В гостиной на диване гипнотизирую экран телефона, будто своим взглядом способна заставить его позвонить или написать сообщение.

— Ты чего в темноте сидишь? — раздаётся голос Яна, входящего в гостиную.

— Вы уже вернулись? — вскакиваю на диване и смотрю на него с надеждой.

— Вы?.. Я, кажется, один, — оглядывается вокруг.

— Точнее… встреча выпускников уже закончилась?

— А… — Ян прищуривается, — да, почти все разошлись и поехали по домам, — усмехается, — остались только самые стойкие.

Прикусываю нижнюю губу и надеюсь, что он оказался не самым стойким и сейчас мне позвонит или напишет, что ждёт меня дома.

— Ян, я сегодня у Сони останусь ночевать, — предупреждаю брата и иду к лестнице.

— Я так и подумал. Аспирин не забудь прихватить, — говорит с усмешкой.

— Хорошо, — отвечаю, даже не вникая в его слова.

Взбегаю по лестнице и захожу в свою комнату. Быстро принимаю душ, вызываю такси и начинаю собираться.

Как же я соскучилась.

Не видела его целую неделю.

Через час я уже поднимаюсь в лифте. Губы сами расплываются в улыбке от предвкушения, и я начинаю переминаться с ноги на ногу в нетерпеливом ожидании.

Двери лифта раскрываются, и я ступаю в гостиную, замирая в оцепенении.

Ботинки, рубашка, ремень и женские туфли с сумочкой хаотично раскиданы по гостиной, вплоть до лестницы на второй этаж.

Страх и паника мгновенно захватывают меня.

Поднимается удушающий ком, и я в отчаянии хватаюсь за горло, лихорадочно проводя рукой по шее в тщетной попытке остановить удушение. Впиваюсь зубами во внутреннюю сторону щеки, ощущая металлический вкус крови. Это слегка отрезвляет, и я делаю глубокий вдох.

Не верю.

У меня же всё получилось.

Этого не может быть.

И я, как истинная мазохистка, поднимаюсь на второй этаж, убеждая себя, что всему этому есть объяснение.

С каждой ступенью ноги становятся ватными, всё труднее их переставлять. Сердце выстукивает бешеный ритм. В голове царит хаос мыслей:

Зачем ты идёшь туда?

Тебе мало увиденного?

Хочешь ещё больше захлебнуться в своих слезах?

Не верю!

Всему есть объяснение!

Он не мог со мной так поступить!

Замираю у двери его спальни и прислушиваюсь.

Тихо.

Схватившись за дверную ручку, делаю глубокий вдох и открываю дверь.

Удар по лицу.

Ещё один — под дых.

Боль, жуткая, жгучая, расползается по всему телу.

Слёзы прорываются и льются водопадом из глаз.

Как же я ошибалась!

— Лина…

— Где Ника с Мией? — спрашивает Сонька, когда мы выходим из университета и направляемся в сторону кафе.

— Они уже побежали в общагу собираться.

Сегодня мы идём в клуб «Кортни» отмечать моё двадцатилетие.

Клуб расположен на берегу большого озера. Вечером все приходят потанцевать, а днем ночной клуб превращается в кафе у озера. Всё столики выставляют ближе к пляжу. Отдыхающие могут покупаться и посидеть в кафе.

— Ты столик заказала? — спрашивает Сонька, на ходу подкрашивая губы бальзамом.

Улыбаюсь.

Она очень красивая, и губы у неё в пол-лица, а она их всё равно постоянно подкрашивает, чтобы они выглядели ещё более выразительно.

— Нет, Ян сказал, что сам всё организует.

— Ну и отлично, — говорит Сонька, улыбаясь.

— Ты домой? — спрашиваю её, когда подходим к кафе.

У Соньки квартира рядом с университетом. Ей родители купили её, чтобы было удобнее добираться.

— Да. Пойду собираться. Нужно выглядеть шикарно, но не шикарнее именинницы, — смеётся она.

— Тогда до вечера.

Махнув ей рукой на прощание, забегаю в кафе, чтобы купить бутылку воды, и вызываю такси.

Пока стою в очереди, замечаю воркующую парочку у выхода.

Девушка, положив ладони на грудь парня в деловом костюме, шепчет ему что-то на ухо, а его рука скользит по её бедру вверх. Останавливается на попе, сжимая её своей ладонью. После этого он начинает плавно вести её выше по талии, спине, и когда его ладонь останавливается на затылке девушки, мои глаза встречаются с его.

Его губы растянулись в шикарной улыбке с ямочкой на правой щеке. Он медленно наклонился к её уху, не отрывая взгляда от моих глаз, что-то прошептал ей и подмигнул мне.

Мои брови взлетают вверх от такой наглости, а губы растягиваются в лёгкой ухмылке.

Вот кобель.

— Девушка, я вас слушаю, — отвлёк меня от разглядывания парочки продавец.

— Мне бутылку воды, пожалуйста, — говорю заторможенно.

Пока расплачиваюсь, приходит сообщение, что такси уже ожидает.

Забираю бутылку воды и бегу к выходу. На ходу откручиваю крышку и делаю глоток. Немного притормаживаю, когда в кафе заходят парни, после чего быстро ныряю в закрывающуюся дверь и, не посмотрев по сторонам, влетаю в двухметровую гору в деловом костюме.

Естественно, окатила его водой из бутылки.

— Твою мать! — рычит он мне в ухо.

Поднимаю голову и сталкиваюсь с ледяным взглядом голубых глаз, от которого у меня мурашки по всему телу, и уже нет даже намёка на шикарную улыбку с ямочкой на правой щеке.

— Извините.

— Извините? Я теперь весь мокрый. Не нужны мне твои извинения, можешь себе их оставить.

— Ах так.

Нажимаю на бутылку, и струя воды летит в лицо этого хама.

Вот надо быть одновременно таким красавчиком и гавнюком.

— Вот теперь я извиняться не буду.

Развернулась и пошла с гордо поднятой головой в сторону ожидавшего меня такси.

— Сучка мелкая, — услышала я, когда уже садилась в такси.

Недолго думая, показала ему фак.

В клубе нас встретил администратор и проводил к нашему столику, который располагался рядом с танцполом. Ян хотел выделить нам ВИП-кабинку на втором этаже, но мы отказались. Спускаться постоянно или танцевать в кабинке не хотелось.

Стол был уже накрыт разными закусками, за что спасибо Яну.

Заказав коктейли, девчонки начали меня поздравлять. Все поздравления были искренними и трогательными.

Потом моё внимание привлекла ВИП-кабинка на втором этаже, в которой со свистом и смехом обнимали какого-то парня, и все кричали ему с возвращением.

— Ну что, сидим? Пошли булками трясти! — сказала Ника, вставая из-за стола.

И мы все дружно пошли на танцпол.

Когда я танцевала, ощущала на себе пристальный взгляд, который пробирал до мурашек. Осмотревшись, никого не заметила.

Странно.

— Привет, — прошептал в ухо знакомый голос.

Обернувшись, увидела Артёма.

— Привет, — ответила я, улыбаясь.

— Отдыхаете?

— Празднуем. У меня сегодня день рождения.

— Вау… С днём рождения тебя, красотка! — поздравил Артём, расплываясь в улыбке.

Увидев, что девчонки уже во всю хихикают с друзьями Артёма, я предложила им пересесть за наш столик.

— Часто здесь бываете? — спрашивает Илья, друг Артёма.

— По праздникам, — поднимая бокал к губам, ответила Ника.

— А чего не в випке? Лина, ты вроде как сестра Яна Янковского, а это клуб его друга. Не думаю, что не нашли для вас ВИП-кабинку, — с интересом спрашивает Илья.

— Не все стремятся пользоваться знакомством в своих целях, — ехидно ответила за меня Ника.

— Ой, да ладно. Наверняка уже забили себе местечко для практики в компании «Кортни Корпорейшен»? — с не менее ехидным выражением лица сказал Илья.

— «Кортни Корпорейшен», «Клуб Кортни» это всё один человек держит? — спросила Соня.

— Да. Вы что, не знали? — удивленно спросил Илья, посмотрев на меня.

— Хватит, Илюх. Не все кичатся своими связями, — строго произнёс Артём, взглянув на друга.

Илья, закатив глаза, откинулся на спинку стула и стал внимательно рассматривать Мию.

— А пойдёмте танцевать, чего сидим? — предложила Мия, вставая.

— Девочки, вам взять что-нибудь? Пойду к бару.

— Нет, Лин.

— Пойдём, я с тобой схожу, — сказал Артём, поднимаясь из-за столика.

Взяв меня за руку, повёл к бару.

Пробираясь через толпу, он расчищал нам дорогу своим массивным телом. Пока шли, я рассматривала его со спины. Артём был одет в светлые джинсы и белую футболку, которая обтягивала в меру накаченные плечи и спину. Светлый затылок коротко выстрижен, почти ежик. Захотелось провести по нему рукой снизу-вверх.

Первый раз я с ним столкнулась в университетском кафе. Он стоял у барной стойки, а я подошла, чтобы сделать заказ. Повернувшись ко мне лицом, он улыбнулся и сказал: «Привет. Артём», а я зависла на его зеленых глазах. Потом его отвлёк телефонный звонок, и я так и не успела сказать ему своё имя.

Потом, при встрече, мы лишь обменивались улыбками. А сегодня, видимо, он решился подойти.

Улыбаюсь, он мне понравился ещё тогда.

В баре я заказала коктейль «Кровавая Мэри», все его хвалят, вот и решила попробовать. Пока ждали, к нам подошёл знакомый Артёма и сказал, что есть разговор на пару минут.

— Иди, конечно, — сказала Артёму, когда он перевёл взгляд на меня, — я дождусь свой коктейль и пойду к нашим.

— Извини, я быстро.

Забрав свой коктейль, я развернулась, что бы пойти к нашему столику и наткнулась на гору мышц в кожаной куртке.

И, конечно же, моя «Кровавая Мэри» оказалась на его белоснежной футболке.

— Упс, — это всё, что я смогла произнесли.

Мои глаза стали медленно подниматься вверх по каменной груди в белой футболке с красным пятном, из-под которой выглядывали тату. И когда мои глаза столкнулись с его, я поняла, что на этот раз мне придётся извиняться долго.

— Твою мать, опять ты?

— Прости, я случайно, — голос мой пищал, как у котёнка.

— Случайно? Третий раз? Нет, ангелочек, это уже похоже на преследование.

— Преследование? Ты в своём уме? Нужен ты мне больно.

Я попыталась уйти, но тут меня закидывают на плечо и несут к выходу.

— Отпусти. Что ты делаешь? — кричала я, дёргаясь.

В этот момент я получаю шлепок по бедру.

— Лежи смирно, иначе задеру юбку и получишь по заднице.

От такой наглости я, как рыба на суше, открывала и закрывала рот.

Приподняв голову, увидела, что Артём вышел из клуба за нами, но его остановил Мирон и что-то сказал, посмотрев в нашу сторону.

Какого фига.

— Я думаю, будет честно, если ты искупаешься в озере, зато то, что случайно облила уже три раза. А применение твоему среднему пальцу я позже найду.

— Ты обалдел, какое озеро? Вода ещё холодная.

— Ничего, тебе полезно освежиться, может, станешь внимательнее и мозгов прибавится.

Подходя к пирсу, моя паника нарастала. Неужели он это сделает? Вот не нормальный.

Я посмотрела в сторону клуба: все стояли у него, и никто не спешил мне на помощь, даже мои девчонки. Стало как-то обидно.

Пока он шел по пирсу, а я висела у него на плече, он стянул с меня ботильоны и, подойдя к краю, поставил меня на ноги. Развернул к себе спиной, обнял за талию и шепнул в ухо:

— Можем заключить сделку. Если ты меня вылижешь всего, я тебя купать не буду.

Охренеть! Что я должна сделать? Вылизать его? Ну и фантазии у парня.

Пока он прижимался ко мне, я в полной мере ощутила его тело. От его прикосновений в груди возник пожар, который мгновенно скатился в мою промежность.

Вот, блин, это и есть тот самый фейерверк, который я жду?

— Сам себя вылижи, — ответила я, гордо приподнимая подбородок.

— Ну как хочешь, — и на этих словах он толкает меня в воду.

Прежде чем оказаться в воде, успела выкрикнуть, что не умею плавать.

Я умела плавать, просто надеялась, что он не станет этого делать.

Задержав дыхание, начала погружаться и тихонько поплыла под водой к пирсу. Вынырнув под пирсом, стала наблюдать, что же будет делать этот кобель.

— Эй, давай выныривай! — стоял он у края пирса, положив руки на пояс.

Через щели было плохо видно, но то, что он начинал нервничать было заметно по его резким движениям.

— Блядь, она что, реально не умеет плавать? — произнес он, проводя ладонью по своим волосам.

Он начал раздеваться, снял ботинки, кожанку, футболку и нырнул за мной в воду.

Я поплыла к берегу, пока он меня искал.

Доплыв до берега, я пошла к началу пирса, где лежала его одежда. Сняла своё мокрое платье и натянула его белую футболку с красным пятном — ну ничего, зато она прекрасно прикрывала мою попу.

Подойдя к краю и дождавшись, пока он вынырнет, спросила у него:

— Как водичка? Правда, бодрящая?

— Вот сучка мелкая. Я тебя прибью.

Он был зол, и я понимала, что мне пора убегать. Подхватив свои вещи, я пошла в сторону клуба.

Возле клуба стояли девчонки с парнями, и рядом с ними стоял Мирон. Девчонки подбежали ко мне и начали извиняться, сказали, что их Мирон не пустил.

Артём смотрел на меня извиняющимся взглядом.

— Как водичка? — спросил Мирон.

— Как водичка? Ни ты ли должен за мной приглядывать? — прошипела я.

А он стоит с довольной миной. И в этот момент он поднимает свой взгляд за мою спину и начинает хохотать.

Обернувшись, я увидела Его в мокрых джинсах с голым торсом.

О. Мой. Бог. Отчётливо были видны кубики и косые мышцы живота. Руки и часть груди были забиты татушками. Моё дыхание сбилось, а глаза блуждали по его телу так, будто я никогда не видела мужчин.

Подойдя к Гелику, он открыл багажник, положил свою кожаную куртку и начал что-то искать в спортивной сумке. Найдя черную футболку, натянул её на себя. Зловеще посмотрел в нашу сторону, с грохотом захлопнул багажник, сел за руль и уехал.

— Поехали, я вас развезу по домам, — сказал Мирон, когда Гелик скрылся за поворотом.

— Девчонки сегодня остаются у меня.

— Понял, поехали, — при этом как-то странно посмотрел на Соньку.

Не поняла, что тут произошло, пока меня не было.

Ладно, позже узнаю.

Попрощавшись с парнями, мы пошли к машине Мирона. Артём хотел объясниться, но я попросила отложить это до понедельника.

Не хочу, мне нужно прийти в себя, а то мои эмоции зашкаливают.

Заехав на территорию дома, мы вышли из машины и пошли внутрь.

Хоть бы меня не увидел Ян, точно больше никуда не отпустит.

Но не тут-то было.

Зайдя в гостиную, Ян сразу обратил на меня внимание. Он сидел с Глебом на диване и что-то с ним обсуждал.

Ян осмотрел меня с ног до головы, и его брови взлетели вверх.

— Что случилось? Почему ты мокрая и в мужской футболке?

— Аааа, я решила искупаться в озере. Не каждый год исполняется двадцать, — сказала я, улыбаясь и разводя руки в стороны.

— А футболку с кого сняла?

— Почему сразу сняла? Одолжила.

— У кого одолжила?

— Да, был там один. Подумал, что я тону и нырнул меня спасать. И пока он меня пытался спасти, я одолжила у него футболку, — ответила я Яну, пожимая плечами.

Пока я оправдывалась, девчонки за моей спиной давили смешки. Вот что смешного я сказала?

В этот момент я поворачиваю голову к камину и натыкаюсь на ледяной взгляд застывшей фигуры с бокалом виски у рта.

Что он здесь делает?

— Эрик, это не ты случайно Лину пытался спасти? Тоже ведь мокрый приехал! — спрашивает Глеб, еле сдерживая смех.

И в этот момент в гостиную заходит Мир и говорит:

— Скорее он пытался её утопить, а не спасти.

Он же должен был за мной приглядывать. Поворачиваюсь к Мирону и c претензией произношу:

— А ты стоял и смотрел! А если бы я утонула?

Теперь мне было понятно, почему никто не помог.

Друзья, блин, и хозяин клуба, вот почему охрана спокойно стояла.

— Тебя захочешь утопить — не утопишь, всплывёшь. Вода, похоже, твоя стихия, — произнёс Эрик с насмешкой.

Вот здесь я прям рот открыла от возмущения.

— Он что, не первый раз на тебя покушался? — спрашивает Ника со смешком.

— Это она на меня покушалась, трижды! — ответил Эрик Нике, показывая на меня рукой с бокалом.

— Если бы ты не был таким гавнюком и принял мои извинения, второго раза не было бы, — прошипела я.

Поджав губы, перевела взгляд на Яна. Он пристально смотрел на меня и покачивал головой из стороны в сторону.

Вот блин, ещё и на вранье попалась.

У нас был уговор, что я никогда не буду ему врать. И чтобы не произошло, я должна всё ему рассказывать, чтобы он смог вовремя помочь мне с проблемой или какой-либо неприятной ситуацией.

— Так это она тебя сегодня днем дважды окатила из бутылки? — спрашивает Мирон у Эрика.

— А ты, — смотрит на меня, — сегодня о нем на кухне говорила? — и хохочет во весь голос, чуть ли не складываясь пополам.

Вот что смешного?

Эрик вопросительно смотрит на меня, а я, закатив глаза, произношу:

— Пойдёмте, девочки, спать, хватит на сегодня клоунов, не смешно совсем.

Поднявшись наверх, я начала расспрашивать, что произошло у клуба, когда Эрик утащил меня к озеру.

Мия начала хохотать, на что Сонька на неё так зло посмотрела и сказала:

— А что, мне надо было стоять и слушать, как этот Мирон раздаёт приказы?

— Он перегородил нам дорогу и приказал стоять на месте и не лезть, — говорит Сонька, обернувшись ко мне.

— И поэтому ты решила его огреть сумкой и запрыгнуть ему на спину? — говорит Ника, приподнимая одну бровь.

— Он меня бесит.

— Он тебе нравится, а за то, что он не обращает на тебя внимания ты решила ему навалять.

— Откуда ты знаешь Мирона? — удивилась я.

— Ну… он был моим телохранителем, правда, пару дней. Он подменял моего постоянного.

Соня из богатой семьи и единственный ребёнок, её отец был помешан на её безопасности. Сейчас она смогла немного расширить свои личные границы и живёт одна в квартире.

С девчонками я сдружилась не так давно. На первом и половине второго курса я дружила с Катей и Ирой. Потом выяснилось, что они со мной дружат, только из-за того, что мой брат Яна Янковский — знаменитый холостяк с миллионами на счетах. А про меня распространяли сплетни и строили козни.

На День святого Валентина в университете намечался праздник, и меня пригласил сопровождать Игорь, а он нравился одной из моих бывших подружек. Когда об этом узнала Катя, она предложила мне помочь с прической. И, слава богу, на кануне я столкнулась в университетском туалете с Сонькой, и она мне рассказала, что на днях стала случайным свидетелем разговора моих подруг. Катя хотела мне заменить маску для волос тонирующим шампунем зеленого цвета. В итоге на праздник пришла Катя с зелеными волосами.

На празднике я подошла к Соньке, чтобы ещё раз поблагодарить её, и она уже познакомила меня с Никой и Мией.

— Ты же мне тогда помогла не из-за того, чтобы быть ближе к Мирону?

— Нет, — выкрикнула она, — как ты могла так подумать? Кто ты такая, и что Мирон друг твоего брата, я узнала 8 марта, когда он тебя забирал из университета, — проговорила Сонька с обидой в голосе.

— Прости, Сонь. Я вспомнила Катю с Ирой, и меня накрыло, — подхожу к ней и обнимаю.

— Никогда так больше не думай, — сказала Сонька, обняв в ответ.

— Подожди-ка! Это ты меня поэтому избегала две недели после 8 марта? — отстранившись, смотрю в глаза Сони.

— Да, — ответила она, опустив голову, — я подумала, что ты сим встречаешься.

— А я подумала, что он Нике нравится, она так расспрашивала о нём, а тут вот что, — смотрю то на Нику, то на Соньку.

— Ну простите. Она бы никогда сама тебя не спросила и продолжала бы избегать. Это же Соня, она либо творит какую-то дичь, либо забивается в угол. Вот и пришлось на себя всё брать.

— Понятно. Ладно, давайте спать ложиться.

— Нет уж, Лина. Ты нам лучше расскажи, как ты познакомилась с Эриком? — спрашивает Ника, сложив руки на груди.

— Да-да, нам очень интересно, — поддакивают Соня и Мия, забираясь на кровать.

— Познакомилась я с ним только что. Вы же тоже были.

— Хватит, Лина, юлить, — говорит Ника, улыбаясь. — Расскажи, где ты с ним столкнулась впервые.

Вот блин, ничего не скроешь от неё. Всё замечает.

И так мы проболтали всю ночь, уснули только под утро.

Сидя в своём кресле в офисе, не могу отделаться от мысли, как меня раздражает эта мелкая зараза.

Надо было мне столкнуться с ней в кафе, у кафе, и потом ещё в клубе, а в заключение оказаться сестрой Яна.

Сначала меня рассмешило, когда она внимательно наблюдала за моей рукой, не отрывая глаз. Я стал специально вести ладонь вверх, чтобы встретиться с её взглядом. И когда наши глаза столкнулись, в них сначала было смущение, а потом, когда я подмигнул, взгляд изменился, и на губах появилась ухмылка, мол, вот кобель.

И мне захотелось её приучить, что ли. Дождался её у входа в кафе, и когда она выбегала, специально пошёл в её сторону, чтобы столкнуться с ней.

И всё пошло не по плану, она оказалась ещё той сучкой.

А потом увидел её в клубе, танцующей, и не мог оторвать глаза от её задницы.

Когда увидел, что она пошла к бару с каким-то парнем, спустился вниз и пошел за ними.

И всё, опять абзац.

Эта задница до сих пор перед глазами стоит, и не только это с вчерашнего дня стоит.

Всё, хватит.

Ты её старше на восемь лет, и она сестра твоего друга.

И он в курсе, как я отношусь к серьёзным отношениям.

Надо просто сегодня потрахаться, и все фантазии об этой мелкой заразе сразу уйдут.

Беру телефон и пишу сообщение Насте: «Сегодня в 22:00 у меня».

С Настей мы знакомы уже два года и периодически встречаемся на горизонтальной поверхности, когда я приезжаю домой. Было и пару раз, когда она прилетала по работе в Америку.

Просидев целый день за проверкой документов, решил поужинать в ресторане.

Я умею готовить. Готовлю достаточно хорошо и только для себя.

Правильнее было бы позвать Настю с собой в ресторан перед тем, как трахать её, но сегодня мне не до этого. Хочу просто поесть и потрахаться, без всякой прелюдии.

В ресторане встречаю Мирона с Глебом и присоединяюсь к ним.

У этих двоих своё охранное агентство. Мирон отвечает за личную охрану, а Глеб занимается охраной территорий. У них отлично получилось продвинуться в этом направлении, клиенты достаточно известные и богатые люди.

— Как дела с отцом? Получилось наладить с ним отношения за то время, что ты был в Америке? — спрашивает Мирон, пока ждём свой заказ.

Мой отец американец, занимающийся строительством по всей Америке. У него я единственный ребенок, скажем так, не запланированный.

У них с моей матерью был небольшой роман, когда она приехала по обмену в Америку. В свои двадцать она забеременела мной. Прожили они тогда год и мама его застукала с подругой. После этого она вернулась в Россию, а отец не стал удерживать.

Пять лет назад мой отец объявился и сказал, что пора мне вникать в его бизнес. Я, если честно был в шоке. Где ты был раньше, папочка? На что он мне ответил, что ему нечего было предложить мне и моей матери, поэтому он и не появлялся в нашей жизни всё это время. А сейчас у него крупный бизнес, и он хочет, чтобы его наследник тоже в этом участвовал.

— Да ни как. Он не понимает, что мне не нужен его бизнес. А он упёрся; тебе не нужен, а вот моим внукам будет нужен.

Я всего сам добился к своим двадцати восьми годам. Я пахал как проклятый, чтобы открыть свою небольшую фирму по строительству загородных домов. Потом раскрутился и вышел на зарубежный рынок.

Я обеспечил достойную жизнь себе и маме, которая сейчас живёт в Италии и вполне довольна этим.

— Внукам? Родной ребенок не нужен был, а о внуках думает? — спрашивает Глеб, хмыкая.

— Он считает, что всё сделал для того, чтобы я ни в чём в будущем не нуждался. А любовь и заботу может дать мать.

Нам приносят наши блюда, и я приступаю к поглощению своего стейка с овощами.

— Настю на днях видел, — говорит Мирон, — спрашивала про тебя.

— Я сегодня встречаюсь с ней.

— Встречаешься? — удивляется Глеб.

— Ага, в своей постели, — отвечаю и откидываюсь на спинку кресла.

— Не хочешь пересмотреть с ней отношения? — спрашивает Глеб. — Она, вроде, серьёзная девушка. Смотрит на тебя как на какое-то божество, — улыбается он.

— Не хочу. Меня и такие отношения устраивают.

Не нужно мне всё это, уже нахлебался один раз, еле откачали.

— Понятно. В выходные собираемся у Яна на шашлыки, помнишь?

— Помню.

— Дождевик не забудь взять, — хохочет Мир.

— Или надувной матрас, вдруг Лина тебя в бассейне, случайно, захочет искупать, — добавляет Глеб.

— Я эту мелкую заразу утоплю в этом бассейне, — произношу сквозь зубы.

— Даааа, забавно, — тянет Мирон.

— Ничего забавного не вижу.

После ужина все разъезжаются по своим делам.

Я отправляюсь домой в свой пентхаус в центре города.

Не успеваю снять пиджак, как звонит домофон.

Настя.

Через пару минут в гостиную заходит длинноногая брюнетка в деловом костюме.

Пробегаюсь по ней взглядом с ног до лица, и она расплывается в улыбке.

— Я соскучилась, — томно произносит Настя.

Она подходит ко мне вплотную и опускает свою руку на мой пах и сжимает член. В голову и головку ударяет возбуждение.

— Вижу, тоже скучал.

— Не то слово.

Разворачиваю её спиной и укладываю на обеденный стол животом. Задираю юбку и оглаживаю округлые бедра в чулках. Оставляю звонкий шлепок на заднице и расстёгиваю свой ремень на брюках.

— Ты совсем оголодал, Эрик? — смеясь, говорит Настя.

— Да. Поэтому держись крепче. Голод нужно утолить.

Стягиваю брюки вместе с боксерами, одеваю презерватив. Накручиваю на кулак волосы и вгоняю свой член до упора, во влажную и горячую дырочку. Настя дёргается, и я понимаю, что перегнул.

— Расслабься, — шепчу ей в ухо и прикусываю мочку.

Она издаёт стон и расслабляется.

Я начинаю двигаться медленно, а так хочется вогнать в неё член по самые яйца и кончить.

Но меня больше вставляет, когда партнерша тоже кончает и отдаётся на все сто.

Ритм с каждым жвижением увеличиваю и сминаю её бедра с каждым толчком сильнее. Чувствую, как начинают сокращаться стенки влагалища. Отвешиваю ей шлепок по заднице и вгоняю член до упора, и кончаю.

Выхожу из неё и снимаю презерватив. Настя встаёт вся покрасневшая, глаза блестят от удовольствия, и она улыбается.

— Продолжим в спальне. Я в душ. — развернувшись, иду к лестнице на второй этаж.

Стоя под теплыми струями воды, понимаю, что никакого удовлетворения от секса с Настей я не получил, а просто снял напряжение.

И перед глазами проносятся картинки аппетитной задницы на плече. И грудь у неё зачётная, с удовольствием прогнал бы член между ними.

Твою мать. Ну куда опять понесло меня.

Слышу, как открывается дверь, и в душевую заходит Настя, обнимает меня со спины и ведёт своей ладошкой вниз.

— О, всё ещё голодный? Надо чаще встречаться.

Усмехаюсь, потому что понимаю, что этот голод никак не связан с нашими редкими встречами.

Оборачиваюсь и давлю на плечи Насти.

— Посаси.

Настя опускается на колени. Обхватывает рукой мой член и начинает водить язычком по всему стволу. Берёт головку в рот и начинает ритмично сосать. Я опрокидываю голову назад и прикрываю глаза.

В глазах возникает дерзкий образ ангелочка.

Блядь.

Хватаю Настю за затылок и начинаю вколачиваться в её рот до самой стенки. Кончаю бурно и со стоном.

Настя встает с колен, облизывая свои губы, и смотрит мне в глаза и говорит:

— Что с тобой сегодня? Как будто целибат держал год, и теперь с цепи сорвался.

— Всё нормально, Насть. Просто соскучился.

Вот дебил. Соскучился. Ничего умнее не придумал?

У неё уже в глазах нарисовались картинки нашей совместной жизни.

В выходные все у нас собираются на шашлыки. Я пригласила Мию. Сонька поехала к своим в гости; если она не будет появляться, её точно вернут домой. Ника тоже поехала проведать своих в другой город.

Зайдя на кухню, мы с Мией принялись мыть и нарезать овощи к шашлыку. Глеб и Ян замариновали шашлык. Нас к этому даже не подпустили. Видите ли, мясо любит мужские руки.

— Ян, можешь устроить Нику к себе на работу, хотя бы на пол ставки?

— Она хочет торговать членами? — спрашивает Глеб с широченной улыбкой на губах.

Мия при этом закатывает глаза и фыркает.

Моему брату и мне досталась немаленькая фирма по производству и продаже секс-игрушек. Когда я об этом узнала, чуть со смеху не умерла. Спасибо, папа, за наследство, за которое может быть так стыдно.

— Это она тебя попросила? — интересуется Ян.

— Нет. Она не может найти работу, которую смогла бы совмещать с учёбой. Вот я и решила у тебя спросить.

— А что, Ян, будет рекламировать твою продукцию в университете. Сейчас студенты такие креативные! — глумится Глеб.

— Это точно, — с улыбкой поддерживает его Ян.

— Хотя нет, я придумал, — продолжает Глеб, поднимая указательный палец. — Пусть она придумывает дизайн и тестирует его на себе, а потом уже рекламирует.

— Что-то ты разошёлся, Глеб. Забыл, что мы не одни? — при этом он смотрит на нас.

— Да ладно тебе. Наверняка похлеще нас уже отжигают. Помнишь, что мы творили в их возрасте?

— Глеб, угомонись. Она моя сестра, и будь добр, думай о том, что говоришь в присутствии её и её подруг.

Глеб поворачивается к нам, и его взгляд устремляется на Мию.

Она от смущения закусила губу, а щёки у неё полыхают красным, и она не знает, куда деть свои глаза.

— Пооонял, — протянул Глеб, задумавшись.

— Пусть в понедельник ко мне в офис заедет. Подберем что-нибудь.

— Спасибо, Ян.

Ян сегодня попросил нас переночевать в городской квартире. Они с ребятами хотели устроить мальчишник вечером. Сразу нас никто не выгонял, но после шашлыков нужно было уехать.

Чуть позже приехали Мирон и Эрик с четырьмя девушками модельной внешности. Теперь понятно, что за мальчишник. Слава богу, в доме много комнат, и даже у его друзей есть свои комнаты.

До моего появления они постоянно тусовались в этом доме. А сейчас им приходится быть немного сдержаннее.

Ян, конечно, не перестал водить девушек при мне, но и не устраивает оргии, когда я в доме.

Однажды я проснулась ночью и пошла на кухню, чтобы попить воды, и увидела, как Мирон и Ян делят двух близняшек. Это было ужасно, и почему-то стыдно было мне, а не им.

После этого мы с Яном договорились, что он будет предупреждать меня о таких тусовках.

— Всем привет! — говорит Мир.

— Света, Таня, Люда и Марина, — представляет девушек.

— Это Глеб и Ян, — показывает рукой на них. — А это… — не успевает нас представить Мирон, его перебивает Эрик.

— А этот детский сад сегодня с нами? — указывает на нас с Мией.

— Когда ты предлагал тебя вылизать, я не была детским садом, что сейчас изменилось? — складываю руки на груди.

— Ты…что? — Ян в явном шоке.

— Я не знал, что она твоя сестра, — прожигает меня уничтожительным взглядом.

— Так, мальчики, не ругайтесь, покажите нам лучше, где мы можем припудрить носики, — сказала толи Света, толи Люда, они, блин, все на одно лицо.

— Пойдёмте, я вас провожу, — вызвался Глеб.

— Это что, шлюхи или, как сейчас модно говорить, эскортницы? — прошипела я, указывая на дверь.

— Почему вы не встречаетесь с нормальными девушками? У вас какие-то проблемы? — смотрю на Яна и Мирона по очереди.

Эрика я проигнорировала. С его предложениями незнакомой девушке не удивительно, что он с такими встречается.

— Нормальные не согласятся на то, на что соглашаются вот эти, — отвечает Мир, улыбаясь и указывая на дверь, передразнивая меня.

Ян прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.

— Может, и согласились бы, если бы знали, что их не используют. По любви было бы в разы приятнее.

— У тебя большой опыт? — спрашивает Эрик, наклонив голову на бок.

— Так, хватит. Пошлите жарить шашлык, — это уже рычит Ян.

Большой опыт, я тебе ещё покажу, какой у меня опыт портить вечера.

— Может, поедем? Что-то я не очень хочу здесь оставаться, — говорит Мия, когда все выходят на улицу.

— Да, сейчас поедем. Только оставлю один сюрприз нашему знакомому.

Мы с Мией проделали задуманную мной пакость и пошли к беседке. В беседке сидели Глеб, Эрик и эти девушки. Рядом с Эриком сидела брюнетка с утиными губами и наклеенными ресницами.

Неужели ему это всё нравится?

— Ян, мы поедем. Не будем Вам мешать.

— Правильное решение, — это уже Эрик бурчит себе под нос.

— Как уже? А шашлык попробовать? Мы так старались, — говорит Глеб, при этом смотрит на Мию.

— Мы попробуем ваш шашлык, — произносит блондинка, которая сидит рядом с Глебом.

— Смотри, не подавись им, — говорит Мия шёпотом, но кажется, Глеб услышал, потому что расплылся в широченной улыбке.

— Ян, ты помнишь, что завтра мы едем учиться кататься на мотоцикле? — напоминаю брату.

— Конечно, помню, не переживай. Завтра всё в силе.

— Мотик? — спрашивает Мир удивлённо.

— Да, она хочет научиться на нём ездить, — отвечает Ян.

— Без мозгов хочешь остаться? — спрашивает Эрик.

— Самое главное, чтобы они у тебя оставались, — отвечаю я, обводя глазами их знакомых, — а то гляди, и не только без мозгов останешься.

Все от смеха пополам складываются, а мы с Эриком сверлим друг друга взглядами. А новые знакомые хлопают глазами и не понимают, что смешного.

— Что смеётесь? Вас тоже это касается! — сказала я, оторвав взгляд от Эрика.

— Идите уже, — сказал Ян, отсмеявшись.

— Сладких снов, — сказала я, уходя и подмигнув Эрику.

На его лице появилось замешательство. Он явно не понял, про какие сладкие сны я говорю.

В квартире было очень уютно. Это была не большая студия. Мебели было по минимуму, но всё необходимое было в ней.

— Почему ты отдельно не живёшь?

— Не хочу пока. Мне нравится жить с Яном. Не скучно. Мир и Глеб часто зависают у нас. С ними весело, и я не чувствую себя одинокой.

— Хорошо, когда о тебе заботятся просто так, а не потому что надо, — как-то грустно проговорила Мия.

— Мия, почему ты живёшь в общаге? Почему тебе не купили квартиру, как Соньке? У тебя же тоже родители состоятельные. И ты ещё работаешь… почему?

— Не все родители любят своих детей, как Соньку. Я для них товар, который нужно выгодно выдать замуж, — отвечает Мия, со слезами на глазах.

Я подхожу к ней и обнимаю.

— Ты не товар. Просто в их мире все браки заключаются между капиталами, а ты часть их мира.

— Я не хочу так. Хочу по любви, — шмыгает носом Мия.

Не могу даже сказать ей, что всё будет хорошо. У неё, видимо, очень сложная ситуация. И как можно ей помочь, даже не знаю.

Мы заказали пиццу, выбрали мелодраму и, усевшись на диван, включили фильм. Параллельно обсуждали сегодняшних новых знакомых и мой сюрприз для Эрика.

— Мий, пойдём сходим в магазин за мороженым? Тут рядом есть ночной магазин.

— Пошли.

Пока собирались, всё хохотали над нашими новыми знакомыми и над этими любителями девочек на одну ночь.

Выйдя из квартиры, захлопнули дверь и пошли к лифту.

На улице уже было темно, время было за полночь. Мы быстренько добежали до магазина, купили мороженое и пошли обратно.

Возле двери поняли, что забыли ключи дома. А дверь захлопнулась. Хорошо, что я знала код от подъездной двери, а то бы сейчас стояли на улице.

— Что будем делать? — спросила Мия.

— У нас есть выбор? В общежитие к тебе в такое время не пустят.

— Не боишься домой ехать?

— Немного, но что делать. Будем надеяться, что они уже все спят.

— Не думаю, — сказала Мия, усмехнувшись.

Вызвали такси и поехали домой.

Хорошо, что телефоны не оставили в квартире.

И тут меня осеняет:

— Блин, на связке были ключи и от дома. А если они калитку уже закрыли? Как зайдём? — смотрю на Мию испуганными глазами.

— Через забор перелезем. Давно мечтала что-то глупое сделать, — говорит она с таким блаженством.

И я прыскаю со смеха.

— Ну, раз мечтала, то поддержу тебя, подруга.

Лезть через забор нам не пришлось. Мальчики, видимо, так были увлечены, что забыли закрыть калитку.

Мы, как шпионки, тихонько открыли калитку, посмотрели, что никого нет, закрыли её и пошли к дому.

В доме играла музыка. В кухне кто-то не громко разговаривал.

Вспомнив о увиденном в этом доме, я схватила Мию за руку, и мы побежали в мою комнату.

— Фух… вроде пронесло, — сказала я, заходя в комнату.

И в этот момент в доме раздался визг одной из девушек.

Мы с Мией переглянулись.

После этого в доме стихла музыка, и мы услышали истерику одной из девиц.

Мы подошли ближе к двери и стали вслушиваться:

— Что у вас случилось? — спрашивает Ян.

— Кто-то, точнее, я знаю кто, измазал всю мою кровать мёдом, — зло произносит Эрик.

— Чего? — хохочет Мирон.

— И эта… вся измазалась в нём. Вот у неё и случилась истерика, — уже не сдерживая смех, говорит Эрик.

— Хорошо, что я первым не лёг, — уже хохоча во весь голос, добавляет он.

— Точно. Тебе повезло, Лин, — шепчет Мийка.

Представив эту картину, я засмеялась, зажав рот ладонью, чтобы не выдать нас.

— Это что за шутки? — визжит одна из девиц.

— Поехали от этих ненормальных. Мне теперь целый год придётся отмывать волосы или подстригаться на лысо.

— Эй, а мы тут при чём, — это уже говорит Мирон.

Слышим топот каблуков и злобный голос Яна:

— Ты хотел утопить Лину? Так вот, завтра я тебе помогу это сделать!

Упс, кажется, своей шуткой я обломала вечер всем.

— Можете сделать это сейчас. Я видел, как они минут девять назад заходили в комнату, — говорит Глеб.

— Они здесь? — удивился Ян.

— Комната на ключ закрывается?

— Нет, — мотаю головой.

— Ян, не ходи. Завтра поговоришь с ней, — это уже Мир, говорит.

Мне крышка.

— Давай ложиться, Мия, спать, нужно набраться сил перед завтрашним заплывом.

На следующий день мы проснулись с Мией ближе к обеду. Выходить из комнаты нам было страшно, так как моя выходка разозлила вчера всех. Набравшись смелости, спускаемся вниз и идём на кухню. На кухне за столом сидят все четверо и завтракают.

Видимо, тоже только проснулись.

— Выспались? — спрашивает Ян с каменным лицом.

— Да, — невозмутимо отвечаю ему.

Свободные места за столом остались только напротив Яна и рядом с Эриком. Мийка садится напротив Яна.

Вот блин.

Налила нам кофе, подошла к столу. Усаживаясь рядом с Эриком, начинаю поглощать завтрак. Все четверо пристально следят за мной.

— Почему вчера вернулись? — спрашивает Ян.

— У нас вчера захлопнулась дверь, а ключи остались в квартире.

— Зачем выходили так поздно?

— Мороженое захотелось, — невозмутимо отвечаю на вопросы Яна.

— Так сладкое любишь? — шипит Эрик, повернув ко мне голову.

И в этот момент он выливает мне на голову мёд из блюдца, и сладкая янтарная струя плавно расползается по всей моей голове.

Не задумываясь над своими действиями, я поднимаю руку и средним пальцем вытираю стекающий с лба мёд. Затем, повернувшись к Эрику, медленно облизываю палец, пристально глядя ему в глаза.

— Люблю, — произношу я севшим голосом.

В его глазах бушевал такой шторм эмоций, что мне стало и горячо, и страшно одновременно. Я чётко увидела, как он сглотнул.

— Спасибо за завтрак. Было очень вкусно, — говорю, поднимаясь из-за стола и ухожу.

Мия поднялась следом.

Войдя в комнату, я обернулась к Мии. Она закрывала дверь с широченной улыбкой на губах.

— Это я ещё малой кровью отделалась.

— Вы друг друга стоите, — сказала Мия, — Лина, ты своей выходкой сбила его столку. Он бедный растерялся от такого перформанса.

Мы дружно рассмеялись.

— Ладно, пойду вымоюсь.

Выйдя из ванной, вижу, что Мийка о чём-то задумалась. Её взгляд был направлен в окно. Я тихо подошла к ней, Мийка слегка вздрогнула, когда заметила моё присутствие, но тут же улыбнулась.

— О чём задумалась? — спросила я с любопытством, присаживаясь рядом.

— Почему всё сводится к деньгам? Даже любовь пытаются купить за деньги, — тихо сказала она.

— Те, кто считает, что можно купить любовь за деньги, потом сильно разочаровываются. Подарки и забота способны вызвать симпатию или даже создать временную иллюзию привязанности, но истинные чувства всё равно рано или поздно выходят на первый план.

Нас отвлекает стук в дверь.

— Войдите.

В дверном проёме показывается Ян.

— Ты же понимаешь, что сегодня отменяется занятие?

— Да, понимаю.

— Хорошо. Мы уехали. Вернусь только завтра.

— А можно я тогда девочек приглашу на ночёвку? Заодно подготовимся к экзамену.

— Да, конечно.

После того как Ян закрывает дверь, я говорю Мии:

— Давай звонить Соньке и Нике. Устроим сегодня девичник с танцами.

Пока ждали девчонок, решили с Мией приготовить пасту и закуски.

Весело перебирали ингредиенты, обсуждая, какую пасту приготовить — хотелось чего-то лёгкого и вкусного. В итоге остановились на классическом итальянском рецепте с базиликом и томатами. Включив музыку, начали двигаться в такт, наслаждаясь процессом готовки. Закуски решили сделать разнообразными, чтобы каждая из нас нашла что-то по вкусу.

Чуть позже приехала Ника, и мы разместились в гостиной пока ждали Соню.

— Привет! У меня для вас подарки, — говорит Сонька, заходя в гостиную.

— Давай показывай, — подскакивает Ника с дивана к Соньке.

Она вручает нам по пакету, и мы все дружно погрузились в них.

— Подарки одинаковые, но разные по цвету, — улыбается Соня.

— Ух ты! — воскликнули мы хором.

— Спасибо, спасибо, — сказала довольная Ника. — И цвет мой.

— Какая красотища, — это уже Мия.

— Спасибо Сонь. Это, наверно, бешеных денег стоит.

— Мне для вас такой красотище не жалко. Свою я тоже взяла. У нас же сегодня пижамная вечеринка.

Сонька нам всем подарила шёлковые сорочки в пол с глубоким вырезом на спине со свободной шнуровкой.

У меня и Соньки была чёрная, у Ники — красная, а у Мии — белая.

— Так, давайте рассказывайте, что у нас тут произошло? — интересуется Соня.

— Откуда ты знаешь? — удивилась я.

— Я сегодня после шопинга зашла в кафе на набережной. И за соседним столом сидел Эрик с Глебом. Они, конечно, меня не заметили, а я как всегда, случайно подслушала их разговор, правда, отрывками, — пожимает плечами Соня.

И мы с Мией им подробно всё рассказываем, и то, как Эрик на меня вылил мёд из блюдца.

Ника с Соней были в шоке от услышанного.

— Ой, жалко меня не было, — говорит Ника. — Я бы всем им постели измазала.

— Да, надо было всем, чтобы не так горько было им после ухода этих девиц, — говорит Мия.

— Ой, ладно, пойдёмте в сауну сходим и в бассейне поплаваем? Устроим сегодня СПА себе, а потом уже примерим подарочки, — предлагаю я.

Раздевшись прямо в гостиной, пошли на цокольный этаж, где была сауна с бассейном.

После всех процедур и купания пошли ужинать в завернутых полотенцах.

— Какая вкуснотища. Спасибо вам, девочки — говорит Ника.

— Ага, давно так вкусно не ела, — с набитым ртом сказала Сонька.

— Сонь, тебе что, лимит установили на карту? — спрашивает Ника. — Ешь так будто отнимут, — уже смеясь сказала Ника.

— Нет, — крутит головой Сонька, — готовить я не умею. В универе кормят не так вкусно, а в рестораны пусть меня муж будущий водит.

Мия, которая сидит напротив Сони, от смеха брызгает изо рта водой, которой хотела запить ужин. И все мы складываемся пополам от смеха.

— Ну ты даёшь, Сонька, — сквозь смех говорит Мия. — Значит, готова голодать, пока у тебя не появится парень?

— Ну а что. Вы, гордые, за мой счёт ходить со мной в ресторан не хотите. Одна я уж точно не пойду. Вот и приходится с перекусами жить, — пожимает плечами Соня.

Кажется, Сонька несёт какую-то ерунду.

— А почему из ресторана еду не заказываешь? — спрашиваю с подозрением.

Соня тяжело вздыхает:

— Мне лимит установили после одной моей выходки, и давайте не будем об этом, ладно. Не хочу портить вечер, — отмахивается она.

— Ладно, — отвечаем мы, переглянувшись.

— Пойдёмте примерять наши пижамки, девочки, — поднимается из-за стола Ника.

— Сказала так, как будто Сонька нам подарила пижамки с котятами, — смеётся Мия.

Сорочки на всех сидели просто потрясающе.

— Пойдемте обратно на кухню, у Яна в запасе есть бутылка отличного шампанского. Надо обмыть такие подарки, чтобы они нам в личной жизни удачу принесли, — подмигиваю девчонкам и направляемся на кухню.

Нарезав фрукты и налив шампанское, включили музыку. С каждым выпитым бокалом музыка становилась всё громче. Когда заиграла песня Don’t Speak, прибавили звук и закружились вокруг стола, громко напевая. К счастью, у всех нас был слух и голос.

На пульте я переключила музыку, она зазвучала не только на кухне, но и в гостиной. С бокалами, пластично двигаясь, мы перебрались туда, поднимая подолы до бедра и выгибая спину. В одной руке шампанское, другая — вверх, распеваем припев.

Когда песня стихла, мы услышали аплодисменты. Резко развернулись и опешили.

В дверях стояли Ян, Эрик, Глеб и Мирон.

Аплодисменты звучали лишь от Глеба и Мирона, в то время как Ян и Эрик стояли с непроницаемыми выражениями на лицах. Затем все четверо медленно опустили взгляд, изучая разбросанную по гостиной одежду.

Их взгляды то и дело задерживались на нижнем белье — четыре пары трусиков и такое же количество бюстгальтеров.

Как стыдно.

Встретившись глазами с Эриком, я уловила в его взгляде пламя дикого желания, от которого мои соски напряглись, и собрался огромный комок возбуждения, готовый в любую секунду выдать залп. Я поспешно обняла себя за плечи.

Улыбка промелькнула на лице Эрика, когда он всё понял.

— Сюрприз, — развёл руками Мирон. — Хотя кому ещё и сюрприз, ещё и такой.

— Ника, кажется, ты прошла собеседование, — говорит Глеб, хлопая Яна по плечу.

— Какое собеседование? — спросила Ника, не понимая.

— Забыла сказать, потом объясню, — шепчу я ей.

— Что вы здесь делаете?

— Вообще-то я тут живу.

— Ты же говорил, что сегодня не приедешь.

— Планы изменились, — с подозрением смотрю на Яна.

Планы изменились, и все четверо приехали сюда? Что у них случилось?

— Так, девочки, одевайтесь и присоединяйтесь. А мы пока накроем стол на кухне. Если бы вам, конечно, было бы не по двадцать, нас бы устроил ваш вид, но увы…. — сказал Мир, разводя руки, и ушёл на кухню.

Сонька в этот момент фыркнула.

Все остальные пошли за Мироном, а мы, как пули, стали собирать вещи и побежали наверх одеваться.

Забежав в комнату, все схватились руками за свои раскрасневшиеся щёки и начали смеяться.

— Никогда не было так стыдно, — сказала Мийка.

— Да ладно тебе. Мы были великолепны, — ответила Ника, пританцовывая.

— Ты хоть что-нибудь помнишь? Как будем сдавать экзамен? — паникует Сонька, пока ждём у университета Нику и Мию. — Если я не сдам, меня вернут домой.

Ника с Мией побежали в общагу за зачетками. У Соньки было всё с собой.

— Не паникуй. Всё сдадим, — успокаиваю.

— Не надо было вчера сидеть до ночи, — ворчит Соня, топая ногой.

— Да ладно тебе. Весело было, — задеваю её плечом.

Вчера мы всё-таки спустились к ребятам. Они накрыли стол, сделали для нас ещё пару закусок, которые оказались очень вкусными. Мирон подкалывал Эрика, говоря нам, что мы должны съесть все закуски, так как их приготовил Эрик, а он никому никогда не готовит, только себе, и что на него сейчас нашло, непонятно. Они попробовали нашу пасту и остались довольны. Ребята рассказали свои забавные истории из школы, которые вызывали у нас улыбки и громкий смех, и казалось, что это общение никогда не перерастет в тишину.

— Привет, — подходит к нам Артём.

— Мы сегодня собираемся после экзамена в кафе. Пойдёте с нами?

— Сначала сдать экзамен надо, — рычит Сонька.

— Оооо, ты чего такая злая, Сонь?

— Давайте сначала сдадим экзамены, а потом решим, — говорю я, улыбаясь Артёму.

— Ок. После найду вас.

Махнув рукой, Артём заходит в университет.

— Ну наконец-то, — радуется Соня, когда к нам подходят Ника и Мия.

— Пошли, девочки. Ни пуха ни пера нам, — вздыхает Сонька и открывает дверь.

Спустя два часа сидим у аудитории и ждём, когда выйдет Сонька.

— Какая оценка? — подлетает Мия к Соне, когда она выходит из аудитории.

— Отлично! — произносит Сонька, сияя.

— Ну вот, а ты переживала.

— Девушки, ну что, пойдёте с нами? С меня мороженое, — подходит Артём со своими друзьями.

— У меня собеседование, — говорит Ника. — Всем пока! — расцеловав всех, убегает.

— Я не против, — посмотрев на девчонок, отвечаю я.

— Мы тоже.

— Отлично. Тогда поехали, — приглашающим жестом указывает на выход Артём.

Рассевшись по машинам, едем в кафе. Мы с девчонками и Стасом сели к Артёму. Остальные парни и ещё две девчонки сели в машину к Илье.

— Лин, а пойдём со мной на свидание? — спрашивает Артём.

Его предложение застаёт меня врасплох. Я от смущения краснею до кончиков ушей и, если честно, даже не знаю, что ему ответить.

Закусив губу, задумываюсь.

— Пойдём завтра, Лин?

— Точно не завтра. Давай после сессии, — поворачиваюсь к Артёму.

— Хорошо, — широко улыбаясь, соглашается.

Зайдя в кафе, Илья подходит к администратору.

— Это кафе его брата, — приобнимает меня за талию Артём.

Администратор провожает нас к большому столу у окна. Мы рассаживаемся. Артём садится рядом со мной и по-хозяйски укладывает свою руку на мой стул.

Делаем заказ, и пока его несут, обсуждаем сессию. Артём и его друзья учатся на пятом курсе. Они дают нам разные советы, у кого и как можно получить автоматом зачёт или экзамен, какие преподы не любят прогульщиков.

Мой затылок ужасно печёт, но я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не повернуться.

Не хочу.

Боюсь.

Боюсь увидеть того, кто меня прожигает.

Сонька поднимает свой взгляд и внимательно смотрит в сторону выхода и показывает мне головой, чтобы я повернулась.

Повернувшись, сталкиваюсь с ледяным взглядом голубых глаз, которые переметнулись на Артёма в тот момент, когда он, приобняв меня за плечи, стал шептать мне в ухо, предлагая ещё мороженое.

Усмехнувшись, Эрик с Мироном выходят на улицу.

Я краснею, как красное платье напротив сидящей девушки.

Почему он усмехнулся?

Да блин, какая мне разница.

И так достал каждую ночь врываться в мои сны. Почему я на него так реагирую? Почему именно он, а не Артём, сидящий рядом, который позвал меня на свидание и сейчас очень мило ухаживает.

Кто мне объяснит?

Прикрыв глаза и сделав глубокий вдох, пытаюсь вникнуть в суть разговора за столом.

Ближе к вечеру Артём развозит нас по домам. Когда остаемся одни в машине, Артём начинает разговор:

— Лин, я хотел извиниться за прошлый раз, что не вмешался у клуба. Мне дали понять, что вы с ним родственники, а когда ты вернулась с озера и наехала на брюнета, я понял, что повёлся. Мне нужно было вмешаться.

Ну Мирон, получит у меня.

— Всё нормально, Артём. Эрик — друг Яна и у нас были небольшие разногласия.

Которые, похоже, перерастают в большие.

— Сейчас всё хорошо, всё решили? — внимательно смотрит на меня.

— Да, — улыбаюсь.

Потом Артём рассказывает, кто его родители, что его ждёт кресло отца, только для этого нужно получить диплом.

В общем, самый обычный мажор.

Но милый мажор.

Он мне нравится.

Подъехав к дому, Артём выходит из машины и бежит к моей двери, чтобы её открыть. И чтобы не создавать неловких моментов, дожидаюсь, когда он мне её откроет.

— Спасибо, — широко улыбаясь, выхожу из машины.

Артём закрывает дверь и, прижимает меня своим телом к машине и говорит:

— Лин, ты мне очень нравишься. Ты же пойдёшь со мной на свидание?

И в этот момент я слышу грубый до жути пугающий голос.

— Сначала у её брата спроси разрешение.

Эрик стоит, опершись плечом о калитку, и наблюдает за нами.

Блин, как долго он здесь стоит.

Мне никогда не было так стыдно.

Хотя.

За что мне должно быть стыдно?

— Конечно, — невозмутимо говорит Артём. — Брат дома? — уже повернувшись ко мне, спрашивает.

Не успев ничего ответить, Эрик отвечает за меня:

— Нет его.

— Артём, давай потом заедешь и спросишь, — произношу я растеряно.

Эрик с нас глаз не сводит, и это вводит меня в ступор.

— Хорошо, — обмениваемся телефонами.

Артём целует меня в щёку и уезжает.

Направляюсь в сторону дома. Прохожу мимо Эрика, который так и стоит, опершись о калитку и внимательно за мной наблюдает.

— Приятно, когда вмешиваются в твою личную жизнь? — с насмешкой спрашивает Эрик.

Чего? Он что, до сих пор не простил мне мёд? Или он мне мстит за сорвавшийся секс?

— Прости, что вмешалась в твою личную жизнь со шлюхой, — ядовито проговариваю я.

Эрик срывается с места и, схватив меня за горло, прижимает к забору.

— С кем бы я ни был, тебя это не касается, — грозно произносит Эрик, при этом смотрит на мои губы.

А меня трясёт, и не от злости, что он схватил меня так грубо, а от возбуждения.

Я что, извращенка?

— Если желаешь занять их место, прошу…Но учти, надолго они в моей постели не задерживаются.

Эрик отпускает меня и уходит в сторону дома.

— Придурок.

Вот почему именно он вызывает во мне бурю эмоций и желаний?

Зайдя в дом, вижу сидящих на диване Яна и Мирона.

Вот козлина, а сказал, Яна нет дома.

Здороваюсь с ними и поднимаюсь к себе в комнату.

После душа укладываюсь в постель и беру свой телефон. Вижу на экране непрочитанные сообщения от Артёма.

Артём: «Спишь?»

Артём: «Любишь французскую кухню?»

Лина: «Нет. Я люблю морепродукты».

Артём: «Понял».

Артём: «Спокойной ночи, Лина».

Лина: «Спокойной ночи, Артём».

Откладываю телефон и смотрю в потолок.

Может, мне начать встречаться с Артёмом, и наваждение к Эрику уйдёт.

Закрываю глаза, и появляется образ Эрика.

Да, блин.

Бью ладонями по кровати и издаю истошный стон.

Что мне делать?

Сессию я сдаю на отлично, и наступают долгожданные каникулы. Соглашаюсь на свидание с Артёмом, и он ведёт меня в парк развлечений.

— Пойдём прокатимся на «Американских горках»? — тянет за руку Артём.

— Тём, ты что, адреналинщик? — торможу ногами об асфальт, — я боюсь.

— Не бойся, я с тобой, — улыбается и подхватывает меня на руки, — тебе понравится.

Вот уже месяц, как мы не пересекаемся с Эриком. По разговору брата с Глебом я поняла, что он в Америке: какие-то проблемы на фирме, и ему пришлось срочно улететь.

Часто ловила себя на мысли, что скучаю по нему, при этом не могу себе объяснить, с чего вдруг я начала по нему скучать. Мы с ним толком и не общались. Да, он симпатичный и очень притягательный. Тестостероном от него за километр веет, все девушки наверняка сразу юбки задирают, когда видят.

И самое непонятное для меня — почему именно он вызывает во мне бурю эмоций, а не Артём, который по красоте не уступает Эрику и при этом умный, внимательный. Вот, на свидание пригласил.

— Проходите, — вырывают меня из размышлений.

Артём ставит меня на ноги, и мы усаживаемся на аттракцион, нас пристёгивают, и я хватаюсь за его руку и говорю:

— Если у меня остановится сердце, я тебя с того света достану, — не успеваю договорить, как Артём наклоняется и целует меня в губы.

Целует нежно, можно сказать даже осторожничает. Проводит языком по верхней губе, захватывает нижнюю и посасывает её. Когда вагончики начинают своё движение, он на мгновение углубляет поцелуй, отстраняется и тихо произносит:

— Надеюсь, поцелуй зачтётся мне при вынесении приговора, — улыбается обаятельной улыбкой, и я ему отвечаю тем же.

За всё время катания мне казалось, что сердце вот-вот вылетит из груди; дыхание перехватывало, адреналин зашкаливал. Не выдержав, я прижалась к плечу Артема и с отчаянием прокричала, что готова его убить.

Когда я ступила на землю, меня охватило безграничное чувство радости; улыбка расцвела на моих губах, и я рассмеялась.

— Я же говорил, что тебе понравится!

— Да, это было классно. Теперь моя очередь выбирать аттракцион.

— Надеюсь, это не будет карусель с лошадками?

— Нет, — смеюсь я, — хочу прокатиться на «Молоте судьбы», — Артём присвистывает.

— Так, и кто из нас любитель адреналина? — спрашивает Артём, прищуривает глаза и улыбается.

— Похоже, что я тоже, — развожу руки в стороны. — Не зря хочу на мотоцикле научиться ездить.

— Ого, мотоцикл и ты — это будет невероятно сексуально.

Я смущаюсь и отвожу взгляд в сторону.

— Хорошо, пошли, — говорит он, беря меня за руку, и мы направляемся к следующему аттракциону.

Прокатиться на качелях, высотой с пятиэтажный дом, которые раскачиваются и совершают полёт на 120 градусов, периодически переворачивая вниз головой, — вот будет испытание.

Когда мы подошли к кассе, Артем приобнял меня за плечи. Атмосфера вокруг была наполнена шумом, музыкой и весельем. Я успокоилась и напряжение словно исчезло, оставив после себя лишь предвкушение новой поездки.

Сначала это было похоже на легкое покачивание, как на качелях в детстве. Но вскоре вокруг начало стремительно всё меняться, и с каждой секундой мы поднимались всё выше. Под ногами был потрясающий вид на парк, яркие огни аттракционов, горы людей и безграничное небо. В тот момент, когда качели достигли максимальной точки и замерли на миг, я зажмурилась.

А затем — стремительный полёт вниз. Свободное падение. Ветер свистел в ушах, а внутри было ощущение абсолютного освобождения. Все заботы и тревоги остались где-то далеко позади, остался только бешеный адреналин. Артем крепче сжал мою руку, и я почувствовала, как смех вырывается наружу.

Когда качели начали замедляться, возвращая нас обратно на землю, адреналин всё ещё бурлил в крови, а сердце билось от радости.

Мы прокатились ещё на пяти аттракционах, и я почувствовала приятную усталость и удовлетворение от насыщенного дня.

— Рядом с парком есть хороший ресторанчик, пойдём поужинаем? — предложил Артём.

— Пойдём, — он обнял меня за талию, и мы направились в сторону ресторана.

В ресторане было очень мило, играла живая музыка. Администратор проводил нас к столику и подал меню.

Я заказала себе спагетти с морепродуктами, Артём — стейк с гарниром. Было очень вкусно.

— Чем планируешь заниматься? Диплом ты защитил.

— Хочу съездить в отпуск и буду принимать дела у отца на фирме, — пожимает плечами.

— Своё что-то не хочешь попробовать?

— Нет. Зачем? Я специально пошёл учиться по этому направлению. И тем более я единственный ребенок в семье. И не хочется всё потерять, когда отец с таким трудом всё это поднял с нуля.

— Но тебе хоть это направление нравится? — спрашиваю, наклоняясь чуть вперёд и прищуриваюсь.

— Да, — говорит уверенно, — архитектура — это моё.

— Это замечательно, — улыбаюсь ему.

— Ну а ты, Лина, расскажи, почему дизайн?

— Мне всегда нравилось рисовать. Когда стала постарше, шила своим куклам одежду, и, кстати, не плохо у меня получалось, — улыбаюсь. — В школе начала себе сама шить, несмотря на то, что были деньги на одежду. Хотелось что-то своё, не как у всех, — пожимаю плечами.

— Сейчас ты тоже в платье, которое сшила сама? — спрашивает Артём, пройдясь по мне взглядом.

— Нет, — смеюсь, — сейчас шить себе пока времени мне не хватает. Пока только придумываю новые дизайны и делаю презентации для университета.

После ужина мы пошли ещё прогуляться по парку. Уже было темно и на небе были хорошо видны звёзды. Остановившись, стали выискивать созвездия. Я обняла себя руками и погладила по плечам. Артём заметил, что я стала замерзать, подошёл сзади, укутывая в своих объятиях и поцеловал в шею. Мне было приятно, но ни одна мурашка не пробежалась по мне.

— Лина, в выходные мы с друзьями поедем на базу отдыха. Поехали с нами? Если хочешь, можешь взять подруг.

— Можно, — ответила я, — девочкам я тоже предложу.

— Тогда завтра скажи, сколько вас будет, чтобы я вам домики забронировал.

— Хорошо, — улыбаюсь.

Ну вот, не мужчина, а мечта. А внутри меня полный штиль.

Когда подъехали к дому, Ян с Мироном выходили из машины, припаркованной на территории дома, видимо, тоже только приехали. Заметив меня, они подошли к машине Артёма, которая остановилась у ворот.

— Привет, — сказал Ян и перевёл свой взгляд на Артёма.

— Привет. Артём. Друг Лины, — подходит к Яну и протягивает ему руку.

— Ян, брат Лины, — пожимает руку в ответ.

— Я пригласил Лину на свидание, вот привёз домой. В выходные позвал её на базу отдыха. Мы собираемся большой компанией.

— Не думал, что друзья ходят на свидания, — говорит Мир, когда подходит ближе. — Мирон, друг Лины, и на свидания я её не приглашаю, — протягивает руку для приветствия.

— Надеюсь в дальнейшем быть не просто другом, — отвечает Артём, улыбаясь мне и протягивая Мирону руку в ответ.

А я краснею от смущения, вот вечно Мир всех разводит на разговор, чтобы побольше узнать.

— Так вот, я хотел спросить, ты не против? — поворачивается Артём к Яну.

— Я не против, если Лина хочет, пусть едет с вами. Телефончик и адрес базы оставь, — смотрит на Артёма строгим взглядом.

— Я потом тебе всё оставлю, — вклиниваюсь в разговор, а то сейчас ещё Мир захочет отпечатки пальцев снять у Артёма и по базе проверить.

— Хорошо, — переводит взгляд на меня.

— Было приятно познакомиться, — говорит Ян и они с Мироном уходят в сторону дома.

— Ну чего ты так засмущалась, — обнимает меня Артём.

Смотрю на него и улыбаюсь. Он медленно наклоняется и, приблизившись к моим губам, произносит:

— Хочу тебя поцеловать.

Я сама накрываю его губы своими. Наши языки встречаются и начинают свой танец. Танец ритмичный, притягательный, но без огонька. Нет того самого фейерверка, которого я жду.

Или всё же уже дождалась?

— Уважаемые пассажиры, через несколько минут наш самолёт начнёт снижение и будет готов к посадке. Пристегните, пожалуйста, ремни безопасности, — прозвучал из динамика спокойный голос капитана.

Наконец-то. Одиннадцатичасовой перелёт даёт о себе знать. Всё тело ломит, хочется развалиться на своей кровати и уснуть.

— Пристегните ремень и поднимите спинку кресла, — говорит стюардесса, улыбаясь и проводя своей ладонью по моему плечу. Да, что уж, так невинно. Могла бы и сама меня пристегнуть.

Усмехаюсь.

Целый месяц я разгребал проблемы на объектах. Вот только стоит немного отвлечься, как все начинают филонить, включая управляющего. По-хорошему, надо найти нового, но на это реально не хватает времени. Уже даже пробегали мысли попросить помощи у отца, может, он кого порекомендует, но быстро её отгоняю. Если я хоть заикнусь, он начнёт меня продавливать на вливание моей фирмы в его и принимать руководство на себя.

— Уважаемые пассажиры, наш самолёт совершил посадку. Температура за бортом плюс 25 градусов, время 10 часов 20 минут. Командир корабля и экипаж прощаются с вами. Надеемся еще раз увидеть вас на борту нашего самолета. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании. Сейчас вам будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки.

Чуть погодя иду по трапу, прохожу паспортный контроль и иду к выходу. У аэропорта меня встречает Мирон. Стоит, прислонившись к машине, и с кем-то разговаривает по телефону.

— Да, всё верно. «Семь озёр», нужно проверить, наши они клиенты или нет. Если да, пришли мне по ним документы.

Сбрасывает звонок и смотрит на меня:

— Ты какой-то помятый и не добрый, что в самолёте стюардесса не сговорчивая попалась, — улыбается.

— Устал я, не до стюардесс мне.

— Это ты не устал, а стареешь, друг мой, — смеётся, — ты теперь смотри к молоденьким не подкатывай, а то вдруг не оправдаешь надежды юных особ.

— Придурок, — отодвигаю его в сторону и сажусь в машину. Мирон хохочет в голос и идёт к водительской двери.

Ему надо было идти в «Камеди Клаб», а не открывать своё охранное агентство.

— Как дела в агентстве? — сев в машину, спрашиваю у Мирона.

— Нормально. Появляются новые клиенты, а иногда новые проблемы, — хмыкает Мир и продолжает; — бывают такие придурки слепые, что иногда хочется им глаза раскрыть, — вроде злится, но на губах улыбка появляется. — Один клиент заключил с нами договор год назад, чтобы возили и охраняли его кралю. Она каждый месяц, а то и чаще, жалуется ему и просит поменять телохранителя. Я, естественно, давай выяснять, что происходит, где косячат мои ребята. Со всеми переговорил, косяков не нашёл и уже сам хотел выйти. А вчера я столкнулся с Белозёровым, нашим однокурсником, которого взял к себе на работу. Помнишь его?

— Кирилл?

— Да, он. Ну вот, он мне рассказал, что это мадам каждый месяц меняет члены, а не телохранителей, — хохочем в голос.

— До чего креативные женщины бывают, — говорю я, отсмеявшись.

— Ей надо приглашение прислать в закрытый клуб к Яну, чтобы мне статистику не портила.

— Ты уже оценил новое увлечение Яна? — поворачиваюсь к Мирону и пристально смотрю на него.

— Нет, — хмурит брови. — Меня не вставляет анонимность партнёра, хочу видеть эмоции, а не маску.

— Самое главное, чтобы его вставляло.

— Вставляет. Но боится, что Лина узнает и тоже захочет, — смеётся. — Гены, знаешь, штука непредсказуемая.

Отворачиваюсь к окну и сжимаю челюсти до боли в зубах.

Успеваем проскочить все пробки и достаточно быстро подъезжаем к моему дому. Поднимаемся в пентхаус и проходим в гостиную.

— Я пойду в душ схожу, а ты пока закажи поесть, — говорю Миру и иду на второй этаж.

— Хо-ро-шо, — отвечает по слогам и что-то внимательно смотрит в телефоне.

Войдя в комнату, бросаю сумку на кровать, раздеваюсь и иду в душ. Включаю тропический режим, и на меня начинают струиться теплые потоки воды.

Блаженство.

Голова постепенно проясняется, усталость отступает, и мысли, которые я весь месяц старался отогнать, установив для них шлагбаум, словно муравьи, начинают своё шествие по моим извилинам.

Опускаю взгляд вниз. Твою мать! Надо позвонить Насте или сходить в клуб или…… нет-нет, даже не смей думать в этом направлении.

Приняв душ спускаюсь в гостиную:

— Отлично, еду уже привезли, — сажусь и только поднёс вилку ко рту Мир говорит:

— Давай быстрее ешь. Надо по работе съездить, — что-то при этом листая в телефоне.

— А мне зачем с тобой ехать? — удивляюсь.

— За компанию и возьми вещи с собой: плавки, шорты и футболки.

— Не понял, тебе по работе надо или мы отдыхать едем?

— По работе, заодно отдохнём, — говорит он с ухмылкой.

— Хорошо, я не против. Надо Глебу и Яну позвонить, — Мир поднимает на меня взгляд.

— Не надо, — крутит головой, — точнее, я у них уже спрашивал. Они не могут, свои какие-то дела, — отмахивается.

— Да. Ну ладно тогда, — склоняюсь над тарелкой.

После завтрака собираемся и спускаемся на паркинг. Сев в машину, чувствую, что меня клонит в сон. В самолёте так и не получилось нормально поспать, а после хорошего и плотного завтрака вообще вырубает.

— Долго нам ехать? — спрашиваю Мира.

— Часа два, — заводит машину, и мы выруливаем с паркинга.

— Я тогда посплю, — беру с заднего сиденья подушку, подкладываю под голову с правой стороны и вырубаюсь.

Чувствую, что кто-то меня трясёт за плечо и зовёт:

— Эрик, просыпайся, я уже сделал все свои дела, пошли отдыхать.

Открываю глаза и не пойму, где мы находимся.

— Пойдём нам вот туда, — показывает пальцем.

Выхожу из машины, потягиваюсь и осматриваюсь по сторонам, застываю на месте. Пульс начинает свой разгон до максимума, кровь приливает к голове, а ладони начинают покалывать. Какого чёрта. Поворачиваюсь к Мирону и вижу, что он тоже смотрит в ту сторону. Я спрашиваю:

— Ты знал?

— Нет, — крутит головой из стороны в сторону, а в глазах, блядь, улыбка.

Пиздит.

Спускаемся с Соней вниз в гостиную, где на диване сидят Ян с Артёмом и Мирон, который что-то упорно ищет в ноутбуке.

— Вот обязательно надо было выезжать так рано, — ворчит Сонька, пока спускаемся по лестнице, — всего восемь утра.

— Артём сказал, что нам ехать два часа. Пока приедем и разместимся, уже обед будет, поэтому нужно выехать пораньше.

Ника и Мия в эти выходные работают, поэтому со мной на базу едет только Соня.

Заметив нас, Артём поднимается с дивана, подходит к нам, целует меня в щёку и забирает у нас сумки с одеждой.

— Пойду вещи в машину отнесу, подходите.

— Хорошо, — улыбаюсь ему.

— Телефон и адрес базы где? — спрашивает Ян, когда Артём выходит.

— СМС скину.

— Сейчас. Жду, — смотрит на меня строго.

Пффф, напугал.

— Хорошо, — достаю телефон и скидываю.

— Если что, звони. Приеду и разгоню весь балаган.

— Не переживай, такого балагана, как у вас, мы не устраиваем и партнёрами меняться не будем, — улыбаюсь и смотрю на Яна с Мироном.

Мирон приподнимает одну бровь, мол — это ты про что? А я ему в ответ посылаю взгляд — да-да, про то самое. И он переводит свой взгляд на Эрика.

— Она всё видела, — говорит Ян, потирая подбородок.

— И кто ещё в курсе? — смотрит на Соньку, а она делает вид, что ей не интересно, про что мы говорим.

— Никто, такое стыдно даже рассказывать.

— Рассказывать стыдно, а вот делать, очень даже приятно, — улыбается во все тридцать два зуба Мирон.

— Мир, заткнись, — шипит Ян.

— Молчу-молчу, — поднимает руки вверх.

— Мы поехали, — говорю я, закатывая глаза.

— Пока, — говорит Сонька, и мы выходим из дома.

Естественно, Соня всё слышала, и пока шли к машине стала задавать вопросы:

— Они что, партнёрами меняются во время секса? А ты от куда знаешь? Мирон тоже в этом участвовал?

— Сонь, ты точно хочешь это знать? — останавливаюсь и поворачиваюсь к ней.

Она прикусывает нижнюю губу и отводит взгляд в сторону дома, где на крыльце стоит Мирон и наблюдает за нами.

— Нет, — отвечает гордо, поднимая голову, разворачивается и идёт к машине.

Хорошее решение.

Хотя она и сама знает ответы на свои вопросы.

Садимся в машину к Артёму. Сонька сразу растягивается на заднем сидении и говорит, что будет спать и просит разбудить её только в пункте назначения. По дороге я тоже засыпаю, и Артём нас будит уже, когда приезжаем.

— Вот это красота!

Выхожу из машины и смотрю по сторонам. Домики расположены вокруг большого озера, а за ними также по кругу находится лес.

— Вон наши домики, — показывает рукой Артём.

На противоположном берегу стоят шесть домиков с большой беседкой, волейбольной площадкой и пирсом. Возле беседки уже собирается народ.

— Если пройти через лес, там ещё будет шесть небольших озёр с домиками. Но мы всегда бронируем эти. Озеро большое и не так тесно, когда всё забронировано. Сейчас ещё закажем надувную горку, нам её установят и будем прямо с неё скатываться в воду.

— Класс! — восклицает Соня.

— Пойдёмте зарегистрируемся, возьмём ключи и уже доедем до домиков на машине.

Нас заселили в уютный домик, где две спальни и небольшая гостиная, в каждой комнате стояли две кровати с тумбочками, а также имелись душ и туалет. В соседней комнате разместились Ната и Уля, с которыми нас познакомил Артём, когда помогал донести наши вещи. Артём заселился вместе с Ильёй в соседнем домике.

Разбираем вещи с Соней и сразу переодеваемся в купальники, а поверх натягиваем джинсовые шорты. Идём к беседке, где все активно разбирают пакеты с продуктами. Артём знакомит нас с остальными друзьями, и потом мы помогаем разобрать оставшиеся пакеты и подготовить всё к шашлыку.

— Вроде всё разобрали и подготовили, — говорит Ната, — можно идти купаться.

И в этот момент подбегает Илья с водным пистолетом и начинает всех обстреливать. Все выбегают из беседки, кто-то бежит к озеру, кто-то хватает водные пистолеты и начинает отстреливаться. И, видимо, так как мы с Соней новенькие, нам достаётся больше всех. Артём подбегает ко мне и пытается загородить меня своей спиной, укутывая в своих объятиях. Я заливисто смеюсь.

— Лина, у меня глюки? — хватает за руку меня Соня и трясёт.

Разворачиваюсь, и ритм моего сердца увеличивается в тысячу раз, дыхание сбивается, ноги становятся ватными. Одновременно ощущаю несколько эмоций: удивление, радость и злость.

Эрик и Мирон стоят через три домика и также застыв смотрят на нас.

Эрик поворачивается к Мирону и что-то ему говорит, тот крутит головой из стороны в сторону.

— Артём, там Стас приехал. Не один, — наше внимание привлекает Илья.

Чувствую, что Артём каменеет.

— Я сейчас, — выпускает меня из объятий и уходит.

Поворачиваюсь обратно в сторону Эрика и Мирона, но их уже нет. Видимо, они зашли в дом.

— Что они здесь делают? — спрашивает Сонька.

— Не знаю, — пожимаю плечами.

А у самой в голове сто вопросов. Они приехали вдвоём или с девушками? И почему именно сюда?

— А ещё мне интересно, что за девушка рядом с Артёмом? — отрывает меня Соня от задаваемых вопросов себе.

Поворачиваю теперь голову в сторону Артёма. Она точно у меня сегодня оторвётся.

Артём стоит в компании Стаса и красивой девушки лет восемнадцати, что-то ей говорит, я бы даже сказала рычит. Впервые его таким вижу.

— И мне интересно.

— Девчонки, пошли кататься, горку установили, — зовёт нас Илья.

Переглянувшись с Соней, стягиваем шорты и бежим к озеру. Позже к нам присоединяется Артём, злой и какой-то напряжённый. Всё время, что мы купаемся, он ни разу ко мне не прикоснулся, хотя всегда находил повод и момент. Зато следил за девушкой, которая приехала со Стасом. Только стоило Стасу прикоснуться к ней, у Артёма ладони сжимались в кулаки.

Интересно.

— Кто она? — подхожу к нему.

— Сестра, — отрывает взгляд от них.

— Сестра, — приподнимаю бровь, — поэтому ты на них реагируешь как бык на красную тряпку?

Артём долго смотрит мне в глаза. В которых явно читает, что не стоит мне врать.

— Сводная, — вздыхает. — Отец женился на женщине, а у неё дочь от предыдущего брака, — почёсывает бровь и смотрит в их сторону.

— И она тебе нравится, даже больше чем нравится, — смотрю внимательно на него.

— Лин, прости. Всё так нелепо получилось, — начинает оправдываться.

— Я вот не могу понять, зачем ты стал за мной ухаживать, если сума сходишь по другой?

— Она моя сестра и ей девятнадцать! — кладёт свои руки на пояс.

— Сводная! А совершеннолетие наступает в восемнадцать!

— Всё сложно, — опускает голову и водит ладонью по затылку.

Удивляюсь самой себе. Нет ни капли злости на Артёма.

Хотя, чего удивительного, сама же так и поступаю.

— Какие люди, давно не виделись, — подходят к нам Мирон и Эрик.

— Привет, — протягивает руку Эрик, Артём пожимает в ответ.

Эрик переводит на меня взгляд и говорит:

— Не замёрзла? — осматривая меня с ног до головы.

— Нет, на улице плюс 32, — удивлённо смотрю на него.

Он, смотрит сначала на мои губы, потом грудь, наклоняется и шепчет мне в ухо:

— А соски чего торчат или это ты так рада меня видеть?

Не успеваю ничего ответить, потому что слышу знакомые визги.

— А они что здесь делают, ещё и вместе? — говорю вслух, и все смотрят на Яна и Нику, которая обнимается с Соней, и они визжат от счастья.

Ника подлетает ко мне и виснет на шее.

— Привет. Меня отпустили с работы пораньше. Я хотела тебе позвонить, но Ян сказал, что знает, где находится база, и предложил подвезти.

— Подвезти два часа? — смотрю на Яна, а он делает вид, что не слышит меня.

— А вы что здесь делаете? — спрашивает Ян у Мирона и Эрика.

— Мне по работе надо было сюда, вот решили заодно отдохнуть.

— Мне чего не позвонили?

— Да, Мир, чего друзьям не позвонили? — спрашивает Эрик, повернувшись к Мирону и складывает руки на груди.

— Так мы не думали, что останемся, — отвечает он, а у Эрика брови вверх взлетают.

— Понятно. Вы домик сняли? — интересуется Ян.

— Да.

— Я тогда тоже останусь.

Ну отлично! Просто класс!

— А мне место найдётся? — спрашивает Ника у нас с Соней.

— Сдвинем кровати и ляжем втроём, — отвечает Соня.

— У нас домик с большой гостиной и там огромный угловой диван. Можете у нас переночевать, — предлагает Мирон, и все дружно переводят взгляд на него.

— О нет, — говорит Соня, — мало ли станем свидетелями какого-то беспредела. Моя тонкая натура не выдержит такого, — прикладывает руку к груди.

— Тонкая натура — это не про тебя, Соня, а вот беспредел — это твоё, — говорит ей Мирон.

— Мне до тебя ещё далеко. Я хотя бы…

— Сонь, — обрываю её и смотрю так, чтобы замолчала.

Артём понимает, что сейчас просто все разругаются и говорит:

— Так ладно, чего стоим. Пойдёмте натягивать сетку для волейбола. А вы присоединяйтесь к нам, позже шашлык будем жарить, — смотрит на парней.

— Отлично. Мы тоже закупились, пойду принесу, — отвечает Мир и уходит.

Остальные парни пошли на волейбольную площадку натягивать сетку.

— Пойдёмте позагораем, — говорит Соня.

— Ты Мие не звонила, у неё не получится после работы приехать к нам? — спрашиваю Нику, когда размещаемся на шезлонгах.

— Она сегодня после работы к своим едет. У них там собрание какое-то, — отвечает она, нанося крем для загара. — Сделку, наверное, будут заключать на её девственность.

— Господи, Ника, зачем ты так.

— Ну как так? Они хотят выдать её замуж, где основным условием является, что она должна быть девственницей, чтобы произошло слияние фирм, — опускает голову и зыркает на меня поверх очков.

— Хорошо, мой папа до такого не додумался, — говорит Сонька, переворачиваясь на живот.

— Как ещё разрешили ей перевестись на очное с домашнего обучения?

— Она им свои условия выдвинула. Вот и разрешили, — говорит Ника.

Открыв рот от удивления, смотрю на Нику. Мия и условия? Да это же ангелочек, который и слово поперёк не скажет.

— Желающие поиграть в волейбол, подходите, — говорит Артём в рупор.

Мирон забирает рупор у Артёма и уже спрашивает у нас:

— Соня, Лина, Ника, вы играете?

— Да, — отвечаем в один голос.

Поднимаемся с шезлонгов, надеваем шорты и идём к площадке.

— Я пойду футболки принесу, — говорит Соня и убегает к домику.

Подходим к ребятам, и я слышу:

— Вас шесть, поэтому Лину, Соню и Нику мы забираем себе, — говорит Эрик.

— Обычно мы тянем жребий, — говорю я, складывая руки под грудью.

Моё возмущение было написано на лице. Но Эрик сделает вид, что даже не замечает этого. Опускает свой взгляд на мою грудь и сквозь зубы произносит:

— Иди футболку надень.

Пока я хлопаю ртом от его приказного тона, подбегает Соня:

— Держи, — отдаёт мне футболку.

Мы всегда надеваем футболки перед игрой, не хотим, чтобы на нашу прыгающую грудь пялились.

Забираю футболку и перевожу взгляд на Эрика. Он стоит и показывает всем своим видом, что ждёт, пока я её надену, и я надеваю.

Хотя, так хотелось сделать назло и не надевать. Но здравый смысл победил.

Надев футболку, смотрю, как Эрик идёт к сетке и на ходу снимает, да, снимает свою футболку и бросает на траву.

— Очнись, — говорит Ника. — И хватит на него пялиться, а то все поймут, что ты по нему слюни пускаешь.

— Чего? — поворачиваюсь к ней.

— Ничего, у тебя вот здесь слюна стекает, — поднимает руку и вытирает невидимую слюну с уголка губ.

— Ника! — возмущаюсь, а она, смеясь, разворачивается и уходит в сторону площадки.

Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Соберись, Лина, давай. Ещё не хватало, чтобы Эрик это понял.

Игра началась.

Это было какое-то мучение. Эрик постоянно крутился возле меня. Пару раз мы с ним столкнулись, и я оказывалась на нём. Он подхватывал меня за талию и подбрасывал для хорошего удара. Один раз столкнулась с Мироном, и он повалился на меня и, конечно же, не смог удержаться и пошутил: «Я больше люблю, когда девушка сверху, но так тоже сойдёт». Потом Эрик дважды отбивал мяч так, что он прилетал в Мирона, и это всё уже было похоже не на игру, а на какой-то скрытый конфликт.

— Придурок. Не меня мочить надо, — смеясь, произносит Мир.

— Хватит уже, — рычит Ян, — Эрик, он вообще-то в нашей команде.

— Он что, сегодня ночью пар не спустил? Аж весь дымится, — говорю я с усмешкой.

— Сука, — не успев ничего сделать, я оказываюсь на плече Эрика.

— Видимо, придётся тебя утопить.

— Отпусти меня, — кричу я, брыкаясь.

— Отпущу, не переживай.

Поднимаю голову и вижу, что все стоят с широченными улыбками и смотрят, как Эрик меня уносит.

Опять.

Подходим к пирсу, и Эрик прыгает вместе со мной в воду. Вынырнув из воды, я даже не успеваю нормально набрать воздуха в лёгкие, как Эрик хватает меня за талию и тащит вниз. В панике начинаю его молотить кулаками. И когда понимаю, что воздуха мне не хватает, обхватываю его торс ногами и припадаю к его губам, чтобы взять немного воздуха. Эрик крепче прижимает меня к себе и с такой отдачей начинает делиться воздухом, что я начинаю забывать, где я сейчас нахожусь.

Вынырнув из воды, не можем оторвать глаз друг от друга. Эрик всё сильнее вжимает меня в свой раздутый пах, и так хочется об него потереться.

Мой пульс зашкаливает так, что сердце готово выскочить из груди. Эрик проводит своим большим пальцем по моей скуле к губам, и когда касается нижней, я прикусываю кончик фаланги. По его телу проходит дрожь, которая не остаётся не замеченной мной. Он прикрывает глаза, делает глубокий вдох, резко притягивает за затылок и целует.

Этот поцелуй страстный, выражает всю похоть происходящего. Вместе с этим поцелуем он совершает толчки в мою промежность, от которых мой комок желания нарастает всё больше и готов взорваться в любую секунду.

Его губы плавно переходят на мою шею, поцелуями находит пульсирующую венку на шее и прикусывает её, плавно обводит языком свой укус и поднимается выше. Забирает губами мою мочку и начинает посасывать её, а потом шепчет:

— Я хочу посмотреть, как ты кончаешь, — обхватывает со всей силой мои бёдра, прижимает сильнее к своему паху и начинает интенсивно приподнимать и опускать меня, задевая чувствительный бугорок. Откинув голову назад, взрываюсь на тысячу маленьких фейерверков.

Чувствую, как его член начинает пульсировать, я касаюсь губами его ключицы и веду языком до уха.

— Пиздец, — произносит Эрик сквозь зубы.

И ещё быстрее трётся об мою промежность и с рыком кончает, прижимаясь к моим губам.

Ещё пару минут приходим в себя, не размыкая объятий.

— Я хочу трахнуть тебя, Лина, по-настоящему, — говорит Эрик, смотря прямо мне в глаза.

И в этот момент над нашими головами слышим взволнованный голос Яна:

— Эрик, ты что, реально её утопил?

Мы как ошпаренные отскакиваем друг от друга.

Оглядевшись, я понимаю, что всё произошло под пирсом, и в воде нет никого, кроме нас.

Когда он успел нас под пирс утащить?

— Да, на дне ищи её, — с усмешкой говорит Эрик и поплыл к середине озера.

Выхожу на берег, и Ян спрашивает:

— Что произошло? — внимательно всматривается в мои глаза.

— Что произошло? Твой друг хотел меня утопить, всего лишь, — а вы все стояли в сторонке и наблюдали с широченными улыбками.

Нападение — самая лучшая защита.

— Вы оба хороши. Не можете промолчать и вечно друг друга задираете.

— Ну тогда зачем спрашиваешь, всё ли хорошо? — прорычала я и направилась в сторону наших шезлонгов.

Ника с Сонькой потягивают коктейли на шезлонгах. Артём с друзьями жарит шашлык. Видимо, все уже наигрались.

— Ну как поплавали? — спрашивает Ника с улыбкой.

— Отлично. На всю жизнь запомню, — беру полотенце и начинаю отжимать свои волосы, на них стараюсь не смотреть. Сто процентов лежат и улыбаются во все тридцать два зуба.

Первый оргазм с мужчиной в воде, когда полный пляж народу. Вот класс. Точно на всю жизнь запомню и буду краснеть при каждом воспоминании.

Надеваю наушники и ложусь загорать. И как ненормальная прогоняю в своей голове слова Эрика: «Я хочу трахнуть тебя, Лина».

Я ведь тоже этого хочу, и он единственный мужчина, который вызывает во мне бурю желания.

Единственное, я прекрасно понимаю, что хочу большего от него, а не просто секса.

Не удержался.

Это какое-то безумие.

Запретный плод всё-таки очень сладок.

Целый месяц трахал всех и по-всякому, спасало до того момента, пока не увидел её и всё, колом. А когда поцеловала, башку снесло к херам. И кончил в шорты, как шестнадцатилетний пацан.

Если бы она меня не хотела, я бы смог как-то свой член удержать в штанах, но она хочет. Загорается даже от моего взгляда, от прикосновений готова кончить.

Вот как её не трахнуть.

Ян меня убьёт.

После шашлыков, разжигаем костёр, и все усаживаются вокруг. Лина садится рядом с Артёмом и даже не смотрит в мою сторону. Вот зараза мелкая, всем видом показывает своё безразличие. Не удивлюсь, если теперь будет избегать меня и нос свой воротить.

— Ну что, красавицы, — говорит Илья и обнимает рядом сидящих Соню и Нику, — рассказать вам какую-нибудь страшилку на ночь? А если потом будет страшно, можете ко мне под бочок прийти.

— Давай рассказывай, а потом я расскажу, — говорит Соня, — ещё посмотрим, кто к кому под бочок придёт, — смеётся.

— Хорошо, — потирает ладони Илья, — слушайте.

— У одной девочки выпали все зубы, а потом вылезли все волосы из головы, и она стала страшной и лысой, к тому же она стала храпеть ужасным образом и драться палкой. Она пошла к доктору жаловаться, а злой доктор посмотрел на нее как на дуру и, поморщившись, сказал: — А чего ж ты хотела к своим девяноста семи годам!!!.… Старая!!

— И что здесь страшного? — удивленно спрашивает Соня.

— Как что, Сонь, — приобнял её, — вы все боитесь постареть и потерять свою красоту, чтобы этого не случилось, нужен сегодня хороший секс. Приглашаю всех желающих ко мне под бочок.

Мирон пробубнив себе под нос: «Ага, сейчас», встаёт и уходит.

— Понятно, — сбрасывает его руку с себя, — теперь моя очередь, — говорит Соня.

— Мне дедушка рассказывал одну страшилку про этот лес и говорил, что она из реальной истории, — все девчонки стали прижиматься к парням.

Усмехаюсь.

Илье нужно учиться у Соньки.

— Один человек заблудился в этом лесу. Он долго блуждал и, в конце концов, в сумерках натолкнулся на хижину у озера. Внутри никого не было, и он решил лечь спать. Но он долго не мог заснуть, потому что на стенах висели портреты каких-то людей, и ему казалось, что они зловеще смотрят на него. В конце концов он заснул от усталости. Утром его разбудил яркий солнечный свет. На стенах не было никаких картин. Это были окна.

Соня резко разворачивается к Лине и хватает её за ногу, та взвизгивает и жмётся к Артёму. А у меня кишки внутри узлом скручиваются от злости.

Ну спасибо, Соня.

Чуть позже приходит Мирон, довольный до жути, подцепил, что ли, кого-то. Садится рядом с нами и говорит:

— Молодёжь! Есть гитара у кого? — все переводят на него взгляд.

— Петь ты будешь? — спрашивает Блонди напротив нас.

— Я.

Мы с Яном переглядываемся.

Он никогда никому не играет и не поёт. Он берёт гитару в руки только тогда, когда мы его уговорим, а уговорить его можно только, когда он очень хорошо выпьет, а это бывает очень редко и только для нас четверых.

— Сейчас принесу, — подскакивает Блонди и бежит в сторону домиков.

— Ты перегрелся? — спрашиваю я.

— Или влюбился? — это уже Ян.

Потирает руки и подмигивает нам.

Ответа мы так и не услышали.

— Лина, Соня, вы забыли закрыть кран и всю комнату и гостиную затопило, — подбегает Блонди.

— Может, это вы забыли, — вскакивает с места Соня.

— Из вашей раковины течёт вода, а слив закрыт был вот этими трусами, — показывает всем красные кружевные трусики.

— Это мои, и они были в сумке, — выхватывает их Соня и прячет в карман шорт.

— Ну не я же их достала оттуда, — разводит руками Блонди.

Соня поворачивается к Лине и непонимающе смотрит.

— Так хватит ругаться, пошлите смотреть масштаб бедствия, — встаёт Мирон и идёт к домику.

Мы с Яном переглядываемся, и я читаю в нём тот же вопрос. Неужели это он всё провернул? Зачем?

Воды было по щиколотку, и полы начали вздуваться, пришлось вызывать администратора.

Оценив ущерб, он сказал, что домик не годен для проживания. И так как нет больше свободных мест, девочкам придётся разместиться у своих друзей, дополнительные кровати они предоставят.

— Так, Артём, ты тогда своих подружек размещай у себя. А мы Соню, Лину и Нику заберём к себе, они спокойно поместятся на диване в гостиной, — даёт указания Мир.

Я еле сдерживаю улыбку.

Лина стоит по середине комнаты и смотрит на нас по очереди, и когда её глаза останавливаются на мне, она прищуривается.

— Девочки, если хотите, вы можете разместиться на диване у новых знакомых, а мы переночуем с Ильёй и Артёмом, — говорит Соня.

— Я не против, — отвечает Илья, — Лина точно с Артёмом ляжет, а вот вы решайте, кто со мной, хотя и вдвоём можете, — улыбается во весь рот.

Вот только губу закатай, только хотел ответить, но меня опережает Ян:

— Нет. Они будут ночевать в нашем домике, — твёрдо и уверенно.

Лина краснеет от злости. И хочет что-то ответить Яну, но он осекает её взглядом.

Значит, со мной хапнула эмоций, а с Артёмом решила пар спустить, поэтому так разозлилась. Лютая злость пробирает до костей.

Вот дура. Она что, не видит, что он весь вечер пялится на другую.

— Хорошо, давайте мы поможем перенести ваши вещи, — говорит Артём, и даже ни один мускул не дёрнулся в разочаровании, что сегодня обломался его секс.

Странно.

Забрав вещи девчонок, заходим в наш домик, и Мир говорит:

— Так, девочки, занимайте комнаты, а мы ляжем на диване.

Вот хитрюга.

Удобнее было бы, если они легли на диване. Нам он будет коротковат, но так как выход на улицу через гостиную, спать на диване будем мы. Понимая это, мы с Яном поддерживаем идею уступить спальни.

— Лина, ты тогда занимай отдельную комнату, а мы с Никой в одной переночуем.

— Хорошо, — хмурится она.

— Давайте тогда и ложиться, уже поздно, — говорит Ника, потягиваясь.

Все её поддерживают.

Лежу, смотрю в потолок и прислушиваюсь к каждому шороху. Спать хочется, но мозг не засыпает. Постоянно прокручивает в голове идеи, как Лина может свинтить к своему парню.

Встаю и иду в туалет. Умываю лицо, шею и смотрю на себя в зеркало:

— Вот что ты творишь, придурок. Чтобы с завтрашнего дня держался от неё подальше, а лучше свали в Америку на полгодика. Точно, — закрываю кран и выхожу.

Прохожу мимо двери в комнату, где спит Ангелина — Ангел Лина. Всё моё сознание просто орёт: «Иди дальше и не останавливайся», но моё тело меня даже слушать не хочет, останавливается и тянется к ручке.

Хмыкнув, открываю дверь в комнату.

— Ты что здесь забыл? — шипит Лина, вскакивая в кровати, когда я захожу и закрываю дверь.

— Мне не удобно на диване. Тоже хочу выспаться, — иду к ней и ложусь рядом.

— Ты совсем охренел? — вижу, как глаза в темноте сверкают.

Поворачиваюсь набок и подминаю её под себя, закидывая одну ногу на неё.

— Спи и не брыкайся, а то прямо здесь трахну, — она тяжело вздыхает и затихает.

— Завтра всё обсудим, — говорю ей и целую в шею, по ней пробегает табун мурашек.

И не проходит и пяти минут, как я вырубаюсь.

Утром просыпаюсь раньше Лины и чувствую, как её попка жмётся к моему паху, а мой дружок рвётся в бой.

— Не сегодня, но обещаю тебе, что познакомлю вас, — шепчу я и усмехаюсь, ну точно двинулся, уже с членом разговариваю.

Встаю аккуратно, чтобы не разбудить её, и иду в душ.

После душа захожу в гостиную. Мирон стоит у плиты и готовит омлет.

— Доброе утро.

— Доброе, — отвечает он, — тоже проснулся свет ни заря?

— Да, открыл глаза и понял, что выспался на неделю вперёд.

— Хорошо на природе, чтобы восстановиться нужно не так много времени.

— Согласен, — прохожу к холодильнику и достаю овощи, оливки и буженину.

— Где Ян?

— Пошел девчонок будить. Ему сегодня в офис надо.

Нарезав овощи и буженину, раскладываю всё по тарелкам и несу на стол.

Из комнаты выходят девчонки, и следом из другой Лина и Ян.

— Всем доброе утро, — говорит Ника и идёт к столу.

— Доброе, — отвечаем ей.

Все остальные переглянулись и молча сели завтракать.

После завтрака собираемся и уезжаем. Мирон забрал Соньку и Нику, так как ему было по пути.

Я поехал с Яном, нужно было понять, чего от Лины дальше ждать. Примет ли моё предложение или нет.

Если согласится, ей придётся расстаться со своим мальчиком, и до тех пор, пока мой голод не будет утолён, она будет принадлежать лишь мне.

Не люблю делиться.

— Сейчас заедем к нам домой, мне нужно документы взять, заодно Лину отвезём, а потом тебя до дома подброшу, — говорит Ян, отрывая меня от мыслительного процесса.

— Хорошо, — отвечаю и поворачиваюсь в сторону окна.

Смотрю в боковое зеркало и вижу Лину. Она открыла окно, облокотилась головой о стойку и о чём-то думает.

Не удержавшись, медленно протягиваю правую руку в пространство между сиденьем и дверью, касаясь её щиколотки. Она вздрагивает от неожиданности и испуганно ударяет меня по руке.

— Лина, что такое? — смотрит Ян на Лину через зеркало заднего вида.

— Какой-то наглец решил проползти по моей ноге, и я испугалась.

Улыбаюсь.

Вот зараза мелкая.

За наглеца ещё ответишь мне. Узнаешь, каким наглым я могу быть в своих желаниях.

Зайдя в дом, Ян пошёл к себе, а Лина — на кухню.

Услышав, что что-то разбилось на кухне, я пошёл туда.

Остановившись в проёме, стал наблюдать, как Лина на четвереньках собирает осколки кружки.

Залипаю, представляя, как поставлю её в эту позу, намотав её длинные шикарные волосы на свой кулак, и буду вбиваться как молот в её влажную и разгорячённую киску.

Мой дружок начал оживать.

Блядь.

Уже и представить нельзя без последствий.

— Эрик, долго пялиться будешь? — спрашивает Лина, стоя в той же позе, только голову уже повернула ко мне.

А я не могу оторвать глаза от её задницы.

Лина встаёт на ноги и идёт выкидывать осколки, после чего разворачивается и вопросительно смотрит на меня.

Подхожу к ней в плотную и смотрю на её губы, которые будут потрясающе смотреться на моём члене. Её дыхание учащается, и она облизывает губы своим розовым язычком.

— Лина, предлагаю хорошо провести вместе время. По срокам сказать не могу, пока не приестся нам.

— Нам, — шепчет она и прикусывает нижнюю губу.

— Это будет просто секс! Никаких серьёзных отношений. Они мне не нужны.

Она задумывается и отводит глаза.

— Если ты не готова, не будем даже начинать, — говорю ей, а сам про себя её уговариваю.

Давай, соглашайся. Не о чем здесь думать. Тебе понравится, обещаю.

— Хорошо, я согласна, — переводит свой взгляд на меня.

Отлично.

— Сегодня в семь приедешь ко мне, — достаю из кармана телефон.

Смотрю на неё ещё раз внимательно и вижу в глазах лишь уверенность и желание.

Умница.

Нам будет очень хорошо.

— Диктуй свой номер телефона, — сохраняю его и перевожу взгляд на неё. — Позже скину адрес.

— Эрик, только никто не должен знать о формате наших отношений. В особенности Ян, — строго смотрит на меня.

Понимаю, она опасается, что я могу об этом рассказать Мирону и Глебу, а они проболтаются Яну.

— Не беспокойся. Никто не узнает, — разворачиваюсь и покидаю кухню.

— Поехали, — говорит Ян, спускаясь по лестнице.

По дороге домой пытался ещё раз себя убедить, что я поступаю неправильно. Ян мой лучший друг, если я это сделаю, предам его.

Но, блин.

Она тоже меня хочет — это взаимно.

Я честно ей всё озвучил, она согласилась. В конце концов, она совершеннолетняя и сама может принимать взвешенные решения.

От размышлений меня отрывает телефонный звонок.

— Да, — слушаю внимательно своего заместителя.

— Через час буду, — отбиваю звонок.

— Всё хорошо? — интересуется Ян.

— С договором накосячили, придётся в офис ехать, разгребать.

В офис приезжаю через час и залетаю в кабинет, где меня уже ждут Игорь Анатольевич и Настя.

— Эрик, это подстава, — говорит он, ходя из угла в угол.

— Успокойтесь, Игорь Анатольевич, — спокойно произносит Настя, — ничего страшного не случилось.

— Как это ничего страшного? У нас сроки.

— Сейчас всё исправим, — говорю я и беру в руки договор.

— Штрафы Эрик платить тебе, и они будут не маленькие, — говорит он. — Как так, такая фирма, так себя зарекомендовала и на таком облажаться, — продолжает причитать.

— Игорь Анатольевич, успокойтесь, сейчас всё исправим. Утром новенький договор будет у нас на столе.

— Надеюсь. Настя, проконтролируй, — уходит, хлопнув дверью.

— Эрик, я там внесла пометки, где нужно внести правки, — говорит Настя.

— Спасибо.

— Ты в последнее время сам не свой. Обычно сам лично проверяешь все договоры, перед тем как подписывать.

— Меня не было в стране. Решал другие проблемы. Как видишь, одни решил, а другие приобрёл, — усмехаюсь.

Ближе к ночи прибегает мой секретарь и приносит два экземпляра договора, который мы исправляли раз пять.

— Вроде всё хорошо, — говорит Настя.

— Да, — подписываю и смотрю на Свету, — скажи Шумко и Кисловой, чтобы завтра после обеда были у меня в кабинете.

— Хорошо.

— Можете все идти домой.

— До свидания, — говорит, закрывая за собой дверь.

Откидываюсь в кресле и прикрываю глаза.

— Ну и денёк.

Слышу, как Настя поднимается со стула и идёт в мою сторону.

Вздыхаю.

Красивая она и сексуальная.

Чувствую, как её ладони опускаются на мои плечи и начинают их массажировать.

— Кайф.

Плавными движениями ведёт свои ладони к вороту рубашки, который расстегнут на четыре пуговицы, и ныряет в вырез, поглаживает мою грудь и проводит по ней ноготками. Возбуждение проносится по телу мгновенно.

— Я соскучилась, — шепчет мне на ухо.

Хватаю её за запястье и тяну на себя. Она приземляется своей попкой на мой пах и впивается в мои губы.

— Вставай, Эрик, уже три часа дня. Ты чего дрыхнешь? Никто не может до тебя дозвониться, — будит меня Мирон.

— Зачем я тебе сказал код от двери? — бубню в подушку.

— Чтобы я радовал тебя своими визитами. Вставай, у меня дело к тебе.

— Какое, к чёрту, дело? — переворачиваюсь на спину. — Я до утра разбирался с делами в офисе, — тру лицо ладонями, чтобы взбодрить себя хотя бы не много.

Не помогает.

— Жду тебя внизу, — говорит Мирон, покидая комнату.

Встаю с кровати и направляюсь в душ: прохладные струи оживляют тело, и мозг начинает просыпаться, приводя мысли в порядок. Беру шампунь, намыливаю голову, и внезапно, как вспышка молнии, проносится мысль — сегодня надо заехать к Лине. Вчера, вспомнив, что забыл её предупредить, было уже слишком поздно для звонка. Отправил ей сообщение в мессенджере. Она была в сети и прочитала его сразу. Пока шёл к машине, следил за своим телефоном, ожидая её ответа, но так и не дождался.

Она точно сегодня мои яйца накрутит себе на кулак.

Чёрт.

Приняв душ, спускаюсь вниз, где Мир уже готовит на моей кухне.

— Садись давай, — ставит две тарелки с омлетом, овощами и кофе.

— Что за дело у тебя? — спрашиваю и приступаю к завтраку.

— Мне нужно, чтобы ты достал четыре приглашения на форум к твоему отцу, — опирается двумя руками о стол.

— Зачем? — смотрю на него.

— Мне надо туда попасть, — садится напротив и начинает поглощать свой омлет.

— Форум не по-твоему профилю. Зачем тебе надо туда попасть? — прищуриваю глаза и внимательно за ним наблюдаю.

Интересно.

— Меня старый знакомый отца попросил помочь в одном деле. Нужно нарыть компромат на одного чувака. Он будет на этом форуме, и это будет отличной возможностью с ним познакомиться, — поднимает на меня свой взгляд и почесывает одну бровь.

— А старый знакомый — это случайно не Сафронов?

— Он, — отвечает Мир, доедая свой омлет.

— И зачем ему компромат?

— У Сафронова общий бизнес со Стрелковым, и у них появились какие-то разногласия. Стрелков предлагает эти разногласия уладить женитьбой на его дочери.

— Ей двадцать, а Стрелкову лет сорок. В этом проблема?

— Дело не в возрасте. У него у самого с женой разница восемнадцать лет.

— А в чём тогда?

— Он не уверен, что дочка согласится на этот брак, и ему нужен обходной путь. Силой он её заставлять не будет.

— Может, и не нужно будет заставлять. Стрелков в отличной форме, очень серьёзный мужик. Возможно, она и согласится.

Мирон перестаёт жевать и переводит на меня свой взгляд:

— Она не согласится, — говорит сквозь зубы.

Откидываюсь на стул, складываю руки на груди и пристально наблюдаю за Мироном.

Он в бешенстве.

— Он ещё не в курсе, что ты его доченьку испортил?

— Эрик, — злобно произносит Мир. — Я не знал, что она его дочь.

— Ваши отцы дружат, и ты её ни разу не видел?

— Видел. Ей было лет тринадцать. Она была с брекетами и в круглых очках. И я не думал, что она так….так… похорошела.

— Понятно, — улыбаюсь. — Сегодня позвоню отцу.

— Спасибо, — встаёт и относит свою тарелку в раковину, — поехали в спортзал? — развернувшись ко мне, предлагает Мирон.

— Поехали, — поддерживаю идею.

В спорт зале не так много народу, поэтому мы спокойно переодеваемся и идём на беговые дорожки разминаться. Побегав минут сорок, приступили к силовым упражнениям.

Мирон отправляется укреплять мышцы спины, а я приступаю к выполнению упражнений на бицепсы.

— Привет, Эрик, — поворачиваю голову и вижу Ярославу.

— Привет.

— Давно тебя не было, — встаёт напротив меня и начинает делать разминку.

Ну как разминку, больше походит на демонстрацию своих прелестей.

— Улетал по работе.

— Может, сегодня вечером увидимся? — спрашивает она, усаживается рядом со мной поперёк лавочки. Раздвигает ноги и опирается руками, так что её грудь почти выскальзывает из топа.

Приехав домой после спортзала, заваливаюсь на кровать и пытаюсь убедить себя, что не нужно начинать такие отношения с Эриком, но всё моё нутро кричит мне, что хочет именно его.

Когда он мне предложил хорошо провести время и сказал, что это будет просто секс, я конечно расстроилась. В глубине души была у меня надежда, что он со мной захочет чего-то большего.

Вчера, когда он вспомнил обо мне лишь ночью, я убедилась ещё раз, что никакой надежды не может быть. Я для него лишь сексуальный объект от времени к времени.

Но….

Может всё-таки попробовать и в итоге он поменяет своё решение и захочет чего-то большего?

Вскакиваю на кровати.

Вдруг получится.

Хватаю телефон и звоню Соньке.

— Алло.

— Соня, не хочешь по магазинам прогуляться?

— Хочу, — радостно отвечает она.

— Через час встречаемся у Мола.

— Договорились.

Быстро собираюсь и вызываю такси. Сонька уже ждёт меня у торгового центра. Выхожу из такси и бегу к ней.

— Пошли? — хватаю её под руку.

— Что за порыв? Ты не особо любишь ходить по магазинам.

— Открыла сегодня ящик с нижнем бельём и поняла, что нужно обновить его.

— Ого, — задумывается она, — хорошо, пошли я знаю отличный магазин, — тянет меня за руку.

Перемеряв множество комплектов, я останавливаю свой выбор на трёх роскошных. Один из белоснежного кружева, другой — чёрный, из тонкого тюля с вышивкой, и третий — пленительный чёрный, состоящий из кружевного корсета, трусиков с разрезом и пояса с подвязками для чулок.

Фух.

Осталось набраться смелости и надеть третий комплект, который словно кричит: «Возьми меня, я вся твоя».

Улыбаюсь.

— Ну ты чего там застряла? Помочь с выбором? — спрашивает Сонька, которая разместилась на диванчике напротив примерочный.

— Нет, — выхожу и Сонька подскакивает с дивана и идёт ко мне.

— Какие решила взять? — показываю ей какие комплекты выбрала. — Класс! Отличный выбор.

— Надеюсь, — шепчу сама себе.

— А с корсетом для кого купила?

— Для себя, — отвечаю и поджимаю губы.

Как же стыдно обманывать подругу.

— А-а-а…я уж подумала, что для Эрика.

— Что? — разворачиваюсь к ней, а она стоит и улыбается.

— Лина, ты думаешь никто не замечает, что между вами искрит?

— Это ничего ещё не значит.

— Ага, поэтому ты побежала менять хлопковые трусики на кружевные?

Блин.

— Сонь, всё сложно. Ему не нужны серьёзные отношения.

— Но…., — смотрит на меня внимательно, — ты всё равно согласилась, как я понимаю по третьему комплекту.

Молчу секунд пятнадцать и решаюсь:

— Да, — она вскрикивает и зажимает рот рукой, — и, если честно, я боюсь потом захлебнуться в своих слезах.

— Лина, ты ему нравишься, а это уже не мало. Всё остальное в твоих руках. Дерзай.

— Думаю, просто нравиться мало ещё.

— Ой, это хоть что-то. Если бы я хоть немного нравилась Мирону, никогда бы не упустила свой шанс. Но, увы, — грустно усмехается.

— Сонь… — не успеваю договорить, как она берёт себя в руки и уже во всю сияет.

— Так ладно, не будем унывать. Пошли дальше. Я хочу себе новое платье.

Вот бы мне её оптимистичный настой.

Оплатив комплекты, мы разворачиваемся, чтобы уйти, и неожиданно сталкиваемся с Артёмом.

— Привет.

— Привет, — отвечаем ему.

— Решили обновить бельё? — улыбается.

— Ты тоже решил обновить кому-то бельё? — спрашивает его Сонька, прищурившись.

— Если честно да, — смущается, — поможете выбрать?

— Конечно, — улыбаюсь, потому что знаю даже кому.

Вчера, осознав, что Эрик меня продинамил, я позвонила Артёму с предложением прогуляться. Мы встретились в парке, откровенно обсудили всё и решили сохранить наши отношения на уровне дружбы.

— Мы вечером собираемся в клуб. Пойдёмте с нами? — предлагает Артём, когда выходим из магазина.

— Я не против, — отвечает Соня.

— Я тоже.

— За вами заехать?

— Нет, мы сами доберёмся.

— Ок. К часам десяти приезжайте.

Договорившись с Артёмом, мы заглядываем ещё в пару магазинов и едем домой, чтобы собраться. В нашем чате предлагаем Мии и Нике пойди с нами в клуб. Мия соглашается, а Ника, сославшись на дела, отказывается.

Переглядываемся с Сонькой.

— Так поздно? Ночевать где она будет? — спрашиваю Соньку.

— Раз не пишет, что останется у нас. Значит у какого другого будет ночевать, — улыбается и задумывается.

Всегда, когда мы идём в клуб, девочки остаются ночевать у меня или у Сони, так как общежитие закрывается в одиннадцать.

— Оставайся сегодня тоже у меня, — предлагает Сонька, когда выходит из такси.

— Хорошо.

Приехав домой, быстро собираюсь и спускаюсь в гостиную.

А вот и все в сборе.

И чего грустят?

— Ян, я в куб. Ночевать останусь у Сони, — говорю, остановившись на последней ступеньке.

Все четверо проходятся по мне взглядом. Ян и Эрик смотрят на меня так словно я раздетая перед ними стою, только взгляды говорят о разном. Хотя одета я в белые зауженные джинсы, черная майка, черные босоножки, увитые ремешками на высоком каблуке, и кожаная куртка в руках. Волосы собраны в высокий хвост.

Глеб усмехается и говорит:

— Забыла сказать, что ещё и Артём с вами будет ночевать.

— Не будет, — не понимающе смотрю не него.

— Ага, поэтому вы сегодня с Соней в магазине нижнего белья примиряли на себе комплекты и показывали Артёму?

— Что они делали? — переспрашивает Мирон, вставая с дивана.

— Слушайте, это вообще не ваше дело, что мы делали и с кем. И я не собираюсь оправдываться. Всем понятно? — обвожу всех взбешенным взглядом.

Такое чувство, что у меня не один брат, а целых три.

— Тихо… я просто сопоставил сказанное тобой и увиденное мной, — говорит Глеб, выставляя руки вперёд.

— Смотреть лучше надо было! Мы всего лишь прикладывали их к себе, — шиплю на него и прикладываю кожанку к груди, показывая этим, как мы делали.

Эрик сверлит меня взбешенным взглядом и в глазах читается, что мне не поздоровится.

— Пффф, — закатываю глаза и отворачиваюсь от него.

— Мы тоже в клуб собирались, поехали подкинем тебя, — говорит Мир и идёт к входной двери.

— Разве? — спрашивает Глеб.

— Да. Ты чем слушаешь? Опять залип в своём телефоне? — говорит Мир с наездом.

— Я в общего-то тоже не слышал, — это уже Ян.

— А ты видимо о другом клубе думал, — смотрит на него. — Ты с нами?

Какой другой клуб, о чем это они?

— Нет, — отвечает Ян, — у меня другие планы.

— Поехали тогда, — говорит Мир и выходит.

В машине у Мирона мы с Эриком усаживаемся на заднее сидение. Отворачиваюсь к окну, показывая всем видом, что не намерена с ними разговаривать. Чувствую, как моё лицо прожигают, щёки начинают пылать, во рту всё пересыхает, и я на автомате облизываю свои губы. Не осознано начинаю ёрзать на сиденье. Становится невыносимо жарко. Убираю кожанку с колен и кладу её, между нами, руку оставляю на куртке.

Да что он всё смотрит на меня.

Специально что ли.

Ощущаю, как горячая ладонь Эрика опускается на мою руку и сжимает её, после чего переплетает наши пальцы и начинает поглаживать большим мою внутреннею страну ладони.

От его прикосновений по мне пробегает табун мурашек, тело полыхает огнём, а внизу живота начинает сладко потягивать.

Чёрт.

Он только прикоснулся, что же будет потом.

Я сгорю?

Подъехав к клубу, выходим из машины и идём внутрь. У входа Эрик приобнимает меня за талию и подводит к администратору. Говорит ей, что у меня всегда свободный вход и ещё у трёх девушек, которых я позже сама представлю.

— Спасибо, — говорю я, повернувшись к нему.

— Будь хорошей девочкой, — шепчет на ухо Эрик и уходит на второй этаж.

Ага, буду. Но. Не сегодня.

Нахожу Артёма с друзьями за столиком у танцпола. Соня с Мией тоже уже приехали.

— Почему так долго? Машин свободных не было? — спрашивает Сонька.

— Нет, — отмахиваюсь, — меня Мир подвез.

— Он тоже здесь? — недовольно спрашивает Соня.

— Да, с Глебом и Эриком.

— Сегодня же не суббота, — фыркает она.

— Забей, Сонь, давай веселиться, — улыбаюсь ей.

— Сегодня в клубе час караоке. Я нас записала, — говорит Сонька.

— Я пас, — отвечает Мия.

Сонька хмурится на ответ Мии и переводит свой взгляд на меня.

— Лина, только не говори, что ты тоже. Я знаю, что ты хорошо поёшь, — говорит Сонька, складывая руки в умоляющем жесте.

— И какая песня?

— Плохая девочка, — улыбается Соня.

— Соня… ничего другого не было?

— Я хочу на это посмотреть, — говорит Илья.

— Если мы с тобой заведём толпу, у нас будет месяц бесплатного посещения этого клуба, — с гордостью говорит Сонька.

— Он и так для нас с этого дня бесплатный и всё включено. Эрик только что администратору это сказал.

— Вау, — восклицают Мия и Соня в один голос.

— Ну тогда просто утрём нос соперницам, — говорит Сонька и потирает свои ладошки друг о друга.

Боже.

— Пойдём потанцуем? — предлагает Артём, когда включают медленную композицию.

— Пойдём, — соглашаюсь я. Обняв меня за талию, он ведёт меня на танцпол.

С каждым движением он прижимается ко мне всё плотнее, и его руки начинают поглаживать мою спину.

— Артём, — смотрю на него непонимающе.

— Эрик с нас глаз не сводит, предлагаю его немного позлить, — говорит он, наклонившись к моему уху.

Вскинув взгляд вверх, вижу Эрика. Он, опершись двумя руками на перила, наблюдает за нами. Когда наши взгляды встречаются, ритм моего сердца и дыхание начинают сбиваться. Во рту всё пересыхает, и я опять на автомате облизываю свои губы. Эрик растягивает губы в самодовольной улыбке и подмигивает мне, мол, «танцуешь с ним, а хочешь всё равно меня».

— Ну что, готовы петь? А танцевать будем? — гремит голос ведущего на весь клуб.

И в этот момент к нам подбегает Сонька.

— Мы последние. Специально так записалась. Всё равно все эти курицы лучше нас не споют, и чтобы всем не портить вечер, я самый смак оставила напоследок, — серьёзно говорит Сонька.

Рассмеявшись в голос, обнимаю Соньку и говорю ей:

— Обожаю тебя, и мне бы твою уверенность в себе.

С каждым выступлением я заглатывала свои коктейли так, будто это был яблочный сок для деток с шести месяцев.

Прошло уже сорок минут, как мы приехали домой к Соньке.

Приняв душ, ложимся спать. Подмяв под себя одеяло, начинаю проваливаться в сон.

Слышу, как на столике вибрирует мой телефон, протягиваю руку и смотрю на экран — сообщение от незнакомого абонента: «Адрес».

Улыбка растягивается до ушей.

Спать перехотелось мгновенно.

Отправляю адрес, и ответ приходит тут же: «Буду через 20 минут. На улицу не выходи, пока не приеду. Напишу».

Вскакиваю с дивана и начинаю метаться по комнате.

— Что случилось? — спрашивает Соня, отрывая голову от подушки.

— Я…. Мне…надо… — смотрю на девчонок, лежащих на кровати, и не знаю, что сказать.

— Всё ясно, — улыбаются они, — замок закрывается автоматически, но всё равно проверь, что дверь закрылась, — зевает Соня и укладывается обратно на подушку.

— Хорошо.

Бегу в ванную и смотрю на себя в зеркало. Косметику смыла, ну ничего, так тоже неплохо. Взбиваю волосы руками и одеваюсь.

Сердце бешено колотится от предвкушения.

В коридоре застёгиваю свои босоножки, и на тумбочке вибрирует телефон — сообщение «Выходи».

Вылетаю пулей из квартиры, не забыв проверить дверь, и иду к лифту. Спустившись в низ, выбегаю из лифта и торможу у железной двери.

Делаю два глубоких вдоха.

— У вас всё в порядке? — спрашивает консьерж и с подозрением смотрит на меня.

— Да. Всё хорошо, — улыбаюсь ему и открываю дверь.

Эрик стоит, облокотившись о заднее крыло машины, засунув одну руку в карман, а другой листает что-то в телефоне. Услышав стук моих каблуков, он поднимает свой взгляд на меня, и мы вдвоём расплываемся в улыбках.

Убирает телефон в карман и распрямляется. Подхожу к нему, он обхватывает мою талию и притягивает к себе. Обвиваю руками его шею и пальчиками забираюсь под футболку.

— У тебя есть минута, чтобы ещё раз хорошо подумать, — шепчет мне в губы и сразу целует.

Страстно, жадно и всё теснее жмётся ко мне.

— Так не честно, ты меня отвлекаешь, — говорю ему, отстраняясь.

— Подумала? — приподнимает одну бровь. — Поехали.

Вот хитрюга.

Открывает заднюю дверь такси, пропуская меня вперёд, и садится рядом. Когда машина трогается, усаживает меня к себе на колени и притягивает моё лицо к своему, забирает в плен мои губы. Целует мягко и ласково. Его рука скользит по моей внутренней части бедра, и когда подбирается к промежности, сжимает её ладонью. По телу пробегает табун мурашек, и, не сдержавшись, я прикусываю его за нижнюю губу. Он с глубоким рыком углубляет поцелуй, ещё сильнее сжимает ладонь.

— Эрик, хватит, мы не одни, — шепчу ему на ухо.

— Ему всё равно, чем мы занимаемся.

— А мне нет, — смотрю на него грозно.

Усмехнувшись, словно сам себе не веря, пересаживает меня со своих колен на сиденье. Приобнимает за плечи, мягко притягивает к себе и целует в висок.

Через двадцать минут подъезжаем к элитной высотке.

Эрик выходит из машины и протягивает мне руку. Я подаю свою и выбираюсь из машины, он, не выпуская моей руки, ведёт к подъезду.

Зайдя в лифт, он набирает код и прижимает меня к стене, обхватив двумя ладонями моё лицо, впивается в мои губы.

— Вкусная, — шепчет, отрываясь на мгновение.

В голове хаос, сердце выбивает бешеный ритм, но я отвечаю ему с таким же порывом, как будто мы вот-вот готовы проглотить друг друга.

Отстраняется только тогда, когда лифт останавливается и открывает свои створки, пропуская нас прямо в его квартиру.

Из лифта мы сразу попадаем в огромную гостиную, где по левую руку кабинет, дверь которого открыта настежь, и лестница на второй этаж. По правую руку стол обеденный и небольшая кухня. Посредине стоят два дивана напротив друг друга, и между ними столик. И всё это заканчивается большими панорамными окнами, из которых открывается великолепный вид на город.

— Красиво, — говорю я, повернув к нему голову. Иду к окну.

— Я только из-за вида купил эту квартиру.

Эрик подходит ко мне со спины, обнимает за талию и целует в шею. Прикрываю глаза, когда по мне пробегает волна возбуждения. Он плавно опускает свои руки на мои бёдра и прижимает меня ещё сильнее к своему паху. Чувствую его возбуждение и начинаю тереться своей попой.

— Я тебя хочу, — говорит Эрик.

— И я….тебя хочу — шепчу.

Подхватывает меня на руки и несёт к лестнице, которая ведёт на второй этаж.

Заносит в спальню и укладывает на кровать, сам нависает сверху.

— Готовься. Буду до утра тебя трахать, — и, схватив за шею, примыкает к моим губам и жёстко целует.

— Эрик, подожди, — пытаюсь отстраниться и отползти, — мне нужно тебе кое-что сказать, — а он словно не слышит меня. — Эрик, я девственница!

Замирает.

Отстраняется, вытягивается на своих руках и смотрит мне в глаза.

— Ты же пошутила?

— Нет, — кручу головой.

— Чёрт, — встаёт с кровати.

Задумывается.

Я поднимаюсь и усаживаюсь на кровати. Он трёт свой подбородок и внимательно смотрит на меня.

— Это проблема?

— Ты уверена, что хочешь лишиться девственности вот в таких отношениях?

— Если бы я не была уверена, меня бы здесь не было. Логично? — встаю и подхожу к нему. — Просто ты так набросился, и я немного испугалась, что это слишком для первого раза, и побоялась, что ты меня…

— Я понял, — перебивает меня.

Хватаюсь за край его футболки и стягиваю её с него.

Он совершенен.

Во рту собирается слюна, и я её сглатываю.

Провожу нежно кончиками пальцев по его груди к торсу.

Эрик делает глубокий вдох, и когда я осыпаю его грудь поцелуями, он со свистом выпускает воздух.

Его ладонь касается моей шеи, скользит по ключице к ложбинке. Дыхание моё учащается, губы приоткрываются, и он, обвив мою шею, с жадностью впивается в мои губы. Я отвечаю ему с таким же пламенным порывом.

Он отстраняется, снимает с меня майку и проводит большими пальцами вдоль белого кружева моего бюстгальтера.

Я замираю.

Делая глубокий вдох.

Фейерверки наслаждения вспыхивают по всему телу, начиная от кончиков ушей и заканчивая пальцами на ногах. В голове все извилины оглушительно стонут. В ушах раздается ритмичный стук.

— Грудь шикарная, сочная, всё как я люблю, — говорит он.

Расстёгивает пуговицу на брюках, плавно стягивает их вниз по ногам, отбрасывая их в сторону. Приподнимает правую ногу и отводит её в сторону. Покрывает поцелуями внутреннюю сторону бедра. Два пальца скользят по ткани трусиков, проверяя отклик моего желания, от чего я вздрагиваю, словно пробита током, и вцепляюсь в его плечи. Поцеловав живот, он медленно встаёт, освобождая себя от ремня, джинсов и боксёров.

— Ложись, — говорит он, осевшим голосом от возбуждения.

Растягиваюсь поперёк большой кровати и смотрю, как он размещается между моих ног. Снимает с меня бюстгальтер, при этом оглаживает большими пальцами заострившиеся соски. Опускается и забирает в рот один сосок и, прикусив, начинает зализывать; с другим делает тоже самое.

Тяжело дышу и ёрзаю на кровати от нетерпения. Ещё чуть-чуть, и моё сердце остановится.

Опускается ниже, проводит языком вокруг пупка, я вздрагиваю и по инерции развожу ноги шире. Он растягивает губы в довольной улыбке. Хватается за мои трусики, стягивает их и залипает.

— Тату? — оглаживает пальцем моё тату в области паха.

— Не нравится? — спрашиваю, приподнимаясь на локтях.

— Нравится, — улыбается, — это тату полностью символизирует тебя, — опускается и целует мой рисунок.

Я откидываюсь назад и закидываю руки за голову.

Он разводит мои ноги шире, обхватывает губами мой клитор и начинает посасывать и играть языком. Затем протягивает руку и обхватывает мою грудь, зажимая между пальцев сосок. Я вскрикиваю, ощущая, как волна оргазма стремительно накрывает меня.

Эрик опускается на локти возле меня и начинает страстно целовать. Протягивает руку между нами, обхватывает свой член рукой и, немного отстранившись входит на всю длину.

— Ай, — утыкаюсь в его плечо.

Замирает.

— Тихо, — начинает зацеловывать мою шею, — расслабься, сейчас боль утихнет.

Тянется к моим губам и начинает играть с моим языком, рукой обхватывает мою грудь и, опустив голову, подхватывает мой сосок в рот и теребит его.

— Лина, я сейчас сорвусь, — рычит он.

— Мне уже не так больно, — начинаю сама потихоньку двигаться.

Он понимает мой посыл и делает более размашистые толчки, пытаясь найти более приятный угол для меня.

— Какая же ты узкая, терпеть нет сил, — шепчет мне и приникает к моей шее, прикусывая её. Я выгибаюсь всем телом, когда по мне пробегает волна оргазма.

Сделав ещё несколько глубоких толчка, Эрик вынимает свой член и кончает мне на живот, опускается и нежно целует меня в губы.

Резко поднимаюсь на кровати и осматриваюсь.

Эрик спит рядом на животе, и осознание того, что это реальность, а не сон, вызывает улыбку.

Вместе со мной просыпаются и эмоции: счастье, смущение и страх, который я быстро отгоняю. Не хочу думать, что это может быть всё временным.

Наклоняюсь и аккуратно целую его между лопатками, он поворачивает голову в мою сторону, улыбнувшись, опять погружается в сон.

Беру телефон.

Уже почти двенадцать часов и пять пропущенных от Яна.

Вот черт.

Потихоньку поднимаюсь, нахожу свои вещи и иду в душ.

Выхожу из ванной уже собранная. Стою и думаю, будить мне его или нет.

Не буду, пусть спит.

Вызываю такси и спускаюсь в гостиную. В лифте нажимаю на первый этаж, и он начинает движение.

Фух.

Код, видимо, нужен только чтобы попасть в квартиру, а выход свободный.

Из такси звоню Соне.

— Привет. Ян звонил. Я сказала, что ты спишь ещё, а твой телефон на беззвучном стоит, — не успеваю ничего сказать, тараторит Сонька в трубку.

— Привет и спасибо.

— Давай приезжай.

— Нет, Сонь, поеду домой. Хоть Яну покажусь.

— Ла-а-дно, но ты же знаешь, я любопытная.

Смеюсь.

— Знаю, но подробностей не будет.

— Ладно, — вздыхает, — пока, вредина.

— Пока.

Зайдя в дом, нахожу Яна в гостиной. Листает какие-то документы и пьёт кофе.

— Как погуляла? — спрашивает, не отрывая глаз от бумаг.

— Хорошо, — сажусь рядом с ним.

— А ты куда вчера поехал так поздно?

— По работе надо было съездить. Новый бизнес развиваю.

— Ночью? — удивляюсь.

— Да, всё в том же направлении, — улыбается.

— Интересно, когда закончу институт. Буду у тебя работать дизайнером членов или вагин? — интересуюсь у него вполне серьёзно.

От моего вопроса он аж кофе поперхнулся.

— Нет, конечно, — откашлявшись отвечает, — я помогу тебе открыть свою фирму по дизайну. Чего именно, выберешь сама.

— Правда? — подскакиваю с дивана, — Спасибо, Ян, — сажусь обратно и расцеловываю брата.

— А я уж думала, придётся продолжать династию отца, — говорю с облегчением, откидываюсь на спинку дивана.

— Не переживай, сестренка, этим займусь я, — смеясь говорит Ян и треплет меня по голове. — Чем сегодня планируешь заняться?

— Не знаю, дома посижу. Фильм какой-нибудь посмотрю.

— А поехали на мотоцикле покатаемся? — улыбаясь, спрашивает Ян.

— Поехали, — радостно отвечаю я, — побежала собираться.

Пока ехали до мотодрома, всё смотрела на телефон и ждала хотя бы сообщение от Эрика: «Ты где?» или «Как себя чувствуешь?», что-то вроде этого.

Неужели до сих пор спит? Прошло уже два часа, как я уехала от него. Вряд ли.

А может, нужно было остаться? Или хотя бы разбудить его?

Боже, хватит себя мучить, как сделала, так и сделала.

За окном виднеется огромная территория мотодрома и все мысли мгновенно улетучиваются.

Пока шли до раздевалок, Ян провёл мне экскурсию и рассказал всё о безопасном вождении на мотоциклах.

— Твой шкафчик под номером семь, в нём защитный костюм и шлем.

— Ты когда успел купить? — округляю глаза.

— В тот же день, когда пообещал тебя научить.

— Спасибо, — висну на его шее.

— Бегом переодеваться.

Классно.

Быстренько переодеваюсь и выхожу на улицу к Яну, который уже стоит у мотоцикла с… Эриком и парнем моего возраста.

Шаг сбивается.

Блин.

Как мне себя вести?

Вчера казалось, всё намного проще будет.

Вот чёрт.

— Вау, это что за куколка? — говорит парень.

Ян с Эриком поворачиваются.

Эрик резко поджимает губы, осматривает меня с ног до головы и на лице пробегает злость, но он быстро берёт себя в руки.

И чего злится?

— Я Кир, — представляется парень, пока я иду к ним. — Хочешь, прокачу тебя на своём мотоцикле и не только на нём? — облизывает свои губы.

— Она, вообще-то, моя сестра, — говорит Ян, улыбаясь, — и за неё я оторву яйца.

Улыбка быстро исчезает, и Ян становится строгим старшим братом.

Машинально смотрю на Эрика, а он усмехается.

Наверно представил, как Ян проделывает это с ним.

— Привет, — подхожу к ним.

— Привет, — отвечает Эрик и пристально смотрит мне в глаза.

Его глаза притягивают мой взгляд, как магниты, от которых невозможно самостоятельно оторваться, и в голове проносятся картинки прошлой ночи, от чего мои щёки начинают гореть.

Вздрагиваю, когда у Яна звонит телефон, и перевожу свой взгляд на Яна.

— Да, — отвечает он на телефон.

Внимательно слушает и хмурится.

— Вы без меня хоть что-то можете? — рычит Ян. — Скоро буду, — отбивает звонок.

— Идти обратно и переодеваться? — расстраиваюсь.

— Прости, но в клубе проблемы появились. Надо ехать.

— Давай я покатаюсь с ней? — предлагает Эрик. — Если, конечно, Лина не против. Поворачивается ко мне и приподнимает одну бровь, давая понять, что ждёт ответа от меня.

— Не против, — улыбаюсь ему.

— Хорошо, — отвечает Ян, — только аккуратно. За рулём она ещё не сидела, — предупреждает Эрика.

— Понял. Пойду переоденусь, — уходит с Яном в раздевалку.

— У раздевалок есть диваны. Можешь там подождать, — говорит Кирилл.

— Да, я видела. Спасибо, — разворачиваюсь, захожу в здание и иду к диванам.

Сажусь и беру журнал.

Из раздевалки выбегает Ян и на ходу прощается.

— Лина, верно? — спрашивает Кир, подсаживаясь ко мне в плотную и кладёт свою руку на спинку дивана за мной.

— Всё верно, — продолжаю листать журнал и делать вид, что мне интересно.

— Парень есть?

— Парня нет, — отвечаю я, усмехаясь.

— Отлично, — придвигается ещё плотнее.

— Съебался, — слышу злобный рык за спиной.

Кирилл подскакивает с дивана и поворачивается к Эрику, выставляя руки вперёд в защитной реакции.

— Понял, не дурак, — и уходит.

Пока Эрик сверлил взглядом уходящего Кирилла, я встаю с дивана и поворачиваюсь к нему:

— Переоделся. Пошли.

Эрик переводит на меня взгляд и пристально всматривается в мои глаза.

Чего он хочет там увидеть?

— Вот мне интересно, — кладёт руки на пояс, — ты обрадовалась, что я буду тебя учить, или тому, что не зря приехала? — склоняет голову набок.

Ого.

От него что, утром никогда не сбегали девушки?

Я задела его самооценку? Или это что-то другое?

Поджимаю свои губы, чтобы скрыть улыбку.

— А какой ответ ты хочешь услышать? — повторяю за ним движение головы.

— Зараза мелкая, — усмехается он. — Пошли.

Подойдя к мотоциклу, Эрик садится на него и смотрит на меня.

— Ездила с Яном?

— Ездила.

— Спереди или сзади?

— А можно и спереди? — удивляюсь.

— Понятно, — вздыхает. — Садись, — отодвигается и хлопает по сидению перед собой, — шлем пока не надевай.

Я аккуратно перекидываю ногу, чтобы не задеть Эрика, и усаживаюсь. Он резким движением притягивает мои бёдра к своему паху и проводит руками по бёдрам до коленок и обратно.

— Трусиха. Чего сбежала утром? — шепчет на ухо и целует мочку.

По мне пробегает волна возбуждения и чувствую, как мои соски упираются в защитный костюм.

— Я не сбегала, просто не хотела тебя будить, — отвечаю сбивчивым голосом.

— Как мои ангелочки поживают? — проводит ладонью в области паха, где у меня набита тату, и целует в шею.

— Вполне терпимо, — перехватываю его руку.

Его пах становился всё больше, а дыхание сбивается, от чего моё возбуждение становилось ещё больше

Я что теперь постоянно буду на него так реагировать?

— Может, уже делом займёмся? — не сразу понимаю, что мой вопрос был двусмысленным.

Эрик утыкается в мой затылок, и чувствую, как улыбается.

— С удовольствием, но тебе пока нельзя. Так что давай я пока познакомлю тебя с мотоциклом.

Эрик начал рассказывать мне, как ездить на мотоцикле, объяснил, что первое и самое важное — это умение держать баланс, что это похоже на балансирование на грани между свободой и контролем. Нужно доверять своему телу и чувствовать каждое движение машины под собой. «Не бойся скорости, — сказал он, — бойся потери контроля».

Положив мои руки на руль и сверху свои, он стал показывать, как мягко тронуться с места, правильно переключать передачи и как тормозить без резких движений, чтобы не потерять равновесие.

После этого он предложил попробовать проехать небольшой отрезок дороги. Это стало настоящим испытанием, но уже не таким страшным, как казалось в начале, и я получила незабываемые эмоции.

— Ну как? — спрашивает Эрик, когда идём переодеваться.

— Это круто. Так…так…захватывает и возбуждает, — подпрыгиваю на месте.

— Круче, чем секс? — лукаво улыбается.

— Надо подумать, — прикусываю нижнюю губу и поднимаю глаза к небу, — если честно, я ещё не поняла, что лучше.

Эрик, смотрит по сторонам, ловит мою руку и притягивает к себе. Смотрит на мои губы и говорит:

— Хороший секс намного круче любых аттракционов и мотоциклов.

— Ну не знаю, на аттракционе я чуть не задохнулась от адреналина, — облизываю свои губы.

— Зараза, — и впивается в мои губы.

Целует нежно, проталкивает свой язык и находит мой. Поиграв немного с ним, разрывает поцелуй.

— Через пару дней прокачу тебя на своём аттракционе, и тогда точно ни с чем другим сравнить не сможешь.

Заходим с Никой на кухню, где уже сидят Ян, Мирон, Глеб и…. Эрик. У всех четверых какие-то бумаги в руках, и очень внимательно их изучают.

— Доброе утро, — говорим с Никой.

Ника вчера приехала вместе с Яном. Они допоздна были в офисе, и она не успела в общагу. Вот он и предложил ей остаться у нас.

— Доброе. Чего так рано? — спрашивает Ян, не отрывая взгляда от бумаг.

— Выспались уже, — пожимаю плечами. — А у вас что за собрание ранним утром?

— А чего такая хмурая тогда, раз выспалась? — спрашивает Мирон и собирает на столе документы, которые они все так тщательно изучали.

Ян поднимает на меня глаза и всматривается в моё лицо.

— Нормальная, — говорю я, подходя к столу, беру оливку и кидаю себе в рот.

— В сковородке омлет, давайте кладите себе и нормально позавтракайте, — ворчит Ян.

Положив себе омлет, садимся за стол к ребятам.

— Как вчера погуляла? — интересуется Ян.

— Хорошо. Сходили в кино на мелодраму.

— Ну и как, понравилась мелодрама? — спрашивает Ника.

— Нет. Там главный герой был таким гавнюком. Переспал с девушкой, после этого пропал на три дня.

Эрик закашливается, видимо, кофе не в то горло пошло.

После мотодрома он отвёз меня домой и уехал, три дня я не слышала и не видела его, поэтому сейчас просто хочется отыграться на нём за это.

— Мне кажется, я видел трейлер, — откашлявшись, говорит Эрик. — Он вроде ей ничего не обещал, и она согласилась на формат таких отношений, — говорит сквозь зубы, а в глазах бешенство.

Довольна? Вот тебе и напомнили о формате ваших отношений. И что он тебе ничего не обещал.

Дура.

— Всё верно, — улыбаюсь, а в горле комок душит.

— А она, наверное, весь фильм пускала слюни по нему? — спрашивает Мирон.

— Надеюсь, что нет! — говорит Ника. — Раз такой формат отношений, значит, она может с другими ходить на свидания. И если ей кто-то понравится, и она захочет с ним чего-то большего, эти отношения она сможет сразу завершить. Всё так и было? — откладывает вилку и наклоняется ко мне. — Если нет, то неинтересно, — пожимает плечами и продолжает завтракать.

— Если такой формат отношений — это не значит, что ты можешь со всеми кувыркаться, — шипит Эрик.

Все парни переводят взгляд на Эрика.

— Во-первых, про кувыркаться я ничего не говорила! Во-вторых, в чём тогда заключается смысл этих отношений? Или они только для мужчин? — шипит в ответ Ника.

— Нет, конечно, — говорит Ян. — Если пара договаривается о таких отношениях, значит, они оба могут встречаться с кем хотят.

— Вот! Просто мужчины всегда рассчитывают на то, что девушка не будет этого делать, — улыбается Ника.

И все расплываются в улыбках, и Ника продолжает:

— Вот поэтому я считаю, что если девушка соглашается на такие отношения, то она тоже может, даже должна, — поднимает указательный палец вверх, — встречаться с кем захочет. Если нет, то не нужно пускать слюни и ждать, когда он там нагуляется, а найти того, кто захочет с тобой серьёзных отношений.

— Согласен, — говорит Глеб.

— Артём, наверно, специально повёл тебя на такой фильм? — спрашивает Ника и смеётся.

Эрик приподнимает одну бровь и наклоняет немного голову на бок.

— У него не было выбора, это был единственный сеанс, — смеюсь, пытаясь скрыть реальные эмоции.

Которые просто вопят, что я совершила ошибку. И я одна из тех, кто пускает слюни.

Эрик прожигает меня взглядом. В пепел хочет превратить, что ли?

— Мы поехали. Нам надо в офис, — говорит Глеб и встаёт с Мироном из-за стола.

— Мы ещё постараемся что-нибудь нарыть, — говорит Ян и смотрит на Мирона.

— Спасибо, — отвечает он, и они с Глебом, попрощавшись со всеми, уходят.

— Лина, Ян говорил, что ты знаешь китайский в совершенстве, — говорит Эрик.

Поднимаю на него взгляд.

— Мне нужна спутница на форум, которая знает китайский в совершенстве. Я совсем замотался за эти дни с подготовкой и забыл нанять переводчика. Форум состоится завтра в Сочи и будет идти два дня. Поможешь?

В груди цветы расцветают. Он был занят подготовкой! Это как маленькая нить надежды, за которую я хватаюсь всеми возможными способами.

И самое главное — не сорваться.

— А вы оттуда живыми вернетесь? — спрашивает Ян.

— Постараемся, — отвечает Эрик и смеётся.

— А у меня будет свободное время, чтобы погулять? Я просто ни разу не была в Сочи и хотелось бы не просто так туда съездить.

— Пока не знаю, но постараюсь освободить время для экскурсии.

— Хорошо, — встаю и иду к раковине.

— Тебе есть в чём пойти на форум? — спрашивает Ян.

— Чёрт, об этом я не подумала, — разворачиваюсь к ним.

— Я уже заказал ей платья, их доставят завтра утром в отель, и она выберет, — говорит Эрик.

А я округляю свои глаза и молюсь, чтобы Ян не вникал в суть сказанного.

Ян хмыкает и говорит:

— Ты был так уверен, что она согласится? — смотрит на Эрика прищурив глаза.

— Я был уверен, что ты её уговоришь мне помочь.

— А, — улыбается и переводит взгляд на свой телефон.

Мы с Эриком смотрим на Яна и пытаемся понять, о чём он думает, понял ли что Эрик берёт меня не только как переводчика.

— Нам пора ехать, — Ян встаёт и уходит, а я выдыхаю.

Ника тоже прощается, целует меня в щёку и убегает.

Перевожу взгляд на Эрика.

— Ты чего вся побледнела? — усмехается.

— Платья заказал? Может, ещё нижнее бельё? — шиплю.

— И нижнее, — улыбается.

В шоке.

— А чего сразу Яну не сказал об этом? Заодно рассказал бы, как размеры измерял.

— Лина, ты чего завелась? Он ничего не понял. Мы всегда покупаем наряды своим спутницам и…. — кидаю в него предупреждающий взгляд, чтобы замолчал.

— Я не хочу, чтобы Ян или кто-то другой узнал, в каких мы с тобой отношениях, и после их завершения никто не должен знать, — смотрю на него, а по его лицу пробегает тень злости.

— Не переживай, никто не узнает, — отвечает сдержано. — Вылет в шесть вечера. Заеду за тобой в два.

— Хорошо, — после моего ответа он разворачивается и уходит.

Вот зачем начала такие отношения, если боюсь, что об этом кто-то узнает и что обо мне подумают.

Собираю всю грязную посуду со стола и загружаю её в посудомоечную машину. Доделав все дела на кухне, иду к себе в комнату.

В гостиной из-за окна вижу, что Ян с Эриком стоят у машины и о чём-то разговаривают.

Несмотря ни на что, мои губы растягиваются в улыбке. Целых два дня я проведу с Эриком.

Поднявшись к себе в комнату, иду в душ. Включив воду, встаю с головой под струи тёплой воды и дёргаюсь от того, что слышу, как открывается дверь в ванную и по ногам пробегает холодный воздух.

— Ты сума сошёл? — шиплю на Эрика, который заходит и закрывает дверь.

— Успокойся, ангелочек, Ян уехал, — стягивает с себя футболку.

Хочется взбрыкнуть и послать его за то, что пропал на три дня, но смотрю на него и плыву от счастья, что он здесь и хочет меня.

— Если я узнаю, что ты ещё с кем-то встречаешься, наши отношения сразу закончатся, — чеканит каждое слово. — Это касается и твоего дружка.

— У нас нет никаких отношений, чтобы им заканчиваться, — рука Эрика зависает у ширинки, и он поднимает на меня свой взгляд.

Пробегается взглядом по моему телу и останавливается на моей груди, которую я по инерции прикрыла рукой.

По его лицу пробегает улыбка.

— Я предупредил, — говорит твёрдо и снимает оставшуюся одежду.

— К тебе это тоже относится!

Подходит ко мне, убирает мою руку с груди, притягивает за затылок и целует, другой рукой обвивает мою талию и притягивает к себе в плотную. С затылка рука потихоньку начинает скользить вдоль позвоночника и, остановившись на моей ягодице, сминает её.

— Лина, — раздаётся стук в дверь, и мы замираем.

Сердце от страха начинает выдавать бешеный ритм, смотрю на Эрика и не знаю, что делать.

Ступор.

— Ответь, — шепчет мне Эрик, — он же не зайдёт, — целует в шею.

Раздаётся ещё один стук.

— Да, — откашливаюсь, — Ян, что? — говорю уже увереннее.

— Не могу найти Эрика. Я на твоём столе оставил документы, отдай ему, пожалуйста.

Эрик опускает свою руку и проводит пальцами вдоль губок, останавливается на клиторе, обводит его и немного надавливает.

— Хорошо, — отвечаю, еле сдерживая стон. После этого хлопает дверь моей комнаты.

Эрик подхватывает меня за ягодицы. Обвиваю его ногами, и он входит без предупреждения на всю длину.

Он задаёт бешеный ритм и со всей силы сжимает мои ягодицы. Чувствую, как нарастает комок удовольствия, и спустя пару толчков взрываюсь на тысячу маленьких фейерверков.

— Чёрт, — слышу, как Эрик шипит и кончает со стоном.

— Блядь, — крутит головой, — я кончил в тебя, —говорит, утыкаясь в мою шею.

В гостиницу мы приехали уже ближе к одиннадцати часам ночи.

— Форум будет проходить здесь же? — спрашиваю Эрика, пока идём к ресепшену.

— Да. Здесь самый большой банкетный зал с выходом на террасу к берегу моря.

Нас быстро оформляют, и буквально через пять минут мы уже поднимаемся к себе в номер.

Эрик забронировал нам номер с огромным стеклянным балконом на двадцать пятом этаже с видом на море.

Вид утром будет потрясающий.

— Ты устала? — спрашивает Эрик.

— Нет, — мотая головой.

— Пойдём прогуляемся?

— С удовольствием, — улыбаюсь.

Выйдя из отеля, попадаем на огромную зеленую территорию с бассейнами и барами. Все дорожки выложены брусчаткой, вдоль них высажены различные цветы, растения, и они подсвечиваются фонариками. Ближе к морю установлена огромная терраса, которая расположена вдоль берега и разделена на две части лестницей, ведущей к оборудованному пляжу.

Спустившись на пляж, замираю от вида. Горизонт моря сливается с небом, яркие звёзды и луна отражаются в воде, а шум воды успокаивает и притягивает. Поворачиваю голову к Эрику и улыбаюсь.

— Как красиво!

— Очень, — он стоит в пол-оборота ко мне и смотрит на меня.

Снимаю свои босоножки и иду к морю. Останавливаюсь у кромки воды и, недолго думая, захожу по щиколотку. Вода как парное молоко, хочется раздеться и искупаться.

— Ты первый раз на море? — спрашивает Эрик, подойдя ко мне.

Улыбаюсь. Он тоже снял лоферы и закатал брюки.

— Нет, — смеюсь, — просто давно не была и соскучилась.

— Я уж подумал, что Янковский вас никуда не вывозил.

— Мы ездили с мамой на море всегда вдвоём, отец никогда с нами не ездил. Раньше не понимала, почему, а вот три года назад поняла, — усмехаюсь.

— Удивительно, почему тебя Яной не назвали. Он всегда говорил, что, если у него будет дочь, он её так назовёт.

— Мама отстояла, но уже даже не знаю, может, он уступил потому, что я не от Натальи Сергеевны, — поворачиваюсь к нему.

— Не думаю. На уступки он шёл только тем, кого очень любил.

— Он никого не любил, кроме себя. Если бы он любил маму или Наталью Сергеевну, он бы сделал выбор, а не жил бы семнадцать лет на две семьи, — на глаза наворачиваются слёзы, и я устремляю свой взгляд в даль.

— Он мог просто нам помогать, — говорю уже шёпотом.

— Не мог, — говорит Эрик, — он любил тебя, поэтому не мог оставить и просто помогать.

Пожимаю плечами. Возможно, он и прав, но об этом я уже не узнаю.

— Пойдём, пройдёмся, — протягивает мне руку.

Беру его ладонь, и по телу разливается тепло. И все тревоги прошлого улетучиваются.

— У тебя проблемы со здоровьем?

Смотрю на него и хмурюсь, не понимая его вопроса, и он продолжает:

— Почему ты уже три года принимаешь противозачаточные?

— А, — улыбаюсь, — после смерти родителей у меня сбился цикл, и мне прописали гормональные препараты, и они помогают облегчить симптомы… — заминаюсь.

Как-то странно и неловко это с ним обсуждать.

— И……что, теперь их тебе постоянно надо пить?

— Ну как, иногда нужно делать перерывы. Не переживай, я тебе скажу, когда будут эти перерывы, — смотрю на него, — мне тоже не нужны сюрпризы в двадцать лет.

Эрик задумался и, потерев одну бровь, хотел что-то ещё сказать, но поджал губы.

— Как твои отношения с отцом, налаживаются?

— Ты обо мне информацию собирала?

— Нет, — смеюсь заливисто, — я иногда была свидетелем вашего разговора с Яном по телефону.

Улыбается.

— Не особо, — вздыхает. — Он считает, что может спустя двадцать три года заявиться и стать отцом, которого я буду уважать и слушать. Сейчас он пытается меня продавить на слияние фирм, чтобы я стал во главе всего холдинга.

— Почему ты не хочешь этого? Это большие возможности для тебя.

— Они мне не нужны. Во-первых, я не хочу окончательно переезжать в Америку, мой дом здесь. Не знаю, что должно случиться, чтобы я на это согласился. Во-вторых, я с института работал днями и ночами, чтобы обеспечить нам с мамой достойную жизнь и открыть свою фирму.

— Ты молодец. Из всех вас ты один смог всего добиться сам с нуля, — прижимаюсь к его руке. — Это ребята так на тебя повлияли?

Эрик от моего вопроса каменеет и меняется в лице.

— Нет, — отвечает с каким-то презрением.

Я так и не осмеливаюсь спросить, что именно повлияло на перемены в его жизни.

Не думаю, что он сейчас возьмёт и обнажит свою душу передо мной.

Всё остальное время, пока гуляли по берегу, Эрик о чём-то думал и периодически сжимал мою ладонь сильнее.

Забираем свою обувь и босиком идём обратно в гостиницу. В лобби отеля встречаем коллег Эрика.

— Эрик, — окликает нас мужчина лет пятидесяти.

— Игорь Анатольевич, здравствуйте, — обмениваются рукопожатиями. — Это Ангелина Янковская, переводчик, завтра нам поможет с китайскими представителями, — представляет меня Эрик.

А мне его слова как кинжал в сердце — «переводчик».

— Здравствуйте, — натягиваю улыбку.

— У тебя отменный вкус, — улыбается Игорь Анатольевич, — даже переводчики самые красивые. — Завтра в восемь жду тебя на завтрак. Нужно обсудить нюансы, — хлопает Эрика по плечу.

— Хорошо.

Разворачиваемся и идём в сторону лифта. Зайдя в лифт, Игорь Анатольевич, нажимает на двадцать четвертый этаж.

— Ты на каком этаже разместился?

— Двадцать пятый, — отвечает Эрик и нажимает на нужный этаж.

— А ваш номер на каком этаже? — растягивается в улыбке.

— Двадцать пятый, — опережает меня Эрик с ответом.

— Да, — приподнимает брови, — интересно будет, — смеётся.

А мне тошно становится от его слов.

Что интересного и смешного?

Лифт останавливается, и Игорь Анатольевич, попрощавшись, выходит.

Мы молча доходим до нашего номера, и Эрик идёт в душ.

Раскрыв наши чемоданы, начинаю их разбирать и все вещи развешивать в шкафу.

Слышу, как вибрирует телефон на тумбочке и поворачиваю голову.

Наверное, Ян. Забыла ему написать, что долетели и всё хорошо.

В глаза бросается загоревший экран телефона и сообщение от абонента Настя. Глаза сами начинают читать текст: «Я уже заселилась, номер 2453. Я соскучилась».

По телу пробегает жгучая волна ревности.

Кто она? Почему здесь и пишет ему? Не мог же он взять меня сюда и ещё свою любовницу?

Слышу, как хлопает дверь, беру свою сорочку и иду в ванную.

Эрик на ходу меня перехватывает и притягивает к себе.

— Я думал, ты присоединишься.

— Я вещи наши разбирала.

— Да, — удивляется он, — спасибо, и целует в щёку. — Жду тебя в постели, — выпускает из объятий.

Пока принимала душ, отгоняла от себя дурацкие мысли и убеждала себя, что он не мог позвать сюда свою любовницу.

Усмехаюсь.

Блин.

Ладно, самое главное — он здесь и со мной.

Выхожу из ванной в одном полотенце.

Не стала надевать на себя сорочку — всё равно снимет с меня.

Улыбаюсь.

Поднимаю свой взгляд, и улыбка исчезает в миг.

Эрик стоит, одетый в джинсы и футболку, и что-то читает в телефоне.

— Мне надо уйти, — говорит он, поднимая на меня взгляд, — ложись и не жди меня.

Хлопок двери разбивает все надежды и моё сердце на мелкие осколки, которые осыпаются к моим ногам.

И я, как истинная мазохистка, ступаю по ним босыми ногами.

Просыпаюсь от того, что Лина пытается выбраться из моих объятий. Крепче притягиваю её, давая понять, что не отпущу, и, коснувшись её соска большим пальцем, ощущаю, как он мгновенно затвердевает.

— Мне нужно в туалет, — говорит она осипшим голосом.

Целую её в шею и отпускаю.

Переворачиваюсь на спину, складываю руки за головой, наблюдаю, как она поднимается, собирает волосы в хвост, отчего ночная сорочка приподнимается, обнажая её ягодицы. В паху становится тесно. Она подходит к шкафу, где забирает одежду и косметику, и скрывается в ванной.

Красивая и только моя.

Улыбаюсь.

Щелчок.

Не понял.

Резко поднимаюсь на кровати и смотрю на дверь ванной.

Что за выкрутасы?

Вернувшись под утро, нашёл Лину спящей, свернувшейся комочком на диване. Взял её на руки и перетащил на кровать. Уложив её к себе на грудь, ощутил в душе давно забытое чувство умиротворения.

Она ждала меня. Волновалась.

Но сейчас я понимаю, что ошибался.

Бросив взгляд на часы, встаю с кровати, надеваю спортивные брюки и выхожу на балкон. Высота и стеклянная конструкция создают ощущение полёта над морем и чувство свободы. Вдыхаю свежесть морского воздуха, и тут же возникает непреодолимое желание оставить все дела и пойти искупаться.

Но, увы, через час у меня завтрак с Игорем Анатольевичем.

Слышу, как Лина выходит из ванной, оборачиваюсь и иду к ней.

Она берёт пляжную сумку и складывает в неё крем, телефон, книгу и бутылку воды.

— На завтраке тебе переводчик ведь не понадобится? — спрашивает, не поднимая головы.

Что за херня?

— Переводчик не нужен, — сверлю её взглядом, — может, хоть на завтрак вместе сходим?

— Я лучше на пляже перекушу, — перебрасывает сумку через плечо, — во сколько форум начинается? — обводит меня мимолётным взглядом.

— В шесть. Платья привезут в два.

— Хорошо, к этому времени я буду готова.

— Если нужно, можем вызвать стилиста.

— Не стоит. Я сама справлюсь, — развернувшись, идёт к двери.

Перехватываю её одной рукой, разворачиваю к себе, другой рукой поднимаю её подбородок, вынуждая посмотреть на меня.

— Что происходит? — злость и непонимание разрывают меня изнутри.

— Просто голова болит. Видимо, акклиматизация после перелёта, — её глаза смотрят куда угодно, только не на меня.

— Температура, вроде, нормальная, — касаюсь губами её лба.

— Схожу на пляж, отдохну, и к вечеру станет легче, — говорит она, освобождаясь из моих объятий.

Уходит.

Громкий хлопок двери бьёт под дых и скручивает от непонимания.

Причина явно не в акклиматизации.

Ладно, вечером выясню, что случилось.

Быстро принимаю душ и, собравшись, спускаюсь в ресторан.

Там Игорь Анатольевич и Настя уже ждут меня. Присоединяюсь к ним, делаю заказ, и мы начинаем обсуждать нашу презентацию.

— Отлично поработали. Молодцы, — довольно потирает руки Игорь Анатольевич.

— Хорошо. Я тогда пойду к своим в конференц-зал, нужно ещё кое-что скорректировать, — встаю из-за стола.

— Я с тобой пойду, — говорит Настя и встаёт следом.

— А где твоя прелестная переводчица? — вопрос Игоря Анатольевича будто выстрел.

Зачем ему это знать?

— На пляж пошла, — изо всех сил сдерживаю грубую интонацию.

— На улице жара, — поворачивается к окну. — Взяла ли она крем от загара? Будет кому намазать? — смеётся он. — Думаю, тоже на пляж сходить, — барабанит пальцами по столу.

Кровь приливает к глазам, готов наброситься как бык на красную тряпку.

Он явно меня провоцирует. Зачем?

Моргнув пару раз, беру себя в руки. Она точно не позволит к себе прикоснуться.

Разворачиваюсь и ухожу. Выйдя из ресторана и проходя через лобби, перед глазами проносятся картинки, как на пляже какой-то смертник мажет кремом Лину.

Беру телефон и пишу ей:

— «Как себя чувствуешь?».

Ответ приходит почти сразу:

— «Уже лучше».

— «Постараюсь освободиться пораньше и к тебе присоединиться».

Зайдя в конференц-зал, вижу, что все уже работают. Повторно проверяем слайды и технику. Постоянно смотрю на телефон — она так и не прочитала моё последнее сообщение.

Весь день ушёл на проверки и настройки. Я взвинчен, не выспался, ночная работа накрылась крахом, всё пришлось восстанавливать, а Лина меня, как назло, игнорирует. Это беспокоит больше всего.

— Уже три, — говорю, — всем по номерам отдыхать и собираться.

Выходим и идём к лифту.

— Стой, — вдруг говорит Настя, схватив за локоть.

Останавливаюсь и оборачиваюсь к ней.

— Что происходит, Эрик?

— В каком смысле? — не понимаю её вопроса.

— Меня словно не существует. Сегодня ночью я тебя ждала, а ты не пришёл. В прошлый раз меня почти вытолкал из кабинета, — смотрит пристально, — у тебя кто-то появился?

Чёрт.

Совсем из головы вылетело.

Мысли теперь только об одной заразе.

Как же сложно. Но нужно объясниться.

В конце концов, мы давно…знакомы.

— Слушай, Насть, наши встречи придётся завершить. Прости, что не сказал раньше, — потираю бровь.

— Всё так серьёзно?

Поднимаю взгляд, ясно давая понять, что не намерен с ней это обсуждать.

Вдруг слышу знакомый смех, перевожу взгляд в сторону входа и прихожу в бешенство.

Ангелина идёт в компании Андрея, они что-то оживлённо обсуждают. И она заливисто смеётся, при этом кладёт свою руку на его предплечье.

— Какие люди, — восклицает Андрей.

Лина поворачивается и сразу меняется в лице. Улыбка исчезает и глаза устремляются на Настю.

— Сколько лет не виделись, Кортни? Пять?

— Не считал, — отвечаю сквозь зубы.

— Лина, это мой старый друг Эрик. Мы учились вместе в институте…

— Мы знакомы, — обрываю его пламенную речь, — она сестра Яна.

— Да ну, — с обезоруживающей улыбкой, что хочется пересчитать все его зубы, он поворачивается к Лине.

Лина не реагирует на слова Андрея, прикусив свои губы, задумчиво смотрит на Настю.

— Лина, это Анастасия Сергеевна, помощница Игоря Анатольевича, мы вчера его встретили в лобби, — говорю я и смотрю на Лину.

— Я помню, — говорит Лина. — Можно, наверное, просто Настя? — смотрит на меня.

— Конечно, — отвечает Настя.

— Лина, переводчик, — представляется она и уже смотрит на Настю, пытается натянуть улыбку.

Твою мать.

Прикрываю глаза.

— Мне пора идти собираться, — говорит Лина, переводит взгляд на Андрея и уже искренне ему улыбается, — нехорошо ведь опаздывать в первый рабочий день.

— Держи, — протягивает ей крем от загара.

— С каких это пор ты кремом пользуешься? — выхватываю я тюбик из его руки.

— Да я и не пользовался… — хотел добавить что-то ещё, но, растянувшись в улыбке, промолчал.

— Спасибо, Андрей, — говорит ему Лина и мило улыбается.

У неё щёки не болят столько ему улыбаться?

Всё вместе заходим в лифт.

— Андрей, тебе какой этаж?

— Двадцать третий.

Она молча нажимает кнопки: двадцать три, двадцать четыре и двадцать пять.

Остановившись на двадцать третьем, Андрей выходит из лифта и, развернувшись, говорит Лине:

— Увидимся на банкете, — и уходит.

Хрен ты к ней подойдёшь!

На двадцать четвертом этаже Настя молча выходит. Лина поднимает свой взгляд на меня:

— Разве тебе не на этот этаж? — изгибает бровь.

Хмурюсь.

И тут до меня доходит: откуда она знает, где остановилась Настя?

Растягиваюсь в улыбке словно идиот.

Она приревновала.

Двери лифта закрываются, а я мигом прижимаю её к стенке и впиваюсь в её губы.

Она мычит и бьёт меня по плечам. Скручиваю её руки за спиной и вклиниваюсь одной ногой между её ног. Кусает меня за губу.

— Отвали от меня, — шипит.

Немного отстраняюсь и провожу языком по нижней губе, слизывая капельку крови.

Двери лифта разъезжаются, и она стремительно вылетает из кабины. Иду следом за ней и смотрю, как моя мелкая зараза бесится от переполняющих её эмоций. Входим в номер, где она начинает укладывать свои вещи в чемодан.

— Я остановлюсь в другом номере.

— Нет свободных номеров, — откидываюсь на дверь. — Когда проходит форум, бронь полная.

Она раздражённо фыркает, а я только улыбаюсь в ответ, словно заряжаясь от её бурной реакции.

В дверь раздаётся стук. Кого принесло?

— Эрик, опять проблемы со слайдами, — открыв дверь в номер, залетает Слава, — у меня уже нервы на пределе. Мы с тобой всю ночь возились с этими слайдами, и снова какая-то неразбериха, — тараторит он, направляясь к столу.

Бросаю взгляд на Лину, её глаза бегают из стороны в сторону, задумавшись, видимо, складывает пазл со вчерашнего вечера.

— Спасибо, Слава. Я выпишу тебе премию, — с улыбкой подмигиваю Лине.

Она лишь закатывает глаза и со вздохом садится на кровать.

— Ой, — оглядывается Слава, — я вам помешал?

— Нет, — похлопываю его по плечу, — напротив, помог.

Пока мы разбирались, я наблюдал за Линой. Успокоившись, она начала выбирать платья и собираться. Напрягало лишь одно: она всё время переписывалась с кем-то в телефоне и улыбалась.

Закончив со Славой, подхожу к Лине и притягиваю её к себе. Она утыкается в мою шею и делает глубокий вдох.

— Лина, запомни: если я захочу кого-то другого, я тебе об этом скажу. Я не стану тебя обманывать. Только не тебя! — целую её в висок.

Она кивает и обнимает меня за талию, прижимаясь ещё ближе.

— Ты видела вчера сообщение от Насти?

— Да, — тихо отвечает она.

Достаю свой телефон и показываю ей следующее сообщение от Славы.

Она закусывает нижнюю губу, стараясь скрыть улыбку. В этот момент в её руке вибрирует телефон. Она смотрит на экран, и мне в глаза бросается имя абонента «Андрей».

— Вы что, телефонами обменялись? — рычу на неё.

— Да, — непонимающе смотрит на меня, — он обещал помочь с одним дизайн-проектом.

Выхватываю у неё из рук телефон и удаляю его номер.

— Ты не будешь с ним общаться!

— Почему? — возмущённо спрашивает она.

Отходит на пару шагов, пристально вглядываясь в мои глаза, ожидая ответа. В её взгляде непонимание.

— Потому что я этого не хочу!

— Ты не считаешь, что это глупо? — разводит она руками.

— Лина, можешь просто не общаться с ним?

— Причина? — прищуривает свои глаза.

Смотрю на неё, а у самого язык не поворачивается сказать причину. Всё это настолько абсурдно. Возможно, я перегнул палку и не должен был так реагировать, но мои демоны прошлого проснулись и взбесились.

— Хорошо, — фыркает она. — Тогда ты разрываешь сотрудничество с «Инвест-строй». Потому что я не хочу, чтобы ты общался с Настей, — говорит уже на тон выше и складывает руки под грудью.

— Я не могу — это бизнес.

— Трахать чужую помощницу? — рычит она.

— Я её больше не трахаю, — подмигиваю ей.

Щёки Лины вспыхивают, и я с трудом подавляю улыбку. Она сама в шоке от своих слов, но продолжает злиться.

— Я с ним тоже не… сплю.

— Пока, — говорю сквозь зубы.

Лина от возмущения открывает рот и, не веря, смотрит на меня.

— Придурок, — разворачивается и идёт к шкафу.

Чёрт.

Оставшееся время до форума собираемся молча. Только украдкой посматриваем друг на друга.

Пытаюсь разобраться с этой ситуацией у себя в голове: настолько было глупо запрещать ей общаться с другими, при том что я сам предложил ей свободные отношения, которые с первого дня были только на словах.

Захочу ли я когда-то отпустить её?

Может быть, я просто боюсь потерять её, даже в этих навязанных себе рамках.

Усмехаюсь и направляюсь в ванную, где Лина перед зеркалом делает себе причёску. Встаю рядом, включаю свою бритву и начинаю скользить ею по подбородку, а глаза смотрят не за тем, как я вожу бритвой, а как она поправляет выбившуюся прядь и закрепляет её шпилькой. Мельком бросает на меня свой взгляд в отражении.

— Нос не сбрей себе, — говорит она.

Отвечаю ей короткой улыбкой, стараюсь сосредоточиться на бритье, но мысли упорно возвращаются к нашему разговору. Её общение с Артёмом меня раздражает. Ревность? Общение с Андреем приводит в бешенство. Триггерит?

Пять лет я пытался избегать каких-либо отношений, и буквально за месяц она влетела с разбегу в мою жизнь. Хотя нет, она в первый день влетела в прямом и переносном смысле, и с того самого дня не покидает мои мысли.

Лишь она способна в одно мгновение превратить моё ликование в ярость и наоборот.

Улыбаюсь.

Выключив бритву, умываюсь и обтираю лицо полотенцем. Лина почти закончила с прической и начинает наносить легкий макияж. Перед выходом быстро целую её в шею и выхожу.

Надеваю брюки и рубашку, застёгиваю пуговицы и тянусь за запонками.

Застываю.

Лина выходит из ванной в длинном чёрном облегающем платье с вырезом на спине до поясницы. Волосы уложены локонами в низкий пучок.

Плавной походкой подходит, молча берёт запонки и застёгивает мне их. Наблюдаю за её ловкими пальцами, которые так нежно касаются моих рук, и не могу отвести взгляд.

Почувствовав мой взгляд, Лина поднимает глаза и дарит мне лёгкую улыбку, которая даёт надежду, что я не перегнул и она не обижается после моих слов.

— Можем идти, — берёт клатч и идёт к выходу.

Одеваю пиджак, следую за ней. Останавливаемся у лифта, и я жму на кнопку вызова. Оборачиваюсь к ней и говорю:

— Прости, это к тебе не относилось.

— А к кому тогда? Мы вроде вдвоём были.

Двери лифта открываются. Мы заходим в кабину, и Лина устремляет на меня свой взгляд, ожидая ответа.

— У нас с Андреем есть общее прошлое, вспоминать которое я не хочу.

— И как её зовут, ваше прошлое?

Лифт плавно останавливается, и в кабину заходят другие люди. Чувствую облегчение — не хочу развивать эту тему; да и незачем ей знать.

Покидая лифт, беру её руку и укладываю себе под локоть, ощущая, как её тёплая ладонь успокаивающе на меня действует.

Зайдя в банкетный зал, время начинает стремительно лететь: презентации, сменяющиеся переговорами с представителями. С китайскими делегатами Лина справляется блестяще. Проскакивает мысль, что было бы хорошо её к себе взять на должность личного переводчика.

— Я отойду, — шепчет на ухо Лина.

— Куда? — спрашиваю, удерживая её за талию.

— В ту-а-лет, — произносит по слогам, — и у меня останутся синяки, если будешь так меня держать, — смотрит мне в глаза с напором.

— Прости, — мягко провожу рукой по её талии и отпускаю.

Она, покачивая бёдрами, идёт в сторону уборных, а я, словно коршун в небе, слежу, чтобы ни один хищник не посмел начать на неё охоту.

— Действительно, всё очень серьёзно.

Я поворачиваю голову на звук голоса Насти, которая грациозно приближается ко мне и продолжает разговор:

— Я всё ждала, когда этот день настанет, правда, со мной, — усмехается она.

— Насть…

— Всё в порядке, — перебивает она меня, улыбаясь. — Я искренне рада за тебя.

Настя всегда привлекала меня своей уверенностью и ясным пониманием своих целей и поступков. Я всегда знал, что я у неё не один, но это меня нисколько не волновало и никогда не заставляло задумываться.

— Эрик, презентация была очень заманчивой, — подходит к нам генеральный директор компании «Строй град». — Проект меня заинтересовал. Хотел бы обсудить сотрудничество.

— Здравствуйте, Дмитрий Олегович, — обмениваемся с ним рукопожатиями. — Давайте на следующей неделе созвонимся и назначим дату встречи… — последние слова проглатываю.

Взгляд мой устремляется за спину Дмитрия Олеговича, где Лина стоит в компании Андрея, в окружении китайских представителей.

Он что, блядь, своего переводчика где-то потерял?

Завершаю разговор с Дмитрием Олеговичем, не сводя глаз с Лины, извиняюсь и направляюсь к ним. Подхожу как раз, когда они остаются одни.

— Спасибо тебе. Ты меня выручила, — говорит ей Андрей.

— Струков, проблемы с бизнесом, что не хватает денег нанять хорошего переводчика? — обнимаю Лину за талию.

Он усмехается.

— С бизнесом всё в полном порядке, — отвечает и смотрит на мою ладонь на талии Лины. — Просто твоя мне больше нравится, — устремляет взгляд на Лину и подмигивает ей.

— Не боишься, что жена узнает?

Его лицо каменеет на миг, и он переводит на меня свой взгляд и отвечает:

— Мы разводимся. Она сказала, — усмехается, — что всю жизнь любила другого, — и смотрит мне прямо в глаза.

— Эрик, мне больно…

Войдя в номер, стягиваю пиджак и галстук, расстёгиваю верхние пуговицы рубашки и делаю глубокий вдох.

Ну и денёк.

Подхожу к кровати и устало раскидываюсь на ней, потирая руками лицо.

Блаженство.

Все эти дни вымотали меня, так что хочется уснуть прямо сейчас и на пару дней.

Хотя нет, другого мне больше хочется.

Приподнимаюсь на локтях и наблюдаю за Линой. Она стоит у зеркала, снимает серёжки, затем плавно стягивает платье с плеча, а вторым ведёт в сторону, и платье скользит по её телу и опадает на пол, обнажая её спину и изящные округлые бёдра. В паху становится очень тесно, и я невольно поправляю рукой свой стояк. Лина поднимает руки, вынимает шпильки из волос и взбивает их руками, при этом бросая взгляд на меня сквозь зеркало.

— Иди ко мне, — говорю осипшим голосом от возбуждения.

Она разворачивается и идёт ко мне. Обвожу взглядом её стройные ноги, округлые бёдра в стрингах и узнаю талию. Грудь её плавно покачивается в такт шагам, заставляя моё сердце биться быстрее. На лице — лёгкое смущение, она покусывает свои губы, а щёки окрашены румянцем. От моего пристального взгляда её руки вздрагивают словно она хотела прикрыться, но быстро берёт себя в руки, сжав их в кулачки и опускает вдоль тела. Остановившись передо мной, она немного замешкалась, не зная, что делать дальше.

Это вызывает улыбку.

Сколько усилий ей понадобилось, чтобы пройти через номер обнажённой?

Эта смесь невинности и смелости в какой-то степени вставляет.

— Смелее.

Ну что ж, буду всему учить и раскрепощать для себя.

Она забирается на меня сверху, протягивает руки, начинает расстёгивать пуговицы на моей рубашке. На мгновение останавливается и перебрасывает свои волосы через одно плечо. Я приподнимаюсь и целую её нежно в обнажённое плечо. Расстегнув рубашку, я помогаю ей снять её. Откидываюсь на кровать, чувствую, как она плавно водит ладонями по моей груди, наклоняется и осыпает мою грудь и торс сладкими поцелуями.

Кровь в венах начинает закипать, и приятная нега расползается по всему телу. Все проблемы улетучиваются мигом. На душе становится спокойно. Здесь и сейчас нас только двое и больше ничего и никого.

Она поднимается и плавно проводит руками по моей груди и спускается к моему ремню, расстёгивает его, затем пуговицу на брюках и немного тормозит.

— Он не кусается. Давай, потрогай его.

Лина, кусая свои губы, стягивает с меня брюки и боксеры, я немного приподнимаюсь, чтобы ей помочь. Её ладошка обхватывает мой член и нежно начинает водить по всей длине, как будто изучает его. Даю ей на это немного времени и потом мягко накрываю её руку своей, показывая, как надо.

— Вот так, — шепчу, срываясь на хрип.

Она украдкой наблюдает за моими эмоциями, при этом облизывает губы своим розовым язычком. Я приподнимаюсь и впиваюсь в её губы, забирая её язык в свой плен. Она обвивает меня руками, притягивая ближе, и её движения бёдрами становятся более настойчивыми. Чувствую её влажность, указывающая на готовность, а по напору её, что уже на пределе.

Стремительно укладываю её на спину, не церемонясь, рву стринги и подминаю под своей тяжестью. Завожу её руки за голову, переплетая наши пальцы, и вхожу в неё на всю длину. Припадаю к её шее, покрывая поцелуями. Чувствую, как её лоно начинает сокращаться, ускоряю темп, и она вскрикивает, выгибаясь в экстазе со сладким стоном.

Быстро встаю, переворачиваю её на живот и, приподняв за бёдра, замечаю, как она, поняв моё желание, вытягивает руки вперёд, изгибаясь в спине ещё сильнее.

— Да, вот так. Молодец, — провожу рукой по её спине.

Погружаюсь в неё и сразу задаю ритмичный темп. От её горячей тесноты и влажности меня накрывает волна удовольствия почти мгновенно. Падаю на неё и, перевернув нас на бок, уткнувшись в её макушку, пытаюсь отдышаться.

Немного придя в себя, она переворачивается ко мне и прижимает лицо к груди.

— О чём ты мечтаешь? — спрашивает она.

— О новом проекте, — отвечаю с усмешкой и ложусь на спину.

— Да ну нет, — смеётся, — у тебя есть какая-нибудь мечта с детства? — приподнимается, укладывает свои руки на мою грудь и кладёт свой подбородок.

Закидываю одну руку за голову, а другой начинаю неспешно водить по её спине.

— Нет, не мечтал. В детстве всё моё свободное время уходило на помощь матери, она работала, чтобы нас обеспечить. Потом я много учился, работал, а потом загорелся идеей открыть свою фирму и опять много работал.

— Это, конечно, всё хорошо! Но мечта должна быть! — смотрит на меня проникновенно. — Это же как маяк, который освещает путь в темноте и помогает не сбиться с курса даже в самые тяжелые времена.

— И о чём же мечтают ангелочки? — спрашиваю и целую её в лоб.

— Я с детства мечтаю быть дизайнером. Шила одежду для кукол, потом и для себя, а теперь хочу открыть свою фирму и создать свой бренд, — отвечает с гордостью. — Вот я уже на пути к своей мечте.

А меня смех разбирает. Вот наивный.

— Что смешного? — возмущённо спрашивает и приподнимается.

— Я хотел тебе предложить быть моим личным переводчиком, — притягиваю её обратно к себе. — А тут вот какие мечты.

— Могу быть и твоим личным переводчиком, — тянется и целует в щёку, — он же тебе не каждый день нужен будет.

А вот этого я уже не знаю.

— Когда мечта твоя исполнится, что будешь делать? — интересуюсь я.

— Буду стремиться к новой.

— И какой? — улыбаюсь.

Подумав немного, она продолжает:

— Хочу сына и дочку, — пожимает плечами. — Но сначала нужно найти для них папочку, — смеётся звонко.

— Я уверен, для тебя это не будет проблемой, — смеюсь вместе с ней.

— Нее-т, — возмущается и хлопает меня ладошкой по груди. — Так я не хочу. Отец моих детей должен любить меня, и я его. Поэтому сначала предстоит найти свою настоящую любовь, — укладывает свою голову на мою грудь.

Её слова навевают мрачные мысли, желудок сводит спазмом, но я отгоняю прочь эти чувства.

— Ну раз ещё не нашла, предлагаю тебе пока попрыгать на не любимом, — усаживаю её на себя сверху и притягиваю голову для поцелуя.

— Вставай, — бужу Нику, которая спит в моей кровати. Кажется, пора ей выделить комнату в этом доме.

— Нууу, — ворчит она сонным голосом.

— Ника, уже три часа дня, — мягко трясу её за ногу.

— Я только в пять приехала, — жалобно накрывается одеялом с головой.

Когда же она будет успевать учиться? Ян, что, совсем обалдел? Ведь я просила подработку, чтобы она могла совмещать её с учёбой.

— Мой братец тебя, что, в рабство взял? — усаживаюсь рядом на кровати.

— Можно и так сказать, — отвечает она, сладко потягивается, — я уже неделю живу в твоей комнате. — А ты где ночуешь? — интересуется она, приподнимаясь на локтях.

— У Сони, — отвожу взгляд в сторону, не выдержав её взгляда.

— А Соня в курсе, что ты у неё уже как неделю ночуешь? — с ироничной улыбкой садится на кровати Ника.

— Конечно, — уверенно улыбаюсь, стараясь скрыть смущение.

Ника смотрит на меня с едва заметной усмешкой, её глаза выражают больше, чем слова. Кажется, всё таким нелепым. Девочки всё понимают, но я, несмотря на это, продолжаю зачем-то их обманывать, и они мне охотно подыгрывают.

Тишина в комнате, как натянутая пауза. Я чувствую, как лёгкая волна смущения поднимается внутри, заливая щеки горячим румянцем. Кажется, что Ника вот-вот начнёт смеяться, но она лишь задумчиво прищуривает глаза и спрашивает:

— Как съездили в Сочи, расскажи? — поправляет свои волосы.

— Хорошо, — устраиваюсь с ногами на кровать. — Форум для Эрика прошёл успешно, впереди новые проекты. Я со своей задачей справилась, все остались довольны.

— Это хорошо, — говорит Ника, чуть подаётся вперёд. — И что дальше? Вы ведь задержались ещё на несколько дней.

— Да, — расплываюсь в широкой улыбке. — Эрик поменял билеты, и мы устроили себе мини-отпуск. В первый день он устроил мне экскурсию по Сочи, а второй день мы провели на пляже.

Те два дня были волшебными. Мы не скрывались ни от кого, всюду гуляли как пара. Целовались, не опасаясь быть замеченными. Вернувшись домой, в тот же вечер он написал, что ждёт меня, и с того самого вечера я остаюсь у него.

Утром мы просыпаемся вместе. Бывали моменты, когда ему приходилось уезжать рано, но на кухонном столе меня всегда ждал готовый завтрак. Он всегда готовит его на двоих.

Я даже стала забывать, в каких мы с ним отношениях, и искренне верила, что у меня получилось завоевать его сердце.

— Я рада за тебя, — вырывает меня из воспоминаний Ника. — Когда Яну скажете? Долго скрывать всё равно не сможете.

— Не скажем, — кусаю свои губы, и настроение мгновенно улетучивается.

— Почему? — с непониманием спрашивает Ника.

Иногда Эрик замыкается в своих мыслях, и это пугает меня. О чём он думает? Или о ком?

И в такие моменты я всегда возвращаюсь в день форума.

Ника внимательно вглядывается в моё лицо и ждёт ответа. Мне необходимо с кем-то поделиться, иначе я просто сойду с ума.

Я так запуталась.

— Всё очень сложно, — вздыхаю. — Когда я согласилась на свободные отношения, надеялась достучаться до его сердца. Но после форума, эта надежда ускользает с каждым днём.

Слёзы подступают к глазам, которые я всеми силами стараюсь удержать.

— И что произошло на форуме?

Делаю глубокий вдох.

— Мы встретили его старого друга, с которым у него общее прошлое. Судя по реакции Эрика, я поняла, что это прошлое — жена этого друга.

— Ты у него спросила об этом?

— Нет, — мотаю головой.

— Почему? — возмущается Ника.

— Боюсь услышать ответ, — пожимаю плечами. — Андрей сказал, что они разводятся, потому что она всю жизнь любила другого, — поднимаю взгляд на Нику.

— Ого, и этот другой Эрик?

— По их реакции, кажется, да.

Ника задумывается, а через миг говорит:

— Слушай, Лин, давай посмотрим, с другой стороны. Если бы его это как-то трогало, он не остался бы с тобой там ещё на два дня, чтобы провести время вместе, и ты бы не оставалась у него целую неделю. Он бы искал встречи с бывшей.

— Я об этом думала. А вдруг он не решается уйти из-за Яна?

— Лина, он взрослый мужчина, да и ничего тебе не обещал. Я уверена, если бы у него действительно были чувства к бывшей, он бы не стал продолжать с тобой отношения, а начал бы отдаляться от тебя.

— Надеюсь, ты права, — на душе становится немного спокойнее.

— Или он дурак, — пожимает плечами и встаёт с кровати.

— Ника, — смеюсь я.

Она скрывается в ванной, а я иду в низ на кухню. Вдруг захотелось сырников. Пока замешивала тесто и жарила их, ко мне спустилась Ника уже собранная и весёлая, как всегда.

— Давай, садись, — говорю Нике и достаю сметану из холодильника. В этот момент на кухню заходят Ян и Мирон.

— Как вкусно пахнет, — говорит Мир, усаживаясь за стол.

Молча достаю дополнительные тарелки и раскладываю сырники.

— Ян, что за клуб у тебя? — спрашиваю, когда сажусь за стол. Все трое застывают с вилками у рта и переглядываются.

Я хмурюсь. Неужели я одна не в курсе?

Ян откладывает вилку, откашливается и переводит на меня взгляд.

— Обычный клуб. В чём дело?

— Почему Ника уже неделю возвращается под утро?

— В смысле? — спрашивает он, бросая взгляд на Нику. — Я думал, ты где-то проводишь время, вот и приезжаешь так поздно.

Ника переводит на меня взгляд: «Ну спасибо, подруга».

— Ага, в твоём клубе провожу, — отвечает она, глядя на Яна.

— Что? — Ян в явном шоке.

Мирон округляет глаза и с интересом смотрит на Нику.

— Не как посетитель, — улыбается она. — Были проблемы небольшие…

— Почему я не знаю о каких-то проблемах? — рычит Ян.

— Потому-что я всё быстро уладила, — шипит в ответ Ника.

— Неделя — это быстро по-твоему?

— Мне прямо сейчас начать рассказывать? — прищуривается, смотря на Яна.

— Нет, в офисе обсудим. Доедай и поехали.

— У меня сегодня выходной, — заявляет Ника, но Ян явно слышит это первый раз. — Ты сам мне его согласовал, — возмущается она.

Ян хмурит лоб, явно пытаясь вспомнить, когда он это сделал.

— Хорошо, тогда завтра.

— Послезавтра. Завтра я работаю удалённо.

— Завтра, Ника, — давит на неё интонацией, — заскочишь в офис ненадолго.

— Ладно, — отвечает она так, словно делает ему одолжение.

Доедаем молча. Затем подымаемся в комнату, быстро собираемся и вместе с Никой спускаемся в гостиную.

— Мирон, ты уезжаешь? — спрашиваю, заметив, что он идёт к двери.

— Да, — отвечает он и оборачивается к нам.

— Подбрось нас до Сони, пожалуйста.

— Поехали, — отвечает он и выходит.

— Опять у Сони будешь ночевать? — интересуется Ян, сидя на диване.

— Нет, сегодня дома буду ночевать.

— Правда? — удивлённо приподнимает бровь, — а чего так? — открывает крышку ноутбука.

— Хочу побыть дома, — отвечаю, не понимая его удивления.

Ян поднимает свой взгляд на меня, и несколько секунд смотрим друг на друга.

— Мы поехали, — говорю, не выдержав его взгляда.

Мы разворачиваемся и выходим из дома. На крыльце немного торможу и спрашиваю у Ники:

— Он же не догадывается?

— Не знаю, — пожимает она плечами, спускаясь по ступенькам.

Садимся на заднее сиденье к Мирону, и я пишу в нашем чате, что мы выехали. Соня быстро отвечает, сообщая, что Мия уже приехала и они ждут нас.

— Сонька недавно ходила на свидание, — говорит Ника, повернувшись ко мне.

— Илья всё-таки уговорил её? — улыбаюсь в ответ.

— Нет, — смеётся Ника, — она ходила с другим. Я так поняла, он старше её при-лич-но, — тянет последнее слово.

Я открываю рот от удивления.

Машина резко тормозит, и я ударяюсь плечом об переднее сиденье, затем машина уходит в право, и я уже падаю на Нику. Звуки клаксонов раздаются вокруг нас. Ника, ухватившись за кресло, смогла удержаться на месте и поймать меня.

— Чёрт, — нервно выпаливает Мирон.

— Что случилось? — спрашиваю его.

— Отвлёкся, — потирая лоб и глядя на нас в зеркало заднего вида, отвечает он. — Вы в порядке?

— Да, — киваю, поворачиваюсь к Нике. — Где она с ним познакомилась?

— На благотворительном вечере. Кажется, у них общий бизнес с её отцом.

— Он на столько старше её?

— Нет, — она мотает головой, — он младше отца, ему, наверное, чуть больше сорока.

Задумчиво смотрю сквозь лобовое стекло. Замечаю, как Мирон временами бросает на нас взгляды и тихонько бьёт пальцами по рулю.

— Это отец настоял?

— Она сказала, что нет. И он ей даже понравился, — улыбается Ника, — она согласилась на второе свидание…

— Идиотка, — тихо говорит Мирон сквозь зубы.

Мы с Никой переводим на него вопросительный взгляд, заметив наш взгляд в зеркале, добавляет:

— Подрезала меня одна мадам.

Переглянувшись с Никой, она продолжает:

— Ладно, скоро приедем, Соня всё расскажет сама, — откидывается на сидение и начинает, что-то искать в телефоне.

Через десять минут мы подъезжаем к дому Сони. Прощаемся с Мироном и идём к подъезду.

— Лина, — окликает Мирон, выходя из машины, и я оборачиваюсь. — Передай Соне, чтобы разблокировала меня и спустилась. Если она не сделает этого, я поднимусь сам, — рычит Мир и захлопывая дверью с такой силой, что стёкла зазвенели.

— Хорошо, — отвечаю, а сама в шоке стою.

Ника хмыкает, берёт меня под локоть и ведёт в подъезд.

Поднявшись на нужный этаж, нас встречает Сонька.

— Привет, — обнимает она меня, — как я соскучилась.

— Привет. Я тоже, — отвечаю, обнимая её в ответ.

— Тебе просили передать, чтобы ты разблокировала телефон и спустилась вниз, — говорит Ника, снимая босоножки. — Если не сделаешь этого, он поднимется и выдерет тебя как сидорову козу.

Я не сдерживаю смех.

Сонька не понимающе смотрит то на Нику, то на меня.

— Мирон внизу, — объясняю ей.

Соня фыркает, но обувает кроссовки.

— Сейчас приду, — хлопнув дверью, выходит.

— Привет, — подходит Мия, обнимая нас по очереди.

— Как твои дела, Мия? — спрашиваю я.

— Хорошо, — улыбается она.

— Ты нашла выход из своей ситуации?

— Нет, — мотает головою она.

— Я предложила ей выход, — говорит Ника, — но она боится.

— Это невыход, — скрещивает руки на груди Мия.

— Ты этим нарушишь основное условие сделки.

— И родители откажутся от меня за такую выходку.

— Можно подумать, они уже не отказались, — разводит руками Ника. — Живёшь в общежитии, работаешь в кафе, ни копейки не берёшь у них, ещё должна соблюдать условия их сделки, — фыркает Ника.

Пугаюсь, когда резко распахивается входная дверь. Разворачиваюсь. В квартиру влетает Сонька, злая, раскрасневшаяся и с красными губами. Кусала их, что ли?

Снимает кроссовки, подходит к зеркалу, поправляет волосы и проводит ладонью по губам.

Мы стоим молча, наблюдая за ней. Что там произошло?

Соня глубоко выдыхает и, улыбнувшись, говорит:

— Чего стоите? Проходите. Мы с Мией всё уже накрыли, — и, обойдя нас, идёт в гостиную.

Мы не виделись почти две недели, а за это время произошло столько событий, в которые ещё предстоит разобраться.

Все следуют за Соней, а меня останавливает вибрация телефона на комоде в прихожей. Я беру его и улыбаюсь.

Сообщение от Эрика:

— «Я сегодня буду поздно. Код 7598».

— «Я сегодня не приеду. Мы встречаемся с девочками»

Эрик сразу отвечает на моё сообщение.

— «Напишешь, как освободишься, заберу»

— «Эрик, я боюсь, что Ян начнёт задавать вопросы. Я слишком часто ночую у Сони»

— «Я, кстати, хотел с тобой об этом поговорить»

Сердце начинает бешено колотиться.

Зайдя в лифт, набираю код 7598.

Вчера я всё-таки поехала домой, объяснив Эрику, что уже обещала Яну, что буду ночевать дома. Он согласился и сказал, что сегодня заберёт меня пораньше к себе. Я, сославшись на дела, убедила его, что приеду сама, как освобожусь. Он согласился и попросил не задерживаться.

Всю ночь в моей голове крутились его слова: «Я, кстати, хотел с тобой об этом поговорить». Сначала меня охватила паника, но, взяв себя в руки, я решила, что нам необходимо обсудить это. У меня больше нет сил мучить себя догадками. Как бы ни был исход нашего разговора, он мне действительно нужен.

Двери лифта открываются, и я вхожу внутрь. Эрик стоит у обеденного стола, расставляя бокалы для вина. Сердце в бешеном ритме бьётся о ребра. Руки начинает покалывать, и я сжимаю их в кулаки.

Эрик разворачивается ко мне, его лицо озаряется улыбкой, а взгляд, полный страсти, скользит по мне. И этого достаточно, чтобы воспрянуть духом и почувствовать себя ещё более счастливой.

Не удержавшись, я издаю восторженный писк, ускоряюсь и запрыгиваю на него, обвив его талию ногами. Он подхватывает меня за бедра и прижимает к себе крепче.

— Я так соскучилась! — восклицаю я, заливаясь смехом и жадно припадаю к его губам.

Эрик отвечает на мой поцелуй, но не долго. Берёт за талию и немного отстраняет.

— Мы не одни, — произносит он, заглядывая в мои глаза.

Я застываю в изумлении, пока мозг пытается принять сказанное Эриком.

Он смотрит на меня с улыбкой и кивает, показывая, что кто-то стоит за моей спиной.

Чёрт.

Я спрыгиваю с него, спешно поправляя юбку, которая при прыжке задралась так, что были видны мои трусы. Разглаживаю руками волосы и разворачиваюсь.

Передо мной стоит женщина лет сорока пяти, в безупречно сидящем бежевом брючном костюме. Красивая — с длинными каштановыми волосами, прямой чёлкой и голубыми глазами.

— Здравствуйте, — выговариваю я, невольно делая два шага от Эрика.

— Здравствуй, — отвечает она и переводит взгляд на Эрика.

— Лина, познакомься: это моя мама Мария Александровна, — Эрик растягивается в улыбке, представляя нас.

Мои щёки пылают, то ли от смущения, то ли от стыда, но я изо всех сил стараюсь улыбнуться искренне.

Это так неожиданно, наверняка не только для меня.

— Мама, — Эрик подходит ко мне сзади и обнимает за плечи, — это моя Лина, — притягивает меня к себе ближе.

«Моя Лина». Эти слова звучат в моей голове как признание в любви.

Наивно? Возможно.

Но все мои сомнения мгновенно испаряются, и сердце взлетает высоко в небо.

— Мне очень приятно, — говорит она и протягивает мне руку.

— И мне тоже, — отвечаю, пожимая её руку.

— Ты очень красивая, — добавляет она, переводя взгляд на Эрика, который так и стоит за моей спиной.

— Спасибо, — смущённо бормочу я.

— Ну что ж, давайте ужинать. Я только что с самолёта и очень голодна, — говорит она, обходя нас, и направляется к столу.

— Ты мог предупредить, — шепчу Эрику, оборачиваясь к нему.

— А ты бы пришла? — спрашивает он и прищурив глаза изучает меня. Я поджимаю губы, осознавая, что я бы струсила. — Вот я так и думал, — прижимает он меня к себе и быстро целует в губы.

За ужином Мария Александровна рассказывает о своих делах в Италии. Несмотря на то, что Эрик полностью её поддерживает, она открыла небольшой ресторанчик, и он приносит ей хорошую прибыль.

— Вот у кого Эрик научился готовить, — замечаю я.

— Нет, — смеётся она, — научился он сам. Мне некогда было его учить.

— Это явно было заложено у него в генах, — подаюсь немного вперёд.

— Эй, — тычет меня Эрик в бок, — ты что, сомневаешься в моих талантах и списываешь всё на гены? — возмущается он.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Пока я попробовала только яичницу, омлет и… вафли в твоём исполнении, — поворачиваюсь к нему, приподнимая вилку вверх, — а у Марии Александровны уже целый ресторан.

— Ну что ж, придётся тебя закормить, — с притворным вздохом отвечает Эрик.

— Я совсем не против, — накалываю кусочек стейка, подношу ко рту. — Очень вкусно, — говорю Эрику с улыбкой после того, как прожёвываю.

— Давно не встречала девушку, которая бы с таким аппетитом наслаждалась мясом, — улыбается Мария Александровна. — Сейчас многие склоняются к вегетарианству.

— Это точно не про меня, — смеясь, отвечаю. — Я с аппетитом ем не только мясо.

— И давно у тебя такой аппетит? — спрашивает она, недонеся вилки до рта.

— С самого рождения, — поднимаю голову, встречая любопытный взгляд Марии Александровны. Поворачиваю голову к Эрику, он, спрятав улыбку за бокал вина, интересуется:

— Ты на долго в Россию? — обращается он к маме, сменяя тему.

— Нет. На неделю, не больше. Хочу уговорить Наташу перебраться ко мне в Италию. Здесь её уже особо ничего не держит. Сын взрослый. Муженёк предатель со своей любовницей…

— Мам, — перебивает её Эрик. Она поднимает взгляд на него.

А я чувствую, как по мне пробегает волна понимания и стыда; готова провалиться сначала под стол, а потом и сквозь землю. Хотя нет, сразу сквозь землю.

— Что? — недоумевает она, глядя на сына.

— Давай не будем мусолить чужую жизнь.

— Я и не собиралась. Лишь констатировала факт. Не понимаю, почему такая реакция, Эрик?

— Дело в том, — встреваю в их разговор, — что я Лина Янковская, дочь той самой любовницы.

— О, — произносит Мария Александровна в явном удивлении.

— Я понимаю чувства Натальи Сергеевны и ваши. Я бы тоже никогда не смогла простить измену. И то, что Наталья Сергеевна смогла ко мне относиться хорошо и помочь освоиться, я очень ей за это благодарна, — поднимаю на неё взгляд.

— Лина, ты не обязана оправдываться за поступки своих родителей, — говорит Эрик, сжимает мою руку.

Оставшееся время за ужином Мария Александровна интересуется, на кого я учусь и какие у меня планы после учёбы. Несмотря на то, что предыдущий наш разговор был не очень удачным, она проявляет интерес к моим планам на будущее. Внимательно слушает, иногда задаёт вопросы, касающиеся моды. Её интересует, как я представляю себе свои первые шаги после окончания вуза: есть ли у меня конкретные планы или мечты.

— Не думаешь о переезде в Италию после окончания университета? — спрашивает она.

— Я об этом думала, — отвечаю с улыбкой. — Это могла бы быть возможность открыть новые горизонты и позволить приблизиться к осуществлению моих амбиций в мире моды. Италия всегда манила меня своими живописными пейзажами, богатой историей и, конечно, уникальной культурой, в которой мода занимает особое место.

— Полностью поддерживаю тебя, — мягко говорит она. — Важно следовать своему сердцу, а в Италии ты действительно найдёшь много возможностей для самовыражения.

Звук скрежета стула о плитку проходит по моим ушам как наждак. Поворачиваюсь к Эрику, который встаёт из-за стола и уносит свою пустую тарелку к раковине.

— Мне пора, — сообщает Мария Александровна, вставая из-за стола, — завтра заеду к тебе в офис, пообедаем вместе, — она подходит к сыну и целует его в щёку.

— Лина, было приятно познакомиться, — говорит она, обернувшись ко мне.

— Взаимно, — отвечаю ей с улыбкой.

Эрик обнимает её за плечи и провожает к лифту.

Я быстро убираю со стола посуду, загружаю её в посудомоечную машину, а оставшуюся еду укладываю в контейнеры и убираю в холодильник.

Эрик возвращается в своих мыслях. Наши взгляды пересекаются, и он улыбается, подойдя к шкафу. Он достает два бокала, наполняет их вином и один из них протягивает мне. Взяв бокал, он берёт меня за руку, ведёт к панорамному окну, по пути выключая свет. С дивана сбрасывает подушки за спинку и устраивается на них, свободно раскинув ноги, подкладывая ещё одну подушку.

— Иди сюда, — похлопывает по ней, — скоро будет потрясающий закат.

Я устраиваюсь рядом, и он обнимает меня за талию, притягивая ближе. Ощущаю его тепло спиной, кладу голову ему на плечо. Он касается губами моего виска, а я делаю медленный глоток вина.

Его дыхание теплое и спокойное, чувствую, как его грудь поднимается и опускается в размеренном ритме. Мы сидим молча, наслаждаясь моментом, когда слова становятся излишними. В объятиях Эрика мне тепло и уютно. Его пальцы слегка поглаживают мой живот, и от этого жеста по телу пробегает лёгкая дрожь.

Осматривая багровую полосу заката, которая медленно растворяется в горизонте, я решаюсь заговорить.

— Ты хотел поговорить, — напоминаю ему.

— Хотел, — отвечает он, делает глубокий вдох, целует меня в шею, отставляет наши бокалы в сторону и разворачивает меня к себе, — но сначала ответь на мой один вопрос.

— Хорошо, — соглашаюсь, скользя взглядом по его лицу.

— Ты действительно рассматриваешь вариант переехать в Италию?

Кружу глазами по его лицу, и на миг наши взгляды встречаются, замечаю в его глазах недовольство. Он щурится, изучая моё лицо, как будто хочет увидеть там ответ. Отвожу свой взгляд в сторону.

Я действительно рассматривала такой вариант, особенно после того, как Ян сказал, что поможет открыть свою фирму. Но сейчас, я даже не знаю, готова ли отказаться от своей мечты ради него?

Эрик касается рукой моей щеки, нежно проводя по ней большим пальцем, поворачивает моё лицо к себе.

— Лина? — всматривается в мои глаза и ждёт ответа.

— Я действительно рассматривала вариант переехать в Италию, — произношу, облизывая свои губы. — Тогда меня здесь особо ничего не держало.

— А сейчас? — интересуется он, а в глазах неуверенность.

Боится услышать не тот ответ, что ждёт?

— А сейчас… — нервно почёсываю затылок, — я даже не знаю.

Эрик, улыбнувшись, притягивает меня ближе и произносит:

— Будем взращивать твою уверенность, — с этими словами он укладывает меня на спину и припадает к моим губам в страстном поцелуе.

Наслаждаюсь нежными, едва ощутимыми прикосновениями, что мягко переходят от уха вниз по шее, нежно касаясь щеки и уголка губ.

Улыбаюсь.

— Эрик, — доносится сквозь сон голос Яна.

Ян, блин, такой сон прервал мне. И что вообще Эрик делает у нас дома настолько рано?

Вспоминаю события вчерашнего дня, и тут же вскакиваю в постели. Чёрт, это Ян в доме у Эрика с утра пораньше. Оборачиваюсь к нему — Эрик, лежа на боку, подперев голову рукой, наблюдает за мной.

— Эрик, — возмущённо шепчу, — ты что, не слышишь? Ян здесь.

— У тебя есть две опции, — спокойно предлагает он, — либо забраться под кровать, либо спрятаться в шкаф, — в его глазах весёлые искорки.

— Я лучше в ванную, — нервно отвечаю, и в эту секунду Эрик, не сдержавшись, начинает хохотать, и в этот момент раздаётся стук в дверь.

— Заходи, — проговаривает он, смеясь.

Дверь тут же открывается, а я резко ложусь на спину, натягивая одеяло до самой макушки и подтягивая ноги. Эрик с тихим смехом пытается отодрать одеяло, но я пинаю его в бок, давая понять, что не вылезу. Он утыкается в мою шею и шепчет:

— Трусиха.

— Ты не один, — с усмешкой замечает Ян. — Зачем пустил? — допытывается он.

— А что уж, все свои, — отвечает Эрик, а я закатываю глаза. Убью его.

Ян смеётся.

— Давай поднимайся, я тебя в низу жду.

Ян покидает комнату, и я резко скидываю одеяло, сажусь на кровати.

— Ты сдурел? — рычу на него.

— Я уже говорил, что не намерен больше скрывать наши отношения, — отвечает Эрик и выставляет руки вперёд в защитном жесте.

— Ты обещал рассказать Яну, а не показать.

— Ангелочек, — протягивает свои руки ко мне и укладывает обратно на спину, — я пошутил. Ты так запаниковала, что я не смог удержаться, — целует меня нежно в губы.

— Тебя ждет Ян, — кладу ладони на плечи, мягко отстраняя его от себя.

Эрик, уткнувшись в мою шею, что-то невнятное рычит, затем резко встаёт с кровати и уходит в душ.

Развалившись на кровати, тянусь к телефону. На экране пять пропущенных вызовов от Артёма и сообщение: «Привет. Набери, как сможешь».

Что случилось?

Я уже собиралась набрать номер, как Эрик возвращается из ванной.

— Я сейчас в офис, — говорит он, — вечером давай поужинаем в ресторане. Закажу столик на семь, — смотрит на меня, вытирая голову полотенцем.

— С удовольствием, — улыбаюсь, — скинь мне адрес, я подъеду.

— Я сам заеду за тобой, — твёрдо заявляет он. — И сегодня я расскажу Яну всё.

— Хорошо, — отвечаю, слегка поджав губы.

Эрик быстро одевается, подходит ко мне и нежно целует в губы.

— До вечера, — отрываясь от моих губ, говорит он, быстро ещё раз целует в нос и уходит.

Дождавшись, когда стихнут шаги, набираю Артёма.

— Наконец-то, — говорит он, как только берёт трубку.

— Что случилось в восемь часов утра?

— Мне нужна твоя помощь, — говорит взволнованно.

— Я слушаю.

— Не по телефону. Надо встретиться.

— Хорошо. Через два часа смогу подъехать, куда скажешь.

— Отлично. Адрес скину сообщением, — говорит он и обрывает звонок.

Не понимая, смотрю на телефон. Класс. Даже не попрощался.

Встаю с кровати и направляюсь в душ. Приняв душ, ищу чистое полотенце. Не нахожу.

Блин.

Бегу быстро в гардеробную, где начинаю открывать все шкафы в поисках полотенца. На пятой, если не ошибаюсь, створке вижу его наверху и, потянув на себя, сбиваю коробку, которая падает на меня.

С взвизгом отпрыгиваю в сторону, крепко держа полотенце. Быстро обматываюсь в него и присаживаюсь на корточки, чтобы собрать всё, что выпало из коробки: открытки, медальон в форме половинки сердца и фотографии. Протягиваю руку и беру одну фотографию. На фото Эрик с девушкой. Брюнетка с длинными волосами и большими зелёными, миндалевидными глазами. Они сидят на лестнице возле нашего университета. Она устроилась ступенькой ниже, а он обнимает её со спины, прислонившись к её щеке. Их глаза светятся счастьем.

В груди разгорается невыносимая ревность, сердце сжимается словно в тиски, от чего становится тяжело дышать.

Почему он их хранит?

Ещё, наверно, минут пять разглядываю их совместные фотографии. Когда руки тянутся к открыткам и медальону, заставляю себя удержаться от соблазна. Складываю всё обратно в коробку и возвращаю в шкаф.

В голове снова начинают своё шествие тараканы, задавая множество вопросов, сея сомнения.

Ну блин, у каждого есть прошлое, и, если на нем зацикливаться, будущего не построишь.

Быстро одеваюсь, выхожу в коридор и прислушиваюсь — вроде никого нет. Спускаюсь вниз и бегу к лифту. Смеюсь. Веду себя как воришка.

Пока ехала в лифте, Артём прислал сообщение с адресом и временем встречи. Вызываю такси и еду к указанному месту.

Приехав к кафе у университета, вхожу внутрь. Осматриваясь, ищу Артёма и замечаю его у окна. Увидев меня, он поднимает руку вверх. Иду к нему, замечая, что он не один.

Улыбаюсь. Кажется, он решил познакомить меня с сестрой. Зачем?

— Привет, — говорю, подходя к ним.

— Привет, — отвечает Артём и встаёт со своего места.

— Кира, познакомься, это Лина. Лина, это Кира, моя девушка.

— Очень приятно, — отвечаю, улыбаясь.

— Привет, — отвечает она и очень внимательно рассматривает меня.

Сажусь напротив, скрещиваю руки на столе, давая понять, что внимательно слушаю их.

Они обмениваются взглядами, прежде чем сосредоточить свои глаза на мне, и Артём начинает говорить.

— Нам нужна твоя помощь.

— В чём именно?

— Нужно, чтобы ты пошла со мной на благотворительный вечер, и я тебя представлю своему отцу как свою девушку.

— Не поняла, — говорю, недоуменно качая головой и смотрю на них обоих.

— Дело в том, — начинает объяснять Кира, — что наши родители уже выбрали Артёму пару.

— А я им сказал, что она у меня уже есть, и твоя кандидатура полностью их устроила, — добавляет Артём.

— Артём, — рычу в ответ, чувствуя, как растёт во мне ярость. — Почему вы не сказали, что вместе?

— Трудно объяснить, они этого не допустят. История долгая, — отвечает он, избегая объяснений.

Сижу в полном шоке, не зная, как реагировать.

— Пожалуйста, — умоляет Кира, — я больше никому не доверю эту роль. Это всего лишь один вечер, твой красавчик даже не узнает.

Артём бросает на неё свирепый взгляд, но она лишь улыбается и целует его в щёку, говоря:

— Я же сказала, что её красавчик, а не мой.

Это трогает до глубины души. Какие они милые и влюблённые.

— Лина, соглашайся. Мне нужно немного времени, чтобы решить наши проблемы с Кирой. После того как я тебя представлю, они на некоторое время оставят меня в покое насчёт женитьбы, и это время даст нам фору.

— Хорошо, — соглашаюсь, хоть и с опаской.

Кира с Артёмом улыбаются, и он сжимает её руку, давая понять, что всё будет хорошо.

От их разглядывания меня отвлекает телефонный звонок. Вынимаю его из сумки и вижу на экране имя абонента — Эрик.

— Да, — отвечаю.

— Лина, у меня вечером встреча. Не успею заехать за тобой. Столик заказал, встретимся сразу там.

— Хорошо.

— Отлично. Сейчас скину тебе адрес и вызову такси к полседьмого. Всё, я побежал, у меня совещание.

Попрощавшись, я убираю свой телефон обратно в сумку.

— Благотворительный вечер через две недели, — говорит Артём. — Ближе тогда созвонимся и обсудим все детали.

— Хорошо, — отвечаю я, поднимаясь с места. — Мне пора.

— Ты домой?

— Да.

— Мы тебя подвезем, — говорит Артём, поднимаясь и протягивая руку Кире.

До моего дома добираемся быстро, попрощавшись с ребятами, забегаю в дом. Поднявшись к себе в комнату, выбираю платье молочного оттенка с чуть расклёшенной юбкой до середины бедра и со спущенными плечами. Приняв душ, я слегка завиваю кончики волос и наношу лёгкий макияж.

У ресторана меня встречает Эрик с букетом белых роз.

— Привет, — говорю я, подойдя ближе. Он притягивает меня к себе для поцелуя.

— Привет, — отвечает он, отстранившись. — Это тебе, — отдаёт букет мне в руки.

— Спасибо, — погружаю свой нос в бутоны, вдыхая их аромат.

Эрик, обнимая меня за талию, ведёт в ресторан. Администратор провожает нас к нашему столику, и мы делаем заказ.

— Ты поговорил с Яном? — интересуюсь я.

— Не успел, — отвечает после того, как отдаёт меню официанту. — Ему позвонили, и он срочно уехал по делам. Я обязательно ему расскажу. Не переживай, — протягивает свою руку через стол и сжимает мою.

Улыбаюсь ему в ответ.

Ужин проходит отлично. Обсуждаем с ним разные темы. Эрик рассказывает о своих новых проектах.

— Ты наелась? — интересуется он, когда я доедаю свой десерт.

— Да.

Смотрю на него, и всё яснее осознаю, что по уши влюбилась. С каждым днем мне его не хватает. Хочется всегда быть в его объятиях, бесконечно целуя. Опустив взгляд на его губы, я провожу языком по своим. Губы Эрика расплываются в улыбке, и я мигом поднимаю свой взгляд к его глазам.

— Поехали домой, — говорит он, а в глазах огонь полыхает. Видимо не я одна здесь сижу и думаю о поцелуях.

Оплатив счёт, выходим из ресторана.

— Эрик? — останавливает нас голос девушки.

Обернувшись, сжимаю руку Эрика сильнее.

Не отдам. Он мой.

— Анна, — произносит Эрик.

— Вот это встреча, — говорит она и растягивается в улыбке брюнетка с зелёными миндалевидными глазами.

— Привет, — шагнула к нему, но остановилась, заметив, как Эрик держит меня за талию.

— Привет, — спокойно отвечает он.

— Как твои дела? — обратилась она к нему, словно меня не существует.

— Прекрасно, — отвечает он.

— Лина, это Анна, моя бывшая однокурсница, — не выпуская меня из объятий, представляет нас, — Анна, это Лина, моя девушка.

Улыбается она, бросив на меня быстрый взгляд.

— Нам пора, — говорит Эрик, уводя меня к своей машине.

В машине мы оба погружены в свои мысли. Я время от времени посматриваю на Эрика — он хмурит брови и барабанит пальцами по рулю. Перевожу взгляд в боковое окно и наблюдаю за прохожими, которые неспешно куда-то идут. На светофоре моё внимание привлекает парочка: молодой человек подхватывает девушку на руки и кружит её. Она звонко смеётся и кричит ему, что любит.

Улыбаюсь. Какие они счастливые и беззаботные.

Поворачиваюсь к Эрику и замечаю, что он тоже наблюдает за ними. Взяв мою руку, он подносит её к своим губам и целует. Светофор загорается зелёным, Эрик трогается с места и говорит:

— Мне завтра нужно улететь в Америку, примерно на неделю.

— Да, — отвечаю на звонок.

— Привет, — раздаётся в трубке голос Глеба.

— Привет.

— Во сколько ты завтра прилетаешь?

— В двенадцать.

— Отлично. Завтра собираемся в два часа.

Три дня назад мне позвонил Глеб, сообщил, что наш поток решил устроить встречу. Как-никак, прошло пять лет, и пора бы снова увидеться. Встречу решили организовать в моём клубе. Сначала я отнекивался, сославшись на неопределённость возвращения, но дал согласие на проведение встречи в клубе. Желания встречаться особо не возникло — все друзья из университета и так остались рядом, и наше общение не прерывалось на эти долгие пять лет. Плюс я дико скучал по ангелочку. Но потом мне позвонили Мирон и Ян, сказали, что встречу перенесли именно к моему приезду.

— Хорошо, — отвечаю Глебу. — Я немного опоздаю, надо домой заехать переодеться.

Попрощавшись с Глебом, набираю Лину, уже заходя в самолёт.

— Привет, — говорит она, едва взяв трубку.

— Привет.

— Ты уже прилетел? — спрашивает с надеждой.

— Нет, только сажусь в самолёт.

— Понятно, — отвечает с грустью.

Когда я позвонил ей, чтобы сказать о небольших изменениях в наших планах, оказалось, что она уже знает: Ян с Мироном обсуждали встречу. Услышав нотки тревоги в её голосе, я пообещал, что постараюсь прилететь раньше. Увы, встречу с партнёрами не получилось перенести.

— Не грусти. Завтра вечером увидимся. Я немного побуду с ними и сразу к тебе.

— Не надо. Я сама приеду к тебе. Так будет быстрее, — на последних словах голос понижает.

— Хорошо. Напишу, когда буду выезжать домой.

— Буду ждать.

Перелёт проходит отлично, удаётся даже немного поспать. Дома быстро принимаю душ, переодеваюсь и направляюсь в клуб. Едва переступив порог, слышу, как меня окликают:

— Эрик! — восклицает Серёга, и все головы поворачиваются в мою сторону.

Прохожусь по всему взглядом и встречаюсь с зелёными, раскосыми глазами. Аня расплывается в улыбке и поднимается с места.

— Привет, — доносятся приветствия со всех сторон.

Слегка теряюсь в череде рукопожатий, объятий и быстрых поцелуев в щёку. Вдруг знакомые до боли руки обнимают меня, чувствую поцелуй у уголка губ, при этом теснее ко мне прижимаясь.

— Рада, что ты приехал, — говорит Аня, отстраняясь.

Беглым взглядом окидываю её и усмехаюсь. Ничуть не изменилась — по-прежнему стремится быть в центре внимания. Остальные девушки приехали: кто в платьях, кто в костюмах, даже Полина в джинсах и футболке, а Аня в мини-платье с профессиональной укладкой и макияжем.

— Эй, Эрик, тебе штрафной, — кричит Серёга, и я перевожу на него свой взгляд.

— Я сначала поем, — отвечаю ему, — только с самолёта, со вчерашнего дня не ел.

Осматриваюсь, замечая одно свободное место, и направляюсь туда, напротив Яна, Мирона и Глеба. Протягиваю им руку для приветствия.

— Да брось, хоть один тост! — Серёга передаёт мне стакан с виски, и я усаживаюсь на своём месте.

Блядь. Пять лет прошло, а он всё такой же заводила. Все тусовки и поездки всегда организовывал он. Мы так и не поняли, почему он не пошёл учиться на организатора праздников или, как сейчас говорят, event-менеджера.

Чувствую, как на правый мой локоть ложится горячая ладонь, от чего по всему телу пробегает легкий озноб.

— Давай я тебе закуски положу, — шепчет Аня, чуть наклонившись ко мне и берёт мою тарелку.

— Итак, дорогие однокурсники, — начинает Серёга свой тост. — Хочу выразить благодарность Анюте, которая неделю назад позвонила мне и предложила срочно организовать встречу. Мы так давно не виделись, и как здорово вновь собраться вместе.

— Тань, попроси Диму приготовить мне стейк, — тихо говорю официантке, принесшей новые закуски.

— Хорошо, — шепчет она в ответ.

Вижу боковым зрением, как рядом со мной опускается полная тарелка с закусками. Чувствую на себе внимательный взгляд Яна и других ребят. Мирон сидит и ухмыляется, бросая взгляды на Аню.

Пиздец. Ощущаю себя как на каком-то шоу.

— Итак, давайте поднимем бокалы за то, что у нас, наконец-то, получилось всем собраться, — говорит Серёга.

Все начинают чокаться, кто свистеть, кто обниматься. Делаю глоток виски, и по горлу проходит обжигающее тепло, разливаясь по телу чувством непринужденной легкости. Тянусь вилкой за бастурмой и слышу:

— Закусить не забудь, я же тебе всё положила, — заботливо пододвигает ко мне тарелку Аня.

— Спасибо, — отвечаю, не повернувшись к ней.

— Аня, а где Андрей? Почему он не приехал? — интересуется Таня.

— Не знаю. Мы разводимся, — по залу пробегает гул из вопросов.

— Так вот почему вдруг понадобилось срочно организовать встречу однокурсников, — усмехаясь, произносит Мирон.

За столом все замолкают и устремляют свои взгляды на Аню, периодически переводя их на меня.

— О чём ты, Мирон? — спрашивает она, выпрямляя осанку.

— О том, что это не встреча выпускников, а пересмотр более выгодных кошельков. У Андрюхи что-то с бизнесом не так? — продолжает Мирон насмешливо.

Аня сидит, стараясь сохранить лицо, но по её сжатым кулакам и губам видно, что она еле сдерживается. Все в зале внимательно ждут её ответа.

— Миронов, ты, как всегда, — смеётся она наигранно. — Тебе бы клоуном работать, а не своё охранное агентство открывать.

— Вау, — искренне удивляется Мирон, — и про меня ты в курсе. Всё разузнала…

— Хватит, Мирон, — перебиваю его.

Все переводят на меня свои взгляды и ждут продолжения. Я делаю ещё несколько глотков виски и смотрю на Мирона, давая понять, что не нужно развивать эту тему.

Серёга, понимая, что обстановка начинает накаляться, быстро переводит тему, погружая всех в воспоминания.

Наконец-то появляется мой стейк, и я моментально утоляю голод. Время за воспоминаниями стремительно летит, и все уже в приподнятом настроении. Один лишь Мирон ничего не употребляет. Видимо, у него есть ещё другие платы.

— Помните наш поход с палатками? — вспоминает Галя. — Как мы рыбу ловили, купались, шашлыки жарили, а вечером под гитару у костра сидели!

— Это вы, когда с палатками ездили? — спрашивает Толик, едва ворочая языком, — кажется, я об этом не помню.

— Ну, как же так? — смеётся Галя. — Ты ведь тогда перепутал палатки и случайно зашел к нашим голубкам на свидание и застукал их в пикантной позе! — все оборачиваются в сторону меня и Ани.

Встречаюсь с её взглядом, и в памяти всплывают картинки прошлого. Она, не отрывая от меня глаз, кладёт свою руку на моё бедро и, с улыбкой на губах, сжимает его.

Встаю и направляюсь к выходу, слегка покачиваясь от выпитого на голодный желудок. В голове какой-то бардак. На улице вдыхаю свежий воздух, пытаясь привести мысли в порядок. Перелёт и выпивка делают своё дело; ощущение будто выпил не пару стаканов, а целую бутылку.

— Мы поехали, — говорит Ян, выходя вместе с Мироном.

— Я тоже скоро поеду, за документами в кабинет только зайду, — отвечаю я, обмениваясь рукопожатиями. — Ян, я хотел с тобой поговорить…

— Завтра на трезвую поговорим, — смотрит на меня пристальным взглядом, — если не передумаешь.

Пиздец.

Разворачиваюсь и иду к себе в кабинет. По пути прошу своего администратора сварить мне кофе. Пока ищу документы, Света приносит мне его. Выпив его залпом, спускаюсь в низ и прощаюсь со всеми.

— Ты не собираешься? — спрашиваю Глеба, пожимая руку.

— Нет, — с улыбкой окидывает Галю. — У меня другие платы.

— Понятно, — хлопаю по плечу. — Удачи.

Выйдя на улицу, вызываю такси, оно будет через пять минут. Отлично. Надо Лине написать, открываю нашу последнюю переписку и начинаю печатать.

— Подвезёшь? — слышу голос Ани за спиной. — Нам вроде как по пути.

— С каких пор? — оборачиваюсь к ней.

— Всегда, — подходит ближе, — просто иногда тропы расходятся, чтобы вновь встретиться.

Усмехаюсь.

Блокирую телефон и кладу в карман, чувствую, как начинает меня клонить в сон и по телу расползается слабость. Аня подходит ещё ближе и берёт меня под руку, ощущаю через рубашку её тёплую ладонь. По телу проносится дрожь возбуждения. Расстёгиваю пару пуговиц на рубашке и делаю глубокий вдох и слышу, как возле нас тормозит такси и уже хочется побыстрее оказаться дома.

— Садись, — говорю ей и открываю заднюю дверь машины.

В гостиной на диване гипнотизирую экран телефона, будто своим взглядом способна заставить его позвонить или написать сообщение.

— Ты чего в темноте сидишь? — раздаётся голос Яна, входящего в гостиную.

— Вы уже вернулись? — вскакиваю на диване и смотрю на него с надеждой.

— Вы?.. Я, кажется, один, — оглядывается вокруг.

— Точнее… встреча выпускников уже закончилась?

— А… — Ян прищуривается, — да, почти все разошлись и поехали по домам, — усмехается, — остались только самые стойкие.

Прикусываю нижнюю губу и надеюсь, что он оказался не самым стойким и сейчас мне позвонит или напишет, что ждёт меня дома.

— Ян, я сегодня у Сони останусь ночевать, — предупреждаю брата и иду к лестнице.

— Я так и подумал. Аспирин не забудь прихватить, — говорит с усмешкой.

— Хорошо, — отвечаю, даже не вникая в его слова.

Взбегаю по лестнице и захожу в свою комнату. Быстро принимаю душ, вызываю такси и начинаю собираться.

Как же я соскучилась.

Не видела его целую неделю.

Через час я уже поднимаюсь в лифте. Губы сами расплываются в улыбке от предвкушения, и я начинаю переминаться с ноги на ногу в нетерпеливом ожидании.

Двери лифта раскрываются, и я ступаю в гостиную, замирая в оцепенении.

Ботинки, рубашка, ремень и женские туфли с сумочкой хаотично раскиданы по гостиной, вплоть до лестницы на второй этаж.

Страх и паника мгновенно захватывают меня.

Поднимается удушающий ком, и я в отчаянии хватаюсь за горло, лихорадочно проводя рукой по шее в тщетной попытке остановить удушение. Впиваюсь зубами во внутреннюю сторону щеки, ощущая металлический вкус крови. Это слегка отрезвляет, и я делаю глубокий вдох.

Не верю.

У меня же всё получилось.

Этого не может быть.

И я, как истинная мазохистка, поднимаюсь на второй этаж, убеждая себя, что всему этому есть объяснение.

С каждой ступенью ноги становятся ватными, всё труднее их переставлять. Сердце выстукивает бешеный ритм. В голове царит хаос мыслей:

Зачем ты идёшь туда?

Тебе мало увиденного?

Хочешь ещё больше захлебнуться в своих слезах?

Не верю!

Всему есть объяснение!

Он не мог со мной так поступить!

Замираю у двери его спальни и прислушиваюсь.

Тихо.

Схватившись за дверную ручку, делаю глубокий вдох и открываю дверь.

Удар по лицу.

Ещё один — под дых.

Боль, жуткая, жгучая, расползается по всему телу.

Слёзы прорываются и льются водопадом из глаз.

Как же я ошибалась!

— Лина…

Разворачиваюсь и бросаюсь прочь, сквозь пелену слёз не вижу ничего, но каким-то чудом добираюсь до лифта. Нажав кнопку первого этажа, облокачиваюсь на стену, судорожно хватаясь за горло, давящая боль в груди стремительно ползёт вверх и начинает душить.

Стараюсь дышать ровно и спокойно, но тщетно. Задыхаюсь от нахлынувших эмоций.

Выбегаю на улицу под проливной дождь, не замечая ничего вокруг. Платье мгновенно намокает. Капли дождя стучат по лицу, смешиваясь с моими слезами, так что уже невозможно понять, что есть что. Ветер усиливается, но я не ощущаю холода. Мне кажется, что он лишь усиливает пламя в моей душе.

Качнувшись в сторону, прижимаюсь спиной к стене, ощущая жгучую боль, которая раздирает меня изнутри. Не выдержав, скольжу вниз по прохладной поверхности, обхватывая колени. Весь пылающий огонь выходит наружу с рыданиями.

— Как же больно, — шепчу, мотая головой, касаюсь лбом коленей.

Всё складывалось более чем хорошо. Мы проводили всё свободное время вместе. Он познакомил меня с мамой, хотел рассказать всё Яну.

Что изменилось за эту неделю?

Отрываю голову от колен и вытираю слёзы ладонями. Стараюсь собрать разбросанные мысли воедино, но ливень, словно стихийный поток, уносит с собой последние частички надежды и уверенности. Закрываю глаза.

Все эти перемены были после того, как он узнал о её разводе.

— Почему я поверила ему? — по волосам на лицо струится вода.

— Я сама виновата, — вскидываю голову к небу, подставляя лицо дождю, который безжалостно хлещет по лицу.

— Не нужно было ему верить, — шепчу в пустоту.

— Дура, — стучу затылком о стену.

— Наивная дура, — усмехаюсь.

Не просто так он всё это время не хотел серьёзных отношений.

Его реакция на новость о разводе друга должна была меня насторожить, но нет, я отгоняла эти мысли прочь, не хотела верить, что у него есть чувства к другой. Потом эти фотографии, открытки, которые до сих пор он хранит.

И медальон, половинка сердца.

Я просто не хотела замечать очевидного, хоть всё вокруг кричало об обратном. Возможно, это была моя защитная реакция, ведь принятие правды означало бы, что я для него ничего не значу.

Срываюсь на истерический смех.

Он знал, что она вернется, а я была лишь частью его плана.

Он её любит до сих пор.

— Так мне и надо, — прикрываю лицо ладонями, и новая волна рыданий накрывает меня целиком.

— Лина, — раздаётся знакомый голос. Отнимаю ладони от лица и поднимаю взгляд, пытаюсь сквозь завесу слёз и дождя разглядеть, кому он принадлежит.

Мирон.

Он поспешно присаживается на корточки рядом, пытаясь укрыть меня зонтом, но уже поздно — я насквозь промокла.

— Что случилось? — тревожно спрашивает он.

— Он…Он…там…с ней, — заикаюсь сквозь рыдания, не в силах сложить несколько слов.

Мирон смотрит в сторону двери, нахмуривается, словно не веря собственным догадкам.

— Поехали, я отвезу тебя домой, — складывает зонтик и вешает его на руку. Через мгновение и он становится мокрым насквозь.

— Нет, только не домой, — говорю, мотая головой и стуча зубами.

Мирон замирает в раздумье и, покачав головой, подхватывает меня на руки. Я обвиваю его шею руками и прижимаюсь к нему. Он усаживает меня в машину и пристёгивает ремнём.

У машины он немного колеблется, затем стремительно обходит её и садится за руль. Бросает на меня быстрый взгляд и, видя, как я дрожу, словно сижу на электрическом стуле, включает печку.

— Как долго ты там просидела?

Я лишь пожимаю плечами, которые содрогаются.

— У тебя губы синие. Ещё не хватало заболеть, — бормочет он, заводя двигатель.

Пока мы куда-то едем, я устремляю взгляд за окно, стараясь сосредоточиться на размытых контурах деревьев и домов, но глаза предательски всё больше увлажняются, и я хватаюсь за горло и другой рукой прикрываю рот, чтобы не сорваться на плач.

Не выдержав, Мирон резко тормозит и паркуется вдоль дороги. Поворачивается ко мне, хватает за подбородок и говорит:

— Успокойся, сначала надо разобраться во всём. И не делай поспешных выводов.

Его слова отрезвляют в миг.

— Ты в своём уме, — кричу на него, — я видела их, видела своими глазами. Какие поспешные выводы?

— Чёрт, Лина, не знаю, как тебе объяснить, но я уверен, что всё не так, как кажется, — повышает он голос и смотрит мне в глаза, потом отводит взгляд и смотрит задумчиво сквозь лобовое стекло, отирая подбородок.

— Серьёзно? — не веря, спрашиваю его. — То есть мне просто показалось, что он с ней лежал голый в кровати, обнимая её.

— Он был пьян, — говорит он, повернувшись ко мне.

— И что? — кричу, не сдерживаясь. — Подожди… ты даже не спросил, с кем он был, — замираю в изумлении.

Он отводит свои глаза в сторону и говорит:

— Я был уверен, что он никогда больше не поведётся на неё.

— То есть она делала попытки, и вы, это видя, ничего не сделали?

— Он взрослый мальчик, Лина, — рычит на меня Мирон. — Что мы должны были сделать?

Я тяжело выдыхаю, пытаясь справиться с обрушившимся на меня пониманием.

— Ты прав.

Вспышки гнева и обиды накатываются как волны, и вместе с этим приходит понимание.

— Он просто сделал свой выбор и уже давно.

Вскакиваю в кровати от дверного звонка и не могу понять, где я нахожусь. Пробегаюсь глазами по комнате в светлых тонах с одной огромной кроватью, которая застелена черным шёлковым бельём.

— Ты не один? — слышу знакомый голос из прихожей и застываю от ужаса.

— Не один, — отвечает Мирон.

— Глеб сказал, что оставил у тебя ноутбук. Мне нужно отследить телефон. Можешь при…

Фраза обрывается на полуслове, и я слышу приближающийся топот. Резко открывается дверь в комнату, где я сижу голая в кровати, прикрываясь лишь одной простынёй. Поднимаю глаза на застывшего Эрика в дверном проёме. Наши взгляды сталкиваются, и в его глазах полыхает ярость и неверие, от чего он сжимает кулаки.

Первое, что хочется сделать, это оправдаться, что всё не так, как кажется. Я пытаюсь найти нужные слова, но они словно застревают в горле. Острое чувство вины смешивается с паникой, бороться с которой невозможно. В комнате повисает тяжелая тишина, и каждый момент кажется вечностью. Даже воздух кажется наэлектризованным, как будто каждая молекула готова вспыхнуть от напряжения.

Эрик делает шаг вперед, но затем останавливается, словно усомнившись в своей решимости. Его взгляд обжигает, он как кислота, прожигающая насквозь, проникающая в меня. Ощущаю, как ледяная волна захлёстывает и поглощает меня. Глядя на него, в памяти вспыхивают вчерашние образы, и вина с паникой мгновенно улетучиваются. Пытаюсь скрыть смятение за холодностью взгляда, с трудом удерживая простыню дрожащими руками.

Внезапно он разворачивается, и его кулак летит в сторону Мирона.

— Сука, — кидает он в адрес Мирона. Уходит хлопнув входной дверью.

Мирон входит в комнату, на скуле чётко проступает ссадина, а из губы сочится кровь, которую он вытирает большим пальцем и смотрит на меня исподлобья.

— Легче стало? — спрашивает он с кривой усмешкой.

— Нет. Прости.

— Давай, одевайся. Я жду тебя на кухне.

— Я могу принять душ?

— Всё необходимое найдёшь в ванной, — говорит он и уходит, закрывая за собой дверь.

Вставая с кровати, чувствую, как меня начинает потряхивать. Эмоции и чувства возвращаются лавиной. Глаза предательски наполняются слезами, которые я изо всех сил пытаюсь сдержать. Казалось, что вчера я выплакала всё до капли, но только стоило увидеть его — и волна накрыла вновь.

Натянув футболку, которую мне вчера дал Мирон, бегу в ванную. Включив тёплый душ, встаю под струи воды с головой, позволяю себе выплакаться. Вода приносит столь желанное спокойствие и умиротворение. Успокоившись, быстро моюсь и выхожу из ванной. Из кухни доносятся аппетитные ароматы готовящейся еды, которые наполняют рот слюной, и урчание пустого желудка напоминает, что почти сутки я не ела.

— Садись, — говорит Мирон, когда замечает меня в дверях. Прохожу и усаживаюсь за стол, который уже накрыт разнообразной едой: авокадо, малосолёная рыба, буженина, тосты. Передо мной опускается тарелка с омлетом и помидорами.

— Спасибо, — отвечаю ему, сглотнув слюну.

Мы завтракаем молча, каждый погружён в свои мысли. Мирон периодически хмурится и бросает на меня задумчивые взгляды.

— Зелёный чай или кофе? — спрашивает, вставая из-за стола.

— Кофе, — отвечаю, поднимая взгляд на него, — с молоком.

Хмыкнув, он разворачивается и включает кофемашину. Наливает кофе мне и себе и возвращается за стол, спрашивая:

— Ты знала, что Аня изменяла Эрику с нашим другом?

— Нет, — отвечаю, сжав зубы, не поднимая глаз от кружки, в которую добавляю молоко.

— Андрей был нашим лучшим другом тогда.

Сглатываю, понимая, к чему он ведёт.

— Прости, — шепчу, поднимая на него взгляд.

— Ты представляешь, каково ему сейчас? — едва не рычит Мирон.

От возмущения прикрываю рот.

— А каково мне? Об этом ты не задумывался? — рычу в ответ, вскакивая из-за стола.

— Что именно ты видела, Лина? — спрашивает, вставая следом за мной.

Я лишь мотаю головой, не хочу вспоминать. Хотя и не нужно — эти воспоминания теперь навсегда в моей памяти.

— Лина, соберись, — он слегка встряхивает меня, когда подходит ближе.

Прикрываю глаза.

— Они лежали в кровати, — всхлипываю.

— Просто лежали?

— Вроде да.

— Вроде или да?

— Отстань, — сбрасываю его руки с себя, — какая разница — лежали они просто или нет?

Разворачиваюсь, ухожу в спальню, переодеваюсь в своё платье и иду в коридор.

— Подожди, я тебя отвезу, — произносит Мирон с уверенным спокойствием, заходя в свою спальню.

Отыскав телефон, забытый вчера в прихожей, вижу немалое количество пропущенных звонков от Эрика, Яна и девчонок. Похоже, уже все знают обо всём.

— Тебе Ян звонил? — с лёгкой тревогой спрашиваю у Мирона, когда он выходит из спальни.

— Вчера телефон в машине оставил, — отвечает он, натягивая кроссовки.

Зайдя в дом, сразу слышим, как из гостиной доносится яростный голос Яна. Проходим в гостиную, где Ян расхаживает по ней и орёт в трубку телефона:

— Глеб, ты издеваешься? Что значит — не можешь отследить её номер? У Мирона… так, блядь, езжай к нему, — оборачивается и замечает нас. — Перезвоню, — говорит он в трубку. — Пропажа нашлась, — отклоняет звонок и кидает телефон на диван, не скрывая раздражения.

Ян окидывает меня таким взглядом, что мне хочется спрятаться за спину Мирона. Переводит взгляд на него и спрашивает:

— Где нашёл?

— Она была со мной, — невозмутимо отвечает Мирон. Брови Яна взлетают в удивлении.

— Всю ночь?

— Да, — Мирон бросает свой взгляд за мою спину и прикрывает глаза со словами «Твою мать».

Оборачиваюсь и вижу девчонок, которые непонимающе переводят взгляды на меня и Мирона. Одна лишь Соня стоит с непроницаемым взглядом.

— Что случилось, Лина? — спрашивает Ян твёрдым голосом.

— Ничего. Всё в порядке.

— Всё в порядке? — рычит Ян. — Почему тогда тебя Эрик с самого утра ищет?

Что до самого утра не мог оторваться от неё?

На глаза наворачиваются слёзы. Прикусываю щёку и сжимаю кулаки, чтобы хоть немного подавить жгучую волну накативших эмоций.

— Может, ему переводчик опять понадобился, — пожимаю плечами, стараясь казаться спокойной.

— Лина, ты издеваешься? — спрашивает Ян, при этом переводя взгляд на Мирона.

— Вчера… — начинает Мирон, но я перебиваю его:

— Мы поругались с Артёмом, и, уезжая из клуба, я встретила Мирона…

И что дальше? Осталась ночевать у него? Зачем? Почему домой не привёз? Всё моё враньё выставляет меня перед всеми не в лучшем свете.

Вот что я сказала? Сама уже запуталась.

Вздыхаю, мотая головой, и поднимаю взгляд на Яна.

Хватит с меня.

Не успеваю ничего сказать, Ян говорит:

— Лина, ты думаешь, я не в курсе, что ты встречаешься с Эриком? — спрашивает он уже спокойно. — Я не слепой и вчера ты, поехав к нему. Что случилось?

— Я думаю, ты сам знаешь, что случилось, — отвечаю я, глядя прямо в глаза Яну.

В его взгляде пробегают догадки, от чего он прикрывает глаза. Бросив в него лёгкую улыбку, разворачиваюсь и иду к лестнице.

Проходя мимо девчонок, останавливаюсь напротив Сони и шепчу ей:

— Ничего не было, — смотрю ей прямо в глаза.

— Мне плевать, — отвечает она спокойно, даже равнодушно.

Бросаю быстрый взгляд на Мирона, который прикрыл глаза, покачивает головой, явно услышав слова Сони.

Посмотрев ещё раз на Соню и увидев в глазах полное безразличие, поднимаюсь к себе в комнату.

Упав на кровать, лицом утыкаюсь в подушку. Слышу, как открывается дверь в комнату, и вскоре рядом со мной прогибается матрас. Ника ложится позади, обнимая крепко, Мия и Соня размещаются впереди.

Не выдержав бурю эмоций, начинаю рыдать. Ника сильнее сжимает меня в объятьях, давая понять, что она рядом. Сонька переворачивается ко мне спиной и придвигается ближе, хватаюсь за неё как за спасательный круг. Мия гладит меня по голове и вытирает с лица слёзы.

Они всегда умели быть рядом, не навязываясь и не заставляя делиться сокровенным, прежде чем я сама буду к этому готова.

Сколько прошло времени, как долго мы так лежим, не знаю. Слезы всё еще текут, но их поток тихо иссякает, растекаясь по подушке. В груди остаётся лишь пустота, и в голове лишь одна мысль: как мне справиться с этим, когда я его так сильно люблю.

Сквозь сон едва различаю зовущий меня голос, затем чувствую, как кто-то трясёт за плечо. Медленно открываю глаза, постепенно возвращаясь в реальность. Надомной нависает знакомое лицо, но далеко не то, которое мне хотелось бы видеть в этот момент. Пытаюсь отмахнуться.

Как они меня нашли?

— Эрик, вставай, — раздаётся громче предательский голос, и в туже секунду я подрыгиваю на диване, ощутив ледяной поток воды, пролившийся на голову.

Голова разрывается от боли, в ушах гул. Вскидываю взгляд на рядом стоящего Мирона.

Не знаю, откуда берутся силы, вскакиваю с дивана и наношу ему удар прямо под дых. Опрокидываю его на спину и бью два раза по лицу. В этот момент я не могу думать ни о чём другом, кроме как о нестерпимой боли, расползающейся по моему черепу, и гнева, подпитывающего мои действия.

— Сука, — рычу на него и делаю новый замах.

Не успеваю нанести новый удар, как в лицо летит кулак Мирона, который валит меня на бок, и в тот же миг он оказывается сверху. Теперь Мирон наносит мне удары. Сбрасываю его с себя и поднимаюсь на ноги.

— Теперь у нас есть что обсудить, — говорит он, поднимаясь на ноги и растягивая губы в улыбке.

Ярость захлёстывает, душевная боль сжимает в тиски. Чувствую, как адреналин бурлит в венах, заставляя моё сердце биться быстрее.

— Гнида, — снова бросаюсь на него.

В голове мелькают обрывки воспоминаний, смешанные с багровым гневом. Каждый удар, каждое движение — словно очищение, избавление от внутренней боли предательства.

— Успокойся, — говорит Глеб, оттаскивает меня от Мирона.

Несколько раз моргаю, чтобы развеять красную пелену в глазах. Ярость внутри не утихает, а лишь разгорается при виде его самодовольной рожи.

— Отпусти, — говорю Глебу, немного успокоившись.

Он отпускает и становится между мной и Мироном, готовый в любую минуту остановить мой порыв. Окидываю взглядом гостиную лишь бы не смотреть на предательскую морду и натыкаюсь на Яна, сидящего в кресле, задумчиво потирающего затылок.

— Как вы меня нашли? — спрашиваю, обращаясь к Глебу.

— Илюха мне звонил и сказал, что ты уже неделю здесь бухаешь, не приходя в чувства, — говорит Мирон.

Увидев Лину в постели Мирона, мне всё стало ясно без слов. В её глазах был букет эмоций — страх, вина, злость. Сначала я хотел стащить её с этой кровати и потребовать объяснений, но, увидев в её взгляде гнев, понял, что ей не нужны мои объяснения. Из-за одной, блядь, сорвавшейся встречи она прыгнула в койку к моему лучшему другу.

Сначала я мчался по трассе куда глаза глядят, лишь бы больше не видеть её и всех своих грёбаных друзей. Сначала один предал, потом другой, а потом будет третий и четвёртый.

Сам не понял, как приехал на базу к Илюхе, в ближайшем магазине закупился и заливал свою грёбаную жизнь, которую окружили одни предатели.

— И ты, как настоящий друг, приехал меня привести в чувства? — рычу на него.

— Всё верно, — спокойно отвечает он, положив руки на пояс.

— Пошёл к чёрту, — указываю ему рукой на выход.

— Между нами ничего не было, — твёрдо заявляет он.

— Да ты что! Она просто так лежала голая в твоей кровати.

— Не просто так, она там спала.

— А разделась, потому что ей так больше нравится спать?

— Об этом тебе лучше знать, — усмехается Мирон.

— Я видел всё своими глазами, — ору на него.

— Она тоже всё видела своими глазами, — рычит он на меня.

— Что? — хмурюсь.

— Я нашёл её возле твоего подъезда, рыдающую под проливным дождём, и привёз к себе. Если бы лучше смотрел, увидел бы в гостиной разобранный диван, где спал я.

Его слова как новые удары, только в разы сильнее. Прикрываю глаза, понимая, что её гнев был не на сорвавшуюся встречу. Она видела Аню.

— Что произошло, Эрик? — спрашивает Ян.

— Старые чувства вспыхнули, и он забыл, что она вышла замуж за его друга с более толстым кошельком, — говорит Мирон.

— А ещё она с этим другом за его спиной трахалась, — добавляет Глеб.

Все их слова меня не задевают от слова совсем. Мне плевать на неё, она ничего больше для меня не значит и уже давно.

В день форума я очень хорошо понял, что из всей этой ситуации меня больше всего задело предательство друга, а не измена любимой девушки.

Если сравнить чувства пятилетней давности и те, что захватили из-за увиденного в квартире Мирона, вторые были в разы сильнее. Я ощутил огромную потерю своего ангелочка и друга.

— Ты решил закрыть гештальт? — спокойно спрашивает Ян.

Оборачиваюсь к нему, он продолжает:

— Хотя не вижу смысла, они разводятся, и Андрюхе всё равно.

— Нет, — мотаю головой и сажусь в кресло напротив Яна. Мирон и Глеб устраиваются на диване.

— Тогда что? — спрашивает настойчивее Ян, наклоняясь вперёд и укладывая локти на колени.

— Не знаю, — тру рукою лоб, пытаясь вспомнить.

— Он просто не удержал свой член в штанах — бывает, — ёрничает Глеб.

— Я не помню, — у всех троих взлетают брови в удивлении.

— Всё так было ужасно? — продолжает Глеб с сарказмом.

— Последнее, что я помню, как хотел посадить её в такси и вызвать себе другое.

— Но передумал и запрыгнул к ней?

— Нет, Глеб, — рявкаю на него и продолжаю:

— После того как я попрощался с тобой, вызвал такси и начал писать Лине, что уже еду домой, — говорю и поглядываю на Яна, на лице ни капли удивления. — Потом вышла Аня, попросила подвезти до дома. Помню, что очень хотелось спать, а она начала делать намёки на продолжение нашей истории, а мне лишь хотелось от неё отделаться. Потом подъехало такси, и я её посадил, захлопнув дверь. Дальше в голове провал, я не помню, что было.

Окидываю взглядом парней, на их лицах шок и непонимание, продолжаю:

— Утром я тоже был с таким же выражением лица, как у вас, когда увидел её лежащей голой в своей постели. Она начала говорить, что я сам её к себе привёз и признавался, что до сих пор люблю. На этих словах я понял, что она врёт, и выставил её из дома, швырнув все её вещи в лифт.

— Ну ты и дебил, — тянет Мирон, — вместо того чтобы неделю бухать, кровь нужно было сдать.

Все переводят взгляд на Мирона и хмурятся в непонимании, он продолжает:

— Я был уверен, что ничего не было, даже когда Лина уверяла, что видела вас голыми в кровати, я всё равно был уверен в своих догадках, что здесь что-то не так.

Его слова, что Лина видела нас, режут меня по живому. Хватаюсь за голову, понимая, каково ей было, вспоминая свои чувства.

Мирон подаётся вперёд и начинает рассуждать:

— Сколько раз мы с вами отрывались и не по пару стаканов, и всегда всё помнили, а здесь Эрик выпивает, да, он опьянел на голодный желудок, но чтобы ничего не помнить и уснуть — это странно.

— Эрик, где с утра были твои мозги? Нужно было ими немного пошевелить, — спрашивает Глеб.

— Я первым делом начал звонить Лине, но она не отвечала. Позвонил Яну, он сказал, что она дома не ночевала, и всё, больше ни о чём думать не мог. Позвонил тебе, чтобы ты отследил её телефон. Так я поехал к Мирону, а потом уже сюда.

— Если бы ты не сбросил звонок, я бы тебе сказал, что она поехала к тебе, и ты бы не потерял неделю, — рычит Ян.

— Теперь ты никак не докажешь, что ни в чём не виноват, — говорит Мирон. — Я пытался её убедить вспомнить детали, но она категорически отказывается.

В памяти всплывает сон в тот день, когда я видел своего ангелочка в дверях и звал её. И только сейчас до меня доходит, что это был не сон.

— Как она?

— Плохо, — отвечает Ян.

— Я поговорю с ней, попробую всё объяснить, — смотрю на друга.

— Давайте сначала посмотрим видеокамеры в клубе, — предлагает Глеб. — Мы же тебе установили камеры везде, кроме твоего кабинета, может, чего интересное увидим.

— Если ничего не найдём, будем копать под Аню, — говорит Мирон. — Нужно позвонить Андрюхе и узнать, на каких условиях они разводятся, и стребовать с него должок. Думаю, она согласится ради денег сказать правду, — улыбается Мирон.

— Если не получится доказать, что между вами ничего не было и она это всё подстроила, — говорит Ян, смотря мне прямо в глаза, — Лина тебе этого никогда не простит, — его слова как контрольный выстрел в голову.

— Ты всё запомнила? — спрашивает Артём, когда подъезжаем к моему дому.

— Да, — отвечаю уверенно, — не переживай.

— Хорошо, — выдыхает он с облегчением, — спасибо тебе ещё раз, — добавляет с улыбкой.

— Должен будешь, — улыбаюсь ему в ответ.

— Похоже, приехали. Этот подъезд? — спрашивает, указывая головой в сторону моего подъезда.

— Да.

Два дня прошло с моего переезда в студию.

Я понимала, что дружба Эрика и Яна продолжится, и мы всё равно будем пересекаться, но решила свести эти встречи к минимуму после того, как он приехал с ребятами к нам домой, перед этим пропав на неделю. Ребята искали его, переживали, видимо, Мирон им рассказал о последней их встрече.

Эрик стал приезжать к нам каждый день и бросал на меня лишь взгляды, ни разу не пытался со мной заговорить или хотя бы удостоить парой слов: «Прости, так вышло». Они часто закрывались в кабинете Яна. Один раз Эрик вылетел оттуда, хлопнув дверью со словами: «Думайте, что хотите», сел в машину и сорвался с места с пробуксовкой.

Последний раз мы с ним столкнулись на кухне. Он сделал рывок ко мне, но быстро взял себя в руки, лишь взглянул в мои глаза, в которых я увидела сожаление.

Хоть что-то.

Усмехнувшись, я покинула кухню и заперлась у себя в комнате, там и приняла решение о переезде.

Перед Мироном извинилась ещё раз, на что он мне ответил, что всё в порядке, и с этим недоразумением они уже разобрались. Видимо, это недоразумение они решили кулаками, но я не стала удовлетворять своё любопытство, почему они с Эриком вернулись такими побитыми.

Озвучив Яну своё решение о переезде, он согласился, но сказал не делать пока поспешных выводов, возможно, что не всё так, как кажется. Я понимала, к чему он клонит, но совершенно не хотела вникать в смысл его слов. Если бы я была Эрику небезразлична, он бы заговорил, попытался бы объяснить — но ему всё равно.

— Приехали, — вырывает меня из воспоминаний Артём.

Паника накрывает меня с головой, когда я оборачиваюсь и вижу, как из припаркованной машины выходит Эрик, направляясь к нам. Сперва хочется сказать Артёму, чтобы увёз меня отсюда, но я закрываю глаза и делаю несколько глубоких вдохов.

— Лина, с тобой всё хорошо? — спрашивает Артём, касаясь моего плеча.

— Да, — отвечаю, взяв себя в руки.

— Эрик здесь. Хочешь, я выйду и поговорю с ним?

— Не надо, — мотаю головой, — мы расстались.

— Расстались? — удивляется он, хмуря брови.

Почему всех это так удивляет?

— Мне тебя проводить? — интересуется Артём.

— Нет. Всё в порядке, — отвечаю с натянутой улыбкой.

Попрощавшись, я выхожу из машины и иду к подъезду, где меня ждёт Эрик. Он провожает взглядом уезжающую машину Артёма, а потом осматривает меня с ног до головы, хмурится и прячет руки в карманы джинсов. На его лице злость, которую он пытается скрыть.

— Привет, — говорит он тихо, когда я приближаюсь к нему.

— Привет, — отвечаю, стараясь не встречаться с ним взглядом.

— Мы можем поговорить?

— О чём?

— О том, что ты видела.

Ироничная улыбка мелькает на моём лице, и я неопределённо пожимаю плечами.

— Зачем?

— Я всё объясню.

— Зачем объяснять спустя две недели? — спрашиваю, собравшись с силами глядя ему в глаза.

— Пожалуйста, Лина, просто выслушай меня, после этого я уеду.

Его слова режут на живую — он действительно уедет.

Ну что ж, ты же хотела хотя бы пару слов «Прости, так вышло». Так слушай.

— Говори, — смотрю на него решительно.

— Давай дома поговорим, — кивает на дверь подъезда.

Поджимаю губы, пристально всматриваюсь в него и прислушиваюсь к своим ощущениям, готова ли я остаться с ним наедине.

— Хорошо, — достаю ключи из сумочки.

Войдя в квартиру, снимаю босоножки и иду к чайнику. Включаю его, достаю кружки и наливаю заварку, пытаясь скрыть свою нервозность оттого, что он здесь, так близко. Кому нужен вообще этот чай? Выливаю заварку в раковину, туда же отправляю кружки и разворачиваюсь к Эрику.

Он проходит в комнату и внимательно осматривается. Его взгляд останавливается на неубранной кровати и брошенной на ней белой мужской футболке. Прикрывает глаза, начинает сжимать и разжимать кулаки.

Объяснять ему, что это его футболка, оставшаяся после второй нашей встречи, даже не собираюсь. Пусть думает, что хочет.

Взяв себя в руки, он поворачивается ко мне.

— Лина, я хотел поговорить о том вечере, когда ты меня видела с Аней.

— Эрик, я всё понимаю, — кручу головой, давая понять, что не хочу слушать продолжение.

— Пожалуйста, выслушай меня до конца.

— Зачем? Это уже не важно, — произношу срывающимся голосом, обнимая себя за плечи.

— Для меня важно, — говорит он, делая шаг ко мне, но останавливается, заметив, как я отступаю назад.

Как же мне не хочется возвращаться в тот день, снова испытать эти чувства. Мне и так сложно находиться рядом с ним. Но прекрасно понимаю, если мы не поставим жирную точку в этом, я не смогу двигаться дальше. Набираюсь храбрости и, глядя ему прямо в глаза, соглашаюсь.

Эрик начинает свой рассказ с того момента, как приехал в клуб. Я, облокотившись бёдрами о подоконник, внимательно его слушаю:

— Мы пытались что-то найти на камерах, но ничего, — разводит он руками, — и её найти не смогли. Андрюха сказал, что она вернулась в Америку из-за судебных разбирательств.

Я больше не мог откладывать наш разговор и решил рассказать тебе всё сейчас. Он подходит ко мне вплотную, его руки бережно берут моё лицо, приподнимая его, и большими пальцами стирает слёзы.

Как сложно поверить во всё это. Как хрупкая девушка могла провернуть такое — дотащить до кровати здорового мужика и ещё раздеть его. Бред. Хватаюсь двумя руками за его запястья и спрашиваю:

— А как же фотографии, открытки и медальон, которые ты до сих пор хранишь? — спрашиваю, избегая встречаться с его глазами.

Замечаю, как его взгляд начинает метаться по моему лицу, лоб хмурится, и он спрашивает:

— Где ты их нашла?

— Я даже не искала, — усмехаюсь, — они сами свалились на меня, когда я потянулась за полотенцем на верхней полке шкафа.

— Когда я переезжал в эту квартиру, сбором и разбором коробок занималась специальная служба и мама. Я просил сложить в гардеробной всё ненужное, чтобы потом разобрать и выкинуть, но так и не дошли руки до этого.

— А на форуме? Ты так остро отреагировал на их развод.

— В тот день я понял, что больше всего задело меня предательство друга, а не измена девушки, — говорит он, поглаживая моё лицо большими пальцами.

Я поднимаю взгляд и сталкиваюсь с его чарующими синими глазами, которые гипнотизируют и увлекают меня в свою глубину, в которой хочется утонуть и заставляют обо всём забыть.

Эрик наклоняется и касается моих губ едва ощутимо, затем более настойчиво, при этом заглядывая в мои глаза, будто боится, что оттолкну.

Его язык скользит по моей нижней губе, требуя его впустить внутрь. От этой ласки кровь закипает, сердце бьётся в бешеном ритме, пульс зашкаливает, а дыхание сбивается. Внизу живота собирается узел оголённых нервов, от чего я пытаюсь сдвинуть ноги вместе. Эрик не даёт мне отстраниться, протискивая своё колено между моих ног.

Подхватывает меня под ягодицы и усаживает на подоконник. Он раздвигает мои ноги руками, вклинивается между ними и продвигает меня ближе к своему каменному паху. Прижавшись ко мне сильнее, он делает толчок, от чего по моему телу проносится первая волна возбуждения, и я закрываю глаза от удовольствия. Но в памяти начинают всплывать картинки, которые я не хотела бы видеть никогда.

— Подожди, — говорю, упираясь руками в его плечи.

Эрик отстраняется и смотрит на меня затуманенным взглядом, тяжело дышит. Видно, как трудно ему было остановиться.

— Вы переспали? — задаю вопрос, который мучил меня с самого начала его рассказа.

Эрик прикрывает глаза, опускает голову и, крутя ею, говорит:

— Я не знаю.

— Уходи.

От моих слов Эрик сильно зажмуривается, будто ему больно.

— Лина…

— Уходи, — повторяю надрывным голосом.

Он разворачивается и уходит, закрыв за собой дверь.

Бегая по квартире, пытаюсь найти свои украшения в многочисленных коробках, беспорядочно разбросанных повсюду. После переезда разобрала лишь часть вещей, а после ухода Эрика я опять потеряла себя на два дня в слезах и жгучей боли. В обед Артём, словно предчувствуя, что я могла забыть о благотворительном вечере, позвонил и напомнил, что к шести часам я должна быть готова.

— Вот где они, — извлекаю из коробки свой чемоданчик с украшениями. Выбираю серьги в виде изящного цветка и тонкую цепочку с таким же белым цветком из золота. Этот комплект Ян подарил мне на восемнадцатилетие. Он прекрасно подойдёт к моему черному шёлковому платью на тонких лямках, которое свободно струится по телу, не прилегая, но подчёркивает фигуру. Волосы выпрямляю утюжком, делая их идеально гладкими, прямыми, и собираю в высокий тугой хвост.

За пять минут до назначенного времени надеваю чёрные босоножки на высоком каблуке и спускаюсь вниз. Артём, в чёрном костюме и белой рубашке, выходит из машины и открывает для меня дверь.

— Ты забыла, — не спрашивает, а утверждает он, когда я подхожу к машине.

— Прости, — складываю ладони в умоляющем жесте, — но я успела, — тут же озаряю лицо улыбкой. Он только качает головой и улыбается в ответ.

— Отлично выглядишь, — говорит он, протягивая руку, чтобы помочь мне сесть на переднее сиденье.

— Спасибо. Ты тоже отлично выглядишь, костюм тебе к лицу, — отвечаю ему, перед тем как он закрывает дверь машины. Обойдя её, садится за руль, плавно трогается с места и предлагает:

— Давай ещё раз повторим, — бросает взгляд на меня.

— Артём, — возмущаюсь, — твой отец не станет устраивать мне допрос о том, где мы познакомились или куда ты меня водил на свидания, — стараюсь его успокоить. — А если спросит, буду говорить правду, просто опущу тот факт, что на самом деле толком и не начинали встречаться.

— Хорошо, я просто немного переживаю.

— Если будешь так нервничать, сразу выдашь нас.

— Если они узнают правду, они отправят Киру за границу, — не сдержавшись, рычит он.

— Ну и отлично, поедешь за ней и будете жить там.

— Я невыездной, — признается он тихо.

— Почему? — хмурюсь.

— Я не всегда был примерным мальчиком, — бросает на меня быстрый взгляд. А у меня челюсть отвисает.

— А…

— Не расскажу, — говорит, понимая моё желание узнать больше.

— Ну я же могу тебя заставить, — вкрадчиво намекаю, подмигивая, что он мне кое-что должен, и пристально смотрю на него.

Он усмехается, от чего ещё больше разжигает моё любопытство.

— Я участвовал в незаконных уличных гонках, и они не всегда заканчивались хорошо, — бросает взгляд в мою сторону. — Больше ничего не расскажу.

— Вредина, — говорю с усмешкой, откидываясь на спинку сиденья и переводя взгляд в окно.

Спустя сорок минут подъезжаем к высокому забору, где у ворот стоит охрана человек десять.

— Куда ты меня привёз? На встречу с президентом? — спрашиваю, слегка растерявшись.

— Спокойно, — успокаивает Артём, заметив мою реакцию.

— Зачем столько охраны? — удивляюсь.

— На этом вечере соберётся много важных шишек, не только бизнесмены, но и политики. На таких вечерах занимаются не только благотворительностью, но и решают деловые вопросы.

— Понятно, — отвечаю, когда заезжаем внутрь и осматриваюсь. Огромная территория с ровным ухоженным газоном, все дорожки уложены плиткой, вдоль бордюров растут туи и цветы. Дом в классическом стиле: высокие колонны, широкие окна и просторные балконы. Его белоснежные стены гармонично контрастируют с зеленью окружающих деревьев. Кажется, что здесь каждая деталь продумана до мелочей: от изысканных резных оград до маленьких фонариков, которые, наверняка, вечером освещают дорожки светом.

— Кто твой отец? — спрашиваю с искренним любопытством.

— Политик.

— И ты невыездной? — удивляюсь шутливо.

— Это его наказание.

Тут же в голове возникает ещё один вопрос:

— Тебе не кажется странным, что он одобрил мою кандидатуру?

— Я не стал этой странности придавать значения, — хмурится, — знаю только одно, он хорошо знаком с твоим братом.

На что же я согласилась? Сама уже начинаю нервничать.

Остановившись у входа в дом, Артём выходит из машины и, обойдя её, открывает мне дверь, помогая выйти из неё. Он передаёт ключи подошедшему молодому человеку и, взяв меня за руку, ведёт внутрь. У входа нас встречает высокий, светловолосый мужчина в отличной форме. Рядом с ним стоит красивая брюнетка и девушка, в которой я узнаю Киру.

— Папа, — обращается Артём к мужчине, — это Ангелина Янковская, моя девушка. Мужчина окидывает меня взглядом и протягивает руку:

— Очень приятно познакомиться, — улыбается, — Дронов Сергей Витальевич, отец Артёма.

— Очень приятно, — отвечаю, протягивая руку.

— Моя жена, Маргарита Станиславовна, и наша дочь Кира. Обменявшись любезностями, а с Кирой — улыбками, мы проходим внутрь.

— Шампанское? — спрашивает Артём.

— Нет, — мотаю головой, — яблочный сок.

Артём отходит, и мне становится неуютно, такое чувство, что я стою на подиуме и все оценивают меня и мой внешний вид. От пристальных взглядов веду плечами, как будто это поможет сбросить их.

— Шикарно выглядишь, подруга, — дергаюсь и резко оборачиваюсь на знакомый голос.

— Соня! — радостно обнимаю её. — Что ты здесь делаешь?

— Я с Богданом, — кивает на него. Быстро оглядываю симпатичного мужчину и интересуюсь:

— Сколько ему лет, Сонь?

— Тридцать пять, — мои брови взлетают вверх. — Зато смотри, какой красавчик и какие мышцы, а на задницу взгляни, — шепчет мне Сонька.

— О, Боже, Соня, — смеюсь.

— Что? Не все так выглядят в его возрасте. На некоторых взглянешь, — указывает на мужчину с животом, — и задумываешься, видит ли он свой хвостик в полной боевой готовности или тычет в лунки вслепую.

Смеёмся с ней в голос, привлекая к себе лишнее внимание.

— Что они здесь делают? — спрашивает Соня, меняясь в лице. Прослеживаю за её взглядом и леденею. Мирон и Эрик при полном параде заходят в дом, здороваясь с хозяйкой дома.

— Чёрт, — отворачиваюсь. К этому я не была готова.

— Спокойно, — говорит Соня, поглаживая меня по руке, — они пошли в другую сторону.

— Лина, — слышу, как обращается ко мне Артём и ощущаю, как его рука обвивает мою талию. Оборачиваюсь, и он отдаёт мне бокал с яблочным соком. Натягиваю улыбку при виде его отца и сжимаю бокал крепче.

— Как вам вечер? — интересуется Сергей Витальевич.

Соня, стоя рядом, пребывает в шоке, следя за мной и Артёмом. Зная её, она может сказать всё что угодно в любой момент, не постеснявшись никого. Поэтому я осторожно сжимаю её руку, давая понять, чтобы она молчала.

— Необычно, — смущённо отвечаю, — я никогда не была на таких вечерах, и мне немного непривычно.

— Привыкай, — с улыбкой отвечает он мне, — теперь вы будете часто с Артёмом посещать такие мероприятия.

— Конечно будем, — соглашается Артём, убирая руку с талии и обнимая мои плечи, прижимая ближе.

Соня, молча наблюдавшая за нами, закашливается от услышанного, привлекая к себе внимание.

— Здравствуйте, — прокашлявшись, говорит она, протягивая руку Сергею Витальевичу, — Соня Сафронова, подруга Лины.

— Дочь Павла Викторовича?

— Всё верно, — отвечает Соня и продолжает что-то говорить. А я больше ничего не слышу, смотрю на Эрика, стоящего не далеко от нас в компании Мирона, Богдана и ещё двух мужчин. Хмурясь, он внимательно осматривает нашу компанию, и его взгляд задерживается на мне с Артёмом, который продолжает прижимать меня к себе, как родную. Наши взгляды встречаются, и на его лице мелькает улыбка, которую он прячет за стаканом с тёмной янтарной жидкостью.

Сердце начинает отбивать стремительный ритм, и я чувствую жар, приливающий к щекам, а в ушах нарастает шум. Непонятно почему, но во мне начинает просыпаться чувство вины, словно меня уличили в предательстве. Отвожу взгляд от Эрика и пытаюсь уловить суть разговора Сони и Сергея Витальевича, но мужской голос отвлекает меня.

— Соня, я тебя потерял, — говорит Богдан, обнимая её за талию.

— Я встретила друзей, — с улыбкой начинает она представлять нас. Немного пообщавшись, они уходят к своим знакомым, точнее, Богдан уводит Соню за собой. В этот момент к нам подходит Кира с матерью.

— Дорогой, — обращается Маргарита Станиславовна к мужу, — вас с Артёмом в кабинете ждёт Феликс.

— Кира, составь компанию Лине, пока нас не будет, — говорит ей отчим.

— Конечно, — мило улыбаясь, отвечает она ему. — Спасибо тебе, — говорит тихо уже мне, когда они отходят от нас. Я лишь слегка улыбаюсь ей в ответ.

Окидываю взглядом всех гостей в поисках знакомой фигуры, и меня захлёстывает волна шока: этого не может быть! Моргаю несколько раз, будто увиденное исчезнет, но нет. Эрик стоит спиной ко мне у колонны, шепча что-то на ухо Ане, держа её за локоть и придвигая ближе к себе. Она мило улыбается ему в ответ и опускает свою руку на плечо, поглаживая его. На этом моя нервная система не выдерживает, и я, развернувшись, ухожу в сторону уборных, отдав бокал мимо проходящему официанту.

— Лина, что случилось? — тревожный голос Киры доносится мне вдогонку.

— Я сейчас, — отвечаю, не зная, услышала она меня или нет.

Залетаю в уборную и, войдя в одну из свободных кабинок, включаю холодную воду. Опускаю руки под ледяные струи, немного их подержав, прислоняю к лицу, затылку и груди. Холодные руки немного приводят в чувства, и дышать становится легче. Поднимаю глаза и смотрю на себя в зеркало. Может, всё не так, как кажется? Вспоминаю рассказ Эрика, прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Не буду торопиться с поспешными выводами. Выключаю воду и тянусь к ручке, но замираю, услышав:

— Сегодня встретиться не получится, — произносит девушка, голос которой мне кажется знакомым. Она смеётся: — Я сегодня договорилась о встрече с Эриком. Мы пока никому ничего не сказали. Он попросил немного времени, чтобы мирно разойтись с этой малолеткой, не хочет портить отношения с Яном.

Включив воду, она заливается смехом и добавляет:

— После моего развода мы объявим о нашем воссоединении.

Лбом упираюсь в дверь, прикрываю глаза, и щёки тут же становятся мокрыми. Шум воды стихает, а стук каблуков, словно иглы, проникают в сердце.

Всё, довольно с меня! Хватит!

Я справлюсь!

Сама согласилась на такие отношения. Что теперь слёзы проливать? Всё встало на свои места: он предупреждал, что ему не нужны серьёзные отношения. Видимо, ждал её возвращения, а я размечталась.

У меня есть мечты, вот и займусь их исполнением.

Привожу себя в порядок, насколько возможно скрываю покраснения на лице пудрой. В зеркале оцениваю результат своих усилий. Пудра неплохо справилась с задачей, но я всё же ощущаю себя немного уязвимой.

Собравшись с силами, выхожу на поиски Артёма и тут же сталкиваюсь с Маргаритой Станиславовной.

— Лина, я тебя ищу, — говорит он.

— Что-то случилось? — нехорошее предчувствие накрывает меня.

— Тебя в кабинете ждёт Сергей Витальевич, пойдём. — Она жестом показывает следовать за ней.

— Хорошо, — отвечаю настороженно. Оглядываю зал в поисках Артёма или хотя бы Киры, но их нигде нет. Страх и паника начинают поглощать. Что за день? Если я сегодня вернусь домой несломленной, буду считать себя героиней.

— Артём тоже в кабинете, — говорит она, уловив мой взгляд. Улыбнувшись ей в ответ, следую за ней.

Пройдя по длинному коридору, останавливаемся у единственной двери зелёного цвета. Хорошо, что не красная. Боже, о чём я только думаю. После двух лёгких стуков она открывает её и впускает меня внутрь. Бояться, что услышу лишнее?

Войдя в кабинет, в глаза сразу бросается Артём, сидящий в кресле и прижимающий к носу салфетку, в которую, судя по всему, завернут лёд.

— Что случилось? — спрашиваю взволновано, подходя ближе.

— Это ты нам расскажи, — произносит строго Сергей Витальевич.

Смотрю на Артёма, но по его выражению ничего не понятно, перевожу взгляд на Киру: она стоит, поджав губы, и пытается что-то мне сказать глазами, но натыкается на взгляд матери и отводит его в сторону.

— Я его не била, — говорю первое, что приходит в голову. Артём отпускает смешок.

— Это твой парень его ударил, — говорит Сергей Витальевич, пристально следя за моей реакцией.

Хочется пошутить и спросить, зачем Артём сам себя ударил, но сдерживаюсь.

— Какой парень? — переспрашиваю непонимающе.

— Артём, ты и её научил врать? — Все замирают и переглядываются.

— Пап, никакой он ей не парень.

— Хватит, — хлопает он рукой по столу. — Просто так он тебе врезал.

Господи. Мне кажется, я схожу с ума. О чём они?

— Вы думали меня обвести вокруг пальца? — кричит Сергей Витальевич, вращая пальцем в воздухе. — Встречаются они уже два месяца, — передразнивает. — А то, что Лина месяц назад была в Сочи с Эриком, забыли? Или она тебе изменяет, а? — обращается он к сыну, нахмурив брови.

Вот чёрт. Он что, тоже был на этом форуме? Вот и попались.

Соображай, Лина.

— Я была в качестве переводчика, — отвечаю уверенно, ведь это почти правда.

— Милая моя, — устало вздыхает он, обращаясь ко мне, — так не смотрят на переводчиков, даже на любовниц так не смотрят, как смотрел он на тебя.

— Вы ошибаетесь, — отвечаю резко, злость кипит изнутри. Кажется, всех смог ввести в заблуждение.

Он лишь качает головой и говорит:

— Оставьте нас с Артёмом наедине.

Кира берёт меня под локоть и выводит из кабинета. Пройдя быстрым шагом коридор и выйдя в зал, останавливаю её у колонны и спрашиваю:

— Что произошло? — Она, оглядевшись вокруг, отвечает:

— Твой красавчик застукал нас в кабинете.

— И что? Решил устроить Артёму взбучку за измену? — усмехаюсь.

— Нет, он даже, кажется, обрадовался, — пожимает она плечами. — Потом заставил Артёма сказать правду, грозясь рассказать всё отцу. А в нос дал, сказав, чтобы в следующий раз не прижимал так сильно. И в этот момент вошёл его отец.

Задуматься над словами Киры не успеваю, как слышу взволнованный голос Сони:

— Вот ты где, я тебя искала, — подходит ближе. — Ты что, опять плакала? — смотрит она на меня, хмурясь.

— Всё в порядке, — провожу рукой по её плечу. Если сейчас начну рассказывать, боюсь, не сдержаться.

Окидываю зал взглядом и замечаю Мирона, который пристально следит за нами. Встретившись с ним взглядом, он поднимает бокал в приветствии. Кивнув ему в ответ, продолжаю бродить глазами по залу. И самое ужасное, что делаю это неосознанно. Моё сердце и тело требуют увидеть его.

Заметив мои поиски, Соня негромко произносит:

— Он уехал, — и, встретившись со мной глазами, добавляет: — не один.

Отлично, пусть катятся на все четыре стороны.

— Я освободился, — говорит Богдан, подойдя к нам, — можно ехать.

— Лина, ты с нами? — спрашивает Соня.

Богдан хмурится, смотря на Соню. Я прослеживаю за его взглядом, и мои глаза округляются.

— Что случилось с твоим платьем? — спрашивает он, стиснув зубы.

Соня осматривает себя, и даже на её смуглой коже заметно, как она краснеет до кончиков ушей.

— Ой, я даже не заметила, — пытается разгладить рукой платье на бёдрах.

— Что ты не заметила? Как на тебе платье мяли? — рычит на неё Богдан.

У Сони действительно платье выглядит так, будто его пожевали и выплюнули. И то, что Богдан не сдержался при нас и нарычал на Соню, говорило о том, что пора её спасать.

— Блин, Соня, прости, — вмешиваюсь в их молчаливую перепалку. Перевожу взгляд на Богдана и продолжаю: — Это я, видимо, его помяла, когда помогала ей в уборной. Не учла, какая ткань прихотливая.

Богдан задумывается, явно рисуя в воображении сцену в туалете. Все замерли в ожидании вердикта, но тут приходит на помощь Кира:

— У меня такое же платье, ткань отличная, но капризная. Когда однажды в нём сходила в туалет, — Богдан морщится, а Кира с азартом продолжает, — так корячилась, что потом выглядело в сто раз хуже, чем у тебя, так что Лина…

— Жду в машине, — говорит Богдан Соне, перебивая Киру, не дожидаясь окончания рассказа. Развернувшись, он направился к выходу, а мы дружно смотрим ему вслед, едва сдерживая улыбки.

— Спасибо, девочки, — говорит Соня, но глазами находит Мирона, бросив в него злобный взгляд. Он лишь в ответ расплылся в лукавой улыбке.

Попрощавшись с Кирой, мы выходим из дома и направляемся к машине Богдана.

— Как же я устала от всего, — бормочу себе под нос. — Каникулы скоро закончатся, а у меня такое чувство, что все силы на исходе.

Соня резко останавливается, поворачивается ко мне и с широкой улыбкой говорит:

— Я кое-что придумала, — обнимает меня, — едем к тебе, будем разрабатывать маршрут.

Надеюсь, эта глава будет нескучной. Лине нужен этот отдых.

— Где же она? — говорит Соня, нервно расхаживая у стойки регистрации.

— Трубку не берёт, — отвечает Ника, убирая телефон в задний карман шорт.

— Может, у неё не получилось стащить паспорт? — предполагаю я, тревожно озираясь на вход в здание аэропорта.

После благотворительного вечера Богдан отвёз нас с Соней ко мне домой, где она предложила слетать в Италию на шопинг и заодно поваляться на пляже. Пока мы разрабатывали маршрут, решили уговорить Мию и Нику поехать с нами. Понимали, что будет проблематично, они были слишком гордые, поэтому пришлось надавить на жалость и подключить Яна. Он убедительно заявил, что его беспокоит моё душевное состояние, о чём, в принципе, он особо не врал, поэтому они должны поехать со мной, чтобы приглядеть и помочь прийти в себя.

— Вон она! — взвизгивает Соня, заметив бегущую Мию с чемоданом.

— Простите, девочки, — выдыхает запыхавшаяся Мия, подбегая к нам. — Не знаю, как, но мне удалось, — нервно произносит она и показывает загранпаспорт.

Яну удалось убедить девчонок поехать со мной, но вскрылись ещё две проблемы. У Ники не оказалось ни паспорта, ни визы — эту проблему Ян решил быстро, а вот с Мией было сложнее, её паспорт был в сейфе у отца. Целые сутки мы готовили Мию к миссии стащить паспорт.

— Ура! Ты справилась! — обнимаю её.

Пройдя регистрацию и всевозможные проверки, мы рассаживаемся в самолёте. Вылет у нас ранний, поэтому все укладываются спать, а у меня ни водном глазу от предвкушения. Сборы помогли немного забыться и вспомнить о своих мечтах. Однако были моменты, нарушающие моё душевное равновесие, когда я сталкивалась с Эриком в доме Яна.

Однажды, приехав без предупреждения, я услышала Эрика, говорящего в кабинете Яна на громкой связи с Андреем. Эрик был в ярости, настаивая, чтобы он перенёс судебное разбирательство на две недели, так как она нужна была здесь. В противном случае, если она улетит, вернётся лишь через месяц, в лучшем случае. В тот день я решила, что займусь воплощением мечты в ближайшее время, и поездка в Италию как раз будет решающей для принятия окончательного решения.

В Римини нас встречает Наталья Сергеевна. Это было главным условием Яна, когда мы уговаривали его на поездку. Он категорически отказывался отпускать двадцатилетних девушек одних в неизвестность. Поэтому он договорился с мамой, что они с Марией Александровной за нами присмотрят. Нам повезло, что мама Яна как раз была в Италии в гостях у Марии Александровны.

— Привет, дорогая, — говорит Наталья Сергеевна, раскрывая свои объятия.

— Здравствуйте, — отвечаю, прижимаясь к ней.

В такие моменты я особенно остро ощущала нехватку мамы. Я часто вспоминаю её. Особенно сейчас, когда так хотелось бы поделиться своими чувствами, переживаниями и болью. Возможно, поэтому я и не стала противиться, когда Ян выдвинул условия для поездки, подсознательно я хотела увидеться с Натальей Сергеевной и, возможно, даже поговорить.

— Здравствуйте, — произносят девчонки, отрывая нас от объятий.

— Привет. Ну что, готовы?

— Да! — восклицаем в голос.

— Мы составили маршрут, — говорит Соня, протягивая свёрнутый лист бумаги.

— Забудьте про свой маршрут из интернета. Маша вам подготовила свой, и, уверяю вас, он гораздо лучше.

— Хорошо, — отвечает Соня с улыбкой, разрывая продуманный нами до мелочей маршрут. Ну вот и вся ночь на смарку.

— Сейчас мы отправимся к Маше, где разместитесь, плотно позавтракаем и отправимся на экскурсию по Римини, — говорит Наталья Сергеевна, когда мы устраиваемся в минивэне с личным водителем.

До виллы Марии Александровны доезжаем довольно быстро. Она встречает нас с тёплой улыбкой и проводит небольшую экскурсию по своей вилле, находящейся на берегу моря с небольшим садом на заднем дворе.

— Зачем вам такой большой дом? — с любопытством спрашивает Соня у Марии Александровны.

— Ну как зачем, — смеётся она, — надеюсь, вскоре у меня появятся внуки, и они будут проводить каникулы у меня.

— Вы уверены, что хотите внуков от этой стервы?

— Соня, — шиплю на неё.

Мария Александровна непонимающе смотрит на Соню и спрашивает:

— Ты всегда так о подругах отзываешься?

— Никакая она мне не подруга, — дерзко отвечает Соня, после чего прищуривается. — А вы не в курсе, — догадывается она.

— Не в курсе чего?

— Что Эрик сошёлся с Аней.

Брови Марии Александровны взлетают вверх, затем она хмурится и переводит свой взгляд на меня. Я лишь пожимаю плечами.

Возникшую тишину нарушает Наталья Сергеевна:

— Девочки, вы, наверное, хотите освежиться и переодеться после самолёта?

— С удовольствием, — отвечают Ника с Мией.

— Пойдёмте, покажу вам ваши комнаты.

Взяв чемоданы, мы следуем за Натальей Сергеевной. Проходя мимо Марии Александровны, она останавливается и шепчет ей на ухо:

— Маш, раньше времени не накручивай себя, потом ему позвонишь и всё выяснишь, — и, хотя я уже прошла мимо, её слова всё равно доносятся до моих ушей.

Мы успеваем принять душ, переодеться и позавтракать в саду, обсуждая наш сегодняшний маршрут, а Мария Александровна так и не присоединилась к нам. Если честно, я начала уже беспокоиться. В голову стали закрадываться дурные мысли: а вдруг она согласилась нас принять лишь потому, что считала, что я всё ещё с Эриком. И сейчас ей не удобно принимать в своём доме бывшую любовницу сына, в который будут приезжать будущие внуки от другой.

— Вы уже позавтракали? — вырывает меня из самопоедания весёлый голос Марии Александровны.

— Да, и мы уже готовы выдвигаться, — отвечает Ника, протирая рот салфеткой.

— Дайте пять минут, я только чаю выпью, — отвечает она Нике. Допив чай, Мария Александровна встаёт из-за стола и с улыбкой говорит:

— Ну что, поехали!

Первые два дня Мария Александровна и Наталья Сергеевна устроили нам экскурсию по Римини. Этот итальянский город кажется простым курортом на побережье Адриатики, но стоит лишь немного окунуться в его атмосферу, как открываются великолепные страницы прошлого и культурные сокровища. Первой остановкой на экскурсии была Арка Августа. Следующим пунктом маршрута стал собор Санта-Кьяра, более известный как Храм Малатеста. Завершающим аккордом экскурсии стала прогулка по старинным улочкам Римини.

— Это было потрясающе! — восклицает Ника. — Спасибо вам огромное, — говорит, обнимая всех по очереди на выходе из ресторанчика Марии Александровны, где мы ужинали.

— Сейчас идём домой, завтра встаём рано утром и отправляемся в Милан.

— Ура! — вскрикивает Соня от восторга, но тут же становится серьёзной: — Мне не хватит одного дня в Милане, — смотрит на всех растерянно.

— Там мы будем два дня, — улыбаясь, говорит Мария Александровна.

— Супер! — подпрыгивает Соня от радости.

В Милане наше путешествие началось с площади Дуомо, где возвышается величественный Миланский собор — шедевр готической архитектуры. После посещения собора мы отправляемся в замок Сфорца, величественно возвышающийся в парке Семпионе. Завершает экскурсию неспешная прогулка по живописным улочкам района Брера, где узкие, вымощенные булыжником улицы ведут нас к антикварным лавкам, оставляя в душе незабываемые впечатления о Милане.

Весь следующий день мы провели в Галерее Виктора Эммануила II — старейшем в мире торговом центре, где роскошь встречается с историей. Прогуливаясь по его величественной крытой галерее, под великолепным куполом из стекла и чугуна, можно ощутить дух XIX века, когда этот комплекс служил символом процветания и стиля. Здесь приятное времяпровождение дополняют кафе и бутики, предлагая отдохнуть за чашечкой ароматного итальянского кофе и насладиться витринами всемирно известных брендов.

— Соня, тебе не переносить это за всю свою жизнь, — смеясь, говорит Мия, когда Сонька выгружает гору пакетов на диван в кафе, где нас ждали Мария Александровна и Наталья Сергеевна.

— Мийка, это не только для меня. Тут ещё и подарки моим любимым подружкам, — подмигивает мне Соня.

Улыбаюсь.

Мы прекрасно понимали, что Ника с Мией не смогут позволить себе всё, что им захочется и мы нашли способ это исправить. Мы выбирали не только себе, но также внимательно следили за ними, что им нравилось, но откладывали без покупки, и пока мы шли в другой бутик, Сонька покупала это в качестве подарка.

Последний наш день мы провели на пляже Римини, стараясь впитать в себя как можно больше солнца и тепла итальянского лета.

— Пойдём прогуляемся, — говорит мне Мария Александровна, поднимаясь с шезлонга.

— Пойдёмте, — поднимаюсь следом.

Мы устроили небольшую прогулку вдоль побережья, оставляя следы на мокром песке. Легкий ветерок приносил с собой запахи моря и свежести.

— Лина, я не буду вмешиваться в твои отношения с Эриком…

— Их нет, чтобы вмешиваться, — перебиваю немного резко.

— Когда Соня сказала об Ане, меня эта новость повергла в шок, и я позвонила Эрику. Он уверил, что это не правда.

— Возможно, он просто не хотел вас расстраивать, зная ваше отношение к ней.

— Человек, любящий по-настоящему, не будет зависеть от чьего-то мнения, даже мнения матери.

Эти слова оседают в голове, но суть, которую я пытаюсь уловить, куда-то ускользает.

— Лина, — она останавливается, и я поворачиваюсь к ней, — он никогда бы не простил измену. Даже если бы и простил, ты же прекрасно понимаешь, что жить с этим будет невозможно, и никакая любовь тут не поможет.

— Может, он так не считает.

— Надеюсь, что нет, — отвечает она задумчиво. Вернулись мы на наше место уже с заходом солнца. Римини окрасился в теплые оттенки оранжевого и розового, а воздух начал постепенно остывать.

Когда солнечные лучи погружались в морские глубины, уступая место вечерней прохладе, я приняла окончательное решение. Оставалось только подготовить Яна к этому.

Войдя на кухню, вижу, как Ян что-то ищет в шкафчиках, разговаривая по телефону:

— Она тебе нужна? — посмеиваясь, говорит он. — Если она не явится в суд, тебе будет легче: представишь доказательства измены, и всё решится в твою пользу.

Из трубки раздаётся голос собеседника, но слова не разобрать. Ян, внимательно слушая, достаёт зёрна из шкафа и заполняет ими кофемашину.

— Андрюх, он её не отдаст тебе, успокойся. Суд переноси, пока Эрик…

— Привет, — перебиваю Яна, не дав ему договорить. Он оборачивается, коротко говорит в телефон: — Перезвоню, — и завершает звонок.

— Привет, — отвечает он мне, убирая зёрна обратно в шкаф. Нажимает кнопку «американо», поворачивается, облокачиваясь на столешницу. На его лице мелькает тень улыбки, если это можно назвать улыбкой, приподнимая немного один уголок губы.

Вот что за сухарь, никогда не проявляет свои истинные чувства. Недолго думая, подхожу к нему и крепко обнимаю:

— Твоя мама просила передать тебе обнимашки и поцелуй, — целую его в щёку.

— Хватит, — морщится он, — ты же знаешь, я это всё не люблю.

— Боже, Ян, как тебя женщины терпят? — Он только хмыкает и спрашивает:

— Кофе будешь?

— Нет, — мотаю головой, — я дома позавтракала. Сажусь за стол и беру яблоко.

— Почему вчера не приехала?

— Пока добралась домой, разобрала чемодан, было уже поздно.

На самом деле мне не хотелось встретиться здесь с Эриком. Вероятность, что он будет здесь вечером, была велика. Утром риск столкнуться с ним меньше.

— Как отдохнули? — усаживается напротив с кружкой в руках.

— Отлично, — улыбаюсь, перекидывая яблоко из одной руки в другую. В голове перебираю слова, чтобы начать разговор с Яном.

Отпивая кофе, он внимательно наблюдает за мной.

— Что случилось?

— Ничего, — улыбаюсь, — кстати, я привезла подарки. Давай, допивай кофе и пойдём в гостиную, я там пакеты оставила.

— Я уже всё, — отставляет кружку.

— Так не терпится увидеть подарок? — смеюсь, вставая из-за стола.

Устроившись в гостиной, я протягиваю пакет Яну. Он вынимает из него коробку и, раскрыв её, поворачивается ко мне:

— Спасибо, — по глазам вижу, что нравится.

— Подойдут для твоей коллекции часов?

— Да, — отвечает он, доставая часы из коробки. Он коллекционирует наручные часы. Где бы он ни был, всегда возвращается с новыми часами. Была бы возможность, менял бы их с каждым движением стрелки.

От примерки часов отрывает телефонный звонок. Ян, посмотрев на экран, отвечает:

— Да, — внимательно слушает собеседника. — Она со мной. Будем примерно через сорок минут, — завершает разговор и, взглянув на меня, добавляет: — Нас ждут, Лина.

— Случилось что-то? — настораживаюсь, глядя, как Ян убирает часы обратно в коробку.

— Да, и пора уже с этим разобраться, — говорит он, вставая.

— Ян…

— Поехали. Скоро сама узнаешь.

Чёрт.

В машине мой мозг начинает выдавать разнообразные предположения, что же могло произойти. Самое реальное — отец Артёма позвонил Яну, и сейчас нас ждёт взбучка за враньё.

Как же стыдно.

Но я сильно ошиблась, когда мы остановились у клуба «Кортни».

— Пойдём, тебе хотят кое-что рассказать, — говорит Ян, заглушая двигатель.

— А если я не хочу знать?

— Разобраться нужно, особенно тебе, Лина, — открывает дверь и выходит.

Действительно, пора поставить жирную точку и двигаться дальше к своей мечте.

Войдя внутрь, мы проходим через зал и поднимаемся на второй этаж. Дверь в кабинет Эрика приоткрыта, и оттуда доносятся всхлипы.

— Проходи, — говорит Ян, распахнув дверь шире, заметив, как замедлился мой шаг.

Сжав ладони в кулаки, делаю несколько шагов под стук своего сердца и вхожу в кабинет. Взгляды всех присутствующих устремляются на меня. Эрик поднимается из кресла, улыбаясь. У окна стоит Мирон и тоже растягивается в улыбке. Света, работающая у Эрика администратором клуба, шмыгает носом. Только Аня, сидящая в кресле, делает вид, что не замечает меня.

Ян заходит следом за мной, пожимает руки парням и встаёт рядом с Мироном.

— Мы тебя слушаем, Света, — жёстко говорит Эрик.

— Я… — она шмыгает носом и вытирает слёзы, — это я подсыпала Эрику в кофе порошок.

— Мы выяснили состав этого порошка, — вмешивается Мирон, повышая голос и глядя на Аню. — Побочек куча.

— Включая дисфункцию эрекции, — добавляет Эрик, не сводя с меня глаз.

Мой взгляд машинально переходит на Аню, которая уже внимательно наблюдает за мной. Поймав мой взгляд, она отвечает мне мимолётной улыбкой — в её глазах нет ни тени сожаления, ни тревоги, а лишь искра надежды, что я поверю всему этому бреду.

Прикрываю глаза, вспоминая всё, что она говорила в уборной по телефону.

Браво, отыгрывают на пять.

Обвожу взглядом Мирона и Яна, которые стоят с довольными выражениями лиц, что у них всё получилось и не догадываются, какую игру ведёт их друг. И кто я такая, чтобы влезать в их дружбу?

Друг он отличный.

Поворачиваюсь к Эрику и, смотря прямо ему в глаза, улыбаюсь, давая понять, что поверила, и произношу уже для всех:

— Рада, что всё прояснилось, — улыбнувшись мне в ответ, Эрик срывается с места и направляется ко мне. Ну уж нет. Закреплять объятиями мы это не будем, разворачиваюсь к Яну и говорю:

— Ян, я решила перевестись на заочное обучение и переехать в Италию, — на этих словах Эрик замирает в шаге от меня. — Позвони, когда будет время, встретимся и обсудим мой переезд.

— Хорошо, — отвечает он растерянно.

Разворачиваюсь и спокойно выхожу из кабинета, но, оказавшись снаружи, ускоряю шаг, готова бежать и больше никогда не возвращаться.

— Лина, — слышу за спиной голос Эрика и его приближающиеся шаги. Только не это.

Не хочу.

— Подожди, — ловит меня за локоть, разворачивает и притягивает к себе.

От его прикосновения кровь по венам начинает бежать быстрее. Мурашки осыпают моё тело до кончиков пальцев на ногах. Так хочется забыться и прильнуть к нему.

Зачем он пошёл за мной? Всё же вышло, как они хотели.

— Не трогай меня, — говорю ему, вырывая локоть и отхожу на пару шагов.

Эрик непонимающе кружит глазами по моему лицу.

Усмехаюсь. Надо же, так реально умеет играть эмоциями.

— Всё нормально, — говорю, глядя в его глаза, — можете объявлять о своём воссоединении, а я скажу Яну, что мы расстались из-за переезда.

— Какое на хрен воссоединение? — взрывается он, хватая меня за локти и несильно встряхивает.

— Хватит! — вскрикиваю, вырываясь из его захвата. — Я знаю про вас с Аней и весь этот спектакль только ради дружбы с Яном.

— Это чушь!

— Эрик, я всё видела и слышала сама, на благотворительном вечере.

— Что ты опять видела и слышала? — с издёвкой в голосе спрашивает он. На этом моё терпение заканчивается. Заметив, как Ян выходит из кабинета, говорю:

— Если ты приблизишься ко мне вновь, я всё расскажу Яну, — и быстрым шагом спускаюсь по лестнице на первый этаж.

Влетаю в кабинет и направляюсь к этой стерве, сидящей в кресле:

— Что ты ей наговорила на благотворительном вечере? — выставляю руки по обе стороны её кресла.

— Ничего, — моргает своими не невинными глазками.

— Ну раз ничего, — хватаю её за локоть и поднимаю из кресла.

— Отпусти, — вскрикивает она, ударяя по моей руке.

— Поехали, — бросаю Мирону.

— Куда? — возмущается Аня.

— Узнаешь, — рычу в ответ.

Бешенство берёт верх над моими эмоциями, словно снежная лавина, неспособная остановиться. Контролировать себя становится сложнее. Решение Лины подбивает к кардинальным мерам.

Я пытался выяснить всё мирно и договориться с Аней, хотел понять её мотивы, чтобы предложить ей что-то взамен, но она упорно избегала контакта.

Потом Ян надавил на Андрея, и он признался, что она давно балуется запрещёнкой и, насколько ему известно, сейчас живёт у подруги.

Подруга у неё была одна, и я прекрасно знал её. У неё мы выяснили, что Аня вот уже месяц пытается привлечь внимание какого-то политика, и что она будет на благотворительном вечере.

Оттуда мы с Глебом увезли её в клинику к знаковому врачу и оформили на реабилитацию. Пролежав там неделю, она сдала Светку, чего нам показалось будет достаточно, но нет, эта сука умолчала, что разговаривала с Линой на том самом вечере.

— Пиши заявление, — поворачиваюсь к Свете, — чтобы завтра тебя здесь не было.

— Эрик…

— Иначе я сам на тебя заявлю, — рявкаю на неё. — В следующий раз думай, что делаешь и по чьей просьбе.

— Я поняла, — испуганно кивает она, — завтра меня здесь не увидишь.

Поднимается и выбегает из кабинета.

— Позвони Круглову, — обращаюсь к Мирону, — и сообщи, что пациента везём обратно.

— Нет, — вскрикивает Аня, пытаясь вырваться из моего захвата.

— У меня идея получше, — говорит Мирон, а в глазах озорные черти пляшут.

— Пошёл к чёрту, Миронов, со своими идеями, — кричит на него Аня.

— О не-е-ет, — тянет он. — Это ты будешь просить отправить тебя к нему, — с насмешкой произносит Мирон и выходит из кабинета.

— Поехали, — тяну её за локоть.

— Отпусти. Я сама дойду.

Взглядом даю понять, чтобы без глупостей, и отпускаю. Она поправляет своё задравшееся платье и, поправив волосы, выходит из кабинета со словами: — Не убьёте же меня.

В машине я усаживаюсь на заднем сиденье рядом с Аней. Мирон блокирует двери.

— Господи, Миронов, ты действительно думаешь, что я выпрыгну на ходу? — язвит она, скрещивая руки на груди.

Всю дорогу от клуба до дома Ян не произнёс ни слова, только хмурился и о чём-то думал, постукивая пальцами по рулю.

У дома, когда я выходила, он сказал, что ему срочно нужно в офис, но завтра ждёт меня у себя дома. Он не понимает моих решений и что вообще со мной происходит. Я лишь кивнула в ответ, захлопнув дверь машины.

Войдя в квартиру, облокачиваюсь спиной о входную дверь и прикрываю глаза. В голове возникает образ Эрика и его непонимающий взгляд, который вселяет в меня сомнения в моих решениях.

Хватит. Отталкиваюсь от двери и снимаю кеды. Нужно срочно отвлечься, чтобы не думать о нём.

Зайдя в гостиную, осматриваюсь. Чем себя занять? Коробки разбирать смысла нет, завтра обсудим с Яном переезд и можно будет заклеивать обратно.

Подумав, решаю приготовить ужин.

Пробежавшись глазами по продуктам в холодильнике, достаю мясо, овощи и приступаю к готовке.

Завершая последние штрихи в приготовлении мяса, на столе начинает вибрировать мой сотовый.

— Привет, — раздаётся в трубке голос Сони.

— Привет.

— Чем занимаешься?

— Готовлю ужин, — удерживая телефон между плечом и ухом, убираю противень в духовку. — Приезжай, поужинаем вместе.

— С удовольствием, скоро буду, — сбрасывает звонок Сонька.

Пока жду её, нарезаю овощной салат и успеваю прибраться на кухне.

— Как вкусно пахнет, — говорит Соня, входя в квартиру.

— А что это у тебя? — смотрю на коробку в её руках.

— А это мой новый питомец, — улыбается и ставит коробку на комод.

— Зачем ко мне привезла?

— Я после тебя его отвезу… хм… в свой приют, — смеётся, снимая белоснежные кроссовки.

— У тебя есть приют? — удивляюсь.

— Ага, — подтверждает, заходя в ванную.

Пока она моет руки, достаю из духовки мясо. Раскладывая его по тарелкам, поглядываю на Соньку, которая усаживается за стол, опирается на руку и тянется к салатнику, выбирает оттуда огурцы и закидывает себе в рот.

— Может, расскажешь, что за приют у тебя? — спрашиваю, ставя тарелку перед ней.

— Поехали со мной, заодно всё покажу, — предлагает она, отрезав кусочек мяса и кладёт себе в рот.

— Поехали, — с удовольствием соглашаюсь. Всё равно заняться нечем.

— Вова сможет нас отвезти через полтора часа, — говорит она, печатая что-то в телефоне, видимо, с Вовой переписывается.

— Ты вроде отказалась от водителя?

— Нам загород надо, а на такси страшно так поздно ехать, поэтому иногда прошу его, — пожимает плечами.

— Понятно, — больше ничего не спрашиваю, захочет, сама всё расскажет.

Спустя полтора часа, как и обещал, за нами заезжает Вова, личный водитель Сони. До пункта назначения добираемся за сорок минут. Остановившись у высокого забора, выходим из машины.

— Мне с вами пойти? — спрашивает Вова.

— Нет, мы быстро, — отвечает ему Соня, захлопывая дверь.

— Подержи, — протягивает мне коробку и залезает в рюкзак, от куда достаёт связку ключей.

Открыв калитку, мы заходим внутрь, и в тот же миг две собаки стремительно набрасываются на Соньку, кружа возле неё, ласкаясь.

— Привет, мои хорошие, — гладит их по очереди.

Я, закрыв рот ладонью от испуга, так и застыла на месте, поднимаю взгляд на дом, в котором горит свет.

— Сонь, — дёргаю её за руку, — в доме кто-то есть.

— Не поняла, — хмурится она. — Что он здесь делает?

Не успеваю спросить, кто он. Мой взгляд скользит по окнам, и я замечаю Аню, которая размахивает руками и что-то говорит Мирону.

— Сонь, поехали от сюда, — говорю ей.

— Тебе не кажется странным, что она здесь с ними?

— С ними? — переспрашиваю не понимающе.

— Да, — берёт меня за руку и ведёт чуть влево, где я замечаю Эрика.

— Там явно что-то происходит, — тянет меня за руку в сторону дома.

Не знаю почему, но я молча следую за Соней. Тихо заходим в дом и сразу до нас доносятся слова:

— Если ты не уберёшь телефон, я ничего рассказывать не стану.

Останавливаемся в дверях гостиной, где нам хорошо видно только Мирона.

— Хорошо, — отвечает он, бросая свой телефон на диван.

— Отлично, — отвечает она.

Не понимая, переглядываемся с Соней, когда она ненадолго замолкает.

— Это ты виноват в том, что случилось со мной, — начинает она с упрёком. — Я хотела вернуться к тебе, но ты… — кричит она. — Ты сказал, что больше не любишь меня, и чтобы я возвращалась к мужу. А я ведь ещё три года назад хотела развестись с ним и вернуться к тебе, — всхлипывает она.

— Захотела вернуться, узнав о моём капитале, который, видимо, тебя устроил, — говорит Эрик спокойным голосом.

— Нет! — кричит она. — Я всегда любила тебя. Но твой отказ окончательно добил меня, и я пыталась забыться, и вот к чему это привело. Бесконечные клиники, психологи. Это не жизнь. И я уже начала справляться с этим, научилась жить заново… — она замолкает.

— И ты решила испортить мою жизнь? — спрашивает Эрик.

— Когда увидела тебя с ней, — смеётся она. — Таких счастливых и влюблённых… я снова сорвалась. И тогда я решила, что ты тоже будешь страдать, как и я.

— Больная, — замечает Мирон.

— Как я оказался в такси?

— Боже, Эрик, деньги могут всё! — восклицает она.

— Только не вылечить тебя, — тихо заключает Мирон.

Прикрыв глаза, я прислоняюсь к стене. Осознание собственной глупости окутывает головокружением и слезами. Сонька сжимает мою руку в знак поддержки.

Аня, не обратив внимания на реплику Мирона, продолжает свой рассказ:

— Таксисту я сказала, что ты перебрал, и он помог усадить тебя в машину. Когда выпал твой телефон, я увидела, что ты начал писать этой малолетке, и я подумала, что она, скорее всего, примчится к тебе после долгой разлуки. По дороге я нашла в твоём телефоне код от двери, который ты ей отправил, — смеётся. — И тогда я заплатила таксисту. Он помог довести тебя до кровати. Там я тебя раздела и раскидала наши вещи на первом этаже. И бац, я оказалась права, она примчалась.

— Что произошло на благотворительном вечере? — спрашивает Мирон.

— Что-что, возраст даёт своё, эмоции бегут вперёд, — делает небольшую паузу. — Я увидела, что она наблюдает за нами, когда ты поймал меня у колонны и начал угрожать. И бедняжка побежала в туалет.

— Ты специально попросилась туда же?

— Да, именно так. И я там устроила для неё небольшой спектакль по телефону, — смеётся. — Рассказала, какой ты козёл и как не хочешь портить отношения с Яном. И что мы скоро объявим о нашем воссоединении.

Какая же я дура. Закрываю ладонями лицо, действительно, эмоции бегут впереди меня.

— Вася! — вскрикивает Соня, забегая в гостиную. Садится на корточки и берёт в руки паука.

Я, отмерев, захожу следом за Соней и ищу взглядом любимые голубые глаза. На лице Эрика — облегчение, он прикрывает глаза, трёт двумя пальцами переносицу, крутя головой и расплывается в широченной улыбке.

— Ты знал, что она здесь! — кричит Аня на Мирона.

— Конечно, знал, — растягивается в усмешке он, — иначе не бросил бы телефон, а запер тебя обратно с пауками.

— Ты сдурел! — вскрикивает Сонька. — Эта змея всех их бы сожрала.

— Ненормальные, — говорит Аня, нервно смотря то на Соню, то на Мирона. — Это твоя девушка? — указывает на Соню, — ты нашел себе подстать.

— Мы никто друг другу, — отвечает Соня со злостью.

— Пошли, — хватает Мирон Аню и тянет с кресла.

— Куда? — кричит она.

— В машине подождёшь.

Он уводит её, и они скрываются за дверью, которая находится за спиной Эрика. Проходя мимо него, она бросает ему в спину: — Ненавижу.

Соня забирает коробку из прихожей и скрывается в комнате под лестницей.

Эрик всё это время смотрел только на меня. Поймав мой взгляд, он немного хмурится. В глазах сомнение. Понимаю, что боится от меня такой же реакции, как и утром.

Срываюсь с места, быстрым шагом пересекаю гостиную и окунаюсь в его объятия, утыкаясь лицом в его шею, всхлипывая.

— Прости.

Он крепко обнимает меня. Утыкается носом в мою макушку и делает два глубоких вдоха, потом ещё и ещё один. А я лишь сильнее всхлипываю.

— Ну ты чего? — спрашивает, обхватывая ладонями моё лицо и аккуратно целует, едва касаясь губ.

Обвиваю его талию, плотнее прижимаюсь, пытаясь углубить поцелуй. Веду ладонями вверх по его спине, наше дыхание учащается, и я чувствую, как раздувается его пах.

— Лина, — прижимается лбом к моему, — если мы продолжим, я не смогу остановиться, — тяжело дышит.

А мне мало, не хочу отрываться. Прижимаюсь к нему сильнее. Не отпущу.

— Так, мои хорошие, — заходит в гостиную Мирон, — чуть позже будете утехам отдаваться, а сейчас нам надо эту ненормальную отвести в клинику.

— В какую? — пугаюсь, цепляясь за футболку Эрика.

— Потом расскажу, — успокаивает он. — Езжай ко мне, я позже приеду.

— Нет, — кручу головой. Эрик хмурится. — Я у себя дома буду ждать, — прижимаюсь, целуя в шею.

— Соня, вы с Вовой приехали? — спрашивает Мирон, стоя в дверях, куда зашла она.

— Да.

— Отлично. Когда покормишь их, закрой всё, а собак не запирай в вольерах, пусть гуляют по участку.

— Без тебя знаю, — отвечает Соня дерзко. — И да, я нашла им новый дом, так что скоро я их заберу.

— Посмотрим ещё, — отвечает ей Мирон, быстрым шагом выходит из дома, хлопнув дверью.

— Мы ненадолго, — говорит Эрик, целуя в губы.

Через силу размыкаю объятия и улыбнувшись соглашаюсь его отпустить.

Вернувшись домой, принимаю душ и надеваю на обнаженное тело футболку Эрика. С телефоном в руках расхаживаю по квартире в ожидании его. Время близится к часу ночи, но он так и не появляется.

Почему же его так долго нет?

Растягиваюсь на кровати, разблокирую телефон и нахожу контакт Эрика. Палец замирает над зеленым кружочком. Дёргаюсь от неожиданности, когда раздаётся звонок в дверь. Вскакиваю с кровати и бегу в коридор, распахиваю входную дверь.

— А спросить кто? — строго спрашивает Эрик.

— Я кроме тебя никого не жду.

Эрик обводит меня взглядом и задерживается на бледно-красном пятне, которое я не смогла, да и не хотела отстирывать, чтобы остались воспоминания.

— Это моя футболка, — догадывается он, растягивая губы в улыбке. Перешагивает порог квартиры, подхватывает меня под ягодицы, и я обвиваю его ногами и руками, прижимаюсь к нему, словно хочу слиться с ним в единое. Он захлопывает дверь ногой, снимает кроссовки и достаёт свой сотовый из заднего кармана, кладёт его на комод в прихожей и затем несёт меня в комнату.

Утыкаюсь лицом в его шею, чувствую, как слёзы наполняют мои глаза.

Какая же я дура.

Столько времени потеряли из-за меня.

— Ну ты чего? — укладывает меня на кровать и нависает сверху.

— Прости, — притягиваю его обратно к себе.

— Какая же ты ещё мелкая, эмоции бегут впереди, — отстранившись, нежно целует в губы. — И зараза, выкрутила все жилы мне, — смотрит мне в глаза с нежностью. — Но моя, — примыкает к моим губам в жадном поцелуе.

Пробираюсь под его футболку, нежно скольжу пальчиками по спине. Эрик, тяжело дыша, добирается до моей шеи, скользит языком по пульсирующей жилке, вызывая во мне волну возбуждения, от чего я развожу шире ноги.

Схватив ворот футболки сзади, Эрик снимает её с себя и отбрасывает в сторону. Провожу ладонями по его груди, спускаясь ниже, расстёгиваю ремень, затем пуговицу на джинсах, молнию и ныряю рукой в его трусы. Обхватываю его возбуждённый член, проводя по нему сверху вниз, обводя головку большим пальцем.

— Чёрт, — шипит Эрик, прикрывая глаза.

Одним рывком снимает с меня футболку, укладывает на спину и обхватывает руками мою грудь. Языком проводит сначала по одному соску, затем по-другому. Заострившийся сосок обхватывает губами, посасывает и ласкает языком. Издаю громкий стон, выгибаюсь в нетерпении, давая понять, что хочу больше, сильнее.

Быстро приподнявшись, Эрик снимает джинсы и встаёт одним коленом на кровать. Проводит двумя пальцами по моей промежности, задерживаясь на клиторе, очерчивает его круговыми движениями. Волна желания захлёстывает меня с головой, кровь в венах пульсирует, и лоно начинает сладко постанывать, от чего мои бёдра невольно поддаются вперёд.

— Сейчас, — шепчет Эрик, обхватывает свою головку рукой и несильно сжимает, прикрывая глаза. Размещается между моих ног и погружает в меня два пальца.

— Отлично, — произносит он.

Вынимает их и одним стремительным движением проникает в меня на всю длину, откинув голову назад. Раздвигает мои ноги шире, углубляя проникновение. Запрокинув руки за голову, ощущаю, как лоно начинает пульсировать, и волна оргазма захлестывает меня целиком.

Эрик охватывает мой подбородок ладонью, примыкая к моим губам, делает несколько размашистых толчков и кончает, рыча прямо в мои губы.

— Как я об этом мечтал, — усмехается. — Хотя нет, больше хотелось выпороть тебя, — кусает меня в шею.

— Ай, — вскрикиваю от неожиданности.

Эрик ложится на бок и притягивает меня к себе.

— Я тебя люблю, Лина, — произносит он, смотря мне в глаза, поглаживая мою щёку большим пальцем.

От его признания бабочки в животе начинают порхать от счастья, сердце пускается в пляс, а кровь мчится по венам, приливая к моей голове. Зажмуриваюсь, не успев отойти от первого оргазма, как накрывает второй.

— Я тебя тоже люблю, — отвечаю, сглотнув ком в горле.

Он улыбается, притягивает меня ближе и обнимает крепче.

— И, пожалуйста, помни об этом, прежде чем тараканы начнут маршировать в твоей голове.

— Обещаю, — улыбаюсь.

— Верь мне. Я никогда тебя не обману, — шепчет он, покрывая легкими поцелуями мой лоб, щёку и шею, поднимаясь медленно к губам, ведя языком.

Второй раз мы занимаемся любовью неспешно и нежно, отдаваясь друг другу полностью — не только телом, но и душой.

Засыпаем только под утро, обсудив произошедшее с нами. Эрик рассказал, что они отвезли Аню в клинику к знакомому врачу, оставили её там по просьбе Андрея. Он сможет прилететь только через неделю, чтобы забрать её домой, где она продолжит лечение. Также он затронул тему с Артёмом, попросив больше не заниматься благотворительностью. Ему едва удалось сдержаться, чтобы не навалять ему на глазах у всех.

Утром просыпаюсь от вибрации мобильного телефона. Протянув руку, нащупываю телефон на полу и отвечаю на звонок.

— Ты что, спишь ещё? — раздаётся в трубке голос Яна.

— Уже нет.

— Жду тебя дома.

— Зачем?

— Лина, ты что, уже обо всём забыла? Я что тебе вчера сказал? — злится Ян.

— Через час приеду, — сбрасываю звонок.

Вот чёрт.

— Сколько время? — спрашивает Эрик.

— Час дня, — отвечаю, посмотрев на экран телефона.

— Ого, — трёт лицо ладонями, после чего поднимается с кровати.

Вскрикиваю от неожиданности, когда Эрик подхватывает меня на руки со словами:

— Пошли в душ, — улыбка на его лице обещает не только водные процедуры.

Несомненно, это утро стало для нас самым счастливым.

Утро в душе было бурным, даже диким. Мне казалось, что Эрик всё-таки решил меня отшлёпать, но это было очень сладкое наказание.

— Есть что-нибудь поесть? — спрашивает он, когда выходим из ванной.

— Мясо по-французски и овощной салат.

— Отлично.

Подхожу к холодильнику, достаю контейнеры с едой. Эрик заправляет кровать и садится за стол.

— Кому столько наготовила?

— Я так нервы успокаивала вчера.

— Понятно, — качает он головой. — В остальные дни я буду ходить голодный?

— Нет, — смеюсь.

Ставлю мясо в микроволновку и слышу, как в прихожей звонит телефон Эрика.

— Сиди, я принесу, — целую его в щёку и иду в коридор.

Найдя его телефон на комоде, переворачиваю экраном к себе, высвечивается имя звонящего — «Настя».

Чувство ревности словно мощный поток поглощает меня. Сжимаю телефон сильнее, пытаюсь справиться со своими эмоциями.

Он просил верить.

Звонок прекращается, и приходит сообщение: «Сегодня в 15:00 буду с сюрпризом».

— Я ненадолго, — говорит Эрик, когда мы останавливаемся перед домом Яна.

— Ты не зайдёшь? — спрашиваю его, распахивая дверь машины.

— Тороплюсь, — тянется ко мне и целует в губы. — Как только освобожусь, заберу тебя.

— Хорошо, — соглашаюсь и выхожу из машины.

Когда я принесла Эрику телефон, он увидел звонки и сообщение от Насти. После чего впился взглядом в моё лицо и следил за каждым моим движением, пока мы обедали, явно ожидая моего вопроса.

В моей голове, конечно, уже шёл мыслительный процесс, с которым я пыталась справиться, но это было сложно, несмотря даже на его признания и обещания.

Каждый раз, когда я сталкиваюсь с ситуацией измены, в моей голове возникает образ отца, который любил двух женщин и не смог сделать выбор.

Несколько раз я была свидетельницей разговора, в котором мама его заподозрила в измене, и он её убедил, что это всего лишь работа. Возможно, именно поэтому я боюсь спрашивать, потому что сказать можно всё что угодно.

Не выдержав, Эрик подошёл ко мне, приобнял и заверил, что встреча у них в офисе, на которой они будут обсуждать договор, а сюрприз скорее всего также связан с этим.

Он попросил доверять ему.

Я понимала, что мои страхи ни к чему хорошему не приведут и с ними нужно что-то делать. И начинать надо с доверия.

Значит, буду доверять.

— Ян, — зову его, зайдя в дом.

— Я здесь, — выглядывает он из кабинета.

— Привет, — радостно отвечаю, зайдя в кабинет.

— Привет, — отвечает он, садясь за стол и устремляя свой взгляд в ноутбук.

— Что делаешь? — спрашиваю, подходя к креслу, которое стоит напротив стола.

— Да вот договариваюсь, чтобы тебе сделали ремонт в новой квартире в Римини.

Поднимаю свой взгляд на Яна, так и не сев в кресло. Он серьёзным видом продолжает:

— Документы из института я забрал и оплатил институт в Италии. Он находится рядом с квартирой, и тебя там уже ждут на следующей неделе.

— Ян…

— Твои счета, не все, конечно, также перевёл, чтобы ты могла в любое время ими воспользоваться, — смотрит на меня серьёзным взглядом.

Я сглатываю, плюхаясь в кресло и прикрываю рукой глаза.

Я не хочу.

— Ян…

— Вот ещё посмотри, — поворачивает ко мне ноутбук, — нравится дизайн? — смотрю, раздвинув два пальца.

— Ян…

— Ещё я договорился…

— Я не хочу уезжать, — повышаю голос, вставая из кресла.

Ян переводит свой взгляд на меня и откидывается в кресле.

— Прости, — говорю ему и сажусь обратно.

— А чего так? — спрашивает, приподнимая брови.

— Мы с Эриком всё выяснили и помирились.

— Хм… а если вы через месяц опять поругаетесь, мне опять придётся этим заниматься?

— Нет, — качаю головой и хмурюсь. Почему мы должны поругаться?

— Хорошо, — говорит он, закрывая ноутбук.

— Ты восстановишь меня в институте?

— Может, подумаешь ещё?

— Ян… — возмущаюсь.

— Лина, я очень надеюсь, что для тебя это был хороший урок и больше не будешь поддаваться своим эмоциям, делать поспешные выводы и принимать поспешные решения, а будешь думать головой. И ещё самое главное в отношениях — раз-го-ва-ри-ва-ть.

— Урок был хороший и слишком болезненный, — отвечаю, отводя взгляд в сторону.

— В этом ты сама виновата, — встаёт из-за стола и, проходя мимо, теребит меня по голове.

— Ян, я не маленькая. Прекращай так делать, — встаю из кресла и иду за ним.

— Ну не знаю, не знаю.

— Ты куда сейчас?

— В офис.

— Я пойду тогда ещё вещи кое-какие соберу.

— Ты возвращаться не собираешься?

— Нет, — улыбаюсь.

— Ну хоть в чём-то твёрдое решение, — говорит он и скрывается за дверью.

Закатив глаза, разворачиваюсь и поднимаюсь в свою комнату. Зайдя в неё, прохожусь по ней взглядом и поджимаю губы, грустно. Целых три года я прожила здесь и прикипела к этому дому, комнате и Яну. Яна мне, конечно, больше всего не хочется оставлять одного. Я искренне его полюбила и ценю как старшего брата.

В шкафу открываю ящик с нижним бельём и достаю тот самый комплект, который купила специально для Эрика, но так и ни разу не надела. Закусываю губу от возникшей идеи. Посмотрев на время, прикидываю, через сколько у него закончится встреча с Настей и решаюсь на задуманное.

Переодевшись, вызываю такси и еду в офис к Эрику. Немного нервничаю, даже ладошки вспотели. Понравится ему?

Остановившись у двадцатиэтажного здания, выхожу из такси и направляюсь в офис. На охране предъявляю паспорт и говорю, к кому направляюсь. Меня записывают и без проблем пропускают, называя нужный этаж.

В кабине лифта нажимаю на кнопку двадцатого этажа и, пока поднимаюсь, осматриваю себя в зеркале. Поправив волосы, провожу ладонями по красному мини-платью с запахом и без рукавов, которое подчёркивает изгибы моего тела.

Выйдя из лифта, я оказываюсь в длинном стеклянном коридоре, где по обе стороны встречаются переговорные. Прохожу вперёд, замечаю в конце коридора стол секретаря. Осмотревшись, понимаю, что никого нет, прохожу вперёд к двери, на которой табличка с любимым именем. Глубоко вдыхаю, протягиваю руку, чтобы открыть дверь, как вдруг раздаётся женский смех:

— Как же я скучала, — отсмеявшись, говорит она.

— Я тоже, — отвечает Эрик, посмеиваясь.

Резко разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь к лифту.

Стоять! — говорю сама себе и останавливаюсь посреди коридора.

Опять сбегаю, не разобравшись.

Делаю глубокий вдох, провожу ладонями по бёдрам, разворачиваюсь и иду обратно к кабинету Эрика, стараясь ни о чём не думать.

— Лина? — удивлённо произносит Эрик, поднимаясь из кресла, когда я захожу в кабинет без стука.

— Привет, — улыбаюсь, — я не помешала? — смотрю на сидящих напротив Эрика Настю и ещё одного молодого мужчину с жгучими черными глазами, от взгляда которого я невольно ёжусь.

— Нет, конечно, — идёт ко мне, обнимает за талию и целует в щёку, — проходи.

— Может, представишь нас? — спрашивает молодой мужчина, вставая из кресла.

— Лина, с Настей ты знакома, — обмениваемся с ней лёгкими улыбками, — а это Амир Алиханов, мой старый друг, и у нас с ним совместный проект.

— Амир, это Лина…

— Надеюсь, сестра, — перебивает его Амир.

— Нет, — немного зловеще отвечает Эрик, крепче прижимая к себе, от чего Амир улыбнулся. — Она моя девушка, — говорит Эрик, ведя молчаливую бойню глазами с Амиром.

Неловко посматриваю на Настю, которая встаёт из кресла и, похлопывая Амира по предплечью, говорит:

— Поехали, у нас ещё одна встреча.

— Поехали, — отвечает он, подхватывая свой пиджак. — Был рад познакомиться, — говорит, подойдя к нам и протягивает мне руку.

— Взаимно, — пожимаю его руку в ответ.

— Амир, тебя ждут, — рычит Эрик, когда он затягивает с рукопожатием.

Когда они выходят, Эрик возвращается к своему столу и прищурившись смотрит на меня.

Молча подхожу и облокачиваюсь бёдрами о край стола слева от него.

Улыбаюсь.

Он злится.

— Ты приревновал?

— Нет, — отвечает, осматривая моё платье.

— Понятно, — отвечаю и прикусываю щёку изнутри, чтобы не рассмеяться.

Эрик протягивает руку к моей талии, притягивая к себе, так что я оказываюсь между его ногами.

— Это и был её сюрприз?

— Да. Мы давно не виделись с Алихановым, — отвечает, опуская руки к моим коленям. Его взгляд поднимается к моим глазам, и ладони начинают скользить вверх по ногам.

— Насте предложили хорошую должность в другой компании и немного другое направление, поэтому наши с ней переговоры завершились, — говорит Эрик с усмешкой, явно думая, что я приехала из-за этого сюда.

— Вот это хороший сюрприз, — улыбаюсь и тянусь к поясу на платье.

Немного поёрзав по столу, развязываю пояс и распахиваю платье. Эрик обводит меня взглядом, пока я медленно стягиваю его по плечам, оставаясь в пленительно чёрном комплекте из кружевного корсета, трусиков с разрезом и поясе для чулок.

— Очуметь, — произносит Эрик, облизывая губы, а в глазах огонь полыхает. Проходит пальцами по повязкам, которые я надела вместо чулок, и поднимается выше по внутренней стороне бёдер. Опершись руками о стол, раздвигаю ноги шире. От его прикосновений тело полыхает огнём. Добравшись до трусиков, Эрик скользит двумя пальцами по губам.

— Они с сюрпризом, — улыбается, поднимаясь с кресла. Подхватывает меня и усаживает на стол. Отодвинув ноутбук, укладывает меня на спину, снимает с меня туфли и ставит мои пятки на край стола, раздвигая ноги шире.

Слышу, как Эрик расстёгивает ремень, и чувствую, как он медленно проникает в меня, словно дразня.

Я подаюсь вперёд, а Эрик лишь усмехается, проводя руками по моей груди и плавно ведя ими вниз, затем крепко обхватывает за талию и входит на всю длину.

По кабинету разносятся шлепки наших тел. Стоны из груди так и хотят вырваться наружу, но я прикусываю ладонь.

— Давай, — рычит Эрик, надавливая большим пальцем на клитор, и меня разносит на тысячу мелких фейерверков. Эрик кончает следом за мной, утыкается лицом в мой живот.

— Отличный сюрприз, — говорит Эрик, поднимаясь. — Лежи, — добавляет он, заметив, что я пытаюсь встать.

Он достаёт из ящика влажные салфетки, приводит в порядок сначала меня, затем себя. Потом поднимает меня, притягивая к себе, и целует.

И только сейчас приходит осознание, что кто-то мог войти в кабинет.

— Что такое? — спрашивает Эрик, заметив моё беспокойство.

— Ведь кто-то мог зайти.

— Офис пустой, — улыбается он, — рабочий день закончился ещё до твоего прихода.

— Фух, — с облегчением спускаюсь со стола и надеваю платье, которое мне протягивает Эрик.

Привожу себя в порядок, насколько это возможно, и чувствую взгляд Эрика, сидящего в кресле. Поднимаю глаза, встречаюсь с его взглядом и улыбаюсь, затем мой взгляд скользит по столу, останавливаясь на экране ноутбука, где мелькает объявление «Продажа офисов в Римини». Перевожу взгляд с экрана на Эрика и обратно.

Вот чёрт.

Застывает комок в горле.

— Я перевёл офис в Римини, — говорит Эрик, заметив моё замешательство.

— Зачем? — сглатываю ком.

— Ты же решила переехать. Вот я и подумал, что тоже не против. Там ты и мама, два самых дорогих человека. К тому же она давно меня туда переманивает, видимо, знала, через кого давить, — улыбается.

А у меня слёзы наворачиваются на глаза при мысли о том, что из-за моих поспешных решений Ян и Эрик готовы изменить всю свою жизнь в ущерб себе.

— Эй, ты чего, — подскакивает ко мне Эрик, обхватывая руками моё лицо. — Мы пошутили, — шепчет он, когда я начинаю всхлипывать.

И тут до моего сознания доходят его слова. Застываю, медленно поднимаю взгляд к глазам Эрика, в которых усмешка.

— Что? — переспрашиваю.

— Я вчера вечером позвонил Яну, всё ему рассказал, и мы решили… — он немного мешкает, видя, как меняется моё выражение лица, — тебя…

— Проучить, — договариваю за него, улыбаясь, — чтобы больше не хотелось принимать поспешных решений.

— Да, — осторожно отвечает он.

— Молодцы, — улыбаюсь. — У вас получилось, — вздыхаю и обнимаю его.

— Ты переедешь ко мне? — спрашивает Эрик.

Отрываюсь от него и направляюсь к выходу, бросая через плечо:

— Не знаю. Надо хорошо подумать.

— Лина…

— И да, сегодня ты ночуешь у себя, чтоб мне не принимать поспешных решений.

— Да щас! — восклицает Эрик, хватая свой пиджак и ключи от машины.

Выхожу в коридор и направляюсь к лифту. Слышу, как Эрик закрывает дверь приёмной, и его шаги стремительно приближаются. Взвизгиваю, когда он подхватывает меня на руки.

— Нажимай, — велит он, поднося меня к кнопке вызова. Нажав, обвиваю его шею руками.

— Я поменял кровать и матрац, — сообщает он, занося меня в лифт.

— Правда? — искренне удивляюсь.

— Сразу же на следующий день, — серьёзно подтверждает он.

— Уговорил, — целую его в щёку.

— Где девчонки? — интересуется Мирон.

— В квартире оставшиеся вещи собирают, — бросаю взгляд на наручные часы. — Скоро должны приехать.

— Машинку куда? — спрашивает Глеб, держа швейную машинку Лины.

— В комнату на первом этаже, — там я планирую сделать ей мастерскую.

— Может, лучше дом купишь? — замечает Ян, осматривая привезённые коробки.

— Я уже думал об этом, — тихо проговариваю, думая, куда всё это складывать.

— Давайте коробки в ту же комнату перетащим, пока? — предлагает Мирон.

— Давай. Всё равно основные вещи Лины давно разложены в гардеробной.

— Вот нахрена всё это надо? — произносит Глеб, поднимая очередную коробку.

— В смысле? — переспрашиваю я.

— Без обид, дружище, — говорит Глеб, смотря на меня и поглядывая на Яна. — Но я считаю, было бы проще иногда оставаться друг у друга. А вот переезд — это уже чересчур. Объясните, зачем? В чём смысл?

— Я так же думал, пока не встретил своего ангелочка, — признаюсь с улыбкой.

— Не понимаю, — пожимает плечами и продолжает: — Яна можно понять — она его сестра, и он за неё переживает… как за женщину…и хочет, чтобы у неё было всё хорошо, чтобы она не захотела к нему в клуб ходить, — рассуждает Глеб серьёзным выражением лица. Мирон на последних словах отпускает смешок.

— Чушь не неси, — говорит Ян. — А в остальном, если им нравится, пусть живут, — берёт коробку и идёт в сторону комнаты.

— Нет, такого со мной никогда не будет, — заявляет Глеб, разворачиваясь и унося коробку.

Усмехаюсь. Было бы удивительно, если бы он когда-то влюбился. Он слишком ценит свою свободу, разнообразие девушек и ноутбук.

Складывая последние коробки в комнате, чувствую, как в кармане вибрирует телефон и отвечаю на звонок:

— Вы уже подъехали?

— Да, — отвечает Лина.

— Тогда идём.

Спускаемся вниз и выгружаем оставшиеся коробки из машины.

Думали, вещей будет не много и решили, что сами справимся. Но сейчас понимаю, что нужно было просто молча нанять специальных людей.

— А вот и доставка, — говорит Лина и отходит к курьеру. Иду за ней и забираю два огромных пакета с едой.

— Еда, — блаженно говорит Мирон.

— Пойдёмте, поужинаем, — предлагаю я.

Ребята подхватывают оставшиеся коробки, и мы поднимаемся обратно в квартиру.

Девчонки быстро накрывают на стол, а мы под руководством Лины относим часть коробок в гардеробную.

— Иди сюда, — ловлю её на выходе из комнаты и прижимаю к стене.

Накрываю её рот своим и целую. Пробираюсь под юбку, проводя по контуру её трусиков.

— Эрик, нас ждут, — возмущается, а сама ноги шире разводит.

— Подождут немного.

Я хочу её двадцать четыре часа в сутки. При любой возможности зажимаю её и целую, целую.

— Вы долго? — слышу голос Яна. — Эрик, не мог дождаться, пока мы уйдём? — возмущается он.

— Тебе меня не понять, — отстраняюсь от Лины. Она поправляет юбку и устремляется вниз, не смотря на Яна. Улыбаюсь. Наверняка покраснела до кончиков ушей.

Спускаемся с Яном следом за Линой и садимся за стол, где уже все ужинают и бурно обсуждают какой-то фильм.

— Всё-таки концовка была неожиданной, — говорит Соня. — Я даже прослезилась.

— Да, нечасто мелодрамы так трогают, — отвечает Мирон, и все дружно смеются.

За столом чувствуется тёплая атмосфера, все непринуждённо общаются. В душе возникает глубокое удовлетворение, и я понимаю, что счастлив как никогда.

Лина оживлённо участвует в беседе, смеясь над шутками и добавляя своё мнение.

Мирон, как всегда, подкидывает искромётные комментарии, заставляя всех смеяться, в то время как Ян пытается сохранить серьёзность, но его улыбка выдаёт его.

Лина бросает на меня короткий взгляд, в котором скрыта смесь смущения и лёгкого вызова. Мне приятно видеть её такой расслабленной и счастливой. Приобнимаю её и целую в висок.

Я заметил, что Ян время от времени украдкой посматривает на Лину, словно пытаясь убедиться, что с сестрой всё в порядке. Это внимание трогательно, и я понимаю, насколько ему важно знать, что с ней всё хорошо.

— Ты что, стал смотреть мелодрамы? — спрашивает Глеб у Мирона.

— Было пару раз, — усмехается он.

— О нет, Мирон, мы тебя тоже теряем? — произносит Глеб с претензией.

От ответа Мирона отвлекает телефонный звонок, посмотрев на экран, он хмурится. Встаёт из-за стола и уходит в кабинет, ответив на звонок.

— Поехали в клуб? — предлагает Глеб, обращаясь к Нике и Мие.

— Можно, — отвечают они в один голос.

— Соня, ты с нами?

— Мне надо домой к родителям съездить, — отвечает она немного загадочно. — Но я вам ключи оставлю от квартиры.

Резкий хлопок двери заставляет всех повернуться в сторону Мирона, который в гневе идёт к нам.

Подойдя к Соне, он хватает её за локоть, поднимает со стула и ведёт в кабинет.

— Сонь, — испуганно окликает её Лина.

— Всё нормально, — уверяет она.

Все не понимающе переглядываются, когда из кабинета начинают доноситься споры. Девочки тревожно поглядывают на дверь кабинета, готовые в любой момент сорваться на помощь Соне.

— Да пошёл ты, — Соня вылетает из кабинета и направляется к лифту.

— Ты не выйдешь за него, — Мирон, догнав её, грубо хватает за локоть.

— Мне больно, отпусти, — пытается она освободить свой локоть.

— Ты меня поняла? — встряхивает он её.

Мы все дружно поднимаемся из-за стола. Мирон в бешенстве, и зная его в таком состоянии, он может натворить что угодно.

— Я выйду за него! — шипит она ему в лицо.

— Он тебе в отцы годится, — кричит Мирон.

— Зато я в его вкусе, представляешь, не все любят блондинок с пышными формами. Кому-то нравятся и шатенки плоские, как доска. Вроде так ты мне тогда сказал? И да, знаешь, он не считает меня безмозглой дурой, которая вечно создаёт только проблемы.

Соня отталкивает Мирона и отходит на пару шагов.

— Знаешь, Мирон, я решила для себя, что хочу быть любимой, а не любить — это не так больно.

Примерно десять месяцев спустя

Выхожу из института и вижу Эрика, который задумчиво опирается на машину. В этом состоянии я его наблюдаю уже несколько недель.

Когда спрашиваю, он уверяет, что всё в порядке.

За это время я научилась не делать поспешных выводов и решений и знаю, когда придёт время, он сам всё расскажет.

Заметив меня, он улыбается и выпрямляется. Я быстро спускаюсь по ступенькам, добегаю до него и ныряю в его объятия, целуя.

— Сдала? — спрашивает он, отстранившись.

— Да.

— Отлично, — произносит, глядя на часы. — Поехали, — открывает мне дверь машины.

Утром он предупредил, что у нас сегодня будет насыщенная программа, и чтобы я собралась сразу, взяв с собой купальник, сменное бельё, платье для ужина, причём образы я буду менять по мере движения к месту назначения.

Через пятьдесят минут мы подъезжаем к дельфинарию. Округлив глаза в неверии смотрю на Эрика.

— Ты серьёзно?

— Вполне, — улыбается.

— Это была моя мечта с детства.

— Я знаю, — отвечает он, выходя из машины.

— Откуда? — выхожу следом.

Эрик молча берет сумку из машины и ведёт меня внутрь. У охраны называет фамилию, и нас пропускают.

— Он ведь ещё закрыт.

— Не для нас, — улыбается он.

Переодевшись, выхожу к бассейнам, где меня встречает инструктор и рассказывает, что плавание с дельфинами требует соблюдения определённых правил. После инструктажа замечаю несколько дельфинов, плавно рассекающих воду.

В сердце моём разгорается волнение и предвкушение.

Захожу в воду, стараясь не делать резких движений, и вскоре замечаю, как ко мне плавно приближаются дельфины.

Оглянувшись, ловлю на себе взгляд Эрика, который с искренней улыбкой наблюдает за мной.

Я осторожно протягиваю руки, и дельфины подплывают ещё ближе, позволяя мне прикоснуться к их гладкой коже. Они поворачиваются на бок, приглашая меня следовать за ними. Стараюсь двигаться медленно, бережно, чтобы не нарушить эту хрупкую связь между нами. Ощущение свободы и легкости захватывает меня, когда дельфины плавно скользят рядом, время от времени выпрыгивая из воды и возвращаясь обратно. Схватившись за их плавники, они прокатили меня несколько раз вокруг бассейна.

Когда моё время с дельфинами подходит к концу, я выхожу из воды с переполняющим меня счастьем и сбывшейся мечтой.

Эрик укутывает меня в полотенце и заключает в объятия.

— Спасибо.

— Это ещё не всё.

Я быстро привожу себя в порядок, и спустя час мы уже подъезжаем к моему любимому ресторану. Администратор провожает нас к нашему столику, и мы делаем заказ.

— С днем рождения, — произносит Эрик, вручая мне небольшой пакет.

— Спасибо, — принимаю его и сразу заглядываю внутрь. Достаю красную коробочку и, раскрыв её, улыбаюсь. — Какая красотища! — восклицаю, глядя в любимые голубые глаза.

— Нравится?

— Очень, — любуюсь серьгами с бриллиантами, которые очень хотела. — Соня меня сдала? — прищуриваюсь с хитрой улыбкой.

— Думаешь, я не знаю, чего хочет моя девушка? — шутливо спрашивает Эрик, улыбаясь.

— Конечно, знаешь, но об этом ты не мог знать, — смеюсь и убираю коробку обратно в пакет.

Эти серьги я присмотрела себе месяц назад, и мы с Соней были в магазине вместе.

Поужинав, Эрик везёт меня в свой клуб, где мы уже вместе с друзьями отмечаем мой день рождения.

— С днём рождения! — выкрикивают девочки, пытаясь перекричать музыку.

— Спасибо, — улыбаюсь, посылая им воздушные поцелуи.

Дотянуться до соседних диванов просто невозможно, поэтому вместо обнимашек мы посылаем друг другу поцелуи.

— С днём рождения, — доносится справа.

Я оборачиваюсь и вижу Яна с букетом цветов.

— Ян! — радостно встаю с дивана и обнимаю брата.

— Прости за опоздание, самолёт задержали, — говорит он, обнимая меня в ответ.

— Ничего страшного. Самое главное, что ты приехал, — улыбаюсь счастливо.

Поздоровавшись со всеми, Ян усаживается рядом с Глебом.

Я возвращаюсь на место, беру в руки свой коктейль и обхватываю губами соломинку, втягивая холодный напиток, наблюдая, как Эрик у барной стойки беседует с новой администраторшей.

Чисто по-женски немного его ревную, Варя очень красивая. Но за это время я научилась ему доверять, и он ни разу не дал повод в себе усомниться. Когда мы ругались, всегда старались разговаривать и объяснять свои претензии, со временем научились слушать и понимать друг друга, избегая ссор.

Я с ним счастлива.

Улыбаюсь.

Эрик, заметив мой пристальный взгляд, махнул Варе в ответ и направился в мою сторону.

— Пойдём прогуляемся, — подойдя, говорит Эрик, протягивая мне руку.

— Пойдём, — протягиваю ему свою и смотрю на него с подозрением.

Улыбнувшись, Эрик подмигивает мне, и мы спускаемся вниз. Пройдя охрану, выходим на улицу.

— Мы куда?

— Скоро узнаешь, — отвечает он загадочно, ведя меня к озеру.

Издалека я замечаю мерцающие огоньки на пирсе.

— Ты решил осветить пирс? — смеюсь.

— Точно, — загадочно улыбается он.

Подойдя ближе к пирсу, понимаю, что это не фонарики, а целый ряд свечей, которые выставлены вдоль всего пирса. На краю пирса стоит огромный букет алых роз.

— Эрик, как красиво, — произношу я с трепетом. — Это самый лучший день рождения, — прижимаюсь к его руке.

Остановившись у букета, Эрик разворачивается ко мне и произносит:

— Ангелина Янковская, ровно год назад ты стремительно влетела в мою жизнь, и именно на этом месте я осознал, что ты — самая удивительная девушка. С тех пор не проходит ни дня, чтобы ты не жила в моих мыслях и сердце. С тобой я познаю истинное удовлетворение и счастье. С твоим появлением мой мир обрёл особый смысл, и каждое утро я просыпаюсь с чувством благодарности за то, что ты рядом. Даже в молчании с тобой я нахожу утешение, и за это я безмерно благодарен судьбе.

Волнение от его слов в груди нарастает, слёзы счастья катятся по моим щекам. Смотрю в его бездонные голубые глаза, в которых любовь, счастье и немного волнения.

— Лина, ты выйдешь за меня замуж? — спрашивает Эрик, доставая из кармана красную коробочку и, открыв её, достаёт оттуда кольцо.

Поднимает на меня свой взгляд в ожидании ответа.

— Да, — произношу еле слышно. Он надевает кольцо на мой палец, и счастье накрывает меня с головой.

— Да! — восклицаю я и целую его. Он подхватывает меня за ягодицы, и я его обвиваю руками и ногами.

— Теперь нам нужно закрепить это тем, с чего всё началось, — говорит он, отрываясь от моих губ.

— Не смей, Эрик, — смеюсь я.

— О да! — улыбается он и, крепче меня обняв, прыгает в воду.

— Сумасшедший! — кричу я, вынырнув, а он смеётся и снова нежно меня целует.

— Ты сделала меня таким!

— Я тебя люблю.

— И я тебя люблю.