- Зуева, на процедуры, - в палату зашла медсестра в глухом респираторе.

Юля с трудом поднялась с кровати, застегивая ночнушку. Другой одежды на девушке не было. Она вся продрогла, её периодически хватала судорога, но Юля терпела. Терпела всю свою сознательную жизнь. Она привыкла терпеть.

Не рассчитывая на помощь медсестры и пошатываясь после капельницы, девушка плелась на процедуры. Процедуры… это слово обрело для неё почти сакральный смысл. Она ходила на них, сколько себя помнила. Ещё в раннем детстве мама возила её в соседний город на химиотерапию. Она лежала в стерильной палате, пока мама бегала как угорелая по всем знакомым, собирая деньги на операцию. Но тогда она была ещё мелкой, чтобы понимать, чем занимается мать и почему она всё время плачет. Юля болела, маленькая она постоянно болела.

После болезни она отошла ненадолго и смогла, наконец, вздохнуть полной грудью. Хотя какая там полная грудь. Вместе с метастазами ей удалили половину легкого. Это было совсем не больно, во время операции Юлечка спала, и шрам уже почти не заметен. Юля уже и не помнила, как это дышать полноценными лёгкими.

В школьные годы с ней случился очередной трабл. Диабет. Это значило, что каждые несколько часов приходилось измерять сахар и учиться колоть инсулин. Жить по режиму. Нельзя есть, что захочешь, и нельзя делать это когда вздумается. Другие дети даже не пытались её понять, дразнили, оскорбляли, обижали. Довели до нервного срыва, так что она отказывалась ходить в школу.

Ей еще фартануло, что она симпатичная: высокие скулы, карие глаза, пышные ресницы, платиновые волосы и длинные ноги. Мальчишки за ней бегали, хоть она и считала себя слишком костлявой. А вот подруг настоящих у Юли никогда не было. Никто не хотел дружить с чахоточной. Кроме того, по рекомендации врачей Юлечке с мамой приходилось постоянно переезжать, стоило появиться признакам аллергии.

«И главное, где справедливость?! - в сердцах злилась Юля. - Все кругом здоровые, одна я больная. Как будто этот мир решил отыграться на мне за все человечество».

- Садись, - скомандовала медсестра, – вот это возьми в рот, а это держи повыше. Еще выше.

- Я знаю, - печально ответила Юля, точно выполняя указы медсестры. Аппарат прогревания. Юля была уверена, что он не помогает, но без него становилось хуже.

«Где же я подхватила этот проклятый вирус, ума не приложу. - Молча размышляла она. - Кто-то мимо проходил и чихнул. И главное никто больше не заразился. Одна я подбираю любую заразу».

С утра ей уже сделали капельницу с витаминами и досыта накормили таблетками, а теперь прогревают единственное целое легкое. Юля слышала, что полноценного лекарства от этого вируса ещё не изобрели, а значит вся надежда на её слабенький иммунитет. А это уже совсем плохо.

А ещё ей приходилось заставлять себя есть каждые два часа, чтобы у организма были силы бороться с инфекцией. Но она никак не могла этого сделать. Юля всегда была щупленькой, а сейчас под температурой аппетит у неё вообще отсутствовал. Приходилось таблетками сбрасывать температуру, чтобы заставить себя съесть пару ложек безвкусного бульона или запихнуть варёное яйцо. На большее сил не хватало, иначе девчонку рвало.

Её руки были исколоты капельницами, как у наркоманки. Её мучали боли, о которых она боялась признаться, чтобы ещё сильней не залечили. В душе Юля подозревала, что все её болезни от лекарств, но отказаться от них боялась, дабы не расстраивать маму.

«Мамочка не переживёт, если со мной что-то случиться».

Когда Юлька была маленькой — врачи давали ей не более трёх лет, и она с этим смирилась. Она и не надеялась дожить до совершеннолетия. И по ночам тихонько молилась Боженьке, чтобы он поскорее забрал её к себе на небеса. Чтоб мама больше с ней не мучились и не страдала.

Процедура закончилась, и медсестра положила аппарат в камеру дезинфекции, предварительно протерев его спиртовым раствором. Юля надела тапочки, на свои худые лапки и поковыляла обратно в палату. Там она лежала не одна.

- Как процедуры? - Кивнула Лия, её «сокамерница», симпатичная пацанка с рыжей чёлкой и прожигающим взглядом изумрудных глаз.

- Нормально, ох-ох-ох, - ответила Юля, постанывая от боли внизу живота, когда ложилась на кровать. Она прошла не более ста метров, а устала так, будто пробежала кросс.

- Да чего ты стонешь-то как старуха, - произнесла в сердцах Лия. Она подошла к окну и воровато оглядываясь закурила папироску, которую непонятно в чём сюда пронесла. Юля уже привыкла к курящей соседке и устала делать ей замечания. Лия всё равно никого не слушала и не признавала авторитетов. Кроме того - сигаретный дым, это меньшее из зол, что сейчас её волновало. Были куда более страшные вещи, например, злосчастный вирус.

- Кх-кх, - сухой кашель вновь свёл её лёгкие. Он был таким уже не первый день и всё никак не размягчался. От него ей даже физически становилось больно, но Юля терпела.

«Все и так знают, что мне постоянно плохо. От меня уже начали уставать». Здраво рассуждала она.

- Что? Опять мешает дым? – Нагло посмотрела на неё Лия.

- Нет, - прохрипела Юля. – Просто кашляю.

- Да ты достала уже хрипеть и кашлять, что ты за кляча такая, Юлька. Можно подумать, что тебе реально плохо, по ночам ты стонешь, как будто умираешь, врача зовёшь, чуть что. Хватит уже строить из себя жертву! Здесь всем херово, и тебе не хуже других! – Повысила Лия голос.

Юля попыталась ей что-то ответить, и даже приподнялся с кровати, но вместо ответа — комок подступил к горлу и слезы сами хлынули из глаз. Сколько бы она не держалось — рано или поздно её накрывало:

- Хнык-хнык, прости, прости меня, - сквозь слёзы прошептала она и отвернулась к стенке. Юля не хотела, чтобы соседка видела, как она плачет, но ничего не могла с собой поделать.

«Господи, ну почему мне всё время так плохо? Я понимаю, что это Твой замысел и я должна пройти свой земной путь. Но почему именно я? Господи, дай мне сил…». Тихонько молилась она.

Вдруг соседка подсела к ней на кровать и стала гладить её по руке.

- Мелкая, ты чего? Если я тебя обидела, то прости, - вдруг вместо стервы неформалки перед Юлей появилась добрая отзывчивая девочка с большими зелёными глазами, симпатичной чёлкой, и чёрным броским макияжем.

- Нет, я не плачу, просто ресничка в глаз попала, - неумело соврала Юля.

- Дай гляну, - Лия помогла Юле сесть и стала внимательно высматривать в её глазах ресничку, которой там, конечно, не было.

- Вроде чисто, - улыбнулась Лия, вытирая случайную слезинку на щеке Юли. – Знаешь, а у тебя красивые глаза.

В этот момент девчонки смотрели друг на друга и держались за руки. А Лия нежно водила пальчиком по тыльной стороне Юлькиной ладошки.

- Спасибо, - Не нашла что ответить смущенная Юля.

- И кожа у тебя такая гладкая, - Лия нежно прижала тыльную сторону её ладони к своему лицу и мечтательно закрыла глаза.

- Рада что тебе нравится, - немного настороженно ответила Юля, пытаясь забрать у неё свою руку. Какое-то странное непонятное чувство поселилось внизу живота, когда её гладила другая девушка. Что-то неясно притягательное, когда ты понимаешь, что это неправильно, но просто физически не можешь сопротивляться, ведь любопытно же, что будет дальше.

Лия отпустила её руку, но уходить не спешила, теперь её тёплые ладошки гладили Юлины стопы. Такое для неё делала только мама, а тут незнакомая девчонка. У Лии были тёплые руки, а её движения были столь нежными и приятными, что Юля не решалась их прерывать.

- Спасибо, - не зная, что сказать, проговорила Юля.

- Ты замёрзла. Почему ты так мерзнешь в жаркой пустыне? - Проговорила Лия, всё сильнее разминая Юлины лапки.

- Я не знаю я всё время мёрзну. Врачи говорят, это потому, что я плохо ем.

- Давай я тебя согрею, - неожиданно в Лия стала дышать на озябшие Юлины щиколотки. А та завороженно смотрела на происходящее не решаясь издать даже звук. Пока Лия неожиданно не поцеловала пальчик на её ноге.

- Ты что творишь? – Испугалась Юлька.

- Прости, прости, я замечталась, твои ножки такие чувственные, - улыбнулась Лия, не выпуская Юлины лапки из своих рук.

- Тебе что нравятся девочки? – Догадалась Юля.

- Ну да, мне нравятся женщины, особенно женские ноги, особенно твои, ты позволишь? - Лия вновь опустила взгляд на Юлины стопы.

- Смотря, что ты собираешься делать.

- Поверь, ничего криминального, - улыбнулась Лия и стала с удвоенной силой разминать Юлину лапку.

- Очень на это надеюсь, - осторожно ответила Юлька. – Но, если что, я буду защищаться и звать на помощь медсестру.

- Ха-ха. И что ты ей скажешь? Она мне сделала массаж ног, - ответила с улыбкой Лия.

- Действительно глупо, ха-ха, - девчонки засмеялись.

- У меня вообще-то парень есть, - гордо сообщила Юля.

Это была не совсем правда, Юля была девственницей. Со всеми этими больницами у неё просто не хватало времени ходить на свидания. Но несмотря на это, всегда находились парни готовые за ней ухаживать. Приходить в больницу, дарить цветы и подарки, приносить передачки. Получая в ответ лишь дружеский поцелуй в щёчку и призрачную надежду на то, что Юлька когда-нибудь выздоровеет и им перепадет.

Даже здесь, под окном больницы кто-то написал белой краской: «Юлечка, поправляйся. Я люблю тебя».

- Ты что пугаешь меня? – Улыбнулась Лия. – Думаешь, я какого-то парня боюсь?

- Он спортсмен, чемпион по десятиборью, - сказала Юля первое, что на ум пришло.

- Ой, да не собираюсь я тебя насиловать, сильно надо, - резко выпустила она из рук Юлину лапку.

- Ладно, - наконец, растаяла Юля. – Можешь продолжать.

- Ещё бы кому-то не понравился бесплатный массаж ног, - ухмылялась Лия, согревая Юлькины стопы своим горячим дыханием. А после она снова поцеловала её пальчик.

- Фу-у-у, - Юля картинно закрыла лицо ладошкой, как будто брезгует. По факту девчонка кривлялась. Ей было стыдно себе признаться, что ей понравилось.

- Хочешь, чтобы я продолжала? - Игриво прищурившись, спросила Лия.

- Да мне всё равно, - Юля сняла с себя ответственность за то, что будет дальше.

Не дожидаясь повторного приглашения, Лия нежно коснулась губами к её стопе, а после провела язычком между пальцами ног, которые Юля старательно для неё растопырила. Лия обхватила губами большой палец и стала его посасывать так, будто делала минет. А после на другой ноге она повторила всё то же. Лия стала тереться щеками об её согретые ноги, словно мартовская кошка во время течки.

- Ты такая светлая, как ангелочек, посланный из другого мира, - томно вздыхая, шептала Лия. - Я только тебя увидела, не смогла поверить, что где-то ещё рождаются такие красотки и что меня угораздило попасть с тобой в одну палату. Каждый раз как вижу тебя, у меня внизу все горит и дыхание сводит, а в голове туман. Я как подумаю, что кто-то другой может тебя целовать. Что у тебя парень есть или девушка, мне жить не хочется.

- Насчёт девушки можешь не волноваться, - отмахнулась Юлька. – Это меня не интересует. А насчёт парня… обещаю, что не буду целовать его пока лежу в больнице.

- Спасибо, - промурлыкала Лия, часто-часто хлопая своими шикарными ресницами. - Можно тебя поцеловать? - Её губы очутились в опасной близости от Юлиных губ.

- А если кто-нибудь увидит? - Заволновалась Юля.

- Не волнуйся, здесь кроме нас никого нет, - промурлыкала Лия и их юные уста сплелись в нежном поцелуе.

- Приглашаю тебя на свидание, - после поцелуя сказала Лия. Она была всего на пару лет старше Юли, по сути, такая же малолетка, только более смелая.

- На свидание? – Удивилась Юля. – С девушкой?

- А что такого? Я постоянно хожу на такие свидания. – Искренне возмутилась Лия невежеству подруги.

- Это так странно.

- Ничего здесь странного нет.

- И как ты это делаешь? - Сверкнул в глазах Юльки нездоровый интерес.

- Сначала приглашаю на свидание, а после всё как у людей. Хочешь узнать, что будет дальше – соглашайся. Я не кусаюсь, от одного свидания ты лесбиянкой не станешь.

- А как ими становятся?

- Я покажу если попросишь, - её лисий взгляд и хитрый прищур не оставляли Юльке шансов отказаться. Ей было слишком любопытно.

- Ну ладно, - согласилась она, - схожу с тобой на единственное свидание, не более. Но между нами ничего не будет, ясно!

- Не парься, я не занимаюсь сексом на первом свидании.

- А ты уже занималась им с женщинами? - Юлю прямо разрывало любопытство.

- Конечно, - захлопала ресницами Лия. - Просто раньше все они были куда опытнее меня.

- Ты меня заинтриговала, ну пошли, - Юлька поднялась с кровати и надела свои мягкие тапочки.

А Лия заботливо (прямо как парень) накинула ей на плечи короткую куртку поверх ночнушки.

Кругом врачи, больница, а две девчонки в ночнушках и тапочках идут на своё первое в жизни свидание.

- Я это свидание, наверное, никогда не забуду, - в душе улыбалась Юля. – В больнице, с катетером из-под капельницы в руке… Ни в каком ином случае я бы не согласилась на свидание с девушкой.

- Ты его не забудешь не поэтому, а потому что оно будет незабываемым. – Подмигнула ей Лия.

Девчонки зашли в глухой тупик, где стояла целая выставка экзотических растений в эмалированных кастрюлях. Инопланетный тропический лес, в котором при желании можно было заблудиться.

Протиснувшись между фикусами девчонки сели на бетонный подоконник у панорамного окна. За которым яркое солнце и желтая пустыня сливались с лазурным небом, украшенным перистыми облаками и лунами Альсары. Где-то вдали сверкал оазис светоотражающими батареями, окруженный полусферическими зданиями из обветренного ракушняка. Под окном крутилась водная ловушка, собирая вокруг себя мириады трескучих цикад. Дул лёгкий ветерок, просачиваясь через плохо закрытые ставни, он холодил и без того мерзлявую Юлю.

Девчонки сидели на подоконнике глядя друг на друга, а Лия заботливо сжимала в руках Юлины замерзшие лапки.

- А как ты поняла, что сейчас мне холодно? - Взмахнула ресницами Юля.

- Очень просто, ты постоянно мерзнешь, даже в пустыне. Желание согреть, это первое что приходит в голову, когда тебя видишь.

Она наклонилась и стала греть Юлькины стопы своим дыханием.

- А что ещё обычно делают на свиданиях? – Осматривалась Юля по сторонам.

- Целуются, общаются, проводят друг с другом время, - коротко объяснила Лия.

- Целоваться мы точно не будем.

- Почему? А если захотим сильно-сильно?

- Ну, разве только сильно-сильно, - всё-таки согласилась она.

- Вот я уже хочу, а ты?

- А я не знаю. Обычно, мне сложно разобраться в своих чувствах. Постоянно что-то болит и отвлекает. Но надо отдать тебе должное, это свидание – лучшее, что произошло в больнице. Хоть какое-то разнообразие. Спасибо.

- Так может, поцелуемся? Закрепим, так сказать.

- Ну, давай, - легко согласилась Юля.

Девчонки потянулись друг к другу губами и легонько чмокнулись. А после Лия взяла Юльку за затылок и поцеловала с языком.

Их поцелуй такой мягкий, нежный и приятный, что Юля на мгновение забыла, что целовалась с девушкой. Рука Лии тем временем сползла на грудь, слегка её сжимая и массируя.

- Наверное, это лишнее, - опустила Юля взгляд своих карих глаза.

- Ой, прости, забылась, - Лия убирала свою руку с Юлькиной груди.

- Скажи, а как ты поняла, что лесбиянка? - Не в силах устоять перед любопытством, спросила Юля.

- Я всегда это знала. Мне нравились принцессы в мультиках. Я мечтала украсть их у прекрасного принца и всю жизнь любить их где-то на краю Света. Окончательно я это поняла, когда начала дрочить.

- Фу-у-у-у, зачем так грубо, - игриво нахмурилась Юля, но тут же улыбнулась. - И какие девушки тебе нравятся?

- Мягкие, нежные, женственные, такие как ты. Я же сказала, мне нравятся принцессы, - Лия вновь поцеловала Юлькину лапку, но та уже привыкла и не сопротивлялась. Она была словно под гипнозом от Лииных изумрудных глаз и взмахов ее пышных ресниц. Ей захотелось снова поцеловать подругу. Но Юля сдержалась, ведь всё ещё считала это неправильным.

- Как ты попала сюда? – Спросила она Лию.

- Так же, как и ты. Заразилась и попала. У меня особо тяжелая форма, вот меня в больницу и определили.

- А твои родные, парень, ой, прости, девушка у тебя есть?

- Если бы у меня была девушка, я бы не стала за тобой ухаживать. – Пожала она плечами. – Родным на меня насрать. Моя матушка в самый разгар болячки укатила куда-то с очередным хахалем. Как же они задрали.

- Хахали её?

- Да. Всю жизнь она только и устраивает своё личное счастье. С тех пор как меня родила, она занята поисками очередного папашки для меня, как будто я её об этом просила.

- А твой настоящий отец?

- Ему тоже на меня насрать, он как узнал, что у него есть взрослая дочь, то испугался и попытался сбежать. Лох он, короче. Не работает, живёт на шее у бабушки. Ой, там тяжелый случай, - отмахнулась она.

- Не знала, что бывают проблемы похуже моих, - опустила Юля глаза.

- А что у тебя за проблемы?

- Онкология с детства. У меня удалена половина лёгкого, - Юля показала ей едва заметный шрам на боку. – Диабет, а теперь и вот это. Кх-кх.

- Бедненькая, - Лия провела пальчиком по Юлиному шраму. – За что же тебя так?

- Сама не знаю, - девчонка в очередной раз пыталась не заплакать, ведь в этот миг ей стало бесконечно жаль себя и маму, которая всю жизнь на неё положила. – Мне кажется порой, что я просто не создана для этого мира, и потому Господь хочет побыстрее забрать меня к себе на небеса. Но моя мама не даёт Ему этого сделать.

Каждый раз вспоминая о маме Юля не могла удержаться от слез, не смогла и в этот.

- Ты слишком хороша для этого мира. Посмотри на этот мир и посмотри на себя. Этот мир не заслужил такой как ты. Он не заслуживает тебя.

- Спасибо, - всхлипывала Юля. Они застыли и пару секунд, глядя друг дружке в глаза, а после стали целоваться. На этот раз их поцелуи спонтанные и страстные, ведь Юля сама проявила инициативу. И руки Лии на груди её ничуть не смущали.

- Идём, хочу показать тебе одно место, - Лия спрыгнула с подоконника и протянула Юле руку.

«Лучшее свидание в моей жизни». Мелькнула мысль в её юной башке, пока она бежала за подругой куда-то по коридору. Здесь в тупике не было никаких вазонов, зато была железная лестница, упирающаяся в люк под потолком.

- Знаешь, как я это называю? – Улыбнулась Лия. – Лестница в небо. Мне нравится думать, что это именно по ней поднимаются на небеса души умерших в этой больнице. Мне кажется там, на крыше абсолютная свобода и вечное счастье. Там нет проклятых болезней. И мне однажды самой придётся туда подняться.

- Красивая история, - прижалась к подруге Юля. - А как мама относится к тому, что ты лесби?

- Она не знает, а если бы и знала, то ей было бы всё равно. Ей всегда было на меня насрать. Она лишь винила меня в том, что из-за меня, видите ли, её личная жизнь не сложилась.

- А моя мне на операцию деньги собирала, дневала и ночевала у моей кровати, когда я химию проходила. Все глаза себе выплакала.

- Если бы у меня была такая дочь как ты, я бы ничего для неё не жалела, и в первую очередь себя.

Вернувшись в палату, они забрались под одеяло вместе. Юля от холода стучала зубами, а Лия её согревала теплом своего тела.

- Может, одежду снимем? – Невзначай предложила она.

- Это уже слишком по-лесбийски, - хихикнула Юля, когда согрелась.

Ночью у неё поднялась температура, случился приступ. Юля задыхалась и кашляла, крутилась и не могла уснуть. Лия всю ночь сидела у её кровати, а когда той стало совсем плохо - побежала за медсестрой.

Следующие полночи Юлю спасали, кололи и капали, хотели подключать к аппарату, но обошлось. И лишь под утро ей удалось ненадолго вздремнуть. А Лия, больная и уставшая, так и сидела у изголовья кровати, вслушиваясь в её дыхание.

- Ты спасла мне жизнь, - открыв глаза, прошептала Юля.

- Всегда пожалуйста, - устало улыбнулась Лия. - Юль, только ты не пугайся.

- А что случилось, кх-кх-кх, чего мне еще бояться?

Лия подсела ближе и прошептала на ушко.

– Я заглянула в твою карту. Пока медсестра бегала за капельницей, она её на столе оставила.

- И что там? Что у меня там может такого быть, чего уже нет? Малярия, сифилис, рак, новые метастазы. Мне кажется, меня уже ничем не удивить.

- Там написано: «Не реанимировать». Написано, что если будешь умирать и нуждаться в аппарате, то тебя всё равно к нему не подключат. Потому, как это бесполезно, ведь у тебя нет половины легкого. Написано, что у тебя даже на подключении шансов маловато… - Она говорила это таким голоском, как будто сейчас расплачется. Но Юля не заплакала, она была готова к этому и потому восприняла её слова, как «стойкий оловянный солдатик».

- Ну и пусть, - ответила Юля. – Я уже давно готова к худшему. Это только поначалу страшно, а со временем привыкаешь жить в постоянном ожидании смерти.

- Ты привыкла, а я-то нет. Я этого не переживу, слышишь! Я не позволю этому случиться. Не дам тебе умереть! Я столько лет тебя ждала не для того, чтобы так вот тебя потерять. Юля, Юлечка, любимая.

- Кх-кх-кх, - закашлялась Юля от избытка чувств.

- Я так долго тебя искала, рисовала тебя в своих мечтах, и вот, наконец, встретила. - Продолжает Лия. - Я тебя никуда не отпущу. Если ты «уйдешь», я «пойду» за тобой следом…

- Спасибо за то, что поддерживаешь меня. Пусть мне не повезло со здоровьем, зато всегда находились люди, кто был рядом, кто верил в меня, кто был готов бороться за меня, даже когда врачи опускали руки. Раньше это была мама, а теперь и ты. Ещё раз, спасибо, - прошептала Юля и крепко прижалась к подруге.

- Ты не умрёшь, Юлечка. Не здесь, не так и не сейчас.

- Я знаю. Я не верю в смерть, я не верю, что смерть, это конец. Думаю, что там, на небесах мы встретимся снова и посмеемся над этой дурацкой болячкой, которая не даёт нам прожить чуточку дольше, кх-кх-кх, - захлёбывалась она от кашля.

- Сестра, врач, кто-нибудь! Помогите, она задыхается! – Запаниковала Лия.

- Нет, нет, всё в порядке, я в норме, кх-кх, - остановила её Юля.

Лия легла на кровать и обняла подругу. Так вместе они и уснули после бессонной ночи.

Утром Юле стало гораздо лучше. Ещё бы проклятый кашель не доставал, она бы вообще решила, что здорова.

- Привет, - вместо «доброе утро» сказала Лия, как только открыла глаза. – Ещё на одно свидание сходим?

- Окей. Только давай никуда не пойдём, а посидим в палате.

- И то правильно, - Лия нежно коснулась рукой её живота, от чего Юля вздрогнула.

- Дай я тебя поглажу? – Переборов стеснительность спросила она.

- Конечно, - улыбнулась Юля. – Ты же и так всё время меня трогаешь.

- Я про другое, - и Лия шлёпнула её по попке. А потом сжала её посильнее. - М-м-м-м, какая же ты упругая, Юлечка. А можно посмотреть?

- На что? На жопу что ли? – Засмеялась Юля. - Ну если ты так просишь.

Она перевернулась на живот, разрешив подруге задрать ночнушку.

- М-м-м. Самая аппетитная попочка в моей жизни, - произнесла Лия, схватив её за оба полупопия и раздвинув их в стороны.

- Нет, - резко одернула её Юля, и перевернувшись на спину, пустила ночнушку как можно ниже. Она встала с койки и лениво поковыляла к умывальнику. Взяла зубную щетку и пасту и принялась чистить зубы. Лия подошла к ней со спины, мягко положила свою ладонь ей на низ живота, и поцеловала за ушком.

Юля не подавала виду и продолжила чистить зубы как ни в чём не бывало. Тем временем Лия задирала её ночнушку, и стала ласкать её нежное тело. И вот уже Юлька перед ней полуголая, но всё так же чистит зубы, как будто ничего не происходит.

Рука Лии скользнула по юному телу и коснулась её лобка. Нежно лаская пальчиком набухшую вишенку. В этот момент Юля отложила зубную щетку и сплюнула. Она слишком перевозбудилась и больше не могла делать вид, что ничего не происходит. У неё сбилось дыхание, а рот приоткрылся сам собой.

- Ведь ты же хочешь этого, - прошептала на ушко Лия. – Я чувствую, что тебе нравится.

- Я сама не знаю, чего хочу.

- А знаешь, чего хочу я. Зубами сорвать с тебя одежду, лизать и целовать всё до чего смогу дотянуться, я хочу тебя съесть. Обещаю, я никому не расскажу.

- А как же мой парень, - для вида поломалась Юлька.

- Мы ему не расскажем, - Лия опустилась перед ней на корточки и нежно поцеловала коленку, плавно поднимаясь всё выше. С каждым поцелуем приближаясь к её лобку.

Их сердца стучались всё сильнее и дыхания сплелись в унисон. Юля не могла протестовать, а лишь стояла и тихо постанывала от кайфа. Пока подруга на коленях, обхватив её стройные ноги целовала их нежно-нежно всё ближе и ближе к заветному месту. Юля уже поплыла, она была на седьмом небе от счастья, как под героином.

- Ты обалденно пахнешь, - прошептала Лия, укладывая Юльку в постель. Она устроилась у Юлиных ног и смахнув на бок челку и продолжила пальчиком ласкать её киску.

- Какая же та красивая, Юль, - подушечка её пальца нежно коснулась клитора. Юля не могла вымолвить ни звука, ей было слишком хорошо, чтобы говорить, и она закрыла глаза.

Её дыхание остановилось всего на секунду, когда чувственный язычок подруги коснулся её нежной плоти. Ей захотелось смеяться и рыдать одновременно, прижать к себе Лию посильнее, и кайфовать. Но Юля сдержалась, потому что всё ещё стеснялась.

Лия засунула в рот два пальца, а после нежно ввела их в Юлькину щёлочку. И обхватив губами киску, стала играть кончиком языка с её клитором.

- А-а-ах, а-а-ах, ах, - продолжила Юля стонать, даже когда Лия закончила. Подруга поцеловала Юлю в животик и стала подниматься выше, покрывая поцелуями возбуждённое тело подруги. А после она легла рядом, влюблённо глядя в её сияющие глазки.

- Юлька, ты счастлива? – Дрожал её нежный голос.

- Мне кажется, я побывала в раю.

Лия нежно положила свою руку ей на киску и продолжила гладить её и мять. А после поднесла к лицу, демонстративно облизывая пальцы.

- Я не остановлюсь пока ты не кончишь, - прошептала она Юле на ушко.

- Хочешь, чтобы я кончила? Расслабь ладошку.

Юля взяла её кисть и стала водить ею по своей щёлке так как ей нравится. В какой-то момент Лия уловила темп и теперь уже сама дрочила Юле, доводя её до оргазма.

- Юль, а может теперь ты меня? – Промурлыкала на ушко Лия.

- С ума сошла, конечно, нет!

- Ну, как хочешь. Спорим ты скоро сама попросишь о этом. А я ещё буду ломаться. Подумай от чего отказываешься, никто ничего не узнает.

- Нет значит нет, и не проси, - твёрдо ответила Юля.

- Прости, Юль, если я тебя обидела. Я не хотела тебя расстраивать, - искренне извинилась Лия.

- Прощаю, но больше мы к этой теме не возвращаемся.

- Да, но ведь я же сделала тебе приятно, неужели ты не хочешь отплатить мне взаимностью. Хотя бы погладь меня там.

- Ладно, - недовольно согласилась Юля.

- Так бы и сразу, - обрадовалась Лия и легла напротив Юльки, слегка раздвинув ноги. Она сняла с себя футболку, оставшись в кружевном бюстгальтере.

- Мне и это снять или для начала тебе нужно привыкнуть? – Кивнула она на свои кружевные трусики.

- Дай мне слегка привыкнуть, - заволновалась Юля и, зажмурившись, добавила. – Господи, что же я вытворяю? Увидел бы меня кто.

- Давай я помогу, - Лия взяла её за руку и сексуально облизала пальчики, а после положила её на свой плоский живот.

- Снимай, - вздохнула Юлька, уставившись в просвечивающийся через трусики лобок подруги.

Лия эротично стянула с себя трусы, оставаясь в одних только беленьких носочках.

Юля легла перед ней на живот, уставившись прямо на киску подруги, и нежно коснулась её рукой, пальчиком проводя по аккуратной полоске волос, оставленной на лобке. Лия всем телом вздрогнула, от её прикосновений.

- Продолжай, не останавливайся, у тебя получается, - промурлыкала она.

Юля нерешительно облизала палец и подушечкой мягко коснулась к её слегка торчащему клитору. Он завораживал, словно гипнотизировал девушку. Она смотрела на него и практически себя не контролировала. А как себя контролировать, когда перед глазами такая милота. Юля снова обсосала пальчик, которым уже касалась к половым губам подруги.

Лия томно вздохнула, раздвинув пошире ножки. Так, чтобы Юльке было удобно любоваться её щёлкой. Она ведь почти идеальная, миленькая и аккуратненькая. А не лобке специально оставленная тоненькая полоска волос.

- Как тебе моя мухоловка для бабочек? – Подмигнула ей Лия. - Скажи хочется полизать. Так и тянет. Ну же давай, не сдерживайся. Это сначала никто не лесбиянка, но увидев мою киску, многие меняют своё мнение.

Юля промолчала, как будто она зависла, не зная, что делать дальше. И в третий раз облизала пальчик, которым уже водила по нежно розовой плоти подруги.

- Нравится женская смазка? - Продолжила соблазнять её Лия. - Я же говорю, это запах любви, коктейль эстрогенов так опьяняет.

Но Юля не обращала на её слова внимания. Она в очередной раз обсосала пальчик и нежно провалилась им в пещерку подруги.

- А-а-ах, - томно вздохнула Лия, слегка сводя коленки.

Юля не остановилась, она и не могла сейчас остановиться, словно под гипнозом прекрасного тела подруги. Ей нравилось женское тело, и нравилось доставлять ему удовольствие. Ведь наконец она могла проникнуть гораздо глубже чем это у неё самой получалось ранее.

Вся обстановка и голос подруги всецело захватили её сознание. А этот аромат, одновременно отталкивающий и манящий, кружил ей голову похлеще любого наркоза.

«Я не могу сопротивляться. Я окончательно утратила над собой контроль. Если меня подтолкнуть — я б ей отлизала», отчётливо понимала Юля. В её фантазиях она уже отлизывала подруге, жадно поглощая драгоценные капли её смазки. Ласкала её клитор губами и языком, растягивая половые губы. Всё это она уже видела в порно, но сейчас ей нестерпимо хотелось почувствовать это на практике. Вот только смелости пока не доставало.

«Ну почему я такая нерешительная? Что меня останавливает?»

Их взгляды вновь сошлись, и Юля прочитала по губам.

- Ну же, поцелуй меня, - прошептала подруга. И Юля поняла, как сильно та её хочет, и губы сами потянутся к киске.

В самый неподходящий момент в палату вошёл доктор. Он чем-то занимался и взгляд его был прикован к планшету. Но Юля вскочила с кровати, как преступница, застуканная на месте преступления. Быстро поправила на себе ночнушку, и поспешила укутать Лию своим одеялом, чтобы ни сантиметра её обнажённого тела никто не увидел.

Лия лежала и улыбалась, с трудом сдерживая смех.

- А чего это вы в одной кровати? – Нахмурился доктор.

- Я не могу согреться, вот мы и решили поменяться кроватями, - дико краснея, Юля придумала нелепую отмазку прямо на ходу.

- Здесь же не холодно. Может у тебя температура, - доктор подошёл к растерянной Юле и тыльной стороной ладони потрогал её лоб.

- Всё ясно, - сказал он. - Ты горишь.

- Серьёзно? - Не поверила она и сама проверила температуру своей ладонью. Ощущая на пальцах сильный запах смазки подруги, отчего вся покраснела как помидор.

Лежащая на кровати Лия с трудом сдерживала смех.

- Зуева, на рентген, - сообщил причину своего визита доктор и направился к двери.

- Что, опять? - Расстроилась Юля и безвольно потопала за врачом до самого кабинета рентгенографии.

Доктор сказал ей раздеться и точно показал, где встать, а сам ушёл за свинцовую ширму. Юля много раз уже делала рентген, и потому не хуже самого врача знала, что ей делать и где стоять. Куда смотреть, на сколько секунд задерживать дыхание. Она привыкла ко всем этим процедурам, и делала их на автоматизме.

«Не представляю себе жизнь без рентгена и анализа крови, без капельницы и постоянно торчащего из вены катетера. Не представляю, как буду жить, если вдруг стану полностью здоровой. Наверное, буду ходить в больницу, и ностальгировать о своём детстве, лучших годах, прошедших в стенах, пропахших аптекой».

Прозвучал сигнал, и доктор вышел из-за ширмы.

- Можешь одеваться, – коротко сообщил он, даже не глядя в сторону полуобнажённой девчонки.

«А на что тут смотреть, я же болезненная и бледная. И что такого Лия во мне нашла, что чуть не уписалась от счастья, когда я разрешила ей себя потрогать».

- Что там? – Безучастно спросила она, застёгивая пуговички.

- Эх-эх-эх, - вздохнул доктор с таким выражением, будто всё очень плохо. И снова повторил. – Одевайся.

- Скажите, что там, мне важно знать! - Повысила Юля голос.

- Ты хочешь услышать что-то обнадёживающее, - он посмотрел ей прямо в глаза, как будто это могло её успокоить. – Но мне нечего тебе сказать.

- Тогда скажите правду.

- Если бы это хоть как-то помогало… эх, если бы это помогало.

- Дайте сюда, - резким рывком Юля выхватила папку из его рук, и стала её листать, в поисках заветной надписи. – Где эта фраза: «Не реанимировать», я же знаю, она здесь есть.

- Ты что себе позволяешь! Верни немедленно! – Повысил голос доктор, но силой забирать папку не стал, увидев, как Юля в неё вцепилась.

– Отдай, пожалуйста, – тише повтори он.

И Юля сдалась, она отпустила папку и мгновенно залилась слезами:

- Скажите доктор, почему? Почему это происходит со мной? Неужели я мало страдала. Ну в чем же я виновата, раз меньше других заслуживаю право на жизнь.

- Эх-эх-эх, Юля, Юля, Юлечка, – вздохнул он и похлопал её по плечу. – Часто те, кто больше других заслуживает жизни, уходят от нас слишком рано.

Юля больше не кипишевала, она и так получила ответ на свой вопрос, и ответ этот был неутешительным. Лия не соврала, хоть в её словах Юля и секунды не сомневалась.

Разбитая и опустошённая она вернулась в палату, где уже давно разрывался от сообщений её телефон.

- Тебе постоянно наяривают, я не стала брать, - кивнула Лия в сторону смартфона. Она была под капельницей и даже при желании не могла бы снять трубку. Да и не прилично это читать чужие сообщения.

Юля схватила телефон и прищурилась.

«Ещё и зрение стало подводить, - мысленно констатировала она. - Скоро я в очках буду ходить».

- Привет, мам, - радостно подняла она трубку, услышав голос матери.

- Привет, Юлечка, радость моя, поставь на видео.

- Нет, - резко ответила она. – Я сейчас не в лучшей форме.

- Доченька, ты для меня всегда самая красивая, - чувствовалось, как мать улыбается. Юля знала, что мама всегда улыбается, когда разговаривает с ней. Ни разу в жизни мама не повысила на неё даже голос, ни разу не наругала.

- Ладно, - согласилась Юля, осматриваясь в поисках укромного местечка, где можно было бы поговорить, и включила видео.

- Юлечка, солнышко моё, доченька, ты же знаешь, Господь ничего не делает просто так… – мама смахнула случайную слезинку. – Эта болезнь - испытание веры. Акт Его чистой любви.

- Я знаю, знаю мамочка.

- Юлечка, ангелочек мой, как же мне тебя не хватает. Я бы хоть сейчас сорвалась и приехала к тебе в больницу.

- Не надо, мам, - пыталась не заплакать Юля. – Я уже не маленькая, мне здесь все помогают. Кроме того, ты сама можешь заразиться, это же инфекционка.

- Судя по всему я уже переболела, я же столько с тобой контактировала.

- Никто кроме меня не заболел. Каким-то непостижимым образом я подхватила дурацки вирус, почти не выходя из дома.

- Девочка моя, хочу, чтобы ты помнила: Господь тебя любит. Ты ангелочек, Его самая любимая доченька. - Мама убрала слезнику. – Всё, не могу больше общаться, а то сейчас расплачусь.

- Я тоже, мам, - случайная слеза скатилась по Юлиной щеке.

- Люблю тебя, Юлечка, люблю тебя моё солнышко.

- И я тебя люблю мамочка.

«Мама, мама, мамочка, сколько же ты ночей надо мной проплакала, столько ради меня выстрадала. Неужели всё было впустую? Господи, как же это несправедливо. Дай мне сил и дальше нести свой крест». Ей стало так жаль себя в этот момент, что не осталось никакой силы сдерживаться.

- Ладно, мам, мне пора на процедуры, - решила она соврать, чтобы закончить разговор.

- Пока Юлечка, звони почаще.

- Пока, мамочка, люблю тебя, - Юля положила трубку. У неё сложилось такое впечатление, что это было прощание. Мать каждый раз звонила ей как в последний. Что и не мудрено — ведь Юля почти не вылезала из реанимации.

- Кх-кх-кх, - положив трубу закашлялась Юля. Её ноги подкосились, а сама она стала задыхаться. – Кх-кх-кх. – Из последних сил Юля схватилась за угол кровати, чтобы не упасть.

- Кх-кх-кх. Врача! Кто-нибудь, позовите врача, - Юля упала прямо на бетонный пол, жадно хватая ртом холодный воздух.

Кашель будто изнутри разрывал её лёгкие. Глаза застилала пелена боли, сквозь которую она увидела, как кто-то спешит ей на помощь. Кто-то подставил ей плечо и помог дойти до кровати.

«Кажется я сейчас умру». Вдруг осознала Юля, когда уже на кровати, поняла, что всё это время ей помогала Лия. Подруга выдернула из вены катетер и бросилась к ней на помощь.

Лия набрала воздуху в грудь и, не смотря на кашель, сделала Юле искусственное дыхание рот в рот.

Их губы слились, и дыхание на короткий миг стало едино. Руки подруги крепко сжимали небольшую Юлькину грудь.

«Неужели она думает, что мне это поможет!»

- Кх-кх, - вновь откашлялась Юля, и вновь Лия губами прижалась к её губам, делясь с подругой своим горячим дыханием.

- Кх-кх, - откашлялась Юля.

- Кх-кх-кх, - откашлялась Лия следом за ней, и только теперь в палате появился доктор. Но Юльке уже полегчало, она буквально за секунду перестала кашлять и вновь стала нормально дышать.

- Что-то случилось? - Испугано осмотрел её врач.

- Всё в порядке, - хриплым голосом ответила Юля.

Ещё раз проверив температуру и посмотрев язык и горло, доктор покинул палату, оставляя девчонок наедине.

Юля лежала на кровати, а Лия стояла возле неё, всё так же сжимая её грудь двумя руками. Когда она поняла, что всё позади и решила убрать свои руки, Юля её остановила.

- Не отпускай меня, - одними губами прошептала она.

- Я и не собиралась тебя отпускать, - улыбнулась Лия.

Девчонки потянулись друг к другу, а пальцы Лии едва заметно стали массировать Юлины возбуждённые соски.

Лия залезла на кровать и села на Юлечку верхом, прямо на её живот. Девочки начали страстно сосаться. Юле стало жарко в одежде, и она сбросила её прямо на пол, оголяясь перед подругой, оставаясь перед ней в одних только трусиках. Девчонки продолжили целоваться и ласкать друг дружку, не обращая внимания на то, что двери в палату не закрываются.

Лия опустилась ниже, стягивая с Юльки последнее, что прикрывало её чувственную плоть. И вот её губы и язычок уже ласкали возбуждённую щёлочку, от чего Юля могла лишь томно стонать, от наслаждения не в силах сдерживаться.

Когда Лия закончила, Юля приподнялась на локотках и нежно поцеловала подругу в губы, а после сама опустилась ниже, попутно стягивая с неё одежду. Она поцеловала шею, грудь с торчащими сосками, солнечное сплетение, пупок, пресс и добиралась до самого сладкого.

Наконец они поменялись местами. Теперь Лия лежала на спине, а Юля нависала над ней всем своим телом, покрывая тело подруги своими чувственными поцелуями. Губами и языком лаская её грудь и живот, пальцами проникая в трусики.

Набравшись смелости, Юля спустила с Лии шортики и пару мгновений любовалась её идеальной киской. Сквозь ткань кружевных трусиков её было отлично видно. Слегка прижатые половые губы, торчащая бусинка и тонкая полоска волос. Юля мечтательно провела по ней пальчиком, глядя подруге прямо в глаза. Ей показалось, что целый мир сейчас растворился в этих изумрудных глазах.

Без лишних слов она стянула с Лии трусики и вновь замерла перед её писечкой, не переставая любоваться крошечной горошинкой и немного прижатыми лепесточками.

«Теперь понятно, как ей удаётся влюблять в себя девочек», поняла Юля.

- Это самое красивое, что я видела своей жизни, - прошептала Юля и потянулась к ней губами. - А ты самая красивая кого я встречала.

- Ты тоже, - промурлыкала Лия, вся в предвкушении, изгибаясь от наслаждения.

Юля подмигнула ей и закрыв глаза, коснулась кончиком языка её клитора.

- А-а-а-ах, - томно выдохнула Лия, переходя на визг. Она откинула голову назад и от возбуждения сжала пальцы на ногах.

Юля ласково провела языком по её киске и нежно поцеловала клитор, едва касаясь его своими пухлыми губами.

А после она облизала пальчик и проникла в её горячую щёлку как можно глубже. Языком продолжая себе помогать. Её дико возбуждала эта едва заметная дрожь, волнами пробегающая по телу подруги. Юля и сама от этого едва не кончала.

Кто-то прошёл мимо двери, испугав девчонок и заставив их спрятаться под одеялом.

- Чувствую, не дадут нам нормально потрахаться, - с улыбой промурлыкала Юля.

- Идём отсюда, я знаю одно место.

Прихватив какие-то шмотки, девчонки выскользнули в коридор.

Они шли по правой стороне, пока не упёрлись в железную лестницу, ведущую к люку на потолке.

- Это твоя лестница в небо, кх-кх, - улыбнулась Юля.

- Зачем нам чего-то ждать? Ведь мы же прямо сейчас можем туда попасть. Так ты со мной или как? – Протянула ей Лия руку.

- Я навсегда с тобой, - клятвенно произнесла Юля и взяла её за руку.

Лия первая поднялась по лестнице. Подперев плечами люк, она выбралась на крышу, а после помогла Юле это сделать.

Здесь пахло свежестью пустыни, аромат долгожданной свободы. Лёгкий ветерок ласкал их непослушные волосы. Больше никаких больниц, никаких капельниц и препаратов.

- А если нас будут искать? - Испугалась Юля.

- Пусть ищут, - ответила Лия и взяла её за руку. – Лично я уже нашла всё, что искала.

- Не будем терять времени, я и так его слишком много его растеряла.

Девчонки стали сосаться, словно соревнуясь кто сильнее зацелует друг дружку.

- Я же говорила тебе понравился, - мурлыкала Лия. - Я это сразу заметила в твоих глазах. Ты так на меня смотрела… А ещё говорила, что не хочешь лизать мою писю.

- Спасибо что показала, как это классно, а сейчас заткнись и не отвлекайся, - Юля опустилась перед ней на колени, она высунула посильнее язычок, чтобы всей его поверхностью ласкать нежную плоть подруги. Лия схватила её за затылок и прижала к себе как можно сильнее, томно постанывая от нарастающего кайфа.

А после они сидели вдвоём на крыше больницы и любовались закатом под звёздным небом над бескрайней пустыней Альсары, забыв о болезни и обо всём на свете.

Их привлёк неожиданный стук.

- Э-э-й! - Прозвучал голос из-под железного люка. - Вы что там заперлись? А ну откройте немедленно!

Он звучал сердито и потому девчонки не решалась подать голос. Юля встала и тихо, на цыпочках подошла к люку. Оказывается, Лия вставила в засов свой зажигалку, чтобы люк не могли открыть с той стороны.

- Зачем ты это сделала? - Вопросительно посмотрела на неё Юля.

- А что? Мы же не можем запереться в палате, так хоть здесь нас не станут тревожить.

- Но ведь нас заругают! - Испуганно смотрела на неё Юля.

- Э-э-эй, вы там!? Вы всё ещё там?! Отзовитесь! - Звучал голос из преисподней.

- Тс-с-с-с-с-с, - прижала Лия указательный палец к своим губам.

- Дождёмся пока он уйдёт? - Пожала плечами Юля.

- Ты жди, если хочешь, лично я сваливаю, - Лия встала, поправила на себе одежду и направилась к пожарной лестнице.

- Эй, а как же я?! - Не сразу опомнилась Юля. - Не оставляй меня им на растерзание, ты же обещала.

- Тогда не отставай, - сказала Лия спуская пожарную лестницу на землю.

Юля замерла на крыше здания, у неё кружилась голова, её подташнивало, но дух приключений, не дал ей струсить.

«В конце концов я пережила химиотерапию, с чего мне бояться третьего этажа».

Когда они оказались внизу, Лия быстро отыскала дыру в заборе и направилась к ней.

- Нам нужно вернуться в палату, нас будут искать, там мои вещи, - постоянно тататорила Юля, глядя на то, как Лия через эту дыру покидает территорию больницы.

- Ты что палаты в жизни не видела, или своих больничных шмоток? Да что ты вообще видела кроме этих дурацких процедур. Ты знаешь почему вся такая чахлая, из-за этого бесконечного лечения. Пора отбросить всё и зажить полной жизнью. Так ты со мной?

- Наверное? - Неуверенно пожала плечами Юля.

- Даже если тебе осталось недолго. Тем более если осталось недолго. Ты же не хочешь всю жизнь провести под капельницей на больничной койке. Ты когда-нибудь бывала в пустыне, на море, в каньонах, солончаках, ты видела Омикрон, тайный храм Ксивы, поселения рейдеров, бывала в космосе? Господи, да с кем я разговариваю. Можешь оставаться. Люблю тебя Юлечка, не скучай.

Лия поцеловала подругу в щёчку и направилась в сторону трассы, а Юля так и осталась торчать у дыры в заборе.

Она не привыкла так быстро принимать решения. Она вообще не привыкла этого делать. Всегда за неё решения принимала мама, а она лишь покорно соглашалась. А сейчас подруга предлагала всё изменить кардинально. Но Юля так не умела.

И пока она размышляла Лия скрылась из виду.

- Нет, - тихо проговорила Юлька, и тут ей стало по-настоящему страшно. Перед глазами промелькнули все лучшие моменты, их первый секс в больнице.

«А может это и есть любовь?» И крошечная слезинка скатилась по её щеке.

- Нет, Лия, нет, подожди меня, я с тобой! Прости, не оставляй меня, - Юля побежала вслед за ней через кустарник, царапая свои открытые плечи его острыми шипами. Но лишь запыхалась, глотая песчаную пыль. Лии нигде не было. Она ушла навсегда.

- Лия нет, я же только нашла тебя, мы же только встретились, не бросай меня! Пожалуйста! Ты же обещала… обещала, что не бросишь! Кх-кх, - прокричала Юля. Но никто её не услышал, только пустынный ветер гудел в проводах.

Она печально обернулась и увидела вечерние окна больницы, горящие насыщенным жёлтым светом, и только сейчас поняла, как сильно не хочет туда возвращаться. Ведь там больше не будет её, не будет Лии.

- Пожалуйста, прошу тебя, любимая моя, девочка моя, маленькая моя, не бросай меня, - слезливо проговорила Юля и поковыляла вдоль трассы в сторону больницы.

Неожиданно раздался визг тормозов и рядом припарковался небольшой бус.

Открылось задняя дверца, откуда на неё смотрела весёлая Лия.

- Мелкая, падай, - улыбалась подруга, похлопывая по сиденью, оббитому старым дерматином.

Не помня себя от радости, Юля запрыгнула на сидение неизвестного буса и тот всё с таким же скрипом тронулся с места, освещая перед собой дорогу жёлтым сиянием фар.

- Спасибо, спасибо что не оставила меня, я так люблю тебя, я только сейчас это поняла, - кинулась к ней целовать Юля, не обращая внимания на то, что в бусе они не одни.

- Я знала, что ты захочешь поехать с нами, поэтому и попросила ребят подождать, - улыбнулась Лия. - Знакомьтесь, это Юлечка.

- Очень приятно.

- Привет.

- Меня зовут Дима, - протянул руку один из парней. И Юле пришлось её пожать.

- Вадик и Томас, сами они не умеют представляться, - недовольно фыркнула Лия.

- Я за рулём, - сказал один из парней, - всматриваясь в дорогу.

- Так это из-за неё ты раньше не могла оттуда свалить. Юлечка. Миленькое имя, - сказал другой.

- Эй, попустись, она со мной, - Лия картинно отгородила Юлю от него.

- За это надо выпить, - слегка полноватый парень, который представился Димой, полез в ледник и достал оттуда четыре бутылки пива с откручивающимися крышками.

Две бутылки взяли парни, а две досталось Юле и Лие. Лия заботливо помогла подруге открутить крышку.

- За встречу, - произнесла она, ребята чокнулись горлышками бутылок и присосались к ним. Юля лишь с ужасом понюхала содержимое. Она никогда ещё не пила настоящее пиво, и запах ей не понравился.

- А как же я, - запротестовал водитель, которому не досталось бутылки.

- Обойдёшься.

- Ты же за рулём, выпьешь в поезде.

Глядя на то, что Юля не пьёт, Лия поднесла горлышко бутылки к её губами, и стала уговаривать.

- Пей.

Юля отглотнула немного и скривилась от отвращения, ни запах ни вкус напитка ей не понравился. Но сразу же улыбнулась, чтобы не обижаться подругу.

- Вот там тормози, - глянув в окно, Лия указывала на пустырь, где можно было запарковаться. Юля всё ещё не понимала, что происходит, и на всякий случай решила не скулить о возвращении в больницу. В конце концов они ведь только встретились.

Бусик притормозил у дороги. А полный парень подал ручку сначала Юле, а потом и Лие, помогая девчонкам спуститься на обочину.

- Что мы будем здесь делать? - Шепнула Юля на ушко подруге, но та не ответила.

- Ты взял всё что я просила?! - Нахмурившись посмотрела она на полного Диму.

- Да, да, конечно, - словно оправдывался тот. - Знаешь проникнуть в твой дом, когда тебя там нет, та ещё задача. Меня соседка спалила.

- Кого это должно волновать? - Отмахнулась Лия. - Доставай и показывай.

Дима вытащил из багажника громадный чемодан и положил его перед Лией прямо на песок. Та радостно присела перед ним и открыла крышку.

- Класс, - игриво улыбнулась Лия. - А лифчики, я же просила… и где мамкин дейзик?

- Слушай, я и так едва не попал, - оправдывался Дима.

В чемодане была целая гора Лииных шмоток и каблуков. Некоторые были аккуратно сложены, другие накиданы как попало. Она достала какие-то костюмы в целлофане и приложила один из них к Юле, на глаз прикидывая как он сядет.

- В самый раз, надевай, - будто приказала она Юле. Та обернулась на парней, которые с любопытством на всё это пялились. И Лия сразу поняла в чём дело.

- А ну отвернулись все трое, быстро, - властно скомандовала она.

- Может мы в бусике переоденемся или за угол зайдём, - Юля оглядывала окрестную пустошь.

- Да забей, они не будут подсматривать, - улыбнулась Лия. - Разве только в самую малость. Меня они уже голой видели.

- Но меня-то нет, - вздохнула Юлька и стала стеснительно переодеваться.

Парни и вправду отвернулись, но всё равно продолжали подглядывать. Случайно или специально, в зеркала заднего вида или в свои телефоны. В такой ситуации Юля не могла себя чувствовать защищённой, и ей понадобилось несколько минут, чтобы успокоиться. А вот Лия мгновенно избавилась от старых шмоток и нырнула в новый прикид. Юле на это потребовалось намного больше времени.

Короткая блузка, завязанная плотно под грудь, через ткань которой просвечивались торчащие сосочки, открытые узкие плечи. Ещё более кроткая мини в складку, которая при движении разлетается так что вот-вот обнажит всё то, что по идее должна скрывать. Её постоянно приходилось придерживать. Чулки с бантиками выше колена, выгодно подчёркивающие длину Юлиных ног. Чёрные лакированные босоножки на платформе. Довершал образ обруч с лисьими ушками на платиновых волосах.

- Ну и как мы вам? - Сексуально выставила коленку Лия и надула губки.

- Вау.

- Класс, - раздались заслуженные аплодисменты.

Юля была в недоумении. Ведь под пристальными взглядами мальчишек она чувствовала себя настолько доступной и уязвимой, что даже немного возбудилась. И это её пугало.

- Мы едем на какой-то косплей? - Нерешительно спросила Юля, чем вызвала смех у ребят.

- Нет, - отсмеявшись сказала подруга. - У меня давно валяются эти костюмы, но как-то не было повода их надеть. Не было подходящей подруги. А сейчас мы с тобой две лисички сестрички с хвостиками, - Лия слегка задрала Юлину юбку и шлёпнула её по попке. Чем вызвала дополнительные овации парней.

- Ну не могу же я так ходить среди людей, - жалобно заявила Юля.

- Ну-у-у, не наламывай кайф, чего ты такая обломщица?

- Отдай мне больничные вещи.

- Не отдам, - Лия спрятала за спиной пакет с их вещами.

- Отдай, отдай, пожалуйста.

- Ладно, - наконец сдалась Лия. – Давай подыщем для тебя что-то по проще, чтобы ты не ныла.

Она снова полезла в чемодан и достала оттуда белую блузку. Та была короткой, с открытым животом, зато заходила прямо под шею, застёгиваясь на ней словно чокер. А ещё на ней были вырезы на плечах, что добавляло какого-то шарма.

Пока Юля рассматривала себя в зеркало заднего вида бусика, Лия достала кроссовки из белой светоотражающей ткани.

- Ты знаешь, что это, - высокомерно заявила она.

- Какие-то кроссы? – Пожала плечами Юля.

- Это не просто кроссы, я ездила за ними в соседний город, выстаивала многочасовую очередь. И как результат они мне оказались малы. Но я думаю, в самый раз на твою мелкую лапку. Дарю. Хочешь, я сама их на тебя надену.

Юля глянула на парней и представила, что их рядом нет.

- Ну давай, - игриво согласилась она, предоставив подруге свою ногу.

«Это всего лишь обувь. Просить их отвернуться, было бы слишком».

- Ну как тебе в них? - Спросила Лия, когда Юля впервые встала в новые кроссы.

- Мягенько, - прокомментировала она и улыбнулась подруге. А та спонтанно прижалась к ней всем телом и поцеловала.

- У-у-у-у!

- Браво!

- На бис! - Радостно загудели ребята.

Лия собрала в пакет их больничные шмотки и несмотря на Юлин протест выбросила их в пустыне. Они допили пиво и вернулись в бус.

На этот раз они сели иначе. Вместо того чтобы сидеть рядом с подругой, Лия села на заднем сидении в окружении двух парней, едва не в обнимку с ними. А Юле досталось другое место.

Водила похлопал по пустующему пассажирскому кресло возле себя и добавил.

- Мелкая, падай сюда, - и Юльке пришлось пересесть, хоть она не горела желанием оставлять подругу на растерзание этим двоим.

Водитель улыбнулся, окинув её похотливым взглядом и добавил:

- Люблю блондинок.

- Ехай уже, - нахмурилась недовольная Юля.

Водила включил какой-то музон и бус тронулся.

С каждой секундой Юля чувствовала себя всё менее уютно в этой компании. В чужой машине, в чужой одежде, с водилой-извращенцем за рулём. И главное – Лия была не рядом, а мило развлекала двух потных от возбуждения парней.

Вот один из них как бы по-дружески обнимает её. А другой точно так же по-дружески целует ей ручку. И главное — она ведь не против. А мило хихикает и принимает все их ухаживания. Лишь когда толстый положил ей на колено свою потную ладошку, Лия её убрала и строго приказала.

- Не твоё не трожь, - но и это они обратили в шутку.

Юле тоже от них досталось. Смотрел ли водила на дрогу, вот только один его глаз был намертво прикован к её коленкам. Отчего Юле постоянно приходилось подтягивать вниз свою складчатую мини. Но та была слишком короткой и совсем не тянулась.

- А ты вообще сама откуда? - Наконец заговорил водитель, глядя на то, как на заднем сидении все непрерывно шептались.

- Из Эвэдэ, - ответила Юля. - Я там родилась, но никогда не жила. Мы с мамой всё время переезжаем.

- Надо же как загадочно. Ты путешествуешь, но всё равно нигде не побывала. Так говорит о тебе Лия.

- Это не прихоть, мы вынуждены путешествовать, - решила она не рассказывать о своей болезни. Юля вдруг поняла, что с тех пор, как покинула больницу она ни разу не кашляла. Она никогда ещё не чувствовала себя такой здоровой. Единственное, что смущало — это общий расклад. А ещё рука водилы, как бы случайно переползающая с рычага КПП на её голую коленку.

- Ой, прости, - пошло ухмылялся он, то и дело касаясь её беззащитной ножки.

- Разве это не коробка автомат, зачем её всё время трогать, - зажалась ничего не понимающая Юля.

- Привычка, - ответил водила в очередной раз касаясь её ноги.

Пока в один момент он просто не положил её на Юлину коленку и не стал поглаживать.

- Э-э-э-эй, убери от неё свои потные грабли, - спасла ситуацию Лия. Юля была так счастлива.

- Спасибо, спасибо, - прошептала она.

- Прости, я перепутал, - пошла в ход излюбленная отмазка водилы.

- Ты не перепутал, а попутал. Я же сказала – не трогать, Юлька моя. Отвали, - она оттолкнула одного из хахалей, который уже едва не вешался на её.

- Юль, падай сюда, а ты кыш, - сказала она другому.

И прямо на ходу парни стали перебираться на другие места. Сложнее всего было Юле. Не потому, что она не могла протиснуться, это как раз было легко. А потому что в ту долю секунды, пока она вставала, извращенец-водила мог пялится на её попку, почти не прикрытую ультракороткой мини. Но ради того, чтобы свалить от этого извращенца Юля была готова на что угодно.

В конце концов, оказавшись рядом с Лией она почувствовала себя, как говорится «в домике» или как ещё говорится «в своей тарелке». Ощутив её руку на своей ноге, её губы возле своих губ, её тёплое дыхание, Юля, наконец, расслабилась. Она даже начала ловить какой-то странный кайф от этой стрёмной движухи.

- Чтобы вам показать, ребята? - Спросила Лия, глядя Юле в глаза.

- Лесби-шоу, - сказал водитель и парни похабно заржали.

Юля хотела было возмутиться, но Лия успела её поцеловать, и девушка растаяла.

Они сосались несколько секунд, а после Лия стала целовать подруге плечи и шею, плавно опускаясь до бюста. Юля же в ответ взяла палец подруги в рот и эротично отсосала. Она чувствовала это нарастающее возбуждение внизу живота и готова была на что угодно. Она мечтала сделать подруге кунилингус, но без свидетелей.

Лия полезла ладошкой к ней под юбку, в трусики, старательно, так чтобы парни ничего там не разглядели и стала нежно массировать её щёлку, отчего та мгновенно намокла. А после Лия достала руку из её трусиков и стала обсасывать пальцы. Юля присоединилась к ней и вместе они, попеременно целуясь, сосали пальчики.

Тут Дима, тот что толстый, выдал.

- Я кончил, - и все в бусике заржали. А водитель добавил:

- Пососете и мне как вы сосете пальчики.

Юля хотела ему ответить, но Лия её опять опередила.

- Обойдёшься, - выдала она и вернулась к поцелуям с подружкой.

Бусик подъехал к огромному зданию, на котором красовалась сияющая надпись «Вокзал».

Юля бывала на вокзалах и раньше. Они с мамой часто переезжали. Но всегда в первом классе, на поездах, летящих на магнитной подушке со скоростью звука. В них Юлька обычно спала или залипала в планшет. Но то, на чём собирались ехать Лия и ребята — её откровенно пугало.

Огроменный, блестяще чёрный от подтёков масла, весь в следах нагара и царапин от песка и камней раскалённой пустыни, с гигантским прожектором впереди. Сам локомотив вызывал оторопь своим эпичным масштабом, вагоны выглядели не лучше.

- И на этом адском самоваре мы поедем? - Испуганно толкнула подругу Юля.

- Конечно. Это настоящий рейдерский поезд. Ты что, на таких не ездила? Ты многое потеряла. Идём, будет весело.

- Да ты жизни не нюхала, - добавил водила, залпом всосавший недопитую Юлей бутылку пива.

- И кое чего ещё, гэ-гэ-гэ-гэ, - добавил кто-то из парней, и все заржали.

Прибежал запыхавшийся Димка. Юля упустила момент, когда он убегал. Только краем уха слышала, как парни его засылали в киоск.

- Купил? - Спросил один их парней.

- Купил, купил, - радостно тараторил пухляш тряся непрозрачным пакетом, в котором подозрительно что-то звенело.

- Только после вас, - умело сыргала роль джентльмена Лия, пропуская Юлю перед собой в открывшийся вагон.

Когда Юля поднялась по засаленной грязной лестнице, первое что ей захотелось сделать — это зажать двумя руками нос. Но она не решилась, потому как случайно коснулась, покрытого чем-то липким вонючего поручня. И теперь нуждалась как минимум во влажных салфетках, а как максимум в полном обеззараживании всего тела.

Внутри вагона было не лучше. Залепленные грязным жиром окна, через которые едва просматривался привокзальный свет. Мерцающие лампы под потолком, такие же мерзко жёлтые как в больнице. Всё вокруг пахло мочой и мазутом, посыпанным угольной крошкой. Здесь собирались стрёмные компашки каких-то бомжей, рейдеров и панков, бродячих музыкантов, инвалидов и колхозников.

Минута пребывания в этом месте вызывала у Юли острое желание отмыться. Четыре часа в ванной с душистой пеной и резиновыми уточками были бы в самый раз.

Но похоже ребята не разделяли её беспокойства. Наоборот, они всё время о чём-то болтали, бухали и ржали как кони.

Юля посмотрела на Лию.

- Куда ты меня притащила? – Испуганно прошептала она.

- Расслабься, поверь мне, тебе здесь понравится. Чур моё место у окна! - Громко сказала она, когда они, наконец, обнаружили две свободные лавки развёрнутые друг к другу. Парни мгновенно забили все места оставив девчонкам козырные местечки у окошка. Вот только Юля не собиралась туда садится.

- Падай, - сказал ей Димка и похлопал возле себя, как это уже делал водила.

- У вас есть влажные салфетки? - Незадачливо спросила Юля.

- О-о-о-о-о-о, - раздался всеобщий гул, переходящий в неодобрительный гогот.

- Ребят, давайте не будем, - поспешила успокоить их Лия и протянула Юле пачку влажных салфеток. У девочек они всегда с собой.

Юля протерла место куда ей предлагалось сесть. Её едва не стошнило, когда она увидела огромный слой жирной грязи, прилипший к салфетке, что собиралась здесь не один год. Но девушка сдержалась и аккуратно села на вытертое сидение у окна.

- Давайте выпьем, - заговорил один из ребят и полез в пакет.

- Давай уже, когда тронемся, - остановил его водила.

Только теперь Юля обратила внимание, что снова оказалась не рядом с Лией. Как будто подруга намеренно избегала её и жалась к этим уродам. С ней рядом сидел водила и по привычке лапал соседку.

- Я телефон в палате забыла, а если мамочка будет звонить!? – Испуганно опомнилась она, как только поезд тронулся.

- Юля не кипишуй, хочешь с моего позвони.

- Ага, и что я скажу? Что сбежала из больницы?

- Расслабься и выпей, тебе надо расслабиться, - Лия нежно положила ей на плечо свою руку и стала массировать.

- Я знаю, - промурлыкала она. - Просто весь этот шум, всё это так внезапно на меня свалилось.

- Этот, как ты называешь, шум, и есть реальная жизнь. То, от чего тебе так старательно упрятала мамаша. Ты ведь это хотела увидеть? Так что наслаждайся.

В это время толстый открыл одну и бутылок игристого, и стал обливать им всех вокруг.

- О-о-о! - Радостно загудели ребята. Но Юлиного голоса среди них, конечно же, не было. Мало того, ей на кожу попало несколько капель драгоценного напитка, и она судорожно принялась салфетками их вытирать.

- Не вытирай! - Громко сказал водитель. – Я сейчас их с тебя слижу.

- Куда разогнался, сейчас моя очередь с Юлечки слизывать, ха-ха-ха-ха-ха, - радовались парни.

А Юля ещё сильнее напряглась, представив себе, что кто-то из этих хмырей сейчас измажет её своими слюнями.

Игристое Юле тоже не зашло, после пары глотков у неё стало мутить в голове, да и по вкусу оно проигрывало газировке.

- Выйдем, покурим, - сама предложила ей Лия, глядя как Юлька заскучала. Она схватила её в охапку и не став дожидаться отказа, поволокла в тамбур. Ко всем неприятным запахам здесь добавлялся ещё и постоянный стук колёс, отдающийся даже в корнях зубов.

Пока Лия закуривала, Юля её спросила:

- Почему колёса стучат, они же круглые.

- Круглые? - Удивилась Лия. - Ты формулу круга помнишь?

- Да, - обрадовалась Юлька. - Пи эр квадрат. Честно говоря, не думала, что мне это в жизни пригодиться.

- Квадрат, говоришь, вот этим квадратом они и стучат.

Юля на секунду замерла, переваривая информацию. А после они вместе с Лией стали смеяться. И ей уже дым не мешал, ведь к запаху Лииных сигарет она привыкла.

- Давай научу тебя курить, - предложила Лия.

- Нет, не надо, мне ж нельзя, - отнекивалась Юля.

- Да что ты жмёшься, как целка, - затянулась Лия и прижавшись губами к Юле передала ей в рот весь дым из своих лёгких.

От неожиданности Юля слегка закашлялась.

- Это было приятно, - проговорила Юля. И девчонки стали сосаться.

Как раз в этот момент к ним в тамбур вышел один из парней, но застукав девок в такой пикантной позиции сразу попытался свалить.

- Похоже я не вовремя, - сказал он.

- Да нет же, иди к нам, - отвлеклась от поцелуя Лия и приобняла парня.

К своем стыду его имени Юля не запомнила, он меньше других на глаза попадался. Не толстый Димка и не водила, а третий.

- Как тебе моя Юлечка, трахнул бы её, - сказала Лия, бессовестно вешаясь на пацана.

- Конечно, - слезка замешкался парень.

- Что ты творишь? - Возмутилась Юля и вышла из тамбура.

- Юль, ну ты шуток не понимаешь, Юль ну это же прикол, не будь такой правильной, - едва поспевала за ней подруга.

Но Юле это всё меньше нравилось. Особенно когда они тормознули на очередной платформе и в поезде стало заметно больше народу.

Юля снова села у окна и стала пялиться на бегущие мимо рельсы, лишь бы не общаться с ребятами.

- Ты всё ещё на меня дуешься, это же шутка была, - предприняла очередную безуспешную попытку помириться Лия. Но Юля молчала, проигнорировав вопрос подруги.

«Когда протрезвеешь - то поймёшь, что вела себя как дура, - подумала она. - Как же я по маме скучаю».

Юля грустно смотрела в окно, за которым мелькали дальние оазисы девственно белой пустыни, подсвеченные звёздами и кометами. Кое-где проплывали чёрные, похожие на бездонные пропасти обветренные стволы деревьев, и глыбы ракушняка, причудливо сверкающего в свете звёзд. Мимо бежала рельсовая колея, которая то сливалась, то раздваивалась словно цепочка ДНК в школьном учебнике. На этой скорости она выглядела как живая.

Внезапно Юля поняла, что больше не кашляет.

«Лия была права, мне действительно лучше», думала она сказать это подруге, но передумала, когда увидела, как та прямо при ней сосалась с водилой бусика, а толстый Димка лапал её грудь.

У девушки сердце провалилось в пятки, она застыла, не зная, что делать.

- Ты что творишь? А как же я? – Печально надув губки и всхлипывая от обиды произнесла она. Сердце стучало как бешенное, хотелось расплакаться и убежать.

- Мы веселимся, давай с нами, - так ничего и не поняла Лия. Видимо они по-разному трактовали свои отношения.

- Вы сосались только что, а жирный вообще тебя лапал, - зыркнула Юлька на Диму.

- Это же по пьяни, а по пьяни же не считается, - словно это оправдание, выдал водила.

- Ч-ч-ч-ч-ч, - остановила его Лия. - Идём выйдем, покурим, - сама предложила она Юле. Её голос звучал как-то по злому сильно фоня с тем, как она разговаривала в больнице. Скорее он напоминал ей первую фразу с чего началось их общение. Но Юля не собиралась сдаваться. Она никому не позволит топтать свои чувства.

- Ну идём, - дерзко согласилась она, будто бросая подруге вызов.

Они вышли в тамбур. Юля шла немного впереди, высоко задрав голову, она ждала что подруга начнёт оправдываться и умолять простить её, а Юля пообещает подумать за хорошее поведение, но вышло иначе.

Лия молчала, и чем дольше она молчала, тем тревожнее было Юле. Та попыталась её поцеловать, то Лия оттолкнула подругу, чем вызвала недоумение.

Лия не спешила ничего объяснять. Вместо этого она достала сигаретку, смачно затянулась и выдохнула дым прямо Юле в лицо, отчего та закашлялась впервые после больницы.

- Что ты творишь, кх-кх, - отмахивалась от дыма Юля.

- Нет, это ты что творишь. Ты что о себе возомнила. Сидишь как неприкаянная, все вокруг веселятся и на позитиве, одна ты кайф наламываешь.

- Не надо было сбегать из больницы, сидели бы сейчас в палате, только вдвоём, я и ты, - попыталась Юля достучаться до подруги, но было уже поздно.

- Никто тебя не заставлял бежать, ты сама захотела поехать с нами, я вообще поначалу была против брать с собой такую зануду, но ребята меня уболтали.

- А как же слова, что ты говорила, про любовь и чувства?!

- При чём здесь любовь, - Лия положила руку не щеку Юли и нежно посмотрела в её карие глаза. - Если у нас любовь, нам что всю жизнь провести в больничной палате, ничего вокруг не видеть и никуда не ходить. Не по мне такая жизнь. Может я и вправду зря тебя оттуда вырвала. Думала ты развеешься и станешь нормальной, а вот оно как вышло.

- Я думала мы будем только вдвоём.

- Ну прости, у меня есть друзья, и вообще целый мир вокруг. Если у нас с тобой секс, это не значит, что кроме тебя для меня в этом мире больше ничего не существует. Юлька, ты же умненькая, ну попытайся понять.

- Ты с ним целовалась, - озвучила Юля то, что волновало её больше всего.

- И что? Ты ревнуешь?

- Нет, - залилась краской Юля.

- Секс и поцелуи это не одно и тоже, и даже если бы я с ним переспала, - Юля вздрогнула при одной мысли об этом. - Разве стала бы я любить тебя меньше. С парнем - это не измена. Девушке можно изменить только с другой девушкой. А где ты видишь вокруг меня девчонок?

- Просто я думала… - сглотнула Юля.

Лия забычковала сигарету и отправила её в мусорку.

- Хватит мямлить и не строй из себя целку. Веселись, живи на полную, иначе нам с тобой придётся расстаться.

Последние слова кованым молотом ударили в юное сердце Юли отставив там тяжёлый след. Она стояла и чувствовала, как оно истекает кровью. Казалось, что это конец, как будто ей только что удалили второе лёгкое без наркоза. На её глазах выступили слёзы.

Лия вернулась в вагон, оставив Юлю в тамбуре одну, а та лишь стояла, печально глядя подруге вслед.

«Почему мне так больно. - Мысленно прощалась с любимой она. – Почему именно мне всегда должно быть больно. Неужели я недостаточно настрадалась?»

Юля бросила прощальный взгляд на подругу. На то, как та весело общалась с парнями, напрочь про неё забыв. И попыталась не расплакаться.

«Нет, не плачь, не плачь, никто не должен видеть, как ты рыдаешь… Лия, девочка моя, любимая… Держись, держись, не раскисай, не будь тряпкой, Юлька».

Она отвернулась в сторону и её глаза наполнились слезами. Она представила, как Лия целует другого, и как она с ним счастлива. И ей стало так больно, что не хотелось больше жить.

Юля открыла дверь, ведущую в межвагонье. Там громко стучали колёса, видны были рельсы.

«Один шаг отделяет меня от вечности», подумала она и аккуратно переступив провал перебралась в тамбур другого вагона. Здесь её никто не знал, и она никого не знала. А значит здесь она могла наконец-то поплакать.

- За что мне всё это? Ну почему? – Сквозь слёзы шептала она, когда заметила, что не одна здесь.

- Эй, с тобой всё в порядке? - Спросил её парень, довольно опасный на вид. На нём была косуха, что косвенно намекало на членство в банде. Но Юля этого знать не могла.

- Всё хорошо, всё в порядке, - резко отвернулась она. Достав мокрые салфетки, Юля постаралась стереть слёзы и только тогда повернуться к нему.

- Зачем же врать, я видел, как ты плакала.

Юля окинула его оценивающим взглядом и ответила, как заносчивая сучка.

- У девочек бывают на то свои причины, - она стала ещё холодней, когда заметила блеск в его глазах.

- Если кто обидел — могу помочь разобраться, - слегка отодвинул он подол своей куртки и Юля увидела кобуру с оружием, висящую на ремне.

«Он рейдер», вдруг осознала она, но всё же не сбавляла пафоса.

- Я сама решаю свои проблемы.

Юля гордилась собой. Её прямо распирала гордыня или гордость.

- Меня зовут Бэйк, а это мой друг Тэг, Тэг поздоровайся.

- Приве-е-е-ет, - поднял потную ладошку парень до этого молчаливо стоящий рядом.

- А тебя как звать?

- Юлечка, - протянула она ладошку, как подают её для поцелуя. Тэг взял её своей липкой рукой и картинно поцеловал. Это было забавно. Фальшивого джентльменства в этот день Юля уже насмотрелась.

- Какое красивое имя, присоединишься к нам, у нас там целое купе на двоих.

Юля на секунду обернулась, как бы вспоминая и Лие и обо всём, что позади осталось.

«Я же говорила, ты пожалеешь», улыбнулась она твёрдо решив отомстить подруге.

- Посмотрим, что у вас за купе, - лениво отмахнулась Юля.

Тэг открыл перед ней дверцу, а Бэйк взял её как принцессу под ручку и проводил по ковровой дорожке в купейный вагон.

Здесь было гораздо удобнее чем в общем вагоне, чище, приятнее, красивее. Отдельное купе, столики… и никаких тебе лишних глаз. Ещё и парни оказались на редкость общительными. Тэг добровольно вызвался сделать Юле массаж ног. А Бэйк сидел рядом и что-то упорно рассказывал, в основном о том, какой он крутой и всех знает.

«Ску-у-у-у-учно-о-о-о-о-о». В душе выла она. Но мастерски делала вид, что любопытно.

Бэйк выставил на столик бутылку со змейкой, и разлил вино по пластиковым стаканам.

«Такое же говно как игристое», подумала Юля. Но сделав первый глоток, всё же решилась до половины опустошить стакан.

В голове всё гудело, а ногам было приятно в липких ладонях Тэга. Меж тем Бэйк запустил свои грабли под блузку, и стал массировать ей грудь.

И тут она заметила, как Тэг, до того лишь мирно мнущий её стопы, одну из них поцеловал.

- Эй, ты чё?! - Надменно возмутилась Юля.

Бэйк зыркнул на него как на предателя, готовый выхватить свой пистолет. Но Тэг их опередил.

- Обожаю этот запах, - снова поцеловал он Юлину ножку, прижав стопу к своему лицу.

- Фу, - засмеялась Юля, швырнув в него пачку салфеток.

- Ну ты и изврат, хэ-хэ, - поржал над другом Бэйк, решившись наконец забраться под лифчик.

Его движения становились всё более наглыми, а в голове у Юли после очередной рюмки всё гудело, пока она не встала.

- Мне надо в туалет, - проговорила она, некстати обнаружив что ноги едва держат. - Проводишь меня? – Подмигнула она Бэйку.

Бэйк воспринял это как приглашение, он взял Юлю в охапку и буквально отнёс в задрипанный санузел. Здесь было грязно и темно, лишь тусклая лампочка мерцала под потолком, и вода журчала, сочась из поломанного, поросшего известью крана. Такая обстановка отрезвляла.

- Ты собралась блевать? Тебе волосы подержать? – Лыбился бухой рейдер.

- Нет! Я только пописать, можешь выйти? - Спросила она заплетающимся языком.

- Зачем? Улыбался Бэйк, думаешь я не знаю, что у тебя там. Как будто там не то, что у других.

- Хотя бы отвернись, пожалуйста, - сложила она губки уточкой.

Реакции не последовало, а Юле очень сильно хотелось в туалет.

«Я сейчас уписаюсь», подумала она и, перестав стесняться, глядя ему в глаза спустила трусики и села на унитаз.

А он стоял и лыбился, глядя на тонкую струйку и демонстрируя ей свои кривые жёлтые зубы.

Чтобы не видеть этого Юля закрыла глаза. В её голове всё гудело, а в виске пульсировала вена.

- Не буду больше пить, ни-ког-да, - с трудом открыв глаза, она поднялась и натянула трусики.

- Доволен, - с вызовом посмотрела она на Бэйка и подошла к умывальнику, помыть руки.

- Ага, - ответил Бэйк, перегородив собою дверь.

- Можно пройти? – Как-то нерешительно спросила Юля.

- Конечно, проходи, - криво ухмылялся он, не сдвинувшись с места.

«Он что под кайфом», нахмурилась Юля и стала протискиваться мимо него к железной двери, но не удержалась и буквально свалилась в его объятия.

Бэйк лапал её и обнимал, хватал за разные места. Внезапно он схватил её за затылок, прижал к себе и поцеловал. Его вонючий липкий язык без спросу проник в её нежный ротик, а сильные руки не оставляли даже шансов на сопротивление. Юля пыталась выкручиваться, но ничего не могла поделать, он был значительно сильнее её.

И тогда она укусила его за губу.

- Ай, да что ты вытворяешь!? - Оттолкнул взъерошенную Юльку Бэйк, стирая пальцем каплю крови на губе.

- Прости, прости, я случайно. Это само собой получилось, не знаю как, - реально испугалась Юля.

- Да что ты за сучка тупая, сначала на меня вешаешься, а потом кусаешься.

- Прости… - не обращала она внимания на оскорбления, ведь ей и вправду было жаль. - Может в купе вернёмся? - С извиняющейся улыбкой предложила она.

- Так мы же не закончили, - Криво улыбнулся Бэйк и стал расстёгивать ремень

Юля на мгновение опустила взгляд и вновь подняла.

- На что ты намекаешь? – Надеялась она, что не так его поняла.

- На минет, - он схватил её за шею и заставил сесть, а сам тем временем достал из штанов свой кривой и вонючий член, и стал им тыкать ей прямо в лицо.

- Ну же, давай, возьми его в рот детка, тебе понравится, только чур не кусаться больше, хэ-хэ.

Он прижимал её к себе, а Юлька упиралась как могла. От вида его кривого члена её подташнивало. От запаха слезились глаза.

- Да что ты мнёшься-то как целка, давай же, возьми его в рот. Вон у тебя какие пухлые губки. Ну же, закрой глаза отрой рот, хэ-хэ, - грубо смеялся Бэйк.

- Пожалуйста, не надо, я ещё девственница, - жалобно смотрела она на него снизу-вверх.

- Ты что, никогда не сосала раньше, кому ты пиздишь?

- Это правда, - не сдерживала она слёз. Она мгновенно протрезвела, как стёклышко, будто и не пила вовсе.

- Ну так попробуй, вдруг понравится. Потом втянешься. Будешь потом всем сосать, и говорить, что это я тебя научил, хэ-хэ, - продолжал лыбиться Бэйк склоняя её к минету изо всех сил.

- Пожалуйста, не надо, - умоляла его Юля. – Я лесбиянка. Мне вообще не нравятся парни. Я плакала в тамбуре, потому что меня бросила любимая девочка. Это правда!

- Хватит мне заливать, - не выдержал Бэйк и со всего размаху влепил Юле пощёчину. – Ещё одно слово, и ты пожалеешь. Ты будешь сосать, поняла!

Он грубо схватил её за лицо и изо все сил надавил своими грязными пальцами на ямочки на щеках, заставляя Юлю открыть рот.

- Высунь язык, я сказал высунь язык! - Хрипел на неё разъярённый Бэйк.

Юля повиновалась, её сковали страх и безысходность. А слёзы не действовали на него. Она открыла рот и высунула свой язык, ожидая худшего.

И Бэйк харканул ей прямо в рот, от чего девушку едва не стошнило.

- Что, не нравятся мужские слюни, хочется женских, хэ-хэ. Открой рот! Я сказал открыла рот! - Ещё сильнее надавил он на её щёки больно впиваясь в них пальцами.

- Не надо, пожалуйста не надо, я сама, сама всё сделаю, - сквозь слёзы умоляла она.

- Ну попробуй, - он грубо толкнул её. – Но на этот раз без глупостей!

Юля подсела ближе, она сидела на унитазе, а её в лицо тыкался огромный кривой член. Девчонку мутило от одной мысли, что это придётся брать в рот.

«Как они это делают? За большие деньги, наверное. Это же мерзко». Вспоминала она порноактрис.

«Это сон, просто дурацкий сон, это неправда, это кошмар. Тебе нужно это пережить».

- Ну-у-у, чего ждём, - грубо хрипел возбуждённый Бэйк двигая бёдрами ей прямо в лицо.

Со слезами, Юля обхватила его член рукой. Даже мысль сразу взять его в рот ввергала её в первобытный ужас. Она натянула шкурку оголяя его пунцво-красную налитую кровью головку и отпустила её. Потом сделала это снова, не в силах пересилить себя и взять её наконец-то в рот.

- Давай, давай, подрочи мне, сучка, хэ-хэ, - расслабился самодовольный Бэйк. - А теперь, будь паинькой и оближи.

Юля закрыла глаза и язычком потянулась к красной головке, но её чуть не вырвало, и она поспешно отвернулась в сторону.

- Да хватит дурочку ломать, - Бэйк замахнулся, чтобы её ударить. Юля от страха закрыла глаза, и вся зажалась. Она готова была просить его и умолять, да что угодно сделать лишь бы он её не бил. Только не сосать.

- Я сделаю, я всё сделаю сама, только не бей, пожалуйста, - умоляла она.

- И хватит эти слёзы лить. Ишь нюни распустила, сосать она не хочет, хэ-хэ-хэ.

Юля взяла его член другой рукой и стала его дрочить активнее, каждый раз намекая на то что вот-вот и возьмёт его в рот, но каждый раз обламывая. Она слегка приоткрыла бюст немного расстегнув блузку и села поближе, а правой рукой обняла его за пояс. Держалась за ремень и лазила ему под футболку, будто возбуждаясь от прикосновений к его поджарому телу.

Незаметно открыв кобуру, Юля достала из неё холодный ствол. Он был намного тяжелее чем казался на первый взгляд. И в самый момент кульминации, когда Бэйк ожидал что она вот-вот ему отсосёт, он увидел свой заряженный ствол, направленный прямо в лицо, и шарахнулся в сторону.

- Отошёл от меня, быстро! - Грозно скомандовала Юлька. Её голос дрожал. От потоков слёз потекла туш, а от пощёчины горела щека, но решимости ей было не занимать.

- Ты что творишь, детка?! А ну отдай, это опасная игрушка!

- Отдать, хэ-хэ, ты что дурочку нашёл, немедленно выпусти меня отсюда, и никто не пострадает.

- А знаешь что, стреляй, - вдруг осмелел Бэйк. - Тут полвагона моих друзей, на выстрел все сбегутся, посмотрим, как ты запоёшь тогда, когда тебя будут насиловать во все дырочки два десятка крепких парней. Надо было соглашаться, когда я предлагал по-хорошему.

Юля замешкалась. Она не знала говорит он правду или нет, ведь минимум один друг в вагоне у него был.

- Я просто хочу уйти. Пожалуйста отпусти меня. Мамочка не переживёт если со мной что-то случится.

- Любишь свою мамочку, ты же хорошая девочка, правда. Хочешь, чтобы всё было в порядке?

- Да, - кивнула Юля.

- Просто отдай мне ствол и можешь идти, - она ему даже на секунду поверила и опустила пушку. Этой секунды хватило Бэйку, чтобы схватить её за руку, в которой она держала пистолет, и попытаться вырвать его.

- Ах ты ж сучка! Ты охерела меня кошмарить! - Сжав зубы прохрипел Бэйк.

Он не рассчитал одной простой вещи. Юля по неопытности держала палец на спусковом крючке и случайно спустила курок. Она не собиралась ни в кого стрелять. И оглушающего выстрела испугалась не меньше его.

Но было поздно. Тяжёлая пуля гулко ушла куда-то вниз, попутно пронзая беззащитное тело рейдера.

Ещё несколько секунд он держался, стоя на ногах и не понимая, что вся его жизнь уже кончена. В его глазах Юля увидела немой вопрос.

- За что? - прохрипел Бэйк и рухнул всей массой прямо на неё. Испуганная Юля едва успела отскочить в сторону.

- Я не хотела... я случайно, - тряслась она от слёз. Юля смотрела на дымящийся ствол у себя в руке и на тело на грязном полу, вокруг которого медленно вырисовывалась бардово-красная лужица крови.

- Я его убила. Я убийца. – Одними губами проговорила она и инстинктивно приставила ствол к своему виску, но быстро одумавшись сразу его убрала.

В дверь постучали, чем мгновенно вывели её из секундного ступора.

- Вы там застряли? Это что был выстрел? - В дверь тарабанили всё сильнее. Надо было что-то решать. Но что же делать? Юля не привыкла сама принимать решения.

- Пять минут! - Зачем-то ответила она и судорожно стала осматриваться.

«Окно. Точно окно». Подумала девчонка и попыталась опустить тяжёлую створку. Та поддавалась с трудом и вскоре застряла. Юля попробовала протиснуться, но даже голову просунуть туда не смогла. Зато случайно выронила пистолет, который упал где-то в пустыне по ходу движения поезда.

Оставшись без оружия и взаперти, Юля поняла, что ситуация безнадёжна.

- Выходите немедленно, иначе я иду за проводником! – Продолжали тарабанить в дверь.

А она сидела и хныкала возле холодеющего трупа. Так бы её и нашли, если бы в дверь не перестали стучать.

В этот момент у неё в голове что-то щёлкнуло, что заставило действовать. На свой страх и риск Юля открыла дверь в тамбур, там не было никого. Девушка быстро захлопнула дверь за собой и направилась в вагон. Навстречу ей уже двигалась целая делегация. Какие-то люди в форме. Это могла быть полиция или рейдеры, дружки, замоченного в сортире Бэйка.

Юля повернулась в другую сторону и ускорила шаг. По межвагонному соединению она перебралась в третий вагон.

Здесь было людно, легко затеряться в толпе, но Юле казалось, что все тут все про неё знают. Смотрят на неё и осуждают. Юля всё время оборачивалась, ожидая погони. И едва завидев кого-то в прикиде, напоминающем военную форму, поспешила в четвёртый вагон, а потом и в пятый. Пока не добралась до последнего. Каким он был по номеру, Юля не знала – она давным-давно сбилась со счёта.

Это был тупик, закрытая дверь с крошечным окошком, за которым вдаль убегали шустрые шпалы, а над ними висело бездонное звёздное небо и дым от трубы локомотива.

«Я пропала, - закрыла она лицо ладошками. – Меня посадят. Что я мамочке скажу?»

Юля посмотрела в вагон и увидела одного и своих преследователей. Так страшно ей не было ещё никогда. Даже когда её хотели изнасиловать, или когда она ждала операцию и думала, что не очнётся после наркоза.

Юля искала и не находила себе оправдания. А меж тем мужчина в синей форме шёл прямо к ней. Он будто уже её заметил и собирался арестовать.

Юля прислонилась к железной стенке тамбура и попыталась не плакать. У неё бешено колотило сердце, хотелось замереть и не жить.

Поезд стал замедляться и притормозил на платформе. А человек в синей форме, тот кого она приняла за полицейского, вышел в тамбур, чтобы отрыть двери, и протереть пыльный поручень мокрой тряпкой.

Всё это время она смотрела на него и ждала, что он будет её арестовывать, но он не стал. Вместо этого он спокойно дал ей уйти, ещё и пожелал:

- Хорошего вечера, спасибо что воспользовались поездом нашей компании.

Юля ничего не ответила. Она спустилась на платформу и отправилась по кипарисовой аллее, украшенной кованными фонарями в парк. Никто её не искал и не преследовал. Даже наряд полиции, проходивший мимо не обратил на неё ровным счётом никакого внимания.

Юля подошла к питьевому фонтанчику и села на лавочку, как раз в тот момент - поезд тронулся, увозя её первую настоящую любовь в другую жизнь. Но вместе с ней и страх совершённого преступления.

«Неужели так бывает?». Никак не могла поверить она, что всё так просто сошло ей с рук.

И только теперь вспомнила, как далеко она от дома и, что понятия не имеет, где находится.

Спросить она никого не решалась, ведь раньше рядом всегда была мама, которая спрашивала за неё. Последние дни эту роль взяла на себя Лия.

«Зачем ты меня бросила, дурочка, мне так тяжело без тебя», подумала Юля, и стала гнать от себя эти мысли дабы не раскиснуть снова.

Вместо опроса прохожих она подошла к стенду, где были показаны все направления и время прибытия следующего поезда. И только теперь осознала, как же далеко она успела уехать.

«Я словно жила в клетке, построенной моей мамой, но мне нравилась такая жизнь. Как же я хочу поскорей туда вернуться».

Только теперь Юля почувствовала, как продрогла, когда стала стучать зубами, а её открытые плечи стали ледяными, к ним холодно было прикасаться. Но Юля попыталась согреть их своим худенькими ладошками.

Она дышала на них и грела, заметив, что изо рта идёт пар. Стало совсем прохладно.

«Надо где-то провести эту ночь, а завтра поеду обратно». Твёрдо решила она.

«Но где?» Оглядывалась Юля по сторонам в поисках ответа.

Улицы стремительно пустели, фонари гасли, а девушка в гордом одиночестве шагала по пустынному парку. Она ещё раз наткнулась на полицию, и снова оказалась никому не интересна.

Зайдя в пустующую кафешку, где были тёплые пледы она присела как бедная родственница у двери. Садится ближе к бару Юля стеснялась. А денег у неё с собою не было, чтобы хоть что-то заказывать. Она хотела просто согреться.

- Что будете заказывать? - Появился рядом статный официант с аккуратными усиками и в белом переднике, прямо как в телевизоре.

- Спасибо, я пока ещё думаю, - ответила Юля для вида листая меню, лежащее на столике. Там всё было написано мелким шрифтом и приходилось щуриться, чтобы разобрать хоть что-нибудь.

«Проклятое зрение, и ты туда же», злилась она на себя.

- Просто мы уже закрываемся, - мягко попытался выпроводить её официант.

Юля глянула на промозглую улицу и на секунду ей показалось, что эту ночь она не переживёт, замёрзнет насмерть.

- Может кофе, - предложил официант.

- Без кофеина, - проговорила она, понимая, что не сможет его оплатить. Но теша себя надеждой, что из-за одного маленького кофе её не потащат в полицию.

- Одну минуту, - произнёс официант и бережно укутал её шерстяным пледом. Это было приятно и неожиданно. А главное Юля почти мгновенно согрелась.

- Спасибо, - проговорила она, глядя в его чёрные глаза, которых он не сводил с неё с тех пор, как заметил.

Через минуту кофе уже было на её столе.

- За счёт заведения, - сказал официант, не сводя с неё глаз.

«Как?! Ну как он догадался что у меня нет денег?» Недоумевала Юля, но не поскупилась на самую красивую улыбку, на которую только была способна. Благодаря её внешности, улыбка была едва не абсолютным оружием в общении с окружающими. Ей даже предлагали поработать фотомоделью в рекламе зубной пасты, но не срослось, она угодила в больницу.

Свет на веранде погас, а официант исчез на кухне. Юля была совсем одна в пустой кафешке. Она уже допила кофе. А сама мысль о том, что сейчас придётся ночевать на лавочке в промозглом парке — вызывала у неё оторопь.

«Я могу не пережить эту ночь. Если повторится приступ и некому будет помочь. Может попроситься в этой кафешке заночевать? Пообещать, что уйду до прихода первых посетителей и уберу за собой. Да нет же, это бред».

Юля вновь окинула взглядом помещение и убедилась, что она здесь одна.

«Это мой шанс», подумала девушка и аккуратно положив на стол пустую чашку из-под кофе, она прихватила плед и вышла в парк.

Куда идти — Юля не знала, и чтобы без толку не слоняться по тёмным улицам — выбрала кипарисовую аллею, пошла по ней до конца, всё время ускоряя шаг. В надежде что и это преступление сойдёт ей с рук.

«У них полно этих пледов, а мне он может жизнь спасти», здраво рассуждала она.

Лишь оказавшись в самой глуши Юля присела на скамейку. Влажные салфетки давно кончились и протереть её перед тем, как садиться она уже не могла. Пришлось ютиться как птичка на жердочке, забыв о брезгливости.

Потеплее укутавшись в плед с головой, Юля приготовилась к долгой бессонной ночи, как вдруг услышала голос.

- Вернёте плед. – Она подняла глаза и увидела официанта, который стоял перед ней и улыбался.

- Я не воровка… я случайно прихватила его… - сгорая от стыда промямлила Юля.

«Как же я хочу провалиться под землю. Сдохнуть прямо здесь, лишь бы не этот стыд». Залилась она краской.

- Просто верните, и я закрою на это глаза.

Она сняла с себя плед и готова уже была его отдать, как тут холодный порыв ветра вогнал её в дрожь. Мороз пробирал до самых косточек, заставляя зубы стучать. Юля дрожала, её губы посинели. А пальцы сводила судорога.

«Да что я за мерзлячка такая?!»

- Я не отдам вам плед, - решилась она.

- Тогда я вынужден буду позвать полицию, - сказал официант не решавшийся забирать его силой.

- Как вы не понимаете, я без него замёрзну, я только из больницы, я могу умереть, - давила она на жалость.

- Я так и думал, что вам негде ночевать, могу вам предложить …

- Я никуда с вами не поеду, - грубо перебила его она.

- Всё можно было решить куда проще… - Мужчина достал телефон и набрал номер полиции. – Да, да… Кафе «Василёк»... посетительница украла у нас плед и не хочет его отдавать... Да нет, вроде не бездомная… - он окинул Юлю взглядом, подольше задержав его на его голых коленках… - Мы в парке возле фонтана... Жду…

Когда он положил трубку то стал причитать.

- Мы же так мило общались, я угостил тебя кофе, - а Юля слушала и понимала, что она опять всё испортила.

«Да что я за неудачница такая. Почему я все время всё порчу?», мысленно жалела она себя.

Полиция не заставила себя ждать. И через пару минут патруль, который шарился в парке, в полном составе собрался вокруг её лавочки.

- Что у нас, воровство пледа? - Спросил крупный полицейский.

- Да, - кивнул на Юлю официант, - украла и не хочет отдавать.

- Отдай ему плед! - Строго приказал полицейский.

С ним она уже боялась спорить и без лишних слов сложила плед и протянула официанту.

- Я так понимаю конфликт исчерпан, - обрадовался полицейский. - Заявление писать будете?

- За воровство пледа? Нет, ха-ха, - отмахнулся парень, поглядывая на Юлю так, будто он ещё на что-то рассчитывал.

- Конфликт исчерпан. Нет заявления — нет и преступления, - развёл руками мент, но тут заговорила Юля.

- Арестуйте меня. Хочу сознаться, я совершила убийство, - сказала она. И тут ей, наконец, полегчало. Ведь с каждой секундой становилось всё невыносимее держать это в себе. Она бы с ума сошла если бы никому не рассказала.

Официант был в шоке. А полицейский поднял рацию и проговорил:

- Вызываю машину, у нас тут убийство.

В этот момент официант попытался встать на её защиту.

- Она ненормальная, она же не в себе… какое убийство? Что ты выдумываешь? - В надежде что это неправда он посмотрел на Юлю.

- Это правда, - дрожащим голосом проговорила она. - Мы бухали в поезде. Он меня избил и пытался изнасиловать, я выхватила его ствол и случайно выстрелила.

- Вы были знакомы? – Спросил полицейский, а после поднял взгляд и уточнил. – Он ваш сутенёр?

- Нет! – Громко прокричала она. – Я не шлюха, мы в поезде с ним познакомились.

- Труп и оружие есть? - Продолжал конспектировать он.

- Остался в поезде, а пистолет я потеряла, - сказала она правду. И на душе стало так легко, как не было никогда до этого. Так хорошо ей не было с того самого момента на крыше больницы. Как будто целая гора свалилась с её хрупких плеч.

Подъехал полицейский бобик, Юлю обыскали и посадили на заднее сидение в окружении двух крепких парней. Наручники не стали надевать.

«Да что она нам сделает?» Здраво рассудили менты.

- Твои показания мы проверим, - сказал полицейский. – А пока посидишь в общей камере.

- Окей, - как будто у неё был выбор, согласилась Юля.

«Вот и награда за честность, - подумала она. – Я просто сказала правду, и Господь дал мне кров над головой на эту ночь».

В отделении полиции Юлю встретил усталый взгляд дежурного.

- Фамилия, имя, - коротко спросил он.

- Зуева Юлия, - ответила девушка.

Ей вручили бельё, матрас и проводили в барак.

Спотыкаясь из-за слипающихся глаз, бредя по тёмному коридору, Юля могла думать лишь о том, как её голова коснётся подушки, и она провалится в сладкий сон.

Когда она переступила порог камеры, назад дороги уже не было.

Несколько секунд Юля осматривалась. Грязная, затхлая комнатушка с крошечным окошком под потолком, где содержалось десятка три женщин и все они, как одна, смотрели на неё с таким выражением как будто хотят убить и изнасиловать. Да, именно в таком порядке.

- Здороваться не учили!? - Первое что услышала она в свой адрес.

- Здравствуйте, - Юля попыталась улыбнуться, но это не помогло скрыть застывшего в её глазах ужаса.

- Ого, сладенькое само пожаловало на ужин, хэ-хэ.

- Какие пухлые губки, - слышались обрывки разговоров зэчек и их приглушённый смех.

Юля застыла в дверях не зная, что делать дальше. Ей захотелось закрыть глаза и оказаться в каком-нибудь другом месте, подальше отсюда и больше никогда сюда не попадать.

- Чего встала как шпала, падай на пальму.

- Простите что? - Не до конца поняла Юля чего от неё хотят. И прищурилась, пытаясь разглядеть получше лицо говорившей.

- На лавку падай, сейчас решим, кто ты по жизни и кем будешь жить.

Юля не поняла ровным счётом ничего, кроме того, что лучше ей отойти от двери и сесть туда куда ей показали, на деревянную лавку. Но стоило ей сделать шаг, как послышалось:

- Куда прёшь по педалям! Смотри под копыта! - Вторую фразу она уже поняла, но из-за тусклого освещения в упор не видела на что именно она наступила.

Наконец она села на лавку, просвечиваемая пронзительными взглядами десятка самых любопытных. Её как будто лапали и раздевали глазами. При этом отпуская пошлые комментарии о её губах и попке. Эти слова она предпочитала пропускать мимо ушей. Потому как не знала, что ответить. Да и откровенно боялась отвечать.

- Погоняло, - сказала авторитетная зэчка развалившаяся в кресле напротив. – Солнце, зовут тебя как?

- Юля, Юлечка, - ответила она.

- Юля, Юля, Юлечка, сладкая фигурочка, - улыбнулась кучерявая зэчка. Но Юля стойко продолжала игнорировать всё кроме прямых вопросов.

- Статья, за что попала сюда? - Продолжила авторитетная.

- Непреднамеренное убийство. У меня явка с повинной, - Юля гордилась этим фактом, хоть и не гордилась самим поступком. Но вот сокамерницы явно не разделили этой гордости.

- Ты чё мусорская? Сама к ментам пришла?

- Хэ-хэ, вы это слышали. Вот лошара.

- Может подсадная? Надо её пощекотать.

- Да не, посмотри на неё, трясётся как осенний лист, хэ-хэ, кто ж будет такую подсаживать?

Юля и вправду тряслась, толи от холода, хотя в камере было тепло и даже душно, толи от страха.

- Ты не стукачка часом? - Прищурилась авторитетная. - Смотри, я проверю. Узнаю, что стучишь на кого-то — тебе пизда. Лучше сознайся.

- Нет, нет, я не мусорская и не подсаженная, - Юля сказала это так неуверенно, что лучше бы молчала. Или ответила короткое: «нет». Ей всё равно никто здесь не верил.

- Падай на свободную шконку, завтра решим, что с тобой делать, - она указала на одну из коек.

Юля молча подошла к ней и, наконец, расстелила матрас, в котором была свежая постель.

Всё это время на неё пялились и обсуждали. Это было сложнее всего игнорировать.

- Клёвая соска.

- Кому она первая лизать будет?

- Рубанёмся в картишки на эту сочную попку.

Юля легла на кровать лицом к стене, укрылась одеялом с головой и тихо заплакала. Краем уха выслушивая как её обсуждают.

Она смертельно устала и потому наплакавшись — вырубилась мгновенно.

Вчерашние события казались ей жутким сном, ночным кошмаром. И потому, когда проснулась, она не сразу поняла, что находится не в больничной палате, а в тюремной камере. Жуткая реальность обухом по голове разбудила её.

- Я человека убила, - одними губами прошептала она. Ей вновь захотелось плакать, но Юлька держалась.

«В тюрьме нельзя плакать», слишком поздно вспомнила она.

Девчонка встала со шконки и, тихо переступая тапочки других заключённых направилась в туалет. Тот явно выделялся в другом конце камеры тонкой полоской света у плохо закрывающейся двери.

Зайдя в уборную Юльке пришлось зажмуриться и отвернуться, но не от яркого света. А от вида двух жадно сосущихся лесбиянок в одной из незапертых кабинок. Девушки обнимались и целовались, лаская друг дружку. Несмотря на убогую обстановку – это показалось ей возбуждающим.

Одна из них — та самая кучеряшка с пухлыми губами, другую Юля тоже уже где-то видела.

- Простите, - прикрыла Юля глаза ладошкой и попыталась как можно быстрее проскочить.

- Присоединишься к нам?! - Улыбнулась одна из девчонок.

- Мы не кусаемся, - пальчиком поманила другая, и отправила ей воздушный поцелуй

- Спасибо, но нет, - улыбнулась Юля и поспешила закрыться в свободной кабинке. Здесь было грязно, как в поезде, за тем исключением того, что пол и унитаз хоть иногда мыли, а сбоку висел громадный рулон туалетной бумаги.

Юля потратила целую минуту на то, чтобы аккуратно выложить ободок унитаза бумагой, прежде чем спустить с себя трусики и сесть. Но нормально пописать ей так и не дали. Кто-то стал ломиться в кабинку как бешенный и тарабанить в дверь.

- Занято! - Немного громче чем обычно, сказала она.

Ответ не заставил себя ждать. Девчонки, кто стучался с той стороны, буквально вышибли хлипкую дверь кабинки, открыв её нараспашку. Это были те самые лесби, которых Юлька застала сосущимися.

- Это было не предложение, а приказ, - нагло сказала кучеряшка и подойдя в упор к ничего не понимающей Юле и задрала юбку до пупка. Трусов на ней не было, и влажная щёлка оказалась прямо перед глазами девушки.

- Соси, - приказала она. И прежде, чем Юлька успела возмутиться, кучеряшка схватила её за волосы и силой прижала губами к своей киске.

- Давай, сучка, соси, - приговаривала она. – Тебе же хочется, я вижу, такие как ты обожают сосать.

Другая девушка схватила её за руку и заломала за спину, лишив Юлю любой возможности сопротивляться. И ей пришлось лизать.

- Глянь, а мелкой нравится, смотри аж причмокивает, ах-ах, - тёрлась она своей писей об Юлины губы. – Давай же, давай, открой пошире ротик.

- Какая сучка ненасытная, такая свеженькая, кожа гладенькая, зубки белые, волосы ровненькие, - приговаривала вторая. Она тоже поспешила стянуть с себя юбку. И когда подруга кончила — заставила Юльку лизать себе.

Девушку вытащили из туалетной кабинки и по очереди сидели на её лице, тёрлись об неё то писькой, то жопой.

Унижение и страх сыграло с Юлей злую шутку, с одной стороны сковав её волю — с другой возбуждая каким-то непостижимым образом. Ей было жаль себя и в то же время не хотелось останавливаться. Она практически сразу кончила, ей не пришлось себя даже трогать. Наверно в глубине души каждая сучка мечтает, чтобы её взяли силой.

Юлю поставили на колени и продолжали над ней доминировать, а кучеряшка даже пописала прямо в её открытый ротик. Юля глотала мочу, покорно глядя на них снизу вверх, как рабыня, всегда готовая к унижению.

- Настучишь на нас – убью, ты меня поняла, сучка? - Сурово посмотрела на неё кучеряшка и влепила пощёчину по той самой щеке, по которой вчера ударил Бэйк.

- Я поняла, поняла, - испуганно ответила Юля.

- Всё, пошли, пока нас не застукали? – Торопила блонда, нежно взяв подругу под ручку.

- Я за тобой присматриваю, - сказала она напоследок, когда они покидали уборную.

А Юлька так и осталась стоять на коленях, на холодном кафеле затраханная и обоссанная, тихонько всхлипывая от обиды на весь мир.

С трудом поднявшись на ноги, она подошла к умывальнику. След от пощёчины стал ещё сильнее заметен.

«Если ничего не приложить — будет синяк». Подумала она и вдруг стала кашлять. Ведь по ночам она всё время кашляла, но этой ночью приступ случился с ней впервые.

- Кх-кх-кх-кх, - закашливалась она, пытаясь потише, чтобы не будить всю камеру, но не всегда получалось. - Кх-кх.

В уборную заглянула ещё одна из зэчек.

- Мелкая, потише тут люди спят, - шикнула она на неё в тюремной манере.

- Простите, кх-кх, я пытаюсь сдерживаться.

От кашля её сгибало, рвало изнутри, выкручивало лёгкие.

Когда она вернулась на шконку — кашель только усилился. Она закрыла рот двумя руками, и спрятала голову под подушку, но это никак не могло заглушить глухого гуханья в своих лёгких.

- Нельзя потише!?

- Ей надо к врачу.

- Да она притворяется, - слышала Юля разговоры зэчек.

- Она мусорская, притворяется чтобы сдать нас, - отчётливо разобрала она голос кучеряшки.

И наконец решилась высказаться сама.

- Мне надо к врачу, кх-кх, это срочно.

- Терпи, врач до утра не принимает, - ответила одна из зэчек. - На вот таблетку.

Юля запила таблетку и ей правда полегчало. Но не на долго, и до самого утра она не могла уснуть и гухала, мешая остальным заключённым.

С утра её увели к доктору.

- Кх-кх, - продолжала она кашлять, прикрываясь платочком. - Мне нужно к врачу. - Повторяла она, пока её вели по коридору.

Один из конвоя пристально посмотрел на неё, след от пощёчины был уже едва различим, но всё ещё заметен.

- Ага, понятно, к какому врачу тебе надо, к следователю, - не обратил он внимания на кашель.

- Нет, нет, к настоящему врачу, кх-кх, - протестовала Юля, но как обычно никто её в серьёз не воспринимал.

Девушку отвели в пустой кабинет, где был только стол и лампа со стеклянным абажуром, и оставили ждать. Ждать ей пришлось совсем недолго.

Со словами:

- Юля Зуева, хэ-хэ, ох и дурацкое имечко, родаки тебя совсем не любили? - В кабинет вошёл мужчина в военной форме пустынного цвета. На нём был чёрный берет с кокардой Омикрона. Но правильные черты лица и пронзительно холодный взгляд серых глаз делали его похожим на известного актёра. Юля не могла вспомнить на какого, но он ей очень нравился в детстве. Быть может она была даже влюблена в него, просто уже забыла об этом.

- Нет, мамочка меня очень любит, - возмутилась Юля.

Несколько минут он листал тоненькую папку с её личным делом, а после резко посмотрел ей прямо в глаза так, что Юле сразу захотелось выложить всё как на духу, лишь бы он не пытал её больше.

- Какой же хернёй заниматься приходится, - грустно вздохнул он, и невнятно представился. - Капитан Маршал, дежурный следователь семнадцатого отделения.

- Очень приятно, а я Юлечка, - попыталась она ему строить глазки, но реакции не последовало.

- Спасибо, я в курсе, - сухо ответил он, протягивая ей лист бумаги и карандаш. – Пиши.

- Что писать? – Удивилась Юля, округлив глаза.

- Телефончик свой пиши, - на секунду он улыбнулся, но снова стал серьёзным. – Кто насиловал, в котором часу, где это было?!

- Меня никто не насиловал!? – Испуганно возмутилась Юля.

- Не пизди, я же вижу. Думаешь мы тут не в курсе что было ночью на параше. Кучерявая и блонда… ты запомнила, как их звали? Если нет – то не страшно, просто опиши приметы.

- Нет, нет, ничего такого не было. Я не стукачка. Пожалуйста, мне просто нужно к доктору, - Юля очень боялась того, что её запишут в стукачи.

- Тихо-тихо, не плачь, - злобно улыбнулся Маршал, как будто с полтычки вывел её на признание. - Никто не называет тебя стукачкой. Это не стук — а своевременный сигнал, мы же должны знать кто у нас заключённых избивает. Или ты об косяк ударилась?

Он поднёс руку к её щеке, к той самой которая гудела от пощёчины, но касаться не стал, как будто брезговал.

- Я поскользнулась в душе, то есть в туалете, на кафеле, - на ходу сочиняла Юля. - Только ничего не записывайте, умоляю, иначе меня убьют.

- Да мне вообще похер, - равнодушно вздохнул Маршал. - Поскользнулась — так поскользнулась, с кем не бывает, - он гулко захлопнул папку с её личным делом и пристально посмотрел ей прямо в душу.

- Мне и правда надо к врачу, на рентген…

- Не получится, у нас тут нет рентгена, да и врача нормального нет, - покачал он головой. - В нашей санчасти есть фельдшер-ветеринар, может помазать зелёнкой и приложить лёд, кстати это побыстрее бы сделать, чтобы синяка не было.

- Вы не понимаете, ещё один приступ, и я могу умереть, - пыталась она достучаться до Маршала. – Мне срочно нужно в больницу.

Следователь нахмурился и снова пролистал её тонкое личное дело.

- Могу перевести тебя в Омикрон. Там у нас нормальный тюремный госпиталь, тебе помогут, - он что-то чирканул и убрал папку в сторону.

- Увести, - всё так же сухо скомандовал Маршал и Юлю увели.

- Ну что настучала? - Встретила её на пороге кучеряшка. - Тебе конец, сладкие губки, поняла!

- Я ничего не сказала, я же говорю, я не стукачка, - всё отрицала она.

- Ну гляди мне, - всё так же нависала та.

Юля забилась в свой угол. Она сидела на своей кровати и воспоминала в каком же фильме видела этого актёра, не обращая внимания на шум в камере.

Наконец она решила спросить соседку по шконке.

- Ты знаешь такого — Маршал. Допрашивал меня, но только я всё отрицала и ничего не сказала, не помнишь актёра, на которого он похож?

По её глазам Юля поняла, что говорит что-то не то, потому как глаза эти округлились и вылезли из орбит.

- Тебя допрашивал Маршал?! - Ещё сильнее выпучила она глаза.

- Я ничего ему не сказала, я не стукачка, они почему-то посчитали, ха-ха, что мне не в санчасть надо, а к следователю. Но мне на самом деле надо было к врачу.

Но похоже совсем не это волновало сокамерницу.

- Ещё раз повтори, это точно был Маршал?

- Какой Маршал, тот самый? - Подсела к ним ещё она зэчка. И сразу десятки пар ушей по всей камере навострились, вслушиваясь в их разговор.

- На актёра похож, - сказала Юля.

- Да, да, на этого, не помню, как его… - добавила другая заключённая.

- Это точно Маршал! Но что он здесь делает? – Обсуждали они между собой.

- Да какой такой Маршал? - Не выдержала Юля.

- Ты чё не знаешь кто такой Маршал? - Презрительно глянула на неё соседка. - Вот это ты деревня.

- Опущенная деревня, фу-у-у-у, - послушался голос с соседней шконки.

- Мне больше нравится «Сладкие Губки», - вступилась за неё кучеряшка. - Тем более они и правда сладкие. Ха-ха.

- Ха-ха-ха-ха, - разлился смех по всей камере.

- Ты в натуре не в курсе кто это? - Продолжила соседка.

- Не-а, - Юлька покачала головой.

- Маршал, это же тот самый Омикронский мясник.

- Никогда о нём не слышала.

- Он рубит людей сапёрной лопаткой. Когда его схватили — он подорвал себя гранатой и выжил, единственный. А все, кто был рядом — мёртвые лежат.

- Он ещё в авиакатастрофу попал. Самолёт сбили, всё погибли, а Маршалу хоть бы что.

- Живучая погань.

- А когда он берёт пленных, он вырезает им… - начались обсуждения Маршала.

Юля слушала и слушала, ещё сильнее проникаясь к нему и пытаясь вспомнить актёра, на которого он похож.

«Походу этот Маршал тут знаменит… - сама себе улыбнулась она. - По крайней мере теперь они хоть не меня обсуждают».

Её разбудили рано утром, в камере ещё было темно.

- Сладкие Губки, тебя назвали, - тормошила Юлю соседка по шконке. - Зуева, это ведь ты? Так чё молчишь, ебалом щёлкаешь.

- Я только проснулась, - Юля стала протирать глаза.

- Не спи, чтобы из-за тебя других не будили, - сурово отчитала её зэчка.

В дверях стоял конвойный и зачитывал фамилии.

- Нашлась Зуева? Ну и ладненько. - Не заботясь о том, что другие спят, громко сказал офицер. - С вещами на выход.

Юля хотела было собрать свои вещи, когда вспомнила, что кроме подарочной зубной щётки и выданного нижнего белья - у неё ничего нет.

Подгоняемая конвоем — она вышла в коридор, когда увидела, как из других камер выводят девчонок.

- Лицом к стене, ноги на ширину плеч, - грубо командовал конвоир, одетый в настоящую броню, перчатки, нагрудник и шлем. Ему только автомата не доставало.

- Вперёд, - скомандовал он, когда пришла её очередь.

Юля не до конца понимала, что происходит, но была покладистой девочкой и с точность выполняла чужие приказы. Она всю жизнь выполняла чьи-то указания, это не являлось для неё проблемой.

Их группами выводили во двор и сажали в страшный автобус. Его окна были покрыты бронированными жалюзи, обветренными пустыней, а каждое посадочное место огорожено решёткой, чтобы в автобусе они не могли друг к другу дотянуться.

- Сюда я не сяду, сзади сидеть западло, - стала сопротивляться девушка, которая была перед Юлей. - Пусть мелкая садится, Сладкие Губки, она же опущенная.

Тогда конвоир повернулся к Юле.

- Давай ты назад, - грубо приказал он. Юля не знала тюремных обычаев, не понимала почему задние места для опущенных и когда она опуститься-то успела. Но спорить не стала. Просто глядя на этого громилу в броне, не решилась.

Она села на заднее кресло и на её запястье щёлкнул одиночный наручник, прикованный к железному полу металлической цепью.

Как тут она опять услышала этот гул, и почувствовала на себе кривые взгляды других заключённых.

- Хэ-хэ, Сладкие Губки, хэ-хэ.

- Как тебе место на корме, хэ-хэ.

- Полижешь мне — разрешу рядом сесть, хэ-хэ.

- Да нахер она здесь нужна, - как обычно обсуждали её другие зэчки. Юля привычно пропускала всё мимо ушей. К травле она привыкла ещё со школы. В женском коллективе у неё не было шансов.

Девушка, которая должна была сидеть на этом месте заносчиво посмотрела на Юльку и отправила её воздушный поцелуй. Она смотрела и ухмылялась, делая разные непристойные жесты, а Юля, как обычно, пыталась не реагировать.

Когда автобус заполнился где-то на треть, громила в бронике гулко запечатал дверь на стальной засов. Даже если бы у неё был ключ – ей не хватило бы сил его отодвинуть.

В это время из кабины, огороженной тройными решётками, раздался голос. Принадлежал он человеку с автоматом и при полной броне. Чувствовалось, что это тёртый калач и говорит он о том, что знает на личном опыте.

- На местах не ёрзать и не разговаривать. Услышу разговорчики — у вас будут проблемы. А если вы попытаетесь создать проблемы мне, - и он гулко передёрнул затвор автомата, дослав патрон в патронник. – Я, не задумываясь, пущу того в расход. За каждого подстреленного бунтовщика мне доплачивают. Давайте же, хэ-хэ, помогите мне немного заработать.

И только после его слов автобус двинулся с места. Доехав до ближайшего, поворота он съехал на пустынную дорогу и чуть ускорился. Где-то здесь его догнали два БТРа. Тяжёлых джипа в бронированном обвесе с пулемётчиками на башнях.

Ни разу в жизни Юлька не видела столько вооружённых людей в одном месте. С одной стороны, она должна была чувствовать себя в безопасности, её ведь хорошо охраняют. А с другой — она волновалась. Ведь столько смертоносного железа фактически у её виска.

Автобус набирал скорость, оставляя за собой целое облако пыли, а над горизонтом поднималось солнце. Его первые лучи оживили унылую атмосферу пустыни, наполнив её всем богатством оттенков оранжевого и жёлтого.

Юля всё ещё хотела спать, она же не выспалась, а мягкий ход автобуса и бегущий пейзаж за окном так славно убаюкивал. Она закрыла глаза и незаметно для себя провалилась в сон. В камере поспать не давали, так хоть здесь можно было немного вздремнуть.

Ей снился дом, больница. И мамочка, вечно суетящаяся возле неё. Ей снилась Лия, та извинялась и была такой родной и близкой, что Юля во сне улыбнулась.

Внезапно автобус остановился, чем вырвал её из вязких объятий сна на самом приятном моменте.

Солнце было уже высоко.

- Чего мы остановились?

- Почему стоим? - Негромко бухтели девчонки.

И тут раздался хлопок. Юля увидела впереди дымящийся БТР сопровождения.

- Ебанули ракетой, пиздец… - донёсся до неё обрывок разговора других заключённых.

И тут прилетела ещё одна. Так близко Юля ещё никогда не видела взрыв. Вокруг всё засыпало искрами, а дымящийся БТР взлетал на воздух и рассыпался на обломки и несколько горящих колёс. Ударной волной зашатало автобус.

Раздались автоматные выстрелы, несколько гулких очередей, а из-за кургана вылетела пара рейдерских джипов, увешанных колючей броней как ежи. На каждом таком страшилище сидел пулемётчик, и безостановочно строчил по догорающим обломкам омикронского джипа.

Охранник автобуса, закрыл металлически жалюзи и высунул ствол автомата через бойницу на передке, поддерживая огнём выживших побратимов.

В этот момент одна их зэчек бросила ему под ноги самодельную дымовуху. Автобус во мгновение ока наполнился едким газом, от которого у Юли дико слезились глаза, и жгло в носоглотке.

«Пора валить», подумала Юля. И сильно заломив большой палец, попыталась высвободить свою тонкую кисть из пасти наручника. Это было больнее чем она думала, девушка содрала кожу, но всё-таки сумела освободиться.

В этот момент раздался ещё один хлопок и началась перестрелка. Несколько пуль легко пробив жалюзи просвистели в опасной близости от Юли, от её головы, засыпав всё вокруг дождём кислотно-сиреневых искр, заставив её лечь на пол и посильнее к нему прижаться.

Тем временем один из рейдеров добрался до бойницы в кабине автобуса и кинул внутрь гранату. Раздался оглушающий взрыв и выстрелы на время прекратились. Автобус горел, изнутри заполняясь уже не только слезоточивым газом, но и едким смоляным дымом.

Юля не понимала, что происходило и потому, прикрыв руками голову, вжалась в пол, закашливаясь от угарного газа. Теперь уже кашляла не только она.

Раздался жуткий металлический визг, и через крышу автобуса показались кривые железные зубья огромной циркулярки, осыпая всё вокруг дождём обжигающих искр. Отпилив кусок крыши, пила стала рвать его стены, как сквозь масло проходя железные засовы со сложными замками. Её пышущее жаром лезвие прошло в опасной близости от Юлиных ног, лишь чудом не искалечив девушку.

Раздался хлопок, от которого у Юли заложило уши. Он вскрыл тяжёлый автобус, как какую-то консервную банку.

Теперь её ничто не защищало, кругом всё дымилось и стреляло и не было ясно куда бежать.

Юля упала на песок, не решаясь подняться на ноги. Как тут прямо перед ней тормознул шипастый рейдерский джип, едва не раздавив девчонку своим ржавым бампером.

С водительского места поднялся рейдер. Он был без футболки, весь в татухах, а его загорелые мускулы сверкали на солнце в каплях пота. На плече он держал винтовку с огромным красным прицелом. На ремне висла парочка гранат и зазубренный тесак, которым удобнее всего разделать мамонта. Он прошёл мимо Юли, едва не наступив ей на руку, и не обратил на неё никакого внимания.

Следом за ним спустился другой рейдер, в кожаном доспехе, имитирующем кубики пресса. Он злобно улыбнулся, наведя на Юлю ствол. А после сказал:

- Бах! - И заржал как гиена.

Юля была в таком шоке, что даже не успела испугаться.

- Два БТРа, ещё двое в автобусе. Итого: минус десять, - сказал второй рейдер.

- Ищите его, он должен быть тут, я точно знаю.

- Здесь четверо жаренных, ха-ха! - Прозвучал крик откуда-то издалека.

- Двое в кабине, там месиво, не сосчитать, хэ-хэ, - звучал голос ближе.

- Здесь трое, одного не хватает, - прозвучало совсем рядом. И Юля увидела второй броневик, пылающий за холмом.

- Тот, кого не хватает и есть Маршал, живучая падаль, - презрительно фыркнул рейдер.

- Как он хоть выглядит!? - Спросил его кто-то издалека.

- Похож на известного рокера, он ещё эту песню поёт: тили-тили, трали-вали, парам-пам-пам… ну вы знаете, - попытался напеть рейдер.

«Этот Маршал, прям знаменитость», подумала Юля.

Распластавшись на раскалённом песке, она боялась поднять даже голову. Как тут заметила под днищем рейдерского колючего джипа Маршала. Это был точно он. Она не могла бы ни с чем другим спутать его пронзительный взгляд северного волка. Он крепко держался за днище и смотрел на неё, приставив указательный палец в перчатке к губам.

- Ч-ч-ч-ч-ч-ч, - послышался в её ушах шум пустыни.

- Нашёл! - Прозвучало так неожиданно, что заставило Юльку вздрогнуть. – Десятый труп, я нашёл Мясника!

И рейдеры все ломанулись туда.

- А ну дайте, я сам посмотрю! - Хрипел самый главный.

В этот самый момент Маршал исчез, он испарился. Юля всего на секунду закрыла глаза, чтобы в них не попал песок, и вот его уже нет под днищем колючего джипа.

Рейдеры добрались до трупа в военной форме омикрона, лежащего на животе.

- Последний, десятый, - толкнул его носком ботинка один из них.

- Я лично должен убедиться… это исторический момент, - радостно сказал командир и перевернул труп.

Но то был один из рейдеров, на которого кто-то наспех надел омикронский мундир, даже не застегнув, а на его груди была прицеплена мина. И прежде, чем кто-то успел осознать это, раздался жуткий взрыв, ударной волной разбросавший вокруг ошмётки человеческих тел.

Маршал как призрак возник из ниоткуда за спиной пулемётчика на колючем джипе, под которым он прятался только что. Его смертоносный взгляд, как у белой акулы и лёгкие беззвучные движения прирождённого убийцы навеивали ужас.

«Осторожно сзади» Хотелось ей кричать. Но Юля сдержалась, благоразумно не став вмешиваться. Она уже и так наломала дров.

В его руках сверкнул огромный нож, секунда и тот скользнул по шее бандита забрызгивая всё вокруг густой кровищей. Другой рукой в перчатке Маршал плотно зажал умирающему рот, не давая тому закричать и предупредить товарищей.

Маршал сбросил на песок труп рейдера как пушинку и посмотрел на Юльку.

- Зуева за руль! - Он улыбнулся, подмигнув ей.

«Он помнит мою фамилию». Сама себе не поверила Юля.

- Ну-у-у-у! – Резко закричал Маршал, заставив её подскочить. Спотыкаясь об песок и не помня себя от страха, Юля забралась в открытую дверь колючего джипа. Тот всё ещё хранил тепло почившего владельца. Здесь внутри всё было покрыто чем-то липким, похожим на смесь бензина и пота и пахло не лучше. Юля по привычке зажала пальчиками нос.

- Фу, - вслух проговорила она. Ей захотелось протереть всё влажными салфетками и обеззаразить, прежде чем к чему-то прикасаться. Но у Маршала были другие планы.

- Ты чё тупишь, дура, заводи, - сквозь зубы процедил он.

Юля вздрогнула, она закрыла глаза для смелости и положила руки на руль. Но тут же поняла, что машина не едет.

- Я не умею, - едва не расплакалась она. Девушка совсем не привыкла к тому, что на неё давят.

- А что ты вообще умеешь, Зуева, бездарность, - в сердцах фыркнул Маршал. Он склонился над ней и лёгким поворотом ключа врубил зажигание. В это мгновение Юлька замерла и не дышала, ведь Маршал прикоснулся к её коленке.

- Эта нога газ, эта тормоз, понятно, или ещё раз повторить? Тормоз под ногами, а не в голове, - он пальцем постучал по виску.

- Понятно, я не тупая, - оправдывалась Юля.

- Серьёзно? Что-тот пока не заметно, - пренебрежительно усмехнулся он.

- Да, серьёзно, - печально ответила Юля, сложив губки уточкой. И в подтверждение, что она не будет тупить тут же вжала педаль газа в пол.

Машина заревела и как дикий зверь рванула с места, Маршала от такого виража едва не выбросило из кузова. Юля уже приготовилась, что он будет её ругать и инстинктивно немного втянула голову. Но он не стал.

- Умница Зуева, так держать, хэ-хэ, - вставая сообщил он.

Мотор ревел, как будто каждую секунду взрывался, копоть и жар валили изо всех щелей. Ещё и пулемёт на крыше застучал. Горячие гильзы падали ей прямо на голову, одна даже за шиворот упала, но Юля всё терпела, боясь хоть на секунду выпустить руль, чтоб на такой скорости не уйти в кювет.

Она вспомнила как в детстве с мамочкой они ходили в лунапарк и там она каталась машинках. Юля была самой быстрой. Эта поездка чем-то напомнила ей детство. Вот только всё по-настоящему, а ещё в них стреляли.

Вдруг перед ними что-то взорвалось, и Юля завалила руль вправо, чтобы уйти от взрыва. Боковым зрением заметив другой колючий джип, которым мчался им наперерез.

- Поворачивай! - Орал Маршал, перекрикивая стук пулемёта.

- В какую сторону? Куда? - Она вцепилась в руль с такой силой, что у неё даже пальцы побелели.

- Да всё равно куда! Крути!

Тут что-то взорвалось так сильно, что они подпрыгнули, но приземлившись, как кошка на четыре колеса, помчали дальше.

В это время несколько шальных пуль прошило кресло, прямо над Юлькиной головой, вырывая с мясом кожаную обшивку.

- Они в нас стреляют? - Жалобно спросила она.

- Конечно нет, как ты могла такое подумать?! Это же святые люди? – Сильно удивился Маршал. – Зуева, педаль в пол! И не задавай больше тупых вопросов! – Проорал он ей прямо на ухо.

Машина заревела так, что Юлька не слышала больше стук пулемёта. А пули, прошивающие над ними воздух, звучали тихими сверчками, лишь изредка высекая искры и срывая кусками колючую обшивку.

Юля вжалась в кресло и села как можно ниже, так что почти лежала и едва различала куда она едет. Девчонка отлично понимала, что кожаный подголовник ни от чего её не защитит.

- Лево руля, выкручивай! – Командовал Маршал, перезаряжая пулемётную ленту.

Юля забыла обо всём и превратилась в робота, механически исполняющего приказы. Это было куда проще чем думать и самой принимать решения.

Слишком жарко, слишком много скорости, стрельбы и шума. Слишком большая ответственность за свою жизнь.

- Перезаряди, - Маршал бросил ей на колени горячий ствол и пару магазинов.

Всего на мгновение выпустив руль, и взяв в руки автомат – Юля поняла, что его перезарядка – посложнее кубика Рубика. И что бы она куда не пихала, ничего никуда не влезало.

- Я не умею. Я не знаю, как это делается! - Запаниковала она так, что на её глазах блеснули слёзы.

Маршал склонился опять и прямо в её руках молниеносно собрал оружие. Он был весь чёрный от копоти, как шахтёр, отчего его холодные глаза сияли ещё ярче.

- Да что ты вообще по жизни умеешь, - презрительно фыркнул Маршал.

Юля задумалась, но не смогла ответить ему сразу.

«Колоть инсулин? Так себе умение, а что?». Крутя баранку, рассуждала она.

И тут мотор взорвался и запылал огнём, обдавая Юльку жарким пламенем. Она закрыла глаза, прикрыв лицо ладошкой. Ведь из-за дыма давно уже не видела дороги.

«Кругом пустыня, куда тут врежешься?» Здраво рассуждала она.

Маршал отбросил пулемёт и стал по-быстрому кидать всё в рюкзак.

- Отстёгивайся, - коротко приказал он Юле, и та только сейчас заметила, что была пристёгнута.

«Когда я успела? - Не понимала она. - Выходит, в то время как отсчёт шёл на секунды, а Маршал просил побыстрее, я пристёгивалась».

«Хорошо, что влажными салфетками не догадалась тут всё протереть», мысленно ругала себя девушка.

- Быстрее! - Хрипел на неё Маршал, по-быстрому забрасывая в рюкзак гранаты.

Но стоило ей отстегнуться — как он повернулся к ней лицом, и подтянувшись за каркас крыши ударом ноги легко вышиб её из водительского кресла прямо на песок. Юля вылетела из джипа на ходу и долго ещё кувыркалась, прежде чем смогла остановиться.

Она довольно сильно ушиблась от удара и наглоталась песка и пыли. Тот был везде: в одежде, за шиворотом, во рту и в волосах, там особенно много. Но каким-то чудом ни одна песчинка не попала в глаза. А Юля помнила какой коварной бывает единственная песчинка в глазу.

Джип пролетел ещё метров сто, прежде чем взорвался и загорелся ярким пламенем, загрязняя воздух столбом едкого дыма.

Юля видела, как Маршал выкалится из него на ходу. Он почти сразу встал на ноги, прицелился куда-то из ракетницы и сделал выстрел. Жёлтая ракета со свистом ушла куда-то вверх и озарила небеса салютом похожим на фейерверк. А после на песок посыпались осколки. Один чуть не попал в неё.

Маршал бегом вернулся к Юле и протянул ей руку.

- Ты жива? – Спросил он, улыбаясь.

- Зачем ты это сделал? - Едва не расплакалась она, отряхиваясь от песка.

- Я сбил беспилотник. Теперь им потребуется чуть больше времени, чтобы нас найти. Идём, - коротко приказал он. Маршал закинул пулемёт на плечо и грузным шагом направился куда-то вдаль.

- Я не про это. Ты вытолкнул меня на ходу из кресла водителя… я чуть не убилась… зачем? – Запыхалась она за ним бежать.

- Будешь много болтать и растрачивать воду — не сможешь идти, - коротко констатировал Маршал.

- Ты ударил меня. - Не унималась Юлька.

Маршал остановился. Нет он не ждал пока она его догонит, что у девушки получалось с трудом. Он воспользовался остановкой, чтобы перебросить тяжёлый пулемёт с одного плеча на другое. Только сейчас она заметила, что Маршал ранен и едва держится на ногах.

- А ты умеешь выпрыгивать на ходу и горящего джипа? – Не терял он расположение духа.

- Думаю нет, - покачала она головой.

- Вот и я так подумал. Всё, не болтай. Пытайся не отставать, если хочешь жить, - зловеще улыбнулся Маршал, закинув пулемёт на плечо он пошагал дальше.

Это поначалу ей казалось легко, уже через десять минут Юля почувствовала, как сильно она устала. Ныло в виске, болело в боку, всё натирало, а солнце жгло. Ещё и Маршал, как назло, выбрал темп, в котором Юлька за ним не поспевала.

- Я так устала, - ныла она. – Я хочу домой к мамочке, хнык-хнык.

- Не трать воду, скоро захочешь пить, - проговорил Маршал всё с тем же каменным выражением лица. Он даже не обернулся.

- Я уже хочу пить. А куда мы идём? Я всё себе натёрла. Мне врач запрещает так много ходить. Когда у нас привал? Хнык-хнык-хнык. Ты можешь медленнее идти, я не успеваю. От меня уже, наверное, воняет, мне надо подмыться, хнык-хнык-хнык.

- Да всем насрать как ты там воняешь, здесь некому нюхать, - не выдержав её нытья, отреагировал Маршал.

- Мне не насрать, ведь я же девочка, хнык-хнык. М-м-м-м. М-м-м-м.

Он резко остановился и грозно посмотрел ей прямо в глаза, заставив её застыть на месте.

- Зуева, ты достала! Я с тобой пока по-хорошему. Не хочешь, сейчас будет по-плохому!

- И что ты мне сделаешь? Оставишь тут умирать? Убьёшь? Изнасилуешь?

- Ха. Размечталась, - коротко фыркнул он.

- Лучше бы я осталась там, чем умереть в пустыне, хнык-хнык.

- Так оставайся! – Злобно ухмылялся он. - Рейдеры будут рады такому подгону. Они максимум через час здесь будут. Можешь подождать.

- И что они со мной сделают?

- Будут пытать, убьют, изнасилуют, в таком порядке.

- Но я же им ничего не сделала? Я здесь случайно! Это ошибка!

- Серьёзно? А кто вёл мой джип. Кто промолчал, когда я одному из них горло перерезал? Я человек двадцать прикончил с твоей помощью, ха-ха, - злобно улыбался он. – Можешь гордиться, ты небесполезна.

- Я ничего им не делала, я же не знала, я им не враг, за что меня убивать и насиловать, - Юля обиженно надула губки и продолжала ныть.

- А это, как раз и неважно. Они найдут за что с тебя спросить. Например: как ты со мной познакомилась? Почему помогала? Другие зэчки помогали им, а ты мне. Зуева, тебе за всё придётся ответить.

- Что я отвечу им, ведь мы едва знакомы. Я же совсем тебя не знаю.

- Не страшно, придумаешь что-нибудь, фантазии хватит. Под пытками всем хватает. - При слове «пытки» он опять улыбнулся, оскалив свои белоснежные зубы.

- Зачем ты втянул меня в это? Я просто маленькая девочка, ничего им не делала, я ничего не знаю, ни в чём не участвовала. Я здесь не при делах.

- Вот так им и скажешь, а я пошёл, - он развернулся и ускорил шаг.

- Постой, не оставляй меня, слышишь! - Она уже почти бежала за ним так что у неё появилась отдышка и стало колоть в боку, но он не реагировал и не замедлялся.

- Да что тебе сделали эти рейдеры, за что ты их так ненавидишь? Почему бы просто не жить всем в мире!? – Из последних сил кричала она ему вслед.

- Да хрен его знает, - притормозил Маршал и пожал плечами. – Война. – Как будто это слово всё объясняет.

- Они убили всех твоих друзей? Твою жену и ребёнка, родителей, собаку? Кого?

- Нет, рейдеры не сделали мне ровным счётом ничего плохого. Просто пытались убить меня, как и я их. Это у нас взаимно. Видишь ли, это война.

- Так не бывает, - не верила ему Юля. – Зачем-то же ты начал убивать. Ах, да, я знаю, ты насмотрелся телевизора, где врут что все рейдеры – звери, и возненавидел их. Я права?

- Да похрен мне кого убивать, был бы я рейдером — убивал бы Омикронцев за милую душу, или кого прикажут.

- Так ты наёмник?

- Я доброволец.

- Омикронский мясник, кажется так они тебя называют… Ты может помедленнее идти, я не успеваю!?

- Пиздеть ты успеваешь! - Рявкнул Маршал и ускорил шаг.

Юля и правда сболтнула лишнего и уже об этом жалела. Болтать рядом с таким опасным мужчиной. Ему ведь ничего не стоит убить её одним ударом. Но он этого пока не сделал. А вместо этого терпел её унылый трёп и детское нытьё.

Но Юля не могла держать всё в себе, она была уверена, что не дотянет до вечера и потому не собиралась молчать, а всё выкладывала как на исповеди. Облегчить душу, так сказать, ему прямо в уши. А больше некому, они же здесь одни.

- Я пить хочу, - захныкала она, - есть вода?

Маршал остановился и посмотрел на солнце. Потом отцепил от разгрузки флягу и протянул Юльке.

- Но только из моих рук, - строго сказал он.

- Это так унизительно, - произнесла Юля, но покорно открыла ротик и позволила ему пролить пару капель себе на язык.

После чего он сразу закрыл флягу и прицепил её обратно к разгрузке.

- И это всё?! – Искренне возмутилась она. - Вода даже до горла не дошла, едва на язык пропала.

- Смотрю ты любишь, когда до горла доходит, да, - похабно пошутил Маршал, но Юля не оценила шутку, и он вновь стал серьёзным. – Терпи до привала.

- Но я так хочу пить, пожалуйста, дай мне воды, я готова на что угодно, - захныкала Юлька. Маршал не реагировал и скорости не снижал, только в очередной раз перекинул пулемёт на другое плечо.

- Я отдамся тебе за эту дурацкую воду, если хочешь, - без слёз ревела она. – Пить, пить, пить, пожалуйста, пить.

- Кому ты надо, терпи до привала, ясно?

- Мне так плохо, у меня всё болит, я не могу больше, я сейчас умру.

Маршал опять остановился и с укоризной посмотрел на неё.

- Тебе дать пулемёт понести, чтобы стало легче?

- Нет, - покачала головой испуганная Юля, представив, что ей сейчас придётся тащить на себе эту железяку.

Маршал вновь перекинул пулемёт на другое плечо и молча пошагал дальше. А Юля от безысходности плелась за ним следом.

С каждым шагом она отставала всё сильнее. В голове мутилось. От жары и пыли её волосы стали как мочалка. Перед глазами всё плыло, а в горле пересохло настолько, что от сухости стало больно глотать.

В очередной раз сглатывая без слюны Юля зажмурилась. Дикая боль отдавала в виски. Даже закрыв глаза она по-прежнему видела перед собой пустыню, только в цветах, похожих на круги от бензина в луже.

Но ноги сами куда-то вели. Иногда она приоткрывала один глаз, чтобы увидеть медленно плывущий вдали силуэт Маршала, и вновь закрыла его. Так меньше болело.

- Пить, - повторила Юля в последний раз и упала на песок. Ей было бы легче всего сейчас умереть.

Но сильные руки Маршала подхватила её, а влажное горлышко фляга коснулась к пересохшим губам.

Юля вцепилась в неё как пиявка, пытаясь как можно больше всосать в себя целительной влаги. И Маршал буквально силой вырвал флягу из её губ.

- Так значит живая ещё, хэ-хэ, - поставил он её на ноги. – Осталось недалеко…

- Я выживу, я должна выжить, мне нельзя сейчас умирать, мама не переживёт этого, бедная-бедная мамочка, она столько для меня сделала. Она так настрадалась. Она такого не заслужила. - Тихо повторяла она.

Юля не помнила, как они добрались до привала. Она очнулась, лежа в тени разлапистых пальм на тёплом песке, а под головой у неё лежала заветная фляга.

С бешенной скоростью она схватила флагу, открыла и присосалась к ней. Жадно подбирая оставшиеся на дне капельки влаги своим шустреньким языком.

«Как я попала сюда?» Не понимала она. У Юли болела голова, и ныло в боку.

«Неужели сама дошла. Ничего не помню».

Внезапно появился Маршал с вязанкой сухих листьев, похожей на хворост.

- Очухалась-таки, а я думал сдохнешь. Зуева, ну ты живучая, зараза, ха-ха. Такое мне по нраву, - радовался Маршал.

- Я ничего не помню. Мы где? Я помню пустыню и как мы шли. А дальше — провал.

- Мы в оазисе, ясное дело. Пришлось немного свернуть, чтобы сюда попасть. Идти напролом сейчас, когда за нами началась охота - означает подписать себе приговор. Лично я бы день и ночь патрулировал дорогу до Омикрона. А здесь нас никто не будет искать, по крайней мере до завтра, - он сел разводить огонь.

- Зачем костёр, ведь жарко же, - зажмурилась Юля от боли в висках. Ей было просто невыносимо держать глаза всё время открытыми, но, когда она их закрывала – девушку подташнивало.

- Подожди, сейчас будет холодно.

Только теперь она заметила нависший над краем песчаного горизонта алый диск солнца.

«Звезда Альдрованда - красный карлик», вспомнила она учебник по астрономии. Всё вокруг от неба и облаков, до пальцев и предметов одежды залило оранжево-золотым сиянием.

- А по ночам в пустыне холодно, - процитировала она учебник. Юля не бывала в пустыне раньше, но очень гордилась тем, что знала про неё хоть что-то.

Через минуту меж сухих листьев уже похрустывал огонёк, над которым тонкой струйкой вился белый дым.

- Если хочется пить — можно листиков пожевать, - предвосхитил её вопрос Маршал.

Уставший, он сидел перед костром и палочкой в нём что-то ворошил. Его загорелая кожа и рельефные мускулы поблескивали бликами от огня. Он будто специально снял футболку, чтобы дать Юле в деталях разглядеть каждый кубик пресса и желваки его классического профиля. Его глаза по-прежнему сияли, хоть стали пугающе серыми. Ей казалось, что она успела разглядеть каждую мышцу на его поджаром торсе.

«Он идеал: такой мужественный и крепкий… а этот взгляд полярного волка». Ей стало немного неловко за повисшую тишину. Но так не хотелось её разрушать, Юля кайфовала от каждой секунды наедине с ним. Прислушивалась к каждому его вздоху, желая дышать в унисон.

«С ним так хорошо молчать», подумала она, раз за разом прокручивая в голове мысли о том какой же он идеальный и не находила изъянов.

- А сколько тебе лет? - Задала она самый идиотский вопрос, который только пришёл ей в голову. Он даже Маршала удивил своей тупостью, заставил поперхнуться и вскинуть брови.

- Это так важно для тебя? - Улыбался он, демонстрируя жемчужно-белые зубы, ярко выделяющиеся на фоне измазанного копотью лица.

- Прости, - улыбнулась она. – Я, не подумав, ляпнула глупость.

«Да что со мной происходит. Это парни в моём присутствии теряют остатки мозга».

- Я выгляжу старше своего, - кивнул Маршал.

- Двадцать девять, тридцать? - Пыталась угадать Юля.

- Я же говорю, что выгляжу старше.

Её сбивал с толку этот взгляд мужчины, знающего себе цену, такого не бывает у подростков. Хотя по лицу они ровесники, ему могло быть не больше двадцати. Но все эти шрамы, морщины, копоть, они добавляли годиков. Маршал выглядел как человек не способный удивляться, который видел уже всё. Он на неё не пялился, его вообще костёр куда больше интересовал чем Юлькины ножки. Какой-то робот, а не человек.

- А мне семнадцать, - зачем-то сказала она, хоть он её и не спрашивал. - Но я выгляжу младше. Все думают, что я младше.

«Господи, какую же я чушь мелю». Ей захотелось хлопнуть себя по лицу ладошкой, но от дневной жары слишком сильно болела голова.

«Будь взрослее Юлечка, спроси что-нибудь по делу».

- Мы выберемся? - Наконец спросила она.

- Если сильно-сильно повезёт, - это был первый вопрос, на который он ответил. Маршал бросил в горящий костёр волосатые орехи, похожие на кокосы, и стал ворошить их палочкой.

- И сколько нам осталось идти?

Юля ждала любого ответа, но только не такого

- Пару недель, может месяц.

- Мне нельзя так долго, мама будет волноваться. Ей надо позвонить, предупредить. – Распереживалась она.

- Нельзя звонить, - покачал он головой. - Рейдеры на хвосте. Они сейчас везде нас ищут. И одиночный сигнал с оазиса их точно заинтересует.

- И что же делать? - Испуганно спросила Юля.

- Идти. Надеяться, что нас спасут свои. Или же мужественно принять смерть, если не будет другого выхода.

- Я не хочу умирать, - расстроилась Юля, едва не заплакав.

Маршал аккуратно вытащил из костра дымящийся орех и погасил его белым песком. А после достал боевой нож и стал чистить.

Юле нравилось наблюдать за его работой, это так успокаивало, особенно на фоне искр костра.

- Будешь, - он протянул ей дымящуюся сердцевину. Юля неуверенно взяла её в руки. Та грела, но не обжигала, как горячая картошка. Её можно было удержать в руке.

«Как это есть?» Подумала она и попыталась укусить гигантский орех.

- Да что ты делаешь, - скривился Маршал. Он отобрал у неё горячую сердцевину и остриём кинжала пробил в ней крохотную дырочку. Оттуда сразу же потёк бурлящий сок, похожий на кипящее мороженное. Такой же ароматный и сладкий, с неуловимым молочным вкусом. Юля прижалась к нему губами, но сок шёл таким напором, что стал стекать мимо рта, по щекам и по шее.

Он был таким питательным как очень жирное молоко, которое Юле запрещали врачи. Но ей так хотелось пить, что она не могла остановиться, и жадно впитала весь сок до последней капельки.

А Маршал достал свой орех, точно так же его потушил, почистил и принялся есть. Съедобным был не только сок, но и нежная мякоть. Чем-то похожая на баблгам, её следовало жевать лишь до тех пор, пока ощущался солоноватый привкус.

И только дожевав Юля почувствовала невиданный прилив сил. Она хоть сейчас была готова пешком идти до Омикрона. Но было уже темно. Небо усыпало созвездиями.

Пустыня издавала по ночам довольно жуткие звуки. Как будто откуда-то из темноты за ними кто-то наблюдает.

Стало прохладно и даже Маршал надел свой китель и раскатал рукава. Он разместился на песке рядом с погасшим кострищем и закимарил. А Юля осталась одна в темноте, полная сил, но мёрзнущая от каждого дуновения ветра.

- А Маршал, это фамилия или что? - Тихо спросила она, не рассчитывая на ответ.

- Или что, - ответил он, не раскрывая глаз.

- Мне холодно, - наконец призналась Юля, - а мне нельзя мёрзнуть, иначе у меня опять начнётся кашель, который сложно остановить.

- И что ты предлагаешь? – Приоткрыл он один глаз. Казалось, что тот светится в темноте.

- Полежи со мной… - сказала она и на всякий случай добавила. - Я ни на что не намекаю.

- Уговорила, - он грустно вздохнул и перелёг, нежно обнимая Юлю своими сильными руками и согревая её своим горячим телом. Та положила голову ему на плечо, ей стало так удобно, что сразу захотелось спать. Но поболтать на ночь хотелось ещё сильней.

- А почему ты так себя ведёшь?

- Как? - Чувствовалось как вскипает в нем раздражение.

- Будто тебе нет никакого дела до меня. Не по-джентльменски, не как все остальные.

- Ты видишь на мне котелок и пенсне? - Устало улыбался он. - Мы не в викторианской Англии, какие джентльмены тебе мерещатся?

- Обычно парни всегда целуют мне ручку, в любви признаются, а ты даже не смотришь на меня, - надула губки Юля.

- Я тебя поздравляю, Зуева. Куда тебя поцеловать чтоб ты уснула!?

- Прости, наверное, ты устал…

- Да, с чего ты это взяла?! – Ирония сквозила в каждой букве. – Я просто двадцать километров нёс пулемёт по пустыне. Для меня это отдых.

- Прости… но, если нам всё равно суждено пробыть здесь две недели, хотелось бы узнать о тебе хоть что-нибудь.

- Зачем? Сначала сдохну я, потом ты. Спокойной ночи, Зуева, - он снова отвернулся.

- А почему ты все время называешь меня по фамилии. Мне так не нравится. У меня же имя есть. – Она максимально смягчила тон и надула губки. - Называй меня Юлечка, если тебе не сложно.

- Хорошо, Юлечка, а теперь давай спать!

- Только скажи, как тебя зовут. Ведь Маршал, это тоже фамилия. По фамилии меня дразнили в школе, и потому я её ненавижу.

- Маршал это позывной, - раздражённо выдохнув, ответил он. Его раздражали эти расспросы, но он пока держался.

- А как тебя зовут?

- Маршал, так и зовут. Когда ты, наконец, уснёшь? Мы можем лечь спать?

- А мама как называла?

- Да ты заебала. Спи бля. Тебе самой с собой не скучно? Или саму себя ты уже заебала и теперь решила заебать кого-то ещё?

- Мне так грустно, и хочется поговорить. А никого другого рядом нет.

- По-твоему это пикник, весёлая прогулка? Думаешь мы всю ночь будем болтать у костра, а завтра автобус отвезёт нас домой?

- Да-а-а, - улыбнулась Юля, - прости, наверное, я сказала глупость.

- Да ты всё время их говоришь, без конца! – Не выдержал Маршал. – С тех пор как я тебя увидел, ты через слово несёшь чушь! Всё время ноешь, ничего не умеешь… - наконец выговорился он и резко замолчал.

- Так вот в чём дело, считаешь меня бесполезной, обузой, ни на что не годной малолеткой.

- Умоляю только не плачь, мне только слёз твоих здесь не хватало, - он крепко обнял её.

- Я пытаюсь, - тихо хныкала она. – Но все меня обижают, особенно ты. А так хочется поддержки хоть от кого-то. Я так устала быть сильной.

- Когда это ты была сильной, хэ-хэ-хэ, - невольно засмеялся Маршал, но быстро исправился. – Прости.

- Ничего, ты прав. Всю жизнь я от кого-то зависела. Сначала от мамы, потом от своей девушки, теперь от тебя. Я ничего не могу сама, я ни на что не годна.

- Не говори так, ты выжила в пустыне, а это поверь, не каждый может. Признаться, я удивлён.

- Спасибо, - она слишком долго смотрела ему в глаза и вдруг поцеловала. – Прости, - поспешила она убрать от него губы. Но Маршал уже не спал, она ему перебила сон и теперь он готов был её слушать.

- Когда я была маленькой, я страшно болела, врачи давали мне максимум три года. Тогда это казалась целая вечность, ведь мне было всего три. А мама по ночам рыдала и собирала деньги на операцию. Ты ещё не спишь!?

- Нет.

- Интересно?

- Нет.

- Тогда я продолжу?

- Зачем было спрашивать? – Устал с ней бороться Маршал.

- Я лежала в палате, ко мне были подключены различные трубки, пикал какой-то прибор. Мамочка оббегала всех знакомых, она плакала и умоляла, икала деньги на операцию, чтобы мне удалить половину лёгкого и метастазы не поразили весь организм. Видишь у меня этот шрам, - она положила его руку себе на бок. - Врачи говорили, что я не выживу, что я не проживу и трёх лет, но видишь, я справилась. Ты спишь? – Толкнула она его в бок.

- Пытаюсь, но ты же мне не даёшь.

- Да как можно быть таким бесчувственным, я же душу тебе открываю, а ты… ты…

- Послушай, не надо мне слезливых историй. Слыхали мы их, знаем. Сначала ты прибедняешься, какая ты вся несчастная, а потом говоришь, что вынуждена была заняться проституцией. И в туалете поезда тебя пытался изнасиловать твой сутенёр и ты его случайно грохнула. А потом решила сдаться, чтобы до тебя его дружки не добрались. Ведь так всё было, правда?

- Ты намекаешь, что это про меня? Ты ничего обо мне не знаешь?!

- Все так говорят!

- Оказывается ты совсем не разбираешься в девушках.

- Все так говорят!

- То есть, по-твоему я проститутка, со своей слезливой историей?

- Нет, ты непорочная дева, ха-ха-ха, - откровенно насмехался Маршал.

- А если это так, что если я девственница — ты извинишься, ты заберёшь свои слова обратно?

- Я ни перед кем не извиняюсь, тем более перед шлюхами.

- А если я не шлюха. Если окажется, что я невинная дева, ты признаешь, что неправ и заберёшь свои слова обратно!

- Тебя изнасиловали в камере две заключённых, я даже знаю кто.

- Да, я занималась любовью с женщинами, но не мужиками. Ещё никто в меня ничего не засовывал, так что технически я девственница. Шах и мат.

- И у тебя ни с кем не было секса? – Троллил её Маршал.

- У меня был скоротечный роман с подругой, но мы не трахались, а лишь лизались…

- Лизали друг другу разные штуки.

- Да, письки друг другу лизали, но технически я всё ещё остаюсь девочкой.

- Я не считаю ваши женские полизушки — чем-то серьёзным. Это мастурбация, а не секс. Так что да, если у тебя было только с девочками — то ты девственница. Вот только мы оба отлично знаем, что это не так, - самодовольно ухмылялся Маршал, как будто обломал её в споре.

- Спорим, на что угодно, - Юля села и протянула ему ладошку как делают в случае заключения пари.

- Ну-у-у, если ты настаиваешь, - пожал он её худенькую лапку своей стальной кистью.

- Проверяй.

- Что?

Юля села перед ним на попку и расставила пошире ножки. Она тянула носочки и не сводя с Маршала глаз и лёгким движением спустила с себя трусики.

- Давай же, чего зассал.

- Мне что палец туда засунуть? - От удивления он даже сел. – Ну если ты настаиваешь.

- Давай, давай, - не понимая, что на неё нашло, она задрала юбку оголив свои округлые бёдра.

Маршал заволновался, его голос слегка дрожал, а дыхание стало глубже. Он очень сильно хотел спать, но даже у него не было сил сдержать любопытство. С таким он ещё не сталкивался.

- Ну давай, - после всех этих уговоров, наконец, согласился он.

Он сунул ей руку под юбку и упёрся в её влажные половые губы.

- Прости, не было возможности подмыться, - вдруг вспомнила она о гигиене.

- Да ничего, мне нравится, как от тебя пахнет, - его палец раздвинули её губы, а из её слегка приоткрытых уст раздался едва ощутимый стон.

- А как это проверяется? - Вдруг вспомнил Маршал, что понятия не имеет о том, что сейчас собирается сделать.

- Я сама не знаю, гинекологи как-то смотрят, - округлила Юля глаза.

Он посильнее задрал её юбку и стал рассматривать её тело в ярком свете лун Альсары.

Маршал смотрел на идеальные бёдра, гладкий лобок, и упругую попку, поглаживал и раздвигал её аккуратные половые губы. Едва она расслабилась, он нежно проник внутрь.

- А-а-а-ах, - томно простонала она и добавила. – Можно не так резко, я возбуждаюсь.

Маршал охуевал от происходящего.

Он вынул из неё палец и сунул туда сразу два. Где там девственная плева? Он что-то такое почувствовал, но не был до конца уверен. Зато нежнейшая кожа, внутренней сторона её киски, а ещё какая-то рельефная штучка. Что это такое Маршал не знал. Потому как никогда ещё не щупал никого изнутри с такой щепетильностью.

- Я никому ещё туда не лазил пальцем так глубоко, - вслух проговорил он. - Бедные гинекологи.

- Это почему же они бедные?

- Не знаю, как мне после такого уснуть, - он вынул из её щёлки пальцы и внимательно посмотрел на них.

Юля прикрылась юбочкой, подсела ближе, взяла его за руку, и нежно обсосала его пальцы по очереди, жадно поглощая собственную смазку. Это возбуждало её, заставив вспоминать о Лие.

Маршал был в ступоре. Он посмотрел на неё, когда их глаза встретились.

- Ну что, убедился? - Смотрела прямо на него возбуждённая Юлька.

- Да, - кивнул Маршал и нежно поцеловал её. Ему захотелось проникнуть в этот ротик своим языком, почувствовать на вкус эти губы, провести рукой по её волосам.

- Ты что творишь? - Округлила глаза Юля, пока он расстёгивал свой китель и укладывал её на песок. Её ноги были задвинуты, а трусики валялись в темноте. Всё что ему оставалось — это расстегнуть ремень и ширинку.

Юля не могла протестовать, ведь её ротик был занят его языком, а как-то сопротивляться она боялась. Ведь Маршал был настоящей машиной смерти. И если он врагов рвёт голыми руками, то что же он способен сделать с беззащитной девушкой?

- Нет, нет, пожалуйста, не надо, - в коротких перерывах между поцелуями просила она.

- Расслабься, успокойся. – Шептал Маршал, мягко в неё проникая. - Ты же не хочешь умереть девственницей.

- Я ещё не решила.

Ей просто было страшно, как бывает в первый раз. Тем более, когда что-то большое и мощное вот так проникало в неё. Ей было больно и приятно. Сначала первое, а потом второе.

И вот, она уже стонала, забыв, что собиралась сопротивляться и обхватив его крепкое тело своими тонкими ногами. Он проникал в неё все сильнее и глубже, двигаясь всё быстрее, лишь иногда замедляясь. В эти моменты ей было особо кайфово, будто весь мир замирал ради неё одной.

Маршал без спроса перевернул её на живот, лицом в песок и продолжал трахать, а после заставил повернуться не бок, сжимая её поджатую лапку своими крепкими пальцами. И чем сильнее он её сжимал, тем больше она возбуждалась. Юля уже не понимала в какой позе ей нравилось больше. И минимум в двух успела кончить, прежде чем кончил он.

Он сделал это ей на пупок, а после отвернулся и лёг. А Юля ещё долго игралась капельками спермы на своём животике. Ей хотелось слизать с себя, все без остатка. И ей было бы недостаточно. Хотелось продолжения, взять его член в рот, чтобы как можно лучше прочувствовать его размер и мощь. Хотелось, чтобы он опять взял её силой, и заставил сосать. А после ещё раз трахнул.

Но похоже, что после секса Маршал потерял к ней всякий интерес.

Юля нехотя поднялась и натянула трусики. Её ноги не держали, а в груди всё дрожало. Она была счастлива, хоть без слезинки и не обошлось. Юля понимала, что только что распрощалась с детством.

Она легла с ним рядом, закутавшись в его жаркие объятия, и уснула сладким сном.

- Ты правда девственница, я видел кровь. Меня, кстати, Райан зовут, - сквозь сон прошептал он и поцеловал её.

- Нам не стоило этого делать, - в шутку надула она губки, чтобы он всерьёз не считал её легкодоступной.

«И всё-таки это того стоило, теперь я знаю, как его зовут», от счастья Юлька закрыла глаза, и мгновенно провалилась в сон.

С утра всё было супер. Обычно отрешённый Маршал, проявлял к ней такую нетипичную для себя заботу и даже доброту, которыми, казалось, он отродясь не обладал.

«Говорят, что парни после секса теряют к девушке всякий интерес. А здесь наоборот», в душе радовалась она. Юля никогда ещё не чувствовала себя такой защищённой и счастливой, разве только в детстве или тем вечером на крыше больницы. Правда Лия потом всё испортила.

«Надеюсь хоть ты не испортишь», с надеждой смотрела она на Райана.

- Идём, - нарушил тишину Маршал, надевая разгрузку и закапывая угли костра.

- Пошли, Райан, - улыбалась Юля. Ей хотелось почаще называть его по имени, просто он не давал пока повода.

Утро прошло как в бреду. Они ковыляли по зернистой пустыне в предрассветных сумерках, и лишь когда взошло солнце Юля заметила странные столбы, похожие на грибы, торчащие из горизонта.

- Грибовидные облака, - прокомментировал Маршал. – Это значит впереди солончак.

- Нам туда? - Спросила Юля.

- Нет, это ориентир, он говорит, что мы правильно движемся, - коротко ответил он, в очередной раз перекинув пулемёт на другое плечо.

Юле так хотелось поговорить, хотелось ему рассказать уйму всего, поделиться чувствами и планами на жизнь, но она молчала, памятуя как он реагирует на любые разговоры.

Впереди был ещё один бесконечный переход.

Солнце поднималось всё выше, идти становилось труднее. Столбы вдалеке словно развеяло утренним зноем. Жарило так что к песку было невозможно прикоснуться, когда он попадал на кожу, то обжигал. И только скорпионы туда-сюда носились под ногами. Их этот зной ни чуточку не смущал, наоборот, он словно выманивал их из своих норок.

- Я пить хочу, скоро привал? - Вернулась Юля к привычному нытью.

- Какой привал, мы только вышли.

- Мы идём уже часа четыре, мне нельзя столько ходить, - по привычке возмутилась она.

- Не четыре, а полтора, - Маршал показал запястье, а котором были часы милитари с подсветкой циферблата.

- Не полтора, а час сорок, я устала, - надула губки Юля.

- Зуева, ты вообще понимаешь слова, или тебя только срачами гнать?

- Мы же договорились называть друг друга по имени.

- Мы ни о чём таком не договаривались, но, если тебе будет легче: Юлечка.

- Спасибо. Вообще ты должен мне сказать спасибо.

- За что? Каким-таким образом сформировался долг, о котором я ни сном ни духом.

- Я подарила тебе свою девственность. Вообще-то ты изнасиловал меня, без моего разрешения, вот.

- Так это был подарок, - развёл руками Маршал. - Что это за подарок, после которого я что-то должен? Ну спасибо, - сквозила ирония во всех его словах и жестах.

- Не за что? – Сделала она вид, что извинения приняты. - А что насчёт изнасилования?

Он развернулся и сурово посмотрел ей в глаза. Но Юле было не страшно, она же знала каким он бывает нежным.

- Зуева, ты сейчас серьёзно? В смысле Юлечка. Ты сама попросила меня об этом, чтобы доказать какую-то свою правоту про девственность. И доказала! Довольна теперь?

- Я попросила это сделать пальцем, а не совать туда свой член! – Опять стала она спорить. Всю жизнь Юля была покладистой девочкой, со всеми соглашалась, но что сейчас на неё нашло – она не понимала. Но ей так нравилось это чувство конфликта. Ей споры с Маршалом дарили кайф.

«Что со мной случилось? С тех пор как я покинула больницу, я сама себя не узнаю».

- Как будто бы есть разница. Ты понимаешь физиологию мужчин? Если крутить перед нами жопой, а потом обломать, можно серьёзно нарваться. Бывает физически больно, когда нас обламывают. Знала бы ты это раньше — то не попала бы в ту ситуацию в поезде.

- Хватит мне об этом напоминать, - надула она губки, делая вид, что злится. А на самом деле Юле сейчас хотелось расцеловать его, повиснув на его шее. Но мешал уже висящий там тяжёлый пулемёт.

- Тихо, - резко остановился Маршал. - Ты это слышишь?

- Нет.

- Ч-ч-ч-ч-ч-ч, - мягко закрыл он её рот ладошкой, той самой которой этой ночью проверял её девственность. - Ты это слышишь?

- Что? Нет, - ровным счётом ничего не слышала она.

Но Маршал что-то понимал, раз быстро выхватил сапёрную лопатку и кинулся копать. Юля была поражена как же быстро он выкопал себе окоп, как будто экскаватор, и скинул туда всё, пожитки, пулемёт и даже свой берет.

А после присыпал их и бросил лопатку немного торчать, дабы из вида это место не потерять.

В этот момент Юля своим не самым острым зрением заметила вдали едва различимое движение. А через секунду она услышала звук, который так напряг Маршала. Жужжание, похожее на муху, стучащую в стекло.

- Идём, - схватил он её за запястье и силой поволок за собой.

Юля повиновалась, в таких ситуациях она на уровне инстинкта понимала, что надо слушаться, а не спорить.

Спустя сотню шагов жужжащий объект стал различим. Это был каркасный внедорожник, похожий на багги, лишенный брони и шипов. Он ехал прямо на них. Теперь Юле стало по-настоящему страшно. Зачем он оставил оружие? Какой у Райана план?

- Говорит буду я, ты молчишь, - низким голосом приказал он, грубо схватив её за плечо. Но Юля не протестовала. После вчерашнего она знала, что Маршалу можно доверять.

Они шли ещё совсем недолго, пока багги подъехал к ним. Там было три человека, похожих на рейдеров. На них были какие-то шмотки, на подобии кожаной брони.

Впереди за рулём сидел жирный лысый рейдер, ещё два его товарища с ирокезами сидело позади. Но выглядели они не опасно, напоминая скорее пафосных бомжей, чем настоящих убийц. У тех, кто сидел сзади в руках были автоматы, а у жирного на панели лежал дробовик.

Один из рейдеров навёл на них ствол, а водила поглаживал свой дробовик, готовый применить его в любую секунду.

- Вы что, заблудились, хэ-хэ! - Криво ухмыляясь, громко спросил он.

- Есть малёхо! - Крикнул в ответ Маршал. - Имперцы обстреляли нас и бросили тут умирать.

- Да-а-а, есть такое, у них сейчас какой-то план-перехват, - влез в разговор один из тощих, но жирдяй лёгким жестом приказал ему заткнуться.

- До ближайшего города сотня миль, не подкинете? - От яркого солнца прищурился Маршал.

- С хера ли, - развёл руками жиртрест. - Мы что тебе такси или общественный транспорт. На вас бенза не напастись.

- Хэ-хэ-хэ-хэ, - засмеялись двое других. Один из них стал ещё пристальнее целиться в них. И только то, что они были с пустыми руками, останавливало пустынных грабителей.

- Оставьте хоть воды и припасов, рейдеры же братья, мы должны помогать друг другу, - продолжал переговоры Маршал. Он явно к чему-то готовился, но Юля не понимала к чему. И как вообще можно перестрелять троих вооруженных людей, когда ты без оружия?

- По-твоему мы волонтёры, хэ-хэ-хэ-хэ, - продолжил издеваться жиртрест.

- Сам себе помоги, утырок, - добавил дрыщ и спрыгнул на песок.

Он шёл прямо к ним, держа наготове автомат, с намерением, если что, воспользоваться им. Юля заволновалась. Но Райан сохранял какое-то неадекватное спокойствие. И ни один мускул не дрогнул на его лице, будто ему всё пофиг.

- Дайте хоть что-нибудь, - продолжил он, когда рейдер стоял уже совсем близко. Жарило солнце, но Юля не могла больше думать о жажде, она переживала за себя. Вид заряженного ствола, направленного в её сторону, заставил девушку волноваться.

- Мы не благотворители, а торговцы, - издалека сказал жирный.

- А что у тебя есть? - Хитро прищурился дрыщ и демонстративно дёрнулся в её сторону, так что Юля вздрогнула. Но вместо того, чтобы её схватить, он лишь похлопал девку по щеке, погладил по шее, всё это время гадко причмокивая. От мерзости его прикосновений у Юли по спине пробежали мурашки.

- Не надо этого делать, - вступился было Маршал.

- А то чё! - Набросился на него бандит, готовый если что стрелять из автомата и Райан промолчал.

- Вы деньги принимаете, - Маршал потянулся к одному из многочисленных карманов на штанах.

- Тихо-тихо-тихо-тихо, - резко остановил его рейдер, наводя на него ствол. Отчего Райан убирал от кармана руку, демонстрируя что в ней пусто.

Тогда дрыщ запустил ему руку в карман и достал оттуда портмоне. Он радостно показал его друзьям, а после спрятал у себя.

- Да, принимаем! - Громко ответил рейдер. - Только у тебя нет денег, петушара, хэ-хэ-хэ-хэ, - и похлопал себя по карману.

- Тогда бери девчонку, - Маршал толкнул Юлю с такой силой, что она не удержалась и рухнула на колени. - Отличная соска, обожает минет, делает его так что и сама кончает от этого.

Юля испуганно посмотрела на Маршала.

«Надеюсь он шутит», подумала она.

- Райан, пожалуйста, нет, - умоляюще прошептала девушка.

Но её уже лапал, стоящий рядом дрыщ. Его грязные пальцы трогали её шею, губы и грудь. Один из них без сопротивления проник в её приоткрытый ротик.

- Чумазик не пиздит, - сказал рейдер. – Знойная соска, она меня уже хочет, хы-хы.

С багги спрыгнул другой рейдер и вдвоём они, едва не силой, затянули Юльку на заднее сидение. Она почти не сопротивлялась, ведь понимала, чем это может кончится, у рейдеров стволы.

Райан посмотрел ей прямо в глаза и молча пожал плечами.

Рейдеры усадили Юлю на заднее сидение и продолжали лапать. Один давно уже держал свою руку в лифчике, другой в трусиках. На своих губах и шее она постоянно чувствовала чьи-то потные пальцы.

- Ух ты какая же она худенькая, такая кошечка, давайте прямо сейчас её распишем, - сгорал от нетерпения дрыщ, он стянул с себя футболку и быстро стал расстёгивать ремень.

- Эй, попустись, - тормознул его жирный. - Не в моей тачке. Сейчас до базы доберёмся, и там её по кругу пустим.

- Смотри как ей не терпится, вся извивается. Скажи, сучка, любишь сосать? Ну же признайся, а то не дам тебе свой кожаный леденец, хэ-хэ, - стал раздевать её третий, оголяя грудь.

- А как же ваша часть уговора!? - Подал голос Маршал, о котором уже все забыли.

И трое рейдеров посмотрели на него с какой-то толи жалостью толи брезгливостью. Одна Юля всё ещё надеялась, что он её не бросит.

«Не может же он так обойтись со мной, после всего что между нами было?».

- Дай ему что-нибудь, - презрительно через губу фыркнул жирный.

- Сейчас, - дрыщавый громко перезарядил автомат, спустился на песок и направился к Маршалу с явно недобрым намерением.

Райан стоял, не выражая ровным счётом никаких эмоций, лишь щурился от яркого солнца.

- На, - протянул ему бутылку пива рейдер. - Радуйся, сегодня я добрый. – И неожиданно ударил его кулаком в сплетение.

- А-ха-ха.

- Хэ-хэ-хэ, - смеялись рейдеры.

- Саечка за испуг, - сказал дрыщ и пошёл к своим.

Райан быстро отошёл от удара, держа в руке холодную бутылку, одним движением он сорвал с ней крышку и жадно присосался, втягивая в себя каждый грамм живительного напитка. Как будто он сейчас снимался в рекламе этого сраного пойла.

- Серьёзный фраерок, не из пугливых, - шепнул жирдяю дрыщ, когда к своим вернулся.

- Так может его пристрелить для профилактики? - Навел на Маршала бандит свой автомат.

Но их остановил жирдяй.

- Не трать патроны, он и так скоро сдохнет, - он улыбнулся и посмотрел на Юлю, погладив её по коленке. – Породистая тёлка. Где он такую отхватил?

- Да-да, хэ-хэ-хэ, - и все трое с двойным усердием продолжили её лапать. Грудь, лицо, под трусиками, а теперь и коленки.

- Дождаться не могу, когда она у меня сосать будет, - постоянно совал ей палец рот дрыщавый.

Гулко заревел мотор и багги повернулось обратно, оставляя Райана в пустыне одного.

- Хэ-хэ-хэ-хэ, сочная лялька, вот это улов, каждый день бы так, - осматривали Юльку с ног до головы рейдеры.

- Её бы помыть после бродяги, а уж потом оттрахать.

- Сначала отсосёт… - протестовал дрыщ.

- Сначала помоем, или ты хочешь, чтобы она сосала тебе после какого-то бомжа? Фэ-э-э, - он говорил и постоянно брызгал слюной.

- Да мне без разницы после кого, - сказал дрыщ.

Огромных усилий ей стоило не реагировать на их слова и их грязных лапы на своём юном теле. Не сказать, что Юля привыкла, но она хорошо усвоила правила этого мира. Она товар, красивая игрушка. Которую можно купить, унижать, насиловать, и даже убить, а она должна при этом улыбаться. Она не человек, а кукла.

Её волновало лишь то, как с ней обошёлся Райан.

«Как он мог со мною так поступить? Он должен был защитить меня, а не отдать им за бутылку дешёвого пива. Я подарила ему самое ценное, себя, свою любовь, свою девственность, а он… Сначала Лия, теперь Маршал. Когда же наконец я перестану влюблять в тех, кто этого недостоин».

Ей очень сильно захотелось отомстить и сделать это по красоте, не так как вышло с Лией.

- Как же хорошо, что вы избавили меня от этого урода, - наконец заговорила она, пытаясь не обращать внимание на их грязные грабли на своём теле.

- Ух ты, эти губки наконец заговорили, а мы-то думали, вы только для минета, хэ-хэ.

- Ты чё щебечешь, Масечка?

- Вы даже не представляете кто он такой, как хорошо, что это уже в прошлом.

- И кто же этот лох? Хэ-хэ, какой-то бомж, король помойки, хэ-хэ, - смеялись трое.

- Его зовут Маршал, это Омикронский мясник, слыхали? - Как бы между прочим сказал она.

- Что?! - Вдруг резко ударил по тормозам жирдяй.

- Соска, ты что-то пропустила, Маршала вчера угандошили за соседним барханом, - заговорил тот, что лапал её грудь. Его рука при этом предательски дрожала.

- Серьёзно? А он и не в курсе, - искусно закатывала она глазки. - Вот только это не его угандошили, а он угандошил человек двадцать, пока у него патроны не кончились. Живучая падаль. Оставшись без оружия, он голыми руками при мне лично задушил троих. Меня оставил - лишь потому, что я ему тут же отсосала. Он там сейчас обессиленный один, без оружия. Надеюсь, скоро подохнет. Но даже сейчас он смертельно опасен. Поверьте, вам троим ни за что с ним не справиться. Я так боялась, что он начнёт вас убивать по одному и меня в придачу. Ему по ходу всё равно кого убить. Как же хорошо, что всё уже в прошлом. А чё мы стали?

- Заткнись, - нагрубил ей толстяк и повернулся к друзьям. – По-вашему это мог быть он?

- Я не знаю, а как он выглядит?

- Как ведущий новостей, который в этом клипе снимался, там ещё музыка такая тра-та-та…

- Никто не знает, как выглядит Маршал, все кто его видел – мертвы. Его вся Альсара разыскивает, - проговорил третий.

Все трое повернулись к Юле.

- Ты уверена, что это был он?

- Пожалуйста, только не это! – Наигранно испугалась она. – Не возвращайтесь туда, он всех нас убьёт. Бросьте меня здесь, в пустыне, я лучше от жары подохну, чем вернусь к этому козлу.

Рейдеры переглянулись.

- Бегом, чего стал, пока он не скрылся оттуда! - Заорал на жирного дрыщ.

- Да он доходяжный, куда он денется? - Путаясь от волнения в рычагах, заводил багги толстяк.

- Да за него награда десять лямов, и это только деньги. Мы станем легендой если доставим такого перца.

Они резко развернулись, на полном ходу покатили назад. Больше Юльку никто не лапал, всем было не до неё. Рейдеры судорожно перезаряжали свои винтовки.

Через пару минут они были уже на поляне, где только что встретили Маршала, но никого здесь не было.

- Чёрт, упустили, - хрипел рейдер целясь во всё подряд из своего автомата, пока жирный наматывал круги.

- Не мог он далеко уйти, не мог. Так быстро люди не ходят, - злился он на себя.

- Может не та поляна? Они тут все одинаковые.

- Да та, судя по навигатору.

- Ну и где он? - Злились они друг на друга.

- Я вас прошу, давайте валить отсюда поскорей, вы не знаете, на что он способен, в гробу нам миллион не понадобиться, - мастерски подливала она масла в огонь.

- Заткнись, сучка, какое ты имеешь отношение к нашим деньгам? – Хотел было дать ей пощёчину дрыщавый. Но в этот самый момент появился Райан. Он появился, как всегда из ниоткуда, как призрак смерти, схватившись за раму - восстал из песка. Райан использовал скорость движения джипа, чтобы во мгновение ока выскочить на борт. В руках у него был боевой нож, на который, как на копьё, он насадил дрыща проткнув тому позвоночник и пробив его насквозь, а после прикрылся им, как щитом.

Товарищ убитого открыл огонь, но большинство пуль ушло в «живой щит». Райан бросил изрешечённого пулями рейдера на песок и кинулся на другого с голыми руками, вдавливая ему глаза с такой силой, что казалось, он сейчас его череп разорвёт как бумажный.

Такой кровожадности Юля не видела никогда, Райан словно зверь цеплялся и рвал всех, до кого мог дотянуться. И даже выстрел из дробовика его не остановил. Часть дроби ушла в разгрузку и бронежилет, а ран он не замечал. И вот он уже заточенной сапёрной лопаткой кромсал жиртреста.

Обезображенный жирный труп упал на руль и всем своим весом нажал на тормоз. Ещё секунду Маршал зыркал своим пугающе мёртвым взглядом по сторонам, в поисках выживших. Но успокоившись, протянул шокированной Юле руку.

- Спасибо, - дрожащими губами прошептала она.

- Ты всё правильно сделала, - со зловещей ухмылкой проговорил он. - Вот только надо было дать мне чуть больше времени, чтобы я мог поставить пулемёт на сошки. Не пришлось бы делать всё вручную, - он отбросил кусок человеческого фарша со своего виска.

- Ты же ничего мне не сказал, я не знала…

- Всё равно умничка, Юлечка, - он спрыгнул с багги на песок и галантно подал руку до смерти перепуганной девушке. Она с благодарностью приняла его помощь и даже натянула улыбку.

Как вдруг он кое-что заметил. Его улыбка стала выглядеть ещё опасней, и что-то дьявольское блеснуло в его глазах. Похоже, что в этот момент он был по-настоящему счастлив.

- Я же следак, проведём эксперимент, - как-то уж слишком буднично сказал он. Юлю должно было это насторожить, но она пока что недостаточно хорошо его знала.

Когда она подошла ближе, то увидела рейдера, тот лежал на песке с выдавленными глазами. От одного его вида, девушку едва не стошнило. Но рвать было просто нечем, она кроме дурацкого ореха почти уже сутки не ела.

- Этот явно не жилец, добей его, - сказал Маршал, вкладывая тяжёлый пистолет в её руку.

- Я не убийца, я так не могу, - искренне испугалась она.

- А придётся, просто нажми на курок, что тут сложного, - Маршал взял её под руку и медленно навёл пистолет на голову корчащегося в муках бандита.

- Но он не сделал мне ничего плохого, - от напряжения по её щеке прокатилась слезинка.

- Он просто не успел. Они собирались тебя изнасиловать, пустить по кругу. А после продать таким же уродам. И тебя бы насиловали до самой смерти. И смерть твоя их бы не остановила.

- Пожалуйста, не заставляй меня этого делать! - Зарыдала она и уронила ствол.

Рейдер на песке подыхая хрипел, а Юля стояла и хныкала.

- Усложним задачу, - Райан бросил умирающему рейдеру свой пистолет, а Юле вернул тот, что она уронила. - Поверь, не ты, так он выстрелит.

- Почему ты хочешь сделать меня убийцей? - Юля повернулась к нему и случайно навела на него оружие.

- А разве всё имеет в этой жизни смысл? – С ледяным спокойствием ответил он. - Хочешь совет, - прозвучала в его голосе жесть. - Навела на меня ствол — стреляй не думая, другого шанса у тебя не будет.

- Прости, это случайность, - попыталась она извиниться. Юля трясущимися руками навела на рейдера ствол и зажмурилась.

- Умница, Юлечка, а теперь стреляй. Стреляй! - Закричал он и она выстрелила.

Тяжёлая пуля разорвала голову бандита словно спелый арбуз. А Юля опустошенная упала на колени и зарыдала. Несмотря на обезвоживание, слёзы катились ручьями по её щекам.

- Горжусь тобой, Юлечка, ты всё правильно сделала, - достал он из песчаного тайника пулемёт и стал прикручивать раме рейдерского багги.

- Я ненавижу тебя, - сквозь слёзы прошептала она.

- Ух ты, а я почти влюбился, - чмокнул он её в щёчку. - Падай за руль.

Он вытащил тело жирдяя из кресла, вымазывая всё вокруг его кровью, а сам сел на пассажирское, которое было заметно чище.

- У меня руки трясутся, может ты поведёшь? - Спросила она дрожащим голосом.

- Видишь ли, водительские права я оставил дома, так что за руль придётся сесть тебе.

- Какие права в пустыне? У меня их отродясь не было, - возмутилась она, но всё же села на вымазанное кровью и жиром кресло водителя.

«И влажные салфетки не понадобились». Подумала Юля.

- Обожаю какая ты послушная, ты просто идеал, Юлечка, - Райан поцеловал её в шейку.

- Ненавижу тебя, ненавижу, - включая зажигание пыталась она не заплакать.

- Осторожно, от любви до ненависти один шаг, - улыбнулся Маршал, нежно погладив её по щеке тыльной стороной ладони. Ей так захотелось прижаться к его руке и поцеловать. Хотелось посмотреть ему искренне прямо в глаза и заплакать. И на коленях умолять не быть больше таким козлом хотя бы для неё одной, как исключение. Ведь Юля так устала влюбляться в тех, кто этого не достоин.

Она вела уже гораздо лучше, увереннее в этот раз. Нет Юля не стала хорошо водить. Просто сейчас ей было всё равно, хотелось жести. Хотелось разъебать эту тачку об первую же кочку в пустыне, до кучи с Маршалом и собой. Внутри неё что-то перемкнуло, что-то щёлкнуло, заставив иначе смотреть на жизнь и на смерть. Внутри была лишь пустота.

Маршал откинулся на спинку кресла, закинул руки за голову и просто глаз с Юли не сводил. Казалось, он наслаждается её катарсисом.

- Ты так хороша, когда злишься, - первый заговорил он. – И плачешь ты красиво и злишься… как я раньше этого не замечал.

Услышав столько комплиментов в свой адрес, Юля не могла больше злится, пусть и очень хотела. Она с трудом сдерживала улыбку. А Райан продолжал.

- Когда ты недовольная – то сексуально надуваешь губки, - он нежно провёл рукой по Юлиной щеке. - И профиль у тебя, как у принцессы.

- А твои хрупкие плечи, - его руки едва коснулись её напряжённых плеч и приятное тепло растеклось по всему её телу, накрыв её полностью от кончиков пальцев до макушки. От этого начали слипаться глаза и участилось дыхание. А губы, наконец, растеклись в приятной улыбке.

- Я вижу ты улыбаешься, а значит ты больше не злишься, - на самое ушко шепнул Райан.

- А тебе самому нравится всё время быть таким козлом? - Заговорила с Маршалом Юля.

- Конечно! Я и не скрываю. А что не заметно? - Радостно лыбился Маршал. Она никогда ещё не видела его таким счастливым. - Я слишком долго был хорошим парнем, пора побыть кем-то ещё.

С этими словами он полез в бардачок и достал оттуда солнечные очки, принадлежавшие убитому рейдеру. Он аккуратно надел их на себя и откинулся на спинку кресла, закинув руки за голову. Для довершения образа не хватало только соломинки в зубах и можно прямо сейчас сниматься в рекламе каких-то сигарет или жвачки.

- Ты никогда не думал о семье, о детях, - сменила тему Юля.

- Когда-то думал, но это было давно и неправда, - лыбился он. - С тех пор я отучился думать наперёд, живу одним днём, ведь завтра может не настать. И знаешь что — я счастлив.

- Звучит ужасно, я бы не смогла так жить.

- А тебе и не надо. На то есть солдаты, чтобы умирать. Сегодня ты живой, а завтра тебя нет, и никто кроме пары друзей о тебе и не вспомнит. Да и друзья неровен час лягут рядом в одной из бесконечных бессмысленных битв. И нет в этой битве конца. И не будет.

- Ты же сам называешь её бессмысленной, тогда зачем ты в ней участвуешь?

- Кто если не я? Я по-другому уже не могу. Когда-то у меня была работа, дом, какие-то планы, мечты, но всё поменял один день, и я приехал в Омикрон. И знаешь что…

- Что? - Посмотрела на него Юля.

- Я ни о чём не жалею. Это был самый лучший день в моей жизни, - он улыбался, глядя ей прямо в глаза.

- А если ты умрёшь сегодня?

- То что изменится? Быть может когда я умру погаснет солнце? А женщины перестанут рожать детей? Или поезда перестанут ездить? Что? По факту я уже мёртв, я приговорён, только цепляюсь за этот мир в предсмертных судорогах.

- Это не так, каждый может всё изменить, достаточно лишь сильно захотеть.

- Вот именно. Ты попытайся, а я изменил в этом мире достаточно, столько крови пролил, хэ-хэ.

- Какая-то безнадёга и фатализм, - покачала она головой.

- Знаешь, а тебе идёт задумчивость. Она делает тебя аристократичней. Юлечка, тебе говорили, что ты очень красивая.

- Ну да, - засмущалась она, залившись краской.

- Нет, ты прямо идеал. Тонкие пальчики, точёная фигурка, высокие скулы, волосы, ресницы, глубокие глаза, ха, мне даже твой лоб нравится.

- А что не так с моим лбом? - Вскинула она брови.

- Не отвлекай, я ещё не все перечислил, твои стопы, щиколотки и пальчики на ногах, они как лакированные шахматные фигурки, точения неизвестного мастера. Ты прямо совершенство, попробуй себя не растерять в этой жизни.

Юля прямо таяла от его комплиментов.

- А ещё вот эта твоя детская наивность. Как ты смущаешься, как краснеешь. Тебя так и хочется затискать, и защитить от целого мира. Я обожаю тебя, похоже я и вправду влюбился.

- Не знаю, что сказать, я поначалу думала, что ты меня ненавидишь, - попала она в лёгкий ступор.

- За что? Я думал, что ты шлюха, но мы же выяснили, что это не так, - он властно улыбался.

- Ты тоже мне нравишься.

- Я знаю, - легко парировал Маршал. - Я заметил это ещё тогда, на допросе. Зря что ли я запомнил твою фамилию, думаешь я все фамилии запоминаю? Ты так смущалась, пытаясь мне понравиться и строила глазки. И я сразу понял, что ты в меня втюрилась.

- Это неправда, - ещё сильнее покраснела Юля.

- Кого ты пытаешься обмануть, меня или себя? Сейчас ты покраснела, чем полностью себя выдала. Знаешь, это даже хорошо, что ты в меня влюбилась.

- А ты меня любишь?

- Считай, что да, так будет проще, - такой ответ совсем не устраивал Юлю, но она удовлетворилась и этим. Ей так хотелось, чтобы это было правдой.

Она посмотрела на него и улыбнулась. Аристократический профиль и мощный подбородок, в зеркально чёрных очках он был практически идеален, в нём не было изъянов. И то, что он чёртов мясник, лишь добавляло кайфа.

Когда стало темнеть – вдали появилась какая-то дымка.

Маршал насторожился.

- Сбрось скорость, - жестом приказал он.

Перед ними рисовалась панорама десятков рейдерских багги, в шипованном обвесе, на весь горизонт.

- Разворачивайся! Ну же ходу, ходу! - Покричал Маршал, помогая ей быстрее заломить руль в сторону.

Девушка утопила газ в пол, и громадные колёса, до того мирно перебирающее под собой песок, вгрызись в него на полметра, поднимая в воздух целый вихрь песчинок.

Но их уже заметили, потому как некоторые джипы включили дальний свет фар, и заревели словно звери, вышедшие на охоту.

Маршал перелез назад и стал разбрасывать по сидениям всё что могло стрелять. Какие-то автоматы, гранаты, ружья. Отдельно он положил сапёрную лопатку и тесак.

- Заряди, - сунул он в руки Юле очередной пистолет и пару магазинов.

- Я же говорила, что не умею. И с прошлого раза не научилась, - иронично хмыкнула Юля.

- Дай сюда, руки на руль, педаль в пол, - осознав свою ошибку, забрал он у неё ствол.

Мимо просвистели пули, и девушка инстинктивно втянула голову в плечи, хоть и понимала, что, если в неё попадут, это вряд ли поможет.

- Опять? Да сколько можно? – Жалобно захныкала она, не отпуская руль.

Маршал зарядил пулемётную ленту и стал палить. Пока они разворачивались и набирали скорость – рейдеры подобрались совсем близко. Они не скидывали обороты и на полной скорости летели прямо на них.

- Лево руля! - Скомандовал Маршал. Юля действовала, она хорошо научилась отключать свой мозг, когда было надо, и просто выполнять команды. Она выполняла приказы на автомате, быстрее чем успевала их осознать.

Рядом что-то взорвалось, обдав их взрывной волной из песчинок.

- Вправо! - Думать было некогда, нужно было действовать и она до упора заломила руль. Багги буквально встал на два колеса, когда раздался очередной взрыв.

- Давай без напоминай, лево право, лево право, так в нас будет сложнее попасть из гранатомёта.

- Они стреляют по нам из гранатомёта? – Испуганно переспросила Юлька.

- Рули! – Заорал Маршал и она стала вести змейкой.

Райан схватил один из автоматов и принялся палить не целясь, отпугивая бандитов и заставляя их отстать. Другой рукой он держал станковый пулемёт, который замолкал лишь для того, чтобы поменять ленту.

Пули свистели над головой, одна их них прошла совсем рядом, раздробив приборную панель, другая оглушила Юлю своим взрывным свистом.

- Может нам туда?! - Заметила она руины, похожие на заброшенный посёлок.

- Сама решай, ты за рулём, тебе виднее, - Маршал заправил последнюю ленту в пулемёт и прекратил стрелять.

«Это неприкосновенный запас, - здраво рассуждал он. - На крайний случай».

Тем более и рейдеры прекратили свой хаотичный обстрел, понимая, как сложно попасть по быстро движущейся мишени.

Лишь изредка они пускали ракеты, чтоб попугать, да из мелкашек обстреливали их багги.

- Были бы мы на броневике, об этом можно было бы не беспокоится, а так, постарайся лежать как можно ниже, чтобы в тебя не попали, - дал он ей дельный совет.

Юля и так понимала, что чем она ниже, тем меньше вероятность что в неё попадут и потому фактически ехала лёжа. Ко всему добавилось то, что в багги были глубоко посажены педали. Девушка едва дотягивалась до них своими длинными ногами.

Как только выдалось затишье - Маршал сел перезаряжать отстрелянные стволы. А те, где кончились патроны, он спокойно сбрасывал «за борт».

- Неправильно решение, - сжав зубы проговорил он. - Нельзя им дать расслабиться, нельзя им дать прицелиться.

Райан опять перебрался назад и стал постреливать из мелкашки, иногда поддерживая огонь пистолетом или даже дробовиком. Хотя понимал, что шанс попасть из них околонулевой.

Когда один из рейдеров подобрался близко, Маршал выхватил вязанку гранат, рванул чеку и бросил точно в цель.

- Ничего себе! – Он сам не ожидал что попадёт. Взрывом порвало колючий джип и тот разлетелся на куски.

Их нагнали мотоциклы. Конечно, двухколёсный моцик куда быстрее багги, вот только на них не закрепить ракетницу или пулемёт. И потому поравнявшись, мотоциклист стал обстреливать их из пистолет-пулемёта почти не целясь, лишь изредка пробивая тонкую обшивку багги.

- Бортуй! - Резко приказал Маршал, и Юля крутанула руль до упора. Мотоциклист и багги столкнулись и мотоцикл издал последний визг, пропав под грубыми колёсами вездехода. Но рейдер удержался. Он был в броне и с кошками на руках и потому легко вцепился в обшивку.

Маршал резко развернулся к Юле спиной и уже знакомым ей движением берца, вышиб того на полном ходу. Тот прокатился метров сто по песку, прежде чем остановиться.

В этот момент их догнал другой мотоциклист, и подпрыгнув на песчаном трамплине, он отбросил свой мотоцикл, выхватил два топора и зацепился за раму багги.

Маршал не стал тратить на него дефицитный боезапас, а выхватил остро заточенную лопатку и стал бессистемно избивать того по голове и по рукам. Тот защищался как мог, пока его лицо и конечности не превратились в кровавый фарш, а после отправился на песок вслед за своим мотоциклом.

Третий мотоциклист их перегнал, но Юля быстро среагировала. Она сильнее вжала газ, и раздавила незадачливого мотоциклиста. Вот только тот оказался проворным, он ухватился за переднюю раму и удержался на ней, подтягиваясь всё выше и выше. Пока Райан мутузил его товарища сапёрной лопаткой Юля осталась с ним один на один.

Их глаза на секунду встретились. Она увидела жестокий, полный ненависти взгляд, готовый с лёгкостью пустить её в расход, едва появится такая возможность. И потому она секунды не сомневалась.

- Держись крепче! - Заорала она Маршалу, и изо всех сил вдавила тормоз.

От экстренного торможения багги едва не закопался в песок. Раздался дикий визг, тормозные диски разогрелись до бела. Юля чуть не «поцеловала» руль, сил её рук едва хватало, чтоб удержаться. А Маршал, отброшенный инерцией, уцепился за раму и перелетела на переднее кресло. Рейдер не удержался, а полетел вперёд. Он долго кувыркался по песку, ломая себе рёбра.

- Ходу! Ходу! - Орал как обезумевший Маршал, глядя как стремительно приближается к ним армада врага.

Он был как на шарнирах, весь заведённый, держа в одной руке лопатку, в другой свой автомат.

Юля свернула со склона и направилась к древним руинам.

- О Боже, там тупик! - В последнюю секунду заметила она и попыталась свернуть, но Маршал схватил руль своей жилистой рукой и не дал ей этого сделать.

- Не сворачивать, - твёрдо приказал он. - Если тупик — то мы умрём мгновенно, не мучаясь, а если проезд — то это наш шанс единственный отовраться.

У Юли пробежали мурашки по коже, её бросило в холодный пот, и она случайно ослабила давленье на педаль.

- Верни ногу на место, - грозно проговорил Маршал, удерживая руль свой крепкой рукой. - Ногу на педаль, а сама можешь не смотреть.

Юля послушно закрыла глаза. Всё что ей оставалось это молиться.

Свист одиноких пуль и гул мотора слились воедино, когда она в своей голове отсчитывала секунды до столкновения.

«Только бы там был проход, только бы не тупик», мысленно молилась она.

В это время раздался удар, жёсткий хлопок такой силы будто они реально впечатались в бетонную стену. Но ничего не стихло, гудели колёса, ревел мотор, свистел ветер.

Юля открыла глаза и обнаружился отвёрнутый бок вездехода с искрящимися проводами. Каким-то чудом они прошли, лишь слегка царапнувшись бортами.

- Здесь только что был такой фейерверк, жаль ты пропустила, - улыбнулся ей Маршал. От счастья Юльке захотелось его расцеловать.

Но расслабляться было рано. За ним гнались мотоциклы. Широкие джипы, увешанные шипастой бронёй, не могли протиснутся в узкий проход, зато для мотоциклов он был в самый раз.

- Один, два… пять… - вслух сосчитал их Маршал, в уме прикидывая сколько патронов он приберёг.

А после посмотрел на крыши домов, направил туда пулемёт и стал стрелять по ним, дробя бетон и выбивая стёкла, которые сыпались на головы рою мотоциклистов. Они проехали под аркой. Маршал сразу смекнул и всадил остаток обоймы в одну из опор.

Каменная арка накренилась и рухнула, хороня под собой единственный проход в узком коридоре из брошенных домов.

Маршал видел, как одного из мотоциклистов накрыло бетонной плитой.

- Да есть же! - Громко закричал он. - Пока они будут искать обход, мы будем уже далеко!

Он отложил сапёрную лопатку и упал в пассажирское кресло. Райан был явно собой доволен, в который раз ему удалось обмануть смерть. Теперь же ему хотелось затискать, зацеловать и затрахать свою спутницу.

- Эх, Юлька, с тобой мы отличная команда. Ты лучший пилот вездехода, а я штурмовик. - Он обнял её за плечо и почувствовала, как девушка обмякла на его руке.

- Юлька? – Испуганно посмотрел на неё Райан.

Юля была вся бледная, она из последних сил держалась за баранку дышащего на ладан авто.

Райан опустил свою руку вниз и потрогал её мягкий животик. Там всё было в крови.

- Юль, когда тебя ранило?

- Я не помню, - с трудом сдерживая боль, покачал она головой. Веки слипались, руки слабели. Дышать становилось тяжелее.

- Держись, Юлечка, держись. Зажмись посильнее, я попытаюсь остановить кровь.

- Я не могу, глаза слипаются, мне так тяжело и больно. Можно я немножко отдохну. Хнык-хнык.

- Не вздумай спать! Никакого отдыха! - Орал ей на ухо Маршал. - Я сказал никакого отдыха, ты слышишь меня, солдат! Держаться и терпеть. Тебе нельзя сейчас умирать, нельзя, ты слышишь!

- Я пытаюсь, но у меня не получается, - хныкала Юлечка. Чувствуя, как жизнь покидает её тощее тело.

- Не пытаться, а делать! Ногу на газ, руки на руль. Глаза должны быть открыты. Пресс напряжён. Пожалуйста, Масик, не умирай, ну же, не расстраивай меня. Юлечка, малышка, выживи. Держись. Ты должна держаться, иначе мамочка будет плакать. Иначе весь мир без тебя расплачется.

- Я не хочу, чтобы она плакала, - из последних сил держалась девушка. Но её руки слабели, веки слипались, а ног она уже не чувствовала.

Маршал держал за неё руль и вёл машину, следя за тем, чтобы она не убирала бесчувственную ногу с педали. Другой рукой он хлопал её по щекам.

- Ну же не засыпай, не бросай меня здесь одного. Подумай, ну как я буду один, кто же будет водить за меня багги.

- У тебя же нет прав, - улыбнулась Юля, но вновь стала печальной. - Прости, я очень хочу жить, но у меня ничего не получается. Держать пресс — так сло-о-о-ожно. А глазки закрыть так и хочется. - Печально хныкала она.

- Ты выживешь, ты обязательно выживешь я тебе обещаю. Давай добазаримся на берегу, сначала умираю я. Я старше, и я во всём должен быть первым, потому что я Маршал. А после можешь умирать ты, договорились?

- Договорились, - с трудом проговорила она пересохшими губами на бледном лишённом крови лице.

- Райан, - слезливо шептала Юля. - Я люблю тебя. Я так боялась тебе в этом сознаться.

- Я знаю, знаю, Масечка. Я тоже тебя люблю, сильно-сильно. Ты выживешь, я обещаю, ты будешь жить, и мы поженимся. Ты будешь самой красивой невестой в фате и в белом платье. У нас будут красивые детки.

- А сколько ты хочешь детей, кх-кх, - отхаркивала она кровь.

- Четверых, два мальчики и две девочки. И пусть они будут такими же красивыми как ты, Юлечка.

- Хочу, чтобы мои дети были похожи на тебя, - закрыла она глаза.

Теперь Маршал вёл машину один. Одной рукой зажимая её рану, а другой придерживая руль.

Багги нёсся по пустыне постоянно ускоряясь и поднимая за собой громадные клубы пыли, всё агрегаты дымили, электрика искрила, а табло ничего показывало. Но Маршал не сбавлял скорости, он всё ещё надеялся успеть.

- Так хочется спать, глазки слипаются, - болезненно шептала Юля. Она уже не видела дорогу, и еле держалась за руль.

- Прошу тебя не засыпай. А ну не спать я сказал! Слушай мою команду — терпеть, держаться! Мы уже почти…

Юля не могла ответить. Она была на волосок от смерти.

Маршал это хорошо понимал. И никакие приказы, никакой командирский голос не мог уже этого изменить.

Солдат посмотрел в небеса, украшенные спиральными облаками, туда, где как грозди спелого винограда свисали созвездия и луны Альсары и заговорил:

- Господи, я Тебя ненавижу. Сам знаешь, у нас с Тобой это взаимно. Мне столько от Тебя было нужно, но я никогда ни о чём Тебя просил. Но сейчас попрошу. - Маршал тяжко вздохнул и снова посмотрел на бледную, почти бездыханную Юлю. - Я понял уже, что Ты пытаешься мне доказать. Про ценность человеческой жизни и прочее бла-бла-бла. Вот только Масечка здесь ни при чём. Она не виновата, что у нас с Тобой эти тёрки. Прошу, умоляю, не забирай её, слышишь можешь меня забрать, только бы она осталась живой. Сделай так, чтобы я никогда не увидел её смерти. После меня, пожалуйста, после меня.

Маршал сдержал скупую слезу и вновь посмотрел на дорогу. Впереди была темнота, освещаемая лишь тусклым светом фар. Он резко затормозил и быстро как мог перебрался на место водителя. Старательно, чтобы не терять ни капли её драгоценной крови он переложил обмякшее тело Юли на пассажирское кресло и тут же дал по газам. Он нёсся, выжигая мотор, так быстро, что тот уже начал гореть. Колёса дымились, песок стоял в ночном небе столбом. А он летел вперёд, не обращая на ямки и кочки, тараня их своими грузными колёсами.

И он почти успел. Вдали засияли огни ночного Омикрона.

Радостный он посмотрел на спутницу и сказал.

- Смотри, Масечка, это Омикрон. Юлечка мы успели.

Она не ответила и даже не пошевелила своими бледными губами.

Маршал сдержался и скорости не сбросил, а всё так же нёсся к ночному городу по кромке пустыни:

- Прощай, Юлечка, - бросил он печальный взгляд на её красивое лицо. - Как же ты прекрасна сейчас. Я никогда тебя не забуду.

Райан выехал на твёрдый асфальт и немного замедлился.

«И всё-таки нужно брать отпуск». Подумал он. События этих дней надломили его, хотя он считал себя непробиваемым.

«Уж кого-кого меня пронять невозможно», подумал он.

- Но ты смогла, - Райан вновь посмотрел на неё, теперь уже не сдерживая слёз.

- Нет, нет, нельзя так, нельзя! - Срывая голос, он проорал во всю глотку. – Нельзя сдаваться никогда! Омикрон не сдался, и Маршал не сдаётся.

Вжав педаль газа в пол, забив на всякие правила он въехал в пригород.

- Остановись! Стой! - Преградила ему путь полиция. Загудели сирены.

- Ещё одной погони не хватало, - пробормотал себе под нос Маршал и улыбнувшись посмотрел на Юлю. – Что, Масик, ушли от тех – уйдём и от этих.

Он сбросил передачу и резко ушёл в поворот, где колесом протаранил мусорку. Маршал решил здесь срезать и въехал на клумбу.

«Попробуй догони», - с улыбкой подумал он.

Багги летел через парк, перепахивая газон и пугая отдыхающий, но его остановили выстрелы.

«Предупредительный. Работает снайпер. Сейчас будут стрелять по колёсам», подумал он, и не сбрасывая скорости пошёл на резкий разворот, туда-сюда крутя баранку. Он чудом никого не покалечил, кроме фонарного столба и парочки скамеек.

Раздался новый выстрел. И багги, теряя управление влетел в забор. Взорвался двигатель, издав оглушительных хлопок и засиял оранжевым заревом.

Маршал почти не пострадал, так пара ссадин и разбитый нос от резкого удара об штурвал.

Секунда и он уже на ногах. Вокруг кричали перепуганные люди и приближался вой сирен. Но ему некогда было их ждать. Он аккуратно, как невесту взял Юлю на руки и понёс. Сначала медленно, но с каждым шагом ускоряясь. И вот он уже бежал с ней на руках.

Он знал куда бежать. Здесь за углом районный госпиталь. Не раз он там лежал с товарищами.

Проигнорировав центральный вход, он залетел во двор, туда, где парковались скорые.

- Врача! Врача! Ей срочно нужен врач! - Срывая голос заорал он.

Открылась дверь. Их встретили два санитара в зелёной медицинской форме.

- Что у неё? - Спросил один из них и стал проверять её зрачки на реакцию.

- Потеря крови, - показывал её живот Маршал. Он сам был весь в крови.

- Вам помощь не нужна? - Протянул к нем руку другой санитар.

- Да отвали ты от меня. Ей помоги, - грубо оттолкнул его Маршал.

Юлю положили на каталку. Проверили пульс и подключили к аппарату. Который тут же издал прощальный звук «пи-и-и-и-и-и-и».

- Она мертва, мне жаль, она не дышит, - развёл руками один из санитаров.

- Она дышала! Я чувствовал её пульс! – Схватился Маршал за дефибриллятор. Он раньше им не пользовался, но много раз видел, как это делают другие. Кроме того, их ещё в учебке по медицине так гоняли, что он знал о реанимации всё.

- Врубай, - скомандовал Райан. - Раз, два, разряд! - Он прижал к её груди пластины, отчего всё тело девушки вздрогнуло.

- Ещё! Раз, два, разряд, - несмотря на пиканье аппарата он каждый раз склонялся к ней, проверяя не начала ли она дышать.

- Ну же, Масик, давай. Раз, два, - не дожидаясь счёта три, Маршал влил в её сердце очередной разряд. - Не умирай, ты же мне обещала. Не смей меня бросать! Раз, два, разряд...

Один из санитаров стал помогать, другой свалил на минутку и вернулся с двумя пакетами плазмы для переливания.

В приёмный покой забежала полиция. Они держали стволы наготове, но не спешили пускать их в ход.

А Маршалу было не до них.

- Раз, два, разряд! Раз два разряд. Ну же, сучка. Дыши! - Заорал он на неё и дал пощёчину.

Один из санитаров повторил:

- Мне очень жаль… - ему совсем не хотелось этого говорить, но это была его работа. - Время смерти.

И тут она вдохнула. Короткий писк прибора и неглубокий вдох.

- Раз, два, разряд, - повторил Маршал и писк аппарата стал стабильно прерывистым. – Она жива. Вези её в реанимацию! – Скомандовал он врачу.

Первый санитар смотрел на происшедшее глазами по пять копеек и не мог поверить.

- Это невозможно! Это чудо! – Не переставал удивляться он.

Юлю подключили к аппарату ИВЛ и начали переливание. Целая команда врачей реаниматологов на счёт три переложила её на новую каталку и повезла в реанимацию. Маршал последовал за ними, но его остановила медсестра.

- Вам дальше нельзя, там стерильно, - мягко намекнула она на его внешний вид. Ведь Райан был весь измазан в крови и саже как шахтёр. Его раны кровоточили, а от самого него несло войной и смертью.

Только сейчас он обратил внимание на полицейских.

- Вы припарковались свой багги в неположенном месте, - сказал один из них.

- А ещё уничтожили коммунальную собственность: две лавочки, фонарь, газон… - стал перечислять другой.

- Оформляй, начальник, - радостно отмахнулся Маршал, свернув своим белыми зубами.

Тут же о себе напомнила и медсестричка:

- Кем вам приходится больная? Жена, девушка, сестра, просто знакомая… заполните анкету, - протянула она ему опросник.

- По очереди, не все сразу, - улыбался Маршал. Он был готов сейчас поехать в КПЗ, да хоть на каторгу в тюрьму, так ему было хорошо. Он думал для начала отоспаться, а уж потом звонить начальству, чтобы его оттуда вытащили, ведь он же капитан элитной гвардии.

+++

Юля открыла глаза и увидела белый натяжной потолок. Кругом всё было стерильное и пахло больницей.

«Где я?» Ей на секунду показалось, что всё это вчерашний сон. Всё не по-настоящему, пустыня, рейдеры и Маршал. Всё это ей приснилось после укола мощным анаболиком. Такие глюки уже случались с ней ранее, и чувство дэ жа вю не покидало девушку.

И тут она увидела его. Его глаза были светлее обычного. А сам он был при параде: идеально выбрит, в оливковой форме, берете и кителе со знаками отличия.

«Как же ему к лицу военная форма». Подумала она.

- Привет, Райан, кх-кх, - болезненно улыбнулась Юля.

- Привет, Мелкая, - ответил он со сверкающей улыбкой.

- Сколько я тут провалялась?

- Три дня. – Ответил Райан. – Тебя держали в медикаментозной коме для быстрого восстановления.

- И всё это время ты был со мной, спасибо. Прости, конечно, что я в таком виде, - окинула она себя взглядом. И приподняв тоненькое покрывало убедилась, что шрам от ранения почти не заметен.

«Если бы такая медицина была в моём детстве – у меня бы и на боку не было шрама»

- Да ничего, бывало и хуже, - отмахнулся он, и оба засмеялись.

- Я столько всего тебе наговорить успела… я думала, что я умру, - оправдывалась Юля.

- Я тоже наговорил тебе лишнего. Мы друг друга стоим, - они смотрели друг на друга и улыбались.

- Не знаю почему, но я сейчас так счастлива, мне так хорошо с тобой, - потягивалась девушка ото сна, от счастья прикрывая глазки.

Идиллию нарушил звук шагов. Открылась дверь и на пороге палаты появился доктор с планшетом в руке.

- Ну как она? – Спросил его Маршал.

- Выписываем, можете её забирать, - улыбнулся доктор и, положив на столик какой-то бланк, быстро покинул палату.

Райан с улыбкой посмотрел на Юлю.

- Я тебе тут шмоток прикупил, конечно, это не то, что ты обычно носишь, но должно подойти, я брал на своё усмотрение. Хм, я даже размера твоего не знаю.

- Самый маленький, - улыбнулась Юля и неловко поднялась с кровати.

Она совсем его не стеснялась, ей даже нравилось быть при нём обнажённой. Ведь она ему полностью доверяла, почти как себе самой.

Для начала она надела кружевные трусики, лифчика не было, его роль выполнял короткий топик с глубоким вырезом. В нём даже её небольшая грудь выглядела впечатляюще, и слегка торчащие соски подчёркивали это. Джинсовый комбез с лямками делал её похожей на работницу автосервиса или девушку с плаката в заводской раздевалке. И брендовая кепка со стразиками.

- Ха-ха, у тебя оригинальный вкус, - улыбнувшись, прокомментировала она.

- Скорее практичный, ну что, поехали, - сказал Маршал и взял её за руку.

Они прошли сквозь белый коридор и очутились во дворе больницы. Здесь было свежо и пели птицы. А в тени цветущих лип стояло припаркованное авто с откидывающейся панорамной крышей.

- Я за рулём или ты поведёшь? Права не забыл? - Улыбнулась Юля.

- Ты только из комы вышла куда тебе за руль, я поведу, - ответил Райан. Он сел в кресло водителя и включил автопилот.

- Десятое отделение полиции, - сказал он.

- Маршрут построен, - ответил навигатор. – Приятной поездки.

- Зачем нам в полицию? – Удивилась Юля.

- По работе надо ненадолго заскочить? – Легко ответил Райан.

Машина проехала пару кварталов и тормознула у отделения с огромной синей вывеской «Полиция».

- Идём со мной, с друзьями тебя познакомлю.

- Ну давай, - неуверенно согласилась она.

Райан был на себя не похож, он открыл перед ней дверцу и галантно, как настоящий джентльмен подал ей руку, приглашая последовать за собой.

На проходной их ожидали двое офицеров в полицейской форме.

- Товарищ капитан, вы как всегда пунктуальны! - Отдал один из них ему честь.

- Вольно, - лишь формально коснулся Маршал виска ладонью.

- Мы можем её забирать? Она в порядке, сознание не теряет? – Посмотрел на Юлю полицейский.

- Да, да, конечно, - Райан отошёл в сторону, оставляя Юлю наедине с полицией.

Один из полицейских зачитал протокол:

- Зуева Юлия, подозреваемая в непреднамеренном убийстве. Мера пресечения – арест, продлён на десять суток, - в его руках сверкнул наручник.

- Это ни к чему, она будет слушаться, - остановил его Маршал.

- Под вашу ответственность, капитан, - сурово погрозил ему лейтенант.

Юля посмотрела на Маршала широко раскрытыми глазами.

- Что происходит?

- Ты всё ещё арестована, а я твой конвоир. Я должен был тебя доставить в отделение. И я доставил.

– А как же твой дурацкий следственный эксперимент, ты же говорил, я не способна убить. Зачем всё это было?

- Он был неправильно оформлен, - ответил Маршал. – Мы не успели распечатать протокол. Прости, малышка, таков закон.

- Надеюсь это розыгрыш, – заметно нервничала Юля. – Райан, ты же не позволишь им этого сделать, после всего, что между нами было.

- Прости, Масечка, но так будет лучше для всех. Немного посидишь, получишь условку и на свободу с чистой совестью.

- Райан!? - Округлила Юля глаза. Она поверить не могла в то, что это происходит на самом деле.

- Может всё-таки наручники? - Насторожился лейтенант.

- Юлечка послушная. - Райан посмотрел на неё всё тем же взглядом и спросил. – Надеюсь проблем не будет?

- Нет, - подавлено ответила она.

- Умничка, обожаю тебя. Я в тебе и секунды не сомневался. – Он вновь посмотрел на полицейского. – Уводите уже.

Юля не могла поверить, что он её сдал после всего что между ними было. После перестрелок, погонь и превозмоганий… после той ночи. Всё это время он просто вёз её в тюрячку. Похоже он отличный актёр, раз так умело притворялся.

- А я тебе верила, я отдала тебе самое сокровенное, - процедила Юля, пока её уводили. Она пыталась сдержаться, но не смогла и на её глазах блеснули слёзы.

Маршал не ответил, а стоял и пялился на плакат, висящий на доске почёта.

- Ну и куда теперь? - Спросил его дежурный, когда Юлю увели.

- Домой, - ответил Райан, не оборачиваясь. Всё это время он пристально рассматривал свою фотографию в чёрной траурной рамке.

«Герои не умирают», гласила эпитафия в уголке.

- Не люблю эту фотку, - наконец выдал он.

- Эх, поторопились мы, сам знаешь, бывает. Хочешь - снимем, - оправдывался дежурный за начальство.

- Далеко не убирай – ещё пригодится. Год смерти-то указан правильный. И с надписью вы угадали: «Герои не умирают». Я же не умер, - сухо ухмылялся он.

Райан повернулся и пошёл к двери. Ему хотелось забыть обо всём, промыть мозги, перезагрузиться, чтобы поскорее вернуться в строй.

Зайдя к себе домой, он первым делом снял надоевший китель и повесил его обратно в шкаф. Достал бутылку дорогого виски, бросил пару кубиков льда в стакан и налил себе выпить. Райан сделал глоток. Внутри его трясло, а в голове роились мысли. Он сел на диван и застыл перед окном, пялясь в одну точку в пустоте.

Когда за его спиной отворилась дверь, он даже не обернулся. На пороге стояла высокая девушка с каштановыми волосами в высоких сапогах и длинном пальто. Она подошла и положила ему на плечи свои пальцы с идеальным маникюром. Она молчала, как и он. Склонившись, она что-то прошептала ему на ушко и сбросила пальто на пол. Под ним она была совершенной голой, на ней не было ничего, кроме чулок.

- Ты так устал, я помогу тебе расслабиться, - шептала она ему на ушко, а её нежные руки коснулись его мускулистых плеч.

Маршал молчал. Он сделал ещё один глоток виски и продолжал пялиться на непонятно что.

Девушка плеснула себе виски и пригубила, поставив на краешек стола стакан со следами помады.

- Я в душ, - взмахнув шикарными ресницами, она ушла.

- Ага, - кивнул ей Райан в ответ и налил себе ещё вискаря.

Когда он осушил очередной стакан, она уже лежала обнажённая, сгорающая от страсти на его кровати.

- Я знала, что ты жив, что ты вернёшься, я верила, я каждый день тебя ждала, - от возбуждения мурлыкала она.

Маршал стоял в одних трениках, уставшими глазами глядя на её шикарное тело.

- Прости, я не вернулся, а остался там, - лишь покачал он головой. - Иди домой, так будет правильно.

- Ты выгоняешь меня? – Возмутилась девушка.

Райан промолчал.

Она вскочила с кровати, схватила свои вещи и окинув его презрительным взглядом ушла, попутно хлопнув дверью.

- Ключи у консьержа оставь! - Сказал ей вслед Маршал, а после вернулся на диван, налил себе виски и продолжал смотреть на точку в пустоте.

+++

Юлю вели по коридору. Всё это походило на дурацкое дэ жа вю. Такие же охранники, такие же двери, ещё и матрас точь-в-точь в горошинку. Открылась дверь, и Юля смело переступила порог.

- Доброго времени суток, девчонки, - сразу поздоровалась она, едва за ней захлопнулась дверь.

- И тебе не хворать.

- Какая статья?

- Самооборона, убийство по неосторожности.

По камере прокатился одобрительный ропот. И даже зэчки смотрели на неё не так как в первый раз.

- Кликуха есть? Ну погоняло?

- Тюремное, ха, - улыбнулась Юля, вспоминая, как её называли. В таких местах лучше не врать. - Сладкие губки, - сказала она.

По камере прокатился смех.

- А-ха-ха-ха. Ха-ха-ха-ха, - смеялись заключённые. Она не видела здесь кривых и агрессивных лиц, тут все были свои.

- Падай на пальму, Сладкие губки, подгребай сюда, - одна из заключённых уступила ей место у стола.

Не особо стесняясь, Юля села. Ей было не страшно. Ведь после того, что она испытала в пустыне – её было сложнее чем-то напугать.

- Чифиришь? - Спросила зэчка.

- Может винишком балуешься, у нас и пиво есть, - предложила другая.

- Не откажусь, - кивнула Юля, сама не ожидавшая такого приёма.

- Так что там случилось? За что тебя приняли?

- Всё из-за мужиков, - покачала она головой.

- И я так говорю…

- Все беды из-за них, - поддержали её девчонки.

- Проблемы из-за мужиков, поэтому я решила стать лесбиянкой, - сказала третья и поцеловала свою подругу в губы.

- Ага, а как выходишь на свободу, то обо мне сразу забываешь, — обиделась её подружка. - Находишь мужика, и с ним живёшь, пока опять сюда не загремишь.

- Да ты не понимаешь, - оправдывалась та. – Я нахожу проблем, чтобы накосячить и поскорей к тебе вернуться, - она опять её поцеловала.

И вдруг одна из зэчек предложила:

- Сладкие губки, тебе не нужен телефон? Может ты позвонить кому-то хочешь.

- Да. Если можно, - не ожидала Юля такой щедрости.

И через мгновение уже вертела в руках новенький смартфон, ещё в плёнке. Как же давно она не видела ничего подобного. Юлька уже отвыкла от привычных гаджетов, везде ей мерещилась баранка пустынного багги и автомат.

Она покрутила телефон в руке, словно пытаясь почувствовать его вес, и разблокировала экран одним пальчиком, им же набрала номер. Она его на память знала, с закрытым глазами могла набрать. На память повторить, если её разбудят посреди ночи.

- Алло, кто это? - Услышала она знакомый голос.

- Мамочка это я, - слезливым голосом сказала она.

- Юля, Юлечка, солнышко моё, я так волновалась, я места себе не находила. Ты где, с тобой всё в порядке? Как ты себя чувствуешь, - Юля почувствовала, что мама плачет.

- Со мной всё в порядке, мам. Я жива и здорова. Мне столько всего нужно тебе рассказать.

- А где ты, девочка моя? Я так тебя люблю, я волновалась. Глаза все выплакала.

- Я в Омикроне, я в тюрьме, - неохотно призналась она. – Но ты не волнуйся, со мной здесь хорошо обращаются.

- Как ты туда попала?

- Долгая история, мам. Давай не по телефону. Приезжай и вытащи меня отсюда. Я хочу домой.

- Связь пропадает. Ещё раз повтори, где ты.

- Закрытый город Омикрон, центральная тюрьма? Мам я очень сильно тебя люблю и скучаю. Приезжай и вытащи меня отсюда.

- Хорошо, Юлечка, хорошо. Целую тебя, моё солнышко. Моя малышка, моя девочка…

- Я тоже целую тебя. Цёмки-цёмки, - она поцеловала экран и положила трубку.

Юля не могла больше говорить, боялась расплакаться.

- С кем это ты там целовалась, хэ-хэ, - подмигнула ей одна из зэчек.

- Ты что, она же говорила с матерью, - толкнула её локтем соседка.

- Ах да, мать, это святое, - закивали всё.

Уставшая Юля полезла на шконку и легла лицом к стене. Ей не хотелось плакать, а хотелось побыть сейчас одной.

+++

С утра её поднял охранник.

- Зуева Юлия, с вещами на выход! - Специально громко гавкнул он, чтобы все проснулись.

Юлька собралась, она машинально скрутила матрас, как её научили сокамерницы и потопала вслед за ним.

В камере несмотря на раннее утро далеко не все спали.

- Пока, Сладкие губки.

- Удачи. Мамочке привет, - прощались с ней девчонки так будто она успела со всеми передружиться. Как сильно это отличалось от того, как общались с ней в прошлой тюрьме. Даже её погоняло: «Сладкие губки» звучало здесь не так обидно.

- Пока, - не до конца проснувшаяся, она улыбнулась им на пороге камеры.

- Живее, - торопил её охранник, слегка толкнув в плечо.

- Поаккуратнее, - кинула Юля на него презрительный взгляд.

Она шла по тюрьме без страха. Всего за один день эти стены стали для неё своими.

Они остановились перед дверью, и Юля приготовилась ко встрече с мамой. Что она ей скажет? Будет плакать, просить прощения и обещать, что больше никогда не убежит. Расскажет ли, как потеряла девственность. Ведь мама всё узнает, у Юлечки от мамы никогда секретов не было.

Но как сказать про Лию, как объяснить ей что она сначала переспала с девушкой. Хотя неважно. Сейчас ничто не важно, так как эта встреча.

- Лицом к стене, - сказал ей полицейский и отворил замок. - Заходи.

Юля в предвкушении от будущей встречи переступила порог, и замерла в недоумении.

- Что ты здесь делаешь? – Нахмурилась она.

В кресле для посетителей её ждал Маршал. Он развалился, откинувшись на спинку кресла и самодовольно лыбился, как будто бы она должна от счастья броситься ему на шею. Но Юля не собиралась этого делать.

- Беру её под свою ответственность, поживёт пока у меня. А в назначенное время доставлю её прямо в зал суда. – Сказал он конвоиру и напоследок вновь посмотрел на Юлю. - Вещи собрала?

- Я никуда с тобой не поеду, - вскипела Юля. – Ты что думаешь: можно отправить меня в тюрьму, а после явиться как будто всё в порядке? – Сгорала от негодования девушка.

- Я не понял, - слегка нахмурил одну бровь Райан. - Хочешь остаться здесь?

- По мне так это лучше, чем жить с предателем, - показывала она характер.

Маршал демонстративно глянул на часы.

- Ну ладно, - легко согласился он. – Походу я ошибся. Ну бывай! – Он поднялся с кресла и направился к двери. А Юля, ничего не понимая, смотрела ему вслед.

- Лицом к стене, - сказал конвойный. Ещё грубее развернув её к стене, он стал искать ключи.

- Ты что так и уйдёшь? – Немного испугалась Юля, глядя на Маршала вполоборота.

Маршал остановился. Он развернулся к ней и улыбнулся.

- Тебе же лучше здесь, сама сказала, - он излучал самодовольство, как будто бы проблема сама упала с его плеч.

- Я не хотела… вернее я не это хотела сказать, - пролепетала Юлечка. А в это время конвойный открыл дверь и стал её выталкивать.

- А ну, пошла, - всё больше применял он силу.

- Я не это хотела сказать? Райан, вытащи меня отсюда, - из последних сил сопротивлялась хрупкая девушка громадному охраннику.

- Что ты там шепчешь, я не слышу, - излучал самодовольство Маршал.

- Не заставляй меня умолять, я так не хочу унижаться. Я пошутила, сказала глупость… пожалуйста, прости.

- Оставь её, - сказал он конвоиру.

И тот не выдержал.

- Капитан, вы определитесь, забираете вы заключённую или мне её назад отвести, у меня полно работы, - развёл руками тот.

- Пожалуйста, - смотрела она на него печальным взглядом брошенной дворняжки.

- Ладно, заберу, - ответил Райан, и конвойный отпустил её к нему.

Радостная Юля побежала к Маршалу и бросилась ему на шею.

- Спасибо, спасибо, - шептала она, но он был суров.

- Что это было только что: прорезался характер? - Сверлил он её холодным взглядом.

- Я пошутила, ты шуток не понимаешь, не горячись, - она смотрела на него и гладила по коротким волосам.

- Шутка говоришь. – Он снова посмотрел на неё, не отводя ни на секунду глаз. Рассматривал, как будто хотел запомнить. И сам себе сказал. – И что такого я в тебе нашёл? Идём.

От этих его слов ей стало так тепло внутри, так хорошо. Что она вмиг забыла о том недоразумении, что было между ними. О том, как он её унизил, заставив извиняться. Ведь он нашёл в ней что-то, а это звучит покруче от него чем самое шикарное признание в любви от кого-либо другого.

Они вышли во двор, где пахло утренней пустыней, дул свежий ветерок, а солнышко ещё не жарило.

Их ждало припаркованное авто, за рулём которого сидел солдат в военной форме. О вышел их встречать и отдал честь.

- Капитан, - открыл он дверь для пассажиров.

- Вольно, - Маршал сел. – Отдай ключи и можешь быть свободен.

Удивлённый солдат стоял и думал кому отдать ключи, но Юля догадалась.

- Давай сюда, - подняла она руку и ловко выхватив у него ключ, заняла место водителя.

Здесь было в разы комфортнее чем в багги. Удобное кресло, подлокотник, подсветка салона. Можно было посадку менять, руль на себя подвинуть и зеркала.

Из ступора вышел солдат:

- Капитан, я думал вы сами поведёте.

- Нет, у меня отличный водитель.

- У капитана Маршала нет прав, - ответила Юля и посмотрела на него, чтобы уточнить. – Я всё правильно сказала?

- Так точно! – Улыбнулся Маршал ей в ответ и посмотрел на подчинённого. – Свободен, чего тут торчишь?!

- Так точно! – Солдат отдал честь и строевой походкой направился в здание полиции.

Юля как раз закончила настраивать под себя водительское кресло:

- Я не спрашиваю почему ты хочешь, чтоб я тебя возила. Скажи только – как это заводится?

- С кнопки, - сказал Маршал и сам нажал на неё.

Авто поехало, и Юля по привычке вцепилась в руль, но отпустила, когда почувствовала, что вести сейчас намного легче чем багги по пустыне. Машина ехала сама.

Они катили по утреннему Омикрону с включёнными фарами. Широкие улицы, причудливые дома из белого ракушняка, мигающие светофоры. Дороги ещё влажные от поливалок. Запах прибитой к земле мокрой пыли, ассоциировался у неё с весенней свежестью.

Лёгкий ветерок через открытое окно трепал её волосы. Юля смотрела на Райана, он был в задумчивости и потому она не стала его тревожить.

- Сюда? - Он указал на двухэтажное здание с балконами и панорамной крышей.

- Ты здесь живёшь?

- Я завтракаю здесь.

Юля припарковала авто, Райан вышел и направился к стеклянной двери. За которой горел тусклый свет.

- Закрыто, - сказала пожилая официантка, когда они заходили.

- Это свои, - одёрнул её хозяин и, посмотрев на Маршала, добавил. - Какие люди!

Они пожали друг другу руки. Хозяин смотрел на Райана как на родного.

- Так что выходит, правду на плакатах пишут: герои не умирают, - едва не со слезами выдал он.

- Ты рано радуешься, весь год впереди, ещё успею.

Хозяин оценивающе посмотрел на Юлю.

- Красивая, - вслух оценил он её. - Она с тобой?

- Да! Сделай нам пару круасанов с банановой начинкой. – Райан повернулся к Юле. - Мороженное будешь?

- Не откажусь, - кивнула девушка.

- И мороженное, два шарика, - добавил он. – А мне как обычно кофе.

- У нас ещё закрыто, - прозвучал голос совсем юной официантки, только пришедшей на работу. Но ей ответил хозяин.

- Смотри кто к нам зашёл!

Та замерла в дверях и уронила вещи на пол.

- Маршал, ты живой! – Бросилась она ему на шею. - Я знала, знала, что ты выберешься. Знала, что ты им не по зубам. – Обнимала его и целовала она. Но тут заметила Юлю.

- А вы его девушка? Не обращайте внимания, я просто фанатка Маршала. Меня, кстати Тина зовут, - игриво протянула она руку, и Юля её пожала. Она вся была в татухах и с пирсингом на языке. Но её взгляд, Юля уже видела такой у Лии.

«Быть может я ошибаюсь, но Тина как минимум би, хотя пока об этом не знает».

- Юлечка, - с трудом сдерживая ревность улыбнулась она.

Как раз вернулся хозяин заведения.

- Для вас накрыто на балконе, лучшие места.

Пока они поднимались Юля не сдержалась.

- Оказывается у тебя фанатки есть.

- Ты что ревнуешь, забей, она ещё ребёнок.

- А я кто? – Смутилась Юля.

- Ну всё, Масечка, не ревнуй, - Райан прижал её к себе и поцеловал в носик. – Насчёт неё не беспокойся, я однолюб. И если захочу тебе изменить – сначала мы расстанемся. Но это вряд ли.

- Почему?

- Не так у нас осталось много времени. Я умираю.

- А что случилось? – Выкатила она глаза.

Они присели за столик, на котором парили два свежевыпеченных круасана. У Юли текли слюнки, но Маршал к еде не прикоснулся.

- Ты кушай, Юлечка, - сказал он. – А я не голоден. Врачи сказали – осталась пара месяцев. А может лет. Никто не знает. Какой-то сосуд в мозгу в любой момент может лопнуть.

- И что тогда?

- Погаснет свет, - с улыбкой ответил Маршал. Он всегда улыбался, когда речь заходила о смерти. - Глаза залёт кровью. Я даже ничего не почувствую.

- Ты так спокойно говоришь о смерти, - испугалась Юля. - Неужели ничего нельзя сделать?

- Ничего. Я всё попробовал, но бесполезно. Всё только трата времени и денег. Второе то ладно, в гробу карманов нет. Но время, его осталось мало. – Он сделал глоток кофе и посмотрел на рассвет. - Я всё время думаю про тот день, когда взойдёт солнце, а меня уже не будет.

- Ты где-то будешь, никто не умирает до конца.

- Я в это не верю, я атеист. И даже болезнь не заставила меня передумать. Я просто не могу поверить даже если захочу. Не знаю, как это сделать и всё. Я долго не мог понять, как жить, куда бежать, хотелось покончить с собой. И я это сделал. Оставил свою прошлую жизнь. Работу, дом, красавицу невесту и приехал в Омикрон умирать. – Он снова хлебнул кофейку. – Хотел погибнуть в бою, как герой. Прикрыв собой товарища. Уйти не зря, а ради дела, за ребят. Вот только я всё время выживаю. Другие гибнут, а не я. Я чертовски фартовый. Не знаю, как так вышло – но воевать, моё призвание. Я нигде не чувствовал себя таким живым, как на войне.

Юля слушала его с широко раскрытыми глазами, и даже круасан не лез ей в рот.

- Звучит невероятно, мы так с тобой похожи… Врачи давали мне три года. Я была маленькой, когда мне поставили страшный диагноз - рак. Отец не выдержал и бросил нас. Я слышала, как он говорил: «Наша Юлечка скоро умрёт, давай заведём другого ребёнка». Но мама меня не бросила, она боролась и собирала мне на операцию. Я всем обязана ей. Мне вырезали лёгкое, и я болела сколько себя помню. Но видишь, я жива и даже не кашляю. А значит, есть Бог, и в этом мире возможно всё.

Райан иронично посмотрел на неё.

- Не хочется рушить твои детские воспоминания. А ты уверена, что у тебя был рак?!

- Конечно! С таким не шутят. – Искренне возмутилась Юля. - Мне лёгкое отрезали, по-твоему, просто так, в прикол?!

- Не просто так, конечно… - задумался он. - Поехали, надо тебе кое-что показать, - он подорвался, схватил её за руку и потянул за собой к выходу.

- А можно это потом посмотреть после завтрака, - протестовала Юлька. Она даже не успела попить кофе и уже на ходу доедала свой круасан.

Через минуту она уже сидела за рулём, а Райан рядом.

- Так вот почему ты не водишь, боишься умереть на скорости и случайно кого-нибудь задавить, - догадалась она.

- Не отвлекайся, заводи, - показывал он на дорогу.

- Так я угадала?! - Не унималась она.

- Веди. Вот поворот пропустила.

Юля заломила руль, нарушив все правила, но лихо вписалась в поворот. После чего стала вести аккуратнее.

- Вот здесь притормози - он показал больницу.

- Зачем мы здесь, поверь я в них уже лежала, хватит на двадцать жизней наперёд, - протестовала она пока они шли до ресепшена.

Но Маршал её не слушал и не реагировал на этот трёп.

- Мне нужен рентгенолог, - сказал он девушке в окошке.

- Вы записаны, у вас приём?

- Скажите, я капитан Маршал. Они там в курсе.

- Так это вы?! – Удивилась она. – А все говорят вы погибли.

- Все врут, - ответил он и взял билетик в очередь.

Через минуту к ним подошла медсестра.

- Пройдёмте со мной, вас уже ожидают, - сказала она, игнорируя очередь.

- Зачем рентген, - всё комментировала Юля. – Я сотню раз его делала, я так облучена что в темноте должна светиться.

Они вошли в кабинет и присели на жёсткие кресла. Пришлось немного подождать, пока к ним вышел заспанный врач.

- Не обращайте внимания, капитан, я после смены, - отмахнулся он. – Так чем обязан?

- Зуева Юля, вы же её помните?

- Конечно! – Врач вытаращился на Юльку. – Простите, не узнал.

- А разве мы знакомы? – Удивилась она.

- Вы были в коме, а я проводил вам обследование.

- Давайте к сути, - поторопил его Маршал.

Врач молча открыл сейф, вынул оттуда тонкую папочку с рентгеновскими снимками, и разложил их на столе.

- Вот, посмотри сама, - сказал он, как будто там всё было очевидно.

Юля присмотрелась.

- Я ничего не понимаю, - сказала она. Она прошла десятки рентгенов, но сама не умела читать снимки до сих пор.

- Смотри внимательнее.

Юля присмотрелась и вдруг увидела там то, чего раньше не замечала. Какой-то протоплазменный клубок там, где у неё не было лёгкого, под шрамом.

- Что это? Расшифруйте.

- Это, - усмехнулся он. - Нечеловеческая ткань. Это то, чего там не должно быть никогда.

- В смысле?

- В смысле паразит.

Юля присмотрелась и ей стало дурно, оказывается какая-то жуть живёт внутри, вонзив в неё свои щупальца.

- Как это в меня попало? – Испуганно спросила она.

- Вот это самое интересное. Там композитная ДНК, созданная из человеческой, ДНК насекомых, ланцетников и плоских червей. Но суть не в этом. А в том, что таких паразитов в природе не существует. Он полностью искусственный.

Юле стало дурно, и она присела, а Маршал налил ей стакан воды.

- Надеюсь, вы вытащили это из меня?

- Хэ-хэ, боюсь это невозможно. Эта хрень уже во всех органах и тканях. Она пронизывает ваше тело изнутри как спрут, сжимая ваши нервные окончания она имеет доступ к мозгу. Мы попытались сделать биопсию, но это всё на что способна наша медицина.

Юле было противно даже думать о том, что у неё внутри. Всё сразу зачесалось и захотелось отмыться.

- И что же мне делать? - Едва не заплакала она.

- Да просто жить как все, с таким живут. Я слышал, правда не встречал, миллионеры с Уникейджен вживляют себе подобных паразитов. Те могут всё: лечить болезни, очищать кожу, вырабатывать инсулин, регулировать обмен веществ, проще говоря помогают набрать мышечную массу или худеть. Такими часто пользуются звёзды. Да, это под запретом, но все, кто может себе позволить – это делают.

- Я не понимаю, мне эта штука худеть помогает?

- Нет, - ответил Маршал. – Давай сразу к сути.

- Твой паразит или симбионт, как больше нравится – круче всего того, о чём я слышал. Там такая ДНК и внутренняя структура. Шедевр биоинженерии, эталон.

- И что мне, радоваться?

- Я бы не стал, похоже вам его вживили в раннем возрасте, предварительно удалив часть лёгкого. Это след испытаний на живом человеке. Прежде чем кому-то вживить его за деньги – его испытали на вас.

- Я что-то потеряла мысль, - заволновалась Юля.

Но Маршал объяснил.

- Твои родители за деньги отдали тебя на опыты. Тебя там искалечили, лишили части лёгкого. Ты чуть не умерла, сама мне говорила. А потом они тебя выхаживали, пытаясь от тебя всё скрыть.

- А как же метастазы, рак, - она схватилась за висок, как делают при головных болях.

- У вас нет никакого рака и метастаз, нет и не было, как и диабета. Все ваши болезни – следствие сожительства с паразитом, - он указал на рентген.

- Не называйте это сожительством, - стала чесаться Юля. – Хочу помыться, отмыть себя изнутри. Хочу, чтобы во мне никогда этого не было.

- Да всё нормально, - обнял её Маршал одной рукой, и она на него посмотрела.

- Тебе не мерзко ко мне прикасаться, когда ты знаешь, что там у меня внутри.

Он улыбнулся.

- А разве на это похоже, - он поцеловал её в висок. – Так ты мне даже больше нравишься: несчастная, обиженная всеми. Хочется тебя прижать к себе и пожалеть. По-моему, мы друг друга стоим.

Он обнял её и стал тискать.

Когда они уходили, Юля всё ещё не могла поверить.

- Мамочка могла не знать? – Спросила она саму себя.

- Любой рентген его показывает, она всё знала, - открыв перед ней дверцу машины, констатировал Маршал. – Но почему-то скрывала.

- Но почему? Зачем ей это было надо, - присела она за руль.

- Заводи, - сказал ей Райан. – Ты привыкла во всех видеть только хорошее. Но в жизни часто бывает не так.

- На что ты намекаешь? – Испуганно посмотрел она на него.

- Да всё ясно, как божий день, я же всё сказал у рентгенолога.

- Ну повтори… пожалуйста.

- Ты жертва опыта, твои родители всё от тебя скрыли, выдавая его последствия за болезнь.

- Но ведь она просила деньги на операцию у людей. Чёрт, я сама просила, ведь думала, что умираю.

- Ты была маленькой девочкой, которая и вправду умирала. Кто может обвинить тебя в том, что ты хотела жить, - он снова поцеловал её. – Чёрт, Юлечка, по ходу я в тебя влюбился.

- Не отвлекайся, продолжай.

- Они сделали с тобой это, а после решили ещё раз на тебе подзаработать. Что может быть лучше, чем просить деньги на операцию больному ребёнку.

- Я не могу поверить, я сейчас умру или убью себя.

- Тихо, тихо, ничего с собой не делай, всё в порядке. Тем более твой паразит уже прижился и вряд ли будет беспокоить оставшуюся жизнь. Ещё мне врач сказал, что он питал твой мозг кислородом на протяжении десяти минут, пока ты была при смерти. Пусть это паразит – но он однажды спас тебя.

- И что это даёт? Я теперь могу дышать под водой?

- Ну это вряд ли, скорее сможешь глубже нырять на пару метров.

- Зашибись! Вот только есть здесь одно «но», я не умею плавать. Не научилась, потому что всё детство я валялась по больницам. Но задерживать дыхание под водой, это то, о чём я мечтала. – Иронично хмыкнула она.

- Хотя бы он не бесполезен.

- И что ты предлагаешь?

- Сама спроси у матери, - и Райан протянул ей телефон.

Юля взяла его в руки и медленно набрала номер, но тут же сбросила.

- Нет. Я слишком зла на них. И не хочу сейчас с ней говорить!

- А чего ты хочешь?

- Хочу пристрелить кого-нибудь и набухаться!

- Эт можно, - улыбнулся Маршал и надел свои зеркальные очки.

Они поехали на полигон прямо из больницы. У Маршал всегда с собой был полный багажник оружия.

Когда он его открыл у Юли глаза на лоб полезли. Такого разнообразия стволов она ещё не видела.

- Такое всё крутое, что же выбрать? - Спросила она его.

- Бери что хочешь, - Маршал взял два увесистых автомата, один на сошках, а другой с барабаном и вышел на позицию.

Юля взяла то, что ей показалось ближе всего по размеру. Какой-то пистолет пулемёт с каучуковой рукояткой.

- Ха-ха-ха-ха, прикольный выбор, - от души посмеялся Маршал.

- Что с ним не так? - Не понимала Юля, оглядывая автомат.

- Да всё пучком, - Райан прицелился. – Взяла бы уже розовый, чего-там.

Маршал выстрелил и сразу же попал в десятку. А после технично опустил свой ствол.

- Стрелять умеешь? – Строго спросил он у неё, и Юля кивнула.

- Вот так вот целиться, сюда нажимать, - показала она на курок.

- Сначала снять с предохранителя и выбрать режим, - он чем-то щёлкнул. - А то за секунду обойму выпалишь. И что потом? - Он указал на ствол. - Ни при каких обстоятельствах не наводить на людей, если ты не собираешься их убивать.

- Понятно, - Юля встала на позицию, подняла автомат и стала целиться.

К ней мягко со спины подошёл Маршал.

- Расслабь вот этот локоть, и эту руку выше, - он нежно её поправлял так, что она даже немного возбудилась.

- Жми на курок, - сказал он. Раздался выстрел, который чуть её не оглушил.

- Куда я попала? – Спросила радостная Юля.

Он глянул в коллиматорный прицел.

- Туда куда и целилась, то есть никуда. Смотри и учись. В десятку. – Сказал Маршал и выстрелил в мишень.

- Вызов принят, - улыбнулась девушка, она подняла автомат, прицелилась, как он учил и спустила курок. Высветилась цифра 6.

- Ну как тебе такое, с первой попытки 6 очков.

- Неплохо, неплохо, как для криворукого слепого. А можешь так? - Он выстрелил три сразу и три ушли в десятку.

«Тройной! 10». Написало табло.

- Да запросто, - Юля опять прицелилась и выстрелила.

«Семь».

- Я скоро догоню тебя, - вошла она в азарт.

- Ну попытайся, - сказал Маршал и сменил оружие.

Они отстреляли десяток обойм, сменив по несколько стволов, пока не настрелялись вдоволь и не покинули полигон.

- Куда теперь? - Спросила Юля, как только оказалась за рулём.

- Мы вроде как бухать планировали. Ко мне, конечно!

- Так точно, капитан, - отсалютовала она и завела машину.

У Маршала дома был полный бардак. Хоть это в глаза не бросалось. Все вещи были спрятаны от посторонних глаз в шкафы и ящики, что создавало странное ощущение пустоты.

- Давненько же здесь не было уборки, - сказала Юля, едва перетупив порог.

- Займёшься, если будет желание, - ответил Маршал и повесил китель на спинку стула.

- Желание есть, но немножко другого, - сверкнула Юля глазками и полезла к нему целоваться.

Райан не ждал от мелкой такого напора и даже слегка растерялся. Но быстро взял себя в руки, точнее взял в руки её. Стянул с неё топик, массируя пальцами её чувственные соски.

- Они тебе нравятся, - спросила она, кивая на грудь.

- Конечно, - Райан поцеловал её набухший бугорок, от чего у Юли спёрло дыхание, а сердце забилось быстрее.

- А-а-ах, а я всё время комплексовала, что они слишком маленькие, - откинув голову от возбуждения сглатывала она.

- Я обожаю маленькую грудь, - он укусил её за сосок, а после обхватил её стройное тело своими мощными руками и резко развернул спиной, стягивая с неё трусы, джинсы и оголяя попку.

Юля покорно прогнулась и приготовилась.

- Ну же давай, чего остановился, - сверкнула она зубками не сдерживая желания.

- Мы вроде как бухать собрались, - он просто бросил её в такой позе без трусов и подошёл к минибару.

- Что будешь пить? – Прошёлся по бутылкам Райан.

Юле надело так стоять и ждать, когда её возьмут, и девушка обратно натянула всё то, что снял с неё Маршал. Было чуточку обидно, но это разжигало любопытство. Кто он такой раз может взять её, когда захочет, и точно та же этого не делать. Она привыкла к мужикам, от которых нужно отбиваться, а не за ними бегать.

- А что у тебя есть? – Игриво спросила Юля, став так близко, чтобы касаться к нему всем телом.

– Есть водка, сакэ, самбука… текила есть.

- Я буду текилу.

- Странный выбор. Почему такой? – Нахмурился Маршал.

- Потому что её нужно лизать, - и она сексуально положила пальчик себе в рот и прикусила его.

- Всем вам от нас только одно и надо, - вздохнул печально Маршал.

Он наспех соорудил стол. Разлил текилу по рюмкам, насыпал соли, нарезал лайма.

- Ещё раз расскажи, как пить? – На всякий случай уточнила Юля.

- Ты раньше не бухала?

- Не-а, - печально округлив глазки, покачала она головой.

- Тогда закрой глаза открой рот.

Юля сделала, как он сказал. И замерла в предвкушении.

Он положил ей на язык тончайший кусочек лайма. Она скривилась, но не выплюнула. Посыпав солью его ладонь, она слизала, так эротично, как только могла. Она так только Лие лизала, глядя ей прямо в глаза.

- А теперь, запивай, - он сунул ей рюмку. И Юля залпом влила её в себя.

У девушки глаза на лоб полезли, ей нужно было закусить, но Райан тормознул её.

- Тихо, тихо. Сейчас пройдёт.

Она терпела, обмахиваясь как веером своей ладошкой.

А он неспешно бахнул рюмку, а после повалил её на кровать, посыпал солью Юлькин живот и стал лизать его и целовать, всё выше, выше и выше. Райан поцеловал ей грудь, шею, ключицы и губы с языком.

Ведь прошлый раз они почти не целовались и потому сейчас наверстывали упущенное. Её язык был самым нежным что он когда-либо держал во рту. Она желала его тела каждой клеточкой, пристраиваясь, присасываясь и притираясь к нему. Ведь ей хотелось поскорее почувствовать его в себе. Желательно, чтоб он остался там навсегда.

Райан опустил руку ниже, но трогать пока не стал.

- Ещё по одной, - предложил он.

- Ну давай, - игриво согласилась она. – Хоть я уже пьяненькая.

- Я вижу по глазам, - он улыбнулся и разлил текилу. А потом они стали сосаться даже не выпив. А после выпивки уже она полезла целоваться, стянув с него рубашку, она хотела покрыть поцелуями каждый кубик его стального пресса. Его грудь, но больше ей хотелось расцеловать всё ниже.

- А ничего что я веду себя как шлюха, - спросила она, сидя перед ним на коленях, и не решаясь расстегнуть ширинку.

- Да это ж замечательно. Всё супер, не сдерживайся, мелкая.

- Как скажешь, папочка, - и она поспешила расстегнуть ширинку, спустив с него штаны.

Юля трогала его набухший член через ткань трусов и чувствовала себя маленькой девочкой, которой разрешили, наконец, поиграть с любимой игрушкой. И вот она застыла в предвкушении.

- Ещё по одной, - предложил Маршал.

- Мне пока что хватит, - сказала Юля, продолжая гладить его член.

Он взял бутылку и бахнул прямо из горла.

- Идём, - он поманил её за собой и рухнул в кресло, расставив для её удобства пошире ноги. А она как кошечка подползла к нему на четвереньках. Ей так хотелось этого. И она продолжала его гладить, не решаясь стянуть с него трусы.

- Всё нужно делать за тебя, - глотнув ещё текилы Маршал снял трусы.

Перед её глазами предстал его стоящий член, такой большой и крепкий, ей захотелось тут же взять его в рот, но Юля не решалась.

- Можно? - Слегка коснулась она пальчиком головки.

- Нужно! – Ответил Маршал.

И Юлечка коснулась его члена языком, но взять его в рот пока не решалась. Она натянула шкурку по максимуму оголив головку, и любовалась ею, подавляя искушение её расцеловать, а после снова отпустила. Внутри у неё всё кипело, она не понимала, что происходит, но было классно.

- Посмотри мне в глаза, - властно приказал Маршал.

И послушная девочка, виновато хлопая ресничками, взяла его головку члена в рот. Попутно языком пытаясь ласкать его уздечку, и проникнуть в щёлку. Она попыталась заглотить его её как можно глубже, но поперхнулась и продолжила дрочить.

- Я правильно всё делаю? – Как школьница спросила она.

- Делай как делается, здесь не бывает правил, - он терпеливо объяснил ей.

И Юля стала облизывать его, как мороженое, иногда посасывая, иногда покрывая поцелуями. Иной раз просто тёрлась об него губами и лицом, и часто-часто хлопала ресничками, как будто бы стеснялась.

- Знаешь, что в тебе самое крутое – твой взгляд, - коснулся он её щеки.

- Я догадалась, - она обхватила его член губами и принялась насаживать себя на него как можно глубже. Пусть сильно глубоко пока не получалось – но девушка старалась.

- Доверься мне, расслабься, - сказал Райан и аккуратно положив ей руку на затылок, стал просто дрочить ею. Было забавно, но Юля поперхнулась. Отсутствие опыта давало о себе знать.

Он засадил ей слишком глубоко, от чего случайные слезинки блеснули в уголках её карих глаз.

- Да не волнуйся ты, научишься ещё. – Успокаивал её Райан. - Так даже кайфовее, твоя неопытность по-своему возбуждает.

- Это правда или ты просто меня успокаиваешь?!

- А зачем мне врать, - ответил Маршал.

И Юлька продолжила сосать. А после она водила головкой члена по свои губы, касалась его ресничками и подбородком. Всем телом ей хотелось потереться об него. Она не выпускала изо рта его головку.

- Как же кайфово, - мурлыкала она, - мне кажется я бы часами могла играться с ним.

- Но я так не могу, - ответил Маршал. Он поднялся, перевернул девчонку, подложил подушку под её животик, и стянул с неё трусы.

Юля чуть не пищала, ей нравились его шлепки, прикосновения и как он трогал её попку, как прижимался к ней. Она изнемогала и ждала, когда же он в неё войдёт. Но он налил текилы, взял лайм и посолил ей спинку.

А когда слизал, то медленно прижался головкой члена к её киске. И Юля вдруг поняла, что совсем забыла о своей щёлке. Но каждый раз, когда он прижимался к ней и отступал без проникновения, она почти кончала. Там было влажно уж давно, ещё когда она сосала.

- Ну-у-у-у, давай же, - проговорила она, сжимая пальчики ног и извиваясь как змея от возбуждения. И он проник в неё.

Сначала было больно, потом релакс растёкся по её телу. Её качало на волнах наслаждения с каждым толчком и с каждым движением она приближалась к оргазму.

«Как же хочется кончить», - думала она и двигалась ему навстречу быстрее и быстрее, пока не кончила. Но он не останавливался, а продолжал в ней двигаться, всё глубже и быстрей. И вот она кончила ещё раз, потом ещё.

Райан над ней склонился и поцеловал её спинку, лопатку, шейку. Юля улыбалась, слегка прищурившись от кайфа.

Он повернул её на спину.

- Это же наша поза, - промурлыкала она и пальчиками ног погладила его по мускулистой груди. А он продолжил её трахать.

Когда он был за миг от оргазма, Юля попросила.

- Кончишь мне в рот, - и Райан успел, он вытянул из неё свой перевозбуждённый член, а она схватила его губами и принялась сосать. А он кончал и наполнял её ротик своей горячей спермой.

Но всё не поместилось и капли его семени стекали по её губам и шее. Юле было стыдно и вместе с тем кайфово. Она подбирала капельки и слизывала их. А после обессиленная упала на кровать и сразу отключилась.

- Ты зубы будешь чистить? – Одевая рубашку, спросил её Маршал.

- Нет, - сквозь сон ответила она. – «Мне нравится твой вкус», - мысленно продолжила она ответ, когда уже спала.

+++

Но всё испортил звук будильника.

- Отключишь? – Сквозь сон бубнила Юля.

- Алло… - ответила Райан. Но это не будильник был, а звонок его телефона. – Это тебя, - сунул он ей трубку.

- Да, - проговорила Юля, не открывая глаз. Ей что-то говорили про какие-то ворота, она ничего не понимала.

- А что такое пятые ворота? – Переспросила Юля, наконец, открыв глаза.

- Дай сюда, - забрал у неё Райан трубку, позволив ей ещё секундочку поспать.

- Ага… я всё понял… уже выезжаем… - ответил он и положил трубку.

- Кто это был? Чего они от меня хотели? – Спросонья немного тупила она. Юля уснула прямо там, где вчера они занимались сексом, но Райан не стал её будить, а заботливо перенёс на свою кровать.

- К тебе некий посетитель, - Внимательно смотрел на неё Маршал. – Догадываешься кто это? Какие будут предположения?

- Понятия не имею, - спросонья выдала Юля, но после задумалась. – Ага, я кажется знаю кто это, - вспомнила она тюремный разговор с матерю. И тут же мысли о вчерашнем откровении полезли в голову. Она бы искренне хотела всё забыть, но это было невозможно, особенно её пугало то, что всё ещё жило в её груди. Странно что Маршал не боялся. Его похоже это даже заводило, чёртов фетишист.

- Поехали, - повторил Райан и отправился в санузел.

Юля не торопилась. Ей нужно было проснуться, почистить зубки, принять душ, накраситься, одеться. На всё это требовалось времени, это Райан уже через две минуты был полностью готов, и чтобы чем-то заняться он разобрал какой-то ствол и заточил сапёрную лопатку.

Юля тянула с выездом, до конца не понимая желает она видеть маму или нет.

Но вечно оттягивать не получалось и вскоре они уже сидели в авто.

- А может ты сегодня поведёшь? – Канючила она.

- Что, обленилась? – Ухмылялся догадливый Маршал.

- Ага, - кивнула Юля. – Могу рассчитаться минетом.

- Не стоит, с твоим минетом, ты мне ещё должна останешься. – Включил он зажигание и сел за руль.

- Что за наезды, Райан, я старалась, - надула губки Юля.

- Всё, всё, не плачь Масянь, что пошутить нельзя, смешно же, - он обнял её одной рукой и поцеловал в макушку.

- Не смешно, - ещё сильней надулась мелкая, но быстро отошла. Ей было не до этого сейчас, ведь на кону серьёзный разговор с мамочкой.

«Как она могла?» Не понимала Юля.

Он выехали на трассу, навстречу солнцу. В этот раз был Райан за рулём. Но он смотрел не на дорогу, так посматривал, а сам тем временем косился на неё. В лучах утреннего солнца Юля выглядела особо миленько, её светлые волосы и карие глазки, носик, милая мордашка, губки, всё идеально. Он не мог поверить, что вчера водил по этом милоте своим вонючим членом и может это сделать снова, едва захочет, она сама предлагала.

А Юля смотрела на него и любовалась тем, как он ведёт авто, как он спокоен и сосредоточен. Ей казалось, что время замерло для них, и так будет всегда.

- И всё-таки, насчёт минета, ты правду говоришь я неумеха, мне надо практиковаться.

- Иди нахер, хотя бы не сейчас, - улыбнулся Маршал и Юла сверкнула зубками ему в ответ.

- М-м-м, - мурлыкала она. – Как же мне хочется сосать, - потягиваясь в пассажирском кресле, она касалась, трогала его при первой же возможности. Ей хотелось почаще прикасаться к Маршалу, и он, похоже, был не против.

«Как дикая кошка во время течки, пока меня не трахнут – я не успокоюсь».

Они притормозили на выезде из пятых врат и Райан показал пулемётчику свою ксиву. Тот был в бронике и каске с ног до головы, только глаза торчали над очками.

- Рад тебя видеть, капитан, - узнал его боец и улыбнулся. – Что, наконец-то получил права. Ха-ха-ха-ха.

- Да не-е, я просто, когда пьяный сажусь за руль без прав, - всерьёз ответил Маршал.

- Проезжай, - кивнул солдат.

Они проехали, и Юля обернулась, глядя на проверяющего.

- Я думала, это был прикол, а у тебя реально прав нет, - округлила она глаза.

- Это прикол, - ответил Маршал. – Знали бы они об аневризме, о том, что мне хана. Меня бы тут же выгнали из армии с почётом. Меня уже один раз выгоняли, отправили следователем в КПЗ где мы с тобой и встретились. Сейчас решаю вопрос о переводе куда-то ближе. Но вряд ли меня пошлют на фронт.

Они подъехали к тройной арке в стене, где было пять проходов и над каждым вращались турели и жужжали дроны. Здесь было ещё несколько солдат, таких же запакованных в броню и с автоматами. Которые ходили меж ежей с колючей проволокой туда-сюда.

- Всё правда так серьёзно? – Смотрела на это Юля и удивлялась.

- Конечно. Ты же была в пустыне и всё видела сама. Рейдеры уже давным-давно не банды, а армия.

Они остановились у самого проезда. Им в лицо смотрела трёхствольный пулемёт, за которым сидел боец, такой же весь от пяток до макушки закованный в броню. Юлька разволновалась и глянула на Маршала, и он всё понял.

- Мы в безопасности не переживай, - сказал ей Райан.

Там за стеной дорога продолжалась, а по обочинам стояли таблички: «Осторожно мины». Чуть вдали раскинулся какой-то городок, построенный из невысоких зданий из желтого ракушняка. То тут то там стояли укрепления и блиндажи, удивительным образом вписываясь в пейзаж посёлка.

Они остановились на парковке, прямо за ней в импровизированных палатках начинался какой-то базар. Оттуда веяло кальяном, специями и арома-маслами.

- Чёрный рынок, - прокомментировал Маршал, припарковав своё авто. – Здесь половина запрещёнки.

- И как вы это терпите у себя под самым носом? – Не понимала Юля.

- Что значит терпим? Мы все тут закупаемся, а ты как думала. Всем выгодно, - и он закрыл авто.

Парковку окружали блоки из бетона, колючка и пара пулемётчиков в броне. У Юльки сложилось впечатление, что она попала на войну. Даже в пустыне, когда в неё стреляли, она ещё не понимала этого. Но сейчас всё встало на свои места.

Один из солдат приветственно махнул Маршалу рукой.

- Ты всех тут знаешь?

- Нет, конечно, это меня все знают. А я из приличия со всеми здороваюсь. Просто у меня плохая память на имена и лица.

- Я бы так не сказала, - она игриво посмотрела на него. – Мою фамилию ты запомнил сразу.

- Ну ты же симпатяжка, попробуй тебя забыть, - ухмылялся Маршал. Ей нравилось, как на его обветренном лице смотрелась улыбка. Как он сверкал своим белыми зубами.

«И чем он их отбеливал? Я столько лет страдала с подбором пасты, а Маршал не выглядит как тот, кто заморачивался хоть один день над своей внешностью. Утром встал, умылся и уже красавчик. А мне надо три слоя штукатурки наложить, прежде чем станет не так страшно смотреть на себя в зеркало».

Посередине рынка стоял фонтанчик, где куча голубей хлебала воду. Юля присмотрелась и увидела, что половина птиц – фигурки из бетона.

«Оригинальненько», подумала она.

Кругом велась торговля, все болтали, друг другу предлагая всяческий товар. Легальный, нелегальный всё равно. Мясная вырезки, меха, какие-то парфюмы, острый перец, специи и виноград. Глядя на всё на это у Юли разбегались глаза.

- А я ни разу не была на настоящем рынке, давай зайдём, посмотрим, ну пли-и-и-и-из, - канючила она.

Райан улыбнулся.

- Смотрю ты не торопишься совсем, ха-ха, - он засмеялся вслух.

- Честно говоря мне страшно встретить маму. Что я скажу ей, зачем сбежала… и почему она со мной так поступила. Я не знаю, я не готова вот так вот сразу с ней об этом говорить.

- Ну хорошо, давай пройдёмся по рядам. Тем более сегодня базарный день.

Они свернули в один из закоулков и пошли между рядами. Тут пахло свежестью, цветами, огромные лилии с подвижными тычинками встречали их. Багровые розы, цветущий плющ и котики с салатовой пыльцой. От запаха цветов и свежести у Юли закружилась голова.

Но вот они в другом ряду и запахи сменились, здесь пахло палевом, мехами, кожей, салоном нового авто. Здесь продавал всякую одежку. Кроссовки, сапоги, штаны.

Отдельный магазин для взрослых. На нём были нарисованы сердечки, а в витрине пара женских манекенов в довольно вызывающем белье.

- Сюда не хочь зайти? – Улыбнулся Маршал.

- Думаю нам рановато, мы ещё всё не перепробовали, - вполне резонно ответила она и Маршал согласился. Он сам не ожидал от мелкой рассудительности в таких делах.

Топовые бренды висели прямо на заборе, а рядом на картоне их предлагалось примерять.

- Подделки? – Удивилась Юля.

- Что ты, откуда тут подделки, 100% оригинал, - он улыбнулся, а она не понимала, когда он шутит.

- А можно мне померить?

- Ну давай.

Райан по своему вкусу выбирал одежду, а Юля мерила. Блузка, босоножки, обтягивающая юбка карандаш, юбка в клетку, джинсы… он просто забросал её вещами и наслаждался созерцая, как она переодевается, оглядываясь по сторонам.

Наконец они определились и она, стояла на картонке и перед зеркалом крутила попой.

- Не слишком откровенно?

- В самый раз.

- Тогда берём, - обрадовалась Юля. – Заплатишь за меня, я всё верну, я одолжу у мамы.

- Я угощаю, - достал он кошелёк.

- Спасибо, Райан, я тебя люблю, - она обняла его и поцеловала в щёчку.

А он рассчитывался и бурчал:

- Когда это случилось? Когда ты научилась мной манипулировать, что я упустил… сдачи не надо.

- Да я всегда это умела, - от радости сияла Юля вся в новых шмотках. Она не сняла даже ценники. Зачем? Ведь это же оригинал, она не сомневалась, зачем кому-то врать ей о таком.

Обратный путь лежал через продуктовый. Огромные рыбины с зелёными глазами и осьминоги в банках, какие-то улитки, лежащие на зелёном мху между кусками льда. Гигантские жуки на гриле.

- Меня сейчас стошнит, давай скорей уйдём отсюда, - и правда, глядя на всё это она с трудом сдержала рвоту.

- Не понял. Ты что беременна, мы вроде как предохранялись.

- А если я беременна, то что?

- Растить будешь одна, меня уже не будет. Ко мне вообще не привыкай, я ненадолго, - он снова улыбался, говоря о смерти, прям как Сатана.

- Не волнуйся, я просто не привыкла к вашей кухне.

- Она не наша, всё это рейдерские блюда.

На выходе их ждал кальмар-циклоп в пятилитровой банке. Он посмотрел на неё своим огромным глазом, а потом всеми присосками прилип к стеклу.

- Не дразните его, - сказал возмущённый продавец.

- Мы уже уходим, - спешила Юля, она мечтала оказаться как можно дальше от этого странного места.

- Его съедят? – Спросила она Райана, когда они ушли.

- Конечно нет, это аквариумный кальмар его задача завлекать клиентов в зоомагазин. Хочешь вернёмся, подразним его, или котят посмотрим.

- Ты же не любишь животных.

- Кто тебе сказал?

- Но у тебя их нет.

- Их нет лишь потому, что я живу один и, если я умру – никто за ними не присмотрит. Они же от голода сдохнут. А так я обожаю живность. У меня была собака в прошлой жизни.

- Я просто думаю, что, если мы туда зайдём – я захочу забрать себе домой их всех. Котов, собачек, крыс, змею. Мне всё равно кого, хочу, чтоб у нас дома кто-то жил.

- Посмотрим, - ответил Маршал, когда они покинули базар.

За рынком был пустынный сквер. Стояли лавочки, а на асфальте были мозаикой написаны называния городов и расстояния до них.

- Бэйдонт, Ксилиан, ого, здесь даже Сиридар, столица рейдеров, - Юле хотелось блеснуть своими знаниями. Чтоб Райан не подумал, что всё на что она способна – водить его авто и кувыркаться с ним в постели. В конце концов она же личность.

- Нет у них столицы, по крайней мере пока что нет. В Сиридаре базируются некоторые крупные кланы. Тебе это зачем?

- Да просто, - отмахнулась Юля.

Наконец они вошли в миграционный зал. Там при входе стояла очередь, а в помещении шныряли разные шныри. К ним подошёл как раз один из них.

- Недельный пропуск не желаете, без очереди, - он посмотрел на Райана и сам всё понял прежде, чем тот ответил:

- Сдрысни!

- Понял, - ретировался шнырь.

Пока он с ним болтал в противоположном углу зала стояла женщина лет тридцати пяти. Ухоженная, невысокая, со светлыми прямыми волосами. Она присматривалась к ним и вдруг как закричит.

- Доченька моя, Юлечка, - и бросилась к ним. Она плакала и обнимала Юлю. – Я волновалась, о Боже, как я волновалась. Все эти дни на успокоительных, я думала умру. Как же ты изменилась, как похорошела… тебя прям не узнать, такая леди, а я стою и думаю – что за красотка с волосами такими как у моей доченьки. Ну рассказывай уже…

- Привет, мам, - это всё, что смогла выдавить и себя Юля.

- Я сваливаю, - шепнул ей Райан, но Юлечка вцепилась в него как пиявка.

- Не оставляй меня, пожалуйста, - шепнула она ему.

А мама всё никак нарадоваться не могла.

- Твой молодой человек? Красавчик, - обратила она внимание на Маршала.

- Здравствуйте, - поздоровался с ней Райан.

Мать снова посмотрела на Юлю и стала поправлять ей воротник, она же мама. А после поучительно сказала.

- Я же говорила тебе не встречаться с теми, кто красивее тебя, неужели мой горький опыт тебя ничему не научил.

- Мам! Ну зачем ты так меня позоришь! – Оживилась Юля, жалобно округлив глазки. При этом она выпустила руку Маршала.

- Молчу, молчу, - закрыла мама рот ладошкой.

Наконец Райан мог свалить.

- Не буду вам мешать, - ретировался он и показал на выход. – Я буду в баре за углом, а вы общайтесь.

Юлина мама дождалась, когда он уйдёт и вновь заговорила.

- Он красавчик, вы так отлично смотритесь вдвоём. Ну же, рассказывай, чего молчишь. Я волновалась… как я волновалась.

- А ты не хочешь ничего мне рассказать, - оставшись с ней наедине Юля сменила тон.

- О чём ты говоришь?

- Об этом, - и Юля выложила на столик, стоящий у окна, свои рентгенографии.

- Откуда это у тебя? – Не понимала мать, она взяла их в руки стала рассматривать. – И что тут такого?

- Не притворяйся, я всё знаю, - сквозь зубы процедила Юля.

- Что ты знаешь? Ну же не томи, поделись со мной со своей мамой.

Юля тяжело вздохнула от огорчения что ей придётся всё это говорить.

- Я ведь не больна, и не было у меня никакого рака и диабета. Ты всё придумала, правда?

Несколько секунд мама прикидывала как лучше поступить, но всё-таки решила ничего не отрицать.

- Да, это правда. Ты поэтому сбежала?

Мир для неё рушился, а тон, в каком она говорила становился всё острее.

- Так что же у меня, скажи мне, просвети, а то врачи гадают, - ей стало душно, тяжело дышать.

- И что же они тебе сказали? – Иронично хмыкнула мать.

- Не отвечай вопросом на вопрос, это некрасиво, - от злости показала зубки Юля. – Что вы со мною сделали?

Мать молчала и молча листала рентгенографии, быть может сочиняя, что же ей соврать.

- Ну-у-у-у! – Уже кричала Юля. – Я же имею право знать, ты хоть чуть-чуть меня любила?! – В её глазах сверкнули слёзы.

- Конечно Юлечка, тебе нельзя так волноваться.

- Не успокаивай меня – скажи мне правду! Я заслуживаю знать.

- Ты заслуживаешь намного больше, - мать попыталась к ней прикоснуться, но Юля отстранилась.

- Во мне какой-то паразит, да?! Это он сожрал моё лёгкое и продолжает разрастаться? А вы всё знали. Сколько они вам заплатили?

- Юлечка не надо, ты всего не знаешь.

- Так ты скажи мне, сколько стоило лишить меня детства… и сколько ты заработала на мне бабла, когда врала друзьям, что я болею! Жалкие подонки, кем же надо быть, чтоб сделать это со своим ребёнком!

- Ну хорошо, хочешь – знать, и я скажу тебе. Поверь, я бы хотела оградить тебя от этого, но я всё равно скажу правду.

- Уж постарайся.

- Это не паразит, а симбионт.

- Какая новость. И для чего он нужен?

- Я не знаю.

- Тогда зачем вы позволили им со мной это сделать!? – На её глазах блеснули слёзы.

- Мы не позволяли! – Впервые в жизни мать повысила на дочку голос и Юля испугалась, она не ожидала такого.

- Прости, - взяла её за руку мать. – Это не мы с тобою сделали.

- А кто?

- Я не знаю. У нас с твоим отцом не могло быть детей. Я долго мучилась, пыталась забеременеть, а после нам предложили взять девочку из роддома. Тебе было всего два месяца, ты даже головку не держала. Но эта штука уже была в тебе и этот шрам… нас предупредили, что у тебя там. Сказали, что ты можешь умереть в любой момент. Мы с твоим отцом хотели тебя оградить, мы попытались сделать твоё детство безоблачным… а дальше вышло так, как вышло. Мой муж не выдержал и ушёл. Я не виню его он просто человек, и он устал. Но я не опустила рук и выходила тебя, как родную дочь. И я горжусь тобой, какой ты стала взрослой и красивой, какой у тебя молодой человек. Юля, что бы ты себе не надумала – я всегда буду любить тебя. Для меня ты навсегда останешься моей девочкой, моей любимой доченькой. Прости меня, Юлечка, что я врала тебе всю жизнь.

Она поднялась из-за столика и направилась к выходу, оставив ошарашенную Юлю в недоумении, наедине со своими мыслями. А та смотрела в одну точку, пытаясь осознать, что только что услышала.

Как вдруг завыли сирены.

- Мама, - тихо прошептала Юля, подняв глаза, но мамы нигде не было и тут раздался взрыв. Все попадали на пол, а с потолка посыпался песок.

- Мам! – Закричала она громче и бросилась к двери.

Юля выбежала на улицу. Там было шумно, все куда-то прятались, а по небу прямо над её головой с жутким гулом пролетели истребители. И снова взрыв. Он оглушил Юлю. Она присела и зажала уши, как тут увидела Райана, бегущего к ней.

Очередной взрыв, снаряд попал в то место, где она стояла за пару мгновений до этого. Но Маршал добежал до неё и буквально оттащил туда, где безопасней. Юлю трясло, в ушах звенело, а их носа тонкой струйкой стекала кровь. Кругом валялись битые осколки, обломки зданий, всё горело. А Райан ей кричал.

Он что-то говорил ей, но она не слышала. В конце концов он сунул ей в руку автомат и коротко сказал.

- Сидеть, не рыпаться, что бы не случилось, и ждать меня, я скоро, - это она услышала.

И снова взрыв, а после очередь из автомата.

Райан исчез, и Юля осмотрелась. То место, где она была не выглядело безопасно, как подвал, всего в десятке метров от неё.

Напуганная и оглушённая, она добежала до его открытой двери и спустилась в темноту, фактически свалилась, едва не угодив под очередной обстрел.

Здесь в погребе было темно и сыро и спался песок, когда бомбили. А ещё, на уровне глаз стояла та самая банка с осьминогом, который зловеще смотрел на перепуганную девушку из темноты своим циклопическим глазом.

Райан перемахнул через забор и прижался к асфальту, он досчитал до четырёх и предпринял очередной рывок. На этот раз он смог добраться до стоянки, где оставил своё авто.

Бетонные укрепления были разбомблены, а от пулемётчиков остался лишь фарш и обугленные трупы.

«Они используют авиабомбы… где наше ПВО?». Не понимал он.

Его машина стояла на другом конце стоянки и потому хоть и была побитой, но пострадала не так сильно.

Наметив для себя укрытие, он выждал подходящий момент и рванул к ней. В это время случился очередной налёт и взрывом бомбы в щепки разнесло соседнее здание. Маршал едва успел укрыться от взрывной волны за каменными блоками.

Кроме него здесь пряталось ещё пяток гражданских и полицейский пулемётчик весь в броне. Хоть он был весь в крови, он был скорее напуган, чем серьёзно ранен.

- Первый день на войне? С боевым крещением, брат. Твоё звание, солдат, - обратился к нему Маршал, на ходу перезаряжая свой пистолет-пулемёт.

- С-с-с-солдат, старший солдат.

- Капитан Маршал, - представился Райан и показал кокарду на берете. – Переходишь под моё командование.

- Т-т-т-так точно, - дрожащей рукой он попытался отдать честь, но ничего не вышло. Их разговор прервал очередной обстрел.

Рядом были гражданские. Один и них увидел Маршала и сразу ринулся к нему.

- Что происходит? Где гвардия, почему она ничего не делает? – Паниковал он.

- Оставить! Я гвардия. Умеешь держать в руках оружие?

- Нет, - испуганно замотал он головой.

- Я умею, я срочку отслужил, - сказал второй.

- Оба теперь подчиняетесь мне, - отдал приказ Маршал. – Мои команды выполнять беспрекословно. За ослушание ответите по закону военного времени.

- Я не военный, а гражданский, - запаниковал первый.

- Тогда сиди здесь и дожидайся рейдеров, им это и расскажешь. – Райан махнул в сторону последнего обстрела. – Лучше со мной, так хоть какую-то пользу принесёте, а не зазря подохните. Для них вы омикронцы.

- Что прикажете, капитан? – По-армейски отрапортовал другой.

- Вон моё авто, - махнул в его сторону Маршал. - Нужно до него добраться. В багажнике целый склад оружия.

В этот момент где-то рядом раздался очередной взрыв, и все прижались к асфальту.

- Вперёд, - скомандовал Маршал, едва обстрел утих. Он понимал, что у них есть максимум минута, пока враг перезаряжает миномёты.

Над головой опять пролетели самолёты, а где-то рядом слышался звук перестрелки.

Два из трёх последовали за Маршалом. А тот, кто возмущался больше всех – остался там, где и сидел.

Райан первым добежал до своего авто. Ударом локтя вышиб заднее стекло и выхватил саперную лопатку. Воспользовавшись ею ка ломиком, он вскрыл багажник. Там был огромный склад стволов. Они их похватали и со всех ног кинулись в укрытие, пока не начался очередной обстрел. Их встретил третий:

- Капитан, простите, замешкался, - по-военному оправдывался он.

- Отставить, - заставил замолчать его Маршал, и раскидал стволы.

- Одна каска, один броник, пара щитков. – Он старался, чтоб каждому досталось хоть что-нибудь. Гранатомёт, по паре автоматов, две три гранаты и патронов сколько смогут унести.

- За мной, - скомандовал Маршал. Не дожидаясь окончания обстрела, они направились на соседнюю улицу. Где группа полицейских Омикрона уже вступила в бой с передовым отрядом рейдеров.

- Занять оборону, - скомандовал Райан и стал через прицел осматривать обстановку. – Они идут с юго-запада, у них там целый танк. Наших мало, но у нас есть миномёт.

- Что прикажите? – Наконец очнулся старший солдат.

- Надо пробиваться к своим, другого шанса не будет. - Райан взял сапёрную лопатку хватом как топорик, в другой руке он нёс свой автомат, все остальное закинул за спину.

– Бегом за мной! – Скомандовал он.

И весь отряд гуськом направились в укрытие, как тут навстречу выехал вражеский вездеход.

- Ложись! - Закричал Маршал, но было поздно. Их накрыли огнём из всех орудий. Один из них погиб, другой был ранен, но третий успел из подстволки подстрелить врага. Вездеход загорелся. Из него выпрыгнул горящий водитель, и стал кататься по земле.

- Вперёд, - командовал Райан, на ходу отбросив автомат, он выхватил сапёрную лопатку и нанёс свой рубящий удар наотмашь. Рейдер явно не ожидал и был сражён ударом лезвия в живот. Он лежал, корчась от боли, а Райан упёр в него сапог и без усилия вытащил из него своё оружие.

- Огонь, - скомандовал он и все трое открыли огонь на поражение, по горящему вездеходу врага.

С той стороны дороги их уже прикрывали свои, зажав в ловушку передовой отряд рейдеров.

Когда всё стихло Райан и командир отряда встретились.

- Рад вас видеть, капитан, - отдал он честь.

- Вольно, - оглядываясь в ожидании прилёта, ответил Маршал. – Доложите обстановку.

- Вон там у нас бетонные укрытия. Там тоже наши и мы пытались к ним пробиться, но понесли потери и отступили в застройку.

Райан осмотрел остатки своего отряда и пополнение.

- Ещё раз попытаемся пробиться. А что по городу, когда нам обещают подкрепления.

- Не скоро, бои идут по всему периметру.

- Не будем терять время!

Они пересекли улицу перебежками, укрываясь в дыму горящих танков, пока не добрались до дота. Там было много раненных. Рейдеры не оставляли попыток зайти на позицию, и не ослабляли штурм, но омикронцы пока их сдерживали.

Ещё один налёт и бомбы стали крошить в щебёнку могучий железобетон.

- Вперёд, - скомандовал Райан и все, кто мог бежать – последовали за ним. Остальные прикрывали их с занятых позиций.

- За нас серьёзно взялись, день будет славный, - заулыбался Маршал, когда они достигли дота. Там было куча трупов, но были и живые.

- У нас есть связь с центром, - доложил раненный в голову лейтенант, командующий обороной. – У них там полный пиздец. Бомбят центр города, бои перевалили за стену. Такого ещё не было.

- Вот же твари, не дали отдохнуть в мой выходной, - злился Маршал. – Что у вас по оружию?

- Здесь всё, что есть, - махнул летёха на свой скудный склад. – Но зато у нас есть арта, - он показал на рацию.

- Все на позиции, - скомандовал Маршал. Как раз начался очередной обстрел.

Все взяли автоматы и заняли бойницы, чтоб не дать врагу приблизиться. А Маршал высматривал цели в оптический прицел.

- Вижу танк на 8 часов! Пятьсот метров! – Выкрикнул он.

- Танк на 8, - сказал лейтенант по рации.

Раздался взрыв.

- Ого! Прям башню оторвало. У нас там что РСЗО или покруче?

- Покруче, - ухмылялся лейтенант, - давайте цель.

- БТР на 12, семьсот метров, - сказал старший солдат.

- БТР на двенадцать, семьсот, - передавал по рации раненный лейтенант.

И снова взрыв.

- В яблочко, - прокомментировал Маршал.

- Группа пехоты на 6…

- Багги на 4…

- Авиация.

- У нас нет ПВО, мы только по наземным целям, - ответил лейтенант.

И вновь налёт. Пока все прятались то рейдеры на джипах подъехала в упор, спешились и начали стрелять. Раздался мощный взрыв и всё заволокло густым едким дымом. Маршал локтем закрыл лицо, только глаза торчали поверх руки, в которой он держал лопатку. Он шёл по позициям, стреляя во всё что движется. Прямо на него вдруг вылетел рейдер. Тот сам не ожидал такой спонтанной встречи и взвёл свой автомат, но получил удар лопаткой по лицу.

Маршал не стал стрелять, а несколькими жутким ударами сапёрной лопаткой как топором раскроил ему череп, оставив дергающуюся тушу на полу истекать кровью. Ему показалось, что его засекли, он упал на бетон и сделал перекат. Раздались выстрелы – враг не попал. Маршал стрелял наугад на звук и, судя по всему, скосил врага.

Райан крался между бетонными блоками, ступая тихо, как барс, благодаря отсутствию брони. Он сразу стрелял во всё что движется, не разбирая друг там или враг. А если враг был близко - бил наотмашь заточенной лопаткой.

Он расстрелял двоих, пока сам не словил пулю. Райан упал и стал как можно быстрее отползать куда-то в сторону. Сквозное ранение в ногу, не смертельно, но быстро двигаться мешало.

Едкий дым развеялся, и он увидел, как на позиции заехало ещё четыре джипа, а прямо к доту подъехал танк.

- Враг на позиции, отступаем, - скомандовал Маршал, с грустью понимая, что все его бойцы уже погибли. Один лишь старший солдат лежал меж блоков, хрипя и истекая кровью. К нему осторожно подошёл рейдер, направил в лицо дробаш и выстрели. Но тот не умер, а лишь сильнее захрипел, захлёбываясь кровью.

- Ха-ха-ха-ха, - смеялся рейдер. – Всё, кончились по ходу омикронцы. Не осталось никого. Ха-ха.

Райан вставил в автомат последний рожок. Он понимал, что это всё и даже улыбнулся.

- За товарищей, - проговорил он, поднялся из укрытия, и стал стрелять.

«Первый, второй…» Считал он трупы.

Рейдеры переполошились и открыли беспорядочный огонь.

«Вот идиоты, вы бы ещё гранат накинули – мы бы тут все легли». Не успел подумать Маршал, как пуля вошла ему в живот. Другая ранила плечо, пробив грудную клетку. И вот он уже полз, захлёбываясь кровью и отстреляв последние патроны.

Силы быстро покидали капитана, когда он заметил убитого летёху с рацией в руке. Это заставило его сделать последний рывок и даже перекат. В него опять попали, прямо в спину. Но он удачно рухнул в расщелину между бетонных плит, сжимая в руках рацию убитого летёхи.

- Ты окружен! Сдавайся! Ха-ха-ха, если ещё не сдох. – Кричали ему рейдеры.

- Зачем тебе телефон, хэ-хэ-хэ.

Маршал терял остатки сил, но всё же набрав побольше воздуха в грудь он прокричал:

- Звонок другу! – В ответ раздались выстрелы, но не попали, ведь он забился слишком глубоко. И самому ему уже не выбраться оттуда без посторонней помощи.

- Алло, алло, - хрипел он в рацию, пока в него стреляли, а искры из бетона сыпались Маршалу прямо на голову.

- Отряд Маршала, что у вас стряслось, вас слишком долго не было на связи, - звучал с той стороны озадаченный голос.

- Весь отряд погиб, остался я один, - ответил Маршал, и вдохнул. Ему всё тяжелее давались слова.

- Упокой, Господи, ваши души. Назови координаты для удара.

– Вызываю огонь на себя.

В это время рейдеры стали забрасывать его гранатами, и он ещё сильнее вжался в землю.

- Слава Омикрону!

- Вовеки Слава, - Ответил Маршал и отключил связь.

Рейдеры палили в него со всех сторон, пытаясь завалить как можно раньше. Но он-то знал, что все умрут. Райан спокойно посмотрел на небо через дыру в бетоне и улыбнулся. Он видел свет, несущий избавление и смерть.

«Спасибо, Господи, ты выполнил наш уговор», подумал он.

Раздался жуткий взрыв, потом другой, а дальше тишина, звенящая в ушах.

Юля сидела в своём подвале и всё это слышала. Вздрагивая каждый раз, когда на голову ей сыпался песок. Она запомнила его слова: сидеть, не рыпаться. И ни в коем случае не собиралась нарушать своё обещанье.

Но услыхав шаги, поднялась всего на одну ступеньку и стала вслушиваться в них.

«Это не он», слишком поздно осознала она. Её заметили и открыли огонь по люку.

Юля упала на дно подвала и прижалась к сырому кафелю. В неё ни разу не попали.

- Кто здесь?! Бросай оружие и выходи. - Звучал неприятный голос.

Юле на голову полилась вода. Она подняла глаза и разглядела, что одна из пуль попала в банку с осьминогом и пробила в ней круглую дыру. Моллюск крутился в банке как юла, а после просочившись через эту щель упал к её ногам и сам пополз куда-то. Нащупав слив канализации, моллюск пролез в него.

«Эти кальмары очень умны, - вдруг вспомнила она. – Хотя и бесхребетные, но идеально чувствуют опасность».

В это время, просунув сверху ствол, по дну подвала начали стрелять, не целясь в темноте. Пули попадали в пол и в стены, разбивая банки и кафель на полу. Она едва успела забиться в угол.

Юля молчала и, чтобы громко не дышать, зажала себе рот руками, но не помогло.

- Выходи, иначе бросим гранату на счёт три.

- Раз, два…

- Пожалуйста не надо, не стреляйте я безоружна! - Отбросила она свой автомат.

Держа руки на виду, Юля поднялась по лестнице и выглянула из погреба. Её тут же ослепил дневной яркий свет.

- Лицом на землю и ползти, хэ-хэ, - скомандовал всё тот же неприятный тип.

- Хорошо, хорошо, я поняла, - дрожащим голосом ответила она.

Она ползла пять метра по брусчатке, дрожа и сплёвывая пыль. А всё кругом горело, дома были разрушены, а где-то вдалеке летали самолёты, там шёл бой.

Юля уткнулась в чьи-то берцы, и осталась лежать на песке, вся мокрая и грязная, от страха не решаясь головы поднять. Как тут почувствовала глухой удар тупым предметом в затылок и провалилась в темноту.