Рена сидела на козлах повозки, которая очень скоро должна была доставить её в Cкальный замок регентши, правительницы государства, и пыталась сохранять спокойствие. Она разгладила лёгкую льняную тунику, которую надела по такому случаю, и отполировала ладонью амулет гильдии.

– Успокойся, – прошептал ей на ухо дядя. – В худшем случае нас просто не пустят. Из-за тебя.

– И что же нам тогда делать?

Дядя только пожал плечами. Похоже, он и сам нервничал.

Рена запрокинула голову. Перед ними на фоне свинцово-серого неба возвышался замок. Казалось, он вырастал из склона Алестерской горы, его гладкие стены были сложены из нешлифованного камня. Массивные главные ворота, через которые только что прошли торговцы из Гильдии Огня, ещё были открыты. Некоторые из огненных бросили на Рену с дядей угрожающие взгляды. «Быть может, удастся проскользнуть за ними следом», – с надеждой подумала Рена.

– Эй, вы, из Гильдии Земли! – послышался окрик.

Дядя натянул поводья, останавливая получеловека-полуоленя, тащившего повозку, и тот молча повиновался. Его шерсть блестела от пота. Один из стражников в зелёной с серым форме – традиционных цветов правительницы – подошёл и с подозрением оглядел Рену. Он стоял так близко, что она почувствовала исходящий от его мундира затхлый запах старой кожи.

– Кто эта малышка, мастер Фордас? Отвечайте!

Рена предпочла бы сбежать, но нашла в себе силы улыбнуться мужчине. Это не произвело на него ни малейшего впечатления. Охранник уставился в ответ так, словно Рена была отвратительным насекомым.

– Моя племянница Рена. Учится у меня ремеслу древесных дел.

– Сколько ей лет?

– Пятнадцать.

– Вы за неё ручаетесь?

– Да.

– Хорошо, заходите, – кивнул охранник, потеряв к ним всякий интерес. – Вперёд!

Повозка с грохотом перевалилась через каменный порог, и тяжёлые створки главных ворот за ней закрылись. Рена с облегчением опустилась на сиденье. Первое препятствие, с которым они столкнулись, пройдено.

– Надеюсь, новая правительница щедрее предыдущей, – пробормотал полуолень.

– Помалкивай там! – прорычал мастер Фордас. – Ещё глупость ляпнешь – и получишь на пять корней меньше обычного!

Четвероногий оскорблённо умолк. На его гладком лице с широким носом застыло выражение наполовину недовольного, наполовину боящегося опоздать человека. Возможно, лишь мысль о корнях каредеда, которые собирают глубоко под землёй и по которым сходят с ума все полуолени, и удержала его от того, чтобы сбросить упряжь и умчаться прочь.

Не успела повозка остановиться, как полухорьки принялись снимать с неё деревянный груз и уносить его в хранилище.

«Полухорьки! – ошеломлённо подумала Рена. – Здесь? Как регентше это удалось?» Она знала, что полулюдей Дареша обычно мало волнует, чем занимаются жители деревень, и они поступают к ним на службу лишь на несколько дней, не более. Хорьки, с которыми никто не хотел бы встретиться в темноте, поступали так же. И только для одного хозяина, точнее хозяйки, делали исключение. Рена удивлялась, как регентша добивается того, что ни одно существо, от полуаиста до человека-гадюки, не отказывается служить ей.

Она наблюдала за тем, как изящно скользили стройные, покрытые светло-коричневым мехом тела по каменной плитке, несмотря на тяжёлый груз. Ростом полухорьки были чуть ниже Рены. Их лица почти не отличались от человеческих, хотя и раздувались в короткие морды, а уши были покрыты мохнатым мехом. Передние лапы напоминали тонкие руки без отстоящих больших пальцев, с короткой четвернёй, чтобы хватать.

Один из полулюдей заметил взгляд Рены и недовольно обнажил клыки:

– Не с-с-с-смотр-р-р-р-ри на меня!

Рена вздрогнула и быстро извинилась:

– Простите! – Она спрыгнула с повозки и поспешила за массивной фигурой дяди.

Слуга-человек привёл их в небольшой зал и велел ждать. Там уже стояли мужчина и мальчик из Гильдии Огня. Двое мастеров мрачно взглянули друг на друга, и человек из Гильдии Огня презрительно сплюнул, прежде чем повернуться к ним спиной. Рена с завистью смотрела на мальчика – чуть старше её, узкое красивое лицо с прямым носом, прямые чёрные волосы ниспадают на плечи, – ему уже разрешалось носить меч. В следующее мгновение она его узнала, и её будто окатило жаркой волной. Это был Йон, ученик кузнеца из соседней деревни. Несколько раз она тайком наблюдала за ним, когда он работал перед чёрной пирамидой.

«Привет, Йон, – подумала Рена, и её сердце забилось так громко, что она испугалась, как бы кто не услышал. – Ты меня не знаешь, а я тебя знаю».

– Жалкие поджигатели, – прорычал её дядя. – Высокомерные донельзя! А с деревом работать не умеют – лишь бы жечь!

«Они не высокомерные, а гордые, – мысленно возразила Рена. – Ничего удивительного, я бы тоже стала такой, будь я членом их гильдии. Но уже слишком поздно, я родилась в семье мастеров Гильдии Земли, и папа с дядей сами вспыхивают, стоит мне лишь упомянуть об огненном народе…»

Гильдии никогда не дружили между собой: слишком разными по характеру, убеждениям и деловым предпочтениям были их члены. Однако за несколько последних зим вражда усилилась, и мелкие ссоры часто переходили в кровавые стычки, месть за которые бывала ещё страшнее. Поскольку иногда в одном поселении жили члены нескольких гильдий, даже существовать рядом становилось непросто. Новая регентша не сделала ничего, чтобы разрешить их споры. Не прошло и двух зим со дня её восшествия на престол – а о ней уже трудно сказать что-то хорошее. Никто не знал, почему последняя правительница выбрала в преемницы именно эту женщину. Абсолютной властью на Дареше регентши не обладали, поскольку в своих провинциях гильдии правили сами, однако верховная власть разрешала вопросы, затрагивающие все местности. Взамен регентши взимали налоги и содержали собственную армию.

Пытаясь отвлечь дядю от его любимой темы – обсуждения злодеев из Гильдии Огня, Рена спросила шёпотом:

– Как думаешь, правительница нас примет?

– Очень может быть. В конце концов, мы были придворными поставщиками её предшественницы.

– А кто приходил к нам вчера вечером?

Дядя бросил на девушку короткий недовольный взгляд:

– Ты слышала наш разговор?

– Только голоса. – Рена с удивлением отметила его суровый тон. – Я уже почти заснула.

– Ты его не знаешь, – сказал мастер, снова погружаясь в задумчивое молчание.

Вскоре слуга вернулся и жестом приказал им идти следом. Рена и дядя с улыбкой переглянулись. Краем глаза Рена взглянула на Йона и его мастера, надеясь увидеться с ними ещё раз на обратном пути, и нырнула за дядей в коридоры, выдолбленные в скале, стены которых сотни художников превратили в застывший мир образов. Вот люди-аисты в полёте. Торговцы Гильдии Воздуха предлагают товары. Бой на мечах. Рельефные картины на стенах казались старыми, древними, возможно, их создали сто поколений назад. Рена была поражена. Хотелось протянуть руку и провести по силуэтам на стенах кончиками пальцев, но не было времени – слишком быстро они мчались по коридорам.

Сначала Рена едва замечала, что внутри неё стало расти и усиливаться странное чувство. Она никогда не ощущала ничего подобного – словно чья-то рука касалась её сознания кончиками пальцев. Рена тряхнула головой, пытаясь избавиться от непонятного чувства, но это не помогло. Чем дальше они следовали за слугой по лабиринту коридоров, тем плотнее невидимые пальцы, казалось, смыкались вокруг её разума, сжимались в кулак. Рена прижала руку ко лбу и попыталась догнать мастера, который шагал впереди.

– Я… голова…

– Что с тобой?

– Какое-то странное ощущение в голове, – объяснила Рена, досадуя, что не получается описать лучше. – Что-то такое здесь…

Слуга нетерпеливо посмотрел на неё, а дядя нахмурился. «Не устраивай сцен», – прочла она на его лице.

– Заваришь дома чай из листьев полуночника, он хорошо помогает при головной боли. Тише, мы почти пришли.

Рена решила держать рот на замке. Неужели только она это чувствует?

Рена попыталась расслабиться. Кажется, помогло… Как только она перестала сопротивляться, ощущения изменились. Теперь уже не было так неприятно, волна просто текла сквозь неё. И Рена вдруг поняла, что это было: зов, призыв, настоятельный, болезненный и сладкий одновременно. Что-то звало её!

Похоже, зов исходил именно с той стороны, куда они направлялись, потому что с каждым шагом ощущение становилось всё острее. «Быть может, это призыв самой правительницы, – подумала Рена. – Возможно, она ищет в придворные кого-то особенного, наперсницу или экономку». Девочка представила, как может измениться её жизнь, и её дыхание участилось. Серебряные тарелки, на которых подают только самые нежные побеги папоротника. Даже люди из Гильдии Огня – да, и Йон тоже! – стали бы вежливо просить о встрече. Конечно, она бы не позволила Йону ей кланяться, просто приглашала бы его в замок и проводила с ним время. Если он узнает её получше, они могли бы стать друзьями… и не только. И конечно, ей больше никогда не придётся уходить в леса на много дней, чтобы собирать съедобные листья, или потеть и пачкаться, помогая очищать от веток мёртвое дерево и тащить его домой.

Они оказались на развилке. Зов тянул направо. Рена побежала вперёд. Дядя и слуга, наверное, удивятся, откуда она знает дорогу, ведь раньше ей не приходилось бывать в Скальном замке.

– Эй, ты куда? – крикнул ей вслед мастер.

Рена остановилась и поняла, что дядя следом за слугой свернул в левый коридор. Но почему? Выходит, зов исходил не от правительницы, или они идут вовсе не к ней!

– Догоняй! Что с тобой сегодня?!

– Да-да, я иду, – пробормотала Рена и поспешила за мужчинами.

Удаляясь от источника зова, она ясно ощутила: прикосновение к её сознанию ослабевает. Рена разочарованно оглянулась. Возможно, теперь она никогда не узнает, что или кто её позвал.

Сосредоточившись на странных ощущениях, она чуть не забыла, зачем они здесь и что сейчас произойдёт – возможно, наступал самый важный момент в её жизни. Она ещё раз быстро себя оглядела. На безупречно белой тунике с украшенным драгоценностями поясом – ни пятнышка, на ногах новые сандалии, в которые отец старательно вплёл её именной знак из разноцветных травинок. Нет, она не опозорит свою гильдию.

Рена подняла глаза на дядю. В вышитых церемониальных одеждах мастера гильдии, покрой которых удачно скрывал истинные габариты его располневшего тела, он выглядел великолепно. Его короткие тёмные с проседью волосы были недавно подстрижены. Мастер заметил взгляд племянницы и едва заметно улыбнулся. Рена любила эту улыбку, хоть и видела её редко.

Едва они успели отдышаться – и время пришло. Они предстали перед регентшей, самой могущественной женщиной Дареша. Рена испуганно огляделась. Небольшой зал для аудиенций был обставлен массивной мебелью, выкованной из железа и выточенной из дерева. На каменных стенах висели великолепные серебристо-чёрные полотнища, расшитые гербом правительницы. Над полотнищами красовались огромные резные рельефы с эмблемами четырёх гильдий, по одному на каждой стене в соответствии со сторонами света: на севере – Гильдии Земли, на юге – Гильдии Огня, на востоке – Гильдии Воздуха и на западе – Гильдии Воды.

На мгновение Рена забыла о странном зове и посмотрела на женщину, от решений которой на целое поколение будет зависеть жизнь всех обитателей Дареша. Сможет ли она управлять лучше своей предшественницы, которая выжала досуха все четыре провинции, чтобы построить второй замок на юге? Регентша бросила на них равнодушный взгляд. Рядом с ней стояли несколько слуг, а ещё посредник и человек в чёрной мантии, который, подобострастно склонившись, что-то шептал ей на ухо. Рена с удивлением отметила, как молода новая правительница – всего на несколько зим старше её самой. Однако гладкое молодое лицо регентши было холодным и неподвижным. В свете ламп её волосы переливались алым, как пламя. Рене стало интересно, какой у правительницы голос. Скорее всего, этого ей никогда не узнать: простолюдины недостойны того, чтобы с ними разговаривала правительница. Для этого у неё есть посредники.

Этот посредник – молодой человек, поскольку повод для встречи был не слишком важный, – держался поодаль, увидев же Рену и её дядю, направился их поприветствовать. Однако сказать ничего не успел: споткнувшись обо что-то, возможно о выступ в полу, он вскинул руку, чтобы сохранить равновесие, и случайно сдёрнул со стены один из серебристо-чёрных вымпелов. Побледнев и весь дрожа, молодой человек поднялся и округлившимися от ужаса глазами взглянул сначала на ткань, а потом на свою госпожу.

– Это вышло случайно, – прошептал он.

Регентша нахмурилась и взмахнула рукой. Рена с недоумением наблюдала, как двое охранников схватили посредника и потащили его из зала. Его место тут же занял другой человек.

– Мир гильдиям и процветание всему Дарешу, – произнёс он звенящим от напряжения голосом.

Дядя Рены, ответив на приветствие, поинтересовался, понравился ли правительнице доставленный груз, а Рена всё думала о том, что теперь будет с первым посредником – неужели его убьют?! Она замерла, не смея пошевелиться. «Надеюсь, с грузом всё в порядке, надеюсь…» – вертелось у неё в голове.

Женщина с холодными глазами подозвала мужчину в чёрной мантии. С почтением склонившись к ней, он что-то коротко прошептал. Правительница подала едва заметный знак посреднику, и тот заверил мастера, что доставленный груз признан удовлетворительным. Рена перевела дыхание. Удовлетворительно – не слишком высокая похвала, но, по крайней мере, её работу регентша хотя бы одобрила, а большего и не ожидалось. Она искоса взглянула на дядю, пытаясь понять, о чём он думает. Справились они или нет?

Однако посредник ещё не закончил:

– Вы обещали нам подарок, мастер Фордас. Так что же? Когда мы его получим?

Рена ошеломлённо посмотрела на дядю. К её удивлению, мастер медленно кивнул и достал из кармана незатейливую маленькую шкатулку, вырезанную из молодого ночного дерева. Рена эту шкатулку не видела – должно быть, мастер сделал её сам. Все стенки были гладкие, лишь по бокам вился орнамент – виноградная лоза с крошечными листочками, под которой стояла подпись мастера. Дядя с поклоном передал подарок правительнице. На его лице застыло суровое выражение, на едва заметную улыбку регентши он не ответил.

Последовал короткий спор с посредником о цене товаров, потом регентша подала ещё один знак, и посетителям сообщили, что разговор закончен. Не успев опомниться, Рена с дядей снова очутились в коридоре. Человек в чёрной мантии тоже покинул зал. Под низко надвинутым капюшоном его лица было не разглядеть. Не удостоив взглядом ни Рену, ни её дядю, он быстро зашагал прочь по одному из коридоров.

– Трудно поверить, но она кажется даже более жестокой, чем предыдущая правительница, – шёпотом, чтобы не услышал слуга, сказал мастер. – Ледяная женщина!

– Как думаешь, что будет с беднягой посредником?

Дядя не ответил и даже не посмотрел на неё. Это тоже можно было считать ответом, и Рена предпочла сменить тему:

– Так что – мы остаёмся поставщиками двора или нет?

– Да. Остаёмся. Но боюсь, я об этом ещё не раз пожалею. Цена высока, Рена, очень высока.

– Что, она попросила у тебя денег? – встревоженно полюбопытствовала Рена.

– Уж лучше бы попросила.

Рена не решилась уточнить, что он имел в виду и что было в той шкатулке. «Потом, – подумала она, – спрошу его потом».

Она и не подозревала, что никакого «потом» не будет.

Пока их вели по коридорам, Рена внимательно прислушивалась к себе, надеясь, что странное ощущение повторится. Она уже почти отчаялась, когда снова ощутила странные прикосновения к своему сознанию. Встревожившись, она попыталась определить, откуда исходит призыв. Что бы то ни было, оно снова её звало! А значит, у неё появился ещё один шанс!

Она сразу же поняла, что непременно должна выяснить, откуда исходит этот зов. Возможно, она никогда больше не ступит в Cкальный замок или в следующий раз окажется здесь, только когда станет такой же старой, как дядя. Если сейчас не выяснить, откуда и кто её звал, эта загадка будет мучить её всю жизнь. Но ведь дядя за неё поручился. А вдруг своим ослушанием она навлечёт на него неприятности? В конце концов, она видела, что произошло с посредником! Но воспоминание об этом уже таяло в её сознании, его как будто высасывали.

Ещё несколько шагов – и они оказались у развилки. В её голове зазвучал сильный и ясный призыв: «Сюда, скорее, сюда!»

Рена приняла решение инстинктивно, почти не задумываясь, как если бы у неё не было выбора. Отделиться от небольшой группы совсем несложно – когда мастер и слуга свернули за угол, Рена просто замешкалась. Никто из них не заметил, что девушка больше не шагает следом. Если она поторопится, то сможет вернуться совсем скоро и незаметно их догонит.

«Наверное, я об этом ещё пожалею», – подумала Рена и закрыла глаза. Кровь стучала в ушах, а зов подчинял себе её разум. Сбросив плетёные сандалии, она взяла их в руки и побежала босиком, поворачивая из коридора в коридор, пока, повинуясь ощущениям, не нашла нужный путь. И вдруг остановилась, увидев двух солдат, охраняющих дверь в одну из комнат. «Ну вот и всё, – Рена бесшумно отступила за угол. – Меня ни за что не пропустят. Может быть, там какое-то животное, которое умеет общаться мыслями, или редкий получеловек». Она принюхалась, но пахло так же затхло и неопределённо, как и повсюду в каменном замке.

Однако сдаваться просто так Рена не собиралась. Надо как-то отвлечь стражников, увести их от двери. Однако зов, вблизи от истока гремевший в её голове как фанфары, мешал сосредоточиться. Рена понимала, что действовать нужно быстро: скоро мастер заметит, что она пропала. «Скажу, что заблудилась, – решила девочка. – Засмотрелась на картины на каменных стенах и обо всём забыла».

Когда она в следующий раз осторожно выглянула из-за угла, то изумлённо вытаращила глаза. Один из солдат достал из-под доспехов небольшой мешочек, угостился сам, а потом передал его напарнику, который тоже зачерпнул изрядную порцию. С ловкостью карманника первый солдат спрятал мешочек с глаз долой и принялся задумчиво жевать.

Рена усмехнулась. Солдаты жевали белью! Ну и ну! Она однажды попробовала жёлтую траву, когда набрела в лесу на её побеги, и больше не собиралась поддаваться соблазну. Вкус у дурмана был отвратительный, язык немел на несколько дней, мысли надолго разбегались. «Если этих ребят застукают с травой, со службы точно погонят», – подумала Рена. Пожалуй, стоит попробовать их отвлечь.

Она выскочила и закричала так громко, что эхо разнеслось по коридорам:

– Эй, вы, я всё видела! – Потом развернулась и побежала. Позади она услышала сдавленные ругательства и быстрый топот солдатских сапог.

Рена не стала убегать далеко. Отбежав примерно на половину коридора, она присела и, съёжившись, заползла в нишу между двумя сценами охоты. Хотя Рена была невысокой и стройной, она едва там поместилась: пришлось скрючиться, чтобы стать ещё меньше. Носом она упёрлась в ногу каменного человека-аиста, часть барельефа больно впилась в бедро.

Долго ждать не пришлось, она всего успела перевести дыхание – и мимо с грохотом пронеслись два стражника. Рена вылезла из укрытия и побежала к двери, которую они охраняли. Удивительно, но дверь оказалась не заперта.

Стоило ей переступить порог, как невидимая мощная волна ударила её наотмашь. Рена пошатнулась. Зов стих. Незачем звать. Она пришла.

Рена огляделась и попыталась определить, откуда исходил зов. Увидев, что находится посреди комнаты, она растерянно и разочарованно застыла на месте.

Не животное и не получеловек. Просто странная вещица. На постаменте в почти пустом, ничем не украшенном зале лежал обычный полированный камешек – молочно-белый, мелкозернистый, размером с детский кулак.

«Нет, – поправила она себя, – не такой уж он обычный». Она чувствовала исходящие от него волны чистой энергии.

«Источник», – зачарованно подумала Рена. Это несомненно и был источник зова. Рена вспомнила слухи и истории об этом существе, которые порой слышала у очага ещё в детстве. Многие знали, что он есть, но никто не имел ни малейшего представления о том, что это такое и что он делает.

Присмотревшись, Рена заметила, что камень отбрасывает необычную голубоватую тень, смотреть на которую было больно: ныло где-то глубоко за глазными яблоками. Когда боль стала невыносимой, Рена закрыла глаза. Бесполезно – она по-прежнему видела камень и его тень, как будто у неё исчезли веки.

У Рены по коже побежали мурашки. Она даже отступила от камня на несколько шагов.

«Ну вот, я его увидела, пора возвращаться, и поскорее, – сказала она себе. – Представить невозможно, какие неприятности мне грозят».

Мысли текли медленно и вязко, а тело отказывалось подчиняться.

– Назад, надо возвращаться! – крикнула Рена.

Её голос эхом отразился от пустых белых стен.

Бесполезно. Словно в трансе она почувствовала, что идёт к камню. Закружилась голова. Рена поставила сандалии на пол и вытянула вперёд руки. Спустя мгновение кончики её пальцев коснулись прохладного камня.

И тут началось нечто невообразимое.

Снаружи донесся лязг и стук, по замку эхом разнеслись пронзительные крики. Но кричали не от страха, а в упоительной радости. И в то же мгновение Рена почувствовала, как рука, сжавшая её сознание, ослабевает, сила уходит и медленно-медленно ползёт назад.

Рена не стала ждать, что будет дальше, а, резко отдернув руки от камня, бросилась к двери. Если бы стражи вернулись на свой пост, здесь её путь бы и закончился, но в коридоре было пусто. Снова раздались крики – и на этот раз уже не казалось, что кто-то радуется.

Мастера видно не было, хотя Рена припустила бегом в ту сторону, куда он, скорее всего, пошёл. Она не знала, как долго отсутствовала и где сейчас её дядя. Может быть, получится перехватить его у ворот. Только бы успеть выбраться из замка прежде, чем кто-нибудь догадается, что она прикоснулась к источнику!

Тем временем замок наполнился людьми, которые в страхе сновали туда-сюда. Рену никто не пытался остановить, и она наконец добралась до внешнего кольца хранилищ, рядом с которыми мастер оставил повозку. Но повозки не было!

«Без меня уехал», – решила Рена и чуть не расплакалась.

Дяди не было, а вокруг царил хаос. Солдаты и слуги, суетясь, то и дело спотыкались о груды осколков и разбросанные товары, привезённые мастерами Гильдии Воздуха, которые на трёх языках громко и яростно требовали возмещения ущерба. Двое стражей лежали на земле, истекая кровью – впрочем, их раны не показались Рене опасными. Один из них, покачиваясь, пытался встать.

– Если не можете подчинить себе этих тварей – зачем вообще пускать их в замок! – кричал какой-то торговец. – Они перебили мне все горшки и стаканы!

– Радуйся, что остался жив, – прохрипел капитан стражи. – Посмотри, что эти звери сделали с моими людьми. Вцепились прямо в горло! Никогда такого не было!

Рена в ужасе посмотрела на него. Всё это произошло в тот момент, когда она коснулась источника. Неужели это она всему виной?! Но как же так получилось?

Она огляделась и заметила, что полухорьки исчезли. Однако разбираться, что здесь произошло, времени не было – стражи как раз принялись закрывать главные ворота. Рена обошла торговцев, горюющих над черепками, и двинулась к воротам – так быстро и незаметно, как только могла. В суматохе никто не обратил на неё внимания.

Когда она добралась до выхода, створки ворот уже наполовину закрылись. Пятеро потных стражей толкали тяжёлые балки. Рена потянула одного из них за рукав, и тот неохотно взглянул на неё.

– Можно я выйду? Мне очень нужно домой! – жалобно попросила Рена, впервые в жизни осознав, что выглядит моложе своих лет.

Солдат колебался:

– У меня приказ никого не выпускать. Спроси капитана.

Устремив на него преданный взгляд, Рена взмолилась:

– Ну пожалуйста!

– Хорошо, – сурово ответил солдат. – Только не вздумай рассказывать в деревне о том, что здесь произошло, слышишь?

Рена проворно, как ящерица, проскользнула в щель между створками ворот, и спустя несколько секунд они с треском закрылись за её спиной.

Едва касаясь земли, Рена бежала к деревне по тропинке, которая пересекала западные рощи Белого леса. Постепенно она успокоилась. Духи земли знают, что она попала в настоящую передрягу, но сумела выбраться. И разве оно того не стоило? Это было странно, красиво и опасно – такое не забывается до конца жизни. Интересно, что подумал бы Йон, если бы узнал. Глубоко вдыхая прохладный лесной воздух, Рена бежала изо всех сил, будто родившись заново.

Однако её восторг длился недолго. Всё кончилось в тот самый момент, когда она наступила на колючку и поняла, что бежит босиком. Сандалии! Она оставила сандалии в замке!

Рена остановилась, судорожно пытаясь вспомнить, где потеряла обувь. А когда наконец вспомнила, у неё задрожали колени. Её сандалии, скорее всего, так и стоят рядом с источником. Никакого правдоподобного объяснения этому не придумать. К тому же вплетённые в подошву травинки ясно указывали, что сандалии принадлежат Рене ке Алаак из Гильдии Земли.

Рена рванула с места, как будто ей в затылок дышал демон.

В этом лесу она знала все тропинки, помнила, где лучше срезать путь, и потому добралась до Земляного дома всего через четверть оборота солнца. Однако бежать к двери так же беспечно, как всегда, не решилась. Если войска правительницы подняли по тревоге и отправили в погоню за ней на дхатлах, всадники вполне могли её обогнать и успеть устроить засаду.

Напротив дома возвышался холм, поросший молодыми деревцами коливара. Прошлой зимой после дождей холм с одной стороны осыпался, и получился пологий склон. Рена обогнула зелёный гребень Земляного дома и среди деревьев с белыми листьями поползла на животе вперёд, к подножию холма. Туника, которую она позаимствовала у Дорита, второго ученика мастера, стала уже далеко не белоснежной. «Он мне голову оторвёт, если я верну его праздничную одежду в таком виде», – подумала Рена. Однако, выглянув из-за холма, она забыла о Дорите и прищурилась, чтобы лучше видеть. Если быть осторожной и склониться пониже к земле, из Земляного дома её не заметят.

Повозка мастера стояла перед дверью в мастерскую. С первого взгляда всё было как обычно, мирно, особенно если подходить с тропинки. Но тут Рена заметила, что из дымовой шахты не идет дым, и увидела свежие холмы раскопанной земли в ложбине за домом: взрытые полосы длиной в пять человеческих ростов каждая.

Рена мгновенно опустила голову и прижалась к траве. «Дхатлы!» – молнией мелькнула мысль. Там закопались четыре дхатлы. Она прекрасно понимала, что это значит. Обычно эти крупные рептилии, на которых по Дарешу скакали верхом, молниеносно зарывались в землю от страха. Но им можно было и приказать скрыться под землёй, если всадники хотели их спрятать. Обычным гостям зарывать дхатл не было нужды, они оставляли рептилий пастись возле Земляного дома. А значит, наверняка пожаловали солдаты!

«Люди регентши ничего не докажут, – вызывающе подумала Рена, пытаясь загнать липкий страх в дальний угол сознания. – Меня никто не видел. Скажу, что заблудилась и случайно наткнулась на источник. Стражники ни за что не признаются в проступке и поклянутся всеми духами-хранителями своей гильдии, что к источнику никто не приближался». Однако Рена понимала, что улики против неё.

Она задумчиво оглядела Земляной дом. Надо найти способ пробраться туда и рассказать мастеру о случившемся – он наверняка придумает, как поступить!

Войти через главный вход не получится. «Как удачно, что члены Гильдии Земли такие предусмотрительные и прорыли в каждом холме несколько запасных выходов», – подумала она. Когда Рену взяли в обучение к мастеру, ей показали оба тайных туннеля, выходящих за холм Фордас Хилл. Где-то рядом должен быть вход в туннель, начинающийся в мастерской. Но две зимы долгий срок, и Рена забыла точное место.

Запыхавшись, она пробиралась через подлесок, пытаясь отыскать вход. «Проклятая дверь должна быть где-то здесь!» – мысленно воскликнула она и поскребла землю голыми руками. А потом с ужасом вспомнила, как Дорит недавно придвинул верстак к замаскированному входу в Земляном доме. Она понятия не имела, убрали его или нет.

Оставляя на колючих кустах клочки туники, через четверть часа она нашла вход в туннель и поспешно расчистила отверстие. Забираться под землю пришлось вниз головой. Туннелем не пользовались по крайней мере десять зим, и стены из утрамбованной глины местами обвалились. Вскоре и дневной свет перестал проникать внутрь, и Рена в полной темноте ползла вперёд, переваливаясь животом через корни и сдвигая в сторону мусор. Пахло гнилью, корнями и разложением.

Когда путь ей преградила дощатая стена, Рена поняла, что она у цели. За стеной была мастерская, и до Рены донеслись грубые голоса солдат. Они сидели в гостиной. Осторожно толкнув одну из досок, девушка вздохнула с облегчением – стена подалась: верстак убрали. Она успела подхватить доску, прежде чем та с грохотом упала на пол.

Рена так сосредоточилась на том, чтобы убрать с дороги доску, не наделав шума, что на мгновение забыла об осторожности. В туннель просунулась мозолистая рука и, схватив Рену за платье, втащила её внутрь. Рена хотела закричать, но рука зажала ей рот. Подняв испуганные глаза, девушка узнала мастера и медленно выдохнула.

Однако взглянув дяде в лицо, она невольно вздрогнула: никогда прежде он не смотрел на неё так холодно и сурово. Можно было не спрашивать, знает ли он о случившемся. Но что именно он знает и что известно регентше?

– Во имя воя северного ветра, как можно жить в такой норе?! – прорычал один из них. – Неудивительно, что это чёртово отродье не торопится домой. Эй, Кол, тащи всё сюда – или собрался пить в одиночку?

– Хватит, ребята. Дай мне бутылку, Кол. Мы ещё с делами не покончили. Регентша не обрадуется, если узнает, что мы до сих пор не выполнили приказ.

Дядя прислушался и снова повернулся к Рене.

– Собирай вещи, – прошептал он. – Тебе надо бежать.

Эти бесстрастно произнесённые слова задели Рену сильнее, чем любое оскорбление. Бежать! По мере того как смысл сказанного медленно проникал в её разум, она поняла, что привычная жизнь закончилась. У неё онемели руки и ноги.

– Они… знают об источнике?

– Да. Ты, должно быть, сошла с ума. Если регентша тебя схватит…

Рена опустила голову.

– К родителям не ходи. Солдаты и к ним наведаются. Тебе нужно как можно скорее исчезнуть – это твой единственный шанс. Поторопись.

Рена вызывающе посмотрела на дядю. Что такого она натворила?! Она не заслужила такого страшного наказания за обычное любопытство! А потом, спохватившись, что дядя за неё поручился, вздрогнула от ужаса, вспомнив, как молодого посредника выволокли из зала аудиенций. Жив ли он ещё?

– А что будет с тобой и Доритом? Что они с вами сделают?

Дядя покачал головой:

– Меня некоторое время не будут пускать в замок. Но ты не тревожься. Охранника, который нас впустил, тяжело ранили в схватке – никто не знает, что я за тебя поручился.

– Прости меня, мне очень жаль, – прошептала Рена.

Молча, словно в трансе, она взяла походную сумку и сложила в неё свои вещи: нож, несколько инструментов, которые сделала сама, амулет гильдии, чистую белую рубашку, немного одежды. «Я даже не успела закончить обучение, – подумала она. – Удастся ли мне снова встать рядом с мастером?»

Дядя жестом велел ей возвращаться в туннель. На мгновение Рена прижалась к нему, и мастер её не оттолкнул, но потом, высвободившись из её объятий, он вернулся к солдатам, чтобы отнести ещё бутылку корневого ликёра.

– Нет, я действительно не знаю, где она, – спокойно произнёс он за стеной. – Хорьки, наверное, схватили. Иначе она давно была бы здесь.

Вместо дяди в мастерскую проскользнул Дорит, другой подмастерье. Он, казалось, растолстел, как мастер, – но только потому, что принёс под рубашкой хлеб, сушёные фрукты и полфунта походных брикетов из листьев. Рена собрала всё в мешок и, затянув узел, прихватила пару потертых сандалий.

– Давай осторожнее, – с беспокойством прошептал Дорит. – У тебя всё получится, ты только постарайся. Будь верна деревьям!

– Да, конечно, – кивнула Рена. – Ты тоже. – Её голос дрогнул.

Забросив мешок на спину, она поползла обратно в туннель, ведущий на поверхность.

Началась новая жизнь – в бегах.

Когда Аликс ке Тассос очнулась, солнце было уже высоко. Аликс моргнула, закрыла глаза и попыталась открыть их ещё раз. Искры света, танцующие в густой листве белых деревьев, были очень похожи на те, которые она видела раньше и с закрытыми глазами. Ей будто вбили в голову клин и оставили его там. «Меня просто ударили по голове, – подумала она. – И сбежали».

Она осторожно приподнялась на локте. Следующая мысль была о Леннарте, и она огляделась, отыскивая его взглядом. Она поняла, что увидит, прежде чем обнаружила неподвижное тело. Засаду явно устроили на него и живым не выпустили. Аликс с трудом выпрямилась, едва не упав снова. Она потрогала затылок и взглянула на свои окровавленные пальцы. Всего лишь рваная рана.

Прихрамывая, она медленно подошла к неподвижной фигуре, лежащей неподалёку в кустах. Было очевидно, что Леннарт мёртв. Аликс накрыла его своим плащом. Она уже давно не плакала, и сейчас её глаза тоже остались сухими.

«Как быстро всё произошло», – подумала Аликс, досадуя, что даже не успела достать меч, который прятала под платьем. А может, и хорошо, что не успела. Напавшие сочли её глупой девчонкой, которую Леннарт подцепил по дороге.

Аликс выхватила меч и в бессильной ярости, ударив им по земле, резанула по подлеску, по всему, что попалось под руку.

– Эй, вы, трусливые ублюдки! Только и умеете бить из засады! – крикнула она, обращаясь к лесу. – Горите пламенем, пока от вас не останутся жалкие чёрные кляксы! – Тяжело вздохнув, Аликс притихла.

Постепенно ей становилось всё яснее, в какое тяжелое положение поставила её смерть Леннарта. Они должны были выяснить, кто выдаёт регентше тайные заклинания Гильдии Огня. Леннарт собрал необходимую информацию и хранил её в голове. Она помнила, каким мрачным и ворчливым был старик в последние несколько дней – с тех пор, как один из информаторов передал им тот самый амулет.

Информатор, в свою очередь, украл его у подвыпившего и наевшегося бельи рудоплавильщика, которого давно считали заговорщиком. Леннарт что-то вычитал в этой вещице, но от вопросов Аликс лишь отмахнулся, обронив пару намёков. Сказал только, что подозревает, кто стоит за предателями. И больше ничего.

«Ржавчина и пепел, – подумала Аликс, воткнув меч в землю. – Амулет стоил ему жизни». Она снова подошла к Леннарту и обыскала его, но артефакт исчез. Ну конечно. Он показывал ей эту штуковину только раз, но она отлично запомнила все детали. Амулет был размером с монету и сделан из мерцающего чёрного металла. По внешнему кругу шёл необычный узор из переплетающихся линий, а в центре был выгравирован глаз. На месте зрачка алел камень.

Придётся начать всё сначала. До того как они заполучили амулет, Леннарт собирался устроить ловушку в городе Екатерин, чтобы выманить предателей. Его попутчице отводилась роль приманки.

Аликс решила действовать по разработанному плану. Оставалось подыскать новую приманку. Может, завести слугу?

Она нерешительно подняла меч Леннарта. Аликс не любила прикасаться к чужому оружию, и меч, казалось, почувствовал её настроение, потому что лежал в её руке безжизненным и тяжёлым грузом. Клинок был весь в зазубринах – похоже, Леннарт перед смертью изо всех сил бился с противниками. Он любил этот меч, и последнее, что Аликс могла для него сделать – наверное, подправить неровные края, а потом передать оружие в Совет гильдии. Значит, предстоит остановиться у ближайшей кузницы.

Всё ещё пылая гневом, Аликс, ломая ветку за веткой, принялась собирать дрова для погребального костра Леннарта. Только к вечеру набралось достаточно. Она знала, что ей предстоит долгое одинокое бдение. Так требовала традиция, к тому же Леннарт был ей симпатичен, и она по своей воле отдала ему эту последнюю дань уважения. Хоть и торопилась.

К тому времени, когда солнце опустилось за горизонт и на небе появился красноватый диск третьей луны, Рена была уже далеко от деревни, уверенно шагая на восток к травяному морю. Она ещё не до конца сбросила охватившее её оцепенение. Воспоминания проносились в её голове, беспорядочно перемешиваясь – красивое и уродливое, повседневная жизнь в Земляном доме. Только сейчас она поняла, что будет очень скучать по дяде, несмотря на его грубоватые манеры. Он её любил, хоть и редко это показывал. Ещё ребёнком она часто лежала в лесу и слушала, как деревья разговаривают с ветром, но под дядиным руководством она действительно стала их понимать.

«Может быть, я в последний раз в Белом лесу», – подумала она. От этой мысли стало больно. Здесь она хотя бы не одна. Легкий ветерок прошелестел по светлой листве, и впервые за много недель Рена осознанно огляделась вокруг. В этой местности росли деревья с толстой матовой корой и листвой всех оттенков светлого, от кремового до голубовато-белого цвета. Листья коливара были почти полностью белыми, но со своего места Рена натренированным глазом различила и кремового цвета листья дикой вискарии, и серо-белые зернистые ветви и светло-серые листья даламы. Подойдя ближе, Рена обняла ствол коливара. Кора была шелковистой, приятной на ощупь. Девушка подняла голову и посмотрела, как огромное дерево медленно колышется на ветру, и ощутила, как перетекает в неё безмятежное спокойствие леса. Закрыв глаза, Рена ясно ощущала ауру коливара. Прислонившись головой к стволу, она дала волю слезам.

Когда Рена вернулась на тропу, ей стало легче. Наполнившая её изнутри пустота никуда не делась, но тупая грызущая боль исчезла. А потом пришла первая новая мысль, довольно необычная и смелая. «Свобода, – прошептал тоненький голосок в её голове. – Свобода!» Потом, не сразу, пришла ещё одна мысль: «Даже если я не произнесу заклинание восхода луны – кто заметит? Никто! Если я не хочу что-то говорить – значит, просто не буду! Я могу съесть целую кастрюлю кардары в одиночку. Или даже вступить в Гильдию Огня».

Эти мысли постепенно овладевали Реной, и её охватывала радость. Она зашагала быстрее, энергичнее, со свежими силами. На мгновение Рена почти забыла, что за ней гонятся солдаты и нужно быть осторожной.

Свобода, я свободна, я могу делать всё, что хочу! Это…

…Это невероятно.

Вскоре она вышла к ручью. Прозрачная вода манила, и Рена опустилась на колени, чтобы попить.

Услышав шум, она тут же вскочила и ужасно испугалась, увидев лицо, появившееся из кустов поблизости. Сердце будто подпрыгнуло в груди и сделало сальто, потому что в красноватом свете луны Рена узнала его. Это был Йон, парень из Гильдии Огня. Он был по-прежнему в своей лучшей одежде – в вышитой паре чёрного цвета, цвета его гильдии. Рена попыталась определить, один ли он здесь или ведёт за собой отряд солдат. Но лес молчал. С Йоном никого не было.

Секунду они молча смотрели друг на друга. Рена была бы не против стоять так вечно, потому что это мгновение казалось ей волшебным, и к тому же она не знала, что сказать. Просто «Привет, Йон», или начать более официально: «Мир гильдиям»? Она не представляла, как разговаривать с членом Гильдии Огня. Неужели можно вот так просто и открыто поговорить? Наконец-то. Мечта сбывается.

Первым заговорил Йон.

– Тебе придётся многое объяснить, – хрипло сказал юный кузнец, решительно смахнув со лба тёмные волосы. – Во-первых, почему ты за мной следила и, во-вторых, зачем помешала моей первой аудиенции с новой правительницей. Нам сказали, что это сделала девушка из Гильдии Земли, а утром в замке была только ты!

Рена услышала ужасный скрежет: Йон достал из ножен меч. От страха она покачнулась и чуть не упала в ручей. Но Йон схватил её за руку и вытащил на другой берег.

– Спасибо, – сказала Рена. – Кстати, у меня оружия нет.

Смутившись, Йон опустил меч ниже. Но потом в его глазах снова вспыхнули горячие искры.

– Ну и? Что скажешь?

– Это вышло случайно, – ответила она. – Разве вам нельзя приехать ещё раз?

– Конечно, нет. Весь замок встряхнуло. Вместо аудиенции нам устроили не слишком ласковый допрос.

– Мне очень жаль, прости!

Выражение лица Йона немного смягчилось. По крайней мере, на мгновение он, казалось, забыл, что они принадлежат к разным гильдиям.

– Теперь уже ничего не поделаешь. К тому же до меня дошли слухи, что разговаривать с новой регентшей не приятнее, чем окунуться в кислотную ванну.

Рена вспомнила о солдатах и, заволновавшись, окинула взглядом лес:

– Ты за мной следил? Как ты меня нашёл? Плохо дело, если я попадусь солдатам.

– У тебя в любом случае большие неприятности, – сухо заявил Йон. – Если поймают – ты проведешь остаток своих дней в холодном, сыром углу глубоко под землей. Но ты ведь всё равно так живешь, верно?

– Земляной дом всё-таки отличается от подземелья!

– Я нашёл тебя случайно, не бойся. Заметил следы неподалёку, но не знал, что это твои. Как тебя зовут?

– Рена.

– А меня Йон.

– Я знаю, – ответила Рена и тут же поняла, что признаваться в этом не стоило.

Молодой кузнец снова помрачнел, и Рена почувствовала, что краснеет. Он ни в коем случае не должен был узнать, что она в него влюбилась и поэтому шпионила за ним. Нет, признаваться в таком очень стыдно!

– Я наблюдала за вами, потому что мне стало интересно, как вы живёте, – наконец проговорила она. В конце концов, это правда, и, если повезёт, он не докопается до истины.

Йон вздохнул и пожевал травинку:

– Ты очень странная девушка, я таких никогда не встречал. Разве ты не испытываешь к нам ненависти?

Надо же, он считает её странной. Хотя это в тысячу раз лучше, чем если бы тебя назвали «скучной».

– Нет, во мне нет ненависти к вам, – возразила Рена, чувствуя, как её щёки горят всё жарче. – Но мне кажется, что я одна такая. Мой дядя, например, терпеть не может Гильдию Огня.

– Это взаимно. – Йон оттолкнулся от ствола вискарии, к которой прислонился. – Мне нужно идти, работа ждёт. А ты, если не дура, тоже уходи отсюда, и подальше. Что ты собираешься делать?

– Честнее всего было бы сказать: «Не знаю». Наверное, поищу место подмастерья на другой стороне Белого леса, – помедлив, ответила Рена.

– Ну ладно, тогда удачи.

Бросив на него взгляд, она почувствовала, как быстро забилось сердце:

– Ты расскажешь кому-нибудь, что встретил меня?

Йон покачал головой, не сводя с неё глаз:

– Прикоснуться к источнику – это было смело. Никогда не думал, что листоед так расхрабрится. Почему эта штука не превратила тебя в полузверя?

Рена почувствовала, как внутри неё поднимается волна гнева:

– Что?! Почему ты меня так называешь?!

– Потому что ты такая, какая есть. – Молодой кузнец развернулся и пошёл прочь, сухие листья захрустели под его ногами. Но вскоре он обернулся и с непонятным выражением лица произнёс: – Не бойся, я тебя не выдам. Забуду, что мы встретились.

Гнев, охвативший было Рену, исчез. «Не надо, – подумала она. – Пожалуйста, не забывай меня слишком быстро».

Махнув на прощание рукой, он скрылся в зарослях, а Рена ещё долго смотрела ему вслед. Почему-то ей казалось, что они ещё встретятся.

Немного погодя Рена пошла дальше. Однако теперь голоса деревьев, к которым она по привычке прислушивалась вполуха, стали её раздражать. Вслушавшись в их болтовню, она поразилась. Деревья рассказывали друг другу о дхатлах, топающих по лесу. Животные явно злились, обижались на солдат, ругавших их за то, что те направо и налево валили молодую поросль. Переведя дыхание, Рена и сама услышала тихий скрежет, складывающийся в мелодию. Она сразу узнала эти звуки: именно они сопровождали поступь дхатл, когда их лапы с тяжёлыми острыми когтями шаркали по лесу. Патруль! А её недавно белая туника перепачкалась и никак не помогла бы ей слиться с белыми стволами в этом лесу!

Рена свернула в сторону и присела за кустом с широкими листьями неподалёку от тропы, всего в одной длине дерева. Сначала она просто пыталась сидеть неподвижно, но постепенно её охватил страх. Кусты казались густыми, но, когда по листьям прошелестел ветер, Рена поняла, насколько обманчиво первое впечатление. Она ясно увидела тропинку – а это означает, что и её прекрасно видно с тропы! Когда здесь пойдут солдаты, им хватит одного взгляда в её сторону – мгновенно обнаружат. «Надо спрятаться, – подумала Рена. – Земля здесь хорошая. Только бы хватило времени. Интересно, солдаты ещё далеко?»

С трудом уняв дрожь в руках, она принялась быстро и сосредоточенно разгребать мягкую рыхлую землю. В детстве она часто играла в прятки в лесу с двоюродными братьями и детьми из деревни: одного выбирали искать, а другие молниеносно закапывались в землю, исчезнув из виду.

Рена не делала этого уже целую вечность, но с благодарностью почувствовала, что детские навыки не пропали. Она быстро вырыла ямку, в которую сможет поместиться, торопливо легла и, загребая руками и ногами, постаралась как можно скорее и тише засыпать себя рыхлой землёй и опавшими листьями. Когда она наконец устроилась и затаилась, снова зашуршали листья. Шаги приближались.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем дхатлы наконец прошли по тропе в том месте, где с неё сошла Рена. Она услышала, как скрипят доспехи на солдатах, и до неё донёсся резкий мускусный запах животных. Земля прогибалась под тяжёлыми лапами. Рена отчаянно желала, чтобы слой земли на её спине был бы хоть немного повыше. Она замерла, стараясь не дышать.

Шарканье когтей вдруг стихло. И Рена услышала громкие голоса:

– Эй, смотри, вот там! Давай его поймаем!

– Этот мне, тебе достался вчера.

– Договорились, вперёд! Возьми стрелы покрупнее: звери крепче, чем ты думаешь!

– Куда он подевался?

– Прячется в кустах! Скорее, не то уйдёт!

Сгорая от любопытства, Рена приподняла голову, что было нелегко из-за покрывавшего её слоя земли, и огляделась. В половине длины дерева от неё в кустах раздался громкий шорох – кто-то мчался в её сторону. Вот, теперь он вышел! Это был совсем юный человек-гадюка, покрытый желтоватой чешуёй, его глаза потемнели от страха и отчаяния. Увидев Рену, он на мгновение замешкался, а потом поспешно пополз дальше. Рена снова вжалась лицом в прохладную землю, изо всех сил надеясь, что солдаты не подойдут к ней слишком близко. Но тут она услышала приближающийся топот и с ужасом поняла, что кто-то направляется прямо к ней…

Вдруг её руку пронзила страшная боль, пальцы впечатались в землю. Однако тот, кто наступил ей на руку, сразу же убрал ногу, торопясь дальше. Очевидно, охотник даже ничего не заметил.

Шаги отдалялись и наконец исчезли в тревожном шелесте деревьев. Потом Рена услышала, как солдат возвращается, волоча тяжёлое тело. Очевидно, беднягу поймали. Рена не знала, что солдаты считали полулюдей в лесу законной добычей, и с ужасом вспоминала отчаянный взгляд мальчика-гадюки. Только отсчитав сотню вдохов после того, как шаги дхатл стихли, Рена осмелилась вылезти из укрытия и отряхнулась. «Дух земли, я едва не попалась!» – мысленно сообщила она себе.

Рена зашагала дальше. Спустя некоторое время её отвлёк от мрачных мыслей заурчавший желудок. Она выудила из кармана горсть листьев вискарии и принялась жевать их на ходу. Сырые листья были жёсткими и пресными на вкус.

Рена чувствовала энергию, исходящую от окружающих её деревьев. В детстве она иногда гуляла по лесу с закрытыми глазами, полагаясь на ощущение ауры деревьев и обходя стволы. Как-то раз она ошиблась и ударилась носом прямо о ствол дерева. Сегодня энергия леса казалась такой сильной, что Рене захотелось снова пройтись с закрытыми глазами.

Она упрямо шла вперёд, но вскоре так устала, что глаза всё время норовили наконец закрыться, и немного погодя Рена свернулась калачиком под кустом. Ей приснился белый камешек, который можно было увидеть даже с закрытыми глазами. Но стоило его коснуться – и её тело понемногу стало растворяться в воздухе: сначала пальцы, потом кисть, запястье, рука…

«Источник, – послышался голос. – Он силён, очень силён».

Рена проснулась вся в поту, пульс бешено стучал. Она обрадовалась, что всё закончилось и это был только сон. Осторожно открыв глаза, она с удивлением отметила, что всё ещё слышит голоса. Сон как рукой сняло. Неподалёку стояли двое мужчин! Рена прижалась к земле и попыталась понять, о чём они говорят.

– Братья говорят, что теперь нам нужно держаться подальше от гор, – сказал один из них. – С источником в руках у Каменной женщины слишком много власти над нами, слишком много!

– Жаль, что так случилось с братьями, очень и очень жаль! Как думаешь, Каристан потребует возмездия?

– Нет, это на него не похоже. Каристан сделал бы что-то подобное в последнюю очередь. Позор, какой позор!

Рена вдохнула запах мягкой земли и снова прислушалась. Она не могла понять, кто говорит и о чём идёт речь. Кажется, это не солдаты. Быть может, деревенские жители? Но что они делают в лесу во время третьей луны?

– Может, оно и к лучшему – мы бы только нажили себе неприятностей, одних неприятностей. Каристанцы сейчас не в почёте. Все слишком глупы, слишком глупы, чтобы понять: братья лишь требуют своего по праву.

– Радоваться им надо, да, радоваться, что мы заняты своими делами. Я не прочь так и сказать тому из них, кого первым встречу…

Рена по-прежнему не понимала, о чём говорят эти двое. Однако вылезать из укрытия и задавать вопросы не собиралась. В голосах звенел старательно скрываемый гнев. Каристанцы? Позор?

«Может быть, это члены Гильдии Воды», – подумала она. Но о водном народе, называющем себя каристанцами, она никогда не слышала.

Теперь мужчины, казалось, удалялись от неё, и Рена улавливала лишь обрывки слов. Когда в ночном воздухе зазвучали только голоса деревьев, Рена медленно встала и направилась через лес к тому месту, где недавно стояли незнакомцы. В сумерках мало что было видно, и ей пришлось ощупать землю кончиками пальцев. Она почти сразу заметила следы, но с трудом поверила своим глазам. На рыхлой земле отчетливо виднелись отпечатки лап!

«Полухорьки или люди-кошки, – решила Рена. – Но с каких пор они так хорошо говорят на дарешском?»

Она вернулась на лесную тропу. Голова шла кругом. Все получеловеческие народы очень плохо говорят на дарешском, и вовсе не потому, что они глупее людей, а из-за строения тела – ведь с клювом или звериной пастью трудно выговаривать слова. Они предпочитали – особенно для разговоров между собой – свой язык, который в зависимости от вида состоял в основном из шипящих или свистящих звуков.

Рена пошла дальше, и вдруг её будто громом поразило: «А вдруг они говорили на своём языке, а я всё поняла?»

В глубине души она знала, что это правда. Не мир вокруг неё изменился, а она сама стала другой. Какая сильная аура у деревьев! И это произошло не по воле леса, а из-за Рены. Объяснение было только одно.

Источник.

Разволновавшись, Рена попыталась вспомнить, что она почувствовала, коснувшись источника. Кажется, только немного покалывало пальцы, и всё. Поток силы тогда ослабел… и влился в неё?

Рена колебалась недолго. Закрыв глаза, она резко свернула с тропинки и твёрдыми шагами направилась прямо в гущу деревьев. Сначала ей приходилось заставлять себя не вытягивать руки вперёд, но, сделав всего несколько шагов, она полностью положилась на чутьё. Не раздумывая, она уклонялась вправо и влево, и лишь однажды ветка слегка задела её руку.

Когда Рена снова открыла глаза, то не сдержала широкой радостной улыбки. У неё открылся новый талант! И если она действительно стала понимать язык полулюдей, то это очень полезный дар, каким не владеет больше никто. Надо поскорее в этом убедиться!

Двое хорьков, должно быть, обсуждали происшествие после аудиенции. А «женщиной из камня» называли правительницу. Подходящее прозвище: ведь регентша выглядит такой решительной и непреклонной и правит из Скального замка. Рена стала подозревать, что правительница Дареша держит полулюдей в повиновении с помощью источника. Когда она прикоснулась к камню, силовое поле разрушилось ровно настолько, чтобы порабощенные хорьки смогли сбежать из замка и скрыться в лесу. Рена побаивалась хорьков, но не огорчилась из-за их освобождения. Когда она вспоминала ликующие крики, разнёсшиеся по замку, крошечный отголосок этой радости вибрировал и в ней.

Рано утром она набрела на человека-аиста, который сидел, скрестив ноги в небольшой яме, разглаживая перья костлявыми, как у скелета, руками. Наконец-то появилась возможность опробовать новые знания. Рена затопала громче: подходить тихо, подкрадываться считалось неприличным.

– Хорошо ли сегодня держит воздух? – с поклоном спросила она.

– Неплохо, – последовал равнодушный ответ.

– Скажи что-нибудь на своём языке, – попросила Рена.

Человек-аист надулся, снисходительно посмотрел на неё и проворчал:

– Многие человеческие птенцы отличаются бесцеремонностью и не умеют себя вести.

– Неправда! – сердито возразила Рена и пошла дальше, оставив ошеломлённого получеловека за спиной.

– Эй, подожди – откуда ты знаешь?.. – услышала она вслед на дарешском, но не обернулась и пошла своей дорогой.

Вскоре Аликс добралась до следующей деревни. Она написала лаконичный отчёт Совету гильдии и отправила его с землеройкой – своим последним почтальоном. Маленький чёрный зверёк вовсе не стремился рыть туннель в штаб, трусишка. Похоже, торопиться он не станет, хотя Аликс и внушила ему, что дело срочное. Когда придёт ответ, она уже будет в Екатерине.

Проведя целую ночь у погребального костра Леннарта, Аликс держалась из последних сил, в голове пульсировала боль. Увидев возвышающуюся на опушке чёрную пирамиду кузницы, она вздохнула с облегчением. Здесь, со своими, с народом Гильдии Огня, она наберётся сил для предстоящего путешествия.

«А что, если напавшие на нас явились отсюда?» – подумала Аликс. Но кто станет грабить путников прямо у себя на пороге? И всё же – вдруг она встретится с теми разбойниками? Значит, тогда всё будет зависеть от того, кто кого узнает первым. У напавших было преимущество: они видели Аликс, она же лишь мельком заметила трёх мужчин в масках. Последнее, что она помнила, был меч с рукоятью, украшенной чёрными камнями.

Увидев пятна крови на платье Аликс, мастерица Гильдии Огня удивлённо воскликнула:

– Что с тобой случилось?

– Попятилась и наткнулась на ветку.

Кузнечных дел мастерица было засмеялась, но, увидев, как холодно блеснули глаза Аликс, замолчала. Даже предложила перевязать рану, но Аликс отказалась. Повязка на голове мгновенно выделит её из толпы.

– Можно мне поработать одной в кузнице примерно четверть оборота солнца? – спросила она.

– Конечно. В чем твоё призвание?

– Я странствующий ювелир, – солгала Аликс. – Направляюсь в Канду.

К её облегчению, мастерица кузнечных дел не спросила, зачем ювелирше кузница, никаких объяснений не потребовалось. Выбранное обличье очень помогало в дороге. Узнай госпожа мастерица, что Аликс принадлежит к самой высокопоставленной профессиональной группе Гильдии Огня – к оружейникам, – у неё наверняка возник бы соблазн задать путешественнице вопросы, а слишком настойчивые расспросы не пошли бы хозяйке кузницы на пользу. Мало кто из узнавших правду об Аликс оставался в живых.

Она достала из заплечного мешка рабочую одежду и быстро переоделась в чёрное – традиционный цвет кузнецов и оружейников. Оставив платье, Аликс взяла сверток с мечом Леннарта и подошла к пирамиде. Убедившись, что осталась совсем одна, она задвинула тяжёлый засов и достала меч.

Она выбрала инструменты и сосредоточилась на кучке пепла – погасшем огне кузницы. Закрыв глаза, Аликс пробормотала заклинание и сразу почувствовала, как через неё течёт сила. В лицо ударила горячая волна, огонь запылал. Аликс держала меч в пламени до тех пор, пока сталь постепенно не начала светиться. Глядя на языки пламени, она забыла о боли. В кузнице было жарко и душно, пот стекал по лицу и с шипением капал на раскалённый металл. Было приятно снова стоять в пирамиде и делать то, что так хорошо умели её руки. Аликс взяла небольшой молоток и с тщательно выверенной силой начала обрабатывать светящееся лезвие. Вскоре, довольная результатом, она охладила раскаленную сталь в большом чане и отложила меч остывать. Хотя вряд ли это имело значение. Этим мечом больше никогда не будут сражаться.

Поразмыслив, она достала из тайника кусок тёмного металла и попыталась воссоздать странный амулет. Вдруг ей встретится тот, кто уже видел такую штуку и сможет рассказать о ней подробнее. После нескольких сотен вдохов у неё наконец появилось нечто хотя бы внешне похожее на амулет. Она выгравировала узор по памяти, а потом с сожалением выломала небольшой драгоценный камень из одного из своих украшений, чтобы вставить его в новое изделие. Когда поддельный амулет был закончен, Аликс невольно подумала: не навлечёт ли эта вещица на неё опасность, как совсем недавно оригинал?

Когда Рена, из последних сил держась на ногах, постучала в дверь незнакомого Земляного дома, взошла уже вторая из трёх лун Дареша. Открыла ей девушка с весёлым круглым лицом и длинными каштановыми волосами.

– Мир гильдиям, – любезно сказала мастерица с любопытством.

– И процветания всему Дарешу, – машинально ответила Рена, добавив: – Я устала и очень хочу есть.

Интересно, что ей делать, если вести о её проделках дошли и сюда? Неужели мастера её гильдии откажут путнице в гостеприимстве? А если уже знают о случившемся – выдадут правительнице?

Оглядев Рену с головы до ног и оценив покрой и цвет её одежды, женщина сразу же поняла, что гостья – из лесного народа, а значит, из Гильдии Земли, и широко распахнула дверь:

– Входи, тани.

Услышав дружеское обращение, Рена приободрилась. Незнакомка назвала её «сестрой», хотя мастер, родной дядя, выгнал из дома!

– Мы как раз сели за стол – хочешь отведать с нами супа?

Они прошли в гостиную, где за столом сидели двое подмастерьев и стройный мужчина, и разливали по тарелкам суп. Рену встретили пристальными взглядами.

От большой миски с варевом исходил пряный аромат. Рена считала вдохи до тех пор, пока женщина не налила суп в тарелку и не поставила её перед гостьей. Кушанье оказалось горьковатым, с привкусом корней каредеды, которые Рена ненавидела. Но она не хотела останавливаться, поднося ко рту ложку за ложкой и торопливо глотая суп.

– Ты путешествуешь одна? – поинтересовался один из подмастерьев.

Рена насторожилась, но потом поняла, что это не попытка заставить её проговориться, а обычный вопрос из любопытства.

– Да, – коротко ответила она. – Одна.

Ученицы её лет, как правило, поодиночке по лесу не гуляли. О причине и цели пути, впрочем, никто не спросил. Рена заметила, как переглянулись мастерица с мужем, который, похоже, мастером не был.

– Далеко ли направляешься? – мягко спросила женщина.

Рена вдруг поняла, что на этот вопрос у неё ответа нет. Да, а куда она, в самом деле, направляется? За день она дошла почти до опушки Белого леса и вскоре должна была увидеть большой торговый город Екатерин, если память её не подводит. Алаак, провинция их гильдии, простиралась дальше на запад, но в той стороне, кажется, были только смертельно опасные дебри. Если же идти на юг, можно оказаться в Тассосе, где правят люди огня. На юго-западе, судя по слухам, находится Травяное море – там селились мастера Гильдии Воздуха. На востоке, в провинции Ванаме, живут люди воды.

Молчание неловко затянулось. Четыре пары глаз смотрели на гостью в ожидании ответа. Рена прикусила губу.

– Я ищу место подмастерья, – наконец сказала она.

И ничуть не соврала. Нельзя же вечно объедать сестёр по гильдии. Но от одной мысли, что придётся снова изучать и делать то же самое, что и с прежним мастером, охватывала скука. Только не это! А что, собственно, мешает ей пойти в ученичество в Гильдии Огня? Она хотела быть похожей на людей огня – но, конечно, не стала бы смотреть свысока на мастеров Гильдии Земли или рубить живые деревья. Может быть, тогда Йон её полюбит? Ведь она сблизится с его народом огня, впитает неизвестную культуру…

Рена решила не задерживаться за столом. Несмотря на усталость, спать не хотелось, но тянуло побыть в одиночестве, чтобы обдумать эту захватывающую мысль. Она так часто зевала, что хозяйка наконец заметила это и постелила ей постель.

«А можно остаться и здесь, – взволнованно думала Рена. – Я ушла далеко от каменного замка. Пора взять судьбу в свои руки. Клянусь духом земли, каков план! Гильдия Огня!» Рена давно об этом мечтала, но только сейчас оказалась на свободе. Теперь мечты могли воплотиться в жизнь. Конечно, из гильдии в гильдию переходят не часто, отказываясь от семейной профессии и жизни, которую вели родители и пращуры. Жители Дареша по давним традициям были накрепко привязаны к своим гильдиям. «Да ладно, традиции – это кандалы», – думала мятежная Рена.

Однако подавить сомнения было не так-то просто. Согласится ли мастер Гильдии Огня взять её в ученицы? Кроме множества предрассудков, дело было и в тайнах мастерства. «Может, они решат, что я шпионю и явилась выведать их секреты», – с тревогой подумала Рена. В каждой гильдии соблюдали тщательно охраняемые магические ритуалы, которыми направляли силы мира живых. Тайные знания ученик получал в самую последнюю очередь, перед посвящением в мастера, и непременно должен был взять на себя обязательство хранить секрет даже ценой жизни. Без этих заклинаний гильдии не смогли бы быть монополистами в своих областях. Например, только члены Гильдии Огня знали слова, с помощью которых можно зажечь огонь и усовершенствовать и без того превосходные инструменты и оружие. И потому остальные гильдии выменивали огонь для приготовления пищи и все изделия из металла у мастеров Гильдии Огня. И наоборот, «огненным», стиснув зубы, приходилось выпрашивать у мастеров Гильдии Земли всё сделанное из дерева и растений.

По сути, вся торговля Дареша зависела от заклинаний, и немногие мастера согласились бы рискнуть, сделать шаг, который мог бы привести к раскрытию секретов.

Думая об этом, Рена чувствовала, как тает её решимость. Но потом она вспомнила о Йоне и о том, что он до сих пор думает о ней, и всё решилось само собой. Она бы и родилась заново – если бы могла.

Чёрную пирамиду Рена обнаружила в первую же прогулку по деревне. Кузнеца видно не было, поэтому она встала перед главным входом и окликнула его. Вскоре в дверном проёме появилась рыжая шевелюра ученика:

– Чего тебе?

– Хочу поговорить с кузнецом!

– Да ну? – Ученик бросил на неё равнодушный взгляд. Он был не старше Рены, но, как и Йон, уже носил кинжал и меч. – Он сейчас занят. Подожди пятьсот вдохов и попробуй ещё раз.

Рена села в траву на другой стороне тропинки и стала терпеливо ждать. Она отсчитала не пятьсот вдохов, а почти в три раза больше, когда кузнец наконец вышел. Рена вскочила, поклонилась, торопливо, но церемонно-вежливо приветствовала кузнеца, а потом изложила свою просьбу.

Кузнец, выслушав её, расхохотался.

– Ха-ха-ха, пусть только попробуют сказать, что в мире не осталось ничего смешного, ха-ха-ха, – заливался он, в то время как Рена молча стояла перед ним, ошарашенная и оскорбленная. Такого ответа она не ожидала. – Послушай, малышка, – проговорил наконец кузнец, отсмеявшись и заметив, как огорчилась Рена. – Всё не так просто, как тебе кажется.

– Я понимаю, – с отчаянием ответила Рена. – Но я ещё не произносила заклинаний и не принимала присягу. А значит, могу сменить гильдию.

– Вообще-то, всё так, но дело не только в ритуалах. Быть членом гильдии – значит гораздо больше, чем просто необходимость принести клятву. Вы, жители лесов, поклоняетесь духу земли, верно? Ну вот, а мы почитаем дух огня. Вы едите растения, а мы едим мясо. Ты когда-нибудь ела мясо?

– Конечно нет, – ответила Рена, содрогаясь от одной мысли об этом. – Как можно есть мёртвых животных?!

– Ну вот. И это только два из многих отличий. Ты никогда не сможешь стать одной из нас. И не надейся.

Но Рена так просто не сдалась. Она забросила мешок за плечо и пошла к следующей деревне, до которой было около половины дня пути. Почему бы не попытать счастья со всеми мастерами Гильдии Огня в округе?

Но чем ближе она подходила к деревне, тем сильнее её охватывала тревога. Что-то было не так. Сначала дорогу перегородила сломанная телега, потом мимо поспешно прошли взволнованные и даже испуганные женщины из Гильдии Воздуха, бросая на Рену враждебные взгляды. Вскоре на обочине она увидела раненого. Это был член Гильдии Воздуха.

– Вам помочь? – спросила она. – Что случилось?

Застонав, мужчина схватился за окровавленную голову:

– Мой дом… всё разрушено… – Увидев амулет гильдии Рены, он в страхе отшатнулся. – Листоедка, убирайся прочь!

Рена в испуге отступила. Ноги будто сами собой понесли её по тропинке к деревне. Выйдя из чащи, Рена замерла.

О нет! В деревне не осталось ни одного целого дома – все до единого были разрушены. Из обломков крест-накрест торчали балки. Люди плакали, выли, выкрикивали проклятия. В траве у тропинки лежали раненые, им пытались помочь братья по гильдии. Стены колодца были разобраны по камешку, а небольшая ярмарочная площадь напоминала свежевспаханное поле. Два дерева в центре деревни выстояли, но молодая живая изгородь была разорвана на части как будто взрывом. Повсюду, словно части тел, лежали ветки и листья.

Потрясенно оглядывая разрушенную деревню, Рена перелезла через груду обломков и застыла на месте. Она много слышала о вражде гильдий, но впервые увидела последствия своими глазами. Ей было трудно поверить, что люди способны на такое. Почему? Что стало поводом для этой бойни?

К Рене подошёл маленький мальчик из Гильдии Воздуха, его пыльное личико опухло от слёз, в глазах застыло отчаяние. Поколебавшись – ведь малыш был из «ветряков», – она присела и осторожно вытерла слёзы с его лица:

– Ты можешь рассказать, что здесь произошло?

– Тобби… – всхлипнул мальчик. – Он лежит там, под домом, и я не могу до него добраться…

– Что? А Тоби – это кто? Твой брат? Неужели никто не поможет тебе его вытащить из-под развалин?

Мальчик так отчаянно тряхнул головой, что волосы скрыли лицо:

– Тобби не брат – он игрушечный дхатла! Отец сделал его мне в подарок…

– Давай попробуем его найти, – сказала Рена и расспросила мальчика о доме, в котором он жил. Через несколько сотен вдохов её лицо было всё в грязхи, а по щекам стекали капли пота. Однако вскоре она радостно улыбнулась и протянула мальчику находку. – Это он? Лежал под угловой балкой, но вроде бы не пострадал.

– Тобби! – закричал мальчик, бросаясь к игрушке и выхватывая её из рук Рены. Повернувшись, чтобы убежать, малыш столкнулся с широкоплечим светловолосым мужчиной, рука которого была в крови.

– Слава северному ветру! Кей! – крикнул тот и обнял мальчика. – Мы думали, с тобой что-то случилось!

Малыш взволнованно указал на Рену:

– Она мне…

Мужчина из Гильдии Воздуха поднял голову и посмотрел на Рену. Он заметил её амулет, и его лицо исказилось подозрением и ненавистью. Рена сразу остро осознала, что находится в поселении другой гильдии, и к тому же в разгар вражды. Как неосторожно было с её стороны войти в эту деревню!

– Неужели вам всё мало? Хотите отомстить и нашим детям? – выдавил мужчина и пронзительно свистнул.

Несколько человек поблизости подняли головы и обернулись на звук. В течение нескольких вдохов не меньше десятка жителей собралось вокруг Рены. Некоторые принадлежали к Гильдии Воздуха, другие – к Гильдии Огня. Настроены все были враждебно.

– Что ты собиралась с ним сделать? Хотела похитить Кея? Признавайся!

– Я… – начала Рена. – Я хотела…

Толпа окружала её всё теснее. Многие сжимали в руках палки, арбалеты, камни. Кажется, кто-то пробормотал заклинание, потому что вдруг налетевший порыв ветра швырнул ей в лицо горсть песка. Какая-то женщина взяла мальчика за руку и хотела вывести его из толпы. Однако он вырвался и поднял над головой игрушечного дхатлу:

– Нет-нет, она не злая, она помогла мне найти Тобби!

Сначала казалось, что его никто не слышит, но потом отец посмотрел на него сверху вниз:

– Что ты сказал, Кей? Разве она не пыталась сделать тебе больно?

– Нет! Она нашла Тобби.

Поднятые руки с оружием не опускались – жители деревни не хотели отпускать добычу. Широкоплечий мужчина начал мягко, но настойчиво раздвигать кольцо людей вокруг Рены.

– Ладно, ребята, на этом всё. Возвращайтесь к работе. Вышло недоразумение.

Наконец они снова остались одни.

– Спасибо, – с облегчением выдохнула Рена.

– Уходи, пока цела, – холодно сказал мужчина. – Тебе здесь не рады. Разве не знаешь, что это сделали люди из твоей гильдии?

Рена подняла на него глаза. Позже она вспоминала, как почувствовала себя в тот момент – на неё снизошло спокойствие и ясность. Нет, это невозможно. Её гильдия всегда желала мира. Гильдия Земли сражалась, только когда её загоняли в угол, большую часть времени люди даже не прикасались оружию… и теперь им приписывают такую жестокость?! Нет! Они не могли никого ранить, и у них уж точно не поднялась бы рука разрушить живую изгородь! Никогда никто из Гильдии Земли не убьёт живое растение! Этим она всегда гордилась. На том стояла её гильдия.

– Неправда, мы этого не делали! – воскликнула Рена. Она чувствовала, как по её лицу катятся слезы, но сил вытереть их не было. – Зачем нам это?!

– Говорят, мужчина из Гильдии Воздуха сделал предложение одной из ваших женщин.

– Какое предложение?

– Бесчестное.

– Глупости! Никто не стал бы разрушать из-за этого деревню!

– Видимо, нашлись желающие. Но ты в этом не виновата, – сказал мужчина, несколько успокоившись, увидев искренний испуг Рены. – Гильдии бросаются одна на другую, потому что их науськивает регентша. Она сумела поставить Дареш на грань междоусобной войны. Эта деревня – лишь одна из многих, которые я видел в руинах за последние несколько месяцев.

И Рена поняла, что он говорит правду.

– Пока гильдии враждуют друг с другом, женщина из Скального замка с лёгкостью заставит их делать всё, чего пожелает, – пророкотал мужчина. – Тогда против неё изредка станут выступать только отдельные недовольные, как раньше. Если бы гильдии заключили союз, то стали бы гораздо сильнее. Но этого никогда не случится.

Рена постепенно успокоилась, но по-прежнему чувствовала себя ужасно беспомощной:

– Ничего не понимаю.

– Зато я понимаю. Наши верховные советники остановили даже самые необходимые переговоры. Разве так можно о чём-то договориться?

– А что будет, если гильдии действительно начнут воевать между собой?

– Тогда мне придется убить тебя, потому что ты принадлежишь к другой гильдии, – заявил мужчина и, взяв мальчика за руку, ушёл, не попрощавшись.

Выбравшись из деревни, Рена снова увидела поваленную живую изгородь. Она отвела глаза, но её неудержимо тянуло снова взглянуть на разрушения. По рукам побежали мурашки. Как мог её народ совершить такой грех против духа земли?! Вот до чего дошла Гильдия Земли!

Рена вспомнила слова широкоплечего мужчины. Неужели не осталось способа собрать гильдии за столом переговоров? Кто-то должен попытаться, даже если это трудно и, возможно, очень опасно. Однако Рена подозревала, что никто этого не сделает, и ей было страшно.

Если начнется война – исчезнет всё, что она так любила на Дареше…

Мрачные мысли покинули Рену только спустя день, и она смогла хотя бы иногда не вспоминать о разрушенной деревне. Прошло ещё немного времени, и она стала снова раздумывать о вступлении в Гильдию Огня. Нет, сдаваться она не собиралась! Узнав о страшной вражде, Рена не хотела оставаться членом Гильдии Земли. Неужели все слова её соратников по гильдии были лицемерием?! В таком случае ей гораздо ближе открытые по характеру люди огня!

В следующем уединённом поселении наконец появилась надежда. Рена тщетно просила разрешения поступить в учение: ей снова сказали, что её не примет ни один мастер. Но когда она уже собиралась уходить, собеседник вдруг воскликнул:

– Подожди-ка, я кое о чём вспомнил Несколько дней назад здесь проходила женщина из Гильдии Огня, странствующий ювелир. Она говорила, что срочно ищет слугу. Попробуй поступить к ней в услужение.

Рена разочарованно вздохнула. Жизнь прислуги её никогда не привлекала. Но она всё равно вежливо поблагодарила за совет.

– Где можно найти эту женщину?

– Она отправилась в Канду, отсюда примерно день пути. Может быть, там и задержалась. Её зовут Аликс.

Задумавшись, Рена вернулась на тропинку. После тщетных попыток стать ученицей кузнецов ей стало совершенно ясно, что, кроме работы у золотых дел мастера, других возможностей может и не подвернуться. И всё же она колебалась. Быть служанкой – тяжкий труд, и весьма сомнительно, что её станут учить искусству Гильдии Огня. «Не пытайся получить всё и сразу, – утешала себя Рена. – Если меня возьмут на работу, появится хотя бы один знакомый в Гильдии Огня. Кто знает, что из этого получится».

Раньше до Рены уже доходили слухи о Канде, маленьком торговом городке на опушке Белого леса. Но при мысли о том, чтобы направиться туда сейчас, всё у неё внутри сжалось от страха. В деревнях, возможно, ещё не слышали о происшествии с источником, но до города новости наверняка уже добрались. А вдруг там её поджидают солдаты? Девушка, путешествующая в одиночестве, привлекает внимание. В конце концов кто-нибудь спросит, как её зовут и откуда она идёт, а если ещё и узнают… не отведут ли её домой в цепях?!

Рена взяла себя в руки. «Надо рискнуть», – подумала она и почувствовала, что это правильное решение. Что бы ни случилось, теперь у неё снова есть цель и надежда.

Рена повернула на север и зашагала к Канде.

Город не поразил Рену своим видом. Сначала она вообще различила лишь несколько хижин, ютящихся на краю леса. Однако Рена знала, что в Канде по крайней мере столько же жителей, сколько в роще вокруг её родного поселения. Поскольку Канду построила Гильдия Земли, основная часть города находилась у Рены под ногами, простираясь вглубь и вширь. Однако торговцы отказывались жить внизу. Так как ни один из членов Гильдии Воздуха не чувствовал себя комфортно под толстым слоем строительного материала над головой, они строили себе наземные дома и торговые фактории с крышами из тонких циновок, сплетённых из травы.

Едва ступив в городок, Рена поняла, что нужно быть очень и очень осторожной. Двое солдат регентши, жующие белью, шатаясь и громко распевая, прошли мимо. Рена, как тень, отступила к двери какого-то дома, и солдаты её не заметили. Вскоре она наткнулась на дхатла, который прилёг посреди дороги и тёмной горой возвышался на пути, храпя так, что дрожал воздух.

«Сколько здесь солдат!» – с тревогой подумала Рена. Ей захотелось поскорее выбраться из города, но мысль о работе заставляла двигаться вперёд. Она нырнула в один из входов в подземный лабиринт и чуть не налетела на другого солдата, который с трудом пробирался в противоположном направлении. Этот тоже едва держался на ногах.

– Подожди, красавица, составь мне компанию! – прорычал он и потянулся к ней.

Рена протиснулась мимо него и с колотящимся сердцем побежала по коридору, ведущему в глубину. Все светящиеся животные спрятались на ночь, но глаза Рены уже привыкли к темноте. Время от времени она посматривала на указатели на стене и шла дальше Она спешила найти кого-нибудь, кто мог бы рассказать ей о странствующем ювелире. Лучшим местом для таких расспросов всегда была таверна. Может быть, получится отыскать ювелира уже утром и поскорее убраться из города.

Таверна стояла далеко внизу, в боковом туннеле, чтобы шум не мешал горожанам. Даже сквозь закрытую дверь до Рены донеслись звуки, по которым было несложно догадаться: внутри много чего происходит. Она колебалась, не находя в себе сил влезть в этот ведьмин котел. Но потом подумала об источнике и о том, что в последнее время совершила много разных поступков. Крепко зажмурившись, Рена собралась с духом, потянула на себя тяжёлую дверь и проскользнула внутрь.

Пахло в таверне ужасно. Стараясь не дышать, Рена направилась к бару и в последний момент заметила за угловым столиком двоих солдат, играющих в кело. Она замерла и задумалась, не уйти ли. Но солдаты явно забыли обо всём и, казалось, не видели ничего, кроме игры. Рена с опаской пошла дальше, но, когда до бара оставалось совсем немного, вдруг почувствовала, что больше не может ступить ни шагу. Кто-то схватил её сзади за платье.

– Эй, я тебя знаю! – прорычал коренастый мужчина из воздушной гильдии, из уголка рта у него тонкой струйкой стекала слюна.

Рена бросила испуганный взгляд на солдат, сидящих через три столика от неё, потом уставилась на мужчину, пытаясь вспомнить, видела ли его раньше. Может быть, он из соседней деревни? Не исключено.

– Ты ошибся! – буркнула Рена, тщетно пытаясь вырваться.

– Разве ты не…

– Нет, вовсе нет! – перебила его Рена. Один солдат сидел к ней спиной, но другой, оторви он взгляд от игры, увидел бы её лицо. Ещё чуть-чуть – и суматоха вполне может привлечь его внимание.

– Ох, прости, – пробормотал мужчина, отступая на шаг и чуть ослабив хватку. Но тут ему явно что-то пришло в голову, и он снова качнулся вперёд. Рена в который раз попыталась освободиться, но ничего не вышло.

– Теперь вспомнил! – крикнул он. – Ты та самая малышка из… из… Парласа, точно!

– Да-да, правильно, – согласилась Рена, вырывая у него из рук подол платья.

– Так и знал, – удовлетворенно ухмыльнулся мужчина. Его голова медленно опустилась и тихо стукнулась о деревянную столешницу.

Рена снова взглянула на солдат – они были по-прежнему увлечены игрой – и подошла к барной стойке. Заказав воду, она притулилась в углу, откуда можно было наблюдать за залом, оставаясь незамеченной.

– Здесь всегда так много народу? – спросила она бородатого хозяина.

– Да, с тех пор как в городе разместились войска регентши, дела идут, – с довольной улыбкой ответил тот. – Теперь я за вечер получаю столько, сколько раньше набегало за две недели.

– А давно здесь стоят солдаты?

– Явились пять месяцев назад, когда новая регентша переехала в Cкальный замок. Поговаривают, она отправила своих вояк сразу в несколько городов.

Пять месяцев назад – то есть до истории с источником! «По крайней мере, они пришли не за мной», – подумала Рена, внезапно почувствовав себя глупо: ну правда, ведь мир не вращается вокруг неё и её глупой выходки в замке. А потом вспомнила, что ещё сказал хозяин таверны, и хорошие новости приобрели неприятное послевкусие. Войска отправили в несколько городов!

– Но что это значит? – с тревогой спросила она.

– Беда идёт, девочка, вот что это значит, – сказал трактирщик и нацедил в кувшин медовухи. – Предполагается, что правительница сделала это ради нашей безопасности. Но я съем коливар целиком, от корней до маковки, если войска действительно остановят беспорядки!

– Думаете, будет война между гильдиями?

– Молись своим духам-покровителям, чтобы до этого не дошло! – сказал трактирщик, быстро пробормотав какое-то заклинание. – Что ты вообще здесь делаешь, малышка-тани?

К счастью, Рена заранее приготовила ответ на этот вопрос:

– Я ищу ювелира по имени Аликс. Она должна быть где-то в городе. Вы, случайно, не знаете, где я могу её найти?

– Как она выглядит?

– Не знаю.

– Хм, к нам иногда заходят женщины из Гильдии Огня, – сказал трактирщик, придвигая кувшин к торговцу за стойкой и начиная наполнять следующий. – Одна такая уже четверть оборота солнца сидит вон там – возможно, это она. Похоже, очень неплохо играет в кело, по крайней мере, обчистила уже нескольких бедолаг.

Рена проследила за взглядом хозяина таверны и сквозь висящий в воздухе дым разглядела за дальним столиком женщину с длинными медно-рыжими волосами. Женщина вдруг рассмеялась, торжествуя смахнула в ладонь лежащие перед ней на столе монеты и встала, похоже, собираясь уходить.

Поспешно расплатившись, Рена протиснулась сквозь толпу и последовала за ней, однако добраться с другого конца зала до двери удалось не сразу.

Из таверны Рена вышла спустя несколько мгновений после женщины и, захлопнув за собой тяжёлую дверь, отчаянно огляделась в темноте. Но странствующий ювелир уже исчезла в разветвленной системе коридоров.

Девушка затаила дыхание и прислушалась. Из коридора слева долетали отзвуки шагов, и Рена бросилась туда.

Она пробежала совсем немного, как вдруг кто-то выступил из темноты. Чья-то рука рывком развернула её, и пальцы сомкнулись на шее стальными тисками. Холодный металл лезвия коснулся горла. Всё произошло так быстро, что Рена не успела даже вскрикнуть.

– Вот так, а теперь медленно и спокойно объясни, почему ты меня преследуешь.

Рена прищурилась и попыталась взглянуть на кинжал у своей шеи. Было совсем темно, но её зрачки уже смогли уловить оставшийся свет.

– Вы Аликс? – пролепетала она.

Женщина явно удивилась, её хватка немного ослабла:

– Да, верно. Что ещё скажешь?

– Слуга… вы ищете слугу, – заикаясь, произнесла Рена. Она почувствовала, что её трясёт и что она уже не уверена, что хочет во что бы то ни стало поступить в услужение к этой женщине.

– Опять в точку. Откуда знаешь?

– От кузнеца в деревне неподалёку отсюда. Вы там останавливались.

– Понятно. И ты решила предложить свои услуги?

«Да», – вырвалось у Рены прежде, чем она успела собраться с мыслями. Но теперь она уже не могла взять свои слова обратно.

Внезапно рука на её горле разжалась, и Рена, привалившись к противоположной стене, потёрла шею.

Женщина сдёрнула лоскут ткани с клетки для светящихся животных, прикрёпленной к стене неподалёку, и Рена и ювелирша смогли внимательно оглядеть друг друга.

Странствующая представительница Гильдии Огня была высокой и стройной, с ниспадающими на спину волосами и загорелым лицом. На вид ей было около двадцати пяти зим. Когда Рена осмелилась взглянуть ей в лицо, то прежде всего заметила зелёные, по-кошачьи раскосые глаза. Женщина была в светлом платье элегантного покроя длиной ниже колена, стянутом на талии кожаным поясом с металлическими заклёпками. Рена невольно поискала глазами кинжал, который только что чувствовала у своего горла, но на поясе его не обнаружила. Теперь ювелирша выглядела так, словно не смогла бы сломать и ветки.

– Ржавчина и пепел, да ты из листоедов, – она указала на амулет гильдии на шее Рены. – И что мне с тобой делать?

– Я умею готовить, шить, резать по дереву… – волнуясь, стала перечислять Рена. «Ещё одно оскорбление от неё – и я просто уйду», – подумала она.

Аликс нетерпеливо отмахнулась:

– По мне, так вполне достаточно. Но я много путешествую, будь к этому готова. Похоже, следующая моя остановка – город Екатерин.

– Так, значит, вы меня берёте?

– Да, чёрт возьми, именно это и значит. На какой срок ты хочешь пойти в услужение? На одну зиму? Правила знаешь?

Рена сглотнула подкативший к горлу ком и кивнула. Слугам запрещалось носить оружие, отлучаться без разрешения или отказываться выполнять приказы. Короче говоря, служанка должна во всём подчиняться госпоже.

– Ну ладно, тогда идём, – сказала Аликс. – Я остановилась в южном лагере. Мы выступаем ровно через четверть оборота солнца. – И она непринуждённым жестом пригласила Рену идти следом.

Слегка напуганная, Рена пошла за женщиной по коридору. Ну вот она и добилась своего – приоткрыла дверь в Гильдию Огня. Но почему-то не чувствовала себя такой счастливой, как надеялась. Времена ей, похоже, предстояли нелёгкие. Странствующий ювелир даже не спросила, как её зовут.

Прежде чем отправляться в путь на рассвете, Рене нужно было выбросить свой нож, поскольку служанке не разрешалось носить оружие. Перед самым отъездом ювелирша пошла расплатиться за ночлег.

Узкий нож с резной рукояткой лежал в маленьком потайном отделении походной сумки. Рена достала его и задумчиво взвесила на ладони, не в силах заставить себя с ним расстаться. «Выбрасывай, госпожа сейчас вернётся», – мысленно приказала она себе, услышав приближающиеся шаги. И вдруг, повинуясь внезапному порыву, снова спрятала его в потайной кармашек. Она и сама не знала, почему так поступила. Если хозяйка когда-нибудь узнает о ноже, неприятностей не избежать.

Они вышли из города и направились на юг. У Аликс не было дхатла, поэтому они путешествовали пешком. Хозяйка Рены, казалось, нервничала: она всё время оглядывалась и время от времени останавливалась, чтобы прислушаться. К счастью, она, похоже, предпочитала путешествовать налегке, и Рене, кроме своей походной сумки, пришлось нести только средних размеров сверток. Однако темп ювелирша задала такой, что Рена, всегда любившая ходить быстро, даже вспотела. На служанку хозяйка внимания не обращала и не заметила бы, если бы та рухнула у неё за спиной. Пришлось стиснуть зубы и спешить за госпожой изо всех сил.

Вечером они наконец сделали привал. Аликс выбрала небольшую поляну и коротко сообщила:

– Ночевать будем здесь.

Рена сбросила поклажу и, совершенно обессиленная, повалилась на мягкую серую зимнюю траву. Но она знала, что у неё есть обязанности, и заставила себя подняться на ноги, чтобы приготовить ужин. И тут же вспомнила, что они не взяли с собой ни единого тлеющего уголька разжечь костёр. Смутившись, она повернулась к Аликс:

– А как быть с огнём?

Женщина бросила на Рену острый взгляд из-под полуприкрытых век, а потом уставилась на землю и шевельнула губами. Из сухой травы вырвалось пламя, и Рена вздрогнула:

– Как это получается?!

– Зачем тебе? – лениво протянула Аликс. – Листоедам это не дано!

Рена промолчала. «Меня ничему не будут учить, – разочарованно подумала она. – Но чего я ожидала – особого отношения? Хозяйка даже не знает, что я хочу вступить в Гильдию Огня».

Как и каждый вечер, она отметила прошедший день в маленьком календаре – деревянном диске с выгравированной спиралью – и с удовлетворением увидела, что наступила неделя кентавра. Это означало, что скоро ей исполнится шестнадцать зим. Может, сказать об этом хозяйке? Хотя той, наверное, всё равно.

После трапезы, едва взошла третья луна, они дали костру догореть и раскатали свои одеяла. Рена выбрала место под большим коливаром, Аликс устроилась возле раскалённых углей.

Рена с облегчением завернулась в одеяло. Но вдохнув всего несколько раз, вдруг различила в тишине тихий металлический скрежет и снова открыла глаза. Ювелирша сняла льняное платье и стояла, выпрямившись во весь рост. Её фигура почти слилась с тьмой, но вот женщина пошевелилась – и что-то блеснуло.

Рена зачарованно пригляделась. Тело женщины с головы до ног покрывала мелкая серебряная чешуя, делая её похожей на лесного человека-гадюку!

«Кольчуга! – догадалась Рена. – Должно быть, всегда носит под платьем… а кроме кинжала у неё наверняка есть и меч!»

Спать расхотелось. Рена долго лежала с открытыми глазами, гадая, что всё это может значить. Разве в Гильдии Огня все ходят вооружёнными до зубов? Или это необходимо именно Аликс, чтобы защитить себя и свои творения от грабителей? Но тогда она могла бы носить оружие открыто, было бы легче отпугнуть воров… Потом Рена вспомнила, как легко и быстро Аликс наняла её в услужение. Ей не нужно, чтобы кто-то готовил ей еду и носил сумку – с этим ювелирша справилась бы сама. Рена почувствовала, как глубоко внутри неё зарождается страх. Что задумала эта женщина?

Когда наступило утро, Рена выбралась из-под одеяла и огляделась. Аликс исчезла. Её спальные принадлежности были уже упакованы и готовы к дороге. Внезапно Аликс появилась между массивными белыми стволами коливаров, и Рена с ужасом увидела, что госпожа несёт обмякшее тело маленькой рептилии.

– Что… Что это?! – ахнула Рена.

Аликс удивлённо посмотрела на неё.

– Наш ужин, конечно, – ответила она, опуская добычу рядом с сумкой с провизией.

Рена едва удержалась на ногах. В горле у неё запершило.

– Что с тобой? – усмехнулась Аликс. – Неужели тебе торквил не по вкусу?

Рена сглотнула:

– Всё нормально…

Вечером хозяйке очень повезёт, если новую служанку не стошнит у неё на глазах. И только духу земли известно, что потом эта женщина с ней сделает.

Рена сосредоточилась на разжигании огня, чувствуя, как ювелирша буравит её холодным взглядом. К счастью, сегодня костёр запылал почти сразу, но похвалы она ждала напрасно.

Позавтракав, они отправились в путь, Аликс, снова широко и упруго шагая, шла впереди. Солнце было ещё низко, и бледно-лиловое небо висело над ними будто полотно. Коливары проснулись под солнечными лучами и зашевелились, медленно, едва заметно поднимая кремового цвета ветви и расправляя листья. Налетел ветер, и деревьям больше не нужно было шептаться, они говорили в голос в такт резким порывам. Рена слушала с улыбкой.

– Ржавчина и пепел, как шумят листья, – пробормотала Аликс через некоторое время. – К нам кто угодно подкрадётся, а мы и не услышим.

– Да, но зато мы слышим прекрасные стихи, – осмелилась возразить Рена.

Аликс обернулась:

– Стихи? Какие стихи? Чьи?

– Деревьев, конечно! – воскликнула Рена.

В ответ она получила лишь взгляд, какой бросают на странного, хоть и безобидного чудака. Однако Рена была слишком изумлена, чтобы раздражаться из-за того, что её не воспринимают всерьез. «Женщина из Гильдии Огня не понимает шёпота деревьев! – мысленно воскликнула она. – Но ведь это доступно всем… или нет?»

Задумавшись, Рена шла позади хозяйки, постепенно осознавая, что до сих пор жила в очень маленьком мире, общаясь лишь с членами Гильдии Земли. Теперь она поняла, что различия между гильдиями гораздо глубже, чем она думала.

Когда сгустились сумерки и идти в полутьме стало трудно, они устроились на ночлег. Аликс сама занялась приготовлением рептилии, которую убила утром. Она размешала в горшке жидкую глину и, намазала ею животное толстым слоем, закопала его в горячих углях.

– Ну вот, теперь подождём, пока будет готово, – сказала она.

Рена вздохнула с облегчением. Ждать она могла сколько угодно. Она и не предполагала, что ближайшие события заставят её на время забыть о еде.

Аликс села на траву скрестив ноги, достала из своего походного узла щётку и начала расчёсывать длинные локоны, которые утром стянула на затылке. Рена заметила, что днём хозяйку что-то беспокоило и она явно была настороже. Но вечером, терпеливо распутывая пряди, она, казалось, забыла обо всём, и вскоре её волосы цвета меди заблестели как струящийся шёлк.

«Дух земли, вот бы мне такие волосы», – подумала Рена, как никогда недовольная своими короткими светло-каштановыми волосами. Словно подслушав её мысли, Аликс спросила:

– Почему бы тебе время от времени не отпускать волосы подлиннее? Вот увидишь, тебе пойдёт.

Ошеломлённая тем, что госпожа вообще с ней заговорила, да ещё на такую тему, Рена только и смогла выдавить:

– Вы так думаете?

– Ну да, – усмехнулась Аликс. – Сейчас у тебя вид послушной пай-девочки. Однако ты вряд ли такая на самом деле. Иначе бы мы с тобой не были сейчас здесь. Как тебя зовут?

Рена хотела было ответить, но вдруг передумала. В конце концов, её всё ещё разыскивают солдаты.

– Кара, – ответила она.

– Говори правду, пожалуйста.

– Рена, – опустив глаза, сказала она. Неприятно, когда тебя ловят на лжи. – Я из Алаака.

– Сбежала? От родителей или от мастера?

Рена обхватила руками колени:

– Родителей я не видела уже три зимы. Так у нас принято… Детей отдают в ученье мастерам. Я жила у своего дяди.

– А родителей ты хорошо помнишь?

– Да, конечно. Но я не особенно жалела, что пришлось от них уехать.

Внезапно перед её внутренним взором снова возникло угрюмое лицо матери и отсутствующая улыбка отца, предназначенная не для неё.

– У тебя было призвание, связанное с деревьями, верно?

– Да, я училась на мастера по дереву. Откуда вам это известно?

Аликс взглянула вверх, на ветви коливаров:

– Ты правда слышишь стихи, которые читают деревья?

– Правда, – кивнула Рена, едва сдерживая улыбку. – Они постоянно разговаривают. В основном обо всяких глупостях, но иногда бывает интересно послушать.

– Может быть, однажды я попрошу тебя перевести мне кое-какие их беседы. Не говорят ли они, случайно, что за люди бродят по лесу и что делают?

– Говорят, но только когда это касается их самих. Поэтому мы рубим только мёртвые деревья. Если срубить живое, то слухи об этом сразу же распространяются, и тогда лесным жителям становится не до смеха. Один за другим следуют несчастные случаи, потому что деревья мстят, бросая тяжёлые ветки на прохожих, и…

Рена оборвала фразу на середине. Что она творит?! Стоило услышать доброе слово от госпожи, как принялась лепетать, словно ума лишилась! Если её собратья по Гильдии Земли узнают, что она передала столько сведений другой гильдии…

Ювелирша, казалось, не заметила, что Рена прервала рассказ на полуслове:

– Жаль, было бы неплохо знать, что происходит в лесу… а сейчас мне особенно интересно, что замышляют хитрецы, прячущиеся в кустах слева.

Рена вздрогнула и посмотрела налево. Почему она не прислушалась к разговору деревьев?!

Аликс укоризненно покачала головой и неторопливо расчесала длинную прядь:

– Успокойся. Пусть сами решают, показаться нам или нет. Наверное, хотят сначала выяснить, из какой мы гильдии и чем занимаемся, что в порядке вещей. Но осторожность не помешает. Что-то мне подсказывает – эти бродяги вряд ли из Гильдии Огня. Может, из Гильдии Земли? Посмотрим.

– Зачем же прятаться? Ничего нормального в этом нет, – встревоженно отозвалась Рена.

– Ну, может, это и не нормально, но вполне понятно. Я бы поступила так же. Ага, ну вот, первый идёт к нам.

Широко шагая, к ним подошёл высокий молодой человек. Огонь, почти потухший, вдруг вспыхнул на удивление ярко. Рена догадалась, что Аликс произнесла ещё одно заклинание. Теперь она рассмотрела, что гость принадлежит к Гильдии Воздуха и вооружён арбалетом. На его плече сидела маленькая белая птичка, и отблески костра отражались в её чёрных глазках-бусинках.

Аликс вздохнула:

– Чёртов ветряк. Жаль.

На расстоянии нескольких вытянутых рук мужчина, как принято, остановился и приветственно взмахнул рукой. Теперь решение было за Аликс: если она ответит, то гостю и его спутникам будет позволено присесть у огня, а если нет – придётся убраться прочь. Рена не знала, какой из двух вариантов предпочтительнее. Она, так же как и Аликс, не очень любила «ветряков», членов Гильдии Воздуха. К тому же проснулись угрызения совести, мучившие её с тех пор, как она увидела разрушенную деревню. Более того, поскольку их с госпожой было всего двое, точнее полтора путника – себя она за целого бойца не считала, – их было легко ограбить. С другой стороны, торговцам всегда есть что рассказать, ведь они проделали долгий путь, а Рена всегда была любопытной.

Аликс осталась невозмутимой.

– Мир гильдиям, – проговорила она, приглашая мужчину сесть по другую сторону огня.

– И процветания всему Дарешу, – ответил тот, глядя открыто и дружелюбно, но в то же время немного вызывающе.

Рена с любопытством смотрела на незнакомца. Высокий и стройный, с непокорными светло-русыми волосами и узким угловатым лицом, он был в светлой рубашке и тёмно-коричневом жилете, возможно из кожи; Рена обратила внимание на пояс, пряжка которого была выточена в форме двух серебряных птичьих крыльев. Белая птица на его плече надулась, словно пуховая подушка размером с кулак.

При таких встречах не принято сразу называть своё имя. «И очень жаль», – подумала Рена. Торговец подошёл, сложил поклажу и уселся скрестив ноги. Только теперь, вблизи, Рена увидела, как он молод, не старше девятнадцати зим, а глаза у него – цвета летнего неба. Она никогда раньше не видела таких глаз. Рена заворожённо смотрела на незнакомца: смотрела слишком долго, и юноша обернулся к ней – их взгляды встретились. Почему её сердце вдруг забилось так быстро?

Рена торопливо отвернулась. Смутившись, встала, чтобы приготовить кайорал, традиционный напиток Дареша, пряно-горячий травяной отвар, однако краем глаза продолжала следить за торговцем. Гость пристально рассматривал Аликс и Рену:

– Гильдия Огня и Земли, верно? Вы путешествуете вместе – как так вышло?

– Долгая история, – буркнула Аликс.

– Не такая уж и долгая, – рискнула вмешаться Рена. – Я поступила к ней в услужение в Канде. То есть вчера.

Обычно на слуг не обращали внимания, но этот юноша улыбнулся Рене в ответ. И её охватило странное, непривычное ощущение – он её действительно, по-настоящему увидел. И ей понравилось.

– Пусть у тебя всё сложится удачно, – сказал он, глядя на неё странными голубыми глазами.

Рену будто затопило горячей волной – от затылка до кончиков пальцев ног.

Светловолосый гость повернулся к Аликс:

– Вы из Канды, не так ли, мастерица? Что там сейчас происходит?

– Развлечения – белья и азартные игры дни и ночи напролёт, – сказала Аликс. – С тех пор как туда заявились солдаты, город не смыкает глаз по ночам.

Незнакомец улыбнулся:

– Представляю. Вы путешествуете по торговым делам?

– Да, я ювелир, но в Канде продажи оставляли желать лучшего. К чему солдатам драгоценности? Может быть, в Екатерине будет лучше. А вы…

– Я изучаю спрос, постоянно ищу новые, интересные товары, – объяснил молодой торговец, взглянув на Рену, которая с любопытством прислушивалась к разговору. – Провёл в пути не один месяц – и вот возвращаюсь в Нераду, к Травяному морю.

Он много путешествовал и, возможно, хорошо изучил Дареш. Как же стыдно, что она сама никогда не выбиралась из родной деревни!

– Вместе с попутчиками, которые, кстати, торгуют изделиями из кожи, мы идём в Екатерин, – продолжил незнакомец, повернувшись и подав знак рукой.

В кустах послышался шорох, и оттуда вышли двое пожилых мужчин, тяжело нагруженных товаром. Эти двое выглядели оборванными и мрачными. К тому же они были хорошо вооружены: у обоих были мечи, а один нёс на спине арбалет. «Знай Аликс, кто там остался в кустах, точно не стала бы здороваться с парнем», – подумала Рена.

Двое новоприбывших тоже уселись у костра, и Рена начала подавать кайорал.

– Как тебя зовут? – спросил блондин так тихо, что услышала его только Рена.

– Рена ке Алаак, – прошептала она, не поднимая глаз.

Почему он спросил об этом её, а не Аликс, которая намного представительнее её и явно здесь распоряжается?

Молодой торговец кивнул.

– А меня… – начал было он, но Аликс его перебила.

– Мальчики, можете взглянуть кое на что? – спросила она, доставая из кармана небольшой амулет из тёмного металла с красным камнем в центре. – Один солдат в Канде купил у меня пряжку для ремня, но вместо денег расплатился вот этим. А я понятия не имею, что это такое. Вы, случайно, не знаете?

Рена и торговцы с любопытством оглядели вещицу, но лишь покачали головами.

– Похоже на амулет, – сказал один из новоприбывших. – Но он не принадлежит ни к одной гильдии, насколько я могу судить. Мне встречался этот узор, вот только не могу вспомнить где.

– Здесь, в этой провинции?

– Говорю же, не помню.

– Ну, это не так важно. Итак, что нового?

Поняв, что никто отвечать не собирается, светловолосый торговец сказал:

– Сейчас не лучшее время для изучения спроса. Договариваться с другими гильдиями никогда не было легко, но я ещё не сталкивался с такой враждебностью, как в этот раз. Нашёл всего несколько новых специй, и пришлось повернуть назад. – Он тяжело вздохнул и принялся рисовать пальцем на земле схематичную карту. – В Алааке враждуют гильдии, здесь, здесь и здесь, как я слышал. В Тассосе тоже беспорядки, а вот в Нераде и Ванаме, по слухам, ещё достаточно благополучно.

Столько стычек между гильдиями? Вот ужас!

– Так больше продолжаться не может, – сказала Аликс, и Рена удивилась, как горько прозвучал её голос. – Должен быть какой-то способ предотвратить войну всех со всеми.

Рена машинально кивнула. Прежде она не задумывалась о правительнице в Скальном замке и её делах, но всё изменилось с того дня, когда она вдруг прикоснулась к источнику, и тем более после того, как увидела разрушенную деревню. Во сне ночь за ночью Рена в кошмарах всё ещё бродила по тем развалинам. Образы кричащих и плачущих людей навсегда отпечатались в её памяти.

– А ещё поговаривают о восстании хорьков, – сообщил блондин. – Судя по всему, это произошло возле Скального замка.

– А подробности известны? – поинтересовалась Аликс. – Сколько хорьков восстало? Чем ответила регентша?

Блондин тяжело вздохнул:

– Некоторых она схватила и приказала казнить.

– Ну и так их, этих зверей, – сплюнув, бросил один из мужчин.

– Вот увидите, скоро они снова будут как шёлковые, – согласился другой.

Когда Аликс заговорила, её голос звучал ровно, как и прежде, но глаза сверкали холодом. Рена догадалась о причине: люди огня были в союзе с полухорьками, так же как люди земли состояли в союзе с полуоленями.

– Как к этому относятся Высшие мастера Гильдии Воздуха?

– Мы за мир, – произнёс тот, кто, конечно же, никогда не видел вблизи ни одного из Верховных мастеров. – Без мира нет торговли. Нет торговли – нет прибыли. Мы на стороне победителя, кем бы он ни был.

Аликс и светловолосый торговец примирительно улыбнулись друг другу.

– Я не уверен, что наш народ будет долго держаться в стороне, – сказал блондин. – На самом деле есть только один шанс предотвратить большую войну. Если все гильдии объединятся, то…

– Давай о чём-нибудь другом, хватит политики, Роуэн, – перебил один из его спутников, не сводивший глаз с Аликс на протяжении всего разговора.

Значит, Роуэн – так зовут светловолосого юношу. Роуэн. Рена тихо произнесла это имя про себя, наслаждаясь звучанием. Но следующее замечание его попутчика вернуло её на землю.

– В конце концов, с красивой женщиной, даже если она всего лишь поджигательница, можно о многом поговорить.

– Ещё бы, – согласился его приятель.

Сидящий рядом с Роуэном придвинулся ближе к ювелирше и вкрадчиво усмехнулся:

– Как насчёт того, чтобы провести вместе ночь, дорогуша?

– Заткнись, Текинай, – отрывисто приказал Роуэн, и птица на его плече беспокойно перепрыгнула с ноги на ногу. – Где вас воспитывали, ребята: в крысиной норе или ещё где?

Его попутчики и бровью не повели. Глаза Роуэна и Рены встретились во второй раз, и Рена почувствовала, что юноша беспокоится о ней. «Лучше уйди отсюда, – говорил его взгляд. – Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось».

– Честно говоря, я проводила ночи в более приятной компании, – заявила Аликс пожилым мужчинам.

– Смотрите, а она наглеет!

Сердце Рены забилось быстрее. Она знала, что в следующие несколько вдохов ситуация может накалиться. На всякий случай она пощупала ногой землю. Рыхлая и мягкая – можно зарыться. Рена посмотрела на Аликс. Та казалась спокойной и смиренной в простом льняном платье и с распущенными волосами, но Рена чувствовала, что торговцы горько пожалеют, если зайдут слишком далеко.

– Полагаю, вам пора, – тихо сказала Аликс.

– Да. Бывают же идиоты на свете. Извините. – Светловолосый юноша, которого остальные называли Роуэн, с разочарованным вздохом встал и, бросив сердитый взгляд на своих попутчиков, взвалил на плечи поклажу.

– Но почему мы должны уходить, когда веселье только начинается? – недовольно сказал мужчина, сидящий, удобно прислонившись к коливару, напротив Аликс.

В воздухе что-то просвистело и с глухим стуком воткнулось в ствол совсем рядом с шеей наглеца. Это был уже знакомый Рене кинжал, острый и смертоносный.

На мгновение повисла тишина, все замерли. Рена бы с удовольствием похлопала в ладоши и крикнула «Браво!». Однако торговцы явно были с ней не согласны.

– Мне кажется, вы собирались попрощаться, – мягко напомнила Аликс.

– А вот и нет, чёртова огненная ведьма! – прорычал один из торговцев и вскочил на ноги. В его руке сверкнул меч. Стремительно, будто хищники, он и его дружок бросились к Рене и Аликс.

Никто у костра не успел перевести дух, как мечи, зазвенев, ударились друг о друга. Рена спряталась за стволом дерева и наблюдала за схваткой из укрытия. Для Аликс всё складывалось хорошо. Одним из первых ударов она разбила арбалет торговца, а с мечом этот горе-вояка управлялся не слишком ловко. Его приспешник атаковал Аликс сбоку, но та парировала удары обоих мужчин без видимых усилий и с изяществом танцовщицы. Роуэн следил за боем, сжав губы. Он взвел арбалет, но целился в землю – возможно, не хотел рисковать, случайно попав в Аликс. Рена была рада, что с ним Аликс не сражается – не хотелось, чтобы юноша пострадал! Белая птица на плече Роуэна встревоженно захлопала крыльями.

Только когда двое мужчин принялись кружить вокруг Аликс и сужать круг, атакуя с разных сторон, Рена заметила, что ювелирша иногда лишь в последний момент отражает удар. Торговцы наступали всё увереннее, изматывая противницу. Рена сглотнула. Страшно даже вообразить, что произойдёт, если Аликс проиграет!

Однако грозная воительница из Гильдии Огня, похоже, пока сражалась лишь вполсилы. Теперь ей явно надоели глупые шутки, и меч в её руках засверкал быстрее. Она обрушила на торговцев полновесные удары, и победный блеск в глазах членов Гильдии Воздуха сменился беспокойством, а потом и неприкрытым страхом.

Через несколько вдохов один из них с подвыванием опустился на траву, схватившись за кровоточащую руку, другой, пятясь, отступал всё дальше, уклоняясь от ударов меча Аликс. Его лицо покрылось каплями пота, а глаза налились кровью – он с трудом отразил её очередной удар. Наконец, выбившись из сил, торговец бросил оружие и побежал в лес, где уже исчез его раненый собрат по гильдии. Тяжело дыша, но в хорошем настроении, Аликс опустила меч и посмотрела им вслед.

– Во имя северного ветра, прошу прощения, – произнёс Роуэн. Он снова повесил арбалет за спину, пригладил взъерошенные волосы и тяжело вздохнул. – На самом деле я не с ними. Мы путешествуем вместе, только чтобы защищаться от полулюдей.

Такая мысль приходила Рене в голову. Выйдя из-за дерева, девушка молча кивнула. Аликс не ответила юноше, только презрительно посмотрела на него. Лицо Роуэна ожесточилось. Не опуская глаз, он открыто и прямо ответил на взгляд молодой женщины, затем отвернулся и последовал за собратьями по гильдии.

Роуэн. Возможно, она больше никогда его не увидит. Рена будто что-то потеряла. Что-то важное.

И всё же, когда троица скрылась в лесу, Рена вздохнула с облегчением и поспешно направилась к Аликс:

– Здорово! Вот уж получили по полной!

Уголки губ Аликс изогнулись в весёлой улыбке:

– Ничего особенного: эти бедолаги не отличили бы меч от ковша.

Только когда мастерица склонилась над огнём и принялась ворошить угли, Рена вспомнила о рептилии, которая так и пеклась, обмазанная глиной.

– Ну вот, почти готово, – сообщила Аликс, раскалывая камнем запекшуюся оболочку.

Рена была вынуждена признать, что пахнет очень аппетитно. Однако выкинуть из головы нападение торговцев оказалось не так-то просто.

– Вы могли бы убить их обоих, если бы пожелали, не так ли, госпожа? – спросила Рена, которую Аликс одновременно зачаровывала и отталкивала. Гильдия Земли ненавидела насилие.

– Конечно, – кивнула Аликс. – Отбросы воздушной гильдии, о них никто бы и не пожалел.

– Но блондин милый, – возразила Рена.

Роуэн. Перед глазами снова встало его лицо: резкие, немного угловатые черты, яркие глаза необычного цвета. Простила бы его Аликс, вмешайся он в драку? Рена понимала, почему он предпочёл остаться в стороне. Арбалетные стрелы, насколько она слышала, били с огромной силой, и юноша очень боялся серьёзно ранить собратьев по гильдии.

– Им нельзя доверять, даже если они кажутся милыми, – сказала Аликс. – Только отвернёшься – всадят стрелу в спину. Проклятые ветряки!

– Где вы научились так хорошо драться? В Гильдии Огня все такие искусные бойцы?

– Нет, конечно, не все, но это долгая история и, как оказалось, не особенно смешная, – Аликс нахмурилась. – Вот, попробуй. Только безумец скажет, что это невкусно. – И Аликс протянула служанке горячий кусок мяса.

Рена закрыла глаза и мужественно вонзила в него зубы.

И её не стошнило.

На следующую ночь они разбили лагерь под большой даламой с раскидистыми ветвями.

– Когда закончишь с ужином, нам надо будет кое-что обсудить, – сказала Аликс. – Завтра мы придём в Екатерин, и тебе нужно запомнить, что там делать.

Рена торопливо собрала всё для супа. Наконец-то! Скоро она узнает что-то интересное! Аликс, по обыкновению, тренировалась с мечом: она и дня не пропускала, отрабатывая удары. Зрелище было впечатляющее, и Рена, засмотревшись, пару раз забывала помешивать, и суп чуть не выкипел.

Когда они поели и Рена убрала посуду, Аликс снова взяла меч и принялась его полировать. Рена с интересом рассматривала блестящее лезвие с выгравированным узором пламени и искусно выкованную рукоять с красным драгоценным камнем. Даже ей, далёкой от сражений и оружия, было ясно: это очень дорогой клинок.

– Можно мне его подержать? – спросила Рена. Она впервые видела меч Гильдии Огня вблизи и не могла оторвать от него глаз.

– Нет.

– Но я могла бы научиться его чистить, и вообще, я думала…

– Нет, – повторила Аликс. – Убери остальные мои вещи, но меч никогда не трогай. Понятно?

– Да, – коротко ответила Рена.

– Завтра мы войдём в Екатерин порознь, – начала Аликс, – и если ты случайно увидишь меня в городе, сделай вид, что мой благородный лик тебе незнаком, понятно?

– Конечно, – озадаченно кивнула Рена.

– Ты остановишься в таверне, а я – у друзей. Но я буду за тобой наблюдать. Общаться будем, оставляя послания в трещине в стене на южной стороне второго колодца. Ты должна целыми днями болтаться по гостинице, разговаривать с постояльцами и время от времени прогуливаться по ночному городу.

– И всё?

– Почти, – сказала Аликс, полируя крошечное пятнышко на лезвии. – Заговаривай со всеми, лучше всего – просись на работу. Дня через два, но не раньше, как бы мимоходом оброни: «У Гильдии Огня есть серьёзная проблема. Они будут очень удивлены, когда узнают, кто за этим стоит». Я тебе потом подкину ещё несколько таких фраз.

Рена без особой радости кивнула. Какие-то расплывчатые инструкции. Задать бы парочку вопросов, но, судя по выражению лица Аликс, их лучше оставить при себе.

Ночь выдалась холодной, и путницы легли спать у огня, закутавшись в одеяла. В темноте куски угля подмигивали будто живые. Рена лежала на боку, укрывшись с головой, и смотрела на костёр. Она дрожала, и не только от холода. Вспомнив вдруг о ноже, Рена обрадовалась, что не выбросила его. Возникло предчувствие, что в Екатерине оружие ей пригодится. Кончики пальцев даже стало покалывать от нетерпения и желания сейчас же взять нож в руку. Конечно, разумнее подождать, когда они с госпожой разойдутся в разные стороны, прежде чем пересечь городскую черту. Если Аликс узнает, что её служанка вооружена…

Некоторое время она лежала, не решаясь шевельнуться. «Глупо так рисковать, просто глупо», – подумала Рена и, повернув голову, стала незаметно наблюдать за Аликс. Ювелирша лежала неподвижно, будто обрубок хорошо высушенного дерева, и глаза её были закрыты. После двух десятков вдохов Рена решила, что хозяйка крепко спит. Медленно вытянула руку, нащупала походный мешок, скользнула внутрь и начала вытаскивать нож из потайного отделения. Когда пальцы сомкнулись вокруг резной ручки, Рена осторожно вытащила руку. «Молодец», – мысленно похвалила она себя. До её ушей не долетало ни единого подозрительного звука, рядом привычно шумел лес.

– Собралась зарезать меня во сне, да?

Рена застыла от ужаса, сжимая в руке раскрытый нож. Ледяной страх сковал её с головы до ног. Аликс сбросила одеяло, стремительно вскочила и направилась к ней:

– Показывай, что у тебя тут!

«Может, убежать в лес?» – успела подумать Рена. Но было поздно, Аликс уже стояла около неё. Рена поспешно поднялась, и нож грубо выхватили из её руки.

– Ржавчина и пепел, ах ты хитрая листоедка! – нахмурилась Аликс, вертя нож в руках и проверяя лезвие большим пальцем. – Ты действительно думала, что сможешь утаить от меня эту штуку? Я всё ждала, когда же ты решишься действовать!

Рена задрожала, её охватила слабость:

– Я не собиралась на вас нападать, клянусь…

– Да ну? – усмехнулась Аликс. Её глаза по-звериному хищно блестели в тусклом свете. Она подошла ещё ближе, и Рена попятилась, пока не ощутила спиной шершавую кору мёртвого коливара. Взгляд её был прикован к гладкому стальному лезвию. – Признавайся! Зачем вытащила ночью оружие? Решила воспользоваться им, пока я сплю?!

– Я просто хотела…

– Наверное, ты заодно с заговорщиками, – вдруг заявила ювелирша. – Шпионка листоедов!

И в это мгновение в груди Рены что-то сжалось. Аликс словно перешагнула невидимую границу. Гнев затопил Рену, унося страх, словно его и не было.

Собравшись с силами, Рена крикнула в ответ:

– Дайте мне договорить, проклятая куча гнилых листьев! Я вовсе не собиралась вас убивать, хотя сейчас мне этого и хочется! А как насчёт вас?! Посылаете меня без оружия в Екатерин с заданием, от которого воняет на полдня пути против ветра, а когда я беру с собой нож – вдруг обзываете шпионкой! Вы не имеете права требовать от меня такого!

Они уставились друг на друга и долго стояли так, тяжело дыша. Наконец горящие гневом глаза Рены потухли, и девушка опустила голову. Она скорее почувствовала, чем увидела, как Аликс подняла руку, в которой держала нож, чтобы сделать выпад. Рена отвернулась и прижалась щекой к гладкой коре: бежать было поздно.

Раздался глухой треск, и Рена, вздрогнув, осторожно повернула голову. Её нож по самую рукоять вошёл в ствол.

– Плохое качество, – небрежно бросила Аликс. – Лезвие тонкое. Обыкновенная игрушка. – Взмах руки – и металл хрустнул, а ручка отломилась. – Если по пути встретится кузница, я сделаю тебе другой, гораздо лучше.

Рена подняла глаза и увидела, что Аликс ухмыляется. Они снова сели у костра.

– Как вы узнали о ноже? – спросила Рена.

– Тебе никогда не приходило в голову, что члены других гильдий наделены талантами, схожими с твоим – только в других областях? Вы чувствуете дерево и живые растения, мы – руду и металл. Например, здесь, в земле под нами, проходит медная жила. Мы не раскрываем своих секретов, так что помалкивай об этом, малышка. – Аликс задумчиво сломала сухую ветку и бросила её в огонь. – Должна сказать, что я тебя недооценила. Ты не трусиха. А значит, будет лучше, если я всё честно тебе расскажу. Да, в Екатерине может быть опасно. Но отказаться нельзя. Хочешь узнать, зачем я всё это затеяла? Подумай хорошенько.

Рена колебалась недолго:

– Да, я хочу знать правду.

– У нас в Гильдии Огня завёлся предатель. А возможно, несколько предателей, некоторые из которых состоят в других гильдиях, поскольку у этой цепи должны быть промежуточные звенья, – сказала Аликс. – Шпион передаёт секретные сведения из Гильдии Огня в Скальный замок, и с их помощью регентша нас шантажирует, мерзкая ведьма! Только представь: угрожает раздать наши заклинания всем, кто попросит! То есть сейчас она может помешать моей гильдии восстать вместе с хорьками против её правления и обращения с полулюдьми. Я должна выследить предателя и убить его.

Рена почувствовала, что бледнеет, и на мгновение пожалела о своей просьбе услышать правду. Теперь она столько всего узнала, что Аликс её просто не отпустит, по крайней мере пока задание не будет выполнено.

– В Екатерине я готовлю ему ловушку. Человек, в доме у которого я собираюсь остановиться… Совет гильдии его подозревает. Возможно, он один из предателей. Может быть, и не он, а кто-то другой, но по многим признакам – главные заговорщики сидят в Екатерине. Я не могу слишком часто там появляться: меня разоблачат, и это будет стоить мне жизни.

– Значит, мне предстоит сыграть роль наживки, – жёстко сказала Рена. – Приманки, которую могут съесть прежде, чем капкан захлопнется.

– До этого не дойдёт. Я буду там – не на виду, но всегда готовая вмешаться.

Рена собрала всё своё мужество и проговорила:

– И тем не менее. Я не обязана подчиняться, хоть и служу вам.

Аликс развеселилась:

– Что ты предлагаешь?

– Сделку.

– Интересно.

– Я сыграю роль приманки и помогу поймать предателей. Обещаю. Но взамен хочу, чтобы меня научили тому, чему учат подмастерьев в Гильдии Огня.

– Ржавчина и пепел! – засмеялась Аликс, хлопнув себя по коленям. – Так вот зачем ты так рвалась ко мне в услужение! Ты хочешь сменить гильдию?

Рена кивнула.

Пристально взглянув на служанку, Аликс перестала улыбаться.

– Ты не шутишь, – сказала она. – А тот, кто действительно чего-то хочет, способен на всё. Или почти на всё. Хорошо. Я тебе помогу. Когда покончим с делами в Екатерине. Но что ты сможешь выучить, зависит только от тебя. Ты не такая, как другие лист… члены Гильдии Земли. Это я поняла. Ты не избегаешь споров и даже готова драться. Но далеко ли ты ушла от своей гильдии? Не мы выбираем гильдию, а гильдия выбирает нас. Если меч не поёт для тебя, то с этим ничего не поделать.

– Я знаю, – сказала Рена. – Главное – я могу попробовать.

Они пожали друг другу руки.

Екатерин называли «разноцветным городом», но на его окраине – в Чёрном районе – мало что можно было увидеть: там жили в нищете безгильдийцы. Аликс сморщила нос от зловония и ускорила шаг по извилистой главной улице, ведущей вглубь города. Они прошли район развлечений, Красный квартал и районы, где селилась Гильдия Воздуха и Гильдия Земли, пока не добрались наконец до Жёлтого квартала, где жили собратья Аликс по Гильдии Огня. Её народ. Приятно пахло дымом и пеплом.

Аликс с нетерпением спросила дорогу к дому Домарека. Там она ещё раз проверила, правильно ли указан адрес, но в этом уже не было необходимости. Усадьба Домарека была самой большой в округе. Перед Аликс возвышался элегантный каменный дом с многочисленными хозяйственными постройками. Даже чёрная пирамида, которую по традиции возводили без всяких украшений, здесь выглядела экстравагантно. Денег на это хозяйство было, очевидно, потрачено много. Мог ли Домарек заработать на всё это кузнечным ремеслом? Аликс скептически покачала головой.

Она постучала, и ей открыл одетый в чёрное коренастый мужчина с двойным подбородком. Волос у него осталось совсем мало, и он тщательно уложил их на голове в отчаянной попытке прикрыть лысину. Когда он, увидев Аликс, узнал сестру по Гильдии, на его лице засияла улыбка.

– Мир гильдиям, – улыбнулась Аликс в ответ. – Я ювелир, путешествую и ищу, где бы остановиться на несколько дней.

– Процветания всему Дарешу. Все в порядке, заходите, – пригласил мужчина.

Аликс вошла и с любопытством огляделась. Стены украшали искусно выкованные оружие и щиты – очевидно, некоторые из шедевров кузницы Домарека. Пахло древесным дымом, и Аликс с наслаждением вдохнула этот аромат. Комната была со вкусом обставлена массивной мебелью, частично сделанной из старого ночного дерева, которое почти дозрело до глубокого чёрного цвета.

– Хороший у тебя дом, тану, – заметила Аликс со скрытым презрением.

– Неужели? Ты ещё не видела другие комнаты. Не поверишь, как трудно было достать ночное дерево.

Мебель интересовала Аликс гораздо меньше, чем оружие, которое она рассматривала со знанием дела.

– Я получил за них звание мастера третьей степени, – с гордостью сообщил Домарек. – Отличные вещицы, верно?

Аликс вынуждена была признать, что сделано прекрасно – но почему он не позволил качеству мечей говорить за себя? Хозяин явно прикидывался тщеславным простаком. Но Аликс знала, что Домарека не следует недооценивать. Даже когда он улыбался, его взгляд оставался суровым. Мастер-оружейник третьей степени наверняка чертовски хорош в бою.

Аликс развернула походную скатку и показала хозяину дома драгоценности, которые привезла на продажу. Оружейник вежливо выразил восхищение, но, к облегчению Аликс, ничего не купил. Ей не хотелось постоянно пополнять реквизит.

Домарек был вдовцом, но в доме с ним жили двое сильных подмастерьев и застенчивая шестнадцатилетняя дочь, мысли у которой витали в облаках. Девушку Аликс всерьёз даже не восприняла. За ужином все расселись вокруг большого стола, и Домарек с Аликс вежливо выслушали друг друга. В том, что она рассказала Домареку, не было ни слова правды, и услышанный отчёт тоже, скорее всего, не отличался особой честностью.

– Мне повезло, что я смог построить здесь этот дом, – подмигнув, сообщил кузнец. – Несколько зим назад в меня влюбилась богатая вдова из Озерного края, гостившая у кого-то в Екатерине. Она хотела выйти за меня замуж, но я не стремился в её сети. Перед отъездом она отдала мне в качестве прощального подарка большую часть своего состояния.

Аликс постаралась изобразить подходящее случаю изумление. «Я тебя ещё выведу на чистую воду, предатель», – подумала она и приветливо улыбнулась кузнецу. Завтра она осторожно расспросит в округе, есть ли в этой нелепой истории хоть доля правды.

Почувствовав, что время пришло, она разложила приманку – исподволь подвела разговор к политике гильдии, а потом сказала:

– По дороге сюда я сначала остановилась в большой таверне и встретила там юную листоедку из западной части Белого леса – девица утверждала, что знает, кто стоит за некоторыми делами между Гильдией Огня и регентшей. Интересно, что она имела в виду? Возможно, стоит рассказать о ней Высшим мастерам. – Она внимательно наблюдала за кузнецом, но он остался совершенно спокоен.

– Как странно, – только и произнёс он. – Западный Белый лес… Скальный замок как раз там, верно?

– Да, так и есть, – подтвердила Аликс. На краткий миг ей показалось, что его глаза сверкнули. Но она тут же засомневалась, не привиделось ли ей, потому что Домарек снова смотрел на неё невозмутимо. – Она не сказала, что имеет в виду, – продолжала Аликс. – Скрытная малышка.

– Какая она из себя, эта листоедка?

– Не слишком высокая, зим, может, пятнадцати, с короткими светло-каштановыми волосами. Мне показалось, она путешествует одна. Это просто странно – такая крошка!

– Ну, может быть, я загляну завтра в таверну и расспрошу её, – сказал кузнец. – А теперь пойду-ка вздремну, день выдался долгий.

– Где я могу переночевать? – спросила Аликс.

– Тебе приготовили постель в хижине.

Один из подмастерьев вежливо попросил её следовать за ним и привел Аликс к зданию рядом с главным домом, из которого был выход на улицу, но нельзя было попасть в хозяйские покои. Аликс с подозрением огляделась. В отличие от дома, хижина была обставлена очень скудно: только стол и стул, кровать и умывальник, выкованные из железа. Без особой радости Аликс выглянула в окно – по крайней мере, видна часть улицы.

– Что ж, до завтра, – кивнула она подмастерью, закрывая за ним дверь. Подождав после его ухода ещё пять раз по десять вдохов, Аликс отправилась осмотреться. Осторожно, но не скрываясь, она обошла дом и кузницу и, вполне довольная увиденным, вернулась в хижину. Если она ничего не упустила, в доме Домарека есть только один выход на улицу. От её хижины до него – едва ли пять полётов искр. Стоит кому-нибудь выйти из дома – она сразу заметит. Аликс была уверена, что Домарек не упустит случая заставить предполагаемого свидетеля замолчать ещё до рассвета. А значит, ночью ей не придётся сомкнуть глаз.

Снаружи донеслось тяжёлое дыхание усталых дхатлов. Аликс выглянула в окно и увидела торговцев верхом на рептилиях. Пока она смотрела на них, двое отделились от общей группы, возможно в поисках жилья у члена Гильдии Воздуха, живущего на этой улице. Из-за шума, который подняли животные, Аликс едва не пропустила тихий стук двери. Дверь главного дома!

Сквозь грязные окна Аликс увидела фигуру в чёрном плаще, спешащую по улице в сторону таверны. «Тысяча к одному – это Домарек», – решила она, и хотя подозрения крепли в ней весь вечер, вспыхнувший гнев и стыд подавить не удалось. Ну почему предателем оказался именно оружейник?!

Домарек наверняка вооружился до зубов. Нельзя подпускать его к Рене. Этот ублюдок перережет девчонке горло прежде, чем та успеет шевельнуть пальцем.

Аликс хотела выскочить наружу, но дверь, лишь слегка приоткрывшись, ударилась об упругую преграду и застыла. В ярости ювелирша налегла плечом на деревянную створку и толкнула её изо всех сил. В результате дверь слегка приоткрылась, плечо заныло от боли, а снаружи раздался гул, напомнивший полк басовых барабанов. Оказалось, один из прибывших совсем недавно торговцев бросил дхатла у порога её хижины, как будто так и надо! Вероятно, у мастера из Гильдии Воздуха не хватило места в хлеву, и он оставил животное на дороге.

– Да уж, повезло! – прорычала Аликс, ударив дверь ногой так, что та едва не слетела с петель. – Неужели эта тупая тварь не могла вздремнуть в другом месте!

Сколько ни бушевала Аликс, дхатла, очевидно, настолько измучился, что вставать и искать новое место для ночлега из-за суматохи где-то под правым боком не собирался.

Аликс вспотела. Нужно выбраться наружу – и быстро. Домарек приближался к таверне.

Рена попросила комнату под полом и с нетерпением ждала, когда наконец снова сможет спать под землей. Однако хозяйка сообщила, что места остались только на крыше. Рена застонала – там селились члены Гильдии Воздуха. Но выбора не было. Аликс оставила предельно чёткие инструкции: остановиться именно в этой таверне, в гостевых комнатах, и никуда не переезжать.

– Хорошо, возьму что есть.

– С вас десять румов или товары на обмен равной стоимости, – сказала хозяйка, протягивая руку. Она сразу поняла, что Рена, судя по её возрасту, могла быть только ученицей.

Рена заплатила… и вдруг почувствовала, как её охватывает приятное волнение. Комнаты Гильдии Воздуха… А что, если Роуэн тоже выбрал эту таверну? Может быть, он здесь и она его увидит! Вряд ли, конечно, но вдруг ей хоть раз повезёт?

На крыше она заметила лишь несколько походных узелков и дорожных сумок – все незнакомые. Ни одной светловолосой головы не было видно. Разочарованно вздохнув, Рена положила вещи в отведённую ей нишу и спустилась в общую гостиную – последний шанс найти Роуэна, если он здесь.

В гостиной было тихо. Рена остановилась в дверном проёме и едва не отшатнулась, почувствовав, с какой неприязнью относятся друг к другу гости. Разделившись строго по гильдиям, мужчины и одна-две женщины сидели в углах зала и обменивались мрачными взглядами. В кело никто не играл, некоторые жевали белью. «Где-то кто-то на кого-то опять напал», – подумала Рена и поискала глазами место, где могла бы быстро укрыться в случае необходимости. У неё вдруг возникло ощущение, что такая необходимость может возникнуть в тот же вечер. Девушка внимательно изучала одну группу гильдии за другой, стараясь не привлекать к себе внимания. «Дух земли, почему бы им не поговорить с представителями не своей гильдии? – подумала Рена. – Наверняка они ничего не знают друг о друге, иначе не стали бы так гневно таращиться».

Внезапно ей пришло в голову, что их с Аликс путешествие и вообще союз представителей разных гильдий – нечто особенное и, возможно, даже важное. «Найти бы ещё двоих, по одному из каждой гильдии, и круг замкнётся: у каждой гильдии свои сильные стороны, мы хорошо дополним друг друга», – увлечённо подумала Рена. Такого точно никогда не было! Возможно, получится создать такую группу, которая будет обращаться к Высшим советам гильдий и сподвигнет их снова вести переговоры.

И тут через комнату пролетел глиняный кувшин. Рена не смотрела в ту сторону, но почувствовала, куда он попал – в середину группы Гильдии Воды. Водные люди громко закричали и ответили ругательствами и своим оружием – снарядами, наполненными едкой жидкостью. Один из мужчин плохо прицелился, и ядовитый заряд ударил в нагрудник кузнеца. Недолго думая, тот выхватил из ножен меч.

– Гнилые листья! – пробормотала Рена и заползла под стол. Она постепенно поняла, почему союз четырёх гильдий до сих пор не сложился. Похоже, нет смысла искать новых друзей, и войны между гильдиями уже не избежать.

Вокруг раздавался грохот и треск, воздух дрожал от проклятий и криков. За складками скатерти, укрывшей Рену, она увидела чьи-то бегущие ноги. Пирог, упавший на пол перед её убежищем, под ногами бойцов быстро превратился в серо-коричневое месиво. Стол, под которым она спряталась, затрясся под тяжестью рухнувшего на него тела. Рена ещё сильнее вжалась в свой угол.

Под стол, теряя скорость, вкатился шальной кислотный шар. Рена поджала ноги, и снаряд остановился прямо перед ней – уродливый, раздутый мяч, мерцающий зелёным. Стараясь не делать резких движений, Рена подтолкнула шар пальцем, направляя его обратно, пока он не взорвался. Она так сосредоточилась на процессе, что изумлённо застыла, внезапно увидев под столом вместо чужих ног лицо.

Лицо было круглое, с двойным подбородком. Остатки волос у мужчины прежде были зачёсаны так, чтобы прикрыть лысину, теперь растрепались и свисали вдоль щёк. Картина показалась ей настолько нелепой, что Рена с трудом подавила нервный смех.

– Быстрее, – произнёс мужчина. – Надо выбираться отсюда. Пошли! Снаружи гораздо безопаснее.

Рена ещё раз окинула взглядом всё более ожесточавшихся бойцов и решила, что действительно пора уходить, и поскорее. И она вылезла из-под стола.

Следующие попытки сдвинуть дхатлу не вызвали у Аликс ничего, кроме недовольного ворчания. Снаружи ей никто помогать не собирался. «Не вмешивайся, не нарывайся на неприятности, – сердито подумала Аликс. – Отличные соседи!»

И тут ей пришло в голову, что всё это может быть подстроено. Возможно, дхатла улеглась спать именно здесь неспроста, и призывов о помощи никто, казалось, не слышал.

Аликс задумалась, не пустить ли в ход меч. Но взглянув на массивную деревянную створку и роговые пластины на спине дхатлы, виднеющиеся сквозь щель в двери, она отбросила эту мысль. Единственное, чего она добьётся, пустив в ход клинок, – сломает его.

Но тут Аликс заметила, что внизу возле щели в двери из-под брони дхатлы выглядывала задняя лапа. Мягкая задняя лапа без брони! «Хвала духу огня!» – мысленно воскликнула Аликс и оглядела хижину в поисках подходящего оружия. Красивый чугунный подсвечник на другом конце комнаты явно был тяжёлым. Схватив его, Аликс просунула руку сквозь щель в двери, дотягиваясь до одного из чувствительных пальцев. А потом размахнулась и со всей силы бросила подсвечник. Если дхатла в испуге снесёт хижину – значит, Домареку просто не повезёт.

Оглушительный рёв сотряс стены, и вскоре дхатла, скребя когтями по дороге, скрылась из виду.

– Будешь знать, мерзавка, – пробормотала Аликс. – Кто не хочет слышать, тот должен чувствовать.

Она выскочила из хижины – конечно, фигуры в чёрном уже и след простыл – и помчалась на постоялый двор, где поселилась Рена. «Надо было дать ей нож», – встревоженно подумала Аликс.

За несколько улиц от таверны она услышала шум битвы и прибавила шагу. В недоумении Аликс подумала, не связаны ли беспорядки с Реной и Домареком. Донёсся звон мечей, и её сердце забилось быстрее. Эти звуки она искренне любила.

Перед трактиром собрались зеваки, пялящиеся в окна. Аликс тронула за руку одного из них, явно из Гильдии Огня:

– Что там такое?

Парень, мускулистый молодой рудоискатель в элегантной чёрной тунике, пожал плечами. У Аликс появилось смутное ощущение, что она видела его раньше, но не могла вспомнить где именно.

– Как обычно. Рыбоголовые и ветряки мешают жить.

– Рыбоголовые? Обычно они такие застенчивые.

– Правильно – они и не начинали, как и мы! – прорычал другой зритель со знаками отличия Гильдии Воздуха, которому, похоже, не очень-то нравилось слово «ветряк». – Это всё ваши, проклятые поджигатели!

Рудоискатель, вспыхнув, потянулся к мечу, благородному оружию с чёрными драгоценными камнями в рукояти, но Аликс его удержала:

– Брось. Здесь и так каша заварилась. Я, пожалуй, взгляну, что там внутри.

– На твоем месте я бы туда не ходил, – предостерёг её собрат по гильдии.

Аликс помахала ему рукой и уже собиралась взбежать по ступенькам к входной двери, но в этот момент человек из Гильдии Воздуха, раздражённый словом «ветряк», попытался выстрелить в неё из арбалета. Аликс машинально развернулась и схватила мужчину за шею. Она могла бы убить его одним рывком, но после нескольких вдохов отпустила – не хотела привлекать лишнее внимание. Торговец трусливо отшатнулся и пошёл прочь.

Аликс заметила, как молодой рудоискатель наклонился и поднял что-то из пыли.

– Ты обронила, – сказал он, пытливо глядя на неё. В его руке блеснул амулет с красным камнем, который носила Аликс.

Смутившись, она взяла украшение. Рудоискатель не сводил с неё глаз, будто чего-то ожидая.

– Солдат в Канде дал мне его в оплату за пряжку ремня, – машинально повторила Аликс свою выдумку. – Ты не знаешь, что это может быть?

– Нет, – отрывисто бросил рудоискатель, и они снова взглянули в сторону трактира.

Когда спустя мгновение Аликс обернулась, её собрат по гильдии уже исчез в толпе. Аликс поискала его глазами, но тут из трактира донёсся крик, и она вспомнила о Рене. Ржавчина и пепел, она теряет тут время, а девчонка там в опасности!

Аликс проскользнула в дверь. Мимо пронёсся мужчина из Гильдии Воды, спасающийся от вооруженной дубинкой женщины из Гильдии Земли, и только благодаря хорошей реакции Аликс не получила по голове деревяшкой. Мгновение – и ей пришлось пригнуться, уклоняясь от снаряда. Взглядом она искала среди борющихся светло-каштановые волосы Рены или гладкий череп Домарека. Но ни одного из них не было видно.

«Неудивительно, что она здесь не осталась, даже если Домарек её не поймал», – подумала Аликс, наблюдая за суматохой и борясь с искушением предложить помощь братьям по гильдии. Решив, что мужчины сами о себе позаботятся, она направилась осмотреть остальные помещения трактира.

На кухне обнаружилось несколько испуганных слуг, но большинство других комнат на первом и верхнем этажах были пусты. Ни Рены, ни Домарека.

Аликс замутило. Она всё испортила. А ведь обещала Рене, что с ней ничего страшного не случится!

Проходя мимо парадной лестницы, Аликс замедлила шаг. Что это? Голоса? Она попыталась определить, откуда доносятся заинтересовавшие её звуки, едва слышные за грохотом драки. У лестницы в подвал она опять прислушалась и, услышав мужской голос, поспешила вниз по ступенькам, пока не обнаружила в одной из подвальных комнат его источник. Ещё по пути она узнала говорившего – это был Домарек!

Забыв об осторожности и превратившись в хищницу, рвущуюся к добыче, Аликс выхватила меч и ударом ноги распахнула дверь. И так и застыла у входа в подвальное хранилище, пытаясь осознать совершенно неожиданную картину, представшую перед ней. Домарек стоял, прислонившись к полке, Рена же со смущённым видом сидела на корточках над коробкой с сушёными ногами рептилий. Поняв, что никто никого не обижает, Аликс позволила себе вздохнуть с облегчением. Однако меч убирать не торопилась.

– Привет, ребята. Что здесь происходит?

– Тани, что ты здесь делаешь? – озадаченно спросил Домарек, указывая на оружие в её руке.

– Сначала я хотела бы услышать ответ на этот вопрос от тебя, тану, если не возражаешь!

– Я всего лишь задал несколько вопросов маленькой листоедке, – озадаченно ответил кузнец. – Почему тебя это так взволновало?

– Каких ещё вопросов?

– В Алааке ходят странные слухи. Я хотел узнать, знает ли она что-нибудь об этом: история показалась мне интересной.

– Не сердись, но я тоже хочу задать ей несколько вопросов.

Домарек погладил свой двойной подбородок и, мрачно глядя на Аликс, ушёл, не сказав больше ни слова. Аликс и Рена остались в подвале одни. Сверху доносились приглушённые звуки битвы.

– Прости, что я так опоздала, – сказала Аликс.

Служанка с упреком посмотрела на неё:

– Если бы он хотел меня убить, то давно бы это сделал.

– Знаю. Он опасный человек. Однако убить тебя не пытался… О чём он спрашивал?

К своему удивлению, она увидела, что Рена покраснела. Это ещё почему? Аликс насторожилась. Здесь что-то происходило, но она не могла понять что.

– Выкладывай! – приказала она тоном более резким, чем собиралась. – Что он хотел узнать?

– Несколько недель назад в Скальном замке кое-что случилось… с хорьками…

– Я слышала об этом. А он не спрашивал, что ты знаешь о связи правительницы и Гильдии Огня?

– Нет, не спрашивал, – помотала головой Рена. – Он хотел узнать, правда ли я живу недалеко от Скального замка и что мне известно о странном случае с хорьками.

Аликс была разочарована. Не похоже, чтобы кузнец попался в её ловушку. Неужели Домарек пришёл в таверну только затем, чтобы поговорить с девушкой из западной части Белого леса? Но если он не предатель, то откуда у него деньги на такой дом? «Дух огня, – подумала Аликс, – неужели его история о вдове не выдумка? Надо было заранее собрать о нём сведения».

– И что теперь? – спросила Рена.

– Найдём другую гостиницу. Эту, похоже, скоро раскатают по брёвнышку. А дальше пусть всё идёт по плану.

Но всё пошло совсем не так.

Следующим вечером Рена направилась к колодцу, у которого они с Аликс договорились оставлять друг другу послания. Она вытянула ведро с водой и незаметно оглядела южную сторону колодца. В стене его действительно виднелся маленький свернутый лист коливара! Вытащив послание из трещины, Рена сунула его в карман, но прочесть не решилась на улице было много прохожих. Только в тихом переулке она развернула тонкий лист и принялась расшифровывать написанные на нём слова.

«Меня срочно вызывают в Тассос с отчётом Совету гильдии. Выезжаем сегодня вечером. Жди меня на восходе луны Диовен у большой вискарии, растущей у восточных городских ворот».

Третья луна ещё не взошла, а Рена, нервничая, уже ждала Аликс под раскидистыми ветвями вискарии. Почему вдруг ювелиршу вызвали в Тассос? Насколько она понимала, первоначальный план был совсем другим.

Вдалеке послышалось шарканье дхатлы. Звук был странно приглушённым. Когда перед Реной внезапно возникли четыре огромные будто столбы ноги и массивная морда потянулась в её сторону, она вздрогнула. Смертоносные когти дхатлы были обмотаны плотной тканью, поэтому шаги и звучали так глухо. Рена попыталась разглядеть всадника, но безуспешно.

– Я решила найти для нас удобное средство передвижения, – донёсся до неё голос Аликс. – Только посмотри на неё, малышку зовут Коллокс. Разве она не прелесть?

Рена вздохнула с облегчением.

– Ну да, наверное, – она скептически пожала плечами.

Дхатлы, как правило, были в полтора раза выше человека, а их тяжёлая клиновидная голова крепилась к телу очень короткой шеей. Короткие ноги поддерживали пухлое туловище, напоминающее бочку. Синеватая кожа рептилий была вся покрыта толстой бронёй, кроме небольших участков шеи, нижней части живота и задней части пальцев ног.

– Шучу. Я тоже не люблю этих холоднокровных, – весело сказала Аликс. – От них воняет, они не упускают случая пожевать волосы на головах у беспечных прохожих, а от испуга мгновенно закапываются в землю, и вытащить их потом оттуда не так-то просто. – Аликс указала на ноги животного. – Сними тряпки с её лап. Я замотала ей когти, чтобы не шуметь на дороге и потише выбраться из Екатерина.

Когти-копалки, широкие и изогнутые, по четыре на каждой передней лапе, были длиной с предплечье Рены. Снимая лоскуты плотной ткани, девушка почувствовала, как тяжёлая голова дхатлы повернулась в её сторону. Крошечные тёмные глаза, не моргая, уставились на неё – Коллокс втягивала её запах. Рена похлопала животное по пасти:

– Ну, как ты?

Один из пальцев на задней лапе дхатлы явно опух.

– Похоже, она больна, – заметила Рена. – Не самый удачный выбор.

– Это не болезнь, – сказала Аликс, и Рена в красноватом лунном свете увидела, как ювелирша коротко усмехнулась. – Подсвечником досталось. Ну давай забирайся на спину!

Рена повторно влезла на покрытую твёрдой бронёй рептилию, а Аликс, ловко управляясь с сифоном, направила через шланги к ноздрям дхатлы соответствующий ароматический сигнал. Коллокс пошла вперёд, и, хотя движения её казались вялыми, с каждым шагом они продвигались на несколько длин человеческой руки. Рена крепко обхватила ногами шершавую броню. Из рассказов дяди она помнила, что нужно только одно: если рептилия испугается – спрыгивай не раздумывая. Потому что, оказавшись в земле вместе с дхатлой, наверняка задохнёшься. В остальном дхатлы не опасны – если только случайно не затопчут прохожего.

Они выехали на большую дорогу, ведущую на юг, густо покрытую опавшими листьями и достаточно широкую, чтобы дхатлам было легко по ней передвигаться. Других путников в это время видно не было.

Аликс, похоже, была в плохом настроении и ворчала себе под нос:

– Никак не пойму, почему мне приказали отправиться в Тассос именно сейчас. Ещё несколько дней – и мы бы вычислили предателя. Что-то не так, кожей чувствую. И почему вдруг я должна вернуться как можно скорее?

– А разве в приказе этого не объяснили? – поинтересовалась Рена. – Сколько раз вас вызывали на Совет гильдии?

– Пару раз – когда я доказывала, что всему выучилась у своего мастера, потом позже, когда поступила на службу в Совет, ну и ещё раз или два – по важным делам. И всякий раз причина была очень веская. Сегодняшний вызов не предвещает ничего хорошего. Никому не приказывают явиться в Тассос ради обычного доклада о работе.

– Вы узнали вчера что-нибудь ещё о Домареке? – Рена с облегчением услышала смех Аликс. Если хозяйка смеётся, всё не так плохо.

– Да, кое-что разузнала. Этот гад мне не соврал. Вот уж не подумала бы, что он такой дамский угодник.

– Мне он не показался особенным.

– И мне тоже. Но поверь, в Гильдии Огня не все такие. Вот доберёмся до Тассоса, сама увидишь. Действительно хорошие ребята остались в центре земель гильдии. Хотя ты ещё мала, чтобы интересоваться мальчиками, да?

Рена почувствовала, что её щёки пышут жаром. К счастью, она сидела за спиной Аликс, и та её не видела. После встречи с Йоном у ручья его лицо больше не возникало у неё перед глазами, и мысли о нём не преследовали Рену, как раньше. Теперь она постоянно возвращалась в мечтах к путнику, с которым едва обменялась парой фраз – чем уж тут гордиться!

– Ну, они мне, может, и интересны, а я им – нет, – Рена удивилась, насколько легче говорить о таких вещах с человеком, которого едва знаешь.

– Ты наверняка влюблена, признавайся!

– Да ладно, ерунда, – отмахнулась Рена. И её мысли в который раз устремились к Роуэну: она снова увидела его внимательные голубые глаза, высокую стройную фигуру. Он казался таким независимым, таким уверенным в себе.

– А ты не стесняйся. Заговори с ним первая.

– Может быть, и стоит попытаться, но…

– Глупости. Ты уже во многом преуспела. А будешь ждать, пока он к тебе подойдёт, – ничего не дождёшься.

«Она права, я действительно уже во многом преуспела», – подумала Рена. Она вспомнила, как накануне едва не призналась хозяйке, что в произошедшем в Скальном замке виновата она. Имеет ли она право не сообщать об этом?

Рена смотрела, как восходит третья луна, мерцающий красноватый глаз заливал лес призрачным светом в сумерках, проникая сквозь белые листья и освещая путь, по которому шла дхатла.

«Вообще-то, мне тоже мало что известно об Аликс – так почему она должна всё знать обо мне?» – наконец решила Рена.

– Вы когда-нибудь были влюблены? – спросила она хозяйку.

Аликс кивнула, но через несколько вдохов снова нарушила молчание:

– Да, была, но лучше было бы не влюбляться.

И больше ничего не добавила.

Поднялся сильный ветер, и деревья заговорили в смятении, будто на рынке, полном торговцев. Ветер налетал спереди, бил путникам в лицо и закручивал листья вокруг массивных лап дхатлы. Рена, укрытая от ветра спиной Аликс, клевала носом. Время от времени она ненадолго проваливалась в сон, а потом, когда её голова слишком резко падала на грудь или она начинала соскальзывать с дхатлы, мгновенно просыпалась.

– Когда сделаем привал?

Неутомимая Аликс внимательно оглядела лес.

– Никаких привалов, пока не доберемся до Тассоса, – заявила она. – Эта история с дракой в таверне… у меня осталось от неё странное впечатление…

– То есть Домарек действительно был…

– Нет, дело не в этом. Всё из-за амулета. О нём я тебе ещё не рассказывала.

С Рены мгновенно слетела сонливость:

– Что за амулет?

– Знак предателей. Помнишь, я показала его торговцам, когда мы сидели у костра. Чёрт, мы были так близко к разгадке! Ещё день – и отыскалась бы новая подсказка. Приспичило же Совету гильдии отозвать меня именно сегодня!

Аликс снова погрузилась в раздумья, и Рена вскоре опять задремала. Веки тяжелели с каждым вдохом.

Проснулась она от удара о землю. Озадаченно посмотрев на сухие листья, в которые едва не уткнулась носом, Рена медленно поднялась. Ужасно болели локти и ребра, особенно там, где она наткнулась на твёрдые круглые плоды резари, которые в это время года валялись повсюду. Синяков завтра появится много, но, кажется, ничего не сломано.

– Эй, ты там жива? – послышался голос Аликс. – И часто ты прыгаешь с дхатлы, малышка?

Всадница остановила рептилию, и лапы-столбы возникли рядом с Реной.

– Не так чтобы очень, – простонала Рена.

Она с трудом забралась на дхатлу, однако Аликс не шевельнулась, чтобы пустить рептилию хотя бы шагом. Хозяйка наполовину повернулась к Рене, и девушка оторопела, увидев выражение её лица.

– Ржавчина и пепел! – охнула Аликс. – Камни! Чёрные камни! Рудоискатель возле трактира… у него был меч с чёрными камнями… Я видела его тогда на поляне, мельком, когда напали на нас с Леннартом.

И вдруг тишину разорвали крики. С обеих сторон к дороге неслись тёмные фигуры – явно враги. Рена закричала, не понимая, люди ли на них напали. В тусклом свете она увидела, как Аликс соскользнула с дхатлы, выхватила меч и отбивалась от ударов противников. На этот раз она двигалась вовсе не так игриво и элегантно, как сражалась с торговцами у огня.

Теперь Аликс билась за свою жизнь.

Коллокс раздумывать не стала. Она рывком кувыркнулась вперёд, но Рена уже скатилась с её спины, снова ударившись о землю и выбив из лёгких весь воздух. Совсем близко заскрежетали громадные когти, а когда Рена через несколько вдохов огляделась, только по куче свежевскопанной земли можно было догадаться, что под лесной тропинкой скрывается массивное тело дхатлы.

Рена как можно быстрее поползла по рыхлой земле, выбирая место, чтобы последовать за рептилией. Сердце бешено колотилось. Пока никто из напавших не обратил на неё внимания, но это лишь вопрос времени. А оружия-то у неё нет! Если её заметят – ей конец, но под землёй она будет в безопасности!

Когда её дрожащие руки уже коснулись рыхлой лесной почвы, Рена вдруг замешкалась и огляделась. В красноватых сумерках она увидела клубок тел и блеск лезвий мечей. Аликс стояла в центре и отбивалась от нападавших. На краткий миг Рене захотелось броситься вперёд и помочь ей. Хоть как-нибудь! Как ни странно, но мысль о том, что с этой отчаянной женщиной может что-то случиться, привела Рену в ужас.

Однако без оружия шансов помочь не было. Пригнувшись, она принялась разгребать землю.

Крик прорвался сквозь тяжёлые шаги сражающихся мужчин и звон металла о металл. Кричала Аликс! Рена вздрогнула и принялась судорожно шарить вокруг, пытаясь найти походные сумки, которые сорвались со спины дхатлы. У Аликс было с собой ещё несколько кинжалов, которые можно пустить в ход, да и железный треножник для подвешивания над огнём котелка стал бы неплохим оружием. Но сумок нигде не было. Рена нащупала усеявшие землю плоды резари. Круглый и твёрдый как камень плод удобно лёг в ладонь. К Рене вернулась надежда, и она торопливо собрала как можно больше паданцев.

Набив карманы до отказа, Рена нерешительно двинулась к тому месту, где шёл бой. В полутьме она с трудом различала, где Аликс, а где враги. Хозяйка сражалась одна против троих мужчин. Рена тщательно прицелилась в голову ближайшего из них и метнула плод изо всех сил. Промазала!

После следующего броска она была вознаграждена раздраженным ворчанием. Аликс же, когда противник на мгновение отвлёкся, нанесла ему удар, от которого тот пошатнулся. Воодушевлённая успехом, Рена обстреливала врагов плодами резари. Один из них попал Аликс по ноге, и Рена прикусила губу от досады. Другой ударил одного из мужчин по затылку, и он раздражённо вскрикнул.

– Ай! Олек, займись ими! – сердито крикнул он одному из своих приспешников.

В тот же миг Аликс сделала резкий выпад, и нападавший лишь чудом избежал смертельного удара.

Мужчина с узким лицом и ямочкой на подбородке, которого Аликс, похоже, недавно ранила, с мрачной решимостью похромал к Рене. А одет он был в белую камуфляжную тунику, подпоясанную ремнём с металлическими шипами. Знака гильдии, к которой принадлежал лесной разбойник, Рена не обнаружила.

Одного взгляда в его пылающие яростью глаза было достаточно, чтобы страх охватил Рену с новой силой. Она швырнула в приближающегося громилу последний зажатый в кулаке плод резари, развернулась и побежала. Однако услышав раздавшийся за спиной громкий треск, остановилась и, оглянувшись, не сдержала радостной улыбки. Человек с узким лицом лежал, растянувшись на траве, и не шевелился. Должно быть, последним снарядом она угодила ему прямо в лоб. Окинув поверженного врага встревоженным взглядом, она даже испугалась, не убила ли его ненароком, но, заметив, что он дышит, успокоилась.

В карманах ещё оставались плоды резари. Вернувшись к месту схватки, Рена снова вступила в бой, не давая нападавшим передохнуть.

Светало, однако мечи звенели без остановки. Аликс постепенно перехватывала инициативу. Она очень устала и была, похоже, ранена, но и двое её соперников держались из последних сил. Аликс теснила их с дороги в лес, и долго так продолжаться не могло – её победа была лишь вопросом времени. Враги, кажется, догадались, чем всё может закончиться, раздалась короткая команда – и двое ещё способных стоять на ногах мужчин развернулись и побежали обратно в лес. Тот, кого Рена на время вывела из строя, медленно поднялся и, пошатываясь, двинулся следом. Аликс, тяжело дыша, остановилась и опустила меч. Рена увидела, что хозяйка с трудом стоит на ногах, и заметила кровь на её светлом льняном платье. Испугавшись, она побежала к ней:

– Вы ранены?

– Похоже на то, – прошипела Аликс сквозь стиснутые зубы. – Дралась одна против троих, так что справилась неплохо.

Рена положила руку Аликс себе на плечо, чтобы поддержать её.

– Проклятие, рудоискатель… меч с чёрными камнями… – стонала ювелирша. – Он был с теми, кто напал на нас с Леннартом. Он меня узнал там, у таверны. Наша ловушка была крайне неудачной, и мы сами в неё угодили. Эти ребята, которые на нас напали, и есть предатели… даже не попытались нас ограбить.

Рена не слушала лепет госпожи. Она больше не могла удерживать Аликс на ногах и помогла ей лечь на траву. Как поступить? Раненая истекает кровью, а она даже не знает, чем помочь! Может быть, в поклаже найдутся бинты? Но тут Рена вспомнила, что все походные сумки исчезли глубоко под землёй вместе с дхатлой, и поэтому прежде всего нужно как можно скорее выманить Коллокс на поверхность.

Только сейчас она заметила, что ноги её так ослабели, будто обратились в кашицу из листьев. Однако она смогла сосредоточиться на первоочередной задаче, и постепенно её сердце забилось ровнее. Из-под земли торчал конец поводьев, и, дёрнув за них и бормоча ласковые прозвища, Рене удалось убедить рептилию, что опасность миновала. Поклажа оказалась на месте. Однако ремни сифона поистрепались.

– Ах ты глупая скотина, о чём ты только думала?! – рявкнула Рена на дхатлу, роясь в багаже. Коллокс виновато склонила массивную голову. Из пасти высунулся длинный раздвоенный на конце язык и обвился вокруг запястья Рены. Вздохнув, Рена высвободила руку и достала из походной сумки мешочек с лекарственными травами. Она высыпала содержимое на ладонь и попыталась вспомнить, что для чего нужно. Потом отыскала и бинт и раскатала его на длинную полосу.

– Ты разглядела, из какой они гильдии? – слабо спросила Аликс.

Рена покачала головой:

– Эмблемы на них не было. Но и изгоями я бы их не назвала.

– Они метили прямо в горло, как люди-кошки или полухорьки. – Аликс села. Небольшой отдых, казалось, пошел ей на пользу, и она начала разрезать одежду на себе вокруг ран. От сильных ударов напавших кольчуга у неё под платьем в некоторых местах порвалась, левая рука была в крови, а на боку, поверх рёбер был глубокий кровавый порез.

– Слушай, чем ты в них всё время бросала?

– Плодами резари. Их можно есть, если готовить половину оборота солнца. Однажды я потушила несколько штук всего лишь четверть оборота, а когда попробовала – сломала зуб.

Аликс усмехнулась и сразу поморщилась, потому что Рена капнула ей на раны зелёную жидкость.

– Вот так плоды. Черепа раскалывают.

Рена усмехнулась, колени перестали дрожать. Она принялась перевязывать Аликс руку пониже плеча. Аликс объяснила, как наложить жгут, чтобы остановить сильное кровотечение.

– Надо уезжать отсюда как можно скорее, – обеспокоенно сказала Рена. – Вы сможете ехать верхом, госпожа?

– Смогу, – ответила Аликс. – И знаешь… давай на «ты».

Рена поняла, что так Аликс выразила ей свою благодарность. Они улыбнулись друг другу, и на мгновение между ними будто возникло облако тепла.

Аликс удалось удержаться на дхатле, но управлять рептилией сил у неё уже не хватало. Она старалась не показывать, как ей больно, но у неё плохо получалось.

Понукая дхатлу, Рена прислушивалась к гомону деревьев. Если повезёт, то кто-нибудь из напавших сломает по пути пару веток. Тогда о нём будет шуметь половина леса, и, возможно, Рена узнает хоть что-нибудь: где эти разбойники и куда направляются.

Они ехали половину оборота солнца, и Рена заметила, что Аликс совсем притихла и ещё сильнее побледнела. «Еле держится, но просить о привале не хочет из гордости», – подумала Рена. Когда на пути показалась поляна, Рена объявила:

– Здесь мы ненадолго остановимся. – Она ожидала возражений – обычно такие вопросы всегда решала Аликс, – но та согласилась и явно была благодарна за передышку. Они заменили пропитавшиеся кровью бинты на свежие, и Аликс растянулась на траве, чтобы набраться сил для следующего перехода. Рена никак не могла расслабиться. Она видела, что Аликс, даже едва держась на дхатле, постоянно оглядывалась, и догадывалась, о чём думает ювелирша.

Неужели их действительно преследуют?

– Ты кого-нибудь заметила? – спросила Рена. – Как думаешь, они не отвяжутся?

Аликс помотала головой:

– Никого не видела. Но если они и правда меня узнали, то не отстанут. Отдам горсть алмазов чистой воды за возможность вернуть Леннарта на десять вдохов и расспросить! Тот рудоискатель, понятно, тоже в деле. Вопрос в другом – кто с ним?

Они смотрели друг на друга, прекрасно понимая, что, если на них нападут ещё раз, из-за ранения Аликс не сможет драться.

– Давай спрячемся в ближайшей деревне.

– У кого? У моей гильдии? Да нас тут же выдадут! – выдавила Аликс. – А если жители не согласятся, их попросту перебьют – из-за нас.

Рена задумалась:

– Может, получится укрыться у моих?

– Уверяю тебя, наше появление никого не обрадует. Я принадлежу к Гильдии Огня, помнишь? Нет, будем и дальше держаться вдвоём.

– Как ты думаешь, скоро…

– …Я встану на ноги? Это зависит от того, попадет ли в рану инфекция. Если нет, то, возможно, через неделю. Если попадёт, то я умру. Не смотри на меня с таким ужасом. Такая уж у меня рискованная профессия. – На мгновение в глазах Аликс появилось странное выражение, и Рене показалось, будто она заглянула в пустоту.

«Похоже, она не боится смерти», – подумала Рена. От взгляда Аликс ей стало не по себе.

Спустя день, когда они ехали по лесной тропе в сторону Тассоса, Рена услышала странные голоса – много голосов, доносящихся из леса. Говорившие приближались. Она уже различала отдельные слова.

Встревожившись, Рена велела Коллокс остановиться и прислушалась.

– Стая полухорьков, – слабо проговорила Аликс. – Давай уйдём отсюда. Официально Гильдия Огня с ними в союзе, но ребята они опасные.

Однако Рена колебалась, держа ладонь на наскоро сделанном новом сифоне. Аликс слышала лишь звериное шипение, зато Рена понимала: хорьки хвастались, вспоминая, как вчера отделали нескольких крепких парней. Скорее всего, говорили они о разбойниках, напавших на Рену и Аликс, ведь больше никого в этих местах не было.

Вечером она снова помогла Аликс сменить повязку. Плохо закрывшиеся раны покраснели и опухли. Казалось, что они совсем не заживают.

– Обычно я быстро встаю на ноги, – простонала Аликс. От её сухой кожи веяло жаром. – Наверное, оружие было отравлено.

Рена растерянно нахмурилась:

– Что же делать? Чем я могу помочь?

Но Аликс лишь закрыла глаза и не ответила.

– Поедем дальше или устроим привал?

– Вперёд, только вперёд, – пробормотала Аликс.

Не было смысла мучить Аликс вопросами. Внезапно принимать решения пришлось Рене, и это её пугало. Как поступить? Ехать вперёд, как хочет Аликс? Возможно, это и к лучшему. «Если остаться на поляне, нас настигнут сообщники тех, кто напал ночью. Хотя почему „нас“? – пронеслось у неё в голове. – Ведь преследуют не меня, а только Аликс. Она втянула меня в это и, скорее всего, всё равно умрёт. Одной ещё можно уйти, ведь я не ранена. Меня разбойники не знают. Одной легче. Скроюсь у своих в гильдии, и всё будет как раньше».

Заманчивая мысль. Рена с тоской вспомнила Земляной дом дяди, и на мгновение её захлестнула обида на ювелиршу, а потом она вспомнила, что Аликс не виновата в том, что она сейчас здесь, и вообще-то всё началось с её неуместного любопытства в Скальном замке.

Когда она вспомнила о замке и полухорьках, в голове возникла безумная идея. Возможно, выход был и для них обеих, но настолько рискованный, что она вряд ли осмелилась бы размышлять об этом дальше. Для начала нужно выиграть время, а чтобы осуществить новый план, пришлось бы ехать не вперёд, а, наоборот, вернуться назад.

Рена поспешно привязала Коллокс и оставила походные сумки рядом с рептилией, как если бы они разбили здесь лагерь. Не обращая внимания на слабые протесты Аликс, Рена потянула её за собой:

– Скорее, нужно зайти подальше в лес.

Когда они отошли на длину нескольких деревьев, Рена отыскала многолетник с широкими листьями и выкопала под ним две спальные канавки, которые тщательно прикрыла листьями, оставив только отверстия для дыхания. Она работала быстро, и это не заняло много времени. Аликс, не сопротивляясь, легла в ложбину и укрылась.

Рена же, стоя возле своей канавки, молча смотрела из-за кустов туда, где оставила дхатлу, в ожидании неосторожного движения чужаков, по которому можно было бы понять, что преследователи уже рядом. Она понимала, что должна спрятаться, прежде чем её походный лагерь обнаружат, но пыталась привыкнуть к недавно мелькнувшей в голове мысли. А ещё Рене было страшно – очень хотелось свернуться калачиком под кустом и скрыться в обманчивой безопасности земляного укрытия. Просто закрыть глаза и забыть обо всём.

«Иди», – сказала она себе. Если так и стоять – им обеим конец.

Рена молча встала и ещё раз взглянула на Аликс. Та тяжело дышала, лихорадка не отступала. Но даже в таком состоянии ювелирша заметила, что Рена хочет уйти.

– Собираешься улизнуть, да? – пробормотала она. – Вот всегда так… все бегут, бросив ослабевших…

– Тише! – зашипела Рена, с новой силой почувствовав угрызения совести. Неужели Аликс подслушала её мысли?! – Лежи тихо, ладно? Я скоро вернусь. Не шуми.

– Скоро вернёшься?! Не смеши меня. Скажи правду, признайся, что хочешь выбраться отсюда… За мной охотятся, и для тебя здесь становится слишком опасно. Я понимаю. Давай беги!

Рена повернулась и побежала. Если она не вернётся, погибнет, пытаясь помочь, то Аликс никогда об этом не узнает.

Ветер почти совсем стих, и в лесу стояла странная и гнетущая тишина. Пробираясь между стволами, Рена старалась ступать осторожно. Ей не нужно было ничего видеть, она находила путь, ощущая ауру деревьев. И всё же отыскать стаю полухорьков в огромном пустом лесу – разве это не безнадёжная затея? И даже если она их найдёт – помогут ли они ей? Скорее всего, просто высмеют, а потом вообще разорвут на куски – ведь они сейчас очень злы на людей.

Чем дольше Рена бежала, тем больше её план казался ей совершенно безумным и нелепым. Догадайся Аликс, почему Рена убежала на самом деле, наверняка бы расхохоталась ей вслед. И всё же она бежала не останавливаясь, хоть и удивлялась себе.

Вот и знакомая рощица, где четверть оборота солнца назад она слышала хвастливые голоса полухорьков. Задыхаясь, она остановилась и прислушалась, а потом закрыла глаза и впитала все ощущения, которые смогла почувствовать с помощью новообретённых способностей.

Полухорьки двигались справа налево. И она принялась пристально вглядываться в землю, выискивая отпечатки лап. Это оказалось проще, чем она думала, и, слишком сосредоточившись на следах, Рена не заметила, как оказалась чуть ли не посреди стаи полухорьков. В последний момент, почувствовав едкий запах, исходящий от остролицых лесных обитателей, она остановилась и замерла, напряжённая, как натянутая тетива лука.

Полухорьки приближались, но не показывались на глаза – прятались эти создания всегда искусно. Подлесок здесь был густой, повсюду росли корубы с широкими листьями, скрываться под которыми очень удобно.

Они были рядом. Рена огляделась и убедилась, что за ней наблюдают. «Любопытные ребята ждут, что я сделаю, – подумала Рена, чувствуя, как часто и громко бьется её сердце, а по рукам побежали мурашки. – Как только я попытаюсь убежать – на моём горле сомкнутся клыки».

Да, разговаривать с хорьками наверняка будет нелегко. Хотя с тех пор как она прикоснулась к источнику, Рена понимала язык полулюдей, говорить на нём она не могла – свистеть, шипеть и щёлкать у неё не получится, даже если захотеть. Оставалось надеяться, что хорьки, как и большинство полулюдей, хоть немного владеют дарешским.

Рена хотела было достать нож, но вспомнила, что Аликс сломала его и обещания выковать новый ещё не сдержала. Впрочем, даже с оружием она вряд ли долго продержится против острых клыков.

– Я вас искала, – сказала Рена. – Гильдии Огня нужна ваша помощь. Помни завет!

Тишина. Рене показалось, что она услышала тихий издевательский смех, но, возможно, ничего и не было. Она подождала пять вдохов, и снова заговорила:

– Мы тоже против Каменной женщины! Мы на вашей стороне. Пожалуйста, помогите нам!

В трёх шагах от неё из подлеска совершенно бесшумно появилось змееподобное тело светло-коричневого оттенка. Фигура приближалась будто тень, пока не остановилась рядом с Реной. Едкий запах стал сильнее. Полухорёк, нахохлившись, задрал морду, его короткие пушистые уши плотно прижались к голове. В лунном свете его глаза встретились с глазами Рены.

– Чего ты х-хочеш-шь? – прошипел он на дарешском и добавил на своём языке: – Если человеческая волчица попытается сбежать, поймайте её и верните мне. Если она лжёт, постыдно лжёт, мы искусаем её до смерти.

– Поймаем, – хором подтвердили хорьки, скрытые широкими листьями.

– Что ты знаешь о Каменной ж-ж-женщине? – вновь зашипел предводитель хорьков, ни на мгновение не сводя глаз с Рены. – Что знает девчонка-волчица? Люди – гадкая, лживая и мерзкая стая.

Рена отчаянно пыталась вспомнить, что именно говорили хорьки в Белом лесу и как они себя называли. К счастью, память её не подвела.

– Я знаю, что она ужасно обращается с каристанцами, – сказала Рена. – Это позорно и отвратительно.

Она поняла, что попала в цель. Усы хорька в недоумении задёргались. И он спросил на своём языке:

– Кто ты, кто?

– Я беглянка, – ответила Рена на дарешском. – Каменная женщина послала за мной погоню. Я путешествую с сестрой из Гильдии Огня, чтобы найти предателей.

В кустах началась суматоха, Рена увидела любопытные мордочки, которые выглядывали тут и там, отталкивая друг друга. Большие листья колыхались, несколько даже упало на землю. Кто-то тоненько вскрикнул от боли – это два полухорька в волнении наступили друг другу на лапы. До Рены донёсся их возбуждённый шёпот:

– Она понимает наш язык!

– Их преследует Каменная женщина!

– Откуда деревенщина может знать наш язык?

Вождь старался не подавать виду и бесстрастно произнёс на своём языке:

– Но ты из земного народа. С тобой мы союз не заключали, ты не знаешь тайных слов, а я не знаю тебя.

– Я родом из Западного Белого леса. Да, я женщина-волчица из Гильдии Земли, но я могу и хочу вступить в Гильдию Огня.

Кажется, это уж слишком. Волна тел коричневого и золотистого оттенков хлынула из кустов прямо к Рене. Отшатнувшись в испуге, она споткнулась о корень и упала навзничь. Едва дыша, она смотрела на десяток заострённых лиц со сверкающими глазами, пристально оглядывающими её.

– Добро пожаловать, сестра! – прорычал один из них, и двадцать лап протянулись, чтобы помочь ей подняться.

Вожак опустился на опавшие листья и спокойно наблюдал за окружившими Рену хорьками.

– Прости, – вздохнул он, хмуро добавив что-то непонятное. – Они ещё щенки, подростки, силы много, а мозгов мало, мало.

Рена чуть было не рассмеялась, но вовремя вспомнила, что хорьки часто ошибочно принимают смех за рычание.

– Ничего страшного. Вы очень добры.

– Завет огня силён, и против Каменной женщины мы должны стоять вместе. Что ты сказала раньше, сестра?

– Я родом из Западного Белого леса…

– Нет, другое. Помощь нужна, помощь?

– Да, женщина из Гильдии Огня больна, и к тому же за нами следят. Нам нужна защита, пока она не поправится.

– Вам нужно место, где безопасно, такое место. Это можно устроить. Крланхо, ты первый, Крлорре, ты замыкаешь. Сначала мы должны отыскать сестру по гильдии, мы должны её отыскать.

– Да, Каристан, да, – кивнул один из молодых хорьков с весёлыми глазами и чуть более тёмным окрасом, чем у остальных. Он с любопытством посмотрел на девушку и потрусил вперёд, видимо возвращаясь по следу Рены, поскольку не стал спрашивать у неё дорогу.

Когда они добрались до лагеря, первая луна только что взошла. Преследователей видно не было, но Рена сразу же заметила, что походные сумки разграблены и порезаны. Однако канавки для сна они не нашли. Рена сдвинула листья с укрытия и, опустившись на колени рядом с Аликс, пощупала ей пульс. Жива! Почувствовав прикосновение, ювелирша приоткрыла глаза:

– Зачем ты вернулась… Я же велела тебе уйти. Здесь слишком опасно… – Не договорив, Аликс увидела окруживших её хорьков и, изумлённо распахнув глаза, с трудом попыталась сесть. – Ржавчина и пепел!

– Всё хорошо, – уверила её Рена. – Это друзья.

– Это женщина с металлической кожей! – вдруг робко прострекотал один из молодых хорьков. – Мама о ней рассказывала.

Рена прислушалась. Металлическая кожа – это, наверное, кольчуга, которую носила Аликс.

– Что она тебе сказала?

– Тише, Крливан, – приказал Каристан. – Глупости ты говоришь, глупости.

Рена с трудом подавила любопытство. Вопросы щенку она сможет задать позже.

– Нам ничего не угрожает, – сказала Рена, обращаясь к Аликс. – Они спрячут нас, пока ты не поправишься.

– Не может быть и речи. Мы едем в Тассос, – простонала Аликс. – Совет гильдии…

– Что-то мне подсказывает, что Совет гильдии будет в восторге, если ты умрёшь на полпути. И как мне добраться до Тассоса без твоей помощи? Я думаю, это не такая спокойная провинция, как Алаак?

– Верно. Но где… мы оставим Коллокс?

Рена задумалась. Аликс права. Если они возьмут с собой дхатлу, то даже слепой ребенок с помутившимся рассудком без труда их отыщет.

– Дхатла не пропадёт, погуляет пока без нас. Здесь достаточно съедобных растений, – сказала Рена и без лишнего шума начала распрягать Коллокс. – Когда соберёмся ехать дальше, просто поймаем её и оседлаем снова. А пока давай уберёмся отсюда!

К её удивлению, Аликс покорилась. Опёршись на Рену и одного из хорьков, она, спотыкаясь, последовала за каристанцем, который вёл их всё глубже в лес.

Хорьки привели их в своему жилищу – ряду норок, заросших круглыми листьями корубы. Земля вокруг была усеяна отпечатками лап. Когда Рена огляделась, почти все её спутники уже исчезли, бесшумно спустившись в подземную тьму. Походные сумки остались лежать на земле.

– Это ваше постоянное жилище или временное? – спросила Рена у молодого хорька, единственного, который остался с ней. Он смотрел на неё выпучив глаза, и Рена не смогла истолковать выражение его лица.

– Нет, каждый живёт здесь только один раз, а потом больше никогда, – произнёс он на своём языке и проворно скользнул в одну из нор.

Рена присела и вопросительно посмотрела ему вслед. На мгновение она услышала шорох лап по земле, а потом всё стихло. Ей что, ползти за ним?

Решив остаться на поверхности, она вернулась к Аликс и устроилась поудобнее под кустами на подстилке из листьев.

– Кажется, нам предлагают места внизу, – тихо сообщила Рена.

– Нет, спасибо, я останусь здесь, – скривилась Аликс. Она давно не ела, и её мускулистое тело было истощено и пылало от жара. – Хоронить… меня ещё… рановато.

Рена налила ей воды из кожаного мешка и стала строить плоский шалаш из валежника, чтобы защитить Аликс от ветра. Когда она закончила, ни один из хорьков так и не появился, и было не похоже, что они вернутся в ближайшее время. Ничто не нарушало тишины.

«Что за глупости – я из Гильдии Земли и могу пройти везде, где ходят под землёй хорьки», – подумала Рена и, просунув голову в узкую нору, быстро и ловко поползла по проходу, цепляясь за стены пальцами, чтобы двигаться вперёд. Глаза привыкали к скудному освещению, и после нескольких вдохов она стала видеть так же хорошо, как при дневном свете.

Хотя подземный туннель был в хорошем состоянии, пахло в нём неприятно, как будто этим путём давно не пользовались. Чем глубже она забиралась, тем сильнее становился резкий хищный запах каристанцев. Рена даже пожалела, что обе руки у неё заняты и нос никак не зажать. Всё чаще ей приходилось останавливаться, чтобы почесаться, и, поморщившись, она сорвала с себя присосавшихся паразитов.

Туннель всё не кончался. От главного коридора ответвлялись бесчисленные боковые проходы, некоторые такие узкие, что Рена не пролезла бы в них, как ни старайся.

В конце концов она почувствовала, что приближается к более просторной пещере, и осторожно подобралась ко входу. Пещера оказалась настолько высокой, что в ней можно было выпрямиться в полный рост, и большой – в ней поместились одиннадцать полухорьков, рассевшихся в круг. Одиннадцать пар глаз в недоумении уставились на Рену. Разве они не ожидали, что она придёт к ним?

– Простите, – сказала Рена, вжимаясь в угол.

– Тише, тише, сестрёнка, – прошептал щенок, сидящий ближе всех. – Сегодня три раза ритур, враги так дерутся.

– Что?

– Крлорре, – произнёс пожилой каристанец, сидящий в центре круга, и Рена почувствовала, как хорёк рядом с ней вздрогнул от радости или от страха. – Ритур!

Щенок мощным прыжком бросился на вожака. Несколько мгновений в центре пещеры разворачивалась ожесточённая битва. Рыча и огрызаясь, оба хорька пытались впиться друг другу зубами в горло. Всё кончилось очень быстро: учебный бой длился едва ли пять вдохов.

– Разведчик на сегодня, – сказал каристанец.

Сцена повторилась ещё четыре раза. Рена с любопытством наблюдала за боем, но всё происходило так стремительно, что она едва могла разобрать детали. Каристанцы, даже неопытные щенки, двигались намного быстрее людей, и Рена поняла, почему их боятся даже искусные фехтовальщики.

Одного из вызванных в круг Каристан поймал за шкирку и некоторое время так и держал, а потом отбросил. Припав к полу, бедолага пополз обратно на место в круге.

Наконец трое успешно прошедших испытание собрались вокруг Каристана, выслушали его указания, данные с тихим шипением, и поспешили покинуть логово. Остальные чуть погодя последовали за ними. Рена подождала, пока все окажутся в туннеле, и поползла последней. Постепенно она начала догадываться, что это своего рода школа для молодых хорьков, которые вдали от большой стаи учатся и ищут своё место в жизни.

Снаружи совсем стемнело. Рена проголодалась, её желудок сжался, став размером с кулак. К счастью, у неё ещё осталось достаточно растёртых в кашицу листьев, которыми можно наесться и накормить Аликс.

Когда рядом с ней из темноты бесшумно возник полухорёк, она испуганно отпрянула. Различать каристанцев было непросто, но ей показалось, что это тот самый детёныш, который вёл всех за собой на обратном пути в лагерь, Крланхо.

– Если ты голодна, голодна, возьми вот это, – сказал он. – Мы вчера ходили на охоту. Я откопал для тебя из тайника самый лучший кусок, самый лучший. – В зубах он сжимал кусок плоти с налипшими клочьями меха и катышками глины. Рена не хотела и думать, что это было за животное и насколько оно разложилось, ей и так стоило больших усилий сдержать рвоту.

– Нет, спасибо, я… – И вдруг она увидела, как глаза хорька разочарованно потухли. – То есть, конечно, это очень мило с твоей стороны, – торопливо поправилась она, осторожно забирая мясо. Когда же она попыталась в знак благодарности погладить дарителя по голове, хорёк инстинктивно отпрянул и оскалил зубы. Но потом посмотрел на неё растерянно и покорно:

– Извини, я не хотел. – И Крланхо вернулся к товарищам, бродившим возле входов в норы.

Подарок есть подарок. Рена достала кинжал Аликс и принялась очищать мясо от клочьев меха. Аликс показала ей, как построить из камней небольшую печь, в которой можно жарить добычу, не выдавая себя преследователям отблесками огня.

Аликс по-прежнему отказывалась от еды. Её кожа приобрела светло-серый оттенок, а роскошные локоны цвета меди потускнели и свалялись. Рена в отчаянии попыталась хотя бы напоить хозяйку отваром, но безуспешно.

Вскоре Рена заметила, что щенки поглядывают в её сторону, с любопытством вдыхая аромат шипящего на огне мяса. Когда жаркое было готово, Рена отрезала кусок, положила его на лист и отнесла Крланхо.

– Не желаешь ли попробовать? – спросила она по-каристански и улыбнулась, потому что язык хорьков в её устах звучал очень забавно.

Крланхо быстро схватил жареный кусок мяса и, сразу же проглотив его, коротко взвизгнул – наверное, обжёг язык. Рена испугалась. А вдруг хорёк решит, что она специально решила сделать ему больно? Сейчас как вцепится ей в горло!

Но полузверь лишь на мгновение притих, словно подыскивая нужные слова.

– На вкус как огонь, – наконец вежливо промяукал он. – Думаю, это достойно Гильдии Огня, достойно. Как тебя зовут, женщина-волчица?

– Рена ке Алаак.

– Крена, у тебя крепкая пасть, если ты можешь есть этот огонь, этот огонь.

– Я обычно жду, пока еда остынет.

В тёмных глазах Крланхо заплясали искорки:

– Завтра я буду охотиться для тебя, охотиться. Ты любишь мясо человека-гадюки? Хорошее и сочное, сочное.

Ей понадобилось добрых три раза по десять вдохов, чтобы убедить хорька попытаться в ближайшее время не включать в меню полулюдей.

Из-за новых впечатлений в лагере хорьков Рена забыла о сне, но теперь так устала, что глаза сами закрывались. Наконец она сдалась.

– Мне нужно немного полежать. Ты проследишь, чтобы не пришли враги, и присмотришь за огненной женщиной? – спросила она, и Крланхо произнёс в ответ:

– Ложись спать, спи. Мы покараулим.

Она в последний раз осмотрела Аликс и показала одному из щенков, как охладить ей лоб и дать воды. Раненая лежала с закрытыми глазами и тяжело дышала, но, заметив Рену, пошевелилась и заговорила:

– Рена…

– Что?

– Ты должна выполнить мою просьбу… Если я… умру, отнеси мой меч на Совет гильдии огня. В Тассос.

– Но я…

– Это очень важно, и я прошу тебя выполнить мою просьбу, – повторила Аликс, вцепившись в рукав туники Рены. – Пожалуйста. Просто отдай им меч, и они… поймут, что с ним делать.

Ошарашенная просьбой, Рена пообещала всё исполнить. Она заползла в нору, нашла пустую спальную яму почище и свернулась в ней калачиком. Как это замечательно – выспаться в безопасности! Однако мысли об Аликс, её мече и Совете гильдии ещё долго не давали ей заснуть.

Когда она проснулась и выползла наружу, было ещё темно. Рена поспешила к невысокой хижине, где оставила Аликс. Двое хорьков, охранявших вход, почтительно посторонились и пропустили её.

Аликс не отозвалась на оклик, а её пульс едва прощупывался. Рена с досадой вытерла со лба пот. Каристан молча скользнул к ней, его усы угрюмо подёргивались.

– Вещество на её руке – что это? Белая дрянь! – с отвращением воскликнул Каристан. – Замени вот это на это. Здесь гекрайт после ритура.

Гекрайт? Опять что-то совершенно непереводимое. Рена скептически посмотрела на коричневую, прогорклую кашу, которую протянул ей Каристан. Это средство могло и убить Аликс, и вылечить её. И только богу леса известно, не яд ли это для людей. Но Рена знала, что выбора нет. У Аликс мало времени, её искра жизни почти погасла. Рена пожала плечами, намазала раны Аликс коричневой кашей и накрыла их свежими листьями многолетника.

Устроившись рядом с шалашом Аликс, она задумалась: может, преследователи уже поняли, что они укрылись у хорьков, и теперь собираются что-то предпринять. Если врагам удастся собрать небольшую армию, то они смогут взять эти норы штурмом. Как их обмануть, заставить поверить, что Аликс мертва? Тогда у них не останется причин нападать снова.

Громкий крик прервал её размышления. Аликс уже не лежала неподвижно, а корчилась от боли. Рена с ужасом увидела, что её сотрясают конвульсии. Из-под коричневой кашицы на ранах виднелась красновато-жёлтая кожа.

Рена хотела сорвать повязки, стереть коричневую гущу, чтобы она не могла причинить ещё большего вреда, но сильные лапы удержали её и оттащили от Аликс. Неужели это ловушка?! Их предали?!

– Ваше лекарство её убивает! – прорычала Рена. – Отпустите меня!

Лапы упрямо держали её, она не могла сдвинуться с места ни на палец.

– Каристан! Крланхо! Зачем вы это сделали?!

Каристан ответил, глядя на Аликс:

– Это женщина с кожей из металла. Я знал. То, что с ней сделал огонь, изгонит только огонь, огонь. Это проклятие их гильдии.

Рена отвернулась и зажала уши. Она не хотела больше ничего видеть и слышать, это было слишком тяжело. Когда она перестала вырываться, щенки её отпустили.

Казалось, прошло бесконечное количество вдохов, когда Рена наконец заметила, что в маленькой хижине стало тихо. Она вытерла лицо рукавом и обернулась.

Аликс лежала с открытыми глазами. Рена сразу увидела, что они больше не смотрят безучастно прямо перед собой – в них появилась искра жизни. Лицо её оставалось очень бледным, но на глазах у Рены к щекам хозяйки стала приливать кровь. Руки Аликс шарили по одеялу – казалось, она что-то ищет. Наконец ювелирша с трудом приподнялась на локтях и огляделась.

– Странно, – сказала она, – мне почему-то кажется, что я бы поела. И где мой кинжал?

Только благодаря великолепной реакции Каристан успел отступить на шаг и уклониться от объятий и поцелуев Рены.

Аликс стала понемногу поправляться. Ей по-прежнему требовался отдых, но уже на второй день у неё хватило сил сесть и приступить к своему утомительному ритуалу расчёсывания волос. Только вернув медным прядям роскошный блеск, она успокоилась. Аликс с жадностью поглощала огромные порции сырого мяса, которое хорьки приносили с охоты. На третий день, когда Рена высунула голову из норы, она увидела знакомую стройную фигуру под коливаром, сосредоточенно и размеренно выполняющую упражнения с мечом.

Теперь, когда беспокойство за жизнь Аликс отступило, Рена снова почувствовала себя совсем юной. Она стала возиться со щенками и регулярно посещать собрания в подземной пещере. Когда Каристан однажды в шутку вызвал её на ритур, она бросилась на него, успела схватить обеими руками за морду и держала целый вдох, прежде чем он по-змеиному выскользнул. Щенки, ликуя, набросились на Рену, и она исчезла под горой коричневого и золотистого меха.

Когда Аликс заметила, что Рена понимает язык хорьков, она опешила:

– Я ничего не понимаю. Ржавчина и пепел, почему ты не рассказала мне об этом в самом начале?! С таким талантом ты можешь стать великолепным посредником! Хорьки разве что не едят у тебя с руки, я никогда не видела ничего подобного.

Рена только кивнула и промолчала, обрадовавшись, что Аликс не спросила, откуда у неё этот талант и какие ещё языки она знает.

На четвёртый день Каристан отвёл Рену и Аликс в сторону и сказал на своём языке:

– Есть хорошие новости, хорошие. Разведчики докладывают, что незваные сдались и вернулись в Екатерин. Трусливые они, трусливые!

Аликс нахмурилась, и Рена поспешила перевести ей сказанное.

– Отлично, – кивнула Аликс, опираясь на меч, с которым только что тренировалась. Она заставляла себя постоянно двигаться, чтобы вернуть прежнюю форму, и лицо у неё было красным и потным. – Сейчас я предпочитаю трусливых противников.

– Скоро они снова научатся тебя бояться, – сказал Каристан на дарешском, глядя на кольчугу – «металлическая кожа» его завораживала.

Аликс рассмеялась и вернулась к упражнениям.

Рена вспомнила, как при первой встрече Крливан упомянул, что его мать рассказывала ему об Аликс. Надо будет расспросить его, прежде чем они покинут гостеприимных каристанцев.

Той же ночью, когда Аликс уснула, Рена пробралась вглубь норы, к пещерам, где укрывались хорьки. Здесь было тепло, и в воздухе витал прогорклый запах меха. Она нашла Крливана, щенка с нежным личиком маленького мальчика, свернувшимся калачиком в одной из спальных нор. Рена осторожно позвала его:

– Крливан, проснись, пожалуйста, проснись. Что твоя мать рассказывала тебе о женщине с металлической кожей?

Крливан смущённо посмотрел на неё и втянул воздух, чтобы уловить её запах:

– Разве ты не знаешь историй о ней и преданий, хоть вы и путешествуете вместе?

– Знаю, конечно, – солгала Рена. – Но мне бы очень хотелось услышать, как их рассказывают среди каристанцев.

Крливан кивнул и начал рассказывать.

– Она родилась в стране горящих деревьев, – заговорил Крливан. – Её отец был когда-то знаменитым кузнецом, знаменитым, пока не лишился руки, которая держит меч, и люди о нём позабыли. Он прятал дочь и её сына и учил их всему, что знал, пока они не смогли сражаться, как сам бог огня.

– Как звали её отца? – спросила Рена и подумала: «Значит, у неё есть брат!»

– Тарос, – сказал Крливан. – Он был великий Тарос!

Рена вздохнула с облегчением. Она уже слышала это имя, оно было известно даже в других гильдиях.

– А что случилось потом? Он отправил их в мир?

– Я не знаю, – с досадой признался Крливан. – Это не то, что говорит легенда, да, легенда.

– Что ещё говорится в легенде?

– Она полюбила человека из Гильдии Воздуха, но её предали.

Неудивительно, что Аликс не любит об этом говорить!

– Так что случилось? – не отставала Рена.

– Они хотели встретиться в любви, но он открыл их тайное место – ради золота и славы в своей гильдии. Она спаслась лишь чудом.

– Она поклялась отомстить? – спросила Рена, зная Аликс.

– Да, вот так. В битве у Белена она в одиночку убила сотню из них, сотню! Но она никогда бы не убила каристанца, никогда бы не убила.

– А его тоже… мужчину, которого любила?

– Он уехал далеко, да, далеко, чтобы искупить вину, свою вину, но он никогда не забывал её, женщину с кожей из металла. – Щенок смотрел на Рену, распахнув глаза. – Теперь она непобедима, потому что с ней женщина, которая понимает каждое существо, каждую сущность.

Рена промолчала. Его слова эхом отдались у неё в животе, а перед глазами возникли странные картины: она увидела кровь, мечи и почувствовала, как по рукам побежали мурашки. Столько людей погибло… даже если число, о котором говорил Крливан, уменьшить вдвое – это слишком много, это не может быть правдой!

Рена поблагодарила хорька и заползла обратно в свою пещеру, но заснуть не смогла. Мысленно она вновь пережила последние дни, и некоторые моменты предстали перед ней в ином свете. Так вот почему Аликс тогда так ответила на вопрос, была ли она когда-нибудь влюблена. И вот почему она так презирает Гильдию Воздуха. Однако далеко не все в этой гильдии презренные негодяи…

На следующий день она едва могла смотреть Аликс в глаза. Рена отошла в сторону, чтобы приготовить кашу из листьев – она собрала их с дикой вискарии, чтобы пополнить запасы.

Аликс, закончив утреннюю тренировку, подошла к ней:

– Мне кажется, что теперь мы вне опасности, и я так хорошо отдохнула, что готова помериться силами с дхатлой. Можем отправиться в Тассос хоть завтра. А ты как?

– Я не против, – ответила Рена, склонив голову над миской. Каша была терпкой и волокнистой на вкус, потому что листья приходилось есть сырыми. – Каристанцы знают, где бродит Коллокс, нам просто нужно её поймать. – Она заметила, что Аликс пытливо смотрит на неё.

– Что случилось? – спросила ювелирша.

– Ничего.

– Терпеть не могу, когда ты мне врёшь.

– Я не вру!

– Хорошо. Поговорим об этом позже. Собирайся. Мы двинемся с восходом второй луны.

В последнюю ночь в гостях у каристанцев Рена проснулась от ощущения, что рядом кто-то есть. У входа в её спальное логово стоял Крланхо и грустно смотрел на Рену:

– Крена, ты покидаешь нас, покидаешь.

– Да, мы должны идти в Тассос, чтобы разоблачить предателя, который сговорился с Каменной женщиной.

– Вы его найдёте. Но вам понадобится помощь, помощь, помощь каристанцев – сейчас или потом.

– Я знаю, что каристанцы – мои друзья.

– Они не все тебя знают, только мы тебя знаем, – напомнил он. – Ты должна выучить заветные слова, чтобы тебя все приняли, приняли.

Сердце Рены забилось быстрее. Заклинания завета были одними из самых сокровенных секретов гильдий. Аликс не раскрыла бы ей заветные слова хорьков даже под страхом смерти.

– Каристан знает, кто ты, он знает. Есть только один способ выучить язык каристанцев – прикоснуться к источнику, к источнику. Это ты освободила братьев из Скального замка. Правда?

– Да, это правда, – кивнула Рена, впервые ощутив гордость за свой поступок.

Крланхо тихонько пискнул:

– Мы так и знали, так и знали. Ты с нами, ты – женщина, говорящая на тысяче языков! Вот почему Каристан велел передать тебе заветные слова. Повторяй за мной: «Серый, как вода, красный, как луна, жёлтый, как пламя, белый, как звезда».

Рена повторила заклинание. В первый раз она перепутала цвета, а во второй переставила слова местами. Зато в третий раз всё получилось без ошибок, и Крланхо удовлетворённо кивнул.

– Пусть страх никогда не скуёт тебя, никогда, – пожелал на прощание полухорёк.

– Да будет так, – отозвалась Рена. – И однажды мы встретимся снова.

– Я знаю, – сказал Крланхо и, ещё раз взглянув на неё, исчез в подземном туннеле.

– Мы потеряли столько времени, – посетовала Аликс. – Совет гильдии меня ждёт!

– Далеко ещё до границы? – спросила Рена.

– Нет. Разве ты не чувствуешь, как пахнет дымом? Не видишь огненных всполохов в ночном небе? Скоро мы будем в Тассосе.

Рена уже вдыхала его запах, пряный и немного горьковатый, но не знала, что это такое. Здесь, в приграничной зоне, белые коливары, вискарии и далама слились в совершенно другой лес. Рена очень любила деревья, но этот лес её пугал, и она невольно плотнее завернулась в плащ. На тёмной земле вплотную друг к другу росли чёрные, похожие на несчастных калек растения, ветви некоторых из них были усыпаны серыми листьями. Какие-то деревья пылали огнём – их ветви чернели на фоне пламени, как кости скелетов.

Аликс остановила дхатлу и, прищурившись, обвела лес долгим взглядом.

– Мы должны пройти здесь: Лес Феникса – это ворота в Тассос.

– Тебе не терпится поскорее оказаться дома?

– Дома? Ты о чём? Как-то раз я была готова поклясться, что ноги моей не будет на этой выжженной земле.

Рене очень захотелось спросить, когда это случилось – не после ли стычки в Белене? Но она не решилась и просто смотрела на жуткий лес. Она никогда не слышала, чтобы жившие в западной части Белого леса добирались до границы Алаака. Теперь она понимала почему.

Аликс взяла кожаный мешочек с водой и вылила содержимое на плащ:

– Делай как я: накрой голову и надейся на лучшее. Остальное не в нашей власти. – Она подала Коллокс сигнал «бежать быстро». Дхатла заколебалась, и Аликс наказала её, направив к ноздрям рептилии облако неприятного запаха, после чего повторила приказ. Коллокс с отвращением покачала тяжёлой головой и рванула вперёд так стремительно, что Рена чуть не опрокинулась на спину.

Дхатла бежала быстро – но недостаточно быстро. Рена с ужасом увидела, что дерево слева от них вспыхнуло, внезапно охваченное пламенем – само по себе! Над ними с громким шипением пронесся огненный смерч, примчавшийся откуда-то из леса. Рена только и смогла сжаться под плащом и вскрикнула, когда на неё обрушился обжигающий жар. Вой и треск пламени оглушали, всадники и дхатла будто оказались в аду. Но вдруг сквозь шум она совершенно отчетливо услышала смех – Аликс смеялась. Это был неистовый, безудержный смех, от которого по спине Рены пробежала дрожь.

Коллокс вонзила когти в землю и сильно ударила перед собой массивными передними лапами, чтобы исчезнуть под ней. Рена почувствовала это и напряглась, но Аликс каким-то образом удалось заставить дхатлу передумать.

И вдруг снова повеяло прохладой, Коллокс вынесла их из огня. Рена осторожно выглянула из-под плаща и посмотрела назад. Росшее рядом с тропинкой дерево внезапно вспыхнуло, из покрытых листьями ветвей вырвалось пламя.

– Вот почему мы называем эти деревья фениксами, – вздохнула Аликс. – Почва здесь такая скудная, что каждые несколько недель им приходится поджигать себя и превращать листья в золу – удобрение. Ты как там, жива?

– Вроде да. – Левая нога Рены болела, кожа на ней покраснела, но, кажется, не слишком сильно. Обгоревшая одежда выглядела неопрятной. – Я уж подумала, что дхатла утянет нас под землю.

Обе всадницы обрадовались, когда Лес Феникса наконец остался позади и стало ясно, что они приближаются к поселению Гильдии Огня. Рена увидела не одну или две пирамиды в деревне, как в Алааке: их чёрные зубцы повсюду поднимались в небо. Вокруг пирамид играли дети. На вид им было не больше пяти зим, но все были вооружены кинжалами. Они окружили чёрно-красную узорчатую рептилию вдвое больше их самих и развлекались тем, что подстрекали её к нападению. Она шипела, клацала зубами и плевалась пламенем, а дети бегали вокруг и улюлюкали.

– Какой смысл в этой игре? – спросила Рена. – Ты тоже так играла?

– Конечно. Надо подойти как можно ближе к тассу или даже прикоснуться к нему. Кто получит меньше всего ожогов, тот и победит.

– Понятно. И много у тебя бывало ожогов?

– В игре не много. А в жизни более чем достаточно. – Аликс остановилась у одной из небольших пирамид, осмотрела строение и удовлетворённо кивнула. – Остановимся здесь. Мы торопимся, но есть парочка неотложных дел. Во-первых, нужно починить мою кольчугу. Во-вторых…

– Что будет «во-вторых»?

– Скоро узнаешь. А пока отдыхай.

Они попросились на постой, и хозяева их любезно приняли. Аликс шепнула что-то мастеру, хозяину кузницы, и пошла с ним прямиком к пирамиде, а Рена первым делом смыла с себя грязь и пот. В сумке с бинтами и лекарствами оставалось немного лечебной мази. Она смазала обожженную кожу и вздохнула с облегчением, что так легко отделалась. А потом упала на кровать – впервые за несколько недель – и в ту же минуту заснула.

Рена проспала всю ночь и когда проснулась, было уже утро. Виновато протирая глаза, она, спотыкаясь, вошла в главную комнату, где обитатели кузницы уже садились за первую за день трапезу.

– Здравствуйте. А где Аликс? Ещё спит?

Кузнец покачал головой:

– Спит? Она уже работает. Не ела и почти не спала. Твоя хозяйка – странная женщина.

– Я знаю, – кивнула Рена.

С восходом второй луны Аликс наконец вышла из чёрной пирамиды, вся в саже и с запавшими от усталости глазами. Вежливо поблагодарив брата по гильдии, она попрощалась с хозяином и его семьёй. Не успела Рена опомниться, как деревня осталась позади, а они ехали по равнине, усеянной огромными валунами и растущими кое-где деревьями-фениксами.

– За нами всё ещё следят? – спросила Рена. – Ты кого-нибудь заметила?

Аликс покачала головой:

– Похоже, мы оторвались от преследователей. Как бы то ни было, по пятам за нами никто не идёт. Но всё равно нужно быть начеку. Возможно, они сообщили другим заговорщикам, куда мы движемся. Тогда эти мерзавцы смогут напасть на наш след в другом месте.

– Если они снова нападут…

Аликс поняла, к чему клонит Рена:

– Я не знаю, хватит ли у меня сил победить их в бою. Я ещё не в лучшей форме. Будем надеяться, что нам повезёт.

Когда до поселения оставалось полдня пути, Аликс остановила дхатлу в укромном уголке между скалами.

– Ну вот, здесь и устроим привал. Я хочу тебе кое-что показать. – Они сели друг напротив друга на чёрный песок, и Аликс, достав из походной сумки свёрток, не мешкая развернула мягкую ткань. – Это тебе, – сказала Аликс. – Давно собиралась сделать новый. Ты его заслужила.

Рена взяла лежащий перед ней кинжал и осторожно вытащила его из кожаных ножен. Он был тяжёлым, со слегка изогнутым лезвием длиной чуть больше ладони и полированной рукояткой из тёмного дерева, которая идеально легла в руку.

– Выкован из хорошей стали, – сообщила Аликс. – Из лучшей, которая нашлась у кузнеца. Осторожней, лезвие чертовски острое. – Она достала что-то ещё из того же свёртка. Рена ахнула. Это был меч, совсем простой, без украшений. Лезвие не блестело, а потускнело от жара кузнечного огня. Но от него исходила та же смертоносная красота и элегантность, что и от оружия Аликс. Рена смотрела на него, не решаясь прикоснуться.

– Такого меча, как у меня, ты не получишь, пока не станешь мастерицей Гильдии Огня, – сказала Аликс. – Пока этот меч не соединился с тобой, его может взять кто угодно. Завтра я дам тебе первый урок – если, конечно, ты всё ещё хочешь иметь своё оружие. Хорьки рассказали тебе, кто я, верно? Я догадалась по твоему лицу. А вчера ты всю дорогу молчала.

Рена кивнула.

– Я убивала людей в бою, – сказала Аликс, убирая со лба прядь волос. Она смотрела прямо перед собой, очень серьёзно, и Рена не могла оторвать взгляд от её зелёных глаз. – Но, если ты примешь от меня меч, это не значит, что ты должна идти тем же путём. Ты можешь – нет, ты должна – найти свой собственный путь. Меч означает лишь одно: никто не вправе навязывать тебе чужой путь. Примешь ли ты его?

Рена вспомнила, что сказал ей Крливан.

– Ты его очень любила, да?

– Да, – опустив глаза, ответила Аликс. – Я его очень любила.

– Я принимаю меч, – сказала Рена, осторожно взяв оружие. Холодный, тяжёлый и безжизненный, он лежал в её руках, и она задавалась вопросом, будет ли он однажды петь для неё. – Я не знаю, каким будет мой путь, но я его найду.

– Не сомневаюсь, – кивнула Аликс, и когда их глаза встретились, у них хватило сил снова улыбнуться друг другу.

На следующий день, сразу после восхода солнца, Аликс дала ей первый урок. Оружие казалось таким длинным и громоздким, что сначала Рене пришлось потренироваться быстро и правильно его доставать. Когда Аликс увидела, что руки Рены дрожат, она вздохнула и дала ей передышку.

– С сегодняшнего дня будешь тренироваться каждое утро, как я, – приказала она. – Иначе, случись что, тебя не хватит и на два десятка вдохов в бою. Это просто ужасно. Продержаться нужно не меньше четверти часа, не то позора не оберёшься.

– Когда я умру, мне будет всё равно, – простонала Рена.

Аликс неодобрительно прищёлкнула языком:

– Урок первый: если хочешь вступить в Гильдию Огня, помни – честь важнее жизни. Ты не просто хочешь выжить – ты должна жить честно. Сможешь?

– Конечно, только надо поднабраться сил.

– Тогда продолжим. Сейчас я покажу тебе главную стойку.

Они встали рядом, и Аликс показала, как правильно держать меч наготове и как ставить ноги, чтобы в любой момент мгновенно уклониться в сторону и в то же время не потерять равновесия и шагнуть вперёд, атакуя.

– Вот так? – неуверенно спросила Рена.

– Свободнее в запястье. Пусть рука с мечом действует сама. Вес на опорную ногу. Теперь слегка согни колени… да, вот так хорошо.

Потом она показала Рене косой удар, которым можно остановить меч противника и одновременно перейти в нападение. Рена держалась, но у неё со лба уже стекали капли пота. Рукоять меча скользила в ладони. Интересно, сколько ей потребуется тренироваться, прежде чем она сможет выстоять два раза по десять вдохов, если что случится, не говоря уж о том, чтобы когда-нибудь драться как Аликс?

Рена упрямо собралась с силами и занесла меч. Аликс схватила сухую ветку и парировала удар. На этот раз Рена ошиблась, и оружие выскользнуло из руки. Рена машинально разжала пальцы, чтобы не порезаться.

– Не роняй! Держи! – крикнула Аликс.

Острый меч со свистом устремился вниз, прямо к правой ступне Рены, вонзился в землю в полупальце от её ноги и застыл. Рена испуганно смотрела на клинок.

Уголки губ Аликс дрогнули, но ей удалось взять себя в руки.

– Думаешь, я смогу когда-нибудь биться на мечах по-настоящему? – с отчаянием спросила Рена.

– Почему бы и нет, – сказала Аликс, взваливая своё оружие на плечо. – Зим эдак через двадцать. Может быть.

Башню Совета гильдии они узнали издалека, и в последующие дни она становилась все больше и больше, пока не заняла почти половину обозримого пространства. Высокая крепость из чёрного камня возвышалась над пустой равниной в кольце пламени, огонь пылал странным серебристо-зелёным цветом на высоте.

– Это не обычное пламя, – сказала Аликс. – Называется «холодный огонь». Против него не поможет никакая защитная одежда – только тайный пароль.

– А я смогу туда войти? – изумлённо глядя на огонь, спросила Рена. – Что, если Высшие мастера узнают, что я не принадлежу к Гильдии Огня?

Аликс прищурилась:

– Этого нельзя допустить ни в коем случае. Сделай всё возможное, чтобы не выдать себя – ни словом, ни жестом. На всякий случай я выковала тебе кое-что ещё. – Она достала из кармана амулет Гильдии Огня. – Это фальшивка, и она ничего не значит. Но пока мы в Тассосе, ты должна его носить.

Рена нерешительно взяла амулет – серебряный металлический круг со стилизованным пламенем в середине, прикреплённый к кожаному шнурку.

– А если меня попросят разжечь огонь?

– Ты поблагодаришь за оказанную честь и скажешь, что не чувствуешь себя достаточно достойной в этот день.

– А если они почувствуют, что мне… м-м-м… страшно? Потому что это так и есть.

– Я тебя прекрасно понимаю. Как, ты думаешь, я себя чувствовала, когда отец привёл меня сюда на мой первый экзамен?

– Сколько тебе было?

– На зиму больше, чем тебе сейчас. – Аликс ободряюще улыбнулась. – Запомни: когда мы войдём, забудь о слове «страх»: произносить его вслух в Гильдии Огня не принято.

Рена кивнула и повесила амулет на шею.

Аликс немного отдохнула и подготовилась к выступлению. Теперь она носила кольчугу и оружие открыто, не пряча под платьем. На боку у неё сверкал отполированный меч, серебряные чешуйки кольчуги блестели, а обулась она в мягкие сапоги из торквильской кожи, которых Рена никогда раньше на ней не видела. Длинные волосы цвета меди Аликс заколола серебряными гребнями с драгоценными камнями. Рена гордилась, что от красавицы Аликс глаз не оторвать, но рядом с ней казалась себе серой мышкой. У неё не было подходящей для такого случая одежды – только чёрная туника, которую ей одолжила Аликс и которая была ей великовата. Поэтому Рена просто тщательно умылась и привела себя в порядок.

Они достигли огненного круга. Сверкающие языки пламени не потрескивали и не искрили, а беззвучно мерцали, не излучая тепла. Запрокинув голову, Рена посмотрела на возвышающуюся над ними чёрную башню. На небе появилась вторая луна – казалось, она находится на расстоянии вытянутой руки от вершины башни.

Аликс неслышно пробормотала несколько слов, и в кольце огня открылся проход – пламя потухло, пропуская их. За кругом пламени их ждали двое мужчин в красных кожаных плащах и в полном вооружении. Увидев Аликс, они поклонились:

– Ваше имя и просьба, тани?

– Я Аликс ке Тассос из оружейников, мастер четвёртой степени Гильдии Огня. Верховные Магистры ждут моего доклада.

Рена смотрела на неё с открытым ртом. Аликс – мастер четвёртой степени?! Поскольку степеней всего пять, она уже достигла почти всего возможного.

– Тебя давно ждут, Аликс, – сказал один из мужчин. У него было угловатое лицо с чёрной бородой и бесстрастными тёмными глазами. – Мы думали, что ты погибла.

– Что со мной сделается? Обсудим это позже, Элро. Сначала доклад.

Рена чувствовала на себе любопытные взгляды, но, к счастью, её имени никто не спросил. Фальшивый амулет гильдии словно горел на её коже, ей казалось, что любой с первого взгляда распознает, что это подделка. Однако никто не сказал ни слова.

Мужчины провели их через небольшую боковую дверь в башню Совета гильдии. Пока они шли по освещённым факелами коридорам, Аликс и бородатый тихо беседовали. Рена, прислушиваясь, шла за ними.

– Кто эта девушка?

– Я взяла её в ученицы.

– Твоя ученица? В твоём положении это более чем рискованно. Не знаю, одобрит ли это Совет гильдии.

– Но это того стоило: она спасла мне жизнь. Скажи, какое здесь настроение? Я не ожидала вызова на Совет. Что это значит?

Но Элро не успел ничего объяснить, только торопливо прошептал:

– Приходи ко мне в комнаты позже, там мы обо всём поговорим.

Они оказались перед высокими двойными дверями, и стражники распахнули их перед ними.

Аликс глубоко вдохнула и расправила плечи. Взгляд у неё стал такой же надменный, как при первой встрече с Реной. По бесстрастному выражению лица невозможно было понять, о чём она думает.

Они вошли в большой круглый зал, занимающий, казалось всё здание от стены до стены. Потолок терялся в вышине, пропадая во тьме, где-то у самой крыши. Рена запрокинула голову и с трудом удержалась на ногах. На стенах что-то блестело. Прищурившись, она пригляделась и поняла: изнутри стены увешаны боевыми мечами!

Сверху в башню, как в шахту колодца, падал свет, но всё же в зале было мрачно, и, чтобы осветить огромное помещение, на стенах пылали факелы. У дальней стены на возвышении в каменном очаге горел большой костер. По стенам плясали дрожащие тени.

За полукруглым столом из кованого железа сидели двое мужчин и женщина в простой чёрной одежде – Высший совет гильдии огня – и внимательно наблюдали за вошедшими в зал.

– Мир гильдиям, – сказал один из членов Совета.

– И процветания всему Дарешу, – ответила Аликс.

– Мы слышали, что Леннарта убили, – сказал мужчина. – Его меч у тебя?

Аликс кивнула и, шагнув вперёд, положила на стол продолговатый свёрток. Один из мужчин откинул ткань, легко коснулся клинка и приказал помощнику убрать оружие. Рена не сомневалась, что этот меч будет висеть на внутренних стенах башни – и что меч Аликс с красными камнями и узором пламени тоже когда-нибудь появится там.

Аликс вкратце рассказала о ловушке в Екатерине, о том, как на неё напали и где они нашли убежище. Впрочем, о роли Рены в этих событиях она умолчала.

– Это самые многообещающие зацепки, которые мы нашли – амулет и рудоискатель, – подвела итог Аликс. – Если Совет позволит, мы будем работать в этих направлениях. Шанс раскрыть заговор всё-таки есть, пока война не захватила все гильдии. Если Совет пожелает, мы отправимся в путь с новым спутником, или я продолжу поиски в одиночку. Хорошей отправной точкой был бы Алаак, поскольку именно там, похоже, сходятся все нити.

Член Совета, сидящий в середине, молча протянул руку.

– Совет желает увидеть иноземный амулет, – сказал посредник.

Как было приказано, Аликс передала маленький круглый металлический предмет и вернулась на своё место в центре полукруга. После того как члены Совета осмотрели амулет, мужчина подал знак, и слуга унёс украшение. Аликс дёрнулась и приоткрыла рот, как бы протестуя против того, что у неё забрали улику, но в результате только спросила:

– Какое решение принял Совет?

– Аликс ке Тассос останется в башне Совета гильдии в нашем распоряжении. Для раскрытия заговора будет отправлен другой агент. Таково решение Совета.

Растерянные и охваченные ужасом, Рена и Аликс замерли на месте, хоть и знали, что аудиенция окончена. Только когда к ним подошли слуги, Аликс развернулась и, широко шагая, направилась к выходу из зала.

Когда они оказались вне пределов слышимости, Рена возмущённо зашипела:

– Они не могут так поступить, это возмутительно! Это ведь не твоя вина, что Леннарта убили! Или что тебя ранили во время нападения по дороге из Екатерина! Возможно, они считают, что заговорщики тебя слишком хорошо знают, и…

Аликс подняла руку, останавливая её. Вид у неё был усталый.

– Извини, но сейчас я не в настроении разговаривать.

Рене в голову пришла ужасная мысль:

– Думаешь, это из-за меня? Потому что ты взяла меня в ученики, не спросив их разрешения?

– Возможно, это сыграло свою роль, но я уверена, что настоящая причина в другом.

– Но в чём же тогда? Ты ведь не сделала ничего плохого?

– Чтобы выяснить, что за этим стоит на самом деле, мне придётся расспросить здешних жителей. Может, Элро что-то подскажет. Именно он привёл меня тогда на службу в Совет гильдии, мы давно знаем друг друга. Он упрямый парень, не все с ним ладят, и он уже почти не дерётся – даже не подавал заявку на мастера второй степени, представляешь? Но сейчас у него большое влияние, Совет гильдии к нему прислушивается.

– Может быть, он заступится за тебя! Конечно, он так и сделает, раз вы старые друзья. Не отчаивайся, Аликс!

– Тебе никто не говорил, что ты слишком много болтаешь? – Аликс ускорила шаг. Теперь они поднимались по лестнице, направляясь в башню. Рене пришлось почти бежать, чтобы не отстать от хозяйки. Она не обижалась на Аликс за резкие слова. Пусть сердится, гнев придаёт ей сил.

Комнаты Элро были не такими пустыми, как зал Совета гильдии, в них стояла богато украшенная кованая и резная мебель со вставками из драгоценных металлов разного цвета. Холодный каменный пол покрывали шкуры редких животных.

Посмотрев под ноги, Рена увидела шкуру гадюки.

Элро сидел у окна и читал какие-то документы. Увидев вошедших, он отложил бумаги и улыбнулся:

– Как всё прошло?

– Отвратительно. Меня отстранили от дела. – Аликс так пнула ногой маленький табурет, что он улетел к дальней стене, и опустилась на стул. – И я понятия не имею почему. Ты не слышал, кого собираются послать вместо меня?

Элро покачал головой:

– Возможно, они считают, что ты ещё слишком молода. Все, кого отправили на поиски заговорщиков в другие провинции, служат по меньшей мере столько же, сколько и Леннарт. Если тропа ведёт в Алаак, Совет хочет видеть там самых опытных людей, это вполне естественно.

Рена молча слушала, размышляя, можно ли ей вообще здесь находиться. Но поскольку никто её не прогонял, она осталась.

– Так же долго служат, как Леннарт? Ржавчина и пепел! Леннарт был смышлёным парнем, но далеко не молод. Если остальные ещё более опытны – то да смилостивится над ними дух огня, потому что тогда они наверняка подавятся накопленными знаниями.

– Вот остынешь немного, сама поймёшь, что решение Совета правильное. Ты совсем молода, работаешь здесь недавно, бросаешься в глаза. Тебя могут запомнить не те люди. Не держи на меня зла.

Элро поигрывал с маленьким кинжалом, нежно поглаживая острое лезвие. Рена зачарованно следила за его пальцами. Тем временем Аликс вскочила и принялась беспокойно расхаживать по комнате.

– Я не намерена сидеть здесь и гнить заживо, – прорычала она. – Пусть меня отправят в Тассос, но здесь, при Совете гильдии, я не останусь.

– Почему бы и нет? – Элро широким жестом указал на свои просторные покои. – На свете есть места и похуже. Здесь ты в центре власти всей провинции. Именно здесь принимаются решения, которые несут жизнь или смерть. У Совета большие планы, и я намерен участвовать в их осуществлении и сделать нашу гильдию более могущественной, чем когда-либо прежде.

– Ты хоть представляешь, что творится за этими стенами? – резко спросила Аликс. – Мы на пороге войны всех со всеми! Гильдии вцепились друг другу в глотки, вместо того чтобы держаться вместе, а войска регентши занимают одну провинцию за другой. Смертельные схватки вспыхивают чуть ли не каждый день! Так продолжаться не может!

– О том, что там происходит, я знаю лучше тебя. – Элро с яростью вонзил кинжал в стопку документов, пригвоздив их к деревянному столу. – Именно сюда поступают все сообщения от агентов, ежедневно со всех провинций прибывают гонцы. Не надо меня просвещать!

– Избавь меня от своей чёртовой проповеди! – прошипела Аликс. – Мы должны убедиться, что этот проклятый заговор раскрыт, вот что главное!

– Так и будет. В других провинциях мои самые лучшие люди заняты именно этим делом, и я пошлю хорошего агента, чтобы отработать зацепки в Алааке, можешь не сомневаться. Ты собрала очень перспективный материал, мы сможем многого добиться с этой информацией.

– Так действуй! – выкрикнула Аликс и выбежала из комнаты.

Она приказала первому попавшемуся слуге проводить её в отведённые ей комнаты и с мрачным видом направилась за ним. Рена взвалила походные сумки на плечо и последовала за хозяйкой.

Им отвели помещения высоко в башне, откуда был виден почти весь Лес Феникса. Рена впервые оказалась так высоко над землёй и вскоре обнаружила, что боится высоты. Едва она попыталась выглянуть в окно, у неё подкосились колени и перед глазами всё закружилось. Интересно, что сказал бы по этому поводу Роуэн – тот молодой человек из Гильдии Воздуха? Вряд ли он стал бы насмехаться над ней, ведь в долгих путешествиях он наверняка узнал, что у каждой гильдии есть свои слабые и сильные стороны.

Они остались одни, и Аликс постепенно успокоилась. Когда она посмотрела на Рену, та улыбнулась – но улыбка получилась горькой.

– Ну, Рена, что ты теперь будешь делать? Ты знаешь, что меня ждёт. Я освобождаю тебя от обязательств. Здесь, в Совете гильдии, мне не нужен ни слуга, ни подмастерье.

– Что?! – почти крикнула Рена. После всего, через что им пришлось пройти, чтобы попасть сюда, это было слишком большим разочарованием. Неужели её ученичество в Гильдии Огня закончилось, так и не начавшись?

– Ты от меня отказываешься – так легко и просто?!

– Мне очень жаль! Но сама видишь…

– Хорошо, значит, я больше не твоя ученица, – сердито и несколько растерянно сказала Рена. Что ей теперь делать со своей жизнью? Эта мысль ещё не успела угаснуть, как в глубине души уже вспыхнул ответ: она хотела как-то повлиять на вражду гильдий. Во время путешествия она часто думала о том, что кто-то должен уладить отношения между гильдиями. Почему бы ей этим не заняться?

– Я уже знаю, что буду делать. Я стану посредником.

Аликс фыркнула:

– Посредником? Как ты себе это представляешь?

Рена не позволяла себе раскисать, хотя уже спрашивала себя, не нашло ли на неё что-то опять, как в тот раз, с источником?

– С гильдиями всё совсем плохо. В Белом лесу я видела деревню, которую разрушили из-за вражды гильдий, а потом та драка в трактире… Ты сама говорила, что дальше так продолжаться не может! Гильдиям нужна возможность нормально общаться. Сейчас одни ничего не знают о других.

Аликс вздохнула:

– Это верно. Мне тоже не нравится, куда катится Дареш. Но давай посмотрим правде в глаза: как бы похвально все это ни выглядело, никто не воспримет всерьез четырнадцатилетнюю девочку, заявившуюся с таким предложением…

– Мне шестнадцать!

– Да будет так. Не бывало ещё такого, чтобы четыре гильдии собирались вместе – и ты хочешь этого добиться?

– Почему бы и нет? Ведь больше некому, – пожала плечами Рена. Она не сердилась на Аликс за то, что та воспротивилась её идее. По лицу бывшей хозяйки было нетрудно догадаться, что та в отчаянии.

– Что ж, это действительно не самая плохая причина, – пробормотала Аликс.

– Я могу отправиться в советы гильдий и спросить, готовы ли они заключить мир, и если да, то на каких условиях, – объяснила Рена, чувствуя, что именно к этому у неё лежит душа.

Возможно, это и есть её предназначение. Задача всей её жизни.

– И что из этого выйдет? Тебя и слушать никто не станет. Выгонят или убьют!

– Но ты только представь – какой шанс! Гильдии начнут переговоры, и если всё сложится, то они смогут вместе что-то предпринять против регентши.

– Не представляю, – бросила Аликс. – Как это вообще возможно?

Рена задумалась, и ответ пришёл сам собой, как будто она только и ждала этого момента.

– Каждый совет мог бы отправить своих представителей в Скальный замок. Затем через три месяца, во время следующего затмения, они все соберутся на Лысой поляне в Алааке и потребуют совместной аудиенции.

Аликс кивнула, впервые явно заинтересовавшись:

– Может, и сработает. Но в одиночку у тебя шансов нет. И тебе нужно официальное благословение какой-нибудь гильдии.

Рена смотрела на высокую женщину из Гильдии Огня, стоящую напротив неё. Нет, это не просто какая-то женщина – она стала её подругой. От мысли, что их пути разойдутся, у Рены разрывалось сердце.

– А разве ты со мной не пойдёшь? Попроси Совет Гильдии отправить тебя на новое задание.

Аликс покачала головой, подошла к окну и посмотрела на чёрную равнину Тассоса. Наверное, нарочно отвернулась, чтобы не было видно её лица. Когда она заговорила, её голос зазвучал непривычно, искажённо:

– Мне очень жаль! Даже если бы идея не была такой безумной, Совет Гильдии меня бы не отпустил. Ты же слышала, что они решили.

– Вряд ли кто-то будет возражать, если ты уйдёшь, – сказала Рена и добавила: – Может быть, Совет будет рад избавиться от тебя таким образом.

– Чушь собачья, – огрызнулась Аликс, снимая плащ со спинки стула и накидывая его на плечи. – Схожу к Элро. Нам надо поговорить наедине. Мы давно не виделись, и нам есть что обсудить. До скорого!

Когда Аликс вернулась, над равниной Тассоса уже стемнело. Рена проснулась от знакомого звука шагов, но осталась лежать и краем глаза наблюдала за оружейницей.

По тому, как неуклюже Аликс искала свечу, спотыкаясь о походные сумки, Рена поняла, что она не очень хорошо видит в темноте. В этом Гильдия Земли также имела преимущество перед людьми огня. Но поразмыслив, Рена поняла, что дело не только в этом. Внезапно ей пришло в голову, что Аликс, должно быть, жевала белью, и довольно долго, если вернулась в таком состоянии.

– Привет, Рена, – прошептала Аликс. – Я знаю, что ты не спишь… Ай, что это было… Чёртов меч… О чём это я? А, да… знаешь что, детка-листоедка? Я иду с тобой!

Рена не пропустила ни единого слова. Она и не пыталась притворяться спящей:

– Почему?

– Что почему? Ну, я тут подумала… Ты права, так больше продолжаться не может. Мне нравится воевать, но я не хочу войны всех со всеми. Дарешу нужен мир. Клянусь духом огня! И если я пойду с тобой, недоделанные придурки из других гильдий отнесутся к тебе гораздо серьёзнее.

Рена усмехнулась в темноту. Да уж, Аликс как скажет что-нибудь… вроде «Или вы немедленно заключаете мир, или станете на голову короче». Однако она почувствовала, что дело не только в этом. Сейчас это было не так важно. Главное, что Аликс согласилась. Оставалось надеяться, что на следующее утро, протрезвев, она не передумает.

– Думаешь, Совет Гильдии тебя отпустит?

– Я не думаю – я точно знаю: отпустит! Я уже сходила к этим убогим персонажам. Ха, видела бы ты их лица! И знаешь, что они сказали?

– Решили, что идея не самая плохая.

– Чёрт, откуда ты… Элро посоветовал им меня отпустить. А идея на самом деле глупая. Дурацкая. Безумная. Абсолютно. Но Совет Гильдии считает, что так, как мы вели дела до сих пор, невозможно узнать, кто же нас предал. Теперь они хотят связаться с другими гильдиями и поручают это мне. Официально. У меня даже есть пинта, то есть карта, конечно. Просто чтобы показать тебе, во что ввязываешься.

Пробормотав заклинание, Аликс с нескольких попыток зажгла небольшой факел. Пламя дёргалось, то почти пропадая, то вспыхивая вновь. Рена вздрогнула, увидев Аликс на свету, и понадеялась, что перед Советом Гильдии оружейница, мастер четвёртой степени, предстала не в таком виде. Глаза у неё покраснели, волосы растрепались, руки дрожали, одежда перепачкалась.

– Полагаю, члены Совета оценили твоё рвение – ведь ты бросилась к ним прямо с гулянки, – с невинным видом обронила Рена.

– С гулянки?! У меня был серьёзный разговор с Элро, очень серьёзный. И не рассказывай мне о гулянках!

– Понятно, ты приняла белью, чтобы расширить сознание и правильно вести дискуссию с Элро.

– Всего-то капельку бельи! Ха! Я себя великолепно чувствую.

Рена усмехнулась:

– Если Элро чувствует себя так же великолепно, то Совет Гильдии не сомкнёт сегодня глаз.

– Так им и надо, этому сборищу жаб! – фыркнула Аликс, и Рена взмолилась, чтобы стены здесь были без ушей.

После недолгой борьбы с пергаментом Аликс развернула карту и дрожащим пальцем прочертила длинные линии:

– Итак, Тассос останется у нас за спиной. Совет моей гильдии хочет мира, чтобы наши заклинания остались в тайне и регентша не могла нас шантажировать. Они отправят делегацию к месту встречи.

– Отлично!

– Подожди минутку. Следующая – Гильдия Воздуха, потому что её провинция Нерада граничит с нашей. Это значит, что мы должны пройти через Травяное море и попасть в город Эола. А тебе известно, сколько было желающих пройти через это проклятое море и что потом их больше не видели? После Эола мы отправляемся в провинцию Ванаме, к нашим водным друзьям и их плавучим городам. Я говорила, что не умею плавать?

– Мне кажется, кроме народа Ванаме, никто толком не умеет.

– А потом – домой, в смысле в твои родные места. Алаак, Белый лес и Cкальный замок регентши – наша последняя остановка. Но предупреждаю: есть поговорка, чего стоит пророк в своей стране. Ну, как тебе план?

– Кошмар, – вынуждена была признать Рена. – Но ты ведь всё равно поедешь?

Аликс покачала головой:

– Малышка, я только надеюсь, что мы выберемся из этого целыми и невредимыми.

Больше Аликс никогда не называла её «малышкой».

С восходом первой луны они покинули башню Совета Гильдии Огня.

Аликс и Рена стояли на небольшом холме, а перед ними бежала тропинка, ведущая вниз, в долину. Казалось, что вся равнина покрыта мягким голубым мехом. Ветер оставлял на густой траве рябь, как на водной глади. В одном или двух местах ровный узор прерывался поселениями Гильдии Воздуха, но в остальном ковёр простирался до самого горизонта.

Они пришли к Травяному морю.

Прошедшие три недели выдались нелёгкими. В Алааке не было хищников, кроме полулюдей, но в Тассосе их оказалось очень много: охотились даже растения. Огонь пылал на каждом углу, что, похоже, никого не беспокоило, и здесь сначала хватались за оружие, а потом задавали вопросы. Аликс и Рена, став свидетелями четырёх столкновений между гильдиями, пережили их целыми и невредимыми, но однажды едва не схватились с солдатами регентши.

Светло-голубое мягко волнующееся Травяное море выглядело таким мирным, что Рена не могла отвести от него глаз. Она даже почти смирилась с продажей Коллокс в последнем селении у самой границы: все тропинки, ведущие через море, были слишком узкими для дхатлы. Отныне им придётся идти пешком.

– Говорят, что того, кто не уверен в себе, Травяное море поглотит навеки, – сказала Аликс. – Мне пока не приходилось сюда забредать. Давай попробуем. В любом случае там мы в безопасности от заговорщиков – вряд ли они захотят или смогут пойти за нами.

Рена взглянула на море другими глазами:

– Подожди! А нельзя как-то обойти эту местность?

Аликс усмехнулась:

– Что, на себя уже не надеешься? А помнишь, как уговаривала меня идти с тобой! К тому же это просто глупые слухи.

– Ладно, пойдём, – вздохнула Рена.

Сверху не было видно, что травинки на самом деле – это стебли толщиной с большой палец и высотой почти три человеческих роста. Рена попыталась срезать травинку – та оказалась жёсткой как кожаный ремень.

– Это место точно хорошо горит, – задумчиво пробормотала Аликс. – Вот бы поджечь – славно бы полыхнуло, верно?

Рена в ужасе уставилась на неё.

– Вот именно, – ответила Аликс на свой же вопрос. – Прекрасная и ужасная.

Рена очень надеялась, что Аликс не придёт в голову какая-нибудь глупость. Теперь-то она знала наверняка, что членов Гильдии Огня не зря прозвали «поджигателями».

Пройдя немного по тропинке, путешественницы обнаружили, что им не придётся прокладывать себе путь, как они опасались. Травяное море пересекала целая сеть разбегающихся во все стороны узких тропинок – идти по ним приходилось гуськом.

К вечеру первого дня эти узкие дорожки путниц утомили.

– Надеюсь, мы всё же отыщем дорогу в Эол, столицу Гильдии Воздуха, – сказала Аликс. – Нужно идти на восток. Клянусь богом огня, эти тропинки путаются, как мысли сумасшедшего!

– А может, пойдём напрямик? – предложила Рена.

Сойдя с тропинки, она осторожно сделала несколько шагов в сторону – и ноги по щиколотку погрузились в липкую вонючую жижу. Рена попыталась вернуться на тропу, но слишком поздно. Она увязла, как муха в меду, не в силах вытянуть даже одну ногу. С каждым вдохом она погружалась всё глубже – и вскоре оказалась в грязи почти по колено. Чёрт!

– Аликс! Я застряла! – крикнула Рена.

– Без паники, сегодня мы все, как никогда, уверены в себе, – крикнула в ответ Аликс, едва дотянувшись до неё с тропинки. Она упёрлась ногами в землю и ухватила Рену под мышки. Впервые Рена почувствовала, какая сильная на самом деле её спутница. Казалось, она разорвёт её на части. Но даже это не помогло.

– Тебя засасывает, – выдохнула Аликс. – До дна достаёшь?

– Нет! Там нет дна! – крикнула Рена в ответ, пытаясь уцепиться за жёсткие травинки. Когда Аликс на мгновение выпустила её, пытаясь перехватить поудобнее, Рена погрузилась ещё глубже. – Меня затянет, и я задохнусь!

– Подожди, продержись всего несколько вдохов, я тебя скоро вытяну, – пообещала Аликс. Она раскраснелась, шея напряглась, по лицу струился пот.

Очень-очень медленно, но грязь поддалась, и наконец Аликс вытащила Рену на сухую тропинку. В вязкой глубине навсегда остались лишь сандалии.

Измученная до смерти и белая как мел, Рена рухнула на колени. Перед глазами всё завертелось. Из-за спины доносилось тяжёлое дыхание Аликс. Рена с отвращением попыталась стереть с ног коричневую массу, но получалось плохо. Перепачкав волосы и угодив грязным пальцем в глаз, Рена наконец сдалась. Не на аудиенцию же к Совету она идёт! Главное, что осталась жива!

– Повезло, прямо скажем, – переводя дух, сказала Аликс. – А многие на тропу наверняка не вернулись.

На ветру говорили не только деревья, язык которых Рена знала с детства, но и травинки в Травяном море. Однако их голоса сливались в невнятное бормотание, поглощающее все остальные звуки. Земля так пружинила, что Рена не слышала своих шагов. Стебли непроницаемой голубой стеной возвышались по обе стороны тропинки. Идущие по параллельным дорожкам на расстоянии двух вытянутых рук не услышали и не увидели бы друг друга. С тропы была видна лишь узкая полоска неба, и ориентироваться по нему оказалось гораздо сложнее, чем по положению солнца. Стоит заблудиться в этом море – и потеряешься навсегда!

За весь следующий день они никого не встретили. Аликс, шагая широко и уверенно, шла впереди: очевидно, ей, так же как и Рене, не терпелось выбраться из этой голубой тюрьмы. В роли замыкающего их маленького отряда Рена чувствовала себя неуютно. Она держала нож так, как научила её Аликс: свободно и чтобы лезвие находилось под прямым углом к руке.

Несколько согнутых стеблей упало поперёк тропы. Аликс переступила через них и пошла дальше, а Рена зацепилась и споткнулась. Падая, она выронила нож, и он, скользнув по тропинке, упал в трясину. Рена в отчаянии смотрела ему вслед, её сердце будто пронзила игла. Нож, который Аликс выковала для неё, скоро будет потерян навсегда!

Аликс уже исчезла за поворотом.

– Подожди, постой! – крикнула ей вслед Рена, опускаясь на колени и пытаясь достать нож. Он погружался в грязь очень быстро, видна была только рукоятка. Осторожно, стараясь не свалиться с тропы, Рена протянула руку, и её усилия были вознаграждены: пальцы сомкнулись вокруг рукоятки ножа, и после нескольких вдохов она вытянула его. Нож ужасно перепачкался, но Рена уже знала, что через несколько дней грязь осыплется сама собой. Она поднялась на ноги и, убрав оружие за пояс, огляделась.

Аликс не было.

«Она меня не услышала», – поняла Рена. Всё из-за проклятой песни трав! Возможно, она ещё не ушла далеко. И Рена бросилась догонять Аликс. Через несколько шагов она оказалась на развилке. Тропинка раздваивалась. Сориентировавшись, Рена побежала на восток. Но спустя полсотни вдохов так никого и не увидев, остановилась, тяжело дыша. «Не могла она уйти так далеко», – пронеслось у неё в голове. – «Я не туда свернула».

Вернувшись к развилке, Рена пошла по другой тропинке. Но и там никого не догнала, а вскоре остановилась на новой развилке.

Решив, в какую сторону пойдёт, она громко позвала Аликс и, не получив ответа, побежала дальше, вдруг вспомнив тот день, когда она потеряла дядю в лабиринте Скального замка.

Только совершенно выбившись из сил, она упала на узкую тропинку, тяжело дыша. Трава свистела на ветру, и Рене хотелось зажать уши. Заблудилась!

«Аликс будет меня искать», – подумала Рена, и тут её осенило: надо было сразу сесть на тропинку и подождать, пока Аликс повернёт назад. Может, сделать так было ещё не поздно?

Минул один ход солнца, другой. Никто не пришёл. Очень не скоро Рена наконец призналась себе, что сидеть на месте больше нет смысла – она просто умрёт от жажды.

Рена направилась на восток.

Впервые за несколько месяцев она путешествовала одна, и это было непривычное ощущение. При мысли, что они могут больше никогда не увидеться, у Рены сжалось горло. Ей не хватало силы Аликс, её опыта, даже её проклятий. Но потом она успокоилась: нужно только добраться до Эола, и там они встретятся. В Эоле.

После трёх дней пути в одиночестве вода у Рены почти закончилась. Она делала лишь несколько глотков в день, чтобы смочить пересохшее горло, но даже это было слишком много. Забеспокоившись, она встряхнула кожаную бутылку: воды хватит максимум на день. Если в ближайшее время не встретится деревня, то жизнь она закончит, как и другие путники, не нашедшие дорогу из моря травы.

Всего через несколько сотен вдохов до её ушей донеслись знакомые звуки – грохотание телеги и звяканье металла. Должно быть, звенели железные подвески, которыми иногда украшали упряжи людей-антилоп. Совсем рядом идёт караван торговцев!

– Эй! Вы меня слышите? Помогите! – крикнула Рена.

Но ответа не последовало. Через несколько вдохов звуки стихли, и она снова осталась одна в огромном море.

Рена в растерянности села на тропинке. «Наверное, караван – это хороший знак», – подумала она. Может быть, поблизости есть поселение?

Когда она медленно открыла глаза утром, то почти сразу услышала рядом тихий вздох. Рена вскочила. Но готовый сорваться с губ крик превратился в ошеломлённый выдох – она увидела неподалёку серую женщину-кошку. Небольшую, но довольно упитанную. Мягкий светло-серый мех блестел в первых лучах солнца, на красивом лице сияли безмятежные зелёными глаза. Она, должно быть, подошла ночью, совершенно бесшумно. «Наконец-то живое существо!» – обрадовалась Рена.

Однако, как только восторг первых минут рассеялся, Рена поняла, что имеет дело не с мирным союзником из поселений Белого леса. Женщина-кошка не прятала оскаленных клыков, и вид её не внушал доверия.

Не отводя взгляда, Рена поклонилась:

– Удачной ли была охота?

– Мм-м… да-а-а, – протянула женщина-кошка и жадно облизнулась, а Рена машинально прикрыла горло ладонью, зная, что кошки предпочитают ломать своим жертвам шеи. – Я давно бы пр-р-рошла мимо, но ты улеглась спать поср-р-реди дор-р-роги – не хотелось тебя будить. Вот и потер-р-ряла полдня пути.

– Я не хотела мешать, – ответила Рена на дарешском, ощутив одновременно облегчение и укол совести. Если женщина-кошка настолько вежлива, что не захотела будить спящую, то вряд ли у неё на уме что-то плохое.

– Куда ты идёшь? – спросила Рена.

– В Дар-р-р Бр-р-реддин.

– Это недалеко? У меня осталось совсем мало воды.

Женщина-кошка кивнула.

– Мы могли бы путешествовать вместе, – предложила Рена, радуясь, что встретила путника, который явно знает дорогу к поселению.

Кошка снова кивнула:

– Здес-сь близ-зко. Ты ведь издалека, вер-р-рно?

Рена вздрогнула. Было в этом вопросе что-то зловещее. Но что может задумать кошка? Не голодная на вид и явно не на охоте. И всё же Рена пожалела о поспешном предложении путешествовать вместе.

Через день пути они вышли на широкие, хорошо протоптанные дорожки, на которых виднелись свежие следы, и Рена вздохнула с облегчением. Где-то здесь должна быть деревня! Вскоре она снова будет среди людей, в безопасности! В поселении женщина-кошка никогда не осмелится напасть на человека. На расстоянии нескольких стволов деревьев от деревни трава была срезана у самых корней. Рена услышала пение и шорохи мельничного жёрнова.

– Дар-р Бр-реддин, – сказала женщина-кошка.

– Замечательно, – кивнула Рена. – Большое спасибо. Вряд ли бы я нашла дорогу без твоей помощи. Ты не знаешь, где здесь можно достать воды?

– Пойдём.

Они направились к центру поселения, мимо сплетённых из травы хижин, у каждой из которых стояла жужжащая ветряная мельница с собственным узором на сверкающих ветряных крыльях – эмблемой семьи, которой принадлежала мельница. В центре возвышалась самая большая из всех ветряных мельниц – огромное строение с сотнями крошечных крыльев, раскрашенных в необычные цвета.

Хотя рассвело совсем недавно, кожа Рены покрылась испариной, и ей нестерпимо захотелось вернуться в прохладные леса Алаака. Но мысль, что скоро она наполнит походную кожаную бутылку водой, заставляла идти дальше.

Они прошли мимо длинного здания с плоской крышей, построенного из дерева, а не из травяных циновок, которое казалось слишком большим даже для очень состоятельного хозяина. Бросив на него удивлённый взгляд, Рена машинально отметила: древесина даламы, заготовленная в сезон ланцетника, доски обработаны грубо. Наверное, дорого везти сюда древесину – интересно, зачем им это понадобилось?

Наконец они вышли на гладко утрамбованную большую площадь. Вокруг костра, разожжённого в центре из сухих стеблей травы, собрались жители деревни. Трава пылала ярко и жарко, едкий запах обжигал нос. Однако собравшиеся, похоже, не возражали. Они сидели на земле скрестив ноги и смотрели, как тридцать или сорок тушек птиц величиной с кулак жарятся на шампурах.

Заметив Рену и женщину-кошку, все обернулись к ним, раздались приветственные крики. Рена быстро поняла, что дружеский приём адресован не ей, а кошке.

– Метари, ты опять кого-то привела?

Кошка села в круг, её глаза отражали свет пламени, как два светлячка. Рена немного постояла, смущённо переминаясь с ноги на ногу, а когда на неё так никто и не обратил внимания, решила просто посидеть с ними. Ей приветливо кивнула соседка, и Рена благодарно улыбнулась в ответ.

– Здравствуй, – сказал мужчина. – Ты не из наших, верно?

Рена покачала головой. Она хотела рассказать об Аликс и их путешествии, о том, как они потеряли друг друга, но вдруг осеклась.

– Я ищу, к кому бы поступить в подмастерья.

– Ты из Гильдии Земли?

Рена кивнула, радуясь, что её не назвали «листоедкой».

Здесь, в Травяном море, вражда между гильдиями ещё не казалась такой уж страшной.

Мужчина наклонился в сторону, чтобы тихо поговорить с другим жителем деревни, и Рена быстро взглянула на его лицо. Его кожа была гладкой и загорелой, а волосы поблёскивали золотом.

Торговец обернулся к ней и улыбнулся:

– Пить хочешь?

– Очень. У меня закончилась вода.

– Хорошо, что не стала пить из болота. От этого горло становится липким, и ты не можешь ничего есть.

– Хорошо, что болотная вода показалась такой неаппетитной, что я даже не стала её пробовать.

– Мы научились очищать её травяными экстрактами. Иначе нам не выжить здесь. Прежде чем снова отправиться в путь, ты можешь взять у нас воды.

Чашку передавали из рук в руки, никто из неё не пил, и в конце концов она оказалась у Рены. Вежливо поблагодарив, она собралась было отхлебнуть, но увидела, что в чашке вовсе не вода. Что это за странное варево? Пахло оно каким-то соком. Рена заколебалась, и сосед разочарованно взглянул на неё:

– Тебе что, не нравится? Это традиционный напиток нашей гильдии.

– Нравится, конечно нравится, – ответила Рена, не желая его огорчать. И без лишних слов сделала большой глоток. Напиток оказался горьким, и ей пришлось постараться, чтобы не поморщиться.

В этот момент кошка, сверкнув глазами, обернулась к соседям Рены:

– И дура к тому же. Когда я получу свою долю?

– Как только мы найдём на неё покупателя, – не раздумывая ответил торговец. – Приходи дня через два.

«О чём вы говорите?» – хотела спросить Рена, но когда она открыла рот, слова тяжёлым грузом остались на языке, будто кусочки свинца, ей не удалось выговорить даже первый слог. Что здесь происходит?!

Рот у неё онемел, губы ничего не чувствовали. Что-то пробежало по пальцам – и чашка выпала из руки. Но это было далеко и совсем не важно. Кошка не сводила с неё взгляда, и её глаза округлялись, превращаясь в огромные золотые луны. Рена потеряла равновесие и упала в это золото, как в котёл с жидким металлом.

Что происходит?! Проклятие! Люди, которые исчезают!.. Всё вокруг растворилось в мерцающих точках света…

Голову Рены словно набили ватой, но боли она не чувствовала. Она лежала на животе, всего в полупальце от рваного травяного коврика, от которого пахло затхлой болотной жижей. Вокруг – темнота, удушающая жара.

Рена осторожно подняла голову и, оглядевшись, сразу поняла, что она в том самом деревянном здании, которое заметила, как только вошла в деревню. На длинной стене мерцали металлические кольца, в углах белели горшки, от которых ужасно воняло, а в нескольких шагах на полу стояла треснувшая миска с водой – вот и всё, что предлагалось в доме из обстановки, если не считать травяных ковриков, истёртых ногами многих постояльцев. Нетрудно догадаться, что здесь обычно держали в плену людей, даже если сейчас Рена была единственным живым существом в этих стенах.

Когда она поняла, где оказалась и что никогда не доберётся до места назначения, у неё закружилась голова. Хищники? Нет! Сами люди сделали Травяное море таким опасным. Торговцы людьми! Это и есть тёмная тайна Травяного моря.

Рена совсем пала духом. «Аликс меня отсюда не вытащит, и никто мне не поможет, – думала она. – Почему это случилось именно со мной?!»

Рена села, и в глазах сразу стало темно. Пришлось уткнуться головой в колени, чтобы тошнота отступила.

Запястье пленницы обхватывал ремешок из грубой кожи, от стены к нему тянулась прочная цепь, оказавшаяся довольно длинной – с ней Рена могла дойти до противоположной стены, но снять кожаный браслет было невозможно.

Снаружи доносились лишь приглушённые голоса жителей деревни, урчание ветряных мельниц, весёлые возгласы детей и стук молотка по камню. Рена долго сидела неподвижно, прислушиваясь и размышляя. Постепенно в голове у неё прояснилось, и она снова огляделась, но походной сумки нигде не увидела. Исчез и нож, подарок Аликс, с которого всё началось.

Услышав приближающиеся шаги, Рена вздрогнула. Засов со скрипом отодвинули, и в помещение упала широкая полоса света. На фоне яркого квадрата открытой двери темнел силуэт человека. Ещё не рассмотрев его лица, Рена догадалась, что это тот самый симпатяга-торговец, который вчера – вчера ли? – дал ей в чашке снотворное, вместо воды.

– Проснулась? – спросил мужчина. Его голос звучал так же, как и у костра, хотя на этот раз его собеседница сидела в грязном углу барака для рабов.

Рена молча смотрела на него.

– Я тебя не трону, – спокойно сказал человек из Гильдии Воздуха. – Но советую не питать иллюзий выбраться отсюда. Завтра пойдёт караван в Нехири, там мы посмотрим, кому ты подойдёшь в услужение.

– Вы меня обманули, подсунув непонятно что вместо воды! – крикнула Рена.

– Жизнь редко бывает справедливой, скоро ты в этом убедишься, – пожал плечами торговец. – К тому же, если бы Метари не привела тебя к нам, ты бы через несколько дней умерла от жажды. Эта участь постигла многих чужаков в Травяном море, поверь мне. Подумай сама: разве спасение не стоит нескольких зим твоей жизни?

Рена промолчала. Она знала, что поселение Нехири находится на севере, далеко от Эола. Даже если ей удастся оттуда сбежать, она никогда не найдёт дорогу к Эолу без проводника.

Снова скрипнула дверь, и на пороге показался ещё один мужчина:

– Как дела, Моог, можно поздравить тебя с хорошим уловом?

– Да, попалась маленькая листоедка.

Голос вошедшего показался Рене знакомым. Прищурившись, она разглядела высокую стройную фигуру, однако узнала мужчину, только когда он подошёл ближе. Взъерошенные светло-русые волосы, узкое угловатое лицо и белая птица на плече – это был Роуэн, молодой торговец из Гильдии Воздуха, с которым они сидели у костра в лесу, а потом его попутчики напали на Аликс!

К Рене вернулась надежда. Роуэн не был похож на остальных: он не вмешался в тот раз в драку и даже извинился. Она чувствовала, что он другой, и помнила каждое слово, которым они обменялись, каждый его взгляд. Не позволяй этому расстраивать тебя, сказал он тогда. А вдруг он ей поможет?

Однако Рена тут же засомневалась: действительно ли Роуэн такой милый? Разве можно достаточно хорошо узнать человека, только поговорив с ним у костра? Более того, он из другой гильдии, а на Дареше не утихает вражда. Решится ли он помочь ей наперекор братьям по гильдии? Может быть, при встрече он вёл себя дружелюбно из вежливости, поскольку искал место у костра и безопасный ночлег? Заметив, что Роуэн, похоже, её не узнал, Рена снова пала духом. Он давно о ней забыл. Ничего удивительного: ведь в основном он разговаривал с Аликс. Однако сдаваться Рена не собиралась!

Встав, она подошла к мужчинам, насколько хватало длины цепи.

– Мир гильдиям! – вежливо поздоровалась она. – Ты меня не помнишь?

Светловолосый торговец, бросив на неё короткий взгляд, нахмурился и больше не обращал внимания.

– Моог, а сколько Элрой возьмёт за её перевозку? Он хочет построить новый дом для своей хозяйки, ты же знаешь.

– На чём он экономит, меня не касается, – сказал тюремщик Рены. – Мы с ним давно работаем вместе, он не запросит лишнего.

– Неужели ты не помнишь стычку в лесу? – в отчаянии воскликнула Рена, за что сразу получила тычок от Моога и отлетела на травяные циновки. Поднявшись, она попыталась было дать сдачи, но Моог сумел увернуться.

– Вот дрянь! – прорычал он. – У того, кто её купит, будут большие неприятности. Ты понимаешь, о чём она говорит?

Роуэн рассмеялся, прижал к плечу белую птицу и покачал головой:

– Наверное, у неё травяная лихорадка.

Мужчины вышли, даже не взглянув на Рену, и тяжёлый засов со стуком встал в пазы.

– Проклятие! Гнилые листья! – простонала Рена. Едва шаги снаружи затихли, она вскочила и, до предела натянув цепь, принялась осматривать дверь и стены. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять: барак построен на редкость прочно. Людям из Гильдии Воздуха жить в таких стенах было бы невыносимо. И выбраться отсюда трудно, если вообще возможно. Так вот зачем в поселении Гильдии Воздуха стоит дом из дерева! Почему у неё раньше не возникло подозрений?!

Несколько сотен вдохов Рена упорно и тщетно пыталась расшатать одну из досок стены, но в конце концов сдалась. Она лишь разбила в кровь пальцы и теперь, морщась, стала вытаскивать занозы. Отсюда не выбраться – значит, придётся бежать с дороги или позже из Нехири.

Совершенно выбившись из сил, Рена свернулась калачиком в углу и заснула.

Разбудил её скрип открывающейся двери. «Ну вот, началось», – подумала Рена, и сердце её забилось быстрее. Караван пришёл.

Но почему вошедший молчит и ступает так тихо и осторожно? На улице темно, зашла вторая луна, но света он не зажёг. А что это у него на плече?

Тут мужчина обернулся, и Рена, узнав его, перестала удивляться. Это был Роуэн. Птичка вцепилась когтями в его плечо и, испуганно тараща глаза, старалась удержаться, чтобы не упасть. На кожаной перевязи через спину и грудь у Роуэна крепились арбалет, колчан стрел и большая кожаная фляга.

– Это я, – прошептал светловолосый торговец. – Тихо!

От нахлынувшего волнения Рена едва могла дышать:

– Ты меня узнал!

– Конечно. Но не стал этого показывать: Моог не любит, когда у него отбирают добычу. Ты чуть всё не испортила, набросившись на меня с вопросами. Подожди, я расстегну цепь.

Она услышала рядом с собой в темноте его дыхание, ощутила прикосновение длинных тонких пальцев к запястью. Роуэн тщательно ощупал кожаный ремешок, а потом послышался скрежет – нож пилил путы. Разрезав ремешок почти до конца, Роуэн резко дёрнул кожаную полоску – и цепь с тихим звоном упала на сплетённую из травы подстилку.

Рена почувствовала его руку на своей руке.

– Ты как, нормально?

– Да!

– Тогда пойдём.

Рена вскочила, и травяные коврики зашелестели под её босыми ногами, когда она бросилась к открытой двери.

– Тише, ради северного ветра!

Они бесшумно прокрались через деревню в темноте под неумолкающий гул ветряных мельниц. Это было небольшое поселение, через несколько дыханий они добрались до его границы. Вздрогнув, Рена замерла и впилась пальцами босых ног в песчаную землю, глядя на тропинку, ведущую в лабиринт Травяного моря. Мысль снова оказаться среди высокой синей травы приводила её в ужас. Сейчас, в лунном свете, трава казалась не синей, а серо-чёрной, а тропинка была лишь узким проходом между высокими, обманчиво мягкими стенами стеблей.

– Идём, – сказал Роуэн и повернулся к Рене, приглашая её за собой.

Он не сказал, что она должна ему доверять, и именно поэтому она ему доверяла. Рена до сих пор не могла поверить, что они снова встретились. Она очнулась от наваждения, кровь быстрее побежала по её венам. Может, это от страха? Да, ей страшно, но пришла и неудержимая радость, от которой часто-часто забилось сердце.

Рена огляделась:

– А полукошка нас не выследит?

– Метари? Нет, она сторожит на другом конце деревни. Стражница-кошка по эту сторону – моя добрая знакомая. Куда ты направлялась, Рена? – Его голос был низким и мягким.

Получается, он запомнил и её имя!

– В Эол, – она улыбнулась.

– Я проведу тебя первую половину пути, а потом дам своего разведчика. – Он погладил белую птицу по грудке. – Ах да, пока не забыл, вот еда и кое-какие твои вещи. Боюсь, Моог многое уже раздал.

Пальцы Рены сомкнулась на рукояти ножа, она скользнула ладонью по прохладному гладкому лезвию меча, который выковала для неё Аликс. По крайней мере, эти две вещи к ней вернулись! Остальное было не так важно. Она перекинула сумку с провизией через плечо.

– Спасибо… Роуэн. За всё. – Это было очень смело – назвать его по имени. – У тебя будут неприятности из-за того, что ты мне помог?

– Может быть, – коротко ответил он и, развернувшись, пошёл вперёд.

Рена последовала за ним – к свободе. Она не оглядывалась и, прошагав длину нескольких деревьев, поняла, что песня трав поглотила все звуки. Казалось, что Дар Бреддина никогда не существовало.

Глядя на высокую фигуру перед собой, Рена думала о том, как звучал голос Роуэна и что она почувствовала, когда его рука в темноте коснулась её руки. Она не могла припомнить, чтобы в ней когда-нибудь вспыхивали подобные чувства.

– Где твоя вздорная подруга? – спросил Роуэн. – Вы больше не путешествуете вместе? – Его слова прозвучали так громко, что Рена вздрогнула. Но потом поняла, что песня трав поглощает и голоса, и успокоилась. Их никто не услышит.

Рена рассказала, как они с Аликс потеряли друг друга, и Роуэн кивнул:

– Даже с нашими такое до сих пор иногда случается. Но не так часто, как с чужаками, конечно.

– Надеюсь, она не умрёт от жажды!

– Мне кажется, она вполне в состоянии о себе позаботиться. Только не жди её в Эоле больше недели. Если к тому времени она не придёт – то уже и не появится.

Рена не хотела даже думать, что это может означать. Вместо этого она пристально оглядела Роуэна. Этого высокого, даже долговязого парня не назовёшь неуклюжим, он шёл быстро и в то же время ступал так уверенно, что его нога всегда касалась тропы в заранее рассчитанном месте. Иногда поворачивал голову, вглядываясь в траву и прислушиваясь, и Рена видела его чёткий, резко очерченный профиль, как у хищной птицы. Ветер ерошил его светлые волосы.

Рену обуревали вопросы, и тот, который ей больше всего хотелось задать, сорвался с языка первым:

– А никто не заметит, что тебя нет? – Она не осмелилась спросить, есть ли у него девушка, которая будет скучать в одиночестве сегодня вечером.

– Родители привыкли, что я живу своей жизнью, но всё равно вечно беспокоятся обо мне. С этим ничего не поделаешь. Сестра давно переехала, поселилась дальше к северу.

Никакого намёка на девушку – уже хорошо.

– А остальные – разве они не догадаются, что это ты меня освободил?

– Только если уж совсем отвернётся удача. Моог не дурак, он знает, что я всегда держусь подальше от такой торговли. Но доказать, что я как-то причастен к твоему побегу, он не сможет.

– Наверное, нам надо было оставить ложный след?

– Слишком поздно. Но ради северного ветра, скажи, что вы с Аликс делали в Травяном море? Как вас сюда занесло? Тебе здесь не место.

– Мы шли к Совету гильдии, – сообщила Рена с ноткой гордости – она доверяла Роуэну и не хотела ничего от него скрывать.

– Но тогда вам точно не нужно в Эол. Чтобы попасть в Алаак, на Совет своей гильдии, тебе нужно идти на запад.

– Я знаю. Но мы шли к Совету Гильдии Воздуха.

Роуэн резко обернулся. Его губы были плотно сжаты, а глаза сверкали холодом:

– Не пытайся скормить мне чушь, в которую не поверит даже дхатла! Куда вы шли?

– Я говорю правду!

– Этого не может быть, и я не выношу, когда мне лгут!

Рена тоже начала злиться.

– Я не лгу! – повторила она, не зная, как его убедить.

– Мне никогда не везло с попутчиками, – прорычал Роуэн. – Пожалуй, мне лучше вернуться. Ты и без меня справишься. – Он протиснулся мимо неё на узкой тропе и зашагал обратно к Дар Бреддину.

– Я всё объясню! Выслушай меня! – Ей уже приходилось кричать, с каждым шагом Роуэн уходил всё дальше. Мгновение – и она снова осталась совсем одна.

– Мы путешествуем с миссией мира! Хотим призвать все гильдии к переговорам и объединиться против регентши. Подожди, чёрт возьми!

Но Роуэн уже исчез за поворотом. Тяжело дыша, Рена остановилась и посмотрела ему вслед. Ноги у неё подкосились, и она очень медленно осела на тропинку. Что ж, большинству людей её с Аликс планы и должны показаться безумными и опасными. Разве чужаки представали когда-нибудь перед Советом Гильдии Воздуха? Наверняка нет!

Свобода была так близка, а она всё испортила! Теперь ей оставалось только попытаться найти Аликс или хотя бы другое поселение где-то на пути. И кто знает, что её ждет… Провизии добраться до Эола ей не хватит. Ей с трудом верилось, что Роуэн исчез и она снова его потеряла. Надо было объяснить ему свой план более умело, подобрать нужные слова.

Дважды по десять дыханий она прокручивала в голове эти мысли – и вдруг увидела, что на тропинке появилась светлая фигура. Рена поражённо поднялась на ноги.

Роуэн приблизился и остановился прямо перед ней, возвышаясь над ней на целую голову:

– Я слышал, что ты крикнула мне вслед. Можешь повторить ещё раз?

Рена молча смотрела на него. Жёсткие складки у губ исчезли, но в глазах мерцали искорки сомнения. Его разведчик распушился, превратившись в белый клубок перьев, и испуганно уставился на Рену.

– Мы выступаем перед Советами гильдий… – медленно начала она.

– Стоп. Кто «мы»?

– Я и Аликс – женщина из Гильдии Огня, – Рена объяснила, как они собираются принести мир в Дареш. Когда она закончила, то увидела, что Роуэн смотрит на неё с нескрываемым изумлением:

– Ты же не всерьёз?

– Я не шучу. Клянусь духом земли.

Он шумно выдохнул и покачал головой:

– Тогда ты или очень храбрая, или очень глупая, Рена. Тебя никогда не пропустят на Совет моей гильдии, чтобы изложить свою просьбу.

Однако Рена его не слушала – она наблюдала за его лицом. А потом задала один очень важный вопрос:

– Почему ты вернулся?

Роуэн пожал плечами. Он больше не смотрел на неё.

– Ладно, пойдём.

С каждой минутой Рена всё яснее понимала, что он нужен Аликс – и ей. Она хотела, чтобы именно он, и никто другой, отправился с ней в Советы гильдий. Роуэн прав – их план кажется невыполнимым. Нужно идти вчетвером, по одному представителю от каждой гильдии. Роуэн был её единственным знакомым из Гильдии Воздуха, который открыт всему новому и кого можно привлечь к их миссии. Хотя Рена и подозревала, что переубедить его будет нелегко, но попытаться стоило. Не только из-за Дареша. Если она этого не сделает, через несколько сотен вдохов они расстанутся на развилке и, скорее всего, никогда больше не встретятся.

– Может быть, ты вернулся потому, что сам подумывал о таком путешествии, – сказала Рена, вспомнив его слова у костра. Он тоже хотел, чтобы гильдии заключили мир, ведь так? – Почему бы тебе не пойти с нами?

Роуэн нерешительно покачал головой:

– Моя жизнь здесь, в Травяном море.

Рена попыталась возразить:

– Ты не такой, как другие. – Ей пришлось говорить, глядя ему в спину. Слушал ли он её вообще? – Тебе здесь не место.

– Я здесь счастлив.

– Торговля, обмен, торг, возвращение в деревню в глуши, а потом всё сначала…

– Ну и что? Что в этом плохого? – Его голос прозвучал резче – видимо, она попала в больное место. – Так живёт Гильдия Воздуха.

Так, опасный поворот. Рена почувствовала это, но решила не отступать.

– А есть ли здесь кто-то, кто тебе действительно дорог? Любишь ли ты свою работу?

– Да, – глухо ответил он. – Да! А что для вас… – Он вдруг осёкся, остановился и резко вскинул голову, будто прислушиваясь. Его разведчик чуть не свалился на тропу. – Стоп! Мне кажется, здесь кто-то есть.

Рена насторожилась:

– Ты что-то услышал?

– Нет, вообще ничего. Но ветер переменился, дует в лицо.

– Кто-то идёт за нами из Дар Бреддина?

Роуэн не ответил. Он медленно шёл вперёд, тщательно выбирая, куда ступать. Впереди тропа делала изгиб и уходила дальше на восток. Они повернули на изгибе…

На тропе, широко расставив ноги, в идеальной стойке бойца стоял Моог, торговец, взявший Рену в плен. Заряженный арбалет он свободно и расслабленно держал у бедра. Ветер растрепал его золотистые волосы, и Моог небрежным взмахом руки откинул их с лица.

– Привет, аистиное отродье. Позвольте поинтересоваться: что это вы так долго? – спросил он.

– Привет, Моог, – безмятежно произнёс Роуэн. – Значит, ты обо всём догадался, понял, что я готовлю.

– Конечно. Я просто ждал, когда ты примешься за дело, добренький аистёнок. Я всегда видел тебя насквозь, хоть ты и изображал из себя крутого парня, вечно восставая против всего и всех.

Рена заметила, что Роуэн задрожал от гнева.

– Пойми меня правильно, – продолжал Моог, – я ничего не имею против добрых людей. Помнишь, как весело мы гонялись за тобой по ветряным мельницам? Но ты мешаешь вести дела.

– Твои «дела» – это преступление! Люди не товар!

– Тебя слишком легко вывести из себя, – сказал Моог. Холодно прищурившись, он медленно поднял арбалет и нацелил его на Роуэна. – Отойди от листоедки.

Роуэн молча смотрел на него.

– Нет, – наконец ответил он.

– Так она тебе небезразлична? Симпатичная, понимаю – но разве стоит из-за неё получать дырку в шкуре, долговязик?

– Она путешествует с важной миссией. Её нельзя задерживать.

– Ну-ну, слушаю внимательно. Давно так не смеялся.

Однако, когда Роуэн заговорил, его слова предназначались не Моогу: он прошептал заклинание, после чего белая птица, вспорхнув с его плеча и выставив клюв вперёд, как снаряд, полетела к голове Моога. Торговец с руганью отнял одну руку от арбалета, чтобы защитить глаза – и в этот момент Роуэн бросился вперёд. Рена никогда раньше не видела, чтобы люди так двигались. Он будто летел, неуловимо перебирая длинными ногами. В три шага он добрался до Моога и сомкнул пальцы на его горле. Арбалет упал на землю, в липкую грязь и пошёл ко дну.

Задыхаясь и дёргаясь, Моог пытался высвободиться, но Роуэн не отпускал.

– Оставь его! – изумлённо крикнула Рена. – Хватит, бежим отсюда!

Роуэн, казалось, её не слышал. Рена с беспокойством смотрела, как сопротивление Моога таяло, а его лицо меняло цвет, став пепельным, а потом синим. Это уж слишком! Разве юноша, сомкнувший пальцы на горле Моога, и тот, с кем она когда-то сидела у костра и чьи пальцы совсем недавно так нежно её касались, снимая путы в бараке – один и тот же человек?!

Рена положила руку на рукоятку ножа, но всё же не вынула его из ножен. Неужели ей придётся причинить Роуэну боль, чтобы остановить его?! Нет! Она не сможет этого сделать! Но что, если он действительно убьёт другого торговца?!

Вдруг взвихрилась пыль, и Рена на мгновение ослепла: Моог попытался извернуться и ударить противника. Однако двигался он неуклюже и вскоре перестал бороться и упал. Глаза у него закатились.

«Сейчас, – подумала Рина, – надо вмешаться сейчас, иначе будет поздно!»

Но прежде чем она успела выхватить нож, Роуэн отдёрнул руки, словно шея его противника превратилась в раскалённый кусок металла. Моог скорчился на тропинке, кашляя и задыхаясь.

– Пойдём отсюда, и поскорее, – прошипела Рена и схватила Роуэна за руку. – Бежим!

Она побежала вперёд, в голубое небытие моря травы, увлекая за собой Роуэна. И только когда поняла, что он следует за ней по собственной воле, решилась его отпустить. Что-то коснулось её волос, голову царапнули крошечные коготки. Рена вздрогнула, её рука дёрнулась, чтобы смахнуть непонятное существо, но потом она поняла, что это разведчик. Он показывал дорогу, чтобы она не бегала кругами.

Пробежав более десяти сотен вдохов, Рена выбилась из сил и опустилась на тропинку, чтобы перевести дух. Роуэн остановился и скрестил руки на груди. Его лицо было непроницаемо. Он даже не вспотел.

Рена наблюдала за ним краем глаза и думала: что же сказать? Мысленно все возможные фразы звучали неуклюже и многословно. Роуэн первым нарушил молчание.

– Даже не знаю, что на меня нашло… Я… На мгновение мне…

«На мгновение тебе захотелось его убить», – подумала Рена и осторожно произнесла:

– Ну что ж, зато он больше никогда не назовет тебя аистиным отродьем.

Его губы с заметным усилием дрогнули в улыбке:

– Это точно.

– Теперь за нами бросится половина деревни, да?

– Очень может быть. – Глаза Роуэна опасно блеснули. – Моог наверняка настроит своих приспешников против меня. Он сын старосты поселения, мои родители ему подчиняются. Просто отвратительно, насколько они готовы исполнять каждое его приказание – я никогда не мог смотреть на это спокойно.

– Ты бунтовал? – уточнила Рена.

Роуэн мрачно кивнул:

– Моог хотел, чтобы я тоже его слушался, это тянется не первый год. Его приспешники обычно нападали на меня целой толпой, не меньше чем впятером.

– Может быть, теперь ему неловко будет признаться, что ты победил его, великого героя, и он промолчит. – Рена искоса взглянула на собеседника. – Прости, что доставила тебе столько хлопот. Если бы ты не попытался меня освободить…

– …То сейчас сидел бы в хижине и проклинал себя за слабость. Не бери в голову. – Роуэн вздохнул и сел рядом с Реной.

«Неужели он поступил так ради меня? – подумала Рена. – Или выкрал пленницу, чтобы просто насолить давнему врагу?»

«Отойди от листоедки!» – «Нет». Она снова и снова проигрывала эти слова в памяти, наслаждаясь их звучанием и чувствами, которые они в ней рождали. Роуэн явно не трус. Но, возможно, его стоит опасаться. В некотором роде он опаснее Аликс, потому что та лучше знает, что такое гнев и как с ним справляться.

– Ну как, не решил пойти с нами? – спросила Рена, удивившись, что ничуть его не боится. – На встречу с Советами гильдий?

Роуэн покачал головой:

– Нет, но я провожу тебя до Эола. Некоторое время мне нельзя показываться в Дар Бреддине, – вздохнул он. – Как ни странно, я ни о чём не жалею. Похоже, ты права – я не вписываюсь в такую жизнь: возможно, мне чужда даже сама гильдия. Я устал вечно притворяться, что с радостью следую правилам. А как ты всё это заметила?

Смутившись, Рена сжала пальцами травинку, пытаясь скрыть охватившую её радость:

– Просто мне знакомо это чувство.

Они улыбнулись друг другу и не отводили глаз – один чудесный вдох, затем другой.

Внезапно Роуэн встал:

– Нам пора. Идём!

Рене редко приходилось шагать так быстро – Роуэн явно беспокоился, что работорговцы из деревни последуют за ними. Но сначала они никого не видели и не слышали. Во второй половине дня небо закрыли тёмные облака.

– Похоже, будет дождь, – сказала Рена, взглянув вверх. – Это плохо. Не хотелось бы промокнуть. Особенно на ночь глядя.

– Согласен, но это не обязательно, – сказал Роуэн, и Рена с удивлением увидела, что он улыбается. Улыбка изменила его лицо, придав сурового шарма. Внезапно ей стало трудно отвести взгляд. Роуэн поднял голову и сосредоточенно пробормотал заклинание.

Очень скоро поднялся ветер. Облака отступили, открыв голубое небо – такое же голубое, как глаза Роуэна. Рену залил солнечный свет, и она с наслаждением ощутила его тепло.

– Спасибо, – сказала она. – Как это прекрасно! Я предполагала, что ваша гильдия умеет разгонять облака, но никогда не видела, как это бывает.

– Иногда я разгоняю или призываю облака просто так, но в этот раз мне тоже не хотелось промокнуть, – Роуэн пожал плечами, однако Рена заметила, что ему приятно восхищение его искусством.

Интересно, что сказал бы её дядя, узнай он, что она путешествует с молодым человеком? Скорее всего, ничего хорошего. «Роуэн не попытается воспользоваться тем, что мы с ним наедине», – сказала себе Рена, стараясь прогнать неприятные сомнения. В той схватке, когда его попутчики набросились на Аликс, он не был с ними заодно, ведь так?

Солнце опускалось всё ниже, и Рена чувствовала, что дальше идти не может – события прошедшего дня совершенно её измотали. Но останавливаться было нельзя, и она продолжала с трудом переставлять ноги. Время от времени шедший впереди Роуэн оборачивался, чтобы посмотреть на неё.

Вскоре он принял решение:

– Мы разобьём лагерь.

– А вдруг за нами следят?

– Если мы не отдохнем и выбьемся из сил, людям Моога будет легче нас поймать.

Присматривая место для ночного лагеря, он нашёл тропинку, которая заканчивалась на небольшой поляне, всего десять шагов в диаметре. Расположившись, они разложили провизию: сыр, хлеб, сушёные грибы, вяленое мясо. Рене пришлось взять себя в руки, чтобы не наброситься на еду – кроме вяленого мяса, конечно.

– Я ничего о тебе не знаю, – сказал Роуэн, когда Рена, посыпав гриб зеленью и солью, съела его за один укус. Он с любопытством смотрел на неё. – Кто ты? Расскажи.

Смутившись, Рена дожевала второй гриб и начала рассказывать – о своём ученичестве у мастера по дереву, о том, что для неё значит Белый лес, о вражде гильдий, в которую она ввязалась, и о том, как они подружились с Аликс. Она умолчала только о случае в Скальном замке и об источнике – ведь она тоже почти ничего не знала о Роуэне, а о происшествии в замке не рассказала даже Аликс. Закончив, она с вызовом посмотрела на него:

– А кто ты такой, Роуэн ке Нерада?

– Я и сам пытаюсь это понять. – Юноша погрузился в раздумья, и Рена поняла, что он вспоминает свою жизнь. В неопределённое будущее он взял с собой лишь снаряжение, арбалет и разведчика – и больше ничего.

Он сидел на расстоянии вытянутой руки от неё, и она видела тонкие светлые волоски на его руках. Рена представила, как проводит по ним кончиками пальцев. Интересно, мягкие ли они на ощупь?

Помолчав, Роуэн заговорил:

– Однажды, когда у моей семьи заканчивались продукты и нам пришлось просить об одолжении деревенского старосту, у меня появилось искушение присоединиться к работорговле…

Они говорили и говорили, пока пушистая и круглая, как шар, белая птица не заснула на плече Роуэна. Не успела Рена опомниться, как на небе появилась третья луна, и она уже собралась последовать примеру разведчика Роуэна: её глаза стали закрываться сами собой.

– У тебя вид как у сдохшей три дня назад дхатлы, – поддразнил её Роуэн, доставая из своей скатки два тонких одеяла и одно протягивая ей.

– Спасибо, люблю цветистые комплименты. – Рена взяла одеяло и расстелила его на краю поляны.

– Я видел неподалёку колодец для росы, живой кувшинчик – возможно, мне удастся набрать из него воды, – сообщил Роуэн и встал, прихватив походную бутылку. – Я быстро!

Рена никак не могла расслабиться чтобы свернуться калачиком под одеялом, и следила взглядом за двумя жуками с красно-чёрным узором на спинках, которые карабкались по травинкам. Жуки были большие, размером с её кулак – хорошо бы они не стали ползать ночью по её лицу!

– Не бойся, они безобидные, – раздался голос у неё за спиной, и Рена вздрогнула.

Роуэн подошёл совершенно бесшумно. Заметив, как испугалась Рена, он обескураженно отступил на несколько шагов.

– Прости, – голос его зазвучал холодно и отстранённо. – Ты… Я понимаю, что тебе нелегко… О, чёрт. – Он отвернулся. – В двухстах шагах дальше по тропе есть ещё один тупик, там я и переночую. А ты спи здесь.

Быстро собрав вещи, он ушёл.

– Подожди, я не… – попыталась было возразить Рена, но Роуэн уже исчез за поворотом.

Роуэн пропал из виду, видимо действительно решив переночевать на другой поляне. «Он думает, что я его боюсь, – поняла Рена. – Ничего удивительного, ведь он едва не убил Моога у меня на глазах. Но сейчас дело в другом… Почему он не выслушал меня?»

Тонкое на ощупь одеяло было удивительно тёплым, однако ночью температура резко упала. Рена проснулась на рассвете, дрожа от холода, а одеяло стало влажным от росы. Роуэна поблизости не было.

Поспешно поднявшись, она пошла к тропинке – и с облегчением увидела силуэт высокого молодого человека на фоне оранжево-красного неба. Мгновение она смотрела на него в тишине, скользя взглядом по его широким плечам и узким бёдрам. Роуэн явно был начеку – наверняка помня о Мооге и его шайке. Рена вздрогнула. Может, зря они остановились на ночь, не лучше ли было идти вперёд, хоть и через силу?

До её ушей донесся незнакомый звук, похожий на шипение. Над ними парили два взрослых полуаиста – мужчина и женщина – с птенцом. Они пролетели над путешественниками, развернулись и, вытянув тонкие ноги, опустились на тропинку и вонзили когти в землю. Остановившись в пяти шагах от Рены, они оглядели её с нескрываемым подозрением.

– Хорошо ли сегодня держит воздух? – поклонившись, спросила Рена. Её сердце забилось быстрее: ей не часто приходилось встречаться с людьми-аистами.

– Дочь людей вежливее тебя, – поддразнил мужчина-аист аистёнка, приглаживая чёрно-белые перья на руках.

– Не может быть, – запротестовала девочка, но тут же улыбнулась.

Женщина-аист шутить была не расположена, пёрышки на её голове взъерошились, и смотрела она сурово.

– Ты была рядом с нашим гнездом, нашим гнездом, ты и мужчина, – сказала она на дарешском. – Близко, совсем-совсем близко. Чего вы хотите, чего хотите?

– Только добра. – И снова Роуэн подошёл молча и неслышно.

Тропинка здесь была достаточно широкой, чтобы бок о бок уместились три человека, и, встав рядом с Реной, он наклонился к женщине-аисту и что-то прошептал ей на ухо. Наверняка заклинание завета. Выражение её лица сразу же смягчилось.

– Они вооружены, но не желают зла, – сказала женщина мужу и дочери. – У них на уме только любовь, я вижу! Летим дальше!

У Рены вспыхнули щёки. Да, она влюбилась – но почему женщина говорит, что любовь «у них» на уме? Значит ли это, что Роуэн тоже… Нет, сейчас не время думать о таком – нужно задержать аистов и познакомиться с ними поближе!

– Не могли бы вы оказать нам услугу? – быстро спросила она.

Роуэн сразу всё понял:

– Да, пожалуйста. Посмотрите с высоты: за нами, скорее всего, следят.

– Мы проверим, – с нетерпением пообещала крылатая девочка и, разбежавшись по тропинке, взмыла в воздух.

Родители не торопясь последовали за ней и тоже закружились над морем, широко раскинув крылья.

Только теперь Роуэн и Рена осмелились посмотреть друг на друга.

– Хорошо спала? – спросил он, делая вид, что вчера между ними ничего не произошло. Не самая лучшая идея.

– Останься ты со мной, я бы спала лучше, – ответила Рена, глядя ему в глаза. – Если кто и может защитить меня от того, что ползает в этой траве, так это ты, верно?

В ответ он ошарашенно уставился на неё. И криво улыбнулся.

– Понял, – вот и всё, что он сказал, и пощекотал перья на грудке разведчика, который, как обычно, сидел у него на плече.

Дочь аистов уже приземлялась, складывая крылья и пружиня по тропе. В её взгляде читалось беспокойство, и Рена сразу же насторожилась:

– Что ты увидела?

Девушка вытянула руку, указывая куда-то в сторону:

– Там идут пятеро, и ещё летят полуночные комары, небольшой рой. Советую поторопиться. Не хочу, чтобы с вами что-то случилось, – она улыбнулась Рене. – Ты покраснела, – добавила она. – Кажется, я знаю, кто ты.

Ох. Значит, девочка заметила, что Рена поняла разговор птичьей семьи.

– Я… – только и смогла выговорить она, но пернатая девочка не дала ей продолжить, протянув Рене что-то белое – длинное перо:

– Выпало только что. Оно принесёт вам удачу, я уверена.

Поблагодарив, Рена положила перо в карман. Она проводила взлетающую девушку взглядом и только потом поняла, что Роуэн уже давно пристально смотрит на неё саму.

– Я никогда не видел, чтобы аисты дарили людям перья, – наконец озадаченно сказал он. – К тому же ты не из Гильдии Воздуха!

– Наверное, так бывает…

– Ты особенная, – сказал Роуэн, и Рена едва устояла на ногах – так тепло он смотрел на неё. – Я почувствовал это ещё в тот раз, когда мы сидели вместе у костра.

– Каждый человек особенный, – сказала Рена, с трудом веря в услышанное.

Неужели он…

– Всё может быть, – задумчиво произнёс Роуэн.

Рена поспешно перевела ему слова девочки-аиста, ожидая, что Роуэн скорее двинется отсюда дальше. Вместо этого он достал из поклажи светло-зеленую пасту в деревянной коробочке:

– Смажь кожу этой пастой, быстрее.

Рена не стала тратить время на лишние вопросы. Паста пахла смолой, но не прилипала, а лишь слегка окрашивала кожу. И только как следует натерев кожу, они побежали.

Спустя некоторое время Рена поняла, что они не успеют. Ветра почти не было, и трава шептала тише, чем обычно, поэтому она ясно различила мужские голоса. И вскоре, оглянувшись, Рена увидела, как по тропинке спешит работорговец Моог, а за ним молодая женщина и ещё трое мужчин, двое из которых в синих одеждах Гильдии Воздуха, а остальные – в свободных одеяниях песочного цвета – торговцы-путешественники. Все пятеро были вооружены. Сердце Рены бешено забилось, она остановилась и вынула из ножен меч:

– Неужели нам… придётся сдаться?

– Нет, если у меня всё получится, – ответил Роуэн, взводя арбалет. – Встань у меня за спиной.

На этот раз он выглядел более уверенным, чем при первой встрече с Моогом. И явно решил больше не терять самообладания.

Рена услышала странный, непонятно откуда исходящий гул… и что это за чёрные точки в небе над морем? Неважно, отвлекаться нельзя. Речь идёт о её жизни.

Едва увидев добычу, до которой оставалось совсем немного, преследователи разразились торжествующими криками. Рена задышала часто-часто. Места для настоящего боя на тропе не было, хотя, возможно, Алекс бы и вышла победительницей из предстоящей схватки.

Роуэн, однако, совершенно спокойно стоял на тропинке, где могли разойтись три человека, и целился из арбалета в пятерых мужчин.

Моог мрачно усмехнулся и откинул со лба золотистые волосы; на его шее до сих пор виднелись следы пальцев Роуэна.

– Сдавайся, тебе не победить, – посоветовал он. – Ну, подстрелишь одного, но потом тебе придется снова взводить арбалет. Мы же просто осыплем вас стрелами.

– Опустите оружие, – приказал Роуэн.

Пятеро преследователей неохотно повиновались. Никому не хотелось получить стрелу от Роуэна.

Роуэн же поднял арбалет и выстрелил… в воздух!

Что он задумал?!

На лице Моога вспыхнула торжествующая ухмылка.

– Взять их! – приказал он.

Гул стал громче, звук стал явно агрессивным. И в небе темнели уже не чёрные точки, а насекомые с переливающимися иссиня-чёрными панцирями, каждое размером с человеческий кулак. Это были те самые полуночные комары, о которых предупреждали аисты! По вытянутым хоботкам можно было догадаться, чем они питаются, и в данный момент рой явно жужжал в ярости. Рена всё поняла: Роуэн подстрелил комара из этого роя!

– Ложись! – крикнул Роуэн, и Рена, опустив меч, согнулась в три погибели, пытаясь защитить голову руками. Стало понятно, зачем они натирались странной пастой.

Дюжина насекомых кружила вокруг них, один нерешительно опустился на руку Роуэну. Тот не шелохнулся, и Рена, ощутив, как тонкие ножки скребут по её спине, тоже попыталась не терять головы. Полуночные комары вскоре взлетели и… нацелились на отчаянно завопивших Моога и его приспешников. Арбалет упал в болото и утонул. Моогу удалось сбить мечом двух или трёх жужжащих кровососов, но остальные набросились на него с ещё большей яростью. Комары пировали, кусая дружков Моога, и отчаянные крики заглушали шёпот травы.

Преследователям пришлось иметь дело и с другими противниками. Сверху на них полетели комья глины и камни – над тропой кружились три аиста, направляя снаряды точно в цель.

– Оставьте этих людей в покое, понятно? И ступайте с миром! – резко прокричал человек-аист, а его жена добавила:

– Тот, кто причинит им вред, будет иметь дело с нами, с нами!

Рука Рены скользнула в карман туники, и пальцы коснулись белого пера. Пёрышко принесло удачу!

Из последних сил, истекая кровью, перепачканные в болотной жиже, Моог и его люди попятились туда, откуда пришли, увлекая за собой армию иссиня-чёрных кровососов. Пернатая девочка весело помахала Рене крылом и полетела за родителями, которые, коротко попрощавшись с путешественниками, повернули на запад.

Медленно выпрямившись, Рена вложила меч, которым ей так и не пришлось воспользоваться, в ножны. Роуэн тоже встал.

– Кажется, мы от них избавились, – улыбнулась Рена, стирая липкую пасту со щеки и глядя на Роуэна, который почему-то не сводил с неё глаз.

Ах, эти глаза цвета летнего неба…

– Думаю, так и есть, – ответил он, привлекая её к себе.

Ещё мгновение – и они обнялись. Рена прижалась к крепкой и надёжной груди Роуэна. Она выдохнула, обняла его ещё крепче, а потом подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

Ему пришлось наклониться, а Рена встала на цыпочки, и их губы наконец соприкоснулись – мягко, нежно и без спешки. Так вот на что похоже счастье – на солнечный свет, яркий и горячий, пронизывающий с головы до ног.

Поцелуй длился долго – им столько нужно было узнать друг о друге.

– Клянусь северным ветром… Я никогда и не думал о таком, – пробормотал Роуэн.

Рена вспомнила, как он ей понравился ещё в тот вечер, когда они сидели у костра, перед стычкой.

– Я тоже. Но если честно… Я надеялась, что это случится.

Они долго молча смотрели друг на друга. Но пришло время идти дальше. Рене было необходимо добраться до Эола, столицы Гильдии Воздуха. Только там она могла встретиться с Высшим советом и просить о заключении мира!

Тропинка постепенно становилась всё уже, и идти рука об руку путешественники, увы, уже не могли. Роуэн взглянул на тропу и повернулся к Рене:

– Не хочешь для разнообразия взять инициативу на себя?

– С удовольствием.

Конечно, это была большая честь.

Роуэн тихо пробормотал что-то, и разведчик, захлопав крыльями, перелетел на плечо Рене. Она протиснулась мимо Роуэна и пошла вперёд, пытаясь шагать так же широко и уверенно, как он. Даже не оборачиваясь, она знала, что он улыбается.

– Вы не встречали здесь высокую рыжеволосую женщину из Гильдии Огня, тану? – спросил Роуэн. – В траве или здесь, в городе?

Незнакомый торговец, один из многих в Эоле, сплюнул и подозрительно посмотрел на Рену, стоящую рядом с Роуэном:

– Ищешь чёртову поджигательницу? Так, что ли? Зачем?

– Она… должна мне денег, – выкрутился Роуэн.

– Ясно! Нет, эту ведьму я не видал. Вряд ли она в Эоле, я бы знал. Трава её сожрала. С деньгами можешь распрощаться.

Когда торговец скрылся среди хижин, Рена уныло прислонилась к опорам ветряной мельницы и опустила голову:

– Мы спрашиваем о ней уже десятого человека – и никто её не видел, никто ничего не знает.

– Её нет в Эоле, иначе какие-нибудь слухи бы дошли, – сказал Роуэн. – Может быть, она добралась до другого города или деревни. Дорогу сюда найти нелегко.

Рена знала, что Роуэн пытается её утешить, и через силу улыбнулась:

– Она придёт. Я уверена. Мы договорились встретиться в Эоле, и она сделает всё возможное, чтобы попасть сюда.

– Ты же не можешь ждать её вечно, – возразил Роуэн. –  Дадим ей неделю, не больше. Я не могу остаться здесь навсегда, мне нужно на что-то жить. Наверное, пойду с торговым караваном. Там будет видно.

Судя по всему, путешествовать с Реной и Аликс он так и не решился. Да и зачем, если он не верит в их цель?

– Я постараюсь сегодня добиться аудиенции в Совете Гильдии. А потом посмотрим.

Рена не хотела признаваться, что обязательно дождётся Аликс, даже если придётся просидеть в Эоле больше недели. И надо придумать, как помешать Роуэну отправиться в путь в одиночку, пока они не встретятся с Аликс. Рене очень хотелось, чтобы Роуэн пошёл с ними – именно он, и никто другой!

Когда они добрались до Эола, измученные после недели пути, сухой горячий ветер гнул высокую траву к земле. С тех пор ветер дул не прекращаясь, и во рту у Рены пересохло.

Воды в дороге едва хватало, ведь Роуэн не ожидал, что придётся так долго идти вдвоём. Порой путникам удавалось раздобыть почти полные кувшинчики с росой, но один день они провели без капли воды. Здесь, в Эоле, им срочно требовалось купить питьевую воду. И всё же дни путешествия в Травяном море были счастливыми, полными нежности.

У ворот в Эол сидела старая нищенка в пыльном халате, просившая у прохожих воды. Роуэн, извинившись, перевернул пустую кожаную бутылку, и старуха кивнула. Рена не удостоила нищенку взглядом, потому что как раз в этот момент отряд из примерно двадцати солдат в чёрной с серебром форме правительницы свернул на их улицу и двинулся по ней клином. Рена схватила спутника за руку и потянула в боковой переулок.

– Здесь не лучше, чем в Алааке. Неужели никто не может их остановить? – прорычал Роуэн, когда они поспешили прочь. – Я попрошу братьев по гильдии нас приютить.

– А люди из моей гильдии живут в Эоле? – испуганно спросила Рена, предполагая, что услышит в ответ. Копать здесь было нельзя – болотная вода стояла на глубине всего в несколько пальцев, – к тому же поблизости не росли деревья со съедобными листьями. Она вздохнула. – Что ж, значит, мне придётся ночевать на ближайшей поляне, в Травяном море. Денег у меня нет, всё осталось в Дар Бреддине, так что заплатить за комнату в трактире нечем.

– Глупости, ты пойдёшь со мной, – заявил Роуэн. – Спрячь амулет, и никто не догадается, что ты из тех, кто боится света.

«Боится света»? Рена очень удивилась. Неужели он говорил о Гильдии Земли?

Всё вышло так, как предполагал Роуэн. Купив свежей воды и утолив жажду, они устроились в хижине, где жила пожилая пара из Гильдии Воздуха – рассказчики. Разведчик Роуэна нашёл себе место на крыше – грубой плетёной решётке, пропускающей солнце и воздух, – Рене и Роуэну достались комнаты внутри.

Впервые за две недели Рена посмотрелась в зеркало – хоть это и был всего лишь отполированный кусок металла. Посмотрела – и едва не пожалела, что поддалась искушению. Волосы торчали в разные стороны, как жухлая солома, лицо обгорело и испачкалось. Рене даже показалось, что от неё отвратительно пахнет. Она застонала – так вот какой видел её в последние дни Роуэн! Умывшись как могла несколькими пригоршнями воды, которые ей достались – и даже ухитрившись ополоснуть волосы! – Рена одолжила у хозяев приличную одежду и в чистой тунике вошла в главную комнату.

Роуэн, от которого больше не пахло смолой, оглядел её с ног до головы:

– Ты очень красивая – надеюсь, тебе об этом известно?

– Спасибо. – От смущения Рена едва могла смотреть ему в глаза. – На прошлой неделе я такой точно не была. Болотная грязь… и почти две недели без ванны…

Роуэн рассмеялся:

– Я выглядел ненамного лучше. И что?

Заметив, что хозяева с любопытством за ними наблюдают, Рена и Роуэн отошли в соседнюю комнату, чтобы поговорить без помех, насколько это было возможно в доме со стенами из травяных циновок.

Однако о разговоре они вспомнили не сразу. Едва оставшись наедине, они слились в поцелуе, прекращать который никто из них не хотел. Роуэн так крепко прижал Рену к себе, словно не хотел отпускать. Возможно, ему тоже не нравилась мысль, что вскоре их пути разойдутся. Однако реальность нависла над ними будто огромная угловатая громада, готовая обрушиться при первом неверном слове или первом неверном шаге.

– Когда ты собираешься на Совет? – шёпотом спросил Роуэн.

– Я должна дождаться Аликс, у неё официальный приказ от Гильдии Огня, – объяснила Рена. – И даже если она придёт, не уверена, пустят ли нас. Завтра, когда взойдёт луна Эллоуэна, я схожу взглянуть на резиденцию Совета. Хочешь со мной?

Роуэн покачал головой:

– Нет. Это ваша миссия. Потом расскажешь, что у вас получилось.

Рена разочарованно отвернулась. «Не стоит ожидать от него слишком многого, – подумала она. – У него нет причин становиться посредником, как и у Аликс». Его не преследуют воспоминания о разрушенной деревне, вытоптанных растениях и отчаявшихся людях. Пойдёт ли он с ней лишь потому, что между ними вспыхнули нежные чувства? Спросить Роуэна напрямую она никогда не решится.

– Но я расскажу тебе всё, что знаю о Совете, – сказал Роуэн. Он уселся на шершавые травяные циновки, скрестил ноги и подпёр подбородок руками. – Может быть, тебе пригодится. Как ты вообще связалась с поджигателями?

– Аликс помогла. Она мастер четвёртой степени в своей гильдии и сама договорилась с Советом.

– Что ж, я такой помощи предложить не могу: мастером стал совсем недавно, и моё влияние в гильдии – не сильнее лёгкого ветерка…

Рена кивнула и села напротив. Не глядя на неё, Роуэн отодвинул травяной коврик и принялся чертить на песке. Другой рукой он рассеянно провёл по свежевымытым светло-русым волосам, на которых плясали солнечные зайчики.

– Резиденция Совета Гильдии находится здесь, в центре Эола. Это самая высокая точка во всём Травяном море: песок привезли издалека и свалили так, что получилась целая гора.

«Сделать подкоп не должно быть слишком сложно», – подумала Рена, представляя себе такую картину: из-под пола зала заседаний Совета Гильдии раздаётся грохот, одна из плит сдвигается, и под изумлёнными взглядами членов Совета из проёма вылезает девушка, стряхивает с одежды песок и подчёркнуто непринуждённым тоном произносит: «Приветствую вас, друзья!»

– Снизу не пробраться: в полу установили тяжёлые решётки, – сказал Роуэн, словно угадав её мысли. – Сверху тоже не получится – об этом позаботится приручённый Эолан. Повсюду расставлена вооружённая охрана – здесь, здесь и здесь, здесь и здесь. Есть ворота – на западе и на востоке. Эолан без устали стоит на страже.

– Эолан? Это животное? Опасное?

– Он опасен, да. Но не животное, а что-то вроде ветра.

Рена изумлённо уставилась на него:

– Как можно приручить ветер?

– Вообще-то он не очень ручной. Им управляют с помощью тайных заклинаний. Иначе он разнесёт дворец за один выдох – здание-то построено, точнее сплетено, из травы, – объяснил Роуэн. – Поэтому Эолан довольствуется тем, что сбрасывает незваных гостей в Травяное море, чтобы они там утонули.

– О, – поражённо вздохнула Рена. – Я и не знала.

Роуэн пожал плечами:

– Откуда тебе знать? Ты же не одна из нас. – Задумавшись, он потянулся за кожаной бутылкой и отпил несколько глотков. – Фактически Совет состоит из трёх мастеров пятой степени. Я, конечно, никогда их не видел, но так говорят. На самом деле все они должны иметь одинаковый вес в принятии решений, но Сетахая пользуется наибольшим уважением. Она очень старая, прожила сто двадцать зим, и поговаривают, что уже на полпути в другой мир.

– А другие?

– Авиус давно пытается заставить её выйти из Совета, – Роуэн рассеянно очерчивал на песке более широкую область вокруг дворца. – Однако его не слишком любят – скорее побаиваются такого высокомерного честолюбца. Полагаю, он продаст даже своего разведчика, если цена будет подходящей. – На крыше над ними раздался шорох – очевидно, разведчик Роуэна возмущённо подпрыгнул. Роуэн поднял голову и продолжил: – Хотя птица ему и правда не нужна, он редко выходит в море. Ну, неважно. В любом случае он заставил двух других повиноваться регентше. Третий, Терек, пока не пользуется большим влиянием. Он стал членом Совета не так давно, но, судя по слухам, очень умный малый.

– В Эоле есть постоянный гарнизон регентши? – Рена понимала, что важна любая деталь.

– Обычно войска здесь не размещают, в городе живут некоторые эмиссары регентши, их слуги и телохранители. Но то, что мы видели сегодня… – Он пристально посмотрел на неё. Снова этот взгляд, как тогда, у костра. «С тобой ничего не должно случиться». Его лицо застыло в напряжении. – Просто будь осторожна. С Советом нельзя шутить, особенно с Авиусом, да ты и сама знаешь, как регентша расправляется с врагами. – Он взял её за руку, переплёл свои пальцы с её и крепко сжал.

Рена улыбнулась:

– Я буду осторожна. А что ты собираешься делать?

– Попытаюсь присоединиться к каравану, который идёт на юг – как можно дальше на юг. Может быть, поселюсь в Толено – хороший город.

Далеко на юге. У Рены болезненно сжалось сердце.

– И кем ты будешь? Торговцем? – с нажимом спросила она.

– А кем же ещё? – Роуэн, будто защищаясь, поднял руки. – Я больше ничего не умею.

Внезапно Рене надоела эта болтовня. Она вскочила и встала перед Роуэном:

– У тебя есть шанс начать всё сначала. Ты можешь стать тем, кем хочешь! Или боишься?

По тому, как скривились его губы, она поняла, что попала по больному месту.

– Я не боюсь нового. Наоборот. Многим я нравлюсь, но некоторые считают, что со мной трудно ужиться. Называют бунтарём.

– Возможно, так и есть, – кивнула Рена. – Но ты не взбунтовался против своих же предрассудков.

Эти слова оставили горький привкус на её губах. При мысли о том, что она может потерять их обоих – и Аликс, и Роуэна. – или уже потеряла, у Рены перехватило горло. К глазам, как ни досадно, подступили слёзы. Они давно копились внутри, те самые, которым Рена долго не давала пролиться, стараясь просто выжить. Теперь её нервы истончились будто изгрызенные прутики. Сдерживаться не осталось сил.

Роуэн хотел было что-то сказать, но, увидев её лицо, застыл, поражённый её взглядом. Потом поднял руку и осторожно коснулся щеки девушки – будто птица-разведчик погладила её мягким крылом. Рена не плакала, когда на неё свалились несчастья и окружили опасности, но от простого жеста Роуэна размякла. Опустив голову, она почувствовала, как по щекам потекли слёзы. Роуэн крепко её обнял.

– Трудно тебе пришлось, да? – тихо спросил он.

– Не скажу, чтобы какие-то события меня особенно расстроили, но всё вместе… – призналась Рена. – Не знаю, где Аликс берёт на такое силы.

– Ох уж эта Аликс, – покачал головой Роуэн. В его голосе послышались напряжённые нотки, будто завибрировал натянутый провод, и Рена испугалась: откуда такое отношение к Аликс? – Аликс то, Аликс это. Может быть, тебе нужно оторваться от неё, чтобы по-настоящему повзрослеть.

– Ты с ней даже не знаком, – пролепетала Рена, чувствуя, как в ней поднимается гнев, смешанный с разочарованием. – И меня ты тоже совсем не знаешь. Зачем же так говорить? Аликс мне очень помогла стать самостоятельной.

Его пальцы разжались, и руки безжизненно повисли.

– Ты, несомненно, права, – жёстко произнёс Роуэн. – Я тебя совсем не знаю. Но я знаю одно: ты боишься стать такой, какой хотела бы. Так что не упрекай меня за то, что я не могу измениться за одну ночь. – И, бросив на неё последний взгляд, Роуэн стремительно вышел из комнаты.

Некоторое время она слышала шорох босых ног по травяным циновкам, но вскоре его заглушили вечный гул ветряных мельниц и негромкое бормотание пожилых рассказчиков за стеной.

Когда взошло солнце, Рена смыла с лица следы от слёз, выскользнула из травяной хижины сказителей и направилась к резиденции Совета Гильдии. Нищенка уже сидела на своём месте и, завидев проходящую мимо Рену, протянула руки. Девушка машинально налила в сложенные лодочкой ладони несчастной женщины несколько глотков воды и пошла дальше.

Рена никогда не была в таком большом городе, как Эол, где жило не меньше тридцати тысяч обычных людей и процветали две или три колонии людей-аистов. На улицах было не очень оживлённо, только ближе к главной площади дороги заполонили торговцы. На плечах у некоторых сидели птицы-разведчики, большие и маленькие, всех цветов – бежевые и бурые, чёрные и рыжевато-коричневые. Однако ни одной белой птицы среди них не было.

С любопытством оглядываясь по сторонам, Рена пробиралась сквозь толпу. Заблудиться по дороге к резиденции Совета было невозможно – замок из травы и песка возвышался над крышами Эола, видимый отовсюду. У ворот у подножия холма стояли вооружённые стражи.

«Рискну», – подумала Рена и направилась прямо к воротам. Подходя, она попыталась собрать всё своё чувство собственного достоинства и мысленно облачиться в него, как в сверкающие доспехи. «Я не пустое место, – тихо повторяла она себе. – У меня важная миссия». Был бы у неё хотя бы официальный документ, чтобы его предъявить! Но даже у Аликс не было ничего подобного.

Рена подошла к воротам, искусно вытканным из травы, как и весь дворец. На створках были изображены рука и крыло – символы Гильдии Воздуха.

– Ну что, милая девушка? Зачем пожаловали? – спросил один из охранников, глядя на неё сверху вниз. У него было узкое, изборождённое морщинами лицо и глубоко посаженные светло-голубые глаза. На мундире белели три вышитых пёрышка – наверняка знак офицерского чина – и надпись «Окам» на груди. Ходил страж ссутулившись, его молодость давно осталась в прошлом, но от него веяло силой и властью.

– Как добиться аудиенции с Советом Гильдии? – спросила Рена.

– От чьего имени вы требуете встречи?

– Моя спутница находится здесь по официальному делу Гильдии Огня. Наша задача – начать мирные переговоры.

– Ваши имена?

– Рена ке Алаак и Аликс ке Тассос.

– Вряд ли Совет захочет вас видеть. – В меланхоличных голубых глазах офицера сверкнули насмешливые искорки. – Разве вам не пора вернуться к мастеру, милая девушка?

Рена ответила суровым взглядом. Неужели она с таким трудом добиралась сюда ради такой встречи?!

«Ну что ж, это всего лишь первая попытка», – утешала она себя, поворачиваясь и уходя. Когда она вернётся с Аликс, ей повезёт больше – если Аликс жива и добралась до Эола!

Рена нашла место в стороне от входа во дворец, подальше от стражников, и села на песок скрестив ноги. Она терпеливо наблюдала за тем, что происходит у ворот, как часто охрана обходит с дозором вокруг дворца и когда отдыхает. Но ничего нового ей в голову не пришло, мысли будто засохли от песка и ветра – придумать, как попасть во дворец, не получалось. Разве есть хоть малейший шанс исполнить задуманное, если её никто не хочет даже выслушать? Может, отправить письмо и подождать, не заинтересует ли оно кого-нибудь из членов Совета? Нет, так нельзя. Придётся пойти на хитрость. Но даже если она проберётся во дворец тайком – кто будет вести переговоры с незваной гостьей?

Погрузившись в глубокие раздумья, Рена побрела обратно мимо травяных хижин. В полуденный зной на улицах почти никого не осталось. Рассеянно заметив, что нищенка, с которой она поделилась водой, сидит на прежнем месте, она уже собиралась пройти мимо, но тут из-под платья высунулась стройная загорелая нога. Не успела девушка удивиться, как упала лицом в пыль – лёгкую мучнистую пыль, тут же забившуюся в ноздри и в дыхательное горло.

– Гнилые корни и тухлые листья! – воскликнула Рена, вскакивая на ноги.

Нищенка захихикала:

– Я и не знала, что ты умеешь так хорошо ругаться. Только спокойствие. Это я.

Гнев Рены мгновенно сменился радостью. Невероятно! Она столько времени проходила мимо Аликс, ни о чём не подозревая! И даже не почувствовала, что оружейница где-то рядом! Правда, коричневая ткань почти полностью скрывала её лицо и волосы, и она сидела ссутулившись, прячась от взглядов прохожих.

– Значит, ты не утонула в болоте! Клянусь духом земли, я так переживала…

– Не кричи, не будем оповещать местных о моём появлении, – попросил знакомый голос Аликс. – Здешние жители не любят огонь. Уходи скорее, пока нас не заметили. Встретимся у тебя дома.

– Ты знаешь, где я…

– Естественно.

Вернувшись в дом рассказчиков, Рена первым делом заглянула в угол комнаты, где Роуэн, выбегая из дома, оставил свой плащ песочного цвета. Плащ был на месте, и Рена вздохнула с облегчением. На мгновение она испугалась, что Роуэн уехал не попрощавшись. Но он, похоже, ещё в городе. Вернётся ли он за своим плащом?

Рена села на травяные циновки и стала ждать Аликс. Не прошло и десяти вздохов, как послышались шаги и в дверь прошаркала нищенка. Стоило ей переступить порог комнаты, как её походка изменилась, напомнив Рене опытную фехтовальщицу, а когда гостья откинула капюшон, из-под него высыпались локоны медного цвета, чуть потускневшие от пыли.

– Я думала, что больше никогда тебя не увижу, – покачала головой Рена, стараясь не расплакаться.

– Так просто ты от меня не отделаешься, – ответила Аликс со своей прежней ухмылкой, и они обнялись.

«Это с нами в первый раз! – поразилась Рена. – Происходит нечто ужасное, и только потом мы понимаем, как дороги друг другу».

Аликс разжала объятия и села на пол:

– С трудом, но справилась, только не выпытывай подробности. Пришлось три дня обходиться без воды. Очень рада, что и ты дошла. Где тебя носило, хотела бы я знать? Я беспокоилась!

Выслушав рассказ Рены о том, что ей пришлось пережить по дороге в Эол, и рассказав свою историю, Аликс перевела взгляд на угол комнаты и лежащий там плащ:

– Куда подевался пройдоха, с которым ты бродила по переулкам?

У Рены снова испортилось настроение:

– Разве ты его не помнишь? Он подсел к нашему костру, а потом его попутчики на тебя набросились.

Аликс кивнула, но по её лицу ничего нельзя было понять.

– Я его узнала. Он тогда не дрался.

– Он нам нужен. Нам пригодится кто-нибудь из воздушной гильдии, и желательно кто-то из водного народа. Наши шансы поговорить с Советами Гильдий многократно возрастут, если мы будем действовать сообща.

– Фу, – поморщилась Аликс. – Ты шутишь? Огонь и вода. Это безумие!

– Ты всегда предполагаешь худшее. Роуэн, может, и из Гильдии Воздуха, но он очень хороший.

– Верю. Ты в него влюбилась?

Рена молча кивнула, и на губах Аликс мелькнула улыбка. Похоже, оружейница догадалась, как Роуэн и Рена провели последнюю неделю.

– Ладно, пусть идёт с нами, мне всё равно, – сказала она. – Но захочет ли он вступить в наш маленький отряд, особенно из-за меня?

– Мне ещё предстоит убедить его пойти с нами, и это будет нелегко, – призналась Рена. – Однако сейчас наша главная задача – попасть во дворец. Если Гильдию Огня здесь действительно так сильно не любят, то поможет ли нам письмо от твоего Совета? Ты, случайно, ничего не придумала?

Рыжие пряди на плечах Аликс танцевали под дуновением ветерка, пробивающегося сквозь грубо сплетённые стены.

– Можно отвлечь стражу, если поджечь дворец, – задумчиво поморгала раскосыми зелёными глазами Аликс. – Вряд ли они быстро справятся с таким бедствием. Но это риск. Я могу управлять огнём, но только до определённого предела. Чем больше пламя, тем сильнее его желание пожирать всё, что рядом, и я не смогу его остановить. Хотя… можно попробовать холодный огонь.

– Давай не будем играть с огнём, – обеспокоенно сказала Рена. – Мы ведь не на войне. Применяя насилие, мы теряем всякое доверие Гильдии Воздуха. Нет, надо так заинтересовать Совет, чтобы нас пригласили во дворец и выслушали.

Аликс предостерегающе подняла руку, и её лицо застыло в напряжении. Она показала на свои уши, а потом на стены хижины. Их подслушивали!

Рена прекрасно понимала, что это значит. Если кто-то услышал сказанное Аликс и передал кому следует – наказания не избежать!

Едва дыша, они сидели, глядя друг на друга и, боясь отвести глаза, напряжённо выжидая. Потом Аликс вскочила, сжимая в руке меч, а Рена осталась на месте, не в силах пошевелиться. Внутри всё стянуло в тяжёлый узел. От одной мысли, что ей снова предстоит оказаться в плену, становилось тошно.

Раздался короткий треск, и лезвия мечей в мгновение ока рассекли травяные стены сверху донизу. Стебли и клочья травы разлетелись в стороны, и Рена испуганно присела посреди хижины. Сквозь проёмы уже протискивались мужчины в форме, и вскоре путешественниц окружила дюжина солдат со знаками отличия Гильдии Воздуха. От травяных стен осталось лишь несколько оборванных стеблей.

Аликс, должно быть, поняла, что сопротивление бесполезно, и даже не попыталась защищаться. Быстрым движением она вонзила меч в землю и подняла руки:

– Спокойно, мальчики. Мы ничего не сделали.

– А, милая девушка! – произнёс голос за спиной у Рены.

Обернувшись, она узнала офицера с мрачным лицом и светло-голубыми глазами, встретившего её у дворцовых ворот и не пропустившего внутрь. Он задумчиво оглядел её:

– Прошу извинить за причинённые неудобства. Однако никогда не мешает докопаться до сути.

Аликс вопросительно подняла брови, а в голове Рены заметались тревожные мысли: услышал ли он их разговор с Аликс? Весь или половину? Рена попыталась прочитать ответ во взгляде офицера, но безуспешно. Она решила подстраховаться и попыталась запротестовать:

– В вашем городе всегда так встречают гостей?

– Только если они приходят с недобрыми мыслями, – ответил Окам. – Совет не любит доносчиков и шпионов.

– Мы не шпионы, – горячо возразила Рена.

– Может быть. Настоящие шпионы не бывают столь беспечны. Но об этом мы поговорим в подземелье дворца.

Аликс вдруг усмехнулась. Рена посмотрела на неё в недоумении, но потом поняла: похоже, своей цели они достигли. Больше не придётся раздумывать, как попасть во дворец – их туда отведут.

Теперь оставалось надеяться, что они переживут такое гостеприимство.

В маленькой камере было темно, но глаза Рены быстро привыкли к сумраку. Она осмотрела стены, пытаясь определить, из чего они сделаны. Одна стена представляла собой решётчатую дверь, остальные были покрыты циновками из травы. Когда она просунула палец между жёсткими травинками, он упёрся в песок.

– Скорее всего, мы в фундаменте песчаного дворца, – заметила Аликс. – Не копай слишком глубоко, иначе нас засыплет. Это бесполезно, да и бессмысленно. Дальше стоит решётка из карадиума, я чувствую его ауру.

Рена кивнула и снова села в углу камеры:

– Они скоро придут, чтобы дать нам…

– Как думаешь, это твой аист нас предал? – тихо спросила Аликс, не дав ей договорить. – Если так, задушу при встрече собственными руками.

– Нет, это не Роуэн, – с жаром ответила Рена, глядя в темноту и отчасти надеясь, что он уже покинул город, потому что иначе Совет арестовал бы и его. Но если он уйдёт из Эола, они вряд ли когда-нибудь встретятся. Думать, что они расстались и уже никогда не помирятся, было невыносимо. Едва ли не больнее, чем вспоминать их последний разговор. Так вот какой она запомнится Роуэну!

– Ты уверена, что это не он? – спросила Аликс. – Ржавчина и пепел, в конце концов, вы поссорились. Большинство моих знакомых мужчин после такого отправляются в трактир и требуют горсть ягод бельи. Может быть, так он и проболтался?

– А если он не похож на твоих знакомых мужчин?

– Уж поверь, у меня очень обширный круг знакомств, есть среди них и похожие на твоего парня – чувствительные, умные, непредсказуемые.

Рена в изумлении уставилась на подругу:

– Ты же видела его совсем недолго, когда он сидел у костра!

– Так я правильно его описала или нет?

– Да, он именно такой, – признала Рена. Конечно, он непредсказуем – может быть, то глупое замечание, которое он обронил о Гильдии Земли, было предупреждением? Однако поколебать её уверенность было не так-то просто. – Даже если бы он проболтался, это бы ничего не изменило. В конце концов, я сама сообщила стражу, чего мы хотим.

– Или твой аист помчался в Совет и…

– Аликс, пожалуйста, перестань.

Они снова замолчали, но после нескольких вздохов одновременно вздрогнули. Кто-то шёл по коридору в их сторону. Трое вооружённых охранников с факелами. По стенам затанцевали блики пламени.

Аликс двинулась к зарешёченной двери:

– Чего вам?

– Малышка пойдёт с нами, – сообщил один из пришедших. – Таков приказ.

Чувствуя, как подгибаются колени, Рена пошла к двери. Аликс положила руку ей на плечо:

– Удачи. Помни, что в Гильдии Огня скорее умрут под пытками, чем скажут хоть слово.

– К сожалению, я пока не состою в Гильдии Огня, – вздохнула Рена. – К тому же мне нечего скрывать. – Её тонкий голос прозвучал по-детски беспомощно в песчаном туннеле, где слова таяли, не оставляя эха.

– А теперь ты, поджигательница, – сказал кто-то у неё за спиной.

Раздался поток проклятий, которыми разразилась Аликс, выходя из камеры. Однако оружейницу повели в другую сторону, и её голос вскоре затих.

Один из охранников шёл впереди, остальные окружили Рену, держа арбалеты наготове. Они прошагали вверх по песчаным ступеням, возвращаясь к свету и воздуху. Чем выше они поднимались, тем громче завывал ветер. «Должно быть, это Эолан, который охраняет дворец», – подумала Рена, поднимая голову и прислушиваясь. Он не был похож на обычный ветер – он шипел и кричал. Но ни одна песчинка не ударилась о травяные стены.

Наконец Рену привели в совершенно пустой зал с уходящим ввысь потолком, стены которого были искусно украшены узором из крыльев. Охранники отступили к двери и оставили пленницу одну посреди помещения. Услышав приближающиеся шаги, она обернулась. К ней подходил офицер Окам, и он улыбался. «Значит, не всё так плохо», – с облегчением подумала она. Но шагнув ему навстречу, заметила, что на самом деле Окам не улыбается. Черты его лица были искажены как от боли. Что-то расстроило его до глубины души. На мгновение Рена забыла, что она пленница, а он её страж.

– У вас что-то случилось? – спросила она.

– Случилось. Но мне никто не поможет, – сказал Окам так тихо, что сначала она даже подумала, не показалось ли ей это.

Но вот он снова нахмурился, будто надев маску стражника, который недавно схватил их с Аликс. Глядя на пленницу так пристально, будто хотел услышать её мысли, Окам шагнул ближе и остановился совсем рядом:

– Кто послал тебя во Дворец Совета?

– Никто. Я сама решила прийти.

Рена вкратце рассказала о своём плане, о мирном договоре четырёх гильдий и о своей официальной миссии. Но ещё не закончив объяснять, поняла, что всё напрасно. Окам слушал её, но слова будто отскакивали от него, не оказывая никакого эффекта.

– Я тебе не верю. И тому есть одна простая причина, – наконец сказал офицер, внимательно наблюдая за ней. Потом подал знак солдатам, и те подняли оружие. Окам же бесстрастно вытянул перед собой руку, и Рена, узнав маленький предмет, лежащий у него на ладони, вздрогнула, поняв, что тёмное облако, так долго преследовавшее Аликс, настигло подругу. На ладони Окама лежал амулет – небольшой круглый кусок металла с выгравированным на нём глазом. В центре сиял красный драгоценный камень.

– Тебе знакома эта штука, – произнёс офицер, и это был не вопрос.

Рена кивнула. Говорить она не могла: во рту пересохло. Рена прекрасно помнила, как Аликс показывала ей амулет. Но это было до аудиенции с Советом Гильдии Огня. А потом они отдали амулет членам Совета. Значит, теперь перед ней оригинал.

Или Аликс выковала ещё одну копию.

– Откуда он у вас?

– Тебе лучше знать.

– Клянусь духом земли – я не знаю!

– Твой дух земли здесь бессилен. Ты видела это раньше и даже не пытаешься отрицать!

– Да, но я не знаю, что он означает. Откуда он у вас?

Глубоко посаженные светло-голубые глаза, казалось, вонзились в голову Рены, и она собралась с силами, пытаясь не отвести глаз.

– Мы взяли его у женщины из Гильдии Огня, с которой ты пришла.

– Он ей не принадлежит, – объяснила Рена, но в тот же миг её охватило сомнение. Откуда амулет у Аликс? Быть может, ей отдали его члены Совета Гильдии? Или всё это время она всем лгала и состояла в коварном тайном обществе? Нет-нет, это невозможно! Аликс не предательница! Более того: а как тогда объяснить нападение на дороге, из-за которого она чуть не погибла?!

Окам прищёлкнул языком:

– Почему ты испугалась? Тебе страшно, потому что ты знаешь – это опасный знак. Его носят агенты зловещей службы.

– Какой ещё зловещей службы? – взволнованно спросила Рена. Наконец-то! Хоть кто-то объяснит ей, что это за амулет! – Вы знаете кого-то из агентов? Мы пытаемся выяснить, кто они, чтобы помешать их страшным замыслам.

– Когда они тебя завербовали?

– Никто меня не вербовал!

Рена даже не подозревала, что это только начало. Целый поворот солнца Окам задавал вопрос за вопросом, а ответы у неё были лишь на некоторые из них. Вскоре она вымоталась, как если бы снова прошла через Травяное море, но продолжала внимательно слушать и запоминать вопросы: из них она узнала больше, чем собирался сообщить ей офицер Гильдии Воздуха.

Рена догадалась, что носящие красный амулет состоят в тайном обществе, собирающем информацию о положении дел в гильдиях по приказу регентши. Однако, что именно должны выяснить тайные агенты, Окам, похоже, тоже не знал. Да, члены организации были шпионами – но за кем они шпионили? Или они передавали послания? Убивали?

Когда Окам наконец задал последний вопрос, стало так тихо, что Рена поняла: для неё и Аликс это не сулит ничего хорошего.

– Амулет – достаточное доказательство, чтобы заточить вас обеих в песках – до тех пор, пока вражда между гильдиями не останется в прошлом. Мы не можем рисковать, таково моё решение. – Он явно был настроен очень серьёзно.

У Рены закружилась голова, дышать стало тяжело, будто после быстрого бега. Как такое может быть?! Неужели их просто запрут на всю жизнь из-за простого подозрения?! Да, видимо, на войне бывает всякое.

– Могло быть и хуже, – сказал Окам, и ей показалось, что он пытается её утешить. – Не так много зим назад, когда отец Авиуса возглавлял Совет, таких, как ты, бросали в траве без воды или отдавали Эолану.

– Прежде чем нас запрут в темнице, я хочу встретиться с моим близким другом, – попросила Рена. – Пожалуйста.

– С кем-то из Гильдии Земли? Не знаю, вряд ли это возможно.

– Нет, он из ваших.

Её слова заинтересовали Окама:

– За тебя кто-то может поручиться? Из рождённых в Гильдии Воздуха?

К Рене вернулась надежда:

– Да, он мастер первой степени. Его зовут… – Она замолчала. А вдруг, назвав его имя, она подвергнет Роуэна ужасной опасности?

– Ты даже не знаешь его имени? – усмехнулся Окам. – Вряд ли он твой близкий друг.

Рена судорожно размышляла, как поступить. Она ни за что не назовёт его имени, если из-за этого у Роуэна будут неприятности. Но, в конце концов, это же его гильдия. Всё будет зависеть от того, известно ли в Эоле о его ссорах с Моогом и насколько влиятельны в столице родственники работорговца.

– Откуда мне знать, что вы его не арестуете?

– Я гарантирую ему безопасность во Дворце Совета, клянусь честью моей гильдии. Ты уверена, что он будет свидетельствовать в твою пользу?

– Да, уверена, – сказала Рена, надеясь, что это правда. Следующие слова она почти прошептала, будто произнося заклинание. Как странно действовало на неё его имя… – Роуэн ке Нерада. Его зовут Роуэн.

Окам кивнул:

– Если он в городе, мои люди его разыщут. Надеюсь, ты не выдумала его, чтобы спасти себя и заодно шкуру поджигательницы.

Рена с трудом сдержалась, чтобы не улыбнуться. Скоро их выпустят из песчаной темницы, Окам поймёт, что совершил ошибку! Роуэн её не бросит, в этом она не сомневалась.

Окам задал ещё несколько вопросов, но теперь его голос звучал непринуждённо, почти беззлобно. Рена не расслаблялась: неправильный ответ мог стоить ей жизни. К тому же ей приходилось постоянно следить за собой, чтобы не ковырять песок пальцами ног. Вскоре она потеряла счёт времени и не могла бы сказать, прошла ли половина солнечного оборота или всего несколько вдохов.

Наконец солдаты, которых Окам отправил на поиски, вернулись. Их лица были высушены ветром и солнцем, а на плечах сидели птицы-разведчики с оперением разных оттенков коричневого. Рена искала среди них высокую фигуру со светло-русыми волосами и с белым разведчиком. Что случилось?! Где же Роуэн?!

– Ну что, нашли этого Роуэна? – с нетерпением спросил Окам у солдат.

Один из подчинённых вышел вперёд и коротко поклонился:

– Мастер, в Эоле нет никого с таким именем. Он был в городе, его видели и узнали, но теперь он исчез.

Рена с изумлением уставилась на говорившего: сказанное не укладывалось у неё в голове.

– Но он не мог уйти далеко, он собирался ехать на юг! – воскликнула она. – Он, должно быть, где-то рядом, в Травяном море. Пошлите кого-нибудь по тропам на поиски!

Окам вздохнул:

– Ты мало знаешь о Травяном море. Чтобы прочесать его, даже небольшой участок рядом с городом, нужно отправить не меньше сотни солдат.

– А как же люди-аисты? Разве вы с ними не в союзе? Они быстро разыщут там кого угодно!

– Отведите её обратно в темницу, – приказал Окам охранникам, не глядя на Рену и не слушая её возражений, и отвернулся, ссутулившись, как очень пожилой человек. – И пусть сидит там до тех пор, пока между гильдиями не воцарится мир.

Сильные руки схватили Рену чуть выше локтей и повлекли её к двери, но она крикнула:

– Вы упускаете единственный шанс на мир! Вы хотя бы понимаете, что…

Дверь со скрежетом приоткрылась, и заглянувший в щель посыльный сказал:

– Мастер, Совет желает видеть пленниц.

Окам нахмурился:

– Зачем? Когда?

– Прямо сейчас. Приказ отдал Авиус!

– Будь осторожна, – сказал Окам, прежде чем вести её к Совету. и окинул девушку задумчивым взглядом. – Сетахайя сразу чувствует ложь, она знает, правду ей говорят или нет.

– Тогда мне нечего бояться, – ответила Рена, прямо глядя ему в глаза.

Переступив порог одного из внутренних залов дворца, Рена сразу увидела невысокую, едва ей по плечо, изящную женщину в одеждах цвета охры и такую худую, что её пальцы казались не толще тоненьких прутиков. Рена зачарованно уставилась на её короткие, пожелтевшие с возрастом перья выше локтей. Наверное, это и была Сетахайя, о которой говорил Роуэн! Среди её предков явно были люди-аисты. Но здесь, конечно, никто бы не осмелился презрительно назвать её «аистиным отродьем», ругательством на все случаи жизни.

Женщина, склонив голову набок, задержала на Рене пристальный взгляд, а потом прошла мимо и направилась к офицеру.

– Я знаю, что произошло, – сказала она, положив тонкую руку на локоть Окама и сочувственно глядя ему в глаза. – Мы сделаем всё возможное, мой добрый друг, даю слово.

– Вы знаете, где она?

– Пока нет. Хранители Гильдии Воды держат это в секрете. Не тревожьтесь, мы отыщем вашу жену.

Теперь Рена поняла, почему Окам такой мрачный. Ей даже стало его жаль.

– Это будет непросто. Боюсь, Сетахайя, всё гораздо сложнее, и в благополучном исходе уверенными быть нельзя. – Из плетёного колокола у стены в зале появился ещё один человек – высокий мужчина со светлой бородой и холодными бледно-голубыми глазами. Авиус! – До сих пор, позвольте напомнить, нам не удалось вернуть ни одного пленника живым, – добавил он.

Из другого колокола выглянуло мальчишеское лицо. Наверное, это Терек, третий член Совета Гильдии. Сначала он показался Рене не старше Роуэна, но присмотревшись, она заметила на его лице морщины.

– Нужно попробовать ещё раз, договориться об обмене.

Рена облизнула пересохшие от волнения губы. Мастера говорили при ней слишком открыто – плохой знак. Важную информацию чужакам не раскрывают.

Окам подошёл к одному из верховных мастеров и что-то тихо сказал. Наверное, доложил о том, что узнал в ходе допроса. Вот бы узнать, о чём именно!

Внезапно Авиус повернулся к Рене:

– Как тебя зовут, листоедка?

– Рена ке Алаак, – ответила она, с трудом сдерживая гнев. – Мы со спутницей пришли к вам с мирной миссией. Понимаю, что сначала вы приняли нас за шпионов, но теперь настало время приступить к переговорам.

Верховный магистр уставился на неё, нахмурив брови. Заговорил он не скоро.

– Окам не сообщил нам о том, что вы приехали по официальному делу.

Рена довольно отметила, что её больше не обзывают обидными прозвищами.

– Высший совет Гильдии Огня поручил нам встретиться с Советами всех гильдий и договориться о начале общих переговоров. – Она снова вкратце пересказала основную задачу миссии.

Авиус изумлённо кивнул.

– Мастер, мне кажется, она не связана с агентами Красного Глаза, – внезапно заявил Окам. – Я встречался с ними… они совсем другие.

– Возможно, – ответил Авиус и махнул рукой. Похоже, его поразило сообщение Рены, а мелочи его не интересовали. В чём же дело?

Авиус подошёл к Рене и отечески обнял её за плечи. Она постаралась не отшатнуться и не вздрогнуть – от его прикосновения ей стало не по себе.

– Тебе ещё не раскрыли тайных заклинаний твоей гильдии? – спросил он. Голос прозвучал вкрадчиво, по-дружески. – Ты не выучилась на мастера?

Рена покачала головой. «Хоть бы его это убедило, – подумала она. – Разве отправят подмастерье шпионить?»

Однако Авиус улыбнулся, как будто она только подтвердила его опасения.

– Я знаю, что ты задумал, Авиус, – неодобрительно сказала Сетахайя. – Об этом ритуале давно пора забыть!

– Мой отец не просто так его пестовал, – ответил Авиус. – Так легче держать Эолан в повиновении. Или вы хотите, чтобы он обратился против нас и разнёс дворец?

Рена, поняв наконец, о чём идёт речь, едва устояла на ногах. Тот самый ритуал, о котором Роуэн упомянул как-то вскользь! В прошлом Совет регулярно приносил в жертву ветру человека. Неужели это правда, и верховные мастера раздумывают, не отдать ли ветру их с Аликс?!

– Мы не рабы Эолана, – резко напомнила Сетахайя. – Он служит нам, а не мы ему!

– Даже инструмент следует смазывать, чтобы он оставался в рабочем состоянии, досточтимая Сетахайя. Иначе в эти опасные времена мы вдруг окажемся беззащитными.

– Может, проведём ритуал открыто? Пригласим зрителей, – весело предложил Терек. – Поднимем людям настроение. Отвлечём от забот.

Авиус кивнул:

– Верно. Вот только ритуал не развлечение для публики, Терек.

– Наши гильдии отомстят! – вмешалась Рена. Даже если Гильдия Земли не будет мстить – неужели эти глупцы рискнут публично казнить женщину из Гильдии Огня?! – Их гнев обрушится на вас подобно молнии!

– Вовсе не обязательно, – с улыбкой ответил ей Авиус. – Если мы не скажем, никто никогда не узнает, что вас отдали Эолу. В Травяном море постоянно исчезают путники – ещё о двоих волноваться никто не станет.

Безмолвно умоляя взглядом о помощи, Рена повернулась к Сетахайе. Тёмные птичьи глаза на мгновение остановились на ней. Сетахайя шагнула к Авиусу, и её мантия зашуршала, как трава на ветру. Вид у неё был храбрый, но и немного нелепый, как будто мальчишка-подмастерье вышел против дхатлы.

– Ты не сделаешь этого, Авиус: пока я жива – этому не бывать! Будут протесты, хоть она и всего лишь ученица. Нам могут перерезать торговые пути, а вместе с этим иссякнет и кровь в наших жилах. Уж лучше бы нам задуматься о мирных переговорах!

Все понимали, что Сетахайе жить осталось недолго, хоть никто и не произносил этого вслух.

– Прошу меня простить, мастера, но, возможно, лучше оставить её во дворце ещё на несколько лун, – предложил Окам, нарушив молчание. – Быть может, мы узнаем что-нибудь интересное от неё или от огненной женщины.

Вот и союзник! Тоже просит об отсрочке казни. Но что будет с Аликс и Реной, когда Сетахайя больше не сможет их защищать?

– Нет, – возразил Авиус. – Если мы намерены это сделать, то ждать бессмысленно. Решение будет принято сегодня вечером. Есть некоторые детали, которые тебе, Окам, неизвестны.

Окам держался так, что понять, о чём он думает, было невозможно.

– Один из наших спросил у охранника, где найти эту девушку, и тот его впустил. Совсем юный мастер. К счастью, охранник не сообщил ему прямо, что она здесь, но слухи могли распространиться, – продолжил Авиус.

Рена сразу поняла, кто этот «юный мастер», и её окатило волной радости. Роуэн! Он не ушёл из города, просто люди Окама не подозревали, что он во дворце. Она всё же увидит его ещё раз – но сможет ли он ей как-то помочь?

– Зачем ему эта девушка? – изумлённо вопросил Терек.

– Не знаю, – пожал плечами Авиус. – Давайте позовём его и спросим.

Они встретятся снова, и так скоро! Рена едва могла устоять на месте от нетерпения. Но тут Авиус подал знак, и двое стражников схватили её за руки и потащили к выходу. Рена рассерженно сопротивлялась, но не успела опомниться, как оказалась за порогом зала, и её поволокли дальше по коридору.

– Нет, подождите! – крикнула она.

– Ну что ещё? – недовольно проворчал один из охранников, но, по крайней мере, они остановились и немного ослабили хватку.

– Позвольте мне хотя бы подождать снаружи, – взмолилась Рена. – От этого же никому не будет вреда, верно? Я просто хочу услышать его голос.

Стражи переглянулись.

– Исполните моё последнее желание, ведь меня всё равно отдадут Эолану!

– Хорошо. Но только на несколько вдохов. И ни слова!

Рене повезло больше, чем она смела надеяться: стражи подвели её к стене, за которой находился зал. В сплетённой из травы и тростника стене обнаружилось несколько прорех. Заглянув в ближайшую, Рена увидела часть зала, и перед её глазами замаячил затылок Авиуса. Очевидно, она не первая подсматривала отсюда за Высшим Советом.

Вошёл Роуэн! С громко бьющимся сердцем Рена смотрела в зал. Роуэн был такой же, как всегда, даже в той же пыльной куртке: видимо, не успел переодеться к встрече с Советом. Он держался очень прямо, и испуганным она бы его не назвала, но в его голосе зазвенели тревожные нотки, когда он произнёс традиционное приветствие:

– Мир Гильдиям, Высший Совет.

– Зачем ты пришёл, юный мастер? Эта девушка нужна тебе для торговых дел? Она принадлежит тебе или сбежала, прежде чем ты её продал? – голос Авиуса звучал сурово.

– Нет, Авиус. Я пришёл кое о чём ей сказать.

– Только за этим?

– Только за этим, – бесстрастно ответил Роуэн. – Я пришёл сказать, что буду сопровождать её в путешествии.

Даже стоя за стеной, Рена почувствовала, что члены Совета ошеломлённо замерли. Похоже, они ожидали чего угодно, только не этого.

– Невероятно! Немыслимо! – воскликнул Авиус.

– Это безумное путешествие! – прокричал Терек, его травяной колокольчик неуверенно покачивался.

– Ты веришь в то, что она задумала? – тихо спросила Сетахайя. – Ты действительно готов отправиться к Советам других гильдий, тану? Это опасно.

Из этих ответов Роуэн должен был сразу понять, что Совету известно о миссии Рены, она находится во дворце, хоть от него и пытались это скрыть. Не подав виду, что он догадался, почтительно поклонившись, Роуэн ответил.

– Да, я верю и готов. Дарешу нужен мир, гильдии должны сплотиться.

«К нему они прислушиваются, – подумала Рена. – Всё потому, что он из их гильдии, а я нет. Поэтому нас и должно быть четверо, только так».

Авиус исчез из поля её зрения, а вместо него появилась Сетахайя – виден был лишь уголок её мантии. А вскоре стражники решили, что «несколько вдохов» истекли и пленнице пора возвращаться в подземелье. Навсегда.

Глубоко под землёй, в темноте, её ждала Аликс:

– Ну что, жива? Тебя тоже долго допрашивали?

Рена быстро рассказала, что произошло. Аликс тихо засмеялась:

– Я же говорила, что он сразу побежит в свой совет. Как думаешь, аистёнок сможет вытащить нас отсюда?

– Как бы то ни было, он попробует, – ответила Рена.

«Он пойдёт с нами! – подбадривал её внутренний голос. – Он пойдёт!»

Если… ну да, если они не останутся здесь навсегда.

Казалось, прошла вечность, пока факелы не осветили коридор за дверью камеры. Рена уже ожидала, что охранники снова грубо потащат её за собой, но на этот раз пришёл сам офицер Окам.

– Следуйте за мной, – коротко приказал он.

Рена и Аликс переглянулись – неужели их тайком отдадут Эолану?!

Трое Высших мастеров Гильдии Воздуха сидели в своих травяных коконах и с достоинством смотрели на вошедших. Рена машинально оглянулась в поисках Роуэна. Он стоял совсем рядом! Наверняка он её видел, но по его лицу ничего нельзя было прочесть. Рена разочарованно взглянула на членов Совета. Неужели Роуэн до сих пор на неё обижен? Или злится, что приходится ей помогать, хотя он её предупреждал…

– Рена ке Алаак! – прозвучал высокий нежный голос Сетахайи. – Надеюсь, вы примете наши извинения.

Рена медленно, очень медленно расслабила сжатые кулаки. Она понимала, что должна что-то ответить, но в голове образовалась такая лёгкость, что ничего не придумывалось.

– Безусловно, – наконец выговорила она. – Это было недоразумение.

– Мы будем рады, если вы передадите Верховным мастерам других гильдий, что мы также хотим мира. Мы будем рады участвовать в переговорах.

По лицу Авиуса было видно, что он предпочёл бы заняться чем-нибудь другим. Улыбался он явно через силу. Но молчал.

Рена коротко поклонилась:

– Я передам ваше послание, Сетахайя. Наша следующая остановка – Совет Гильдии Воды. Пошлёте ли вы представителей в Скальный замок? В день следующего затмения мы встретимся в Алааке, на Лысой поляне, и единодушно потребуем аудиенции.

– Наши люди там будут.

Подошёл слуга и протянул ей небольшой предмет – перо, с замысловатым цветным узором.

– Пригодится, когда снова пойдёте через Травяное море, – сообщила Сетахайя, протягивая перо Рене и Аликс. – С ним вас никто не тронет. Предъявите его – и все мужчины и женщины Гильдии Воздуха отнесутся к вам с уважением.

Рена осторожно положила перо в карман, рядом с пером девочки-аиста.

Не успели они опомниться, как снова оказались в коридоре. Аликс торопилась поскорее уйти из дворца. Роуэн, молча присоединившись к ним, держался на несколько шагов позади. В холле резиденции они внезапно остались одни и, не сговариваясь, остановились и пристально посмотрели друг на друга – три человека из разных гильдий.

Рена безмолвно попросила духа земли, чтобы Аликс не назвала Роуэна аистёнком или ветряком, а он не плюнул бы ей под ноги, ну или не натворил бы чего-нибудь в этом роде. Она любила их обоих и очень не хотела, чтобы они поссорились и Роуэн передумал. Почему он вообще молчит? Аликс была на полпальца ниже Роуэна, но идеально сложена, как и полагается фехтовальщице. Под гладкой кожей перекатывались мышцы. Волосы цвета меди ниспадали на плечи.

– Итак, ты и есть печально известный Роуэн? – спросила Аликс.

Вопрос прозвучал без злобы, но и без особой теплоты.

– Да, это я, – спокойно ответил он.

Мгновение они сверлили друг друга глазами. Как бы невзначай, Роуэн положил руку на плечо Рены, и Рена обрадовалась и одновременно забеспокоилась: как воспримет Аликс его столь открытые притязания на неё?

– Что ж, посмотрим, как пойдут дела, – мягко сказала Аликс и повернулась к Рене, больше не обращая внимания на нового спутника. – Ладно. Выступаем. Хватит мозолить глаза местным.

Знакомство прошло гладко, и Рена с облегчением вздохнула. Однако тут же вздрогнула.

– Нет, мы не можем так сразу уйти, – сказала она. – Мне нужно кое с кем поговорить. Я быстро.

– Ты в своём уме?! Они могут в любой момент передумать и снова отправят нас в темницу!

Но Рена уже не слушала её – она бежала обратно во дворец. Аликс и Роуэн остались на месте, постукивая себя по лбу в знак сомнения в её умственных способностях.

Окама Рена обнаружила в одном из залов дворца, где офицер разговаривал с писцом. Увидев её, он вскинул брови и и тут же жестом отослал помощника.

Пытаясь отдышаться, Рена прерывисто спросила:

– Быть может, нам удастся что-то узнать в Гильдии Воды о вашей жене.

Окам внимательно посмотрел ей в лицо:

– Многие пытались, и не раз, но тщетно, милая.

– Но попробовать не помешает, правда? В конце концов, у нас есть преимущество – мы, как говорится, нейтральная сторона.

Окам горько рассмеялся:

– Вы даже не найдёте Совет Гильдии Воды. Никто не знает, где он на самом деле заседает. Говорят, что, если подойти к нему слишком близко, он исчезает, как мираж.

– Всё может быть, – Рена пожала плечами. Однако сдаваться она не собиралась. – Что случилось с вашей женой?

– Это всё из-за вражды гильдий, – отворачиваясь, признался пожилой офицер. – Наши люди напали на плавучий город недалеко от границы, потому что его жители нахально собирали урожай в нашей траве. В отместку Гильдия Воды вторглась в одно из наших поселений. – Он прижал кончики пальцев к вискам, словно не давая воспоминаниям вырваться из головы. – Я был в Травяном море с дозором. Когда я вернулся, жена пропала. Её взяли в заложники, чтобы наше войско не напало снова.

– Как её зовут?

– Кара, – едва слышно ответил Окам. – Она как тёплый южный ветер, она свет моей души. Если ты действительно сможешь освободить её, Рена, я сделаю для тебя всё, что в моих силах.

– Нет ли у вас какой-нибудь информации, которая помогла бы нам в поисках?

– Однажды она мне приснилась, и, по-моему, это был не обычный сон, – задумчиво сказал Окам. – Кара попала в серебро – как драгоценный камень в серебряную брошь, как муха в каплю смолы. Она была жива, но не могла ни говорить, ни двигаться.

Рена сглотнула. Похоже, что освободить пленницу будет непросто:

– Возможно, это был просто сон. Мы обязательно попытаемся и сделаем всё, что в наших силах.

– Только держитесь подальше от шпионов Красного Глаза!

Рена пообещала и это, а потом вернулась к друзьям. Когда дворец из песка и травы остался позади, она ткнула Аликс в бок:

– Слушай, откуда у тебя амулет? Тебе отдали его обратно в твоей гильдии, или как?

– Не говори глупостей, – фыркнула Аликс. – Совет гильдии никогда ничего не возвращает. Я сделала ещё одну копию в Тассосе, когда ковала твой меч. Или ты подумала, что я тоже вхожу в это тайное общество?

– Конечно, нет, – солгала Рена.

Она была рада снова отправиться в путь. Преследователи из Екатерина пока больше не показывались, наверное, потеряли их след в море. Моог и его приспешники тоже оставили их с Роуэном в покое. Ей же с Аликс удалось оправдаться после подозрения в причастности к заговору. Что ещё может пойти не так?

Как оказалось, довольно многое.

Они двинулись по морю травы на юго-запад. Странное это было зрелище: Роуэн с разведчиком на плече шёл первым, Рена за ним, а Аликс замыкала их маленький отряд. Когда они наконец остановились и сели поесть в отходящем от главной тропы тупике, то постарались сделать вид, что между ними нет недопониманий – и потерпели неудачу.

– Не могли бы вы передать мне воду? – с подчёркнутой вежливостью обратилась Аликс к Роуэну, и он с притворной улыбкой протянул ей бутылку:

– Безусловно.

– Он что, считает меня поджигательницей? – прошептала Аликс Рене, когда Роуэн на минутку отлучился. – Боится меня?

– Наверное, да, – ответила Рена, старательно пряча улыбку. – Аликс, признай: тебя стоит опасаться. И тебе нравится всё поджигать.

– Это верно. Только не в Травяном море, по крайней мере, пока я сама по нему гуляю.

Когда настала очередь Аликс ненадолго уединиться и Роуэн с Реной остались одни – впервые за несколько дней, – он спросил:

– Как ты думаешь, она меня примет? Или для этого мне придётся доказать, что я так же хорошо владею мечом, как она?

– Чушь! – заверила его Рена. – Я чуть не отрубила себе ногу в самом начале, когда только училась держать меч, но у нас с Аликс прекрасные отношения.

Их глаза встретились, и Рена ощутила болезненную неловкость. Почему он её не обнимет? Не поцелует? Что случилось?

– Я не успела тебя поблагодарить – Рена нежно, как раньше он, положила ладонь на его руку. – Если бы не ты, Эолан бы нас убил.

– Не благодари, – мрачно ответил Роуэн. – Это моя вина. Если бы я сразу пошёл с вами во дворец, ничего бы не случилось. Но я просто не хотел вмешиваться, понимаешь? Клянусь северным ветром – только бы не вмешиваться! – Он поморщился. – К тому же Совет моей гильдии ужасно с тобой обошёлся. Авиус действительно захотел возродить эту старую варварскую традицию! Невероятно! И отдать Эолану тех, кто мечтает о мире! Ты понимаешь?

– Да, – кивнула Рена и, притянув его к себе, с любовью поцеловала в губы. – Я очень хочу, чтобы твоя миссия завершилась успехом.

Роуэн нежно погладил её по затылку, и по спине Рены пробежали приятные мурашки. Аликс тактично держалась в стороне, пока не пришло время идти дальше. Громко пошуршав в траве, она появилась на поляне и, забросив поклажу за спину, встала во главе небольшого отряда:

– Слушай, Роуэн, одолжи мне твоего разведчика?

Роуэн вздрогнул, и Рена невольно с беспокойством взглянула на него: Аликс никак не могла понять, как важен разведчик для любого из Гильдии Воздуха. Она собралась было ей объяснить, но Роуэн её опередил:

– Да, конечно, – ответил он, и прошептал приказ.

Маленькая белая птичка вопросительно посмотрела на него и перепорхнула на плечо к Аликс.

Рена в изумлении раскрыла рот, а закрыв, поблагодарила Роуэна взглядом.

Но скоро ей вновь пришлось поволноваться. В следующие дни напряжение между Аликс и Роуэном неумолимо росло, и она не раз радовалась, что стала живым щитом в центре маленькой группы.

– Ты пьёшь мало воды, – с беспокойством сказал однажды Роуэн, обращаясь к Аликс. – Нужно пить каждый день по крайней мере пять литров: ветер вытягивает влагу из твоего тела.

– Только не из моего, – коротко ответила Аликс. – И вообще, нечего мне приказывать.

– Это просто совет, – пожал плечами Роуэн.

Они постоянно ссорились по пустякам. Роуэну не нравилось, как Аликс и Рена, упражняясь с оружием, вскрикивают и звенят мечами. Он утверждал, что они оставляют на тропинке отчётливые следы, но Аликс почти не обращала внимания на его возражения:

– Рена, ты идёшь? Надо поработать над твоей защитой.

Рена колебалась. Ей не хотелось принимать чью-либо сторону, но другого выхода не было – когда дело касалось тренировок, с Аликс лучше не спорить. Поэтому она следовала за подругой. А вечером Роуэн повернулся к ней спиной, и она тщетно ждала поцелуя.

Как всегда в дороге, они по очереди разбивали на ночь лагерь. Когда готовить приходилось Роуэну, он очень старался: целыми днями собирал травы, вычищал нежную сердцевину из молодых травинок, охотился на съедобных птиц и, осторожно попробовав стряпню, раскладывал каждому по порции.

Рена не сразу собралась попробовать мясо, но потом поняла, что это очень вкусно. Аликс же отбросила свою плошку с таким отвращением, словно ей подали помёт дхатлы:

– Фу, что это?!

– Традиционное блюдо Гильдии Воздуха, называется Кор-а-хат, – ответил Роуэн, сдерживаясь с заметным усилием.

– Спасибо, я предпочитаю поголодать.

– Чёрт возьми, Аликс, а как насчёт вежливости?! – прошипела Рена.

Но оружейница лишь пожала плечами.

Когда они нашли две полянки рядом и наконец-то смогли снова уединиться, Рена сказала Роуэну:

– Постарайся отнестись к этому с юмором. Она не нарочно.

– Вот тут ты ошибаешься, – покачал он головой. – Разве сама не видишь, что идёт битва? Борьба за власть – и за тебя.

– За меня?!

– Пожалуй, фехтовальщица слегка ревнует – ведь у тебя появился новый предмет для восхищения, – усмехнулся Роуэн. – И ей придётся смириться: я не намерен разлучаться с тобой. А если она не прекратит свои выпады – будет взрыв, потому что я не собираюсь вечно терпеть её уколы. – Он провёл тыльной стороной ладони по её щеке, и Рена забыла о подступившем было мрачном предчувствии.

На другой день они все вместе обсудили дальнейший маршрут.

– Через несколько дней мы выйдем из травяного моря, – объяснил Роуэн. – Если бы у нас была с собой складная башня, мы бы, наверное, даже смогли увидеть, где оно заканчивается. В Ванами самым трудным будет найти жильё. Однако Гильдия Воды, конечно, выступит за мир, они не сторонники войн.

– Хочешь сказать, что они с радостью вложат мечи в ножны, как только выслушают нас? – Аликс с циничной улыбкой тряхнула пыльным плащом. – Оглянись: троица странников, притом двое из чужих гильдий… одна беглянка и торговец, вынужденный отказаться от призвания. Прекрасная компания! – С этими словами она отвернулась и зашагала по тропинке.

Роуэн стиснул зубы:

– Она что, вот так уходит?!

– Аликс вернётся, – сказала Рена, всем сердцем на это надеясь. – Мы через многое прошли вместе. Она меня не бросит.

И действительно: Аликс вернулась ещё до наступления ночи. Несколько сотен вдохов она посвятила ритуалу расчёсывания волос, и теперь пряди снова заблестели, как начищенная медь. На полянке Аликс без лишних слов улеглась и завернулась в одеяло.

На следующее утро она проснулась в ужасном настроении. Ветер посвежел и нещадно трепал синие стебли, шелест и свист были громче, чем обычно.

– Это проклятое нытьё трав действует мне на нервы, – проворчала Аликс и сделала глоток из кожаной фляги. – Не понимаю, как ветряки это выносят. Эй, Роуэн, как ты это терпишь?

Роуэн встал и окинул Аликс холодным взглядом.

– Хватит, – сказал он. – Мне надоело, что ты ведёшь себя как избалованный ребёнок! Если у тебя есть что мне предъявить – говори! Я не требую ничего особенного – лишь соблюдения обычных правил вежливости. Надеюсь, это не слишком сложно.

Все застыли. Аликс и Рена ошеломлённо уставились на третьего члена команды. А потом одновременно вскочили. Рена от волнения едва переводила дыхание. Неужели Роуэн забыл, что Аликс может убить его так же легко, как только что переломила сухую травинку?! И одной искры достаточно, чтобы оружейница взорвалась! Рена понимала, что взрыва допустить нельзя – катастрофу нужно предотвратить любой ценой!

Аликс стояла словно огненный дух, положив ладонь на рукоять меча, но Роуэн смотрел на неё равнодушно, а разведчик спокойно сидел у него на плече. «Он больше не хочет мириться с насмешками», – восхитилась Рена его самообладанием. Он явно изменился с того дня, когда едва не задушил Моога. И всё же Рена боялась – опасалась и за исход миссии, и за Аликс, – потому что видела, на что способен Роуэн, когда выходит из себя. Если же Аликс убьёт Роуэна, Рена не найдёт в себе сил остаться с ней.

Однако Аликс только прорычала что-то неразборчивое, схватила поклажу и ушла. Дав ей отойти на несколько шагов, Рена и Роуэн осторожно двинулись следом.

– Интересно, сколько она продержится? – шепнула Рена Роуэну, когда они, разбив лагерь, устраивались на следующую ночь. – Молчание иногда изматывает сильнее споров. – Губы Рены почти касались его уха, ведь Аликс была всего в нескольких шагах. Объединяясь с Роуэном против Аликс, Рена ощущала себя предательницей, но за последние недели её чувства к Роуэну стали глубже и теплее. Иногда ей казалось, что ещё немного – и она сможет прочесть его мысли.

– Спроси лучше, как долго я ещё смогу это терпеть, – со вздохом заметил Роуэн. – Как же трудно путешествовать с мастерами из других гильдий!

Рена промолчала. Что же делать, как примирить этих двоих?

– Я хочу дать тебе кое-что, – внезапно сказал Роуэн и, порывшись в карманах, вложил ей в руку небольшой плоский предмет. Рена провела пальцами по гладкому металлу:

– Что это?

– Это деталь ветряной мельницы моих бабушки и дедушки. Я ношу этот амулет с собой уже много зим, возможно, он впитал частичку моей души. Пусть он всегда напоминает обо мне. – Роуэн обнял её и поцеловал. – Знаешь, если бы не ты, я бы давно ушёл, и ничто бы меня не удержало. Но я хочу быть с тобой, я понял это в доме рассказчиков. Вот почему я обратился в Совет.

– Но ты не можешь драться из-за меня с Аликс, – покачала головой Рена, чувствуя, как до боли сжимается сердце. – Уж лучше тебе уйти, чем пострадать из-за меня.

Роуэн обнял её ещё крепче, и они долго молчали. А потом он прошептал то, чего никогда ещё не произносил:

– Я тебя люблю.

После этих слов Рена оставила попытки его переубедить.

На следующий день она рассмотрела его подарок при свете. Это был брусок блестящего голубовато-серебристого металла с отверстием посередине, чтобы носить его на цепочке. Рена решила, что отныне не расстанется с этим кусочком ветряной мельницы.

Наконец они подошли к краю Травяного моря. Рене очень хотелось порадоваться вслух, что синий пыльный кошмар наконец-то останется позади, но её спутники лишь невозмутимо переглянулись, и она промолчала.

Чтобы попасть в Ванами, провинцию Гильдии Воды, им пришлось ещё раз пересечь Тассос. На этот раз Рена ничему не удивлялась, а вот Роуэна изумляла каждая мелочь. Ему хватило ума без споров последовать указаниям Аликс – и они с Реной вышли из огненного леса без единого ожога. Аликс ловко провела их через пустыню, преодолев даже большее расстояние, чем они планировали.

И вот наконец перед ними лежал Ванами.

На границе между провинциями они остановились у широкой серебряной ленты, вьющейся по равнине. Через реку был перекинут деревянный мост.

Аликс с любопытством огляделась:

– Настоящая река! В моей провинции вода есть только под землёй. В последний раз я видела реки в Алааке, однако они были значительно уже этой.

Рена провела пальцем по старым, высушенным ветром символам, вырезанным на боковых перилах.

– «Вы вступаете на территорию Гильдии Воды, – прочитала она вслух. – Незнакомцы, берегитесь! Те, кому здесь не место, горько поплатятся!»

Роуэн поморщился. Аликс смотрела в другую сторону.

– Послушайте, кто-нибудь из вас умеет плавать? – спросила оружейница.

– Да, я умею, – одновременно ответили Рена и Роуэн.

– …Но не очень хорошо, – смущённо добавила Рена. – Наверное, прошло пять зим с тех пор, как я в последний раз погружалась в воду.

У берега было привязано несколько лодок. Скорее всего, их бросили торговцы, ушедшие в Травяное море, где такие средства передвижения не нужны. Аликс без лишних слов выбрала одну, в которой могли бы поместиться трое путников и их багаж. Лодка оказалась очень лёгкой, наверняка приспособленной для переноски по суше. Когда они переплывали реку на вёслах, Аликс вдруг спросила:

– Да, совсем забыла: скажи, как тебе удалось заставить Гильдию Воздуха признать нашу миссию?

– Никаких секретов, – пожала плечами Рена, опуская весло в воду. – Я просто объяснила им, что мы собираемся делать.

Аликс вздохнула:

– Похоже, у тебя талант к дипломатии, какого у меня не было и нет. Давай заранее условимся, что с Гильдией Воды переговоры будешь вести ты, хоть официальный приказ и выдан мне. Я буду стоять рядом, изредка кивать и с достоинством оглядываться.

– Ты серьёзно? – удивилась Рена. – Думаешь, меня станут слушать?

– Практически не сомневаюсь. Да и вообще – всё началось с твоей идеи.

Рена счастливо улыбнулась, хоть и подозревала, что переговоры будут нелёгкими.

На озёрной глади под вёслами путешественников плясали солнечные блики. Время от времени, к облегчению Рены, путники выбирались на сушу, но, пройдя совсем немного по твёрдой земле, снова спускали лодку на воду. Порой они целыми днями переплывали огромные озёра, минуя по пути лишь небольшие острова. И хотя на островах росли деревья, Рене не хватало настоящего леса.

За несколько дней они не встретили в Ванами ни единого живого существа. Иногда совсем рядом проскальзывали люди-гадюки, исчезая прежде, чем удавалось их толком рассмотреть.

На пятый день всё изменилось. После долгого дневного перехода они отдыхали на одном из множества маленьких островков, обнаруженных среди рек и озёр, как вдруг к ним, прихрамывая, подошёл старик в длинном тёмно-синем плаще. Аликс от неожиданности вскочила и выхватила меч.

Старик захихикал:

– Перенервничали, ребята? Успокойся, красотка, обойдёмся без боя. Я просто спросить: может, помощь какая нужна? Куда идёте, чужаки?

– А вы здесь всё знаете, да? – любезно поинтересовался Роуэн.

– Ну! – нетерпеливо кивнул мужчина. – Вырос здесь, всю жизнь прожил. Знаю каждую пядь земли в этих местах, каждую пядь.

– Не подскажете, как попасть в Совет Гильдии? – спросила Рена. – Резиденция находится где-то неподалёку.

– Резиденция! – рассмеялся старик. – Захотели вступить в мою гильдию?!

– Что здесь смешного? – резко спросила Аликс. Наверное, из-за окружающей их воды настроение у оружейницы было хуже некуда.

– Простите, прекрасная дама, – церемонно ответил мужчина, поклонившись Аликс, и Рена наконец рассмотрела на его обветренном лице искрящиеся весельем голубые глаза. – Давно не видал незнакомцев. Как же вам ответить? Идите дальше на юг, именно на юг, и никуда не сворачивайте – так и придёте прямо к резиденции Совета, точно её не пропустите. Вот только вопрос: вам туда действительно надо? Там вас ничего хорошего не ждёт – разве что забвение и, быть может, смерть.

– Позвольте, мы сами решим, что делать и куда идти, – ответила Аликс. – Сколько туда добираться?

– О, дней пять или шесть. Желаю удачи!

Дружески помахав на прощание, старик захромал прочь. Путешественники переглянулись.

– Ну вот и всё, – сказала Рена и уже собиралась повернуть на юг, но Роуэн поднял руку, останавливая её, и нахмурился:

– Подожди. Какой-то он странный. Такое ощущение, что он нас обманул.

– Ты уверен? – спросила Аликс.

– Забавный старичок, – усмехнулась Рена. Аликс явно понравилось, что её назвали «прекрасной дамой».

– Кто знает, какие у него на то причины, – сказал Роуэн. – А вдруг он хочет заманить нас в ловушку. Я считаю, что нам нужно двигаться в противоположном направлении, на север.

Аликс поджала губы:

– Если ты ошибаешься, мы потеряем целых двенадцать дней.

Как по команде, оба повернулись к Рене. В конце концов, в путешествие они отправились из-за неё, и ей нравилось, что последнее слово в принятии решений друзья оставляли за ней.

– Давайте попробуем пойти на север, – сказала Рена.

Тогда-то и начались проблемы.

На следующую ночь, едва стемнело, на спящих напал рой светящихся жуков длиной с палец. Казалось, их были тысячи, и выспаться путникам не удалось. Стоило подпустить крошечного гада поближе, как он тут же колол жертву светящимся в темноте острым хоботком, и поэтому приходилось постоянно отмахиваться.

Рена старалась переносить эту напасть спокойно, но Аликс не вытерпела и вскоре бросилась на жуков с мечом. Ей удалось прикончить двух или трёх, но с каждым взмахом меча их словно становилось всё больше. Обрадовался нападению только разведчик. Держась на безопасном расстоянии от меча Аликс, он влетал в светящийся рой и, подхватывая жуков направо и налево, набивал брюхо.

– Неприятная местность – пошли быстрее, – поторопил Роуэн.

Днём светящиеся чудовища оказались большими зелёными жуками, которые продолжали настойчиво жужжать, преследуя путников. Чем дальше на север они продвигались, тем больше становились полчища жуков. Еле выдержав две ночи без сна, Аликс застонала:

– Мы явно идём не туда. Надо было повернуть на юг. – Она раздавила подобравшегося слишком близко жука, и из него брызнула жёлтая кровь.

– Что скажет разведчик? – спросила Рена.

Но разведчик заболел. Или светящиеся жуки оказались ядовитыми, или просто прихватило живот, но белая птица, нахохлившись, застыла на плече Роуэна.

– Если через два дня не станет лучше, повернём назад, – наконец решила Рена. – Больше четырёх ночей без сна мы просто не выдержим.

Однако ещё до условленного срока на них свалились новые неприятности. Как-то в сумерках они плыли по озеру на своей небольшой лодке – и вдруг услышали странный звук. Где-то впереди раздался ужасный визг, который, казалось, врезался в череп, как пила. Так в самых страшных кошмарах мог вопить нападающий хищник. Рена и её спутники как по команде опустили вёсла. Быстро темнело, поэтому Аликс поспешно зажгла факел и подняла его над головой. Однако алый свет проникал вглубь только на длину дерева, а дальше была темнота.

Крик повторился, и путники вздрогнули. По рукам Рены побежали мурашки.

– Какой жуткий вой, – сказал Роуэн. – Мне даже не хочется знать, как выглядит животное, способное издавать такой звук.

– Мне тоже, – поддакнула Аликс и зевнула. – Может, утром я бы с ним и встретилась, но не сейчас.

В ту ночь они спали в лодке, натянув плащи на борта, чтобы насекомые не могли до них добраться. Рена очень обрадовалась рассвету. Утром они вместе отправились посмотреть, что за страшное животное кряхтело в сумерках, но обнаружили лишь несколько вырванных с корнем растений.

– Загадочные места, – проговорил Роуэн, с тревогой оглядываясь по сторонам. – Мы до сих пор не встретили ни одного поселения. Это очень необычно. Где же плавучие города, в которых якобы живут люди воды?

Когда они, совершенно измученные, решили было повернуть назад, преследование прекратилось так же внезапно, как и началось. В тот день посреди леса они наткнулись на озеро, каких не встречали прежде, хотя за последние несколько дней видели больше воды, чем суши. Его поверхность не рябила – она была гладкой и серебристой, как жидкий металл. Смотреться в него было бесполезно – это идеальное зеркало отражало лиловое небо.

– Красивые здесь озёра, но быстро надоедают, – вздохнул Роуэн. – Надеюсь, мы скоро отыщем Совет Гильдии. – Он подобрал на берегу камень и бросил его в озеро. Камень упал без единого всплеска и ушёл на дно, не оставив ни малейшей ряби. Он просто исчез, как будто его и не было. Путешественники проводили его ошеломлёнными взглядами. Рена смотрела на озеро, и всё внутри у неё переворачивалось. На мгновение показалось, что под зыбкой гладью проносятся тени, но, должно быть, глаза её обманули – наваждение мгновенно рассеялось.

– Есть здесь что-то подозрительное, – пробормотал Роуэн.

Аликс мрачно кивнула:

– Давайте держаться от него подальше.

– Да, отойдём от берега, – согласилась Рена. Но вдруг ей вспомнился странный сон офицера Окама. – Подождите! – воскликнула она. – Пойманная в серебро… как камень в драгоценной оправе… как муха в смоле… Это может быть озеро, она может быть в озере!

– О чём ты говоришь? – спросил Роуэн, и Рена поспешно объяснила всё ему и Аликс. – Мне кажется, мы у цели. Это наша первая зацепка – жена Окама!

– Слишком уж неясный след, – мрачно заметила Аликс. – Предлагаю продолжить поиски совета, мы и так потеряли слишком много времени.

– Я согласен, – сказал Роуэн, – надо спешить. Здесь нам делать нечего. Если Кара там, то она уже мертва. К тому же это был всего лишь сон.

Рена сдаваться не хотела:

– Давайте хотя бы попытаемся выяснить, что это за озеро!

– Отлично. Предлагаешь туда нырнуть? – Аликс покачала головой и скрестила руки на груди: – Никогда. Я выросла в Гильдии Огня и не хочу приближаться к воде. Мне очень не понравилось, как тот камень буквально провалился в темноту.

Решимость Рены поколебалась. Озеро пугало её не меньше, чем друзей.

Сгущались сумерки, и путники уже засыпали на ходу.

– Не разбить ли нам лагерь? – предложил Роуэн, будто прочитав её мысли. – Подумаем об озере завтра.

– Только давайте на ночь отойдём подальше от воды, – Аликс поёжилась.

Рена, зевая и едва держась на ногах, кивнула:

– Конечно, отойдём, и подальше.

После недолгих поисков они нашли небольшую поляну и раскинули на ней походные одеяла. Аликс занялась разведением костра и добыванием ужина, а Рена прошлась вокруг в поисках съедобных растений. После ужина Роуэн странно притих и, устремив задумчивый взгляд в небо, не отвечал, даже когда Рена его обнимала. Вглядываясь в его лицо, она тщетно пыталась понять, о чём он думает. Может, о доме, которого лишился? Хотел ли он вернуться? Наконец её терпение лопнуло:

– О чём ты думаешь?

– О Гильдии Воды, – ответил Роуэн. – Мне кажется, мы что-то упустили. Что-то важное.

Рена вздрогнула:

– Это как-то связано с озером?

– Может быть. Пока не знаю. Пытаюсь вспомнить, что я слышал от других торговцев о Ванами.

Больше он ничего не сказал, и Рена, решив оставить его наедине с мыслями, перевернулась на бок и задремала.

В ткань её сна медленно проникли крошечные хищные призраки. Ей снилось, что Роуэн застыл в луже расплавленного серебра, как муха в смоле. Он не мог пошевелиться, его лицо застыло, покрывшись слоем металла. Он отчаянно звал её, но она ничего не могла поделать, только в смятении смотрела, как его затягивает в глубину.

И вдруг проснулась – вся в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем. Она хотела повернуться к Роуэну, прижаться к его тёплой коже… но Роуэна не было.

Рена порывисто села и огляделась. На глаза ей попался кусок коры, лежащий на его скомканном одеяле. На коре было написано: «Я попытаюсь выяснить, есть ли в моей идее смысл. Вернусь через четверть оборота солнца. Не тревожься. Р.»

– Проклятые гнилые листья! – воскликнула Рена и бросилась к Аликс, которая, проснувшись от её громкого возгласа, уже была на ногах. Рена молча протянула ей кусок коры.

– Он ушёл совсем недавно, – резко сказала Аликс. – Третья луна только что взошла. Он должен был нас разбудить!

Рена поспешно оделась, засунула за пояс кинжал и завязала сандалии:

– Ты думаешь, с ним что-то случилось?

Аликс кивнула:

– Нам лучше поторопиться.

Она зажгла факел, и он осветил красноватым пламенем лесную полянку. Рена не нуждалась в этой помощи, её глазам, привыкшим к мраку под землёй, хватало и света звёзд. Пригнувшись, она пошла по следу, быстро отыскав тропу, которой Роуэн покинул лагерь. Не отрывая глаз от земли, она быстро шла вперёд, Аликс следовала за ней. Тропа шла ровно, и уже после сотни вдохов Рена поняла, куда она приведёт.

Роуэн вернулся к озеру.

– Вот идиот! – возмутилась Аликс. – Он тебе что-нибудь говорил об идее, которая его осенила? Хоть что-нибудь? Пригодится любая мелочь.

– Он сказал, что думает о Гильдии Воды. Но это нам вряд ли поможет…

Они стояли в сумерках третьей луны перед серебряной поверхностью, огромным зеркалом в лесной чаще, и с замиранием сердца смотрели на неподвижную гладь озера. Окружающая их тишина казалась густой, как сироп. Веяло прохладой, от озера исходил холод, который пробирал до костей – но, возможно, это был просто страх.

Рена присела и осмотрела землю на расстоянии нескольких ладоней от берега. Обнаруженные следы её испугали. Она увидела углубления, явно от ног Роуэна, песок был взрыхлён, трава на берегу вытоптана. Рядом со следами Роуэна и поверх них она заметила и другие отпечатки… странные широкие полукружья, формой напоминавшие листья – возможно, оставленные лапами невиданных существ.

Рена в страхе подошла к самой воде. Отпечатки ног Роуэна вдруг сменились широкими неглубокими бороздами – как будто по песку волокли что-то тяжёлое. Следы обрывались только у самой воды.

Рена упала на колени, прижала голову к земле, и на влажный песок выкатилось несколько слезинок. Но сильная рука, схватив Рену за плечо, оттащила её назад, заставив, пошатнувшись, встать на ноги.

– Отойди от воды! – приказала Аликс. – Ржавчина и пепел! Не хватало ещё, чтобы и тебе досталось!

– Как ты думаешь, он ещё жив? – вырвалось у Рены.

Прежде чем ответить, Аликс некоторое время молча рассматривала следы.

– Здесь есть кровь, но её немного, и пролить её мог и другой – тот, кто утащил Роуэна. Но если его утянули в озеро, то надежды мало. – Аликс в сердцах отломила с ближайшего дерева ветку и, размахнувшись изо всех сил, бросила её в серебряное зеркало. Ветка затонула без малейшего всплеска. Одновременно не далее чем в двух шагах от них взлетела белая птица и закружилась в вышине, словно маленький белый листок в бурю. Как ни странно, птица не улетела, а, наоборот, направилась к Рене и Аликс. Приземлившись у ног Рены, она замерла, дрожа всем телом. Рена узнала разведчика и протянула к нему руку:

– Ну же, малыш… ты ведь меня знаешь… не бойся…

Птица доверчиво позволила взять себя на руки и уселась на плече Рены, взъерошив перья. Аликс и Рена переглянулись: Роуэн и птица-следопыт были неразлучны.

Рена сжала в руке кусочек от ветряной мельницы – её талисман на цепочке, который сейчас очень пригодился бы Роуэну! – и нащупала в кармане аистиное перо. Она увидела перед собой Роуэна, его угловатое и удивительно нежное лицо, непокорные светлые пряди. Этого не может быть: совсем недавно она заснула рядом с ним – а теперь он, возможно, мёртв?! Нет, пока она не увидит его безжизненного тела – ни за что не поверит. Серебряное зеркало поглотило его – но, может, ещё вернёт?

– Похоже, остаётся только одно… – сказала Рена.

– …Идти дальше и всегда помнить о Роуэне, – продолжила Аликс. Её лицо напряжённо застыло, и в глазах даже – неужели? – блеснули слёзы. – У нас есть дело, которое мы обязаны завершить.

Рена сняла сандалии, освободив пальцы от плетённых из трав ремешков, и, отложив обувь в сторону, прочным стеблем вьюнка стянула на затылке свои светло-каштановые локоны, успевшие сильно отрасти за последние несколько месяцев. Её пробрала дрожь.

– Ради духа огня, что ты творишь?! – воскликнула Аликс.

– Поищу следы под водой.

Аликс заступила ей дорогу:

– Рена, прекрати. Ты в своём уме?! Ты же утонешь. Он тебе даже не брат по Гильдии!

– Может, ты и права, – кивнула Рена. – Но это не главное.

– О ржавчина! – вскричала Аликс и в бессильной ярости хватила мечом по ближайшему кусту, от которого фонтаном полетели щепки. – Вот упрямая листоедка! Думаешь, я бы не сделала то же самое? Но я не умею плавать!

– Пожалуйста, окажи мне услугу: посторожи здесь, пока я не вернусь.

– Три дня, – объявила Аликс. – Три дня и ни вдохом дольше. Через три дня я решу, что тебя тоже утянули навсегда, уйду – и никогда больше ни одного болвана не буду уговаривать заключить мир!

– Спасибо, – сказала Рена, и они обнялись. – Будь осторожна, Аликс.

– Удачи, – хрипло проговорила Аликс.

Рена маленькими шажками двинулась к серебряному озеру. Но когда до него оставалось совсем чуть-чуть, её ноги вдруг отказались идти дальше. «Досчитай до „трёх“, – подумала она. – Может, тогда получится».

Раз… два… три…

Ноги всё равно словно окаменели. Рена задрожала, и у неё застучали зубы. Но при мысли, что Аликс видит её такой, она постаралась взять себя в руки. «Ну давай», – сурово приказала она себе – и тут ноги коснулись серебра. Вода была тёплой, как кровь, – будто озеро было живым существом. Это почему-то успокоило Рену, и она очень медленно пошла дальше.

Прежде чем нырнуть, Рена ещё раз обернулась. Аликс безмолвной статуей сидела на берегу, скрестив ноги и положив меч на колени. От леса она защитилась кольцом холодного огня.

Их глаза встретились в последний раз, и Рена, сделав глубокий вдох, нырнула под воду.

Не слишком умело двигая руками и ногами, Рена постепенно погружалась всё глубже. Открыв глаза, она увидела лишь размытые очертания непонятных форм. К ней приближались странные фигуры – они, должно быть, поджидали её неглубоко, у самой поверхности, невидимые и терпеливые! Рена попыталась закричать, и изо рта побежали наверх пузырьки воздуха.

Гибкие лапы схватили её за руки, и вода стремительно расступилась – Рену потянуло в глубину. Она не сопротивлялась. Против существ, которые чувствовали себя в воде как дома, у неё не было шансов, да и вряд ли хватило бы воздуха, чтобы вернуться на поверхность без чьей-то помощи. Сомнений не осталось – её тащили туда же, куда увели Роуэна.

В груди и в ушах давило всё сильнее и мучительнее. Она погружалась всё глубже. Когда же наконец покажется дно?! У Рены кружилась голова, она уже не понимала, где верх, где низ. Грудь судорожно вздымалась, кровь грохотала в ушах, и казалось, она не выдержит больше ни минуты. Но широкие лапы неумолимо тащили её вперед, ещё и подталкивая сзади.

Вдруг под ногами у Рены оказалась твёрдая почва, а вокруг – влажный липкий воздух. Задыхаясь и кашляя, она втягивала кислород в лёгкие, тёплая вода капала с волос и мокрой одежды.

Они остановились под небольшим куполом из серебристого материала, прикреплённого к полу прочными нитями. Дальше шёл тёмный туннель.

Отдышавшись, Рена нашла в себе смелость внимательнее присмотреться к спутникам. Они были примерно её роста, но вдвое шире, с коренастыми телами, плоскими головами, сильными ногами, заканчивающимися ластами, и блестящей жёлто-коричневой кожей. Лица их были похожи на человеческие, а золотистые глаза смотрели на Рену угрожающе. Таких полулюдей она прежде не встречала. «Может, это люди-жабы?» – зачарованно подумала Рена. Она с радостью вспомнила, что Аликс окружила себя кольцом холодного огня: странным земноводным не хватит смелости напасть на человека, защищённого огнём. Лишь бы оружейница не вошла в воду – а она точно не войдёт: в этом Рена была совершенно уверена.

Рена надеялась подслушать разговоры людей-жаб, ведь они не могли знать, что ей понятен их язык. Возможно, она узнает, где оказалась и что с ней будет дальше. Однако странные существа не обменялись ни словом.

– Мир гильдиям, – вежливо сказала Рена, чтобы начать разговор, но оба существа отвернулись – не понимали дарешского? – и жестом приказали ей идти по туннелю. Сами же остались на месте, готовые к приходу следующего незваного гостя.

Рена повиновалась, ступая осторожно и всё глубже погружаясь в лабиринт коридоров. Услышав голос за спиной, она вздрогнула.

– День добрый. Добро пожаловать в резиденцию Совета Гильдии, уважаемая дама. Вижу, что лгать вам бесполезно.

Рена обернулась и сразу же узнала мужчину в простом тёмно-синем плаще: это был тот самый старик, который пытался сбить их с пути. Только теперь он не казался старым и немощным. Хотя у него за плечами было много зим, а густые волосы стали цвета воды под дождливым небом, голос его звучал молодо, а голубые глаза озорно блестели из-под кустистых бровей. Он поклонился Рене с преувеличенным почтением.

Мысли закружились в её голове, как осенние листья в бурю. Совет гильдии? Резиденция? Неужели они нашли то, что искали? Да, конечно! Почему им давно не пришло в голову, что для Совета Гильдии Воды есть только одно подходящее место – в воде? Вероятно, они точно так же прошли мимо многих поселений – все они находились в озёрах, под водой!

– Вы понимаете, что нанесли серьёзный ущерб моей репутации? – с упрёком спросил мужчина. – Разве предупреждение на мосту вас не отпугнуло?

Рена пожала плечами:

– Нет.

– А как же приставучие жуки и страшные вопли?

– Приятного мало, конечно, – но что же делать?

– А как же озеро? Неужели оно вас совсем не испугало?

– Чуть-чуть, – солгала Рена.

Старик комически запустил руки в седую шевелюру и дёрнул себя за волосы.

– О, я несчастный! Похоже, скоро на нас обрушатся полчища торговцев, просителей и любопытных зевак!

– Вряд ли, – попыталась успокоить его Рена. – В конце концов, для этого нужно уметь плавать, что не каждому под силу.

– Ты просто пытаешься меня утешить, – простонал мужчина. – Уж лучше я отведу тебя прямо в Совет Гильдии. Там нас ждёт интересная беседа. А потом тебе сотрут память и выпустят в незнакомом месте, чтобы ты никому не рассказала, где находится резиденция.

Рена нервно сглотнула:

– Мм-м… сотрут память?

– Полностью! Начисто! Ничего не оставят! – радостно улыбнулся старик. – Только не говори, что ты не знала!

– Откуда мне было знать, если никто никогда не выходил отсюда, сохранив воспоминания…

– Да-а-а, все так говорят. Но я прекрасно помню, что предупреждал вашу троицу. Ладно, иди за мной.

Рена шла за ним по коридорам и думала, что если ей не удастся переубедить Совет и оставить ей память, то их путешествие закончится здесь же. Разве что ей каким-то образом удастся кратко записать произошедшее, чтобы потом прочесть – но как это сделать, да ещё и тайно? Или Аликс придётся обо всём ей рассказать и убедить идти дальше? Но ещё более ужасной была мысль о том, что, возможно, с Роуэном это уже случилось. И ей вскоре придётся с ним встретиться – с Роуэном, который всё забыл и взглянет на неё как на незнакомку.

– Вообще-то, я пришла только потому, что ищу своего друга, – сказала Рена.

– Такого высокого, светловолосого? – уточнил старик.

Рена с опаской кивнула:

– Да, его.

– Он был слишком любопытен и заметил дыхательные трубки.

– Дыхательные трубки? Какие ещё трубки?

– Мы ведь живём под водой, как ты, должно быть, заметила, и нас совершенно не видно днём. Однако нам приходится закачивать сюда свежий воздух, и по ночам мы выводим на поверхность трубы, по которым он и поступает. Здорово придумано, правда? – Старик весело посмотрел на неё. – Но если какой-нибудь любопытный путник забредёт куда не следует и присмотрится, то заметит эти наши трубки, а если ещё и сложит одно с другим, то поймёт: на дне озера кто-то обитает.

– И тогда его хватают люди-жабы.

Старик явно обрадовался, что она всё поняла:

– Вот именно!

– Надеюсь, с моим другом обращались вежливо, – заметила Рена. – Потому что мы здесь с официальной миссией. И если к кому-то из нас отнесутся без должного уважения, ничего хорошего не будет.

– Он получил всего несколько царапин – ничего страшного. В Гильдии Воздуха сплошь крепыши, их не убьёшь и шаровой молнией. Так вы к нам с официальной миссией? И с какой же?

Роуэн ранен?! Рена с трудом сосредоточилась и объяснила цель их путешествия. Как удачно, что Аликс доверила ей вести переговоры, – так она сможет высказаться сама, не дожидаясь поддержки от Гильдии Огня. Выслушав Рену, старик широко улыбнулся – его морщинистое лицо осветилось:

– Поистине интересный план! Не то чтобы нас это волновало – наши люди редко ввязываются в подобные распри, – но это довольно забавная мысль.

– Да, я заметила, как в Екатерине ваша гильдия не ввязывается в такие споры, – невозмутимо заметила Рена. – В трактире в одну сторону летели кислотные пули и снаряды, а в другую – стрелы.

Улыбка старика слегка померкла:

– Всякое бывает. Может быть, поговорим об этом в другой раз, а сейчас пора выслушать Верховного мастера Уджуну, дорогая леди.

– Как ваше имя? – спросила Рена, обернувшись через плечо, прежде чем её втолкнули в большой зал двое охранников-людей.

– Дагуа, всегда к вашим услугам, – прозвучало в ответ, и не успела Рена моргнуть, как оказалась перед Высшим Советом Гильдии Воды.

И с удивлением обнаружила, что ни капельки не волнуется. Не дрожит. Она предстала перед Советом Гильдии с невозмутимым видом. «Наверное, привыкаю, – подумала Рена. – За последние несколько месяцев я уже в третий раз в подобном месте». Ей было немного неловко из-за простой одежды, с которой всё ещё капала вода, но на самом деле это не имело значения. В конце концов, это Ванами – может быть, здесь даже принято ходить мокрым.

Зал Совета Гильдии оказался вытянутой комнатой с низким потолком, освещали которую животные в развешанных по стенам клетках. Пол странно поблёскивал, и Рена поняла, что это вовсе не твёрдая поверхность, а водная гладь, пересечённая извилистыми тропинками и маленькими островками. Заметив в воде несколько пар больших жёлтых глаз, Рена вздрогнула. «Люди-жабы, – подумала она. – Охрана».

На островке сидели две женщины в широкихе тёмно-синих балахонах. Одну Рена сразу выделила – бледное овальное лицо, обрамлённое длинными тёмными локонами, признали бы прекрасным представители всех четырёх гильдий. Женщина была молода, но её осанка говорила о силе и решимости. Рена ошеломлённо застыла. Видимо, это и была Верховный Мастер Уджуна. С такой женщиной нельзя не считаться, вероятно, она глава Совета Гильдии. Вторая дама выглядела старше, и, похоже, скучала.

Рена тщетно оглядывалась в поисках третьего члена совета – островок, на котором он должен был сидеть, пустовал.

Она поклонилась, но не так уж низко, чтобы подчеркнуть, что считает себя равной мастерам. Брови у дам слегка дёрнулись, но вслух никто не запротестовал.

– Вы вошли в резиденцию без разрешения, – произнесла женщина с тёмными волосами. – Кто вы?

– Меня зовут Рена ке Алаак, – подражая холодному её тону, ответила Рена. – И я выражаю решительный протест в связи с тем, что моего спутника похитили ваши подданные!

В глазах Верховного мастера мелькнула искра удивления:

– Вы говорите о человеке из Гильдии Воздуха, которого мы поймали сегодня ночью? Хотите сказать, что путешествуете вместе? Но это просто смешно. Ещё минута – и вы заявите, что оставшаяся на берегу женщина из Гильдии Огня тоже с вами.

– Это так и есть. Она не просто путешествует с нами – её направили к вашему Совету Верховные мастера Гильдии Огня. Наша задача – связаться с вами и обсудить мир между гильдиями.

– Сто к одному, что она лжёт, – сказала вторая женщина.

– Ну, скажем, восемьдесят к одному, – снизила ставку Уджуна.

– У вас закончились запасы, моя дорогая? Не скупитесь!

– Хорошо, договорились. Рассказывай нам свою историю, путница!

Рена подробно объяснила, ради чего они с друзьями пришли в такую даль, отмечая при этом, как вытягивается лицо второй дамы, явно проигравшей спор. Когда Рена закончила свой рассказ, в зале воцарилась тишина. Уджуна щёлкнула пальцами, и одна из жаб выползла из воды и поспешно удалилась. Через восемь-десять вдохов посыльный вернулся и кивнул широкой головой. Уджуна улыбнулась:

– Человек из Гильдии Воздуха подтверждает этот рассказ. Ты должна мне сто бриллиантов чистой воды, дорогая Лорана!

Вторая дама недовольно произнесла:

– Но мы пока не знаем, что скажет женщина из Гильдии Огня!

– Ну же, ты проиграла, не упорствуй! Но если хочешь – попробуй отыграться.

До слуха Рены откуда-то издали, от стены, долетел негромкий ропот.

Люди-жабы переговаривались:

– Опять, опять они за своё.

– Хоть бы в этот раз не поставили на меня, на меня. Я хочу остаться здесь.

– Мне нигде не найти другой такой работы – ничего не делать целыми днями и каждый день есть сочных личинок.

– Чему усмехаешься, незваная гостья? – резко спросила Уджуна.

– Хочу с вами поспорить, – ответила Рена.

Эти слова вырвались у неё случайно – она всего лишь собиралась ответить, что у неё болит голова! А теперь нужно срочно что-то придумать.

Уджуна рассмеялась. Её смех был мягким и журчащим как ручеёк, и Рена сразу поняла, почему о женщинах Гильдии Воды говорят, что они могут очаровать любого мужчину в Дареше.

– На что спорим?

– Спорим, вы не угадаете, сколько языков я понимаю?

«Дух земли! – пронеслось в голове у Рены. – Неужели я не могла придумать что-нибудь получше?!» Но было слишком поздно.

Глаза Уджуны сверкнули:

– Принимается. Но что вы можете мне предложить? Мир? Это не в ваших силах. Мы жаждем мира всей Гильдией Воды и были бы рады переговорам, но это уже другой вопрос.

– Так вы пошлёте делегацию в Скальный замок?!

– Этого я не говорила. Я пока спрашиваю: что вы желаете поставить на кон?

Что она могла предложить? Одежда на ней никудышная, да и есть у неё всего лишь кинжал, тренировочный меч и амулет своей гильдии… Вот и всё. Ни бриллиантов, ни золота, ни украшений.

– Могу предложить оружие – кинжал и меч, – сказала Рена, чувствуя, как сжимается сердце при мысли о потере подарков Аликс. Но другого пути не было, а Аликс может выковать для неё новые. – Это оружие Гильдии Огня, работа мастера четвёртой степени.

– Покажи! – Глава Совета бегло осмотрела оружие и скептически поморщилась. – И что ты хочешь взамен? Водяные алмазы? Человека-жабу?

– О нет! – послышался тихий стон из одного из бассейнов. – Только не это!

– Двух ваших заложников. Моего спутника из Гильдии Воздуха и женщину по имени Кара, которая находится у вас в плену. Но пожалуйста – целыми, невредимыми, и пусть им оставят память.

– Это уж слишком. Тогда оружия недостаточно. Добавишь ещё что-нибудь?

Оставалось только одно – предложить талисман, который дал ей Роуэн. С трудом сдерживая слёзы, Рена осторожно вытащила подарок, ещё раз провела пальцем по гладкому голубовато-серебристому металлу и протянула его хозяйке гильдии. – Да, вот это.

– Милая вещица, – равнодушно ответила Уджуна. – Но и этого мало.

В отчаянии Рена обшарила карманы – оттуда вместе с пером человека-аиста вывалились большой мягкий лист коруба – вытирать нос, круглый чёрный плод резари, оставшийся после схватки, и несколько металлических палочек, которыми расплачивались в Гильдии Воздуха.

– Замри! – резко окрикнула её Глава Совета. – Вот это!

Рена ошеломлённо смотрела на то, что лежало у её ног:

– Что именно?

– Это. – Палец указал на плод резари. – Где ты это взяла?

– Принесла из Алаака. На вкус не очень.

– Вы это едите?! – Уджуна схватилась за голову. – Разве не знаете, что если высушить и измельчить этот плод, то его порошок прекрасно восстанавливает кожу после долгого пребывания в воде? Дай его сюда – и будь очень осторожна.

– Значит, этого хватит? – отважно спросила Рена, и глава гильдии улыбнулась:

– Что ж, теперь остаётся лишь угадать, сколько языков ты понимаешь. Предупреждаю, я уже давно не проигрывала в споре и если выиграю, твоим друзьям тотчас же сотрут память. Не передумала спорить?

Рена заколебалась, но потом кивнула. Это был их единственный шанс. Если она проиграет, то всё равно это конец.

– Итак, начнём, – сказала Уджуна, накручивая на палец длинную прядь шелковистых волос, не отрывая глаз от Рены. – Во-первых, твой родной язык – ведь ты родом из Алаака…

Рена насторожилась. Неужели слухи о ней дошли до Гильдии Воды? И глава Совета знает о ней больше, чем кажется? Если Уджуна хотя бы подозревает, что Рена коснулась источника, то может и догадываться о её обретённых способностях!

– До нас дошли слухи, что правительница отправила войска за девушкой из Белого леса, – медленно продолжила Уджуна. И довольно улыбнулась. – Мои разведчики сообщили о ней довольно много интересного. Возможно, я даже знакома с этой девушкой. Может быть, это ты!

Рена старалась не подавать виду, но тщетно – она побледнела.

– Эта девушка прикоснулась к источнику. Ходят слухи, что тот, с кем такое случается, обретает способность понимать языки всех полулюдей. Правда это или нет, доподлинно неизвестно.

– Послушай, Уджуна! – вскричала вторая дама. – Значит, эта девушка знает, о чём говорили недавно наши люди-жабы? Ей нужно немедленно заткнуть уши!

Но Уджуна лишь отмахнулась от её совета:

– Не будем спешить. Сначала спор. Давайте посчитаем… на Дареше обитает пятнадцать видов полулюдей. Ты в бегах не очень давно – вряд ли успела выучить диалекты других провинций. Итак, насчитали шестнадцать. Ты понимаешь шестнадцать языков. И говоришь на них – правильно?

На мгновение Рена оцепенела. Но тут она кое-что вспомнила, и в горле у неё стало щекотно от сдерживаемого смеха, подавить который стоило ей огромных усилий. Если заметят, что она смеётся над словами Верховного мастера – её, вполне возможно, тут же утопят в ближайшей луже.

– Вы проспорили, Уджуна, – сказала Рена, когда смогла перевести дыхание. – Я понимаю семнадцать языков.

– Семнадцать?!

– Да. Вы не посчитали язык деревьев. Я выучила его в детстве, очень поэтический язык. Представители других гильдий его не слышат.

Очевидно, глава Совета Гильдии почувствовала, что Рена не лжёт. Люди воды знали и понимали язык волн. И всё же мастер Уджуна явно была недовольна.

После долгой паузы она произнесла сквозь стиснутые зубы:

– Вы свободны. Можете забрать пленных.

Последовавший за этим взмах рукой, видимо, означал, что Рена может уходить. Она нагнулась и собрала разложенные на полу вещи – меч, нож, перо и талисман.

– Я оставляю вам плод резари, – сказала она.

Женщины ответили ей ошеломлёнными взглядами.

– Это очень щедрый дар, – сказала наконец Уджуна. Гневная гримаса исчезла с её лица. – Уверяю, мы используем его с умом. Спасибо.

Рена поклонилась и, повернувшись, направилась обратно в коридор, через который пришла. Оказавшись вскоре в глубине подводной резиденции, она поняла, что осталась совершенно одна. Ни один луч света не проникал во тьму, ни слова не было слышно. До неё доносился лишь плеск воды. Люди-жабы исчезли, и не осталось никого, кто мог бы показать ей дорогу к пленникам.

«Опять эти шуточки Гильдии Воды, – Рена вздохнула. – Я выиграла спор, но теперь все ждут, что я безнадёжно заблужусь в этом лабиринте и не найду Роуэна и Кару».

Рена пыталась идти вперёд, но путь постоянно раздваивался, и ей приходилось выбирать направление. Она миновала множество пустых комнат, которые казались просто тёмными провалами в стене, пока наконец не оказалась перед запертой дверью из цельного камня. Рена вежливо постучала и подождала пять вдохов, потом ещё десять, но ответа не последовало. «Можете забрать пленников!» – вспомнились ей насмешливые слова Уджуны. «Ну что ж, так тому и быть», – сказала себе Рена и улыбнулась. Она сделала глубокий вдох, наполнив лёгкие до отказа, и издала долгий, протяжный, неимоверно пронзительный и громкий крик. Под низкими сводами её голос прозвучал неожиданно звучно и прокатился по коридорам ударной волной.

Долго ждать ей не пришлось. Спустя всего несколько вдохов она услышала торопливое шлёпанье жабьих лап, и из-за угла появились четверо охранников. Подойдя ближе, они обступили Рену.

– Вы ведь не знаете, кто я? – нахмурившись, спросила Рена. – Берегитесь: я обладаю силой, какую вы не можете даже представить. Отведите меня к пленникам!

Это сработало. Люди-жабы встревоженно зашептались. Рена с интересом прислушивалась.

– Это та девушка, которая только что была на Совете, верно, братья? Это с ней мы больше не должны сталкиваться?

– С ней надо быть осторожнее из-за её сил. Мы скажем, что пленники в южном крыле, а потом уйдём.

– Она не боится – почему? Если у неё нет тайных способностей, то почему она не боится?

Рена решила вмешаться в разговор и заговорила на дарешском низким, спокойным голосом и с улыбкой, поскольку догадалась, что жабий народ видит в темноте не хуже её.

– Вы сейчас отведёте меня в южное крыло, братья, а потом поможете мне и моим друзьям вернуться на берег.

Люди-жабы ошарашенно замолчали. Стало так тихо, что Рена услышала, как на пол упала капля воды.

– У неё есть силы, это правда, – прошептал один из охранников на своём языке и продолжил на дарешском: – Что вы сделаете с на-а-ами, если мы не послу-у-ушаемся?

– Я превращу вас в четыре кучки пепла – силой мысли! А если буду в хорошем настроении, то превращу в четыре камня и брошу в озеро, в самую глубину.

Раздался крик ужаса, и один из охранников упал без чувств.

Рена обеспокоенно склонилась над ним.

– Всё в порядке! – быстро сообщила она. – Я просто пошутила. Но теперь ведите меня к пленникам.

Четверо охранников торопливо поковыляли вперёд. Спустя десять раз по десять вдохов они остановились перед закрытыми дверями, которые ничем не отличались от остальных. За створками были не клетки и не садки, как думала Рена, а множество маленьких островков, окружённых широкими траншеями с мерцающей жидкостью. На каждом островке сидело или стояло живое существо. В основном в плену держали людей, но Рена заметила и человека-гадюку. Грот освещали небольшие клетки со светящимися животными.

– Я ищу женщину по имени Кара, – сказала Рена одному из охранников, придав голосу угрожающий тон. – Вы не знаете, ей уже стёрли память?

– Нет, не стёрли, иначе не держали бы здесь, – ответил мужчина с одного из ближайших островов. – Ты ищешь Кару? Это хорошо. Мне кажется, она уже почти потеряла надежду. Она сидит на пять островов дальше. Ступайте осторожно, не касайтесь жидкости между островами! Это кислота.

Рене стало интересно, почему и за что этот человек – на вид такой обходительный – попал в темницу. Но она тут же взяла себя в руки: ей разрешили освободить только тех пленников, на которых она спорила. Иначе все её дипломатические усилия пойдут прахом.

На шестом острове, подперев голову руками, сидела изящная светловолосая женщина. Увидев Рену, она подняла голову: вид у неё был несчастный, под глазами залегли глубокие синеватые тени. На нежном лице отразилось сначала изумление, а потом тоска, такая сильная, что у Рены мучительно сжалось сердце.

– Вы Кара?

Помедлив, женщина кивнула:

– Откуда вы знаете?

– Окам сказал мне, что вы разведчик его души, – улыбнулась Рена.

Женщина стремительно вскочила:

– Северный ветер! Вас прислал мой муж?! Как он? Что он мне передал?

– Он очень тревожится, – сказала Рена. – Но я только что выиграла в важном споре, и вы скоро с ним встретитесь.

По щекам Кары потекли слёзы:

– Не знаю, кто вы, но искренне благодарю вас.

Дальше всё пошло гораздо быстрее. Охранники положили доски поперёк широкого рва с кислотой, и Кара перебралась на безопасный берег.

Но где же Роуэн? Сколько ни оглядывалась, Рена не видела его ни на одном из островов.

– Ищи высокого блондина, и побыстрее, – сказала она одному из охранников-жаб. – Того, которого вы похитили вчера. Его я тоже забираю!

– У него ещё нет своего острова. Мой брат приведёт его, – покорно склонился перед ней охранник, и другой охранник поспешил прочь.

Когда они вышли в коридор, самый маленький из оставшихся охранников осторожно приблизился к Рене.

– Девушка, – робко прошептал он едва слышно, чтобы другие люди-жабы не услышали. – Если ты очень сильно захочешь, то сможешь превратить меня в человека?

Рена с жалостью посмотрела на него. Она уже собралась ответить, но заметила, что в конце коридора её ждёт небольшая группа людей и полулюдей. Там был Дагуа, несколько охранников и… Роуэн!

Он был очень бледен, на его светлых волосах запеклась кровь. Два человека-жабы держали его под руки, но не для того, чтобы не дать убежать, а, скорее, помогали держаться на ногах. Когда его отпустили, Роуэн покачнулся.

Забыв о вопросе человека-жабы, о Каре и Уджуне, о своей важной миссии и обо всём на свете, Рена бросилась к нему. Едва Роуэн опёрся на неё, Рена почувствовала, как он ослаб.

– Ему нужно прилечь, прямо здесь, – сказала она, помогая другу растянуться на голом чёрном полу.

– Рена, – пробормотал Роуэн. – Со мной всё нормально. Ничего не случилось…

– Нет, чёрт возьми, с тобой не всё нормально. Давайте помогите мне! Его нужно перевезти на берег.

Увидев, как из озера появились Рена и Роуэн, а за ними ещё два человека и целая толпа жабоподобных существ, Аликс вскочила и потушила кольцо холодного огня. Она открыла было рот, но из него не вырвалось ни звука. Рена обняла её, намочив с ног до головы:

– Я прямиком из резиденции Совета Гильдии!

Аликс сразу всё поняла:

– Они на дне озера?

– Ну да!

Аликс повернулась к Роуэну, глаза которого казались стеклянными, и порывисто положила руку ему на плечо.

– Отличная работа, – сказала она без тени насмешки. – Если бы не ты, мы пошли бы не в ту сторону и проскочили мимо резиденции Совета.

– Это уж точно, – слабо усмехнулся Роуэн.

Аликс с беспокойством посмотрела на молодого торговца:

– Отдохни несколько дней, сейчас тебе это необходимо. Мы можем себе позволить небольшую передышку.

Только теперь она повернулась к двум другим людям – стражники молча отступили обратно в озеро, явно радуясь, что опасная колдунья на них больше не смотрит. Аликс вежливо поздоровалась с хрупкой Карой, затем окинула пронизывающим взглядом представителя Гильдии Воды.

– Мир гильдиям, прекрасная дама, – весело воскликнул Дагуа и поклонился Аликс, которая узнала его и с трудом удержалась от смеха. – Я принёс вам добрые вести, друзья мои. Совет нашей гильдии искренне желает, чтобы вражда прекратилась, а регентша была низложена. Делегацию мы выделить не в состоянии, но я отправлюсь с вами и проведу переговоры о мире в Скальном замке.

Рена улыбнулась:

– Я очень рада.

– Да, ваши слова – бальзам на душу, о мастер водной стихии, – подтвердила Аликс, поклонившись Дагуа так же церемонно, как он ей.

В это мгновение Рена поняла, что об этой парочке можно не беспокоиться: огонь и вода прекрасно ладят друг с другом.

Три дня они стояли лагерем на берегу озера. Роуэн послал своего разведчика в резиденцию Гильдии Воздуха и попросил прислать сопровождающих для освобождённой пленницы. С разведчиком Роуэна прилетела маленькая коричневая птичка, которая тут же села на плечо Каре, словно выросла там.

– Теперь я могу возвращаться домой, – сказала она Рене. –  Как мне отблагодарить тебя? Мы с Окамом у тебя в долгу.

– Просто передай ему мои наилучшие пожелания, – смущённо улыбнулась Рена.

– Обязательно передам! – пообещала женщина из Гильдии Воздуха и попрощалась.

В следующие несколько дней, пока Роуэн отдыхал и восстанавливал силы, Рена размышляла о Скальном замке. Чем больше она думала об этом, тем мрачнее становилась. На третий вечер, когда их окутала темнота и отблески костра заиграли на зеркальной и густой будто ртуть поверхности озера, Аликс наконец заметила: что-то не так. Она перестала ковыряться в углях, на которых готовился её ужин, и села рядом с Реной.

– Слушай, я же вижу – тебе не по себе. Что-то случилось?

– Мне кажется, я была слишком наивной, – медленно проговорила Рена.

– Ты подумала, как мы заставим регентшу согласиться на переговоры с нами?

– Всему своё время.

На лице Аликс плясали тёплые оранжевые отсветы пламени. Она с удовольствием вдохнула принесённый ветром дым, от которого Рена закашлялась.

– Знаешь, я не уверена, что она будет с нами разговаривать, – сказала Рена. – Против неё и её войска мы никто.

– Мы официальная делегация, – вмешался Роуэн. – Она обязательно впустит нас… хотя бы.

– Если она вообще позволит нам зайти так далеко. Что мешает ей заранее перехватить нас в Белом лесу и стереть в пыль? Она наверняка знает о нас и о нашем путешествии: мы ведь обходим Советы Гильдий, ни от кого не скрываясь.

– Вообще-то, ей ничто не мешает, – задумчиво проговорила Аликс. – Но мы не такая уж лёгкая добыча.

– Что ты имеешь в виду?

– Замаскируемся получше и не будем заходить в эти несчастные города, где нам пришлось так несладко по дороге сюда.

Повисла тишина. Рена чувствовала, как в воздухе сгущается страх, и знала, что все сидящие с ней у костра думают о безмолвной фигуре, скрывающейся в Скальном замке, словно паук в паутине, который одним движением может отдать приказ уничтожить их всех.

– Одна мысль о том, чтобы снова войти в Скальный замок…

– Только не надо заранее сдаваться – у нас есть шанс! – яростно сказала Аликс. – Регентша могущественна, но не всесильна. Хотя я бы предпочла, чтобы Фарак-Али не было на свете. Я говорю об элитном отряде, специальном военном подразделении правительницы. Если она отправит их с приказом задержать нас, наше дело плохо.

Рена плотнее закуталась в плащ и посмотрела в огонь.

– А кто они, эти солдаты Фарак-Али? Кажется, я слышала о них, но не встречала.

– Их легко узнать – они всегда в чёрной с серебром форме, – тихо сказала Аликс. – Они убивают – как другие прихлопывают муху: бесчестно, но быстро и умело. Регентша поручает им только особые задания.

Роуэн, вызвавшийся этим вечером приготовить ужин, не слышал её слов; он переворачивал на огне рыбу, начинённую травами:

– Ужин готов. Кому положить?

– Спасибо, я ещё не проголодалась, – вздохнула Рена.

Ей казалось, что сейчас она не сможет проглотить и листочка, не говоря уж о рыбе. В животе у неё всё стянулось в узел.

– Я пока тоже не хочу, – рассеянно сказала Аликс. – Водная живность никогда мне особенно не нравилась.

– Ну вот, дамы отказались! – проворчал Роуэн. – Я так старался – но, похоже, повара из меня не выйдет! Дагуа, а ты что скажешь?

Представитель Совета Гильдии Воды тихо сидел по другую сторону костра, прислушиваясь к разговору. Он запрокинул голову и смотрел в небо, не обращая внимания на Роуэна.

– Думаю, вы правы: это может плохо для нас закончиться, – медленно произнёс он. – Но должен быть способ победить правительницу и заставить её пойти на переговоры. И я знаю, кто может нам помочь. – Роуэн опустил шампур с рыбой, а Аликс и Рена уставились на своего нового попутчика.

– Легенды гласят, что неподалёку есть особое место, где собраны важнейшие знания со всего Дареша, – пояснил Дагуа. – И их уже сотню зим хранит человек, которого называют просто архивариусом – настоящее его имя забыто. Мне говорили, что ему известно о Скальном замке и о регентше больше, чем кому-либо на свете. Надеюсь, он нам поможет.

– Слава духу земли! – вздохнула Рена.

Аликс фыркнула:

– Фантастическая надежда, но, увы, не многие доживают до ста зим.

– Говорят, что в жилах архивариуса течёт кровь людей-жаб, а они стареют очень медленно. И всё же я опасаюсь, что мы могли и опоздать. Сто зим – очень долгий срок.

– К тому же это всё равно легенда, – скептически пожал плечами Роуэн. – У нас в Травяном море ходят сотни легенд, и все они выдуманы от первого до последнего слова. Можно даже заказать у рассказчика легенду по своему вкусу.

– Просто вы народ сказочников, – подмигнул Дагуа, – а мы – народ, который ищет правду.

Обидевшись, Роуэн положил себе на тарелку целую рыбину – такую большую, что голова и хвост свисали через край, – бормоча что-то о северном ветре и водяных собратьях.

– Интересно, архивариус тоже обитает в озере, как и Высший Совет? – поинтересовалась Аликс.

– О нет, – заверил её Дагуа. – Насколько я знаю, он действительно живёт на озере, но не под водой, а на острове Памяти.

– Ты знаешь, как туда добраться?

– Примерно представляю. Но много зим назад на остров Памяти наложено заклятие регентши, и вход туда запрещён под страхом смерти.

Аликс задумчиво склонила голову, полируя тряпицей кинжал:

– А есть там охрана, войска – кто-нибудь, чтобы следить за соблюдением запрета?

Дагуа пожал плечами:

– Не знаю. Я там никогда не бывал.

– Вообще-то, со стороны регентши глупо накладывать такой запрет, – внезапно усмехнулась Аликс. – Своим заклятием она словно сообщила всем на свете, что именно на острове хранится нечто, способное причинить ей вред, если попадёт не в те руки.

– Ну, наши руки – самые что ни на есть те, – твёрдо сказала Рена. – Я за то, чтобы попробовать. Нам очень нужна помощь. Если окажется, что остров под слишком сильной охраной, мы всегда сможем повернуть назад. Кроме того…

Ей не нужно было договаривать. Все и так понимали, что их жизнь в любом случае окажется в руках правительницы, едва они переступят порог Скального замка. И тогда будет совершенно неважно, ослушались ли они приказа не заходить на остров.

Наконец Роуэн, Аликс и Дагуа кивнули.

– Согласен, – подтвердил Роуэн.

Прислушавшись к урчанию в животе, Рена попробовала немного варёных водорослей, которые Роуэн приготовил на гарнир. Дагуа тоже поужинал, и только Аликс отказалась даже прикасаться к блюду из «водных животных».

В тот вечер они мало разговаривали и рано легли спать. В путь они отправились с первыми лучами солнца. Дагуа примерно знал, в каком направлении двигаться к острову Памяти, и поэтому в первые несколько дней они прошли довольно много. Но потом им вдруг захотелось уточнить дорогу. Они остановили первого встречного, мальчика лет десяти. У него было круглое лицо, прямые чёрные волосы и лукавая улыбка.

– Мир гильдиям, тану! – крикнул Дагуа. – Ты здешний? Места в округе знаешь? Про старого архивариуса, что живёт на острове Памяти, слыхал?

– Да, мастер, – ответил мальчик, глядя на них снизу-вверх.

– Мы правильно к нему идём? Как нам лучше всего обойти лиловое болото?

– Вы на верном пути, мастер. Идите прямо и сверните на северо-запад, у дерева с хромой выдрой.

Дагуа поблагодарил его.

– Хороший мальчик, – сказал Роуэн, и Рена кивнула.

Однако вскоре их мнение изменилось. Они стояли по пояс в тёмно-лиловом болоте, и от вязкой грязи с пляшущими над ней блуждающими огонькамии несло отвратительной гнилью. Вдалеке раздался восторженный смех мальчика.

– Как смешно, – скривилась Аликс.

Рена попыталась вытянуть увязшую ногу, и грязь гадко чавкнула.

– Мне кажется, не надо больше спрашивать дорогу в этой провинции.

– Полностью согласен. Иногда я забываю, что в наших местах принято вводить путников в заблуждение – такая вот забава, – весело сообщил Дагуа, вытирая с лица лиловую слизь. – А пока посмотрите на это с другой стороны: болотная грязь полезна для кожи. – Он пробормотал несколько заклинаний, которые позволили им относительно быстро выбраться из вонючего месива.

Когда они ступили на твёрдую землю и вымылись в ближайшем озере, то обнаружили посреди него зеленеющий остров. Издали он казался лишь тенью в утреннем тумане. Роуэн мельком взглянул на него и принялся выжимать промокшую одежду.

– Фу, бесконечная грязь…

Дагуа предостерегающе поднял руку:

– Тише. Ни слова. Мне нужно кое-что проверить. – Приставив руку козырьком к глазам, он пристально вгляделся в остров, а затем опустил другую руку в иссиня-чёрную воду, закрыл глаза и сосредоточенно замер. – Какое глубокое озеро! Поразительно! Я чувствую невероятные глубины, – пробормотал он. – Тысяча человеческих ростов, а то и больше. Такое редко встретишь. Всё как гласит легенда. Может оказаться, что мы ближе к цели, чем думаем.

– Ты хочешь сказать, что нам нужно вон на тот остров? – спросила Рена.

Член Совета Гильдии Воды открыл глаза и выпрямился:

– Да, полагаю, это и есть остров Памяти.

Аликс не дала им времени удивлённо оглядывать остров и озеро.

– Прячьтесь скорее! – зашипела она, резко подталкивая Рену и Роуэна к ближайшим кустам. – Я пока разведаю, где тут люди регентши. – И оружейница умчалась.

Они долго сидели на берегу, с тревогой ожидая возвращения Аликс. Мышцы Рены свело судорогой, и вскоре сидеть скрючившись стало невыносимо. Наконец их спутница из Гильдии Огня вернулась – уже не таясь, широко и уверенно шагая, – и Рена вздохнула с облегчением.

– Никого нет, – пожала плечами Аликс. – Даже смешно. Может, это не то озеро? Или здесь что-то не так. Я больше не доверяю этим чёртовым лужам.

Дагуа нахмурился:

– Я почти уверен, что это озеро Памяти.

– Интересно, а почему войска правительницы ушли? – с сомнением спросила Рена.

Поколебавшись лишь мгновение, Дагуа ответил:

– Есть только один способ узнать, что за этим стоит. Мы должны перебраться на остров.

Аликс с опаской склонилась над иссиня-чёрной водой:

– Слушайте, я вовсе не стремлюсь познакомиться с теми, кто ползает там, в глубине.

– Лучше тебе о них и не знать, красавица, – согласился Дагуа. – Кстати, лодок здесь нет.

– А что, если архивариус сам на стороне правительницы и выдаст нас? – забеспокоился Роуэн.

– Значит, не судьба. Пока не убедимся, что он рад нас видеть, предлагаю держаться настороже. Кто знает – может, солдат прогнал он.

Аликс покачала головой:

– Одинокий столетний старик? Да кто в это поверит! Скорее всего, он давно мёртв, и стеречь остров больше нет смысла.

– Пока я ничему не могу поверить. Надо всё выяснить.

Дагуа достал нож и принялся обрывать огромные, толщиной почти в руку, листья многолетника, росшего на берегу, и ловко их скреплять. Рена с изумлением наблюдала за ним, пока наконец не сообразила: Дагуа строил для каждого из них узкий плот, чтобы добраться до острова. На таких лодочках придётся лежать, зато с суши никто не увидит.

Рена испугалась, что Аликс с негодованием отвергнет этот способ передвижения, но та лишь что-то проворчала себе под нос и поморщилась, когда её ноги коснулись воды. «Похоже, Дагуа хорошо на неё влияет», – улыбнулась про себя Рена.

Через несколько вдохов они уже направлялись к острову. Судя по всему, их никто не заметил, и, оказавшись на мелководье, они остановились обдумать дальнейшие шаги. Роуэн призвал ветер, чтобы невысокие волны скрыли путников. На маленьком острове, который оказался едва ли больше Земляного дома для четверых жителей в Белом лесу, не было ничего, кроме полотняного навеса от солнца, прикреплённого к земле с пяти сторон, и нескольких тощих деревьев, сбросивших листья и облепленных жуками. Под навесом находилась циновка из водорослей, на которой они увидели человека. Он лежал рядом со столом, и тут же был неглубокий бассейн с зеленоватой от водорослей водой. В ней мерцали серебристые точки.

– Рыбки, – прошептал Роуэн, он видел лучше всех. – Тысячи рыбок.

Больше на острове ничего и никого не было. Никаких томов книг или стопок записей.

– Хм, похоже, это и есть архивариус, – Дагуа почесал в затылке. – Боюсь, точнее сказать не смогу, потому что вижу его впервые.

– Но… разве у него не должно быть рядом исписанных листочков? – с удивлением прошептала Рена. – Или у него идеальная память?

– Спорим, это он, – прошипела Аликс. – Или бывают люди больше похожие на жаб, чем он? – Рена внимательнее пригляделась к старику под навесом. Красавцем его назвать было трудно: голова широкая и плоская, большой рот и выпуклые круглые глаза. Желтоватую кожу, придающую ему болезненный вид, избороздили глубокие морщины. Тонкое кольцо волос украшало затылок голого черепа.

– Может, он уже на пенсии и распрощался со знаниями Дареша, – предположил Роуэн.

– Тс-с! – прошипела Аликс, потому что старик зашевелился. Опасаясь, как бы он их не обнаружил, незваные гости пригнулись ещё ниже. Однако архивариус не посмотрел в их сторону, а прошаркал к одному из голых деревьев и притянул к себе ветку. Теперь стало понятно, почему деревья усеяны жуками и другими насекомыми: ветки были смазаны чем-то липким, и букашки только беспомощно извивались. Старик принялся одного за другим обирать жуков и, запихнув в рот, с наслаждением жевать. Рена отвернулась, боясь, что иначе её ужин найдёт дорогу обратно.

– Ага, предпочтения в еде он также унаследовал от предков, – прошептал Дагуа.

– Что он теперь делает? – спросила Рена, всё ещё глядя в другую сторону.

– Похоже, разговаривает с рыбками, – ответил Роуэн.

Старик, ковыляя, подошёл к бассейну, склонился над ним и как-то странно стал водить руками. По серебристым вспышкам в воде Рена поняла, что крошечные рыбки снуют туда-сюда как сумасшедшие.

– Либо он делает утреннюю зарядку, либо ловит что-то себе на десерт, – усмехнулась Аликс, совершенно забыв, что нужно говорить тише.

Ответ на её слова последовал мгновенно: со всей быстротой и ловкостью, на какие было способно его тело, старый архивариус развернулся и уставился на них. Смутившись, путники выпрямились и застыли на мелководье, как пойманные грешники.

– Убирайтесь отсюда, чужаки, варвары! – закричал архивариус, размахивая кулаками. Его тонкий голос звучал хрипловато, как будто старик давно им не пользовался. – Вы ничего не получите, дикари, вандалы!

Рена почувствовала, что Аликс сейчас взорвётся, и схватила её за руку. Но было уже поздно. Аликс решительно высвободилась и сердито направилась к старику.

– Подождите минутку! – крикнула она, пробираясь по мелководью. – Во-первых, мы не варвары и уж точно не вандалы, во-вторых, мы здесь вовсе не для того, чтобы что-то у вас забрать, и, в-третьих, было бы очень любезно с вашей стороны хотя бы ненадолго закрыть свой жабий рот и выслушать нас!

Рена тихо застонала. Дипломатия в стиле Аликс!

Архивариус проворно достал из кармана серебряный свисток и дунул в него. Раздался неслышный, но пугающий свист. На руках Рены волоски встали дыбом.

– Сейчас увидите, что бывает, если навязываться бедным старым учёным! – крикнул архивариус. – Морок! Сюда, Морок!

Четверо попутчиков растерянно огляделись по сторонам. Аликс и Рена достали мечи, а Роуэн взял на изготовку арбалет. Но было тихо, ничего не происходило, и Аликс удивлённо вскинула брови:

– Хорошая уловка – некоторых гостей можно и отпугнуть…

Впрочем, вскоре они различили глухое журчание, начавшееся где-то в глубине озера и быстро превратившееся в рокот. Казалось, где-то рядом с обрыва низвергается бурный поток. Остров завибрировал, а звук нарастал, превращаясь в грохот.

– Что это может быть? – сквозь шум крикнула Рена Дагуа.

– Боюсь, что это хищная медуза, – побледнев, крикнул в ответ Дагуа. Впервые за время знакомства Рена увидела на его лице страх. Он не стал объяснять, что такое хищная медуза – в этом не было необходимости, потому что чудовище как раз вырвалось из глубин озера и предстало перед путниками во всей красе.

Волна, которую, всплывая, подняла хищная медуза, омыла остров и чуть не сбила Рену с ног. Над ними возвышалось огромное прозрачное существо, похожее на стеклянный конус, в котором преломлялся солнечный свет, а на них бесконечным потоком обрушились каскады пахнущей водорослями и рыбой воды. В прозрачном туловище Рена увидела пульсирующие органы, каждый размером с человека – возможно, это остатки последней трапезы? Там, где у существа находилась голова, располагались щупальца толщиной с дерево, которые со свистом рассекали воздух и тянулись к путникам словно змеи.

Вокруг царили шум и хаос. Рена закричала, пытаясь криком прогнать страх, попятилась, споткнулась и с плеском шлёпнулась в воду. Дагуа поспешно затопал к берегу, к навесу, Роуэн следовал за ним по пятам. Рена хотела пойти за ними, но колени у неё так дрожали, что она лишь съёжилась на мелководье и, защищаясь, обхватила голову руками. Ей казалось, что её вот-вот схватит скользкая мокрая рука и утащит в глубину. Аликс подняла меч над головой, закрывая себя и Рену, пытаясь отбросить тянущиеся к ним щупальца и что-то крича.

Кинув взгляд на берег, чтобы убедиться, что с Роуэном всё в порядке, Рена увидела старого архивариуса: он стоял с довольным видом, сложив большие морщинистые руки на груди и сжимая серебряную трубку. Щупальца медузы рассекали воду будто плети, ловко хватая добычу. Рена почувствовала, что её схватили за ногу. Прозрачные отростки были твёрдыми и жилистыми, как если бы состояли только из мышц. Первая попытка медузе, видимо, не понравилась, и когда она ослабила хватку, собираясь перехватить трофей поудобнее, Рена ухитрилась стряхнуть щупальце. Дрожа с головы до ног, она снова двинулась к суше, но вода вдруг словно сгустилась, как сахарный сироп.

Дагуа и Роуэн с ужасом беспомощно смотрели на неё, не замечая, что старик отломил ветку с хлипкого деревца и теперь размахивает ею у них за спиной.

– Дагуа! Берегись! – крикнула Рена и нырнула в воду, спасаясь от приближающегося щупальца.

Пронзительный свист прорезал воздух. Всё сразу изменилось: щупальца прозрачной медузы, гигантское существо немного отодвинулось от берега и застыло, слегка покачиваясь. Аликс опустила меч. Рена фыркнула, откинула с глаз мокрые волосы и повернулась к острову.

В тишине отчётливо прозвучал тонкий голос старого архивариуса:

– Дагуа? Не Дагуа ли из Совета Гильдии?

– Тот самый, – прорычал Дагуа.

– Если бы я знал, что это ты, предпочёл бы погибнуть тысячью смертей, чем знакомить тебя с Мороком, тану! – крикнул старик, взмахом руки приказывая питомцу отойти. На мгновение показалось, что архивариус собирается упасть на колени. – Простите старика, умоляю!

– Ну, если бы я знал, что ты так встречаешь гостей, то сначала отправил бы тебе угря с запиской, – с кислой миной ответил Дагуа, выжимая подол своего плаща.

– Значит, это было знакомством с Мороком, – пробормотала Аликс, убирая оружие. – Неудивительно, что солдаты бежали со всех ног.

У старика, похоже, был хороший слух – он услышал её замечание.

– О, Морок очень добрый и никого не обижает, пока ему не прикажешь. Он питается микроорганизмами. А с гостями просто играет. – Теперь, когда архивариус был настроен дружелюбно, его широкий рот перестал казаться Рене уродливым и растянулся в лукавую ухмылку. В его глазах, мерцающих, как два золотых шарика, плясали яркие искры солнечного света. – Можете его погладить, ему это нравится.

– Спасибо, лучше не надо, – ответила Аликс и поплелась к берегу. – Приятно было с ним познакомиться, но дружбу завязывать что-то не хочется.

Однако Рене эта мысль не показалась такой уж отталкивающей. Она медленно вернулась на мелководье и протянула к медузе руку. Морок почти целиком ушёл под воду, и на поверхности осталась «голова» примерно в человеческий рост. Он медленно, чуть ли не робко шевелил щупальцами, а заметив Рену, быстро потянулся к ней отростком. Рена вздрогнула. Однако гибкое щупальце лишь ласково обвилось вокруг её руки, и она погладила его другой рукой. Полупрозрачная кожа на ощупь оказалась прохладной.

– Ему обязательно жить в глубине?

– Да, он живёт на самом дне озера – там ему есть чем кормиться. Но слух у него очень острый, он слышит мой свист где угодно, – сообщил архивариус. – К сожалению, ко мне он поднимается не часто, потому что легко обгорает на солнце. Несколько вдохов на свету – и у него появляется гадкая сыпь – да, Морок, малыш?

«Малыш», видимо, решил, что с него хватит, и исчез под водой. Несколько вдохов было слышно, как журчит вода в вызванном им водовороте.

– Таких, как он, почти не осталось, – вздохнул архивариус.

Путешественники подошли к навесу и сели на песок напротив старика, поскольку циновка из водорослей там была всего одна.

– Простите, если я вас напугал, – снова извинился старик, и только внимательно приглядевшись, можно было заметить в его глазах озорные искорки. – А вот во время последнего затмения на меня напала банда мальчишек – хотели срубить моё дерево, представляете? Да и солдаты регентши порой мешали.

Дагуа нахмурился:

– Я прикажу отправить к вам охрану.

– О, не нужно, спасибо, тану. Пока у меня есть Морок, всё будет хорошо.

Рена объяснила, с какой целью они путешествуют по Дарешу и что планируют делать. Архивариус кивнул и погрузился в раздумья. Рена воспользовалась мгновениями тишины, чтобы внимательнее осмотреть остров, однако где хранятся архивные записи, так и не поняла.

– Вы всё помните наизусть? – наконец решилась спросить она.

– Нет, что вы, – усмехнулся архивариус. – С головой у меня пока всё в порядке, чем я даже горжусь, но настоящая память хранится в озере. Я здесь для того, чтобы вливать в него знания и вызывать их обратно на поверхность, если они вдруг кому-то понадобятся. Это старое искусство, очень старое, и я последний, кто им владеет: из-за запрета правительницы я не сумел подготовить преемника.

– Ржавчина и пепел! – воскликнула Аликс. – Озёра здесь действительно потрясающие!

Даже Дагуа озадаченно нахмурился:

– Но… как это возможно?

С трудом поднявшись с коврика, архивариус, прихрамывая, медленно пошёл к неглубокому стеклянному бассейну:

– Подойдите.

Рена наклонилась над водой и увидела, что крошечные серебристые рыбки беспокойно снуют, как комары в летнем воздухе. Но когда архивариус поднял руку и его тень упала на воду, они замерли. Мягкими, уверенными движениями старик начал водить руками над бассейном. Маленькие рыбки проворно метались туда-сюда, собираясь в узоры, которые тут же распадались и складывались снова: каждая рыбка становилась частицей слова или символа.

– Да, это мои рыбки-памятки, – улыбнулся архивариус. – Они, как и я, немного отвыкли от работы, я давно их ни о чём не спрашивал. Много зим никто не задавал мне вопросов – никто не осмелился сюда прийти. Так что вы хотите знать?

– Регентша, – торопливо выдохнула Рена, борясь с нарастающей тревогой. – Нам нужно как можно больше узнать о ней. Похоже, никому ничего толком не известно. Люди просто говорят, что раньше было лучше.

Архивариус кивнул и долго водил руками над водой. Рена и спутники ждали. Навес укрывал их от солнца, однако от жары прятаться было негде.

Роуэн пробормотал заклинание, и налетевший с озера прохладный ветерок высушил их лица от капель пота. Рена пыталась читать, что писали в воде рыбки, но картинка менялась слишком быстро. Наконец старик вернулся на свою циновку и велел гостям сесть.

– Очень познавательно, – заметил он. – Я уже почти обо всём забыл. Память сообщает, что регентши были на Дареше с давних времён. Раньше их почитали и ценили, потому что они поддерживали мир между гильдиями, которые никогда не любили друг друга, решали, кто прав, в возникавших спорах. Так они предотвращали большие войны. Чтобы защитить правительницу, каждая гильдия раз в год присылала мужчин для дворцовой охраны – это была почётная должность. Однако, попав в замок, им приходилось отказываться от своей гильдии.

– Клянусь духом огня, он говорит о Фарак-Али! – ахнула Аликс. – Что же такого произошло, почему со временем всё так сильно изменилось?

– В записях сказано, что это началось около ста пятидесяти зим назад. Одна из регентш тяжело заболела и не успела перед смертью подготовить преемницу, – золото глаз старого архивариуса на мгновение потускнело. – Выбор оказался неудачным: новая регентша была молода и неопытна. Ей нужны были советники, а те не всегда давали хорошие советы. Возможно, именно из-за них молодая правительница поставила такие честолюбивые цели. Её не устраивало, что гильдии сами занимаются своими делами, а она лишь обеспечивает их равенство. Зима за зимой, шажок за шажком, так, чтобы никто не заметил, она стягивала к своим рукам всё больше сил. Клан её советников тоже набирал всё больше власти, хотя они старались держать это в секрете. Однако это им не совсем удалось, о нет! – Архивариус хрипло рассмеялся. – Как-то раз ко мне заявился один бывший советник правительницы и обо всём рассказал.

Рена едва осмеливалась дышать. Она заметила, что и остальные слушатели притихли. Возмутительно! Советники?! Это те угодливые фигуры в чёрных плащах с капюшонами, которые то и дело нашёптывали что-то регентше?! Вопросы бурлили у неё в голове, но Рена не хотела прерывать архивариуса.

– Вскоре советники стали представлять всего две или три семьи. Они достигли такого могущества, что, когда дело доходило до выбора преемницы, их голоса значили больше, чем голос правительницы, – продолжал архивариус. – Чтобы сохранить власть и добиться ещё большего, они выбирали на эту роль слабых, завистливых женщин. Предпоследняя регентша не захотела играть по этим правилам и умерла от загадочной болезни, пробыв на посту всего две зимы. Последняя правительница – её назначили девяносто зим назад – уже полностью зависела от Чёрных Колпаков. Скорее всего, она уже была лишь марионеткой в руках советников, – вздохнул он. – А новая регентша на посту уже пять месяцев… говорят, что она дочь советника и никогда ему не возражает. О последних событиях вам известно. У меня есть повод предполагать, что советники намерены получить полное господство над гильдиями, обрести абсолютную власть в Дареше.

На мгновение на острове воцарилась полная тишина. Потом Аликс тяжело вздохнула:

– Мастер, вам очень повезло, что вы остались живы.

– Это не просто везение, – улыбнулся архивариус. – Меня спас Морок. Регентша и её помощники не раз пытались от меня избавиться.

– Сколько на самом деле этих советников в чёрных мантиях? – спросила Рена.

– Этого никто не знает. В одном из попавших ко мне документов сказано, что их от десяти до пятнадцати человек, все мужчины. Но это было более тридцати зим назад.

– Я и не замечала этих советников, когда бывала в Скальном замке, – призналась Аликс.

Дагуа встал и беспокойно зашагал взад-вперёд:

– Их планы насчёт Дареша отвратительны. Архивариус, есть ли способ сломить власть правительницы и выкурить чёрных советников?

– Да, есть, – спокойно ответил старик, небрежно срывая с дерева очередного жука.

Его гости мгновенно вскочили.

– Слава духу земли! – простонала Рена. – Что же нам нужно сделать?

– Не торопитесь, – сказал архивариус, усаживаясь поудобнее. – Что я получу взамен?

– Что ты получишь?! – негодующе воскликнул Дагуа. – Ты забыл, что мы здесь по велению Высшего совета? Кроме того, в легенде нет ни слова о том, что за знания озера Памяти нужно платить!

– Глупая легенда давным-давно устарела, – отмахнулся архивариус.

Дагуа и Аликс едва не заскрипели зубами от ярости, но, вспомнив о хищной медузе, взяли себя в руки.

– Золото тебе не нужно, лодка тем более – так чего же ты хочешь? – холодно спросил Дагуа. – Я буду рад прислать новый навес, если нужно.

– О нет, спасибо, – скромно улыбнулся старый архивариус. – Я подумывал о преемнике или хотя бы о помощнике. Здесь довольно одиноко, знаете ли, а Морок не очень разговорчив.

Дагуа перестал хмуриться:

– Конечно. Прости. Я пришлю кого-нибудь на остров, и мы забудем о запрете правительницы. Знания не должны быть потеряны, они важны для всего Дареша.

– Благодарю вас. Я не ошибся в тебе, Дагуа, – с улыбкой сказал архивариус. – Знаешь, моим первым записям о тебе уже тридцать зим. Ты тогда был ещё маленькой рыбкой, но уже очень достойной.

– Может быть, но это неважно, – торопливо перебил архивариуса Дагуа. – Нам нужно поскорее выяснить, как справиться с чёрными советниками. – Он быстро сложил пальцы в знак, который Рена успела заметить, но значения его не поняла. Но она тут же забыла об этом, глядя, как старик-архивариус снова склонился над бассейном с рыбками.

– Их не победить мечом, они слишком искусны. Так-так, давайте посмотрим, что у нас есть на этот счёт…

Крошечные рыбки сверкали в зелёной воде, носились взад и вперед, складываясь в узоры. Двадцать вдохов архивариус наблюдал за ними, а потом вернулся к путникам и спросил:

– Что вам известно об источнике?

С Рены мгновенно слетела усталость. Она хотела было обо всём рассказать, но вовремя остановилась: ещё не хватало выдать себя!

– О каком источнике? – удивлённо приподнял брови Роуэн.

– Говорят, у правительницы в замке есть такая штука – фонтан с магической силой, – объяснила Аликс.

– Я слышала, что, если из него напиться, покроешься шерстью и станешь получеловеком.

Рена улыбнулась. Наверное, в каждом слухе есть словечко правды!

– А я слышал, что регентша пьёт из него каждый день, и особая вода продлевает ей жизнь, – возразил Дагуа. – В это мало кто верит, и я тоже считаю, что всё это ерунда. В конце концов, некоторые правительницы умерли молодыми.

– Вы все ошибаетесь, друзья мои. В источнике нет ни капли воды. Это источник особой власти, – сказал архивариус. Его необычные золотистые глаза остановились на Рене, как если бы он подозревал, что она знает об источнике больше, чем остальные. «Может быть, он чувствует что-то во мне, ведь в его жилах течёт кровь людей-жаб», – подумала Рена, чувствуя, что её руки покрылись мурашками.

– Источник притягивает полулюдей и не отпускает, медленно высасывая их жизненную силу, пока ему не прикажут, – объяснил архивариус. – Говорят, что источник – создание иного народа, гораздо более древнего, чем все наши гильдии, и существовавшего, когда Скального замка не было на свете. Этот народ населял Дареш и ещё не делился на людей и полуживотных. Но они не справились с огромной властью, их потомки разделились, и с тех пор в нашем мире существуют два народа. Возможно, источник сыграл в этом какую-то роль, нам это не известно. Мы лишь знаем, что он был зарыт глубоко в землю. То место, где его спрятали, сейчас называется Лысым пятном, потому что с тех пор там не выросло ни травинки. Это «пятно» много столетий было для полулюдей священным.

– Подходящее местечко для встречи делегаций, – пробормотал Роуэн, и Аликс шикнула на него, чтобы он замолчал – обсудить услышанное можно и позже…

– И вдруг сто двадцать зим назад правительница решила провести расследование и устроила там раскопки. Её люди отыскали источник и принесли его в Скальный замок. Не обошлось без страшной битвы, в которой пали многие полулюди. Всё это рассказал моему предшественнику получеловек, свидетель тех событий. Так знания попали в озеро. Вскоре после того события правительница начала привозить к себе в замок полулюдей и обращать их в рабов. Я могу только предположить, что это как-то связано с источником.

– Но какую роль здесь играют чёрные советники? – не выдержала Рена.

– Очень большую, – усмехнулся архивариус. – Ни правительница, ни её советники не знали, что на самом деле принесли в замок. Вряд ли они и сегодня понимают, что находится у них в руках. Источник обладает гораздо большей силой, чем они считают.

– Один человек-жаба однажды намекнул мне на что-то подобное, – сказал Дагуа. – Однако полулюди не раскрывают нам своих тайн.

– Да. Лишь один из них решился доверить эту историю озеру Памяти. Он попросил меня делиться этим знанием только с теми, кто его достоин. Я полагаю, что вы достойны.

Выслушав слова благодарности, архивариус серьёзно продолжил:

– Источник обладает огромной силой. Он может заставить стены каменного замка содрогнуться, а гору над ним рухнуть. Он может высасывать жизненную силу из любого живого существа, включая всех людей, животных и растений в радиусе двадцати деревьев, и накапливать её в себе. Но это произойдёт только в том случае, если высвободить эти силы. Можно и направить мощь источника на определённую цель, и попросить что-то изменить.

– Клянусь духом огня, – выдохнула Аликс, побледнев, – если мы доберёмся до этой штуки и сделаем её нашим оружием, то можем ненароком оставить от Белого леса одни щепки.

– А как управлять источником? – с любопытством спросила Рена. – Сказано ли об этом в озере Памяти?

– Управляют им силой мысли. Нужно взять источник в руки и сосредоточиться на самой важной цели. Не каждый может с этим справиться, необходимо сначала настроиться с источником на одну волну, – объяснил архивариус. – Я и сам не понимаю, что это значит, но так записано в озере Памяти.

Рена кивнула. Она всё поняла. Наверное, это одновременно ужасно и прекрасно – не только прикоснуться к источнику, но держать его в руке. Не на мгновение, а на много дыханий.

– Мы вам очень благодарны, – сказала Рена и поклонилась старому архивариусу.

– Нам очень повезло, что мы с вами встретились, – подтвердили её спутники.

– Да пребудет с вами дух озёр, – ответил архивариус. Его взгляд остановился на Рене, а потом он по очереди посмотрел на остальных. – Если вы преуспеете в ваших начинаниях… то я искренне надеюсь, что однажды вы вернётесь и поведаете обо всём озеру.

– Так и будет, – заверил его Дагуа.

Взволнованные и даже ошеломлённые тем, что им удалось узнать, путники покинули остров Памяти.

– По крайней мере, теперь мы знаем, с каким соперником нам предстоит сражаться, – сказал Дагуа.

Роуэн кивнул:

– Противник силён, но источник может стать мощным оружием в наших руках.

– Мы его ещё не заполучили, – напомнила Рена. – И если нас не поддержат все гильдии и полулюди, наша победа будет бессмысленной, а мы окажемся всего лишь дешёвыми убийцами. Давайте не будем забывать о нашей истинной цели.

Все невольно посмотрели на север, в сторону Скального замка. Спустя несколько недель они снова окажутся в Белом лесу.

Рена задумалась: удастся ли им выйти живыми из этой истории?

– Сколько мы путешествуем? Несколько зим? – Аликс рассмеялась. – Мне кажется, ты живёшь в другом мире, Рена. Наступила неделя феникса, а это значит, что прошла всего одна осень. Однако ты очень выросла за это время – будто молодое деревце. Ржавчина и пепел, ты достаёшь мне уже почти до подбородка!

– Ещё чуть-чуть – и я тебя догоню, – заверила её Рена.

– Но не раньше, чем мы войдём в Скальный замок!

Они не скрывали радости, потому что знали: скоро они доберутся до места встречи с четырьмя гильдиями, и главное – вовремя! До солнечного затмения оставалось ещё четыре дня.

Дагуа наклонился в одну сторону, затем в другую, как бы избегая ударов меча:

– Эй, эй! Что-то ты совсем уснула, дорогуша!

Аликс сделала вид, что хочет дать ему пощёчину, но в последний момент вытянула перед собой другую руку – и по седым волосам Дагуа покатились мелкие комочки земли.

– Вот ведьма! Погоди у меня! – крикнул Дагуа и снял с пояса шар с водой.

Аликс проворно метнулась за широкий ствол дерева и выглянула из-за него, ухмыляясь во весь рот.

– Готова?

Водяной снаряд ударился о кору совсем рядом с её лицом, и Аликс снова укрылась за деревом. Роуэн зааплодировал, и шар с водой полетел и в его сторону. Торговец пробормотал команду, и его разведчик мгновенно взлетел и, быстро хлопая крыльями, завис в воздухе над головой Дагуа: видимо, птице было приказано поразить старика густым белым сгустком.

Путники не заметили, что кое-кто не произнёс ни слова и не разделил их дурачеств. Рена не обращала внимания на эти проделки. Она была напряжена как натянутая струна, все её мысли и чувства устремились к далёкой точке за горизонтом. Остальные и не подозревали, что они почти у цели, но Рена почувствовала это давно. Ясные словно колокола голоса деревьев вибрировали в ней, и сердце Рены учащённо забилось. Ещё четверть солнечного цикла, может быть половина – и она будет дома! Снова войдёт в Белый лес Алаака!

Аликс и Дагуа сразу зашагали к Лысой поляне, чтобы разведать местность. Рена же направилась к Совету Гильдии Земли, Роуэн решил её сопровождать. Какой приём их ожидает? Правда, она шла, как говорится, к своим, но вдруг их будет труднее заинтересовать её планом: в конце концов, Рена даже не получила звание мастера.

Однако её ждал сюрприз. Когда она показала амулет гильдии, её сразу впустили, а едва она начала рассказ о своей миссии, дослушали лишь первую фразу.

– Да-да, – сказал самый старший из Верховных мастеров, высокий мужчина, истории о котором Рена слышала с самого детства. – Мы наслышаны о тебе и о твоей миссии, тани. Хорошее дело ты задумала. Странно, что мне это не пришло в голову. Хотя припоминаю, что пятнадцать зим назад у меня на уме было нечто подобное.

– Вы… слышали обо мне?

Слуга придвинул ей стул. Другой подал чашку с соком орхидеи и тарелку с нежными ростками растений.

– Конечно, мы всё о вас знаем, – заявил Верховный мастер. – Среди купцов ходят разговоры о вашем визите в резиденцию Эола, и даже водяные знают ваше имя.

– Да? – только и смогла вымолвить Рена. Слава была для неё неожиданностью.

Её собрат по гильдии наклонился вперёд:

– Итак, вы предлагаете направить делегацию на Лысую поляну во время ближайшего затмения? Предполагается, что пойдут те, кто обладает полномочиями вести мирные переговоры с правительницей от имени нашей всеми любимой и лелеемой гильдии?

Рена кивнула:

– Всё верно. – Её вдруг охватило беспокойство: если Верховный мастер узнал о времени и месте встречи, то и правительница вполне может об этом знать?

– Да будет так, – произнёс Верховный мастер. – Поверьте, юная Рена, мы все устали и от наглости регентши, и от нескончаемых распрей между гильдиями. Вы, конечно, слышали, что она начала рубить живые деревья? Мы направили официальную жалобу в замок, но ответа не получили. Вы должны вырвать власть из её рук, иначе это никогда не прекратится. Вам нужны сопровождающие?

Не успела Рена опомниться, как, выслушав бесчисленные добрые пожелания, уже стояла у порога, нагруженная подарками и деликатесами, которые едва могла удержать. От сопровождения она с благодарностью отказалась.

– Ты ограбила богатого торговца? – ошеломлённо спросил Роуэн, ожидающий у ворот.

– Не говори ерунды, – ответила Рена, передавая ему несколько свёртков. – Подержи-ка это. У меня руки отваливаются…

В тот день в лесу было тихо, лишь лёгкий ветерок шелестел листьями. Шорох шагов далеко разносился в прозрачном воздухе. Каждая тропинка напоминала о прошлом. Однажды неподалёку отсюда она нашла ночное дерево с особой чернильно-чёрной древесиной. Дров из него хватило почти на целую зиму. Даже сейчас ей казалось, что она чувствует его сильную тёмную ауру.

И вдруг Рена заметила, что из-под белоснежных листьев выглядывает кончик светло-бежевой мордочки. Она замерла и тихо сказала:

– Не двигайся. Там в кустах сидит хорёк. Нам необходимо с ним поговорить, чтобы срочно связаться с полулюдьми.

Услышав её голос, полухорёк очень медленно откинул голову назад.

– Понятно, – шёпотом ответил Роуэн. – Ты можешь поговорить с ним, попросить остаться и помочь нам?

Рена попыталась вспомнить заветные слова, которым научили её полухорьки, но в голове было пусто. Она мысленно вернулась к лабиринту нор посреди леса, вспомнила мордочку Крланхо, подземные бои – и нужные слова всплыли в памяти. Слава духу земли! Она прошептала их достаточно громко, чтобы полухорёк под кустом услышал:

– Серый, как вода, красный, как луна, жёлтый, как пламя, белый, как звезда.

Пять вдохов ничего не происходило. Потом из-под листьев появилась светло-бежевая мордочка с человеческими чертами и пушистыми ушами.

– Кто ты, кто, что знаешь эти слова? – спросил полухорёк на своём языке.

– Я Рена из Гильдии Земли. Нам нужна ваша помощь! Можешь найти Крланхо и позвать его? Мы будем ждать его здесь.

– Я найду его для тебя, найду, – ответил пушистый собеседник. Короткий шорох листьев – и полухорёк исчез.

Рена и Роуэн решили дожидаться Крланхо в укрытии, чтобы не попасть в руки патруля. Рена показала, как выкопать неглубокие ямы, и они устало заползли в свои на скорую руку сделанные пещеры.

Едва взошла вторая луна, Рена почувствовала, что её тянут за ногу. Роуэн стоял рядом с ней и вглядывался в темноту.

– Ты чувствуешь запах? – прошептал он. – Они уже близко.

Рена очень давно в последний раз ощущала прогорклый запах хорьков, но сразу узнала его:

– Совсем рядом…

Из леса вдруг вынырнула тёмная фигура и бросилась на Рену. Не удержавшись на ногах, она упала ничком на кучу опавших листьев.

– Крена, – прозвучал голос возле самого её уха. – Ты здесь!

– Крланхо, это ты? – Рена с трудом сбросила с себя мохнатое тело. К неприятному запаху изо рта этого малыша нужно было привыкнуть.

– Да, сестра, да, – прорычал он в ответ. – Ты произнесла заветные слова. Я не забыл, нет, я пришёл с четырьмя братьями!

– Спасибо тебе, – ответила Рена, и к глазам подступили слёзы радости. – Мы дошли далеко и видели много, очень много всего. Как там Каристан и остальные?

– Плохо. Они прячутся в самой глубине леса, где каменная женщина не убивает деревья. Многие наши сейчас там, многие.

– Другие полулюди тоже там, с вами?

– Много, много. Плохо, очень плохо.

– Да, я понимаю, друг мой.

Роуэн нетерпеливо переминался с ноги на ногу и щекотал птицу-разведчика под крылом – явно нервничал. Возможно, он никогда прежде не стоял так близко к полухорьку. А этого пушистого парня вполне можно было испугаться. Лицо у него было почти человеческое, но во рту сверкали клыки хищника.

– Я не знаю, поймешь ли ты, – сказала Рена. – Крланхо, за последние несколько месяцев я побывала на Советах всех Гильдий. Все хотят мира. Но что скажут полулюди? Прошу тебя, пойди и спроси вместо меня. Попроси полулюдей прийти через три дня в полночь на Лысую поляну. Если Каменная женщина не хочет мира, то мы лишим её власти. Но для этого мы должны выступить все вместе.

Крланхо посмотрел на Рену. Его большие тёмные глаза блеснули:

– Я понимаю, да, понимаю. Мы сражаемся с Каменной женщиной.

– Это очень важно. Успеешь за три дня?

– Никто не знает, никто не знает, – ответил Крланхо. И, не сказав больше ни слова, покрутился на месте и исчез в лесу.

Рена и Роуэн переглянулись.

– Как ты считаешь, он понял, что нужно сделать? – спросил Роуэн.

– Мне кажется, он понял, что должен пойти к другим полулюдям – но что он им скажет, знает только дух земли, – вздохнула Рена. – Наверное, нужно было объяснить это подробнее.

– Сложность в другом: осталось мало времени, он вряд ли успеет, – сказал Роуэн. – Ты хотя бы представляешь, сколько полулюдей обитает в Белом лесу?

– Да, представляю, – кивнула Рена, ворочая тяжёлые, будто каменные плиты, мысли. – Затмение через три дня. Всё или ничего. Если к тому времени весть не разнесётся по лесу, мы пропали. К тому же как только регентша узнает, что мы затеяли, один из её отрядов в несколько сотен воинов двинется к нам.

– Как же мы попадём в Скальный замок? Придём и постучим в ворота? Рискованный план.

– Мы рисковали не раз, – пожала плечами Рена. – Или у нас есть выбор…

Роуэн задумался, как если бы ему пришла интересная мысль:

– Подожди-ка. Я знаю одного торговца, который закупает товары для каменного замка, я с ним не раз встречался. Он близко знаком с Эннобаром, одним из важнейших посредников регентши.

– У тебя хорошие связи! – Рена в который раз порадовалась, что Роуэн согласился путешествовать с ней. У торговцев столько полезных знакомств!

– Будет непросто, но, возможно, нам удастся уговорить Эннобара прийти в Белый лес и убедиться, что все гильдии и полулюди на нашей стороне. Если кто и сможет доставить нас к регентше, так это он. Я отправлю ему записку.

Когда они добрались до места встречи, было ещё темно и прохладно, на траве и листьях лежала роса. Аликс зажгла факел, чтобы получше осмотреться. На Лысой поляне действительно мало что росло, попадались лишь пучки тощей травы. Поразительно: ведь источник выкопали и унесли отсюда уже давно. Поляна была большой, на ней могла поместиться сотня людей или полулюдей, не наступая друг другу на ноги, копыта или лапы. Этот уголок находился посреди леса, вдали от гарнизонов регентши, но добраться до него от замка можно было менее чем за день пути.

В напряжённом молчании они оглядывали поляну: Рена прислушалась к тревожным шорохам и успокоила деревья:

– Мы не желаем вам зла, мы пришли с миром.

Аликс прогуливалась, подбрасывая носками ботинок белые осенние листья. Дагуа и Роуэн сидели, скрестив ноги на земле и насторожённо вглядывались в темноту. Представитель регентши, Эннобар, чопорно стоял в центре поляны, засунув руки в карманы и угрюмо уставившись в темноту. Жалеет ли он, что позволил себя уговорить?

Когда взошло солнце, небо стало цвета полированной бронзы с оттенком фиолетового и, казалось, засветилось изнутри. До затмения оставалось совсем немного. Рена попыталась взглянуть наверх, но глаза тут же начали слезиться – пришлось отвернуться. Аликс, напротив, с невозмутимым видом не мигая смотрела на самый большой огонь Дареша.

– Скоро начнётся, – резко бросила она. – Я чувствую.

И действительно – свет, казалось, мерк с каждым вдохом. Одна из лун наползла краем на солнце, и на лес опустились неестественные сумерки. Это случалось раз в несколько зим, ведь у Дареша было предостаточно лун, и всё же Рену всякий раз в эти минуты охватывал благоговейный трепет. Там, наверху, происходила ритуальная битва – свет и тень сражались друг с другом, и каждый раз свет побеждал. Если бы так было и в жизни…

Луна уже поглотила почти весь диск солнца. Даже Дагуа, любитель поболтать, поднял голову и почтительно замолчал. На несколько вдохов стало почти совсем темно. Только на горизонте всё ещё светилась слабая красная полоса.

Но вот сверкающий край солнца выскользнул из тьмы, и свет залил Белый лес. Сумерки медленно отступали.

– Ну и где же ваши делегации? – холодно спросил Эннобар. – Не пора ли начинать?

Рена не осмелилась ответить, остальные тоже молчали. В их головах крутилась та же мысль: придёт ли кто-нибудь вообще?

Посредник регентши, прищурившись, посмотрел на Рену:

– Не зря было так трудно поверить в безумную историю, которую мне рассказали. Вы пожалеете о своей наглости: из-за вас я проделал весь этот путь напрасно. Жду десять раз по десять вдохов – и не дольше.

Рена вспомнила, что ей удалось узнать об Эннобаре: уверенный в себе, хорошо образованный человек, некогда принадлежал к Гильдии Земли. Чтобы поступить на службу к регентше, ему пришлось отказаться от своей гильдии. С тех пор он жил в Скальном замке и выступал посредником – прежде при старой регентше, а теперь при её преемнице, Скальной правительнице.

– У вас так мало терпения? – спросила Рена. Её голос прозвучал тише, чем ей бы хотелось. Эннобар прав – где же готовые к переговорам представители гильдий, которых обещали прислать Верховные мастера? А полулюди? Может, Крланхо неправильно понял её просьбу? Почему она не объяснила ему подробно, как действовать? А что, если он неправильно запомнил место встречи?

– Представители моей гильдии будут здесь, – твёрдо заявил Роуэн. – И люди-аисты тоже.

– Гильдия огня тоже придёт, – грозно пророкотала Аликс. – На протяжении пятидесяти поколений Совет никогда не нарушал данного слова.

– Пока на Дареше стоит хоть одно дерево, вы можете положиться на Верховных мастеров моей Гильдии, – добавила Рена.

– Но где же они тогда? – переубедить Эннобара было не так-то просто. – Сияет солнце – но я никого не вижу.

Роуэн отозвал Рену в сторону и прошептал:

– Люди-гадюки знают, что придут хорьки, верно? Разве они захотят встретиться вот так, на одной поляне? В конце концов, чешуйчатые – любимая пища хорьков.

– Ой, а ведь ты совершенно прав, – пробормотала Рена.

– А вдруг они набросятся друг на друга? Мы не сможем предотвратить резню…

– Ради духов земли, Роуэн! – прервала его Рена – вот уж о чём ей не хотелось сейчас даже думать! – Всем известно, что это мирная встреча. Все придут с миром.

– Я ухожу, – холодно прервал её Эннобар. – Моё время слишком дорого, чтобы тратить его на бессмысленное ожидание. – Он отвернулся.

Рена ошеломлённо смотрела, как он уходит, пропадая за листвой. Так трудно было убедить представителя Скального замка присоединиться к ним – а теперь он снова уходит!

Однако посредник регентши забыл об Аликс, которая внезапно преградила ему путь. Её зелёные глаза светились опасным огнём из-под полуприкрытых век.

– Десять раз по десять вдохов ещё не закончились, – вежливо напомнила она. – Вы ведь не собираетесь нас так внезапно покинуть? Ведь нам это просто показалось?

Эннобар взглянул на руку Аликс, лежащую на рукояти меча, и встревоженно сглотнул.

– Э-э… – протянул он. – Нет. Я не заметил, что время ещё не вышло.

– Вот и хорошо, – сказала Аликс, не двигаясь с места.

Постояв лицом к лицу с женщиной из Гильдии Огня, Эннобар развернулся. Решительно выпрямившись, он размашистым шагом вернулся на середину поляны.

Рена хотела благодарно улыбнуться подруге, но в этот момент Дагуа воскликнул:

– Смотрите, там кто-то есть! Что ж, кто-то же должен был прийти первым. О нет… это люди-кошки, старые рыбоеды…

– Заткнись, Дагуа, – зашипела Аликс. – Они тебя услышат! Хочешь испортить важную встречу, которая ещё не началась?

Дагуа лишь усмехнулся и поклонился в сторону людей-кошек, которые не решались выйти из кустов на краю поляны. Среди листвы были заметны лишь подрагивающие уши.

– Идите к нам, дамы, оставьте застенчивость, – крикнул Дагуа.

В ответ раздалось ворчливое шипение, и на траву неловко выскочил старый кот со шрамом на морде.

– Не вижу здесь ни одной дамы, – произнёс он на дарешском.

– Не беспокойся, они обязательно придут, – заверил его Дагуа.

Не прошло и десяти вдохов, как из-за деревьев вышли два человека в длинных чёрных мантиях с капюшонами. Стоящая рядом с Реной Аликс вздрогнула – чёрный цвет был цветом Гильдии Огня.

Насторожённо оглядываясь и держа оружие наготове, они убедились, что маленькая группа в центре поляны безобидна, и, рывком откинув капюшоны, широкими шагами направились к Рене и Аликс. Это оказались мужчина с тёмной бородой и женщина с чёрными волосами до плеч и благородным приятным лицом. Под тёмными плащами у обоих были великолепные одежды из красной кожи, украшенные серебром и драгоценными камнями.

– Мир гильдиям, – произнёс мужчина. – Рад снова видеть тебя, тани.

– Благодарение духу огня! Как хорошо, что послали тебя, Элро, – выдохнула Аликс, и они с бородатым Элро сердечно обнялись, похлопывая друг друга по спине.

Рена с удивлением наблюдала за ними, пока не вспомнила, что Элро – старый друг и наставник Аликс, который посоветовал ей отказаться от работы агентом Совета Гильдии. Тот, с кем Аликс так ужасно напилась в последнюю ночь в Башне Высшего совета, когда путешествие Аликс закончилось и началось путешествие Рены.

«Вот ужас-то», – пронеслось в голове у Рены. Ей вдруг захотелось заползти в ближайший туннель в земле и скрыться в безопасной темноте. Элро видел её в Башне Совета с фальшивым амулетом Гильдии Огня и наверняка запомнил! Теперь ничто не помешает ему осудить их с Аликс за святотатство! К тому же в прошлый раз Аликс назвала её своей ученицей – разве он воспримет Рену всерьёз? Элро повернулся к Рене и посмотрел на неё долгим взглядом. «Сейчас всё откроется», – испугалась она. Однако представитель Гильдии Огня лишь вежливо ей поклонился – как равной. Рена удивлённо моргнула.

– Я много слышал о вас за последние несколько месяцев, – с мимолётной улыбкой произнёс Элро, ни на мгновение не сводя глаз с её лица. – Вы замечательная девушка, Рена ке Алаак, и источник всё новых необычных идей.

«Он следил за нами», – решила Рена и вежливо улыбнулась в ответ, хотя внутри у неё всё похолодело. Конечно, Элро так выделил слово «источник» потому, что хотел намекнуть: ему многое известно. И наверняка не только ему. В Белом лесу не могли не знать, что к её дяде приходили солдаты и как Рена сбежала по подземным туннелям. Если правильно воспользоваться этой информацией, можно сорвать едва намечающиеся переговоры. Пока же Элро не собирался упрекать её во лжи при первой встрече – а это уже кое-что.

И тут Рена вспомнила, что забыла рассказать подруге об источнике. Аликс до сих пор не знала, что произошло тогда в Скальном замке! Когда Рена была у неё в услужении, никто не обязывал её рассказывать о своей жизни в мельчайших деталях, но теперь скрывать такое важное событие было опасно. Ну почему она не рассказала обо всём раньше?! Совсем недавно, на острове Памяти, как раз подвернулась благоприятная возможность!

Лоб у Рены покрылся мелкой испариной, и это не ускользнуло от Элро. Полуулыбка всё ещё блуждала на его лице, когда он отвернулся и вместе со спутницей поклонился Дагуа и Роуэну.

«Он мне не нравится», – подумала Рена, и её охватило предчувствие надвигающейся опасности. Интересно, какие инструкции Элро получил от своего Совета, как ему предписано вести переговоры, что разрешено предлагать и чем угрожать? И как же теперь объяснить Аликс, что всё это время Рена хранила от неё секрет? Здесь, на поляне, не лучшее место и время для оправданий. Вряд ли им удастся поговорить так, чтобы никто не услышал.

Эннобар, посредник регентши, ждал, скрестив руки на груди, и лишь вскинул брови, когда увидел человека-кошку. Но, по крайней мере, делегатов Гильдии Огня он приветствовал вежливо, и его скептицизм, казалось, постепенно таял.

Из-за деревьев, словно белые тени, вышли двое посланников Гильдии Земли и, оглядевшись, направились с приветствием к Рене. Вздохнув с облегчением, она пошла им навстречу и представила их Эннобару и своим спутникам. Осталось дождаться лишь членов Совета Гильдии Воздуха и остальных полулюдей.

И они не замедлили явиться. Роуэн увидел двух аистов, которые уже давно сидели в ожидании на вершине дерева и теперь осторожно спланировали вниз. Появление аистов будто стало сигналом, отовсюду начали выходить из тени полулюди, похожие на остатки потрёпанной армии. Пришли по одному или двое представителей от каждого вида. Люди-жабы явились вчетвером – так им казалось безопаснее. Люди смотрели на них зачарованно – мало кто из них прежде встречал этих застенчивых жителей водоёмов. Крланхо появился с двумя старшими братьями.

Люди, которых оказалось совсем немного по сравнению с выходящими из леса его обитателями, невольно сбились все вместе, словно в поисках друг у друга защиты.

Однако Рене некогда было пугаться. Она с интересом прислушивалась к возбуждённым разговорам полулюдей.

– …Никогда не было, никогда, даже жабы здесь…

– …Вдруг прибежал каристанец и сказал, что здесь будет один человек, молодой, очень молодой…

– …Столько деревенских жителей уже здесь, это не странно, не странно…

Рена почувствовала, что пора вмешаться, и, шагнув вперёд, громко сказала:

– Мы рады вас приветствовать! Никого не бойтесь. Мы все хотим мира, и скоро мы его добьёмся…

Больше она ничего сказать не успела.

– Кхи – женщина тысячи языков! – крикнул один из хорьков на дарешском. – С нами Кхи!

– Мы слышали о ней! – воскликнул человек-олень и продолжил на своём языке. – А правда, что она понимает каждое существо, каждую сущность? Правда, что она хочет помочь нам бороться против Каменной женщины?

– Правда, – без обиняков ответила Рена.

Над рядами полулюдей поднялся ропот.

Рена заметила, что её друзья и Эннобар в недоумении не сводят с неё глаз, и, смутившись, подумала, что их надо бы отвлечь.

– Что это на них нашло? – прошептала Аликс. – Ты им какой-то спаситель или кто?

Рена махнула рукой, надеясь, что позже она всё ей объяснит, и снова повернулась к полулюдям, которые с подозрением смотрели друг на друга и через каждые несколько вдохов переглядывались с Реной.

– Сейчас мы все должны сплотиться.

– Плоть, чья плоть? – проворчал человек-кошка на своём языке.

– Должны, кому должны?

– Что значит «все», женщина?

– Ну, все! – воскликнула Рена. – И люди, и не совсем…

– Какая дерзость! – зашипел человек-гадюка. – Считать нас вместе с волосатыми зверями! Они покрыты шерстью, шерстью! Отвратительно!

– О да, – ухмыльнулся Крланхо. – Без шерсти мясо вкуснее, да.

Люди-птицы захлопали крыльями.

– Пусть перо застрянет у тебя в глотке, и ты задохнёшься насмерть, варвар! – прошипел человек-аист.

Рена покачала головой и закрыла лицо руками. Какая глупая мысль – свести вместе разные виды полулюдей, – глупая, глупая, глупее не бывает… Как только ей пришло в голову, что все вместе они добьются мира? Судя по всему, намечалась большая драка.

Однако вскоре воцарилась тишина. Рена медленно опустила руки и вздрогнула. Совсем рядом толпились полулюди, с неуверенным любопытством пытаясь понять, что она делает.

– Мне кажется, она не сердится, – заметил человек-олень.

– Но у неё шевелятся уголки губ, да, – добавил человек-аист.

– Она улыбается, ты, мешок с перьями, – огрызнулся старый человек-кот со шрамом.

– Я не то имел в виду, – прорычал Крланхо. – Мне совсем не нравится на вкус человек-гадюка. Честно. А птиц, аистов и аистят, я ел так давно, что уже и не помню, когда.

– Всё в порядке, – вздохнула Рена. – Вам не обязательно нравиться друг другу. Но если хотите поквитаться с Каменной женщиной, нужно держаться вместе. Настал день заявить о своих правах.

– Ни вдохом позже!

– Я откушу ей все пальцы – один за другим!

– Поделитесь с нами! – хором закричали люди-жабы.

– Нет-нет! – попыталась остановить их Рена. – Убивать мы никого не будем – я надеюсь. Речь идёт о ваших правах. Что для вас важнее всего?

– Источник, источник!

– Чтобы с нами тоже обращались как с деревенскими жителями, как с жителями поселений!

– Чтобы никто не рубил деревья в Белом лесу и не прогонял нас из него!

– Чтобы солдаты не убивали нас, когда вздумается!

– Что ж, мы посмотрим, о чём удастся договориться в Скальном замке, – сказала Рена. – Несколько ваших представителей должны пойти на переговоры. Предлагаю шестнадцать, по одному от каждого вида.

По лесу эхом прокатилось ужасающее кваканье, шипение и блеяние.

– Мы никогда не пойдём в замок Каменной женщины, никогда!

– Хорошо, понятно, – поспешно согласилась Рена. – Конечно, тогда делегация станет слишком большой, и будет тесно. Просто послушайте меня: не бойтесь! Мы заберём у правительницы источник, и она потеряет над вами власть. Быть может, кто-нибудь всё же хочет пойти в замок?

В течение многих дыханий на поляне стояла тишина. Все замерли, стараясь не смотреть Рене в глаза. Крланхо нерешительно шагнул вперёд.

– Я пойду с тобой, Крена, с тобой, – сказал он без особой радости.

Его старшие товарищи озирались по сторонам, вдруг увлёкшись почёсыванием пушистой шкурки.

– Я не пойду с тобой, – заговорил человек-аист после очередного вдоха, с надменным видом приглаживая перья. – Но я полечу с тобой, полечу.

– Хорошо, – кивнул человек-жаба. – И я пойду с тобой, женщина, говорящая на тысяче языков. Но мне придётся взять с собой воду, воду, потому что я без воды не могу, не могу.

Рена перевела людям, что вызвались трое добровольцев.

– Вот и хорошо, этого достаточно, – ласково проговорила Аликс, медленно придвигаясь ближе к Рене, за которой ревниво следили глаза полулюдей. Аликс протянула руку, чтобы схватить Рену за локоть, но круг полулюдей угрожающе сжался, и она передумала. – А теперь объясни мне, пожалуйста, откуда ты знаешь языки…

Договорить она не успела.

На поляне возникла ужасная фигура, будто явившаяся из страшного сна. На первый взгляд казалось, что едва шевелящееся тело обуглено и кожа свисает клочьями. Полулюди в испуге разбежались, люди-аисты, захлопав крыльями, взмыли в воздух.

Представители Советов Гильдий не сводили глаз с чёрной фигуры. Человек передвигался с огромным трудом, готовый рухнуть в любую минуту. Он шёл к определённой цели.

К Рене.

Рена хотела в ужасе отступить, но вовремя догадалась, что, вернее, кто это может быть. Когда жуткое существо приблизилось, она увидела, что висящие лохмотья – всего лишь клочья одежды. Лицо было в саже, но оно принадлежало обычному человеку – высокому мужчине с опалёнными серебристо-серыми волосами и светло-голубыми глазами, в которых застыли боль и ужас.

По глазам Рена его и узнала:

– Окам! Что случилось?!

– Травяное море… – простонала фигура. – Кто-то поджёг Травяное море…

Когда Окама, устроив его поудобнее под большим коливаром, перевязали, оказалось, что раны у него не тяжёлые, и вскоре он собрался с силами и рассказал, что произошло:

– Это началось внезапно. Я был в патруле со своими людьми, и мы первыми увидели огонь. Мы вернулись в Эол и спасли город, но не смогли остановить пламя, которое охватило всё западное Травяное море. Там всё сожжено. Многие погибли.

– Кто это сделал? Кто виноват? – Лицо Роуэна было таким же белым, как перья его разведчика.

– Гильдия Огня, – ответил Окам. – Так нам сказали. Видели подозрительного мужчину с амулетом поджигателей.

– Не может быть! – негодующе воскликнула Аликс. – Ржавчина и пепел, ни один из нас не способен на подобную низость! Убить противника в честном бою – это, пожалуйста, но жечь селян ниже достоинства моей гильдии! Вас обманули, амулеты гильдии легко подделать.

– Неужели? – прищурился Роуэн. Его губы были плотно сжаты. – Разве поджигатели никогда ничего не поджигали?

Аликс встревоженно взглянула на него:

– Ты ведь не думаешь, что… Роуэн, пожалуйста, возьми себя в руки. Какая нам от этого выгода? Клянусь тебе, даю вам всем слово: моя гильдия этого не делала!

Рена вспомнила, как они стояли на холме и смотрели на синие волны Травяного моря. Она вспомнила и слова Аликс: «Вот бы всё это поджечь! Прекрасная получилась бы картина. Прекрасная и ужасная». Быть может, она что-то предчувствовала? Или желала? Кто-то из Гильдии Огня не справился с искушением?

– Я верю, что ты не сделала бы ничего подобного, Аликс, – сказал Роуэн. – Но ты давно не была на Высшем Совете своей гильдии. Кто знает, что там без тебя решили.

– Нет. – Аликс энергично помотала головой. – Мы прибегаем к огню только в самом крайнем случае, на дуэлях. Всё остальное – бесчестье.

– Сейчас мы ничего не выясним, – попыталась успокоить её Рена, хотя колени у неё дрожали от ужасной вести. – Что же случилось потом, Окам?

– Я должен был ехать сюда с посланниками от нашей Гильдии, чтобы успеть к затмению. Но после пожара, в котором погиб и мой разведчик, никто и не заговаривал о переговорах со Скальным замком. В Совете теперь всем заправляет Авиус. Он жаждет кровавой мести народу огня. Но я всё же пришёл. Я обещал тебе, Рена, что сделаю всё, что в моих силах, если ты вернёшь мою любимую Кару. Ты это сделала, и я выполню своё обещание. Вы хотите мира – и я помогу вам его заключить.

Рена едва могла дышать, у неё перехватило горло.

– Спасибо, Окам. Пожалуйста, помогите нам заключить мир – давайте хотя бы попытаемся.

– Я попробую, – кивнул он. – Не знаю, получится ли. Совет Гильдии Воздуха требует Ту 'а 'ва от Гильдии Огня в течение трёх дней, иначе будет война.

Ту 'а 'ва! Это официальное извинение за причинённые обиды, а также обещание бесплатно предоставлять все товары и услуги всей гильдии в течение нескольких зим. «Люди огня никогда на это не пойдут, – подумала Рена. – Они слишком гордые».

Эннобар, посредник регентши, до сих пор хранил молчание. Услышав об огненной катастрофе в Травяном море, он побледнел. Теперь он заговорил:

– Женщина из Гильдии Огня права. Её народ здесь ни при чём.

Все повернулись к нему. Потребовалось некоторое время, чтобы осознать его слова. Затем на посредника посыпался шквал вопросов.

Эннобар поднял руку, призывая к тишине:

– Я поклялся никогда не раскрывать того, что становится мне известно по долгу службы. Но думаю, что сейчас настал момент нарушить клятву. Я не знал, что планирует правительница – вместе с советниками. Но теперь мне всё ясно. Я вспоминаю короткие замечания, происшествия, необычных посетителей – и складывается полная картина.

– Вы хотите сказать, что правительница приказала поджечь Травяное море? – с сомнением спросила Рена.

Эннобар кивнул. Прежнее высокомерие полностью его покинуло, он казался меньше ростом, но в то же время более человечным. На лбу у него выступили бисеринки пота.

– Я почти уверен. Если бы я знал, что она собирается сделать, то попытался бы остановить её, поверьте мне.

Все задумались, пытаясь собраться с мыслями. Несколько вдохов стояла тишина.

– Разрушенная деревня у границы с Тассосом, – наконец проговорила Рена. – Там была разбита живая изгородь, и я ещё подумала, что никто из Гильдии Земли не смог бы этого сделать, хотя у всех нападавших были эмблемы гильдии.

– Возможно, тогда напали Фарак-Али – элитные войска с фальшивыми значками, не принадлежащие ни одной из гильдий, – сказала Аликс. Она явно вздохнула с облегчением. – Гениальная тактика: правительница не рискует навлечь на себя гнев гильдий, но настраивает их друг против друга.

– Мы должны как-то сообщить об этом Гильдии Воздуха! – воскликнул Роуэн.

– Пожалуй, в Эоле уже никто никому не верит. К тому времени, когда они поймут, что их обманули, будет слишком поздно.

Аликс беспокойно зашагала взад и вперёд по поляне:

– Но как это сделать? Когда истекает срок ультиматума?

– Осталось два дня, – сказал Окам. – Человек-аист с посланием ещё успеет добраться до Эола.

– Благодарение духу огня! – воскликнула Аликс, склонив голову и пробормотав быстрое заклинание.

– Регентша тоже может отправить с посланием человека-аиста, – напомнил Роуэн и машинально поднял руку, чтобы погладить своего разведчика. Птичка, как обычно, сидела у него на плече и внимательно прислушивалась к разговору. – Совет уже знает моего разведчика. Если мы отправим ему сообщение с вашей печатью, Окам, они поймут, что отправили его мы.

Окам задумчиво покачал головой:

– Я бы не стал вот так сразу винить правительницу, ведь даже Эннобар не до конца уверен. И нет ни малейших доказательств. Я не могу дать свою печать. Кроме того, Высший Совет всё равно не захочет без доказательств отзывать ультиматум.

– Но пока мы получим доказательства, может оказаться слишком поздно!

– Значит, нам придётся получить их как можно скорее, а пока сообщим Совету Гильдии Воздуха о наших подозрениях.

Они быстро составили письмо. Роуэн привязал его к лапке своего разведчика и долго тихо что-то ему шептал. Взмахнув крыльями, белая птица с тихим свистом взлетела, на мгновение замерла в воздухе над поляной и унеслась на восток, к Травяному морю. Люди и полулюди на поляне ещё долго смотрели разведчику вслед.

– Мы немедленно отправляемся в Скальный замок, – заявил Эннобар. – Я пойду вперёд и всё подготовлю, чтобы вы без задержки попали внутрь. Подождите одну восьмую оборота солнца и следуйте за мной.

– А правительница о нас знает? – спросила Рена.

– Конечно. У неё повсюду шпионы. Но вряд ли ей известно, что вы так близко.

– А она не попытается взять нас в заложники?

– Вполне возможно. Придётся рискнуть.

На небольшой поляне загудели голоса представителей разных гильдий. Это было странное чувство – впервые встретиться и поговорить друг с другом. И у полулюдей всё складывалось очень похоже. Сначала одни боязливо приседали перед другими, но постепенно начали завязываться беседы на дарешском, хоть и неохотные. Люди же горячо заговорили о пожаре в Травяном море и о правительнице. Не остался в стороне и Эннобар.

Только Роуэн отделывался односложными ответами.

– Что с тобой? – тихо спросила его Рена, заметив неладное.

– Тревожно что-то. Я больше не чувствую своего разведчика.

– Может, он слишком далеко? Ведь вы с ним никогда так не удалялись друг от друга.

– Может быть, и так, – кивнул Роуэн. Однако прозвучало это неуверенно.

Встревожившись, Рена поднесла палец к губам и прислушалась:

– Тише. Там что-то есть. – Как всегда, она вполуха слушала деревья, и теперь до неё донеслось их сердитое бормотание. Через несколько вдохов она поняла, чем недоволен лес.

Поляну внезапно окружил рой чёрно-серебристой саранчи. Маленькую группу собравшихся оцепили несколько сотен человек – солдаты Фарак-Али! Они держали оружие наготове и подходили всё ближе. Некоторые полулюди ускользали как тени, но лишь немногие успели убежать. Оставшиеся собрались вместе: Рена и её друзья, делегаты от гильдий, полухорьки и люди-олени – подозрительная, вызывающая группа.

– Как они нас нашли? – прошептала Рена. – А вдруг нас предал Эннобар?

Нет, вряд ли: Эннобар и сам оглядывался – удивлённо и недовольно. Он направился к командиру отряда и обменялся с ним несколькими короткими фразами. Рена увидела, как командир покачал головой.

– Возможно, они выследили разведчика, – предположил Роуэн.

И в это мгновение они увидели птицу-следопыта: один из солдат держал в руках сетку с маленьким белым безжизненным тельцем. Одно перо упало на землю и попало под каблук тяжёлого сапога.

Роуэн тихо всхлипнул и отвернулся. Рена беспомощно обняла его. Она не могла придумать, что сказать, – любые слова прозвучали бы глупо и банально. «В Травяном море есть и другие разведчики»? Она даже не знала, правда ли это и можно ли выбрать другую птицу-следопыта взамен утраченной. «Всё будет хорошо»? Вряд ли. «Мы отомстим за него»? Роуэна это не утешит.

Аликс с жалостью посмотрела на молодого торговца.

– Похоже, что регентша взялась за нас всерьёз – она действительно послала Фарак-Али, – пробормотала оружейница, скрестив руки на груди и окинув солдат опытным взглядом.

– Боюсь, вы правы, – прошептал Окам. – А это значит, что правительница знает, с кем имеет дело. Если бы это были люди из гильдий, то мы могли бы легко привлечь их на свою сторону.

– Посмотрим, какие у них приказы, – ответила Аликс. – Вряд ли регентша может себе позволить нас убить. Слишком многим людям и полулюдям известно о нас.

Вскоре они узнали, что уготовила им правительница. Прозвучала короткая команда, и солдаты в чёрных с серебром мундирах бросились вперёд. Собравшимся на поляне заломили руки за спину и швырнули на землю.

– Так нельзя! – запротестовал Эннобар, но командир лишь ответил:

– У меня приказ.

Аликс не притронулась к мечу, но солдаты крепко держали её за руки. Полухорьки решили не сдаваться без боя и кусали всякого, кто пытался их схватить.

И тут случилось нечто неожиданное даже для солдат правительницы. Дагуа, невысокий старик Дагуа с весёлыми глазами – его голос загремел, эхом разносясь по лесу:

– Стойте! Остановитесь! Разве вы меня не узнаёте? Я Дагуа ке Ванаме, член Высшего Совета Гильдии Воды. Не смейте ко мне прикасаться!

Рена, извивающаяся в тисках солдата, замерла с открытым ртом. Член Высшего Совета – здесь, с ними?! Только теперь она поняла, почему одно из мест в зале Совета на дне озера пустовало. Нет, никто из советников не погиб – третий член Совета просто развлекался, сбивая путников с дороги и путешествуя по Дарешу незамеченным. Вот почему архивариус вдруг стал таким сговорчивым! Как она не заподозрила этого раньше?!

Слова Дагуа мгновенно возымели эффект. Всё стихло. Солдаты замерли, будто поражённые громом, а схватившие его отдёрнули руки, словно обжегшись. Не считая правительницы, двенадцать членов советов гильдий были самыми влиятельными людьми на Дареше. Посмевший грубо ответить Высшему мастеру рисковал лишиться головы: ведь тем самым он настраивал против себя всю гильдию – сотни тысяч человек.

Рена с облегчением перевела дух. Пока Дагуа с ними – они в безопасности… или нет? Командир отряда заговорил первым.

– Что вы здесь делаете, мастер? – спросил он. – Вы заодно с бунтовщиками?

– Они не бунтовщики, – ответил Дагуа. – Мы пришли, чтобы договориться с правительницей о мире.

– Остальные тоже Высшие мастера?

– Нет, но каждого из них направили сюда гильдии.

– Значит, мы ищем именно вас, – ответил командир. – И неважно, Высший вы мастер или нет. – Он поднял руку, видимо приказывая солдатам схватить Дагуа.

Солдаты нерешительно направились к нему, их суровые лица застыли в страхе. Однако, заметив, что Дагуа лишь смотрит на них, но не сопротивляется, они осмелели, и через несколько вдохов Высший мастер Гильдии Воды лежал связанный рядом с остальными на лесной земле, уткнувшись лицом в кучу листьев.

Только Эннобар остался на свободе. Нахмурившись, он стоял на краю поляны и больше не протестовал. Стал ли он их союзником? Может быть. Но его влияния, видимо, было недостаточно.

– Всё в порядке? Кто-нибудь ранен? – тихо спросила Аликс. Послышались отрицательные возгласы. Только посланнице Гильдии Огня солдаты сломали руку, потому что она сопротивлялась.

Роуэн же будто оцепенел.

– Мы были неразлучны, – прошептал он. – Птицы-разведчики соединяются с нами, как оружейники соединяются с мечом.

Пленников поставили на ноги, окружили и неспешно повели через Белый лес. Вскоре поляна осталась далеко позади.

– Наверное регентша собирается держать нас в лесу, пока не истечёт срок, отведённый Гильдией Воздуха, – шепнула Аликс Рене. – Потом это будет неважно. Тогда никто не сможет остановить войну.

Рена кивнула. Она шла устало, растеряв весь боевой дух. Тяжело проигрывать, когда почти добился цели.

– Крена, они заплатят, за всё заплатят, – невнятно прошипел Крланхо. Он едва мог говорить, потому что стражники завязали ему пасть с острыми зубами кожаным ремнём. Если он пытался её утешить, то получилось не очень. Рена улыбнулась.

Вскоре Рена поняла, куда их ведут – в ту часть Алестерских гор, где выстроен Скальный замок. Когда-то, давным-давно, она забредала сюда в поисках сухих деревьев.

Внезапно лес закончился, и они остановились у обрыва. За ущельем чуть шире длины дерева возвышался крутой склон горы, и Рена заметила в ней углубление.

Осторожно глянув вниз, Рена увидела, что трещина в земле невероятно глубокая: дна не видно, отвесные стены теряются в темноте. Одного взгляда было достаточно – перед глазами всё поплыло. Она предпочла бы лежать на земле, на безопасной, твёрдой земле, или обхватить руками ствол коливара или вискарии. Неужели их сбросят туда?!

Но тут она заметила перекинутый через овраг к отверстию в горе деревянный поручень шириной в ладонь. Солдаты принесли металлические листы, которые, соединив, прикрепили к деревянному поручню, оказавшемуся перилами, и перебросили мост через ущелье.

– Роуэн, это старое гнездо людей-аистов – там, на той стороне? – тихо спросила Рена. – Может быть, нас ведут туда?

Но Роуэн не ответил. Рена взяла его за руку – вялую, как лапа мёртвого зверя. Он дышал, машинально переставлял ноги, но мыслями и душой был очень далеко от Белого леса и не услышал её. Рена не на шутку встревожилась: может, нужно встряхнуть его, вывести из этой неподвижности? Но Аликс удержала её:

– Оставь его. Я понимаю, каково ему сейчас.

Одного за другим пленников переправили по металлическим пластинам через пропасть. Рена перешла следом за солдатом, боясь взглянуть вниз и чувствуя, как подгибаются колени.

Чтобы не думать о бездонном ущелье, она внимательно огляделась. Благодаря новым чувствам, обретённым после встречи с источником, она видела ауру деревянных перил – густую, неприятную. Их выстругали из очень старого ночного дерева, которое окончательно почернело. Такая древесина была твёрже металла.

Когда они подошли ко входу в пещеру, солдаты завязали им глаза чёрной материей. Рену втолкнули во тьму, где отвратительно пахло птичьим помётом. Споткнувшись, она упала на сырой каменный пол, не успев выставить связанные руки, и, с трудом перевернувшись, села.

По звукам и дыханию рядом она поняла, что остальных тоже привели в пещеру. Но где же Роуэн? Она шёпотом позвала его, но ей никто не ответил. Рена заплакала. Придёт ли он в себя? «Конечно, Роуэн бунтарь, даже Моог и его приспешники так и не смогли его победить, – пыталась она успокоиться. – Если будет бороться, он вернётся к нам».

Раздался скрежет – это вход в пещеру задвинули каменной плитой. Вдалеке по металлическому настилу простучали солдатские сапоги. А потом раздался и лязг – мост через бездонное ущелье разобрали. Теперь они оказались отрезаны от внешнего мира. Лишь лёгкое дуновение ветерка говорило о том, что в каменной плите есть отверстие.

– Похоже, мы здесь надолго, – спокойно сказал кто-то. Элро.

– Боюсь, ты прав, – ответила Аликс. – Нашим союзникам не добраться до нас через это ущелье, а нам отсюда не выбраться. Если регентша пожелает – так и сгниём в этой пещере.

Они снова замолчали – говорить было больше не о чем. Рена услышала, как кто-то ощупывает отверстие, сквозь которое проникал воздух, и догадалась, что это Аликс ищет выход.

Воздух в пещере был спёртый и влажный, пахло гнилью, почти как в залах для пленников на дне озера Водной Гильдии. Рена в лёгкой тунике быстро озябла. Каждые несколько вдохов с потолка пещеры ей на плечо срывалась капля холодной воды. Кожаные ремни натирали кожу запястий.

Но всё это было неважно. Имело значение лишь время, неумолимо приближающийся срок ультиматума. Сколько будет ждать ответа Совет Гильдии Воздуха? Один день, половину дня? Ни одна из сторон не уступит – слишком злы они друг на друга. Скоро вместо политиков снова заговорят звенящие мечи и стрелы. Гильдии Огня и Воздуха очень сильны, это противостояние ослабит и тех и других, если не уничтожит окончательно. Пострадают невинные люди, будут ранены или даже умрут – а Чёрные балахоны и правительница будут смотреть на это с улыбкой, потому что выйдут из этой игры победителями. Чем слабее становились гильдии, тем большую силу обретал Скальный замок.

Все беспомощно лежащие в пещере люди и полулюди это понимали. Ни у кого из них не было сил обсуждать что-то или строить новые планы. Срок ультиматума Гильдии Воздуха неумолимо истекал. Регентша их перехитрила. Как только начнётся война, делегатов можно будет освободить: смысла их убивать не будет. Они проиграли.

«Нет, ещё ничего не закончилось, – мятежно подумала Рена наперекор всему. – Человек-аист успеет вовремя добраться до Эола и сообщить правду». И всё же думать обо всём этом не стоит. Или стоит? Рена вспомнила, как она прикасалась к деревянным перилам, переходя ущелье по наведённому наскоро мосту. Ощущение древесной ауры сияло у неё внутри!

Она вдруг поняла, что её друзья до сих пор не знают о случившемся с ней в замке, когда она прикоснулась к источнику. Пожалуй, пришло время им рассказать. Да, слишком поздно – но лучше поздно, чем никогда.

– Я сейчас вам кое-что расскажу. – Она ощутила, как все в пещере удивились.

– Давай, – сказала Аликс. – Надеюсь, что-то смешное, посмеяться нам сейчас полезно.

– Боюсь, история не смешная. Возможно, вы слышали о происшествии, потрясшем ползимы назад Скальный замок? Тогда сбежали полухорьки, несколько торговцев были ранены.

Вокруг согласно хмыкнули.

– Это случилось из-за меня, – призналась Рена. – Я была в тот день в замке, пришла на свою первую аудиенцию. И сразу после встречи с регентшей сбежала от дяди и прикоснулась к источнику. Из-за этого всё и случилось.

В пещере воцарилась изумлённая тишина.

– Теперь понятно, почему ты так притихла, когда старый архивариус заговорил об источнике, – сказал кто-то.

Рена узнала голос Роуэна, и её пробрала дрожь. Он говорил грубо, но это было неважно. Главное, что он вернулся, вернулась его душа.

– Но почему источник освободил хорьков?

– Судя по всему, с его помощью правительница держит полулюдей в рабстве. Когда я коснулась источника, его сила каким-то образом дала трещину. Я убежала, потому что за мной бросились солдаты.

– Это всё устроила ты?! – прохрипел Окам.

– Те мгновения меня изменили, – поспешно продолжила Рена, не обращая внимания на его вмешательство. – Я научилась понимать языки всех полулюдей.

– Странно, что архивариус не рассказал нам о таком свойстве источника, – сказал Дагуа. – Необходимо передать источник под власть общественного органа, чтобы регентша больше не могла им злоупотреблять. Пусть как можно больше людей коснутся источника и станут переводчиками между самыми разными существами, и…

– Рена, а почему ты не рассказала мне об этом раньше? – перебила его Аликс. Её голос звучал устало и без обычной теплоты.

– Я… просто не думала об этом.

– Просто не думала об этом, глупая листоедка?! И смотрела, как мы дружно идём в открытую западню! Регентша знала, кто ты!

Рене хотелось защищаться, объяснить, что расскажи она раньше, это ничего бы не изменило. Но в конце концов она только произнесла:

– Наверное, теперь я могу загладить свою вину, – она с трудом сдерживала слезы, надеясь, что никто не услышит отчаяния в её голосе. – Мне кажется, всё-таки есть способ выбраться отсюда и позвать на помощь. Эти перила… Они никуда не делись.

– Ты чокнулась, как дхатла, объевшаяся резари! – крикнула Аликс, и её голос эхом прокатился по пещере. – Даже хорькам не пройти по этой чёртовой палке! И в твоей гильдии все боятся высоты, ты сама мне об этом говорила!

– Я просто оставлю повязку на глазах и ничего не увижу, – ответила Рена. – Если не смотреть вниз, я смогу перейти ущелье.

Ответом ей было ошеломлённое молчание. Потом снова зазвучал голос Аликс:

– Подожди. Я тебя правильно поняла? Ты хочешь вслепую пройти по перилам моста?!

– С тех пор как я прикоснулась к источнику, я чувствую ауру дерева гораздо сильнее. Мне не нужно смотреть вокруг. А перила деревянные.

– Но один неверный шаг – и всё пойдёт прахом, Рена, – напомнил Дагуа.

– Нет, она права, – сказала Аликс. – Если кто и в состоянии выбраться из этого Чёрного гнезда, то только Рена. Вход закрыт, но есть отверстие для воздуха. Однако пролезть там сможет разве что Крланхо.

Возразить никто не осмелился, и Аликс добавила:

– Если ты сможешь это сделать, я всё тебе прощу. А если у тебя не получится… Это неважно.

– Аликс, у тебя вообще есть сердце?! – прошипел Роуэн. – Неужели ты позволишь ей пойти на такой риск?!

– Почему я? Я ей не нянька. Она сама решает, чего хочет.

Рена почувствовала, как кто-то крепко сжал её пальцы. Она узнала руку Роуэна,

И сжала её в ответ.

– Я должна попробовать, – сказала ему Рена. – Иначе всё было напрасно.

– Ты уверена, что не хочешь снять эту чёрную штуку?

– Роуэн, без повязки я и шагу через ущелье не сделаю. Я могу случайно открыть глаза, а любой взгляд вниз может оказаться смертельно опасным. Но кто-то должен пойти и посмотреть, не выставили ли войска на той стороне охрану. Иначе меня сразу поймают.

На несколько вдохов темнота наполнилась неразборчивыми звуками. Наконец раздался голос Элро:

– Никого не видно. Но это ни о чём не говорит: в лесу их может быть очень много. Тебе придётся быть начеку, Рена.

Крланхо, который к тому времени сорвал с пасти кляп, принялся с остервенением перегрызать путы на руках Рены. Острые клыки задевали её пальцы.

– Ой! – воскликнула Рена, когда друг случайно промахнулся. – Осторожно!

Разорвав остатки оков и ненадолго сжав в кармане талисман, который дал ей Роуэн, она встала и направилась к отверстию у входа, по дороге случайно наступив кому-то на ногу.

– Ржавчина и пепел! – услышала она голос Аликс – и тут же упёрлась руками в шершавую каменную стену.

– Удачи! Дух огня будет с тобой – ты справишься! – пророкотали голоса в пещере.

Рена подтянулась за верхний край плиты и проскользнула в узкое отверстие, что оказалось всё же проще, чем ползти по осыпающемуся туннелю в земле. Только повязка на глазах ослабла, и пришлось затянуть её снова. Рена нащупала ногами уступ и по налетевшему ветру поняла, что стоит снаружи, у скалы. С ужасом подумалось, что перед ней расстилается огромное небытие, бездонное ущелье, которое, быть может, уходит далеко-далеко, к центру Дареша…

«Стоп!» – мысленно приказала себе Рена и изо всех сил затолкала и фантазию, и панику обратно в дальний угол сознания. Прогнав вредные мысли, она вытянула перед собой руку, нащупывая деревянные перила. Да, аура ночного дерева была здесь, прозрачная и со слегка горьковатым послевкусием. Надо было на ней сосредоточиться. Рена вообразила, что перила находятся всего в полуметре над землёй и, поставив ногу на узкий мостик, на мгновение замерла. К счастью, перила оказались плоскими, а не округлыми, иначе на них бы ни за что не удержаться. К тому же доска была шире, чем почудилось ей раньше.

«Устою! – пронеслось в голове Рены. – У меня всё получится!»

Она раскинула руки, чтобы удержать равновесие, и понемногу заскользила ногой вперёд по деревянному поручню. Но вскоре поняла, что скользить совсем не обязательно, можно идти как обычно. У неё словно открылась вторая пара глаз. Рене вспомнился тот волшебный день весной, когда она просто шла вслепую по лесу, и ни одна веточка её не коснулась… и снова, как тогда, её охватила странная эйфория. Вокруг была пустота. Рена осталась наедине с ночным лесом.

Постепенно она уходила от скалы, продвигаясь всё быстрее. Дувший через ущелье ветер играл полами её туники. Сильный порыв будто сжал её в объятиях, и Рена вздрогнула от страха. О ветре она и не подумала. Сейчас он казался сильнее, чем раньше, но, возможно, потому, что в прошлый раз она шла над пропастью не по тонкой доске, а по широким металлическим пластинам… Почему ей не пришло в голову заранее избавиться от этой опасности?!

– Роуэн! – прошептала Рена. – Ветер! Ты должен укротить ветер!

Она не осмеливалась кричать, чтобы не привлечь внимания стражников в лесу, которые были где-то недалеко. Из пещеры не ответили – никто её не услышал. Холодный ветер не утихал, пробираясь через ущелье.

Рена неуверенно остановилась, пытаясь сосредоточиться. Мышцы ног начало сводить судорогой. Собравшись с силами, она снова шагнула вперёд. Сколько ещё осталось? Она дошла примерно до середины.

Опять этот ветер! Он дёргал и дёргал за одежду, теребил повязку на глазах. Рена почувствовала, что узел постепенно ослабевает, и попыталась шагать быстрее. Она прошла уже, наверное, две трети пути, до леса было рукой подать. Но тут порыв ветра снова обнял её, и ткань скользнула по виску. Рена остановилась и сначала медленно, а потом торопливо потянулась руками к повязке, чтобы удержать её на месте. Слишком поздно. Солнечный свет пробивался сквозь веки. Она попыталась подхватить ткань, открыла глаза – и увидела бесконечную и мрачную бездну, которая простиралась под ней.

Рена тут же зажмурилась, но напрасно. Её тело вдруг обмякло, мышцы лишились силы, а ущелье распахнулось готовой поглотить её пастью. Она покачнулась и взмахнула руками, чтобы восстановить равновесие. Но на этот раз помешало охватившее её напряжение. Ноги задрожали, тонкая доска завибрировала. Рена изогнулась в отчаянной попытке предотвратить неизбежное и безотчётно снова открыла глаза.

Слишком поздно.

Она упала.

Полетела вниз головой в тёмную глубину и перестала дышать – перехватило горло. Клубящаяся чернота…

…А потом накативший с размаху леденящий холод. Сильный удар – всё тело отозвалось болью, и, не сопротивляясь, она в ошеломлении наполовину ушла под воду. Откашляться и взмахнуть руками, чтобы выплыть на поверхность, едва хватило сил.

…Какие тяжёлые руки, слишком тяжёлые, чтобы поднять их, чтобы плыть…

– Из Чёрного гнезда она пришла, из Чёрного гнезда! – прошептали голоса рядом с ней.

– Это должна быть она. Она!

Это ей что, снится? Да какая разница! Не сопротивляясь, она растворялась в чёрном тумане, и тело быстро немело от ледяной воды.

– Проведите её через туннель, братья, – сказал кто-то, и холодные скользкие лапы схватили её и потянули в сторону. Было в этом что-то знакомое, она уже сталкивалась с ними раньше. Это же люди-жабы! Рена сонно улыбнулась.

– Проостите, – пробормотала она. – В этот раз у меня не получилось.

– Что она говорит?

– В туннель. Быстрее! На сушу. Здесь слишком холодно.

Когда к Рене вернулась способность ясно мыслить, она обнаружила, что лежит на земле, укрытая мхом, а над ней покачивается белый полог листьев. Она вся дрожала, но под одеялом из мха согрелась, как от печи. Солдат поблизости не было. Вокруг стояли странные фигуры, много фигур. Люди-кошки, люди-хорьки, люди-олени и люди-жабы… и на их человеческих лицах Рена читала сдерживаемый гнев.

– Каменная женщина заплатит за это, заплатит!

– Остальные ещё в Чёрном гнезде, где остальные?

– Чем мы можем помочь, Госпожа тысячи языков? Чем?

Рена откашлялась, проверяя, не пропал ли голос. Ей не нужна была тысяча языков – было достаточно одного. К её удивлению, голос не пропал, и она заговорила с первой попытки:

– Мы должны действовать быстро, очень быстро! Мои друзья в Чёрном гнезде. Позовите аистов, чтобы они перенесли их через ущелье.

Взглянув на небо, Рена поняла, что с тех пор, как их заперли в Чёрном гнезде, не прошло и половины оборота солнца. Ничего не потеряно. Осталось найти доказательства того, что Чёрные советники и регентша подожгли Травяное море, и найти эти доказательства можно только в одном месте.

В Скальном замке.

Полулюдям Белого леса удалось освободить всех пленников, и Рена решила отправить записку Эннобару.

– Ты ему доверяешь? – скептически спросила Аликс.

– Да. Когда он увидел, что нас схватили солдаты, то искренне возмутился. Нам нужна его помощь. – Рена объяснила, что она собирается делать, и Аликс тут же кивнула.

– Я пойду с тобой – мой меч недавно заточен, – сказала она.

Вздохнув с облегчением, Рена повернулась к другим посланникам гильдий:

– Мы с Аликс отправляемся в Скальный замок искать доказательства. Это единственное, что мы можем сейчас сделать.

– Почему только вы двое? – угрюмо осведомился Элро. – Прошу не обижаться, но в таких случаях неплохо бы отправить на задание опытных бойцов.

Нетрудно было догадаться, о ком говорил Элро. Но Аликс покачала головой:

– Нет, старый друг. Пойдём только мы с Реной. Без неё ничего не выйдет. Нам нужен тот, кто сможет справиться с источником.

Элро мрачно нахмурился:

– При чём здесь источник?

Но его прервал Роуэн:

– А как насчёт меня? Разве я вам не пригожусь?

Рена видела, что он ещё подавлен, но изо всех сил старается этого не показывать.

– Конечно пригодишься, – сказала она. – Ты отвлечёшь солдат, в замке их полно. Нам не нужны лишние патрули в тёмных коридорах.

Стиснутые от напряжения челюсти Роуэна немного расслабились:

– Как насчёт небольшого народного восстания за воротами? Это отвлечёт гарнизон.

– Отличная мысль, – согласилась Аликс. – Жители ближайшего поселения и полулюди тебе с радостью помогут.

Дагуа спокойно сидел рядом, записывая несколько цифр на листе бумаги.

– До истечения ультиматума остался ещё один оборот солнца, а человеку-аисту требуется около половины оборота, чтобы долететь до Травяного моря. Мы ждём вас к восходу третьей луны, иначе будет слишком поздно.

Времени оставалось очень мало. Аликс сурово поджала губы:

– Что ж, тогда я просто буду надеяться, что ребята в Скальном замке приведут нас прямо к Чёрным советникам, а у тех будут готовы все необходимые бумаги.

Эннобар прибыл без солдат.

Рена с облегчением улыбнулась – она в нём не ошиблась! – и быстро объяснила посреднику, что и как они собираются сделать.

– Я знаю этот замок лучше многих, – твёрдо сказал Эннобар. – Покажу вам тайный ход, которым, если потребуется, вы сможете уйти. Но действовать вам придётся самостоятельно.

Он сдержал обещание. Но когда Рена узнала, что к тайному ходу её должны доставить аисты, то чуть не передумала:

– Только не это! Я ненавижу высоту!

Однако костлявые руки уже схватили её за пояс туники, и земля ушла из-под ног, а над головой раскинулись огромные крылья.

Потайной ход в Скальный замок находился на гладкой крутой части горного склона, далеко внизу простиралась туманная равнина, складывались в узор поля и луга вокруг замка, и сияли кроны Белого леса, похожие на огромное снежное поле. Отверстие в скале, через которое без особого труда мог проскользнуть человек, закрывала грубо выкованная решётка. Люди-аисты опустили Рену на узкий уступ, тут же напомнивший ей Чёрное гнездо. Она схватилась за влажные прутья, с которых осыпались хлопья ржавчины и полетели в глубину.

– Это одно из вентиляционных отверстий, – вздохнул Эннобар, прижимаясь к металлу и роясь во внутреннем кармане плаща. – У меня есть дубликат ключа. Я никогда не доверял регентше и на всякий случай подготовил себе запасной выход.

Ключ в замке с лязгом повернулся, и дверь распахнулась внутрь. Эннобар кивнул на одного из помощников-аистов:

– Я оставлю его здесь на страже. Если кто-нибудь выйдет через эту дверь, его задержат. Что ж, идите. В стенах по бокам есть скобы, за которые можно держаться. Удачи! И поторопитесь!

Не успели они опомниться, как люди-аисты с Эннобаром снова взмыли в воздух и спикировали вниз.

– Ты идёшь первой, – сказала Аликс. – Пока не свалилась отсюда.

Рена пролезла в узкий туннель и сразу почувствовала себя спокойнее. Она нащупала ногами ступеньки и провела по стенам пальцами, отыскивая скобы, и быстро и без приключений спустилась на несколько ступенек. Запрокинув голову, она увидела над собой фигуру Аликс на фоне неба у входа в туннель – оружейница тоже протиснулась в вентиляционную шахту.

Очень долго, как показалось Рене, они спускались молча. Туннель шёл почти вертикально вниз, в полной темноте, и у Рены вскоре разболелись руки.

– Когда полезем обратно, придётся попотеть, – заметила Аликс, её голос гулким эхом отразился от стен туннеля.

Через некоторое время Рена стала спускаться медленнее, стараясь дышать равномерно и спокойно. Внизу слышались приближающиеся голоса.

– Мы почти дошли, – шепнула она Аликс. – Сейчас лучше помолчать.

И действительно – через несколько вдохов Рена увидела внизу мерцающий свет и услышала шаги. Она замерла, ноги Аликс остановились всего в нескольких пальцах над её головой. Под ними прошёл человек, издалека донёсся стук его сапог. Когда Рена убедилась, что он скрылся из виду, она спустилась ещё на несколько ступенек, и её ноги повисли в воздухе. Она помнила, что потолки в коридорах замка не слишком высокие, и, просто спрыгнув вниз, легко приземлилась и огляделась. Коридор был пуст, только факелы на стенах беспокойно мерцали на ветру. Пахло дымом и немытыми телами.

– Спускайся! – шёпотом сказала Рена, и Аликс спрыгнула рядом.

– Уф, благодарение духу огня, – выдохнула она. – Этот проклятый туннель начал действовать мне на нервы. Где мы вообще находимся?

– Если бы я только знала! Я была здесь всего один раз.

Глядя на каменные изображения на стене, Рена пыталась определить, где они оказались, но не узнала ни одного из них.

– Сначала источник, – угрюмо напомнила Аликс. – Без этой штуки нам не справиться с Чёрными советниками или следующей партией Фарак-Али.

Рена сосредоточенно прислушалась, пытаясь понять, не чувствует ли она зов источника. Тишина. Она уже знала, что на больших расстояниях зов не слышен.

– Боюсь, нам придётся бродить по коридорам, пока я не почувствую что-то или не узнаю какой-нибудь барельеф.

– М-да, но на это можно потратить кучу времени. Которого у нас нет!

– Знаю! – прошипела Рена в ответ.

Аликс беспокойно повернула голову и прислушалась. Вдалеке снова послышались шаги – похоже, приближались несколько человек. У Рены затряслись поджилки: она различила характерный скрип и лязг. Именно такие звуки издавали тяжеловооружённые люди в униформе из толстой кожи!

Аликс испуганно произнесла:

– Ржавчина и пепел! Откуда они так быстро узнали, что мы здесь?!

– Может, мы включили какую-то сигнализацию? – предположила Рена.

Рена огляделась в поисках места, где можно спрятаться, но поблизости не было ни одной двери, только скульптуры на стенах.

Она чуть не заплакала от бессильной ярости.

– Ты, наверное, шутишь! Мы и десяти вздохов не сделали, а уже…

Шаги быстро приближались. Казалось, по коридорам топает целый отряд. Десять человек, если не больше.

Аликс обхватила Рену за пояс и подняла её над полом:

– Надо вернуться в шахту! Ты можешь дотянуться до скоб в стене?

Но времени не оставалось. Если их поймают на полпути в вентиляционную шахту, будет даже хуже, чем принять бой в коридоре. Внизу они могут хотя бы обнажить мечи. Рена свалилась обратно в коридор – и через несколько вдохов они увидели стремительно приближающихся к ним солдат. Это были не отборные войска в чёрных с серебром мундирах, а обычные гвардейцы правительницы в зелёных с серым. Но на поясе у каждого висел целый арсенал тяжёлого оружия, от мечей до железных колючих палиц.

Ни о каком бое с таким превосходящим противником не могло быть и речи, оставалось сдаться. Рена вскинула руки:

– Мы…

Мужчины не замедлили шага, и она в недоумении замолчала. Солдаты собираются их растоптать?!

– Прочь с дороги! – крикнул офицер.

Аликс поняла его первой и, схватив Рену за рукав, оттащила её к стене. Они прижались к прохладному камню, почувствовав, как барельефы больно впиваются в спины – и солдаты пронеслись мимо.

Когда топот растаял вдалеке, Аликс и Рена одновременно тяжело вздохнули. Рена, не удержавшись, нервно хихикнула. Аликс криво ухмыльнулась и ущипнула подругу за плечо.

Вскоре они поняли, что встреченный отряд не единственный, поднятый по тревоге. В Скальном замке царило смятение: слуги, сановники и полулюди испуганно метались по лабиринту коридоров.

– Похоже, они готовятся к нападению, – прошептала Аликс. – Роуэн и его ребята здорово их напугали.

Никто не обратил внимания на двух женщин и не спросил, откуда они и куда идут. «Наверное, вид у нас совсем не опасный», – подумала Рена. На первый взгляд они казались безоружными: меч, кинжал и кольчуга Аликс, как всегда, были хорошо спрятаны под одеждой.

– Иди уверенно, – мягко посоветовала Аликс. – Не слишком медленно, не слишком быстро. Пусть думают, что мы знаем, куда идём, понятно?

Рена кивнула. Ей было нелегко. Однажды показалось, что идущий навстречу мужчина нахмурился и бросил на неё испытующий взгляд. Она постаралась дышать размеренно и безмятежно смотреть вперёд, ни с кем не встречаясь взглядом. И тот мужчина не остановился, как и остальные, попавшиеся им по пути.

Чем дольше они шли, тем сильнее их охватывала тревога. Рена по привычке считала вдохи – прошло уже четыре раза по сто с тех пор, как они ступили в замок, а ничего так и не нашли. Освещённые факелами коридоры, казалось, никуда не вели. Рена и Аликс поднимались и спускались по лестницам, время от времени осторожно приоткрывали двери, но не обнаружили ни за одной из них ничего такого, что стоило бы изучить внимательнее. Рена запоминала изображения барельефов, мимо которых они проходили, чтобы найти дорогу к выходу. Но чем дальше, тем труднее становилось держать их в памяти.

В узком коридоре мимо них протиснулась служанка с подносом со свежими фруктами и кусками жареного мяса и поспешила дальше. Аликс и Рена подумали об одном и том же и, пройдя ещё немного, повернули назад и последовали за девушкой. Возможно, она направлялась к высокопоставленной особе или даже к регентше – в любом случае служанка могла провести их в самое сердце замка, куда они, похоже, не могли попасть без проводника.

Они шли по коридорам, в носу щекотало от пряного аромата жареного мяса. Рена не ела уже целый день, но слишком нервничала, чтобы вспоминать о голоде. В глаза ей бросились барельефы на ближайшей стене. Кузница и двое оружейников за работой… старик, выступающий перед толпой… группа торговцев, люди-аисты в полёте… Стоп!

Рена остановилась. Разве не этой картиной она восхищалась на пути к регентше в первый раз – прежде, чем услышала зов источника?

– Что ты там застряла? Она уходит! – зашипела Аликс, но Рена только покачала головой:

– Мне кажется, я это уже видела! Источник где-то недалеко.

– Ты уверена?

– Нет, – вынуждена была признать Рена.

Служанка исчезла за поворотом, её шаги стихли. На мгновение Аликс и Рена замерли, разрываясь между желанием догнать девушку, которая, несомненно, должна была привести их в нужные залы, и изображением, быть может, указывающим правильный путь. Наконец Аликс, пожав плечами, спросила:

– Что там с этой картиной?

Рена провела пальцами по стене, коснулась выточенных фигур – таких чужих и в то же время знакомых. Холодный, гладкий, маслянистый на ощупь камень. Рена прислушивалась к себе, но ничто не тревожило её мыслей.

Никаких следов источника.

Она отогнала растущее беспокойство и пошла дальше по коридору. Но чем дальше они продвигались, тем сильнее она беспокоилась: она была уверена, что в прошлый раз здесь же уже почувствовала источник! Что же пошло не так?

Она ничего не сказала Аликс, не поделилась своими опасениями, однако заметила, что машинально прибавила шагу. Да, она бывала здесь, эти стены запали ей в память. В тот раз в этих местах она отстала от дяди и слуги. А вот и сцена охоты – рядом с ней она пряталась и смотрела на этот барельеф с триумфом и облегчением. Да, всё верно, ей удалось почти невозможное – снова найти ту самую комнату в подземном лабиринте. Они почти выполнили самую важную часть своей миссии.

– Уже недалеко, – прошептала Рена. Всего несколько длин деревьев.

– Молодец! – похвалила её Аликс. – Без источника мы ничего не добьёмся. Да и они скоро поймут, что мы здесь.

Вот и угол, из-за которого она в прошлый раз наблюдала за охранниками, и коридор, где находилась комната источника!

Рена удивлённо ахнула: дверь была на месте, как она и помнила – но без охраны! Что-то здесь не так!

Разволновавшись, она бросилась вперёд, остановилась перед тяжёлой железной дверью и дёрнула за ручку. На мгновение она застыла, пытаясь осознать, что видит. В пустом зале стояла тишина, в которой было слышно их дыхание. В центре возвышался постамент, рядом с которым она в прошлый раз забыла сандалии, – простая колонна из светлого камня. Рена скользила взглядом по колонне, пристально вглядывалась, в недоумении возвращалась к ней снова и снова, даже оглядывала пол.

– Слушай, что из этого источник? – в замешательстве поинтересовалась Аликс.

Но Рена не могла ответить – у неё перехватило дыхание.

Колонна-постамент в центре была пуста.

Молочно-белый камень, который лежал на ней прежде, исчез!

– Он пропал! – воскликнула Рена.

– Ржавчина и пепел – что значит пропал?! Эта штука в центре…

– Это постамент. Источник был сверху. Но его нет. Значит, кто-то его забрал.

Аликс зло выругалась:

– Выходит, регентша всё же умнее, чем мы думали – или ей дают умные советы её Чёрные советники. И что же дальше?

Рена обессиленно опустилась на каменный пол и подпёрла голову руками.

– Я бы тоже хотела это знать. Не нужно было сюда идти. Глупая идея. Даже очень глупая. Сколько у нас осталось времени?

– Две трети от того, что было.

– Всё бесполезно, надо возвращаться…

В этот момент они услышали голоса снаружи в коридоре, не у самой двери, но довольно громкие:

– Эй, Джен! Дверь в Запретный зал открыта настежь. Чёрт, неужели это оставил кто-то из наших?!

– Не может быть. Пошли-ка проверим, что там.

Рена поспешно поднялась, и они с Аликс лихорадочно огляделись: где можно спрятаться? Но с залом источника им не повезло. Здесь не было второго выхода, не было даже стула или стола, стены гладкие, а щели между каменными плитами тоньше волоса. За колонной, на которой раньше лежал белый камень, тоже не скрыться. Они угодили в ловушку!

– Когда нас сменяют? Надо бы доложить коменданту.

– Надеюсь, он не отправит меня к воротам – снаружи собирается толпа.

Аликс указала на дверь, и Рена кивнула. Надо выбираться отсюда и бежать со всех ног. Но они медлили слишком долго. Когда Аликс бросилась к двери, в проёме возник солдат, озадаченно глядевший на неё поверх обнажённого меча. За ним появился второй солдат, третий, четвёртый.

– Назад! Аликс, вернись! – крикнула Рена. Она схватилась за тяжёлую створку и навалилась на неё всем телом. Дверь с ужасающим грохотом захлопнулась, хотя солдаты бросились на неё снаружи. Аликс тоже изо всех сил навалилась на дверь, а Рена с огромным трудом задвинула тяжёлый железный засов, и он с лязгом встал на место. Дверь выдержала, хотя заметно дрожала, когда солдаты снаружи яростно били по ней кулаками и рукоятками мечей.

Рена, задыхаясь, прислонилась к белой стене зала.

– Великолепно! – усмехнулась Аликс, откидывая назад медную прядь. – Зачем ты это сделала? Может, мы бы пробились и затерялись в коридорах. А теперь заперлись здесь, и им остаётся только ждать, когда мы проголодаемся и выйдем.

– О, ты намекаешь, что могла бы победить целый полк – да ещё и на чужой территории?

– Их было всего четверо. Обычные гарнизонные служаки, не Фарак-Али.

– Теперь они позовут те самые силы специального назначения! – простонала Рена.

– Кто бы ни заявился, войти сюда им будет нелегко.

Аликс ошиблась. Солдаты не собирались ждать, пока пленницы проголодаются. Они внезапно перестали стучать и кричать. Снаружи всё стихло. Насторожившись, Рена подошла к двери:

– Что они там делают?

Через несколько вдохов всё стало ясно. Раздался пронзительный звук – наполовину шипение, наполовину скрежет. Язычок серебристого пламени пробрался сквозь щель в двери и принялся лизать железный засов. Перекладина засветилась сначала красным, потом оранжевым.

– Жидкий огонь! – встревоженно воскликнула Аликс. – Ну и ну, я не знала, что у них есть такое!

Рена застонала:

– Сколько им понадобится времени, чтобы распилить засов?

– Засов из металла, выкован в моей гильдии на совесть. Может быть, сто вдохов.

Они посмотрели друг на друга и поняли, что их приключение в замке скоро закончится.

Делегаты четырёх гильдий, уставшие и окоченевшие, в пропахших гнилью пышных одеждах, сидя в Чёрном гнезде неподалёку от Скального замка, собрались на военный совет; некоторые расселись на траве, другие прислонились к молодым коливарам.

Роуэн стоял в центре небольшой группы. «Странно, что все они без возражений согласились с Реной, когда она заявила, что я должен организовать отвлекающий манёвр», – подумал он. И теперь все смотрели на него и ожидали решений. Конечно, приятно, когда в тебе нуждаются, но раньше он никогда никому не приказывал.

– Где нам взять людей? – спросил посланец Гильдии Земли. – Здесь нас слишком мало… восстание не удастся. Если мы выйдем к воротам замка, нас поднимут на смех.

Роуэн задумался:

– Оповестим окрестные поселения. Каждый договорится с людьми из своей гильдии. Сколько у нас осталось времени?

– Совсем не осталось, – со вздохом признал Дагуа. – Рена и Аликс должны прибыть на место с минуты на минуту.

– Но, чтобы привести сюда хотя бы по несколько человек из деревень, потребуется не меньше четверти оборота солнца, – возразила представительница Гильдии Огня с перевязанной и затянутой в лубок из древесного лыка раненой рукой.

Роуэн почувствовал, как внутри него разгорается знакомый яростный гнев, желание что-то изменить. Но сможет ли он увлечь за собой остальных? Он посмотрел на привыкшего командовать Окама, которому дали лекарство от ожогов, и он в изнеможении уснул под охраной двоих людей-аистов. У остальных тоже был измученный вид.

И тут Роуэна осенило.

– Устроим невидимое восстание, – сказал он. – Подождите, я всё объясню…

Чуть позже он в одиночестве сидел в кустах, откуда хорошо был виден Скальный замок. Большие ворота были закрыты, но это ничего не значило – стражники всегда настороже и заметят любое движение. Он не пытался спрятаться, и вокруг него шелестели на ветках широкие листья. Потом он поднял принесённый с собой фонарь и быстро открыл и закрыл крышку. На световой сигнал ответили с некоторого расстояния, а через несколько десятков вдохов огонь сверкнул и ещё с двух сторон.

Когда ответы исчезли в ночи, Роуэн, стараясь передвигаться как можно незаметнее, быстро отбежал шагов на двести влево.

Усевшись неподалёку от замка в других кустах, он снова помигал фонарём, и его соратники, тоже быстро и скрытно перемещаясь и каждый раз по-разному мигая огнями, ответили, словно обменялись сообщениями. Роуэн представил, о чём думают стражники в каменном замке, глядя на эту картину: «Тут затевается что-то странное!»

Почему бы им не предположить, что на замок в самое ближайшее время готовится нападение? Стражники не смогли бы определить, сколько людей подают сигналы, да и узнать, что заговорщиков так мало, тоже были не в состоянии – если, конечно, не отправить за ними солдат. Роуэн надеялся, что командир гарнизона некоторое время будет насторожённо следить за происходящим, имея наготове несколько отрядов. К тому времени, когда их решат задержать, Роуэн и его соратники сменят позиции. Найти их ночью в лесу будет очень трудно, особенно если они спрячутся и погасят фонари.

Роуэн подумал о Рене – тоска по ней мучила его, как голод. Интересно, где она сейчас и нашли ли они с Аликс что-нибудь? Может, не стоило её отпускать? А вдруг он больше никогда её не увидит? Но вот перед его глазами встало сожжённое, дымящееся Травяное море, и Роуэн сжал кулаки. Нет, они всё сделали правильно, они должны выяснить, кто на самом деле виновен!

Игра со световыми сигналами продолжалась, пока позади Роуэна из леса бесшумно не вышел человек-олень.

– К месту встречи пришли жители поселений, – сообщил он. – Их много. Вы поведёте их к замку?

– Да, я готов, – сказал Роуэн и последовал за полуоленем в призрачно мерцавший в слабом свете второй луны лес.

Рена беспокойно расхаживала по пустому, без единого украшения залу, ощупывая стены и рассматривая постамент, на котором когда-то лежал источник. Колонна была сделана из того же материала, что и стены – светлого, очень гладко отполированного камня. В верхней её части было вырезано углубление в форме перевёрнутой полусферы: видимо, чтобы источник не скатывался на пол.

Куда же пропал тот белый камень, до которого она дотронулась, что с ним случилось? Только бы ничего плохого! Если старый архивариус рассказал им правду, то, испортив источник, регентша и её советники могли разрушить нечто очень важное для жизни на Дареше. Рена надеялась, что истинная сила белого камня советникам неизвестна.

Коснувшись постамента, Рена уловила слабые потоки энергии, отголоски источника, который так долго лежал здесь. Она зажмурилась, прислушиваясь к ощущениям, и… услышала тихий скрежет. Она изумлённо открыла глаза. Показалось – или колонна действительно стала на несколько пальцев ниже?

– Слушай! Как ты это сделала? – подошла к ней Аликс.

– Я ничего не делала.

– Столб ушёл вниз. Давай повтори это ещё раз.

Рена снова взялась за колонну. На этот раз её пальцы легли точно на чувствительные точки, и камень подался вниз. Присмотревшись, Рена увидела, что в камне вычерчены тонкие, едва заметные круги.

– Клянусь духом земли! – воскликнула Рена. – Это не просто колонна – это…

– Не болтай, делай, что нужно, – посоветовала ей Аликс, бросив встревоженный взгляд на дверь. Засов уже раскалился добела, с него стекали капли металла и снова застывали. За дверью громко кричали, кто-то требовал, чтобы они сдались и немедленно вышли.

Но Рена больше ничего не слышала и не видела – она смотрела вслед каменному столбу, который медленно, почти беззвучно, ушёл в пол и сдвинулся в сторону, открыв тёмное отверстие, достаточное для человека.

– Ты что-нибудь там видишь? – спросила Аликс, вытягивая шею.

– Вроде бы есть металлические скобы, – сказала Рена, опустившись на колени и ощупывая пол. – Да, и по ним можно спуститься.

– А что там дальше?

– Ничего не видно.

– Значит, у источника больше секретов, чем мы предполагали, – усмехнулась Аликс. – Ну что, спускаемся?

– Здесь я точно не останусь!

– Тогда поторопись, дверь скоро откроется. Продержится ещё вдохов тридцать, не больше.

Рена осторожно нащупала металлическую скобу и схватилась за следующую. Странно и страшно – спускаться в неизвестность. Скобы быстро закончились, и ноги повисли в пустоте. Рена коротко и резко щёлкнула языком и прислушалась к эху. До земли было недалеко. Она прыгнула – и почти сразу же приземлилась, с чавканьем угодив левой ногой во что-то осклизлое. Пахло гнилью.

– Фу, – поморщилась Рена, и её стошнило.

– Что там? – крикнула сверху Аликс, её ноги болтались над головой у Рены.

Рена посмотрела под ноги:

– Я наступила на дохлую землеройку. Но всё остальное в порядке!

На стене она увидела квадратный белый камень, очень похожий на колонну источника, только горизонтально уходящий в стену. Как только Аликс спрыгнула на пол, Рена стукнула по белому камню кулаком – и точно: он начал двигаться, скользя вверх, и, с тихим хрустом встав на место, закрыл проход, оставив Аликс и Рену в темноте. До них донеслись приглушённые крики солдат, наконец распахнувших тяжёлые двери в зал, когда засов отлетел к стене.

Рена хотела броситься бежать по коридору, но Аликс её удержала.

– Не торопись, – тихо прозвучал из темноты её голос. – Вряд ли солдаты знают об этом укрытии.

И действительно: они слышали крики и топот над головой, но постамент не двигался. Потом снова стало тихо: солдаты, похоже, ушли.

Осторожно, почти бесшумно Аликс и Рена пошли вперёд в полной темноте. В этом коридоре на стенах не было факелов, внутрь не проникало ни проблеска света. Рена услышала, как Аликс роется в карманах.

– Погоди, у меня ещё есть где-то здесь… вот! – Оружейница пробормотала заклинание – и кусок трута у неё в руке вспыхнул.

Рена огляделась. Видимо, они проникли в другую, скрытую часть Скального замка. Коридоры здесь были уже теснее. а стены гладкими, без барельефов и украшений. Пол покрывала пыль, мелкий песок и мёртвые насекомые. В углу лежали скелеты двух давно сдохших норок. Воздух был затхлый. Веяло холодом – Рена задрожала в своей лёгкой тунике.

– Так, мы попали в очень старый коридор, которым никто не пользуется, – определила Аликс. – Такое ощущение, что сюда никто не заходил уже сотню зим.

Однако наклонившись пониже, Рена разглядела на полу человеческие следы и отпечатки лап, в том числе и свежие. Все они тянулись строго посередине, как по узкой тропе.

– А вот и нет, – сказала она, указывая на следы. – Совсем недавно здесь кто-то побывал.

Нахмурив брови, Аликс склонилась над следами:

– Может, этот «кто-то» и забрал источник. Пришёл снизу, обойдя стражу. Забавно.

Они медленно двинулись вперёд. Коридор шёл под уклон, они спускались всё ниже и ниже. Рена следила за отпечатками на полу и время от времени наклонялась, чтобы проверить, не сбились ли они с пути.

– Должно быть, этот «кто-то» хорошо знает замок…

В этот момент Аликс удивлённо вскрикнула. Рена подняла голову – и совсем близко, на расстоянии едва ли десяти вытянутых рук увидела человека.

На мгновение все трое застыли, будто заворожённые.

Незнакомец повернулся к Рене и Аликс, глядя будто бы прямо на них – стройный, едва ли выше Рены, лица его под капюшоном чёрной мантии не было видно.

Возможно, это был один из советников правительницы. Рена собралась заговорить с ним, но не успела.

Тёмная фигура повернулась и быстро зашагала по коридору. Чёрная мантия развевалась за спиной, как крылья большой птицы. Потом незнакомец повернул за угол и исчез.

Аликс и Рена очнулись и вышли из оцепенения.

– Скорее, бежим! – крикнула Аликс. – Нельзя его упустить!

Но сказать было легче, чем сделать. Завернув на полной скорости за угол, Аликс вдруг вскрикнула и отшатнулась. Рена врезалась в подругу, и они вместе повалились на пол. Пламя погасло, и снова воцарилась темнота. Рена осторожно поднялась:

– Что случилось?

Аликс не ответила. Она вновь зажгла небольшой факел и указала на коридор впереди. Пол там был густо утыкан поблёскивающими в тусклом свете острыми колючками высотой с ладонь. Колючее поле простиралось на большое расстояние. Аликс осторожно наклонилась и слегка коснулась пальцем одного из шипов. Облизав палец, она поморщилась:

– Яд. Точнее, варево из панциря ксенфийского жука. Мне знаком этот вкус.

Рена вздрогнула: они едва не угодили в смертельную ловушку! Она не сводила с Аликс встревоженного взгляда:

– Но… разве не опасно пробовать эту штуку?

– Нет, яд смертелен, только если попадает в кровь, – объяснила Аликс, разглядывая колючки. – Несколько вдохов – и отравленный умирает в жутких судорогах.

– Гнилые листья! Нам не пройти через это колючее поле, – обескураженно вздохнула Рена. – Так далеко не прыгнешь!

– А если уцепиться за что-нибудь на потолке?

Рена подняла голову:

– Здесь не за что ухватиться. Будь у нас две доски, мы бы просто положили их сверху и пошли дальше.

Но ничего подходящего поблизости не оказалось. Рена внимательно оглядела коридор и принялась ощупывать стены. Аликс поняла её без слов:

– Думаешь, здесь спрятан рычаг, которым убирают колючки?

– Кто бы там ни был в чёрном балахоне, он же по ним прошёл. Хотя, возможно, их опускает охранник, который сидит в другом зале. Тогда нам не повезло, – размышляла Рена. – Но вдруг шипы торчат здесь всегда, и их опускает тот, кто хочет пройти.

Пока Рена исследовала стены, Аликс, стоя на коленях возле смертоносного ковра из металлических шипов, рассматривала его вблизи и, касаясь шипов пальцем, проверяла, на всех ли есть яд. Время от времени она с отвращением сплевывала:

– Фу, гадость! Завтра у меня ужасно разболится живот. Но один из этих шипов может оказаться муляжом и тем самый рычагом, который мы ищем. Нужно выяснить, который из них – и мы расчистим себе путь.

И действительно: вскоре Аликс торжествующе вскрикнула.

– Рена! Смотри!

Металлические шипы быстро скрылись в полу, оставив только аккуратные ряды отверстий, и Аликс убедилась, что по полу можно пройти беспрепятственно.

– На одном шипе не было яда, – объяснила она. – Он отличался по цвету: видимо, на него слишком часто нажимали и забыли подкрасить чёрной краской.

Они пошли дальше по коридору. Бежать уже не решались, зная, что за каждым углом может таиться смертельный капкан. И оказались правы: неподалёку от шипов из темноты донеслось грозное шипение. Несмотря на прохладу, Рену прошиб пот, и она едва успела отпрыгнуть в сторону от огненного облака. К ним с устрашающим шипением ползла чёрно-красная узорчатая рептилия с широкой тупой мордой и ростом с человека.

– Бежим! – крикнула Рена.

Но Аликс только рассмеялась:

– Это же Тасс, я с такими играла в детстве. Даже не знала, что их держат за границами Гильдии Огня.

Рена вспомнила о странной игре, которую она наблюдала в Тассосе, о детях, которые развлекались, дразня огнедышащую рептилию. Возможно, в Гильдии Огня и любили такие игры, но она из Гильдии Земли и не хочет связываться с ужасным зверем.

– Не могла бы ты в таком случае… – неуверенно начала она.

– Один момент, – ответила Аликс. Сделав вид, что атакует Тасса справа, она проворно подалась влево и, отработанным движением схватив его за хвост, отбросила прочь. Обиженно шипя, Тасс уполз во тьму.

Пока они шли, Рена почти не замечала, что от волнения у неё странно гудит голова. Но потом вдруг вспомнила это ощущение – и чуть не вскрикнула от радости: снова кто-то словно касался её разума, мягко поглаживал. Источник недалеко!

Она сказала об этом Аликс, и оружейница вздохнула с облегчением:

– Ну наконец-то. Значит, теперь лучше вести себя тихо – мало ли кто может оказаться поблизости.

Рена кивнула, и они пошли дальше. Она радовалась, что уже чувствует источник, потому что вскоре они пришли к развилке, где коридоры расходились в четырёх направлениях. Рена, не раздумывая, выбрала крайний левый. Вскоре коридор опять разветвился на три, и Рена пошла по среднему. После нескольких вдохов Аликс опустилась на колени и внимательно осмотрелась:

– Странно: свежих следов больше не видно. Старых тоже нет. Ты уверена, что мы идём правильно?

Рена нахмурилась:

– Давай вернёмся немного назад.

Они вернулись, но в результате снова пошли по среднему коридору.

Рена закрыла глаза и доверила Аликс следить за тем, чтобы их не застали врасплох. Она шла на зов источника вслепую, пытаясь улавливать малейшие изменения в его тональности и уверенная, что так они быстрее придут к цели. И с этой уверенностью врезалась в каменную стену, оцарапав кончик носа:

– Ой! Что это?!

– Стена, – сухо сообщила Аликс. – Слушай, твой источник не водит тебя за нос?

Рена недоумённо уставилась на стену. Такая же грубо вытесанная, как и повсюду в этих тёмных коридорах. И на ощупь такая же шероховатая. Но вот звук от удара о неё был какой-то странный. Рена стукнула кулаком по противоположной стене, хотя Аликс и сердилась из-за лишнего шума.

– Подожди-ка, – сказала Рена, приближаясь к стене, к которой её привёл источник, пока снова не коснулась её носом.

На этот раз она разглядела вертикальную трещину – когда-то стена в этом месте была расколота. А когда рядом обнаружилось неровное углубление, у Рены вспыхнула надежда. Она нажала на вдавленный полукруг – и большой кусок стены с тихим щелчком отодвинулся в сторону.

Аликс глухо присвистнула.

За каменной дверью обнаружилась лестница, ведущая вниз, в глубину. Стараясь ступать бесшумно, они спустились по ступенькам, и Аликс погасила факел – он больше был не нужен. Сквозь пол проникали лучи призрачного света. Ещё несколько вдохов – и они вошли в потайную комнату Скального замка.

В большой комнате, грубо высеченной в чёрном камне, не было никаких украшений. Низкий потолок поддерживали два десятка простых квадратных колонн. В торцах располагались двери. От стен эхом отражались голоса множества людей.

Рена и Аликс проскользнули за одну из колонн. Мимо прошла фигура в чёрной мантии, но незваных гостий никто не заметил.

Рена рискнула осторожно выглянуть из-за колонны и, снова съёжившись, с трудом перевела дух. С одной стороны большой комнаты стоял каменный стол, вокруг которого сидели человек десять. Все в чёрных мантиях, но с откинутыми капюшонами. Трое полухорьков подавали напитки, от кружек поднимался горьковато-сладкий аромат. Очевидно, никто из собравшихся не верил, что Рена и Аликс смогут до чего-то добраться – мужчины в чёрных мантиях переглядывались с тревогой, но без страха.

Выглянув из-за колонны ещё раз, Рена оглядела вторую половину комнаты: открытое пространство, без колонн – в полу вырезаны таинственные знаки и расставлены глиняные фигуры. А за ними… возвышался постамент из чёрного камня. Увидев на чёрной колонне незаметный камешек, Рена изумлённо распахнула глаза. Источник! От него исходили волны силы – советникам они, видимо, не мешали или просто оставались незамеченными.

Да, подобраться к источнику будет нелегко. Шесть воинов Фарак-Али в чёрных с серебром мундирах стояли на страже среди колонн.

– Один из посредников вчера ушёл из замка. Думаю, он в сговоре с бунтовщиками, – сказал один из советников за большим столом. – Нужно избавиться от него как можно скорее.

Аликс повернулась к Рене и беззвучно, одними губами произнесла: «Эннобар». Рена кивнула. Хорошо бы выбраться отсюда вовремя, чтобы его предупредить.

– Есть ли подробности о сборище за воротами? – спросил другой советник в чёрной мантии.

– Я отправил туда наших агентов смешаться с толпой. Новостей пока нет. Если дело затянется, я вышлю Четвёртый отряд и потребую прекратить это безумие.

«Хоть бы с Роуэном ничего не случилось!» – с тревогой подумала Рена и поморщилась от неприятного запаха. Принюхавшись, она поняла, что пахнет совсем рядом – немытым мехом. Развернувшись, Рена едва не столкнулась нос к носу с одним из полухорьков, разносивших напитки. Он, должно быть, учуял её и бесшумно подошёл. Полухорёк подозрительно посмотрел на Рену. Она улыбнулась в ответ. Страшно ей не было – ведь нужно всего лишь объяснить ему, что Аликс друг, а она сама – женщина, говорящая на тысяче языков. Однако она не успела сказать ни слова: хорёк хрипло закричал на дарешском:

– Чужаки!

– О, ржавчина и пепел! – простонала Аликс. – И это называется союзник!

Через несколько мгновений Рена и Аликс корчились в тисках солдат Фарак-Али.

– Я видел этих девиц в коридоре! – крикнул один из мужчин, широкоплечий, с большим шрамом на переносице.

– Очень жаль, что им удалось проникнуть так далеко, – сердито сказал ещё один советник. У него было измождённое круглое лицо, серебристая копна волос и суровый взгляд. – Ган, тебе не стоило приходить сюда после того, как они тебя увидели.

Похоже, собеседнику упрёки не понравились:

– Откуда мне было знать, что ловушки в коридоре их не остановят и никто из наших охранников не успеет их перехватить?

Теперь к Рене и Аликс повернулся и мужчина с тяжёлым взглядом:

– Кто вы такие?

Из чистого любопытства, наверное, не стоило откровенно врать советникам. Но прежде чем Рена успела придумать ответ, вмешалась Аликс.

– Это не имеет значения. Зато мы знаем, кто такие вы, – презрительно заявила она. – Вы отбросы Дареша, потому что правите без чьего-либо желания или ведома.

– Ну вот, опять этот архивариус! – недовольно закряхтел очень толстый советник. – Давно нужно было вывезти его с острова.

Однако седой советник не обратил внимания на это замечание: он пристально разглядывал незваных гостей.

– Мне кажется, я знаю, кто они. Недавно эти девицы обошли Советы всех гильдий. По крайней мере, по описанию похожи. Самое время от них избавиться! Кто-нибудь рассказал об этом нашей дорогой Хетте?

– А это обязательно? – спросил толстяк. – Не получив ответа, он подозвал одного из хорьков и что-то ему шепнул. Слуга кивнул и выскользнул в дверь. С трудом выпрямившись, толстяк спросил: – Кто с ней наверху?

– Кар, – ответили ему.

– Это хорошо. Он поймёт, как поступить.

Солдаты оттеснили Рену и Аликс в угол между колоннами, а советники принялись встревоженно совещаться. Рена вдруг подумала, что ни её, ни Аликс даже не обыскали! Похоже, охранники ничего не опасались – ведь их шестеро! Рена едва не пала духом и снова взглянула на источник на чёрном постаменте. Только бы добраться до него!

Наконец дверь открылась, и вошли ещё двое советников. До обострившегося слуха Рены донёсся голос одного из советников за столом:

– Зачем ты её привёл?

– Я не приводил, – прошипел в ответ новоприбывший. – Я не мог её остановить, она хотела сама увидеть девчонку!

В комнату вошла молодая женщина, и мужчины, не оборачиваясь и не прерывая разговоров, пробормотали приветствия. Рена сразу узнала вошедшую, хотя и видела её, казалось, давным-давно. У неё были серые глаза и рыжие спадающие до пояса локоны. Среди одетых в чёрное мужчин правительница в роскошном платье выглядела неуместно.

Рена нервно сглотнула. Несмотря на все, что рассказал им архивариус, она не могла избавиться от благоговения перед этой женщиной. Регентша посмотрела на Аликс и перевела изучающий взгляд на Рену. Вблизи она оказалась моложе, чем помнилось Рене. Впрочем, та явно удивилась, увидев перед собой свою ровесницу, всего лишь подмастерье.

– Я тебя помню, – сказала правительница. – Ты Рена ке Алаак.

Впервые услышав правительницу без посредника, Рена потрясённо застыла – одной из влиятельнейших женщин Дареша известно её имя! А голос, его произнесший, был высоким, немного пронзительным. Теперь Рена поняла, почему Каменная женщина так редко выступала на публике. Вероятно, советники запретили ей это делать, чтобы не испортить впечатления.

– Тебе следовало остаться в зале, – обратился к регентше советник с серебристыми волосами. Её отец?

– Я сейчас туда вернусь. Вы уже выяснили, как они сюда попали? Разве их не оставили в Чёрном гнезде?

Советник молча покачал головой. Один из охранников ткнул Аликс в бок рукоятью меча – видимо, требуя ответить. Аликс угрюмо молчала, и Рена тоже заговорила не сразу. В конце концов, путь, которым они воспользовались, может им ещё пригодиться. Хотя и не похоже.

– Мы хорошенько замаскировались и прошли в замок, – солгала она.

– Не могу похвалить вас за это, – ответила регентша. – Сиди вы в Чёрном гнезде, остались бы живы.

Внезапно Рену охватила ярость:

– Ерунда! Нам не дали даже воды, не говоря уж о еде. Вы бы точно не выпустили нас до истечения срока ультиматума. При любом раскладе очень многие бы погибли!

Регентша удивлённо втянула воздух. Все советники вытаращились на них. «Наверное, не привыкли к таким манерам», – мрачно подумала Рена.

– Для тебя это был бы лучший выход, – ответила правительница. – Ты с приятелями устроила беспорядки в провинциях, из-за тебя начались новые распри.

Рена даже задохнулась от возмущения:

– Это что, шутка?! Нам нужен мир!

– Или то, что вы называете миром, – безмятежно заметил человек со шрамом. – При сильной регентше народы Дареша будут жить гораздо лучше, чем в зависимости от прихотей отдельных гильдий.

– Глупости! – хрипло бросила Аликс. – Народы Дареша придут в крайнее изумление, если вы объявите, что Травяное море сожгла вовсе не Гильдия Огня!

– Но так и было, – сказала правительница. – Это сделала Гильдия Огня.

У Рены зазвенело в ушах, словно ей на голову свалилось огромное бревно, и, судя по тишине рядом с ней, Аликс ощущала то же самое. Каменная женщина говорила искренне. Неужели они взяли ложный след? Неужели ненависть между гильдиями стала причиной этой катастрофы, а Аликс переоценила чувство чести своих сестер и братьев по гильдии? Выходит, они зря рисковали жизнью в поисках доказательств в замке и теперь большой войны не избежать?!

Однако молчание затягивалось, и Рена почувствовала, что в ней снова зарождается надежда. Никто из советников в чёрных мантиях не произнес ни слова – не было слышно даже выражения согласия. Правительница тоже удивилась наступившей тишине.

– Это сделала Гильдия Огня? – Она повторила произнесённые последними слова, но теперь с вопросительной интонацией. Её голос зазвучал громче, и на этот раз регентша обращалась к человеку с серебристыми волосами, глядя ему прямо в глаза. – Ведь так всё было, Немур?

– Это был единственный способ сломить власть Гильдии Огня, – спокойно ответил мужчина. – Мы поняли, что обращаться к предателям недостаточно.

Сначала регентша растерялась, но потом поняла, о чём ей говорят.

– Ты мне ничего об этом не сказал, – произнесла она, и её нижняя губа задрожала. Рена с трудом верила своим глазам: перед ней стояла вовсе не Каменная женщина, а неуверенная девушка по имени Хетта, едва ли на несколько зим старше неё самой. – Ты думал, я не узнаю, что это наша работа?!

– Поверь, иначе было нельзя.

– Я не о Травяном море, мне плевать на него – я говорю о том, что это сделано без моего ведома! О чём ещё мне не рассказывают?

Отряд Фарак-Али, хорьки, Рена и Аликс, советники – все будто обратились в камень. Перед ними разворачивалась неожиданная драма, которую было не остановить, как не остановить падение мёртвого дерева. Однако время ультиматума неумолимо истекало. Не удержавшись, Рена бросила отчаянный взгляд на Аликс.

– Держи себя в руках, – холодно приказал советник. – Ты хотела власти. Не упрекай меня в том, чего сама желаешь. Мы сделали то, что ты хотела, не обременяя никого подробностями. Ты должна быть нам благодарна.

– Полагаю, я слишком долго была благодарна, – заявила молодая женщина. – Ты вовсе не хотел сделать лучше для меня – ты поступил так, как выгодно тебе и остальным.

– Без нас ты ничто, Хетта!

– Может быть, но без меня ты тоже ничто! Никто не станет выполнять ваши приказы. Правительница Дареша я, а не ты!

Человек со шрамом засмеялся, и остальные советники в чёрном тоже захихикали. Глаза правительницы заблестели от слёз.

Рена вслушивалась в разговор, и постепенно её охватывало отчаяние. Она пыталась подсчитать, сколько вдохов осталось до того, как им придется покинуть замок. Совсем немного. Она снова бросила осторожный взгляд на Аликс. Оружейница в ответ посмотрела на неё так пристально, будто пыталась что-то сказать, а потом медленно и решительно перевела взгляд на солдат, на источник и обратно. Рена поняла, но сначала не могла в это поверить. Неужели Аликс действительно собиралась сразиться со всеми солдатами Фарак-Али и отвлечь их, чтобы дать ей возможность завладеть источником?! Пожалуй, время выбрано удачно. Все советники с интересом следили за спором, прислушивались даже стражники и хорьки. Но это всё равно самоубийство!

«Она жертвует собой, чтобы гильдии могли жить», – пронеслось в голове Рены. У неё разрывалось сердце при мысли, что Аликс, скорее всего, погибнет, но подруга была права. Нужно действовать немедленно: скоро срок ультиматума истечет, и оставят ли их в живых, никто не знает.

Рена едва заметно кивнула Аликс: «Согласна». Сжимая в кармане туники талисман – кусочек колеса ветряной мельницы, она напряжённо ожидала сигнала. Аликс без предупреждения быстро и жёстко бросилась в атаку со скоростью и грацией хищника. Возможно, теперь солдаты Фарак-Али пожалели, что вовремя не обыскали пленниц. Мгновение – и один из них рухнул, сражённый кинжалом, а второй отлетел к стене, истекая кровью. Однако Аликс не собиралась биться со всеми стражами – она бросилась к советнику с серебристыми волосами, самому ценному заложнику.

Бойцы Фарак-Али поняли, что она задумала, и Аликс не успела уйти далеко – у неё на пути вырос целый лес обнажённых мечей, ударивших по мечу Аликс с раздирающим уши звоном и силой, которой хватило бы, чтобы разбить плохой клинок на мелкие кусочки.

Рена, не теряя времени даром, помчалась к источнику. До камня оставалось немного. Аликс умело уводила бой на другую сторону комнаты, подальше от источника, к колоннам.

Вырезанные в полу линии сложились в подробную карту Дареша – Рена остановилась в центре провинции Гильдии Воздуха. Крик Аликс заставил её обернуться. Над ней заносил клинок подоспевший солдат, и Рена в испуге отпрянула. Она споткнулась о раскрашенные глиняные фигурки, символизирующие войска, расквартированные в городах. И оказалась где-то в изображенной провинции Тассос. Лезвие меча просвистело мимо. Преследующий её по пятам усатый темноволосый страж из Фарак-Али тоже споткнулся о фигурки и с руганью упал рядом с обозначением города Екатерин.

Рена быстро двинулась вперёд. Но тем временем солдаты Фарак-Али вытеснили Аликс из-под защиты колонн, и клинки засверкали совсем рядом с Реной. Она не смогла увернуться от удара, меч распорол рукав её туники, и руку пронзила боль. Рена вскрикнула и зажала рану.

Источник, неестественно огромный, словно парил перед ней, оставаясь вне пределов досягаемости. Собравшись с силами, Рена потянулась к нему здоровой рукой, и когда внезапно между ней и источником возникла фигура в мундире, она едва не заплакала от разочарования и гнева. Перед ней стоял вооружённый до зубов солдат Фарак-Али, который недавно поскользнулся среди глиняных фигурок. На его бледном лице застыла гримаса ярости.

Вскоре разнёсся слух, что перед замком что-то происходит. Не все пришедшие из окрестных деревень понимали, в чём дело, им просто хотелось оказаться в центре событий. Роуэн заметил, что люди торопливо пересказывали друг другу историю о путешествии Рены и требованиях Советов Гильдий.

Он удовлетворённо оглядел плотную толпу у ворот. Здесь были и представители всех гильдий, и лесные полулюди – они робко подходили, не решаясь смешиваться с жителями поселений. Никто не возражал против присутствия полулюдей, хотя атмосфера оставалась напряжённой. В руках у собравшихся были и палки, и факелы, и мечи. Время от времени кто-нибудь бросал камень, который с грохотом отскакивал от больших ворот.

Роуэну почти не приходилось отдавать приказания. В людях накопилось столько гнева, что он с трудом удерживал их от того, чтобы сломать ворота и ворваться в замок. Стражи Скального замка, похоже, ощутили это на расстоянии и держали все входы наглухо запертыми, удвоив охрану. На всех наблюдательных постах Роуэн видел мрачные лица солдат. Сквозь узкие щели в воротах он наблюдал и за суетой во дворе. Здорово они напугали гарнизон! Стражи, конечно, не подозревали, что противник уже давно в замке. Интересно, где Рена и Аликс? Он будто увидел лицо Рены, которое так часто гладил кончиками пальцев. Её тёмные глаза, любопытный или задумчивый взгляд, стройную фигурку. Как же он по ней соскучился!

«Что бы ни случилось, вернись ко мне!» – беззвучно молил он, надеясь, что Аликс и талисман, который он дал Рене, её защитят.

По старой привычке он поднял руку, чтобы погладить перья на грудке разведчика. И печально опустил.

Эти мерзавцы ему за всё ответят!

С отчаянно колотящимся сердцем Рена подняла руки, показывая, что безоружна. После нескольких вдохов безумный гнев в глазах солдата погас, его меч, сверкавший перед глазами Рены, опустился на несколько пальцев.

– Не двигайся, маленькая бестия! – услышала Рена. Мужчина махнул рукой одному из своих и размотал короткую верёвку, закреплённую на поясе. Судя по всему, ему был дан приказ брать бунтовщиков живыми.

Однако подкрепление запаздывало, другие солдаты были заняты Аликс. Фарак-Али раздражённо обернулся, и, воспользовавшись его беспечностью, Рена бросилась бежать. Она бежала, петляя между чёрными колоннами и мечась зигзагами из стороны в сторону, пока не убедилась, что солдат потерял её в этой суматохе.

В подземном зале воцарился хаос. Краем глаза Рена увидела, как суетятся фигуры в чёрных одеждах, кто-то выкрикивал приказания, которых никто не выполнял. И посреди этого безумия была Аликс – она сражалась как фурия, билась изо всех сил, каким-то чудом ухитряясь оставаться в живых.

Взгляд Рены вернулся к источнику на постаменте из чёрного камня. Нужно было пересечь зал, иначе к нему не подобраться! Она вышла из-под защиты колонн и снова бросилась бежать.

На этот раз путь оказался свободен. Перед чёрным постаментом она снова споткнулась об одну из глиняных фигурок и, упав на прохладную каменную плиту, протянула руку к источнику. На мгновение, которое навсегда останется в её памяти, она прикоснулась к гладкой поверхности маленькой сферы – так же, как это случилось после первой аудиенции, – и вот уже источник у неё в руках!

Рена никак не ожидала тех ощущений, которые её охватили. Камень горел в её руке, как раскалённый уголь, волны энергии прокатывались по её телу и сознанию. Рену трясло, в глазах потемнело, но пальцы крепко удерживали ценную добычу.

Должно быть, она ненадолго потеряла сознание, потому что очнулась на полу и не помнила, как упала. Ей казалось, что стоит только добраться до источника – и бой прекратится. Но битва всё ещё кипела. Рена решила, что стражники забыли о ней, приняв за мёртвую, и лишь поэтому она ещё жива.

Аликс же приходилось туго. Хотя солдат Фарак-Али осталось всего трое, а советники трусливо наблюдали за боем, прижавшись к стенам, оставшимся воякам удалось загнать Аликс в угол. Оружейница билась уже не так энергично, как в начале, а там, где мечи пробили кольчугу, её туника пропиталась кровью.

С бешено колотящимся сердцем Рена склонилась над источником, надеясь, что никто не заметит белого камня у неё в руках. Как же высвободить его силу? Сосредоточиться, нужно сосредоточиться! Но очень отвлекал шум, а из-за спешки выходило ещё хуже. Рена едва не расплакалась.

Регентша и некоторые из чёрных советников увидели камень в руках у Рены и попытались добраться до неё сквозь суматоху битвы.

Перед глазами у Рены возникли озадаченные пушистые лица. Хорьки совершенно растерялись. Глядя на них, Рена отчётливо вспомнила боевые тренировки в подземном логове в глубине леса, их скорость, с которой не мог сравниться ни один боец-человек, и острые клыки. Но что, если источник их не выпустит? А возможно, они уже давно стали верными помощниками советников и прислуживали здесь добровольно – ведь один из них предал Рену и Аликс!

– Серый, как вода, красный, как луна, жёлтый, как пламя, белый, как звезда, – нараспев произнесла Рена. – Нам нужна помощь каристанцев!

– Сестра, ты сестра? – хрипло крикнул на родном языке полухорёк. – Как это может быть, как?!

– У меня есть друзья среди каристанцев, один из них сказал мне заветные слова!

– Как мы могли предать тебя, как мы могли?!

– Ничего, – вздохнула Рена, надеясь, что глупые вопросы скоро закончатся. – Вы можете нам помочь, или источник слишком силён?

– Силён, но не как раньше, нет. Мы поможем!

Будто две пушистые искры – коричневая и светло-бежевая – хорьки бросились на солдат Фарак-Али. Острые клыки, разрывая в клочья чёрные с серебром мундиры, вонзались в руки и ноги. Бойцы в удивлении попятились от неожиданных противников и на несколько вдохов отпустили Аликс. Один из хорьков схватил за горло человека со шрамом, который подбирался к Рене, и повалил его на землю. Остальные советники в страхе отступили.

«Если бы они знали, какая сила на самом деле скрыта в источнике, не позволили бы мне приблизиться к нему даже на расстояние одного дня пути», – подумала Рена. Она забилась в угол между колоннами и взяла камень обеими ладонями. Собравшись с мыслями, она почувствовала, как источник касается её разума. Связь установлена!

Потоки энергии, исходящие от камня, всё ещё неуправляемо вихрились, и Рена пыталась мысленно упорядочить их, словно раскладывая рядом толстые шерстяные нити. Похоже, решение было правильным, потому что подвластная ей сила росла с каждым мгновением, разбухая, как река после таяния снега. Она попыталась замахнуться пучком силы, направить её в определенную сторону, но ничего не вышло.

Рена заставила себя прогнать панику и, закрыв глаза, отключилась от окружающего мира. Потоки энергии наконец распределились более равномерно. Рена представила, что это древесные волокна, которые она хочет согнуть все вместе в одну сторону. И сразу ощутила результат. Да, сработало! Она попыталась отбросить волокна, представляя, как поднимает руку, разжимает кулак, бросает – и каменный пол под ней дрогнул. Сверху посыпались куски камней, на волосах осела пыль.

Испугавшись, Рена открыла глаза и отшатнулась. Колонна, за которой она пряталась, едва стояла – в её центре зияла дыра, из которой летела пыль.

Рена изумлённо смотрела на разрушенную колонну. Это всё натворил источник?!

А кто же ещё!

Стало очень тихо. Слышалось только пыхтение измученных бойцов и стоны раненых. Все повернулись к Рене, округлив глаза от ужаса. Затем советники и стражи принялись возбуждённо переговариваться:

– Что это?

– Клянусь духом огня!

– Колонна! Вы видели, что…

– Гору тряхнуло?

– Это сделала я, – перебила их Рена. Она говорила негромко, кричать не было необходимости. – Источник в моих руках. Он гораздо могущественнее, чем вы все думали.

Теперь она установила прямую связь с источником, и ей больше не нужно было закрывать глаза, чтобы увидеть потоки энергии – они светились будто расплавленный металл. В этот момент она поняла, что, если захочет, действительно может разрушить Cкальный замок. Высасывать чью-то жизненную силу, конечно, немного сложнее, но этого она ни за что и не стала бы делать. Поступать так гораздо хуже, чем ранить соперника в поединке на мечах.

– Она лжёт! – крикнул солдат. – Эта крошечная штука, в её руках?! Этого не может быть!

– Я с удовольствием разобью ещё одну колонну, – предложила Рена, и тут же раздался испуганный ропот.

Один из советников шагнул вперёд – мужчина с серебристыми волосами, которого Рена приняла за отца регентши.

– Источник способен на такое?! Источник, который всё это время находился в каменном замке?! – Рена кивнула, и лицо советника исказилось от удивления и злости: он осознал, какие возможности упустил.

– Но… я думал, что эта штука имеет власть только над полулюдьми… – заикаясь, произнёс кто-то.

Однако Рена уже ни на кого не обращала внимания – она искала взглядом Аликс. Оружейница стояла, прислонившись к одной из колонн, измученная и раненая – но, судя по всему, не слишком тяжело. Рена поспешила к подруге, и советники и солдаты Фарак-Али торопливо расступились, дав ей дорогу.

– Ты жива?

Поморщившись от боли, Аликс кивнула:

– Нам нужно убираться отсюда как можно скорее, пока не истёк срок ультиматума.

– Теперь мы можем пройти через главные ворота – так будет быстрее. – Отыскав среди советников правительницу, Рена поманила её к себе. – Мы не хотим злоупотреблять своей властью. Но теперь вы должны честно всем рассказать, что на самом деле произошло или не произошло между гильдиями. Это наше условие. И советники должны быть лишены власти.

Нервы у регентши оказались крепче, чем рассчитывала Рена. Хетта дрожала, её лицо исказилось в гримасе, но с каждым вдохом она становилась всё увереннее:

– Да, полагаю, мои советники заслужили того, что произошло сегодня. Что бы вы сделали с ними на моём месте? Казнили всех?

«Она снова спрашивает, как поступить, – обескураженно подумала Рена, сжимая раненую руку, – кровь уже пропитала весь рукав. – Что, так и будет просить совета всю жизнь? Или она просто меня проверяет?»

– Нет, правительница. Вряд ли это разумно.

– Очень хорошо. Пусть отправляются в изгнание! Им хватит места в землях за семью башнями.

Советник с серебристыми волосами держался рядом с регентшей и одобрительно кивал. Однако она повернулась к нему и отрывисто заявила:

– К тебе это тоже относится. Я больше не желаю тебя видеть.

Рена поняла, как тяжело дались правительнице эти слова, и даже посочувствовала ей. Чтобы порвать с доверенным советником, требуется мужество – особенно если это отец. Рена никогда не слышала о землях за семью башнями: возможно, они начинались там, где заканчивались границы провинций. Наверное, стоит расспросить о них старого архивариуса, если они когда-нибудь встретятся.

– Сама увидишь, каково тебе придётся без нас, – сердито прошипел мужчина и отвернулся. – Ты мне больше не дочь! – Он протопал к двери в зал и исчез.

Рене стало не по себе оттого, что она так легко отпустила главу истинных правителей Дареша.

– Надо бы запереть остальных, – предложила она, и Аликс кивнула. – Посмотри, куда ведут двери. Может, удастся закрыть их в одной из соседних комнат.

Так они и поступили, обнаружив запирающуюся боковую комнату.

Рена снова подошла к регентше:

– Что касается всего остального, мы требуем начать переговоры – это наше главное условие. Многое нужно изменить, но мы не хотим навязывать это силой.

Один вдох – и лицо правительницы застыло как каменная маска:

– Хорошо, мы проведём переговоры. Но не ожидай от них слишком многого, женщина из Гильдии Земли. Я по-прежнему правительница Дареша – с советниками или без них. В конце концов, никто, кроме вас, не знает, что эти советники вообще существовали.

«Одно можно сказать наверняка: она неглупа», – подумала Рена и, чопорно поклонившись, развернулась и ушла.

Источник она по-прежнему держала в руке, не прерывая с ним связи, и внезапно почувствовала, как между ней и этим камнем во второй раз за всё время общения что-то произошло. На этот раз она ощутила не волну силы, а словно улыбку. Трепет волны, мягко накатывающей на берег. Перед глазами на краткий миг вспыхнули мерцающие стрекозиные крылья. Что это было? Она безотчётно сильнее сжала белый камень, но больше источник ничего не раскрыл.

Эннобар встретил их у главных ворот Скального замка, готовый к официальной аудиенции. Странно было войти в замок снова. День выдался пасмурный и дождливый, как и в тот раз, когда Рена впервые увидела правительницу. Громада замка нависала над ними холодной чёрной скалой.

Рена окинула взглядом стены и ещё раз обернулась. чтобы взглянуть на толпу – голоса собравшихся доносились издали сердитым гулом. Такой толпы в Дареше никогда не собиралось. У ворот Скального замка, не обращая внимания на моросящий дождь, стояли кузнецы и искатели руды, дровосеки, резчики по дереву, торговцы, трактирщики и даже несколько представителей Гильдии Воды. Там и тут торчали оленьи рога и тощие шеи людей-аистов, виднелись лапы и копыта. В задних рядах Рена увидела массивное тело дхатла и узнала Коллокс, рептилию с ушибленной лапой, на которой преодолела важный отрезок пути. Дхатла вытянула шею, насторожённо оглядываясь. Рена улыбнулась. Интересно, кто привёл всех сюда?

– Они все на нашей стороне, – пробормотал Дагуа. – А у неё больше нет советников. Теперь регентше придётся пойти на переговоры.

– Да, – коротко ответила Рена. – Но мы ещё не победили.

Увидев, что Рена обернулась, толпа разразилась радостными возгласами. Рена озорно улыбнулась и с радостью последовала за Эннобаром в коридоры замка, в лабиринт застывших образов. Там их ждали Роуэн, Аликс и несколько слуг-людей.

– Сначала надо привести вас всех в порядок. Так полагается для аудиенции, – будто оправдываясь, сообщил посредник. – Увидимся в большом зале.

Когда спустя восьмую часть оборота солнца они снова встретились в коридоре, все трое преобразились. Аликс надела блестящую серебряную кольчугу – пусть и с некоторыми повреждениями – и высокие сапоги, вроде тех, в которых предстала перед Высшим Советом Гильдии Огня. Рена, в белой тунике, отделанной серебром и алмазами, с новым кожаным поясом и в плаще из мягкой белоснежной ткани, на этот раз уже не казалась себе серой мышкой. Раненую руку перевязали чистым бинтом. Роуэну достались роскошные одежды песочного цвета, в которых он выступал не как молодой торговец, а как богатый и влиятельный мастер гильдии. Он гордо улыбнулся Рене, и, наверное, только она заметила тень грусти в его глазах цвета летнего неба. У такого, как он, с детства выходившего в Травяное море, где он был как дома, на плече должен всегда сидеть разведчик.

Дагуа выудил из походной сумки простую тёмно-синюю мантию Высшего совета, которую до этого дня так ловко прятал. Привычной лукавой улыбки на его лице не было, он смотрел на всех серьёзно и сосредоточенно.

Окам в новом мундире держался очень прямо. Если он и страдал от боли, заметить это было невозможно. Остальные делегаты были в одеждах своих гильдий.

– Нам сказали, что всю одежду мы можем оставить себе, – прошептал Роуэн на ухо Рене. – Одна твоя туника с бриллиантами стоит целое состояние!

– Возможно, нас пытаются подкупить, – прошептала Рена в ответ. – Не обращай на подарки слишком много внимания.

Рена ждала, когда же раздастся зов источника – и действительно, вскоре невидимые волны снова коснулись её разума. Но на этот раз она услышала не зов. Источник словно приветствовал её, это было тёплое и знакомое чувство. Рена выпустила белый камень из рук, только убедившись, что его будут ревностно охранять: белый камень поместили в самую защищённую комнату замка, хорьки поклялись никого к нему не подпускать – только Рену..

– Вы это чувствуете? – спросила Рена.

– Что? – одновременно спросили Аликс и Дагуа, Окам лишь озадаченно вскинул брови, а Роуэн кивнул:

– Да, что-то едва заметное… это и есть зов? Или что-то другое?

– Это источник, – ответила Рена, радуясь, что именно Роуэн его почувствовал. Возможно, однажды он сможет стать переводчиком между всеми жителями Дареша, узнает языки полулюдей. – Он слабее, чем обычно, после того, что случилось.

– А что будет, если я отвечу на этот зов? – поинтересовался Роуэн. – Может, мне…

– Пока не надо, – тихо попросила Рена.

Роуэн взял её за руку, наклонился и поцеловал, не обращая внимания на то, что они не одни.

– Какая холодная рука… тебе страшно?

– Правительница может нас убить.

– Нет. Не может. Там такая толпа…

– Да, и все за нас.

Вот они и у цели. Это была не та комната, в которой проходила первая аудиенция Рены, а настоящий большой зал. Высокие каменные стены были задрапированы роскошными чёрными с серебром тканями. В центре сдвинутые кованые столы образовали большой прямоугольник, вокруг которого стояли пятнадцать массивных деревянных стульев.

Роуэн и Рена беспокойно прошлись по залу. Дагуа, кажется, ни капли не волновался, и, встретившись взглядом с Реной, ободряюще ей улыбнулся. Однако, когда четверо слуг распахнули широкие створки дверей, его улыбка померкла. Сегодня регентша ничем не напоминала растерянную девочку – она снова превратилась в Каменную женщину. Её серые, холодные как льдинки глаза на долгий миг остановились на Рене обжигающим взглядом. Вспоминала ли она, что произошло два дня назад в подземном тайном зале?

Регентша опустилась на стул во главе стола. Трое пришедших с ней сели рядом: Эннобар, её главный посредник, воин со знаками отличия генерала Фарак-Али, а кем был третий, Рена определить не смогла.

Вчера, когда они до поздней ночи обсуждали и согласовывали список требований, остальные делегаты гильдий своим представителем избрали Дагуа. Решение приняли единогласно, потому что все считали его мудрым и острым на язык, когда это необходимо. Рена отчётливо вспомнила тот вечер. Представители различных гильдий очень старались общаться по-дружески. В этом им помогала общая цель – обсуждая, как убедить регентшу в своей правоте, они выступали единодушно. В первую очередь гильдии требовали права голоса, настаивали на лишении регентши безграничной власти и намеревались забрать у неё источник.

Первым заговорил Эннобар. Его лицо было мрачным.

– Мы получили список ваших предложений. Они не могут быть приняты.

Рена в ужасе смотрела на него. Это был не тот человек, которого она встретила на поляне в лесу, с которым стояла у вентиляционной решетки на высокой скале над Белым лесом! Но потом она вспомнила, что Эннобар лишь произносит слова правительницы. Сейчас он был не Эннобаром, а Посредником.

– Гильдии не имеют права на совместное управление, – продолжил он. – Таков закон Дареша.

– Это плохой закон, традиции говорят нам иное, – не повёл и бровью Дагуа. – Регентша разжигала споры между гильдиями – в то время как её роль заключается лишь в обеспечении равновесия. Мы требуем, чтобы правительница выполняла эту задачу, как это происходило в прошлом.

Обмен репликами продолжался почти четверть оборота солнца – ни один из переговорщиков не отступил даже на палец. «Неужели это никогда не кончится?» – думала Рена. Всё только началось, а она уже устала, и об отдыхе не было и речи.

За дверью послышался шум. Вошёл слуга в сопровождении худой светловолосой женщины, поклонился и что-то прошептал генералу. Рена прислушалась.

– Толпа… ворота не удержат… бунт…

Скривив губы, генерал повернулся к сидящим за столом:

– Толпа требует подтвердить, что вы ещё живы. В противном случае они пойдут на штурм – по крайней мере, грозят это сделать. Фарак-Али…

– Если вы пошлёте Фарак-Али против народа, четыре гильдии вас раздавят, – безапелляционно заявила Аликс напрямую женщине, сидящей во главе стола. – Я бы на вашем месте не стала этого делать, правительница. Мы пришли с миром и не хотим жертв.

Регентша подала знак, и генерал замолчал.

Оказалось, что худую светловолосую женщину прислали собравшиеся за стенами замка, чтобы она подтвердила: переговоры идут и представители гильдий живы-здоровы. Она огляделась и быстро ушла, чтобы сообщить, что у делегатов всё в порядке.

– Это они хорошо придумали, – шепнул Окам Рене. – Регентше придётся с нами договариваться.

В течение следующих десяти раз по сто дыханий переговоры наконец сдвинулись с места. Следующим важным пунктом была судьба источника и права полулюдей. Теперь, когда стало известно, каким мощным оружием оказался белый камень, представители гильдий долго обсуждали, что с ним делать и как хранить, чтобы никто не воспользовался этой силой во зло.

Наконец по знаку регентши Эннобар сообщил, что в будущем совет четырех гильдий будет совместно управлять в Скальном замке и решать все вопросы, кроме тех, которые касались внешних границ и сбора податей Дареша. Источник будет передан полулюдям. Представители гильдий ликующе переглянулись, хотя и подозревали, что обеспечить соблюдение этого договора будет нелегко.

Дагуа и правительница выглядели такими же свежими, как в начале переговоров, остальные в изнеможении вытерли лбы и откинулись на спинки стульев. Элро достал из кармана маленькую деревянную шкатулку, взял из неё щепотку травы от головной боли, сунул её в рот и, беспечно отправив шкатулку в карман, вернулся к переговорам. Наверное, думал, что это поможет ему сосредоточиться…

…Рена мгновенно насторожилась. Эта шкатулка… она её уже видела. Но где и когда?

Дагуа продолжил переговоры:

– Нам необходимо установить прочный мир между гильдиями.

– Вражда между гильдиями будет всегда, – ответил Эннобар. – Это невозможно изменить.

– Допустим, – возразил Окам. – Но мы могли бы не допустить её усиления – ввести наказание за враждебные действия. И определить это наказание все вместе.

– Никто не подчинится такому правилу. Раздоры только участятся!

– Нам понадобятся силы, чтобы обеспечить соблюдение нового закона, – сказала Аликс. – Особые войска, в которые примут представителей всех четырёх гильдий.

– Об этом не может быть и речи! – крикнул делегат Гильдии Земли. – Мы хотим мира, и мы против того, чтобы ещё больше людей взяли в руки оружие.

Рена слушала вполуха – она думала о шкатулке, и всё яснее понимала: здесь что-то не так. Где же она её видела? Во время путешествия?

– Думаю, это дельное предложение. И Аликс права: в новом отряде не должны состоять те, кто вышел из своих гильдий, – сказал Окам. – Фарак-Али ненавидят все. Может быть, это войско даже следует распустить – в качестве жеста доброй воли.

Повинуясь едва заметному знаку регентши, генерал тут же ответил:

– На это мы никогда не согласимся. Фарак-Али останутся элитным войском правительницы. Кроме того, регентша желает, чтобы офицерами Сил Четырёх Гильдий назначили выходцев из Фарак-Али.

Окам нахмурился:

– Мне не нравится такое решение.

И тут Рена вспомнила: она видела шкатулку в тот удивительный день, когда впервые прикоснулась к источнику, на аудиенции у регентши! Она ещё удивилась, когда дядя вынул из кармана обыкновенную маленькую шкатулку, вырезанную из молодого ночного дерева. Прежде она не видела эту вещицу – должно быть, мастер сделал её сам. Украшена шкатулка была лишь тонкой резьбой по бокам – виноградной лозой с листьями. Дядя с поклоном передал подарок правительнице. У него был очень мрачный вид, и он не ответил на мимолётную улыбку регентши…

Рена была совершенно уверена, что в кармане Элро – та самая шкатулка. Однако убедиться в этом можно было лишь рассмотрев резьбу вблизи. У каждого мастера была своя подпись, которую вплетали в узор.

Переговоры продолжались. Рена вдруг поняла, что её так поразило при виде шкатулки. Элро мог получить её только от регентши, хотя и утверждал, что Гильдия Огня якобы уже давно разорвала все связи со Скальным замком. Рена похолодела. Может быть, Элро и регентша обмениваются тайными посланиями? И какую же роль в этом обмене на самом деле играет её дядя?

Аликс как раз заговорила о Силах Четырёх Гильдий. Рена устремила на подругу испытующий взгляд. Неудачный момент, чтобы прерывать переговоры. Но когда он будет подходящим?

– Мне нужно с тобой поговорить! – шепнула подруге Рена.

– Потом, – прошептала Аликс в ответ. – Сейчас не время. Окам, мы должны…

– Сейчас как раз самое время. Это срочно, поверь мне.

– Рена, ну что ещё…

– Я жду тебя за дверью, – сказала Рена, встала и вышла из зала.

Её проводили удивлёнными взглядами. Рена надеялась, что Аликс доверяет ей и пойдёт следом.

Спустя всего несколько вдохов Аликс появилась в коридоре и, увидев Рену, вопросительно склонила голову набок. Выслушав же подругу, оружейница задумалась. Стиснув виски кончиками пальцев, она долго молчала. Рена понимала, что Аликс вспоминает их длительное путешествие и особенно ту ночь в башне Совета Гильдии Огня.

– Только не Элро. Нет! Ржавчина и пепел, ты видела эту шкатулку краем глаза! Если это действительно улика, то он бы ни за что не принёс её с собой – это же глупо!

– Может быть, он чувствует себя в безопасности. Почему бы и нет? Откуда ему знать, что я замечу шкатулку. Если есть хоть малейшая возможность, что я права…

– … А если ты ошибаешься и обвиняешь Элро в участии в заговоре, то люди моей гильдии подвесят тебя на неделю за пальцы ног, потом сожгут, а пепел втопчут в землю, чтобы не осталось ни следа!

– Так помоги мне ещё раз взглянуть на шкатулку. И если я удостоверюсь, что она та самая, тогда ты должна потребовать у него объяснений.

– Как ты себе это представляешь? Здесь, на обсуждении договора о мире?!

– Если ты мне хоть немного доверяешь…

Аликс нетерпеливо отмахнулась:

– Конечно, доверяю. Хорошо. Но если всё подтвердится, я за себя не отвечаю. Если Элро действительно передал регентше заклинания гильдии, он сам заслуживает казни Холодным Огнём.

Они вернулись в зал, где их встретила духота, дым факелов и запах пота. Рена постаралась придать лицу безразличное выражение и ждала, что предпримет Аликс. Сначала ничего не происходило – продолжались жаркие дискуссии об установлении мира.

Аликс неожиданно склонилась к старому другу и спросила, не отсыплет ли он ей немного травы от головной боли. Он рассеянно кивнул, достал из кармана шкатулку и протянул ее оружейнице под столом, чтобы другие не заметили. «Проклятие!» – с досадой подумала Рена, едва не перехватив его руку. Она наклонилась, будто бы почесать ногу, и когда Элро возвращал шкатулку в карман, прекрасно её рассмотрела. У каждого мастера есть свой особый узор, и этот, на шкатулке, она видела много раз. Форма листьев, рисунок побегов, расходящихся на точно выверенном расстоянии и в точно определенном порядке… без сомнения, на деревянном боку стоит подпись её дяди.

Но эту ли шкатулку она видела на аудиенции? А может, когда-то, давным-давно, ещё до того, как она поступила к нему в подмастерья, дядя сделал несколько таких же? А потом продал их, и некоторые оказались в Гильдии Огня? Рена задумалась, не зная, на что решиться.

Аликс вопросительно посмотрела на неё и нетерпеливо взмахнула рукой.

«Надо рискнуть», – подумала Рена и, кивнув, одними губами произнесла: «Да».

Теперь слишком поздно – не в её силах остановить события. Назад не повернуть. Рена беззвучно воззвала к духу земли: «Пожалуйста. Пожалуйста, пусть это будет та самая шкатулка. Пожалуйста, сделай так, чтобы остальные поверили нам, а не Элро. Пожалуйста, не дай Аликс сойти с ума и убить его».

Мгновение Аликс сидела совершенно неподвижно и сосредоточенно смотрела прямо перед собой. А потом вскочила. Говоривший в это время Окам остановился на полуслове и с удивлением уставился на неё. По залу прокатился ропот. Человек-жаба нырнул под стол, где, по всей видимости, чувствовал себя в большей безопасности.

– Слишком рано говорить о мире, – заявила Аликс делегатам. – Яд проник слишком глубоко. Сначала нам нужно выяснить, кто передал регентше заклинания Гильдии Огня. Предатели ещё на свободе…

– Уверяю вас, мы делаем всё возможное, чтобы раскрыть заговор, – мрачно перебил её Элро. – Извините, что прерываю сестру по гильдии. Мы недавно это обсуждали…

Аликс, покраснев от гнева, заговорила обманчиво мягко:

– Мы ничего не предпринимаем – пока. Ответь мне на один вопрос, тану. Скажи, ты когда-нибудь получал хоть что-нибудь из рук правительницы?

– Конечно, нет. У меня не было и нет никакой связи со Скальным замком. К чему ты ведёшь?

– Правда ли, что у тебя есть шкатулка из ночного дерева, в которой ты хранишь траву от головной боли?

– Мы перешли к обсуждению бюджета? – спросил Элро, и за столом засмеялись.

Аликс тоже улыбнулась и продолжила:

– У меня есть доказательства, что эта шкатулка совсем недавно принадлежала регентше.

Смех мгновенно оборвался. Все взгляды обратились ко второму делегату Гильдии Огня.

– Возможно, – кивнул Элро и взмахнул рукой. – Кажется, я купил её у торговца, точно не помню. Это деревянная коробочка, самая обыкновенная. Я могу купить хоть дюжину таких. Пожав плечами, он достал шкатулку и швырнул её в сторону. Хрупкое молодое ночное дерево с громким треском раскололось на каменном полу, трава рассыпалась по залу.

Рена испугалась, но потом увидела, что на некоторых крупных щепках ещё можно разглядеть рисунок виноградной лозы. Она поспешно схватила самую большую щепку, чтобы Элро не смог наступить на неё и раздавить, и еле успела отдёрнуть руку, спасаясь от ноги Элро.

– Ты тайно связывался с регентшей, так? – спросила Аликс. Говорила она спокойно, но Рена услышала в её голосе скрытый гнев.

– Чушь собачья! – прошипел Элро. – Что ты несёшь, Аликс, да ещё и на глазах у других гильдий! Я вполне могу доложить в Совет о том, что ты вытворяешь. У тебя отберут титул мастера четвёртой степени…

Аликс стремительно скользнула к своему бывшему наставнику. Делегаты вскочили со стульев, кто-то вскрикнул. Элро попытался увернуться, но не успел. Аликс схватила его за воротник парадной мантии, и швы с глухим треском разошлись. «Дух земли, что же она натворила!» – подумала Рена, мысленно застонав. Но присмотревшись внимательнее, тоже поспешно вскочила, с грохотом уронив кресло.

На шее Элро на длинной цепочке, скрытый от чужих глаз, висел маленький, размером с монету, амулет из тёмного металла. Посредине сиял алый камень с выгравированным на нём глазом.

– Элро, – потрясённо прошептала Аликс.

Бородатый мастер Гильдии Огня с презрением стряхнул её руку:

– Вы все слабаки! Я и регентша… мы должны были править Дарешем вместе. Сила огня и Скальный замок – мы были бы непобедимы!

– Ты жалкий червяк! – прорычала Аликс. В её руке блеснул кинжал. – Ты выдал наши тайные заклинания. Это ты натравил убийц на нас с Леннартом, а потом и на меня с Реной?! Ты очернил меня перед Советом, добившись моей отставки!

Элро едва взглянул на кинжал, ничто не могло вывести его из равновесия.

– Заклинания? Таково было их условие. А ты, моя распрекрасная Аликс, ужасно мне надоела.

– Тот искатель руды, с чёрными камнями в рукояти меча, он тоже был одним из вас, верно? Кто он?

– Юный мастер второй степени, очень умный мальчик, кузен оружейника Домарека. Наш связной в Екатерине. Оттуда заклинания передали…

Рена громко ахнула. Разгадка была так близко! Если бы Аликс задержалась у Домарека подольше, она непременно вышла бы на след того кузена.

– …Кое-кому из жадюг в Гильдии Земли, между прочим. Наши агенты сослужили нам хорошую службу, не так ли, моя дорогая? – Элро повернулся к регентше.

Она ответила ему равнодушным взглядом. Элро стушевался: впервые его заносчивость дала трещину, в глазах мелькнул страх.

– Наш договор остаётся в силе. Я выполнил свою часть сделки! У вас есть… у меня… – Регентша едва заметно шевельнула рукой.

Мгновенно подоспевшие стражи схватили Элро и потащили его к двери. Его крики ещё некоторое время отдавались эхом в коридорах, а потом стихли. Лишь щепки от разбитой шкатулки из ночного дерева напоминали о нём.

– Извините, – сказала Аликс. Её голос дрогнул, и она решительно вышла из зала. Оставшаяся за столом последняя представительница Гильдии Огня смущённо огляделась. Рена направилась было за подругой, но поняла, что Аликс хочет побыть одна.

Спустя один оборот солнца, когда первая и третья луны уже ушли, а Аликс вернулась в зал, регентша согласилась на Договор Четырех Субъектов. Он гласил:

С этого дня дела, важные для всего Дареша, не будут более решаться повелением одной правительницы; совет четырёх гильдий будет иметь право голоса во всех вопросах. Все важные вопросы между гильдиями Огня, Воды, Земли и Воздуха будут решаться сообща.

С этого дня да будет мир между гильдиями и между всеми обитателями Дареша. Нарушившие мир будут наказаны по решению четырёх гильдий. Каждый подмастерье обязуется прожить одну зиму в другой гильдии по своему выбору или путешествовать столько же времени с братьями и сёстрами из других гильдий, прежде чем будет допущен к экзамену на звание мастера.

С этого дня источник никогда больше не будет использоваться для порабощения любых разумных существ. Совет четырёх гильдий выберет тех, кто получит доступ к источнику. Белый камень останется на попечении полулюдей.

Полулюди получают те же права, что и обитатели поселений, на них запрещено охотиться и забирать в рабство.

Мудрый Дагуа настоял на том, чтобы слова договора были высечены на каменных стенах замка, и так глубоко, что для их уничтожения пришлось бы менять каменные плиты. Регентша безмолвно покинула зал, а её самый доверенный посредник Эннобар вышел, чтобы донести весть о заключении договора до беспокойной толпы за воротами.

Шатаясь от усталости, делегаты поднялись, с улыбкой переглянулись и разошлись.

«У нас ещё будет время отпраздновать это событие. Это исторический момент, – твердила себе Рена. – Мы достигли почти всего, чего желали».

Но пока у неё хватало сил лишь на тихую радость.

Один за другим члены гильдий и полулюди покинули зал. Слуги регентши последовали за ними. Аликс и Рена неожиданно остались одни – две крошечные фигурки в самом сердце каменного замка. Аликс со вздохом опустилась в великолепное резное кресло.

– Клянусь духом огня, мне даже не верится, что всё наконец-то закончилось, – сказала она, и её слова эхом отозвались в пустом зале. – Наверное, если я сейчас лягу, то просплю два дня. Последние события здорово выбили меня из колеи. Но это было чертовски интересно.

– Да уж, – согласилась Рена. Она решила не говорить с подругой об Элро. – Я до сих пор не могу поверить, что мы дошли до конца.

– Это был долгий путь. Помнишь, как ты нашла меня в Канде?

– А ты сразу же проявила себя с лучшей стороны, приставив нож к моей шее…

Аликс улыбнулась:

– Я и не думала, что ты станешь такой. Тогда ты была застенчивым мышонком. В тебе зарождалось мужество, но ты не давала ему выхода. А теперь тебя по праву считают одной из достойнейших дочерей Дареша.

Рена пожала плечами:

– Может, так и было. Теперь я больше не нужна.

– Ошибаешься. Немногие способны так сопереживать, как ты. Или выживать в незнакомых условиях. – Аликс окинула подругу оценивающим взглядом. Рена не отвела глаз. – Помнишь, о чём ты меня тогда просила? Ты хотела, чтобы тебя приняли в Гильдию Огня. У нас был договор.

– Да, и в башне Гильдии Огня я распрощалась со званием твоей ученицы.

– Ты очень многого добилась с тех пор. Теперь тебя примут куда угодно. Я воспользуюсь своим влиянием.

– Примут? Куда? – Рена уже догадалась, к чему клонит Аликс.

– Я предложу принять тебя в Гильдию Огня.

После этих слов наступила необычно громкая тишина. Кровь застучала в висках у Рены, она чувствовала, как частит её пульс. Гильдия Огня! Она столько об этом мечтала, тщетно стремилась к этому столько зим! И теперь её мечта может осуществиться – достаточно сказать лишь одно слово. «Да».

Но почему она так сильно этого хотела? Мысли о смене гильдии уже давно её не посещали. Что же произошло? В последнее время она привычно упражнялась с мечом, Аликс продолжала давать ей уроки. Но это уже не было связано с Гильдией Огня – просто в непредсказуемом мире Дареша нужно уметь за себя постоять. Или, быть может, всё изменилось потому, что Рена чувствовала себя равной своим попутчикам, и неважно, к какой гильдии они принадлежали. Гильдии больше не имели значения. Ей по-новому открылось спокойствие братьев и сестёр по Гильдии Земли, их сила, связь с живыми растениями.

– Спасибо, Аликс, – проговорила Рена. – Но ты была права с самого начала – гильдия выбирает тебя. Моя стихия – земля.

Сначала Аликс нахмурилась. Но потом согласно кивнула:

– Верное решение. Что будешь делать дальше? Наше путешествие закончилось, теперь каждый сам по себе.

Большая дверь скрипнула, кто-то вошёл. Обернувшись, они увидели Роуэна и Дагуа.

– Вот вы где! – воскликнул Роуэн. – А мы вас ищем.

Он сразу заметил, что настроение в зале подавленное. Тактично промолчав, Дагуа занял один из стульев, Роуэн сел на край стола.

– Я зашёл попрощаться, – сказал член Совета Гильдии Воды. – Меня ждут дома. Надеюсь, Уджуна без меня не перевернула всё с ног на голову.

– Ах ты старый плут! – усмехнулась Аликс. – Так и знала, что ты нас подставишь.

Дагуа сверкнул своей самой очаровательной улыбкой:

– Как и следовало ожидать. Но я надеюсь когда-нибудь снова приветствовать вас в нашем скромном королевстве.

– Вот увидишь, воды я не испугаюсь, – ответила Аликс. – Научусь плавать!

– Отличная мысль! – И, поклонившись напоследок, Дагуа удалился.

Аликс снова повернулась к Рене:

– Так что ты собираешься делать?

– Для начала вернусь в родную деревню – если она никуда не делась. Повидаю своих. Может быть, открою собственную мастерскую… Хотя без степени мастера, наверное, не получится. А что будешь делать ты?

– Ты меня знаешь: мне нужна дорога, приключения, звон мечей.

– Пойдёшь одна?

– Ничего, вспомню старые деньки, – с язвительной усмешкой ответила Аликс. – Но я буду скучать по всей нашей компании.

– Я тоже, – призналась Рена. К глазам подступали слёзы, и она подумала, что не стоит затягивать с прощанием. – Береги себя. Удачи.

– Будь осторожна, Рена, – сказала Аликс. – И ты тоже, Роуэн.

Они обнялись, и Рена торопливо направилась к двери, и Роуэн пошел за ней. Оказавшись за воротами, они обнялись и долго не разжимали рук. Знакомое тепло его тела обволакивало Рену, успокаивая.

– Она тебе очень дорога, верно? – спросил Роуэн.

Рена кивнула. не в силах выговорить ни слова.

– Так значит, пойдёшь в свою деревню, – сказал Роуэн. – И что же будет дальше с нами?

Ходить вокруг да около не было смысла.

– Я не знаю, – ответила Рена. – Но я должна вернуться домой, ничего не могу с собой поделать. Ты понимаешь?

– Наверное, понимаю, – кивнул он, но его глаза потемнели от печали. – Так уж повелось у нас на Дареше. Нас вечно тянет к своей гильдии, только там мы чувствуем себя в безопасности.

Дальше откладывать было нельзя, и Рена спросила, хоть и боялась услышать ответ:

– Пойдёшь со мной? Смог бы ты жить в моей деревне?

Поколебавшись, Роуэн помотал головой:

– Что мне там делать? Я бродяга-торговец. Конечно, я мог бы заходить к тебе время от времени, по пути…

Даже не задавая вопросов, Рена знала, что такие встречи будут не частыми. Торговцы Гильдии Воздуха странствовали по всему Дарешу в поисках необычных товаров. Из таких путешествий быстро не возвращаются.

– Мы станем чужими друг другу, – сказала Рена. – И при встречах будет ещё больнее. Нет, не надо такого обещать.

– Но я тоже не хочу тебя терять. Мы можем найти решение, я в этом абсолютно уверен. Надо только хорошенько подумать!

– Роуэн… – сдерживая слёзы произнесла Рена. «Я люблю тебя», – хотела она сказать, но с губ не сорвалось ни звука. Она зарылась пальцами в его непокорные белокурые волосы, вспоминая, как впервые сделала это ещё в Травяном море!

– Я всё ещё тебе не безразличен? – спросил Роуэн. – В последнее время мне пришлось нелегко, но…

– Клянусь северным ветром – конечно ты мне небезразличен, – Клятва другой гильдии так легко слетела с её губ, что Роуэн искренне улыбнулся. Она сохранила эту улыбку в памяти, чтобы возвращаться к ней снова и снова.

– А что ты собираешься сделать? Мы всё время говорим только о моих планах.

– Я? Собираюсь сделать? Наверное, я думал, что вернусь в Травяное море, – глядя вдаль поверх плеча Рены, ответил он. – Наберу товаров для торговли – например, пасту, которая отпугивает полуночных комаров, – и вернусь обратно.

«Но ведь там столько всего сгорело, – подумала Рена. – Кто знает, что осталось от Травяного моря».

Роуэн будто услышал её незаданные вопросы:

– Может быть, я смогу помочь своим, что-то построю. За зиму Травяное море успеет хорошо отрасти, и всё будет как прежде.

– Ты мне тоже нужен, – сказала Рена.

– Давай просто сохраним последние несколько месяцев в памяти, – мягко предложил Роуэн. – Мы пришли из разных миров, которые трудно примирить. И мы всегда это знали.

Они ещё долго стояли обнявшись, прежде чем отпустить друг друга и отправиться в путь: она в одну сторону, он в другую.

На первый взгляд ничего не изменилось. Кузница стояла на месте, чёрной пирамидой в дальнем конце деревни возвышались земляные дома. Старая дхатла отдыхала в тени коливара. Несколько жителей деревни, заметив Рену, прервали работу, чтобы посмотреть на неё. Поздоровавшись с ними, Рена заторопилась дальше – времени для разговоров ещё будет достаточно, сейчас она просто хотела домой.

Подойдя к земляному дому дяди, она остановилась. Ей вдруг отчётливо вспомнилось, как бежала она тогда, испугавшись солдат регентши, как до боли сжималось её сердце при мысли, что приходится расставаться с привычной жизнью.

Она постучала в дверь. Ответа пришлось ждать долго, но потом внутри раздался шорох. Дверь приоткрылась, и в щели показалось лицо Дорита, второго подмастерья. Он подозрительно оглядел Рену:

– Чего вам?

Рена застыла с открытым ртом.

– Дорит! Это я! Что происходит? Только не говори, что ты меня не узнаёшь!

Его взгляд скользил по её лицу, украшенной драгоценностями тунике, дорогим сандалиям.

– Клянусь духом земли! – воскликнул он, снова захлопывая дверь.

– Эй! – крикнула Рена, гулко ударив по створке кулаком. – Ты куда?! Впусти меня!

Но после нескольких вдохов дверь открыл её дядя. Его громоздкая тёмная фигура не изменилась, но в волосах блестели седые пряди, а лицо обвисло, будто щёки тянуло к земле. Сначала он смотрел на неё ошеломлённо, но почти сразу расплылся в одной из тех редких улыбок, которые так любила Рена:

– Значит, Дорит не соврал. Входи, Рена.

Прихрамывая, он направился в мастерскую. Рена с наслаждением втянула пряный аромат свежей древесины, смолы и клея – как же она соскучилась! Хозяева развернули подарки, которые она для них приготовила: Дориту досталась новая туника и ожерелье из прозрачных алмазов, дяде – набор новых разделочных ножей из лучшей колодиевой стали.

– Большое спасибо. Они мне очень пригодятся, – сказал дядя, а Дорит, забыв обо всём, вертел в руках бриллианты, а потом выбежал из комнаты, чтобы примерить и тунику.

Рядом с дверью стояло большое зеркало в роскошно украшенной резной деревянной раме, только что выполненное на заказ. Проходя мимо, Рена мельком взглянула на себя – и остановилась. Она увидела стройную молодую женщину со светло-каштановыми волосами, спадающими на плечи, гладкой загорелой кожей и спокойным, уверенным выражением лица. «Это и правда я?» – недоверчиво спросила себя Рена. Неудивительно, что Дорит сначала её не узнал – она и сама вряд ли бы себя узнала. Внезапно она осознала, что уже давно не видела своего лица – с тех пор как склонилась над водами озера.

Дорит снова ворвался в мастерскую:

– Несколько дней назад нам вернули все твои вещи! Вот твои сандалии!

Обрадовавшись, Рена взяла обувь – это были действительно её сандалии, которые так тщательно сделали её родители, с вплетённым в них именным знаком, из-за которого всё и началось. Она хотела сразу же надеть их, но обнаружила, что они стали ей малы.

– Переросла, – разочарованно вздохнула Рена, вспомнив, что она переросла и многое другое, из чего складывалась её прежняя жизнь.

– Что ты собираешься теперь делать, Рена? Останешься здесь, с нами?

– Я бы хотела снова поселиться здесь и получить степень мастера, – ответила она. – Теперь мне не нужно скрываться.

Однако дядя вдруг перестал улыбаться и взглянул на неё очень серьёзно.

– Это правда? – спросил он. – Правда, что о тебе говорят?

Рена с улыбкой кивнула:

– Не знаю, что ты слышал, но думаю, что правда. Я только что из Скального замка.

– Правда ли, что ты связалась с проходимцами из Гильдии Огня и Гильдии Воздуха?

Она уставилась на него, потеряв дар речи. Ей вспомнился Роуэн, без которого она была бы сейчас рабыней в Нераде или её и вовсе бы не было на свете. Подумала об Аликс – лучшей подруге за всю жизнь, которая спасла её, и не раз.

Но дядя ещё не закончил:

– А кто разрешил тебе носить такое оружие?

Рена оглядела себя – у неё на поясе так и висит меч. Да, меч, почему бы и нет? Она его заслужила.

– Никто, – спокойно ответила она. – И мне не нужно разрешение. Это подарок от подруги.

– Ни один мастер с этим не согласится – и я тоже, – сурово заявил дядя. – Ты долго путешествовала, но работа идёт по своим законам.

Рену окатило волной горького горячего гнева. Неужели он совсем не понял, чего она добилась?!

– Дядя, я не просто путешествовала – я обратилась к Советам Гильдий и собрала всех на мирные переговоры, и полулюдей тоже! Мы предотвратили большую войну!

– Во имя духа земли – никто не должен знать, что ты побывала на советах чужих гильдий! Иначе в этой деревне нас перестанут уважать.

Рена медленно встала, с трудом пытаясь сохранять спокойствие. «Бессмысленно объяснять, – подумала она. – Видимо, он слишком привык к вражде между гильдиями». И всё же разочарование отозвалось болью в её душе. Мастер был одним из её ближайших родственников. С всегда неразговорчивыми родителями ей бывало трудно, и в последние зимы дядя занял в её жизни очень важное место.

Пора было уходить. Но хотелось всё же задать вопрос, который не давал ей покоя со дня первой аудиенции в Скальном замке. Она подозревала, что уже знает правду, но всё же хотела убедиться и услышать ответ от дяди. В глубине души она сознавала, что не просто стремится к истине, а хочет уколоть дядю, заставить его признать очевидное.

– Дядя, что было в маленькой шкатулке, которую ты подарил регентше на той аудиенции?

– Не знаю.

– Кто дал тебе бумаги, которые ты положил внутрь?

– Рена, я…

– Хорошо, тогда я сама всё тебе расскажу, – мрачно кивнула Рена. – Ночью посыльный тайно доставил тебе документ, который ты положил в шкатулку и на следующее утро передал регентше.

Дядя медленно кивнул и отвёл глаза:

– Я не читал того, что там было написано. И не знал, о чём шла речь.

– Но догадывался. Иначе не мучились бы так, передавая шкатулку. Вы знали, что приближаете всеобщую войну! В том письме были тайные заклинания Гильдии Огня!

Мастер смотрел прямо перед собой, поигрывая новым острым ножом.

– Рена, мне нужно было растить тебя и Дорита, и это был наш единственный шанс сохранить место поставщиков Скального замка. Я решился не сразу.

– Я никогда никому об этом не расскажу, – пообещала Рена. – Но, пожалуйста, не осуждайте меня, когда я пытаюсь исправить то, что сделали вы. – Она подождала ещё мгновение, но мастер больше не произнёс ни слова. Рена с грустью попрощалась с Доритом и вышла из дома.

Ну вот и убедилась, что её мастер, учитель, примкнул к предателям, но это было уже неважно. Всё было кончено. Заговор раскрыли, и она могла позволить себе защитить мелких посредников.

Однако настроение её от этого не улучшилось. Она была ужасно измучена – казалось, что её душа вся в синяках. Подальше отсюда, подальше. Как бы она ни тосковала по Роуэну, сейчас ей хотелось побыть одной. Рена свернула с тропинки, закрыла глаза и пошла вслепую в лес, теряясь в утешительной ауре коливаров и постепенно успокаиваясь под их едва слышный шелест.

Угодив ногой в ледяную воду мелкого ручья и тихо выругавшись, Рена открыла глаза – и увидела озадаченное лицо симпатичного юноши, который сидел скрестив ноги в тени кустов. Узнав его, она улыбнулась. Это был Йон, подмастерье кузнеца из Гильдии Огня. Когда-то давно она была влюблена в него – нет, пожалуй, это было недавно.

– Извините, если я вас напугал, – сказал он и нахмурился. – Я вас нигде раньше не видел?

– Мы уже встречались. Здесь же. Это было после нашей первой аудиенции у регентши. Я та девушка, которая прикоснулась к источнику. Рена.

Он вспомнил, и на его лице расцвела лукавая улыбка:

– Клянусь духом огня, это был ужасный день. Разве ты тогда не сбежала?

– Я вернулась.

– Да, вижу, – кивнул он, окинув её оценивающим взглядом. Его глаза завораживающе блеснули. – Ты стала очень красивой.

– Спасибо, – улыбнулась Рена. – Не могу сказать того же о тебе. Ты всегда был симпатичным.

Йон рассмеялся, удивляясь её дерзости.

– Ты мне так нравился, что из-за тебя я чуть не вступила в Гильдию Огня.

От удивления парень застыл с открытым ртом:

– Но ты же листоедка…

– А ты поджигатель, – всё с той же дружеской улыбкой ответила Рена.

Йон уже не мог сдерживаться. Он с головой заполз в кусты и расхохотался, а отсмеявшись, первым делом спросил:

– Что это за меч? Дай посмотреть.

Рена отстегнула клинок и протянула ему. Парень осмотрел оружие со знанием дела. – Выкован наспех, но совсем не плох. Хороший баланс, легко ложится в руку. Где ты его взяла?

– Мне его подарила оружейница четвёртой степени, – наслаждаясь изумлением собеседника, ответила Рена.

– Ты встретила мастера четвёртой степени?!

«Почему бы не похвастаться немного? Я это заслужила», – подумала Рена и сказала:

– Мы путешествовали вместе, сначала через Алаак, потом через Тассос, Травяное море и Озерную провинцию. Это была не просто прогулка: приходилось посещать Советы всех Гильдий. На вашем Совете мы тоже были. Он заседает в грандиозной башне.

– Ты видела Башню Мечей! – Йон, казалось, колебался между удивлением и гневом. – Я и сам был там этой зимой! Слушай, погоди-ка – так это ты та самая женщина, принесшая мир, о которой здесь все говорят и громче всех – полулюди?

Рена кивнула:

– Ты слышал о договоре, который мы заключили? Я до последней минуты не верила, что регентша действительно уступит. Должно быть, она поняла, что весь Дареш против неё.

Они проговорили до восхода второй луны. Потом Рена встала и смахнула с туники листья:

– Мне нужно идти. Была рада тебя увидеть.

– Мы можем встретиться снова, – сказал Йон, и его глаза тепло засияли.

Рена улыбнулась:

– Может быть. Я знаю, где тебя найти.

Уходя по тропинке, она покачала головой. Сначала она была ему не интересна, а теперь, когда она изменилась, он ей больше не нужен. Слишком поздно, Йон!

Мысли её вернулись к Роуэну, а рука непроизвольно сжала в кармане талисман – кусочек деревянного колеса ветряной мельницы, который он ей дал. Рену окатило теплом, и на мгновение даже показалось, что Роуэн стоит рядом. Рена вспомнила о той ночи, когда он освободил её, и словно даже ощутила прикосновение его нежных, как крыло разведчика, пальцев к своей щеке. Вспомнила, как его лучистые глаза смотрели на нее, когда они сидели на песчаном полу в доме сказителей. Увидела его спокойное и уверенное лицо, когда он противостоял Аликс, и услышала его голос, когда он впервые произнёс, что её любит.

– Проклятие! – вытирая слёзы, воскликнула Рена.

Встретит ли она когда-нибудь в своей гильдии того, кто сравнится с Роуэном? Почему она отказалась от него? Как она могла это сделать?!

Можно было бы попроситься переночевать в любом доме в соседних деревнях, где жили люди из Гильдии Земли, но Рене хотелось побыть одной. Сойдя с тропинки, она снова ступила в Белый лес, знакомый с детства. В укромном уголке она остановилась и переоделась в свою старую одежду, в которой путешествовала столько месяцев. Потом завернулась в одеяло и попыталась заснуть.

Однако шёпот коливаров и собственные мысли не давали спать. Что теперь делать, как жить дальше? Она нигде не чувствовала себя дома, ей нигде не прижиться. Зря она попробовала вернуться, как будто ничего не произошло. Может быть, найдётся другой путь. Возможно, Аликс права, и Рена ещё будет нужна.

Следующий день Рена провела в Белом лесу, и когда к вечеру она приняла решение, у неё сразу отлегло от сердца. Она точно знала, что поступает правильно.

Собрав вещи, она снова надела роскошную тунику и направилась к Скальному замку. Стражники сразу её узнали и пропустили внутрь. «Быстро они меня вспомнили», – подумала Рена, не зная, радоваться ли этому – ведь это замок Каменной женщины, как она иногда мысленно его называла. Но можно уже сказать, что теперь здесь дует другой ветер. Как знать – может, времена действительно изменились.

Ей понравилось, что к ней отнеслись с уважением. Значит, где-то есть для неё место. И не одно – по всему Дарешу найдутся уголки, где ей будут рады, и она сама этого добилась.

Рена посмотрела на возвышающиеся над ней тёмные стены. Какими грозными казались они, когда она впервые приехала сюда, в повозке вместе с дядей, и как страшно было войти в эти ворота всего несколько дней назад.

– Что вам угодно? – спросил один из слуг. – С кем желаете поговорить?

Рена немного растерялась, не зная, что ответить:

– С одним из послов гильдии, пожалуйста.

– Сию минуту.

Подождав несколько вдохов, она стала от скуки осматриваться внимательнее. Рядом с ней на стене была новая надпись: «Договор». Только сейчас, скользнув кончиками пальцев по шероховатым буквам, выдолбленным в камне, Рена с радостью осознала, чего они достигли.

В глаза ей бросился барельеф на другой стене. Прищурившись, она подошла поближе. Изображение было вырезано недавно. Неизвестный художник запечатлел женщину, касающуюся рукой круглого отполированного камня. Рена не сразу догадалась, кто это, а поняв, с трудом сдержала смех.

За спиной скрипнула дверь, и вошедший произнёс:

– Делегаты гильдий заняты важным обсуждением, возможно я смогу вам чем-нибудь помочь? Я советник… ой!

Рена обернулась и увидела высокую фигуру, волосы цвета меди и зелёные кошачьи глаза. В первые мгновения она не могла произнести ни слова, но потом её затопила волна горячей радости:

– Аликс! Я думала…

– Да, я тоже так думала, – порывисто обнимая её, ответила Аликс. Вид у неё был смущённый. – Я отправилась в путь, но все это было как-то странно – в общем, не пошло. Полдня прошагала – и повернула назад. Ну что тут сказать? Я остаюсь – пока, во всяком случае.

Рена хотела улыбнуться, но уголки её губ только неловко дёрнулись и застыли:

– Со мной то же самое. Кем ты здесь будешь? Советником Совета четырёх гильдий?

– Именно. – Аликс закатила глаза. – И это не я придумала. Только тот, кто совершенно меня не знает, мог додуматься до чего-то подобного.

– Ну, к счастью, ты умеешь не только размахивать мечом, – сказала Рена, гадая, как долго Аликс продержится в Скальном замке.

Аликс усмехнулась:

– Кстати, насчёт мечей… никому не говори, кто учил тебя драться. Иначе мне никогда не отмыть своё доброе имя!

– Я подумаю, – хитро улыбнулась Рена. – Туз в рукаве мне пригодится.

– А знаешь, меня многие спрашивали, не пойдёшь ли ты советником в Скальный замок…

– Я бы не отказалась, – пожала плечами Рена и отвернулась. – Но я не знаю, долго ли здесь пробуду. Мне хочется ещё раз взглянуть на Травяное море.

– Чтобы насладиться красотой природы? Правда, там сейчас насколько хватает глаз – море чёрных обугленных стеблей…

– Хм…

– Или ты хочешь ещё разок отведать гостеприимства работорговцев?

– Но…

– Не говоря уж о том, что тебя с головы до ног облепит тиной и пылью…

Рена наконец поняла, что Аликс её просто дразнит. Но почему? Причина может быть только одна. Наверное, догадка отразилась на её лице, потому что Аликс согласно кивнула. В её глазах плясали весёлые искорки.

– Ах да, ты же ещё не знаешь. Ещё несколько человек вызвались быть советниками. И даже некто из Гильдии Воздуха, большой любитель руководить отвлекающими маневрами. Он в третьей комнате по коридору. Передавай ему от меня привет.

Но Рена уже не слышала последних слов: выскочив за дверь, она спешила навстречу Роуэну.