкнул Торм. — Где у вас тут космодесы?

— Космодесы? — тупо переспросил тот и вильнул взглядом. Это совершенно не понравилось Торму.

— Космодесы! Люди такие, только в боевых скафах. Никогда не видел космодесов?

— Так точно. Видел.

— Ну и где они тут?

— В…тюремных блоках.

— Чего⁈

— В тюремных блоках, г-дин полковник!

Когда Торм уже почти добрался до этих самых тюремных блоков, его нагнали полураздетые и сонные комендант базы и местный безопасник.

— Г-дин полковник! А как… А что… — заблеял комендант, — мы же это…а нас не предупреждали!

— Ну да, внезапные проверки на то и внезапные, чтобы о них не предупреждали! — хмыкнул Торм, не сбавляя ход. — Потрудитесь объяснить, что несколько МТГ космодесов делают в ваших казематах?

— Не желают сотрудничать со службой безопасности, — протараторил мелкий тип в черных фирменных штанах и с мерзкими усиками-стрелочками на худом, смуглом лице.

— Что значит «не желают»?

— Отказываются давать подробные объяснения касательно последней операции, в которой участвовали.

— Черти что! — хмыкнул Торм. — Космодесы опять, что ли, борзеть начали?

— Так точно, — кивнул мелкий, — их ротмистр наотрез отказался сотрудничать, напал на спецохрану. В результате его действий двое было убито, трое покалечено и…

— Один уделал пятерых? — поразился Торм. — Это что там у вас за монстр?

— Никак нет, не монстр. Ротмистр Куражев.

— Куражев… — хмыкнул Торм, — знаю такого…

Торм зашел в тюремный модуль, остановился и оглядел камеры, которые были буквально набиты людьми.

— Кто старший? — спросил он, повысив голос.

— Я, г-дин полковник! — откликнулась Выдра, протолкавшись к решетке.

— Ба! Знакомые все люди! — усмехнулся Торм. — Потрудитесь объяснить, что происходит?

— Выполняем приказ непосредственного командира.

— Майора Рамбо?

— Никак нет. Ротмистра Куражева.

— И что же это за приказ?

— Не сообщать никакой информации до прибытия специального представителя 8-го флота.

— Вот он я, — усмехнулся Торм, — можете сообщать!

— Никак нет, — усмехнулась Выдра и кивнула в сторону сопровождающих полковника, — посторонние…

— Черт знает что… — прошипел комендант.

— Разжаловать и в мясо! — буркнул безопасник.

— Отставить! — рявкнул на них Торм. — Кругом! На выход марш!

Когда и комендант, и безопасник, подчиняясь приказу, покинули модуль, полковник повернулся к Выдре.

— Ну?

— Рада вас видеть, полковник, — с улыбкой заявила она.

— Аналогично, — хмыкнул он, — давай уже, рассказывай, что вы тут за дрова наломали. Пока летел к вам — в центр одна писулька за другой летела. Я же просил не привлекать внимание!

— Мы так и сделали, — ответила Выдра, и принялась рассказывать…

Сколько дней я тут сижу? День сейчас или ночь? Я совершенно этого не представлял, утратив ощущение времени. Моя нейросеть была заблокирована, так что написать хоть кому-то, или хотя бы увидеть время, дату, я не мог.

Я сидел в кромешной тьме и свет появлялся в моей камере лишь тогда, когда открывалось небольшое окошечко, и в него просовывали миску отвратительной похлебки, которая годилась разве что на то, чтобы отравить ею кого-нибудь или напрочь сжечь рецепторы, чтобы никогда уже не ощутить вкуса нормальной еды…

Спасибо врачу, который не стал помогать безопаснику — когда меня сюда только приволокли и я очнулся, болело все тело, но с каждым часом боль угасала, проходила, пока не исчезла полностью. Представляю, каково бы мне было с отбитыми кишками, трещинами в ребрах и костях…

М-да…похоже, я перегнул палку. Нужно было упереться рогом, ничего не говорить, но…но что потом? Дать себя избить? Они бы били меня каждый день, возможно, начали бы пытать, с них станется…

Безопасник оказался редкостной гнидой, и я этого не учел. Да вообще, теперь, когда я черт знает сколько сижу в темноте, не видя и не слыша ничего, вся моя идея показалась ребячеством, глупостью.

Ну зачем было выделываться? Ведь уже дважды рассказывал безопаснику обо всем, что произошло, у него были записи с наших ВЗОРов. Он знал все, так чего было корежится?

Опять же, остальные бойцы, вместе со мной прошедшие через эту операцию, могли все ему рассказать.

Забавно, но в тот момент я даже подумать не мог, что Выдра от моего имени озвучит приказ, запрещающий бойцам что-либо рассказывать.

Рамбо, к слову, хоть и не понимал, что происходит, но в беде меня не бросил — делал все, чтобы меня вытащить. Один раз даже смог навестить.

Подозреваю, что сделал он это неофициально, банально подкупив вертухаев…

Нет, ну какой же я все-таки осел…

Скрипнул засов, дверь резко открылась, и тусклый свет из коридора, показавшийся мне ослепительно ярким, ударил по глазам. Я тут же прикрылся руками, не видя совершенно ничего, кроме этого света.

— Куражев! На выход! — услышал я знакомый голос. — Или тебе тут понравилось?

— Торм… — узнал я его, и хоть сил совершенно не было, поднялся на ноги, приложил руку к груди. — Г-дин полковник…

— Пошли уже, мученик! — хмыкнул Торм.

Я, придерживаясь за стенку, осторожно перебирая ногами, выбрался из камеры, оказался в коридоре.

— Привет, командир! — я увидел перед собой Выдру и Кучу, которые меня тут же подхватили…

Мы сидели в столовке, Торм курил, исподлобья глядя на нас.

— Ну вы и идиоты… — наконец заявил он.

— Почему? — возмутился я, ни на секунду не отрываясь от тарелки, из которой жадно хлебал ложкой.

— Я ведь говорил — все по-тихому, лишней информации не выдавать…

— Фак я фак и фделал! — промямлил я, не прекращая жевать.

— Сделал он… Ну ладно бы тихонько сидел в обезьяннике, но нет. Перемолотил всех вертуаев этого кретина…как его…Зурита. Ты знаешь, как он бумажки начал строчить? И все наверх. Я и половины не перехватил. Благо Игорю Анатольевичу все на стол пошло, а он их в мусорник отправил.

— Да чего он там настрочить мог? — удивилась Выдра. — Что мы такого сделали?

— О…вы недооцениваете бюрократов. Этот канцелярский червь вас под такие статьи подвел, что через неделю из ВКС вылетели бы. Причем с лишением званий, аннулированием счета…

— Ни хрена себе! — возмутился Куча. — И эта гнида такое могла устроить?

— Могла, могла, — кивнул полковник, — более того, могла вас и в мясо определить… Хотя даже не знаю, что хуже — пинок под зад или в мясо… Кстати, вам бы еще повезло.

— В каком смысле? — не понял Куча.

— Куража и вовсе он пытался подвести под такую статью, что с этой базы отправился бы лет на двадцать добывать ресурсы на каком-то богом забытом астероиде. А лет двадцать там, сами понимаете, считай, пожизненное.

— Охренеть! — поразилась Выдра. — Больше никаких дел с вашими безопасниками. Такими гнидами еще надо уметь быть!

— Это да, — хмыкнул Торм, — что есть, то есть. Но вы сами виноваты. Кто его бортовать начал? Кто послал? Чья идея была?

— Моя, — буркнул я.

— Ну, вот и получи теперь, — хмыкнул Торм. — Знаете ведь — инициатива всегда чего инициатора?

— Конфетами угощает, — выдвинул гипотезу Куча.

— Ага, только не перорально. И не конфетами, — заржал Торм.

— Так что теперь будет, г-дин полковник?

— Да что будет… Зурита уже сидит в покоях Куража. Через недельку дадим ему пинка под зад, и пусть катится на все четыре стороны. Тех пятерых, с которыми Кураж сцепился, разжаловали. Кто в мясо отправился, кто с понижением в боевую часть. Избиение заключенных — это серьезно.

— Можно подумать, что в 8-ом флоте пытками не балуются! — фыркнула Выдра.

— Ну не на ровном же месте? Не бойца обычного, который ни в чем не виноват, и подозрений, претензий к которому быть не может.

— Это да… — кивнула Выдра.

— Ну вот. Значит, теперь с вами, — вздохнул Торм. — Отправляетесь со мной.

— Куда?

— Скоро узнаете. Раз вы такие борзые, причем влипаете в проблемы уже далеко не первый раз, пристроим вас туда, где будете полезны, а главное — бед не наделаете.

— Я в вертухаи не пойду! — возмутился Куча.

— Разговорчики! — рявкнул Торм, но затем сказал примирительно: — Какие вертухаи? У вас слишком большой боевой опыт, чтобы делать из вас обычных охранников.

— Так что же вы от нас хотите? — спросила Выдра.

— По нашему делу будете работать, — Торм постучал пальцем по своему приватнику, в котором находились все показания по прошедшей операции. — Тем более вы уже по большей части в курсе всего…

— В курсе чего? — насторожился я.

— Г-дин старший инструктор! Группа «Корсак» выполнение норматива завершила!

— Плохо! Не вложились вы по времени. На исходную!

Я даже вздохнуть не мог от возмущения! Как это не вложились? Мы же на 2 секунды быстрее справились, чем положено по норме.

— Что такое, курсант? С чем-то не согласны? — усмехнулся инструктор, глядя на меня.

— Так точно! — решился я.

— И с чем же?

— Разве допустимая норма для прохождения полосы препятствий не 120 секунд?

— Для линейных частей — да, — кивнул инструктор, ехидно глядя на меня.

— Так почему же мы не сдали?

— Потому что вы больше к линейным частям не относитесь.

— Но…

— Курсант! Ваше подразделение! — рявкнул инструктор.

— Специальная МТГ «Корсак» 8-бог-7, 8-ой флот ВКС, отдел противодействия!

— Специальная МТГ? — делано удивленно переспросил инструктор. — 8 флот? Так получается, вы не подразделение линейной части?

— Так точно, — с неохотой ответил я.

— На исходную! Повторить сдачу норматива! — рявкнул инструктор.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.

На эту учебно-тренировочную «базу» 8-го флота мы попали около месяца назад, и за это время трое инструкторов, включая старшего инструктора командор-сержанта Хардмана, инструктора Дыгало и инструктора Зима, пытались вытрясти из нас душу.

Такое ощущение, что эта троица считала, будто мы не достойны и не должны тут находиться.

Собственно, в чем-то они правы. Во-первых, судя по другим группам, которые здесь занимались, это самый сок ВКС. Лучшие из лучших, опытные и бывалые, прошедшие огонь, воду, медные трубы, ящеров, жуксов, демонов преисподней и черт знает что еще… А мы…вот тут наступает во-вторых. Такое ощущение, что мы попали сюда случайно, по прихоти Торма, и инструктора эту прихоть восприняли как блажь руководства. Мол, побалуются, увидят, что ничего путного из нас не выйдет, и выпрут назад…

Во всяком случае, инструктора делали все, чтобы доказать нашу несостоятельность, некомпетентность и ущербность.

— Заново! — буркнул я, вернувшись к своим.

— Да как же они задолбали, — тяжело дыша, проворчал Куча.

— Не говоги…я на такое не подписывался! — согласился с ним Дед. — Мы что, новички пегвогодки, чтобы нас так гонять?

— МТГ «Корсак»! — заорал старший инструктор Хардман. — Прекратить разговоры! На исходную!

— Есть… — отозвались мы.

К вечеру мы, еле живые, добрались до своей каюты, и все до единого попадали на койки. Разговаривать не было сил, желания двигаться тем более.

Мы лежали и даже не стонали, так как были совершенно измождены. И так уже месяц. Изо дня в день инструктора делали все, чтобы к вечеру мы не могли даже пошевелиться.

Бег с препятствиями чередовался с длинными марш-бросками, стрельбище, на котором мы стреляли из всего, чего только можно, сменялось полигоном, где нас учили ездить, летать и ползать на всем, что имелось на вооружении ВКС. Даже гражданские модели освоили — гравициклы, гравилеты (грузовые, легковые, гравибусы, старые, новые, элитные, дешевые).

Когда, казалось, инструктора не могли придумать ничего нового, нас ждал очередной сюрприз — отработка экстренного приземления, скоростной подъем на орбиту, тренировки в экстремальных условиях (наш корабль или станция были повреждены, а мы были без костюмов — несусветная глупость, которой просто физически быть не могло, но таковы были вводные).

Короче говоря, месяц был богат на новые впечатления и ощущения, и большая часть из них была, мягко говоря, не из приятных.

Утро следующего дня началось для нас совершенно неожиданно.

Проснулись мы все как один в четыре утра, вот только инструктора, у которых была мода посещать нас именно в это время и орать, как заполошные, сегодня не явились, и это нервировало. Если происходит что-то непонятное — жди худшего.

До пяти утра мы оставались в своем кубрике, но никто за нами так и не явился.

— У нас что, сегодня выходной? — спросил Куча.

— Да кто б сказал, — хмыкнула Выдра.

— Я был бы не пготив, — улыбнулся Дед, — может, останемся здесь, и не будем светиться? Может, о нас забыли?

— Инструктора забыли, что нас надо дрючить? — хмыкнул я. — Такого не бывает. Скорее уж жуксы начнут балет танцевать, чем они о нас забудут…

— Тогда пгедлагаю сидеть тут и не светиться, — заявил Дед.

— Кушать уже хочется, — простонал Куча, — а весь день — это же вообще можно и помереть с голодухи.

— Ты же только что пгоснулся, тгоглодит! — возмутился Дед. — Пять утга, а ты жгать уже хочешь?

— Это не я, это организм у меня такой.

— Или глисты, — подсказала Выдра.

— Или глисты, — легко согласился Куча. — Короче, вы как хотите, а я жду еще полчаса и в столовку. Голод не тетка.

— Из-за этого пгоглота все попадем! — буркнул Дед.

— Ну, пожрать то все равно надо, — пожал я плечами.

Во всей нашей дискуссии, как всегда, не участвовали лишь Чуха и Такахаси. Они вообще были немногословные.

Выждав полчаса, так и не дождавшись появления инструкторов, мы решили выдвигаться в столовую. Тем более Куча принялся ныть, что, мол, сил терпеть больше нет, желудок вот-вот схлопнется. И вообще, он с голодухи испытывает колоссальные страдания, и если все мы немедленно не отправимся в столовую, он вынужден будет сделать это сам.

Ну а раз Куча вылезет из каюты, спалится перед инструкторами, то и нам долго бить баклуши не удастся.

В столовой, вопреки нашим ожиданиям, мы смогли спокойно позавтракать и даже поболтать о том, о сем. И лишь когда наш завтрак подходил к концу, заявился инструктор Зим.

— О! Вижу, господа курсанты уже выспались, и даже успели позавтракать? — ехидно поинтересовался он.

Мы все затравленно поглядели на него. Что сегодня нам светит? Беготня голыми по углям? Купание в ледяной воде? Инструктора придумали свежую пытку?

— Сегодня у вас, можно сказать, выходной, — заявил Зим, — а точнее сегодня вам будут загружать базы знаний. До самого вечера.

— Что, и все? — удивился Куча.

— Вам мало, боец? — усмехнулся инструктор.

Ну, вообще-то загрузить базу данных — это дело нескольких минут. Далее она за несколько часов или дней (в зависимости от ее объема) распакуется, «осядет», и тогда можно будет использовать все знания и навыки, которые она в себе содержала. Ничего особо сложного или трудного в этом нет — посиди в кресле обучающего центра, и свободен, как ветер в поле.

— Поверьте, — продолжил инструктор, — к вечеру вам будет так хреново, как в жизни не было.

Я тяжело вздохнул. Ну, понятно…все-таки придумали какую-то пакость… Что ж, ничего другого я не ожидал. Благо сейчас, по его словам, нам предстоит сколько-то времени потратить в обучающем центре. Уже хорошо — чем дольше мы там, тем меньше остается времени у инструкторов для того, чтобы измываться над нами.

К вечеру я понял, насколько был неправ…

Базы знаний «вливали» в нас часами. Одна за другой, без всяких пауз и остановок. Я не то что не успевал даже прочесть их названия, а со счета сбился, сколько их в нас загрузили.

Уже спустя пару часов нахождения в учебном центре башка моя болела так, будто в нее раскаленный свинец налили. Ощущение было такое, что она вот-вот лопнет. Судя по страдальческим взглядам моих друзей, сидевших в соседних креслах, им было ничуть не легче.

Ближе к 10 вечера нас наконец-то отпустили.

Меня мутило, перед глазами все плыло, в башке словно набатом били в колокол, и звон его разливался по всему телу. Виски болели, темечко пульсировало, слезы застилали взгляд, а даже попытка подумать хоть о чем-то вызывала такую мигрень, что и передать невозможно.

Еше шевеля ногами, я добрел до своей койки, рухнул на нее и мгновенно отключился…

На следующий день нас снова никто не стал поднимать с утра пораньше, да и мы продрыхли.

Лично я проснулся ближе к полудню.

При этом ощущения были такие, будто вчера мы пьянствовали, причем обильно и мешая все, что попадалось под руку. Буквально вся симптоматика налицо.

Остальные бойцы нашей МТГ «Глаз-1», пардон, уже «Корсак», выглядели ничем не лучше. Хоть сейчас бери эти лица и в качестве наглядного пособия о вреде пьянства выставляй.

— Ну что, бойцы, отдохнули вчера? Отоспались? — в дверях нашего кубрика стоял старший инструктор Хардман.

Он оглядел нас издевательским взглядом и заявил:

— Ну?

— Так точно, старший инструктор, — невпопад ответили мы.

— Не слышу радости в голосах, — хмыкнул он, — наверное, залежались, надо размяться.

Я чуть не стонать был готов от осознания, что сейчас нас начнут гонять, но не тут то было. Никаких марш-бросков или полосы препятствий не планировалось, вместо этого нас ждала старая добрая драка.

Мы, а точнее каждый из нас, против инструкторов.

Что ж, не знаю, чем нас там натолкали, но во время спарринга я отметил, что начал двигаться совершенно иначе. Собственно, у меня уже были базы рукопашного боя, причем не обычные, а доступные бойцам 8-го флота, еще и мною же «улучшенные».

Но теперь…мы явно получили нечто в разы лучше. Я двигался экономно, прилагая минимум усилий, совершая минимум действий. В таком темпе можно не сбивать дыхание часами. Также я был удивлен тому, насколько лучше стал предугадывать действия противника. Помнится, когда мы только прибыли, инструктора провели спарринг и с легкостью положили всех нас на лопатки.

Для меня это было вдвойне обидно, ведь я уже мнил себя крутым бойцом. Ну а как же? Рамбо ведь, считай, пятерых вертухаев раскидал, причем двоих с летальным исходом, а тут…не смог отбиться всего от одного противника. Как так?

Но, должен признать, навыки рукопашного боя у инструкторов были на совершенно другом уровне.

И вот теперь мы пусть с ними и не сравнялись, но плюс-минус действовали с помощью тех же приемов, кое-как могли отбить их удары и даже удачно провести собственные.

Тем не менее, я прекрасно понимал — нужна практика. Чем больше, тем лучше.

Вопреки моим ожиданиям, спарринг не затянулся до вечера. Всего-то пара часов, и все, занятие закончились.

Далее мы вновь оказались на полигоне, и вновь нас заставили осваивать все виды как гражданской, так и военной техники. Вот только теперь нас учили не водить различные транспортные средства, а взламывать их и угонять.

Зачем нам такие навыки — я не представлял. Из нас что, диверсантов готовят? Но ведь у ящеров и жуксов совершенно иная техника, нисколько не похожая на то, что имелось у нас на полигоне. Да чего там, у нас была исключительно человеческая техника. Ничего инопланетного… Так что же это получается? Нас готовят к выполнению задач на человеческих планетах, в человеческих городах?

После тренировок с машинами нас отправили в спортзал. Здесь и вовсе все было страннее некуда — мы жонглировали всевозможными предметами, бросали их в мишень, даже драться пытались.

Когда все окончательно умахались, инструктор все же сжалился над нами и разрешил сделать перерыв.

— Г-дин старший инструктор! — набравшись храбрости, решил спросить я. — Могу задать вопрос?

— Дерзай!

— К чему нас готовят? Что это за учеба такая?

— Мне не докладывают, курсант. Сказано сделать из вас бойцов — я делаю.

— Но…я еще могу понять новые базы по рукопашному бою, а зачем нам учиться угонять гравилеты?

— Новые базы по рукопашному бою? — хмыкнул инструктор. — Да ты, боец, даже не понимаешь, что тебе в башку запихнули! Эй! Зим! — окликнул он появившегося в зале инструктора. — Ты представляешь, эти олухи думают, что им базы по рукопашному бою загрузили!

— Хах! — расплылся тот в улыбке. — Они что, так и не доперли, что к чему?

— Похоже, что нет, — ответил Хардман и повернулся ко мне. — А скажи-ка, курсант, ощущения дежавю нет?

— Чего? — не понял я.

— Нет ли ощущения, что все, что с тобой происходит сейчас, уже случалось раньше?

Я прислушался к себе. Была эдакая странность, которую даже словами не описать. Были какие-то странные воспоминания или же намеки… Как бы так объяснить…в некоторых ситуациях я знал, как нужно поступить, так как в прошлом подобное уже случалось, но стоило на этом самом «в прошлом» сосредоточится, как я понимал — ничего подобного со мной раньше не случалось, и откуда я знаю, как нужно действовать, без понятия…

— Никак нет, — наконец, ответил я, — хотя…

— Хотя?

— Хотя есть некоторые странности. Я вроде как помню то, чего со мной никогда не происходило.

— Во-о-от! — расплылся в улыбке инструктор. — Ладно, слушайте… Значит так, вам загрузили вовсе не базы знаний, вам загрузили…воспоминания и боевой опыт.

— Чего-чего загрузили? — ошарашенно переспросила Выдра.

— Объясняю еще раз для тугоухих, — презрительно процедил сквозь зубы инструктор, — в вас загрузили опыт и навыки других оперативников. У вас есть пять дней, чтобы освоить полученные знания, привыкнуть к ним, и далее сдать экзамен.

Вот такой вот расклад. В моей голове, получается, имеются воспоминания другого человека или вообще нескольких людей. Я знаю, как действовать в той или иной ситуации, знаю правильное решение, но при этом, в отличие от готовых баз знаний, у меня нет шаблонов, по которым я буду действовать. Во всем я должен импровизировать. Что ж, с одной стороны это намного удобнее — не хотелось бы стать эдаким вариантом тупого АОДа, но с другой стороны… Какой же объем данных нам вчера загрузили? Судя по нашему состоянию, просто огромный. И как его можно освоить за пять дней? А что еще гораздо более интересно — что нас ждет по их истечению?

Отвечать на этот вопрос инструктор не стал, лишь буркнул: «Увидите».

А со следующего дня инструкторы от нас вовсе отстали — прибыла новая группа новичков, за которую они и принялись, а мы оказались предоставлены сами себе, о чем нам и было заявлено.

— Ну и, что делать будем? — растерянно спросил Куча.

— Понятно что — тренироваться, — хмыкнул я. — Чую, через пять дней нас ждет нечто такое, что вряд ли покажется легкой прогулкой.

— Уверена, нас закинут в какую-то задницу, выбраться из которой — тот еще подвиг, — проворчала Выдра.

— Значит, надо быстрее освоить то, что нам дали, — заявил я.

Мы так и сделали, и к концу второго дня наши интенсивные тренировки дали о себе знать. У каждого из нас начали проявляться особенности или, что правильнее сказать, специализация. Каждый в отряде занимался чем-то своим, что не могли сделать другие. К примеру, Выдра была рукопашником, способна была тихо подкрасться к любому из нас и вывести из строя буквально с одного тычка. Куча, о чем несложно догадаться, отличался недюжинной силой, а также умением применять в качестве оружия все, что ему попадалось под руку — лавки, столы, куски обшивки, случайно подвернувшийся Дед.

Дед, когда Куча не махал им, словно дубиной, учился брать под контроль и управлять разнообразными роботами, дронами и прочим. Так понимаю, из него готовили «отрядного технаря».

Чуха начал снайперить вообще из всего, из чего только можно. Наверное, не было снайперской винтовки, из которой он еще не стрелял — мелкашки, импульсники, крупный калибр, гаусс — он испробовал все, и до сих пор сидел в тире.

Что касается нас с Такахаси, то мы были штурмовиками. Могли использовать все, что только можно, водили технику, взламывали замки, устанавливали взрывчатку, обезвреживали мины.

Причем с каждым днем все члены команды лучше и больше оттачивали свои навыки.

Так понимаю, из нас готовили эдаких командос, и я мог только догадываться, на какие задания нас будут отправлять…

Совершенно незаметно для нас, увлеченных тренировками, пролетели все пять отведенных нам для освоения новых знаний дней.

Настал час того самого «экзамена», и в 7 утра в наш кубрик заявился Хардман.

— Ну что, готовы доказать, что на что-то способны? — спросил он, обведя нас взглядом. — 10 минут на сборы, и жду вас в столовой для постановки задачи.

«Экзамен» нам достался не такой уж и легкий. Суть его заключалась в том, что нам предстояло сразиться с целым взводом «псов», а это не много не мало, а, считай, полсотни человек. Что и как мы можем сделать с ними — непонятно.

Да, Планетарные Силы Обороны никогда не отличались хорошей выучкой, умелыми и опытными бойцами, но…их полсотни, а нас всего шесть человек.

Впрочем, было небольшое преимущество — мы знали, что нам предстоит, а вот ПСОшники — нет. Им в задачу ставилось «преодолеть полосу препятствий». О том, что на этой самой «полосе» «препятствия» начнут палить, швыряться гранатами и всячески пытаться убить бедных ПСОшников, им не сказали.

Именно так, «убить». На этом экзамене и мы, и ПСОшники будем пользоваться боевым оружием и патронами, энергооружие будет работать в полную мощность, а гранаты будут не условными и не учебными, а самыми что ни на есть настоящими.

Собственно, мы далеко уже не то «мясо», которым были когда-то. Пугаться того, что нам выдадут боевое оружие и заставят им пользоваться, уже не стоило.

Напрягало меня совершенно другое. Это ведь, мать ее, как ни крути, а тренировка. Учебный бой, спарринг — называйте, как хотите. И во время этой тренировки нас заставляют убивать не жуксов, не ящеров, а людей. Причем еще и воюющих на нашей стороне. Да, это ПСОшники, которых презирает любой космодес, но это люди! И не раз все мы действовали заодно, защищая человечество от злобных тварей из космоса.

А тут…мы должны убить пятьдесят человек.

Конечно, несколько утешала мысль, что у каждого из них есть клон, и они смогут перенестись в него после гибели, но все равно, как-то это…подло.

Тем более что ПСОшники даже не будут знать, что идут на гибель.

Этими мыслями я поделился с Выдрой.

А она хмыкнула.

— А ты не забыл, что у них тоже будет боевое оружие, и они смогут нас убить? — поинтересовалась она.

— Ударим то первыми мы, — заявил я, — а они будут защищаться… Еще и ударим так подло — по людям, которые не будут этого ждать.

— А когда диверсанты по-другому действовали? — поинтересовалась Выдра. — Или на кого, как ты думаешь, нас готовят? Привыкай — снять часового, напав на него сзади, вогнав нож в спину или прирезав, подстрелить бедолагу, который сел под кустиками справить нужду, напасть в самое неожиданное время и вырезать всю спящую казарму. Это эффективно? Да? Это подло? Тоже да. Но нам ставят задачу, и мы ее выполняем. Если делу не помешает то, что мы устроим перестрелку и попытаемся перебить врагов «честно», то не вопрос, вот только я против такого подхода. Шансы сдохнуть в таком случае существенно возрастают, а я жить хочу, так что кончай ныть, Кураж. Либо мы их, либо они нас…

Что ж, Выдра оказалась убедительной. Можно сказать, она открыла мне глаза. Вся эта тренировка действительно не для того, чтобы оценить наши навыки и умения, а для того, чтобы сломать психологический барьер в наших головах. Нас учат, заставляют привыкнуть к тому, что убить человека можно и нужно, причем неважно, как.

Вот сегодня, например, у нас есть преимущество — во всяком случае, первый удар будет неожиданным, и в случае удачи можно положить большую часть противников. Если же не удастся это сделать, то нам придется туго — отбиваться от кучи ПСОшников, взбешенных тем, что их используют в качестве мальчиков для битья, чтобы «обкатать» нас, «спецуру». И как только ПСОшники поймут, что происходит, они костьми лягут, но попытаются нас перебить, ведь сражение, в котором ПСОшники покрошат «спецуру», станет легендарным…

Интересно, были ли на этой тренировочной базе подобные случаи? Проваливала ли спец МТГ такой экзамен в прошлом, или мы можем стать первыми?

Очень бы не хотелось…

Видимо, о таком исходе подумал не только я. Куча поинтересовался у инструктора, что случится, если мы проиграем.

Тот усмехнулся и ответил:

— Если вы насколько тупы, что не сможете перебить стадо идиотов-псов, то на кой черт вы такие вообще нужны? Получите пинка под зад, и все.

Так понимаю, «пинок под зад» подразумевается из 8-го флота, а не из ВКС в целом. Не скажу, что так уж стремился влиться в ряды контрразведчиков, но все равно это будет обидно. Ну, или как минимум унизительно…

Так что готовились мы основательно и на полном серьезе.

Еще один плюс, который можно записать нам в преимущества — это куча всевозможных игрушек, которыми вообще-то заведовал Дед, но обучились управлению ими и все мы. Летающие дроиды, ездящие, бегающие, всевозможные дистанционные ловушки и другие примочки, которые, если использовать их с умом, могут нам помочь в выполнении задачи.

Наконец еще одним нашим преимуществом было то, что предстоящее место сражения нам позволили изучить и подготовить. А вот ПСОшники тут появятся только непосредственно перед началом экзамена.

Вот и хорошо — мы будем знать местность, а они нет. Мы напихаем везде ловушки, не будем показываться противнику на глаза, а он будет нести потери, думая, что все так и должно быть, что именно в этом и заключается их задача — пройти по полигону внимательно и осторожно, не попавшись ни в одну из ловушек.

Что ж, не хочется их расстраивать, но у них это не получится — даже если они будут обходить ловушки, умудрятся ни одну из них не активировать, это за них сделаем мы, и ПСОшники получат свое…

А вот дальше… Дальше уже намечался полноценный бой. Но я надеялся, что к тому моменту нам удастся сократить личный состав взвода ПСОшников, если и вовсе не перебить их всех…

Пока у нас имелось время в запасе, в первую очередь отправились изучать предстоящее поле боя. Именно от того, как выглядит место сражения, зависело, что именно нам на себя напяливать, к чему готовиться и как спланировать систему ловушек, где лучше их ставить…

Сражаться мы должны были на эдакой «Арене», на которой все было обставлено так, будто находишься и не на станции, а в какой-то промышленной зоне на планете.

Все мы разошлись в разные стороны. Я, Куча и Выдра пошли выбирать места для огневых точек, а также удобные места для нападения (я решил использовать тактику «внезапных наскоков). Чуха и Такахаси выбирали место для снайпера, Дед искал для себя 'нычки», где может спокойно засесть и уже в безопасности управлять подчиненными ему дроидами.

После того, как мы изучили местность, настала пора вооружаться и готовить ловушки.

В качестве последних мы выбрали несколько вариантов: банальные растяжки, дистанционные взрыватели, дымовые гранаты, антигравитационные и плазменные. Именно на последние я делал ставку: если повезет — зашвырни такую в толпу, и удастся отправить в небытие кучу противников. Единственный минус — плазменные выдали «ограниченные»: у них и радиус действия меньше, и температура в точке активации. Полноценные плазмогранаты имели одну неприятную особенность — могли уничтожить клон-чип раньше, чем тот передаст данные в клон-центр. Ну и, соответственно, ВКС терять людей на учебном полигоне не хотели, вот и выдали нам «недогранаты».

Дед набрал дроидов. Трое обычных, которых он планировал запустить в автономном режиме. Когда начнется заваруха, АОДы отвлекут на себя внимание, давая нам время и возможность подобраться к противнику с другой стороны. Естественно, Дед не побрезговал летающими камикадзе, на которых была так же возложена функция доразведки.

Что касается остальных, то там все было намного проще. Чуха не стал изменять себе и взял снайперку, но, так сказать, «многофункциональную» — с обычной оптикой, тепловизором, добрал как обычных патронов, так и «взрывных». Хорошая, кстати, штука. Стреляешь — пуля долетает до точки, «влипает» в поверхность, и только потом взрывается, разбрасывая кучу мелких осколков. Убить такой (если не стрелять прямо в цель) затруднительно, зато выгнать противника из укрытия или наделать трехсотых — самое то.

Куча тоже пошел по своему обычному пути — взял пулемет. Выдра вооружилась гаусс-пушкой, напялила на себя экзоскелет с усиленной мускулатурой. По идее бегать и прыгать она должна так, что ее хрен поймаешь.

Мы с Тахакаси оказались куда скромнее сослуживцев — обычная броня, «ИВы», гранаты и пистолеты в качестве запасного оружия.

К слову, перед этим долго и нудно обсуждали всей МТГ, не стоит ли облачиться в «Рыцарей», но затем эту идею откинули. Противник у нас легкобронированный, очень мобильный. А главное — даже бойцы ПСО отлично знают, как справиться с врагом в «Рыцаре» — закидай его гранатами, и дело с концом. А в «Рыцаре» от гранат особо не побегаешь.

Так что надеяться на то, что ПСОшники не допрут, как нас перебить, мы не стали, и решили полагаться не на толстую броню, а на собственные навыки, скорость и технику, которой набрали в избытке.

Когда мы были готовы, а до появления ПСОшников оставались считанные минуты, время, как и положено в таких случаях, начало тянуться. Мы изнемогали в ожидании, когда нам наконец-то позволят пройти на полигон.

Какого, спрашивается, черта мы должны сидеть тут? Лучше бы уже позволили выйти и занять позиции. В конце концов, это тоже требует времени. И уже там бы мы дожидались врага.

А то что это за засада такая? Получается, все подготовили, ждем противника и сидим черт знает где, чтобы затем по сигналу, сломя голову нестись к местам, на которых мы должны были быть с самого начала…

Вот мы и на месте, а наш противник уже появился в другой стороне полигона, идет себе расслабленно, в ус не дует и не знает, какие сюрпризы его уже поджидают…

— Дед! Картинку дай!

— Делаю, — буркнул тот, и практически сразу метрах в семи от меня с тихим шелестом взлетело два дрона-камикадзе. Они поднялись метров на десять вверх и, ускорившись, полетели вперед, при этом разлетаясь в стороны, чтобы зайти на противника с флангов.

— Дед! Даже если они там всей кучей идут — не вздумай дронов на них кинуть! — приказал я. — Все равно всех не убьешь. Зато остальных взбаламутишь.

— Понял — не дугак, дугак бы не понял, — ответил Дед.

Вот и славно. Собственно, я был уверен, что Дед так не поступит, но лишний раз напомнить о плане не помешает. Вдруг возникнет бо-о-ольшое искушение.

Тут же с дронов появилась картинка.

Ну вот, как я и думал, «псы» разделились на три группы, и каждая начала пробираться через полигон своим путем.

Ну-с, теперь ждем, пока какая-то из них первой нарвется на подготовленные ловушки.

Как оказалось, ждать пришлось недолго — самая левая группа напоролась на банальную растяжку.

Грохнул взрыв, и до меня донеслись предсмертные крики и вопли раненых.

Скосив глаза на картинку, передаваемую с дрона, я разочарованно вздохнул — всего-то трое. ПСОшники оказались не такими уж и тупыми — впереди шла небольшая группа разведчиков, а основная масса бойцов шла чуть сзади, отставая от авангарда метров на шесть-семь, так что подрыв гранаты привел к тому, что умер лишь один, двое других получили ранения разной степени тяжести.

Основная же группа остановилась, принялась напряженно водить стволами из стороны в сторону, выискивая противника и пытаясь сообразить, что вообще случилось.

Плохо. Теперь они будут куда осторожнее.

Опять грохнул взрыв — в этот раз нарвалась центральная группа. Что ж, очень хорошо. Если что-то рвануло, значит, у нас на одного или даже нескольких противников стало меньше…

— Куча! Готовься! — приказал я. — Дед! Одним дроном атакуешь левых. Чуха! Ты центральных пугай!

— Есть… — синхронно отозвались они.

— Поехали! — приказал я. — Работаем после Кучи.

Куча тем временем уже начал перемещаться — незаметно для противника он проскочил под стеной «полуразрушенного» здания, взбежал по ступенькам и замер у окна, пока не высовываясь наружу.

Несколько секунд помедлил, приводя в порядок дыхание, а затем вышел, грохнул пулемет сошками на подоконник и зажал гашетку.

— А-а-а-а! — перекрывая даже собственную очередь, заорал он.

Не ожидавшие подобного ПСОшники замерли, как вкопанные, вместо того, чтобы разбежаться в разные стороны, заняв хоть какое-то укрытие.

Прежде чем это до них дошло, и они попрятались, Куча успел завалить четверых и еще хрен знает сколько и насколько тяжело ранить.

К этому моменту грохнул взрыв — Дед отправил одного из своих дронов на еще одну группу. По третьей бил из снайперской винтовки Чуха. Его выстрелы, словно удары хлыстом, отдавались эхом по всему полигону.

Только что стояла вакханалия — выстрелы винтовки, взрыв, пулеметные очереди, ответные выстрелы со стороны ПСОшников — они или засекли наконец-то Кучу, или же просто палили кто куда, наудачу.

И вдруг, тишина. Куча уже ушел в укрытие, Чуха затаился, Дед свой второй дрон, как и приказано, использовать не стал.

Угомонились и ПСОшники — большая их часть засела кто где за укрытиями, боясь даже высунуться. Те, что бойчей, крутили головами, держа оружие наготове и пытаясь найти неприятеля.

На земле, где только что шла их группа, лежали несколько трупов. У «левых» виднелась приличных размеров воронка, оставшаяся после взрыва.

У центральной группы тоже имелись потери. Всего двое, но начало положено…

Несколько секунд ПСОшники собирались с мыслями, может даже совещались, что делать дальше. Во всяком случае, никуда они пока идти не собирались — как засели, так и сидели на месте.

Мы тоже не дергались, дожидаясь, пока противник успокоится и покажется.

Но, судя по картинке с дрона, ПСОшники решили уйти в глухую оборону, и вылезать из укрытий не собирались.

Что ж, придется их «простимулировать»…

— Куча! Заходи на «своих» сбоку. Как будешь на месте — доложишь, — приказал я и пояснил свою идею. — Мы сейчас их припугнем, пусть метаться начнут. Как услышишь взрыв — начинай.

— Понял…

— Дед! По центральной группе дроном дай, — продолжил я.

— Выдра! Прикрывай Кучу, не дай им подойти к нему. Они сейчас озвереют. Чуха! Прижимай центральных — не давай им высунуться. Такахаси! Ты со мной!

Мы все мгновенно разбежались кто куда.

Мы с Такахаси бежали к последней, так сказать, «не охваченной вниманием» группе врагов.

Где-то чуть левее грохнула очередь — Куча уже начал работать. Практически сразу за этим раздался взрыв — Дед направил на ПСОшников еще одного камикадзе.

Впереди тоже грохнуло — ПСОшники из группы, которой досталось меньше остальных, решили пробиваться вперед. Надо же, какие смелые…

Я сорвал гранату и швырнул вперед.

— Бойся! — заорал я и нырнул за укрытие. Такахаси последовал моему примеру.

Моя граната взорвалась не так громко, как дрон-камикадзе, зато полыхнуло так, что даже до меня волна жара дошла.

А впереди, там, где были ПСОшники, уже раздавались крики несчастных, которых сразу не сожгло термальной гранатой, но зацепило.

Ох, не завидую я им…ожоги — самое неприятное, что только может быть. Боль адская…

— Дед! На наших выпускай АОДов! — приказал я, срывая с очередной, на этот раз осколочной, гранаты чеку.

Адище, который мы устроили на полигоне, длилось недолго — через десять минут все затихло. Но так как офицеры-инструкторы не появились, мы смекнули, что от нас требуется, и пошли добивать выживших, проводить контроль.

Лишь когда последний из ПСОшников отправился в клон-центр, заселять новое тело, раздался пронзительный сигнал, означающий конец тренировки.

Мы облегченно выдохнули, опустили оружие и поставили его на предохранители.

Все, закончили…

С одной стороны я испытывал небывалое облегчение от того, что сложная и тяжелая работа была сделана, а с другой на душе было мерзко и противно, будто ты в грязи вывалялся. А все потому, что мне сейчас просто так, ровным счетом, без какой либо пользы пришлось убить кучу людей. Союзников…

— Молодцы, бойцы! Отлично справились! — заявил появившийся старший инструктор Хардман.

Я лишь кивнул. Говорить совершенно ничего не хотелось.

Заметив мое состояние, да и состояния остальных из нашей МТГ, Хардман убрал улыбку с лица.

— Ну, будет вам! Всякое дерьмо в жизни случается. А вы теперь знаете, как при этом себя чувствуешь. Зато на настоящем задании рефлексировать не будете, что, поверьте, плохо заканчивается, как для рефлексирующего, так и для всей его МТГ.

Наверное, он был прав, но все равно от этого легче не стало.

— Так, — хлопнул в ладоши Хардман, — что ж, с задачей вы справились, а это значит, что ваше обучение подошло к концу. А потому, по устоявшейся традиции…

Он протянул мне флягу.

— Это что? — нахмурился я.

— Пей давай! — приказал Хардман.

Я взял флягу, отвинтил крышку и осторожно понюхал. Пахнет неплохо.

— Давай, давай, — поторопил меня Хардман, — и остальным передавай.

Все мы по очереди приложились к фляге, а Хардман с улыбкой за нами наблюдал.

Я хотел было поинтересоваться, можем ли мы уже свалить отсюда, как вдруг осознал, что язык мой отказывается шевелиться. Более того, все тело словно бы одеревенело, я не могу пошевелить даже пальцем.

А затем я упал на пол. Перед глазами потемнело, но я смог разглядеть валявшихся, как и я, на полу своих друзей, а также склонившегося над нами Хардмана.

— А вот теперь самое время для экзамена, — заявил он, после чего я провалился в беспамятство.

Очнулся я от какого-то монотонного гула, бившего по ушам, и от того, что замерз.

Открыв глаза, я пытался понять, где нахожусь, но так и не смог.

Я сел и огляделся.

Черт! Да я же в десантном отсеке. Куда меня везут и зачем?

— Очнулася? — послышался чей-то насмешливый голос.

Его владельца я нашел сразу — он сидел в одном из кресел.

Тип лет тридцати на вид в звании майора и…с очень специфическим лицом. Я, признаться честно, даже поначалу решил, что это Чуха, но присмотревшись, понял, что ошибся. Это не Чуха, но как же он похож… Это что же, его соплеменник? Те же «узкие» черты лица и раскосые глаза, тот же специфический оттенок кожи, такой же взгляд, и даже акцент… Человек произнес всего одно слово, но характерное произношение букв было настолько знакомым, что…

— Добро позаловать на экзамена, — меж тем заявил майор, — гаварю сразу — нападать на меня или захватывать рапидуса низзя.

— Где я, черт возьми? — спросил я.

— Сказано зе — на экзамена, — поморщившись, повторил майор, — твоя задаця — добраться до любого объекта связи и запросить помось. Либо просто вызывать на протязение три дня.

— Кого вызывать? — не понял я.

— Не вызывать, а вызывать!

— А разница в чем? — ухмыльнулся я.

— Сутник, та? Смесно, да? Вызывать — это не умирать три дня, — набычился майор, на лице которого, я, кстати, заметил серьезного вида синяк. Где это он так, интересно? Или, точнее, кто это его так? Может, кто из моих?

Я огляделся. В рапидусе кроме нас с майором никого не было.

— Твоя бойца узе экзамена, — заявил майор, — ты тозе.

— Что «я тоже»?

— Экзамена сдавать.

— Каким образом?

— Рапидус сесть. Ты выходить и делать экзамена.

— А где мои вещи? — я огляделся по сторонам, но ничего не нашел.

— Нет вещи, — заявил майор, — искать, находить, забирать. Все! Выходить, выходить!

Он вскочил и, схватив меня за руку, потащил к выходу из десантного отсека. К тому моменту дверь уже автоматически открылась, и я, все еще мало что понимающий в происходящем, посланный толчком майора, полетел вниз.

Благо не травмировался, так как упал на мягкий снег.

Рапидус тут же стремительно поднялся и исчез в темном небе, с которого на меня летели снежинки.

Вот это попал…

Я поднялся и огляделся.

Вот это задница! Темнота, снег метет и ни хрена не видно вокруг, от слова совсем.

А самое неприятное — у меня ничего нет. Благо на мне «Пионер» — нечто вроде нижнего белья, которое имеет специальное защитное покрытие, и оно позволяет мне не сдохнуть при слишком высоких или слишком низких температурах. Впрочем, «Пионер» закрывает тело по шею, а вот руки, шея и лицо остаются открытыми, и сейчас дико мерзнут. Что еще хуже — заряд батареи у «Пионера» не вечный, и сейчас костюм работает на полную катушку, учитывая, что батарейка тут совсем миниатюрная, хорошо, если хватит заряда на сутки. А дальше превращусь в ледышку.

Я проверил уровень заряда. Ну, тут порядок — на сутки точно хватит, потом уже надо что-то думать.

Сделав шаг в сторону от места «посадки», я зацепился ногой за что-то.

О! Универсальная плащ-палатка. Ну, хоть тут экзаменаторы «сжалились», иначе мне вообще кердык…

Я принялся рыть снег. Не особо приятное занятие, когда у тебя нет перчаток — руки через несколько минут интенсивной работы начали замерзать, но я не останавливался.

Вырыв нору, я вновь вылез на поверхность. Черт, а тут гораздо холоднее, чем там, под слоем снега!

Я затащил в свою «нору» плащ-палатку, «установил» ее и залез внутрь, в настройках «Пионера» выставив максимум мощности.

О, как хорошо сразу стало! Вьюга не воет, снег в лицо не летит, тело отогревается, и даже заледеневшие руки, которые я уже чувствовать перестал, начали приятно пощипывать. Скоро они окончательно «оттают», и тогда заболят так, что взвою. Но лучше так, чем отморозить их напрочь…

Я отогрелся и заснул.

Проспал я, если верить нейроинтерфейсу, около 4 часов, и когда вылез из своей норы, уже светало.

Ну и отлично. Хоть что-то можно разглядеть.

Признаков цивилизации, да и хоть какой-нибудь разумной жизни, я не разглядел. Скалы, снег, ущелье неподалеку. Вот, в принципе, и весь пейзаж.

Ну что ж, не все так плохо. Нейроинтерфейс работает, и я, надеюсь, нахожусь на планете, которая есть в моих «базах».

По идее мы должны быть на поверхности той планеты, на орбите которой находилась станция контрразведчиков. Вряд ли они бы меня куда-то далеко везли, а раз так…

Я нашел в каталоге нужную планету, задал параметры для поиска — те самые скалы, горы, ущелье, и принялся ждать, пока в каталоге не будет найдена похожая местность.

Ждать пришлось недолго — и минуты не прошло, как я получил картинку с указателем, где вероятнее всего нахожусь.

Вот и отлично! Если верить карте — всего в нескольких километрах к востоку прямо за скалами располагался небольшой городок, именуемый как «Об. № 17Б».

Ну, пойдем, поглядим, что это за «№ 17Б»…

Не скажу, что путешествие это было легким. Все же одно дело — идти в боевом скафе, совсем другое — в легком костюме, который вообще-то даже одеждой не считается.

Пройдя треть пути, я снова начал замерзать — если руки еще можно было спрятать, то лицо нет. Приходилось тереть щеки, лоб, нос, шею, чтобы хоть немного согреть их.

М-да, с одной стороны в скафе я бы тут намучался — скорость упала бы до самого мизера, ведь я бы утопал в снегу в силу большого веса брони. Но с другой — путешествовал бы в тепле и в комфорте. И не надо бы было, кстати, как сейчас озираться по сторонам. Ведь помнится, майор сказал, что нужно «выжить в течение…». А раз так, то вряд ли моими единственными врагами тут будут только мороз и снег… Как бы пулю не схлопотать.

И кстати! Значит, вот он какой, наш выпускной экзамен? Значит, то сражение с ПСОшниками было чем-то вроде отборочного этапа? Запороли бы его, и до свидания. А так вроде заработали доступ к экзамену…

Интересно, как там мои друзья — Выдра, Куча, Чуха, Такахаси, Дед? Они тоже, как я сейчас, бредут по колено в снегу? Или уже справились? Или околели на морозе?

Не стоит сейчас над этим думать — ничем помочь я им не могу. Сейчас для меня главное — выжить самому…

Я брел, периодически вглядываясь вперед — туда, где должен был быть тот самый «объект № 17Б». Но пока что-то не наблюдал никаких строений или любых других признаков человеческого жилья, ну, или что там? Склад? Аванпост?

Когда я прошел по прикидкам около ⅔ пути, впереди увидел что-то блестящее. Лучи местного светила отражались от чего-то, слепили меня.

Здание?

Я ускорился, и чем ближе был к цели, тем больше удавалось рассмотреть конечный пункт моего путешествия.

Здание. Довольно небольшое, но здание. Уже хорошо — в нем можно согреться, вполне возможно, что подзарядить мой костюм. А главное — в нем можно чем-то полезным разжиться.

Уверен, хоть что-то найду. Да хотя бы трубу или арматуру, которые можно использовать как дубинку. А что — уже оружие…

Чем ближе я подходил к «объекту», тем более неспокойно мне становилось. А что если там кто-то есть? Что с ними делать? Валить? Ну, как-то не хочется сразу мясо устраивать. Вдруг гражданские, которые не при делах?

С другой стороны кто бы там ни был, он явно в курсе, кто я и чего мне надо. Ведь это тренировочная зона, или как там ее назвать? Раз так, то все, кто находится в ней, должны знать, что здесь может появиться полуголый чел, который может попытаться кого-то завалить, и ему жизненно важно продержаться несколько суток. Не удивлюсь, если всем присутствующим на территории платят, чтобы как раз этот самый чел прожить указанное выше время не смог.

Ну, логично же?

Короче говоря, чем ближе я подбирался к «объекту», тем больше у меня развивалась паранойя.

В конце концов, наплевав на то, что я замерз, что я никого не вижу (встроенные в глаза импланты могли работать и в ИК, и в ПНВ режимах, но все же по «качеству» существенно уступали специализированным приборам), я начал перемещаться от камня к камню. Делал я это, чтобы меня было сложнее обнаружить тем, кто, возможно, находился на «объекте».

Когда до здания осталось каких-то метров пятьдесят, я и вовсе замедлился, подолгу сидел за камнями и прислушивался.

Как оказалось — не зря.

Сначала я услышал хруст снега под чьими-то ногами. Тип ходил совсем недалеко от меня, и я уж было решился напасть на него, как вдруг услышал еще шаги. К нему кто-то шел. Точнее шли — два человека, минимум.

Я осторожно выглянул из-за своего укрытия.

Ну да, так и есть. Неподалеку мужик с «Отбойником» на плече, к нему приближаются двое, вооруженные так же.

Мужик, стоявший один, был повернут лицом ко мне, но парочка, к нему приближающаяся, окликнула его, и он повернулся ко мне задом.

Я тут же перескочил до ближайшего камня, оказавшись еще ближе к этой троице.

Кем бы они ни были, но я уже решил — минимум один пойдет спать, и надолго. А мне нужна его одежда, оружие и… О! Гравицикл!

Хоть и старый, но мощный и надежный байк я приметил под самим зданием. Точнее сразу три байка. Та-а-ак, хорошо. Значит, здесь всего трое бойцов. Или внутри еще сидят? Разберемся…

— Эй! — меж тем окликнул парочку «одиночный» мужик. — Вы чего вдвоем шаритесь? Совсем скучно стало?

— Шеф! Мы к тебе с хорошими новостями, — отозвался один из парочки.

— Ну? С какими?

— Связались с ребятами с соседнего полигона — они уже собираются домой.

— Как так?

— Испытуемый так и не появился. Уже больше суток прошло, его нигде нет. Похоже, замерз.

— Может, еще объявится.

— Нет…вряд ли. А ребята с 4-го полигона и вовсе уже отчалили.

— Чего так?

— Их испытуемый не высадился. Дали отбой.

— Оп-па…а чего не высадился?

— Не «не высадился», а «не высадилась», — поправил обоих третий, доселе молчавший тип.

— Высадилась? — переспросил «часовой». — Баба, что ли? В спецуре? Да ладно…

— А чего тебя смущает? В космодесах тоже есть. Теперь вот и в спецуре…

— В спецуре нет — раз отменили высадку, значит, зассала. А раз так, то все, пинка под зад получит.

— Ну и правильно, нечего еще бабам в спецназе делать. Лезут везде, как мухи на мед…

— На мед лезут не мухи, а мухи лезут… — глубокомысленно начал один из «вертухаев», но «часовой» его осадил.

— Ну хватит болтать!

— Но шеф! Вы же…

— То, что случилось на соседних полигонах, нас не касается. У нас свой испытуемый, и он высадился всего часов десять назад. И кстати, неподалеку от нас.

— Думаете, к нам припрется?

— Да кто его знает? Среди них ведь разные типы встречаются. Бывают тугоумные, что не способны на месте ориентироваться — они замерзают в снегах. А есть хитросделанные вроде того, помните? Что в прошлом году был.

— Это который весь город вырезал? — наморщил лоб один из троицы, пытаясь вспомнить, о чем речь идет.

— Он самый. Маньяк, блин, натуральный. И на кой черт он контрразведчикам?

— Города вырезать, — хмыкнул «шеф». — Ладно, хватит трындеть. Джеф! Дуй на свое место и гляди в оба. Серег! А ты давай, спи, пока есть возможность. Сменишь меня через три часа.

— Ладно…

Парочка развернулась и побрела прочь. «Шеф» вновь остался в гордом одиночестве.

Ну а я, сидя за камнем, раздумывал над всем услышанным.

Вот же черт… Это что получается?

«Испытуемый» — это я. Полигон — это как раз зона, в которой меня высадили и где мне надо выжить. Судя по разговору этих троих, рядом есть другие «полигоны», где испытания проходят другие бойцы. Насколько мне известно, на станции мы единственная группа, которая проходила обучение. А что из этого следует? Кто-то из моих бойцов высадился сутки назад, и до сих пор от него ни привета, ни ответа.

Пропал? Кто это может быть? Куча? Дед? Такахаси или Чуха? Выдра? Нет, стоп! Точно не Выдра. Как я понял из разговора, как раз Выдра отказалась проходить экзамен. Ну как же так? Ну почему? Неужели она испугалась? Да быть этого не может. Выдра, которую я знаю, никогда не пасовала перед сложностями. Как раз наоборот, она любит вызовы. Даже компьютерные игры, в которые она часто залипает, предпочитает те, где остальные испытывают боль и страдания. В том смысле, что очень сложные игры.

И тут вдруг она испугалась… Чего? Прыгнуть в снег? Выживания на морозе? Да, черт возьми, я поверю, что любой из нас откажется от чего-то, побоится, но только не Выдра. Она же даже когда боится — выезжает за счет своего упрямства.

Черт подери, черт подери…

Так. Сокрушаться и недоумевать, как такое случилось, буду потом. А пока нужно сосредоточиться на том, чтобы самому не вылететь с курса.

А потому…

Я медленно перебрался за следующий камень, оказавшись еще ближе к «шефу».

Он, похоже, начал замерзать, так как переминался с ноги на ногу, крякал, подпрыгивал, махал руками.

Ну ничего, родной, сейчас согреешься…

Я обошел его сзади, дождался, когда он отвернется в другую сторону, и рванул вперед. Вопреки ожиданиям, снег под ногами даже не хрустнул, и я, набрав приличную скорость, напрыгнул на человека, завалив его лицом в снег.

Первым делом я ударил его так, как и учил инструктор. Тело подо мной тут же перестало брыкаться — часовой потерял сознание. Ну, или умер, если я не рассчитал силы.

Я перевернул его на спину, расстегнул куртку и проверил пульс.

Нет, все в порядке — живой. И будет таким еще несколько часов. А вот дальше не факт — замерзнет ведь. Но несколько часов лежать на снегу, на морозе, я ему не дам. Все же не враг, так чего зря кровожадничать?

А вот чрезмерного милосердия проявлять точно не буду: мне холодно, и это надо исправить.

Я содрал с поверженного врага утепленные сапоги, штаны, кофту и куртку, снял шапку и, естественно, забрал оружие.

Тело затащил за камень, чтобы если один из оставшихся двоих припрется сюда снова, сразу тело не нашел.

Одевшись и вооружившись, я направился к зданию.

Сразу лезть к входу не стал — тот, что внутри, по идее дрыхнет, так что займусь пока вторым часовым.

Его я нашел сразу за зданием. Стоял на скале и пялился в белоснежную даль.

К нему я тоже подкрался бесшумно, даже автомат оставил на снегу, чтобы не брякнул в самый неподходящий момент и все не испортил.

К этому типу я подобрался вплотную, а он меня так и не услышал.

Ну, тогда и поделом тебе — я схватил его сзади за шею, потащил назад, при этом сжимая захват.

Тип попытался было побарахтаться, но вырваться он так и не смог. Несколько секунд он еще бился, а затем стал слабеть. В конце концов, и вовсе руки его упали, он обмяк.

Готов второй!

Этого я, естественно, раздевать не стал, лишь забрал оружие и гарнитуру.

Блин, что за отсталых берут работать на полигон? Зачем ему гарнитура? Нейросети, что ли, нет?

Как бы там ни было, а пока два-ноль в мою пользу. Осталось сделать три-ноль, и все, этот матч я выиграл…

В здание я пролез без всяких проблем. Ни тебе замков, ни тебе паролей. Ну и хорошо. А то уж я опасался, что придется приводить в чувство часовых и выспрашивать у них, как проникнуть на «объект». Причем «выспрашивать» жестко и быстро.

Но обошлось.

Внутри здание оказалось не таким уж и большим — всего-то три комнатушки. Одна с каким-то оборудованием, вторая нечто вроде общей кухни, ну а третья — «казарма» с тремя койками внутри, тумбочками, письменным столом и стулом.

На одной из коек дрых последний из той троицы, разговор которой я подслушал.

Я преспокойно подошел к койке, с размаху впечатал кулак в грудь спящего человека.

Он тут же дернулся, попытался подняться, но вторым ударом точно в нос я отправил его назад спать.

После этого привязал его к кровати и пошел на улицу — стаскивать тех двоих сюда. Негоже им там валяться — еще околеют, да и с «шефом» у меня планировался крайне интересный (уж для меня точно) разговорчик…

Когда все трое были в здании, надежно привязаны и связаны, я преспокойно пошел осматривать «объект». Собственно, как и говорил ранее, ничего интересного не нашел.

Нет, в моей ситуации что ни найди — все интересно, полезно и, как говорится, «при-га-ди-цца!». Ну а что не нужно будет, можно скинуть — «нэ при-га-ди-лас!». Однако, к примеру, стволов, патронов, гранатометов или, что было бы просто великолепно, орбитального шаттла не нашлось.

Зато имелась карта местности и мобильная точка связи. Правда, все это время молчавшая…

Карту я внимательно и вдумчиво изучил, но ее делали для тех, кто и так худо-бедно знает местность. А для таких, как я, случайных попаданцев, здесь просто были точки с подписями. Понять, город это, поселок, космопорт или вожделенный центр связи, добравшись до которого и связавшись с экзаменатором, я закончу свой тест, было невозможно. Ну ничего. У меня ведь есть три «переводчика», буду таскать их по одному, глядишь, и узнаю, где чего находится.

Ну а пока они еще в отключке…

Я обшарил кухню, заварил себе крепкий чай, нашел сухарики, мясные полуфабрикаты и еще какую-никакую провизию, после чего занялся готовкой.

Жрать все же хотелось неимоверно. И даже пока готовил, желудок то и дело ныл. И это при условии, что я успел залиться здоровенной чашкой чая и сладкими сухариками.

Тушняк сюда, бульон туда, перца насыпаем, ногой помешаем…

Пока мешал ложкой свое варево, как и положено порядочному космодесантнику, бубнил про «О великий суп наварили, о горячий суп наварили…»

Будучи не в силах терпеть, я попробовал свою стряпню и, решив, что горячее сырым не бывает, принялся хлебать с бешеной скоростью прямо из кастрюли.

Когда ложка начала скрести по дну, я наконец-то почувствовал, что наелся. Приятное тепло от забитого брюха расходилось в разные стороны по всему телу.

Нега охватила меня — совершенно не хотелось куда-то ходить, что-то делать, и уж тем более, снова вылезать на холод.

Ну его на хрен, этот холодрын!

Я развалился прямо тут, на «кухоньке»: кое-как разместившись на коротком диванчике, мгновенно вырубился. Хотя я и спал, однако все вокруг контролировал, слышал. Как говорят, лиса спит, а кур видит. Вот и я. А то глупо было бы сейчас влипнуть.

Однако все было спокойно — к «объекту» никто не спешил, ну а пленные все еще были в отрубе.

Когда до меня донесся какой-то шорох из «казармы», где я всех трех пленных и разместил, сон мгновенно улетучился.

Я открыл глаза и поднялся.

Так, похоже, пленники для разговора созрели.

Я молча зашел в казарму. Все трое уже очухались и лежали молча, не двигаясь, настороженно глядя на меня.

Я подошел к одному из них, отвязал от кровати и, схватив за руки, потянул за собой.

Тот грохнулся на пол, но не издал ни звука. Остальные тоже молчали.

Вот уроды, что, в партизан играть собрались?

И ладно бы это действительно были враги, ладно бы мы с ними были по разные стороны баррикад. Но нет, это просто сраная тренировка. Так чего они пыжатся? Это ведь всего лишь роль, которую надо играть. Да и вообще — свою задачу они провалили. Мало того, что меня не убили, не схватили, еще и сами попались. Так что все, обгадились, и нечего теперь из себя корчить…

Но нет.

Я притащил пленника на кухню, усадил на диван.

— Ну, — сказал я, — рассказывай!

Тот лишь зло зыркнул на меня, хмыкнул и отвел взгляд в сторону.

Вот ведь козел!

— Слушай, — миролюбиво начал я, — вы уже проиграли. Не будь сволочью, скажи, как мне отсюда выбраться, и мы все отправимся по домам.

— Пошел ты! — сквозь зубы бросил мне пленник и вновь отвернулся.

— Ну, урод, я ведь хотел по-хорошему…

Моего удара он совершенно не ожидал — голова дернулась, сам он моментально оказался на полу.

Я схватил его и усадил назад.

— Ну? — я держал его одной рукой, а второй замахнулся для нового удара.

Пленник молчал.

— Ладно, козлина, — вздохнул я, — не хочешь по-хорошему, будет по-плохому!

Я принялся методично разрезать на нем куртку и штаны, так как снять их, когда у пленника связаны руки и ноги, банально не вышло бы. Далее снял шапку и сапоги, схватил за руки, поволок его за собой. Выйдя на улицу, я просто бросил его на снег в одном исподнем.

— Подумай тут пока, — заявил я и вернулся в здание.

Перед тем, как пойти к двум другим пленным, я решил разыграть небольшой спектакль.

На ум мне пришло воспоминание о том маньяке, о котором они говорили, пока я их подслушивал. В голосах прямо-таки сквозил неприкрытый страх.

Боитесь, значит, отмороженных? Ладно, сейчас я вам покажу…

Собственно, для этого я и «терзал» одежду пленного.

Сделать некое подобие крови с помощью пищевого комбайна не составило труда — кетчуп, вода, немного пищевых добавок для нужной консистенции, и вуаля!

Теперь подготовим инвентарь. Здоровенный тесак, которым удобно рубить мясо, был и так изгваздан полуфабрикатами, которые пошли на мой суп. Для лучшего эффекта я измазал тесак в «крови», затем измазал собственную одежду, руки, и даже лицо.

Поглядев в маленькое зеркальце на стене, я довольно хмыкнул — видон получился такой, как надо.

Так, теперь нужно подготовить «сцену».

Накромсал «мяса», точнее его жалкую синтетическую копию, залил все только что сделанной «кровью», накидал всякого хлама в угол, накрыл его порванной курткой и штанами «охлаждающегося» товарища.

Ну-с…вроде как готово. Пора приглашать зрителей, точнее зрителя, и проверять качество моей работы.

Когда я вошел в «казарму», то сразу понял — мой сценический образ заценили.

О, никогда не забуду эти испуганные морды, в немом ужасе, широко распахнув глаза, глядевшие на меня.

— Ну что, кто следующий? — проворчал я, делая вид, что запыхался и немного устал — окровавленный тесак в моих руках дрожал, да и всем своим видом я старался показать, что только что проделал нелегкую, грязную, но нужную работу.

В этот раз, когда я выбрал следующую жертву, реакция была. До этого пленники были сама несокрушимость, а теперь, даже с учетом того, что были связаны, пытались если не отбиваться, то хотя бы брыкаться.

— Нет, нет! Отвали, сумасшедший! Нет! — орал тот, которого я выбрал. — Я не хочу! Нет!

— Чертов псих! — орал второй, которому пока повезло. — Ты же понимаешь, что мы не враги? Что это все тренировка? Что ты творишь? Тебя выгонят! Ты не сдашь тест!

Я игнорировал их слова. Во-первых, не думаю, что даже если я что-то подобное действительно исполнил, меня бы выгнали. Ну, маньяк, ну, палач… Люди разные нужны, все профессии важны. А во-вторых, забавно было слышать от этих козлов, что они наконец-то вспомнили про «тест», про то, что «мы не враги», и так далее. Когда я спрашивал в прошлый раз, они почему-то отважно молчали. А теперь, когда запахло жареным (точнее кровью), они резко переобулись.

Невзирая на крики и протесты, а также отчаянное сопротивление, я схватил второго и поволок за собой. Но даже сейчас, в таком положении, он не прекращал своих попыток высвободиться, помешать мне.

Ну-ну…

Я затащил его на кухню, небрежно бросил под стенкой, давая возможность издалека поглядеть на стол, испачканный кровью и кусками окровавленного мяса. Также я специально выбрал для него это место, чтобы оттуда было видно угол с «трупом», во всяком случае, окровавленную одежду он должен был увидеть.

Так, пусть теперь пару минут помаринуется, а потом…

Я ходил по кухне с задумчивым видом, громыхая и звеня, чем только мог. Когда украдкой бросил взгляд на пленника, увидел, как того прошибло на пот. А здесь было не особо тепло, надо отметить.

Что ж, кажется, «клиент готов».

Я подошел к нему, а он, уставившись на меня испуганно, забормотал:

— Нет, не надо…что тебе нужно? Что ты хочешь? Я все скажу, все…

При этом челюсть его тряслась, зубы стучали.

Ну, совсем другое дело — человек готов к сотрудничеству, но нужно еще немного надавить, чтобы уж наверняка даже не думал врать.

Я схватил его, и хоть он отбивался, брыкался, как мог, бросил на стол, который в моем «спектакле» должен был играть роль разделочного. Во всяком случае, антураж я ему сделал именно такой.

— Нет, твою мать! Нет! — уже истерично заорал пленник. — Нет!

Он орал, как резаный. Так, что уши закладывало. А уж когда я взялся за тесак, подошел к нему, вовсе перешел на такой диапазон, что, казалось, у меня башка лопнет.

А затем все вдруг прекратилось. Крик вдруг оборвался, пленник откинулся назад, глаза его закатились.

Ну надо же…как говорили в стародавние времена — чувств лишилась, барышня кисейная.

Тьфу ты… Ведь знал же, что не стоит еще больше нагнетать. И вот результат — перегнул палку.

Уже собрался было эту неженку приводить в чувство, как вдруг мне на ум пришла одна гениальная идея…

На подготовку и реализацию ушло всего ничего — десять минут, зато получилась такая красота…

Сосиски, которые были залиты «кровью», в которые я накачал кровь и в «шкурке» проделал дырки, чтобы кровь сочилась наружу. Фарш из силиконового мяса, выглядящий в первичном виде не очень, перемешанный с кровью, и вовсе рвоту вызывал одним лишь своим видом.

Далее все это дело на пузо бедолаге, все еще находящемуся в отключке, и…

Я нашел в аптечке какую-то бутылочку с неимоверно вонючим содержимым, открыл ее и подсунул склянку под нос «неженке».

Он мгновенно очухался, обвел осоловелым взглядом все вокруг и остановил его на мне, нависшего над ним с огромными ножницами (нашел в одном из ящиков), с которых медленно стекала кровь на стол.

Несчастный приподнял голову, чтобы понять, что вообще происходит, и увидел созданную мной экспозицию, которую я водрузил ему на брюхо.

Ох, как он орал! Любо-дорого слушать было.

Уверен, его слышал и тот тип, что остался в казарме, и даже тот, что сейчас прохлаждался на улице.

Этот дуралей, что лежал на столе, выл и орал, плакал и причитал.

— Не надо, не надо… — причитал он.

Мне, если честно, стало его даже жалко. Но тут же я откинул всякую человечность. В конце концов, они начали мне тут рогом упираться и в партизан играть, хотя теперь сами рассказывают, что «это же все лишь тест, не по-настоящему». А мне его теперь чего жалеть? В конце концов, я ж его и пальцем не тронул. Так, «загримировал» слегка.

Впрочем, если бы это был настоящий враг, скорее всего, действовал бы я куда более жестко и, так сказать, натурально.

— Где ближайший город? Какие силы его охраняют? Где засады? Сколько патрулей? Где центр связи? — засыпал я его вопросами. — Ну?

На последнем вопросе я ткнул тесаком кусок мяса, который издал характерный чвакающий звук.

И пленник сломался. Он рассказал все. Все, что знал сам, о чем слышал, о чем только догадывался…

Я не перебивал и все внимательно слушал.

Когда он закончил и просто лежал, трясясь, глотая слезы, я подошел и навис над ним.

— Теперь заткнись, — угрожающе приказал я, — ни звука, или я закончу начатое. Понял?

Он, не в силах ответить, просто закивал.

Я быстро вышел с кухни и отправился в казарму.

Едва я там появился, оставшийся в гордом одиночестве бедолага, слышавший крики и наверняка успевший себе напредставлять черт знает что, задергался на кровати. Вот только связал я его качественно, высвободиться у него не было ни малейшего шанса.

Я подошел к нему ближе, чем вызвал еще более отчаянные попытки освобождения.

— Ну хватит! — поморщившись, приказал я.

Тип с обреченным выражением на лице успокоился и перестал дергаться.

— Твой дружок уже все рассказал. Теперь твоя очередь. Где город, сколько там людей, где центр связи…

— Но ведь он все расска…

— Быстро! Или с тобой сделаю то же самое!

Пока я игрался с антуражем выпущенных кишок, успел так измараться, что выглядел, как заправский мясник. Так что тип, бросив на меня затравленный взгляд, сглотнул и принялся говорить…

Что ж, он повторил все, что я уже слышал, практически один в один.

А значит, тот, на столе, не соврал.

— Ладно, отдыхай, — буркнул я и вышел из казармы.

Вернувшись на кухню, я подошел к столу, на котором стонал и глотал слезы «пациент».

Я взял тесак и тупой его стороной попытался счистить бутафорию с брюха пленника.

Но тот, видимо, расценил все иначе, так как заголосил и задергался.

— Ты — маньяк! Ты…ты…ненормальный! Ты…ты…

— Да успокойся уже, — с раздражением буркнул я.

— Я подохну из-за тебя!

— От чего? Из-за того, что я тебя облил кетчупом? — усмехнулся я.

Тут-то этот полудурок поднял голову и поглядел на свое пузо.

Несколько секунд я мог любоваться недоумением и удивлением, застывшем на его лице. А затем он, наконец, перевел взгляд на меня.

— Ах ты, урод… — прошипел он и задергался, пытаясь выбраться. — Когда я освобожусь, то…

Я же лишь рассмеялся.

— То что? — насмешливо поинтересовался я.

Пленник опалил меня полным ненависти взглядом.

Я же развернулся и направился к выходу из здания.

Там, сразу за дверями, лежал первый пленник. Пока я проворачивал все свое представление, совершенно о нем забыл, и это плохо — бедолага замерз так, что мне его даже жаль стало.

М-да…тут я явно погорячился. Ну ничего, отогреется.

Я затащил его на кухню и бросил прямо на кучу, которая имитировала его же тело.

Тип, что так и лежал на операционном столе, с непониманием и удивлением следил за мной, а затем уставился на второго пленника, которого я только что притащил.

— Ну-с, счастливо оставаться! — весело заявил я ему.

— Чтоб тебя пристрелили по дороге! — зло прошипел он.

Я лишь рассмеялся.

Так, какие-никакие припасы я успел себе подготовить в дорогу еще тогда, когда готовил «великий суп». Шмотки на мне, жратва в самодельном рюкзаке, оружие имеется. «Отбойник», конечно, не предел мечтаний, но все же лучше, чем кусок арматуры, которым я изначально тут думал обжиться.

Ну и в плюс идет тот факт, что набитых магазинов к этому самому «Отбойнику» у меня имелось великое множество — я отжал БК у всех троих пленников.

Надеюсь, хватит.

Я вышел из здания, направился к гравициклам.

Рацию этой троице я уже успел испортить, осталось испортить 2 из 3 имеющихся здесь транспортных средств.

Собственно, ломать — не строить, так что на все про все у меня ушла всего-то пара минут.

Так. Теперь, даже если эта троица освободится в кратчайшие сроки, она мне не страшна. Связаться и предупредить о том, что я у них объявился, они не смогут, ведь рацию я испортил. Догнать меня тем более — уже не на чем. Да впрочем, даже если бы они и отправились бы в погоню, чем бы они меня убить пытались? Тапками своими забросать? Два других автомата я забросил в снег и прикопал, чтобы не нашли. Патроны и магазины все у меня.

Короче говоря, эта троица для меня не опасна.

Другое дело, если их начнут вызывать, а они не смогут в силу понятных причин ответить. Что будет? Решат, что поломка, или же забьют тревогу? Очень бы не хотелось, чтобы подняли тревогу. Ведь мне, как оказалось, прорываться предстоит через несколько населенных пунктов, в которых полно враждебно настроенных по отношению ко мне бойцов…

И одно дело, когда они скучают без дела, не ждут нападения или даже того, что я объявлюсь у них. И совсем мне придется туго, если их поднимут по тревоге, они будут бдеть и ждать меня. Тогда не то что проскочить, даже объехать удастся со стрельбой, ведь наверняка вместе с объявлением тревоги поднимут не только гарнизон, но и патрули…

Ну да ладно, прорвемся! Где наша не пропадала — на земле и под землей жуксов били, в космосе с ними сражались, ящеров разваливали, да и с людьми повоевать пришлось. Да еще с какими — с волкодавами Кача. Так чего я, с ПСОшниками не справлюсь, или кто они там?

Сев за руль гравицикла, я запустил движки, заставил машину подняться на полметра над снегом, после чего осторожно отвел ее от здания, развернул в нужную сторону и заставил ускориться…

Конечно же, на гравибайке пробираться через заснеженную долину было куда приятнее, чем пешком, да еще и без теплой одежды. Хотя и тут были минусы — ветер в лицо бил так, что у меня, такое ощущение, даже ресницы инеем покрылись.

Черт, как-то я даже не подумал поискать защитные очки, а ведь они наверняка были где-то на «объекте».

Я чуть сбавил скорость, чтобы иметь возможность оглядеться и прикинуть, где я нахожусь. В пути уже почти два часа, и по идее где-то впереди меня дожидается засада. Если смогу пройти ее тихо, то попаду в поселок, а оттуда уже рукой подать до города и до, собственно, центра связи.

Если же нет, то наведу шороху, заставлю противника стянуть сюда как можно больше сил, а сам попытаюсь проскочить в другом месте.

Короче говоря, как пойдет, и главное — все зависит от того, насколько тихо мне удастся разобраться с засадой.

Так. Вон большущая скала, похожая на пирамиду, о которой говорил один из пленных, а второй подтвердил. По идее в километре от нее и должна находиться засада. Причем расположена она в таком месте, что проскочить ее просто невозможно. Опять же, со слов пленников.

Ладно. Сейчас посмотрим, где она может быть…

Я подлетел к скале, остановил возле нее гравицикл, но глушить его не стал — оставил движки работать на холостых, а сам байк завис на высоте около тридцати сантиметров над землей, точнее над камнями.

Я же полез по скалам, пытаясь найти удобную позицию для того, чтобы осмотреть долину.

Удобное место нашлось довольно быстро. Я разлегся на камне и замер, внимательно осматривая все вокруг.

Пока ничего интересного не видно: снег, скалы… Все, больше ничего нет.

Если здесь где-то и организована засада, то скрыта она очень хорошо.

И, тем не менее, как бы все хорошо подготовлено ни было, а длительное время сидеть или лежать на месте человек не может — они пошевелятся и выдадут себя. Если же у них там что-то вроде землянки или тщательно замаскированного дота, то снова-таки — будут какие-то признаки, по которым можно будет их обнаружить.

Главное — терпение и внимательность. При должной наблюдательности можно их засечь. Я уверен, что здесь кто-то есть? Уверен, те с «объекта» вряд ли соврали бы одинаково. А раз оба указали на это место, нужно глядеть в оба. Здесь точно что-то есть. Еще и место такое — скалы сходятся вместе, оставляя пространство между собой метров триста. Тут хочешь не хочешь, а поедешь по центру, чисто по привычке, но даже под стенкой, при условии, что стрелок занял позицию точно между скалами, тебя можно будет достать.

Идеальное место для засады, что снова говорит в пользу того, что она там может быть.

Ладно, поглядим…

Тем более лететь на гравицикле я больше не могу — нужен отдых, чтобы хоть немного отдохнуть от ледяного ветра, бьющего в лицо, прикрытое тонкой тканью, и в глаза, совершенно ничем не защищенные.

Собственно, большую часть времени я летел, пригнувшись, пряча лицо за ветровое стекло, однако в такой позе долго не просидишь…

Короче говоря, сделаю сразу два полезных дела — проверю это место и отдохну перед следующим перелетом…

Я лежал, постоянно осматривая долину. Даже вспомнил, что у меня ведь импланты есть специализированные, и принялся переключать режимы, просматривать открывающуюся передо мной местность в разных спектрах.

Около часа я валялся, но так и ничего не заметил. Вообще ничего. Уже было решил, что либо я ошибся, либо мои пленники, либо те, кто тут сидел, снялись и куда-то ушли в другое место. А затем…

Мое зрение, работающее сейчас в режиме тепловизора, позволило заметить некий странный дымок, поднимающийся над одним из ничем не приметных холмов в самом центре долины.

Импланты, конечно, это никакая не достойная замена специализированным приборам. Так, скорее «демо-версия», но даже так я смог увидеть нечто странное.

Переключив зрение в обычный режим, я осмотрел подозрительную точку. Ничего.

Вновь тепловизор, и вновь тот самый дымок, будто…кто-то курит.

Точняк!

Дымок появлялся и исчезал на протяжении пары минут, затем пропал полностью.

Вот гадом буду — в засаде имеется курильщик. Может даже не один. И есть те, кто вообще не курят, и запах табака (ну, или фазиса, если боец им балуется) не переваривают, вот и выгоняют бедолагу наружу. А тот без своей «дозы» тоже не может, вот и вынужден выбираться на свежий воздух, курить там, и тем самым демаскировать отлично организованную и подготовленную ловушку.

Итак, до места, где засел противник, метров триста. Сколько их там — я без малейшего понятия. Чем вооружены — тоже не знаю. Насколько готовы к атаке, бодры, веселы и крепки духом — тоже. Вообще не знаю, насколько местные крепкие ребята, и не представляю, кто вообще такие. Как-то, допытывая пойманную троицу, я не подумал узнать, из космодесов они, из ПСО, или же служат в 8-ом флоте.

Короче говоря, пытаться добраться до «дота» (пока назовем засаду, точнее место, где засел противник, так) внаглую — не стоит.

В идеале ползком, но если ползти прямиком к ним, то вовсе не факт, что меня не засекут.

А вот чуть правее можно. Там низина.

Но надо ли мне это?

Поразмыслив, я решил, что надо. Наводить суету уже здесь мне не хотелось. Пока я доберусь до ближайшего поселка — меня там будут ждать с распростертыми объятьями. А значит, придется делать крюк. Делать этого я не хотел. Как раз наоборот, самое мое большое желание — это свалить подальше с этой планеты, ну и наконец-то завершить этот жесткий курс подготовки спецназа 8-го флота.

А раз так — будем ползти.

Я слез со скалы, прошел чуть правее, забрав на сотню метров в сторону и бухнувшись в снег, пополз.

Ползти мне предстояло долго и нудно, но плевать — бывало и хуже. В тех же джунглях, например. Там холода не было, зато была влага, чертовы насекомые — людоеды и тому подобное. А тут толком и холода не будет — буду постоянно двигаться, так что не замерзну. Може, до дота и вовсе весь в поту еще доберусь.

Агрилла был наемником. Но, так сказать, не обычным. Вот уже шестой год он работал по контракту на ВКС, а точнее на 8-ой флот. В его послужном списке было множество операций, но…все они были скорее «вспомогательными», «дополнительными» и «не боевыми». Дело в том, что боевые операции ВКС поручает только своим. И причина тут вовсе не в доверии. Суть вопроса в том, что боец ВКС увешан имплантами по самые яйца. Плюс его экипировка стоит кучу денег. Нет, шмот Агриллы стоил не меньше, да и его пушка тоже. Навыки у него были весьма неплохи, да и опыта хватало. Но если брать голые цифры, то он по всем параметрам уступал даже космодесу-новичку.

Теоретически, если выставить его против такого новичка, скорее всего, несмотря на все техническое преимущество, победителем в этой схватке вышел бы Агрилла. Но ВКС было плевать на реалии, их интересовала статистика. А сам Агрилла никому и ничего не собирался доказывать. Его всецело устраивала его жизнь, его заработок и те задачи, которые перед ним ставились.

Устраивала жизнь, правильнее сказать. Последние полгода ему в ВКС совершенно не нравилось, а все потому, что его сослали на эту планету. А Агрилла снег, холод и все этому сопутствующее вроде метелей, замерзаний конечностей, простуды, жутко не любил. Он был уроженцем знойной, «солнечной» планеты, так что жизнь на этой ледышке была для него худшим кошмаром.

Единственное, что его спасало, — фазис. Конечно же, руководство ВКС не одобряло, когда нанятые «специалисты» баловались этой дрянью, но все же палки в колеса не ставило — фазис исправно и стабильно поступал сюда.

И, пожалуй, это было единственным для многих, обитающих здесь, что делало жизнь не такой отвратной, а главное — позволяло хоть ненадолго забыть о холоде, снеге, и расслабиться.

Правда, в последнее время Агрилле совсем уж не повезло: его и еще нескольких людей забросили черт знает куда, заставили ютиться в маленьком блиндаже посреди снежной пустыни. Их задачей было уничтожить испытуемого, который проходил экзамен на их территории.

И, вопреки ожиданиям, что наемники тут ни хрена не будут делать и бить баклуши, те наоборот бдели и исправно несли службу. Ведь если им удастся засечь и уничтожить испытуемого, им, наконец, позволят вернуться назад в город, о чем все они страстно мечтали.

Особенно Агрилла, у которого запасы фазиса (которого он вроде как взял в достаточном объеме) стремительно подходили к концу. А так как он уже давно и плотно на нем сидел, Агрилла боялся «ломок», которые неизменно наступят вскоре после того, как он выкурит последнюю сигарету.

Вспомнив о фазисе, он тут же полез в карман, выудил из футляра очередную сигарету и подкурил ее.

— Э! Агрилла! Ты достал уже! — окликнул его Бради, еще один наемник, с которым у Агриллы часто случались конфликты. Эта парочка друг друга недолюбливала с давних времен, и бытовало мнение, причиной этому послужило то, что они не поделили женщину. В городе наемники старались держаться подальше друг от друга, но вот их забросили сюда, где им предстояло ютиться в тесном доте на протяжении нескольких дней.

Неприязнь с каждым днем становилась все больше. К тому же Бради, не куривший фазис и презиравший всех, кто это делал, уже не единожды наезжал на Агриллу, заставляя того курить снаружи.

К несчастью для Агриллы еще двое наемников, сидящих с ними же в доте, Бради поддержали. Так что у Агриллы против троих не было никаких шансов, и он даже не стал спорить.

Вот и сейчас он молча поднялся и побрел к выходу. Там он давным-давно «оборудовал» себе удобное место, чтобы его было незаметно со стороны, где и курил свои сигареты.

Агрилла устроился на своем месте, вновь подкурил потухшую сигарету и с удовольствием вдохнул в легкие дым.

О, какой же кайф!

Он даже глаза закрыл от удовольствия.

А когда открыл, увидел перед собой человека.

Прежде чем Агрилла успел хоть что-то сделать, ему в лицо прилетел кулак. Мир вокруг завертелся, Агрилла понял, что лежит на снегу, а человек стоит над ним.

Агрилла открыл рот, чтобы заорать, чтобы предупредить остальных, но очередной удар выбил у него весь воздух из легких, в груди словно бомба взорвалась — так все заболело, а спустя мгновение ему вновь прилетело в лицо. Еще раз и еще.

На последнем ударе из Агриллы вышибло дух…

Фу ты, блин! Это же надо было так попасть? Только подобрался к доту, а тут один из «засадников» выполз покурить. Вот ведь урод! Нашел время!

Впрочем, мне повезло — вырубил я его до того, как он успел заорать или хотя бы понять, что случилось.

Конечно, я бы с удовольствием его допросил, но где гарантии, что этот урод не заорет? С большей вероятностью заорет — по роже видно, что это наемник, причем бывалый. У него точно есть клон, и он не боится умереть, так что с ним фокус, который я провернул на «объекте», явно не пройдет…

Так. Подобраться к доту тихо у меня получилось, еще и одного противника получилось убрать, не поднимая шума.

Ну а теперь самое сложное — нужно угомонить всех, кто находится внутри, и вот с этим есть явные проблемы — если перебью их, то уже через полчаса-час они оживут в клонах. И о том, что здесь случилось, будет знать весь полигон.

Если не убью их, вполне возможно, что это сделают они со мной. И такой вариант меня тоже не устраивает.

Так что же делать? Как поступить?

Влететь в дот и раскидать всех врукопашную? Стремно, блин. Судя по этому куряге, внутри тоже наемники, и они не из робкого десятка. Даже если успею вырубить одного-двоих, сколько их там еще? Они не будут сомневаться — прошьют очередью, и всех делов. Даже не будут париться, если я их товарищем прикроюсь — прикончат вместе с ним.

Долго думать времени у меня не было — вдруг еще кто «покурить» захочет выйти? Так что я решил действовать, и в качестве «рабочего» подхода выбрал следующий: залетаю со стволом в руках, стреляю по рукам и ногам.

Если будут сложности — хер с ним, просто их всех перебью. Главное — самому в живых остаться.

В конце концов, мне ведь не обязательно даже добираться до центра связи, главное — не попасться и не сдохнуть в течение…сколько там? Чуть больше двух суток мне нужно продержаться?

Тут меня осенило. А чего я в таком случае вообще с «объекта» ушел? Ну и сидел бы там два дня. В покер бы с пленными играл. А что? Нормальный план. В тепле, спокойствии, сытый и довольный…

Но тут же эту идею пришлось отмести — наверняка все посты опрашиваются, и я, сломав узел связи, привлек внимание к «объекту». А это в свое время значит, что рано или поздно на пост заявятся еще бойцы. И вряд ли для того, чтобы поиграть со мной в покер.

Ведь наверняка для местных существует премия в случае, если им удастся меня завалить или поймать.

Так что все я правильно делаю. Не хочу к центру связи пробиваться — значит, нужно постоянно двигаться, менять свою позицию, выживать эти два дня и ото всех прятаться.

А раз так…

Я проверил, что оружие готово к бою, что патрон не нужно досылать в ствол — все уже готово, после чего отворил дверь в дот, шагнул вперед.

— Агрилла! Мать твою! Быстрее дверь закрывай! — услышал я чей-то ворчливый голос и увидел силуэт человека впереди. Человек сидел у маленькой бойницы спиной ко мне и глядел на снежные поля впереди.

Я вскинул автомат и пальнул ему в ногу. Тут же развернулся, так как услышал шум и увидел еще одного противника, вскакивающего с койки.

Короткая очередь, и он заорал от боли, завалился на пол.

Третий, находящийся в доте, оказался самым проворным — он даже успел выхватить пистолет из кобуры, но вот использовать его я не позволил — короткая очередь впилась ему в плечо, выбила крошку из стены.

Пара секунд, и троица лежит на полу, стонет и охает, держась за простреленные конечности.

Никто и не думает о сопротивлении.

Первым делом я подошел к тому, что достал пистолет. Оружие поднял, после чего ударил рукоятью в основание черепа, угомонив раненого.

Потом успокоил второго, свалившегося со стула. Третий, что так и лежал на койке, получил свое и затих.

Вот и славно, вот и хорошо.

В течение пяти минут все трое были связаны. Затем я притащил с улицы «курягу», связал и его. Только после этого занялся ранами пленных.

Все прошло как по маслу, и мне ни в коем случае нельзя было им позволять подохнуть. Пусть тревога будет объявлена чуть позже, а не сейчас. Выиграть для себя несколько часов для меня прямо-таки жизненно важно.

Закончив с пленниками и их ранами, я решил немного отдохнуть — все же ползание по снегу далось не без труда, тем более на такой дистанции, так что хотелось посидеть в тепле, отдохнуть, но…

Сначала нужно было подогнать сюда гравицикл, так как у «засадников» никакой техники под рукой не оказалось. Почему — кто бы знал. Может, чтобы не сбежали отсюда или не катали туда-сюда, не рассекречивали позицию.

В обратный путь, к слову, мне предстояло идти просто пешком, что не могло не радовать. Еще и ползти назад мне совершенно не хотелось. Но и не надо было — засада успешно нейтрализована, и опасаться некого.

Я покинул «дот» и пошагал к приметной скале, под которой и оставил гравицикл.

Добравшись до него, я, осторожно лавируя между камнями, почти выбрался на чистое пространство, как вдруг краем глаза заметил какое-то движение в безжизненной, холодной пустыне, раскинувшейся передо мной.

Остановившись, я принялся всматриваться вдаль, и практически сразу наткнулся взглядом на приближающиеся к доту два бронированных гравилета.

А, черт подери! Это что, смена так неудачно и назло мне прибыла? Или же ворвавшись в дот, я умудрился напороться на что-то, что вызвало тревогу, и сюда заявился дежурный отряд?

Кто бы сказал…

В любом случае мне теперь туда нельзя, и придется объезжать скалы с другой стороны.

Черт…

Очень плохо. Заявились эти уроды совершенно не вовремя. Теперь освободят тех, из дота, которых я буквально только что спеленал, и они тут же расскажут, что я ушел всего несколько минут назад. А если они еще и достаточно внимательны, то расскажут, что звуков гравидвижков не слышали, следовательно, ушел я пешком за транспортом. Ну а далее уже, как говорится, дело техники — будут искать меня недалеко от дота, ведь не мог я сюда приплестись пешком. Опять же, с большой вероятностью проверят тот аванпост, на котором я транспортом, одеждой и оружием разжился.

Ну и что делать?

Времени у меня всего ничего — уже через несколько минут гравилеты начнут барражировать долину, пытаясь меня найти.

Проскочить мимо них нечего и думать. Снимут из пулемета, как пить дать. Даже криворукий и полуслепой сможет это сделать.

Возвращаться назад тоже нельзя — тогда у меня останется только один выход: прятаться в снегах и дожидаться конца «тренировки». Подозреваю, что в этом случае экзамен я сдам на «удовлетворительно». Насколько это плохо — без понятия. Думаю, что не особо страшно — экзамен то все равно будет считаться «сданным».

Но это еще нужно продержаться положенное время. А, подозреваю, как только преследователи поймут, где меня нужно искать, спрятаться вряд ли получится. Они будут шастать по снежной пустыне, наверняка поднимут и рапидусы, если у них они есть.

Но даже если нет рапидусов — от этого не легче. Наверняка на гравилетах есть хомодетекторы, и найти меня под слоем снега не составит труда.

Вот черт! До меня только дошло, что и на тех бронегравилетах, что сейчас стоят возле дота, могут быть эти самые детекторы.

А значит, что временная фора, которая у меня есть, только что существенно сократилась.

Нужно сваливать отсюда, немедленно. Но куда?

Вариантов всего два — либо назад, либо попытаться прорваться мимо дота, либо…

Хм… А такой вариант я ведь даже не рассматривал. Ну да, он трудный, сложный, но вполне осуществимый.

Я вскочил на гравицикл, запустил движки и направил машину к горе.

Попытаюсь перелезть через перевал. Скорость продвижения у меня, конечно, будет, как у черепахи, есть шанс к чертям разбиться, но…если я смогу перелезть через горы, то окажусь за пределами поисков, можно будет попытаться добраться до городка, и уже там ввалиться в центр связи, вызвать своих и тем самым закончить экзамен.

Когда я был у подножия горы, начал на нее взбираться, движки гравицикла принялись реветь то ли от натуги, то ли от возмущения — все же гравитранспорту очень не нравились большие перепады высот — от этого его двигатели вынуждены были постоянно менять режим работы, мощность, что приводило к сильному перегреву.

И хоть я попытался выставить высоту движения гравицикла на самый максимум, ситуацию это не спасало.

Ладно, когда движки разогреются слишком сильно — придется остановиться и дать им остыть. Благо окружающая среда располагает к быстрому остыванию.

Но пока нужно двигаться, причем быстро и как можно дальше отсюда — нет никаких гарантий, что меня, карабкающегося на скалу, не засекут детекторами.

И кстати, гравилеты преследователей уже отчалили от дота, устремились в долину. Причем один пополз к камням, за которыми я укрывал гравицикл и где был буквально несколько минут назад.

Надо же, повезло. Протормози я еще немного, и просто не успел бы свалить — меня бы накрыли прямо там.

Второй гравилет устремился дальше в снега, наверняка рассчитывая нагнать меня, если я решил сбежать.

Все же я сделал правильное решение, решив забраться на гору.

К слову, если гравилеты уйдут далеко в пустошь, может быть, не стоит рисковать и лезть по скалам? Может, вновь спуститься к доту или проскочить его?

Нет. В доте народ сейчас в полной боевой готовности, бдит и следит за местностью. Подкрасться тихо у меня вряд ли выйдет, а проскочить на гравицикле и вовсе глупо — либо повешу себе на хвост преследователей, либо получу очередь из дота.

Не вариант. Будем делать так, как и решили — пытаться перейти горы, и уже там без всяких ищеек на хвосте спокойно заниматься своими делами.

«Переход» через горы занял ни много, ни мало, а часов шесть. И когда я наконец-то спустился на равнину с другой стороны, несмотря на то, что мощность моего костюма была снижена на минимум для экономии батареи, и на то, что стоял жуткий колотун, я был весь в мыле — настолько нервной выдалась дорожка.

Пару раз я чуть не рухнул в ущелья, которые метель подло притрусила снегом, несколько раз гравицикл нагревался так, что я думал все, дальше придется идти пешком.

Но, хвала небесам, обошлось. Я останавливался, отдыхал сам, давал остыть движкам моего железного коня, и затем продолжал путь. И так раз за разом, раз за разом.

Спустившись на ровную поверхность, я облегченно выдохнул.

Гравицикл, как казалось, тоже был счастлив от того, что наконец-то может работать «ровно», без всяких рывков. Так что мы оба, довольные жизнью, медленно летели над снегом в сторону, где должен был располагаться город.

Преследователей видно не было, рапидусов я тоже не слышал, что не могло не радовать.

Небо, к слову, начало затягивать тучами, все вокруг потемнело, и затем начал идти снег. Сначала он просто сыпался хлопьями, затем поднялся ветер, и снег повалил так плотно, что за этой пеленой и разглядеть толком ничего не выходило.

Тем не менее, я ехал вперед, надеясь, что не ошибся, не просчитался, и попаду в город.

Когда я уже занервничал, решил, что промахнулся, далеко впереди увидел свет. Слабый, больше походивший на какой-то визуальный обман, но чем ближе я был к нему, тем отчетливей видел, что никакой это не «глюк»: там, впереди, действительно находится город, и я вижу свет его фонарей…

Несмотря на то, что наступил вечер, кругом было темным-темно, в самом городе жизнь била ключом — свет озарял улицы, окна в домах горели, на самих улицах было полно народа.

И это притом, что метель разошлась не на шутку — мело так, что по улицам ходили скорее не люди, а снежные сугробы.

Но, что больше всего мне не понравилось, люди были вооружены. Практически у каждого имелось оружие.

Это что, норма у них тут? Или же их подняли по тревоге из-за меня?

Кто бы сказал…

Я побродил по городу, изучая его, но в конце концов пришел к выводу, что бесконечно бродить между домов и бессмысленно, и опасно. Вдруг тут бывает комендатура какая-нибудь, и я напорюсь на патрульных? Но, что гораздо вероятнее, замерзну на фиг. Костюм мой, как оказалось, врал насчет запаса батареи. Оставалось ее всего ничего, так что я лазал по улицам, пытаясь вычислить какое-нибудь питейное заведение или столовку. Место, где всегда полно народу и новый посетитель не вызовет удивления.

Вот только в этом треклятом городке ни вывесок, ни витрин, вообще ничего такого, что смогло бы натолкнуть на мысль, что перед тобой кафе или бар. Можно легко войти в дверь и оказаться в какой-нибудь казарме, где будет не протолкнуться от врагов. И что с ними делать?

Нет, прекрасно понимаю, что городок это довольно большой, и все друг друга в лицо не знают. Но спроси у меня, из какой я роты, взвода, подразделения, и тут же посыплюсь. Ибо совершенно не знаю и не понимаю структуру, местные порядки. Можно было бы и стоило, наверное, допросить пленных, но…времени имелось в обрез.

В конце концов, я решился зайти в здание. Приметив, что люди то и дело шмыгают внутрь и выскакивают наружу, я справедливо решил, что это какое-то общественное место и, войдя внутрь, вряд ли попаду впросак.

Во всяком случае, всегда можно сделать вид, что я просто заскочил погреться и струсить с себя снег. А дальше можно по-быстрому ретироваться.

Я пропустил выходящего из здания человека и сам нырнул внутрь.

О-о-о…какой кайф — практически сразу оковывающая все тело стужа исчезла, я сразу ощутил, насколько тепло в помещении.

Как оказалось, здесь было кафе или, скорее, общественная столовая. Огромный зал, в котором полно столов, в воздухе витает перемешавшийся запах самых разных блюд, по ушам бьет негромкий гомон и не стихающий звон посуды.

Я глубоко вдохнул запахи, окружившие меня. Не знаю почему, но я очень любил запах столовой. Еду, которую в них продавали, за редким исключением я просто ненавидел. Причем, и что интересно, в столовых на разных кораблях и планетах повара умудрялись делать одну и ту же «субстанцию», малоприятную на вид, не более приятную на вкус. Но вот чего у них было не отнять, так это умения готовить бурду, от которой так вкусно и маняще пахнет…

— Ну, чего встал? Давай, или проходи, или уходи! — вошедший следом за мной мужик легонько толкнул меня в спину, и я послушно пошел вперед.

Так…а как тут расплачиваться за жрачку? Обычные же кредиты ВКС? Или гражданские? А конвертация тут работает? Или же я сейчас при всем честном народе спалюсь?

Стараясь не показывать вида, что я нервничаю, прошелся у стойки, набрасывая себе на поднос еду.

Затем дошел до кассы и…оплатил все, что набрал.

Фу-у-ух…как камень с души упал.

Я схватил поднос с едой, отправился в самый дальний угол и уселся за столик у стены, который был свободен.

Теперь можно немного передохнуть, поесть, расслабиться и подумать, как действовать дальше.

Этот город, как понимая, собственного центра связи не имеет. Мне по идее нужно в соседний, который расположен совсем неподалеку. Вот там уже он есть, и я, вломившись туда, могу завершить свою миссию.

Или…можно затаиться здесь, выждать положенное время и закончить экзамен «на тройку».

С одной стороны, вариант с «отсидеться» мне нравится куда больше, чем попытка прорваться в центр связи. Рисков банально меньше.

С другой — ведь наверняка тут есть какие-то системы, которые позволяют выявлять чужаков. А если раньше времени попадусь? Тогда придется бежать куда глаза глядят, и уже не пытаться «отсидеться», а именно что прятаться и скрываться, молясь, чтобы у преследователей вышло время.

Я задумчиво жевал свою еду, осторожно осматривая людей вокруг.

Ничем не примечательные рожи. Может, ПСОшники, может и наемники…хрен пойми. Во всяком случае, космодесов среди них точно нет. Уж как минимум один в «комплектации» Кучи должен был попасться на глаза — модификанты слишком уж выделяются на фоне «обычных» людей. Но нет, никого похожего на космодеса-штурмовика я не видел.

За соседний столик сели двое. Когда оба сняли свои «шубы», я увидел их мундиры.

Ага! Ну, это точно ПСОшники. Один в чине лейтенанта, второй — капитан.

Не особо велики шишки, но вот бы их подловить, затащить в темную подворотню и позадавать кое-какие вопросики…

Впрочем, кое-что выяснить получилось, даже просто сидя здесь.

Парочка принялась за еду, при этом не прекращая разговор, который начался задолго до того, как они пришли в столовую.

— Так и чего? Так и не нашли? — спросил капитан у лейтенанта.

— Не-а, — покачал тот головой, — этот урод наших повырубал, пострелял и смылся. Куда — черт его знает. Мы там все облазали — никого.

— Может, спрятался?

— Так детекторы работали. Ничего не засекли…

— И куда он мог подеваться?

— Знал бы — уже поймал бы или убил, и мы бы уже премию пропивали…

— Так и чего теперь?

— Да понятно, что теперь — патрули усилили, гоняют по всему полигону… — лейтенант тяжело вздохнул, — накрылись мои выходные с Лаурой…

— Да ладно! — хмыкнул капитан. — До выходных еще уйма времени. Или поймаете этого урода, или время выйдет…

— Вот даже не напоминай! — взорвался лейтенант. — Если и этот уйдет — будет просто капец. У нас уже сколько провалов по всем полигонам?

— Да кто их считает…

— И я о том же. Генерал Гримм и так зол, как черт, а если и этого выпустим — хрен нам всем, а не премии и выходные. Устроят учения или еще какую-то чушь, и будем мы все маршировать по струнке…

— М-да, не говори, — вздохнул капитан, — у нас тоже веселье — усилили караул, смены участили. Теперь каждые четыре часа меняемся.

— И когда у тебя следующая смена?

— Через 12 часов. Так что сейчас перекусим, и я спать…

— М-да…вот попали мы…

— Да ладно, бывало и хуже.

— Да куда уж хуже? Этот урод, которого мы ловим, словно издевается — никого не убил.

— Разве это плохо?

— Плохо, — буркнул лейтенант. — Гримм считает, что если он никого не убил, значит, мы вообще не стараемся, и как только его видим, сразу лапки задираем, чтоб не били. Урод вонючий… Сам бы попробовал этих спецназеров ловить и на своей шкуре почувствовал, чего они умеют…

— Так ты ж сказал, что не убил никого.

— Ага, не убил. Наши добрались до дальнего аванпоста. Сначала думали, что он там кого-то из наших пытал. Кишки, кровь… А оказалось, этот урод все инсценировал. Наших на посту запугал, они все и выложили.

— Вот лохи…

— Видел бы ты, что там было — сам бы в штаны наложил. Но этим с поста вообще не завидую — Гримм всех троих оштрафовал, снял все надбавки и угрожает контракты пересмотреть. Ха! Если мой контракт попробуют пересмотреть и оплату снизить — пусть катятся к черту! Свалю отсюда, и всех делов.

— Куда? Что ты умеешь?

— Да хоть бы что! За такие копейки я и в рядовых ПСО посижу. Зато без всяких головняков.

— Тоже верно, но…сам же знаешь: полигон — это трамплин. Выдержишь тут год, и можно считать, что ты в шоколаде. Определят комендантом куда-нибудь.

— Ага, в какую-нибудь жопу мира.

— Зато жалование и контроль над всей планетой…

— Всю жизнь мечтал у черта на куличках планетой командовать… Кому она надо?

— Ну, посидишь какое-то время, а там глядишь, поселение начнет развиваться. Глазом моргнуть не успеешь, как будешь весь в шоколаде.

— Ага. Дурно пахнущем шоколаде, — хмыкнул лейтенант.

— Какой-то ты сегодня озлобленный и негативный, Гор, — хмыкнул капитан.

— Тебя бы так гоняли, я бы поглядел, в каком настроении ты будешь…

В этот момент к их столику подскочил еще один человек. Он вытянулся в стойку, приложив руку к груди, как принято в рядах ВКС, и отрапортовал:

— Г-дин капитан Мирон! Г-дин майор приказывает, чтобы через час вы явились в центр связи!

Оп-па!

Вот это поворот! Здесь есть центр связи!

Это что же получается, я проскочил маленький городок в метели и умудрился выйти к большому? А еще ведь удивлялся, чего тут так людей много…

Но я тут же поумерил свои восторги. Может быть, они тут центром связи называют эдакий штаб, в котором поддерживают связь с патрульными и дальними аванпостами? Хотя какая хрена разница? Если есть возможность связаться с людьми черт знает где отсюда, то и до орбиты добить можно. А раз так…

— Какого хрена? — меж тем возмутился капитан. — Зачем?

— Мне не докладывали, г-дин капитан, — «гонец» все еще стоял перед столиком навытяжку.

— Сержант! Ну что там случилось, ты в курсе?

— Никак нет! Хотя…

— Ну, давай, давай… Рожай!

— Старший лейтенант Кноуфорд о чем-то говорил с майором, и после их разговора меня отправили к вам.

— Ясно, — вздохнул капитан, — спасибо, сержант, свободны.

— Что случилось? — поинтересовался лейтенант, когда сержант отошел от столика.

— Кноуфорд, сука, опять воду мутит! — со злостью в голосе ответил капитан. — Наверняка майору на мозг давил, что смены нужно поменять. Накрылись мои 12 часов отдыха, чувствую…

— Ну, отдежуришь сейчас, и потом будет отдых, — пожал плечами лейтенант, — у нас и того хуже — катишь себе, и черт его знает, когда дадут «добро» вернуться…

— Тут не тот случай, — вздохнул капитан, — похоже, мне придется и свою смену отсиживать, и смену Кноуфорда. Вот ведь сука!

Капитан со злостью грохнул кулаком по столу.

— Даже жрать перехотелось.

— Так что, ты на пост? — поинтересовался лейтенант.

— Ага, — кивнул капитан, — домой только заскочу, переоденусь. Майор, чудак на букву «м», со сменами творит что хочет, а потом еще ко всем лезет и вычитывает, почему не выбриты, почему в мятом. Может еще и штрафануть.

— Вот ведь уроды! — хмыкнул лейтенант. — Еще больше захотелось плюнуть на все и свалить. Пусть сами, козлы, за своей спецурой гоняются и на сменах сидят.

— Есть такое, — вздохнул капитан Мирон, — но надо терпеть. Потом все окупится. Думай о том, как станешь комендантом, Гор…

С этими словами он поднялся из-за столика и начал одеваться.

Я, уже давно расправившийся со своей едой, растягивающий чай, как мог, тоже отставил кружку и начал облачаться.

Этот капитан — мой ключ к выходу отсюда…

Я едва поспевал за спешащим капитаном. Когда выскочил вслед за ним на улицу, чуть не потерял его в толпе — благо он только вышел, и был единственным, кого не успело запорошить снегом.

Отыскав его взглядом, я пошел следом, но он так спешил, что мы чуть ли не бежали.

Мне это откровенно не нравилось — слишком много внимания к себе привлекали. Могли привлекать — метель продолжала бушевать, так что по большей части прохожие шли, наклонив голову вниз, спасаясь от летящего прямо в лицо снега.

Собственно, шли мы не долго, уже минут через десять оказались возле какого-то дома, внутрь которого капитан поспешно нырнул.

Я же притормозил, судорожно соображая, идти за ним или тут подождать? В столовой капитан вроде говорил, что собирался домой заскочить. Похоже, тут он и обитает, так как на центр связи это совершенно не смахивает. Где охрана, например?

Я остался дожидаться капитана на улице, возле входа. Пока стоял, приплясывая и постукивая ногами одна об другую, чтобы не замерзли, обдумывал дальнейший план действий.

Взять капитана сейчас? Можно было, но какой в этом смысл? Он что так, что так доведет меня до центра связи. Даже нет, если его сейчас возьму в «заложники», может и подгадить, отвести в какое-то место, где меня примут с распростертыми объятиями. А в том, что такое место есть — я был уверен. Видишь, как у них тут все организовано: поймали испытуемого — получи премию. Не поймали — получай нагоняй. Они наверняка уже давно отточили все варианты действий, приготовились ко всему.

А раз так…попробуем действовать нагло и в лоб. Подобного они, может, и ждут, но если проворачивать все задуманное быстро — прокатит.

Основой моего плана тут было именно то, что система мотивации местных — штрафы и премии, на этом я и собирался сыграть. Ну и плюс на их дисциплине, точнее ее отсутствии.

Конечно, мой план был не идеален, более того — изъянов в нем хватало. Но придумать вот так, на ходу, что-то получше я не смог, да и не успел…

Даже если все накроется тазиком и пойдет совершенно не так, как я себе напредставлял — что ж, будем импровизировать…

Единственное, о чем я сейчас переживал — чтобы из дома, куда зашел капитан, не вышел кто-то еще, и я, решив, что это как раз он, увязался бы за ним.

Как назло, именно в этот момент из здания вышел человек.

Я пытался его рассмотреть, но…в этих тулупах все были одинаковы, а лицо их было не видно. Ну и кто это? Тот, кто мне надо, или нет?

Я занервничал. Если сейчас не пойду за ним — упущу возможность найти центр связи. А если это не он? Если пойду не за тем и упущу свою настоящую цель? Как бы проверить, тот ли это, кто мне нужен?

И тут меня осенило.

— Добрый вечер, г-дин капитан!

Человек повернул ко мне голову, окинул удивленным взглядом и, буркнув что-то вроде: «Ошибся, боец…», поспешил по своим делам.

Я облегченно выдохнул. Надо же…если бы увязался за ним — совершил бы ошибку. Это как раз был не капитан.

Я проверил время. Капитану велено было явиться через час, и время уже поджимает… Ну и где же он? Заснул там, что ли? Хоть сам иди за ним… А вообще, козлина — домой он решил заскочить. На службу надо идти в первую очередь, на службу!

Дверь открылась, и на пороге появился человек.

— Добрый вечер, г-дин капитан! — запустил я проверку.

— А? Добрый, — рассеяно ответил он — как раз тот, кто мне и нужен, — вы ко мне? Что вам нужно?

— Ничего, г-дин капитан. Просто жду друга…

— А… — капитан кивнул и пошагал прочь, ну а я, выждав, пока он отдалится метров на десять, последовал за ним.

В этот раз капитан не спешил — шел спокойным шагом, а я держал темп, не отставая, но и не приближаясь слишком. Впрочем, вряд ли капитан будет проверять, нет ли за ним слежки. На кой черт? Какова вероятность того, что испытуемый на их полигоне окажется в городе, еще и в столовой, в тот самый момент, когда там будет трапезничать капитан? А какой шанс, что именно в этот момент в столовую за капитаном заявится курьер и прикажет тому явиться на место службы — в тот самый центр связи, который нужен испытуемому?

Вот капитан и не догадывался, что за ним следят, шел себе спокойно, и даже не оглядывался. Впрочем, в такую погоду я и сам втянул голову поглубже в плечи, так что если бы слежка была за мной — я бы тоже ее не заметил.

Мы с капитаном брели по улице. Прохожих, к слову, стало значительно меньше — видимо, до этого я попал в самый час пик — конец рабочего дня или же пересменка. А может быть, для местных уже наступил поздний вечер — большинство отправилось по домам, готовиться ко сну…

Впереди замаячило строение, окруженное трехметровым забором из колючей проволоки. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять: колючая проволока — это меньшее из бед. Забор под напряжением, сразу за забором весь участок расчищен от снега, что подозрительно. Наверняка там скрытые турели.

Да-а-а…защита тут как надо. Не удивлюсь, если на самом здании имеется противовоздушное оружие…

Капитан свернул как раз к этому зданию, направился к входу, возле которого торчало двое часовых.

Так. Кажется, добрались.

Я дождался, пока капитана проверят и пропустят внутрь, и тут же бросился вперед. Капитан как раз зашел в здание, когда я с криками: «Капитан Мирон! Г-дин Мирон!» подскочил к КПП.

— Стоять! Ни шагу дальше! Ваш личный код доступа! — приказал один из часовых, направляя на меня свое оружие.

— Я лейтенант Гор! У меня срочное послание капитану Мирону!

— Код доступа!

— Это срочно, мать вашу! Скорее!

— Не положено!

— Черт! Догоните вы капитана! Скажите, чтобы вернулся.

— Нам нельзя покидать пост!

— Это важно! Срочное сообщение от генерала Гримма! Нужно незамедлительно отправить его в штаб, — я нес всякую ахинею, раскидываясь фамилиями, которые успел подслушать, но что-то пока не срабатывало. Тогда я решил еще подкинуть дров в топку.

— Вы слышите, болваны! От генерала! Если сообщение вовремя не будет отправлено, Гримм со всех нас кожу сдерет! Можете забыть о премиях и выплатах! Все отправимся в ПСО рядовыми! — тут я очень натурально взвыл. — И я с вами заодно!

Часовые переглянулись. Похоже, Гримм тут был местным Бабайкой — его боялись все. Ну, судя по тому, что я услышал во время разговора капитана и лейтенанта, приступы ярости у него частенько случались. А уж сейчас, когда полигон преследует череда неудач, Гримм должен рвать и метать, и это уже должно было отразиться на всех местных.

Мой расчет оказался верным.

— Веди его к Мирону! — буркнул один часовой второму.

— Но не положено ведь…

— Хочешь потом лично встретиться с Гриммом? Он же нас с дерьмом сожрет.

Второй часовой недовольно скривился и кивнул.

— Ладно, идем, — он махнул мне рукой.

Я же мысленно рассмеялся — вот ведь идиоты! Одним словом — ПСО. В нормальных частях ВКС подобного никогда бы не случилось — действуй согласно кодексу, и никто ничего тебе не сделает. Ни сержант, ни полковник, ни генерал, ни сам Господь Бог. Ты сделал, как написано — к тебе претензий ноль.

Я, в сопровождении часового, который с меня глаз не сводил и держал оружие наготове, вошли в здание. Я прошел в двери первым, а он чуть замешкался, отвлекся, и я мгновенно этим воспользовался: удар в шею, удар в грудь (жаль, тулуп смягчил его), и далее вырвать оружие из рук, добить еще одним ударом в лицо.

Все, сопровождающий тут же упал, а я пошагал дальше по коридору.

Если здесь и есть какая-то продвинутая система охраны вроде турели снаружи, то сейчас мне придется жарко…

Но внутри здания ничего подобного не было — я легко добрался до нужного кабинета, благо здание было совсем небольшим — пара помещений была отведена под серверы и всякую электронику, одно было чем-то вроде архива, ну а последняя комнатушка как раз и была тем самым центром связи.

У входа в нее торчал еще один часовой.

Увидев меня, он нахмурился, затем опустил руку на кобуру с оружием, но оружие так и не достал — я выглядел миролюбиво, никакой агрессии не проявлял и шел спокойно.

На лице часового отразилось недоумение. Естественно, он решил, что раз я здесь, то на КПП меня проверили, и у меня есть соответствующий допуск. Но, судя по всему, этот допуск не распространялся на комнату, возле которой он стоял и к которой я направлялся.

Пока он думал, что делать, я подошел достаточно близко для рывка. Мгновение, и я рядом с ним, взял в захват, выломал руку, пара ударов по нужным точкам, и противник уже не оказывает никакого сопротивления. Еще удар, и он отправился спать.

Я осторожно опустил тело на пол, чтобы оно своим падением не привлекло внимания, и далее подошел к двери, открыл ее.

Внутри было двое. Уже знакомый мне капитан, тип с лицом проныры и лейтенантскими погонами, а также очкарик вовсе без мундира — вольнонаемный технарь, как понимаю.

— Здрасси, — прошипел-поздоровался я, расплываясь в улыбке.

Ну, вот и все, прощай, чертова стужа, снег, метели, холодрын, а главное — совершенно негостеприимные ПСОшники, которым я теперь совершенно не завидую. Их генерал Гримм точно всех порешит. Но…не моя проблема.

Свою задачу я выполнил, и теперь преспокойно дремал в кресле пассажира, пока шаттл нес меня на орбиту, к станции.

Я успел отоспаться, наконец-то отогрелся после чертова полигона, и вообще, пришел в крайне хорошее настроение.

Лишь когда шаттл приблизился к станции и влетел в ангар, я вспомнил, что услышал на планете. Выдра выбыла, и, возможно, с кем-то еще из моих возникли проблемы…

Едва только покинул шаттл, как увидел человека, стоявшего неподалеку и уставившегося на меня.

— Полковник! Рад встрече! — я, как и положено, приложил руку к груди.

Полковник Торм ответил мне тем же жестом, а затем хлопнул по плечу.

— Ну что, Кураж, я в тебе, выходит, не ошибся? Хотя, признаться честно, пока ты был на полигоне, я переживал.

— Боялись, что я все завалю и получу пинка под зад из ВКС? — хмыкнул я.

— Ну, положим, пинка бы ты не получил, но…я бы хотел, чтобы ты и твоя группа могли официально выполнять те задачи, которые мы будем вам поручать.

— Мы? — переспросил я.

— Теперь ты и твои бойцы официально служите в восьмом флоте, в нашем отделе. Я — ваш куратор, а Игорь Анатольевич — ваш начальник.

— А чем заниматься то будем? — поинтересовался я.

— Скоро все узнаешь…

— Что, брифинг у Игоря Анатольевича?

— Нет, он сейчас отсутствует. Кстати, — вдруг о чем-то вспомнил Торм, — теперь уже ты «свой» и имеешь доступ к информации такого рода. Ты спрашивал о своем друге. Как же его…

— Рокоссовский?

— Да, о нем. Так вот, он находится в командировке, вместе с Игорем Анатольевичем.

— Помню. Вы говорили о том, что они на Хрусте, где бы эта дыра ни находилась.

— Именно, — кивнул Торм, — Рокоссовский также переведен в 8-ой флот, но его МТГ выполняет более «специфическую» работу. Вы же у нас будете главной ударной силой.

— Мы? — удивился я. — У восьмого флота, насколько знаю, куча кораблей, несколько бригад космодесов, а какая-то вшивая МТГ — «главная ударная сила»?

— Иногда для большего эффекта и результативности выгодно использовать не эскадру кораблей и бригаду космодесов, а всего одну МТГ. При условии, конечно, что в ней опытные и умелые бойцы, способные справиться с миссией.

— Понимаю, — кивнул я, — так что делать будем? Ждать Игоря Анатольевича?

— Нет. Пока Игорь Анатольевич отсутствует, задачи вам буду ставить я. Пойдем, покажу тебе рабочее место, ну и дальше день-два тебе на то, чтобы освоиться.

— А могу узнать, где мои бойцы?

— Сейчас как раз с ними и встретишься.

— А могу еще узнать? Что случилось с Выдрой? И кто из моих провалился на экзамене?

— Сейчас все сам узнаешь. Идем.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться и проследовать за Тормом.

Привел он меня, если можно так сказать, в «офис». Просторный отсек с несколькими терминалами, навигационными голографическими картами, головизорами и прочими приблудами навевал ощущение, что я нахожусь в каком-то штабе флота.

— Так, собственно, и есть, — ответил Торм, — только штаб этот не для флота, а для вашей группы. Здесь будете работать с первичными данными, с добытыми, ну и вообще, тут у вас будет все, что необходимо для работы.

Это было как минимум странно. Чем таким мы будем заниматься, если нам нужно все это оборудование? Я космодес, черт возьми, а не флотский аналитик. Умничать, строить прогнозы, ковыряться в базах данных — не моя работа. Я к этому физически не расположен. Ткните мне пальцем в кого стрелять, и я его убью. А вот искать, проверять самому, кого нужно убить — не по мне.

Впрочем, Торм меня успокоил. Аналитиками нам быть не надо — для этого есть специальный отдел, но мозгами все же шевелить придется.

Здесь же, в нашем «штабе», я встретил и всех своих бойцов.

— Хе-е-ей! Кураж! — обрадовался Куча, широко раскинув руки. — Ты наконец-то выбрался с этой чертовой планетки! Рад видеть!

— А вы что, давно уже тут? — удивился я.

— Вас забрасывали по очереди, — пояснил Торм, — полигонов не так много, поэтому пришлось «испытывать» вас по одному.

— Выдра! — высвободившись из объятий Кучи, я увидел девушку. — Ты здесь? Но как…я ведь слышал, что…

— Ну-ка, что слышал? — нахмурилась она.

— Что ты отказалась от испытания, — пояснил я, — что даже не высадилась.

— Ха! — только и ответила она.

— Эта девушка показала лучший результат среди всех испытуемых, — заявил Торм, — экзамен был сдан за рекордно короткий срок. Ваша Выдра не высаживалась, так как в этом не было необходимости.

— Это как? — опешил я.

— Когда очнулась, и тот тип начал вещать о полигоне, необходимости выжить, — пояснила Выдра, — я мгновенно его скрутила и вырубила. Приказала пилоту везти меня назад. Он что-то пытался блеять про «против правил» и «так нельзя», но пара крепких затрещин решила все проблемы. Когда вернулись, старшие офицеры собрали целый консилиум, чтобы решить, сдала я экзамен или нет. Совещались долго, но, в конце концов, я предложила, чтобы меня все-таки высадили, и я прошла бы проверку по всем правилам…

— Я посчитал, что это лишнее, — встрял Торм. — Ты очнулась, мгновенно сориентировалась в ситуации и сделала все так, как надо. Кстати, из-за тебя ввели новые правила.

— Это какие? — удивилась Выдра.

— Теперь испытуемые доставляются на полигон связанными, — хмыкнул Торм. — Так, ладно, введите вашего командира в курс дела. У вас есть два дня, чтобы предоставить первые наработки. А дальше…дальше посмотрим.

Торм развернулся и вышел из нашего «штаба».

— Так… — оглядев всех присутствующих, буркнул я, — для начала расскажите, кто и как выбрался с планеты. Очень мне интересно…

Что ж, кроме Выдры остальные тоже отметились весьма своеобразным подходом к сдаче экзамена.

Похоже, только я один действовал так, как того хотело руководство. А другие…

Куча, как оказалось, был тем самым маньяком, который наводил страх на местных — действовал он быстро, кроваво и жестоко. Запугав весь полигон, он буквально заставил противников «выстелить» ему ковровую дорожку к центру связи. Тот урон, который нанес им Куча, был просто ужасен — мало того, что он выкосил кучу народа, так еще и взорвал несколько аванпостов, зданий в поселках, уничтожил кучу техники. Короче говоря, Куча действовал в своем репертуаре.

Хотя, узнав подробности, я понял, что все же Куча не смог переплюнуть «маньяка», о котором слышал на планете, и он в прошлом году вырезал целый поселок.

Что касается остальных — Дед захватил гравилет и на нем колесил по зимней пустоши, прячась от преследователей. Собственно, экзамен он сдал, выжив положенное время.

Такахаси начал, как я, но затем зачем-то и почему-то смог «перейти» границу, пробрался на соседний полигон, где нашел еще одного испытуемого, и они вместе добрались до центра связи.

Интереснее остальных экзамен сдал Чуха. На все наши вопросы он просто пожимал плечами и отвечал:

— Майора договорился.

Что ж, я нисколько не ошибся в своих предположениях, что майор, который меня инструктировал в рапидусе, тоже был чухой, а у них принято помогать землякам. Уж не знаю, как именно (да и Чуха не желал нас в этом вопросе просвещать), но Чуха экзамен сдал.

Ну, сдал и сдал, чего уж.

— Так, — усмехнулся я, — ну что, бойцы, теперь вводите меня в курс дела — чем мы тут занимаемся?

— Не поверишь, — усмехнулась Выдра, — мы тут охотимся на пиратов.

— Пираты, значит? — несколько опешив, переспросил я.

— Именно, — кивнула Выдра.

— И…какого хрена мы охотимся на пиратов? — спросил я. — Разве это не работа для полиции и ОСА? Наемников за головами, в худшем случае?

— Вообще — да, — согласилась Выдра, — но есть один нюанс.

— Какой?

— Пираты, скорее всего, это бывшие ВКСники.

— Списанные, что ли? — нахмурился я. — Ну и что? Если из ВКС их выгнали, значит, редкостное отребье…

— Не списанные, — покачала головой Выдра, — это отставники…

Оп-па…а вот это уже интересно. «Списанными» называют тех, кого просто выгнали за какие-то проступки. И обычно проступки эти довольно серьезные. Гораздо чаще используют наказание «отправить в мясо», как, например, сделали с Бывалым и Юджином.

Да их наказали, заставили проходить все круги ада заново, но все же им дали новый шанс. А вот «списанные» — это те, кому такой шанс не предоставляют. Человек совершил такой проступок, что никакого права на реабилитацию, на второй шанс он не имеет. Воровство, убийство товарищей, халатность… Список того, за что можно получить «волчий билет», масса.

Что касается «отставников», то это уже совершенно другая категория. К примеру, наш Дед, если решится оставить службу в ВКС, сможет уйти в отставники, получит очередное звание при увольнении, все его сбережения будут конвертированы в обычную валюту, и более того — при желании он сможет восстановиться в звании, вернуться в ряды ВКС.

Ну и что касается гражданской жизни — «отставникам» живется куда легче, чем «списанным». «Отставников» с удовольствием нанимают в охрану, их берут телохранителями, корпорации часто набирают свою службу безопасности из таких людей. Даже бандюки примут такого человека с распростертыми объятиями, ведь «отставник» — не только опытный и бывалый вояка, это еще и напичканный имплантами по самые брови боевик, способный с легкостью разбросать корчащую из себя крутых свору уличных «ганстеров».

«Списанный», когда его выгоняли из ВКС, подвергался процедуре «очистки» — лишался всех имплантов, ему удаляли специализированные базы данных. В отличие от «отставников», которым эти самые базы «блокировали». Хотя я слышал, что уже нашлись умельцы, которые блокировку научились обходить. Зачем и кому это понадобилось — остается лишь гадать. Бандам подобное не нужно — базы под сверхмощные пушки или орудийные корабельные установки ни к чему. А вот корпоратам…

Впрочем, это не столь важно. Суть остается одной: «отставники» — уважаемые люди, которые выходят на гражданку с приличным капиталом (естественно, в зависимости от звания), могут претендовать на хорошие и «теплые» места, куда их примут с распростертыми объятиями (бытует мнение, что интенданты ВКС сливают базы отставников корпоратам, а у тех есть специальные отделы по рекрутингу «отставников»).

Ну а «списанные» — это отребье, ничего не умеющее, никаких баз, кроме основных, не имеющие, без копейки денег за душой. Чаще всего это редкие гниды, которых нормальные люди (да и бандюки в том числе) предпочитают обходить стороной.

«Списанные» довольно часто сбиваются в банды, однако довольно быстро их накрывают — хоть и есть кое-какой опыт службы в ВКС (его ведь не сотрешь вместе с базами), без баз они ни черта не могут. Такие ОПГ вполне успешно прикрывают копы, или же, в худшем случае, ими занимаются ОСА — специальное подразделение при Ассамблее, занимающееся отловом бандитов, пиратов и головорезов всех мастей.

Все понятно, все буднично и привычно.

Но вот Выдра выдает мне такое, что на голову не натянешь.

Ну на кой черт отставникам идти в пираты? Хотят крови, кишок и мяса — они могут вернуться в ВКС, хотят денег — ну так с куда меньшими рисками можно заработать больше у тех же корпоратов. Особенно если согласиться на «грязную» работу. Но идти в откровенные пираты, имея столько других возможностей…

На ум приходит только одно слово, в точности описывающее такое решение — нонсенс. Хотя Куча описал бы это точнее и проще — идиотизм.

— Откуда информация, что пираты — это отставники? — спросил я у Выдры.

— Есть кое-чего. Сейчас покажу, — ответила Выдра. — Садись за терминал, вон твой.

Она указала мне на один из рабочих столов, за которым действительно имелся терминал.

— Дед! Сбрось Куражу данные…

Около часа я изучал все, что мне переслал Дед. Фотографии, выкладки аналитиков, показания очевидцев и свидетелей…

Чем больше я читал, тем больше понимал — Выдра права. Эскадра из трех кораблей, терроризирующая приграничные планеты и системы, шастающая на границе между центральными мирами и фронтиром, слишком удачлива для группы обычных разбойников. К тому же хорошо организована, в ней поддерживается идеальная дисциплина.

Что ж, похоже, Выдра не ошиблась: это точно не «списанные» — эти больше похожи на свору злых одичавших псов, готовых вцепиться друг в друга, если вдруг жертва ускользнет.

Так что же получается, ВКС в лице Торма поручили нам разобраться с этими ренегатами? Но почему все-таки мы? Почему не полиция или ОСА?

На этот вопрос снова ответила Выдра.

— Ну, во-первых, ВКС не хочет выносить сор из избы. Ты отлично знаешь, как к ВКС относятся во фронтире и на свежеосвоенных планетах…

Угу. И знал, и испытал. Мы для них — просто сборище невежд и лодырей, которые на деньги налогоплательщиков только жрут и спят.

Разве что когда местных придавили жуксы и мы их выручили, они несколько поменяли свое мнение.

Хотя…вряд ли. Скорее всего, когда все поутихло, начали брюзжать, что, мол, как раз потому, что мы ленивые олухи, на них жуксы и напали. А помогли мы им только потому, что это была наша ошибка и проблема.

Ну, или что-то в таком роде. Гражданские всегда найдут причины, почему именно ВКС крайние во всех бедах.

— Ну и во-вторых, — меж тем продолжила Выдра, — есть причины полагать, что этот сброд снабжает противник.

— Так, — нахмурился я, — в каком смысле «противник»?

— В том самом, — хмыкнула Выдра. — Корабли видел их?

Я еще раз просмотрел фотографии.

— Обычные корабли… Хотя, стоп! — тут меня осенило.

Это для меня корабли обычные. Те, что я вижу постоянно. Это корветы и фрегаты ВКС, причем из относительно свежих серий. Такие на гражданский рынок не поступают. А раз не поступают, то где их взяли пираты?

— Это что, корабли ВКС? — прямо спросил я.

— Именно, — кивнула Выдра.

— И откуда эти уроды их взяли?

— Вот я о том и толкую. Один из кораблей опознали. «Фалангер» из 3 флота. Пропал около года назад во время войны с жуксами…

— Так… — хмыкнул я, — становится все интереснее. Так это что, наших пиратов жуксы спонсируют?

— Похоже на то. Кроме кораблей у пиратов есть и оружие. Довольно специфическое: экзоскелеты, даже пара «Рыцарей» и шагоход.

— Ни хрена себе! — поразился я.

— Угу, — кивнула Выдра, — я сама охренела, когда узнала.

— Так. И какая же задача у пиратов?

— Вот это нам и предстоит выяснить. И именно по этой причине дело перешло к 8-му флоту. К нам, то есть.

— Понятно… — я покачал головой, — хотя доверять такое дело новичкам, только прибывшим на службу, так себе идея, как по мне.

— Мне кажется, — заметила Выдра, — что нам как раз и выдали не особо сложное задание. Я тебе более того скажу — скорее всего аналитики 8-го флота уже все нарыли, даже местоположение базы пиратов смогли установить. А нас просто проверяют. Справимся ли…

— Думаешь? — проворчал я. — А впрочем, вполне может быть… Ладно, тогда будем думать и работать…

К вечеру этого дня мы уже нарыли кое-что интересное. В частности, Дед смог найти более-менее сносную фотографию, на которой был изображен пират в «Рыцаре», и мы смогли рассмотреть эмблему на броне. Двенадцатый флот, и это было странно. Двенадцатый флот был резервным, в войну с жуксами никогда не вступал, воевал только с ящерами. Так как же тогда «Рыцарь» сначала попал к жуксам, а потом к пиратам?

Выдра выдвинула гипотезу, что ящеры и жуксы сотрудничают. Или точнее — ящеры и какая-то группа сепаратистов-жуксов, имеющая доступ к трофеям, оставшимся после войны с людьми.

Что касается задач пиратов, то здесь мы тоже кое-что обнаружили. Часть планет и поселений, которые атаковали пираты, позже подвергались атаке чужих.

Похоже, пираты лишь делали вид, что грабят. На самом деле они выполняли роль разведчиков чужих.

Меня от этого просто покоробило. Как можно было служить в ВКС, уйти с почетом на отдых и предать все, что ты делал раньше, заняв противоположную сторону? Что «отставников» заставило перейти на другую сторону? Чем их взяли? В то, что они это сделали по доброй воле, я откровенно не верил. Уверен, должна быть какая-то причина, по которой они так поступили.

К концу второго дня к нам в «штаб» заявился Торм.

— Ну, освоились? — поинтересовался он, обведя всех присутствующих взглядом.

— Так точно! — гаркнули мы, вытянувшись по струнке, едва только полковник вошел в помещение.

— Вольно, — махнул рукой Торм, — значит так, ребятки. Забыл сказать, у нас тут такое не приветствуется…

— Что именно, г-дин? — уточнил я.

— Орать и чуть что сразу же по стойке смирно вытягиваться. Субординацию мы соблюдаем, но что касается подобного…отвыкайте. Офицерам контрразведки такое не подобает…

— Офицерам? — у Кучи вытянулось лицо. — Мы — офицеры?

— Естественно, — кивнул Торм, — бойцы специального подразделения особого отдела при 8-ом флоте. Думаете, в таком сержанты служить будут?

— А какое у нас звание будет? — спросил Куча вкрадчиво.

— Кураж! — позвал меня Торм.

— Я!

— Ну, сказал же…

— Прошу простить, полковник…

— Вот! Другое дело. Итак, Кураж, какое, по-твоему, звание нужно для выполнения операции?

Я помялся с ответом.

— Меня устраивает текущее, — ответил я, — но если мы будем искать пиратов, нужно будет опросить бойцов ПСО тех планет, которые подверглись нападению. ПСОшники, сами знаете, «чистокровных» космодесов не любят…тем более нас, 8-ой флот. Так что звание хотя бы на время операции нужно, чтобы их построить и заставить говорить…

— Молодец, соображаешь! — хмыкнул Торм. — Значит, будешь капитаном. Твоя зам… — Торм зыркнул на Выдру: — Попробуй только гаркнуть!

Выдра, уже открывшая рот, чтобы звонко рявкнуть «Я!», тут же рот закрыла и сказала куда более спокойным тоном:

— Виновата.

— Ничего, привыкнете, — улыбнулся Торм. — Значит, ты у нас будешь лейтенантом.

— Есть! — отозвалась Выдра.

— Остальные получат звание ротмистра, — продолжил Торм, — кроме тебя, — он ткнул пальцем в Кучу.

— Почему я нет? — выпучил тот глаза на полковника.

— Потому что звания эти сугубо номинальные, на одно задание, — ответил Торм, — и я не уверен, что ты сможешь себя вести подобающе настоящему ротмистру. Будешь мичманом.

— Я? Сундук? — обиделся Куча. — За что?

— Так, я не понял, — нахмурился Торм, — как дяде-полковнику надо правильно отвечать?

— Есть! — буркнул недовольно Куча.

— То-то же! — расплылся в улыбке Торм. — И повторяюсь, звания ваши — чистая формальность. Не забывайте, у нас, в 8-ом флоте, ваше текущее звание практически ничего не значит. Если завтра вы встретите меня в погонах коммандера, это вовсе не значит, что меня разжаловали, это значит, что так нужно для дела…

— Но как мы числимся в самом флоте, г-дин полковник? В качестве кого? — спросил я.

— В качестве оперативников особого отдела, — ответил Торм, — пока сохраним ваши оклады на уровне прошлых званий, а дальше… Дальше посмотрим, как выполните задание, как покажете себя. Всем ясно?

— Так точно! — ответили мы все хором.

— Отлично, — кивнул Торм, — теперь перейдем к делу. Что удалось нарыть?

— Выдра, начинай ты, — приказал я, — выкладывай все, что сама нарыла.

— Есть! — Выдра тут же приступила к делу, пересказав все то, что уже говорила мне. Далее очередь докладываться перешла к Деду, и тот отчитался о «Рыцарях», об опознанном втором корабле.

Куча доложился по оружию, Чуха, просмотрев видео, сообщил о том, что по крайней мере у снайперов-пиратов с навыками все в порядке. Иначе говоря, пользоваться оружием они умеют, и их умения остались на том же уровне, что и при службе в ВКС (парочку пиратов мы с Такахаси смогли опознать).

Торм не перебивал никого из нас, внимательно слушал и лишь кивал.

Когда настала моя очередь, я принялся излагать те выводы, к которым пришел, также показал карту звездных систем, где орудовали пираты, и указал область, где, по моему мнению, должна располагаться пиратская база.

— … Если предположить, — заканчивал я свой доклад, — что пиратская база находится в одной из этих систем, — тут я ткнул пальцем в карту, — ТХ-1222, ТХ-1202 или Кабарант, то это объясняет, почему пираты выбирают для атаки и системы фронтира и внутренние миры Ассамблеи. Все они одинаково расположены от туманности Гайтул, и именно туда уходят пираты после атак на наши миры.

Полковник Торм хмыкнул.

— Что ж… — наконец, заявил он, — должен признать, что за пару дней вы прилично наработали. В целом, к таким же выводам пришли и наши аналитики. Вот только систем, где может быть база пиратов, они назвали целых пять. Но это неважно, три или пять. Отправлять туда флот или хотя бы эскадру мы не можем — все корабли на счету и отрывать их от выполнения боевых задач нельзя. Выделим только один для вас. Именно вам и предстоит выяснить, где осели пираты. Найдете их и уничтожите.

— Одной МТГ и одним кораблем? — удивилась Выдра.

— А что вас смущает?

— Ну, хотя бы тот факт, что у пиратов три корабля.

— Вас никто и не заставляет атаковать в лоб. Более того, если правильно подойдете к организации операции, поддержка корабля будет не нужна — справитесь силами своей МТГ.

Выдра явно была в шоке от такого высказывания, но полковник рассмеялся.

— Что, думаете, миссия невыполнима?

— Со всем уважением, но…

— Вы все поодиночке умудрились навести шороху на полигоне. Сколько там вас человек ловило, как думаете?

— Сотен шесть…

— На каждом полигоне около 8 тысяч человек, — заявил Торм, — причем это не обычные гражданские, которых едва ли две наберется. Повторяю — 8 тысяч.

— Это ПСОшники, — проворчал Дед, — а тут, считай, космодесы… Опытные и бывалые.

— Значит, думайте, как застать их врасплох, — разозлился Торм, — вас что, зря учили? Или кроме как лихого наскока вы больше ничего не знаете и не умеете? Если понадобится — хоть месяц их по одному вырезайте, но…уничтожить пиратскую базу и эскадру — это вторичная задача. Первичная — выяснить, откуда у них вообще взялась эта эскадра, кто их организовал и спонсировал, какие задачи ставил. Все ясно?

— Так точно, — отозвался я недовольным голосом.

— Тогда удачи. Ваш корабль прибудет утром. Ангар 2. И повторяю — задействовать корабль и людей из его экипажа только в крайнем случае. Учитесь действовать силами своей МТГ.

— Есть! — отозвались уже все мы.

Когда полковник ушел, мы переглянулись.

— Ну, что делать будем? — спросила Выдра.

— Готовиться к вылету, — пожал я плечами.

— Это понятно, — хмыкнула она, — имею в виду, как пиратов будем искать?

— Для начала посетим парочку планет, которые они атаковали в последнее время, возьмем данные со сканеров, попробуем по гиперследу понять, в какой из систем их искать.

— А дальше? Допустим, определим мы систему?

— А дальше будет уже по месту, — усмехнулся я, — не будем забегать вперед…

Утром мы были в ангаре № 2, и каково же было наше удивление, когда обнаружили мы там не что иное, как «Эней».

Вот это да… Теперь уже сражение сразу с тремя кораблями противника не выглядело самоубийственной затеей. Если кто и способен разнести превосходящего противника в щепки, так это «Эней», а точнее его командир, капитан Риплева.

Я тяжело вздохнул. Как бы, и на других планетах коменданты были не сахар, совершенно не хотели идти на контакт, и особенно открывать доступ к серверам сканеров, но этот уперся просто рогом и ни в какую не хотел сотрудничать.

С одной стороны все понятно. Коменданты отдаленных планет, из шкуры вон лезшие в ПСО, чтобы наконец-то заполучить желаемую должность, стать фактическим хозяином целой планеты (пусть и с одним небольшим поселением, но это пока…) прокручивали всевозможные аферы с контрабандистами. И, естественно, все их телодвижения будут отлично видны в логах сканеров.

С комендантами других планет, полковником и подполковником ПСО я решил вопрос просто — пообещал закрыть глаза на «странные» корабли, которым разрешали посадку на планеты и взлет, причем без сканирования содержимого трюмов. И коменданты согласились — отдали мне данные.

Благодаря полученным логам мы смогли «отфильтровать» число систем, где могла быть база пиратов, и оставалось всего ничего — еще один лог, но из системы, находящейся во фронтире. Самой удобной в этом плане была эта — Кармилла. Дед уверял, что если получим логи из их системы сканеров, то сможем точно определить, где нам искать пиратов. Да только кто знал, что местный комендант так упрется?

— Послушайте, — заявил я, — в конце концов, вы должны соблюдать субординацию! Я из восьмого флота, вы обязаны подчиниться!

Этот вшивый майор, если брать мое «текущее» звание и принадлежность к 8-му флоту, должен беспрекословно мне подчиняться, и вопрос с логами должен был решиться мгновенно. Но из-за того, что планетка находится уже во фронтире, местный «царек» возомнил себя богом и стал в позу.

— А мне плевать, откуда ты и какого ты звания! — нагло заявил майор. — И кому я должен — всем прощаю.

— А вот это уже хамство, — угрожающе прогудел Куча за моей спиной, положив ладонь на рукоять своего пистолета.

Шестеро охранников коменданта тут же вскинули свои «Отбойники», направив их на Кучу.

— Не советую! — с издевательской усмешкой заявил комендант. — Если схватитесь за оружие, я вынужден буду защищаться, и мои люди откроют огонь…

— Вы же понимаете, что после такого «приема» долго эти люди не будут «вашими»? — поинтересовался я. — Мы немедленно доложим в штаб ПСО о вашем неподобающем поведении и…

— Да докладывай, кому хочешь и что хочешь, — перебил меня комендант, — эти индюки из штаба ни хрена не сделают.

— Вас заменят! — спокойно заявила Выдра, так же находящаяся здесь.

— Кишка тонка! — рассмеялся комендант. — Это моя планета. И никакой урод, мнящий себя центром Вселенной, ничего тут не сделает. Я здесь закон!

— Понятно, — я вздохнул и поднялся со своего места, — разговор у нас не задался…

— Лучше улетайте отсюда. И не пытайтесь бить по нам с орбиты — мы мигом ваше корыто сшибем! — в спину мне бросил комендант.

— Ты бы так пиратов сшибал, — буркнул Куча, следовавший за мной.

— Тихо, Куча! — прошипела Выдра. — Ты видишь, у этого карлика мания величия.

Я фыркнул. Верно подмечено! Комендант был ростом от силы полтора метра, и когда мы только встретились, он мне чуть ли не в пупок дышал. А уж куда он дышал Куче, рост которого далеко за два метра и он на голову выше меня, я промолчу… Да чего там, даже по сравнению с Выдрой комендант выглядел нелепо.

Правду говорят — коротышки злобные и преисполнены чувством собственного достоинства. Видимо, так пытаются компенсировать свои физические недостатки.

Хотя…знаю я людей, также не отличающихся высоким ростом. Но с ними все в порядке. Приятные, общительные люди, без всяких ханжеских замашек и высокомерия, которое скользит в каждом слове этого мини-коменданта.

Так что делаем вывод — не в росте дело, а в «сволочизме». У местного майора этот параметр явно зашкаливает…

— Ну? Что делать будем? — спросила Выдра, когда мы вышли из «резиденции» коменданта. Надо же, этот му…чудак себе целый дворец отгрохал! Причем такой, что в нем потеряться можно. И на кой черт этот «замок», когда у тебя в поселке всего десять тысяч с небольшим живет… Ну точно у него комплексы…

Мы вернулись назад, к небольшому жилому модулю, который превратили в местную «поликлинику», а по-простому в обычный медпункт. Места тут было всего ничего, и мы все даже не могли нормально разместиться. Видимо, во «дворце» местного князька из всех двадцати, или сколько у него там комнат, для нас свободной не нашлось. Вот и должны мы были ютиться в медпункте. Еще утром, увидев, где нам предстоит жить, после голосования было решено, что Куча должен был отправиться спать в десантный бот, на котором мы прибыли и где дрых Пучок. Однако планы наши изменились.

У кого какие идеи есть? — спросил я, едва только мы зашли в медпункт. — В целом, можно наплевать и улететь. Есть еще пара планет, логи с которых нам помогут. Но…короче, ваши соображения?

— Мутный он какой-то, — пробасил Куча, — подозрительный…

— Ага. И упегся неспгоста, — кивнул Дед.

— Странный у них какой-то налет пиратов был, — заметил обычно отмалчивающийся Такахаси.

— В плане? — нахмурился я.

— Да…на тех планетах, где мы были, несколько зданий дотла сожгли или разгромили. А тут…я только на «дворце» местного падишаха видел следы от импульсов. А селение вроде как не пострадало…

— Могила нет! — вдруг подал голос и Чуха.

— Чего? — не понял я.

— Та планет, где мы был прошлый день, много свежий могила, — пояснил Чуха, — а здесь нет.

— Здесь не свежий? — хмыкнул Куча.

— Здесь вообще никто в последний время не умирай, — заявил Чуха, совершенно не обративший внимания на подначку от Кучи. — Если пират прилетай, стреляй, почему никто не убивай? Почему все живой?

— Ну, тем не менее, склады разграблены, — проворчала Выдра.

— Ну, это логично, — хмыкнул я, — иначе зачем бы пираты вообще прилетали?

— А что если этот местный фюрер с пиратами заодно? — вдруг выпалил Куча.

— Чего? — я уставился на него.

— Ну вы же видели, какой он наглый и охреневший? Мнит себя чуть ли не хозяином всей планеты. Что если он спелся с пиратами, поставляет им жрачку, например, а взамен от них что-то получает.

— Но это не объясняет.

— А судя по тому, какой он охреневший, и с пиратами закусился, ну они и прилетели, поставили его на место. Поселение не трогали, а вот коменданту показали, что могут — обстреляли его дворец, ограбили склады и свалили, чтоб понимал, что будет, если и дальше артачиться станет.

Я удивленно уставился на Кучу. Ну ни фига себе у него головешка заработала!

— Да, Куча, грядет что-то страшное, — вздохнула Выдра.

— В смысле? — не понял тот.

— Ты головой работать начал. Это страшно! — рассмеялась она.

— Ой, да иди ты…

— Вообще, молодец, Куча, — похвалил я подчиненного, — интересная теория и…как ни странно, она все объясняет.

— Только доказать мы ничего не сможем, — заметил Дед, — этот козел логи нам не даст… Там навегняка найдется нечто такое, что его скомпгометигует.

— Ну, не захочет давать добровольно, сами возьмем — усмехнулся я, — никуда он не денется.

— Как?

— Уговорим.

— Да вроде уже пробовали…

— Ну, мы пробовали добрым словом, а вот пушкой и добрым словом — еще нет, — кровожадно улыбнулся я.

Остальные тут же расплылись в таких же улыбках.

— Ночью прогуляемся? — спросил Куча.

— Да, как стемнеет, дождемся, чтобы колонисты спать улеглись, и сходим снова к коменданту. Сразу предупреждаю — охрану не убиваем. Так…аккуратно и нежно укладываем спать. Куча! Тебя особенно касается!

— А я чего?

— Того! — передразнил я его. — Видел я отчет, как ты на полигоне часовых «снимал». Одиннадцать трупов!

— Ну, не рассчитал сил, — виновато прогудел Куча, — думал, что…

— Что? Что они устали?

— Думал, что просто вырубил.

— Угу, вырубил, — рассмеялась Выдра, — свет им навеки.

— Значит так! — я вернул разговор в деловое русло, — идем я, Выдра и Такахаси. Куча тоже с нами, но…сзади. Возьми чего-нибудь скорострельное, чтобы если что противника можно было сдерживать.

— Понял, — кивнул Куча.

— Далее, — продолжил я, — Дед! На тебе первичная разведка. Скафов нормальных у нас с собой нет, ПНВ, естественно, тоже. Надеемся только на глазные импланты. А видимость у них не ахти, поэтому, Дед, пускаешь своих дронов — будешь нам разведывать местность.

— Понял, — кивнул Дед.

— Чуха! Ты прикрываешь. Заляжешь где-то поудобнее, и если вдруг начнется жара — прикроешь отход.

— Карасо, — кивнул тот.

— Ну, тогда все, — закруглился я, — пока что отдыхаем и ждем темноты…

Ночь на этой планете была действительно темной — никаких тебе спутников, никаких соседних планет, лишь свет звезд, да и тот слабый.

Но все же худо-бедно мы в темноте видели, хвала передовым технологиям и нам, решившим поставить импланты.

Естественно, охрана была на постах, но клевала носом, так что первого часового я снял вообще без единого звука. Второго и третьего убрали Такахаси и Выдра. Лишь по их докладам я понял, что охранников больше нет. Отлично отработали — даже я ничего не слышал.

А вот затем до моих ушей донеслось клацанье и звон, будто кто-то в кандалах шел. Затем услышал и сопение, а в следующий миг из кустов рядом со мной вылез Куча. В руках у него было нечто огромное, больше напоминающее орудие с машины пехоты, чем ручное оружие.

— Это еще что такое? — прошипел я.

— Ну, ты просил чего-нибудь скорострельное, вот! — ответил Куча.

— Это что, блин, стационарный лучемет?

— Ну да…

— Офигеть, скорострельное! Где ты его взял?

— С «Метеорита» скрутил.

— Тебя же Пучок на куски порвет за такое!

— Да я назад поставлю!

— Куча, блин! А винтовку, в худшем случае обычный пулемет взять ты не догадался?

— Да что там ваших винтовок — двадцать выстрелов, и кабздец. А пулемета нет. Где ж я его возьму?

— И потому ты решил лучемет с собой тащить⁈ Ты же шумишь, как лось в кустах!

— Что сказал, то я и выполнил, — огрызнулся Куча.

— Хорошо, что я тебе не сказал взять что-нибудь «тяжелое». Даже представить боюсь, что бы ты потащил с собой… Орудийную батарею с «Энея» скрутил бы? Или у местных с танка пушку?

— Что первым под руку попалось бы, то и взял, — буркнул Куча.

— Куча, Куча…быть тебе всю жизнь сундуком…

— Да иди ты…

Меж тем я получил доклад от Выдры и Такахаси — оба уже проникли во «дворец» коменданта и там аккуратно, тихо убирали охрану.

— Как там у вас, порядок? — спросил я.

— Проще пареной репы, — отозвалась Выдра, — эти придурки просто стоя спят, так что никаких проблем.

— Понял, выдвигаюсь, — я повернулся к Куче, — давай за мной, только не грохочи, как кентервильское привидение.

— Как чего?

— Тише, говорю, будь.

— Понял…

Мы оба проследовали к входу во дворец и шмыгнули внутрь.

«Покои» местного царя-коменданта охраняли аж четверо. Похоже, мы произвели впечатление, и комендант озаботился собственной безопасностью.

Ну, или же я льщу сам себе и на самом деле четыре охранника — это норма для местного владыки.

Как бы там ни было, а угомонили мы всех четверых быстро и практически бесшумно. Правда, один из них едва не поднял крик, и если бы не Выдра, набросившаяся на него, едва справившись с предыдущим противником, вырубившая, уже когда охранник набрал в легкие воздуха, намереваясь заорать, нам бы, возможно, пришлось туго.

Тем не менее, Выдра успела, и пока все обошлось.

Я открыл дверь и осторожно переступил порог, оказавшись в «хозяйской» спальне.

Ну надо же…а майор то, оказывается, любитель красивой жизни, лоска и…да чего тут говорить — здоровенная кровать метра три, наверное, в ширину с не менее громоздким балдахином. Всюду витиеватая мебель с узорами. Ощущение, будто попал в музей века эдак 17–18.

А наша цель, к слову, словно почуяв неладное, проснулась и метнулась с кровати к трюмо.

Ну как «метнулась» — с его ростом преодолеть такое громадное расстояние, ширину кровати оказалось не так уж и просто. А главное, не получилось сделать это быстро.

К тому моменту, как он подскочил к трюмо, там уже была Выдра и угостила хозяина спальни кулаком прямо в морду. Тот и сел на задницу.

— Вы об этом пожалеете! — коротышка быстро пришел в себя и почему-то решил, что качать права — лучшее на текущий момент решение. — Вы хоть знаете, как вы попали, идиоты?

Мы же стояли и откровенно лыбились. Слушать угрозы от этого мелкого паршивца, еще и так смешно одетого (черная бархатная пижама явно не по размеру и колпак — ну точно косит под аристократа из прошлого), было забавно.

— Ты смотри, к стволу бежал, — хмыкнула Выдра, вынимая из верхнего ящика трюмо небольшой импульсник. — Ты что ж, гаденыш, думал всех нас из этой пукалки пострелять?

Тот поглядел на Выдру исподлобья.

— Ты даже не представляешь, что тебя ждет! — процедил он сквозь зубы. — Я с тобой сотворю то, что ты даже представить себе не можешь. Я…

Он откинулся назад от очередного удара.

— Вот же твердолобый какой… — Выдра помахала ушибленным кулаком.

— Давай, ваше святейшество, поднимайтесь и пойдемте, — приказал я майору, — будем логи с ваших сканеров смотреть.

Коротышка прошипел что-то матерное.

— Ладно. я хотел по-хорошему, — хмыкнул я. — Куча! Сделай, чтобы ему было больно, а тебе приятно…

— Руку сломать? — обрадовался тот.

— Не, давай с пальцев начнем, — поморщился я, — ты гляди на него — он же тебе на один зуб. Давай без спешки.

— Сделаем! — кивнул Куча.

Он шагнул к коротышке, схватил его и поднял, будто нашкодившего кота, за шкирку.

Мы не удержались и заржали — майор с его ростом по сравнению с габаритами Кучи действительно смотрелся котом, еще и висел с таким выражением лица — ну, чисто кот, нагадивший в ботинки.

— Ну, какой палец ломать? — Куча здорово тряхнул свою ношу, от чего у того ноги и руки начали болтаться, будто у куклы-марионетки. — Не слышу!

— Пошел ты, бугай! — вновь окрысился майор. — Тебя определим на наши плантации. Будешь рабом и…

В этот раз по лицу он получил от Кучи, и эффект от этого удара был значительно круче, чем после ударов Выдры — лицо коменданта мгновенно оказалось залито кровью, несколько зубов разлетелись по спальне, губы лопнули, нос оказался просто свернут набок.

— Ну-ну, Куча, не переусердствуй, — предупредил я подчиненного, — давай уже, ломай палец!

— Так, стоп! Стоп! — до коменданта наконец-то дошло, что мы не шутим и он всецело в нашей власти. — Что вам нужно?

— Ну говорили же уже… — тяжело вздохнул я, — ты что же, майор, кроме себя вообще никого не слышишь?

— Логи? Вам нужны логи? — затараторил он. — Я не могу, мне нельзя…меня убьют…

— Кто?

— О…это страшные люди. С ними лучше не связываться.

— Правда? — делано удивился я. — Ну, спешу обрадовать — мы тоже страшные люди, и с нами лучше не связываться.

— Вы не понимаете! Это боевики ВКС! У них пушки, корабли. Они всех нас уничтожат! Они и меня убьют.

— А у нас, по-твоему, что? Не корабли и не пушки? Или мы не из ВКС? Слушай сюда, мразь! Если мы не получим логи, то убьем тебя мы, и прямо сейчас. НУ!

— Ладно…ладно… — майор, похоже, сдался.

Вот и славно, а то я уж всерьез решил, что придется его пытать…

Доступ к логам мы получили прямо отсюда, из спальни коменданта. Благо у него имелся терминал, подключенный к сети.

Дед и Выдра тут же принялись изучать логи, и спустя каких-то двадцать минут у нас уже были координаты системы, в которую улетели пираты. А главное — мы нашли очень много всего другого интересного.

— Ну что же, — я присел на кресло напротив кровати, на которой, понурив голову, сидел майор, — теперь рассказывай, как и зачем ты подружился с пиратами, чего они к тебе так часто летали и зачем недавно атаковали…

— Они вынудили меня работать на них, — буркнул майор, — у меня не было другого выбора…

— Да-да, это понятно, — кивнул я. — Что ты им поставлял? Жратву? Топливо? Информацию?

— Всего понемногу…

— Ну, ты рассказывай, рассказывай, не стесняйся, — начал я его подгонять.

И майор, он же комендант, он же царь всея планеты, тяжело вздохнув, начал говорить…

Рамбо с подозрением поглядел на меня.

— Ну и на кой это тебе?

— В каком смысле?

— Ну, зачем все эти сложности? Не проще ли подгадать момент, прилететь к ним и разнести к чертям и базу, и корабли в доках, и этих уродов, пока они на базе?

— Г-дин майор, вы поймите…

— А ну хватит мне тут «выкать»!

— Рамбо, пойми, полковник хочет, чтобы отработали мы только своей группой. «Эней» и вы — запасной вариант, если мы облажаемся.

— Все равно не понимаю, зачем все так усложнять? — вздохнул Рамбо. — Разнесли пиратов и разнесли. Что еще надо?

— Так понимаю, высокое начальство хочет поглядеть, как справится наша группа…

— А что, им прошлых проверок и тестов мало было? Или те операции, в которых вы участвовали, ничего не стоят? Что за маразм⁈

— Нам приказывают, мы делаем, — пожал я плечами.

— Ладно, — махнул рукой Рамбо.

— Все, успокоились? — поинтересовалась Риплева, также присутствующая на нашем «совещании». — Ну, теперь давайте еще раз и по делу. Без эмоций только.

Я кивнул и начал излагать свой план.

Недоделанный «князек» сдал нам пиратов с потрохами. Теперь мы знали не только то, в какой системе находится их база, но и даже точные ее координаты.

Вот только, как предлагал Рамбо, лихим кавалерийским наскоком взять ее не получится — находилась база на спутнике разрушенной планеты, окруженная целым облаком мусора, в котором к тому же пираты разбросали простейшие датчики. Стоит только появиться какому-то кораблю рядом с их базой, и они будут об этом знать.

Прежде чем чужак подойдет к спутнику, пираты успеют поднять свои корабли и встретить противника во всеоружии. Ну а если у противника будет численный перевес или преимущество по огневой мощи, пираты просто сбегут. И остановить их, догнать будет просто физически невозможно…

Но у меня появилась идея, как подобраться к пиратам. Есть один транспортный корабль, который собирает «дань» с соседних систем и планет. И я знал, где в скором времени этот корабль должен был появиться…

Мой план был прост до безобразия — заявляемся на планету, куда прилетит транспортник, залезаем в контейнеры, которые местные приготовили для пиратов, далее летим на пиратскую базу, вылезаем из контейнеров и начинаем наносить справедливость и творить добро. Для всех, кроме пиратов.

Их, естественно, валим, лоханки их уничтожаем, саму базу взрываем. Ну а лидеров этой шайки забираем с собой для допроса.

— Все просто донельзя, — закончил я свое изложение.

— М-да… — вздохнул Рамбо.

Риплева ничего не сказала, лишь неодобрительно покачала головой.

— Дурацкая идея… Зачем так рисковать, зачем все эти шпионские игры, когда есть целая рота космодесов и боевой корабль?

Я лишь пожал плечами. Мол, мое дело маленькое — мне приказали, я выполняю.

— Ты же понимаешь, что если у вас что-то пойдет не так, мы не успеем, — мрачно заявил Рамбо. — Когда прибудем — ваши трупы успеют остыть…

— Куда мы прибудем? — хмыкнула Риплева. — Если их поймают, пираты будут в курсе, что неподалеку «Эней». Полетим к ним — и нас встретят три вражеских корабля. Я, конечно, высоко ценю свой звездолет и экипаж, отдаю должное выучке ваших ребят, майор, но…

— Да понятно все, — кивнул Рамбо, — все там ляжем.

— Значит, придется действовать без запасного варианта, — заявил я.

— Это самоубийство.

— А клон-центры зачем?

Риплева усмехнулась.

— Ты про «диммак» слыхал вообще? Знаешь, что это такое?

— Патрон, — ответил я, — завалят из такого, и все…

— Именно что «все». Клон-чип сгорает, данные уже никуда не передаются. Ты покойник, раз и навсегда. И в последнее время «диммак» стал очень популярным на рынке.

— Сраные нассарские уроды! — проворчал Рамбо. — Вечно какое-то дерьмо придумают, а ты мучайся тут.

— Да не в Нассаре дело. Есть куча аналогов, — ответила Риплева, — и к чему я? У пиратов наверняка имеются и глушилки, и «диммак» или его аналог. Иначе говоря, если вы облажаетесь, Кураж, это все…

— Я понимаю…

— Ну так, может, подумаем над другим планом? С меньшими рисками? Попытаемся «выцепить» пиратов по одному? Имею в виду, что подкараулим один из кораблей, возьмем его на абордаж. Затем следующий… Так до базы и доберемся.

— Боюсь, — грустно усмехнулся я, — еще после первого пираты поймут, что происходит, допрут, что на них охотятся, и дадут деру. И мы ничего не узнаем.

— Зато пиратов в области не будет, — заметил Рамбо.

— У нас другая задача, — напомнил я, — прекратить пиратские набеги — это задача вторичная. А первичная — выяснить, откуда они вообще взялись и кто их спонсирует.

— Ну да, ну да, — хмыкнул Рамбо, — «хранить и защищать» — это девиз копов. У нас совсем другие задачи. Нет, все-таки иногда мне кажется, что колонисты не зря про нас болтают, мол, нам плевать на то, что делается за пределами центральных миров.

— Не нам, а чиновникам, — поправила его Риплева, — и вообще, майор, хватит тут антиправительственные речи толкать! Сам знаешь, чем это заканчивается…

— Знаю, знаю, — вздохнул Рамбо и вновь перевел взгляд на меня: — Так что, значит, будешь совать голову в пасть льву?

— Ну, выбора у меня нет.

— Выбор есть всегда.

— Не в этом случае, — мотнул я головой.

— Что, так хочется остаться в 8-ом флоте? — подначил меня Рамбо.

— Да не в этом дело…

— Да шучу я, шучу! — перебил меня Рамбо. — Не бери близко к сердцу. И вообще, пускай лучше в 8-ом флоте будет побольше таких, как ты, а не таких уродов, как при той истории с харвестером.

Я скривился. Не самые лучшие воспоминания.

Но что было, то прошло…

Солнечный ясный день, вокруг нас полно зелени, поют птички, шелестят листья, где-то неподалеку слышен ручеек.

Как же хорошо на некоторых планетах… Уверен, когда-нибудь эта может стать одной из «Золотых миров». Если, разумеется, люди не загадят ее до невозможности.

Ну а пока этот молодой аграрный мир — настоящая отрада для глаз. Здесь можно снимать всякие ролики и рекламу про «райские места», так как куда ни брось взгляд — великолепнейшие пейзажи.

Слева от нас густой лес, в котором необычайно приятно гулять в полдень — там всегда тень, всегда прохладно, а уж воздух какой, м-м-м…

Когда вдыхаешь его, ощущения такие, будто бы твои легкие расправились, они будто хотят сами насытиться этим воздухом, запахами, витающими в нем.

Справа от нас небольшая и редкая пальмовая роща, где растут поистине гигантские кокосы. Мы не удержались, сбили парочку и, надо сказать, я как любитель сладостей и всего, где имеется слово «кокос», был просто в восторге. Этот вкус настолько великолепен, что по сравнению с ним всякие батончики, тем более синтетическая еда, ни в какое сравнение не идут.

Натурпродукт, так-то…

Ну а дальше за рощей раскинулось бескрайнее море, в котором мы регулярно купались.

— Всю жизнь бы тут провел, — вздохнул Куча, только вышедший из воды и развалившийся на травке, задремавший под ласковыми лучиками местного светила, — какой же кайф…

— Уже через неделю тебя начнут раздражать местные пейзажи, — заметила Выдра, лежащая в самодельном гамаке, натянутом между двух пальм, — а через две на стены будешь лезть от скуки.

— Может быть, — легко согласился Куча, — но сейчас — кайф…

А кайфовали мы тут уже два дня. Колонисты, узнав, что мы не просто из ВКС, а прибыли, чтобы отловить пиратов, приняли нас очень даже тепло. В первую очередь накормили, потом напоили, ну а потом и «спать уложили». Во всяком случае, я проснулся с жутким похмельем и в обнимку с миловидной брюнеткой, которая, как помнится, весь вечер строила мне глазки вплоть до того момента, когда местная брага окончательно выключила мне мозги.

Остальные из моей команды, судя по их пусть и несколько «уставшим» после вчерашнего лицам, тоже были вполне довольными гостеприимством местных.

Ну а далее мы встретились с главой селения (здесь комендант отсутствовал, так как планету выкупила община, которая ее и заселила, осваивала) и обсудили дальнейший план действий. Точнее я обозначил, что нам нужно попасть на пиратскую базу, и для этого уже продуман план. Все, что требовалось от главы, — сообщить, когда к ним прибудет транспорт за мздой, и далее требовалось вместе с этой мздой загрузить на транспорт нас.

— Но я, если что, не в курсе, — испуганно заявил он, — вы прилетали, о пиратах поспрашивали и улетели…

— Ну, естественно! — кивнул я.

— Вам ваш кораблик нужно убрать, а сами перебирайтесь в тихое место, подальше, я вам покажу такое, и сидите там тихо, чтобы никто о вас не знал. Еду и воду я вам сам буду приносить.

— Думаете, кто-то из ваших стучит пиратам? — нахмурилась Выдра.

— Нет. Это никому тут не выгодно, — покачал головой глава селения, — но…чем черт не шутит? Лучше быть осторожнее.

— Согласен, — кивнул я, — правильное замечание и вполне обоснованная осторожность.

Глава облегченно выдохнул и вымученно улыбнулся. Похоже, он опасался, что мы будем артачиться и до последнего будем сидеть в поселении, поджидая пиратов.

К слову, плененный и допрошенный нами «князек» не соврал, сообщив маршрут транспортника. На эту планету он действительно должен был прибыть через несколько дней.

Что ж, мы подождем…

Уже следующим утром мы создали видимость, что улетаем. С нами попрощались, проводили, и шаттл взлетел. Вот только поднявшись достаточно высоко, он не полетел сразу к «Энею», а протянул чуть дальше, дав нам возможность «десантироваться» прямо в лес. А после того, как мы покинули борт, пилот сбросил и наш груз.

Ну все, по идее заметить все наши манипуляции никто не должен был, как старейшина и просил.

А оказавшись на поверхности, мы тут же пошагали туда, где нам было предложено пересидеть и дождаться пиратов, и где нас не найдут местные.

Что касается «Энея», то он должен был отойти от планеты, вырубить лишние системы и прикинуться просто мертвым куском металла.

Пробираться по лесу ночью с кучей груза было тем еще удовольствием. Но мы справились и вроде как, наше возвращение местные не заметили. Ну а глава селения, как и было оговорено, украдкой таскал нам жратву. Обычно или рано утром, или же поздно вечером, когда стемнеет.

Мы сидели тихонько и ждали своего часа. Отсюда до склада, на котором собирали ресурсы для пиратов, ту самую мзду, было рукой подать, так что стоит только транспорту объявиться, и мы выдвинемся в путь.

Впрочем, мы можем добираться туда хоть ползком — все равно выйдет быстрее, чем транспорт спустится с орбиты и сядет на посадочное поле, как раз рядом со складом.

И вот, похоже, этот день пришел…

Поздно вечером, когда местное светило успело уйти за горизонт, вечерние сумерки близились к концу, и вот-вот должно было стемнеть, в наш лагерь примчался глава селения.

Был он, надо сказать, уже в возрасте. Как называли таких в старину — почтенный старец. И, несмотря на это, несся он к нам со всех ног, как сопливый пацаненок.

Мы с удивлением уставились на него, хрипящего, пытавшегося отдышаться. Выглядел он так, будто его вот-вот удар хватит, и я искренне за деда начал переживать. И чего было так ломиться?

В моей голове уже проскочили нехорошие мысли, что в селении что-то произошло и нужна наша помощь. Воображение тут же начало рисовать картины одна хуже другой, но старик наконец-то смог отдышаться и прохрипел:

— Они уже на орбите…спускаются…будут…утром…

— Ну что ж вы, уважаемый, так бежали? — пожурил я его. — Времени ведь вагон.

— Да мало ли…может, вам еще приготовиться надо, может, чего приготовить в дорогу?

Я усмехнулся и переглянулся с остальными. Дед будто нас в какое-то путешествие собирает…

— Все уже давно готово, — успокоил я его, — сейчас окончательно стемнеет и выдвинемся к вашему складу, чтобы никто случайно не заметил.

— Точно все готово? — переспросил старик. — Лететь-то вам долго…неделю, точно.

— Неделю? — опешил Куча.

— Ну да, — кивнул старик, — транспорт ведь не только на нашу планету зайдет. Те, кто на нем летает, как-то болтали, что до базы еще две остановки делают, а там пара дней отдыха, и заново можно облетать всех, кого оброком обложили.

Я почесал макушку. Так…а вот и непредвиденности с неприятвинами полезли… Мы-то рассчитывали на два-три дня, но никак не на неделю.

Впрочем, отступать уже поздно. Разве что действительно нужно чуть лучше подготовиться. Жратвы побольше взять, воды да сменных картриджей для скафов.

Но как представлю, что целую неделю в них жить предстоит…

Бр-р-р… Ужас!

Собственно, все «хотелки» я и озвучил старику.

— Без проблем, — успокоил он меня, — все есть, все будет!

— Но это за ночь нужно нам все притащить, — напомнил я, — и не привлекая никого из ваших. Сами же говорили.

— Да зачем? Все есть на складе. Натаскаете себе в контейнер сами.

— Лады, — кивнул я.

Пришел черед прощаться с этой дивной планетой. Наш неожиданный и такой короткий отпуск подходил к концу.

Но все же насколько приятно было наконец-то выбраться из железных стен, вечно тебя окружающих то на корабле, то на станции. Все были рады вдохнуть не вентилируемый воздух станций и не генерируемый системами жизнеобеспечения кораблей, а настоящий, планетарный, пахнущий летом и теплом, цветами и деревьями, почувствовать легкий бриз на коже и полежать под открытым небом…

Надеюсь, когда-нибудь нам посчастливится вновь попасть на эту или такую же планету, и уже отдохнуть всласть…

Ближе к четырем утра мы практически закончили — все необходимое уже было собрано и доставлено в контейнер, в котором нам и предстояло жить несколько дней.

— Как пгедставлю, что нам с Кучей в непговетвигаемом помещении пгедстоит пгожить несколько дней — аж стгашно! — вздохнул Дед.

— Мы все будем в скафах, — напомнил я, — так что не бойся.

— Ха! Думаешь, успокоил? — хмыкнул Дед. — Так еще стгашнее! Пгедставь, что будет, когда Куча свой скаф откгоет — этого нельзя делать на планете, иначе случится экологическая катастгофа.

— Можно подумать, что от тебя будет фиалками пахнуть после нескольких дней в скафе, — парировал Куча, — от всех от вас! Так что даже не начинайте.

— Да, будет весело, — вздохнула Выдра. — Ну, кокосы пожрали, на солнышке полежали, нормальным воздухом подышали, теперь за это надо платить…

Погрузка была закончена, последние приготовления завершены, и все мы направились в контейнер.

— Ну что, готовы? — спросил старейшина.

— Готовы, — кивнул я, — закрывай.

Под «закрывай» имелось в виду вовсе не запирание контейнера. Хотя и это тоже.

Дело в том, что в центре контейнера и было создано пространство для нас — квадрат пять на пять, с обеих сторон закрытый поддонами с провизией, шедшей в качестве «платы за спокойствие» от колонистов пиратам.

Мы решили так сделать на всякий случай — если кто-то из пиратов откроет контейнер, то нас не увидит — мы будем за паллетами. Ну а что касается нас, то учитывая тот простой факт, что при нас два комплекта «Рыцарей», проблем с открытием контейнера изнутри не будет — боец в «Рыцаре» с легкостью сдвинет поддон без всяких погрузчиков, а далее вывалить двери контейнера и вовсе будет несложно. Главное их вывалить, оказавшись на пиратской базе, а не раньше времени…

Глава селения, ловко управляясь с погрузчиком, заставил нас поддонами.

— Ну, ребятки, удачи вам! — сказал он напоследок. — Перебейте этих гадин!

— Сделаем, отец! — ответил я, и двери контейнера закрылись, отгородив нас от мира.

На несколько секунд воцарилась тишина, потом вспыхнул свет — я и Выдра включили фонарики.

— А прикиньте, — заявил вдруг Куча, — сейчас прилетят пираты, и он сходу нас сдаст.

— Куча, блин, — вздохнула Выдра, — что ты за человек такой? Если воздух не испортит, то момент изгадит! Сплюнь! Да не себе же на забрало, идиотина!

Остальные не выдержали и заржали…

Что ж, со всей ответственностью могу заявить, что этот перелет был самым ужасным в моей жизни. Я бы даже сказал, адским.

Мы вынуждены были провести в скафандрах пять дней. При этом находились безвылазно в контейнере, не могли его покинуть, и даже не могли размяться как следует, так как боялись, что шумом можем привлечь к себе внимание.

Все это время мы сидели без дела, спали, ели, пытались развлечь себя хоть как-то, но даже переговоры через канал связи скафандра был нежелателен — нас можно было засечь.

Короче говоря, более ужасного времяпровождения я себе представить не мог.

Что было еще хуже, все естественные надобности нужно было справлять себе же в скафандр.

И хоть система переработки отходов справлялась без всяких проблем, чувствовал я себя ужасно. Жутко хотелось снять с себя костюм и помыться. Или даже не просто помыться, а залезть под обжигающе горячую воду и тереть кожу до крови.

В какой-то момент, когда я в очередной раз задремал, почувствовал, что меня кто-то трясет.

Открыв глаза, я обнаружил перед собой Деда. Все остальные тоже были на ногах и стояли, глядя на меня.

Дед молча развернул ко мне свой приватник и показал экран. На нем была звездная система, в которой мы находились.

Ниже шел текст, набранный Дедом.

«Мы здесь уже 4 часа. Корабль не двигается»

Что ж, это могло означать только одно — мы прибыли в точку назначения.

Вот только сели ли мы уже, или еще нет — вопрос.

Я отбил ответ:

«Ждем еще два часа»

Ровно через час до нас стали доноситься глухие удары, скрежет. Похоже, содержимое трюма транспортника начали выгружать.

В какой-то момент пол под ногами содрогнулся, и благо, что все мы сидели на полу, иначе бы полетели кто куда.

Наш контейнер подняли и куда-то повезли. Грохнули на пол, и все опять затихло.

Пришлось снова выжидать.

Спустя полчаса, убедившись, что больше никакого шума мы не слышим, я приказал Деду включить сканер.

Конечно же, через стены контейнера он работал плохо, но, тем не менее, понять, есть ли кто живой рядом или нет, мы могли.

Судя по всему, наш контейнер отперли на склад, поставили там, и склад закрыли. Разгрузка была закончена.

Что ж, значит, пора нам выбираться наружу.

Несколько минут мы играли в «пятнашки», тягая поддоны с продуктами, пока, наконец, не добрались до дверей контейнера.

Далее в дело вступил Куча — он попросту выгнул одну из створок и гнул ее до тех пор, пока не появилось достаточно пространства, чтобы можно было пролезть наружу.

Вот только, как я и ожидал, появилась проблема — наш контейнер был приперт другим.

Но ничего страшного, Куча начал выламывать стенку контейнера. Сначала одну, за которой стоял контейнер, затем вторую, которая тоже оказалась подпертой, ну а затем потолок. И тут нам повезло — наш контейнер стоял на двух других и был самым верхним.

Так мы из контейнера и вылезли, оказавшись на складе.

Вокруг ни души, свет выключен. Видимо, пираты, закончив выгрузку, отправились отдыхать.

Но все же мы не расслаблялись. Вполне возможно, что здесь имеются какие-то системы охраны. Конечно, склад находился на пиратской базе, к которой подобраться надо еще умудриться, но…мало ли…

Плюс, не стоит забывать о часовых — они тоже тут могли быть. Конечно, это не ВКС, где часовой должен быть просто по умолчанию, но и не шайка головорезов, о дисциплине не слышавшая. Отставники ВКС вполне могли, действуя скорее по привычке, выставить часовых. Ну, или же эту лямку могли тянуть провинившиеся.

Дед тут же принялся сканировать окружающее пространство на предмет датчиков и сканеров, людей.

Пока все было в порядке — ни того, ни другого, ни третьего не наблюдалось, что не могло не радовать.

Теперь нужно было незаметно покинуть склад и осмотреться, составить для себя хотя бы приблизительный план базы, чтобы в дальнейшем продумать свои действия, спланировать последующие шаги.

Интересно, мы на станции, находящейся в космосе, или же на, так сказать, «наземной» базе, которую пираты поставили на спутнике разрушенной планеты. Конкретно этой информации у нас не было, так что приходилось «разведывать» все по ходу.

Едва только мы покинули склад, сразу стало понятно, где мы.

Судя по огромному шару, побитому и покореженному, вокруг которого россыпью больших и малых точек летали астероиды, мы были на поверхности спутника.

Черное небо с мириадами звезд освещало нам пространство вокруг.

База пиратов была довольно обширной: справа тянулись посадочные поля, на которых сейчас стояло четыре корабля. Это тот самый транспортник, на котором мы прибыли, и три боевых — те, которыми пираты пользовались для атаки поселений и грабежа транспортных кораблей, оказавшихся на свою беду в этом секторе.

«Строения» базы представляли собой отдельно стоящие модули с автономными системами жизнеобеспечения. Плохо. Вырубить всю базу не получится — модули перейдут на «аварийный» режим и ничего мы не добьемся. Разве что о своем присутствии заявим, заставив пиратов подняться «в ружье», чего нам, естественно, хотелось бы в последнюю очередь.

Все модули, которые я смог разглядеть, имели входы-шлюзы (поленились пираты ставить купол, чтобы поддерживать в нем атмосферу), кроме того, исключительно по внешнему виду я смог опознать казарму или, скорее, жилые модули, энергомодуль, командные и множество более мелких, вспомогательных.

— Делаем так, — прикинув все, заявил я. — Подбираемся к командному модулю и берем его. Оттуда уже дальнейшие действия планируем.

— Фиговая идея, — покачала головой Выдра, — уверена, что как раз на командном модуле на случай вторжения все и подготовлено.

— Что, так очевидно, что появись тут противник, он сразу пойдет туда? — хмыкнул я.

— Ну…мне так кажется, — без особой уверенности заявила Выдра.

— Так что тогда? Ворвемся в казарму и начнем всех валить налево и направо?

— Я «за»! — заявил Куча.

— Кто бы сомневался! — не удержался Такахаси.

— Такси не вызывали, — бросил ему Куча.

— У меня есть идея, — подал вдруг голос Дед.

Я удивленно поглядел на него.

— Ну, излагай.

— Возьмем сначала энеггомодуль…

— Энерго? Зачем? Почему? — удивилась и Выдра.

— Все пгосто — там вгядли будет сегьезная охгана. Максимум — это дежугный, следящий за габотой энеггоустановки… Его по-тихому снимем, и дальше… Дальше, я увеген, все модули имеют дата-соединения с этим. Подключимся, поглядим, что и где пгоисходит.

— Хм… — только и сказал я.

— А чего, толковая мысль! — поддержала деда Выдра. — Как раз пробьем, чего нам ждать на командном, и тогда уже пойдем к нему.

— Тогда так: Чуха! Такахаси! Вы тут, прикрываете. Я и Дед заходим слева, ближе к главному входу, Выдра и Куча — вы к тыловой части модуля, глядите в оба, чтобы никто сюда не приполз.

— Принял, принял… — отозвались члены команды, и наш круг, в который мы собрались для совещания, тут же развалился — мы все, как тараканы, разбежались в разные стороны.

Я едва успел спрыгнуть с крыши склада на стоящий под стеной старый контейнер, как в динамике щелкнуло, и спокойный голос Такахаси заявил:

— Стоп!

Мы с Дедом замерли. Наверняка с другой стороны склада Выдра и Куча тоже остановились.

— Под входом на склад двое часовых, — заявил Такахаси. — Ближе к правой стороне.

— Куча, Выдра! Они ваши! — приказал я.

— Есть…

Мы с Дедом слезли уже без спешки, стараясь не издавать лишних звуков.

Здесь, на базе, пригодного для дыхания воздуха не было, но и вакуума тоже не было — на спутнике имелась своя атмосфера, непригодная для человека, но все же способная проводить звук — шум от наших передвижений вполне могли услышать часовые, и тогда…

Я подобрался к углу и осторожно выглянул из-за него.

Как Такахаси и говорил — двое часовых. Один оперся спиной об двери склада и уставился в приватник, который держал в руках.

А вот второй, гадина, бдел. Стоял, широко расставив ноги, и орлиным взором осматривал базу.

Выдра выскочила, как молния, подбежала к «бдящему», на бегу прыгнув, схватив его за голову и повалив на землю.

Я отлично знал ее этот прием и понимал — часовой уже без сознания, но жив. Убивать нам их, к слову, пока нельзя — вдруг у пиратов на базе есть собственный клон-центр? Тогда тревога поднимется уже через пару минут, как только выяснится, что один из них, стоящий на посту, внезапно взял и умер…

Второй, оторвавшись от приватника, схватился за оружие, но пальнуть в Выдру немного не успел — к нему подскочил Куча, перехватил оружие, вывернул руку и одним мощным ударом отправил на землю.

Не убил, надеюсь…

Нет вроде — Куча присел рядом с противником, вырвал из его шлема модуль связи и принялся связывать часовому руки. Тот лежал без всякого движения, но когда Куча спеленал ему руки, начал дергаться.

Отлично! Выдра и Куча отработали как положено. Теперь наш с Дедом черед.

Мы, пригнувшись, оглядываясь по сторонам, бросились к входу в энергомодуль.

В очередной раз повернув голову, краем глаза сбоку я заметил движение, но движение было в «зоне ответственности» Деда. А так как я привык доверять товарищам, продолжал «контролить» свою зону.

Раздалось тихое шипение, и я, не удержавшись, скосил взгляд туда, где и заметил противника.

Тело уже лежало на ступеньках, ведущих к энергомодулю, а Дед, вскинув свой импульсник, шагал туда.

Что и требовалось доказать — не лезь и не мешай своим людям работать — они смогут справиться без няньки. А вообще, Дед молодец. Положил этого козла с первого выстрела.

Вот только…

Вновь раздалось шипение. Все же импульсник в режиме парализатора крайне хреново срабатывает, если на цели скафандр, причем боевой. Вот и пришлось оглушенного противника окончательно вырубать.

Меж тем мы добрались до энергомодуля. Пока Дед ковырялся с дверью, я занял позицию спиной к входу и внимательно осматривал округу.

Если появится кто-то — я его встречу.

Дед справился раньше, чем мне пришлось это делать.

— Пгошу, — он указал на дверь, и я тут же юркнул внутрь, держа оружие наготове.

Внутри был только один человек — как раз тот самый дежурный, следивший за работой реактора.

— Вы чего тут… — начал было он, но тут же скис, распластавшись в кресле, в котором и сидел, когда я вломился внутрь.

Выпустив еще один импульс, чтобы наверняка вырубить дежурного, я огляделся.

Пусто, больше никого.

— Дед! Чисто!

Дед тут же вбежал внутрь, стащил тело с кресла и сам в него уселся.

— Выдра! Гляди за входом! Куча! На тебе подходы! Чуха! Такахаси! Периметр.

— Принято…принято, — послышалось бормотание в динамике.

Сам я занял позицию у двери. Если вдруг мои лохонутся и кто-то дойдет до энергомодуля, войдет внутрь — его встречу я.

Ну а Дед уже вовсю ковырял терминал энергомодуля.

На все про все ему понадобилось около десяти минут, после чего я получил уведомление о передаче данных, а затем в левой части забрала моего шлема появилась карта местности с отметками, где нахожусь я и мои товарищи.

— Вот вам для огиентига, — буркнул Дед и продолжил работу.

Я терпеливо ждал, не подгоняя его и не мешая.

— Готово, — спустя пять минут объявил Дед, — в комцентге действительно были ловушки — тугели, лазегганы, датчики движения и сканегы лиц. Где-то не так чихнешь или не туда посмотгишь — и тут же вгубается тгевога, а тебя самого уже насыщают свинцом тугели.

— Сурово у них тут все, — хмыкнул я.

— Было, — поправил меня Дед. — Так, в комцентге двое. Похоже, обычные боевики. Казагм всего четыге. В каждой по тгидцать человек, плюс-минус. Есть еще небольшие жилые модули. В обоих внутги по два человека.

— Семейные пары, что ли? — хмыкнул я.

— А я знаю? Вот сходим к ним и узнаем.

— В казармах есть турели? — поинтересовался я.

— Нет, — покачал головой Дед.

— Жалко, — вздохнул я, — было бы очень удобно.

— Угу. Поэтому никто их там и не ставил. Это ж идиотизм, — заявил Дед.

— Окей. А те, что в комцентре? Они стационарные? Ну, в смысле, в гнездах? Или…

— Или.

— О! — оживился я. — А вот это уже интересно! Выдра! Куча! Все слышали?

— Так точно.

— Комцентр на вас. Тех двоих, что внутри, аккуратно «потушить» и связать. Поговорим чуть позже с ними обстоятельно и без спешки.

— Может, скажешь, что задумал? — поинтересовалась Выдра.

— Сначала комцентр. Тихо и без тревоги. Ясно?

— Сделаем.

Дед подключился к камерам видеонаблюдения, начал перехватывать пакеты данных с сенсоров и датчиков, чтобы дежурные в комцентре до последнего не видели и не знали, что происходит и что их ждет.

Выдра и Куча тем временем уже добрались до командного модуля.

— Похоже, без шума не получится, — заявила Выдра, — тут сканер на двери. Я его быстро не открою.

— Я откгою! — заявил Дед. — Пгошу!

Дверь тут же отворилась, и Выдра юркнула внутрь, следом за ней и Куча.

Двое дежурных, сидящих за рабочими терминалами, живо обернулись, но сделать ничего не успели — Выдра пальнула по обоим, а затем, что уже у нас вошло в привычку, провела «контроль». Обычно «контроль» означает выстрел в голову, чтобы точно прикончить цель, а в нашем случае гарантированно «выключить» жертву импульсником. Впрочем, если надо, есть у нас стволы и для полноценного «контроля».

— Готово! — объявила Выдра. — Комцентр наш!

— Отлично, — ответил я. — Дед! Отключай турели. Выдра и Куча! Они на вас! Снимаете их и тащите к входу в казармы! Такахаси! Ты тоже спускайся. На тебе растяжки! Ставишь тупо на выходе из казарм. Те, что ломанутся первыми, получат по полной. Остальных турели покрошат. Как закончишь — возвращаешься сюда и защищаешь Деда.

— Есть.

К сожалению, обошлось не без приключений.

Сначала Дед засек пирата. Уродцу, не смотря на позднее время, (а было около двух ночи, если верить часам на терминале в энергомодуле), не спалось. И более того — он зачем-то выперся наружу.

Спустя пару мгновений я заметил у него в руках энерговинтовку. Вот же черт! По базе часовые лазают? Хотя, что тут удивительного? Если поставили пост у склада, то почему не может быть охранников, бродящих по территории?

Дед «навел» на часового Кучу.

Тот, двигаясь в тени одного из модулей, приблизился как можно ближе к жертве, и когда тот, словно что-то почувствовав, остановился и начал озираться, Куча бросился в атаку.

Чертов пират все же заметил Кучу и, вскинув свое оружие, выстрелил.

Когда Куча упал, я остолбенел.

Черт подери!

К счастью, всего спустя мгновение Куча выхватил свой импульсник и пальнул в часового. Один раз, другой, третий.

Тот упал.

— Куча! Ты как? Живой?

— Живой… — прокряхтел тот.

— Сильно досталось?

— Прилично. Но аптечка вроде уже со всем справилась.

— Дуй сюда, будь с Дедом.

— Нет. Я в порядке.

Я почувствовал небывалое облегчение. Че-е-ерт! Из-за одной маленькой ошибки чуть не завалил всю операцию. А ведь все, что требовалось, это приказать Выдре страховать Кучу.

Если бы Выдра увидела, что охранник заметил Кучу, она бы начала стрелять.

Кто-то может сказать, что на кой черт вообще тогда Куче было бежать к часовому? Дело в том, что импульсники в режиме «парализаторов» работают плохо на большой дистанции. Если жахнуть по человеку метров с двадцати, он и вовсе может ничего не почувствовать, так, легкое покалывание. С десяти — уже на пару мгновений замрет, а уж с пяти и меньше метров импульсник действует как надо — вырубает к чертям.

А у нас тут все еще сложнее — часовой ведь в бронескафе, и с двадцати метров пытаться вырубить его парализатором — практически бесполезная затея. Разве что в случае, пока Выдра будет в него палить, Куча сможет приблизиться достаточно, чтобы окончательно вырубить жертву.

Как бы там ни было, а обошлось.

С еще двумя объявившимися охранниками разобрались уже тщательно и с подстраховкой. Ну а затем мои бойцы закончили установку гранат и турелей.

Сейчас пиратам придется несладко, но сначала нужно взять их «боссов».

Ловушки у выходов из казарм расставили. Теперь можно не бояться, что против нас выступит вся свора одновременно. В лучшем случае останется десяток бойцов, по моим прикидкам, а то и вовсе никого. Но это если поднимется кипишь.

Так-то, пока все тихо и спокойно. Если получится взять ватажков этой банды, то с остальными можно будет разобраться куда более радикально и быстро. Однако это если удастся взять достойного «языка»…

Первый «персональный» жилой модуль уже был нами окружен, и под нами я подразумеваю себя, Кучу и Выдру.

— Куча, ты на входе! Выдра! Мы с тобой вламываемся! — раздал я ценные указания. На счет два. Раз…два!

Дед открыл нам двери модуля, и мы буквально ворвались внутрь.

Тело на лежанке, щуря сонно морду, пыталось разглядеть, кто к нему вломился. Второй на соседней койке и вовсе продолжал храпеть.

Первого я отправил баиньки ударом кулака, и тут же принялся вязать. Второго Выдра сдернула с койки, навалилась сверху, взяв на болевой и заломив руки, после чего тоже начала пеленать пленного.

Справились мы быстро — буквально за минуту. Пираты и пикнуть не успели, как оказались «упакованы» и с кляпами во рту.

— Кто старший? — спросил я своего пленника.

— Угу-му-гу-гу, — промычал тот.

— Он? — я указал на его соседа.

— Мне-гу-гу.

— Капитаны это, — ответила вместо пленников Выдра, — твой с боевого корабля, а мой с транспортника.

— Откуда знаешь? — нахмурился я.

— Скафы вон в углу стоят.

И действительно, в дальнем углу жилого модуля стояли скафандры. Оба они отличались цветом, а кроме того, на нагрудниках имелись эмблемы, и даже подписи.

Так как названия пиратских кораблей мы узнали еще когда только собирались лететь сюда, я понял, что Выдра права. Что касается того, где чей скаф, то в этом тоже сложностей не было. Верзила, которого скрутила Выдра, действительно был с транспортника. Вон его скаф, здоровенный по сравнению со вторым.

— Так, — вздохнул я, — этих вырубаем и оставляем. Берем следующий модуль. Похоже, в них как раз капитаны кораблей. А командир этих уродов явно один из них. Берем всех и уходим.

— А остальных?

— Остальных в расход.

Я не испытывал ни капли жалости к бывшим «коллегам». Надоела вам служба, решили уйти — что ж, понять могу. Вообще ничего против не имею, даже понимаю — сам когда-то стану отставником. Но вот становиться пиратом — это уже за гранью. Как эти гниды вообще служили? Почему на службе никак не проявилась эта их гнилая сущность? Почему не выперли с волчьим билетом?

Или же их заставили? Нет, что-то непохоже… Впрочем, все это мы можем выяснить и потом, а пока надо взять остальных «старших».

Второй модуль снова брали я и Выдра, и снова все прошло идеально. Ну, почти. Один из «жильцов» оказался куда проворнее меня и успел выхватить вибронож, засадить мне под броню. Ранить не ранил, но поворотный механизм на левом плече повредил, урод. Рука двигалась, но словно с задержкой, что меня очень раздражало.

Поэтому третий и последний жилой модуль брали Выдра и Куча, а я остался сторожить вход.

И здесь все пошло совершенно не по плану.

Когда мои подчиненные юркнули в открытую дверь, я начал задом пятиться к ней, и вдруг услышал, что она открылась.

Какого черта? Выдра и Куча не могли так быстро справиться.

Резко повернувшись, я столкнулся с одним из пиратов, облаченным в боевой скаф.

Он тоже не ожидал, что столкнется со мной, и замер.

Мы стояли всего пару мгновений, а затем я начал действовать, на доли секунды опередив противника. Но этого оказалось более чем достаточно.

Плюс ублюдок допустил ошибку — я на него бросился с голыми руками, а он попытался выхватить пистолет из кобуры.

Пистолет был у него в руке, и он попытался его навести на меня, но я с легкостью отвел оружие в сторону, правда, не успел перехватить его руку, взяв на болевой.

Грохнул выстрел. Пуля ударила в армпластовое крыльцо жилого модуля и со свистом ушла куда-то в сторону. А я уже провел серию ударов, целью которых было полностью обездвижить противника.

Хоть враг и служил когда-то в ВКС, однако навык рукопашного боя у него был совсем слабенький, так что уложил я его практически сразу.

Вот только едва выдохнул, стоя над телом поверженного противника, как услышал рев баззеров тревоги, начавший подниматься над пиратской базой.

Вот же черт… Провернули, называется, все по-тихому!

Тут до меня дошло, что если противник выскочил из жилого модуля наружу, значит, помешать ему не могли.

Я открыл дверь и влетел внутрь.

О, черт возьми…

Все стены модуля были залиты кровью, будто кто-то «бомбочку» с красной краской метнул.

Все было перевернуто с ног на голову, на одной из коек лежал Куча, с которого Выдра сдирала броню, и из живота которого прямо-таки хлестала кровь.

В центре модуля лежало тело. Так понимаю, это второй обитатель, которого мои должны были взять. Вот только что с ним произошло — я решительно не понимал.

Он словно бы взорвался изнутри. Тело было страшно изуродовано, изорвано.

— Что за хрень тут произошла? — только и выдохнул я.

— В угол погляди, — буркнула Выдра, уже начавшая оказывать медицинскую помощь Куче — заливала медгель в его рану.

Я бросил взгляд в угол и был страшно удивлен.

Там, за перевернутым стулом, лежало нечто.

Когда я подошел ближе и начал его разглядывать, понял, что это такое.

Тварь, такая же, какая вылезла из катехумена, когда мы пытались его взять. Один в один.

— Какого… — начал было я, но тут же грянул взрыв.

Вот же срань…

— Будь тут! — бросил я Выдре.

— А куда я денусь? — буркнула она.

Но я ее уже не услышал — выскочил наружу.

Где-то грохнула автоматная очередь, следом грюкнул одиночный выстрел — явно Чуха кого-то выцелил. А затем понеслось…

Грохот пулеметных турелей не прерывался ни на секунду. Лишь иногда в него вклинивались бухающие выстрелы винтовки Чухи и короткие очереди, которыми били Дед и Такахаси.

Что происходит — понять было несложно. Едва только «заиграла» тревога, пираты в казармах вскочили, вооружились и бросились наружу.

Вот только их там ждал неприятный сюрприз…

Такахаси растяжки поставил грамотно. Точнее даже не растяжки, или не только их. В первую очередь на дверях казарм он оставил термогранаты, срабатывающие от удара. Стоило только открыть дверь, как граната летела под ноги пытающимся выйти наружу пиратам и активировалась.

Далее, если в казарме кто-то после этого выжил, пытался выбраться наружу, его ждали уже полноценные растяжки.

Судя по тому, как грохотало, все ловушки Такахаси отработали как надо, уменьшая количество противников.

А далее в дело вступили турели.

Сказал бы, что на этом врагов попросту не осталось, но нет. Остались.

И с ними разбирались как раз Такахаси, Дед, покинувший энергомодуль, и Чуха, их прикрывавший.

Когда я добрался до казарм, все уже было закончено — из открытых дверей валил дым, в одной и вовсе бушевал пожар — видимо, термограната Такахаси его устроила. У входа во все казармы наблюдалось множество трупов.

Лишь у последней я нашел своих людей. Такахаси проходился среди тел, проводил «контроль». Дед его прикрывал.

— Все, командиг, закончили, — объявил Дед, — нет больше пигатов. Ваша светлость довольна?

— Не совсем, — буркнул он, — их вожака не взяли.

— Что? Почему?

— Не знаю пока. Куче досталось, а Выдра рассказать не успела — тут все началось… Единственное, что могу сказать, — вожак был не человеком.

— А кем? — не понял Дед.

— Помнишь тех уродов, катехуменов?

— Это паразит тот, страшный на вид, что вы с Кучей притащили? Еще говорили, что эта тварюка в человеке сидела? — нахмурился Дед.

— Она самая, — кивнул я, — вот точно такая же и тут была.

— Охренеть. Так это что, жуксы уже под нас маскироваться начали? И допустим, один из пиратов был этой штукой. А остальные? Они тут вроде добровольно…

— «Языков» взяли, у них все и выведаем, — пожал я плечами. — Надо, кстати, наших вызвать. Займешься?

— Естественно, — Дед развернулся и трусцой направился в командный центр.

Я же отправился осматривать поле боя.

Да…вот тебе и тихая операция. А ведь все так хорошо начиналось. И ведь дальше шло, как по маслу. Один раз осечка случилась, считай, в самом конце, и понеслось…

С другой стороны, а что плохого случилось? Капитанов пиратских посудин взяли в плен, рядовых перебили, база нами захвачена, фактически с пиратами покончено. Даже кое-что интересное касательно их командира выяснилось — он не совсем человек. Ну, или вовсе не человек — это уже пусть ученые ВКС решают.

Лично я считаю, что задачу мы выполнили. Что приказано — сделано. Ну а то, что пошло не по плану, — что ж, от случайностей никто не застрахован. Главное — справились ведь?

Хотя и нам досталось, точнее Куче. Кстати, как он там?

Мне даже стыдно стало, что я шастаю тут и даже не знаю, насколько тяжело Куче, и не нужно ли требовать незамедлительную эвакуацию. В конце концов, может, Куче надо доктор.

Я направился к жилому модулю, в котором оставил Кучу и Выдру. Когда прошел уже половину пути, меня нагнал Дед.

— Значит так, — заявил он, — с «Энеем» связался…

— Что говорят?

— Говорят, чтобы мы ждали — они скоро прибудут.

— Ясно, — кивнул я.

Дела у Кучи были совсем плохи — был он бледен, как смерть, крови потерял много — буквально вся койка залита ею. Но все же он был жив, и это было главное.

Однако даже если отдаст концы, сможет ожить в клон-центре на «Энее». А тот уже был в пути… Хотя, конечно же, не хотелось бы, чтобы Кучу пришлось ожидать…

Пока ждали «Эней», я приказал Деду и Такахаси начать минирование базы пиратов— сотрем ее с лица земли вместе с их кораблями. Все, закончилась их шайка, и нечего оставлять что-то для тех, кто захочет пойти по их пути. Все уничтожить, все тут сравнять с землей…

«Эней» прибыл лишь на следующий день, что и так было очень быстро. Тем не менее, к тому моменту Кучу мы накачали препаратами так, что он впал в кому.

Я пытался вытрясти из Выдры пояснения, как это вообще произошло, но она ничего вразумительного ответить не смогла, мол, едва только ворвались в модуль, тот, что был у пиратов главным, махнул рукой, и Куча тут же упал.

Выдра наплевала на все правила и цели задания, тут же открыла огонь. Чем это закончилось, я видел. «Тварь», сидевшая внутри человека, «катапультировалась», но далеко уйти не смогла — Выдра ее все же прикончила.

Собственно, вот и все.

Пришлось чуть «поработать» с Выдрой, чтобы в отчете, который все мы неизменно должны были писать в конце операции, она описала ситуацию несколько иначе. А то с того ракурса, как она рассказывала ситуацию мне, может сложиться впечатление, что все произошло по нашей вине. Имею в виду как ранение Кучи, так и уничтожение вожака пиратов.

Впрочем, как оказалось, отчет не понадобился…

Когда на базу приземлился «Метеорит», за штурвалом которого был, конечно же, один очень хорошо нам известный лихой пилот, а аппарель десантного отсека опустилась, оттуда хлынула толпа бойцов, мгновенно оцепившая периметр, двое с гравиносилками бросились за Кучей, а мне навстречу вышел Рамбо и сама капитан Риплева.

— Ну что, Кураж, справился все-таки? — с улыбкой поинтересовался майор.

— Так точно, — кивнул я, — дело сделано.

— Ну, поздравляю тогда!

— Не с чем. Лидера убили…

— Вы что же, всех пиратов перекрошили? — поразился Рамбо.

— Нет, взяли капитанов кораблей. Но вожак…

— Так…а ну рассказывай все подробно.

Пришлось вкратце поведать историю того, как был ранен Куча и что там в жилом модуле «жило» под видом человека.

— Н-да…вот так-так, — вздохнул Рамбо, — весело будет аналитикам 8-го флота с этим всем разбираться. Ну да мы им пленных сдадим, и пусть их крутят.

— Пусть крутят? — нахмурился я. — Но ведь это наше дело!

— Ах да, кстати, проверь личные сообщения. Сеть с «Метеорита» ведь работает?

Я недоуменно уставился на него, но затем все же открыл интерфейс и проверил входящие.

Оп-па! От Торма письмецо. И чего там?

Если не вдаваться в подробности, нам предписывалось немедленно завершить операцию. Любым способом уничтожить пиратов и затем вернуться на базу 8-го флота, чтобы «Эней» присоединился к эскадре боевых кораблей.

Ящеры начали масштабную атаку на человеческие миры, и теперь все второстепенные задачи и миссии были срочно свернуты или отодвинуты на далекое будущее. Главное задачей каждого бойца ВКС теперь было отразить атаку чужаков, удержать границы и не позволить ящерам пробиться вглубь наших территорий.

«Энею» и всем нам предстояло принять участие в этой битве или битвах.

Ну что ж, приказ есть приказ… Тем более, что задачу мы выполнили и языков взяли. Жаль, конечно, что без главнюка пиратов, но тут уж ничего не попишешь…

Я успел в самый последний момент. Прыгнул в воронку, оставшуюся после бомбы, а позади меня грохнул взрыв, сбив меня с ног и швырнув на уже сидевшего тут Деда.

— Да тихо ты, боец! Или совсем ни хгена не види…. Оу, здгавия желаю, г-дин офицег!

— Хватит паясничать, — буркнул я, — где остальные?

— Чуха и Такахаси где и были — на высотке. Выдга где-то гядом.

— Что, одна, что ли?

— Да вгоде…

В этот момент сверху к нам в яму кто-то спрыгнул, а за ним еще один человек. И этот человек приземлился прямо на меня.

— О! Привет! — я пришел в себя, увидев, что на мне сидит Куча.

— А ну слазь! — приказал я. — Тебя, кажется, в отсеке «Энея» еще больше откормили. Увалень!

— Виноват, — буркнул Куча.

— Надо сваливать, командир! — это уже подала голос Выдра. — Что хотели, выяснили — тут ящеров видимо-невидимо. Возвращаемся?

— Видимо, да. Если сможем, — хмыкнул я.

Вот уже неделю мы находимся на «Приме-3». Уже больше месяца в этой мясорубке. Ящерицы прут так, будто они бессмертные или у них солдат с запасом еще на три войны. За месяц мы успели побывать в таких замесах, что врагу не пожелаешь, — на орбитах планет, на станциях, отражали абордажи на наш корабль, атаковали чужие, и вот, наконец, попали сюда, на «Приму-3», где у ящеров был чуть ли не главный плацдарм для наступления.

И поначалу вроде как шло все хорошо — наши корабли разгромили флот ящеров на орбите, нас сбросили, чтобы мы зачистили саму планету, и тут…

На орбите словно портал в ад открыли — такое началось, что просто ужас. Глянешь в ночное время, а там такая звездная свистопляска, что тошно становится. Говорят, там уже больше двух сотен кораблей по кускам разваленные летают…

Очень надеюсь, что наш «Эней» не среди них.

Впрочем, и нам тут невесело — первую волну десанта на планету выкосили подчистую, второй повезло — приземлилось около трети, и мы в их числе.

На самой планете войск ящеров оказалось в разы больше, чем докладывала разведка, и теперь, пока творится на орбите вся эта катавасия, мы предоставлены сами себе. И тут нет мыслей насчет того, чтобы перебить ящеров, тут главная идея — как не дать убить себя. Партизаним, блин, уже неделю.

— Дед! У тебя что-то осталось еще?

— Дгон. Тяжелый, дальнобойный.

— О-о-о… — я даже языком прищелкнул от восторга, — вот он-то и поможет нам отойти.

— Так понимаю, дгону кабздец? — с тяжелым вздохом спросил Дед.

— Ну, если сможешь его вывести, то нет. Но нужно, чтобы он нас прикрыл, чтобы мы успели отойти.

— Ну, тогда кабздец, — повторил Дед.

— Да и хрен с ним! Запускай! — приказал я.

— Есть…

— Значит так, слушай мою команду, — повысил я голос, чтобы меня слышали все здесь присутствующие, — как только начнется пальба, поднимаемся и бежим во-о-он под то здание. Там Чуха, он если что нас прикроет. Всем ясно?

Вопросов не последовало.

— Дед, пускай! — приказал я.

Тяжелый шарообразный дрон взмыл из соседней воронки, поднялся на пару метров над землей, а затем из его круглых боков выдвинулись в разные стороны оружейные «полки», из которых в свою очередь выдвинулись орудия.

Бах! Бах!

Пушки у дрона были серьезные. Если он действительно кого-то засек, то этот «кто-то» точно уже не жилец.

— Бегом! — заорал я, первым поднявшись и начав карабкаться прочь из воронки.

Я добрел до лежащего прямо на земле матраса и тяжело опустился на него.

Сколько мы уже на Приме-3? Неделя? Месяц? Год? Я и не помню уже… Казалось, все, что происходило раньше — лишь сон, а именно здесь реальность, которая была всегда…

Длинная пулеметная очередь где-то наверху не заставила меня даже шевельнуться, настолько я устал.

Рейд за рейдом, вылазка за вылазкой — мы не сидели на месте, постоянно двигались, выполняли одно задание за другим. Ели на бегу, спали по очереди. И так день за днем, неделя за неделей…

Я огляделся — мои боевые товарищи уже дрыхли без задних ног. Ну да, то, что наверху обстрел, ничего еще не значит. Если есть возможность отдохнуть, поспать — этим нужно пользоваться. Хрен знает, когда подобное выпадет еще раз.

Я устало потер глаза — черт подери, как же я устал… Начавшая было идти вверх карьера в 8-ом флоте резко оборвалась — мы теперь вновь на острие атаки, и неизвестно, когда все это закончится.

Вернее не так, из — за большого наступления ящеров моя карьера стала на паузу — пока не отобьемся от ящериц, нечего и думать о новых заданиях.

Да вообще не о чем пока думать — тут бы выжить…

На орбите Примы-3 кипела битва, которая длилась уже не одну неделю — то наши одерживали верх, то прибывающие корабли ящеров наших выбивали с позиций, то наоборот…

Как бы там ни было, а нам, десантуре, ход с планеты закрыт — никто не собирается нас забирать с поверхности, и все, что нам остается, это пытаться сохранить за собой контроль над планетой. А это очень и очень сложно сделать — ящеров в разы больше, чем нас, им постоянно присылают подкрепления, у них есть укрепленные позиции, в конце концов, они даже вооружены лучше. А мы…запасы боеприпасов истощаются, наши ряды редеют, мы вынуждены постоянно отступать, так как противник прет и прет, давит и давит…

Изменится ли это когда-нибудь? Сможем ли мы переломить ход этой кампании? Вряд ли. Но сдаваться мы точно не будем.

— Эй, Кураж! Ты чего?

Выдра, спавшая всего минуту назад крепким сном, лежала на своем матрасе и озадаченно глядела на меня.

— Ничего… Так, задумался…

— О чем?

— Слушай, а сколько мы уже тут? — спросил я.

— Здесь? Ну, всего пару дней. Ящеры вряд ли быстро обнаружат…

— Нет, я не об этом месте, я о планете…

— А… — Выдра нахмурилась, — наверное, около года. Может, больше.

— Год… — хмыкнул я, — а пролетел, как один день.

— Вы спать будете? Нашли время потрындеть! — недовольно проворчал Куча. — И сами не спят, и другим не дают…

— Да спи, кто тебе мешает? — отмахнулась от него Выдра.

— Да вы мешаете! «Сколько мы тут»? Какая разница, главное, что еще тут, а не отправились в лучший мир.

— Это да, тут не поспоришь, — кивнул я.

— Ну вот и все. И никуда отправляться я не собираюсь, — заявил Куча, — а теперь дайте поспать. Вдруг завтра опять замес какой-то будет серьезный, а я не выспавшийся…

— Ладно, ладно… — я действительно чувствовал себя виноватым перед Кучей. Мои люди совершенно вымотались за последнее время, мы и сюда то добрались буквально на силе воли, так как все остальное у нас давным-давно закончилось. Ребята хотят отдохнуть, а я тут рефлексировать начал…

Я улегся на свой матрас и прикрыл глаза. Спать совершенно не хотелось, но…я сам не заметил, как сон навалился на меня, обволок и всецело захватил…

Грохот был такой, что все мы мгновенно вскочили со своих мест.

— Подъем! Подъем! Нас штурмуют! К оружию! — кто так истерично орал, я не понял, но и неважно. Главное, что суть происходящего стала ясна.

Вот же черт, а мы-то, наивные, думали, что удастся тут немного передохнуть.

Но нет, ящеры нашли и это убежище.

Сколько их мы уже поменяли за последние пару недель? Наверное, штук пять. Ящеры словно озверели и решили извести всех людей на Прима-3?

Я схватил штурмовую винтовку, буквально впрыгнул в бронескаф. Куча, Дед, Выдра, Такахаси и Чуха от меня не отставали — когда я оглянулся, они уже тоже были во всеоружии.

— За мной, — бросил я и устремился к выходу.

Навстречу нам бежали несколько бойцов.

— Отходим! Отходим! — заорал один из них, завидев нас. — Там полная жопа! Ящеры ломятся!

— Дерьмо! — буркнул я. — МТГ! Готовимся к обороне.

— Кугаж! Может, отойдем со всеми? — предложил Дед.

— Тогда лагерю конец, как и людям в нем, — помотал я головой, — не забыл, тут ведь еще гражданские есть…

Гражданские в этом лагере действительно были — несколько фермерских семей, прилетевших осваивать Приму-3 и попавшие в эту мясорубку.

— Выдра! Свяжись с комендантом! — бросил я, уже засев за один из металлических ящиков.

Весь мой отряд рассредоточился по коридору, так же заняв позиции.

Первые ящеры появились уже спустя несколько секунд. Было их трое, в тяжелой броне, двое с винтовками, один с ручным лучеметом. Вот ведь уроды, уже и наше оружие копировать научились. Корпорация Хань по сравнению с ними просто отдыхает: так быстро шлепать подделки — это особый талант нужен.

Грохнул выстрел, и один из ящеров тут же рухнул на пол — Чуха редко когда промахивался, и еще реже на выбранную им цель нужен был еще один выстрел.

Двое оставшихся ящеров вскинули было оружие, но тут же получили свое — мы буквально их изрешетили.

Впрочем, тот, что был с лучеметом, успел нажать гашетку — несколько лучей прошлись по коридору, лизнули стену и потолок, но нас не зацепило.

— Есть, комендант! — объявила Выдра. — Приказано сдерживать наступление противника.

— И кто бы сомневался? — пробурчал Дед.

— Не бурчи, запускай свои машинки! — приказал я ему.

Несколько секунд, и в сторону выхода по коридору полетели два миниатюрных дрона. Урона врагу они нанести не могли, зато могли стать нашими глазами и ушами — когда противник попрет на нас, мы узнаем об этом заблаговременно…

Собственно, прожили дроны недолго, но дело свое сделали — крупный отряд в два десятка бойцов ворвался в коридор и шел прямо на нас.

Дроны они уничтожили, едва только их засекли.

Что ж, ладно.

— Приготовиться! — скомандовал я. — Огонь!

Больше всего сейчас наступающие ящеры напоминали орду жуксов — они перли напролом, совершенно невзирая на собственные потери.

Мы буквально выкашивали их, но на место павших бойцов тут же становились новые.

И они открыли ответный огонь, продолжили переть на нас.

Я швырнул гранату, затем свою бросила Выдра, Куча.

От взрывов заложило уши, все стены коридора были заляпаны кишками и кровью, останками тел, но ящеры не сдавались.

— Отходим! — приказал я.

Если еще хоть немного тут засидимся — это конец. Нас просто сметет эта волна.

Мы, не прекращая стрелять, прикрывая друг друга, меняя укрытия по очереди, начали пятиться назад, но вскоре стало понятно, что так мы тоже обречены.

— Выдра! Что там с эвакуацией? Свяжись с комендантом!

— Не отвечает!

— Зам?

— Не отвечает.

— Да твою же… — прорычал я. — Отходим! Бегом!

Мы развернулись и бросились бежать.

Такахаси вдруг вскрикнул, оступился, и чуть было не упал.

Его зацепило — с правой ноги сорвало броню, из-под подкладки бронескафа обильно текла кровь.

Но Такахаси не упал, а, волоча ногу за собой, пытался идти дальше.

Я поднырнул под него, взгромоздил себе на спину.

— Отпусти! Мы оба сдохнем! — заорал он.

Я же лишь крепче сжал зубы и побежал вперед.

Выдра и Чуха чуть притормозили, пропуская меня вперед, а сами принялись палить по преследующим нас ящерам.

Когда мы почти покинули этот чертов коридор, я почувствовал, как что-то ужалило меня в бок.

Зарычав от боли, я пошатнулся, но выпрямился, продолжил движение.

Боль разливалась по всему моему телу, но я не останавливался, бежал дальше.

Из коридора мы выскочили, Выдра, бежавшая последней, закрыла за собой тяжелую бронедверь. Хоть ненадолго, но она способна остановить преследователей, выиграть для нас немного времени.

Временный лагерь выглядел так, будто тут какое-то стихийное бедствие прошло. Впрочем, так оно и было, «побег» называется — часть коек была перевернута, вещи разбросаны, кое-где стоят тарелки с недоеденной пищей на них. Было видно, что нападение ящеров застало людей, обитавших здесь, врасплох. Да чего говорить — мы вон сами спали и в бой отправились, едва с лежаков вскочив. Чего о других говорить, тем более о гражданских…

— Идем, — буркнул я.

— Погоди, Кураж! — остановила меня Выдра. — Надо рану Такахаси обработать, да и твою тоже.

Мою? Только сейчас до меня дошло, что именно могло меня «ужалить» в бок, и от чего такая боль была. Ну конечно же, как я не допер? Впрочем, там, в коридоре, было не до мыслей и размышлений. Там нужно было просто бежать. Бежать и молиться, чтобы ящеры промахнулись или хотя бы не убили с одного попадания.

Что ж, мне повезло, как и Такахаси. Да и остальные бойцы целы, что уже хорошо…

— Некогда сейчас, надо отсюда выбираться, — заявил я.

— Но…

— Не сейчас! — заявил я. — Начнем тут ковыряться — эти твари нас достанут. Уходим!

Собственно, люди уже привыкли свои укрытия оборудовать так, чтобы в них было несколько входов, как и несколько выходов. На войне с ящерами очень быстро учишься. Те, кто тормозят, долго не живут…

Вот и этот тайник имел еще два выхода.

Один из них завалили отступающие бойцы, второй был перекрыт нами — оттуда перли ящеры. Оставался третий — узкий лаз, который выходил в подвал разрушенного здания (этот наш лагерь был оборудован неподалеку от разрушенного ящерами города).

Далеко не самое лучшее место, там вполне можно нарваться на патрули противника, но…еще один лаз в лес, как я уже сказал, был завален.

А значит, выбора у нас нет…

Лезть через эту нору было и так неудобно, а уж нам с Такахаси и подавно. Впрочем, Такахаси полз себе, подтягивая раненую ногу, а вот мне приходилось туго — в таком положении полученная рана то и дело давала о себе знать, и все тело простреливало болью.

Я даже пожалел, что отказался от предложения Выдры обработать рану. Ну да чего уж вспоминать? Отказался и отказался. Теперь придется терпеть… Благо аптечка скафандра уже впрыснула обезболивающие и медгель, так что если повезет — скоро рана перестанет беспокоить, да и зажить должна довольно быстро…

Ползти по туннелю пришлось почти полкилометра, но все же мы справились.

Первым наружу вылез Куча. Мы все остались на месте, дожидались, пока он проверит, что все безопасно.

— Порядок, вылезайте! — бросил он, и все мы с облегчением полезли из тоннеля на свежий воздух…

Лаз вел внутрь разрушенного двухэтажного строения. Собственно, второго этажа давным-давно не было, от крыши ничего не осталось — ее ошметки лежали теперь на земле. Все, что осталось от здания, — это стены, которые частично обрушились, но по большей части все еще стояли на своих местах. Разумеется, с пустыми оконными и дверными проемами.

Тем не менее, это было укрытие — во всяком случае, со стороны нас не разглядишь, да и то, что мы вообще тут появились, следя за зданием наблюдателя, никто бы не засек.

— Ну, теперь точно займемся вашими ранами, — оглядевшись и убедившись, что все вокруг безопасно, заявила Выдра.

— Нет уж, — ответил я, — связывайся с нашими. В первую очередь нужно понять, куда двигаться дальше. А то проковыряетесь тут с нами и…

— Глупости! — буркнула Выдра.

— Это приказ! — настоял я на своем.

Нам повезло — на наш вызов откликнулся Рамбо. А я еще переживал, что с ним случилось. Оказалось, в момент нападения на лагерь он уже давным-давно был в другом лагере, точнее даже в патруле при своем лагере. Причем не пешем, а на «Проходцах». И вот теперь пообещал нас забрать.

Что ж, это очень хорошо. А то куда-то еще идти у меня уже не оставалось сил. Чертова рана в боку достала так, что и шевелиться лишний раз не хотелось. И это при условии, что автоаптечка уже вкатила мне лошадиную дозу обезбола и вся рана залита медгелем.

Знатно я получил, что сказать…

Впрочем, Такахаси тоже досталось — судя по его плавающим зрачкам, аптечка его скафа и вовсе всадила все препараты, которые в ней имелись. Ну, еще бы — у Такахаси была не просто рана, ему сломало ногу, выдрало кусок мяса, и ступня по большому счету держалась лишь на жилах и лоскутах кожи. Как он еще не подох от болевого шока — не представляю. А ведь по тоннелю полз сам…

Мы сидели и ждали, вслушиваясь в окружение — где-то грохотала артиллерия, где-то была слышна перестрелка: то ли наш патруль засек врага, то ли патруль врага нашел наших, или, что намного хуже, ящеры догнали беглецов из лагеря. Впрочем, в это я мало верил.

И уж тем более не опасался, что ящеры погонятся за нами — когда ползли через тоннель, Дед оставил там гранату с отсроченной активацией. И грохнула она, когда мы уже были снаружи, так что опасаться, что преследователи увяжутся за нами, не стоило.

Где-то далеко, практически на грани, послышалось гудение. Такой звук издают гравидвижки чего-то большого…

Кажется, наши «Проходцы» спешат…

— Куча! Погляди! — приказала Выдра.

Я лежал совершенно без сил, но все же отметил, что не зря именно Выдру поставил своим замом — девчонка соображает просто отлично, и если кто-то из всей нашей группы и достоин стать офицером, то это она.

Ну а я…честно говоря, до сих пор считал, что весь мой карьерный рост — лишь череда случайностей и удачного стечения обстоятельств. Все же, как мне кажется, командование МТГ — это мой предел. Даже будучи замом Рамбо мне приходилось несладко, по ощущениям я еле справлялся с кипой навалившихся на меня обязанностей.

— Враг на 10! — заорал вдруг Куча. — Две бронемашины.

— Наши? — осведомилась Выдра.

— Нет, вражеские…

Ах ты ж мать твою!

Я зашевелился, пытаясь подняться, но Выдра злобно шикнула на меня.

— Да лежи ты! Без тебя справимся.

— Да как? — возмутился я. — Две бронемашины…

— Кто сказал, что мы вообще будем их обстреливать? Пусть себе катятся…

И действительно, что-то я торможу. Ящеры ведь не знают, что в этих развалинах мы засели. Если не выдадим себя сами, то они нас и не засекут.

Выдра, к слову, уже отдала соответствующие распоряжения — Дед, Куча, Чуха и сама Выдра засели так, чтобы иметь возможность наблюдать за тем, что происходит снаружи, но их самих заметить было сложно.

Ну а мы с Такахаси так и валялись себе под стеной. Правда, если я еще хоть что-то соображал и в случае чего готов был сражаться, то мой раненый товарищ совсем плох — кажется, он сознание потерял.

Плохо, черт возьми, очень плохо! В группе из 6 человек двое раненых, причем тяжело. Такахаси точно «тяжелый», а я…думаю, недалеко от него ушел, особенно, когда закончится время действия стимуляторов, которые мне вкатили…

— Внимание! — раздался в динамиках тихий шепот Выдры. — Приготовиться! Огонь не открывать…

Я слушал, как тяжелый транспорт приближается. Он уже совсем рядом, проезжает всего в нескольких метрах от нашего укрытия — я слышу, как рокочут гравидвижки — похоже, техника нагружена до предела. Это плохо. Если на ней бойцы ящеров (а что, собственно, там еще может быть?), то мы попросту от них не отобьемся — нас ведь всего шестеро, даже четыре с половиной.

Тем временем рокот раздавался уже совсем рядом. Казалось, что машины чуть ли не под самой стеной нашего укрытия идут. И что мне совершенно не понравилось — рокот стал равномерным, он словно бы не двигался.

Черт подери, они нас засекли? Но почему не стреляют?

Машины точно стоят под самой стеной нашего укрытия, но я не слышу характерного рычания и шипения, без которого ящеры просто не могут, не слышу и стрельбу, да и наши не отвечают.

Что за хрень?

— Людс-с-ской с-с-сольдатен! Не стреляешен! С-с-сдафайся, и быть ш-шиф-фо! — послышался чей-то голос.

Я уж совсем растерялся. Ящеры так не говорят, это скорее на кривляние похоже. Да и голос мне знаком…

И почему наши молчат, не отвечают?

— Фу, блин…ну вы и сволочи! — облегченный выдох Выдры дал мне понять, что за стенами нашего укрытия вовсе не противник. Но…

— Г-дин майор! Вы понимаете, что такие шутки до добра не доведут? А если бы мы открыли огонь? — это уже Дед.

— Мы бы открыли в ответ, — теперь я узнал Рамбо. Нет, ну надо же — шутник, блин!

— Почему вы на этих тарантасах? — это уже Куча.

— Трофеи…

— Вы ведь говорили, что на «Проходцах» будете? — удивилась Выдра.

— Так это и есть «Проходцы» — ящеры скопировали нашу технику. Сама погляди, даже эмблему на радиаторе не забыли. Наверное, думали, идиоты, что без нее тачка не запустится… — Рамбо заразительно расхохотался. — Так, давайте, грузитесь! Раненые где?

Пара минут, и нас с Такахаси затащили внутрь машины.

Никогда еще мне не доводилось бывать в салоне захваченной техники ящеров. И…я разочарован. Ничего «чуждого» или неестественного. Вполне обычная тачка с вполне обычным салоном. Ящеры скопировали все досконально, чуть изменив кое-где цвет и дизайн. Плавные очертания «Проходца» скруглились еще больше, сделав его похожим на какое-то огромное животное, которое то ли стало на дыбы, то ли сгорбилось…

В салоне тоже ничего нового я не увидел. Ощущение такое, будто ты просто сел в знакомую машину, но в которой владелец все переделал «под себя». Естественно, на панели часть клавиш была подписана незнакомым языком, форма руля была чуть другой, да и сам обод в толщине уступал стандартному, который ставили в «Проходец». Чужие все скопировали и переделали под себя, при этом внеся минимум корректировок, так что разобраться в управлении этим чудом техники лично для меня не составило никакого труда.

— Вы как эти чудовища отхватили? — все еще не мог успокоиться Куча. — Классные тачки…

— Мне тоже нравятся, — хмыкнул Рамбо, — а отхватили просто — мы ведь охотимся на этих сволочей, засады устраиваем. Вот они и приперлись к нам сами. Голозадый Джо отработал, как всегда, на пять баллов, они на нас полезли, мы всех перестреляли и…техника наша.

— Голозадый Джо? — спросила Выдра.

— Это я, г-жа, — отозвался и поднял руку боец, сидевший рядом с Рамбо.

— Что-то я не припомню тебя в…

— Он из местных, — пояснил Рамбо, — часть фермеров решили дать отпор оккупантам, начали партизанить. Отряд Джо выбили, и он, чудом проскочив мимо ящеров, вышел прямо на нас. С тех пор вместе с нами и воюет.

— А почему «голозадый»? — поинтересовался Куча.

— Его голая задница действует на ящеров, как красная тряпка на быка. Даже еще похлеще! — рассмеялся Рамбо.

— Как это? — не понял Куча.

— Вот так, — хмыкнул Рамбо. — Вылезает на холмик, снимает штаны и демонстрирует голый зад ящерам, а они от этого бесятся.

— Ты смотри, какие обидчивые! — рассмеялась Выдра. — Что, серьезно? Они на это ведутся?

— Ну, ты же сама видишь, — Рамбо обвел руками салон машины, словно говоря, мол, а как бы мы еще эту тачку отхватили?

— Ладно, — сказал Рамбо, сменив тон, — мы сейчас вас подбросим в наш лагерь, отдыхайте, набирайтесь сил, а дальше… Вы вовремя мне встретились. Как раз вашей МТГ мне и не хватало.

— Для чего?

— Есть одна идейка… Я и мои бойцы так действовать не привыкли, а вот вы… У вас опыт в таких делах имеется.

— Куда-то надо тихо залезть и что-то там натворить?

— Типа того, — кивнул Рамбо, — но об этом позже. Сначала мне нужно собрать чуть больше информации, чем есть сейчас, а вам отдохнуть и подлечиться…

Что ж, стоит признать, Рамбо устроился удобно — его лагерь хрен засечешь даже с воздуха. А по части комфорта он превосходил тот, из которого нам недавно пришлось бежать.

Ну а по части оснащения тут и вовсе небо и земля: у Рамбо имелась какая-никакая кухня, приличные места для отдыха, а не матрасы на земле, здесь же имелась медкапсула, в которую сначала погрузили Такахаси, а затем и меня.

Пара часов, и вуаля — мы оба здоровы. Разве что Такахаси дрых без задних ног с кучей капельниц — организму нужно было восстановиться после пережитого стресса, ну а я заталкивался едой, как мог — после операции жрать хотелось неимоверно. Зато следа от раны в боку вообще не осталось, будто и не было его.

По словам местного «коменданта», роль которого в лагере исполнял молодой лейтенант из ПСО, Рамбо развернулся тут по полной программе — в том лагере, где были мы, сейчас находилась всего сотня бойцов. Еще около сотни были в разъездах (в том числе и в отряде Рамбо). Но рядом, в пределах километра, имелся еще с десяток лагерей, где людей было либо столько же, либо даже больше, чем здесь.

Как я понял, Рамбо планировал что-то глобальное, иначе собирать такое число людей не стал бы. Очень интересно… Я сгорал от нетерпения, дожидаясь его.

Но лейтенантик заявил, что ждать Рамбо раньше вечера не стоит, а то и вовсе ночью, даже под утро заявится.

Что ж, зато хоть отдохну…

Я завалился на койку в землянке, которую выделили нашему отряду, и задремал.

Проснулся я от того, что меня кто-то треплет за плечо.

Открыв глаза, я обнаружил перед собой Кучу.

— Ты чего?

— Вставай. Жрать пора! — заявил тот.

— Да я, собственно, уже…

— То было три часа назад. На, налетай! — он протянул мне тарелку, в которой плескался аппетитный на вид суп, к тому же и пахнущий не хуже.

Я вроде как сыт был, но с удивлением обнаружил, что тарелка ушла всего за пару минут. Все же одно дело, что думаю я, совсем другое — что нужно организму для восстановления после ранения и лечения в медкапсуле.

— Фу-у-ух… — довольно прогудел Куча, тоже отставивший тарелку. — Ну вот, поели, теперь можно и поспать…

Я лишь хмыкнул. Собственно, эту фразу Куча вытащил неизвестно откуда, но использовал ее всякий раз после того, как расправлялся с очередной порцией еды. И неважно, что это было — горячий обед, быстрый перекус на станции или же сухпаек в чистом поле.

Куча улегся на свою койку и, положив руки на пузо, закрыл глаза.

— А где остальные? — поинтересовался я.

— Выдра с Такахаси, докторствует, — ответил Куча, — Дед и Чуха на складе — БК пополняют, оружие собирают… Ну, ты их знаешь.

— А ты чего не с ними?

— А мне чего? Я себе уже нашел игрушку, — Куча рукой указал на здоровенный пулемет, стоящий у выхода из землянки. Рядом с ним лежало три короба патронов.

— Патронов не маловато взял? — хмыкнул я.

— В самый раз, — ответил Куча, — к тому же больше нет…

Да…здесь, на Приме-3, самая большая проблема заключалась в том, что боеприпасы и амуниция не пополнялись. Если так пойдет и дальше, то ящеры передавят нас только потому, что нам нечем будет отстреливаться. Да и без приличной брони сильно не повоюешь…

Надо что-то как можно быстрее делать, нужно нанести ящерам удар, чтобы они долго после него оправлялись, иначе нас перебьют. Это лишь вопрос времени.

Но где у ящериц центр принятия решений? Удар по какому объекту станет для них ощутимым, я пока не представлял.

Впрочем, я был уверен, что Рамбо что-то такое нащупал, и именно поэтому обрадовался, найдя нас.

Кажется мне, что придется лезть в пасть ко льву… Впрочем, нам не привыкать…

— Слушай, Кураж…

— Ну?

— А ты давно был дома? — вдруг спросил Куча.

— Да… — я даже растерялся от такого вопроса.

Как давно я был дома? Дома… Это слово совершенно не подходило к ферме, на которой я вырос. Скучал ли я по месту, где прошло мое детство? Иногда да. Хотел ли я туда вернуться? Наверное, нет. Там уже не было ничего того, что я хотел бы увидеть. Ничего и никого… Я повернулся к Куче и ответил:

— Последний раз был перед тем, как отправиться в учебный лагерь.

— И что, не тянет туда? Не хочешь вернуться?

— Пожалуй, нет, — ответил я.

— А я вот хочу… — вздохнул Куча, — соскучился наверное… Как вспомню — сразу на душе тепло. Хорошо там было…

— А чего тогда смылся? Зачем в ВКС отправился? — поинтересовался я.

— Чтобы не батрачить от заката до рассвета. Одно и то же изо дня в день…

— У нас тут тоже не особо много разнообразия, — улыбнулся я.

— Все равно… Сколько мы уже в ВКС?

— Года три…

— Года три… Это по «нашим часам» года три…

— В каком смысле? — не понял я.

— Ну…Дед мне объяснял. Получается, сколько раз нас в криокапсулы заставляли укладываться? Сколько мы в них были? Ведь для нас время в капсулах стоит, а для остальных идет…

— И сколько же? — я сбился, задумавшись над сказанным, ведь я об этом тоже думал, но…как-то то ли не хотел, то ли не успевал довести свою мысль до конца. Не считал, сколько же прошло времени на наших родных планетах с момента, как мы улетели.

Зато Куча, похоже, посчитал.

— Я перед тем, как нас на Приму-3 отправили, успел получить письмо из дома, — заявил он, — ничего такого — о том, о сем… Все живы, все в порядке, но сестренка моя младшая, Иринка, как мать написала, сезон отработала на ферме, деньги припрятала и первичный курс пилота прошла. Прикинь?

— А что такого? — не понял я.

— Когда я улетал, ей около 12 всего было, а тут курс пилота. Мало того — она тоже свалила с нашей планеты. Мать пишет, что уже работу в двух корпорациях сменила, недавно получила сертификат на управление корветами и грузовозами…

Я присвистнул. Это сколько же лет прошло с момента, как мы решили влиться в ряды ВКС?

— Знаешь… — меж тем продолжил Куча, — я иногда думаю, на кой черт мне все это? Может, стоит вернуться, купить землю, построить дом…

— Но тебя ведь что-то во всем этом раздражало? Ты же почему-то решил улететь?

— Решил, — кивнул Куча, — не хотел я такой жизни. Изо дня в день — поле, поле, поле… Посадить семена, собрать урожай, и начинай сначала. Но теперь задумался и понял — а ведь есть что-то в этом. Спокойно, размеренно…

— Стареешь, Куча, — хмыкнул я, — к земле тянуть начало.

— Есть такое, — рассмеялся и он, — но все же… Как думаешь, надолго мы тут?

— Где? На Приме-3? Думаю, что нет. Либо мы что-то придумаем и вывернемся, либо ящеры нас перебьют…

— Нет, я вообще, в целом. Как долго мы пробудем в ВКС? Сколько нам надо, чтобы угомониться?

— Угомониться? Ты чего вообще в ВКС пошел?

— Галактику увидеть, другие миры…заработать денег. И уже прилично заработал, и на «другие миры» тоже насмотрелся.

— Так что, думаешь в отставку подать?

Куча уставился куда-то вперед, в одну точку. Он лежал и глядел, не отрывая взгляда и ничего не отвечая.

Я почему-то тоже решил его не подначивать.

— Нет, — наконец, сказал он, — я космодес, и единственное, что умею — это убивать всяких тварей. Вот только…

— Что?

— Что будет, когда мы победим ящеров?

— А почему мы? Почему не они нас?

— Нас не победить, — покачал головой Куча, — лично я точно не сдамся. Буду воевать до последнего. Но все же. Допустим, мы победили. Что дальше?

— Помнишь, — заявил я, — мы так же гадали, когда с жуксами мир заключили?

— Ну? — кивнул Куча.

— Ведь мы тогда вообще не представляли, что будем делать, если воевать с жуксами не нужно… И видишь, как оно повернулось? Теперь мы здесь, на Приме-3.

— Это ты к чему? — не понял Куча.

— К тому, что даже если мы убьем ящеров всех до одного, то без работы все равно не останемся. Убей жуксов — появятся ящеры, убьешь ящеров — за ними придет кто-то еще…

— И вот это меня раздражает, — вздохнул Куча, — всегда есть кто-то, кто нам угрожает. Всегда главная цель в этих войнах — уничтожить противника, чтобы он не уничтожил нас.

— А тебе чего надо?

— Не знаю… Просто…я не вижу конца всему этому.

— Война никогда не кончается, — глубокомысленно заметил я, — даже если чужие закончатся, уверен, придется воевать со своими.

— Это как?

— Ну, не знаю. Мятежи всякие, сепаратисты. Или вон, как было недавно — корпоративные войны.

— Корпоратов бы я с удовольствием перебил, — улыбнулся Куча, — ненавижу уродов! На моей родной планете они с фермеров последние штаны готовы были снять — продавали все по диким ценам, а покупали урожай за копейки…

— На то они и корпорации, — ответил я, — но согласен, перебить этих уродов и я не против. Явно от этого в Галактике хуже не станет…

— Ладно, — вздохнул Куча, — давай отдыхать. Чую, скоро уже явится Рамбо и насыплет нам проблем.

— Думаешь? — рассмеялся я.

— Еще бы! Ты же слышал, как он обрадовался, когда нас встретил? И «вовремя», и «нашей МТГ ему не хватало»… — передразнивая манеру речи Рамбо, процитировал его Куча.

— Это да, — кивнул я, — он явно что-то задумал.

Рамбо вместе со своим отрядом вернулся ближе к полуночи. Причем вернулся он всего на одной машине, а не на двух, и бойцы его отряда выглядели не очень — похоже, им досталось.

Что ж, на Приме-3 без приключений редкий день обходится. Вот и Рамбо досталось — сначала повезло, отжали тачки, теперь фортуна повернулась к ним задницей, что рано или поздно должно было случиться…

Рамбо привел себя в порядок и собрал в своей палатке человек двадцать, включая и нас.

Я обратил внимание, что среди собравшихся только офицерье в звании не ниже лейтенанта.

Ну, точно, Рамбо задумал что-то глобальное.

— Очень хорошо, что вы все смогли прибыть, — оглядев присутствующих, начал Рамбо, — Как вы все знаете — дела у нас не очень. Для тех, кто не в курсе, вкратце обрисую — на орбите пока что худо-бедно равновесие — то наши бьют ящеров, то ящеры наших. Закрепиться никто не может. Здесь, на поверхности, дела обстоят иначе. У чужих преимущество в количестве и вооружении. У нас заканчиваются боеприпасы и амуниция, целой брони практически не осталось. Те жалкие крохи, что удается флоту сбросить нам с орбиты, либо уничтожаются ящерами еще в воздухе, либо используются в качестве ловушек, чтобы уничтожать нас. Я тут прикинул и пришел к неутешительным выводам — если все так будет продолжаться и дальше, то в течение пары месяцев ящерицы либо перебьют нас полностью, либо нас останется столько, что оказывать сопротивление мы будем просто не способны. Не говоря уж о том, что нечем — как и говорил, боеприпасы подходят к концу…

Рамбо сделал паузу и продолжил:

— Но это не самая плохая новость. Есть и похуже. Ящерицы начали устанавливать по всей планете орудия, способные бить по целям на орбите. Одно из таких орудий находится неподалеку от нас. Как вы понимаете, когда они начнут обстреливать наши корабли, флот ВКС вынужден будет отступить. Соответственно, мы останемся одни, и мои выкладки про «два месяца» станут неактуальными. Счет пойдет в лучшем случае на недели, в худшем — на дни…

Присутствующие загудели, обсуждая сказанное Рамбо.

— Прошу тишины! — Рамбо поднял руку, привлекая к себе внимание. — Уверен, каждому из вас есть что сказать, но позвольте я закончу.

Он перевел дух и вновь заговорил:

— Все здесь присутствующие — это командиры подразделений и соединений. В общей сложности нас около двух тысяч человек, плюс-минус. Такого количества бойцов должно хватить, чтобы захватить орудие и…

— А как мы его захватим?

— Рамбо! Ты в курсе, как оно охраняется?

— Это бред! Мы все подохнем!

Рамбо поморщился и принялся ждать, пока самые нетерпеливые выкрикнут то, что у них наболело. Наконец, когда поток желающих заявить свое «фэ» закончился, он продолжил:

— Среди нас есть МТГ 8-го флота, которая как раз специализируется на диверсионной деятельности. Проникновение на хорошо охраняемый объект без лишнего шума — их работа…

Ага. Ну вот и то, ради чего мы тут. Ничего другого я не ожидал и, если честно, не расстроен от услышанного. То, что работенка нам предстоит не из легких, это понятно, но зато, если все получится, если мы сможем вырубить охрану, грубо говоря, «откроем ворота» для остальных, то все может получиться — захватим орудие и поможем нашим на орбите. Ну и они в свою очередь смогут помочь нам.

Фактически мы можем создать плацдарм для контрнаступления. Выбить чужих как с орбиты, так и с планеты.

Что ж, как Рамбо правильно заметил, подобная работенка как раз для нас…

База чужих больше напоминала средневековый замок, чем обычные их сооружения. Я давно заметил, что ящеры строят свои лагеря и укрепрайоны «спустя рукава». Вообще не стараются — делают то ли специально кое-как, то ли просто не умеют иначе.

Учитывая, как умело они подделывают нашу технику, не поверю, что не могли научиться у нас укреплять свои позиции. А раз до сих пор этого не сделали — смею думать, что от головотяпства. Ну а что, не только ведь людям быть раздолбаями? Даже на душе приятно, что в Галактике кроме нас есть такие же ленивые оболтусы…

Но так было с обычными лагерями, а то место, куда теперь нам предстояло проникнуть, выглядело сверхнадежно — почти четырехметровые стены, наверняка под ними натыкано всевозможных сканеров и ловушек, да еще и неизвестно, что ждать за самой стеной.

Нисколько не удивлюсь, если еще одна стена — у ящеров есть такая «фишка»: строить несколько линий укреплений, причем даже тогда, когда в этом вроде как нет необходимости.

Что ж, наобум мы лезть не будем, сначала все разведаем. Тем более все необходимое для этого у нас имеется.

Так как на наш отряд возлагались все надежды, снабдили нас всем, чем только можно, собрав амуницию и оружие со всех окрестных лагерей.

Хотя выглядело это все жалко — броня, в которую я сейчас был облачен, явно была собрана из нескольких комплектов — отдельные ее части и пластины отличались по цвету, некоторые были помяты и поцарапаны. С оружием тоже не все было сладко — пушки видали лучшие времена, а патроны были самых разных типов. Но пофиг, главное, что калибр подходит.

Энергопушки, которыми оснастили наш отряд, не раз и не два проходили через «полевой» ремонт — это было видно невооруженным взглядом. Впрочем, все работало, все стреляло, могло защитить, а это самое главное.

Помимо штатных вещей были у нас и «специализированные» примочки. Вот как раз одну из таких мы сейчас и задействовали.

Мини-дроны, которых запустил Дед пару часов назад, были сбиты практически мгновенно, сразу после того, как перелетели забор. Мы даже разглядеть не успели, что там находится, как связь с дронами пропала.

Более того — после этого несколько отрядов ящеров выдвинулись из «замка» и принялись прочесывать окрестности. Благо мы к такому были готовы, успели скрыться прежде, чем отряд до нас добрался.

Какое-то время нам приходилось прикидываться деталями местного пейзажа — не двигаясь, даже дыша через раз, но затем ящеры свалили восвояси, и мы вновь вылезли из своих укрытий.

Пытаться еще раз «подсмотреть», что творится за стенами, с помощью дронов мы не стали — понятно, чем это закончится, но Дед настоял на еще одной попытке, правда, в этот раз использовать решил не летающих миниатюрных роботов, а…подземных.

Вообще «черви» использовались для того чтобы подобраться как можно ближе к вражеским позициям и там взорваться. Однако оснастить таких дронов вместо заряда взрывчатки камерой и простейшим набором сенсоров не составляло труда, что мы и сделали.

Теперь дрон медленно рыл землю, подбираясь все ближе и ближе к забору. Надеюсь, ящеры не догадались делать глубокий фундамент, если вообще его делали, а то скорость передвижения дрона, мягко говоря, оставляет желать лучшего…

— Ну, чего там? — спросил я у Деда.

— Сейчас, сейчас, почти под самой стеной… О-о-оп! Пгошли…

— Ну и чего там? — повторил мой вопрос Куча.

— Ну что там? Земля вокруг, камни, — бросил Дед, — дгон под землей еще! Чего ты хочешь?

— Так заставь его вылезти!

— Ага, чтобы его уничтожили, как пгедидущие? А нам опять в ямы пгятаться? Погоди немного…

Дед действительно не стал поднимать дрона на поверхность, а приступил к сканированию — он пытался выявить сигналы, электросистемы вокруг, чтобы определить устройства поблизости и понять, что они из себя представляют.

Отчасти ему это удалось.

Итак, за стеной нас ждали автоматические турели — точная копия тех, которые имелись на вооружении ВКС. Похоже, ящеры и до них добрались, что неудивительно — они ведь крадут у нас все, что только можно.

Также удалось выяснить, что за забором имеется разветвленная сеть всевозможных датчиков и сканеров. Они работают как дополнительная охрана, ведь турели «включаются», если сами засекут противника.

— И что, все? Больше ничего? — спросила Выдра. — Только система сканеров и турели?

— Похоже на то, — неуверенно ответил Дед, — а что, мало?

— Мало, — хмыкнул я.

— Да? И как ты собигаешься через все это пгоходить? Нам и шагу не дадут ступить, как включится тгевога…

— Перегрузим им сеть, — заявила Выдра.

— Чего?

— Перегрузим сеть ложными сработками, — повторила Выдра.

— Да как мы…

— Ну ты же можешь червем подключиться к сети? — спросила Выдра.

— Ну…да.

— Ну вот, подключайся и начинай хулиганить — спамить сигналами по всему периметру. Уверена — ящеры не выдержат и сами отключат систему, чтобы ее проверить.

— А если они выставят охрану на участке, где происходят сбои? — спросил Такахаси.

— А мы будем хулиганить не здесь, — улыбнулась Выдра, — подальше отсюда. А когда они отключат там систему, вырубим ее здесь. Эми-граната есть у кого?

— У меня, — заявил Такахаси.

— Ну вот. Возвращаем «червя», цепляем ему гранату, и вперед.

— Хы…может сгаботать! — кивнул Дед.

Сработало! Еще как сработало!

Правда, на базе ящеров завыла сирена.

Но нам было плевать — как только охранная система была выведена нами из строя, мы мгновенно перемахнули через стену (благо все необходимое у нас было) и бросились вперед.

На территории базы чужих было полным-полно всяких «построек», если можно было так назвать странные сооружения, больше походящие на эдакие юрты. Были они самого разного размера, а внутри…

В одном мы обнаружили нечто вроде зерна, насыпанного просто в центре «юрты», в другом контейнеры, вернее емкости, которые ящеры использовали, как мы контейнеры.

В третьей мы увидели двоих ящеров. Судя по цвету их чешуи, а также по габаритам, были это самые обычные техники, и особой опасности они не представляли.

Но мои рефлексы оказались намного быстрее — вскинув лазерный пистолет, я сделал два выстрела в одного противника и два во второго.

Вряд ли снаружи «юрты» было хоть что-то слышно, но а сами ящеры вообще ничего не успели сделать, рухнули на пол мертвыми.

— Тут пересидим, — решил я.

Собственно, пока на базе чужих тревога, лучше особо не лазать. Пусть ящеры понервничают, найдут проблему и устранят ее, пусть затем успокоятся. Вот тогда-то мы и продолжим операцию.

А пока нужно затаиться.

Конечно, существует риск, что нас здесь обнаружат или заметят пропажу, долгое отсутствие техников, и пришлют сюда новых, но… Все другие варианты, которые я перебирал в голове, не менее рисковые. А этот имеет шанс на существование.

Да и вообще — если сюда к нам кто-то сунется, прибьем, как техников. Или же сменим юрту, забрав с собой и тела только что убиенных.

Сидеть нам пришлось больше трех часов. Сирены прекратили завывать уже через час, но мимо нашей юрты то и дело сновали патрули вооруженных ящеров.

Каждый раз, когда один из них проходил рядом с нами, мы все напрягались, готовились вступить в бой, но…пока везло.

Когда наконец-то все улеглось, мы выбрались из своего укрытия.

К тому времени Дед, успевший запустить еще одного дрона, подняв его на приличную высоту, чтобы ящеры и их системы его не заметили, смог кое-как осмотреть базу, и мы теперь представляли, куда нам нужно отправляться: в самом центре лагеря чужих имелось строение. Как понимаю, когда-то это было обычным человеческим жилым домом этажей в пять, однако ящеры приспособили его для своих целей. На крыше было установлено то самое орудие, которым ящеры планировали обстреливать наши корабли на орбите. Ну а в самом здании, наверное, были системы наведения, контроля, накопитель и все другое, что было необходимо для функционирования орудия.

Также я был уверен, что «штаб» ящеров тоже находился в здании, где-то на нижних этажах — уж очень часто в дом и из дома шастали чужие.

— Дед! Где у них может быть командный центр? — спросил я.

— Втогой этаж. Пегвый подъезд, — мгновенно выдал тот.

— А откуда знаешь? — удивился Куча.

— Кабеля все туда идут. Как думаешь, почему?

— Обходим здание справа. Там есть холмик. За ним засядем — погляжу, где лучше нам заходить, — объявил я.

Мы все, пригибаясь, двинулись в указанную мной сторону.

Собственно, уже наступила ночь, темень была, хоть глаза выкалывай. Но это для тех, у кого нет ПНВ, а у нас они были. Далеко не самые лучшие, но…из того, что осталось, нам отдали самые эффективные.

Уже хоть что-то. У ящеров вон даже таких нет… Насколько я знал, они ночью видят не лучше нашего. Но рядовым бойцам ПНВ (ну, или как у чужих их аналоги называются) не выдавали. Да и у «элиты» такие приблуды не всегда были…

А вот у нас, считай, даже у пехтуры имелись. Конечно, далеко не самые лучшие, но были. А уж у спецуры… Жаль, мы здесь были не как «специальный отряд 8-го флота ВКС», а так бы примочками нас снабдили по самые брови.

Впрочем, кое-что у нас в запасах было.

Биоскоп — отличное и крайне полезное устройство, жаль только, что с низким разрешением и в единичном экземпляре.

А работало это устройство аналогично биосканеру, которые устанавливают на «Проходцы» и рапидусы. Главная задача этих девайсов — обнаружить живое существо даже в случае, если оно спряталось. Закопалось под землю, зашло за дерево, укрылось за остовом техники или за стеной здания. Конечно, за камнем или за металлом обнаружить цель сложно, но только если она замерла и не двигается. Биоскоп, как и биосканер, отслеживают более двухсот различных параметров, по которым можно обнаружить присутствие человека, ну, или какое-то другое существо. Например, ящеров в здании.

Я навел девайс на здание и замер, давая возможность устройству делать свою работу.

Сам же принялся внимательно глядеть на экран. Несколько секунд, и я получил картинку с несколькими размытыми фигурками. Ага, вот и наши друзья. На первом этаже несколько постов охраны, часовые стоят у дверей, но, вопреки человеческим «законам», их часовые вовсе не походят на недвижимые статуи. Как раз наоборот — активно вертят головами, хвостами, переминаются с ноги на ногу.

Так, проверим второй этаж. Тут фигур еще больше. Похоже, Дед был прав — это их командный центр, и тварей там полным-полно…

А что у нас дальше? К примеру, на третьем этаже…

Сколько бы я ни водил устройством, а обнаружить там живых существ не выходило. Это что же, они вообще не используют третий этаж? А четвертый?

На четвертом ящеры были, как и на пятом, на крыше.

А вот третий…черт его знает. Может, у них там склад или они определили этот этаж под технический?

Как бы там ни было, а в здание нам лезть придется через третий этаж. Во всяком случае, это позволит до последнего не выдать себя…

— Заходим с востока. Третий этаж, — заявил я.

— Цели? — осведомилась Выдра.

— Никого.

— О! Повезло!

— Есть такое, — хмыкнул я, — свалимся на них, как снег на голову…

— Главное, чтобы они быстго не оклемались. А то полезут, как мошки на свет, — проворчал Дед.

— Ну, для этого ведь пушек столько взяли, — хмыкнул Куча.

Такахаси и Чуха как всегда помалкивали.

Мы по очереди перебежали к дому, совершенно бесшумно, как тени.

Я вскинул руку, выстрелил зацепом с тонким тросом вверх. Иглоподобный наконечник вошел в стену, запустились его встроенные механизмы — он выбурился глубже и зафиксировался.

Я замер, вслушиваясь в окружение.

Тихо. Пока наши проделки проходят бесследно.

Дернув пару раз трос, проверив, выдержит ли он мой вес, я зацепил карабин, включил лебедку и поскользил вверх.

Несколько секунд, и я уже у окна третьего этажа.

Открыть его не составило труда — компактный плазменный резак позволил все сделать быстро и тихо.

Все, я внутри.

Следом за мной поднялась Выдра, потом Такахаси, Чуха, Дед и, наконец, Куча.

— Ну, давай! — кивнул я Куче.

Тот выудил из рюкзака мини-заряды, разложил их на полу.

Мы же все предусмотрительно отошли подальше.

— Три… Два… — начал обратный отсчет Куча. — Один…

Заряды взорвались, и огроменная плита улетела вниз. Мы все бросились вперед и по одному начали спрыгивать следом за плитой.

Я, едва приземлившись, тут же схватился за ствол и очередью снес одного из ящеров, недоуменно таращившегося на происходящее.

Выдра уже тоже отработала одного из противников, в дело вступили Такахаси и Куча.

И пяти секунд не прошло, когда все, кто находился здесь, были мертвы.

Хм…а неплохо ящеры обустроились — снесли все стены, оставив только несущие, заполнили тут все своей техникой и аппаратурой.

Ну, точно, командный центр — даже терминалы похожи на наши…

А хотя чему я удивляюсь — наверняка ведь ящеры создали свои, взяв за основу наши. Они все воруют и адаптируют под себя.

— Дед! Приступай! Куча, Такахаси, к двери, — начал раздавать указания я, — а лучше на пролет. Чуха! Ты к окну. Выдра! На подхвате. Я сторожу Деда.

Все мгновенно разбежались кто куда.

Со стороны лестничной площадки, куда отправились Куча и Такахаси, практически сразу раздалась пальба — похоже, на этаже были еще ящеры. Что ж, сейчас они получат на орехи. А дальше…дальше нужно держаться и не пускать сюда противника.

— Дед! Что там у тебя?

— Подключаюсь, — буркнул тот.

Специально подготовленный под нашу миссию блок был подключен к системам ящеров. Сейчас в одном из лагерей, в безопасном месте, пяток высококлассных техников получили доступ к сети чужих и теперь разбираются, что к чему.

Если все пройдет гладко — мы перехватим управление и базой, и орудием на себя, и тогда…

Хотя не буду заглядывать так далеко. Для начала нужно запустить сюда наших, удержать позиции, не дав ящерам подняться на этаж. Это сейчас самое главное…

— Ха! Идиоты! — хохотнул Дед.

— Что там? — напрягся я.

— Они наши коннектогы подделали, — ответил Дед, — и софт наш. Вообще без изменений, только под себя интегфейс контголя пегеделали… Чегт! Такое ощущение, что чужие — это подгазделение когпогации Хань: тыгят все…

— Давай ближе к делу! — прервал я его.

— Да тут все наше, считай, — пояснил Дед, — запустить, отключить, пегенастгоить — как два пальца обмочить.

— А логины? Пароли?

— У ящегов кастовая система — им это все ни к чему. Тот, кому не положено габотать с обогудованием, попгосту этого делать не умеет.

— А против нас защита?

— Они навегняка думали, что если заменили оболочку, то мы ничего не сможем сделать, — Дед вновь рассмеялся. — Сюгпги-и-из!

— Так что ты задумал-то? — спросила Выдра.

— Для начала пегенастгоил все тугели. Тепегь тот, кто был «союзной» целью, тепегь вгажеская. А все дгугие тугели не тгонут. Можете давать нашим команду — пускай идут сюда.

С улицы послышалась пальба, причем просто бешеная — работало сразу несколько десятков пулеметов.

— О, вот уже и пгоцесс пошел! — заявил Дед.

— Теперь нужно постараться не допустить их сюда, — хмыкнул я.

— Кураж! — как по волшебству, на связь вышел Куча. — Они сюда прут так, что перезарядиться не успевам. Нужна помощь!

— Иду! Дед, справишься тут сам?

— Да без пгоблем!

— Отлично. Выдра, со мной! Чуха, приглядывай за Дедом.

Чуха лишь кивнул и вновь прильнул к оптике, высматривая кого-то из окна.

Бах!

Его винтовка дернулась, и я нисколько не сомневался — в кого бы он ни целился — тот уже мертв.

Следующие полчаса были просто адскими — ящеры перли на нас с отчаянным упорством. Лестница на наш этаж была буквально завалена трупами, и новые партии врагов лезли уже тупо по ним.

Боеприпасы у нас подходили к концу, но пока что мы держались.

Черт, где же наши?

Если у нас закончатся патроны — все было напрасно…

В ход шло все. В нашем собственном оружии патронов не осталось — магазины были пусты, аккумуляторы разряжены. Зато имелся арсенал ящеров, оружие с тех, кого мы уже положили, и мы не побрезговали трофеями воспользоваться.

Благо ящеры крали наши технологии, и разобраться в том, как пользоваться их оружием, было несложно. Оно лишь в деталях отличалось от нашего, было чуть неудобнее, чем старый добрый «Отбойник», но стреляло так же.

И вот, очередная волна наступающих чужих была расстреляна уже из их же пушек.

Новая куча трупов на лестнице, снова небольшая передышка, всего на пару минут, перед следующей волной, а значит, паузой нужно воспользоваться, и мы с Кучей тут же ломанулись по ступенькам вниз, принялись судорожно собирать оружие и боеприпасы.

Мы выдержим, мы выстоим!

Тем более я слышу пальбу — наши уже зашли на территорию базы чужих, и сражение идет снаружи здания.

Мы не можем проиграть, у нас попросту нет иного выхода. Если мы не справимся здесь — это конец, это полное фиаско. А проигрывать мы не умеем и не хотим.

Наш последний шанс выбраться с Примы-3, склонить чашу весов в свою сторону находится прямо здесь и сейчас, и каждый, кто сейчас атакует базу ящеров, это прекрасно понимает…

База была нашей. Ящеры, похоже, не могли поверить в то, что произошло, так как после того, как мы перебили всех защитников, весь гарнизон базы, еще около часа к нам никто не лез.

Затем чужие, конечно же, оклемались. До них дошло, что произошло, и они бросили все, что только можно было на штурм захваченной нами базы.

Но было уже поздно.

То время, которое они нам подарили, мы использовали по максимуму — следом за нашими бойцами подтянулись техники и принялись подключать системы орудия, перенастраивать его.

Дед во всем этом принимал самое деятельное участие, ведь он один из первых, кто понял, как устроены электронные системы и сети чужих.

Когда первая волна подтянувшихся к базе чужих пошла в атаку, орудие уже было готово к бою.

Его выстрел оказался столь громким и мощным, что далеко не все смогли устоять на ногах. От гула, разнесшегося по всей базе, казалось, можно оглохнуть.

На несколько секунд начавшийся было бой остановился — бойцы противоборствующих сторон попросту не могли сражаться. Я бы даже сказал, что нас всех чуть ли не контузило, и это при условии, что и наши солдаты, и бойцы чужих были облачены в бронескафы, на которых имелись светошумовые фильтры, и они в теории должны были защитить оператора от резких звуков, ярких вспышек и тому подобного.

Должны, но тут спасовали.

Буквально меньше чем через минуту в сером небе прямо над нами расцвела пышным цветом новая звезда — орудие попало точно в цель, уничтожив один из кораблей ящеров. Но никто на этом останавливаться не собирался — орудие уже перенацеливали на новую цель. Рамбо на всех частотах пытался связаться с флотом, объяснить, что происходит, но они, я думаю, и так уже все поняли.

Яркие вспышки в небе стали частыми. Похоже, на орбите развернулся новый бой. ВКС хотели воспользоваться внезапно появившимся у них преимуществом, ну а наши канониры как могли помогали им.

Очередной выстрел орудия заставил меня рухнуть на землю.

В голове гудело, зубы словно бы шевелились, все тело покрылось гусиной кожей.

Неприятные ощущения, но осознание того, что за этим последует (уничтожение очередного корабля чужих), грело сердце.

Я вскочил, вскинул винтовку и дал короткую очередь по одному из противников, который, как и я, ошеломленный выстрелом орудия, только-только начал подниматься с земли.

Он только успел выпрямиться, как моя очередь прошила его, и прежде чем он опять рухнул на землю, я уже выбирал новую цель…

Бой длился около двух часов. Казалось, что силы ящеров не иссякают. Казалось, что их здесь столько, что у нас попросту нет сил отбиться — все новые и новые солдаты перли на наши позиции, но ничего добиться они не могли. Более того, почувствовав, что вот-вот возьмет наша, мы словно остервенели и уже не просто отбивались от атак, а принялись вытеснять врага с территории базы, выгоняя назад за ограждение.

Бу-у-ум!

Очередной выстрел орудия и, надеюсь, на орбите еще один корабль чужих разорвало к черту.

— Эй, народ! — в наушниках послышался голос Рамбо, — есть хорошие новости!

— Что, еще идут ящерицы? — спросил Куча. — А то у нас тут уже не осталось.

— Будут тебе ящерицы! — откликнулся Рамбо. — Но нет, новость не о них. С орбиты летят десантные боты. Скоро нас прибавится.

— Ящериц на всех не хватит! — возмутился Куча.

Десантные боты сыпались с неба, как снег. Тут и там виднелись их силуэты, исторгающие из дюз огонь и дым. Часть из них уже села, часть была лишь еле заметной для человеческого глаза точкой: боты только-только вошли в верхние слои атмосферы, еще даже не начали оттормаживаться.

Забавно, что остальные орудия на планете были под контролем ящеров, да только палить им было не по кому — корабли ВКС сосредоточились на небольшом пятачке, прикрываемом орудием, которое контролировали мы. Корабли ящеров, стоило им туда сунуться, тут же получали свое. Люди схватились за свой шанс мертвой хваткой, и выбить их было практически невозможно.

На земле творился полный хаос — ящеры перли на нас, не прекращая, так как понимали — стоит нам тут закрепиться, стоит получить помощь, и мы начнем медленно и уверенно продвигаться, расширять контролируемую людьми зону. Рано или поздно мы захватим еще одно орудие, тем самым подвинув ящеров и на орбите. Затем еще и еще. В конце концов ящеры потеряют все, и они это понимали, поэтому отчаянно лезли вперед.

Но…было уже поздно — вместе с десантными ботами на планеты прибывали полки космодесов, тяжелая техника, механизированные бригады. Теперь мы не сражались исключительно стрелковыми отрядами, у нас была и дальнобойная артиллерия, и тяжелая штурмовая техника, что существенно облегчало задачу, позволяло теснить ящеров все сильнее и сильнее.

Забавно, что именно мы смогли захватить и удержать эдакое «игольное ушко», через которое и начал литься поток на планету, это «ушко» начало стремительно расширяться, а поток крепчать и увеличиваться.

Я помню, как мы радовались первым трем ботам, привезшим нам боеприпасы и новые лучеметы. На борту не было ни единого бойца, из десяти ботов до нас добралось только эти три — остальные ящеры умудрились сбить.

Но прошла всего пара часов, и на планету спустились уже полдюжины ботов, а на одном из них был «Спартан», с помощью которого мы смогли выйти из глухой обороны и перешли в наступление.

Шаг за шагом, метр за метром ящеры начали оттесняться, а затем началось то, что я наблюдал сейчас — десантные боты падали и падали с небес, высаживая на поверхности все новые и новые подразделения, технику, оружие…

До чего же приятно было вновь оказаться на нашем «Энее». Никогда бы не подумал, что мне осточертеет поверхность планеты, но вот как оно повернулось.

На Приме-3 мы провели несколько долгих месяцев, и ее скудные пейзажи мне уже изрядно надоели, не говоря уже о непрекращающихся боях с ящерами.

Но как бы там ни было, а это теперь в прошлом.

Прима-3 стала костью в горле ящеров, весь их план наступления захлебнулся, когда они добрались сюда. Небольшая, ничем особо не примечательная планета стала главной и самой важной точкой во время всей этой военной кампании, ведь располагалась планета, система так, что с нее можно было добраться до любой системы сектора. Прима-3 могла стать плацдармом для наступления ящеров, а для людей это был последний рубеж обороны, и люди его удержали…

Два долгих года длилась эта кампания, полгода до того, как мы попали на Приму-3, и еще около года потом. Но именно после того, как ящеры были выбиты с этой планеты, началась череда неудач и ошибок, которая привела к тому, что они отступили.

А мы…мы вновь были на «Энее».

Наконец-то и в коем-то веке мы не представляли, что будет дальше. Не ждали, когда взвоет боевая тревога, не изучали карты, не готовились к новой операции.

Мы просто сидели, лежали, отдыхали в своем кубрике, наслаждаясь размеренным течением времени, своим незнанием того, что нас ждет дальше.

В этом уголке Вселенной наша работа закончена. Куда нас пошлют дальше — мы не знали.

От чего-то я был уверен, что скоро объявится Торм, и нам вновь предстоит вернуться к тем странным и сложным заданиям, которые мы только-только начали осваивать, к которым начали привыкать, прежде чем нас опять не бросили в горнило полноценной войны.

Но пока Торм не объявился, можно было насладиться спокойствием и тишиной…

Беда пришла тогда, когда ее совершенно не ждали.

Мы только вернулись из столовой, набив животы под завязку. «Эней» готовился к скорому отлету, но пока все еще стоял на орбите безымянной планеты вместе с другими кораблями 2-го флота. «Энею» предстояло отправиться к ближайшей базе ВКС для прохождения ремонта — хоть он и был на ходу, однако в последних боях его здорово потрепало.

Что касается нас, десантников на его борту, то тут все пока было неясно — ремонт «Энея» мог продлиться около месяца, и я не думаю, что нам позволят прохлаждаться все это время. Хотя…

Сообщение о том, что к «Энею» приближается челнок с неким высокопоставленным офицером на борту, застало меня врасплох.

Пучок, дежуривший на мостике, оповестил капитана Риплеву о скором появлении на борту гостей, а заодно сообщил об этом мне и Рамбо, за что ему большое спасибо.

Кто именно к нам летит — не сообщалось, но я почему — то был уверен, что «офицер» этот летит по мою душу и душу бойцов моей МТГ.

А может и вовсе заберут всех бойцов, находящихся на борту «Энея». То есть, как я и подозревал, нам не позволят просто прохлаждаться, пока корабль проходит ремонт.

Но поглядим. Пока что никаких приказов нам не поступало, может, все обойдется и «гость» — это проверяющий, зачем-то решивший провести смотр «Энея»? Или же это техоценщик, который должен был принять решение насчет вывода «Энея» из боевых рядов и выдать ему «командировку» в док на ремонт.

Но нет же. Пучок писал о «высокопоставленном офицере», а к таковым оценщика-интенданта не относят. Да и всякие проверки обычно на скорую руку не организовывают. Там целая делегация должна была быть, и о ней уж точно должна была знать Риплева. А когда она знает о грядущей проверке — заставляет экипаж буквально вылизывать корабль до блеска. Глобальных уборок на «Энее» давненько не проводилось, так что и эта версия отпадает.

Черт! Лучше бы Пучок ничего нам не говорил — до прибытия челнока еще около часа, и за это время я весь изведусь в догадках…

Тем не менее, худо-бедно это время прошло — челнок прибыл, его пассажиры уже перешли на борт «Энея» и…пока тишина.

Нас никто не вызывал, ничего не сообщал.

Может, действительно, это флотские дела, к нам никакого отношения не имеющие?

Не тут-то было.

— Рамбо, Куражев! Немедленно прибыть в зал для брифингов! — почему-то капитан Риплева решила вызвать нас по громкой связи, причем чтобы услышали это все, находящиеся на «Энее».

Я вскочил со своей койки, направился на выход под вопросительные взгляды товарищей.

— Что там, Кураж? — спросил Куча.

— Не знаю, приятель, — вздохнул я, — вообще понятия не имею.

Куча кивнул. Он, как и я, как и все мы, терпеть не мог подобные ситуации, ненавидел ждать, теряясь в догадках. Но…выбора у него нет. Пока я не вернусь, все не расскажу — он может только строить теории, и ничего более.

Я вышел из кубрика и направился в зал для брифингов. Мне предстояло пройти практически весь корабль по длине, ведь кубрик моей МТГ находился, считай, в хвосте корабля, а зал в носу, рядом с мостиком.

Неудивительно, что поднявшись на нужную палубу, я столкнулся в коридоре с Рамбо.

— Ну что, приятель, как думаешь, чего им от нас надо? — поинтересовался он у меня.

Я лишь пожал плечами.

— Может, опять в какое-нибудь пекло засунут?

— Да где сейчас пекло? — спросил я. — Ящеров откинули, они вроде как нигде не лезут, жуксы затихли…тишина в Галактике.

— Может, теперь мы дадим им прикурить, — предположил Рамбо, — или ВКС собирается ударить по ящерам в ответку.

— Тоже сомнительно. Флот сильно потрепало в последней кампании, так что…

— Тогда на кой черт мы понадобились? 8-ой флот опять по ваши души прибыл?

— А вот это вполне может быть, — кивнул я, — хотя совершенно не понимаю, зачем им вы?

— А что, недостоин? — усмехнулся Рамбо.

— Нет, просто мы уже зачислены в их спецподразделение, а вы командуете линейной частью…

— Может, как тогда, с пиратами? Вас отправляют кого-то громить, а мы на подстраховке.

— Может и так, — согласился я, — сейчас в любом случае узнаем…

В зале для брифингов нас ждала капитан Риплева, конечно же, как я и ожидал, полковник Торм, а также бригадный генерал Шии-Лам, как раз и командовавший наземными операциями на Приме-3 после того, как мы обеспечили им «окно» для высадки.

Об этом человеке я был наслышан. Скверного характера был старикан, но при этом талантом не обделенный. О нем ходило множество легенд, как он еще молодым офицером умудрялся всего с несколькими МТГ сдерживать атаку в разы превосходящего противника. Будучи бригадным генералом, он не раз показал чудеса тактики и стратегии, уничтожая противника и количественно, и качественно превосходящего то, что было под рукой у генерала. Он умудрялся одержать победу там, где это было физически невозможно. И, как я слышал, в современных учебниках и специальных базах, которые разучивают молодые офицеры, было множество примеров как раз из его послужного списка. Его приемы разбирали и изучали, его тактика приводилась в пример как самая эффективная и результативная.

Присутствие генерала совершенно сбило меня с толку. Будь тут один Торм — я бы сразу понял, чего от нас хотят, но он был не один, и это снова заставило меня теряться в догадках.

— Вот тот, о ком я вам говорил, — едва только мы переступили порог, заявил Торм, повернувшись к генералу.

Тот окинул меня и Рамбо оценивающим взглядом и хмыкнул.

— Ну, — спросил он, — и кто из вас зашел к ящерицам на базу?

Мы с Рамбо переглянулись, и он еле заметно кивнул.

— Ротмистр Куражев, г-дин, — я сделал шаг вперед.

— Ротмистр? — удивился генерал.

— Он еще не в курсе, — усмехнулся Торм.

— Понял, — кивнул Шии-Лам и перевел взгляд на Рамбо. — А вы, значит, и есть тот самый майор, который подготовил и провел всю эту авантюру?

— Г-дин, не могу знать, о чем речь, — рявкнул Рамбо, став в стойку смирно и поедая глазами генерала.

— Ну хватит вести себя, как солдат-первогодок, — поморщился генерал, — вы прекрасно поняли, о чем речь. Это вы решили атаковать базу ящеров?

— Так точно! — рявкнул Рамбо.

— Так, давайте без этих вот криков и рявканий, — попросил генерал, — в вашем звании подобное не к лицу.

— Г-дин?

— Вы уверены, что это он? — спросил генерал у Торма. — Больше на сержанта походит — рявкает и гдинькает…

— Это он, генерал, — кивнул Торм. — Рамбо! Хватит уже строить из себя служаку! Вольно!

— Есть…

— Итак, г-дин Рамбо, — начал генерал, — спрошу еще раз. Вы придумали ту наглую операцию по захвату орудия?

— Да, г-дин, — уже вполне спокойно ответил Рамбо.

— Что ж, тогда вы тот, кто мне нужен…

— Г-дин?

— 8-ой флот недавно создал новое подразделение, если можно так сказать, — пояснил Торм, — у нас есть специальные отряды, оперативники, но…практически нет людей для проведения крупномасштабных операций на поверхностях планет. За этим мы постоянно вынуждены были обращаться к другим флотам, просить людей. Теперь наконец-то нам позволили создать собственные бригады…

— Бригаду, — поправил генерал.

— Пока бригаду, — усмехнулся Торм, — а дальше как пойдет. Так вот, генерал Шии-Лам возглавит но воссозданные подразделения, но ему нужен толковый заместитель. Человек, который не боится замараться и знает, что такое работа в «поле».

Я только сейчас допер, что генерал, стоящий передо мной, одет не в обычную для линейных войск форму. На нем был черный китель, который носили офицеры 8-го флота. Вот как, например, Торм.

— Мне уже пытались подсунуть штабных крыс, — пожаловался генерал, — но трусливых лежебок, способных только заполнять бумажки, мне не нужно. С этим справится любой штаб-сержант. Мне нужен человек, способный командовать людьми. Мне нужен человек, за которым солдаты пойдут в бой. Скажите, майор, вы такой человек?

Рамбо молчал, поэтому я сделал шаг вперед.

— Так точно, г-дин генерал! Майор Рамбо тот человек, который вам нужен.

— Вы его подчиненный? — уточнил генерал.

— Так точно. Причем служил под его началом, еще когда был сержантом.

— Что ж, это то, что я хотел услышать. Но что насчет вас, майор? Почему вы молчите?

— Не люблю себя хвалить, г-дин.

Генерал усмехнулся.

— Достойное качество, но если сами себя не похвалим, кто это сделает?

— Мои люди, — усмехнулся Рамбо.

— Ну, вот они в лице ротмистра это и сделали. Уверен, что спроси я других бойцов, они скажут то же самое, — заявил генерал. — Так что, Рамбо, готовы стать моим замом?

Рамбо лишь кивнул.

Генерал усмехнулся, шагнул к нему и протянул погоны.

— Тогда поздравляю!

Рамбо разжал руки и поглядел на погоны.

— Поздравляю, полковник, — шепнул я, разглядев количество звезд на них.

Вот так. Рамбо сделал очередной шаг по карьерной лестнице. Более того, перешагнул через ступеньку, пропустив «подполковника». Ну что ж, он заслужил, как по мне.

— «Эней» сейчас направляется к Легансе — это тихая планетка, практически Золотой мир, — меж тем заявил Торм, — планета находится под протекторатом «РоботЭкс». Там же на орбите крупная станция ВКС. По прибытию «Эней» станет в док на ремонт. К слову, корабль этот теперь тоже приписан к 8-му флоту. Пока корабль будут чинить, мы дождемся другие корабли и новых бойцов вашего подразделения. Сбор, подготовка и комплектация будут проходить в течение трех месяцев. За это время вы должны будете обучить новобранцев, освоить новые виды оружия, которые имеются на вооружении 8-го флота. Это понятно?

— Так точно, — кивнул Рамбо.

— Вы, коммандер, ему в этом поможете, — заявил Торм, повернувшись ко мне.

— Есть… — ответил я, хоть и был жутко удивлен тем, как Торм меня назвал. Похоже, карьерный рост пошел и у меня…

— Ну и пока будем ждать новеньких, вы и ваши бойцы получите двухнедельный отпуск, сможете спуститься на планету, — закончил за Торма генерал. — Поверьте, Леганса стоит того. Отличное место… Ну а вы здорово потрудились и заслужили это.

— За Ассамблею! — рявкнули мы с Рамбо, ударив кулаками в грудь.

Эх, знал бы я тогда, какой «отпуск» меня ждет — ни хрена бы не радовался… Но об этом после.