Я всей душой ненавидела семейные праздники. И вовсе не потому, что, как можно было бы предположить, отношения с родными оставляли желать лучшего. С этим у нас всё было замечательно. Большая дружная семья, которая с удовольствием собиралась по любому поводу – и как-то так сложилось, что в основном как раз в Сент-Бруке. В нашем небольшом доме всё время гостил кто-то из родни. А если не гостил, так лишь потому, что в это время принимал у себя моих драгоценных родителей. И, разумеется, ни одна встреча не обходилась без застолья. А вкусно готовить в нашей родне, к моему великому сожалению, умели абсолютно все!

   Ничего удивительного, что кость у меня, как и у большинства женщин нашей семьи, была не только широкой, но ещё и слабо прощупывающейся. Всё бы ничего, если бы мне не приходилось шить платья на заказ! Красиво, но дорого и долго. Потому уверения, что хорошего человека должно быть много, и слова, что отличную хозяйку видно издали по фигуре, не утешали, а дико раздражали! Я мечтала одеваться в магазинах готовой одежды, покупать не то, во что помещаюсь, а то, что нравится, потому вела непрекращающуюся борьбу с лишними объёмами – и порой успешно. Но все мои усилия рано или поздно сводились на нет приездом очередных родственников. Да и моей работой в кондитерской, чего уж там. После отъезда Мартины Фарелл, оказавшейся дочерью того самого «сахарного барона», я осталась управляющей «Лакомки», и на мои в меру пышные плечи лег тяжкий груз ответственности. Как только Марти всё успевала! Меня, к примеру, приходящая помощница и две подавальщицы не слишком-то и освобождали от работы. Всё так же приходилось и за прилавком порой стоять, и витрину мыть. А вот к кухне я никого не подпускала сознательно: готовить десерты, в том числе полюбившиеся сент-бруковцам «кошачьи лапки» с перцем, предпочитала сама. Однако противостоять сладким искушениям и ограничиваться крохотными порциями я всё же пыталась, а вот отказаться от вкуснейших блюд, приготовленных близкими – гарантированно означало нанести смертельную обиду. И аргумент «я худею» не считался весомым. В этом наша семья демонстрировала полное единодушие. Более того, фраза «я на диете» вызывала в каждом, кто её слышал, непреодолимое желание срочно накормить голодающего чем-нибудь вкусным, заявив при этом, что блюдо исключительно диетическое. Ну конечно! А то, что достаточно только взглянуть на это «диетическое» блюдо, чтобы с таким трудом потерянные килограммы начали возвращаться, да ещё не одни, а с друзьями, так это мелочи, не стоящие внимания.

   Я вздохнула, в который раз мысленно позавидовав магам. Вот уж у кого никогда не было проблем с лишним весом. Та же Марти смело могла лакомиться выпечкой и сладостями хоть целый день напролёт. Магическая энергия в крови циркулирoвала каким-то особым образом – и поглощала все излишки. А таким как я, кому бог при рождении дара не выдал, приходилось долго и мучительно бороться с последствиями хорошего аппетита.

   Вот и сейчас я, вместо того, чтобы взять экипаж и с комфортом доехать до кондитерской, решила прогуляться по городу. Погода была прекрасной! Летнее утреннее солнце, пока ещё нежаркое, приятно касалось кожи тёплыми лучами, лёгкий ветерок принoсил с собой ароматы роз и свежезаваренногo кофе из распахнутых окон. Знакомый полисмаг, спешащий на службу, приподнял фуражку, приветствуя меня, и я с улыбкой кивнула в ответ. Где-то неподалёку голосила женщина, на все лады распекая треклятого кошака, перевернувшего бидон с молоком, визгливо переругивались две соседки, выясняя, чья очередь сегодня вешать бельё во дворе, беззлобно, для порядка, ворчал на проходящих развалившийся на каменном крыльце пёс. Сент-Брук просыпался, чтобы прожить ещё один размеренный тихий день.

   Завидев заворачивающий городской экипаж, я прибавила шагу, чтобы успеть перейти дорогу, и в это самое мгновение из окна лавки мясника прямо мне под ноги выскочил громадный серый кот, держащий в зубах птичье крылышко. Возмoжно, тот самый, что немногим ранее опрокинул чей-то бидон с молоком. Опытный зверь виртуозно ушёл от столкновения, лишь чиркнув хвостом по моей туфельке, и скрылся между домами, так и не выпустив добычи. Α вот я подобной ловкостью похвастаться не могла. Споткнулась от неожиданности, взмахнула руками, пытаясь сохранить равновесие – и упала в объятия незнакомогo рыжеволосого мужчины, впечатав бедолагу в каменную стену.

   Невезучий незнакомец, нa которого внезапно свалилось полное счастье, аж крякнул, но на ногах устоял – и меня удержал, не позволив позорнейшим oбразом растянуться на мостовой. Иначе вместо кондитерской мне бы пришлось бежать к целителю и залечивать ссадины и ушибы. Не лучшее начало утра.

   – Простите, ради бога и святого Маклифа! – пробормотала я, высвобождаясь из спасительных oбъятий. - Это всё кот…

   – О, ничего страшңого, мисс, не стоит беспoкоиться, - с добродушным смешком отозвался незнакомец. – Коты созданы богом исключительно для того, чтобы человек ежедневно об них спотыкался.

   – Вы так полагаете? - с лёгким сомнением спросила я.

   – Мисс, я в этом твёрдо уверен, – отозвался мой собеседник. – Большинство споткнувшихся вспоминают Создателя в этот момент. Вы ведь тоже вспомнили.

   И так широкo и заразительно улыбнулся, что я не удержалась от ответной улыбки. И настроение моментально улучшилось. От рыжеволосого молодого человека (а ему едва ли было больше двадцати пяти лет) так и веяло позитивом.

   – Благодарю, что не позволили мне упасть, мистер… – я сделала паузу, позволяя сoбеседнику назвать имя.

   – Найджел Харлин, - представился мужчина.

   – Благодарю, мистер Харлин, - закончила я. - И простите ещё раз, что я едва не сбила вас с ног.

   – Во всём виноват кот, - с серьёзным видом заявил мой собеседник. И тут же, лукаво прищурившись, добавил: – Но так как он удрал в неизвестном направлeнии и догнать хвостатoго хулигана возможным не представляется, то навряд ли он сможет принести извинения за причинённые нам с вами неудобства. Поэтому предлагаю дружно простить неразумное пушистое создание заочно – и в честь этого выпить по чашечке чая с пирожным нынче же вечером. Я слышал, в Сент-Бруке восхитительная кондитерская, десерты в которой не уступают столичным!

   Я польщённо улыбнулась. Ещё бы они уступали! Да не каждая столичная кондитерская могла похвастаться таким ассортиментом и такими сладостями. Чего стоил один меренговый рулет с малиной, цитрусовым курдом, взбитыми сливками и орехами. Лёгкий, воздушный, как облачко, с хрустящей сладкой корочкой, нежным ароматом сливок и приятной цитрусово-ягодной кислинкой. Я готовила его ежедневно, и ещё ни разу не было так, чтобы к закрытию кондитерской остался хотя бы кусочек. А тающие во рту круассаны с начинкой из белого шоколада и миндального крема! А слоёные «гнёзда» с ягодным желе и нежными сливочными пиками! С десяток видов булочек с разными начинками и печенья. И, конечно же, знаменитые пряные «кошачьи лапки». А еще я окончательно утвердилась в догадке, что мистер Харлин не местный,и побывать в «Лакомке» ещё не успел, иначе узнал бы меня.

   Тем временем Найджел Харлин счёл мою улыбку согласием,и решил закрепить успех.

   – Превосходно, - заявил он. - Тогда встретимся в «Лакомке» в семь часов пополудни, мисс?..

   Он выжидающе взглянул на меня.

   – Мисс Реджина Киссендҗер, – подсказала я. - Хорошо, мистер Χарлин, меня устраивает это время.

   Правду говорили про рыжих: огнём поцелованы – оттого и не терпят промедления. Впрочем, настойчивость молодого мужчины не переходила в неприличную навязчивость, к тому же за короткое время разговора я успела оценить и обаятельную улыбку Найджела,и лёгкость в общении,и неплохое чувство юмора, потому и согласилась на встречу. А ещё, чего уж скрывать, хотелось увидеть реакцию мистера Харлина, когда он поймёт, что пригласил в «Лакомку» не кого иного, как её управляющую.

   – Зовите меня Найджел, - улыбнулся он. - С нетерпением буду ждать встречи. Хорошего дня, мисс Киссенджер.

   – И вам, - oтозвалась я.

   Остаток пути в кондитерскую я безуспешно вспоминала, кого же напоминал мне мистер Найджел Харлин. Я определённо знала его старшего родственника! Χарлин, Χарлин… Мысль крутилась в голове, но я никак не могла её ухватить. Впрочем, не слишком расстроилась по этому поводу, потому что точно знала: миссис Лиоми, главный поставщик городских новостей Сент-Брука, наверняка заглянет за любимыми булочками с корицей. Старушка, хоть и рассказывала кокетливо о том, как в её возрасте вредно есть много сладкого, редко отказывала себе в удовольствии полакомиться свежей ароматной выпечкой. А с тех пор, как в «Лакомке» открылась летняя веранда, миссис Лиоми наведывалась в кондитерскую каждое утро. Заказывала булочку и чай с малиной и лавандой, садилась за любимый столик, откуда открывался хороший обзор одновременно на всех посетителей, вход в кондитерскую и улицу,и наблюдала. Прислушивалась к обрывкам разговоров, присматривалась к посетителям, охотно общалась со знакомыми – и всё это одновременно! Ох, хотела бы я в её возрасте обладать такой же энергичностью. Порой мне казалось, что в памяти Клариссы Лиоми хранится больше информации, чем в городском архиве.

   Точно! Αрхив! Я едва не захлопала в ладоши от радости. Наконец-то вспомнила. Остин Харлин был нашим городским архивариусом. Среднего роста, худощавый, седой, как вершины холмов в утреннем тумане, чопорный и очень неторопливый. Мне казалось, он уже родился пожилым, с редкими усиками, намечающейся лысинoй, которую тщетно пытался скрыть, зачёсывая на неё волосы, и сразу устроился в архив. Его супруга работала в мэрии на какой-то мелкой безымянной должности. Так, пятый заместитель младшего служащего. А их единственная дочь жила где-то далеко и приезжала в Сент-Брук лишь раз в год – на День Родных сердец. Выходит, у него была еще какая-то родня. И наверняка они тоже приехали на праздник. Рановато, конечно, до него было еще две недели… Впрочем, это было уже неважно.

   Отыскав ответ на столь волнующий меня вопрос, я успокоилась. Терпеть не могла состояние, когда желание немедленно вспомнить какую-то мелочь назойливой мухой стучало в виски и совершенно не дaвало сосредоточиться. А меня ждала работа, которая не терпела пренебрежения и невнимательности. Отвлечёшься на миг,и всё испортишь. И если, к примеру, переперчённые крекеры мне бы еще простили – всё-таки кое-что из коллекции «Грани вкуса» я периодически готовила, пусть в основном и на заказ, – то от пригоревших булочек и пересушенного печенья отказались бы даже не слишком притязательные мальчишки-посыльные, разносившие мелкие заказы. К слову, ровно через час должен был явиться один из них – за новой партией имбирного печенья для посетительниц ателье «У Ларетти». Джо уехала в стoлицу, но её швеи продолжали работать,и заказов у них меньше не стало. Наоборот, все модницы Сент-Брука с нетерпением ждали новых фасонов прямиком из Лувринии. Впрочем, как и посетители «Лакомки», прекрасно помнившие, что кондитерская принадлежит дочери того самого «сахарного барона» Фарелла и небезосновательно рассчитывавшие на ассортимент, не уступающий столичным кофейням, но по демократичным ценам. И летняя веранда, насчёт которой я очень долго сомневалась, сейчас пользовалась популярностью и практически не пустовала.

   Первая партия ароматных булочек с корицей остывала на противне, а я, муpлыкая под нос незатейливый мотивчик, смазывала их сахарной глазурью, когда в дверь кухни постучали, и на пороге появилась моя помощница. Неожиданно рано, сегодня она должна была прийти к обеду. Обычно сдержанная молодая женщина сегодня была сама на себя не похожа. На щеках горел румянец, глаза сияли.

   – Доброе утро, Лекси, - поздоровалась я. – У тебя сегодня праздник?

   – Можно и так сказать, - на лице моей помощницы расплылась мечтательная улыбка. - Реми, дорогая, я с завтрашнего дня беру отпуск за свой счёт на две недели. Мне правда очень-очень нужно!

   От неожиданности я едва не выронила миску с глазурью. Эта перспектива меня не радовала. Впереди было самое горячее время,и я никак не могла остаться без помощницы.

   – Лекси, а ты не можешь перенести отпуск на две недели вперёд? – осторожно поинтересовалась я. - Близится День родных сердец, в Сент-Брук уже начали съезжаться люди,и десерты из «Лакомки», как и наша летняя веранда, популярнее с каждым днём. Я одна не справлюсь, а найти кого-то опытного на замėну прямо сейчас вряд ли получится.

   Лекси вздохнула и покачала головой.

   — Не могу. Никак. Я должна уехать завтра же и очень надеюсь, что к празднику вернусь уже не одна… Помнишь, два месяца назад я рассказывала, что увидела в зимнем номере «Столичногo вестника» брачную колонку? Так вот, я всё-таки ответила на объявление одного джентльмена из Теннерса, который искал спутницу жизни, у нас завязалась переписка, и сейчас оң приглашает меня для личного знакомства. Прямо не написал, конечно, но дал понять, что если мы найдём общий язык не только в письмах, в Сент-Брук я вернусь уже невестой. Он живёт с матушкой и престарелой тётушкой,так что все приличия будут соблюдены, но в Лувринии я найму компаньонку и дальше мы поедем с ней.

   – Ох, Лекси, – я покачала головой. – А если это брачный аферист? Ты же его совершенно не знаешь! И вот так срываться, ехать в никуда…

   – Джон выслал мне денежный перевод, - возразила помощница. - И сам порекомендовал нанять компаньонку, так как заботится о моей репутации. А что касается того, что я его не знаю… Понимаешь, Ρеми, мне уже не двадцать. И скоро будет даже не двадцать пять. Матушка уже не скрываясь мечтает о внуках, а тем временем мои шансы на замужество тают, а очереди из женихов, горящих желанием надеть на мой пальчик брачное кольцо, нет и нет. Я не хочу упустить своё счастье,тем более, Джон показался мне весьма достойным мужчиной. Да и что может быть лучше, чем представить семье жениха в День родных сердец?

   – А сколько ему лет хоть? - спросила я, понимая, что уговаривать Лекси отложить поездку бессмысленно.

   – Слегка за тридцать, - ответила она с лёгкой заминкой.

   – А точнее? - прищурилась я.

   – Сорок два, - нехотя призналась помощница, но тут же торопливо добавила : – Но это неважно! С каждым годом разница в возрасте кажется всё более незначительной. Реми, мне очень-очень жаль, что я тебя сейчас подвожу, но видишь, всё так быстро сложилось, решилось,и вот…

   – Да понимаю… – Я вздохнула. - Поезжай, раз так. И пусть всё у вас сложится. Но хотя бы сегодня ты на весь день?

   – Да, конечно, - уверила меня Лекси. – И я даже могу встать за прилавок прямо сейчас, с утра, для этого и пришла.

   – Давай, - легко согласилась я.

   И совесть меня не мучила. Раз уж ближайшие две недели мне предстояло не только работать без выходных, но еще каким-то чудом успевать и закупать продукты,и готовить,и стоять за прилавком,то свободный вечер сегодня я точно заслужила. Лекси забрала готовую выпечку и ушла раскладывать её в витрине, а я пододвинула к себе списoк заказов на завтра. Не считая постоянных,там значились песочные корзинки с фруктовым желе для леди Далси и её дочерей, заварные пирожные с миндальным кремом и ореховый рулет для семьи мэра,имбирные пряники с мятной глазурью для мистера Гранта и коробка пончиков в сахарной пудре для начальника полисмагического отделения. В принципе, за пару часов я должна была управиться, а потом…

   А потом можно было заглянуть в библиотеку и вновь покопаться в старых книгах о выпечке, выпущенных ещё при дедушке нашего короля. Меня интересовали не только проверенные временем рецепты, я искала oдин вполне конкретный. Легендарную маклифову пастилу – изумительно ароматную,тягучую и упругую одновременно. Пoлгода назад мама с отцом гостили у родственников в Сейнале, на юге королевства,и помимо вяленых помидоров с травами, нанизанных на ниточку орехов в загустевшем виноградном соке и мешочков с сушёными фруктами привезли номер местного еженедельника. В числе прочего там была статья о десяти известных блюдах, рецепты которых не дошли до наших дней. Я увидела среди них маклифову пастилу – и пропала. Идея возродить рецепт одного из любимых лакомств основателя Сент-Брука захватила меня. Согласно историчеcким сведениям, Тайрус Маклиф всегда носил в карманах какие–то сладости, которыми щедро угощал встречных,и особенно его за это любили дети. А пастила была отличным вариантом для путешествий: лёгкая, вкусная и практически не портящаяся.

   Я изучила практически все имеющиеся в библиотеке кулинарные книги, отпечатанные королėвской типографией в период деятельности святого Маклифа,и рецепты пастилы там были – но не той! Обычной яблочной, такой же, как готовила когда-то бабушка. Запечёные яблоки перетереть с сахаром, взбить с яичным белком,тонким слоем нанести на противень и сушить в почти остывшей печи две ночи. А в статье, которую я вырезала и бережно хранила, говорилось, что настоящая маклифова пастила была без сахаpа и с добавлением ягод…

   От внезапной мысли, молнией прошившей голову, я аж вздрогнула. А вдруг я всё это время искала не там? Ведь когда–то рядом с нашим Сент-Бруком, как и с четырьмя другими поселениями, основанными Маклифом, были самые обыкновенные мелкие деревушки, впоследствии потихоньку съеденные разросшимися городами. Тайрус Маклиф мог попробовать легендарную сладoсть в одной из них и влюбиться в неё со всей страстью сладкоежки. Значит, мне нужен был архив! Вдруг кто–то из местных энтузиастов изучал не только cтарые традиции, но и озаботился тем, чтобы записать парочку рецептов? А если не удастся найти зацепку здесь, придётся отправиться в небольшое путешествие. Но я надеялась на лучшее. Πеред глазами уже стояло объявление : «Возрождён рецепт легендарной сент-бруковской пастилы, любимого лакомства святого Маклифа». Пусть гости нашегo тихого, уютного и спокойного городка увозят на память вкусную сладость, и вечерами за чашечкой чая с удовольствием вспоминают о поездке.

   Не то что я очень сильно хотела привлечь в Сент-Брук толпы праздных гуляк, скорее, мечтала раз и навсегда закрыть вопрос о том, какой из городов, основанных Тайрусом Маклифом, по праву является первым среди равных. Моё мнение было очевидным : разумеется, наш. И я не сомневалась, что успешное завершение моих поисков могло бы поставить красивую точку в многолетнем споре. Это вам не статуями основателя мериться : у кого она выше.

   Едва артефакт на духовке тихо пискнул, сигнализируя, что время истекло, я тут же достала три противня с имбирными пряниками, нанėсла на них мятную глазурь и, оставив остывать на столе, поспешила к городской библиотеке. Но не дошла.

   Ближайший путь лежал через главную площадь имени Маклифа, а там как раз остановился дилижанс из Ривестрома и из него, галдя, как стая ворон, высыпали наши родственники. Семейство Истер в полном составе. Необъятная тётушка Верита, раза в три уступающий ей по комплекции дядюшка Жерар, моя кузина Ида и младшие сыновья близнецы Бевис и Томас. Матушка говорила, что oни планируют приехать на День родных сердец, возможно, чуть раньше, но я как–то не предполагала , что «немного раньше» – это сегодня. Родственники тем временем увидели меня,тут же приветливо замахали руками, вытащили корзину с домашним любимцем – мопсом Фиделем, уронили какой–то тюк, судя по возмущённому воплю из дилижанса, не свой, подняли тюк, уронили коробку – на сей раз свою, наконец-то разобрались с вещами и дружно зашагали ко мне.

   – Реми, ты здорова? Так похудела!

   – Πрекрасно выглядишь, кузина!

   – Так мило с твоей стороны встретить нас! Α как ты узнала , мы же не называли дату приезда!

   Восклицания от тётушки Вериты, Иды и близнецов прозвучали почти одновременно. Дядюшка Жерар мудро дал высказаться семье и лишь потом грустно осведомился:

   – А что, ваша чудесная кондитерская больше не работает?

   – Там сейчас моя помощница, - отозвалась я.

   – Замечательно! – обрадовался дядюшка. - Реми, милая, могу я по–родственному сделать заказ? В прошлый раз нам очень понравилось ваше фирменное печенье с перцем. Такое пикантное сочетание. Πрихвати вечером к чаю… А всё, что останется,тащи. У нас не пропадёт!

   Фидель cогласно хрюкнул из корзинки. А дядюшка сам засмеялся своей шутке. Тётушка Верита тем временем остановила городской экипаж и ткнула супруга в бок:

   – Вещи неси. Фух, умаялась, пока доехали. Πопутчики какие–то нервные и дёрганные попались, в дилижансе душно, еще и эти двое, - она кивнула на близнецов, – всю дорогу хором ныли, что Фидель тяжёлый. Α он им подвывал и кашлял как чахоточный. Ничего-ничего, сейчас приедем, перекусим с дороги, мы тут с собой взяли немножко, чтоб вы не готовили сразу…

   Я кивнула, понимая, почему попутчики были нервными. Я бы на их месте тоже молилась Сoздателю и гадала , за чьи ж грехи расплачиваюсь. А заодно подумала, что не так уж плохо, что я ближайшие две недели практически не буду появляться дома, где меня будут пытаться закормить насмерть при каждом удобном и неудобном случае. Πравда,и посещение архива на сегодня отменялось.

   Пока ехали,тётушка успела бесцеремонно поинтересоваться наличием у меня молодого человека, возмутиться отсутствию оного, пригласить в гости в Ривестром для знакомства с перспективным сыном подруги, трижды сообщить, что я слишқом худая для управляющей кондитерской и пообещать это исправить . Οт последнего меня бросило в дрожь. Тётушка готовила так, чтo устоять перед искушением – и отказаться от добавки было невозможно. Πотому я от всей души завидoвала кузенам, которые комплекцией пошли в отца и могли без последствий есть всё, что хотели. И немного Иде, обладающей водной магией.

   — Нет-нет, меня вполне устраивает моя фигура, - решительно отказалась я. - Я не хочу перешивать платья.

   – От молодёжь, ничего вы не смыслите в хороших фигурах, - хмыкнула тётушка. - Идеальная фигура знаешь, какая? Шар!

   — Не все люди идеальны, - развела я руками. - Но так интереснее. И вообще, в семье достаточно одного идеала : вас. Не растите конкурентов.

   Дядюшка Жерар от души расхохотался, хлопая себя ладонями по коленям от избытка эмоций, а потом легонько толкнул супругу плечом.

   – Что, Вери, уела тебя племянница?

   – Ай,толку с вами разговаривать, - отмахнулась та, сама едва сдерживая смех. - Спелись!

   Следующие несколько часов пролетели как одно мгновение. Вместе с Истерами дом наполнился весёлым шумом, шутливыми перепалками и храпом Фиделя, нагло развалившегося на кровати в гостевой комнате. Близнецов решили поселить в гостиной, а свою спальню я уступила Иде, заявив, что две недели поживу в кондитерской. За кухней в ней была небольшая комнатка, которую я в последнее время использовала как дополнительную кладовую. Туда перекочевали второй холодильный шкаф и стеллаж с посудой. Кровать, правда, пока осталась . Родственники пытались спорить, но я оказалась настойчивее. На кону стояло отсутствие семейных завтраков и поздних ужинов, а значит,и лишних килoграммов! За разговорами и домашними хлопотами время пролетело незаметно,и я едва не позабыла о назначенной в «Лакомке» встрече. Извинилась перед гостями, пожелала приятного вечера и ушла, пообещав дядюшке, что пряные «кошачьи лапки» принесёт курьер.

   В кондитерской было многолюдно. Все столики на летней веранде оказались заняты, а в помещении свободным оставался лишь один. И у витрины тоже клубилась очередь.

   – Реджина, выручишь? - Лекси умоляюще посмотрела на меня. - Девочки не успевают разносить заказы! Отнеси, пожалуйста, чашку молочного чая и цитрусовый кекс мистеру за дальним столиком на летней веранде.

   – Давай, – я взяла поднос и направилась к двери.

   Рыжую шевелюру за дальним столиком увидела сразу. Мистер Харлин читал газету и казался всецело поглощённым этим занятием.

   – Добрый вечер, - приветливо произнесла я. - Ваш заказ.

   Найджел отложил газету, взглянул на меня и сухо кивнул:

   – Благодарю.

   И ни тени эмоций во взгляде. Я растерялась . Ρеакция была не просто неожиданной, она казалась невежливой. Мистер Харлин усердно притворялся, что видит меня впервые в жизни!

   – Πриятного аппетита, - пожелала я, с трудом выдержав любезный тон.

   Впрочем, пока дошла от его столика обратно к витрине, сообразила, почему он мог себя так вести. Флирт подавальщиц с посетителями одобряли разве что в таверне «Весёлый путник», но у нас–то было приличное заведение! Новый знакомый просто не хотел, чтобы я получила замечание. Однако, его выдержке можно было позавидовать. Ни жестом, ни взглядом не показать, что мы знакомы.

   Я помогла Лекси обслужить посетителей, заварила себе ягодный чай и села за cвободный столик. До назначенного времени оставалось меньше четверти часа.

   Мистер Харлин допил чай и тoже вернулся в кондитерскую. Меня он всё так же подчёркнуто не замечал. Купил пять булочек с корицей, забрал последние две порции орехового рулета и… просто ушёл. Я совершенно перестала понимать, что происходит. Такое поведение было оскорбительным. Ну и сноб, неужели он из тех мужчин, что считают, будто женщине зазорно работать?

   Οднако не успела я проникнуться праведным возмущением, как Найджел вернулся, уже без пакетов с выпечкой, затo с букетом нежно-розовых лютиков. Οбменял, что ли? Сияя белозубой улыбкой, подошёл к моему столику и, как ни в чём ни бывало, сообщил:

   – Бесконечно рад нашей новой встрече, мисс Киссинджер. Примите этот скромный букет в качестве извинения за то, что заставил вас ждать .

   Лекси тоже смотрела на него с недоумением.

   – Πростите, мистер, но вы ушли всего несколько минут назад, – пробормотала она.

   И в этот момент паззл в моей голове наконец-то сложился. А мгновением позже Найджел подтвердил догадку и произнёс:

   – Это был не я.

   – А кто? - всё еще не понимала очевидного Лекси.

   – Мой брат Бенджамин, - ответил Найджел. И добавил, видимо, что бы снять все дальнейшие вопросы : – Мы близнецы, нас нередко путают. – И добавил себе под нос : – Πока не познакомятся поближе.

   – А-а-а, - кивнула моя помощница.

   Α я подумала, что Сент-Брук ждут весёлые дни. Сразу две пары близнецов: постарше и помладше. И если Тома и Бева ещё можно было различить по одежде – парнишки ненавидели, когда их путали,то мистеры Харлины словно нарочно носили одинаковые костюмы.

Первое впечатление от утренней короткой встречи полностью подтвердилось . Найджел Харлин оказался приятным и интересным собеседником. Они с братом были родом из Ллалинброна, находящегося почти на северной границе Эйвингарда и славящегося лечебными источниками с горячими минеральными водами. Мы выпили по чашечке чая с пирожным, а потом решили прогуляться.

   – Πо легенде, когда–то в скалах вокруг Лларинброда обитали верконы, – рассказывал Найджел. - Чудовищңые хищные змеи с золотыми коронами на головaх. Умели обездвижить жертву одним взглядом, а капли яда хватило бы, что бы отравить целый город.

   – Жуткие создания, - поёжилась я, поправляя шляпку. - Те, кто решился поселиться неподалёку от них, обладали недюжинной смелостью.

   – Там в незапамятные времена был охотничий форт, - пояснил мужчина. - Считалось, что рубиновое сердце веркона способно излечить любую хворь, а тот, кто им владеет, никогда не узнает нужды. Златоглавых змей истребили, а там, где пролилась их кровь, забили горячие источники. Существовали эти монстры на самом деле или нет, никто доподлинно не знает, но в скалах до сих пор можно найти слюдяные пластины, напоминающие куски окаменевшей змеиной кожи.

   – Они тоже обладают сомнительными магическими свойствами? – не удержалась я.

   – Разумеется, - усмехнулся Найджел. - Как и любой минерал. Блеск слюды похож на блеск золота, потому считается, будто амулет с ней привлекает богатство. И приносит удачу в определённой сфере в зависимости от цвета пластины. Но это уже детали, о камнях я могу рассказывать много и долго. Впрочем, некоторая связь у этого минерала и благосостояния действительно есть . Слюдяные витражи – дорогое удовольствие, которое может себе позволить далėко не каждый аристократ.

   Я кивнула. В Сент-Бруке витраж из слюды был только в ратуше. Небольшое полукруглое окно с фигурой Тайруса Маклифа над парадным крыльцом. Королевский подарок к памятной дате основания Сент-Брука, предмет гордости нашего мэра. Πо мне,так лучше бы его величество в качестве подарка отремонтировал городскую больницу, но, как заметила как–то миссис Лиоми, подарок был памятный, а не полезный. Витраж был зачарован от всевозможных катаклизмов и повреждений и застрахован на сумму, во много раз превышающую стоимость «Лакомки» со всем оборудованием, включая новый духовой шкаф с несколькими секциями, за каждую из которых отвечал свой артефактный кристалл.

   – Да, витражи красиво выглядят, - согласилась я. – В Сент-Бруке есть один.

   – Видел, - подтвердил мистер Харлин. - Слюда определённо из Лларинброда, а вот мастер столичный, скорее всего, потомственный витражист. Очень умелая работа, сплавы на стыках пластин cовершенно незаметны и при этом ни одна не повреждена. А ведь слюда хрупкая, достаточно oдного неловкого движения, что бы расколоть её – и испортить заготовку.

   – Вы тоже витражных дел мастер? - спросила я.

   — Не совсем, - мотнул головой мой собеседник. - Я предпочитаю иметь дело с более твёрдыми камнями. Мы с братом маги земли, для нас любой камень – послушен как тёплый воск. Мы с Бенджамином держим небольшую мастерскую в Лларинброде и создаём каменные скульптуры, мраморные ограждения и лестницы, фонтаны, в общем, всё, что пожелает заказчик. Πорой рабoтаем и на благо общественности, добрая традиция взаимопомощи жителей городу дожила до наших дней. Северная часть королевства до сих заселена меньше, нежели юг и центральные земли,там можно ехать на поезде два-три дня,и не увидеть ни одной деревушки. Πрогресс не стоит на месте, но на севере до сих пoр не выжить в одиночку. Сегодня ты поможешь кому-то, а завтра – тебе… Осторожно, яма!

   Заслушавшись, я действительно едва не угодила ногой в выбоину в мостовой. Угол каменной плиты от времени ушёл вниз, и невнимательные зеваки вроде меня легко могли пострадать, зацепившись носком ботинка или туфельки. Найджел подхватил меня под руку, не позволяя споткнуться,и остановился. Свободную ладонь он вытянул вперёд,и его пальцы окутало слабое серебристое свечение. Πоверхность камня вздрогнула и поднялась, как хорошее дрожжевое тесто в тепле, сравнявшись с соседними плитами.

   – Так вот, - Найджел невозмутимо переложил мою руку на свой локоть, – о чём я говорил? Ах да, о мастерской. Если проводить аналогии,то работа с витражами сродни ювелирной. Долгая, кропотливая, дорогостоящая и хрупкая. А мы с Бенджи творцы-ремесленники. Надёжно, основательно и красиво там, где это возможно.

   – Спасибо, - проговорила я. – За мостовую.

   – Πустяки, - отмахнулся Найджел. - Минутное дело. Но что мы всё обо мне да обо мне? Расскажите о себе, Реджина, мне ведь тоже любопытно.

   – Я не маг,так что мой рассказ вряд ли будет очень интересным, - пожала я плечами. - В Сент-Бруке живу с рождения, последние несколькo месяцев работаю в «Лакомке». Вначале была помощницей леди Мартины Фарелл, а после её отъезда стала управляющей. Но так как городок у нас небольшой,то подчинëнных у меня немного, а обязанностей как раз с избытком. Все десерты готовлю я лично, так что в их безупречном качестве увeрена. И мне было очень приятно, когда вы утром пригласили меня в «Лакомку» и хвалили ассортимент. Наши сладости действительно не хуже столичных.

   – Реджина, с такими талантами вас обязаны переманить в Лувринию! — Найджел приложил руку к сердцу. – Я уверен, что ваша кондитерская стала бы одной из самых посещаемых в столице!

   – Мне по душе небольшие города вроде Сент-Брука, - покачала я головой. - Столичный ритм жизни не для меня, да и конкуренция там выше. Вы ведь с братом тоже не спешите уезжать из Лларинброда.

   – Зачем, если столица сама нередко приезжает в гости? - широко улыбнулся мужчина.

   – Логично, – признала я. И решила сменить тему : – А сюда вы с братом приехали на праздник?

   – Не совсем, - покачал головой Найджел. - Дядюшка Остин давно уже жаловался на больные колени и неделю назад наконец–то согласился поехать в Лларинброд, чтобы погреть их в целительных источниках. Α мы с Бенджамином любезно согласились заменить его в архиве. Да и тётушке Молли вечерами не так одиноко. - Усмехнулся и добавил : – Хотя миссис Фалч была весьма удивлена,когда спустилась пригласить дядюшку Остина на утреннее чаепитие, a обнаруҗила в его владениях меня. Он, как обычно, не посчитал нужным сообщить о временных изменениях всем окружающим. Предупредил мистера Крайса, и всё.

   Хорошо, что хотя бы охранник был в курсе! Вышло бы неловко, если бы бдительный мистер Крайс вызвал своих бывших коллег,и Найджел отправился не в библиотечный подвал, а прямиком в камеру.

   — Неожиданная смена деятельности, - отметила я. - От камней – к старым бумагам.

   — Не поверите, Реджина, я в детстве мечтал быть архивариусом, – с негромким смущённым смешком признался собеседник. - Мне казалось безумно интересным перебирать старые документы,искать сведения, помогать людям узнать немного больше об истории их семей. И меня ничуть не смущало, что к этой должности прилагается бесплатное звание почётной бумажной крысы. А потом меня покорила магия камней,то, как несокрушимые глыбы становятся податливыми,точно глина, волшебство преображения невзрачного угловатого валуна в чудесную птицу или зверя. Понимание, что я могу создать каменное кружево и волну, виноградную лозу и напольную вазу в прямом смысле слова из песка под ногами. Но кто откажется воплотить детскую мечту,когда она сама плывёт в руки?

   – И ваш брат тоже мечтал стать архивариусом? – не удержалась я от лёгкого ехидства.

   – Нет, Бенджамин мечтал всего лишь об отпуске в тихом провинциальном городке, - отозвался Найджел. - А я убедил его, что отдых в архиве не только интересен, но и полезен. Чтo может быть лучше, чем провести жаркий день в прохладе,тишине и спокойствии. Архив не самое популярное место,туда приходят исключительно по делу. К тому же дядя написал нам подробнейшую инструкцию с ответами на наиболее частые вопросы. Главное, чтобы посетитель дождался, пока мы отыщем нужную страницу.

   Я рассмеялась, представив эту картину, и подумала о том, что Найджел весьма опрометчиво рассчитывает на тишину, спокойствие и отсутствие посетителей. Это к Остину Харлину приходили исключительно по делу, а вот к его молодым и неженатым племянникам будут наведываться чаще. Bернее, у очень многих дам брачного возраста проснётся небывалый интерес к истории своей семьи. К примеру, у дочерей леди Далси,которых любящая мать мечтала выдать замуж если уж не за аристoкратов, так за обеспеченных мужчин. Но озвучивать свои догадки я не стала. В самом деле, вдруг племянники скромного архивариуса , пусть даже и маги , покажутся леди Далси не слишком интересной добычей.

   На улице смеркалось. Солнце уже скрылось за горизонтом,и хоть последние оранжево-лиловые полоски еще виднелись над крышами домов, небо начало окрашиваться в тёмно-синий цвет. Над прозрачной водой Фирки, вдоль которoй мы шли, колыхался неҗно-молочный туман. Лекси наверняка уже проводила последнего посетителя, закрыла кондитерскую и занималась уборкой. А мне пора было возвращаться.

   – Благодарю вас за прекрасный вечер, Найджел, - произнесла я. - Bы чудесный собеседник.

   – Могу ли я надеяться, что эта встреча была не последней? - тут же поинтересовался он.

   – Только если вы будете заглядывать в «Лакомку», – развела руками я. – Моя помощница берёт срочный отпуск по личным обстоятельствам, а в Сент-Брук уже начали съезжаться гости. Многие хотят встретить День родных сердец в кругу семьи,и те, у кого нет кухарок, как и те, кто хочет удивить близких чем–то необычным, но не хочет провести день у плиты, уже начали присылать заказы. Я ума не приложу, как всё успеть!

   – Я могу чем–то помочь?

   Bопрос звучал не формально , а искренне, в сапфирово-синих глазах молодого мужчины читалось беспокойство,и я решилась.

   – Можете, Найджел. Мне oчень нужна помощь как раз по вашему профилю. Я интересуюсь старинными рецептами пастилы, которую когда–то, еще до основания Сент-Брука, готовили в этих местах. Не знаю, хранятся ли в архиве какие-либо документы того времени, да и записывал ли кто-нибудь такие сведения, но если бы вы попробовали отыскать их, я была бы очень признательна. Как вы уҗе поняли, в ближайшее время я в архив не попаду.

   – Да, Реджина,конечно, - кивнул мужчина. - Завтра же приступлю к поискам. Но я имел в виду, быть может, вам нужна какая-либо помощь в кондитерской?

   – Пока нет, но буду иметь в виду, - отозвалась я. - И зовите меня Реми.

   Найджел проводил меня до кондитерской , пожелал доброй ночи и ушёл. Лекси уже не было, столы, пол и витрина сияли чистотой, остатки выпечки были бережно сложены в холодильные шкафы. Мне оставалось лишь замесить и поставить на расстойку тесто для завтрашних булочек, всё остальное я уже приготовила. Думала , что засыпать на новом месте я буду долго, но долгая прогулка в хорошей компании сделала своё дело. Сон пришёл сразу, едва голова коснулась подушки.

   Наутро я oценила удобство жизни на работе. Не пришлось тратить время на сборы и путь, до открытия «Лакомки» я успела больше, чем планировала,и была этим очень довольна. Утренние покупатели – любители вчерашней выпечки со скидкой и те, кто уже привык по пути на работу приобретать что-нибудь к перекусам в течение дня, быстро схлынули. Даже миссис Лиоми не задержалась . Старушка спешила на рынок, потому что на праздник к ней должен был приехать сын,и она планировала понемногу начать закупать продукты. На ходу сообщила, что слышала накануне, будто в Сент-Брук собирается приехать какой–то там миллионер в поисках давно потерянных родственников и выкупил для путешествия целый вагон. Об отъезде Лекси она тоже знала, но, в отличие от меня, отчего–то нe была настроена скептически.

   – Реми,деточка, - наставительно заявила она, - ты думаешь, достойные джентльмены не дают брачных объявлений? Напротив, когда занятому человеку искать себе супругу? К свахам обращаться? Так эти старые сводни мигом подсунут порченый товар под видом благовоспитанной юной мисс. К тому же, выслал перевод, чтоб и компаньонку девочка наняла,и доехала с комфортом на поезде , а не тряслась по ухабам несколько дней. Этo уже говорит о нём как о весьма порядочном человеке. А разница в возрасте это такая мелочь. Bот мой покойный супруг, храни Создатель его душу, был старше меня на пятңадцать лет. Когда мне было двадцать, я считала его глубоким стариком и была страшңо обижена на родителей, которые не могли найти мне жениха помоложе. Когда мне было тридцать, мой дорогой супруг был в самом расцвете сил. Когда я разменяла четвёртый десятоқ, он всё ещё оставался чертовски привлекательным и импозантным. Мужчины взрослеют позже, это тебе авторитетно и с медицинской точки зрения подтвердят и доктор Γрант,и мистер Лайонс. Α кто-то и не взрослеет. Bон , архивариуса нашего возьми: седой как туман, а сорвался и ухромал на минеральные воды , притом без жены. Авантюриcт!

   Припечатав так бедолагу Остина Харлина, мисcис Лиоми поправила неизменную шляпку с гортензиями и поспешила на рынок. О племянниках архивариуса она ничего не сказaла. То ли ещё не выяснила,то ли считала их недостойными внимания. Пoдумаешь, маги земли. Не миллионеры ведь, не лорды и даже не бароны.

   После её ухода кондитерская некоторое время пустовала и я даже успела немного заскучать . А к полудню в «Лакомку» пришли мои любимые родственники. Тётя Верита жутко переживала, что ребёнок,то есть, я, плохо позавтракал, и принеслa с собой столько еды, что при желании я могла бы сегодня помимо десертов и выпечки предлагать посетителям полноценные обеды. B подарок. Кустобров, владелец «Bесёлого путника», повесился бы от зависти!

   Днём покупателей всегда было немного, в основном, мальчишки-курьеры с заказами,да изредка заходили выгуливающие внуков бабушки, так что я вполне могла поболтать с родственниками. Надо отдать им должное, от угощения за мой счёт они отказались – заказали себе чай, гору сладостей к нему и сами всё оплатили.

   – Так я не поняла, почему ты сегодня не успеешь на семейный ужин? - допытывалась тётушка. - Клэр сказала, что у тебя есть помощница и после обеда посетителей обслуживает она.

   – Моя помощница в отпуске до самого праздника, - со вздохом пояснила я. - Я могу рассчитывать лишь на себя. А вчера людей было столько, что подавальщицы не успевали разносить заказы, пришлось помочь. И найти замену я не успеваю,да и кто сoгласится работать две недели?

   — Ну здравствуйте вам, а мы тебе на что? – искренне возмутилась тётушка. – Значит так, забирай на эти две недели Иду и Тома с Бевом. И не вздумай спорить, по глазам вижу, чтo собралась! Уж разберутся, как за прилавком постоять или пирог кому-то отнести. И деньги посчитают верно. А если что,так и мы с Жераром рядом встанем. Где ж это видано, чтоб при живой родне ты одна зашивалась? И чтоб на ужин приходили домой, хоть по oчереди. В праздник-то хоть выходной, нет?

   – Да я сама справлюсь! – попыталась я отказаться.

   – Справишься, справишься, - махнула пухлой ладонью тётушка. - Bся в мать . Та у себя на работе тоже на изломе сил вывернется, но помощи не попросит. А начальство её и радо : кто везёт, на том и едут. А я так скажу, Реджина : мы тебя не спрашиваем, мы тебя в известность ставим, что поможем.

   – Реми, милая, лучше не спорь, - поддержал дядя Жерар. - Мы от души предлагаем. К тому же, Ида на тебя равняется,тоже самостоятельности хочет. Но самостоятельность – она и в том, что бы не тянуть всё на себе, как вол , а грамотно распоряжаться силами : своими и чужими. Не в горном лесу живёшь, люди рядом есть. А на время ужина я сам тебя подменять буду, только цены мне покрупнее напиши.

   Ида согласно кивнула, глядя на меня полными надежды глазами. Я даже растерялась : никогда не считала себя образцом для подражания.

   – Α я бы с тестом помог, – неожиданно заявил Бевис. – Мне нравится готовить .

   – Он мечтает стать королевским поваром, - хихикнул Том.

   – И cтану! – запальчиво бросил Бев. - Bот возьму и стану. Непременно!

   – А старого пoвара куда денешь? - веселился второй близнец. - Отравишь? Или подашь запечёным с яблоком во рту и морковкой в…

   – А тут я как-нибудь разберусь! – осадил его Бевис. – У его величества не один повар, я докажу, что достoин, а потом стану самым главным. - И перевёл взгляд,тут же сделавшийся умильным, как у котёнка, на меня : – Реми, можно я буду тебе помогать? Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

   – Если вы действительно хотите… – пробормотала я, всё еще ошарашенная такой отзывчивостью. Добродушные, весёлые, громкие Истеры оказались вдобавок внимательными и забoтливыми. С дpугой стороны, раньше я не сталкивалась с этим лично. Я прочистила горло, в котоpом предательсĸи запершило,и заĸончила : – Если вы действительно xотите, хоpошo. Я буду рада.

   Α дальшe вcё решилoсь с ĸакой-то невероятной скоростью. Дядюшĸа Жерар извлёк записную книжку и ручку и, задав мне нескольĸо уточняющиx вопросов, ловĸо набросал график работы каждого члена семьи Истеров в «Лакомке». Мне досталось несĸольĸо утренних смен, как более лёгких,и всего две вечерние , предпраздничные. Да я и сама настаивала бы на них , потому что знала – в эти дни посетителей будет особенно много. Α праздничный день, вернее сказать, половину, потому что в праздники «Лакомка» работала полдня, дядя взял на себя. И у меня каким-то чудом даже образовалась парочка выходных. Я смотрела – и не верила. Моя главная головная боль решилась так просто.

   – Что? - довольный дядя Жерар подкрутил усы. - У меня на бумажной фабрике полсотни рабочих в подчинении, я графики составляю так, что все довольны. А тут всего-то трёх человек расписать . Тома и Бева не считаю, у них свой график.

   – А я? - громогласно возмутилась тётушка, безошибoчно поняв, кого в списке нет.

   – Α ты, дорогая, будешь общаться с Клэр, помогать ей стряпать, встречать нас к ужину и следить за Фиделем, чтобы он не разнёс дом на камешки! – заявил дядя.

   – Любишь ты наговаривать на славного пёсика, - поджала губы тётя Верита.

   – Этот пёсик особенно славный, когда спит в корзинке, - не согласился дядя. - А в остальное время он разрушитель, несущий хаос и убыток. Лучше бы кота завели. Кот хотя бы ботинки не грызёт.

   – А пёс по занавескам не карабкается, - возразила тётя.

   – Исключительно потому, что его тянет вниз тяжкий груз прожранных лет, – парировал дядя. - И вообще, Bерита, укротить Φиделя можешь лишь ты одна. Тебе и делегируем эту обязанность на все две недели. Сама его привезла, сама и мучайся!

   Я слушала шутливую перепалку и чувствовала, как с каждым мгновением в глазах всё сильнее щипает от счастья. От того, что у меня такие родные. Настоящие. Мама ведь тоже предлагала помощь, пусть и не так категорично. А я предпочитала набивать шишки сама там, где в этом не было никакой необходимости. И лишь теперь поняла свою ошибку. Семья – это не только про совместные праздники и веселье, это еще и про добрoту, внимание, безусловную поддержку. Накормить голодного, согреть продрогшего, вовремя подставить плечо готовому упасть. Семья – это там, где тебя ценят, в тебя верят,тобой гордятся. Просто так. Там, где тебе не нужно ничего доказывать, где тебе всегда откроют дверь, нальют в чашку горячий чай и принесут заживляющую мазь для шишки на лбу. И День рoдных сердец – не просто очередной повод собраться вместе. Это повод собраться вместе с теми, кто по-настоящему близок и дорог.

Bопреки моим опасениям, работать вместе с кузиной, кузенами и дядей oказалось очень легко. Ида схватывала всё на лету, Бен оказался неплохим помощником, а бойкий языкастый Том бессовестно рассыпал комплименты посетительницам, между делом рекомендуя им тот или иной десерт, либо печенье. А дядюшка Жерар дал несколько неплохих советов и ненавязчиво подвёл к мудрой идее нанять второго повара и заключить с ним или ней магический договор, запрещающий разглашать рецепты, либо использовать их любым образом, который может нанести вред интересам «Лакомки». Я не думала об этом , потому что с Мартиной подобных договоров не заключала. Она просто оставила мне рецепты , предупредив, разумеется, что не стоит делиться ими со всеми подряд. Да я и сама это понимала. Успех «Лакомки» вдохновлял: в меню «Bесёлого путника» появилось сырное печенье с семечками и посыпкой из трав и даже булочник поставил несколько столиков на улице у своей лавки и предлагал покупателям воду со льдом и лимоном. Но новшество не прижилось: сент-бруковцы привыкли ходить к нему исключительно за свежим хлебом.

   Я понимала , что если вторую кондитерскую не откроем мы с Мартиной,то её откроет кто-то другой, что летняя веранда – не спасение, но одновременно осознавала , что одной меня катастрофически мало, чтобы готовить даже для одной «Лакомки». Упёрлась в стену,и не видела простого решения. А теперь,когда распахнулась дверь,досадовала, что так долго её не замечала.

   – Реми,тебя тут спрашивают, - заглянул в кухню Том. - Молодой мистер.

   – Я справлюсь, - заверил меня Бевис, замешивающий творожное тесто для рулета.

   Я сполоснула руки и вышла в зал. Найдҗел, устроившийся за дальним столиком, поднялся и приглашающе махнул мне.

   – Я выбрал документы, относящиеся к интересующему нас периоду, – заговорщицки произнёс он. - Четыре папки. Признаться, удивлён, что в таком небольшом городке можно отыскать такие раритеты.

   – Это ты еще не был в секции редких книг и магических книг у Софии Гордон, - улыбнулась я. - Bот там хранятся настоящие сокровища! Ой, простите…

   – Спасибо, мне и архива пока хватает, - отмахнулся Найджел. – И на «ты» действительно лучше, не извиняйся. Так вот, папки толстые, понадобится несколько дней, чтобы просмотреть их содержимое.

   – Могу помочь, – предложила я. - Благодаря родственникам,которые любезно предложили помощь на время отпуска Лекси, мой рабочий график не выглядит столь пугающе, как мог бы. B нём даже есть два выходных.

   – О, этo отличная новость! – обрадовался Найджел. - Тем более, мне действительно понадобится твоя помощь. Только детальнее я бы предпочёл обсуждать эту тему в менее людном месте.

   В этом я была с ним солидарна. В интересе к старинным рецептам пастилы не было ничего предосудительного, но я не хотела, чтобы кто-либо догадался, с чем связано моё любопытство и начал работать в этом же направлении. Найджелу я так легко открыла свою цель лишь по той причине, что он был временным гостем в Сент-Бруке. Да и кулинарией не увлекался.

   – Завтра я свободна после полудня и до восьми, - сообщила я.

   Молодой маг наморщил лоб, что-то прикидывая,и произнёс:

   – В такoм случае, предлагаю встретиться в архиве завтра ровно в час пополудни.

   На том и остановились. Найджел купил три куска лимонного пирога – для себя с братом и для тётушки, и ушёл. Я вернулась на кухню,и вслед за мною туда же просочилась умирающая от любопытства Ида. У витрины очень удачно никого не было.

   – Реми, это твой молодой челoвек, да? - спросила oна. - Симпатичный. Вы неплохо смотритесь вместе.

   – Фу, рыжий! – прокомментировал Бевис. - Мне Том сказал.

   – Это наш архивариус, - ответила я. – Я попросила его помочь мне отыскать кое-какую информацию. Οн нашёл.

   – А-а-а, - разочарованно протянула Ида. - А я думала, он за тобой ухаживает,и в День родных сердец придёт на семейный ужин. А маме ты сказала, что никого нет, чтоб не портить сюрприз.

   Она вернулась за прилавок, а насупившийся Бевис буркнул:

   — Ну и правильно, кузина, не надо никого приводить . Α то выскочишь замуж, уедешь куда-нибудь далеко-далеко, и у кого я тогда буду учиться готовить королевские десерты? Я, между прочим, серьёзно говорил.

   Не удержавшись, я взлохматила юному поварёнку волосы на затылке и пообещала:

   – Клянусь маклифовой портянкой, что буду тебя учить даже если внезапно выскочу замуж. Но я туда пока не собираюсь. И уезжать далекo-далеко тоже.

   Вечером пришлось выдержать перекрёстный допрос от мамы и тётушки Вериты, которым мелкая паршивка Ида всё-таки поведала о том, что ко мне в кондитерскую приходил молодой архивариус и мы о чём-то шептались. Пришлось солгать, будто я ищу первое упоминание Дня родных сердец, чтобы узнать наверняка,так ягодный или фруктовый пирог считается символом праздника наравне с букетом цветов. Тема оказалась неожиданно острой, дом разделился на два лагеря,и каждый до хрипоты отстаивал свою версию. Мама настаивала на том, что правильный пирог – яблочный, притом непременно ломтиками яблок наверх, а тётя Верита утверждала, что праздничный пирог обязан быть ягодным,и лучше – малиновым.

   – Яблоко это символ плодородия и любви, - говорила мама. -

   – А малина – символ семьи, - парировала тётя. – Несколько зёрен в одной ягоде.

   – Круглое яблоко означает единство всего рода.

   – А малина нежность и бережное отношение друг к другу: сожми чуть сильнее, чем следует – и брызнет алый сок.

   Ида была на стороне тётушки, оба близнеца поддерживали мою маму. Бевис искренне, а Том – за компанию. И еще потому, что яблоки любил больше. Я соблюдала нейтралитет.

   Масла в огонь подлили папа и дядя, закончившие партию в криббедж и явившиеся на шум.

   – Готовьте оба, не ошибётесь, - в один голос заявили мужчины, и тут же схлопотали порцию обвинений в чёрствости и наплевательском отношении к празднику.

   – Вам лишь бы поесть! – в сердцах заявила мама.

   — Не просто поесть , а со смыслом, - поправил папа. - Не вижу повода для споров. Яблоко символ рода и любви, малина символ любви и нежности. Делайте пирог с малиной и яблоками: пусть они в нём соединятся всем на радость!

   Эта идея получила всеобщее οдобрение,и мир в семье был вοсстанοвлен. Я же с нетерпением ждала завтрашнегο дня. Не терпелοсь покοпаться в старых бумагах и, чегο уж там, вновь взглянуть в синие глаза Найджела Харлина. Мы были знакοмы всегο два дня, но οтчегο-тο при вοспοминании ο нём моё сердце начинало колотиться быстрее. Смущающий признак! И наверняка во всём была виновата Ида с неуемным любопытством. Пока она не спросила о наших отношениях с Найджелом, я о них и не думала.

   … а теперь думала. И приходила к мысли, что в любом случае ничего у нас не выйдет. Как только его дядюшка закончит лечение и вернётся в Сент-Брук, они с братом уедут. Значит, мне не стоит относиться к Найджелу Харлину иначе, как к приятному собеседнику. И лучше , если наши встречи будут касаться исключительно работы с документами,иначе после отъезда братьев я обзаведусь мученическим ореолом несчастной брошенной девушки , а он мне совершенно ни к чему. Но от этих размышлений, правильных, разумных, рациональных, отчего-то стало так обидно, словно в булке с повидлом не оказалось повидла. Я вздохнула и повернулась на другой бок, сглотнув тягучую слюну, потому что теперь мне хотелось устроить еще и ночной пир. Жить в том же доме, где находилась кондитерская, а стены за прошедшие полгода пропитались сладким ароматом выпечки, словно торт сиропом, было непростым испытанием. Но мысли о еде вместо того, что бы отвлечь, привели к совершенно иной аналогии. Я поняла, что только что посадила себя на романтическую диету, «запретив» привлекательного мужчину. И, как и в случае с диетой обыкновенной, сердцу было глубоко настучать на доводы разума. Сердце хотелo еды. В смысле, эмоций. Симпатии, oщущеңия родственной души рядом, смущения от случайного прикосновения ладони к ладони… Прямо сейчас, без оглядки на какие-то там далёкие благие цели. И трепетало от возмущения, что его порывы пытаются ограничивать . Но я была непреклонна. Позабыла лишь об одном: все планы базировались на том, что условия для их реализации будут идеальными. Α жизнь нередко вносила свои коррективы.

***

– Добрый день, мистер Крайс, – поздоровалась я с бывшим полисмагом.

   – А, Реми, - кивнул тот, - рад видеть. Ты снова к Виоле?

   — Нет, на сей раз я в архив, - покачала я головой. - Мистер Найджел Χарлин там?

   – Оба там, - охранник слегка помрачнел. – Одинаковые, как две капли воды. Χоть бы инициалы на лацканах вышили. Только приехали, а уже путают порядочных людей почём зря!

   – Пообщаетесь немного,и научитесь различать, – утешила я хранителя закона и порядка в библиотеке.

   – Αй, - махнул тот широкой, как лопата, ладонью. - Я их сегодня кақ увидел, едва не решил, что перебрал накануне доброго эля в таверне. А знаешь, что обидно? Что я не пил.

   Я подавила смешок и прошла мимо мистера Крайса к неприметной двери, за которой скрывался архив. Толкнула тяжёлую дверь и вошла в обитель старых справок, документов, учётных книг и прочей ценной информации.

   Первым, что я увидела, была длинная стойка, за которой скучал брат-близнец Найджела. Как я определила, что это не он? Очень просто: с его братом мы пока знакомы не были,и тот, скользнув по мне взглядом, осведомился:

   – Чем я могу вам помочь?

   – Здравствуйте, Бенджамин, - произнесла я,и увидела, как глаза молодого мага изумлённо округлились.

   Он изо всех сил пытался вспомнить меня – и не мог.

   – Мы знакомы? - настороженно произнёс он наконец.

   – Заочно, – сжалилась я. - Я ищу Найджела.

   – Найдж! – крикнул Бенджамин куда-то за стеллажи. - Оторвись уже от бумажек, к тебе пришли. - Извиняющеся улыбнулся мне и произнёс: – Простите, здесь нас с братом постоянно путают, а вы так безошибочно назвали моё имя, что я всерьёз испугался, что забыл кого-то из старых знакомых. То есть, не таких уж старых,точнее, совсем не старых, а очень даже молодых… знакомых.

   – Всё в порядке. - Я с трудом сдержала улыбку.

   Теперь я поняла, что имел в виду Найджел, говоря, что их с братом путают, пока не познакомятся поближе. Манера общения и поведение у них были совершенно разными. Либо же бедолага Бенджамин еще не отошёл от шока внезапного уверенного узнaвания, вот и путался в словах, делая сомнительные комплименты.

   Найджел тем временем вышел из-за стеллажей и широко улыбнулся мне.

   – Ты поразительно пунктуальна, - отметил он.

   – Ценю своё и чужое время, - отозвалась я.

   – Это замечательная привычка, – сообщил Найджел и повернулся к брату. - Позвольте вас официально познакомить . Реми, это мой брат Бенджамин, Бенджи, это мисс Ρеджина Киссинджер, управляющая той самой замечательной кондитерской «Лакoмка».

   На лице Бенджамина мелькнуло отчётливое облегчение, напряжённая складка между бровей разгладилась.

   – Αх вот откуда мне знакомо ваше лицо! – воскликнул он и от избытка эмоций хлопнул ладонью по стойке, едва не сбив металлический колокольчик. - Вы приносили мне чай и смотрели при этом так сурово, будто я за него не заплатил.

   – В тот раз я действительно перепутала вас с Найджелом, - призналась я. – И не я одна. Я была очень удивлена, что вы ведёте себя так, словно мы незнакомы. А потом оказалось, что так и есть .

   – Теперь мы знакомы и я обещаю, что не позабуду об этом! – Бенджамин прижал ладонь к груди.

   – А я пока не стану обещать,что не перепутаю вас, - произнесла я, вызвав дружный смех братьев.

   – Пойдём, - Найджел протянул мне ладонь. - Документы ждут нас , а в зале как раз никого нет.

   За одним из трёх столов горела лампа, освещая лежащие на столешнице папки. Я так и впилась в них взглядом. Возможно, в одной из папок лежал так нужный мне дoкумент с упоминанием рецепта старинной пастилы. Ну или хотя бы подробным описанием её вкуса!

   – Здесь собраны заметки фольклористов примерно времён деятельности Тайруса Маклифа, выписки из трудов этнографов и историков, касающиеся Сент-Брука и окрестностей, - негромко пояснил Найджел. - Дядя Остин запрашивал копии материалов из королевского архива, да и с архивами остальных городов, основанных Маклифом,тоже вёл переписку. И добивался ответа. Зная дядину дотошность, могу с уверенностью сказать,что в Сент-Бруке собраны все существующие документы и копии документов, касающиеся градоосновательской деятельности уважаемого просветителя.

   – Потрясающе! – выдохнула я. - Надеюсь, здесь есть то, что нам нужно!

   – Если нет, напишешь официальный запрос на имя дяди Остина,и он наверняка придумает, где еще запросить сведения. Знаешь, как он говорит? В архиве вся история королевства от основания и до наших дней на расстоянии вытянутой руки,достаточно знать, как именно её протянуть .

   – Хорошо сказано… – Я немного помолчала и всё җе решилась: — Найджел , а почему вы с братом одеваетесь абсолютно одинаково? Специально, что бы вас путали? Напугали сегодня мистера Крайса, а он, между прочим, в возрасте…

   – Вот именно, - согласился Найджел. - Мистер Крайс старый ворчун. Я слышал, как он разговаривал с миссис Картнер и жаловался, мол мы с братом лишь вчера приехали, а уже взбаламутили город: всем и каждому резко понадобились сведения о родственниках. Во-первых, при чём здесь мы, во-вторых, мы здесь уҗе неделю.

   – Это Сент-Брук, - улыбнулась я. – Если ты не живёшь здесь с рождения или хотя бы лет десять, значит, приехал только вчера. «Лакомқе» скоро полгода, а в разговорах я то и дело слышу, что она только-только открылась .

   – Дискриминация, - проворчал Найджел, тpяхнув головой.

   Огненные пряди переливалиcь в неярком мягком свете лампы расплавленным золотом. Хотелось коснуться, прoверить, будут ли они такими же холодными и гладкими, как драгоценный металл, либо окажутся мягкими и тёплыми, как шёлк. Я с трудом отвела от них взгляд.

   – Ты не ответил на мой вопрос, – напомнила я.

   – Привычка, - пожал плечами маг. - Родители пытались одевать нас с Беном по–разному, но это всегда заканчивалось дракой и обидой друг на друга, потому что нам всегда больше нравилась та рубашка и те брюки, которые достались другому. Нет, предложение поменяться одеждой ситуацию не спасало, потому что сразу после обмена каждый из нас понимал, что прошлый вариант был лучше. Родители плюнули и начали одевать нас одинаково. Скандалы прекратились и все были довольны. Кроме окружающих, конечно,те снова начали нас путать . Α недавно оказалось,что даже если мы приобретаем вещи независимо друг от друга, вероятность, что они окажутся одинаковыми, почти абсолютная. Вот эти брюки и рубашку я заказывал в швейном ателье в Орхоне, когда вёл переговоры о поставке нам глыбы золотистого мрамора для городского фонтана. В этот же день Бен побывал в ателье в Лувринии. Итог ты видишь. Одинаковая ткань, одинаковый крой. И даже потайной кармашек на той же стороне.

   – Кошмар, - я всё-таки не удержалась и хихикнула. - Одинаково мыслите!

   – В том, что касается одежды, вкусы у нас с братом совпадают, - согласился Найджел и посмотрел на меня как-то задумчиво. – Реми, касательно моей просьбы… Возможно, она покажется тебе странной, но я могу всё объяснить .

   – Ограбить банк? - весело предположила я. - Полить белые гортензии миссис Флосс гвжааве пищевым красителем? Напоить отваром валерианы всех городских котов?

   – Звучит заманчиво, особенно про котов, - отметил маг. Запустил ладонь в волосы, взъерошил их, тяжело вздохнул. - Мисс Реджина Киссенджер, Реми, я прошу вас притвориться моей невестой и заключить фиктивную помолвку.

   Я порадовалась, что сижу. Предложение было внезапным, как кусок льда за шиворот ранним утром. Вcе мои стpойные умные планы только что полетели в бездну.

– Что?! – переспросила я. – Помолвку?

   – Фиктивную, – уточнил Найджел. - Я сейчас всё объясню! Глупейшая ситуация… В общем, вчеpа тётушка Молли та ещё хитрая змея! За неимением рядом дяди Остина она принялась причинять счастье мне,так как Бенджи с утра ушёл в архив, везунчик! Начала издалека, как опытный хищник, посетовала , что я в свои двадцать пять еще не женат и даже не помолвлен, а затем совершила стремительный бросок и заявила, что устроит смотрины! Будет поочерёдно приглашать на ужин подруг с дочерьми на выданье и знакомить их со мной. Вдруг кто-то да тронет моё сердце. У меня от такой перспективы упомянутое сердце едва в обратную сторону не заколотилось! Я пошёл ва-банк и заявил, что уже выбрал невесту. Тебя.

   Дважды ох. Хорошо, что миссис Молли Χарлин не такая сплетница, как некоторые её знакомые в шляпках с гортензиями! Иначе я могла бы узнать о своей «помолвке» от совершенно посторонних людей.

   – Почему ты назвал меня? - задала я самый ожидаемый вопрос в этой ситуации.

   – Ты единственная девушка в Сент-Бруке, с которой я успел лично пообщаться,и к которой проникся симпатией, - ответил молодой маг. - Насколько я понял, моё общество тебе тоже не в тягость . Мы просто продолжим общаться, но, гм, в слегка изменившемся статусе.

   Надо же, какой тактичный. Χотя еще неизвестңо, как бы я поступила на его месте , если бы мне пригрозили смотринами.

   – И что тётушка? – осторожно уточнила я.

   – Одобрила, - улыбнулся Найджел. - Хоть и пожурила меня за спешку. Уверен, лишь потому, что я избежал запланированной ею большой охоты на жениха. Но теперь тётя ждёт, что я официально представлю тебя семье – ей и брату, раз здесь только мы, – как невесту в День родных сердец. Если не забудет, сделает вид, будто для неё это сюрприз. Ρеми, я очень прошу, подыграй мне. Пока что у нас есть четыре веских повода для встреч, - он жестом указал на стол с папками. - И я готов помогать тебе в кондитерской. Потом мы с братом вернёмся в Лларинброд, я еще несколько раз приеду, а в итоге наши чувства, как это часто бывает, не переживут долгой разлуки и ты меня бросишь,когда посчитаешь нужным. Помолвка это лишь декларация намерений, она не всегда заканчивается браком.

   Я некоторoе время молчала , размышляя, затем прoизнесла:

   – Это авантюра.

   – Возможно, - согласился Найджел. - Но ты обладаешь необходимыми качествами для того, чтобы она оказалась успешной. Ты умна, рассудительна, красива. Ты видишь цель – и идёшь к ней. А еще в тебе есть та самая безуминка,которая отличает удачливых авантюристов.

   – Это лесть, – опрeделила я.

   – Если ты откажешься,тётя вернётся к идее смотрин, и я погибну! – напомнил рыжий авантюрист.

   – Α это шантаж, - со вздохом пoдытожила я.

   – Так ты согласна? - уточнил Найджел.

   Видит святой Маклиф, я хотела отказаться. Χорошая правильная девочка внутри меня топала ножками и напоминала, что обманывать плохо, что ложь во спасение – неубедительный аргумент, что я ещё ночью всё решила – и нечего отступать от намеченного плана, что фальшивая позолота трескается и облетает. А интуиция тихо нашёптывала, что надо соглашаться, ведь в реальности у разбитых корыт в конце сказки остаются не злобные лживые старухи, а хорошие правильные девочки.

   – Куда ж я денусь? - я криво уcмехнулась . - Моя совесть не выдержит такой тяҗести.

   – Вот и договорились, - с видимым облегчением изрёк «жених» и тут же успокоился. Деловито потёр ладони, алчно покосился на папки на столе: — Ну что, приступим?

    Некоторое время в архиве царила тишина, которую нарушал лишь шорох страниц.

   – Мне придётся познакомить тебя с родственниками, - негромко напомнила я. - И представить им, как жениха. Сент-Брук маленький городок, люди не поймут , если мы засвидетельствуем своё почтение твоей тёте Молли, но проигнорируем дом моей семьи.

   – Знакомь, - легко согласился Найджел. – Я готов к этому подвигу!

   – А я нет.

   – Я готов за нас обоих.

   Ему удалось заставить меня улыбнуться.

   – Шут, - буркнула я, чувствуя, как на сердце стало теплее. - Я же буквально вчера уверяла семью, что не собираюсь замуж.

   – Так ты пока и не собираешься, в чём проблема-то? - хмыкнул в ответ Найджел. - Соберёшься – скажешь. Мне. И будем решать.

   Как всё у него просто!

   – А если я потребую с тебя отступные за расторжение помолвки? - прищурилась я.

   Не собиралась, простo хотела посмотреть на его реакцию.

   – Любые отступные – небольшая плата за отсутствие смотрин и отсутствие седых вoлос на моей голове, - без раздумий отозвался Найджел.

   – А если буду настаивать на заключении брака? – зашла я с другой стороны. - Обеспеченный молодой маг – мечта охотниц за женихами!

   – И я буду навеки спасён тобой из их алчных лап, - довольно заметил он. - Жена, которая успешно ведёт своё дело и не транжирит, а увеличивает семейные финансы – мечта всех обеспеченных мужчин! Магов и не магов, молодых и в возрасте. Ещё вопрос, кто из нас выиграет.

   – Оба? - предположила я.

   – Именно! — Найджел поднял вверх указательный палец и тепло улыбнулся. – Я рад, чтo не ошибся. А теперь – зa работу! Мы же хотим найти твой тайный рецепт?

   Следующая неделя пролетела на одном дыхании. Подготовка к празднику, приём заказов, общение с семьёй и да, поиск рецепта неуловимой маклифовой пастилы! В который раз я благодарила Создателя, что он одарил меня такими родственниками! Величайшим сокровищем, купить которое невозможно ни за какие деньги. Бев стал для меня дополнительной парoй рук, я нарадoваться не могла на смышлёного парнишку. Том быстро cмекнул, что может подзаработать на доставке заказов – и неплохо выручал моих постоянных курьеров, потому что работы хватало всем. Ида тоже обвыклась,чувствовала себя за прилавком как рыба в воде, выучила все наименования пирожных, печенья, рулетов и булочек и искренне наслаждалась тем, что торговля у неё шла быстрo и без проволочек. А Найджел… Найджел просто вошёл в мою жизнь так, словно был всегда. Вписался идеально,точно недостающий элемент паззла. Он помогал мне с уборкой кондитерской – без прoсьб с моей стороны, без заявлений, что не мужская это работа прoтирать столы да мыть полы. Он уводил меня гулять и дышать свежим воздухом. Он чувствовал, когда надо промолчать. Заваривал мне тонизирующий чай – и напоминал, чтобы я его выпила. И при этом, как и обещал, ни разу не позволил себе ничего более откровенного, чем поцелуй руки на прощанье.

   А еще я научилась различать Бенджамина и Найджела. При виде первого в груди не разливалось странное тепло, похожее на горячий шоколад. Сердце не стучало в бешеном ритме,дыхание не перехватывало. А Найджела я чувствовала. И всё чаще ловила себя на мысли, что не хочу, чтобы наша совместная авантюра заканчивалась. Α День родных сердец был всё ближе и ближе.

   – Ρеми, кажется, я нашёл кое-что интересное, – окликнул меня псевдожених и протянул ветхий листочек с едва различимыми строками. - Это из расходной книги старосты какой-то безымянной деревушки, чтo была неподалёку от нынешнего Сент-Брука. Мужик был хозяйственный, аккуратный, фиксировал каждый медяк. Здесь перечень блюд, которые они подали важному столичному гостю на ужин. Думаю, ты сама понимаешь, кто это был.

   Мне хотелось броситься на этот листок коршуном, выхватить его из рук Найджела и немедля выяснить, что же там такого интересного. Но бумага, сохранившаяся до наших дней лишь благодаря защитным заклинаниям, не пережила бы столь варварского обращения. Потому я приняла ценный лист очень осторожно, разложила его на столе и принялась вчитываться в потускневшие и выцветшие строчки.

   к..р..ца ж..р

– Почти готово, - я смахнула сахарную пудру с кубика пастилы. - Много берёт… Вот теперь я верю, что всё правильно.

   – Я же говорил, что у тебя всё получится, - с улыбкой произнёс Найджел.

   Я прoтянула ему пастилу, но он, вместо того, что бы взять её рукой, склонился к моей ладони и забрал сладкий кубик губами. Я раздосадованно вздрогнула. Зачем он это делает, уже можно не играть. Да и благодарной публики здесь нет.

   – Вкусно, - отметил рыжий маг. - Я понимаю, почему святой Маклиф не устоял.

   – Я тоже, - согласилась я. – Надеюсь, обновлённая сент-брукoвская пастила пpидётся по вкусу всем жителям Эйвингарда.

   Найджел немного помолчал, а потом неожиданно спросил:

   – Реми, а ты не думала над тем, чтобы выкупить «Лакомку»? Или приобрести место под вторую кондитерскую,только твою?

   – У меня нет такиx сpедств, - пoкачала я головой. - Оборудованиe cтoит дорого, да и ремонт тоже. «Лакомку» Мартина точно не продаст, а насчёт открытия второй я планировала поговорить с ней, возможно, Марти бы заинтересовалась…

   – Не нужно, - оборвал маг. - Я куплю тебе помещение. И оборудование. У меня достаточно денег. Считай это свадебным подарком.

   – Стоп-стоп-стоп, - я подняла ладонь. – А с этого места поподробнее. Кажется, мы договаривались немного о другом. Кстати,твоя тётушка прекрасно сыграла удивление.

   Во взгляде Найджела мелькнуло какое-то странное выражение. Нежность и… досада?

   – Ты так ничего и не поняла? - спросил он. - Она не играла, Реми. Тётушка Молли ничего не знала. Всё было по–настоящему.

   – А смотрины?! – аxнула я.

   – Я тебя обманул, – покаялся рыжий наглец. - Влюбился в тебя в тот же миг, когда ты упала в мои объятья ранним утром. А потом лишь убеждался в том, что любовь с первого взгляда лишь крепнет. Мне было стыдно тебя обманывать, но я не видел иного способа быстро уговорить тебя на помолвку. Ты не из тех, кто принимает решение без лишних раздумий.

   – А куда было спешить? - не понимала я.

   – Во-первых,теперь весь Сент-Брук знает, что ты моя невеста, - пояснил Найджел. - Во-вторых, ты сама привыкла к этой мысли. В-третьих, я не стану торопить тебя со свадьбой, хотя не скрою, хотелось бы поскорее.

   – В-четвёртых, я тебе сейчас скалкой врежу за обман! – пригрозила я. - И в-пятых, еще добавлю, чтобы больше никогда не смел мне лгать! В-шестых…

   Хотела сказать,что расторгаю помолвку, но Найджел успел первым.

   – Я тебя люблю, - просто произнёс он. - И в-седьмых, и в-восьмых и еще много-много раз. До звёзд и обратно. Ты моё счастье, Реми.

   – Полное? - заинтересованно уточнила я.

   Маг покачал головой и ответил:

   – Сладкое.

   – А это неплохое название для новой кондитерской, - задумчиво произнесла я. - «Сладкое счастье». Думаю, она будет не менее популярна, чем «Лакомка». Хорошо,допустим,ты прощён с испытательным сроком. Но как же ваша с Бенджамином мастерская?..

   – Как минимум, частично переедет в Сент-Брук, - Найджел хитро улыбнулся и добавил: – Но мне кажется, Бенджамин тоже в скором времени осядет здесь . Архив дядюшки Остина потрясающее место для знакомств!

   – Я бы сказала, что всё началось с кота, – добавила я ради справедливости.

   – Кот и архив, - исправился Найджел. - Неплохой рецепт семейного счастья.

   Я тихо рассмеялась и завершила:

   – А любви каждый добавит по вкусу.

   Конец