Для Кэрол и Подрика

Если бы Рослин Керн была суеверной, она могла бы счесть зловещие клубы дыма, сгущающиеся вдалеке за городом Джаспер в штате Айдахо, дурным предзнаменованием. Но она не суеверна, напомнила себе Рослин, а просто нервничает, не зная, чем закончится эта поездка в Джаспер. Она не хотела находиться здесь, но быть взрослой означало противостоять страху. В последнее время ей часто приходилось это делать.

— Следующий! — Молодая женщина за стойкой в кафе «Миллардс» предложила ей пройти вперед. В эту пятницу перед Четвертым июля в закусочной на перекрестке Главной и Второй улиц было много посетителей, но все вокруг Рослин, казалось, пребывали в хорошем настроении. — Что желаете?

Рослин с тоской посмотрела на латте, который уносил предыдущий клиент, и заказала травяной чай.

— Может, черничный маффин? Они только что из духовки.

В животе у Рослин заурчало.

— Да, пожалуйста, — согласилась она.

Сотрудница кафе взяла дебетовую карту Рослин.

— Вы приехали на праздничные выходные? — спросила она, дожидаясь, пока кассовый аппарат обработает платеж.

— Да, — ответила Рослин. — Как вы думаете, огонь пойдет в эту сторону? — В воздухе витал запах дыма, хотя, возможно, Рослин была просто более чувствительна к запаху, чем большинство окружающих.

— Это только кажется, что пожар близко, но на самом деле он далеко, — сказала женщина, возвращая карточку Рослин. — Между нами и пламенем горный хребет, хотя, если ветер переменится… — Она пожала плечами. — Пожарные контролируют ситуацию. Я не слишком волнуюсь.

Рослин кивнула, взяла свои маффин и чай и направилась к небольшому столику у окна. Она приехала в этот город вчера поздно вечером из Чикаго, и у нее было не так много времени, чтобы разработать план. Ей нужно найти Диллона, но она не знала, с чего начать. Может, просто пойти в полицию? Она покачала головой. Ей хотелось, чтобы первая встреча была более приватной.

Она отломила кусочек от маффина и сунула его в рот, смакуя сладкое тесто с сочной ягодой. Завтра придется зайти за еще одним маффином. Чай с ним казался почти сносным. Рослин смотрела в окно на город Джаспер. Планируя свою поездку, она посетила веб-сайт Торговой палаты, но фотографии широких улиц, обрамленных викторианскими кирпичными особняками и зданиями в стиле вестерн с деревянными фальшфасадами, не передавали колорита шумного города. Тротуары были заполнены людьми, которые отдыхали и наслаждались солнечным июльским днем, несмотря на далекие клубы дыма. Повсюду стояли вазоны с розовыми, белыми и фиолетовыми петуниями, а с каждого фонарного столба свисали корзины с красной вербеной и голубой лобелией. Красные, белые и синие флажки украшали витрины магазинов, а баннер над улицей приветствовал всех на ежегодном праздновании Дня независимости.

Она осознала, что ищет в толпе красивое лицо Диллона. Ее сердце забилось быстрее при мысли о том, что он может быть рядом. Диллон словно стоял у нее перед глазами — высокий, широкоплечий, с оливковой кожей, рельефными скулами и коротко подстриженными каштановыми волосами. Он очаровал ее с того момента, как они оказались на одном кресельном подъемнике близлежащего горнолыжного курорта Брандейдж. С ним было так легко болтать, что остаток дня они вместе катались на лыжах, вместе поужинали, а затем направились в ее гостиничный номер.

Все выходные они провели словно в волшебном мире. Рослин приехала на горнолыжный курорт в Макколле, чувствуя себя совершенно разбитой, всего через несколько недель после унизительного публичного разрыва со своим женихом и потери работы, которую любила. Благодаря двум замечательным дням и ночам с Диллоном, она почувствовала себя сильнее. Он был именно тем, в ком она нуждалась в этот ужасный период своей жизни. Прощаться с ним было тяжело, но то короткое время, что они провели вместе, дало ей силы вернуться в Чикаго и разобраться с хаосом, который она оставила позади. Рослин всегда будет благодарна ему за это.

Она оттягивала свой приезд сюда, потому что хотела сохранить то прекрасное воспоминание неиспорченным, но у жизни свои планы. Ей нужно было поговорить с Диллоном, и она не могла больше откладывать. Джаспер был маленьким городком, поэтому она думала, что найти Диллона будет не так уж сложно. Может быть, если она просидит здесь достаточно долго, он войдет в дверь кафе и одарит ее той улыбкой, которая согреет ее до глубины души, а его зеленовато-карие глаза загорятся восторгом. Рослин повернулась к дверям, почти ожидая увидеть его там. Вместо этого она с удивлением обнаружила еще одно знакомое лицо.

— Рослин? Боже мой, что ты здесь делаешь? — Шери Бентон, одна из лучших подруг Рослин, бросилась вперед, чтобы поприветствовать ее, за ней последовали ее парень Бак и еще одна пара.

— Эмбер и Уэс, это Рослин, — представила их Шери.

Рослин встала и пожала всем руки.

— Мы остановились в Макколле на выходные, приехали сюда побродить по горам, — объяснила Шери. — Собрались в последнюю минуту, только чтобы выбраться из города.

— Ты так много говорила, как тебе понравилось здесь зимой, что мы захотели это проверить, — добавил Бак.

— Для меня это тоже поездка в последнюю минуту. — Рослин ухватилась за удобное объяснение. — У меня было немного свободного времени, поэтому я подумала, почему бы и нет?

— Да, тебе лучше расслабиться, пока есть возможность, верно?

— По какому маршруту вы пойдете? — спросила Рослин, стараясь увести разговор от себя. Не то чтобы Шери и Бак не были хорошими друзьями, но они не знали всего о ее жизни, а она не хотела раскрывать настоящую причину, по которой оказалась в Джаспере. Пока, во всяком случае.

— Неподалеку отсюда есть тропа, которая ведет в горы, — сказал Бак. — Тропа Уильямс-Гэп. В это время года там много луговых цветов.

— Ты должна пойти с нами, — предложила Шери. — Ты ведь готова?

— Конечно, — ответила Рослин. В машине у нее были походные ботинки и бутылка с водой. — Если вы не пойдете слишком далеко.

— Совсем недалеко, — заверила Шери. — Обязательно присоединяйся.

— Давай с нами, — поддержал Бак. — Это хорошая возможность поболтать и обменяться новостями.

Прошло всего пару недель с тех пор, как Рослин ужинала у Шери и Бака, но она была признательна за теплое приглашение.

— С удовольствием, — согласилась она.

— Отлично, — обрадовалась Шери. — Мы только возьмем кофе. Можешь поехать с нами в машине.

Пока они ждали кофе, Рослин собрала свои вещи. Поход займет пару часов. Может, за это время она придумает план, как найти Диллона и поговорить с ним. Ее новость станет для него шоком и, скорее всего, не понравится. Ей необходимо дополнительное время, чтобы подготовиться к — вероятно — еще одному отказу. Это будет не первый раз, когда мужчина поворачивался к ней спиной. Она выпрямилась и разгладила свою тунику. Как бы ни закончился разговор с Диллоном, она справится.

В последнее время она стала больше думать о себе — единственный позитивный эффект от катастрофы, в которую она превратила свою жизнь.

Сержант Диллон Диас припарковал свой пикап на одном из последних свободных мест перед Кинологической академией Дэниелс. Даже отсюда он мог видеть людей, перемещающихся между питомником и главным зданием, в котором располагался центр дрессировки собак. К чему вся эта активность в пятницу утром перед праздничными выходными?

Он открыл дверцу пикапа и позвал:

— Давай, Бентли.

Бентли, четырехлетний кобель черно-белой австралийской овчарки, спрыгнул на землю и принялся возбужденно танцевать вокруг Диллона, высунув язык.

— Ты знаешь, где находишься, не так ли, мальчик? — спросил Диллон и наклонился, чтобы погладить пса. Бентли провел много часов в академии, готовясь к работе в качестве собаки поисково-спасательной службы. — Сегодня мы просто зайдем поздороваться.

Бентли рысцой бежал рядом с Диллоном по гравийной дорожке к офису академии, навострив уши и прислушиваясь к возбужденному лаю собак и голосам людей. Диллон толкнул дверь в офис, и администратор Барбара Мейси подняла на него глаза. Эта приятная женщина средних лет с длинными каштановыми волосами обеспечивала бесперебойную работу всей Кинологической академии. Она было нахмурилась, но, узнав его, улыбнулась.

— Привет, Диллон, — поздоровалась она. — И привет, Бентли.

Бентли, виляя хвостом, направился к столу.

— Что за суматоха? — спросил Диллон, закрывая за собой дверь.

— Мы готовимся принять собак от людей, которым, возможно, придется покинуть дома из-за пожара, — объяснила Барбара. — Сегодня утром нам сообщили, что власти хотели бы эвакуировать несколько кварталов на окраине леса на случай внезапной смены ветра. Чем я могу тебе помочь?

— Я надеялся поговорить с Эммой, — ответил он. — Но это не срочно. Я могу зайти в другой раз.

Барбара встала:

— Я позову ее. Знаю, она будет рада тебя видеть. — Женщина исчезла в одном из помещений в задней части офиса.

Дверь с улицы открылась, и в кабинет вошла Пайпер Ламберт, главная помощница Эммы по дрессировке собак. Ее длинные рыжие волосы были заплетены в косу, спускавшуюся по спине, а на лице застыло озабоченное выражение.

— Кто-нибудь видел дополнительные складные будки? Они должны быть в сарае, но мы не можем их найти. — Она нахмуренно оглядела комнату, затем ее взгляд остановился на Диллоне. — Привет, Диллон. Что ты здесь делаешь? И где все остальные?

— Барбара пошла за Эммой. Я зашел к ней с вопросом, но не ожидал, что вы будете так заняты.

— Сегодня утром у нас немного суматошно, но это обычное дело, — объяснила Пайпер. — Есть новости о пожаре? У меня не было времени, чтобы следить за обновлениями.

Диллон достал телефон и проверил последний отчет о пожарах на государственных землях, размещенный на сайте Лесной службы.

— По данным, за ночь площадь пожара выросла до десяти тысяч акров, но он все еще находится далеко к западу от Джаспера и ограничивается землями национального леса.

— Все равно слишком близко для северных районов, — заметила Пайпер. — Полагаю, у нас будет много эвакуированных.

— Возможно. — Здешние жители научились быть осторожными и готовиться к худшему, даже уповая на то, что пожарные команды не подпустят пламя к домам и городам.

Дверь в глубине комнаты открылась, и появилась Барбара, а за ней Эмма Дэниелс, чьи светло-каштановые волосы были собраны в хвост. Основательница Кинологической академии Дэниелс, Эмма имела репутацию одной из лучших дрессировщиц собак в западных штатах, а также щедрого и отзывчивого человека.

— Привет, Бентли. — Как обычно, Эмма сначала поприветствовала пса, а затем подняла голову и улыбнулась Диллону: — Привет, незнакомец! Что привело тебя сюда?

Пайпер, тем временем, уже расспрашивала Барбару о пропавших будках. Они вдвоем отправились проверить сарай, оставив Эмму и Диллона наедине.

— Я не хотел мешать, раз все так заняты, — сказал Диллон.

— А когда мы не заняты? — спросила Эмма. — Чем я могу тебе помочь?

— Я зашел спросить, не знаешь ли ты, как обучить Бентли поиску в дикой местности? Он отлично подходит для поисково-спасательных работ, но я подумал, что тренировки в условиях дикой природы пригодятся в некоторых местах, где нам приходится искать.

Эмма кивнула:

— Такие курсы необходимы для суровой местности, как у нас. — Она подошла к шкафу с документами и открыла ящик. — Уверена, где-то здесь у меня лежат информационные брошюры.

— Не беспокойся об этом сейчас, — остановил ее Диллон. — Я могу заехать за ними позже. Барбара сообщила мне, что вы собираетесь принимать эвакуированных.

— Мы входим в план управления чрезвычайными ситуациями округа, — пояснила она. — Ярмарочные площади в Макколле принимают лошадей и другой скот. Мы стараемся взять как можно больше собак, чтобы освободить городской приют для кошек, птиц и других мелких животных. Эвакуационные центры не смогут вместить людей и их питомцев, поэтому люди должны знать, что для животных есть безопасное место. Иначе некоторые просто откажутся эвакуироваться.

— Что произойдет, если огонь направится в эту сторону? — спросил Диллон.

— На этот случай тоже имеется план. — Она указала рукой назад. — У нас есть целый ряд трейлеров, которые мы можем использовать для перевозки будок с собаками. Но мы надеемся, что до этого не дойдет. Я слышала, штат направляет на борьбу с огнем самолет и дополнительную команду пожарных. Ты дежуришь сегодня днем?

Он покачал головой:

— Сегодня у меня выходной. Но я работаю до конца уик-энда.

— Тогда мы еще увидимся. Насколько я понимаю, полицейский департамент согласился помочь с эвакуацией. Загляни на следующей неделе, и у меня будет для тебя информация о тренировках в дикой местности. — Она посмотрела на Бентли, который сидел у ее ног и смотрел на нее голубыми глазами. Эмма улыбнулась и достала из кармана лакомство. — Хороший мальчик, — сказала она и протянула ему угощение.

Покинув офис, Диллон задумался, не стоит ли ему позвонить в участок и предложить выйти на смену. Но покачал головой. Если будет нужен, ему сообщат. А поскольку в городе полно туристов и все на взводе из-за дыма от пожара, он и так будет занят до конца праздничных выходных. Он должен наслаждаться отдыхом, пока есть такая возможность.

Может быть, он возьмет Бентли и отправится на прогулку. Или проведет часть дня в Интернете, разыскивая неуловимую Рози Кенли. Сколько ни твердил себе, что ему нужно забыть о женщине, с которой провел две ночи и два удивительных дня пять месяцев назад, он не мог избавиться от желания — нет, потребности — найти ее. Они с Рози прекрасно провели время вместе — просто потрясающе. Когда они расставались, он был уверен, что они увидятся снова, но она просто исчезла. Месяцы поисков пока ничего не дали, но в наше время никто не остается анонимом. Нужно только понять, где искать.

И что он собирался делать, когда найдет ее? Она не пыталась связаться с ним в течение пяти месяцев, и это было явным признаком того, что она не заинтересована в новой встрече с ним. Эта мысль больно кольнула Диллона. Он был уверен, что Рози почувствовала ту же сильную связь между ними, которая ошеломила его, но потом Рози просто исчезла.

Кроме того, существовала большая вероятность, что Рози что-то скрывала. Как полицейский, он имел богатый опыт поиска пропавших людей, но она пока ускользала от него. Рози сказала, что не замужем и недавно с кем-то рассталась. Но возможно, она и ее бывший парень снова сошлись. Может быть, она уже в браке под новой фамилией. Это объяснило бы трудности с ее поиском.

Он завел машину и посмотрел через плечо на Бентли, надежно пристегнутого ремнями безопасности на заднем сиденье.

— Я не люблю вопросов без ответов, — сказал он.

Пес навострил уши и пристально посмотрел на Диллона.

Диллон проверил камеру заднего вида и выехал с места парковки. Потребность разгадывать загадки делала его хорошим полицейским, но она же мешала ему оставить все как есть. У него было незаконченное дело с Рози Кенли, и он не успокоится, пока не уладит его.

— Какое великолепие!

Шери широко взмахнула рукой, указывая на поле цветов, простиравшееся перед ними. Пурпурные ястребинки, лиловые люпины, алые лилии, золотистые подсолнухи и множество других цветов раскинулись изысканным ковром на фоне темно-зеленых хвойных деревьев и гранитных пиков. Даже клубы дыма, поднимающиеся вдали, не умаляли красоты этой сцены.

— Это потрясающе! — Рослин изучала цветы через объектив фотоаппарата. — Я так рада, что вы пригласили меня с собой! Я могла это пропустить.

Она любила путешествовать в выходные — почему же за последний год не ходила в горы?

Ответ на этот вопрос был достаточно прост. Ее бывший жених, Мэтт, ненавидел походы. Они ходили вместе ровно один раз. Он, пыхтя и отдуваясь, шел за ней по не слишком крутой тропе в парке Старвед-Рок.

— Что в этом может вообще нравиться? — задыхаясь, выдавил он, когда добрался до вершины холма, где его ждала Рослин.

— Оцени этот вид. — Она указала жестом на раскинувшийся перед ними осенний пейзаж.

— Готов поспорить, что в Интернете сотни подобных фотографий, — заявил он. — Даже видео. Все это я мог бы увидеть, не совершая такого подъема. — Он достал из рюкзака бутылку воды, отвинтил крышку и жадно отпил.

— Просто ты не в лучшей форме. — Рослин ткнула пальцем в его живот.

— Эй! — Мэтт отпрянул. — Я думал, тебе нравится моя фигура.

— Я просто пошутила, — рассмеялась она. — Конечно, мне нравится твоя фигура.

Он успокоился, однако всем своим видом давал понять, что удовольствия от похода не получил, и они больше не ходили в горы. Еще одна причина, по которой у них ничего бы не вышло.

— Эй, Рослин, пойдем!

Она подняла голову и увидела, что остальные идут в сотне футов впереди нее вниз по тропе.

— Иду! — крикнула она и поспешила за ними. Но вскоре снова свернула в сторону, чтобы сфотографировать заросли ярко-красных ястребинок. Куда бы она ни посмотрела, везде замечала новые мотивы для фото.

Шери подбежала к ней.

— Я не хотела вас задерживать, — сказала Рослин. — Просто повсюду столько цветов, которые невозможно не фотографировать.

— Шери! Роз! Нам нужно возвращаться!

Обе женщины повернулись и увидели Бака, который махал им рукой, стоя в паре сотен ярдов ниже по тропе. Уэс и Эмбер стояли рядом с ним. Шери помахала ему в ответ.

— Мы уже идем! — крикнула она. Затем оглянулась через плечо и нахмурилась, увидев столб дыма, поднимающийся над хребтом. — Дым выглядит все хуже, — сказала она. — Наверное, Бак прав, и нам лучше поторопиться.

— Я догоню вас через минуту, — заверила Рослин. — Чуть выше по склону настоящие заросли ястребинки, которые я хочу сфотографировать.

— Я могу тебя подождать, — предложила Шери.

— Не глупи. Я быстро сделаю снимок и догоню вас. Иди.

— Шери! — крикнул Бак.

— Не задерживайся, — предупредила Шери, затем повернулась и направилась к Баку и остальным.

Улыбаясь про себя, Рослин прижала фотоаппарат к груди и направилась вверх по тропе. Цветы, которые она хотела сфотографировать, росли на вершине холма слева от нее. Приглушенный свет, падающий с затянутого дымкой неба, придавал цветам особую яркость. Она сошла с тропы и, пробираясь через густую траву и камни, направилась к цветам. На вершине подъема Рослин остановилась, чтобы перевести дух. Она определенно была уже не такой ловкой, как раньше. Дожидаясь, пока дыхание восстановится, она изучала открывающийся перед ней пейзаж. Недалеко отсюда луг заканчивался выступом скалы, затененным густой порослью деревьев. Ее внимание привлекло какое-то движение в тени, и Рослин прикрыла глаза рукой и прищурилась, надеясь разглядеть лося или другое дикое животное. Отсюда вряд ли удастся сделать хороший снимок, но если она подождет и животное выйдет на свет…

Рослин покачала головой и опустила руку. У нее не было времени ждать, ей нужно вернуться к Шери и остальным. Она повернулась к цветам и присела, сделала несколько фотографий, а затем переключила внимание на бабочку, сидящую на подсолнухе. Свет был идеальным, дымка в воздухе смягчала резкие солнечные лучи и придавала глубину цвету.

Сидя на корточках, она направила фотокамеру вверх по склону, на контраст голубого неба и темного дыма, поднимающегося над густо-зелеными деревьями и пестрыми серыми скалами. При правильном кадрировании у нее может получиться очень колоритный пейзаж.

Внезапный звук, словно кто-то карабкается по скалам, испугал ее. Она задохнулась и попыталась встать, но потеряла равновесие и повалилась на бок.

Рослин выругалась, когда ее пронзила острая боль, от которой у нее на глазах выступили слезы. Ей удалось удержать фотоаппарат и сесть. Она уставилась на пульсирующую лодыжку и попыталась пошевелить ногой, но снова почувствовала резкую боль.

— Ой! — громко вскрикнула Рослин.

Нахмурившись, она посмотрела на ногу, затем наклонилась вперед, осторожно развязала ботинок и пощупала лодыжку. Та определенно опухла. Рослин надеялась, что у нее не перелом, а просто растяжение связок.

— Шери! — изо всех сил крикнула она. — Бак! Помогите!

Она подождала, затаив дыхание, но ответа не услышала. Ветер усилился и дул в ее сторону, относя ее голос не в том направлении.

Рослин сняла рюкзак, убрала в него фотоаппарат и достала из бокового кармана мобильный телефон. В левом верхнем углу высветилось сообщение: «Нет сети». Если она сумеет забраться на те камни, то, возможно, поймает сигнал. Рослин на мгновение задумалась над этой задачей. Если она будет очень осторожна, то, возможно, сможет идти. Она сдвинулась вперед, встала на колени и попыталась подняться.

— Ой! — Рослин застонала от боли и упала, так как нога не выдержала ее веса.

Слезы застилали глаза, она снова села и обдумала свое положение. Шери и Бак забеспокоятся, если она не присоединится к ним в ближайшее время. Они вернутся, чтобы найти ее, и помогут ей доковылять вниз по тропе. Оставалось только ждать.

И надеяться, что тот, кого она слышала в скалах, не решит спуститься и исследовать местность. Лось, скорее всего, оставит ее в покое, но в округе водились медведи и горные львы. Возможно, из-за пожара они были вынуждены покинуть свои места обитания и искали безопасное укрытие. А заодно и еду.

Она отогнала эту мысль и постаралась сосредоточиться на окружающей красоте. С ней все будет в порядке. Нужно только дождаться помощи. Терпение было не самым сильным ее качеством, но за последние несколько месяцев она поняла, что в жизни есть много ситуаций, когда не стоит спешить.

Диллон потратил остаток утра на бесплодные поиски Рози в Интернете. Многие советовали ему отпустить то, что явно превращалось в навязчивую идею, но он не мог избавиться от желания узнать причину исчезновения девушки. Если она действительно не хотела его больше видеть, он должен был услышать это от нее.

Он смотрел в окно своего кабинета на просторы леса перед домом, который купил год назад. Сразу после выходных, которые они с Рози провели вместе, он представил себе, как привезет ее сюда. Задумается ли она тоже о создании семьи? Или сразу убежит, поняв, в каком направлении движутся его мысли? Даже он сам не понимал, почему испытывает к ней такие чувства. До сих пор он был счастлив, ходя на случайные свидания и общаясь с женщинами как с друзьями. Никто и никогда не волновал его так, как Рози.

— Что делает тебя счастливым? — спросила она.

Они лежали в постели, разомлевшие после занятий любовью. Она умела задавать вопросы, которые заставляли его задуматься.

— Моя работа, — ответил Диллон. — Мне нравятся мои коллеги, но я также чувствую, что делаю что-то важное. Я помогаю людям.

— Полиция должна помогать людям, так что это хорошо. А что еще?

— Моя семья делает меня счастливым. Они хорошие люди. С ними весело. И когда мы вместе, я знаю, что они любят меня и всегда будут любить, несмотря ни на что. Я хочу, чтобы в моей собственной семье было так же.

— Это хорошо. — Рози прижалась к нему, такая теплая и мягкая.

Он не мог припомнить, чтобы ему было так комфортно и хорошо.

— Твоя очередь, — сказал он. — Что делает счастливой тебя?

— Прямо сейчас я счастлива, — ответила она. — Просто быть здесь, с тобой, в этот идеальный момент.

— Что еще?

— Этого достаточно. — Рози поцеловала его плечи мягкими губами. — Это все, что мне нужно.

Тот момент был действительно идеальным. Но Диллон хотел больше таких моментов. И только с ней.

Он выпрямился в кресле и поднял трубку. Еще один звонок, который ему не хотелось делать, потому что это означало использование своего жетона в личных целях. Но он был в отчаянии.

— «Гран-Лодж», курорт Брандейдж-Маунтин. Это Сьюзан. Чем я могу вам помочь?

Он представился и объяснил, что ищет гостью, которая останавливалась у них пять месяцев назад и которую он знал под именем Рози Кенли.

— Но она могла зарегистрироваться под другим именем. Мне нужен список всех постояльцев женского пола, которые проживали у вас в период с тринадцатого по пятнадцатое февраля этого года.

Последовало долгое молчание, такое долгое, что он подумал, не прервалась ли их связь.

— Сэр, — наконец откликнулась Сьюзан. — Вы ведь знаете, что сегодня праздничные выходные? Я здесь одна, и у меня очередь из гостей на регистрацию. Я не могу сейчас предоставить вам эту информацию. Я даже не знаю, как найти того, кто останавливался здесь пять месяцев назад. Если вы перезвоните в следующий вторник, возможно, кто-то из нашего IT-отдела сможет вам помочь.

Диллон поблагодарил ее и завершил разговор. Шансов было мало, но он должен был попытаться. Бентли поднялся со своей лежанки рядом с письменным столом и заскулил.

— Я знаю, — сказал Диллон. — Хватит здесь рассиживаться, пора двигаться. Хочешь на прогулку?

Бентли радостно залаял и побежал в прихожую к крючку, на котором висел его поводок. Диллон сел на скамейку у двери и уже зашнуровывал ботинки, когда снова зазвонил телефон. Это был лейтенант Брэди Николс из полиции Джаспера. Неужели он сообщит Диллону, что его выходной отменяется?

— Как дела, Брэди? — Диллон ответил на звонок.

— Корб Лунд[1] выступает в Макколле в следующие выходные. Мы с Кэсси планируем поехать и хотели узнать, не хочешь ли ты с нами.

— Сомневаюсь, что твоей девушке нужен третий лишний на вашем свидании, — усмехнулся Диллон.

— Ты не будешь третьим лишним. У Кэсси есть подруга, которая хочет с тобой познакомиться, или ты можешь пригласить кого-нибудь.

— Спасибо, но я пас, — отказался Диллон. С тех пор как Брэди нашел женщину мечты в лице Кэсси Уитакер, он пытался помочь и Диллону найти свое счастье.

— Пойдем, — настаивал Брэди. — Будет весело.

Телефон Диллона зажужжал от входящего сообщения. Он опустил взгляд на сообщение:

«Потерялась туристка. Вы с Бентли нужны нам в районе тропы Уильямс-Гэп».

— Мне пора, Брэди, — сказал Диллон. — Я только что получил сообщение от Андреа. Нужно помочь найти пропавшую туристку. — Андреа Уэйн, командир поисково-спасательного отряда «Маунтин топ», ожидала быстрого ответа на свой вызов.

— Удачи, — пожелал Брэди. — Но подумай насчет следующих выходных. Тебе будет полезно куда-нибудь выбраться.

Да, он был бы не против выбраться куда-нибудь в ближайшие выходные, но только с правильной женщиной. С той, которая пленила бы его так же сильно, как Рози Кенли. Найти такую было очень сложно. Он сунул телефон в карман и взял поводок Бентли.

— Планы изменились, — сказал он. — Готов поработать?

Через полчаса Диллон и Бентли обнаружили Андреа и еще полдюжины добровольцев поисково-спасательной службы, собравшихся рядом с указателем перед началом тропы, и две встревоженные пары.

— Наша подруга, Рослин Керн, фотографировала луговые цветы, — объяснил один из молодых людей, представившийся Баком Теллером. — Сказала, чтобы мы шли дальше, а она нас догонит. Когда через пятнадцать минут она не появилась, мы вернулись поискать ее, но не нашли.

— Не могла же она просто так исчезнуть? — спросила девушка, стоящая рядом с ним. — Рослин такая умная и опытная туристка!

— Даже опытные туристы могут заблудиться, — ответила Андреа. — У вас есть фотография Рослин?

Бак повернулся к девушке:

— Шери?

Шери помрачнела:

— Я оставила телефон на зарядке в отеле.

— Не важно, — сказала Андреа. — Дайте нам описание.

— Рослин примерно моего роста, — начала Шери. — Со светлыми волосами и зелеными глазами. На ней джинсы, голубая туника с кружевами, походные ботинки и небольшой рюкзак.

Андреа повернулась к Диллону.

— Это сержант Диллон Диас из полицейского департамента Джаспера. Он и его служебная собака Бентли помогут в поисках вашей подруги.

— Разве вам не нужен предмет одежды или что-то, принадлежащее Рослин, чтобы взять след? — поинтересовалась Шери. — У меня ничего нет.

— Бентли обучен ориентироваться на запах любого человека в округе и следовать по запаху к этому человеку, — объяснил Диллон. — Где примерно вы с ней расстались?

— Думаю, около двух миль отсюда вверх по тропе, — ответил Бак. — Это была такая открытая местность.

— Она задержалась, чтобы сфотографировать цветы на холме, чуть в стороне от тропы, — добавила Шери.

Диллон кивнул:

— Полезная информация. Это даст нам возможность сосредоточиться на определенном участке.

Бак посмотрел на Бентли и спросил:

— А он не путается в запахах, когда вокруг столько людей?

— Обычно нет. — Диллон взглянул на Бентли, который смотрел на них умными, внимательными глазами. Трудно было объяснить людям, которые раньше не работали с собаками, насколько хороши они могут быть в своем деле. — Бентли молод, но очень способный. Я не могу гарантировать, что мы найдем вашу подругу, но вы поступили правильно, что сразу заявили о ее пропаже.

— Похоже, пожар усиливается. — Шери оглянулась на дым, заполнивший небо позади них. — Я боюсь, что она попадет в огонь.

— Мы сейчас же отправимся в путь, — сказал Диллон. Он разделял опасения Шери по поводу пожара. За последние полчаса ветер изменился и погнал пламя — и много дыма — в этом направлении.

— У нас будут и другие группы поисковиков на дальних участках тропы, — сказала Андреа. — Если вы определите направление, в котором движется мисс Керн, передайте по рации.

— Вас понял. — Диллон начал быстро подниматься по тропе, Бентли трусил рядом на поводке.

Когда они оказались вдали от толпы, Диллон отстегнул поводок. — Ну, мальчик, — сказал он, — ищи.

Бентли навострил уши и задрал нос, а затем рысью побежал вперед, помахивая хвостом. Диллон пошел дальше, задавая бодрый темп. Он не ожидал, что пес сфокусируется на каком-то одном запахе, пока они не приблизятся к тому месту, где, по словам Шери и Бака, они расстались с Рослин. В лицо ему ударил горячий ветер, донесший сильный запах древесного дыма. Человека такая смесь ароматов могла дезориентировать, но Бентли был обучен распознавать запах людей.

В рамках подготовки Диллона к поисково-спасательным работам он посещал занятия, на которых обсуждалось, как ведут себя люди, заблудившиеся в дикой природе. Модели поведения варьировались в зависимости от возраста, происхождения и местоположения человека, но имели много общего. Большинство людей пытались выбраться самостоятельно. Друзья Рослин, вероятно, не нашли ее, потому что она сошла с тропы. В этом районе с резко меняющимися высотами, открытыми участками, перемежающимися с лесами, и препятствиями на пути, такими как скалы и утесы, человек мог легко исчезнуть из виду даже в нескольких футах от туристской тропы.

Его телефон зажужжал от нового сообщения. Скоро он окажется вне зоны доступа, но пока сигнал был достаточно сильным. Эсэмэс от Андреа: «Это та, кого вы ищете».

Диллон кликнул на прикрепленный снимок и обомлел. С фотографии улыбалась Рози Кенли — женщина, которую он искал уже несколько месяцев!

Сердце заколотилось, а потом взгляд переместился на подпись под фотографией с сайта одной чикагской газеты. «Роки-Роуз Керн приветствует поклонников на ежегодной рождественской вечеринке рок-музыки».

Роки-Роуз? Диллон пролистал дальше и ничего не нашел. Он попробовал поискать по имени, но сигнал был слишком слабым. Бентли вернулся к нему и заскулил — собачий эквивалент «Что случилось? Я думал, мы кого-то ищем».

Диллон сунул телефон в карман.

— Давай, — сказал он псу. — Ищи Рослин.

Он зашагал быстрее, одновременно жаждая и боясь того, что может найти. Гнев боролся со страстью. Почему она сбежала от него вот так? Зачем это вымышленное имя? Неужели все, что она наговорила ему в те выходные в горах, было ложью? Что она делает здесь, в Джаспере?

И где она сейчас? Она просто заблудилась или ранена? От этой мысли у него все внутри сжалось.

— Рослин! — крикнул он, но имя лишь эхом отозвалось в ответ.

Лай Бентли привлек внимание Диллона. Пес стоял, пристально глядя в сторону от тропы. Виляя хвостом, он оглянулся на Диллона и, как только увидел, что тот идет следом, сорвался с места. В десяти ярдах от тропы он свернул в траву и помчался быстрее. Диллон побежал за ним, стараясь не отставать.

— Рослин! — снова позвал он. — Рослин Керн! — Это имя казалось ему неправильным. Его мозг хотел крикнуть «Рози!».

— Я здесь! Сюда!

Диллон остановился и осмотрел усеянный цветами луг в поисках источника голоса, но Бентли уже мчался вверх по склону. Диллон последовал за ним. Лишь добравшись до вершины холма, он увидел ее: она сидела, почти полностью скрытая за высокими подсолнухами. Неудивительно, что друзья не заметили ее. Должно быть, они не подошли достаточно близко, чтобы она услышала их крики.

С замиранием сердца он бросился к ней. Это была его Рози — тот же мягкий изгиб щеки и волнистые золотистые волосы. Диллон не видел ее глаз за солнцезащитными очками, но услышал, как она ахнула, когда он приблизился.

— Диллон! — воскликнула она, хотя он не мог понять, рада ли она его видеть или просто шокирована. Она приподняла очки, чтобы лучше его разглядеть. — Что ты здесь делаешь?

— Ищу пропавшую туристку, — ответил он. — Тебя.

Бентли остановился и сел рядом с ней, молотя хвостом по земле.

— Хороший мальчик! — похвалил Диллон и почесал пса за ушами, затем достал из кармана куриное лакомство и скормил ему.

— Это Бентли? — Рози-Рослин ласково потрепала собаку. — Я помню, как ты о нем рассказывал, хотя никогда не думала, что ему придется меня искать. — Она подняла голову, и их взгляды встретились. — Мне очень жаль. Я собиралась связаться с тобой раньше, но все так запуталось, когда я вернулась в Чикаго. — Она широко раскинула руки в беспомощном жесте, но Диллон не считал Рози беспомощной.

Одно из качеств, которые привлекли его в ней, — это впечатление внутренней силы. Когда они познакомились, она переживала из-за расставания с бывшим, но была полна решимости жить дальше. Ему это понравилось.

— Не бери в голову, — сказал он. — Ты в порядке?

Рослин поморщилась и опустила взгляд. Только сейчас он заметил, что она сняла один из своих походных ботинок.

— Кажется, я вывихнула ногу, — ответила она и вздохнула. — Меня напугал шум на скалах, я дернулась и потеряла равновесие. Я решила, что лучше всего остаться здесь и ждать помощи. Я думала, что мои друзья вернутся, чтобы найти меня, но они, видимо, ушли уже слишком далеко, когда поняли, что я не собираюсь присоединяться к ним.

— Твои друзья действительно вернулись за тобой, но вы каким-то образом разминулись. Они позвонили в 911, как только оказались в зоне действия сети. — Диллон снял рюкзак и бросил его на траву рядом с ней, а затем опустился на колени. — Позволь мне осмотреть твою лодыжку, — сказал он, радуясь возможности чем-то занять себя. И выиграть время, чтобы разобраться в своих эмоциях и придумать, как с ней говорить.

Рослин вздрогнула от прикосновения его руки к ее ступне, но не издала ни звука. Диллон почувствовал дрожь желания, когда провел пальцами по ее ступне и лодыжке, но овладел собой. Сейчас он прикасался к ней в качестве спасателя, а не как любовник.

— Все не так уж плохо, — заключил он. — Думаю, если я плотно перебинтую лодыжку, ты сможешь надеть ботинок, и я помогу тебе выбраться отсюда. Или могу вызвать по рации команду с носилками, чтобы они вынесли тебя.

— Нет! Я пойду пешком! Не хочу доставлять столько хлопот. — Она пошевелилась, словно собираясь встать, но он положил руку ей на плечо.

— Давай я сначала тебя перевяжу.

Он достал из рюкзака аптечку первой помощи, затем связался по рации с командиром.

— Я нашел Рослин, — сообщил он. — У нее растяжение связок лодыжки, но все не так плохо. Думаю, мы спустимся сами, хотя вы можете послать пару человек вверх по тропе, чтобы встретить нас.

— Хорошо, — сказала Андреа. — Поторопитесь. Ветер усилился, и огонь непредсказуем. Прием.

— Вас понял. Десять-четыре. — Диллон убрал рацию и посмотрел на небо. Ветер гнал дым в их сторону. Рослин закашлялась, снова привлекая его внимание к себе. Он достал из рюкзака бутылку воды и протянул ей. — Держи.

Она взяла бутылку и открутила крышку, пока он обматывал ее ногу эластичным бинтом. Она ничего не говорила, но Диллон чувствовал на себе ее взгляд, и каждый его нерв вибрировал от осознания ее присутствия. Он натянул носок и помог ей влезть в ботинок. Рослин издала слабый стон, и Диллон поднял голову.

— Ты в порядке? — спросил он.

Рослин поморщилась:

— В порядке. — Она наклонилась вперед, чтобы зашнуровать ботинок. — Я просто хочу выбраться отсюда. — Их глаза встретились, и она выдержала его взгляд. — А потом нам с тобой нужно поговорить.

Им было о чем поговорить, но Диллон понятия не имел, что ей скажет. Его недавний гнев уступил место беспокойству за нее и воспоминаниям о том, как хорошо им было вместе. Она закончила завязывать шнурки, и он наклонился, чтобы подхватить ее под руку.

— Обопрись на меня.

Рослин кивнула, он поднял ее на ноги, и она прижалась к его боку. Ее тело казалось другим, каким-то округлившимся. Диллон посмотрел вниз, и то, что он увидел, потрясло его. Рослин положила руку на выпирающий животик.

— Вот о чем нам нужно поговорить, — сказала она. — Я беременна, и ребенок определенно твой.

— Внимание всем!

В дверях комнаты для инструктажа стоял шеф полиции Джаспера Даг Уолтерс, широкоплечий шестидесятилетний здоровяк, телосложением и повадками напоминающий бульдога. Он обратился к трем собравшимся здесь сотрудникам: новичку Джейсону Райту, лейтенанту Брэди Николсу и офицеру Эве Каллан. Брэди, переписывавшийся со своей девушкой Кэсси, выпрямился и посмотрел на шефа, как и остальные, включая собаку-напарника Эвы, двухлетнюю немецкую овчарку по кличке Лейси.

— У нас есть пара срочных новостей. — Уолтерс повысил голос, требуя внимания. У шефа был серьезный подход к работе полиции, который мог показаться суровым, но подчиненные знали, что он всегда их прикроет. — Пожар в Гем-Крик усилился за последний час и движется на восток, в сторону ранчо «Эванс» и района Скайлайн. Все незадействованные сотрудники полиции будут ходить по домам и эвакуировать людей и животных. Судя по тому, как движется огонь, он может отрезать пути отхода из этих районов. Пожарные попросили перекрыть Скайлайн-драйв, 16-ю и 14-ю Окружные дороги для всех, кроме местных жителей, чтобы их персонал мог проложить заградительные полосы.

Адреналин захлестнул Брэди, когда он представил себе зрелище пожара. Хотя затянутое дымом небо и повышенная пожарная опасность были реальностью лета на Западе, крупный пожар практически у них на заднем дворе поставил всех на уши. Такое напряжение не способствовало проявлению лучших качеств у некоторых людей.

— Тропа Уильямс-Гэп находится на 14-й Окружной дороге, — сказала Эва. — Это довольно популярное место.

Переехав из Чикаго, Эва проводила много свободного времени, исследуя местные туристические тропы вместе с Лейси.

— Если увидите там кого-нибудь, скажите им, чтобы уходили, — распорядился шеф. — В противном случае оставьте объявления на всех припаркованных там машинах. У нас нет времени на поиски туристов.

— Поисково-спасательная служба уже там, — доложил Брэди. — Я разговаривал с Диллоном, когда его с Бентли вызвали на поиски пропавшей туристки.

— Возможно, ему придется отменить поиски, если он хочет выбраться оттуда до пожара, — сказал шеф. — Сосредоточьтесь на домах в этом районе. Напоминайте людям, что Кинологическая академия Дэниелс примет их собак, а приют для животных открыт для других питомцев. Они могут перевезти скот на ярмарочную площадь в Макколле.

— У нас есть дела поважнее, чем собирать щенков и лошадей, — заметил капитан Артур Ратледж из дверного проема позади шефа. Капитан с густыми темными волосами, блестящими голубыми глазами и улыбкой кинозвезды казался не знакомым с ним близко красивым и обаятельным, но на его коллег по полицейскому департаменту он не производил такого же впечатления. Ратледж вошел в комнату с мрачным выражением лица. — Это только что пришло из полиции Макколла. — Он протянул шефу листок бумаги, а затем обратился к остальным: — Кент Андерсон сбежал из тюремного комплекса в Южном Бойсе вчера вечером. Полиция Макколла связалась с нами, потому что получила достоверную, по их мнению, информацию о том, что Андерсон направляется сюда. По всей видимости, он провел некоторое время в этом районе и может иметь здесь убежище.

Уолтерс поднял глаза от распечатки.

— Данных не так много, — сказал он. — Есть идеи, от кого исходит эта «достоверная информация»?

Гладкий лоб Ратледжа не дрогнул, но взгляд подозрительно застыл.

— Полиция Макколла считает ее достоверной. Для меня этого достаточно. Андерсон — осужденный массовый убийца, представляющий опасность для общества. Мы должны отправить на его поиски всех полицейских.

— Где именно его искать? — спросил Уолтерс. — Округ большой, и у нас нет никакой информации о том, где он может находиться. — Шеф полиции посмотрел на остальных. — Когда будете на выезде, обращайте внимание на любые подозрительные мелочи. Если увидите кого-то, кто, по вашему мнению, может быть Андерсоном, не вступайте с ним в контакт. Вызовите подкрепление.

— Кент Андерсон — это тот парень, которого судили за стрельбу в кампусе университета штата Айдахо в позапрошлом году? — спросил Джейсон.

— Тот самый, — подтвердил капитан Ратледж. — При побеге он убил двух тюремных охранников. Нельзя позволить ему уйти.

— Хватит, Артур, — приказал шеф.

Капитан повернулся лицом к шефу.

— Вместо того чтобы волноваться о людях, у которых должно хватить ума эвакуироваться и без предупреждения, лучше начать поиски этого беглеца, — заявил он.

Ничего нового. Капитан и шеф часто расходились во мнениях относительно наиболее эффективного подхода к полицейской деятельности. Их разногласия обострились после того, как шеф объявил о своем намерении уйти на пенсию. Ратледж, который, как самый старший по званию сотрудник полиции, был естественным преемником Уолтерса, похоже, считал, что он уже главный.

— Когда у нас появится определенная локация или хотя бы район для поиска, мы так и сделаем, — заметил шеф. — До тех пор мы обязаны помогать местным жителям. А теперь отправляйтесь и делайте свою работу. — Он повернулся и вышел из комнаты, оставив Ратледжа стоять в смятении.

Остальные поднялись и начали собирать вещи. Ратледж окинул их взглядом и последовал за шефом.

— Что нам делать, если кто-то откажется эвакуироваться? — спросил Джейсон, когда они шли по коридору к выходу. Молодой полицейский вырос в этом районе и хорошо вписался в коллектив отдела. Недавняя помолвка с его подругой, ассистентом ветеринара Ташьей Пратт, добавила ему зрелости.

— Мы не можем их заставить, — ответил Брэди. — Просто напомни им, что, если дорога будет отрезана огнем, никто не сможет приехать и спасти их. Если кто-то категорически не хочет уезжать, спроси про других членов семьи или домашних животных. Хотят ли они подвергать опасности и их? Иногда это срабатывает.

— А если нет, то им придется рассчитывать только на себя, — сказала Эва, когда они с Лейси догнали мужчин у выхода. — Мы делаем все возможное, чтобы помочь, но, в конце концов, они вправе принимать собственные решения.

— Интересно, правда ли, что Кент Андерсон находится в этом районе, — размышлял вслух Брэди. — Никогда не слышал, чтобы он был связан с Джаспером. Иначе здесь бы уже кишмя кишели репортеры. СМИ месяцами муссировали эту историю.

Они вышли на парковку и немного постояли, продолжая разговор.

— Я была еще в Чикаго, когда произошла стрельба в штате Айдахо, — сообщила Эва. — И не обратила особого внимания на детали.

— Андерсон был магистрантом в университете Айдахо, — напомнил Брэди. — Его сняли с должности ассистента преподавателя из-за «сумасбродного поведения». Однажды апрельским днем он вошел в свой бывший класс и застрелил шесть человек, включая профессора.

— Я помню, — подал голос Джейсон. — Разве его команда защиты не утверждала, что он сорвался из-за стресса на экзаменах?

— Так и было, — подтвердил Брэди. — Но присяжные на это не повелись.

— Может, капитан прав, — предположила Эва. — И нам стоит сосредоточиться на его поисках.

— Если у нас нет ничего, кроме наводки, что его видели «где-то» поблизости, с чего нам вообще начать? — Брэди покачал головой. — Я за то, чтобы ловить беглеца. Но мы уже и так с трудом справляемся — в городе полно туристов, и еще лесной пожар угрожает.

Они подошли к патрульной машине Эвы. Та открыла дверь, и Лейси грациозно запрыгнула на заднее сиденье, несмотря на свои девяносто фунтов.

— Я собираюсь остановиться у горной тропы по пути в Скайлайн, — сказала Эва. — Если увижу Диллона, то устрою ему разнос за то, что он сегодня не работает и пропускает все веселье.

Брэди покачал головой и скользнул на сиденье своей патрульной машины. Запах дыма стал сильнее, и ветер надул пепел на капот его машины. Огонь был еще далеко, но все могло очень быстро измениться. Мать-природа определенно разбушевалась. Ему будет спокойнее, когда его друг вернется к ним и будет иметь дело с более управляемыми вещами, такими как непослушные туристы или даже беглые убийцы.

Рослин изучала лицо Диллона, пытаясь понять его реакцию на новость о ее беременности. Его загорелая кожа побледнела, а зеленые глаза округлились, он отвел взгляд, однако еще крепче обхватил ее рукой.

— Ладно, — наконец произнес он. — Посмотрим, сможешь ли ты идти.

Ей хотелось остаться и поговорить, но, учитывая сгущающийся дым, это было бы неразумно. Осторожно она перенесла свой вес на перевязанную ногу. Резкая боль, пронзившая ее, вскоре утихла и превратилась в тупую.

— Повязка очень помогает, — сказала Рослин. Она сделала шаг вперед, а затем высвободилась из рук Диллона. — Думаю, я в порядке. По крайней мере, смогу вернуться к тропе.

— А как ты себя в остальном чувствуешь, кроме лодыжки? — поинтересовался он. — Я должен был спросить раньше.

— Хорошо. — Она оглянулась на Диллона. Его взгляд был устремлен на ее живот, так что не было смысла избегать разговора о ребенке. — Сейчас, когда первый триместр позади, я чувствую себя прекрасно. Мой врач говорит, мне не о чем беспокоиться.

— Подожди минутку. — Диллон снял рюкзак и принялся в нем копаться. — Я должен был подумать об этом раньше. — Он протянул ей одноразовую маску. — Весь этот дым не может быть полезен ни тебе, ни ребенку.

— Спасибо. — Она распаковала маску и надела ее, а затем встретилась с ним взглядом.

— Почему ты не рассказала мне о ребенке раньше? — спросил Диллон. — Ты собиралась хранить это в тайне вечно?

Рослин услышала гнев в его словах. Он имел право обижаться на нее. Но как ей объяснить, что она не хотела говорить ему о ребенке, потому что боялась худшего — очередного отказа от мужчины, который стал ей дорог? В конце концов, они с Диллоном провели вместе всего один уик-энд. Почему он должен радоваться тому, что она перевернула весь его мир с ног на голову?

— Нет! Я приехала в Джаспер на выходные специально, чтобы найти тебя и все рассказать. — Она разгладила тунику на животе. — Что касается того, почему я не сказала тебе раньше, то это сложно.

Он двинулся рядом с ней по тропинке.

— Нам предстоит долгая прогулка, — заметил Диллон. — Почему бы тебе не начать с самого начала?

Сколько раз за последние месяцы Рослин представляла этот разговор? Она репетировала, что скажет ему, придумывала оправдания и объяснения, в зависимости от его реакции. Но теперь, когда он был так близко, что она ощущала запах его шампуня и тепло его тела, все эти слова вылетели у нее из головы. Рослин посмотрела на Диллона: его челюсть напряглась, а взгляд был устремлен куда-то вдаль. Она почувствовала, что за этим каменным выражением скрывается боль, и ей стало стыдно.

— Мне очень жаль, — повторила Рослин. — Я знаю, что все испортила. Просто я… — Она покачала головой. У нее было много проблем, но это не оправдывало того, как она обошлась с человеком, который был к ней очень добр.

— Начни с того, почему ты представилась Рози Кенли, — предложил Диллон.

Она кивнула.

— Я сказала тебе правду о том, почему приехала на горнолыжный курорт Брандейдж в тот уик-энд, — заявила она. — Я рассталась со своим женихом, потеряла работу, и мне нужно было сменить обстановку и собраться с силами. Правда, я утаила то, что мы с бывшим вели самую рейтинговую утреннюю передачу на радио «Чикаго». Это был публичный разрыв и огромный скандал. Местные СМИ не давали покоя, давление было невыносимым.

— Роки-Роуз, — сказал Диллон.

Она уставилась на него:

— Ты знал? — Если подумать, он назвал ее настоящим именем, когда они встретились сегодня. Неужели он все это время знал, кто она, и не удосужился связаться с ней?

— До сегодняшнего дня нет. Фотография, которую получила поисково-спасательная команда, была из одной чикагской газеты. В подписи к снимку значилось, что ты Роки-Роуз.

Обида в его глазах ранила ее.

— Я не зарегистрировалась под своим настоящим именем в отеле, потому что не хотела, чтобы чикагские СМИ выследили меня. Я даже не могу описать, как они меня изводили.

Клип ее жениха, диджея Мэтта Джадсона, рассказывающего об их разрыве, завирусился, и в течение нескольких недель она имела дело с репортерами, разбившими лагерь перед ее домом, и фотографами, преследовавшими ее, когда она ходила за продуктами или в тренажерный зал. Не помогло и то, что через несколько недель после их расставания Мэтт завел новые отношения с женщиной, которая заменила Рослин в эфире.

— Когда я встретила тебя, мне показалось, что это неплохая идея — продолжать притворяться, — призналась она. — В конце концов, я не так уж хорошо тебя знала. А когда мы сблизились, уже не было подходящего момента, чтобы открыться.

— Когда ты узнала, что беременна? — спросил он.

— Три месяца назад. Я была в шоке. — В кабинете врача она разрыдалась. — Я знала, что должна сказать тебе, просто мне нужно было время, чтобы понять, как это сделать. Я не хотела звонить, да у меня и номера твоего не было. Я думала, что такое нужно сообщить при личной встрече, но не знала, где ты живешь, только то, что ты служишь в полиции Джаспера.

— Ты могла бы разыскать меня три месяца назад, — заметил он.

— Возможно, но я очень боялась.

Он остановился, и она тоже остановилась.

— Ты боялась меня? — недоверчиво переспросил он.

— Меня уже отверг на глазах у сотен тысяч людей мужчина, за которого я собиралась замуж, — напомнила она. — Я потеряла любимую работу. — В той ситуации ребенок показался ей еще одним вызовом. Она должна была взять себя в руки и заботиться не только о себе, но и о будущем малыше. Ей нужно было восстановить свою репутацию и чувство собственного достоинства. — Мэтт не раз говорил, что не хочет иметь детей, — добавила она. — И он был не первым мужчиной, с которым я встречалась и который заявлял, что не хочет быть отцом. Что, если ты думал так же? Может, я трусиха, но я не решалась. — Она обняла руками свой живот.

Плечи Диллона слегка расслабились.

— Непростая ситуация. Я могу это понять. — Он провел рукой по своим коротким волосам. — Но ты не должна меня бояться.

Она смахнула внезапно навернувшиеся слезы. Конечно, какая-то часть ее знала это, иначе никогда бы не приехала в Джаспер. На самом деле она хотела снова увидеть Диллона, чтобы убедиться, что он действительно такой особенный, каким его помнила.

— Дым усиливается, — заметил он.

Рослин хотела ответить, но кашель прервал ее слова. Она оглянулась и с удивлением увидела, что за то короткое время, что они шли и разговаривали, небо потемнело еще больше, а над горными вершинами нависли плотные серые тучи. У нее заслезились глаза от дыма, а когда она взглянула на горный хребет слева от них, то заметила оранжевые языки пламени, взвивающиеся между черных клубов дыма. Страх пронзил ее, и она крепче сжала руку Диллона.

В этот момент затрещала его рация. Он отстегнул ее от пояса и переключил на прием.

— Где вы находитесь? — спросил женский голос.

— Мы прошли около полумили вниз по тропе, — ответил он.

— Огонь пересек тропу в районе перевала Уайлдер-Меса. — В голосе женщины слышалось волнение. — Вам придется срезать до Петли Коу-Крик и вернуться тем путем.

Диллон нахмурился.

— Петля Коу-Крик добавит не менее девяти миль, — возразил он. — Есть другой маршрут?

— Нет, — ответила женщина. — Весь район под перевалом сейчас охвачен активным огнем. Ветер дует от хребта Уильямс, а Петля несколько миль идет вдоль ручья — это дополнительный барьер.

— Вас понял. — Диллон закончил связь и прикрепил рацию к поясу. Он повернулся и увидел обеспокоенный взгляд Рослин. — Ты слышала?

— Да.

— Как твоя лодыжка?

Они оба посмотрели на ее забинтованную ногу.

— Все в порядке, — сказала она. Лодыжка немного пульсировала, но это не страшно. Рослин глубоко вздохнула, расправила плечи и посмотрела ему в глаза: — Думаю, нам стоит поторопиться.

В пятницу поздно вечером обычно тихая территория Кинологической академии напоминала нечто среднее между выставкой собак и цирком. Люди и животные сновали во все стороны, слышались возбужденные крики и лай.

Брэди припарковался между фургоном и пикапом и повернулся к своим пассажирам.

— Вы двое будете хорошо себя вести?

Две собаки — черная дворняга «а-ля лабрадор» и длинношерстная такса — задыхались от беспокойства, навострив уши. Брэди откинулся на спинку и защелкнул поводки, которыми снабдили его хозяева, затем подошел к задней двери и выпустил собак. Они выпрыгнули наружу, и черный Билли тут же задрал ногу на заднее колесо машины. Такса Долли с интересом обнюхивала землю.

— Пойдемте. — Брэди натянул поводки. — Посмотрим, что там у Эммы.

Брэди толкнул дверь в питомник, и на него обрушился шум и смешанные запахи собачьей шерсти, мочи и еды. Вдоль стен выстроились люди и собаки. Барбара за своим столом разговаривала по телефону, зажатому между плечом и щекой, и набирала текст на компьютере. Положив трубку, она подняла глаза на Брэди, а затем наклонилась, чтобы взглянуть на двух собак у его ног.

— Кто у тебя для нас, Брэди?

— Это Билли и Долли. Их хозяйка, Дарлин Запата, забирает своих четверых детей к брату в Макколл, но им нужно было найти безопасное место для собак.

— Билли и Долли Запата. — Барбара набрала текст, глядя на экран компьютера. — Адрес и телефон?

Брэди продиктовал ей данные, и Кайл, один из парней, работавших у Эммы, пришел взять поводки.

— Я помещу их вместе, — сказал он. — С ними все будет в порядке.

— Спасибо. — Брэди снова повернулся к Барбаре: — Похоже, у вас аншлаг.

— Не то слово, — согласилась она. — Но мы находим место для каждого. Эмма даже приютила у себя несколько маленьких собак. Я веду учет.

— Ты что-нибудь слышала от Диллона? — спросил Брэди.

— Нет. Он помогает с эвакуацией?

— Нет. Сегодня у него выходной. Его и Бентли вызвали на поиски пропавшей туристки. Я надеялся, что он уже закончил и заглянул сюда.

— Он заезжал утром, но с тех пор от него не было вестей. Сожалею. — Она посмотрела через его плечо. — Опять вы?

Брэди повернулся и столкнулся лицом к лицу с мужчиной, державшим видеокамеру на плече. Из-за его спины выскочила стройная рыжеволосая девушка в фиолетовом платье без рукавов и туфлях на низком каблуке и протянула Брэди микрофон:

— Господин полицейский, не могли бы вы рассказать нам, как местные правоохранительные органы…

Брэди отодвинул микрофон в сторону.

— Кто вы?

— Белль Фонтейн, телевизионный канал KBOITV. — Она сверкнула ослепительной улыбкой. — Как вы справляетесь с двумя чрезвычайными ситуациями в вашем очаровательном, но крошечном городке — вышедшим из-под контроля лесным пожаром и сбежавшим убийцей?

— Без комментариев, — отвернулся он.

— Кажется, я велела вам уйти. Немедленно! — Эмма вышла из своего кабинета и направилась к мисс Фонтейн и ее оператору. — Это частная собственность, и вам здесь не рады.

Улыбка не сходила с лица Белль Фонтейн.

— Я уверена, что нашим зрителям будет очень интересно узнать, как вы помогаете местным жителям и их питомцам, — заявила она. — Возможно, они вдохновятся и пожертвуют деньги Кинологической академии.

— Мне не нужны пожертвования ваших зрителей. — У Эммы раскраснелись щеки, Брэди казалось, что она вот-вот взорвется. — Мне нужно, чтобы вы ушли.

Брэди шагнул вперед.

— Вам нужно уйти, мэм, — сказал он. — Это частная собственность, и вы нарушаете границы.

— Я просто пытаюсь делать свою работу, — запротестовала Белль.

Ее оператор уже направлялся к двери.

— Как и мисс Дэниелс, — заметил Брэди. — А вы ей мешаете.

Он направил ее к двери, а затем проследовал за ней и оператором до их фургона.

— Что вы здесь делаете? — спросила Белль. — Почему вы не охотитесь за Кентом Андерсоном?

— Откуда вы узнали об Андерсоне?

Она фыркнула:

— Я не обязана раскрывать свои источники.

«А я не обязан отвечать на ваши вопросы», — подумал Брэди, но промолчал.

— Мы имеем право освещать эту историю, — заявила она.

— Конечно, — согласился Брэди. — Только на общественной территории.

Он подождал, пока они отъедут, и вернулся в питомник, где застал Эмму с очередными клиентами.

— Они уехали, — сообщил ей Брэди. — Хотя я не могу обещать, что они не вернутся после моего ухода.

— Спасибо, — улыбнулась Эмма. — Не то чтобы я была против освещения нашей академии в прессе, просто сейчас здесь все битком забито и не до них. Еще раз спасибо.

Брэди помахал на прощание рукой, развернулся и направился через толпу людей и собак к своей машине. Там он набрал номер Диллона. Не отвечает. Тогда он позвонил в участок.

— Привет, Брэди, — ответила секретарь Тереза. — Мне даже не нужно спрашивать, где ты находишься, я и так слышу лай.

— Хотел просто узнать, нет ли еще чего для меня, прежде чем я закончу рабочий день. Есть новости о Кенте Андерсоне?

— Шефу удалось получить немного больше информации из Макколла. Они сообщили, что Андерсона подвез какой-то мужчина и высадил его к северу от городской черты, — сказала Тереза. — Эта часть подтверждается, но неизвестно, видел ли его кто-то с тех пор.

— Что-нибудь слышно о пропавшей туристке, которую искала поисково-спасательная служба? — спросил Брэди.

— Вроде бы ее нашли. Но больше я ничего не знаю. У меня звонок по другой линии. Что-нибудь еще?

— Нет. Это все.

— Тогда немного отдохни. Думаю, завтра у тебя будет еще больше работы.

Брэди завершил разговор, затем снова набрал номер Диллона.

«Где ты? — написал он. — Ты не можешь вечно прятаться от туристов».

Диллон шел позади Рослин, они возвращались уже знакомым путем. Со спины и в свободной тунике было совсем незаметно, что она беременна. Эта новость никак не укладывалась у него в голове. Ребенок. Его ребенок. Он будет отцом? Диллон не мог в это поверить.

Ему все еще было обидно, что Рослин не призналась раньше, но гнев, который он вынашивал месяцами, быстро таял. Она была права, когда сказала, что они не так уж хорошо знали друг друга.

Да, они сблизились за очень короткое время, но он мог понять, почему она не решалась вновь довериться мужчине.

А теперь у нее будет ребенок. Его ребенок. Его мама придет в восторг от этой новости. Коллин Диас не скрывала, что, по ее мнению, ей давно пора стать бабушкой. Пожалуй, стоит пока повременить с рассказом маме о Рослин. Коллин была сердечной и щедрой, но иногда могла и переборщить.

Он снова переключил свое внимание на Рослин и заметил, что она хромает.

— Подожди минутку. — Диллон нагнал ее и подхватил под локоть. — Давай найдем место, где можно присесть и отдохнуть.

Рослин с тревогой посмотрела на дымное небо.

— Мы уходим в сторону от огня, — успокоил он. — Видишь, ветер дует от нас. Дым здесь не такой сильный, как несколько минут назад. Все будет хорошо.

Он подвел ее к скоплению валунов у тропы и усадил на один из них.

— Я проверю твою лодыжку. Она ведь болит, не так ли?

— Немного. — Бентли запрыгнул к ней и уселся рядом.

Диллон уже заметил, что у пса хорошо получалось не только находить людей, но и успокаивать их, когда они расстроены. «Он просто создан для поисково-спасательных работ, — сказала Эмма во время их обучения. — Он будет отличной терапевтической собакой. Он умеет сопереживать».

— Ты просто прелесть. — Рослин провела рукой по черно-белой шерсти пса.

Диллон знал, что она обращается к собаке, но нутром чувствовал, что эти слова — отголосок того, что они говорили друг другу много месяцев назад. Отогнав воспоминания, он встал на колени, расшнуровал ее ботинок, а затем обхватил рукой лодыжку.

— Она сильно распухла, — заметил он. — Было бы неплохо приподнять ее и приложить лед.

— Это подождет.

Бентли спрыгнул вниз, а Рослин сняла рюкзак и маску, достала бутылку с водой и отпила.

— По крайней мере, твой ботинок достаточно высокий и обеспечивает хорошую поддержку. — Диллон надел ей ботинок и завязал шнурки, а затем присел рядом с ней.

Бентли нюхал траву неподалеку.

— Тебе нужно что-нибудь съесть, — заметил Диллон. Ему следовало подумать об этом раньше. Ей понадобится много калорий, чтобы продолжать путь.

— У меня где-то был протеиновый батончик, — вспомнила Рослин.

— Возьми это. — Он достал из рюкзака энергетический гель — то, что обычно носят с собой поисково-спасательные команды, чтобы быстро «подзаправиться» и спасателям, и спасенным.

Рослин с сомнением посмотрела на упаковку.

— На вкус он довольно приятный, и это легкоусвояемые калории, — заверил ее Диллон.

— Хорошо. Спасибо. — Она открыла упаковку и выдавила немного в рот. — Неплохо. — Затем нахмурилась. — Ты ничего не ешь?

— Я поел прямо перед отъездом. — Небольшая ложь, но он не был очень голоден и хотел сохранить как можно больше еды для нее. И для ребенка.

— Сколько времени нам понадобится, чтобы вернуться в город? — спросила Рослин.

— Не думаю, что мы успеем вернуться туда до темноты. Нам придется заночевать в лесу. — Диллон внимательно наблюдал за Рослин, в ее глазах мелькнула паника. — Мы найдем какое-нибудь убежище. Я умею фильтровать воду, и у меня достаточно еды, чтобы мы не умерли с голоду, хотя это будет не самая лучшая пища, которую ты ела. — Диллон улыбнулся, надеясь разрядить обстановку. Он был уверен, что сможет обеспечить ей безопасность, но ему хотелось бы сделать больше, чтобы ей было комфортно.

— Если бы я не двигалась так медленно, мы могли бы вернуться в город, — сказала Рослин. — Я постараюсь идти быстрее.

— Ты беременна, у тебя травмирована лодыжка, и это очень неровная местность. На каком ты сроке?

Рослин уже говорила, но он был так ошеломлен, что не осознал.

Она рассмеялась:

— Посчитай, Диллон.

Верно. Они были вместе пять месяцев назад. Через четыре месяца он станет отцом. При этой мысли его прошиб холодный пот.

Рослин снова рассмеялась.

— Что смешного? — спросил он.

— Ты. Крутой обаятельный полицейский в растерянности. — Ее лицо погрустнело, и она положила руку ему на плечо. — Прости. Знаю, что ты ничего такого не просил, я огорошила тебя новостью, и я пойму, если ты не захочешь в этом участвовать.

— Нет. — Он взял ее за руку и удержал, когда она попыталась отстраниться. — То есть да, это сюрприз, но я не собираюсь бросать собственного ребенка. Я просто… мне нужно время, чтобы все обдумать.

— Понимаю, — сказала Рослин. — Я тоже была ошеломлена, когда узнала. То есть я думала, что мы были осторожны.

— Да, большую часть времени. Но тем утром… — Они только что проснулись в объятиях друг друга и начали двигаться синхронно, все еще полусонные, но их так тянуло друг к другу! Никаких разговоров, только прикосновения. Оба знали, что им недолго осталось быть вместе.

Ее щеки вспыхнули, и Диллон решил, что она тоже вспомнила эти моменты. Она положила их все еще соединенные руки на свой живот.

— Ты чувствуешь это? — прошептала Рослин.

— Что? — Но тут его испугало ощущение движения под их сцепленными руками. Он высвободил свои пальцы и приложил ладонь к ее животу. — Это ребенок?

— Да. — Их взгляды встретились, в глазах Рослин блестели слезы, хотя она улыбалась.

Буря эмоций грозила захлестнуть Диллона — трепет, страх и прилив невероятной нежности. Его ладонь все еще лежала на ее животе, свободной рукой он обхватил ее лицо и прижался губами к ее губам. Это бархатное прикосновение пробудило старые воспоминания и разожгло новую страсть. Рослин прижалась к нему, и он провел рукой по ее шее и плечам. Сколько ночей с февраля он мечтал о том, чтобы она снова оказалась в его объятиях? Эти мечты заставляли его искать ее, хотя более здравомыслящий человек давно смирился бы с тем, что его отвергли.

Но сейчас это не было похоже на отказ.

— Ввв-аф!

Резкий лай Бентли заставил их отпрянуть друг от друга. Диллон повернул голову и увидел, что пес, напрягшись и навострив уши, пристально смотрел на деревья в сотне футов от тропы.

— Что это? — насторожилась Рослин. — Почему он так себя ведет?

— Думаю, там кто-то есть. — Диллон встал. — Может быть, кто-то за нами следит.

В мгновение ока Диллон из нежного любовника превратился в более холодную и жесткую версию самого себя. Как и его пес, он полностью сосредоточился на том, что находилось в лесу, автоматически вставая между Рослин и возможной опасностью.

— Зачем кому-то следить за нами? — напряженно спросила она.

— Я не знаю. — Он снова взглянул на пса.

Бентли оставался неподвижным, сосредоточенным на том, что привлекло его внимание.

— Может, это животное, — предположила Рослин. — Они тоже спасаются от огня.

— Бентли обычно осторожничает с опасными животными, такими как горные львы или медведи. Несколько раз, когда мы сталкивались с чем-то подобным во время похода, он вел себя тихо и был рядом со мной. — Диллон не сводил глаз с линии деревьев. — Эй! — крикнул он. — Кто там?

Рослин затаила дыхание, но в ответ была лишь звенящая тишина.

— Бентли, ищи! — скомандовал Диллон.

Пес поднял голову, вопросительно посмотрел на него, затем принюхался и сделал несколько неуверенных шагов вперед. Затем остановился и сел. Он оглянулся на Диллона, явно спрашивая, что ему делать дальше.

Диллон снова посмотрел в сторону леса и задумчиво произнес:

— Кто бы там ни был, он, должно быть, ушел.

— Ты действительно думаешь, что кто-то следит за нами?

— Возможно, ты была права насчет животного. — Диллон надел рюкзак. — Ты готова идти?

— Конечно. — Она поднялась. Чем скорее они двинутся в путь, тем лучше.

Диллон снова уставился на линию деревьев.

— Я хочу сходить туда и посмотреть, что там такое, — сказал он. — Подожди здесь.

— Я пойду с тобой. — Ей не хотелось разлучаться с ним, особенно если за ними действительно кто-то охотился.

Они направились по открытой местности в сторону леса. Уже после недолгого времени ходьбы по неровной земле лодыжка снова начала пульсировать. Рослин сосредоточилась на спине Диллона, решив не обращать внимания на неприятные ощущения. У нее будет достаточно времени, чтобы отдохнуть, когда они окажутся в безопасности. Диллон и так был напуган ее беременностью, а тут она еще усугубляла его страхи. Он очень хорошо скрывал свои эмоции по поводу ребенка, но Рослин поняла, что за удивлением и благоговением таилась паника. Однако он не бежал от нее и ребенка. А тот поцелуй… он был неожиданным, но таким желанным! Значит ли это, что Диллона интересует нечто большее? Она не осмеливалась фантазировать о том, что они будут вместе растить ребенка, но, похоже, надежда все это время теплилась в глубине ее души.

Они добрались до лесного массива, и Бентли помчался вперед, лая и виляя хвостом.

— Так он вел себя, когда нашел меня, — заметила Рослин.

Диллон не ответил, его внимание было сосредоточено на рыхлой земле под деревьями.

— Ты что-нибудь видишь? — спросила она.

— Нет. — Он снова повернулся к тропе. — Пойдем. Нам нужно найти безопасное место для ночлега.

Несколько мгновений назад они были так близки, а теперь он снова казался холодным и отстраненным. Это из-за таинственного постороннего или из-за чего-то другого? Рослин искала какую-нибудь тему для разговора, чтобы вернуть внимание Диллона.

— Чем ты занимался с февраля? Ты все еще работаешь в полиции?

Диллон расправил плечи и повернулся к ней.

— Да, — ответил он. — Я был очень занят поисково-спасательными работами прошлой зимой и весной. И работал с Бентли. Я думаю обучить его спасательному делу в дикой местности.

— Чем это отличается от того, чем ты уже занимаешься? — поинтересовалась она.

— Сейчас Бентли обучен как разыскная собака, — стал объяснять Диллон. При звуке своего имени Бентли оглянулся на них через плечо. — Он находит людей по их запаху в воздухе. Он способен проследить за запахом, который оставляет человек, перемещаясь по территории, и отличить его от дыма, аромата растений или духа животных. Он может идти по следу на протяжении многих миль. Собака-ищейка в дикой природе оттачивает свой талант к обнаружению запахов в пересеченной местности и на больших расстояниях. Такая работа требует особой выносливости, чтобы передвигаться в различных условиях.

Рослин кивнула. Это было интересно, но не то, что она хотела узнать в данный момент.

— Ты с кем-нибудь встречаешься? — спросила она.

Есть ли у него девушка? Невеста? Кто-то, кто определенно осложнил бы любую попытку завязать отношения, выходящие за рамки их общего ребенка?

— Нет.

Просто — нет. Без подробностей. Она прикусила язык, чувствуя, что не стоит допытываться дальше. Но почему этот великолепный, умный, обеспеченный работой и такой милый парень один? Наверняка половина женщин в городе пускала по нему слюни. Это ей невероятно повезло, или он очень хорошо умеет избегать обязательств?

— А ты? — в свою очередь задал вопрос он. — Нашла работу на другой радиостанции?

— Нет. — Рослин подала несколько заявок, но после пары намеков на то, что она слишком «противоречива», и совета подождать, пока утихнет скандал, она стала бояться снова оказаться в эфире. — Я начала свой собственный бизнес, — сказала она. — Делаю озвучку рекламы и видео. И начитываю аудиокниги. — Она потратила годы на подготовку к работе на радио и решила, что эти навыки вполне можно применить и в других сферах. К тому же у нее был опыт работы на радио, когда она делала рекламные ролики. — Это сильно отличается от того, чем я занималась раньше, но мне очень нравится. И я могу устанавливать собственный график, что будет удобно после рождения ребенка.

— Ты знаешь, кто родится — мальчик или девочка?

— Пока нет. Я хотела сюрприз. Но мне назначили УЗИ, когда я вернусь в Чикаго. Доктор сказал, что тогда я смогу узнать, если передумаю. — Рослин собиралась предложить ему пойти на обследование вместе с ней, но вдруг он подумает, что она давит на него, заставляя принимать более активное участие, чем ему хотелось бы? У него была работа и жизнь здесь, в Джаспере. Она не имела права вырывать его из этого.

— Как лодыжка? — спросил он.

Смена темы заставила Рослин задуматься о том, что от разговоров о ребенке ему неловко. Она еще раз напомнила себе, что у него было не так много времени, чтобы свыкнуться с этой мыслью, как у нее.

— Все в порядке. — Она уже почти привыкла к боли. — Хуже не стало. Я потерплю.

Рослин огляделась. Тропа поднималась вверх и теперь шла по вершине горного хребта. Как и обещал Диллон, они ушли подальше от дыма, хотя темные облака на горизонте окрашивали пейзаж в сумеречные тона, и местами он напоминал рисунок углем.

— У тебя есть идеи, где мы будем ночевать?

— В паре миль впереди есть несколько пещер. Они станут хорошим убежищем. Мы можем развести костер и соорудить лежанку из соснового лапника. — Диллон оглянулся на нее. — Не шикарный отель, но не так уж плохо.

Он тоже подумал об отеле, где они провели выходные? Казалось, что все это было давно, но как будто совсем недавно. С ним было легко, хотя она все еще не чувствовала, что хорошо его знает. Но она должна была доверять ему. Он был ее шансом спасти себя и ребенка.

Брэди был уже на пути домой, когда ему поступило сообщение о необходимости явиться в участок. Прибыв на место, он обнаружил там полицейских, помощника начальника пожарной охраны и командира поисково-спасательного отряда.

— Что происходит? — спросил он лейтенанта Кэла Гувера, стоявшего в дверях комнаты для инструктажа.

На обычно приветливом смуглом лице Кэла читалось волнение, из-за чего он выглядел старше своих сорока девяти лет.

— Тут такое дело… — ушел от ответа он. — Подробности расскажет шеф.

Брэди вошел за ним в комнату и встал у стены рядом с Джейсоном.

— Сегодня днем я видел в городе фургон ТВ-новостей, — сообщил Джейсон. — Думаешь, это как-то связано с ними?

— Возможно, — ответил Брэди. — Репортер и оператор были в Кинологической академии, пытались взять интервью у Эммы. Она отправила их восвояси.

— Готов поспорить, это было очень круто, — ухмыльнулся Джейсон. — Они здесь из-за пожара или из-за Кента Андерсона?

— Думаю, и из-за того и из-за другого, — ответил Брэди.

Они замолчали, когда в комнату вошел шеф, а за ним Рич Ньюкомб, помощник начальника пожарной службы, и командир поисково-спасательного отряда Андреа Уэйн.

— Некоторые из вас уже знают, что сержант Диллон Диас отсутствует, потому что он и его поисковая собака Бентли были вызваны сегодня днем на поиски пропавшей туристки, — объявил Уолтерс. — Я собрал всех вас здесь, чтобы рассказать о последнем развитии событий.

У Брэди свело желудок, и он обменялся тревожными взглядами с коллегами. Неужели с Диллоном что-то случилось?

— Диллон и Бентли нашли пропавшую туристку, Рослин Керн, — начала Андреа. — Но прежде чем они успели дойти до начала тропы, огонь сместился и заблокировал им путь. Густой дым затруднял видимость, и я приказала им вернуться и идти дальше на север и запад, чтобы избежать опасности. К сожалению, из-за этого они оказались вне зоны действия сотовой и радиосвязи, хотя у нас нет оснований полагать, что они в беде. Во время нашего последнего разговора Диллон сообщил, что у мисс Керн травмирована лодыжка, но она может идти с его помощью. С друзьями, которые были в походе с мисс Керн и заявили о ее пропаже, все в порядке, но, судя по всему, они общались с репортерами в городе. — Андреа посмотрела на шефа, который продолжил:

— Рослин Керн из Чикаго. Там она была очень популярным диджеем на радио и оказалась замешана в каком-то скандале. Кроме всего прочего, она беременна. Около пяти месяцев, по словам ее друзей.

— Они должны были упомянуть о беременности, когда впервые заявили о ее пропаже, — вставила Эва.

— Видимо, она просила сохранить ее беременность в тайне, — предположил Уолтерс. — В любом случае, когда репортеры услышали имя Керн и то, что она оказалась в огненной ловушке — это их слова, не мои, — они ухватились за эту историю и запустили ее. Национальные новости подхватили, и СМИ нагрянули в город в поисках любой информации о пожаре и мисс Керн. Не говоря уже о Кенте Андерсоне.

— Если они найдут основания связать эти три новости, я гарантирую, что они это сделают, — заметил капитан Ратледж.

Уолтерс кивнул.

— Репортерам стало известно, что мисс Керн находится с сержантом Диасом, и они также используют это в своих материалах. Во время несения службы в эти выходные вас наверняка будут спрашивать о Диллоне, пожаре, Кенте Андерсоне или обо всем вышеперечисленном. Ваш единственный ответ: «Без комментариев». Считайте это официальным уведомлением.

— Какие-нибудь новые сведения об Андерсоне? — спросил Кэл.

— Сегодня днем я допрашивал водителя, который подвез человека, подходящего под описание Андерсона, — сообщил Ратледж. — Он показался мне заслуживающим доверия, хотя мы не можем знать наверняка. По его словам, человек, который, как он потом понял, мог быть Андерсоном, нервничал и сказал ему, что встречается с друзьями в этом районе.

— Откуда он знает, что тот парень был Андерсоном? — спросила лейтенант Маргарет Эйвери.

— Он сказал, что видел новости о побеге Андерсона и узнал его.

— Где он высадил автостопщика? — поинтересовался Джейсон.

— Мужчина попросил высадить его на перекрестке 14-й Окружной дороги и Северной Кленовой. Сказал, что оттуда его заберут друзья. Человек, которого он высадил, был одет в брюки цвета хаки и выцветшую черную футболку с рекламой ландшафтной службы в Макколле. Полиция Макколла считает, что он мог украсть эту одежду с бельевой веревки на чьем-нибудь заднем дворе в городе.

— Перекресток находится недалеко от тропы Уильямс-Гэп, — заметил Брэди.

— Эту информацию точно не стоит сообщать СМИ, — напомнил Уолтерс и повернулся к Ньюкомбу: — А теперь я хотел бы, чтобы шеф проинформировал нас об актуальной ситуации с пожаром в Гем-Крик.

Ньюкомб, мускулистый мужчина лет сорока, вышел вперед и повернулся к карте местности, прикрепленной к стене позади него.

— Сегодня днем площадь пожара увеличилась до двенадцати тысяч акров, — сообщил он. — К востоку от Джаспера, в основном на государственных землях, хотя ранчо «Лэйзи Эйч» тоже потеряло загон и пару хозяйственных построек. Пожарные команды создают линию защиты, которая проходит отсюда досюда. — Он указал две точки на карте. — Это прямо за жилой застройкой в Скайлайн. Данные дома были эвакуированы в качестве меры предосторожности, и наши команды патрулируют этот район на предмет любой активности огня. Сегодня днем ветер немного ослаб, что позволило нам продвинуться вперед. Ночью температура должна понизиться, что позволит лучше локализовать пожар, а утром, по прогнозу, должно быть облачно. На данный момент мы считаем, что пожар локализован на двадцать процентов.

Брэди изучал карту и пытался представить себе расположение тропы, по которой Диллон и мисс Керн будут возвращаться в город. Похоже, они находились в стороне от непосредственного очага пожара.

— Как вы знаете, лесные пожары непредсказуемы, — продолжил Ньюкомб. — В национальном лесу вокруг нас есть чему гореть. Но мы имеем по меньшей мере один пожарный самолет, который занимается тушением, и сегодня днем прибыла команда пожарных-парашютистов из Пайндейла, так что мы уверены, что сможем взять огонь под контроль. Мы просим вас помочь нам не допускать проникновения посторонних лиц в зоны эвакуации или зоны активного пожара. В зависимости от того, как будут развиваться события, нам может понадобиться эвакуировать больше домов.

— А как же Диллон? — озаботилась Эва. — Ему можно чем-то помочь?

— Мы надеемся, что он скоро выйдет в зону действия радио- или сотовой связи, — ответила Андреа. — Учитывая, что мисс Керн ранена и, вероятно, передвигается медленно, не думаю, что они вернутся в город раньше завтрашнего дня. Я попросила пилотов-наблюдателей, которые регулярно облетают зону горения, поискать их. Сейчас это все, что мы можем сделать.

— А Кента Андерсона они тоже ищут? — спросил Ратледж.

— Да, — ответил Уолтерс. — Они ищут всех, кому не следует там находиться.

— Не могу придумать лучшего места для укрытия, чем национальный лес, — заметил Ратледж. — Особенно если лесной пожар не дает властям добраться до вас. Андерсон, предположительно, знаком с этой местностью. Возможно, он намеревается углубиться в лес и добраться до Бойса. Или может направиться на север, в Канаду.

— Это большой риск, — возразила Эва.

— Он отбывает пожизненное заключение, — напомнил Ратледж. — Возможно, он считает, что ему нечего терять.

— Есть еще вопросы? — обратился Уолтерс к собравшимся.

Вопросов не было, поэтому всех отпустили. Брэди достал свой телефон. Диллон по-прежнему не отвечал. Он отправил Кэсси сообщение, что едет домой, а затем во второй раз за день оказался в толпе людей, только на этот раз без собак.

— У вас есть информация о поисках Роуз Керн? — Высокий мужчина в белой рубашке и синем галстуке сунул ему в лицо микрофон.

— Что вы можете рассказать нам о сержанте Диасе? — подскочила женщина, тоже с микрофоном.

— Без комментариев, — ответил Брэди.

Он опустил голову и направился к своей машине, которая, к сожалению, была припаркована в дальнем конце участка.

— Вы слышали что-нибудь от сержанта Диаса? — спросил кто-то еще. — Ему и мисс Керн угрожает опасность из-за пожара?

— Насколько серьезно пострадала мисс Керн?

— Знают ли они, что Кент Андерсон находится в том же районе? И что он может их преследовать?

Брэди поднял голову и посмотрел на пожилого мужчину с тяжелыми щеками, который задал вопрос.

— С чего вы взяли, что Андерсон кого-то преследует? — насторожился он.

Репортер выглядел самодовольным.

— Андерсон ясно дал понять на суде, что ему не нравятся представители закона. Он поклялся убить столько копов, сколько сможет. Если он заметит вашего друга там одного, без подкрепления, то, вероятно, не упустит шанса расправиться с ним.

Брэди с трудом сдержался. На Диллоне не было формы, так откуда Андерсону знать, что он коп? Говорят, что сами копы и люди, которые провели много времени в окружении представителей правопорядка — например преступники, — всегда могут безошибочно узнать полицейского, но так ли это? Да и вероятность того, что Диллон и Андерсон пересекутся, казалась весьма незначительной. Тем не менее вопросы репортера и его отношение разозлили Брэди. В этом, как он полагал, и был смысл. Он глубоко вздохнул и посмотрел мужчине в глаза.

— Без комментариев, — произнес Брэди и направился к машине. Неизвестно, сколько еще дней их будут вот так атаковать. «Поторопись, Диллон», — подумал он.

Пока они шагали по тропе, Диллон внимательно следил, не идет ли кто-то за ними. Он ничего не сказал Рослин, но знал, что Бентли не отреагировал бы так, не будь там кого-то еще. Диллон работал с псом достаточно долго и был в нем уверен. И разве Рослин не упомянула, что вывихнула лодыжку, когда ее напугал какой-то звук в лесу? Возможно, это было животное или даже ветер в деревьях, но что, если нет?

Тени удлинились, и солнце светило не так сильно, как в начале дня. Как только оно опустится за горы на западе, сразу стемнеет. Рослин выглядела усталой, ее плечи поникли, а хромота стала более заметной. Она не жаловалась, но Диллон знал, что ей нужен отдых.

— До пещер уже недалеко, — сообщил он. — Не хочешь остановиться и передохнуть? — спросил он.

— Нет. Я отдохну, когда мы доберемся до места, где будем ночевать. Если я присяду, то не планирую сегодня больше вставать.

В этом вся Рослин, остроумная и жизнерадостная. Диллон не сомневался, что и у нее бывают моменты отчаяния. Но она была из тех людей, которые старались преодолеть любые неудачи и двигаться вперед с позитивным настроем. Это требовало особой силы, которой он не мог не восхищаться.

Они вошли в осиновую рощу, температура в тени ощутимо понизилась, пахнуло ароматом прелой листвы, который перекрывал запах дыма, прилипший к одежде и волосам. Их шаги отдавались эхом, когда они переходили по пешеходному мосту через небольшой ручей.

— Пещеры находятся здесь, над ручьем, — сказал Диллон и двинулся впереди нее.

В эти засушливые месяцы течение ручья замедлилось, но все еще оставалась пара водоемов, где можно было набрать воду.

Он не ходил по этому маршруту уже несколько лет, но тропа была хорошо натоптана, и идти по ней было легко. Пещеры представляли собой ряд небольших полостей в скале. Он провел ее к самой глубокой, около восьми футов и высотой чуть больше пяти футов. Рослин могла стоять во весь рост, но ему приходилось пригибаться. Прямо перед входом в убежище было устроено кострище.

— Похоже, это популярное место, — заметила Рослин, оглядывая гладкие каменные стены и несколько больших бревен, уложенных в виде сидений вокруг кострища.

— Рюкзачники иногда используют это место для ночевки. Не люкс, но какое-никакое укрытие. — Диллон тронул ее за плечо, и она повернулась к нему. В ее глазах читалась усталость, и он был рад, что они успели до наступления темноты. — Я схожу за водой и хворостом. Ты справишься здесь одна?

— Конечно. — Она сняла маску и опустилась на одно из бревенчатых сидений. Если ее улыбка и была принужденной, то, по крайней мере, она делала над собой усилие. — Со мной все будет в порядке.

Ему не хотелось оставлять Рослин одну — можно было попросить Бентли побыть с ней, но пес уже отправился вперед. Диллон пошел по тропе, но вместо того, чтобы спуститься к ручью, сначала поднялся на площадку, откуда открывался вид на окрестности. Он осмотрел заросли деревьев вдоль ручья, а также открытые поля за ним. И не увидел ничего необычного. Ни людей, ни признаков того, что кто-то здесь недавно проходил. Ветер продолжал дуть в сторону от них, относя большую часть дыма, хотя долина внизу все еще оставалась туманной. Он долго смотрел, но не заметил никакого движения.

Диллон попробовал воспользоваться рацией, но в ответ услышал лишь помехи. Ничего удивительного — они находились далеко от вышки или ретранслятора. Поэтому, достав телефон, Диллон с удивлением обнаружил одну полоску сигнала, которая то появлялась, то исчезала. Этого было недостаточно, чтобы позвонить, но, возможно, получится отправить сообщение Брэди: «Мы остановились на ночь в пещерах Коу-Крик. Держи оборону, пока мы не вернемся завтра».

Диллон нажал кнопку «Отправить», подождал, пока сообщение дойдет до адресата, затем выключил телефон, сберегая батарею, которая уже разрядилась на сорок процентов. Затем он спустился к ручью, чтобы набрать пару бутылок воды. Он собрал немного хвороста, чтобы вскипятить воду для горячих напитков и приготовить сублимированную еду, которая входила в его аварийный паек. Можно было нарезать и соснового лапника. Он никогда раньше не спал на лапнике, но сосновые ветви казались ему более удобными, чем твердый каменный пол пещеры. Завтра они с Рослин выйдут в безопасное место, а пока его целью было пережить эту ночь без происшествий.

Рослин было стыдно сидеть без дела, пока Диллон работал, поэтому через некоторое время она поднялась. Нашла сломанную ветку и подмела ею грязный пол пещеры, выметя сухие листья, камешки и угли от прежних костров. Она выровняла поленья вокруг кострища, а затем поискала, чем бы еще заняться. Не найдя, снова уселась на бревно и стала ждать.

Ее мучил голод. Рослин покопалась в рюкзаке в поисках протеинового батончика и быстро его съела. Она чувствовала себя немного виноватой, что не дождалась Диллона, который наверняка тоже был голоден. Но он сказал, что у него в рюкзаке достаточно провизии.

Рослин запила батончик последней водой из своей бутылки, а затем достала фотоаппарат и включила его, чтобы просмотреть фотографии на карте памяти — не сегодняшние, а те, что она сделала в феврале во время уик-энда с Диллоном. На снимке он рядом с ней на кресельном подъемнике, под шлемом и очками видна только его улыбка. Селфи, где они вдвоем на вершине горы, очки сдвинуты на шлемы, плечи соприкасаются, за спиной возвышается заснеженный пик. Еще одна фотография Диллона, на этот раз сидящего напротив нее за ужином — свежего, выбритого, в черном свитере, — он был так красив, что у нее перехватило дыхание, когда они встретились в ресторане.

Тогда она считала, что ее так тянет к нему, потому что он был не такой, как Мэтт. Диллон не ожидал, что она будет вести себя определенным образом. Мэтт же с самого начала продумывал все аспекты их отношений, как будто писал сценарий для эфира. Конечно, в тот момент она этого не замечала. Когда он предлагал ей сказать определенную фразу в эфире или надеть определенный наряд для совместного выхода, создавалось впечатление, что они вместе это придумали. Вот только единственные идеи, которые воплощались в реальность, были его.

Диллон больше слушал, чем говорил, и не спорил, когда их мысли или убеждения не совпадали. Ему было интересно ее мнение, и он доверял ее способности принимать собственные решения. За последние несколько часов, проведенных с ним, она вновь почувствовала прежнее влечение. Возможно, ее тянуло к Диллону не потому, что он был «не Мэтт», а из-за его собственных качеств.

Звук приближающихся по тропинке шагов заставил ее сердце забиться быстрее. Она обернулась и увидела, как Диллон поднимается по тропе с охапкой хвороста. Он бросил хворост рядом с кострищем, затем снова ушел и вскоре вернулся, притащив охапку соснового лапника.

— Подстилка, — пояснил он, снял рюкзак и поставил две бутылки с водой. Затем расстегнул карман и достал пакет, в котором она узнала фольгированное одеяло.

— У меня тоже такой в рюкзаке, — оживилась Рослин.

— Отлично. Мы можем положить их на лапник, это лучше, чем спать на земле. — Диллон встряхнул одеяло и расстелил его на куче веток, затем критически осмотрел его. — Выглядит комковато, — заметил он. — Хочешь попробовать?

Рослин сомневалась, но все же встала на колени и забралась на импровизированную кровать, одеяло под ней хрустнуло. Она улеглась на спину, потом поерзала, пока не устроилась почти удобно.

— Это лучше, чем я думала, хотя и немного шуршит. — Она принюхалась. — И пахнет хорошо. Свежестью и лесом. Гораздо лучше, чем в пещере.

— Это лучшее, что мы можем придумать, — сказал Диллон, опустился на одно из бревен и взялся за рюкзак. — Ты, наверное, проголодалась.

— Да. Я съела протеиновый батончик. — Она села рядом. — Извини, не могла ждать.

— Все в порядке. — Диллон достал пару фольгированных пакетов. — У меня есть курица с лапшой и лазанья. Тебе что?

— Курицу.

— Еще горячий шоколад и растворимый кофе. И немного чая. Не знаю, какой. — Он протянул горсть пакетов.

— Шоколад, пожалуйста. Ты хорошо подготовился.

— Мы никогда не знаем, как долго будем находиться в поисково-спасательной операции и кого придется кормить помимо себя, поэтому всегда берем с собой самое необходимое. — Диллон достал небольшой котелок, откинул сбоку ручки и налил в него воды из одной из бутылок. Отставив котелок в сторону, он наклонился вперед и начал подкладывать хворост в кострище. — Я так понимаю, ты не планировала такой длительный поход?

— Это была вылазка в последнюю минуту, — призналась Рослин. — Я встретила своих друзей Шери и Бака в кафе сегодня утром. Они тоже из Чикаго и приехали на праздничные выходные. С ними была еще одна пара, которую я не знала, но они позвали меня с собой в поход. Все уверяли нас, что непосредственной опасности от лесного пожара нет, так что я решила, почему бы и нет? День был прекрасный, и я надеялась, что смогу сделать несколько хороших фотографий луговых цветов.

— Я помню, что ты много фотографировала на горнолыжном курорте. Фотография — это твое хобби?

— Вроде того. Я пытаюсь совершенствоваться. Я брала несколько уроков, но ничего серьезного. Это хорошая творческая отдушина. В общем, фотографировала цветы, когда отстала от друзей, а потом повредила лодыжку.

— Мне жаль насчет лодыжки, но зато я нашел тебя.

Рослин наклонилась вперед и подкинула палку в небольшой костер, который он разжег.

— Честное слово, я собиралась искать тебя, как только мы вернемся из похода. — Она посмотрела на него. — К счастью, ты упростил мне задачу.

— Я никогда не переставал искать тебя, — признался Диллон. — Но мне не везло. Загвоздка оказалась в имени. Я понимаю твои мотивы. Но почему Рози Кенли?

— Мой дедушка всегда называл меня Рози, а Кенли — это мамина девичья фамилия. — Она пожала плечами. — Я не хотела все усложнять.

— Сначала было немного странно думать о тебе как о Рослин, но мне нравится. Тебе идет.

— Спасибо.

— Ты зарегистрировалась в отеле под своей настоящей фамилией? — спросил он.

— Пришлось. Она указана в моем удостоверении личности и на кредитной карте. Но я сказала портье, что скрываюсь от сталкера, и просила никому не говорить, что я там. Они были очень отзывчивы и помогли мне. — Рослин нахмурилась. — Это не было ложью. Пресса действительно преследовала меня уже несколько недель.

— Ты была большой знаменитостью в Чикаго?

— Думаю, это было связано с тем, что радиостанция раздувала мой роман с Мэттом. И я на это согласилась. Я злилась на Мэтта за то, что он амбициозный и ставит карьеру превыше всего, но была такой же целеустремленной. Я не возражала ни против одного из способов, которые он и менеджер станции предлагали нам для продвижения. Я верила, что это пойдет на пользу и моей карьере.

— Как ты стала диджеем? — Диллон подбросил в костер еще веток. — Похоже, это интересная работа.

— Так и есть. Я люблю музыку и изначально хотела заниматься продюсированием, но в этой сфере не так много рабочих мест, и в ней по-прежнему доминируют мужчины. Я начала работать диджеем еще в колледже и работала на нескольких небольших станциях по всему Чикаго, пока не попала на WZPR. — Ее голос сорвался. Как объяснить, что там произошло, и не показаться при этом жалкой?

— Можешь не говорить об этом, если не хочешь, — сказал он.

— Нет. Я хочу рассказать тебе. — Рослин подвинулась, пытаясь устроиться поудобнее. —

Поначалу все было как на любой новой работе. Я начинала с самых низов — работала в ночные часы. Но слушателям я понравилась, и постепенно меня передвинули на утро. Я стремилась к утреннему эфиру для автоводителей, но мне не разрешили вести прайм-тайм в одиночку. В конце концов меня поставили в пару с Безумным Мэттом Джадсоном. Во всех промороликах его имя всегда пишется с восклицательным знаком. Я была рада возможности показать, на что способна. — Она сделала паузу, чтобы перевести дух. — Позже Мэтт сказал мне, что был расстроен из-за того, что радиостанция не позволила ему работать соло. Я думаю, мы изначально сблизились из-за нашего недовольства руководством станции.

— Значит, вы сразу нашли общий язык.

— Да. Он был очарователен, или мне так казалось. Он уделял мне внимание и много флиртовал — как в эфире, так и вне его. Слушателям это нравилось, было весело, но я не хотела с ним встречаться, потому что не считала, что отношения с коллегой — это нормально. Я постоянно отказывала ему, когда он приглашал меня на свидание, но однажды менеджер станции отозвал меня в сторону и сказал, что влечение между нами очевидно и станция не против, если мы продолжим отношения.

— Это кажется немного странным, — заметил Диллон.

— Так и есть. В то время я была такой наивной и думала, что я им небезразлична и они хотят, чтобы я была счастлива. Мы с Мэттом начали встречаться, и я хотела сохранить все в тайне, но он настаивал на том, что нам нечего скрывать, и не преминул рассказать о нас в эфире. Я расстроилась, но он заявил, что ничего страшного. Первый из многих предупреждающих звоночков, на которые я не обратила внимания.

Диллон поставил кастрюлю с водой на огонь.

— Почему вы расстались? — спросил он. — Или это не мое дело?

Она мало с кем делилась сведениями о том времени. Было приятно выложить всю историю кому-то, кто был к ней неравнодушен, оставаясь при этом объективным.

— Мы обручились, — продолжила она. — Мэтт сделал мне предложение в прямом эфире. Что стало большим событием. Радиостанция устроила из этого грандиозную программу. Мне было неловко, но в то же время, кому не нравится быть в центре внимания? Отчасти я считала, что мы поторопились, чувствовала себя загнанной в угол. А через некоторое время я увидела, что наши рейтинги растут. Руководство постоянно говорило нам, что это здорово для нашей карьеры. А амбиции были не только у Мэтта. И я позволила своему честолюбию взять верх над всеми сомнениями. — Она вздохнула. — Поначалу все было хорошо. Мэтт был внимательным и романтичным. Но он отказывался говорить о свадьбе или каких-то планах. Он сказал, что мы должны использовать хайп вокруг помолвки — наши рейтинги стремительно росли. — Она провела руками по животу. — Я пыталась поговорить с ним о семье, но он был непреклонен и не хотел детей.

— Значит, это было началом конца.

— Не совсем. — Рослин снова вздохнула. — Я оставалась наивной и думала, что смогу переубедить его насчет детей. Однажды я подслушала разговор Мэтта с другим диджеем. Мэтт жаловался, что ему, похоже, придется на мне жениться и что это не входит в его планы — он собирается нагнетать шумиху вокруг помолвки, пока его не пригласят на более крупную радиостанцию. Как только это произойдет, он помашет мне рукой.

— Наверное, это было ужасно. — Диллон говорил тихо, но металл в его голосе вызвал у нее дрожь.

— Я была раздавлена, — призналась Рослин. — Я старалась оставаться профессионалом, но была ужасно зла на него. Мэтт сделал мне предложение в прямом эфире, и я хотела порвать с ним тоже в прямом эфире, но знала, что тогда рискую работой. Поэтому я вернула ему кольцо, когда мы остались наедине вечером. Затем я пошла к руководству, сказала, что мы больше не помолвлены и что меня нужно перевести в другой временной интервал. Мэтт может сам справиться с утренним эфиром. Я даже заверила, что слушателям это понравится.

— И что ответило руководство? — спросил Диллон.

— Они сказали, что если я не буду работать с Мэттом, то не смогу работать на них. И вот так я осталась без жениха и без работы. А на следующее утро Мэтт вышел в эфир, разыграл карту брошенного любовника, и все пошло прахом. Из любимицы Чикаго я превратилась в самую ненавистную женщину в городе. Люди кричали мне ужасные вещи из проезжающих мимо машин, когда я шла по улице. Фотографы преследовали меня, газеты и телевидение освещали эту историю. Это было нелепо. Оглядываясь назад, я понимаю, что радиостанция, скорее всего, нагнетала ажиотаж, чтобы поднять рейтинги шоу Мэтта, но в то время я чувствовала себя так, будто захлебываюсь и иду ко дну.

— Тебе следует подать на радиостанцию в суд, — сказал Диллон.

Она кивнула.

— Я думала об этом, но в конце концов решила оставить все эти переживания в прошлом. Приезд на горнолыжный курорт Брандейдж был первым шагом к тому, чтобы начать все с чистого листа. Встреча с тобой и те выходные на День святого Валентина — я почувствовала, что начала выздоравливать. Ты помог мне больше, чем можешь себе представить.

Он обнял ее и притянул к себе, его тепло обволокло ее, его сила оттеснила усталость и боль.

— Теперь я лучше понимаю, почему ты не сказала мне, кто ты. Возможно, на твоем месте я поступил бы так же. Я рад, что ты рассказала мне сейчас. Хотя, может, и хорошо, что я не знал обо всем этом в феврале, — добавил Диллон. — У меня бы возникло искушение последовать за тобой в Чикаго и преподать урок одному диджею. Не говоря уже о его боссах.

Рослин рассмеялась:

— Один взгляд на тебя, и я думаю, они бы наделали в штаны. — Мрачная внешность Диллона, не говоря уже о его мускулистом телосложении, заставила бы любого дважды подумать, прежде чем спорить с ним. А Мэтт никогда не производил на нее впечатления особо храброго человека. Он выбирал самые легкие пути в жизни, в том числе пошел на фиктивную помолвку, чтобы повысить рейтинг.

Диллон открыл оба пакета с едой, затем добавил горячей воды из кастрюли и снова запечатал их.

— Пять минут до ужина, — объявил он. — Покормлю Бентли, а потом приготовлю шоколад.

Он насыпал в переносную миску Бентли припасенный в рюкзаке корм, и пес хрустел им, пока Диллон готовил горячий шоколад к ужину.

Рослин изо всех сил старалась не наброситься на еду.

— Не деликатес, но неплохо, — предупредил Диллон.

— Я так голодна, что могу съесть любую еду, — заверила она.

— Когда мы поужинаем, я хочу осмотреть твою лодыжку, — сказал он.

— Хорошо.

Они закончили трапезу в молчании, затем он сполоснул чашки и вилки и вернул их вместе с мусором в свой рюкзак.

— Теперь посмотрим на лодыжку. — Он похлопал себя по ноге, предлагая ей положить ногу на его бедро.

Рослин сняла ботинок и носок, а затем положила перевязанную ногу ему на колени. Он осторожно размотал повязку, его пальцы были теплыми и ловкими.

— Она все еще довольно опухшая, — отметил он. — Болит?

— Теперь не так сильно, когда у меня появилась возможность отдохнуть.

Он осторожно пощупал ее лодыжку, а затем начал массировать ступню. Рослин закрыла глаза и сдержала стон. Диллон переместил руки на ее икры и начал нежно разминать их. На этот раз она застонала.

— Потрясающее ощущение. — Она открыла глаза и встретила взгляд Диллона.

— Я дам тебе немного отдохнуть, — сказал он и убрал руки от ее икры. — Завтра нам предстоит долгий день.

Рослин знала, что ее тело нуждалось в отдыхе. Но разум настойчиво продолжал думать о других вещах, которыми они могли бы заняться здесь в пещере, наедине, при мягком свете костра. Его прикосновение пробудило в ее теле множество приятных воспоминаний. Воспоминаний, которые она очень хотела бы повторить. Рослин считала, что теперь стала умнее в отношениях, но так ли это? Она была готова снова броситься в объятия Диллона после пяти месяцев разлуки, практически ничего о нем не зная.

Интуиция подсказывала ей, что он хороший человек, но эта интуиция ее уже не раз подводила.

Диллон лежал на спине в темноте, подстилка из соснового лапника не особо смягчала каменный пол пещеры. Он закрыл глаза и сказал себе, что нужно поспать, но слишком хорошо помнил о Рослин, которая находилась всего в нескольких дюймах от него в темноте. Ему казалось, что он чувствует жар ее тела и ощущает цветочно-ванильный аромат ее духов. Термоодеяло потрескивало при каждом движении ее тела, когда она пыталась устроиться поудобнее.

Он немного увлекся, массируя ее ногу, и ощущение ее тела в своих руках пробудило воспоминания о том, как чудесно было заниматься с ней любовью. Рослин была такой отзывчивой, и они так идеально подходили друг другу…

Диллон заставил себя отодвинуться от нее. Меньше всего ей сейчас была нужна его излишняя настойчивость. Она ясно дала понять, чем он был для нее — перерывом на выходные от проблем в Чикаго. Способом запустить процесс выздоровления. Рослин хотела, чтобы он принял участие в жизни их ребенка, хотя не сказала, какое именно участие, но и не дала понять, что хочет от него чего-то еще.

Если бы у нее действительно были к нему чувства — такие, какие он начал испытывать к ней, — она не стала бы ждать пять месяцев, чтобы связаться с ним. Диллон был готов простить ее за то, что она скрывала свою личность, но не мог смириться с тем, что она так долго ждала, чтобы сообщить ему о ребенке.

Он перевернулся на бок, захрустев одеялом и ветками, и сосредоточился на своем дыхании. Вдохнуть на четыре счета. Задержать дыхание на четыре счета. Выдохнуть на четыре счета. Рослин, похоже, уже заснула.

«Не думай о ней, — напомнил он себе. — Ни о чем не думай».

Вдохнуть на четыре счета. Задержать дыхание на четыре счета. Что это был за шум? Он задержал дыхание, прислушиваясь. Да, слабый скребущий звук. Словно шаги по тропинке за пределами пещеры. Осторожно отодвинув одеяло, он сел и вздрогнул, когда оно затрещало под ним. Диллон ждал долгие минуты, но так ничего и не услышал.

Возможно, ему показалось. Может быть, это был шорох мелкого животного или шелест сухих листьев на ветру?

Затем он снова услышал этот звук, и адреналин забурлил в нем. Там кто-то был. Может быть, просто животное.

Он посмотрел в сторону Рослин. Она лежала на боку спиной к нему, темный силуэт в угасающем свете костра. Диллон поднялся, сунул босые ноги в ботинки и затянул шнурки. Бентли подошел и внимательно наблюдал за ним, навострив уши и медленно мотая хвостом из стороны в сторону. Диллон погладил собаку по боку, а затем прокрался к выходу из пещеры — он намеревался выяснить, привиделась ли ему угроза или они действительно в опасности.

В пятницу вечером у Эммы не было времени для того, чтобы заезжать в департамент полиции Джаспера, но она его нашла. На некоторые вещи можно было закрыть глаза, но не на это. Она протиснулась сквозь телевизионщиков и зевак на тротуаре у полицейского участка и вошла в холл. Секретарь Тереза Норвуд перехватила ее, когда она направилась к дверям, ведущим в кабинет Уолтерса.

— Эмма, ты выглядишь расстроенной, — сказала Тереза.

— Мне нужно поговорить с капитаном Ратледжем. И с шефом, если он здесь.

— Я уже час твержу шефу, что ему пора закругляться, но ты же знаешь, каким упрямым он может быть.

— Таким же упрямым, как и ты, раз ты все еще здесь. — Уолтерс присоединился к двум женщинам. — Что тебе нужно, Эмма?

— Давайте поговорим в вашем кабинете.

Уолтерс повел ее к себе. Эмма заглянула в кабинет напротив и заметила капитана Ратледжа.

— Люси Грин рассказала мне, что произошло у нее дома сегодня днем, — сказала она. — Вы напугали ее и ее сына до полусмерти. Вы могли кого-то убить.

Ратледж поднялся из-за стола.

— Ее шавка напала на меня. Я имел полное право защищаться.

Шеф прошел мимо Эммы в кабинет Ратледжа.

— Закрой дверь, Эмма, и давай обсудим это, — предложил он. Всегда само спокойствие, подумала она. Им всем будет не хватать его, когда он уйдет на пенсию.

— Эта собака… — начал было Ратледж, но Уолтерс поднял руку и заставил его замолчать:

— Эмма, ты первая. Что рассказала Люси Грин? Что тебя так расстроило?

— Во-первых, капитан Ратледж утверждал, что она не может взять с собой собаку, когда эвакуировалась сегодня днем. Это была ложь, и совершенно неуместная.

— Собака носилась и лаяла, как сумасшедшая, — вставил Ратледж. — Она не слушалась миссис Грин, а я не мог ждать целый день. Нам сообщили, что пожар приближается к выездной дороге. Если бы огонь перешел через канаву и пересек дорогу, мы все оказались бы в ловушке. Ей нужно было забыть о собаке и уезжать.

— Персик был расстроен, но вместо того, чтобы попытаться всех успокоить, капитан обострил ситуацию, — стояла на своем Эмма. — Люси пришла ко мне в слезах. Я посоветовала ей подать официальную жалобу, но после того, что случилось, она слишком напугана.

— Эта собака напала на меня! — возмутился Ратледж. — Я имел полное право защищаться.

Эмма в ярости повернулась к нему:

— Эта собака — пятнадцатифунтовый десятилетний той-пудель! У него уже половины зубов нет! Вам ничто не угрожало. — Она снова повернулась к Уолтерсу: — Люси сказала, что капитан Ратледж достал пистолет и угрожал застрелить Персика. Ее семилетний сын Картер бросился между Ратледжем и собакой, чтобы защитить ее. Если бы пистолет выстрелил, он мог бы погибнуть!

Морщины на лице шефа стали еще глубже.

— Артур, это правда?

Лицо Ратледжа вспыхнуло.

— Я пытался помочь женщине с ее собакой, которая не переставала лаять и отказывалась сотрудничать. Я собирался взять ее на руки и посадить в машину, а она попыталась меня укусить.

— Я знаю Люси и знаю ее собаку. Я работала с Персиком. Он из щенячьего питомника, где его спасли от жестокого обращения. Уверена, он был напуган и защищался единственным известным ему способом. — Она посмотрела на Ратледжа. — Хвататься за пистолет — это перебор.

— Жду подробный отчет у себя на столе к завтрашнему утру, — сказал Уолтерс. Когда Ратледж запротестовал, шеф добавил: — Ты достал табельное оружие в ситуации с гражданскими лицами. Такое требует подробного отчета. Ты это знаешь. Я могу отстранить тебя от службы, причем немедленно!

— Я защищался. А этот ребенок выскочил откуда ни возьмись.

— Я принимаю во внимание, что ты действительно в это веришь, но не позволяй такому повториться. Будет дисциплинарная проверка. — Уолтерс снова повернулся к Эмме: — Ты хочешь подать жалобу?

Она выпрямилась, немного успокоившись после того, как выложила всю историю.

— Нет. Я хочу предложить капитану Ратледжу бесплатную тренировку в Кинологической академии Дэниелс. Чтобы он научился правильно общаться с собаками.

— Это нелепо, — запротестовал Ратледж. — Пустая трата моего времени.

— У тебя появится много свободного времени, если ты не будешь осторожным, — пообещал Уолтерс. — Что именно ты имеешь в виду, Эмма?

— Я уже давно думаю, что было бы неплохо сотрудникам служб быстрого реагирования пройти обучение по безопасному взаимодействию с собаками. На многих вызовах они сталкиваются с семейными питомцами, которые могут быть возбуждены и защищаться. Собаки очень чувствительны и улавливают напряжение вокруг. Знание того, как снять напряжение как у собак, так и у людей, может облегчить работу полиции, пожарных и медиков и предотвратить травмы животных и людей. — Она повернулась к Ратледжу: — Вы можете стать моим первым учеником и помочь мне выяснить и устранить все недостатки программы.

— Я не… — начал Ратледж.

Но Уолтерс прервал его:

— То, что описывает Эмма, похоже на отличную программу. Такая подготовка не помешает всем нашим офицерам. Ты можешь стать первым.

— Я не могу сейчас отвлекаться от своих обязанностей, — возразил Ратледж. — Не в нашей ситуации с пожаром и поисками убийцы.

— Назначь занятия позже, — распорядился Уолтерс. — Но я делаю это обязательным условием.

Ратледж хотел возразить, но передумал и сжал губы. Эмма с шефом вышли из его кабинета и направились в холл.

— Спасибо, — поблагодарила она. — И простите, что ворвалась сюда вот так.

— Думаю, твой гнев был оправдан, и я считаю, что разработанный тобой курс — хороший способ решить проблему. Так что спасибо.

Эмма начала прощаться, но остановилась. Что-то еще, сказанное Ратледжем, не давало ей покоя.

— Что это за история с убийцей? — спросила она.

— Не думаю, что тебе стоит беспокоиться. Убийца из Университета штата Айдахо, Кент Андерсон, сбежал из тюрьмы в Южном Бойсе пару дней назад и, предположительно, направляется сюда. Мы еще не получили точных сведений о его местонахождении, правда, один турист сообщил, что высадил его в северной части города. На всякий случай обращай внимание на подозрительных людей.

— Когда на территории находятся десятки собак, к нам никто не сунется. А от Диллона что-нибудь слышно? Мне сказали, что они с Бентли отправились на поиски пропавшей туристки и были отрезаны пожаром.

— Ничего. Мы думаем, что им пришлось возвращаться в город окольными путями, и они находятся вне зоны действия сети.

— Надеюсь, с ними все в порядке. — Она была неравнодушна к этому симпатичному полицейскому, не говоря уже о его собаке.

— Могу я еще чем-нибудь помочь? — спросил Уолтерс.

— Просто держите капитана Ратледжа подальше от собак.

Эва переоделась в легинсы и толстовку и включила телевизор, пока возилась по дому. Лейси разлеглась на диване. Илай сегодня работал допоздна, поэтому Эва разогрела на ужин остатки еды и устроилась на диване рядом с собакой.

— «Сегодня вечером в окрестностях Джаспера, штат Айдахо, продолжаются поиски сбежавшего серийного убийцы Кента Андерсона, который, как сообщается, скрывается в районе пожара в Гем-Крик. Лесной пожар уничтожил более двенадцати тысяч акров государственных земель и угрожает нескольким кварталам. Также в окрестностях пропала диджей из Чикаго Роуз Керн, которая исчезла во время похода с друзьями незадолго до того, как тропа, на которой она находилась, была перекрыта властями из-за пожарной опасности».

Эва наклонилась вперед и нажала на кнопку пульта, чтобы увеличить громкость.

— «Сегодня вечером с нами Шери Бентон, — объявила ведущая новостей, латиноамериканка с короткими темными волосами и большими золотыми серьгами-обручами. — Шери, вы сегодня утром ходили в поход с Роуз, это правда?

— Да, верно, — ответила женщина в больших очках, внизу экрана появилась надпись: «Лучшая подруга Роки-Роуз».

— И какой Роуз показалась вам этим утром? — спросила ведущая.

— Она хочет, чтобы теперь ее называли Рослин. — Шери убрала прядь волос за ухо и поерзала в кресле. — Она была в порядке. Смотрела на пейзажи, фотографировала и все такое».

На экране появилось изображение невысокой женщины со светлыми волосами длиной до плеч и измученным лицом. Очевидно, это был спонтанный снимок, сделанный на одной из городских улиц, и он был далек от фото гламурной женщины, которое предоставили полицейским, когда Роуз пропала.

— «Роуз-Рослин Керн была самым популярным диджеем на чикагской рок-станции WZPR до января этого года, когда она внезапно разорвала помолвку с партнером по утренним передачам Безумным Мэттом Джадсоном и покинула радиостанцию. С тех пор мисс Керн избегала внимания общественности и отказывалась отвечать на вопросы о своем эксцентричном поведении.

— Возможно, она не считала, что должна объяснять кому-то свое личное решение, — пробормотала Эва.

— Шери, как я понимаю, ваша подруга беременна.

— Да. — Было видно, что Шери неловко.

— Кто отец ребенка? — поинтересовалась ведущая, которую, если Эва не ошибалась, звали Вэл.

— Я не знаю, — ответила Шери. — Рослин никогда не говорила, и я уважала ее личную жизнь.

— Мы говорили с Мэттом Джадсоном, и он отрицает свое отцовство.

— О, Мэтт точно не отец, — подтвердила Шери. — Это я знаю.

— Почему Роуз приехала в Айдахо? — спросила Вэл. — Она кого-то здесь знает?

— Нет. Она просто приехала в отпуск. Как и мы. Мы столкнулись в кофейне в Джаспере сегодня утром и решили вместе отправиться в поход. — Голос Шери сорвался. — Я должна была остаться с ней, подождать, пока она дофотографирует, и мы бы вместе пошли обратно.

— Возможно, Роуз хотела, чтобы вы оставили ее, — предположила ведущая. — Может, она приехала в Айдахо с намерением исчезнуть?

— Нет. Она бы так не поступила. — Шери покачала головой.

— Роуз знает Кента Андерсона?

Шери нахмурилась:

— Кто это?»

На экране появилась еще одна фотография, на которой был изображен мужчина с редеющими каштановыми волосами, острым носом и мрачным выражением лица.

— «В мае прошлого года Кент Андерсон, бывший ассистент преподавателя в Университете штата Айдахо, вошел в аудиторию с полуавтоматической винтовкой и застрелил шесть человек, включая профессора. В прошлом месяце он был приговорен к пожизненному заключению и ожидал перевода в тюрьму во Флоренции, штат Колорадо, когда сбежал и направился прямо в Джаспер, штат Айдахо, где исчез в том же месте, где пропала Рослин Керн.

— Рослин не знала его, — запротестовала Шери. — Откуда?

— Спасибо, что поговорили с нами, Шери, — сказала Вэл».

Изображение Шери исчезло, и кадр расширился, показав Вэл и красивого пожилого мужчину с зачесанными назад волосами за П-образным столом.

— «Какое совпадение, — сказал мужчина. — Два человека исчезают в один день в одном и том же отдаленном районе.

— Роуз Керн и Кент Андерсон примерно одного возраста, — отметила Вэл. — Его судебный процесс только начался, когда она бросила своего жениха и ушла с работы на радиостанции.

— Зачем молодой женщине с блестящей карьерой и преданным женихом бросать все и добровольно уходить в безвестность, чтобы через несколько месяцев объявиться беременной, отказываясь говорить об отце своего будущего ребенка, а затем внезапно отправиться в Айдахо и исчезнуть с лица земли? — Мужчина-ведущий покачал головой. — Это загадка, которую, будьте уверены, мы постараемся разгадать».

Эва выключила телевизор. Учитывая, что Кент Андерсон находился под замком большую часть последних двух лет, мысль о том, что он может быть отцом ребенка молодой женщины в Чикаго была просто смехотворной. Но многие люди наверняка ухватятся за эту идею.

Она поковырялась в еде но, в конце концов, сдалась и отодвинула тарелку. Все в этом выпуске новостей не давало ей покоя: от нервничающей подруги до ехидных намеков ведущих.

Эва наклонилась и обняла Лейси.

— Диллон и Бентли найдут Рослин Керн, — сказала она. — Но я бы предпочла, чтобы Кент Андерсон держался подальше.

Проведя быструю разведку по обе стороны от пещеры, Диллон не обнаружил никого и ничего подозрительного. Бентли обнюхал землю и заскулил — словно спрашивая, что они вообще делают здесь в такое время, вместо того чтобы спать. Диллон на мгновение замер, вдыхая воздух, в котором все еще ощущался слабый запах дыма, и внимая полной тишине. Напряжение постепенно отпускало его. Возможно, шум, который он слышал, — это была всего лишь древесная крыса или ветер. Пора расслабиться и немного поспать.

Диллон повернулся, чтобы идти обратно к пещере, как вдруг пронзительный женский крик прорезал воздух. На мгновение у него остановилось сердце, а затем он рванул на помощь.

Бентли оказался быстрее и с яростным лаем кинулся за фигурой, выскочившей из пещеры и побежавшей в противоположном направлении. Диллон и Бентли бросились в погоню. Фигура свернула с тропинки, продралась сквозь кустарник и помчалась к ручью, как лось по лесу. Но это был не лось.

— Стоять! Полиция! — крикнул Диллон, но человек не остановился.

Диллон гнался за ним до боли в боку. Бентли перестал лаять, и, хотя густой подлесок мешал ему, он продолжал бежать, пока Диллон не позвал его обратно.

— Бентли, ко мне! — скомандовал он, и пес послушно развернулся и направился к нему.

Диллон вглядывался в темноту, но уже не мог разглядеть того, кого преследовал. Должно быть, это тот самый человек, которого почуял сегодня Бентли. Он нагнулся, чтобы отдышаться, затем зашагал обратно по тропе.

— Рослин! — позвал он, приблизившись к пещере. — Рослин, ты в порядке?

— Я в порядке. — Ее голос был твердым и уверенным. Она встретила его у входа в пещеру. — Кто это был? — спросила она. — Я проснулась, и кто-то был рядом со мной. Сначала я подумала, что это ты, но потом поняла, что нет. Тогда я закричала.

Диллон покачал головой и проводил ее внутрь. Сел у костра, помешал угли и начал подбрасывать хворост, чтобы огонь снова разгорелся. Рослин уселась на бревно рядом.

— Там действительно кто-то был?

— Да. Мы с Бентли погнались за ним, но он убежал.

Она обняла себя за плечи.

— Как ты думаешь, это тот же человек, которого учуял Бентли?

— Не знаю. Иди спать. Я останусь на случай, если он вернется.

— Я ни за что не смогу заснуть, — сказала Рослин. — Давай выпьем чаю. — Она повернулась и потянулась к рюкзакам, которые они сложили за бревнами, а потом замерла. — Диллон? Где мой рюкзак?

— Разве не вместе с моим? — Он повернулся, чтобы посмотреть.

— Нет. — Рослин огляделась. — Думаешь, тот, кто был здесь, забрал его?

Диллон достал из рюкзака фонарик и посветил им по пещере. Они нашли рюкзак на полу у входа, содержимое высыпалось из него. Фотосумка Рослин лежала ближе к входу.

— Фотокамера на месте, — проверила она.

— Вероятно, он пытался украсть рюкзак, когда твой крик напугал его, — сказал Диллон.

— Весь рюкзак или только фотокамеру? — Она вынула фотоаппарат из сумки и включила. — Кажется, без повреждений.

Диллон встал рядом с ней.

— Зачем вору твоя фотокамера? Особенно здесь, в глуши?

Рослин покачала головой:

— Она стоит денег, но не здесь.

— Что ты сегодня фотографировала? — спросил он.

— Луговые цветы. Пожар и пейзажи.

— Дай посмотреть.

Она протянула ему фотоаппарат и показала, как листать фотографии. Он просмотрел крупные планы ярких цветов и общие планы пейзажей: дымные облака создавали драматичное небо на фоне горных вершин и заросших дикими цветами лугов. Диллон остановился на снимке, на котором были видны скалы вдалеке и фигура, стоящая на фоне скал.

— Кто это? — спросил он.

Рослин наклонилась к нему через плечо, чтобы посмотреть.

— Я не знаю, — сказала она. — Я сосредоточилась на том участке с ястребинками и подсолнухами, а не на фоне.

— Может, это кто-то из друзей, с которыми ты ходила в поход?

Она взяла у него фотоаппарат, нажала несколько кнопок, увеличила фотографию и приблизила фигуру на заднем плане. Изображение было нечетким, но это явно был мужчина с очень короткими темными волосами и бледной кожей, одетый в черную футболку и брюки цвета хаки.

— Я его не знаю. — Рослин подняла голову, в ее зеленых глазах читалось беспокойство. — Как ты думаешь, это тот человек, который следил за нами?

— Возможно. — Диллон долго рассматривал снимок, затем выключил фотоаппарат. — Может, он знал, что ты его сфотографировала, и ему это не понравилось. Он следил за нами, ждал, пока мы уснем, а потом попытался украсть фотокамеру.

— От этой мысли у меня мурашки по коже. — Она положила фотоаппарат в футляр и сунула его обратно в рюкзак.

— Мне следовало продолжить преследование, — сказал Диллон. — Может быть, мы с Бентли смогли бы его догнать.

— Я рада, что ты не оставил меня здесь одну, — призналась Рослин. Она потянулась и поцеловала его, нежно прижавшись к нему губами, ее руки обвились вокруг него.

Прежняя сдержанность Диллона растаяла в тепле поцелуя. Если она хотела этого, то он точно не собирался возражать.

— Я скучала по тебе, — пробормотала она, проводя губами по его шее.

— Я тоже по тебе скучал. — Он положил руку на ее грудь, наслаждаясь.

Рослин прижалась к нему, и ее животик вдавился в его пресс — ощущение было новым, но таким волнующим!

— Может быть, сейчас не лучшее время или место, — сказала она. — Но я очень хочу заняться с тобой любовью.

— Да. Я тоже этого хочу. — Это было безумием — они не виделись пять месяцев, и большую часть этого времени он провел, злясь и путаясь в своих чувствах к ней. Но теперь, когда они были вместе, он осознал, как сильно хочет ее. Не Рози Кенли, а именно Рослин Керн. Красивую, завораживающую женщину, которая собиралась родить ему ребенка.

Он встал и потянул ее за собой, затем провел руками по ее бедрам и округлому животу.

— Секси, да? — поддразнила она.

— Да.

Диллон прижался губами к ее губам, давая понять, насколько сексуальной он ее считает. Они двигались в такт, целуясь и лаская друг друга, — как в танце без музыки, — пока Рослин не привела его к постели из сосновых веток. Прежде чем они легли, он протянул руку и откинул одеяло.

— Я не люблю заниматься любовью на алюминиевой фольге, — сказал он.

Рослин рассмеялась, и этот звук вызвал в нем новый прилив тепла.

— Согласна, но я не очень хочу, чтобы сосновые иголки впивались мне в спину.

— Подожди минутку.

Он вернулся к рюкзакам и достал запасные куртки, которые были у них с собой. Расстелил их на сосновых иголках, затем опустился и притянул ее к себе. Неплохо. А когда она устроилась на нем сверху и снова начала целовать, ему было все равно, на чем лежать — хоть на голой земле. Все, что он чувствовал, — это ее прикосновения, возбуждающие страсть, которая так и не угасла с тех пор, как они расстались пять месяцев назад.

Она начала раздеваться, а он улегся на спину, наблюдая, как мерцающий свет костра играл на ее груди, обнаженных плечах и лице. Теперь ее грудь стала полнее, а тело — более округлым и чувственным. Обнаженная, она стояла на коленях рядом с ним — самое сексуальное зрелище, которое он когда-либо видел.

— Теперь твоя очередь, — сказала она и потянулась, чтобы расстегнуть его джинсы.

Рослин помнила, каким Диллон был в постели раньше — уверенным в себе, знающим, как порадовать женщину. Он наслаждался сексом и следил за тем, чтобы она тоже получала удовольствие. Им было весело вместе.

Мужчина, который сейчас раздевался перед ней, был таким же, но в то же время другим. Теперь у них было нечто, что их объединяло. Они сделали ребенка, которого она носила в себе, и это придавало моменту волнение, которого она раньше не знала.

Диллон улегся на их импровизированную кровать и поманил ее.

— Думаю, сверху тебе будет удобнее, — сказал он. Его взгляд скользнул по ее телу, и его лицо расплылось в улыбке. — А я смогу наслаждаться прекрасным видом.

Ей было неловко раздеваться перед ним, но то, что он увидел, явно доставило ему удовольствие, и желание в его глазах еще больше возбудило ее.

Она уселась на него сверху, изнывающий член прижался к ее влажному лону, но она заставила Диллона ждать, двигаясь в чувственном танце с ним, водя пальцами по его груди и животу, потираясь о него, пока они оба не начали задыхаться от страсти. Его пальцы впились в ее бедра.

— Ты сводишь меня с ума, — прохрипел он. Затем провел одной рукой по ее телу, и Рослин застонала.

Опираясь руками на его грудь, она приподнялась и позволила ему войти в себя — от ощущения того, как он заполняет ее, у Рослин на мгновение перехватило дыхание. Она так скучала по этому! Она скучала по Диллону.

Руками он побуждал ее двигаться, а губами ласкал ее лицо и грудь. Она трепетала от предвкушения и пыталась сдержаться, чтобы продлить этот момент, но он не позволил ей этого сделать. Он знал, как прикоснуться к ней, чтобы довести ее до оргазма, и у нее не было сил сопротивляться. Она и не хотела. И вскоре, достигнув пика, она задрожала с такой силой, какой не знала раньше.

Диллон застыл на месте, удерживая ее, а она смотрела на него, ошеломленная и не в силах перестать улыбаться. Затем он снова начал двигаться, и она вместе с ним. Она гладила его лицо и грудь, двигаясь аккуратно, чтобы доставить ему удовольствие. И была вознаграждена, когда он вскрикнул и выгнулся дугой. Она разделила с ним оргазм, а затем рухнула на него — его руки крепко обхватили ее, а тело прижалось к ней.

Прошло много времени, прежде чем они заговорили. Рослин соскользнула с Диллона и легла рядом, положив голову ему на плечо, а его рука по-прежнему обнимала ее.

— Наверное, нам стоит проверить наши рюкзаки, — спохватилась она через некоторое время. — Пока мы были заняты, сюда мог зайти кто угодно, я бы и не заметила.

— Бентли дал бы нам знать, — возразил Диллон.

При звуке своего имени пес, который лежал у костра спиной к ним, как бы давая им возможность уединиться, поднял голову и шевельнул хвостом.

— Хороший мальчик, — похвалил Диллон, и Бентли снова улегся.

— Хотела бы я знать, кто этот человек на фотографии, — сказала Рослин.

Но Диллон не ответил. Он глубоко и ровно дышал рядом с ней, уже заснув.

Диллон проснулся, как только Рослин встала с их импровизированной кровати. Его разбудил не шум, а отсутствие ее тепла рядом с ним. Он открыл глаза и спросил:

— Все в порядке?

— Все хорошо. — Она подняла с пола пещеры свою одежду и начала одеваться. — Мне просто нужно в кусты.

— Не уходи слишком далеко. — Диллон говорил себе, что должен отвести взгляд, когда она поднимала руки, чтобы накинуть тунику, или наклонялась, чтобы натянуть джинсы, но ее тело завораживало его — соблазнительные изгибы, округлившийся живот. Их ребенок. Он заметил, что Рослин смотрит на него.

— Я теперь выгляжу совсем по-другому, я знаю.

— Ты прекрасна. — Диллон сел и потянулся к ней. — Не будь мы в пещере, я бы прямо сейчас отнес тебя в постель.

В ее глазах вспыхнул жар.

— Я приму это предложение в другой раз. — Благодаря ее натренированному контральто даже такой несерьезный комментарий звучал сексуально. — А теперь мне действительно нужно идти.

Рослин закончила одеваться и выскользнула из пещеры. Диллон подумал о человеке, которого прогнал прошлой ночью, и поднялся, чтобы последовать за ней наружу. Услышав, что Рослин возвращается, он подошел к кострищу и стал разжигать угли.

— У тебя есть еще кофе? — поинтересовалась она.

— Да. — Диллон наполнил котелок водой и поставил его нагреваться.

Она опустилась на бревно напротив него.

— В последнее время я редко пью кофе, но сегодня утром мне очень нужна чашка. — Рослин потерла лодыжку.

— Болит? Дай-ка я посмотрю. — Диллон придвинулся к ней, снял ботинок с носком и пощупал припухлость вокруг ее лодыжки. — Уже лучше, чем вчера, — успокоил он.

— Сколько миль нам предстоит пройти сегодня? — озаботилась она.

— Около шести. — Долгий путь по пересеченной местности с травмированной лодыжкой. — Мы пойдем медленно.

Рослин рассмеялась.

— Рада слышать, поскольку это единственная скорость, на которую я сейчас способна.

— Как ребенок? — спросил он.

Рослин приложила обе руки к животу.

— Он или она проснулся.

Диллон хотел тоже прикоснуться, но заколебался.

— Можно?

— Конечно, — улыбнулась она.

Диллон положил руку Рослин на живот, раздвинув пальцы, и почувствовал шевеление под ними. От этого нового ощущения у него перехватило дыхание.

— Знаю, — улыбнулась Рослин, видимо разгадав выражение его лица. — Я все еще в восторге.

Он встретился с ней взглядом.

— Что ты почувствовала, когда узнала?

— Я была потрясена, — ответила Рослин. — И немного испуганна. Воспитание ребенка — это такая большая ответственность. И делать это в одиночку…

— Ты не будешь одна, — заверил ее Диллон. — Я хочу быть частью жизни своего ребенка, — добавил он. Хотя уже начал надеяться, что сможет стать частью и ее жизни.

— Я тоже этого хочу. Но когда я впервые узнала о беременности, то не представляла, что ты почувствуешь. — Она улыбнулась. — Когда шок прошел, я поняла, что ребенок как нельзя лучше впишется в мою жизнь. У меня была новая карьера с гибким графиком. Мне не нужно было ни перед кем отчитываться, кроме себя.

Рослин наклонилась вперед и принялась натягивать носок.

— Не беспокойся обо мне, — сказала она. — Я могу быть довольно упрямой, когда что-то задумаю.

Диллон тоже. Вскоре она узнает, что он решил заботиться о ней и ребенке. После стольких месяцев поисков он не собирался снова ее отпускать.

Рослин и Диллон позавтракали кофе и протеиновыми батончиками, а Бентли съел последнюю порцию корма, который упаковал Диллон. Не самая сытная еда, но какое-то время они продержатся. Пока Рослин укладывала свои вещи, они с Бентли спустились к ручью и наполнили бутылки водой. На берегу он обнаружил отпечаток ботинка — примерно 43-го размера, с вафельной подошвой. Вероятно, его оставил тот, кто пытался украсть фотоаппарат Рослин прошлой ночью. Мужчина с фотографии.

Будь Диллон один, он показал бы Бентли отпечаток ботинка и велел собаке найти того, кто его оставил. Он был уверен, что Бентли сможет пойти по относительно свежему следу. Но что потом? Мужчина может быть вооружен. Возможно, он намеревается причинить им вред. Находясь вне зоны действия связи и не имея подкрепления, Диллон не мог рисковать столкновением.

— Ты видел какие-нибудь следы вчерашнего злоумышленника? — спросила Рослин, когда он вернулся в пещеру.

Диллон замешкался, не зная, как ей ответить.

— Я знаю, что ты проверял. — Она закинула рюкзак на спину и поправила лямки на плечах. — Ты всегда и на все обращаешь внимание.

— Отпечаток ботинка, — признался он. — Но этого недостаточно, чтобы идти по следу. — Не стоит упоминать Бентли. — Думаю, парень уже давно ушел.

Рослин вгляделась в его лицо, и Диллон надеялся, что ему удалось скрыть свое беспокойство — что тот, кто следил за ними со вчерашнего дня, будет продолжать их преследовать. Или, возможно, он уже ушел вперед по тропе, чтобы найти место, где можно затаиться и устроить засаду.

Диллон взглянул на Бентли, который смотрел на него доверчивыми голубыми глазами.

— Бентли предупредит нас об опасности, если что, — уверенно произнес Диллон Рослин.

Ее губы сжались, но страха в глазах не было.

— Я готова идти, — сказала она.

— Мы не будем торопиться, — повторил Диллон как напоминание для себя, так и заверение для нее. — И будем отдыхать, когда тебе понадобится. Только скажи.

— Со мной все будет в порядке, — пообещала Роллин. — Я сосредоточена на перспективе горячего душа, сна на мягкой кровати и мороженого.

— Звучит неплохо. — Мысли об этих вещах помогли бы и ему преодолеть трудности — особенно если думать о том, что он будет наслаждаться всем этим вместе с ней.

Со всех сторон защелкали затворы объективов, когда Эва и Лейси вышли из полицейского участка и направились вниз по улице, прокладывая себе путь через толпу.

— Смотрите! Полицейская собака! — крикнул кто-то.

— Разве она не великолепна? — восхитился кто-то другой.

Лейси, как будто зная о своих поклонниках, шагала по тротуару, задрав голову и приоткрыв пасть, словно улыбаясь.

— Мэм, не могли бы вы рассказать нам что-нибудь о поисках Рослин Керн? — Крупный мужчина с микрофоном преградил им путь.

Лейси села, как ее учили, но не сводила взгляда с мужчины. Он заметил это и сделал полшага назад.

Эва постаралась придать лицу строгое выражение.

— У меня нет никакой информации на этот счет, — ответила она.

— Как мы поняли, один из ваших офицеров участвовал в поисках мисс Керн и сейчас тоже пропал без вести, — продолжил репортер. — Можете ли вы рассказать нам о нем?

Эва окинула его холодным взглядом, который приберегала для людей, особенно раздражавших ее. Лэйси напряглась рядом с ней. Эва подала собаке знак не двигаться, но репортер посмотрел на нее и сделал еще один шаг назад.

— Извините, мне нужно работать. — И с этими словами Эва обошла его.

Они направились вверх по Вест-Мейн, миновали салон «Девушка в стиле пинап», затем перешли улицу Элм.

— Извините, мэм. — Седовласая женщина с холщовой сумкой остановила ее. К ним присоединился пожилой мужчина в большой соломенной шляпе. — Не подскажете, где можно найти общественный туалет? — спросила женщина.

Эва указала им на парк в центре города, они поблагодарили ее и ушли. Еще через полквартала она помогла мужчине с ноутбуком, который искал публичную библиотеку. У переулка между кафе «Милларде» и магазином футболок Лейси начала скулить.

— В чем дело, девочка? — насторожилась Эва.

Собака смотрела в сторону переулка, навострив уши, что придавало ей обеспокоенный вид. Эва не увидела там ничего, кроме обычных мусорных баков и штабелей поддонов, ожидающих, когда их заберут.

Лейси посмотрела на нее, потом в переулок и гавкнула. Не настороженно, а… обеспокоенно.

— Пойдем посмотрим, — сказала Эва и осторожно двинулась по переулку, а Лейси потянула ее за поводок.

Собака рысью направилась к мусорным бакам у боковой двери закусочной и просунула между ними свою длинную морду.

— Лейси, назад! — приказала Эва, внезапно вспомнив, что скунсы иногда забираются в мусорки у ресторанов.

Лейси послушно отступила, но ее взгляд по-прежнему был прикован к мусорным бакам. Она заскулила, и Эва была поражена, когда в ответ раздался такой же скулеж. Она отстегнула фонарик и нагнулась, чтобы посветить им в щель между двумя мусорными баками — оттуда на нее уставился карий глаз, мягкий и влажный. Затем она разглядела кончик висячего черного уха.

— Все в порядке, — пробормотала она и осторожно сдвинула один из баков на несколько дюймов в сторону.

Щенок прижался к стене ресторана. Это метис лабрадора и овчарки, в возрасте нескольких месяцев. Эва присела на корточки и тихонько заговорила с собакой, которая выглядела здоровой, хотя и была без ошейника.

— Откуда ты взялся, малыш? — спросила она.

Щенок смотрел на нее, слегка подрагивая.

Она покопалась в кармане в поисках лакомства и протянула щенку. Тот проглотил угощение, а затем двинулся к ней. В следующее мгновение он уже оперся передними лапами о ее колено и лизал ей лицо. Эва взяла щенка на руки и прижала к себе. Обычно бездомных собак передавали в местный приют для животных. Но Эва знала, что сейчас приют переполнен кошками, хомячками, хорьками и другими питомцами. Она посмотрела на собаку, чьи коричневые брови выделялись на фоне черной морды.

— Я отнесу тебя к очень милой женщине, — сказала Эва. — Она знает, что с тобой делать.

Утро было идеальным для похода. Хотя на западе еще висела дымка, впереди небо было чистым и голубым, солнце грело кожу, а ветерок приятно обдувал. Рослин подняла голову и глубоко вдохнула — воздух здесь был свежим, с ароматом сосны. Даже лодыжка уже не так сильно болела, когда они двигались. Рослин чувствовала себя живой, бодрой и счастливой, какой не была уже очень давно.

Впереди шел один из виновников ее счастья: рюкзак на широких плечах, блестящие на солнце темные волосы. Тень щетины на щеках лишь подчеркивала красивые черты его лица — лица, которое снилось ей много ночей с тех пор, как они расстались в феврале.

Она была в отчаянии, когда сбежала на горнолыжный курорт Брандейдж. День святого Валентина должен был стать днем влюбленных, но все сердечки и купидоны напоминали ей о том, как она одинока. А потом Диллон Диас опустился на сиденье подъемника рядом с ней, одарил ее ослепительной улыбкой и начал флиртовать, показывая свою заинтересованность. Рослин была очарована, и ей стало легче. Появился шанс отвлечься от страданий. Она решила взять на себя роль загадочной роковой женщины. Она флиртовала в ответ, наслаждаясь каждым мгновением, проведенным с Диллоном, будь то катание на лыжах, совместная трапеза или ночь любви. Она говорила себе, что в конце уик-энда это волшебное наваждение исчезнет и останется лишь прекрасное воспоминание, которому она будет улыбаться.

Вот только Диллон Диас не был сказочным призраком. Он был мужчиной из плоти и крови, который повлиял на нее гораздо сильнее, чем она хотела признавать. Дома, в Чикаго, он занимал все ее мысли.

И последствия их совместного уик-энда никуда не исчезли. Ей было стыдно, что прошло пять месяцев, прежде чем она набралась смелости и приехала в Джаспер, чтобы разыскать Диллона. А в итоге он нашел ее. Означал ли тот факт, что они снова оказались вместе по воле случая, что-то особенное, или это просто очередное странное совпадение?

Диллон остановился и окликнул Бентли, который рысил по тропе впереди них. Он повернулся к Рослин.

— Как дела? — спросил Диллон.

— Прекрасно. — Она подошла к нему, а затем посмотрела на свои ботинки. — Лодыжка сегодня совсем не болит.

Он кивнул и огляделся. Потом достал свой телефон.

— Нет сети.

— Это не имеет значения, — сказала Рослин. — Если мы продолжим идти, то вскоре доберемся до начала тропы, верно?

Диллон кивнул.

— Сеть должна скоро появиться. Я позвоню и попрошу кого-нибудь встретить нас там, чтобы проверить твою лодыжку.

— Или я просто схожу в клинику в городе, — возразила Рослин. — Я действительно думаю, что со мной все в порядке.

— Поисково-спасательная служба захочет объявить миссию завершенной, — сказал он.

Эти слова заставили ее замереть.

— Это я миссия?

— Именно поэтому мы с Бентли оказались здесь, помнишь? — рассмеялся Диллон.

Конечно, Рослин помнила, но не подумала обо всех остальных людях, которые были вовлечены в это дело — видимо, целая поисково-спасательная команда.

— Теперь мне очень стыдно, — призналась она. И тут ее осенила другая мысль: — Как ты думаешь, пресса знает?

— Ты боишься, что пресса последовала за тобой в Джаспер?

— Наверное, у меня паранойя, раз я так долго была в центре внимания.

— В эти выходные в городе много чего происходит, — успокоил он ее и протянул Рослин одну из бутылок с водой. — Уверен, никто, кроме поисково-спасательной службы, не обратит на нас особого внимания.

Она отпила, затем вернула ему бутылку.

— Я немного погуляла по центру города, прежде чем отправиться в поход, — сказала она. — Городок очень милый. Как давно ты здесь живешь?

— Мои родители переехали сюда, когда мне было двенадцать.

— И ты никогда не хотел перебраться в другое место — в большой город?

— О, я думал об этом, когда был подростком. Но когда пришло время решать, где я действительно хочу жить и работать, этот район оказался для меня идеальным. Я люблю природу, а здесь так много интересного в любое время года. Пешие прогулки и рыбалка летом и осенью, катание на лыжах зимой и ранней весной. Рафтинг, скалолазание, гольф. Если любишь живую музыку, до Макколла или Бойса рукой подать. У нас есть хорошие рестораны и пивоварни.

Рослин рассмеялась его энтузиазму.

— Похоже на рай.

— Для меня, наверное, так и есть. — Его лицо погрустнело. — А для кого-то из города — вряд ли.

— Я живу в городе из-за работы, — напомнила она.

— Ты думаешь, что вернешься на радио? — спросил Диллон. — Скучаешь по этому?

Рослин покачала головой.

— Теперь у меня другие амбиции. Я собираюсь сделать себе имя в озвучке аудиокниг и фильмов. — Она подняла голову, и их взгляды встретились. — Эта работа не требует привязки к определенному месту.

Слова повисли в воздухе. Неужели она действительно собиралась переехать за сотни миль и полностью изменить свою жизнь, чтобы быть рядом с мужчиной, который все еще был для нее незнакомцем? Она могла бы оправдать это тем, что им будет легче воспитывать ребенка, если они будут жить рядом. И Джаспер выглядел прекрасным местом для воспитания детей. Но что, если ничего не получится? Очевидно, что он никогда не покинет родной город и ей придется снова переезжать.

Низкое рычание Бентли отвлекло ее от этих мыслей. Диллон мгновенно насторожился. Рослин уставилась на пса, который сосредоточенно разглядывал что-то в лесу слева от них.

— Что там? — прошептала она.

— Я не знаю. — Диллон шагнул вперед, двигаясь практически бесшумно. — Иди позади меня.

Это был скорее приказ, чем просьба, и она подчинилась. Должно быть, таким он был в роли полицейского, когда брал ситуацию в свои руки.

Бентли снова зарычал — низкий, свирепый звук, который совсем не подходил такому мягкому и обычно дружелюбному псу. Рослин затаила дыхание, наблюдая, как шевелятся ветки, хотя ветра не было.

Бентли залаял и ринулся вперед.

— Бентли, ко мне! — скомандовал Диллон, и пес вернулся к нему, правда оглянувшись напоследок через плечо.

Диллон потянулся рукой к поясу и достал из-под футболки пистолет. Рослин была уверена, что вчера он не носил кобуру, но попытка украсть ее фотокамеру, видимо, настолько его встревожила, что он почувствовал необходимость вооружиться.

— Кто там?! — крикнул он. — Я полицейский. Выходите с поднятыми руками, чтобы я их видел.

В зарослях раздался треск, а затем между деревьями появился олень-самец. Он завороженно смотрел на них, а затем бросился прочь.

Рослин с облегчением выдохнула, а Диллон убрал пистолет в кобуру. Бентли вильнул хвостом и ухмыльнулся им обоим.

— Я должен был сообразить, что он лает на диких животных. — Диллон наклонился, чтобы погладить собаку. — Я уже знаю его разные виды лая.

— Думаю, мы оба немного на взводе. — Она положила руку ему на плечо.

Он кивнул и выпрямился.

— Ты готова идти дальше?

— Да. Чем скорее мы сойдем с этой тропы, тем лучше. — Здесь было красиво, но Рослин уже сполна насладилась дикой природой.

Брэди говорил себе, что должен забыть о Кенте Андерсоне, но мысли о беглеце не давали ему покоя во время утреннего патрулирования. Вернувшись в участок в обед, он разыскал Маргарет Эйвери. Лейтенант Эйвери, высокая женщина с копной длинных каштановых волос, была признана лучшим детективом в полиции.

— У вас есть минутка для разговора? — спросил Брэди.

— Конечно. — Она отодвинула стул от компьютера и повернулась к нему лицом: — Что случилось?

Он сел в кресло для посетителей перед ее столом и наклонился ближе:

— Что вы думаете о версии маршала, что Кент Андерсон направляется в Неваду?

— Я как раз читала стенограмму допросов Дины Маркетт и Шона Тайсона. — Она кивнула на экран своего компьютера. — Я попросила Илая прислать их.

— Они говорили что-нибудь о Неваде?

— Нет. Они сказали, что Андерсон попросил теплую одежду и сапоги. По их мнению, он собирался отправиться на север. Сначала они утверждали, что не знают, куда именно, а потом признались, что Андерсон говорил о поездке на Аляску.

— Значит, это не совсем противоречит словам парня, который сказал маршалам, что Андерсон направлялся в Неваду. Андерсон говорил об Аляске, но, возможно, потом передумал и выбрал Неваду.

— Верно, но у нас также есть показания водителя, который высадил автостопщика в двух кварталах от тропы Уильямс-Гэп, — напомнила Маргарет. — Он четко описал мужчину и опознал Андерсона по фотографии. Видимо, маршалы не приняли это во внимание.

— По словам Рэнда, маршалы считают, что Маркетт и Тайсон лгут, но они поверили другому парню, с которым говорили. Мы что-нибудь о нем знаем?

Она зачитала из лежащего перед ней блокнота:

— Дональд Олдин, двадцать четыре года, автомеханик в Йеллоу-Пайн. Он и Кент Андерсон, по-видимому, учились в одной начальной школе. Это все, что мне пока удалось выяснить, но, думаю, скоро мы узнаем о мистере Олдине больше.

— Да? — Брэди сел ровнее. Выражение лица Маргарет намекало на то, что она знает что-то важное. — Почему вы так говорите?

— Сегодня мне позвонила знакомая репортер из «Айдахо стейтсмен» и поведала кое-что интересное.

Брэди ждал. Маргарет наклонилась к нему через стол:

— Она сказала, что сегодня утром в их отдел новостей позвонил некто Дональд Олдин, который утверждал, что является лучшим другом Кента Андерсона. Он сказал, что может рассказать им сенсацию об Андерсоне — за солидное вознаграждение.

— Он хотел продать историю?

— Именно. В «Стейтсмен» ему отказали. Они не платят за новости. Но они также провели небольшое собственное расследование и не смогли найти никаких признаков того, что Андерсон и этот парень были так близки. Никто из тех, с кем они говорили и кто знал Андерсона, не помнил, чтобы он общался с Олдином. Моя подруга сказала, что уже сталкивалась с подобным — люди заявляют о близком родстве с участниками громкой истории, надеясь получить деньги, славу или просто внимание.

— И она считает, что Олдин попадает в эту категорию?

— Да.

— Значит, он выдумал всю эту историю с Невадой?

Маргарет откинулась на спинку кресла.

— Не знаю. Но он явно убедил маршалов.

— Он сказал им то, что они хотели услышать, — предположил Брэди.

— Возможно, — согласилась Маргарет. — В любом случае моя подруга собирается покопаться в его прошлом, и ее газета, возможно, напишет об этом статью. По крайней мере, она согласилась поделиться со мной тем, что узнает.

— А мы тем временем, что будем делать?

— Мы попросим пожарных и других людей в округе быть начеку и попытаемся сообщить Диллону о возможной опасности.

— Скорее всего, ему ничто не угрожает, — сказал Брэди. — Но все же…

— Но все же… — Маргарет кивнула. — Диллон — один из наших, а мы защищаем своих, что бы ни говорили маршалы.

К моменту приезда Эвы с бродячим щенком в Кинологической академии Дэниелс стало немного спокойнее, чем накануне. Количество людей и машин значительно сократилось. Но воздух был наполнен звуками собак — лаем, скулежом, тявканьем и воем. И Эмме пришлось повысить голос.

— Привет, Эва. — Она наклонилась, чтобы поприветствовать Лейси. — И тебе привет, Лейси.

Лейси завиляла хвостом, Эмма погладила собаку, затем выпрямилась и сосредоточила внимание на щенке на руках у Эвы.

— Кто это?

— Я надеялась, что ты знаешь. — Эва передала ей извивающегося щенка.

— Я его не узнаю, — призналась Эмма. Она осмотрела собаку и заглянула в пасть. — Думаю, ему около десяти недель. Похоже, за ним хорошо ухаживали.

— Я нашла его за мусорными баками в переулке рядом с кафе «Миллардс». Вернее, его нашла Лейси. Можешь оставить его здесь, пока я буду искать хозяев? Обычный приют для животных переполнен питомцами эвакуированных.

— Конечно. Если у тебя есть время, мы можем отнести его к Ташье, чтобы она проверила наличие микрочипа. В нашей маленькой клинике есть сканер. — Прижимая к себе щенка, Эмма направилась через территорию комплекса, а Лейси и Эва последовали за ней. — Со всеми этими фейерверками, незнакомыми людьми и хаосом пожара, возможно, он просто сбежал со своего заднего двора, — предположила Эмма, пока они шли.

Она толкнула дверь с красным крестом. Привлекательное круглое лицо Ташьи Пратт расплылось в широкой улыбке, когда она увидела Эву.

— Привет, — сказала Ташья. Ее светло-карие глаза переместились на щенка на руках у Эммы. — А кто этот милашка?

— Я нашла его в переулке между кафе и магазином футболок, — ответила Эва. — И принесла сюда, потому что приют переполнен.

— Давай проверим его сканером. — Эмма посадила щенка на стальной стол для осмотра.

— Конечно. — Ташья заправила за ухо прядь черных волос, затем порылась в глубоком ящике и достала белый пластиковый предмет размером с мобильный телефон. Она включила его и провела им по телу собаки, остановившись на шее. И снова расплылась в улыбке. — Нам повезло. — Она прочитала информацию на экране сканера. — Похоже, этот малыш был усыновлен из приюта в Макколле. Мы можем позвонить им, назвать этот кодовый номер, и они скажут нам, кто взял у них щенка.

— Спасибо, Ташья, — обрадовалась Эва.

— Владельцы могут забрать его здесь. У полиции, наверное, полно дел, ведь в эти выходные в городе происходит много всего, — заметила Эмма.

— Да, дел немало, — подтвердила Эва и потрепала пса за уши, а он перевернулся на столе и принялся грызть ее пальцы. — Наверное, кто-то скучает по тебе, — сказала она.

— Как там Илай и Медведь? — поинтересовалась Ташья.

— Они оба замечательные. — Эва не могла не улыбнуться, вспоминая своего красивого парня и его забавного ньюфаундленда, который, несмотря на вес в сто фунтов, упорно считал себя комнатной собачкой. — Илай заходил сегодня утром в участок, чтобы сообщить нам о сбежавшем преступнике.

Эмма кивнула:

— Я видела репортаж в новостях вчера вечером. Я помню, как он убил всех тех людей в университете. Ужасно. Зачем ему приезжать в такое место, как Джаспер?

— Он знаком с местностью. Маршалы США считают, что Андерсон собирается скрыться в Неваде. Но другие люди говорят, что он направляется на Аляску. Прошлой ночью местные пожарные видели одинокого туриста в районе тропы Уильямс-Гэп — но я вам этого не говорила.

— Есть новости от Диллона? — спросила Эмма.

— Он прислал Брэди сообщение, что они с Рослин Керн провели ночь в пещерах Коу-Крик. Они планируют выйти сегодня. — Эва посмотрела на часы. — Было приятно пообщаться с вами, но мне пора идти.

— С тобой тоже было приятно поговорить. И не беспокойся об этом малыше. Мы о нем позаботимся.

Эва и Лейси направились к полицейскому автомобилю. Когда Эва подошла к машине, ее окликнула женщина с двумя маленькими девочками.

— Извините! Это вы подобрали щенка в городе? Мне сказали, что видели женщину-полицейского со щенком.

— Вы потеряли собаку? — спросила Эва.

— Где Бруно? — завопила одна из маленьких девочек. Рядом с ней разрыдалась ее сестра.

— Он почти черный, с коричневыми бровями и двумя коричневыми лапами, — сказала женщина. — Мы взяли его с собой в город, потому что боялись, что в случае пожара мы не сможем вернуться в дом, но, когда я открыла дверь машины, чтобы помочь девочкам вылезти из детских кресел, он выскочил и побежал по улице. Мы искали его повсюду, и кто-то сказал, что вроде бы видел с ним женщину-полицейского. И что вы могли привезти его сюда.

— Пойдемте посмотрим, — предложила Эва.

Женщина и ее дочери последовали за Эвой в клинику. Ташья подняла голову при их приближении.

— Думаю, мы нашли хозяйку щенка, — сказала Эва.

— Эмма забрала его к себе, — ответила Ташья.

Эва провела женщину и ее дочерей в кабинет, где Эмма положила щенка в переноску рядом со своим столом. Когда они вошли, она подняла голову и отложила телефон, который держала в руках.

— Бруно у вас? — спросила женщина, на ее лице отразилась тревога.

— Думаю, щенок, которого я нашла, принадлежит этой семье, — пояснила Эва. — Они искали его.

Эмма открыла переноску, и оттуда выбрался щенок.

— Бруно! — закричали девочки и кинулись к щенку, который радостно тявкал и лизал их лица.

— Спасибо, что позаботились о нем, — просияла женщина. Она вытерла глаза и протянула Эмме руку: — Я Кейтлин Элвуд, — представилась она. — Я уже рассказала, что Бруно выскочил из нашей машины, когда мы приехали в город по делам. Обычно мы оставляем его дома в клетке, но сейчас побоялись — вдруг полиция решит перекрыть наш район и не пустит нас обратно.

— Где вы живете? — спросила Эва.

— На 14-й Окружной дороге. Наш дом примыкает к национальному лесу. Насколько я знаю, пожар не угрожает нашему району, но я живу здесь достаточно долго и знаю, как быстро все может измениться.

— Я знаю вашу местность, — кивнула Эмма. — Это недалеко от Петли Коу-Крик.

— Верно, — подтвердила Кейтлин. — Мы иногда встречаем туристов, которые сбились с тропы. Мой муж подумывает о том, чтобы поставить несколько указателей, чтобы они уходили с нашей территории и возвращались в нужном направлении. Сегодня утром я видела одного парня. Я крикнула ему, что он идет не в ту сторону, а он просто уставился на меня. — Она пожала плечами. — Некоторые такие упрямые.

— Сейчас на тропе никого не должно быть, — заметила Эва. — Там висит большой знак, который говорит, что тропа закрыта из-за пожара.

— Но парень был там, — настаивала Кейтлин. — Может, он из тех людей, которые думают, что правила на них не распространяются.

Может быть. Но интуиция подсказывала Эве, что здесь что-то большее.

— Как он выглядел? — спросила она.

— Среднего роста и комплекции. На нем была кепка, поэтому я не смогла разглядеть его волосы, но они были коротко подстрижены. Брюки цвета хаки и черная футболка. Большой камуфляжный рюкзак.

Эва достала блокнот и записала все это.

— Вы бы узнали его, если бы увидели снова?

Женщина потерла рот.

— Ну, я не знаю. Я видела его всего несколько секунд. — Она опустила руку и кивнула. — Думаю, да, просто потому, что он остановился и так на меня посмотрел. — Она вздрогнула. — Почему? Что-то не так?

Эва не ответила на этот вопрос.

— Какой у вас номер телефона, если у нас появятся еще вопросы?

Женщина назвала номер, посмотрела на своих детей, которые все еще возились со щенком, потом снова на Эву. Она понизила голос:

— Мне нужно о чем-то беспокоиться?

— Нет. Но если вы снова увидите этого мужчину, не вступайте с ним в контакт. Позвоните в 911 и скажите, что я просила связаться с департаментом полиции. — Эва достала из бумажника визитную карточку и протянула ее женщине. — И позвоните мне, если у вас возникнут вопросы или проблемы.

Женщина кивнула и убрала визитку.

— Пойдемте, девочки. Нам нужно отвезти Бруно домой. — Она достала из сумочки поводок и пристегнула его к ошейнику собаки. — И на этот раз он не сбежит.

Когда они ушли, Эмма спросила:

— Как вы думаете, мужчина, которого она видела, — это Кент Андерсон?

— Не знаю, — ответила Эва. — Она сообщила приметы мужчины. Они соответствовали описанию Кента Андерсона и одежды, в которой он был, когда его видели в последний раз. — Я должна сообщить шефу.

— Если это Андерсон, — сказала Эмма, — то он не так уж далеко от пещер, где должны были провести ночь Диллон и Рослин Керн.

Эва кивнула. Это было близко. Слишком близко.

Рослин не хотела думать о пульсирующей лодыжке, ноющей спине, изжоге и обгоревшем носе. Утренняя энергия и оптимизм улетучились, и километры давались ей тяжело. Приятный ветерок стих, жара усилилась, а мысль о протеиновом батончике — единственной еде, которая у них осталась, — вызывала легкую тошноту. Но она была полна решимости продолжать путь. И не собиралась жаловаться, особенно когда Диллон шел впереди и не выглядел ни капли уставшим.

Почему она вообще переживала из-за их встречи? Да, она ошарашила его новостью о том, что носит его ребенка, но он достаточно быстро оправился от шока. Похоже, он искренне хотел участвовать в жизни своего будущего сына или дочери.

Но что, если они не сойдутся во мнении о том, как лучше воспитывать ребенка? Что, если Диллон заинтересуется кем-то, они поженятся и он создаст другую семью? Прошлой ночью в его объятиях она поверила, что у них может быть совместное будущее, но перед этим они провели чудесные выходные вместе и достаточно легко распрощались. Возможно, он не думал о ней в плане долгосрочных отношений. Неужели он бросит ее и их ребенка, когда появится кто-то получше?

Почему она беспокоилась обо всем этом именно сейчас?

Может быть, потому, что — как бы ни нравился ей Диллон — они все еще не очень хорошо знали друг друга. Он оглянулся на нее и остановился.

— Ты в порядке? Сделаем привал?

— Я очень устала, — призналась Рослин. — Мне бы не помешало отдохнуть.

Диллон огляделся по сторонам, затем подвел ее к валунам в тени осины. Он сел рядом, осторожно положил ее травмированную ногу к себе на колени и начал нежно массировать.

— Знаю, это больно, — сказал он. — Но я не думаю, что твоя травма чревата серьезными последствиями.

— То, что ты сейчас делаешь, очень приятно. — Рослин закрыла глаза и вздохнула. Каждый раз, когда он прикасался к ней, она чувствовала себя прекрасно. Ей хотелось раствориться в этом моменте, но она говорила себе, что должна узнать его получше.

— Как ты попал в поисково-спасательную службу? Это было до или после того, как ты стал полицейским?

— После. — Он продолжал массировать ее лодыжку сильными, но нежными пальцами. — Я пошел туда, чтобы работать с Бентли. У меня были друзья с полицейскими собаками, и мне казалось, что работать один на один с таким животным — это нечто особенное. Но я думал, что предпочту поисково-спасательную работу. И оказался прав. С Бентли было здорово, и я многому научился.

— Значит, ты обучен оказанию первой помощи?

Он кивнул.

— И спасению на бурной воде, и скалолазанию, и поиску попавших в лавину — всем навыкам, которые необходимы на этой службе. Бентли даже не ездит со мной на некоторые вызовы, хотя это никому из нас не нравится.

Пес сел рядом с Диллоном и прислонился к его ноге. Диллон потянулся к псу, чтобы почесать его за ушами.

— У тебя есть домашние животные? — спросил он.

— Нет. В детстве у меня была собака Пеппер. Маленький коричневый песик, возможно, чихуахуа. — Рослин улыбнулась этому воспоминанию.

— Ты могла бы завести собаку сейчас, — сказал он. — Тем более что работаешь из дома.

— Может быть, когда ребенок подрастет. Это было бы неплохо. — Рослин искала способ перевести разговор на него. Ей так много хотелось узнать… нужно было узнать. — Ты сказал, что вы переехали в Джаспер, когда тебе было двенадцать. А где вы жили до этого?

— В Денвере. После большого города потребовалась адаптация, но я быстро нашел друзей и освоился.

Рослин охотно в это верила. Диллон был настолько обаятельным и дружелюбным, что легко завоевывал сердца окружающих.

— Твоя семья все еще живет здесь?

— О да. Мой отец владеет строительной компанией. А мама руководит его офисом — и пытается руководить мной и двумя моими братьями.

— Ты самый младший?

— Старший. — Он усмехнулся. — И по ее словам, мне давно пора жениться и подарить ей внуков. — Его взгляд упал на живот Рослин. — Она будет в восторге от этой новости.

В груди у Рослин запорхали бабочки.

— Как ты думаешь, я ей понравлюсь?

— Очень. — Он переместил руки с ее лодыжки на плечи. — Не волнуйся. Поначалу мама может немного подавлять — у нее сильный характер. Но я знаю, что она полюбит тебя. А как иначе?

Рослин вполне могла представить себе, что заботливая мать не обрадуется встрече с женщиной, которая оказалась беременной от ее сына в результате интрижки на выходных.

— А как насчет твоих родителей? — спросил Диллон. — Где они живут?

— Мама живет в Шривпорте, штат Луизиана, а папа — на Аляске. Они развелись, когда мне было три года, и с тех пор оба несколько раз вступали в новый брак.

— Они рады ребенку?

Первыми словами ее матери, когда она узнала новость, были: «Надеюсь, ты не рассчитываешь на мою помощь с этим ребенком». Ее отец был добрее. «Это замечательно, дорогая. Ты должна будешь приехать ко мне, чтобы я мог познакомиться с моим внуком после его рождения».

— Мои родители очень заняты своей собственной жизнью, — ответила она.

Диллон кивнул, и она буквально видела, как он обрабатывает эту информацию. Такая реакция отличалась от той, что он ожидал от собственной матери.

— Моя мама сделает все возможное для тебя и ребенка, — сказал он. — Она будет в восторге, но если станет слишком властной, не бойся сказать ей об этом. Она постоянно слышит это от меня, и в основном ей удается себя сдерживать.

«Ты ее милый мальчик, — подумала Рослин. — Она простит тебе все что угодно. А я какая-то незнакомка, которая неожиданно ворвалась в ее жизнь».

Она снова погрустнела. Последние несколько месяцев, с тех пор как узнала о ребенке, она пыталась воспитать в себе более позитивный настрой. Она не могла контролировать то, что произойдет в будущем, — только то, как она на это отреагирует. Ради ребенка она хотела сосредоточиться на позитиве.

— Где ты живешь? — спросила Рослин. — У тебя есть квартира? Дом?

— Я купил дом в прошлом году. Увидел, как начали расти цены на недвижимость, и решил, что лучше приобрести что-нибудь, пока я еще могу себе это позволить. Три спальни, две ванные комнаты. Два акра земли с деревьями. Это примерно в трех милях к северу от города.

— Просторное жилье для одинокого парня, — улыбнулась она.

— Я купил его с расчетом на будущее.

От этих слов ее бросило в жар. Что это могло значить? Но она не была уверена, что готова услышать ответ.

Вместо этого Рослин перевела внимание на Бентли, тот вильнул хвостом в ее сторону и снова сосредоточился на Диллоне.

— Он кажется очень преданным, — заметила она.

— Австралийцы очень преданные, — кивнул Диллон. — Но ему нравятся практически все. Это хорошее качество для собаки-спасателя. Бентли очень ласковый и не пугает людей, хотя может быть защитником, когда это необходимо.

— Вчера вечером он прогнал злоумышленника, — напомнила она.

— Я наблюдал за ним, пока что он не взял ничей след, — сказал Диллон. — Может, тот парень, который охотился за твоей фотокамерой, решил, что ему лучше уйти? Я бы хотел еще раз взглянуть на ту фотографию, которую ты сделала.

Она достала из сумки фотоаппарат, включила его и протянула ему.

Диллон долго рассматривал фигуру, затем вернул ей камеру.

— Ты узнаешь его? Посмотри внимательно.

Рослин сосредоточилась на фотографии.

— Нет. — Она покачала головой. — А тебе он кажется знакомым?

Диллон сел обратно.

— Нет. Я просто пытаюсь понять, кто мог за нами следить. Как ты думаешь, кто-нибудь из твоей жизни в Чикаго последовал бы за тобой в Джаспер? Может, репортер, гоняющийся за сенсацией? Ты сказала, что СМИ преследуют тебя.

— Да, но в последние недели интерес утих. А преследовать меня в другом штате — это уж слишком. Не похоже, что за пределами Чикаго вообще знают, кто я такая. Правда, я думаю, местная пресса подхватила эту историю только потому, что радиостанция, на которой я работала, раструбила о моей помолвке с Мэттом.

— Мог ли Мэтт или радиостанция послать кого-то следить за тобой?

Рослин покачала головой:

— В этом нет необходимости. У Мэтта теперь новая девушка.

— А он знает о ребенке? Может, ему интересно, не его ли он?

Она положила руку на живот:

— Ребенок не его. Определенно.

— Я тебе верю, но он может сделать неправильный вывод или не знать, на каком сроке ты находишься.

— Нет. Мэтт ясно дал понять, что не хочет детей. — Словно услышав, что говорят о нем, ребенок зашевелился у нее в животе. — А я всегда хотела.

— Я тоже, — улыбнулся Диллон. — Я купил свой дом с мыслью завести семью, — добавил он. — Когда найду подходящую пару.

Рослин сглотнула комок эмоций, поднявшийся в горле. Они были знакомы так недолго! Как им понять, что они подходят друг другу?

— Я действительно не думаю, что человек на этой фотографии имеет ко мне какое-то отношение, — сказала она. — А как насчет тебя? Ты полицейский. Может, он следит за тобой?

— Меня здесь и близко не было, пока не послали найти тебя.

— Может, он увидел тебя и узнал, — предположила Рослин. — У тебя могли появиться враги.

— Возможно, но я не знаю этого человека.

— Тогда, может, он просто заблудившийся турист, — вслух размышляла Рослин. — И идет за нами, надеясь, что мы выведем его в безопасное место.

Диллон покачал головой:

— Если это так, почему не сказать об этом? Не попросить о помощи? Зачем пытаться украсть фотокамеру?

— Ты прав. — Рослин снова уставилась на мужчину на фотографии. Изображение было размытым, черты лица неразличимы. — Я уверена, что не знаю его. Может быть, мы никогда не узнаем, почему он преследовал нас.

— Надеюсь, что узнаем, — не согласился с ней Диллон. — Он уже принес нам достаточно неприятностей. Я бы просто арестовал его за попытку кражи и покончил с этим.

Рослин погладила живот:

— Сколько еще до города?

— Три мили.

— И сколько это займет времени?

Он задумался: то ли чтобы рассчитать время, то ли чтобы придумать дипломатичный способ сказать ей, что они идут очень медленно. Но она и так это знала.

— Не больше двух часов, — сказал Диллон.

Два часа показались ей не таким уж долгим сроком. А что потом? Как они с Диллоном будут вместе воспитывать ребенка, оставаясь при этом врозь?

«Не зацикливайся на будущем, — напомнила она себе. — Сосредоточься на настоящем». А в настоящем ей нужно было продолжать переставлять ноги и не злиться на неприятности, которые еще не случились.

В свои пятьдесят с небольшим Коллин Диас по-прежнему привлекала внимание, особенно мужчин определенного возраста — хотя те, кто был знаком с ее мужем Рамоном и тремя сыновьями, среди которых был сержант полиции Джаспера Диллон Диас, не пялились на нее в открытую, на случай если кому-то из ее парней это не понравится. Коллин прекрасно знала, какое влияние она оказывает на мужчин, и одевалась так, чтобы произвести впечатление, — со вкусом, подчеркивая свои изящные формы и кремовую кожу. Она носила длинные волосы, рыжий цвет которых еще не потускнел, высоко держала голову и смотрела людям в глаза, когда разговаривала с ними.

В данный момент все внимание Коллин было сосредоточено на шефе полиции Даге Уолтерсе.

— Что вы делаете, чтобы спасти моего сына? — спросила она, загнав шефа в угол в помещении для инструктажа.

Все, кто находился там, делали вид, что работают. Но Уолтерс знал, что они напряженно следили за этим разговором. Мать Диллона имела репутацию женщины, которая не принимает отказов. Ее обаяние, красота и нежелание отступать, по слухам, способствовали тому, что у «Диас констракшн» никогда не было клиентов, которые бы не заплатили им. Если платеж задерживался, Коллин лично звонила клиенту и убеждала его перевести деньги.

Но Уолтерс никак не ожидал, что окажется в центре внимания Коллин.

— Диллон не нуждается в спасении, миссис Диас, — заверил он. — Мы ожидаем его возвращения сегодня.

— Уверена, что Диллон так бы и сказал, — ответила Коллин. — Не важно, что он в ловушке лесного пожара и что там рыскает сбежавший убийца.

— Вчера Диллон прислал эсэмэс, что он в безопасности и ему не угрожает ни пожар, ни что-либо еще. — Уолтерс изо всех сил старался выглядеть строгим, но взгляд Коллин заставил его почувствовать себя на несколько дюймов ниже ростом.

— Что вы знаете об этой женщине, с которой он находится? — спросила Коллин.

— Рослин Керн? — Уолтерс нахмурил брови, пытаясь вспомнить, что ему известно о женщине, которую спас Диллон. — Кажется, она из Чикаго.

— Да, она беременна и работала на радио. Кто отец ее ребенка и почему его нет здесь?

Уолтерс хотел спросить, почему она спрашивает его, если сама так много знает о Рослин Керн. Но не решился.

— Я ничего не знаю об отце ребенка, — ответил он. — Но это меня не касается.

— Я видела ее фотографию — очень красивая, примерно возраста Диллона. — Коллин наклонила голову, раздумывая. — Он наверняка произведет на нее впечатление — такой сильный, красивый мужчина, спасший ее от опасности.

Уолтерс уставился на нее. Неужели она вообразила себе роман между этой женщиной и сержантом Диасом? Он молчал, но Коллин не сдавалась.

— Что вы думаете? — спросила она. — Подойдет ли эта женщина Диллону?

— Я никогда не встречался с этой женщиной, — растерялся он. — И я не вмешиваюсь в личную жизнь своих подчиненных.

— Похоже, ни одна из местных женщин ему не подходит, — продолжала она. — Но я знаю, что он готов остепениться. Он купил большой дом, который идеально подходит для семьи. — Коллин прищурилась. — Вы говорите, что получали от него эсэмэс? Он не ответил ни на одно из моих сообщений.

Уолтерс не собирался вдаваться в подробности.

— Уверен, вам не о чем беспокоиться, миссис Диас, — стоял на своем он. — Ваш сын опытный полицейский и член поисково-спасательной группы. Он хорошо оснащен и подготовлен к любой ситуации.

— У вас ведь нет детей, шеф? — спросила она.

— Нет, не имею.

— Тогда вы не можете понять беспокойство родителей. — Она наклонилась к нему. — Когда будете говорить с Диллоном, скажите ему, чтобы он позвонил матери.

— Да, мэм.

— Шеф? — Подошла Тереза. — Для вас звонок по первой линии. Я переадресовала его в ваш кабинет.

— Извините, миссис Диас. — Уолтерс кивнул на прощание и двинулся мимо нее в сторону своего кабинета.

— Позвольте мне проводить вас, — предложила Тереза, взяв Коллин под руку.

Уолтерс держал в руке трубку, когда через несколько минут Тереза появилась в дверях.

— Звонка не было, — констатировал он.

— Не было, — призналась она. — Но вы выглядели так, будто вас нужно спасать.

Уолтерс должен был оскорбиться, но смог лишь улыбнуться в ответ.

— Спасибо. Я слышал истории о маме Диллона, но никогда не общался с ней один на один. Она определенно та сила, с которой нужно считаться.

Тереза прошла в кабинет.

— Все организации в городе знают: если вам нужно сделать какую-то работу, пригласите Коллин Диас в свой комитет. И она настоящая мама-медведица, когда дело касается ее мальчиков. Они все трое избалованы, но это их не испортило.

Стук в дверь привлек их внимание — на пороге стояла Эва, а рядом с ней Лейси.

— Извините, шеф, — сказала она. — Я была в Кинологической академии и узнала кое-что важное.

— Входи, Эва, — пригласил Уолтерс.

Тереза кивнула Эве и выскользнула за дверь.

— Что там у тебя?

— Я нашла бездомного щенка и отвезла его к Эмме Дэниелс. Хозяйкой собаки оказалась Кейт-лин Элвуд. Она живет на 14-й Окружной дороге, на участке, примыкающем к национальному лесу. Она пришла забрать щенка и во время разговора упомянула, что сегодня утром видела мужчину, пересекавшего ее участок. Она что-то сказала ему, чтобы направить обратно к Петле Коу-Крик, которая проходит неподалеку. А он просто уставился на нее. — Эва достала из кармана записную книжку. — Она описала мужчину как человека среднего роста и телосложения, его волосы закрывала кепка. На нем были брюки цвета хаки, черная футболка и камуфляжный рюкзак. Это совпадает с описанием Кента Андерсона, которое я видела.

Уолтерс кивнул:

— И с сообщением о том, что кто-то разбил лагерь поблизости.

— Это совсем недалеко от пещер, где, как мы думаем, заночевали Диллон и Рослин Керн, — уточнила она.

— Диллон и мисс Керн уже должны быть на пути в город.

— Я бы хотела получить разрешение выдвинуться с Лейси им навстречу, — сказала Эва. — Тогда у Диллона будет поддержка, если Кент Андерсон идет за ним.

Идея была неплохая, но тогда в игре появлялся полицейский в форме. Андерсон, вероятно, не знал, что Диллон — сотрудник правоохранительных органов, но у него не возникло бы сомнений насчет Эвы в сопровождении полицейской собаки.

— Сейчас я не могу тебя отпустить. Ситуация в городе слишком нестабильна: толпы туристов, пожар и СМИ, раздувающие истории о Рослин Керн и Кенте Андерсоне. Мне нужны все имеющиеся в наличии силы, чтобы решать проблемы, которые могут возникнуть.

Эва поджала губы, явно недовольная этой новостью, но слишком дисциплинированная, чтобы спорить.

Телефон Уолтерса пискнул. Он поднял палец, показывая, чтобы она подождала, пока он ответит на вызов.

— Уолтерс.

— Дженни Дикс из диспетчерской, капитан, — ответил приятный женский голос. — Только что поступил звонок в службу 911 о драке на углу Вест-Мейн и Саут-Мейпл. Это практически напротив полицейского участка.

— Мы займемся этим. Спасибо, Дженни. — Он положил трубку и посмотрел на Эву. — Кстати, о проблемах: нам сообщили о драке прямо на улице. — Он поднялся со стула. — Пойдем посмотрим, что там происходит.

Задирами оказались два молодых спортивных парня, которые были уже пьяны, несмотря на раннее время. Они схватились друг с другом посреди тротуара, пошатываясь и поочередно нанося удары, а зрители кричали и подбадривали их. Съемочная группа телевизионных новостей даже вела съемку со стороны.

Эва и Уолтерс развели мужчин в стороны, и Эва скрутила одному из них руку за спиной. Затем защелкнула наручники на его запястьях и указала на бордюр.

— Сидеть! — приказала она.

Полчаса спустя, когда оба драчуна были надежно заперты в камерах в подвале полицейского участка, Эва отправилась наверх, чтобы разобраться с бумагами. Она сидела за своим столом, когда позвонила Тереза.

— Ко мне пришла пара, которая хочет поговорить с сотрудником полиции. Не могла бы ты с ними побеседовать?

— Конечно. Они сказали, о чем речь?

— Нет. Но они очень нервничают.

— Я выйду к ним.

Супруги Марджери и Майкл Блейк были очень похожи: короткие белые волосы, мягкие черты лица и светло-карие глаза.

— Мы могли бы поговорить где-нибудь наедине? — спросил Майкл после того, как Эва представилась и узнала их имена. — То, что я хочу сказать, важно, но довольно деликатно. — Он огляделся вокруг, плечи ссутулились, словно готовые отразить удар.

— Конечно. Пойдемте со мной. — Эва привела их в одну из комнат для допросов — небольшое квадратное помещение, где все было выдержано в серых тонах: серый промышленный ковролин, серые стены, серый стол и стулья. Проходя по коридору, она заметила Брэди и жестом попросила его пройти с ней. — Это лейтенант Николс, — сообщила она. — Он будет присутствовать при нашем разговоре.

Эва выполнила все формальности, уведомив Блейков о том, что их показания записываются, озвучила их имена, адреса и согласие на аудиозапись. Затем уселась за стол напротив них, а Брэди остался стоять у двери.

— Что вы хотите нам рассказать? — спросила она.

Пара обменялась взглядами. Майкл прочистил горло:

— Кент Андерсон — наш племянник.

— По браку, — добавила Марджери. — Не по крови. Он рос в Кетчуме и иногда навещал нас летом.

Эва взглянула на Брэди. Теперь они оба насторожились.

— Вы знаете, где сейчас находится ваш племянник? — спросила она.

— Нет. — Майкл покачал головой. — Если бы мы знали, то сказали бы вам. Его поступок ужасен. Мы здесь, так как узнали, что родня его матери решила помочь ему.

— Они хвастались этим, — уточнила Марджери. — Я знаю, вы уже говорили с Диной и Шоном, но в этом деле замешаны и другие.

— Весь клан — источник неприятностей, — добавил Майкл. — Когда наш Джо женился на матери Кента, Хелен, я знал, что в семье проблемы, но такого не ожидал.

— Вы хотели сообщить нам что-то конкретное? — спросила Эва, желая прервать эту тираду.

Марджери наклонилась к ним через стол.

— Мы столкнулись с родственниками Хелен сегодня утром, когда ходили по магазинам, и Майкл спросил их о Кенте.

— Мы видели репортажи в новостях, — продолжил Майкл. — В одном из них говорилось, что у Кента есть родственники в этом районе, которые помогли ему сбежать. Я сразу же спросил их, помогали ли они убийце, и они ответили, что да. И смеялись. — Его лицо исказилось в гримасе отвращения.

— Спасибо, что сообщили нам об этом, — сказала Эва. — Как зовут людей, с которыми вы говорили?

Блейки назвали имена четырех человек, все они были известны и уже допрошены федеральными властями.

— Вы знаете человека по имени Дональд Олдин? — спросил Брэди.

Марджери поморщилась от отвращения.

— Мы знаем, кто он такой, — кивнула она. — Но стараемся избегать его.

— Он утверждает, что они с Кентом лучшие друзья, — сказал Брэди.

Марджери посмотрела на своего мужа, но тот покачал головой:

— Я так не думаю. Может, они и играли вместе, когда были детьми, но я никогда не слышал, чтобы Кент упоминал кого-то с таким именем.

— Дональд Олдин сообщил Службе маршалов США, что Кент направляется в Неваду.

— Что ему могло понадобиться в Неваде? — удивился Майкл. — Единственное место, о котором шла речь, — это Аляска. Он решил, что сможет сменить имя и затеряться там. Так нам сказали.

— Может быть, у Кента есть друзья в Неваде? — предположила Эва. — Или он бывал там раньше?

— Я не знаю, — ответила Марджери. — Как уже сказали, мы не были близки с ним.

— Вы хотите рассказать нам что-нибудь еще? — спросила Эва.

— Да, — кивнул Майкл. — Кент сказал всем своим родственникам, что не собирается возвращаться в тюрьму, что убьет любого, кто попытается его остановить — и их в том числе, если они что-нибудь скажут.

Эва кивнула.

— Вы беспокоитесь о своей безопасности?

Они снова переглянулись. Марджери заговорила первой:

— Мы живем уже долго. Мы не собираемся умирать в ближайшее время, но если можем спасти других людей… — Она пожала плечами.

— Но не говорите ему, что это мы приходили к вам, — попросил Майкл. — Он знает, что мы не имеем ничего общего с остальными членами семьи, так что, скорее всего, не заподозрит нас.

— Мы просто подумали, что вам следует знать, на случай если вы планируете преследовать его, — добавила Марджери.

— Кент вооружен? — снова вмешался в разговор Брэди.

Майкл повернулся к нему:

— Его двоюродный брат Джефф рассказал мне, что у него есть автоматический пистолет «Ругер-45» и «беретта». И много патронов.

— Мистер и миссис Блейк, вы готовы дать показания в суде, если Кента задержат? — спросила Эва.

Майкл Блейк взял жену за руку:

— Мы с Марджери говорили об этом перед тем, как приехать сюда, и решили, что дадим показания, если придется. Так будет правильно.

Эва кивнула.

— Спасибо, что согласились. Мы ценим это. Что-нибудь еще?

— Это все. — Майкл оттолкнулся от стола. — Только мы бы хотели выйти через черный ход.

— Конечно, — сказала она.

— Я провожу их, — вызвался Брэди.

Он ушел, а Эва села за стол, переваривая информацию от Блейков. Кент Андерсон давно заявлял, что убьет всех сотрудников правоохранительных органов, которые перейдут ему дорогу, это не было новостью. Но, по словам Марджери и Майкла, он распространил эту угрозу на любого человека — что могло включать и полицейского, не находящегося на службе, и бывшего диджея из Чикаго.

Брэди вернулся в комнату.

— Мы должны сообщить Диллону, — сказал он, как только за ним закрылась дверь.

Эва посмотрела в сторону записывающего оборудования.

— Я выключил его перед уходом. — Брэди сел напротив нее в кресло, которое недавно освободил Майкл. — Один из нас должен отправиться туда и найти Диллона и Рослин.

— Я пыталась уговорить шефа, — вздохнула Эва. — Он сказал, что не может никого отправить. Без Диллона у нас и так мало людей.

Брэди достал свой телефон.

— Диллон не ответил ни на одно мое сообщение. Там много мест, где нет сети.

— Я слышала, что огонь сжег вышку сотовой связи, что может усугубить ситуацию. — Она побарабанила ручкой по столу, пытаясь придумать, что делать. — Надо еще раз поговорить с шефом. С этой новой информацией он, возможно, посмотрит на ситуацию иначе.

— Сначала я уточню у поисково-спасательной службы, — предупредил Брэди. — Может, они знают больше о Диллоне и Рослин. — Он набрал номер на телефоне и включил громкую связь.

— Привет, Брэди. — Голос командира поисково-спасательного отряда «Маунтин-топ» Андреа Уэйн отчетливо прозвучал в комнате.

— Привет, Андреа. Что-нибудь слышно от Диллона?

— Нет. И один из наших ретрансляторов не работает, так что мы не можем связаться с ним по радио. — Система ретрансляторов, передававшая сигналы о чрезвычайных ситуациях в отдаленные районы округа, зависела от погодных капризов.

— Вчера я получил сообщение, что он и Рослин Керн планируют провести ночь в пещерах Коу-Крик, — сообщил Брэди. — Но тогда они уже должны были выйти в город.

— Зависит от того, насколько серьезно ранена мисс Керн, — напомнила Андреа. — Возможно, они идут медленнее из-за ее травмы, а также из-за ее беременности.

— Значит, она правда беременна? — спросил Брэди. — Это не просто домыслы новостных СМИ?

— Друзья, которые заявили о ее пропаже, подтвердили, что она примерно на пятом месяце. Возможно, кто-то из них что-то сказал прессе.

— Мы с Эвой думаем отправиться им навстречу.

— Мы уже занимаемся этим, — заверила Андреа. — У меня готова команда, которая пойдет по тропе с носилками и средствами первой помощи. Мы уже выезжаем к тропе.

Эва энергично помотала головой.

— Не делайте этого, — предупредил Брэди. — Это слишком опасно. У нас есть основания полагать, что Кент Андерсон находится там. И я тебе этого не говорил. Но Андерсон вооружен и опасен. Он может не отличить добровольцев поисково-спасательной службы от правоохранителей в форме. А он поклялся убивать полицейских.

— Диллон знает об этом?

— Нет. Это еще одна причина, по которой мы с Эвой намерены отправиться туда.

— Рослин Керн может понадобиться помощь.

— Твои люди могут расположиться у тропы, а мы позвоним, если они понадобятся, — сказал Брэди. — Но не отправляйтесь туда в одиночку. Дайте нам время добраться первыми.

— Не волнуйся. Мы не будем рисковать без необходимости.

— Я буду на связи, — отозвался Брэди. — А пока ничего не предпринимайте. — Он завершил разговор. — Пойдем поговорим с шефом.

Шеф полиции Уолтерс сидел за своим столом, когда к нему вошел капитан Ратледж.

— Диас вернулся? — спросил Уолтерс.

— Нет. — Капитан махнул рукой в сторону входа в здание. — Вы видели, сколько там репортеров? Они жаждут информации. Я действительно думаю, что мы должны провести пресс-конференцию.

— И что им сказать? — поинтересовался Уолтерс. — Нет, никакой пресс-конференции. Пока нам не будет о чем сообщить.

Стук в дверь заставил их обернуться. В кабинет вошла Эва, за ней последовал Брэди. В небольшом помещении с каждой секундой становилось все теснее.

— Сэр, у нас есть новая информация о Кенте Андерсоне, — доложила Эва.

— Какая новая информация? — потребовал объяснений Ратледж. — Почему я об этом ничего не слышал?

Эва не закатила глаза, но Уолтерс мог прочесть желание сделать это, четко написанное на ее лице.

— Недавно к нам в участок приходила пара, — начала Эва. — Я отвела их в комнату для допросов и поговорила с ними. Оказалось, что это два родственника Кента Андерсона, которые живут здесь, в Джаспере. Марджери и Майкл Блейк. Я попросила Брэди присутствовать на допросе вместе со мной.

— Почему этих людей не передали мне или шефу? — вмешался Ратледж.

— Вас здесь не было, а шеф разговаривал по телефону, — ответила Эва. Она снова посмотрела на Уолтерса: — Блейки говорят, что только сейчас узнали, что некоторые родственники Андерсона помогли ему сбежать. И хвастались этим.

— Кто, по их словам, помогал Андерсону? — спросил Уолтерс.

— Они назвали нам имена нескольких родственников, которые утверждают, что помогали Андерсону, — сообщил Брэди. — Блейки сказали, что ничего не знают о дружбе Дональда Олдина и Кента Андерсона, и были уверены, что Кент направляется на Аляску, а не в Неваду. Блейки были очень сговорчивы и охотно дали показания.

Уолтерс кивнул.

— У вас есть подписанные заявления от них обоих?

— Да, сэр, — подтвердила Эва. — Но это не все. Они сообщили, что Андерсон определенно вооружен — два автоматических пистолета, «Ругер-45» и «беретта».

— И много боеприпасов, — добавил Брэди.

— Они также сказали, что Андерсон поклялся, что живым в тюрьму не вернется, — продолжила Эва. — Он намерен убить любого, кто будет его преследовать или встанет на пути. Я действительно думаю, что нам нужно послать кого-то, чтобы предупредить Диллона и помочь ему. Мы с Брэди готовы пойти. И Лейси.

— Я говорил с Андреа Уэйн из поисково-спасательной службы, и она ничего не слышала от Диллона, — поддержал ее Брэди. — Она собрала команду, чтобы отправиться на их поиски, но я убедил ее подождать, пока мы не получим ответ.

— Мы боимся, что Андерсон увидит форму и примет добровольцев-спасателей за полицейских, — пояснила Эва.

— Где сейчас Блейки? — спросил Ратледж. — Их задержали?

— Они пришли добровольно и рассказали нам все, что знали, — ответила Эва. — У нас не было причин задерживать их.

— Возможно, они знают больше, — разволновался Ратледж. — Или подстроили нам ловушку.

— Заткнись, Артур. — Уолтерс сосредоточил внимание на Эве. — Блейки уверены насчет оружия?

— Да, сэр, — ответила Эва. — Абсолютно.

— Если я пошлю туда вас двоих, Андерсон опознает в вас полицейских еще до того, как вы его увидите, — уверенно произнес Уолтерс.

— Нет, если мы не будем в форме, — возразил Брэди. — Мы прикинемся парой, вышедшей на прогулку с собакой.

— По тропе, которая закрыта из-за пожара? — Ратледж насмешливо хмыкнул.

— Андерсон оказался в лесу до того, как тропу перекрыли, и может не знать об этом, — возразил Брэди.

— Если цель Андерсона — сбежать, вряд ли он будет двигаться в сторону города, — предположил Уолтерс.

— Только если он не преследует Диллона и Рослин, — напомнила Эва. — Судя по тому, что Кейт-лин Элвуд видела мужчину, подходящего под описание Андерсона, на своем участке сегодня утром, он находится гораздо ближе к Диллону и Рослин, чем должен, если бы направлялся на Аляску.

Уолтерс задумался. Ему не нравилось подвергать риску еще больше полицейских, но если он направит туда спецназ или более многочисленную команду, это встревожит Андерсона и, скорее всего, приведет к обратному результату. В лучшем случае Эва и Брэди найдут Диллона и Рослин и помогут им благополучно вернуться на тропу. А в худшем…

— Если заметите Андерсона, по возможности не приближайтесь к нему, — наставлял он. — Вызовите подкрепление, даже если для этого придется вернуться на тропу. Не рискуйте без необходимости.

— Да, сэр, — кивнула Эва.

— Мы будем осторожны, — заверил Брэди.

— Тогда можете идти, — разрешил Уолтерс. — Я хочу регулярно получать информацию о вашем местонахождении.

— Да, сэр, — отчеканила Эва. — Спасибо.

— Есть еще одна проблема, — подал голос Ратледж.

Все повернулись к нему.

— Мне сообщили, что группа журналистов у тропы Уильямс-Гэп ожидает появления Диллона и Рослин Керн.

— Значит, нам нужно пробраться на тропу мимо них, — заметил Брэди.

— Мы можем стартовать от дома Элвудов, — предложила Эва. — Кейтлин сказала, что ее участок граничит с тропой.

— Так и сделайте, — согласился Уолтерс. — А теперь переодевайтесь, и за дело.

Они вышли из кабинета.

— Остается проблема с журналистами, собравшимися у тропы, — напомнил Ратледж. — Но у меня есть идея. Давайте я проведу здесь пресс-конференцию. Я сообщу репортерам, что у нас важные новости. Никто из них не захочет это пропустить.

— И какими же важными новостями ты собираешься с ними поделиться?

Ратледж махнул рукой:

— Я придумаю что-нибудь, чтобы привлечь их внимание, не раскрывая ничего важного для поисков Андерсона.

Что ни говори, но Артур умел предложить СМИ то, что они хотели.

— Хорошо, — согласился Уолтерс. — Но поторопись. Нам нельзя терять время.

Рослин помнила время, когда три мили пешком не представляли для нее никакого труда, но эти три мили до Джаспера тянулись целую вечность. Она ковыляла, осторожно наступая на распухшую ногу, и делала все возможное, чтобы отвлечься от неприятных ощущений. Диллон поддерживал ее, подбадривал, ждал и предлагал отдохнуть.

Он снова посмотрел на нее и улыбнулся:

— Как дела?

— Держусь. — Рослин старалась стоять ровнее и не думать о том, что спина болит почти так же сильно, как лодыжка. — Тебе уже приходилось выбираться из дикой местности с кем-то, кого ты спас?

— Нет, — ответил он. — Обычно спасением занимается целая команда. Если бы не пожар, отрезавший тропу, мы бы вынесли тебя отсюда на носилках, и к вечеру ты была бы уже в отеле.

А Диллон был бы в своем доме — доме, купленном для семьи, которой у него еще нет.

— Если бы ты не застрял со мной здесь на сутки, что бы, по-твоему, произошло? — спросила Рослин. — Что бы ты сделал, когда узнал о ребенке?

Диллон задумался. Она слушала, как колотится ее сердце, понимая, как много значит для нее ответ.

— Я бы остался с тобой. Я бы попытался понять, что тебе от меня нужно и как я могу помочь с ребенком.

— Я приехала сюда не за деньгами. — Эта мысль привела Рослин в ужас. Хотя по закону он должен был помогать ей материально, она неплохо зарабатывала и не хотела, чтобы он считал, что все дело в финансах. — Я просто подумала, что ты захочешь узнать.

— Я буду помогать своему ребенку, — произнес он, немного замявшись. — И постараюсь быть хорошим отцом. — Его выражение лица немного смягчилось. — И я хочу, чтобы мы были хорошими друзьями. Независимо от воспитания ребенка.

— Иногда страшно подумать, что несешь ответственность за жизнь, — призналась она. — Что, если мы все испортим?

— Я думаю, ты будешь замечательной мамой.

Рослин с ужасом поняла, что плачет, но не могла остановиться. До сих пор она даже не осознавала, как сильно ей хотелось услышать это. Чтобы кто-то заверил ее в том, что в какой-то момент инстинкт возьмет верх, и она поймет, как заботиться о ребенке.

Она стояла посреди тропинки и рыдала, пока Диллон не подошел и не заключил ее в объятия.

— Ты устала, тебе больно, и ты, наверное, проголодалась. Но ты молодец. Скоро все закончится. Осталось совсем немного.

— Ты будешь говорить мне это, когда я буду рожать? — Она покраснела, как только произнесла эти слова.

— Если хочешь, то буду, — заявил Диллон со всей торжественностью клятвы.

Рослин закрыла глаза и положила голову ему на грудь, слушая ровный стук его сердца и ощущая силу его рук. Все эти месяцы она твердила себе, что достаточно сильная, чтобы выносить, родить и вырастить ребенка в одиночку.

Но теперь ей не нужно было быть такой сильной. Диллон хотел разделить с ней это бремя, и наконец, стоя здесь, в глуши, измотанная как никогда, она была готова поверить ему. Она не знала, какое будущее ждет их, но сейчас держалась за обещание, что он будет рядом с ней и их ребенком.

Диллон шел все медленнее, но Рослин все равно с трудом поспевала за ним. Она немного взбодрилась, но все еще сильно хромала и часто останавливалась, чтобы выгнуть спину и размять позвоночник, хмурясь от боли.

— Что-то случилось? — встревожился он.

Она покачала головой.

— Давай отдохнем, — предложил он. — У нас еще несколько часов дневного света.

— Хорошо, — кивнула Рослин. — Но я чувствую себя ужасно из-за того, что иду так медленно. Если бы не я, ты бы уже давно выбрался отсюда.

Они действительно двигались медленно. По подсчетам Диллона, за последний час они прошли едва ли полмили.

— Я никуда не пойду без тебя, — сказал он. Затем поискал удобное место, чтобы присесть, отвел ее в сторону и усадил на траву. — Я еще раз осмотрю твою лодыжку.

Он расшнуровал и снял ее ботинок, заметив, как Рослин вздрогнула при этом.

— Она еще больше распухла, да? — спросила она, наклонившись.

Диллон кивнул. Стандартное лечение растяжения связок голеностопа — отдых, лед, компрессы и щадящие упражнения. Сейчас Рослин не получала ничего из этого, и ее лодыжка протестовала.

— Посмотрим, поможет ли холодный компресс, — сказал Диллон. Он достал бутылку с водой и кусок марли и приложил влажную марлю к лодыжке. — Оставим так на некоторое время. — Затем он достал телефон.

— Есть сеть? — спросила она.

— Нет.

Его рация тоже не выдавала ничего, кроме помех. Он хотел связаться с поисково-спасательной службой и попросить их прислать команду с носилками для Рослин.

— Похоже, нам придется стиснуть зубы и продолжить путь, — заключила она.

Ему нравился ее настрой, но он переживал, что не может облегчить ее боль.

— Может, я понесу тебя? — предложил он.

Она фыркнула:

— Я тебя умоляю! Ты надорвешь спину. Или споткнешься и уронишь меня.

— Эй, не такой уж я неуклюжий.

— Нет, — нежно улыбнулась она. — Ты великолепен.

Он прикоснулся пальцем к ее губам.

— Твоя улыбка привлекла меня с самого начала. Еще в очереди на подъемник я сказал себе, что должен познакомиться с женщиной с такой улыбкой. И пропустил вперед одну пару, чтобы мы с тобой оказались рядом.

Рослин рассмеялась:

— Я наблюдала за тобой.

— Значит, ты тоже меня заметила? — спросил он.

— О да. Я подумала, что ты горячий парень.

Диллон разразился громким радостным смехом.

— А потом мы вместе поднялись на лифте и начали болтать, и ты был таким очаровательным, — сказала она. — И веселым. Ты заставил меня смеяться, а я так давно не смеялась.

— Мне жаль, что тебе пришлось пережить столько всего, — посерьезнел он.

— Спасибо. — Она откинула волосы с лица. — В тот момент мне так не казалось, но сейчас я понимаю, насколько мне лучше.

— Это хорошо. Ты выглядишь счастливой.

— Мне есть чему радоваться. — Она улыбнулась, глядя на свой живот.

Диллон устроился рядом с ней на траве.

Вдали виднелись столбы дыма, но прямо над головой небо было ярко-голубым, и все выглядело спокойно.

— Как ты думаешь, ты останешься в Чикаго? — спросил Диллон. Когда Рослин сказала, что может работать где угодно, он надеялся, что она захочет переехать поближе к нему.

— Не знаю. У меня там друзья и хорошая квартира, но в городе меня ничего особо не держит. Когда я была ребенком, мы часто переезжали, поэтому я нигде не чувствовала себя по-настоящему дома. — Она посмотрела на него. — Не так, как ты.

— Ты уже знаешь, что мне здесь нравится, но я думаю, что и тебе бы здесь понравилось.

— Почему? — Ей было искренне любопытно. Неужели он увидел в ней что-то такое, чего не видела она?

— Ты ведь любишь фотографировать?

Рослин кивнула.

— Здешние пейзажи привлекают фотографов со всего мира в любое время года. Еще ты любишь прогулки на природе, по крайней мере, судя по твоим трекинговым ботинкам. Ты намотала в них не одну милю.

— Я действительно люблю ходить в походы, — призналась она.

— И кататься на лыжах, — добавил Диллон. — Здесь ты гораздо ближе к горнолыжным курортам, чем в Чикаго. А еще здесь тишина и покой. Это ведь нужно для звукозаписи? Здесь много тишины и покоя. — Не слишком ли много он наговорил?

Рослин рассмеялась:

— Ты изо всех сил стараешься убедить меня. Я серьезно подумаю над этим, — пообещала она. — И для ребенка будет хорошо, если его отец рядом.

Рослин нахмурилась, на мгновение наморщив лоб.

— Что случилось? — спросил он.

Она покачала головой:

— Ничего, правда. Просто… твоя работа. Разве она не опасная?

— Возможно, — согласился он. — Но преступлений здесь меньше, чем в таких городах, как Чикаго. Наверное, потому, что людей меньше. У нас есть несколько полицейских, которые приехали из больших городов, и все они согласны, что работа в Джаспере гораздо менее напряженная.

— Я никогда не жила в таком маленьком городе. Но представляю, как это может быть здорово. Особенно с семьей. Что привело сюда твоих родителей?

— Как я уже сказал, они переехали из Денвера. Мой отец рыбачил в этих краях и влюбился в природу, а мама хотела дом побольше. Обычно они вдвоем принимают подобные решения.

— Это хорошо для брака. 6 С. Майерс «Самая невероятная встреча»

— Да. Забавно, но они знали друг друга всего шесть недель, когда поженились.

— Ты шутишь?

— Нет. — Он покачал головой. — Папа сказал, что сразу влюбился в нее и не хотел терять время. Мама сказала, что просто поняла, что отец — тот человек, с которым она должна провести свою жизнь.

Диллон подумал о том, как сильно он влюбился в Рослин, с самого первого дня в очереди на подъемник. Он рискнул взглянуть на нее. Ее глаза были затуманены слезами.

— Это так романтично, — мечтательно произнесла Рослин.

Их взгляды встретились, и он снова почувствовал тягу желания, потребность быть ближе к ней. Он потянулся к Рослин, и она наклонилась к нему. Их губы соединились, и Диллона захлестнули эмоции этого момента — нежность, забота, тоска, страх, что чувства, которые он сейчас испытывает, слишком хрупки и не продлятся долго. Ощущения были тревожными. Он никогда не колебался, когда дело касалось отношений. Добивался того, чего хотел, и все женщины, с которыми он встречался, отвечали ему взаимностью, хотя порой она и была недолгой.

Но ни одна женщина не имела для него такого значения, как Рослин. Неужели отец испытывал то же к маме — ощущение, что без Рослин жизнь будет чуть более тусклой, чуть менее полной?

Она прервала поцелуй и посмотрела в его глаза, словно пытаясь прочесть его мысли.

— Диллон, я…

У их ног Бентли разразился яростным лаем. Он пробежал вперед, шерсть на загривке встала дыбом, все тело напряглось.

Диллон тоже напрягся. Он легонько оттолкнул Рослин от себя и встал.

— Что такое, мальчик? — спросил он, проследив за взглядом собаки до границы леса слева от них.

Там что-то шевельнулось в тени? Бентли с лаем бросился к смутно различимой фигуре, Диллон — за ним.

Эмма заехала в центр города всего на несколько минут, чтобы купить лакомств для эвакуированных собак, которые были слишком взволнованы и плохо ели. Она уже возвращалась к своей машине, когда увидела толпу, собравшуюся возле полицейского участка.

— Что происходит? — спросила она у хорошо одетого мужчины, который бодро шагал в том направлении.

— Местная полиция созвала пресс-конференцию, чтобы обнародовать информацию о поисках Кента Андерсона, — ответил он.

Эмма последовала за ним к передвижной сцене, подозрительно похожей на ту, которую использовали для летних концертов в парке. Улица Ист-Мейн перед департаментом полиции была перекрыта. У одного из заграждений Эмма заметила жениха Ташьи, Джейсона.

— Что происходит? — снова спросила она, надеясь получить более подробную информацию.

— Капитан Ратледж проводит пресс-конференцию, — ответил Джейсон. Он стоял, вытянувшись во весь рост, и старался выглядеть строгим.

— Почему Ратледж проводит конференцию вместо шефа Уолтерса?

Джейсон пожал плечами:

— Наверное, потому, что шефу есть чем заняться, кроме как устраивать шоу для СМИ.

Эмма посмотрела на Ратледжа, который только что вышел на сцену, одетый в парадную форму, с тщательно уложенными волосами.

Визг из звуковой системы заставил Эмму вздрогнуть. Ратледж прочистил горло.

— Итак, давайте начнем, — сказал он.

Собравшиеся представители СМИ зашевелились и зашумели. Ратледж снова откашлялся, просмотрел свои записи и произнес:

— Я капитан Артур Ратледж из департамента полиции Джаспера. Я знаю, что у вас много вопросов о поисках осужденного убийцы Кента Андерсона, а также о поисках Рослин Керн. Хочу заверить вас, что мы владеем ситуацией и рассчитываем вернуть Андерсона под стражу, а мисс Керн в безопасное место в течение нескольких часов.

— Правда? — пробормотал Джейсон.

Никто, кроме Эммы, не услышал его в шуме, поднявшемся после этих заявлений.

— Значит ли это, что вам известно местонахождение Андерсона? — спросил кто-то.

— А федеральные власти, которые ведут розыск, в курсе этой информации? — спросил кто-то другой. — Я думал, они ищут Андерсона в Неваде.

— А что с мисс Керн? — задала вопрос женщина. — Вы знаете, где она? С ней все в порядке?

— Когда вы возьмете Андерсона под стражу?

— Рослин Керн и Кент Андерсон вместе?

— Как вам удалось найти их двоих?

Ратледж поднял обе руки, жестом призывая к спокойствию.

— С мисс Керн сейчас находится один из наших лучших сотрудников, он сопровождает ее в безопасное место, — ответил он.

— А что с Андерсоном? — спросил мужчина у сцены.

— Мы подбираемся к нему. Его поимка — вопрос времени.

Эмма почувствовала, как Джейсон напрягся рядом с ней, но ничего не сказал.

— А что насчет федеральных маршалов, которые преследуют Андерсона? — поинтересовалась женщина.

Эмма узнала в ней репортера новостей с телеканала в Бойсе. Ратледж нахмурился.

— Андерсон находится в нашей юрисдикции. Полиция Джаспера имеет больше возможностей для задержания беглеца здесь, чем люди, не знакомые с местностью.

Ратледж проигнорировал другие вопросы, и несколько минут рассказывал о своей работе в департаменте и планах на будущее.

— Скоро в Джаспере наступит совершенно новая эра в работе полиции. Шеф Уолтерс уходит в отставку, и его преемник сосредоточится на обновлении департамента с учетом новейших методов работы полиции, — заявил Ратледж.

— Кто станет преемником Уолтерса? — спросила одна из корреспонденток.

— Пока ничего официально не известно, но, как старший по званию, я самый логичный кандидат на эту должность. — Ратледж принял позу под вспышками фотокамер: подбородок вздернут, в глазах стальной блеск — идеальный голливудский образ преданного своему делу сотрудника правоохранительных органов.

— Если его назначат шефом, первое, что он сделает, — избавится от кинологической программы, — заметила Эмма. Она говорила тихо, с трудом сдерживая ярость.

— Многим офицерам это не понравится. — Джейсон посмотрел на нее с грустью в глазах. — Я надеялся, что когда-нибудь буду работать с собственной собакой.

— Это все вопросы, на которые у нас есть время, — сказал Ратледж. — Спасибо, что пришли.

— Подождите! Вы не сказали нам, как вы выследили Андерсона?

— Когда мисс Керн вернется в Джаспер? С ней все в порядке?

— Каковы были намерения Андерсона, когда он сбежал? Почему он направился в Джаспер?

Ратледж проигнорировал вопросы и отвернулся.

— Подождите! Я хочу кое-что сказать!

Глаза Ратледжа расширились, и он поднял одну руку, словно пытаясь остановить женщину, поднимавшуюся по ступенькам на сцену. Коллин Диас — ее рыжие волосы были собраны заколкой со стразами, а сапфировое платье подчеркивало зрелую, но изящную фигуру — шла к микрофону так, словно привыкла выступать перед толпой.

— Меня зовут Коллин Диас, а мой сын, Диллон, — тот самый полицейский, который спасает бедную мисс Керн, — объявила она.

Защелкали фотоаппараты, и толпа журналистов забурлила с новой силой.

— Надеюсь, эти фотографии появятся на первых полосах газет, — улыбнулась Эмма. — Ратледж умрет от зависти.

Джейсон хихикнул, но быстро взял себя в руки.

— Вы сегодня разговаривали с сыном? — спросил кто-то. — С Рослин все в порядке?

— Как он ее нашел?

— Видели ли они Кента Андерсона? Угрожал ли он ему?

— Диллон очень хорош в своей работе, — сказала Коллин. — Поэтому он смог найти мисс Керн. Я не разговаривала с ним сегодня утром, но эта молодая женщина сейчас в очень хороших руках. Диллон не только отличный полицейский и прекрасный сын, он еще и очень симпатичный мужчина.

По толпе прокатился смех. Кто-то другой в такой ситуации мог бы показаться смешным, но Коллин очаровывала всех — этот талант она передала своему старшему сыну.

— Диллон не женат? — поинтересовался кто-то.

— Нет! И мисс Керн тоже. — Коллин подмигнула. — Это очень романтичный сценарий, вы не находите? Молодая женщина, нуждающаяся в помощи, и красивый, целеустремленный молодой человек, которому нужна правильная женщина в его жизни.

— Вы хотите сказать, что у вашего сына и Рослин Керн романтические отношения?

Коллин элегантно пожала плечами:

— Все отношения начинаются по-разному, бывают сценарии и похуже.

Эмма не смогла сдержать смеха.

— Кто знает? — оживился Джейсон. — Она может быть права.

— Что? — Эмма уставилась на него. — Ты думаешь, Диллон и эта незнакомка из Чикаго действительно могут сойтись?

— У них достаточно времени, чтобы узнать друг друга. И… некоторые вещи, сказанные Диллоном, заставляют меня думать, что он готов остепениться.

Эмма была удивлена. Диллон всегда казался ей человеком, который с удовольствием волочился за женщинами и не спешил ни к кому привязываться. Хотя, по слухам, прошлой зимой он влюбился в женщину, с которой познакомился, катаясь на лыжах. Но она слышала, что из этого ничего не вышло.

— Это все, на что у нас есть время. — Ратледж шагнул к Коллин и взял микрофон с подставки. — Вы можете расходиться. Пресс-конференция окончена.

Коллин наклонилась к Ратледжу, чтобы сказать в микрофон:

— Спасибо, капитан Ратледж. Было так приятно услышать, что вы признали моего сына одним из лучших полицейских. Я очень горжусь этим.

Столкнувшись со всей силой личности Коллин и ее физического присутствия, Ратледж лишь ошеломленно наблюдал за происходящим. Только когда она удалилась, он вновь обрел дар речи.

— Что ты стоишь?! — рявкнул он на Джейсона. — Снимай ограждение и возвращайся к патрулированию.

— Да, сэр. — Джейсон принялся за работу.

— Мне пора, — сказала Эмма.

Она улыбнулась, помахала рукой хмурому Ратледжу и направилась к своей машине. Он не сомневался, что скоро возглавит департамент полиции Джаспера, но она не была в этом уверена. Особенно если он планировал избавиться от собак.

Эва и Брэди — Лейси сидела между ними — медленно проехали мимо тропы Уильямс-Гэп. Там уже ждала поисково-спасательная служба с машиной скорой помощи и джипом для перевозки персонала. Андреа и еще несколько членов поисково-спасательной службы стояли у реанимобиля, все они были одеты в ярко-желтые жилеты. Чуть поодаль была припаркована пара машин с номерами штата Айдахо. Ярко-желтый предупреждающий знак, который Эва выставила вчера, все еще стоял у входа на тропу.

— Те две с краю — арендованные машины, — сказал Брэди, проезжая мимо. — Наверное, репортеры.

— Я вижу двух людей, которые стоят у карты тропы и разговаривают, — произнесла в ответ Эва. — Наверное, это они. Если мы припаркуемся у тропы, у них возникнут вопросы, и они могут принять нас за копов.

— Мы можем поехать к дому Элвудов и свернуть оттуда на тропу, — прикинул Брэди. — Но я боюсь, что так мы упустим Диллона и Роуз. Мы не знаем, как быстро они передвигаются, и вполне возможно, что они уже ближе к концу тропы.

Эва кивнула.

— У тебя есть другой план?

— Мы могли бы припарковаться чуть ниже по дороге, — предложил он. — Там есть сенокосное угодье с тропинкой, которая выходит на тропу.

Они оставили машину у ворот, перелезли через ограду и по еле заметной тропинке, через высокую траву, вышли на более четкую тропу.

— Она ведет к Коу-Крик, — сказал Брэди, сверяясь с навигатором на своем телефоне. — Диллон и Рослин должны возвращаться по этой тропе.

По плану Эва и Брэди должны были идти до встречи с Диллоном, высматривая Кента Андерсона и обращая внимание на любые подозрительные вещи. Они отправились в путь с Лейси во главе, шагая в ровном, бодром темпе.

— Я немного волнуюсь, пересекая этот открытый участок, — сказала Эва. — Что, если Андерсон следит за нами?

— А что, если его здесь вообще нет? — Брэди окинул взглядом окрестности — высокую траву, начинающую желтеть на кончиках, и заросли темных вечнозеленых деревьев и светлых осин слева от них. Ни одно облачко не омрачало безупречной голубизны неба, и единственными звуками были шаги по тропе и звяканье карабина на поводке Лейси.

— Слишком тихо, — заметила Эва. — Где птицы?

— Я думал, ты городская девушка, — усмехнулся Брэди.

— Ш-ш-ш! — Она подняла руку и кивнула в сторону собаки.

Лейси застыла посреди тропы, прижав хвост и навострив уши, пристально вглядываясь в деревья.

— Можешь сказать, на что она реагирует? — спросил Брэди. Он вынул из кобуры свой «глок» и держал его наготове.

Эва покачала головой. Брэди постарался замедлить дыхание, напряженно вглядываясь в лес, пытаясь понять, что увидела собака. Или учуяла. Или ощутила шестым чувством, которым, похоже, обладали некоторые собаки.

— Лейси, ищи! — скомандовала Эва.

Собака оглянулась на нее.

— Ищи! — повторила Эва.

Лейси припустила с тропы в лес, а Эва и Брэди побежали за ней, чтобы не отстать.

Рослин с замиранием сердца смотрела, как Диллон направился вслед за Бентли.

— В чем дело?! — крикнула она. — Почему он так лает?

— Не знаю, — отозвался Диллон. — Но оставайся здесь.

Она посмотрела на свою голую ногу, лодыжка которой все еще была обмотана влажной марлей. Не похоже, чтобы она могла куда-то идти в таком состоянии. Но на всякий случай решила, что лучше надеть носок и ботинок.

Она зашнуровала ботинок и встала, разминая лодыжку. Та все еще болела, но Рослин была полна решимости идти дальше. Они были так близки к безопасной территории! Больше всего ей хотелось сейчас принять горячий душ. А затем… затем им с Диллоном нужно будет серьезно поговорить о будущем. Она должна сказать ему, что хочет, чтобы они были не просто двумя людьми, которых объединяет ребенок. Она никогда бы не поверила, что может испытывать такие сильные чувства к человеку, которого знает совсем недолго, но ей хотелось иметь возможность развить эти чувства.

Рослин посмотрела в сторону леса, где среди деревьев исчезли Диллон и Бентли, и почувствовала страх. Что, если человек, пытавшийся украсть у нее фотоаппарат, вернулся? Сможет ли Бентли отпугнуть его? Или он причинит вред собаке — или Диллону? Она положила руку на грудь, пытаясь подавить страх, который зародился внутри ее.

— Стой на месте и не двигайся.

Голос мужчины был низким и хриплым, и она, удивленная его словами, начала разворачиваться.

— Я сказал тебе не двигаться! — крикнул он.

Рослин замерла и сжала челюсти, чтобы не закричать.

— Где фотокамера? — спросил он.

— Фотокамера?

— Ты фотографировала. У тебя был фотоаппарат.

Это был тот самый человек, который пытался украсть у нее фотоаппарат! От осознания этого ее затрясло. Она сделала глубокий вдох. «Держись, — сказала она себе. — Единственный твой шанс — быть умнее, чем он». И надеяться, что Диллон скоро вернется.

— Он в моем рюкзаке. — Она жестом указала на рюкзак, который лежал на земле.

— Подними его и брось сюда, — велел он. — Бросай рюкзак!

Рослин боком подошла к рюкзаку, представляя, как мужчина направляет на нее пистолет.

Но она ведь этого не знала, верно? Что, если он блефует? Она наклонилась, чтобы поднять рюкзак за лямки, но, оглянувшись, снова задрожала.

Да, он направил на нее пистолет. Рослин ничего не смыслила в оружии, но пистолет казался большим. И он был близко. Футах в десяти от нее. Даже маленький пистолет мог бы убить ее с такого расстояния.

— Брось его ко мне! — вновь приказал он.

Она сделала, как он просил, но бросок был слабым. Рюкзак приземлился на полпути между ними.

— Зачем вам моя фотокамера? — Она сделала вид, что удивлена. Ей было все равно, что он ответит, она просто хотела выиграть время, чтобы Диллон вернулся к ней.

А что потом? Он полицейский. Он вооружен. И с ним Бентли. Но что, если этот человек выстрелит в них?

— Там просто куча фотографий луговых цветов, — добавила она.

— Я видел, как ты наводила на меня фотоаппарат, — ответил мужчина.

Рослин была так сосредоточена на пистолете, что не обратила особого внимания на его лицо, но у нее сложилось впечатление, что у мужчины была заурядная внешность. Зловещим его делал только пистолет и то, как он направлял его на нее.

— Так вот почему вы следили за нами? Потому что вам не нравится, когда вас фотографируют?

— Заткнись. Ты задаешь слишком много вопросов.

Рослин услышала шаркающий звук в траве и почувствовала, что он движется к ней. Она напряглась, представляя, как в любой момент в нее может войти пуля. Но пока она ждала, ее внимание привлекло движение впереди. Диллон и Бентли появились на опушке леса и направились к ней. «Не подходите!» — хотела крикнуть она им. И в то же время: «Помогите мне!»

Она рискнула оглянуться — мужчина придвинулся к ней ближе. Может быть, она сможет отвлечь его, чтобы он не увидел Диллона.

— Отвернись! — рявкнул он.

— Почему? Если я вас сфотографировала, то уже знаю, как вы выглядите. И вообще, какое это имеет значение? Кто вы?

— Ты не знаешь, кто я? — Он дотянулся до рюкзака, поднял его и перекинул через плечо.

— Нет. — Она прищурилась, пытаясь рассмотреть его получше. В этом человеке не было ничего примечательного. — Вы знамениты?

Его смех испугал ее.

— Ты действительно такая глупая? Или только притворяешься?

Рослин бросила на него взгляд.

— Возможно, я невежественная, но не глупая.

— Стоять на месте! Не двигаться! — раздался над поляной голос Диллона.

Рослин повернулась к нему, и сердце у нее екнуло, когда она увидела, что он направил пистолет на того, кто угрожал ей.

— Выстрелишь в меня, и я убью ее! — крикнул мужчина. — С такого расстояния я не промахнусь. — Раздался щелчок взводимого курка, и у Рослин перехватило дыхание.

Диллон застыл, парализованный видом пистолета, направленного на Рослин.

— Брось оружие! — приказал Андерсон.

Диллон разжал руку и выронил пистолет. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем тот упал на землю, — время замедлилось из-за охватившего его холодного страха. Рядом с ним дрожал Бентли, из глубины собачьей груди доносилось низкое рычание.

— Не будь дураком, Кент, — сказал он.

— Откуда ты знаешь мое имя?

— Тебя ищут все служители закона в штате, — сказал Диллон. — Спецназ уже едет сюда.

— Ты лжешь, — ответил Андерсон. — Но даже если так, я уйду до того, как они приедут. Я не вернусь в тюрьму. Никогда.

Диллон видел Андерсона по телевизору сразу после его поимки. Тогда он выглядел маленьким и слабым — человеком, чья сила заключается лишь в оружии, которым он владеет, а не в его характере. Вблизи он казался не таким уж маленьким, а самым обычным. Если бы они проходили мимо по тропе, Диллон принял бы его за простого туриста.

— Подойди сюда, к женщине.

Андерсон указал пистолетом. Переместиться к Рослин означало приблизиться к Андерсону, но не настолько, чтобы получить шанс обезоружить преступника. Одно неверное движение — и Андерсон убьет его, а потом и Рослин.

Диллон медленно двинулся вперед.

— Сядь рядом с ней! — приказал Андерсон.

Он сел, и Рослин одарила его дрожащей улыбкой. Он заглянул ей в глаза, пытаясь как-то успокоить, но она была явно напугана, зрачки расширены, руки сложены на животе. Тогда Диллон сосредоточился на Андерсоне. Тот повернулся к ним лицом, держа пистолет двумя руками и целясь в них. Диллон изучил пистолет — 45-й калибр, «ругер», подумал он, но марка не имела значения. Андерсон вполне мог убить их с такого расстояния.

Не отрывая взгляда от Андерсона, Диллон краем глаза заметил, что Бентли не последовал за ним. Пес лежал на животе в высокой траве, виднелись только кончики его ушей. Может, пес прятался от страха?

— Почему бы вам просто не уйти и не оставить нас в покое? — предложила Рослин. — Мы все равно ничего не можем сделать, чтобы остановить вас.

— Вы скажете копам, что видели меня и в каком направлении я иду, — ответил Андерсон. — Сейчас, из-за пожара, никто не знает, что я здесь. Я постараюсь, чтобы так и осталось.

— Правоохранительные органы знают, что ты здесь, — сказал Диллон.

Андерсон посмотрел на него и приблизился на шаг.

— Ты ведь коп? — Его лицо раскраснелось. — Я должен был догадаться. Ты выглядишь как коп. Ты следил за мной?

— Нет! Он пришел сюда, чтобы найти меня, — вмешалась Рослин. — Я повредила лодыжку и…

— Заткнись! — Андерсон получше прицелился из пистолета.

Диллон застыл на месте, ожидая пули. Он потянулся к Рослин, желая, чтобы последним его ощущением было прикосновение к ней.

Он не видел, как Бентли выскочил из своего укрытия в траве, но видел, как пес прыгнул, вцепившись челюстями в вытянутую руку Андерсона. Андерсон взвыл и дернулся. Диллон вскочил, когда раздался выстрел, но пуля не задела его. Он бросился вперед, схватил Андерсона за руку и заломил ее ему за спину. Бентли не выпускал другую руку, даже когда Андерсон пытался вырваться.

Диллон повалил Андерсона и удерживал на земле.

— Бентли, фу! — приказал он.

Пес ослабил хватку и отступил назад, не сводя взгляда с Диллона. Диллон достал из рюкзака наручники и зафиксировал руки Андерсона за спиной.

— Хороший мальчик, — похвалил он Бентли.

Но пес уже отошел в сторону, к Рослин. Пес скулил и касался лапами женщины, которая лежала на боку и стонала.

— Рослин! — Диллон бросил Андерсона и помчался к ней.

Рослин смотрела на него, по ее щекам текли слезы.

— Он стрелял в меня, — сказала она.

— Куда? Куда он попал? — Борясь с паникой, Диллон опустился на колени рядом с ней.

— В руку. — Рослин перекатилась на спину, и он увидел, что из раны на плече сочится кровь.

— Все будет хорошо. — Диллон пытался успокоить как ее, так и себя. — Я остановлю кровотечение, мы отвезем тебя в больницу, и все будет хорошо. — Он не представлял, как это сделать, но, если будет нужно, он понесет ее на спине до самого города.

Эва и Брэди услышали выстрелы и чей-то крик. Лейси залаяла и бросилась на звук, продираясь сквозь заросли, пока Эва не потеряла ее из виду. Кто-то кричал, и еще одна собака лаяла. Неужели это Бентли? Эва заставила себя бежать быстрее: ноги застучали по листовому опаду, она пригибалась, уворачиваясь от веток, а рюкзак бился о ее спину. Бронежилет впивался в нижнее ребро, но она не обращала внимания на боль и бежала дальше. Кто кричал? Это стрелял Андерсон? Или Диллон? Кто-то был ранен? Бегут ли они на помощь или попали в засаду?

Рослин проснулась с ощущением паники. Должно быть, она закричала, потому что кто-то нежно коснулся ее, и мягкий женский голос сказал:

— Все в порядке. Ты в безопасности и здорова.

— Ребенок? — Рослин попыталась нащупать свой живот, но медицинское оборудование, прикрепленное к ее рукам, не позволяло ей дотянуться.

— С ребенком все в порядке, — успокоила женщина.

Зрение Рослин прояснилось, и она смогла разглядеть больничную палату, окрашенную в нежно-голубой цвет. Она повернулась и посмотрела на красивую пожилую женщину с длинными рыжими волосами и яркими орехово-зелеными глазами.

— Я Коллин Диас, — представилась женщина. — Мама Диллона. Я поговорила с врачами, и с тобой все будет в порядке. Операция прошла хорошо, и ты полностью восстановишься. А примерно через четыре с половиной месяца ты сможешь без проблем держать ребенка на руках.

— Они сказали вам все это?

— Я сообщила им, что ты мать моего будущего внука. — Коллин откинулась на спинку стула. — Сначала они немного сопротивлялись, но я убедила их посмотреть на это моими глазами. — Она взяла Рослин за руку. — Поскольку твоей матери здесь нет, я подумала, что ты не будешь возражать, если я вмешаюсь. Никто не должен находиться в больнице без поддержки.

У Рослин на глаза навернулись слезы.

— Спасибо.

— Диллон скоро приедет, — пообещала Коллин. — Он был занят в департаменте, но я знаю, что он хочет тебя видеть.

— У вас замечательный сын, — сказала Рослин.

— У меня три замечательных сына, но Диллон — особенный. И ты, должно быть, тоже особенная, если пленила его сердце. Я вижу по его глазам, как сильно он тебя любит. Ты считаешь, что я выдумываю, но мать понимает такие вещи. Однажды ты тоже это поймешь.

Дверь в палату открылась, и сердце Рослин заколотилось в горле, но это была всего лишь медсестра, которая проверила ее состояние и показала, как управлять кроватью.

— Я вижу, вы в хороших руках. — Медсестра кивнула на Коллин. — Но если вам что-то понадобится, нажмите кнопку вызова, и к вам придут.

Когда медсестра уходила, в дверях появился кто-то еще. Высокий и широкоплечий мужчина, чье лицо озарилось светом, когда он увидел Рослин. Коллин была права. Замечал ли он тот же свет в ее глазах?

Диллон подошел к кровати и поцеловал Рослин в лоб.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Голова кружится. И рука немного болит. — Она попыталась пошевелить забинтованным плечом и поморщилась.

— У нее все хорошо. — Коллин встала со стула. — Доктор сказал, что она и ребенок здоровы.

— Спасибо, мама, но теперь я сменю тебя.

— Вот видишь. — Коллин обратилась к Рослин: — Он хочет побыть с тобой наедине. — Она помахала рукой на прощание и вышла из палаты. Коллин Диас явно была склонна к драматизму — это свойство ее натуры.

— Я вижу, ты познакомилась с моей мамой, — сказал Диллон.

— Она очень милая.

— Не уверен, что большинство людей используют это слово для описания моей мамы, но она хороший человек, хотя иногда и немного властная.

— Думаю, мы с ней отлично поладим.

Диллон наклонился, чтобы снова поцеловать ее, на этот раз в губы.

— Рад видеть тебя снова, — сказал он. — Ты меня немного напугала.

Он тоже напугал ее, когда бросился на Кента Андерсона.

— Где Андерсон?

— В тюрьме, где пробудет долгое время, — ответил Диллон.

— А Бентли! Он спас мне жизнь.

— Собак не пускают в больницу. Даже таких героев, как он. Бентли отсыпается дома. — Диллон сел на край кровати и осторожно взял ее за руку.

Он явно принял душ, побрился и переоделся.

— Ты хорошо пахнешь, — заметила Рослин.

— А ты хорошо выглядишь. Не такая бледная. — Он провел тыльной стороной свободной руки по ее щеке, и Рослин поборола желание прильнуть к нему, как кошка, которую гладят. — Я знаю, что ты устала, и не буду задерживаться.

Она облизнула пересохшие губы.

— Я тут подумала…

— О чем?

— Я могла бы переехать в Джаспер. Мне нравится этот город, и я бы хотела быть ближе к тебе. — Она поспешила произнести это, пока у нее не сдали нервы.

Диллон не отвечал так долго, что она испугалась, что все неправильно поняла. Она почувствовала, как в ней поднимается паника.

— У меня есть идея получше, — наконец сказал он.

— Какая? Ты же не хочешь переехать в Чикаго?

— Ты помнишь, у меня есть дом. С тремя спальнями и большим участком.

— Идеально для семьи.

— Мы могли бы создать семью. Ты, я и наш ребенок.

Рослин тяжело сглотнула:

— Это серьезный шаг. Мы готовы?

— Думаю, да. — Он прижал ее ладонь к своему сердцу. — Я люблю тебя. Я понял, что люблю тебя, после нашего первого дня, проведенного вместе. Я не хочу потерять тебя снова.

Рослин кивнула. Это был большой шаг. Но она была готова его сделать.

— Я тоже тебя люблю. И хочу, чтобы мы были вместе. Так что — да. Давай создадим семью. Ты, я и ребенок. И Бентли.

Диллон засмеялся:

— И Бентли. — Он снова поцеловал Рослин, их пальцы переплелись на животе Рослин, словно скрепляя обещание на будущее. Навечно.