Мой муж на Новый год подарил мне конверт с результатом анализа ДНК-теста. В заключении было сказано, что он не отец нашей дочери. Я не верила, что такое возможно, но мой самый худший кошмар сбылся. Прошлое, от которого я бежала, которого стыдилась и о котором мечтала забыть, настигло меня тогда, когда я меньше всего этого ждала.
Мой идеальный брак рушится в одночасье. Мой муж не желает знать ни меня, ни ребенка, но хуже всего слышать вопрос дочери: "Почему папа разлюбил меня?"
Я ни в чем не виновата перед мужем, но как доказать ему это теперь, когда он выгнал нас с дочерью на улицу и знать не желает?
История Андрея, друга Макса из дилогии "Его игра" и "По новым правилам".
Книга совершенно самостоятельная, можно читать отдельно.
OCR, fb2, V 1.0 — создание файла — Яманеко
Крупные хлопья снега падали на землю, медленно кружась в свете фонарей. Оля выглянула в окно, чтобы полюбоваться на новогоднюю иллюминацию на улицах и стенах домов. До самого главного праздника оставалось всего несколько часов. Она поставила в духовой шкаф фаршированного яблоками и рисом гуся и принялась резать салат. Андрей, её муж, снова задержался на работе. Он звонил ей полчаса назад, чтобы предупредить об этом. Оля покачала головой, вспомнив об их разговоре. Голос мужа звучал отстранённо, он даже не извинился за задержку. В последнее время Андрей вообще редко появлялся дома, предпочитая с утра до вечера отсиживаться в офисе, а Оля не могла понять причины. Иногда ей и вовсе казалось, что Андрей еле терпит их с дочерью. Но на все её вопросы он лишь отмахивался.
«Тебе кажется», — таким был неизменный ответ Андрея.
Алисе через несколько месяцев исполнится пять лет, и эта чудесная девочка в данный момент смотрела мультфильмы в гостиной, порой забегая на кухню, чтобы чем-нибудь помочь маме. Нарезая овощи для салата, Оля тяжело вздохнула. Этот Новый год они должны были праздновать с родителями Андрея, но муж решил иначе.
— Ма-а-ам! — Алиса забежала на кухню и с любопытством заглянула в миску, куда Оля только что положила покрошенные ингредиенты. Протянув руку, девочка ухватила пару кусочков. — А папа скоро придёт?
— Не знаю, лисёнок, — ответила Оля, стараясь говорить как можно беззаботней. — Ему пришлось немного задержаться, но я уверена, что он приедет очень скоро.
— Ну вот, — Алиса состроила огорчённую мордашку. — В последнее время он совсем перестал со мной играть.
— Ты же знаешь, он старается для нас, — Оля попыталась приободрить малышку, но та даже не улыбнулась.
Андрей действительно в последнее время стал меньше уделять внимание их дочери. Он объяснял это тем, что все силы бросил на выполнение срочного контракта, который должен принести его фирме баснословную прибыль, но Оле казалось, дело не в этом. Их отношения резко ухудшились пару месяцев назад. Она даже подумала, что Андрей завёл любовницу, но сколько бы Оля ни пыталась подловить мужа: заглядывая через плечо в его телефон, внезапно приезжая в офис — всё было безрезультатно. Возможно, она просто себя накручивает и всё дело в срочной работе, которая высасывает у Андрея все силы, решила Оля. Все годы она старалась быть ему отличной женой, а Алисе самой лучшей мамой. Денег у Андрея было много, и они могли нанять любую домработницу, но Оля, с детства привычная к труду, взяла на себя всю организацию быта. Она вставала пораньше, чтобы приготовить дорогому мужу любимый завтрак, погладить рубашку, а после поцеловать перед его уходом.
Когда они познакомились, Андрей был несерьёзным молодым человеком, любящим праздно проводить время. Оля не думала, что из их отношений может получиться что-то серьёзное, но её беременность всё изменила. В тот год он рассорился с родителями, которые поначалу не одобрили выбор сына. Не такую они хотели себе невестку, ох, не такую. Как ни странно, Оля не могла их за это осуждать.
— А что мне Дед Мороз подарит в этом году? — вопрос Алисы застал Олю врасплох.
Она приготовила для мужа и дочери особенные подарки: два свитера, связанных собственноручно. Однажды они смотрели всей семьёй какую-то комедию, где у главного героя был красный свитер с оленями, и Алиса сказала, что хочет точно такой же, Андрей её поддержал. Оля сделала вид, что не обратила внимания, но тайком, когда никто не видел, вязала. Она успела как раз к Новому году. Красиво упаковав, она положила их под ёлку. Какие же подарки им приготовил Андрей, оставалось тайной.
— Что-то милое и тёплое, — уклончиво ответила Оля.
— Ну ладно, — согласилась Алиса и умчалась в гостиную.
Приоткрыв дверцу духового шкафа, Оля выпустила пар, а затем специальной ложкой зачерпнула образовавшийся бульон и полила им гуся. Кухня наполнилась аппетитными ароматами готовящейся еды. Обычно Андрей предлагал на каждый праздник заказать столик в ресторане, но Оле нравилось баловать его домашней пищей. Она не хотела быть нахлебницей, и ей казалось, что так она тоже вносит посильный вклад в их общее дело под названием семья.
Посмотрев на часы, Оля принялась сервировать стол. Андрей не раз предлагал ей нанять прислугу, но она не хотела уподобляться гламурным спутницам жизни его коллег и товарищей, праздно проводящим время. Высшего образования она так и не получила, зато окончила много кулинарных, дизайнерских и других полезных курсов, благодаря чему придала их жилищу неповторимый стиль.
Гусь уже приготовился и ждал своего часа в духовом шкафу, стол был накрыт, салаты и закуски разложены по тарелкам, шампанское стыло в ведёрке со льдом, но Андрея всё не было. Оля успела принарядиться, сделать причёску и нанести вечерний макияж. Она несколько раз пыталась дозвониться до мужа, но его телефон был отключён. Стараясь не показывать дочери, насколько она обеспокоена, Оля присела на диван в гостиной. Алиса тут же подскочила к маме и забралась к ней на колени.
— Я устала, мне уже надоело рисовать и смотреть мультики, — зевая, пожаловалась девочка. — Папа скоро придёт?
— Конечно, скоро, — Оля старалась говорить спокойным голосом, не хватало ещё разволновать ребёнка.
Она погладила русые волосы дочери и заглянула в её карие глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами.
«Как же Алиса похожа на Андрея», — в который раз подумала Оля. Она часто сравнивала их, ища схожие черты, которые неизменно находила.
Наконец, послышался скрежет ключа, входная дверь распахнулась, и в прихожей раздались такие знакомые шаги.
— Папа! — взвизгнула Алиса и, забыв об усталости, со всех ног умчалась встречать отца.
Облегчённо вздохнув, Оля последовала за дочерью. За те часы, что от Андрея не было никаких вестей, она успела накрутить себя, предполагая различные версии причин его молчания: от мимолётной интрижки с какой-нибудь сотрудницей до внезапного инсульта.
— Привет, — поздоровалась она, выходя к нему навстречу. Андрей лишь хмуро кивнул в ответ, снимая пальто. — Как прошёл день? — вопрос повис в воздухе.
Сжав губы в тонкую линию, он избавился от обуви и верхней одежды и прошёл в гостиную, оставив позади себя жену и дочь недоумевать над тем, что же произошло.
— Почему папа такой? — тихо поинтересовалась Алиса, грустно глядя ему вслед. Андрей не ответил на её попытки поцеловать его, лишь раздражённо отодвинул дочь в сторону. — Я сделала что-то плохое?
— Уверена, ты тут ни при чём, — Оля попробовала приободрить девочку, хотя сама была шокирована поведением мужа. — Иди в свою комнату, я поговорю с папой и выясню, в чём дело. Наверняка что-то случилось на работе.
Огорчённо опустив голову, Алиса поплелась в детскую, а Оля направилась в гостиную. Андрей сидел на диване. Сжатые губы, сведенные брови — его лицо напоминало застывшую гипсовую маску. В правой руке он держал неподписанный конверт, углом которого барабанил по подлокотнику.
«Что с тобой?! Что происходит?! Где ты был?! Почему не отвечал?!» — Оля хотела разом выпалить все эти вопросы, но конверт как магнит притягивал её взгляд.
— Что это? — спросила она.
Эти негромкие слова взорвали напряжённую тишину гостиной. Андрей наконец заметил её. Повернув голову, он внимательным взглядом осмотрел жену.
— Это? — Он помахал конвертом, а Оля кивнула. — Сюрприз.
— Сюрприз? — переспросила Оля, принимая конверт из рук Андрея, но муж лишь криво усмехнулся. — Интересно, что там? Билеты в Большой Театр? Путёвка в Доминикану?
Она улыбалась и старалась говорить непринуждённо, но Андрей сверлил её немигающим взглядом, и Оля стушевалась. Конверт обжигал ей руки, и она отложила его на журнальный столик. Всё внутри неё кричало: «Не вскрывай!»
— А... а у меня тоже есть для тебя подарок! — с наигранным весельем произнесла Оля. — Там, под ёлочкой. Возьмёшь? — уточнила она, махнув рукой, но Андрей не пошевелился. — Ну-у-у ладно... я сама...
Подскочив к наряженной ёлке, она опустилась на колени перед плоской коробкой, слыша за спиной напряжённое дыхание мужа.
— Вот, — сказала Оля, передавая ему приготовленный подарок. Тот машинально принял его и положил себе на колени. — Надеюсь, тебе понравится...
Затаив дыхание, она следила за тем, как Андрей разорвал красивую упаковочную бумагу, открыл коробку и извлёк из неё свитер. Оля чуть не подпрыгнула, когда, тот развернул его и увидел вышитый орнамент. В этот момент лицо мужа перекосилось от злобы, а глаза налились кровью.
— Олень? — процедил он сквозь зубы. — Как точно. Я оценил, дорогая. А теперь и ты взгляни на мой тебе подарок. Уверяю, это только начало.
Совершенно не понимая, что происходит, Оля потянулась к конверту. Он оказался незапечатанным. Дрожащими пальцами она извлекла оттуда какой-то фирменный бланк.
— Результат анализа ДНК, — пробормотала она, чувствуя, как её захлёстывает волна ледяного страха. — Только для личного пользования... Ребёнок Князева Алиса Андреевна. Предполагаемый отец Князев Андрей Александрович. Ничего не понимаю...
— Тебя в школе грамоте не научили, что ли?! — рявкнул Андрей, отчего Олю затрясло ещё больше, и она никак не могла сосредоточиться на документе. — Смотри заключение! Вслух читай!
— Предполагаемый отец исключается как биологический отец тестируемого ребёнка. Это заключение основано на... — упавшим голосом произнесла она. — Вероятность отцовства равна нулю процентов.
Бумага выпала из её рук, ноги подкосились, и она, пошатнувшись, осела на пол. Ошеломлённая свалившейся на неё информацией, Оля глотала ртом воздух, по инерции продолжая читать заключение медицинского центра, упавшее недалеко от неё.
— Как тебе мой подарок? — прошипел Андрей. — Нравится? И, главное, в тему к твоему.
— Это какая-то ошибка... этого не может быть, — зажав рот кулаком, чтобы не разреветься, прошептала Оля.
— Думаешь, это ошибка? — ухмыльнулся Андрей, а Оля с готовностью закивала. Тогда, открыв лежащий рядом кожаный кейс, он принялся извлекать из него конверт за конвертом и бросать их жене. — По-твоему они все ошибаются?! — Внутри находились результаты тестов ДНК, выполненных в разных клиниках, и у всех было одно заключение: Андрей не являлся отцом Алисы. Оля сидела, растерянно переводя взгляд с одного бланка на другой, и тогда слёзы всё-таки пролились из её глаз. Она разрыдалась в голос, когда Андрей заорал: — Тварь! Какая же ты тварь! Подлая двуличная мразь! Подкинула мне своего нагулыша!
— Нет, — Оля втянула голову в плечи. — Всё не так! Всё совсем не так! Алиса — твоя дочь!
— Ты совсем меня за идиота держишь?! — подскочив к жене, Андрей с силой поднял её за плечи и поставил перед собой. — Вот доказательства! — вырвав из рук бумаги, он тряс ими перед её лицом, но Оля лишь умоляюще смотрела на него и мотала головой, отказываясь признавать очевидное. — Думала, всю жизнь врать мне будешь и жить за мой счёт?!
— Алиса — твоя дочь, — повторяла Оля как заведённая. — Твоя! Она твоя! Алиса — твоя дочь! Твоя! Твоя! Твоя!
— Закрой рот! — вскричал Андрей и с силой ударил кулаком в стену. Оля испуганно замолчала.
В установившейся тишине особенно звонко прозвучал робкий голос Алисы, которая прибежала на крики родителей.
— Почему вы ругаитесь? — спросила она, сжавшись у входа в гостиную. — Не ругайтесь, мне страшно. Папа, почему ты кричишь, почему мама плачет?
Оля видела, как Андрея перекосило при слове «папа».
— Лисёнок, — мягко попросила она. — Иди в свою комнату. Мы тут сами разберёмся.
Нужно увести Алису, чтобы Андрей не сорвался на неё. Они все обсудят потом, когда оба успокоятся. Оля ему всё объяснит, она не думала, что так получится. Она столько лет была уверена... ведь Алиса — его копия...
— Я ухожу, — мрачно сообщил Андрей, направляясь к выходу.
— Куда? Надолго? — тихо спросила Оля. Алиса подошла к маме и крепко прижалась. Андрей прошёл мимо, даже не взглянув на девочку.
— Не твоё дело куда, — отрезал он. — Вернусь тогда, когда вернусь. И к этому моменту, чтоб вас обеих здесь не было. Я подаю на развод и ни одну из вас в своей жизни больше видеть не желаю.
— Но... куда же нам пойти?
— Возвращайтесь на ту помойку, где я тебя когда-то подобрал на свою голову, — зло ухмыльнулся он.
Оля дёрнулась как от пощёчины. За всю их совместную жизнь Андрей ни разу не нагрубил и не ударил её, и потому сейчас его слова били наотмашь.
— Это и наш дом тоже, — вздёрнув голову, заявила Оля. — Мы имеем право жить здесь.
— Чёрта с два! — выплюнул Андрей, накидывая пальто и выскакивая наружу. — Здесь нет ничего вашего, и ты ничего отсюда не возьмёшь! А из квартиры я вас выпишу!
Дверь с грохотом захлопнулась, и этот звук вывел Олю из ступора. Рядом тихо всхлипывала Алиса, ладонями размазывая слёзы по лицу.
— Папа меня больше не любит? — вопрошала девочка, и Оля не знала, что ответить, до сих пор отказываясь верить в произошедшее.
— Эй, — она опустилась на колени и заглянула дочери в глаза. — Всё образуется, вот увидишь. Папа просто очень разозлился...
— Нет, — перебила её Алиса. — Папа нас больше не любит. Он сказал нам уходить.
— Лисёнок... — спазм сдавил горло, и Оля не смогла выдавить из себя ни слова. — Лисёнок... всё... всё не так... Ты... ты голодная? Давай я покормлю тебя, — она попыталась улыбнуться, но вышло криво.
— Нет, — покачала головой девочка. — Я хочу, чтобы папа вернулся, мой прежний папа.
Но Андрей так и не вернулся. За окном отгромыхали салюты, гусь остыл в духовом шкафу, салаты и закуски, к которым никто не притронулся, заветрились на столе. Наплакавшись, Алиса уснула в гостиной на диване, среди разбросанных конвертов. Оля всю ночь пыталась дозвониться до мужа. Гудки шли, но трубку никто не брал. Наконец, на рассвете от него пришло сообщение.
«У вас есть полчаса, чтобы собраться и покинуть квартиру, если вы этого ещё не сделали. Иначе вас вышвырнет охрана».
Оля вдруг с ужасом осознала, что слова Андрея не были пустой угрозой разъярённого человека, он действительно настроен серьёзно вычеркнуть их из своей жизни. Но хуже всего то, что идти им с дочерью было совершенно некуда, ведь она всё время посвящала семье. Оля так и не обзавелась близкими подругами, которые могли бы пустить их к себе хотя бы на ночлег. Единственным вариантом оставалось вернуться в маленький городок к матери за сотню километров от Москвы, которую она не видела с того дня, как покинула дом, полностью оборвав все контакты с этой женщиной.
Разбудив дочку, Оля принялась поспешно собирать вещи. Андрей сказал, что она ничего не возьмёт отсюда. Что ж, пусть будет так. Захватив кое-какие документы и некоторую наличку, она собрала небольшой пакет детской одежды. Сейчас они с Алисой направятся на вокзал, а там сядут на ближайшую электричку. Её мать, Тамара Васильевна, вряд ли будет рада их визиту, но другого выхода у них нет.
Крепко прижимая к себе Алису, Оля сидела на вокзале в ожидании нужной им электрички. Час назад, пытаясь рассчитаться с таксистом за поездку, она обнаружила ещё один неприятный сюрприз от Андрея: все её банковские карты оказались заблокированы. Вот так в одночасье близкий человек превратился во врага.
— Нет, не в одночасье. — Оля покачала головой, вспомнив ворох конвертов с результатами анализа ДНК, рассыпавшихся на полу гостиной.
К горлу подкатила тошнота, и Оля с трудом подавила желудочный спазм. Такой у неё была реакция на стресс, и слишком давно она не испытывала ничего подобного. Уже много лет. Оля даже успела забыть, что это такое.
— Мама, почему мы приехали сюда? — спросила Алиса, подняв огорчённое личико.
— Мы... мы поедем к бабушке... какое-то время поживём у неё, — натужно улыбаясь, произнесла Оля.
— У бабушки Риты? — оживилась Алиса.
Упоминание матери Андрея вызвало новый спазм, и Оля прижала ладонь к губам, пережидая приступ.
— Нет, — ответила она. — Мы поедем к бабушке Тамаре, моей маме.
— А зачем? — удивилась девочка. Она никогда не видела Тамару Васильевну и совершенно её не знала. Оля не хотела их знакомить.
— Поздравим с Новым годом, — она весело помахала подарочным пакетом перед носом дочери, в котором лежали сувениры, купленные здесь же на вокзале, когда Оля поняла, что будет нехорошо заявиться к матери с пустыми руками. Возможно, подарки немного смягчат её нрав. — Ну, лисёнок, не грусти! — она старалась говорить бодрым голосом. — Тебе понравится! — А вот в последнем Оля совсем не была уверена.
— А папа к нам приедет? — грустно вздохнула Алиса.
Оля не знала, что ответить. Она не хотела лишний раз расстраивать девочку, но и давать ложную надежду было бы неправильно. К счастью, на табло высветился номер нужной им электрички, и Оля поднялась со скамейки, взяв пакеты и потянув за собой дочку.
— Пойдём, — позвала она. — Пора.
Они прошли на нужную платформу и сели в полупустой поезд. Ранним утром первого января было немного желающих отправиться в поездку. Алиса расположилась около окна. Оля дала ей книжку с картинками, а сама ещё раз заглянула в телефон: от мужа не было никаких известий. Ей до сих пор не верилось, что он смог так легко вычеркнуть их из своей жизни, словно и не было тех лет, что они прожили вместе. Андрей просто выгнал их, не дав Оле даже объясниться.
Поезд тронулся, оставляя за собой опустевший перрон. Набрав скорость, он увозил их из Москвы к той, кого Оля меньше всего хотела бы видеть, и если бы не Алиса, она никогда не вернулась бы в тот городок.
Ей было восемнадцать, когда она познакомилась с Андреем. Оля окончила школу и планировала поступать в местный колледж, об институте девушка даже не думала, поскольку, вынужденная подрабатывать уборщицей в ближайшем магазине, чтобы иметь хоть какие-то деньги, запорола экзамены. В день подачи документов Оля надела свой любимый летний сарафан, который сама же и сшила по выкройке, найденной в интернете.
— Куда ты? — услышала она пьяный голос Тамары Васильевны.
Было ещё раннее утро, а её мать уже приняла на грудь. Выпивать она стала после смерти Сергея, отца Оли. Сначала по чуть-чуть, чтобы забыться, но сама не заметила, как пристрастилась.
— В колледж, — ответила Оля, накручивая локоны. Ей было жалко мать, но она ничем не могла ей помочь, поскольку та не видела проблемы.
— А... иди... — протянула женщина. — Ну и дура ты у меня... другие после школы в университет идут, а ты... у-у-у! Глаза бы тебя не видели! Всю жизнь мне испоганила!
Сергей умер, когда Оле было десять лет. После смерти мужа Тамара Васильевна так ни с кем и не сошлась, в чём не уставала обвинять свою дочь. Раньше она работала бухгалтером на местном заводе, но начальство не стало долго терпеть её запои и уволило. Тамара Васильевна перебивалась случайными заработками, а между ними пособием по безработице. Затем и вовсе перестала искать работу, предпочитая жить на пенсию по потере кормильца. Денег катастрофически не хватало. Оля рано научилась готовить, шить и вязать, а когда ей исполнилось шестнадцать, устроилась в магазин уборщицей. Мать забирала у неё почти всю небольшую зарплату, но что-то девушке удавалось припрятать.
— Ничего путного из тебя не выйдет, — продолжала бухтеть женщина. — На кого хоть поступаешь?
— Швея, — коротко ответила Оля, втягивая голову в плечи и готовясь выслушать шквал критики, которая не заставила себя долго ждать.
— Швея! — скривилась Тамара Васильевна. — Швея! Ой и дура ты! Выучилась бы на секретаря, устроилась бы потом помощником руководителя. С твоей-то внешностью могла бы директора охомутать! Ребёнка бы родила, потом всю жизнь на эти алименты жила!
— Мне это не надо, — тихо ответила Оля.
— Ой, дура, — заладила Тамара Васильевна. — А как ты жить собралась? Тебе уже восемнадцать, я тебя кормить и содержать больше не буду! Давай, комнату свою освобождай, я квартирантов пущу, жить мне на что-то же надо!
— Но это и моя квартира тоже, — тихо возразила Оля. — Её на всех приватизировали.
— Ишь ты, бессовестная! — рассерженная женщина замахнулась на дочь полотенцем. — Ты об этом не вспоминай даже!
Так и не услышав от матери добрых слов в качестве напутствия, Оля поспешно выскочила за дверь и направилась в колледж, крепко прижимая к себе документы. Они с подругой договорились встретиться у соседнего подъезда. Оля прождала Надю с полчаса, но та так и не появилась. Набрав её номер, девушка услышала лишь длинные гудки. Вздохнув, Оля решила идти одна. Но как только она зашла за угол дома, кто-то сбил её с ног.
Документы, что девушка бережно прижимала к груди, рассыпались по асфальту, а сама она, коротко вскрикнув, упала аккурат на пятую точку.
— Ой, девушка, простите, — услышала Оля бархатный голос того, в кого она так неосторожно врезалась, задумавшись о своём.
Первое, что она заметила, оказались до блеска начищенные туфли. Когда же Оля смущённо подняла голову, то увидела симпатичного молодого человека, одетого в дорогой костюм. Он протянул ей руку, помогая подняться.
— Это вы меня извините, — пробормотала Оля. Она почуяла аромат элитного парфюма и смешалась ещё больше.
Меж тем молодой человек успел собрать её документы и протянул их ей.
— Кажется, это ваше, — улыбнулся он.
— Да, спасибо, — Оля несмело улыбнулась в ответ. — Ещё раз извините. Я задумалась и совсем не смотрела, куда иду.
— Нет-нет, — возразил молодой человек. — Это только моя вина. Видите ли, я впервые в этом городе. Приехал по делам. Навигатор сдох, и я заблудился. Вышел из машины, чтобы найти кого-нибудь, кто меня сориентирует и вот... Слушайте, а может, вы поможете мне?
— Э-э-э... — растерялась Оля. — Попробую. Что от меня требуется?
— Мне нужна улица Строителей, знаете такую? — спросил парень.
— Ну да, там наш завод находится, — подтвердила Оля.
— Вот, мне завод и нужен, — улыбнулся молодой человек.
Девушка принялась объяснять как до него можно добраться, парень внимательно выслушал её, а после сказал:
— Вы ведь торопились куда-то, когда я на вас налетел. Давайте я подвезу вас.
— Нет, — Оля поспешно замотала головой. — Я... нет, я сама... тут недалеко, — солгала она.
— Да бросьте, — отмахнулся молодой человек. — Это самое меньшее, что я могу для вас сделать.
— Нет, — упрямо отказывалась Оля. — Я не сажусь в машину к незнакомым людям.
— Да? — в этот самый момент в глазах незнакомца вспыхнул интерес. Он оглядел её с головы до ног и, казалось, остался доволен увиденным. — Меня Андрей зовут, — сказал он. — А вас?
— Оля, — растерянно ответила девушка.
— Вот и познакомились, — подмигнул ей парень, подводя к своей машине и открывая перед ней дверь. — Я просто подвезу вас. Если боитесь, можете отправить номер моего автомобиля своим знакомым.
Последние слова убедили Олю, и она села на переднее сиденье.
Новый знакомый подвёз Олю к дверям колледжа. Ей, непривычной к роскоши, было крайне неуютно находиться внутри нового автомобиля небюджетной марки. Девушка сидела на кожаном кресле не шевелясь, словно статуя. Когда поездка закончилась, она даже вздохнула с облегчением.
— Спасибо, — поблагодарила она Андрея и поспешила покинуть салон.
— Увидимся, — подмигнул молодой человек, помогая ей выбраться из машины.
Оля не нашлась что ответить, и потому, робко кивнув, направилась к учебному заведению. Вопреки ожиданиям, Нади там не оказалось. Неужели, подруга передумала? Ладно, Оля выяснит это позже. Поискав глазами указатели, она прошла к нужному кабинету.
После того как заявление на поступление было написано, а некоторые моменты уточнены, Оля покинула здание колледжа. Каково же было её удивление, когда у дверей она обнаружила Андрея. Молодой человек в шикарном костюме стоял, прислонившись к автомобилю бизнес-класса, и казался иллюзией, совершенно не вписывающейся в реальность их городка. Он обаятельно улыбнулся при её приближении, подкинув на ладони ключи от машины, и распахнул салон.
— Ты не уехал? — изумилась она.
— Решил дождаться тебя, — он подал ей руку.
Оля, непривычная к мужскому вниманию, была так ошеломлена, что легко позволила себя усадить на переднее сиденье. Андрей обошёл автомобиль и сел на водительское кресло.
— Понимаешь, я ведь здесь совсем ничего не знаю, — принялся он объяснять. — Ты единственная моя знакомая в этом городе. Так уж получилось, что сегодня я остался без завтрака и теперь просто умираю от голода. Я подумал, что ты подскажешь мне приличное кафе, где бы мы могли перекусить и продолжить наше общение. Скоро обед, ты наверно тоже уже голодна?
От его вопроса Оля закашлялась. Она не ходила по кафе. Там для неё, считающей каждую копейку, всё было слишком дорогим, даже чай, но признаться в этом она не могла. Сейчас ей, как никогда в жизни, стало стыдно за собственную бедность. Девушка принялась судорожно вспоминать, сколько денег лежит в её кошельке. Пожалуй, на чашку чая хватит.
— Я... я не голодна... — наконец, произнесла Оля. — Но чай я бы попила.
— Отлично! — оживился Андрей. — Какое кафе посоветуешь?
Новый вопрос тоже застал девушку врасплох. О заведениях общепита она знала лишь со слов своих более обеспеченных подруг.
— «Ложка вкуса» считается у нас самым лучшим, — Оля вспомнила название кафе, куда недавно ходила Надя со своим очередным ухажёром, и принялась объяснять, как до него можно добраться.
Приехав на место, Андрей придирчиво осмотрел одноэтажное здание, но, казалось, остался доволен. Заняв столик, он раскрыл меню и придвинул его Оле.
— Что будешь? — спросил он.
— Я не голодна, — ответила девушка, откладывая меню в сторону, даже не заглянув в него. — Такая жара, ничего не хочется. Просто зелёный чай.
Андрей придирчиво осмотрел список блюд, после чего вздохнул и жестом подозвал официанта, а когда тот подошёл, принялся перечислять:
— Салат Цезарь с креветками, блины с сёмгой. Всё в двойном экземпляре. Так... — Он пробежался ещё раз глазами по списку и продолжил: — Мне стейк, а моей спутнице рыбу на пару. В качестве гарнира...
Оля, открыв от изумления рот, слушала заказ Андрея, а он всё перечислял и перечислял. Наконец, он всё-таки заказал для неё чайник зелёного чая и корзинку пончиков.
— И на кого же ты решила учиться? — спросил Андрей, после того как отпустил официанта.
— На швею, — просто ответила Оля, чувствуя себя не в своей тарелке.
Она поёрзала на стуле, и сама не заметила, как начала комкать в руках салфетку.
— Почему? Нравится шить? — не желал оставлять эту тему Андрей.
Он расположился напротив неё и сейчас сидел, откинувшись на спинку стула, внимательно рассматривая свою собеседницу. От его пронзительного взора Оля окончательно стушевалась.
— Нравится, — согласилась она, опустив взгляд, чтобы Андрей по глазам не догадался о её лжи. — С детства этим увлекаюсь.
— Это же здорово, заниматься тем, к чему лежит душа.
В этот момент официант принёс заказ, и Оля потянулась к чайнику, налила в чашку чай и поднесла к губам. Андрей же пододвинул к ней её порцию салата и закусок.
— Я... я не хочу... — запротестовала девушка, думая о том, что денег в её кошельке на это не хватит.
— Брось, — отмахнулся молодой человек. — Я один это всё не съем, да и обеденное время уже. Давай начистоту, ты мне просто понравилась, и я хочу с тобой немного пообщаться. Не думай, я не из тех, кто считает, что за поход в кафе или ресторан девушка должна расплачиваться собой.
Оля вспыхнула, услышав окончание фразы, но немного расслабилась и потянулась вилкой к салату.
— Откуда ты? — решила она перевести тему. — Чем занимаешься?
— Живу и работаю в Москве. Здесь по делам фирмы. Хотим предложить вашему заводу взаимовыгодное сотрудничество, — бодро отрапортовал Андрей. — В прошлом году окончил университет.
— Здорово!
Оля с любопытством посмотрела на него: симпатичный шатен с карими глазами. Как же этот молодой человек отличался от всех знакомых ей мужчин. Вежливый, обходительный, он совсем не был похож на соседа Юру, не дающего девушке проходу, стоило ему только её заметить. В голове мелькнула шальная мысль:
«А вдруг это судьба? Вдруг Андрей, этот явно небедный парень, влюбится в неё и заберёт с собой в Москву? Ведь случаются в жизни чудеса!»
«Нет, — ответила она сама себе. — Размечталась! Мы только-только познакомились... К тому же кто я, а кто он? Андрей мне явно не светит. Такие, как он, встречаются с ровней. Знакомство с ним всего лишь приятный эпизод в моей жизни, один из немногих».
— Что тебе ещё нравится, помимо шитья? — задал новый вопрос Андрей, заставивший Олю стушеваться.
Готовка? Да она даже салат такой не приготовит, которым он её сегодня угостил. У неё денег не хватит купить все необходимые ингредиенты.
— Всякое-разное, — пожала Оля плечами. — А тебе?
— Тоже, — с лица Андрея не сходила добродушная улыбка. — Раньше любил погонять с приятелем, но сейчас на это совершенно нет времени. Полностью посвящаю себя работе.
— Понятно, — выдохнула Оля, не зная, что ответить.
— Теперь я руководитель крупного подразделения, — Андрей неопределённо повёл плечом, затем посмотрел на часы. — Очень не хочется с тобой расставаться, но я и так должен был появиться на заводе ещё с утра.
— Да, конечно.
Оля с замиранием сердца следила за тем, как Андрей с лёгкостью рассчитался за их совместный обед, и снова почувствовала неловкость от осознания, к каким разным мирам они принадлежат.
Несмотря на все её уверения, что она и сама прекрасно доберётся до дома, Андрей настоял на том, чтобы подвезти её. Перед тем, как попрощаться, он предложил обменяться телефонами, и Оле, что ни говори, была в радость его просьба. Продиктовав свой номер, она вновь пережила несколько неприятных минут, когда её мобильник завибрировал в сумочке. Пришлось доставать свой старый кнопочный гаджет.
— Это мой номер, — невозмутимо пояснил Андрей, не подав виду, что удивлён такому раритетному мобильнику. — Буду рад твоему звонку. Не терпится снова услышать твой голос.
Смущённо кивнув, Оля направилась к подъезду. Щёки горели. Несмотря на некоторые неудобства, знакомство показалось ей приятным. Она старалась не думать о том, что оно может перерасти в нечто большее, но высокий кареглазый шатен занял все её мысли.
— Ух, ни хрена себе! — услышала девушка противный голос соседа, когда поднялась на свой этаж. — Была такая скромница всю жизнь, а теперь её на «Инфинити» катают! Сколько твой час стоит? Может, я смогу купить несколько минут?
— Что? — реплика соседа, не постеснявшегося в выражениях, заставила Олю вспыхнуть. — Не говори ерунды.
Юра продолжал что-то вещать на лестничной клетке о продажных бабах, но, к счастью, быстро угомонился. Тамары Васильевны дома не было, и Оля, переодевшись, поспешила в магазин на работу.
С момента их знакомства прошло уже два дня, Андрей так и не позвонил, и Оля постаралась выбросить все мысли о нём из головы.
— Приехал, сделал все свои дела и уехал, — говорила девушка сама себе.
Она ведь не какая-то там красавица, чтобы о ней вспоминать: невзрачного цвета волосы, бледная кожа. Черноволосая смуглянка Надя намного симпатичнее! Подруга, кстати, объявилась на следующий день. Она уезжала из города с Артёмом, своим новым парнем, и совсем забыла Олю об этом предупредить. А поскольку времени ещё полно, и она успеет отнести документы в колледж.
Оля покачала головой: Надя всегда жила одним днём, не задумываясь о будущем. Насухо вытерев полы, девушка засобиралась домой — смена закончилась. Спрятавшись в каморке, она сняла униформу, надетую поверх её обычной одежды: джинсы и футболку, после чего попрощалась с хозяйкой магазина и направилась к двери.
Несмотря на вечер, на улице палило жаркое солнце. Оля медленно шла в тени деревьев. Домой идти совершенно не хотелось, и она лихорадочно думала, куда бы ей податься. Симпатичных мест для прогулок в их городке не так уж много. Есть центральный сквер на улице Ленина с незатейливым названием «Парк культуры», а на окраине мост через реку с пешеходной зоной, которая была когда-то облагорожена к приезду губернатора лет десять назад.
Оля свернула по разбитому тротуару в свой двор и замерла. Возле её подъезда стоял белый автомобиль Андрея, сам парень прохаживался рядом с букетом роз. Заметив девушку, он широко улыбнулся и направился к ней. Сегодня он был одет в лёгкие летние брюки и рубашку поло. Сердце Оли ухнуло вниз. Он здесь, он приехал к ней... А она не готова! Боже, как она выглядит? Волосы убраны в высокий пучок, сама она одета в чёрные джинсы, несмотря на жару, и простую серую футболку, на лице ни грамма косметики.
— Привет, — Андрей поздоровался с ней бархатным голосом, от которого у Оли всё внутри перевернулось. — Извини, что не звонил, был дико занят, но сегодня внезапно понял, что больше не могу терпеть, так хочу тебя увидеть. Еле дождался вечера и сразу к тебе. — Окончив свою речь, он протянул ей букет. — Это тебе.
Оле никто никогда не дарил цветы, если не считать полуувядшие тюльпаны, презентованные одноклассниками на Восьмое марта. С замиранием сердца она приняла букет и бережно прижала его к груди.
— Они чудесны, — благоговейно произнесла Оля, любуясь нежными белыми лепестками. — Спасибо.
«Я не могу их принять», — хотела она сказать, но слова застряли в горле. Оля их примет. Возможно, ей больше никто никогда не подарит таких шикарных цветов, хоть будет что вспомнить, когда этот столичный красавчик вернётся в Москву.
— Прогуляемся? — предложил Андрей. — Какие у вас есть интересные места?
— Да, конечно, — согласилась Оля. — Только я сначала цветы в воду поставлю, на такой жаре они быстро увянут. Я ненадолго.
— Я подожду, — кивнул Андрей, и Оля поспешила домой.
Пройдя в квартиру, девушка, стараясь не шуметь, пробралась на кухню. Тамара Васильевна смотрела какой-то сериал по телевизору в своей комнате. Сегодня она была трезва. Оля достала из кухонного шкафа старую вазу, налила в неё воду и опустила цветы, после чего на цыпочках прошла в свою спальню. Она поставила вазу на стол, за которым раньше делала уроки.
— А я думаю, что это Олька крадётся, — услышала девушка за спиной голос Тамары Васильевны. — А она цветы тут прячет. Все какие-то секреты от матери. — Женщина подошла ближе и потрогала лепестки. — Красивые... Мне говорила соседка, что у тебя хахаль завёлся, на белой иномарке тебя подвозил, а я не поверила. Что? — на этом месте она натужно рассмеялась. — У моей Ольки-то? Да она ж дура, нормального мужика охомутать не сможет! А ты, оказывается, что-то соображаешь ещё! Ну, молодец-молодец.
— Ладно, мам, — Оле не хотелось продолжать этот разговор. — Я пойду. Меня ждут.
— Это тот парень, да? — оживилась Тамара Васильевна. — И ты что, пойдёшь в таком виде? Переоделась бы да накрасилась!
— Неудобно заставлять человека ждать, — принялась отнекиваться Оля, но Тамара Васильевна была настроена серьёзно.
— Напиши, что пришлось немного задержаться, давай-давай! — она придирчиво осмотрела старый телефон своей дочери, когда та принялась строчить Андрею сообщение. — И новый мобильник у него попроси, с этим ходить уже стыдно.
Вспыхнув, Оля торопливо сунула гаджет в сумку. Она чуть накрутила кончики волос, к счастью, они были чистые, и нанесла на лицо лёгкий макияж. Тени были дешёвыми, из тех, что быстро стираются и забиваются в складочку века, а тушь через некоторое время начинала осыпаться. Девушка так редко пользовалась косметикой, и потому раньше её это не волновало. Но сегодня ей впервые стало стыдно. Открыв шкаф, Оля зависла. Ей было нечего надеть на свидание. Она ведь не ходила на школьный выпускной, потому что не смогла собрать необходимую сумму даже на платье, не говоря уж о ресторане.
— Мда-а-а, — протянула стоящая за спиной Тамара Васильевна. — Хоть голой иди, и то больше шансов. На вот, — она сходила в свою комнату и принесла оттуда голубую полупрозрачную блузку с широкими рукавами, которую носила ещё до рождения дочери. Ткань хорошо сохранилась, и вещь выглядела как новая. — Гэдээровская. Сейчас такую нигде не купишь. Ну а вниз брюки какие-нибудь надень. И не тушуйся там! — напутствовала женщина свою дочь. — Вдруг ты вытащишь нас из нищеты.
Блузка оказалась Оле чуть великовата, но за счёт свободного кроя, смотрелась хорошо. Вместо брюк она надела простенькую белую юбку, и обулась в туфли-лодочки, которые раньше носила в школу.
— Великолепно выглядишь, — с улыбкой сообщил ей Андрей, когда Оля наконец спустилась к нему. — Я тут посмотрел, у вас, оказывается, даже есть кинотеатр. И сегодня он работает. Может, сходим туда?
— Сто лет не была в кино, — вырвалось у Оли, и она поспешно прикусила язык, надеясь, что Андрей воспримет её реплику за кокетство.
— Отлично, значит, идём!
Андрей обходительно открыл перед ней дверь, помогая сесть в салон. Краем глаза Оля заметила, как из-за поворота показался Юра. Гоповатого вида парень с сигаретой в зубах застыл как истукан, провожая взглядом белую иномарку, со столичным пижоном за рулём, увозящую Ольку, эту серую мышку, его соседку в неизвестную даль.
На экране шёл какой-то боевик. Оля не любила боевики, но сейчас она во все глаза смотрела фильм. Зал был полупустой. Андрей купил им места в последнем ряду в самой середине. Они сидели так близко друг к другу, что соприкасались плечами. От аромата элитного парфюма кружилась голова. Оля натянула юбку на колени, которая вдруг показалась ей слишком короткой. Она вздрогнула, когда парень взял её за руку и слегка сжал ладонь. По телу пробежали мурашки. Подумав, девушка ответила ему тем же.
— Ты очень красивая, — услышала Оля его хриплый голос и облизнула внезапно пересохшие губы, чем привлекла внимание парня.
— Спасибо, — пробормотала она, чувствуя, как участился пульс.
Взяв руку девушки в свою, Андрей гладил впадинку между большим и указательным пальцем. Ещё никто не касался её так.
Погруженная в переживания, Оля потеряла сюжетную линию и не заметила, как закончился фильм. Андрей тут же предложил отвезти её домой.
Подъехав к подъезду, молодой человек галантно распахнул перед ней дверь и помог выбраться из автомобиля. Поблагодарив за вечер, Оля хотела уже попрощаться, но Андрей, проводив её до двери, внезапно развернул её к себе и заключил в объятия.
— Что ты делаешь? — ахнула девушка, положив ладони ему на плечи, но не отталкивая.
Андрей прижался лбом к её лбу.
— Весь вечер думаю о том, каковы на вкус твои губы, — хрипло прошептал он, крепче обнимая Олю и приникая к ней поцелуем.
Со дня их знакомства прошла уже неделя. И на протяжении этого времени Андрей приезжал к Оле каждый вечер. Они гуляли по городу, однажды он даже уговорил её зайти в единственный бар. Оказавшись там впервые, девушка стушевалась и весь вечер тихо просидела на диване. Она во все глаза смотрела на то, как другие люди веселятся, но так и не смогла расслабиться. К заказанному для неё коктейлю Оля так и не притронулась.
— Совсем не пьёшь? — удивился Андрей. — Это же мохито!
Она покачала головой и смущённо улыбнулась. Название ей ничего не сказало.
А после того как Андрей отвозил Олю домой, они до умопомрачения целовались в его машине. Его руки были везде, а она плавилась в его объятиях, но была не готова перейти черту.
Сегодня они снова гуляли в центральном сквере. В середине парка находился Вечный огонь и памятник солдатам, погибшим в Великую Отечественную войну, у основания которого всегда лежали цветы.
— Мне скоро возвращаться в Москву, — сообщил Андрей.
Они проходили мимо ларька со сладкой ватой, и молодой человек остановился, чтобы купить.
— Когда? — упавшим голосом спросила Оля.
Конечно, она знала, что Андрей когда-нибудь уедет, но как же хотелось отсрочить неотвратимое. За те дни, что они пробыли вместе, девушка сама не заметила, как влюбилась в этого столичного красавчика. Нет, Оля ни на что не рассчитывала. Она не думала, что Андрей за столь короткое время влюбится в неё так сильно, что заберёт с собой. Да и за что её любить? Разве она красавица? Нет. Страшной её, конечно, тоже не назовёшь, но есть много девушек красивее её. Она даже разговор на разные темы поддержать не может, только и слушает Андрея, раскрыв рот. Но кажется, ему это даже нравилось. Удивительно, что он вообще в ней нашёл.
Внутреннее чутьё говорило Оле, что она всего лишь короткий эпизод в его жизни. Андрей прожигал её пламенным взглядом, от которого девушка испытывала неясное томление, но никогда не говорил с ней о чувствах. Конечно, ей хотелось, чтоб он полюбил её, но иллюзий на этот счёт не питала. Это так странно, с открытыми глазами любить человека. Как бы он ни относился к ней, Оля поняла для себя одно: Андрей — лучшее, что могло с ней случиться.
— Через несколько дней, — ответил молодой человек.
— Ты ещё вернёшься? — Оля напряжённо застыла с кусочком ваты в руках.
— Да, — кивнул Андрей. — Скоро мы подпишем контракт с вашим заводом на поставку металлоконструкций. Думаю, я буду часто приезжать сюда.
Его слова звучали обнадеживающе, и Оля уцепилась за них, поскольку ей очень хотелось верить, что их встречи продолжатся.
— Я буду ждать тебя, — вырвалось у неё.
Вместо ответа, молодой человек притянул её к себе.
— Не хочу с тобой расставаться, — сказал он. — Я буду скучать по тебе, — прошептал Андрей ей на ухо и потёрся носом о висок. Прикоснулся губами к щеке, спустился к шее, прокладывая влажную дорожку из поцелуев. Его не смущало присутствие посторонних людей, с любопытством поглядывающих на целующуюся парочку. — Поехали ко мне, — хриплым голосом предложил он, и Оля кивнула.
На подкашивающихся ногах она прошла к оставленному возле парка автомобилю. Оля знала, чем закончится эта поездка: сегодня она ночевать домой не вернётся. И пусть будущее их отношений под вопросом. Лучше Андрея она всё равно не встретит.
В их городке была одна-единственная гостиница — трёхэтажное здание советской постройки со столовой на первом этаже, располагающееся недалеко от завода. Туда-то Андрей и привёз Олю. Получив ключ на ресепшене, они поднялись на второй этаж.
— Вот здесь я и обитаю, — сообщил молодой человек, открывая дверь номера и пропуская девушку вперёд.
Улыбнувшись, Оля, с любопытством осматриваясь, прошла внутрь. Комната оказалась небольшой. По центру располагалась двухместная кровать с тумбочками по бокам, на стене напротив висел телевизор, под ним был столик с двумя стульями. В маленькой прихожей стоял шкаф с зеркалом во весь рост, там же находился холодильник и чайник с микроволновкой. Также в номере имелся собственный санузел.
— Располагайся, — Андрей указал девушке на стул. Сам же в этот момент достал из шкафа ноутбук. — Слушай, я недавно наткнулся на интересный фильм, но всё не было времени его посмотреть. Может, посмотрим вместе?
— С удовольствием, — согласилась Оля.
Андрей сел рядом, раскрыл ноутбук и быстро нашёл нужный файл. Это оказалась французская романтическая комедия. Пока Оля заинтересованно смотрела кино, он достал из холодильника шампанское, шоколад и фрукты, разлил напиток по фужерам и протянул один ей. До этого дня она не пила алкоголь. Наверно, боялась пойти по стопам матери, пример которой каждый день маячил перед глазами. Но сегодня девушка решила сделать исключение.
На языке разлился кисло-сладкий вкус, а пузырьки ударили в нос, и она рассмеялась. Во всём теле появилась лёгкость, а в голове чуть зашумело, когда Оля глоточек за глоточком осушила бокал. Андрей подкладывал ей кусочки фруктов. Убавив громкость фильма, он предложил ей вместе с шампанским переместиться на кровать.
— Там нам будет комфортнее, — горячо прошептал ей на ухо молодой человек, обнимая за талию. Оля кивнула.
На кровати действительно оказалось удобнее целоваться, поскольку о фильме уже никто и не вспоминал. Девушка сама не заметила, когда Андрей вместо комедии включил романтическую музыку. Его губы и руки были везде. Поцелуи и ласки обжигали, даря неземное блаженство. Никогда не испытывавшая ничего подобного, Оля окончательно потеряла голову. Её ситцевое платье оказалось бережно снятым, вместе с бельём, а неуместные протесты заглушены новыми поцелуями опытного соблазнителя. Вскоре между их телами не осталось никакой преграды. Глаза в глаза, кожа к коже, дыхание к дыханию. Негромкий вскрик и успокаивающий шёпот. Вопросительный взгляд и робкий кивок.
Это была лучшая ночь в её жизни, и как же Оле хотелось, чтобы она никогда не заканчивалась! Вот так бы она вечно лежала на его плече, слушала его размеренное дыхание, лёгкими движениями гладила его грудь, чувствуя кончиками пальцев жёсткую поросль. Девушка изо всех сил боролась со сном. Ей хотелось до рассвета любоваться профилем Андрея, вдыхать аромат его кожи, но усталость взяла своё, и, сомкнув веки, она уснула.
Утром Андрей разбудил её поцелуями. Он был уже одет. В комнате витал запах кофе и круассанов.
— Мне пора уходить скоро, — с улыбкой сообщил он Оле, когда та наконец сфокусировала на нём взгляд. — Если хочешь, можешь остаться здесь и дождаться меня.
— А когда ты вернёшься? — спросила она, чувствуя лёгкую грусть от предстоящего расставания, пусть и недолгого.
— Вечером, — Андрей плюхнулся рядом и заключил девушку в объятия. — Я заказал нам завтрак, ты голодна?
— Очень, — призналась Оля и потянулась за поцелуем.
Она не осталась в номере, решив вернуться домой, и прождала звонка Андрея весь день. Оля никуда не уходила, то и дело выглядывая в окно, не подъехала ли белая иномарка. Лишь глубоким вечером девушка получила от него сообщение: «Извини, пришлось срочно возвращаться в Москву. Я обязательно тебе позвоню, как будет время». Сердце болезненно сжалось: зря она не дождалась его в номере.
Оля каждый день ждала звонка от Андрея, то и дело заглядывая в телефон. Поначалу она верила, что вот-вот ещё немного и он доделает свои дела и обязательно ей позвонит, но время шло, а известий от парня не было. Девушка попробовала сама набрать его номер, но тот оказался отключённым. Оля нашла профиль Андрея в соцсетях, фамилию ей как-то удалось подглядеть в его водительском удостоверении. На одной из последних фотографий, датированной вчерашним днём, он был запечатлен в ночном клубе с какой-то гламурной девицей. Она сидела у него на коленях, обнимала его, и оба выглядели весёлыми и довольными жизнью. Сердце словно окаменело. С опустошённой душой Оля закрыла сайт, чтобы больше не заходить на его страничку. Ни к чему делать это. Пусть Андрей останется сказкой в её воспоминаниях: волшебной и несбывшейся. Он ни разу не солгал ей и ничего не обещал, просто наивная девочка внутри неё до последнего продолжала надеяться на что-то. Вот только сейчас Оле почему-то совсем не хотелось слушать доводы разума. В носу защипало, и по щекам скатилось что-то горячее. Утерев ладонями лицо, девушка с удивлением поняла, что это слёзы.
— У-у-у, развела мокроту! — недовольно фыркнула вошедшая в комнату Тамара Васильевна. — Что ревёшь? Не звонит? Так, ты сама виновата! Попался тебе нормальный мужик при деньгах, а ты удержать не смогла! Ой, дура-а-а!
Получив от матери вместо поддержки взбучку, Оля всё-таки разрыдалась. Такую, с распухшим носом и красными глазами её и обнаружила забежавшая на минутку Надя.
— Что случилось? — спросила подруга, высокая, стройная брюнетка. — Зашла к тебе потому, что не виделись давно, ты всё со своим москвичом тусовалась, про меня совсем забыла.
— Ой, — махнула рукой Оля, давя всхлипы и пытаясь выровнять дыхание. — Не спрашивай.
— Да бросил он мою дурёху! — вставила находящаяся неподалёку Тамара Васильевна. — Не смогла нормального мужика удержать! Ничего путного из неё не выйдет!
— Что вы такое говорите, тётя Тома? — воскликнула Надя, присаживаясь рядом с подругой. — Может, вернётся ещё!
— Не вернётся, — вздохнула Оля, которой совсем не хотелось плакать при посторонних. — Ему и без меня хорошо.
Даже если Андрей и приедет в их город опять, она больше не побежит к нему на встречу. И хотя Оля в глубине души всегда знала, что их отношения закончатся именно так, столкнуться с этим в реальности оказалось намного болезненнее.
— Подумаешь, — презрительно фыркнула Надя. — Хорошо ему без тебя? Да тебе тоже без него хорошо! Пусть не думает, что ты сидишь дома и страдаешь по нему!
— В смысле? — не поняла Оля.
— Сегодня у Артёма день рождения, — глаза у Нади загорелись в предвкушении вечеринки. — Идём со мной. У него родители свалили куда-то к родственникам, вся хата будет наша. Классно погуляем!
— Ой нет, — запротестовала Оля, которая не любила шумные гулянки. — Мне скоро на работу, потом я устану. Лучше дома посижу. Да я и никого там не знаю и подарка у меня нет.
— Да что ты такая скучная! — возмутилась Надя. — Там все свои будут! Меня и Артёма ты знаешь, а это главное! Подарок ему и не нужен.
— Не-не... — покачала головой Оля. — Мне и надеть нечего...
— Ну для своего москвича ты же находила во что одеться! Давай сиди дома, пока он там без тебя отрывается! Он уже и думать о тебе забыл, а ты верно жди, как собачка, пылью покрывайся! — скривила губы Надя.
Специально ли подруга била по больному или нет, Оля не знала, но её слова попали точно в цель. Нет, она больше не будет ждать Андрея, эта страничка в её жизни перевёрнута. Оля не хотела никуда идти, но если она останется дома, то просто свихнётся от переживаний.
— Докажи самой себе, что ты, вообще-то, красивая и интересная девушка! — не унималась Надя. Она открыла шкаф и вытаскивала одну вещь за другой, прикладывая к Оле и придирчиво разглядывая подругу. — Пусть валит в свою Москву! Не нужен он здесь! Тебе и без него хорошо! Вот это наденешь, — по иронии Надя выбрала тот самый наряд, в котором Оля была на первом свидании с Андреем. — Мы с Артёмом заедем за тобой!
Через несколько часов Оля, одетая в белую юбку и голубую мамину блузку, прошла вслед за Надей в квартиру её парня. Как подруга и обещала, они с Артёмом заехали за ней. Оля взволнованно оглянулась. Среди гостей были в основном парни, только один из них пришёл со своей девушкой, которая представилась Наташей. Оля почувствовала на себя заинтересованные взгляды и растерялась. Её словно сканировали, но хуже всего было то, что среди приглашённых оказался её сосед Юра. Увидев Олю, он заговорщицки подмигнул ей. Противно засосало под ложечкой, и она хотела уже уйти из этой квартиры, но Надя, схватив её за руку, потянула к столу. Оле показалось, что будет глупо, если она начнёт вырываться, и потому позволила себя усадить. Юра тут же примостился рядом.
— Не думал, что мы когда-нибудь окажемся с тобой в одной компании, — сообщил он.
— Я тоже, — выдавила из себя Оля.
— Я рад, что так получилось, — ухмыльнулся Юра, а Оля промолчала.
Поскольку никаких пошлостей в свой адрес она не услышала, к тому же сосед и вовсе старался вести себя галантно пусть и так, как он сам это понимал, девушка понемногу расслабилась.
Стол ломился от разнообразной еды и ещё более разнообразной выпивки. Юра подкладывал ей особенно вкусные куски и подливал вина, которое Оля отказывалась пить.
— Да ты попробуй хоть, — настаивал он. — Это хорошее вино, итальянское!
В конце концов, устав объяснять, почему она не пьёт, Оля чуть пригубила напиток. Вино действительно оказалось вкусным с лёгкими фруктовыми нотками. Девушка сделала глоток, а потом ещё один. В голове приятно зашумело, по телу разлилась слабость, и все мысли об Андрее куда-то испарились. Сердце больше не болело и на душе стало радостно.
— Вот, а я что говорил, — прищурившись усмехнулся Юра. — Сразу расцвела. Давай ещё подолью.
Остатки разума били тревогу, но Оля лишь отмахнулась. Парни и девушки вели себя культурно. Надя и Наташа в выпивке и вовсе не отставали от своих бойфрендов. Всем было легко и весело. Оля осушила свой бокал, который оказался тут же снова наполнен.
Но стоило ей немного расслабиться, как вечер был тут же испорчен. Ладонь Юры скользнула Оле под юбку, оставляя на нежной коже влажные следы. Она попыталась сбросить его руку, но парень лишь крепче впился пальцами в её бедро.
—Не т-т-трогай меня, — зашипела Оля, отталкивая от себя потерявшего берега парня.
Язык еле ворочался, руки и вовсе её не слушались. А ещё неудержимо клонило в сон. Неужели это всё из-за одного бокала лёгкого вина? Оля обвела мутным взором гостей. Никто не спешил избавлять её от излишне настойчивого ухажёра. Все пили, смеялись, не обращая внимания на то, что ей нужна помощь. Оля попыталась сфокусировать взгляд, но перед глазами всё двоилось и перескакивало с места на место. Тревога затопила все её сознание. Девушка попробовала встать, но тут же с громким охом осела, привлекая к себе всеобщее внимание.
— Кажется, кто-то перепил, — сделала свой вывод Наташа, а остальные со смехом её поддержали. — Что делать? До дома она не дойдёт.
— Пусть ляжет в соседней комнате, — подал голос Артём. — До утра проспится.
— Я отведу, — с готовностью отозвался Юра, подхватывая несопротивляющуюся девушку.
Чуть позже проваливаясь в сон и не имея возможности сопротивляться, она чувствовала на себе чужие потные руки, срывающие с неё юбку и блузку.
Яркие солнечные лучи проникали в комнату через неплотно задёрнутые занавески. Когда Оля проснулась, за окном уже давно наступил полдень. Голова раскалывалась, а язык распух от жажды. Застонав, она с усилием села, с удивлением потирая глаза, принялась осматривать незнакомое место. Девушка ничего не помнила. Ни как попала сюда, ни где она вообще находится.
— А, проснулась, тихоня, — услышала она голос Нади. Подруга прошла в комнату и села на край дивана, на котором Оля провела ночь. — Ну и перебрала ты вчера!
— Что? — не поняла Оля.
— На вот, выпей, — Надя протянула ей бутылочку минералки. — Сама знаю, как после таких гулянок пить хочется.
Оля с жадностью набросилась на воду. Она залпом осушила бутылку, но жажда лишь чуть поутихла.
— А ты молодец! — продолжала вещать подруга. — Не стала долго сохнуть по своему москвичу, сразу ему замену нашла!
— Что? — снова переспросила Оля, оглядывая себя.
Ночью кто-то раздел её, а затем укрыл пледом. Каждое движение отдавало ноющей болью внизу живота, а между ног саднило.
— Ты что, совсем ничего не помнишь? — поразилась Надя. — Я вчера так устала, думала рядом с тобой лечь. Открываю дверь, а тут Юрик...
Оля ошарашенно замерла, слушая слова подруги. Обрывочные воспоминания возникали на краткий миг, чтобы тут же исчезнуть в провалах памяти. Потные руки, слюнявые поцелуи, чей-то бессвязный шёпот и её жалкие попытки сбросить с себя чужое тело, после чего наступила темнота. Она затравленно посмотрела на подругу.
— Ты... ты видела и не помогла мне? — горло словно сдавила невидимая рука, с таким трудом Оле давались слова.
— В смысле не помогла? — удивилась Надя, а затем хихикнула. — Скажи спасибо, что мешать не стала.
— Он... он... — в висках бешено пульсировало, Оля глотала ртом воздух. — Я пошевелиться не могла...
— Ещё бы! Уж не знаю, сколько ты выпила... — Надю ситуация явно забавляла.
— Всего один бокал... — сдавленно прошептала Оля. — Он что-то подмешал мне, а вы все видели и не помешали ему...
— Слушай меня, подруга! — Надя внезапно возмутилась. — Пьяная женщина своим золотым вратам не хозяйка — это всем известно! Так что не строй из себя несчастную девственницу! Тем более, мы обе знаем, что это не так! Получила удовольствие? Имей смелость это признать, а не оговаривать порядочных людей!
Оля не помнила, как оделась и покинула квартиру Артёма. Она шла домой, качаясь словно пьяная. Наверно именно это и думали прохожие. Слова Нади эхом звучали в её голове: «Получила удовольствие? Имей смелость это признать!»
Но Оля не хотела! И ни о каком удовольствии и вовсе не могло быть речи. Голова кружилась, а ноги подкашивались. Стыд заполнил все её существо. Если бы она только могла провалиться под землю, исчезнуть навсегда...
Квартира Артёма находилась на окраине, и Оле пришлось идти домой чуть ли не через весь город. Остановившись на мосту, она приникла к ограждению и долго смотрела на реку, представляя, как она прыгает вниз, а над её головой смыкаются волны. Нет. Она не сделает этого.
«Подумаешь, воспользовался! — вопила Надя ей вслед. — Не ты первая, не ты последняя! От тебя что, убудет? Да и вообще ничего страшного не произошло, раз ты не помнишь...»
Со страхом Оля зашла в подъезд, ожидая наткнуться на соседа, но, к счастью, обошлось. Она поднялась на свой этаж и открыла дверь. Едва девушка переступила порог квартиры, как получила от матери пощёчину.
— Где ты шлялась, мелкая дрянь? — орала Тамара Васильевна. — Посмотри на себя! Посмотри, как ты выглядишь! Как будто тебя всю ночь на панели драли!
— Мама, — прошептала Оля, держась за щеку, срываясь на слёзы. — Меня изнасиловали...
— Что? Как? — Тамара Васильевна, выпучив глаза словно рыба, открывала и закрывала рот. — Кто? Проходи-проходи!
Она налила дочери крепкий чай, придвинула вазочку с дешёвым печеньем и внимательно её выслушала, после чего отправила Олю в душ, а сама пошла к соседке тёте Свете, своей подруге и матери Юры. Тамары Васильевны не было до вечера. Оля грызла ногти, кусала губы и металась из угла в угол. Она отговаривала маму от разборок с соседкой, но та была непреклонна. На её памяти Тамара Васильевна впервые за долгое время повела себя как мать, на душе даже немного потеплело.
Тамара Васильевна пришла, когда уже начало смеркаться. Нетвёрдой походкой она прошла в гостиную, которая была по совместительству её комнатой, и плюхнулась на диван. Оля несмело последовала за ней. Сердце тревожно сжалось.
— Я всё знаю! — обличительным голосом произнесла Тамара Васильевна, посматривая на дочь мутным взором. — Я поговорила с тётей Светой и её сыном Юрой. У вас всё произошло по согласию. Ты напилась и сама на него полезла. А протрезвев, видимо, решила стрясти с него денег, а меня опозорить перед порядочными людьми.
— Что? — пробормотала Оля, качаю головой. — Не верю...
— Юра — хороший парень! Я его с детства знаю... — менторским тоном продолжала говорить Тамара Васильевна.
— Я в полицию пойду! — крикнула девушка, потерявшая всякую надежду достучаться до матери.
— Не смей! — подскочила Тамара Васильевна, откуда только прыть взялась. — Не смей меня перед соседями позорить! Никуда ты не пойдёшь или ты мне не дочь и выметайся из квартиры! Юрка-то с тобой встречаться хочет...
На этих словах Олю замутило. Она выбежала из гостиной и заперлась в своей комнате. Тамара Васильевна ещё долго стояла под её дверью, то уговаривая дочь выйти, то ругая её последними словами.
— Что за девка непутёвая! Богатенького москвича упустила, нормального парня за решётку упечь решила! А ты хоть знаешь, как тебя допрашивать будут? Без конца в участок мотаться будешь и там в подробностях всё рассказывать. Хотя что там рассказывать, твоё враньё быстро раскусят! Ещё сама за клевету сядешь!
Оля лежала на постели, сжавшись в калачик и спрятав голову под подушку, чтобы не слышать материнских воплей. Она не пошла на смену ни сегодня, ни на следующий день, лишь отправив сообщение начальнице, что заболела и какое-то время пробудет дома. Из комнаты девушка тоже лишний раз старалась не выходить. Надя ей звонила, писала, даже как-то заглянула к ней домой, но Оля оборвала все контакты с бывшей подругой. К счастью, та быстро успокоилась и перестала искать с Олей встречи. Единственное, что тревожило Олю — учиться они будут в одном колледже, благо на разных специальностях.
Время шло. Переборов апатию, Оля стала потихоньку выходить из дома. Сначала только до работы и назад, каждый раз опасаясь встретить в подъезде Юру, но тот, как потом стало известно, покинул город. Может, побоялся её угроз, а может, была какая-то другая причина. Вскоре началась учёба, и Оля с головой ушла в неё, отправляясь в колледж на весь день. Там до обеда она училась, а потом в библиотеке делала домашнее задание, после чего бежала на работу, сократив общение с матерью до минимума.
Новые знакомства и новые знания немного приободрили девушку, вытянули из кокона, в который она спряталась. Оле даже показалось, что жизнь начала налаживаться, пока в конце октября она с тревогой не осознала, что уже очень давно у неё не начинался новый цикл.
Купив в аптеке тест и выполнив инструкцию, Оля села на борт ванны и принялась ждать. Она и ранее волновалась из-за задержки, но её успокаивала тянущая боль внизу живота, как всегда бывало перед началом нового цикла. Время шло, к тянущей боли добавились сонливость и лёгкая утренняя тошнота, которые девушка, погруженная в переживания, по неопытности даже не заметила.
Оля взглядом гипнотизировала маленькую белую полосочку в своих руках. Вот появилась первая красная чёрточка, а следом и вторая. Депрессия как цунами снова накрыла девушку. Хуже всего то, что она понятия не имела кто же отец ребёнка, поскольку оба парня средства защиты проигнорировали. Андрей уверял, что успеет прерваться, и не успел, а Юра... Юра просто животное! Взвыв от отчаяния, Оля опустилась на пол ванной комнаты и схватилась за голову. Какой ей ребёнок?! Ей самой жить не на что!
— Тринадцать недель, — оповестила Олю узистка, внимательно глядя в монитор, когда девушка наконец-то попала на приём в женскую консультацию. — Вот посмотрите и послушайте сердцебиение!
Женщина включила звук и развернула к ней экран, на котором Оля разглядела голову, ручки и ножки ребёнка. Тот активно двигался.
— Ну, мамочка, малыш с вами здоровается! — пошутила узистка, а Оля всплакнула. Когда она увидела ребёнка и услышала его сердечко, её решимость сделать аборт начала таять.
Позже, находясь в кабинете гинеколога с результатами ультразвукового исследования и других анализов, девушка услышала следующее:
— Какой вам аборт?! Вы где раньше были?! Все сроки уже давно прошли! — гремела доктор на весь кабинет. — Какие ещё социальные показания? Вас изнасиловали? Заявление в полицию было? Не было! Ах, денег нет, содержать не на что? Государство вас не бросит! Да поймите же вы, — смягчилась женщина, — даже если вы найдёте кого-то, кто за деньги проведёт вам эту операцию, вы слишком молоды, нельзя вам делать аборт, тем более на таком большом сроке. Сколько я таких девчонок повидала! Потом плачут, забеременеть не могут, клянут себя последними словами, говорят, лучше б родили! В общем, давайте документы, ставлю вас на учёт, — доктор принялась заполнять необходимые бланки, подсовывая их Оле на подпись. Оля же, впечатлённая громкими словами, послушно всё подписывала. Под конец девушка получила напутствие: — Берегите себя и ребёнка. Не нервничайте, больше отдыхайте и гуляйте. Ко мне на приём через две недели.
Выйдя из женской консультации, словно сомнамбула, Оля медленно побрела домой. Она не имела ни малейшего понятия, что же ей сказать матери. В одном девушка не сомневалась — Тамара Васильевна будет в ярости. Присев на лавочку у соседнего подъезда, Оля достала телефон. Девушка несколько минут взглядом гипнотизировала телефонную книгу, а именно номер Андрея. Но ведь она совершенно не уверена, что это его ребёнок! Подумав, Оля убрала телефон в сумочку. Закрыв лицо руками, она разрыдалась.
Все эти месяцы, прошедшие с того момента, как Оля вернулась из квартиры Артёма, Тамара Васильевна каждый день читала ей нотации, что с порядочными девушками не случается ничего дурного.
«Вон, Надя с Наташей тоже там были, но их никто не тронул! — говорила ей мать. — Значит, ты сама спровоцировала! А чего ты хотела, нацепив такую короткую юбку?! Явно сама напрашивалась, а сейчас строишь из себя бедную-несчастную! Знаешь, что я тебе скажу: сука не захочет — кобель не вскочит! Молчи о том, что произошло, потому что ни один нормальный парень не захочет встречаться с гулящей девкой, а жениться тем более!»
Тамара Васильевна повторяла свои слова так часто, что Оля, в конце концов, ей поверила: она сама оказалась виновата в том, что случилось. Если бы она не надела короткую юбку, полупрозрачную блузку, вела себя как-нибудь по-другому, а лучше вообще осталась дома, с ней бы ничего не произошло. Девушка закрылась ото всех.
Прошла ещё неделя. Оля была на работе, когда почувствовала лёгкое головокружение. Отставив в сторону ведро со шваброй, девушка присела на низкий выпирающий подоконник. Мимо проходила хозяйка магазина.
— Что с тобой? — поинтересовалась она.
Оля не стала лгать, всё равно скоро все узнают о её беременности. Услышав причину, хозяйка тут же изменилась в лице.
— Уходи, — процедила женщина сквозь зубы. — Ты уволена. Сейчас выдам тебе расчёт.
Сколько раз Оля спрашивала об официальном оформлении, но хозяйка всегда находила кучу причин, не делать этого, пользуясь добротой и доверчивостью девушки.
— Почему ты все ещё дома? — спросила Тамара Васильевна, когда Оля не пошла на смену.
Тяжело вздохнув, девушка поняла, что настал момент рассказать матери о своём положении.
— От москвича забеременела? — оживилась Тамара Васильевна. — Умница! Уже сообщила ему? Что он сказал? Ещё не говорила? А чего тянешь? Скажи, что в суд подашь, если отцовство не признаёт, всё равно от алиментов не отвертится! — принялась она давать советы дочери.
— Это может быть не его ребёнок, — тихо произнесла Оля. Она сидела за столом и пыталась готовиться к контрольной работе, когда Тамара Васильевна ввалилась в её комнату.
— Может быть? — деланно удивилась мать. — Какая же ты дрянь! — женщина орала на дочь, не стесняясь в выражениях так, что заставила ту прикрыть голову руками и разреветься от обиды. — Ты что, не знаешь, от кого ребёнок?! Ладно, разберёмся. Сиди тут!
Тамара Васильевна ушла, чтобы через полчаса вернуться с соседкой тётей Светой.
— Вот ты какая, Олечка! — начала та с порога. — Нагуляла где-то ребёнка, а теперь на моего Юрочку повесить хочешь?!
— Можно подумать, Юра ваш святой... — попыталась Оля сказать хоть что-то в свою защиту, но где ей было переорать тётю Свету, всю жизнь проторговавшую на рынке.
— Не смей ничего о нём говорить! Ты мизинца его не стоишь! Бедный мой Юрочка, связался с гулящей, а я ведь раньше о тебе такого высокого мнения была. Сколько раз ему говорила: посмотри на Олечку, какая девочка хорошая, красивая, скромная, не пьёт, не курит. Как же я ошибалась! Не зря говорят: в тихом омуте черти водятся! Только школу окончила и давай по мужикам скакать! А может, ты и раньше начала? — кричала соседка, а Оля побледнела.
— Не смейте... — пробормотала она, но её тут же перебили.
— А что, правда глаза колет? Доскакалась, не знает даже, кто отец ребёнка! — тётя Света встала перед Олей, тыча в девушку указательным пальцем. — Да чтоб ты знала, мой Юрочка в детстве свинкой переболел, бесплодный он! Так что вешай своего нагулыша на кого-нибудь другого!
Решив, что она указала зарвавшейся девке её место, соседка покинула квартиру, попутно вдрызг разругавшись с Тамарой Васильевной:
— Чего ты ко мне приходила?! Не мой это сын сделал! Пусть, кто сделал, тот и женится!
— Ну, что сидишь? — спросила мать, захлопнув дверь за тётей Светой. — Звони своему москвичу. Пусть к свадьбе готовится! Ох, мы и заживём! Давай-давай! Звони ему, главное про случай с Юркой не рассказывай, решит, что гулящая!
С замиранием сердца Оля потянулась к телефону. Нет, она не собиралась использовать Андрея, но раз они оба сотворили ребёнка, то оба и должны нести за него ответственность.
«Малыш не от Юры!» — ликовала девушка, набирая номер парня, но никто не ответил. Она звонила снова и снова, но его телефон оставался выключенным.
— Не отвечает? — злым голосом поинтересовалась Тамара Васильевна. — Ты давай звони. Мне дочь-путана не нужна! Будешь ещё своим животом меня перед соседями позорить! Где это видано, чтобы без мужа рожали! А жить на что будем? С работы ты ушла? Ты на что рассчитываешь-то? Мать свою старенькую на работу решила отправить? Я тебе так скажу: если не ответит, аборт делать пойдёшь! В больнице не сделают, знаю я одну бабку-знахарку!
Закончив свою речь, Тамара Васильевна ушла в другую комнату, оставив дочь в слезах.
Оля дрожащими пальцами открыла профиль Андрея в соцсети. Его коллекция фотографий пополнилась новыми снимками, на которых была запечатлена красивая жизнь во всех её ярких красках. Закусив губу, она написала парню подряд несколько сообщений:
«Я беременна»
«Это Оля»
«Привет»
Девушка постоянно проверяла свою страничку, не ответили ли ей, но послания так и остались непрочитанными даже через неделю. Она уже отчаялась, когда однажды поздно вечером раздался звонок с неизвестного номера. В трубке Оля услышала голос Андрея.
Андрей приехал на следующий день после телефонного разговора.
— Не вздумай признаться ему в том, что у тебя что-то было с Юрой, — шипела Тамара Васильевна, пока Оля пекла лимонный пирог в ожидании его визита.
Ей было неловко принимать парня в квартире. Несмотря на чистоту, внутри всё говорило о крайней бедности. Старый, ещё советский сервант, шкаф с висящей дверцей, стол-книжка и полуразвалившийся диван. Обстановка в её комнате была ещё хуже, чем в гостиной: кровать-полуторка, учебный стол, комод и платяной шкаф. Сборный гарнитур на кухне сегодня выглядел особенно убого. Оля хотела встретиться с Андреем где-нибудь на нейтральной территории, но тот настоял на визите в их квартиру, и она не посмела ему отказать. Не зная, куда себя деть от волнения, девушка перемывала и без того чистые чашки.
Ближе к обеду в дверь позвонили. Одетая в некогда модное платье, Тамара Васильевна поспешила открыть. Оля робко выглядывала из-за её плеча.
— Андрей! — радостно воскликнула девушка, а потом, смутившись своих эмоций, тихо поздоровалась: — Привет.
— Привет, — ответил молодой человек. — Как ты тут?
— Нормально, — улыбнулась Оля, разом забыв обо всех переживаниях. Внутри она ликовала: Андрей здесь, он приехал, узнав о ребёнке, он её не бросил! — Познакомтесь, — предложила она, опомнившись. — Это Андрей, это моя мама Тамара Васильевна.
— Очень приятно, — расплылась в улыбке женщина, поправляя прическу.
Молодой человек кивнул и прошёл в гостиную, куда его настойчиво приглашала Тамара Васильевна. Оля последовала за ними. Присев на стул, он обвёл взглядом комнату. Одетый в брендовую одежду, пахнущий дорогим парфюмом, он смотрелся инородно в этой обстановке. Андрей не стесняясь рассматривал Тамару Васильевну. Та успела уже с утра принять для настроения.
— Я хочу поговорить с Олей, — наконец сказал он.
— Конечно-конечно, — заискивающе улыбнулась Тамара Васильевна, покидая гостиную, а Оля присела на край дивана. На кухне загремела посуда, и кто-то с силой хлопнул дверцей шкафчика.
— Какой срок? — поинтересовался парень, разглядывая её пока ещё плоский животик.
— Примерно четырнадцать недель, — с готовностью ответила Оля.
— М-м-м... мне это ни о чём не говорит, — помотал головой Андрей. — В месяцах сколько?
— Чуть более трёх, — улыбнулась девушка. — Хочешь, покажу результаты УЗИ?
— Покажи, — согласился Андрей. Оля сходила в свою комнату за справками и протянула папку парню. Тот принялся перебирать заполненные бланки с печатями и штампами медучреждения. — Больше трёх месяцев, — пробормотал он. — Почему ты мне раньше не сообщила?
— Я... — замялась Оля. — Я сама не сразу поняла.
— Ясно, — усмехнулся парень. — Это твоя комната? — девушка покачала головой. — Покажи мне свою.
Они вышли из гостиной и прошли в спальню Оли. Андрей встал в центре и огляделся. По его непроницаемому взгляду невозможно было что-либо понять, но, казалось, он пытался принять для себя какое-то решение.
— После того как я уехал, ты была ещё с кем-нибудь? — задал он невежливый вопрос.
Прежде чем Оля успела открыть рот, за неё ответила Тамара Васильевна, которая вихрем ворвалась в комнату.
— Да что ты такое говоришь? — возмущалась женщина. — Моя Олечка — порядочная девочка! Она даже не встречалась ни с кем, всё тебя ждала!
— Мам, — Оля пыталась тихо урезонить разбушевавшуюся Тамару Васильевну, от которой пахло домашней вишнёвой настойкой, видимо, женщина успела выпить еще, пока ждала молодых людей на кухне.
На лице Андрея не отразилась ни одна эмоция.
— Я хочу услышать это от Оли, — спокойно возразил он. — У тебя были отношения во время моего отсутствия?
— Ну! — всплеснула руками Тамара Васильевна, повернувшись к дочери. — Давай говори!
— Н... нет, — язык словно примёрз к нёбу, когда Оля выдавливала из себя лживые слова, вспоминая весь тот ужас, через который ей пришлось пройти. Она не переживёт, если и Андрей назовёт её гулящей и распутной.
— Хорошо, — кивнул он, не замечая её моральных метаний.
— Ну, раз все выяснили, пройдёмте пить чай, — к Тамаре Васильевне вернулось её благодушие. — Оля испекла чудесный пирог.
За столом Андрей не прикоснулся к предлагаемому угощению, лишь расспрашивал девушку о её здоровье.
— Доктор запретил делать аборт, — призналась она.
— А ты хотела? — Андрей сидел к ней вполоборота, поставив один локоть на стол.
— А что ей было делать?! — снова вмешалась в их разговор Тамара Васильевна. — Ты уехал, не звонил, не писал! Девочке надо о своей жизни думать! На что ребёнка растить?
— Мам, перестань, — тихо попросила Оля, но Тамара Васильевна и не собиралась слушать дочь.
— А что, не так, что ли? Пусть женится теперь! Где это видано, без мужа рожать?!
— Прекрати! — Оля чуть не плакала.
— Ты бы помолчала, дурёха! — взвилась Тамара Васильевна. — А не хочешь жениться, так плати! Вот, давай каждый месяц по полусотне тысяч. Мы тут ремонт сделаем, кроватку купим, коляску! Я помогу за ребёнком присмотреть!
— Да замолчи же! — Оля схватилась за голову. — Господи, почему ты такая...
— А что я не так говорю?! — возмутилась Тамара Васильевна. — Ребёнок — удовольствие не из дешёвых!
Оставаясь спокойным и не вступая в спор, Андрей меж тем потянулся к лимонному пирогу. Откусив кусок, он просиял:
— Это ты испекла? — спросил он Олю. — Я помню, ты говорила, что любишь готовить.
— Да, — кивнула она. — Тебе нравится?
— Очень, — признался он. — Оль, за этот неполный час, что я здесь, я увидел достаточно. Это место не для тебя и уж точно не для нашего ребёнка. Давай собирайся, поедешь со мной.
— Куда? — удивилась девушка.
— В Москву. Раз уж этот ребёнок случился, я не хочу, чтобы он рос в такой нездоровой обстановке. Ты будешь наблюдаться в частной клинике, рожать в лучшем роддоме. Я в состоянии обеспечить вам нормальную жизнь. У нашего ребёнка будут лучшие врачи и учителя. У него вообще будет всё и у тебя тоже. Согласна?
— Да, — прошептала Оля. Андрей так по-доброму улыбался ей, что у неё от счастья по коже побежали мурашки.
— И я, и я с вами, — засобиралась Тамара Васильевна. — Куда ж без меня? Что ж Оля одна в большом городе делать будет? Я и с ребёнком помогу...
— Нет, — резко оборвал её Андрей. — Я забираю только Олю. Подожду тебя в машине, — добавил он, покидая квартиру.
Девушка спустилась к нему через полчаса с двумя пакетами. Перед уходом она окончательно разругалась с матерью, которая не оставила планов вслед за ней перебраться в Москву.
— Это всё? — удивился Андрей. — Ладно, что надо будет купим. Поехали.
Оля опустила взгляд. В сумке завибрировал телефон. Это оказалось сообщение от мамы.
«Нормальные дочери о матерях в первую очередь заботятся! А ты избалованная эгоистка! Бросила меня здесь одну! Так знай, не будет тебе моего благословения! Не приживёшься ты в столице!»
Недолго думая, Оля отключила телефон и извлекла из него сим-карту. Наверно, её мать права, и она правда капризная дрянь, но слушать все новые и новые оскорбления у неё больше нет сил.
Из воспоминаний Олю выдернул резкий толчок, и она вдрогнув, прильнула к окну, за которым она узнала знакомые очертания домов. Поезд слишком быстро привёз её в родной город. Хотела бы Оля, чтобы это путешествие длилось вечно. Кто бы мог подумать, она вернётся сюда вот так же, как и уехала: с парой пакетов и дочерью. Кто бы мог подумать, что её недолгая сказка обернётся кошмаром.
Заходя в подъезд, она, как и несколько лет назад больше всего боялась столкнуться с Юрой, настоящим отцом её дочери. Но к счастью, в этот раз всё обошлось. Они с Алисой поднялись на нужный этаж, и Оля с замиранием сердца позвонила в дверь. В квартире раздались шаркающие шаги.
— Иду я, иду, — услышала она пьяный голос Тамары Васильевны. Дверь распахнулась, и в проёме показалась помятая физиономия пожилой женщины, ведущей нездоровый образ жизни. — Кого там нелёгкая принесла? — выругалась она, после чего внимательно присмотрелась и удивлённо выдохнула: — Ты?!
Голова раскалывалась, словно ею всю ночь играли в футбол, пиная ногами, обутыми в тяжёлые бутсы. Во рту стоял терпкий привкус крепкого алкоголя, и нестерпимо хотелось пить. Сжав виски, Андрей через силу разлепил веки и застонал от дневного света, резанувшего по глазам. Господи, что вчера было? Когда он успел так нажраться, и главное, зачем?
— Оля, — хрипло позвал он жену, но никто не отозвался. — Оля! — сказал Андрей уже громче. Он прислушался, не идёт ли кто, после чего гаркнул изо всех сил: — Оля! — Но ответом было молчание.
С трудом поднявшись с постели, Андрей огляделся. Почему он завалился спать в деловом костюме на заправленную кровать, даже не потрудившись разуться? Раньше, в каком бы состоянии ни возвращался домой, он никогда не позволял себе ничего подобного. Каждое движение отдавало болью в голове, но, взяв себя в руки, Андрей вышел из спальни. В квартире было тихо. Необычайно тихо. Может, Оля с Алисой в детской? Он прошёл в комнату дочери, но там никого не было. Кроватка оказалась аккуратно заправлена, а все игрушки расставлены по своим местам. Оля строго следила за порядком и к тому же приучала дочь. На детском столике лежал закрытый альбом с фломастерами. Алисе всегда очень нравилось рисовать.
Притворив дверь детской, Андрей направился на кухню. Обычно Оля с раннего утра любила заниматься готовкой, чтобы порадовать семью чем-нибудь вкусным. Но теперь из кухни не раздавалось ни звука. Войдя внутрь, он обнаружил накрытый со вчерашнего вечера стол. Андрей потянул носом, чувствуя уже почти выветрившиеся запахи праздничных блюд. Всё было нетронуто. Салаты и закуски заветрились на столе, а передержанный в духовом шкафу запечённый гусь отсырел и теперь выглядел крайне неаппетитно. На плите стояла маленькая кастрюлька с остатками геркулесовой каши, ещё тёплыми. Должно быть, Оля варила её Алисе утром, поскольку старалась кормить ребенка здоровой пищей.
— Чёрт... где все? — выругался Андрей. Мозг всё ещё был затуманен алкоголем и отказался соображать.
Он прошёл в гостиную и остановился на пороге. В центре комнаты недалеко от наряженной ёлки одиноко стояла брошенная машина, на которой Алиса любила гонять по квартире. То тут, то там, валялись неубранные игрушки. Это всё было так непохоже на Олю. Взгляд упал на диван и на ворохом рассыпанные вскрытые конверты. Андрей нахмурился. Воспоминания прошедшего вечера обрушились на него каскадом, заставляя сжаться от боли: Оли и Алисы нет дома, потому что он сам приказал им убраться.
Быстрыми шагами он вернулся в комнату и распахнул двери гардеробной. Андрей не мог помнить наверняка все вещи, которые носила жена, но на первый взгляд всё осталось на своих местах. Оля не взяла ничего, даже свою любимую белую шубку. Открыв шкатулку с драгоценностями, он убедился, что украшения она тоже оставила. Неужели и правда ушла в том, в чём была?
Повторный осмотр детской убедил Андрея, если Оля что и взяла с собой, то что-то совсем незначительное.
Вернувшись в гостиную, Андрей устало опустился на диван, скинув на пол конверты с анализами ДНК. Поёрзав, он достал из-за спины небольшую подушку и отбросил в сторону, горько усмехнувшись. Эту подушку сшила Оля. Здесь вообще многое было сделано её руками, но раньше ему это даже нравилось.
Андрей откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, вспоминая, как впервые привёл сюда Олю, как она радовалась, переступив порог квартиры. В тот день он увёз девушку из её родного богом забытого городка. Андрей был очень удивлён, прочитав накануне в соцсети от неё сообщение о беременности. Он даже не сразу понял, о какой Оле идёт речь, поскольку на аватарку вместо собственной фотографии она поместила какого-то котика. Потому-то он и послания её не сразу прочитал, попросту их не заметив, среди огромного количества других писем. Вернувшись в Москву, он и думать забыл об этой девушке, пока она сама о себе не напомнила.
Андрей очень долго посмеивался над Максом, своим другом, который женился по залёту, уверяя всех, что с ним-то такого точно не произойдёт, а теперь и сам угодил в ловушку собственной неосторожности. Он помнил своё неуёмное желание почувствовать Олю всем телом, всей кожей, на поводу которого и пошёл, в последний момент отбросив пачку с презервативами. Она ведь была такая чистая, невинная, и Андрей расслабился. Что ж, расплата за собственный эгоизм настигла его слишком быстро.
Андрей решил, что непременно поедет туда и убедится, говорит ли Оля правду. И если беременность подтвердится, то собственного ребёнка он не бросит. При всём своём циничном отношении к жизни вообще и женщинам в частности, за свои поступки парень отвечал. Тем более, денег у него достаточно, на малыша точно хватит.
Поначалу он не планировал забирать Олю с собой в Москву, думал, будет помогать финансово, но увидев, в каких условиях та живёт, изменил решение. Маленькая квартирка в панельной пятиэтажке давно требовала ремонта, там даже места не было куда поставить детскую кроватку, а ведь ребёнок будет расти, ему потребуется больше пространства. В принципе, это тоже не было бы проблемой. Андрей мог снять для Оли другое жильё или даже купить, но её мать явно дала понять, что собирается использовать дочь в качестве дойной коровы. Тамара Васильевна пиявкой бы присосалась к ним, не давая житья, а он не собирался подпускать эту полумаргинальную женщину к своему ребёнку. Чему она может научить внука или внучку? Явно, что ничему хорошему! Удивительно, как Оля умудрилась не пойти в неё.
И Андрей забрал девушку с собой, поселив в квартире, купленной для себя в одном из элитных спальных районов, сам же он предпочитал обитать в пентхаусе в центре столицы. Обстановка в квартире была спартанской, но всё необходимое для жизни имелось. Открыв на её имя счёт в банке, он перечислил девушке определённую сумму и забыл о ней на несколько недель, оставив для связи свой московский номер. Оля позвонила ему сама. Рыдая в трубку, она призналась, что ничего не понимает, не знает, как записаться к врачу и вообще почти безвылазно сидит дома, потому что боится заблудиться в большом городе.
Обозвав себя последними словами, Андрей приехал к ней. На этот раз обстановка в квартире приятно его удивила. Нет, мебели там не прибавилось, но зато Оля постаралась украсить её различным декором. Она сама сшила подушки для дивана, заменила скучные жалюзи на уютные шторы, купив ткань в ближайшем магазине. Вдобавок по всему, из кухни доносился аромат домашней выпечки. Андрей перечислил ей немало денег и был уверен, что девушка уже всё спустила на салон и шмотки, но та удивила его. Оля не походила ни на одну из женщин, с кем у него когда-либо были отношения. И он пока не понимал, нравится ему это или нет. В том городе ему было просто лень искать кого-то другого, к тому же Оля оказалась симпатичной девушкой, её бы только приодеть.
Открыв гардеробную, Андрей мрачно взирал на пустые полки.
— Ты себе ничего не купила, — он не спрашивал, а утверждал. — Мне казалось, я дал тебе достаточно средств. Почему ты продолжаешь ходить в той же одежде, в которой я тебя привёз?
Оля растерянно захлопала длинными ненакрашенными ресницами.
— Деньги понадобятся ребёнку, — принялась она оправдываться. — Если я сейчас всё потрачу, то на что буду покупать кроватку, коляску, пелёнки?
— Когда деньги закончатся, я дам тебе ещё, — фыркнул Андрей. — Ты что думала, я тебе эту сумму в качестве подъёмных дал, а дальше крутись как хочешь?
— Я думала на год, — прошептала Оля.
Андрей изумлённо взглянул на мнущуюся рядом девушку. Судя по тому, как она смутилась, Оля не шутила, в первую очередь она думала о будущем малыше.
— Собирайся, — бросил он, поворачиваясь к выходу.
— Куда? — удивилась Оля.
— Поедем по магазинам, обновим тебе гардероб, а потом запишем тебя на приём к врачу. Мне следовало сразу взять всё в свои руки.
Припарковавшись у огромного торгового центра, Андрей помог Оле выбраться из машины и повёл за собой. Та жалась к его спине, закрываясь от ветра. Ближе к вечеру разыгралась непогода: с неба падали огромные хлопья снега, залепляя витрины, билборды, автомобильные стёкла, заставляя многочисленных прохожих, съёжившись, спешно искать укрытие. Подняв ворот пальто, Андрей обернулся к своей спутнице. Та вцепилась пальцами в капюшон старого пуховика, который, видимо, уже не грел. Сделав в уме заметку купить ей верхнюю одежду, он приобнял спутницу за талию, понуждая идти быстрее.
Проведя девушку в нужный отдел, Андрей сбагрил её консультантам, дав задание подобрать гардероб на все случаи жизни: от нижнего белья до зимнего пальто. Вручив ей банковскую карточку и шепнув на ухо пин-код, он оставил Олю в отделе.
— Не торопись, выбирай, что нравится, о деньгах не думай. Как закончишь, иди в салон напротив. Когда управишься — позвони, я подъеду. Если меня долго не будет, спускайся на первый этаж и подожди меня в кафе, — напутствовал Андрей, направляясь к выходу. Ему ещё предстояло выбрать подходящую клинику.
Оля позвонила через несколько часов, за это время он уже успел записать её на приём к доктору, который состоится через пару дней. Выезжая из клиники, Андрей попал в вечернюю пробку, о чём предупредил в смс. Вернувшись в торговый центр, он первым делом направился к кафе, где его должна была ждать Оля.
В столь поздний час помещение оказалось пустым. Лишь за дальним столиком одиноко притулилась тоненькая девичья фигурка с кучей пакетов. Девушка печально склонилась над чашкой уже остывшего чая, позвякивая ложкой о края чашки и то и дело проводя ладонями по лицу. Со стороны казалось, что она плачет. Андрей уже хотел развернуться, как что-то заставило его внимательнее приглядеться к ней.
— Оля? — удивился он, подходя ближе.
Теперь в этой ухоженной, эффектной женщине было не узнать ещё вчерашнюю провинциалку. Её длинные волосы были острижены до лопаток и уложены в пышную причёску, а на лицо нанесён вечерний яркий макияж. Андрей самодовольно ухмыльнулся про себя. Он был прав. Оля очень красивая, её-то и надо было лишь придать лоска.
Девушка подняла голову, и в больших печальных глазах вспыхнула радость. Шмыгнув чуть припухшим от слёз носом, она аккуратно утёрла влагу с щёк и улыбнулась.
— Ты чего? — спросил Андрей, присаживаясь рядом и приобнимая Олю за плечи, ему почему-то захотелось её утешить. — Что с тобой?
— Не знаю, — смутилась она. — Гормоны, наверно.
— Меня долго не было. Ты из-за этого расстроилась? — решил уточнить Андрей. Девушка неопределённо повела плечом и опустила взгляд. — Угадал. Я же написал тебе, что застрял в пробке. Зачем было себя накручивать?
— Ты прав, — признала Оля. — Незачем. Я же говорю — гормоны.
Её тихое согласие успокоило всколыхнувшееся было раздражение. Андрей терпеть не мог женские капризы и показные скандалы, раздутые на пустом месте, слишком много он их повидал за свою жизнь. Он и сейчас ожидал очередную ссору, но Оля удивила его. Она была так непохожа на большинство ему знакомых женщин, вечно строящих из себя принцесс и всё пытающихся кому-то что-то доказать, что Андрей даже растерялся.
— Ладно, — улыбнулся он ей в ответ. — Ты шикарно выглядишь, просто малышка на миллион. Это всё твоё? — Андрей кивнул на пакеты.
— Да, — пролепетала Оля. — Но здесь нет миллиона. Я это точно помню, я сохранила все чеки...
— Забей, — усмехнулся Андрей. — Это просто такое выражение.
Подхватив покупки, он помог донести их сначала до машины, а потом и до квартиры. Оставив Олю, Андрей поехал на встречу с друзьями, мыслями возвращаясь к девушке. Надо будет помочь ей адаптироваться в большом городе. Раз уж он её сюда вывез, то не дело бросать её одну. Она же легко может стать жертвой каких-нибудь мошенников. А если познакомить её с Катей, женой Макса? Пусть у Оли будет хоть кто-то, с кем она сможет пообщаться. Хотя неизвестно, как к этому отнесётся сама Катя. После случая с её подругой Оксаной, она Андрея, мягко сказать, недолюбливала.
Была ещё одна причина, почему Андрей так поспешно сбежал от Оли этим вечером. Ему казалось, что за долгие месяцы он забыл девушку, но вот его тело её сразу же вспомнило. А сейчас не самый подходящий момент лезть к ней с низменными инстинктами.
Через два дня Андрей повёз Олю в частную клинику. Отправив её в кабинет к врачу, сам остался ждать девушку в коридоре. Спустя некоторое время дверь открылась, и медсестра с лукавой улыбкой спросила у молодого человека, не желает ли он взглянуть на будущего малыша. И Андрей пожелал. Пройдя внутрь, он увидел лежащую на кушетке Олю, рядом с ней сидел доктор и водил датчиком по её животу. Бросив взгляд на монитор, где в этот момент ребёнок очень активно двигал ручками и ножками, Андрей замер, чувствуя, как губы сами собой расплываются в глупой улыбке.
— Уже можно определить пол? — спросил он.
— Да, — ответил врач. — Девочка.
— Дочка, — нежно прошептала Оля.
Наверно эта ситуация и стала переломной в его отношении к Оле и будущему ребёнку. Именно сейчас Андрей понял, что дистанцироваться не получится. Более того, он и сам желает принимать активное участие в жизни малышки, а не просто откупиться деньгами от неё и её матери, как думал первоначально.
— Беременность протекает без осложнений, будущая мама чувствует себя хорошо, — сделал заключение доктор. — Через неделю на повторный приём. Поменьше волноваться, побольше гулять и дышать свежим воздухом.
Оля лучилась счастьем и безмятежностью. Сидя на переднем кресле автомобиля, она поглаживала себя по животу и что-то еле слышно шептала, наблюдая за непогодой за стеклом. Проводив её до двери, Андрей прошёл в квартиру следом. Оля направилась на кухню, откуда вскоре начали доноситься ароматы свежеприготовленных блюд, а он сел на диван в гостиной, который оказался украшен новыми яркими подушками.
— Ты вручную, что ли, шила? — спросил он, когда Оля появилась в гостиной, чтобы пригласить его к ужину. — Когда ты успеваешь?
— А что мне ещё делать? — пожала та плечами. — Вот, смотрю разные кулинарные шоу и повторяю. Либо занимаюсь рукоделием. Когда училась в школе, я часто после уроков посещала факультатив по труду. Мне нравилось шить, а своей швейной машинки у меня не было. Учительница разрешала пользоваться школьной.
Сделав зарубку в памяти подарить Оле швейную машинку, Андрей принялся за ужин. Оказалось, совсем недурно. До мишленовского ресторана, конечно же, не дотягивало, но в России не так уж и много заведений со звёздами «Мишлен».
— Ты такая сладкая, — пробормотал Андрей, притягивая к себе Олю, когда после ужина они снова вернулись в гостиную. Сил сдерживаться уже не было. Он и так думал о ней все последние дни. Губами найдя её губы, Андрей слился с ней в поцелуе.
Оля вздрогнула и испуганно отпрянула, упёршись ладонями в его плечи. Шумно выдохнув, он разочарованно отпустил её.
— Извини, — произнёс Андрей, глядя в её смятенное лицо. — Мне не стоило.
«Идиот, — подумал он. — Всё испортил».
— Увидимся, — бросил он через плечо, направляясь к выходу.
За спиной послышались торопливые шаги, и девичьи руки ласково обвили его, не давая ступить ни шагу. Оля сама набросилась на него с поцелуями, стоило ему лишь развернуться. Подхватив девушку на руки и крепко прижимая к себе, Андрей размашистыми шагами ворвался в спальню. Эта ночь будет принадлежать им.
С той ночи Андрей начал часто приезжать к Оле, а она всегда ждала его, каждый раз стараясь удивить новым кулинарным изыском. Она ничего от него не требовала, и при встрече её глаза светились от счастья. Рассказывая Оле, как прошёл очередной день, Андрей все чаще ловил себя на мысли, как же хорошо после бесконечных совещаний вместо шумной тусовки оказаться в тихой уютной гавани. Может, и прав его отец, что ему пора угомониться. Всё-таки он теперь руководитель крупного подразделения, ответственного за снабжение. Вот и сегодня Александр Иванович завёл свою любимую песню: «Андрей, тебе необходимо жениться. Хватит мотаться по ночным клубам!»
Андрей хмыкнул, отец старой закалки и сам рано связал себя узами брака, теперь того же требует и от сына. Чего доброго, он скоро начнёт ему Макса в пример ставить. Тот вообще женился на последнем курсе университета. Как же часто Андрей подкалывал своего друга, присылая фотографии из ночных клубов, где он отрывается в окружении гламурных девиц, с пометкой «на моём месте мог быть ты, но ты променял этих красавиц на детские подгузники». В ответ Макс посылал его в самых разных направлениях и пока ещё ни разу не повторился.
Андрей окинул взглядом Олю и задумался. Хорошая девушка. Красивая, ласковая, не транжира, мозг не выносит, к ругани несклонная, по ночным клубам не мотается, всегда его ждёт, а уж какой способной ученицей она оказалась в постели! Чем не жена? Если уж он на ком и женится, то на Оле, тем более и ребёнок у них скоро будет. Андрей усмехнулся, раньше он таких тихонь в упор не замечал и уж точно их не рассматривал для отношений. Видимо, постарел. Теперь, после трудного дня хочется приехать туда, где его ждут, где не будет новых баталий и столкновений характеров. Этого всего ему хватает в бизнесе, а дома он хочет расслабиться.
«Совсем старик стал!» — фыркнул Андрей про себя, но с того дня идея о браке с Олей прочно засела в его голове.
Он не был готов принять себя таким и пытался сопротивляться этим мыслям, стараясь пореже бывать с Олей, придумывая различные отговорки, будь то срочное совещание или внеплановая командировка. Но чем дальше Андрей был от неё, тем сильнее его тянуло к девушке. Новый год он решил встречать со своей старой компании, но вместо этого заехал к Оле. Андрей планировал заскочить на пять минут, чтобы поздравить и подарить золотые серёжки с бриллиантами, а потом умчаться в клуб, но остался до утра.
Олин животик рос, и Андрею нравилось прикладывать к нему руку, чтобы ощутить серию толчков от малышки.
«Приветствует папу», — улыбалась девушка. И, чёрт возьми, Андрей соврёт, если скажет, что его это не трогало.
Время шло, и вот, накануне Дня всех влюбленных день молодому человеку наконец-то надоело бороться с самим собой, да и отец начал упорно наседать на него со своей идеей фикс.
«Ну и хрен с вами! — буркнул Андрей, выбирая в ювелирном магазине кольцо для Оли, решив сделать ей предложение в День святого Валентина. — Особенно с тобой, Александр Иванович! Будет тебе невестка! На твой день рождения и представлю. Только попробуй не обрадоваться!»
Он как в воду глядел. Ни Александр Иванович, ни Маргарита Павловна его выбор не одобрили, особенно поразившись тому факту, что их сын долгое время умудрялся скрывать беременную от него девушку. В глаза Оле они ничего не сказали, но своими наводящими вопросами и взглядами полными неодобрения чуть не довели девушку до слёз. Пришлось срочно уводить их в кабинет отца для разъяснений.
— Что, чёрт возьми, происходит?! — рявкнул Андрей, когда двери кабинета закрылись.
— Ты кого привёл в наш дом?! — в ответ прорычал Александр Иванович. — С каких пор ты занимаешься благотворительностью? Нет, я не сноб, и, допустим, понимаю и одобряю выбор твоего друга Макса. Пусть Катя из небогатой семьи, но её родители хорошие интеллигентные люди. А здесь...
— Ни образования, ни эрудиции! Мать алкоголичка и живёт на пособие! — перебила его Маргарита Павловна. — Что ты вообще в ней нашёл? И с чего ты взял, что она беременна от тебя?! — женщина заламывала руки, демонстративно хватаясь за сердце и капая в стакан успокоительное.
— Да она просто решила за твой счёт хорошо устроиться! — гремел Александр Иванович.
Они все сидели в его кабинете, оставив Олю в гостиной. Родители надеялись отговорить сына от необдуманного поступка, но, во-первых, было поздно, а, во-вторых, тот лишь посмеивался над всеми их усилиями.
— Ты хотел, чтоб я женился? — усмехнулся Андрей, помахивая перед ними свидетельством о браке. Да, они с Олей поженились. Регистрация была скромной. Свадьбу они отметили вдвоём в одном из столичных ресторанов. — Я женился. Какие ко мне вопросы?
— Да она же тебя без всего оставит! — охала Маргарита Павловна, обмахивая лицо руками.
— Оля — хорошая девушка, — возразил Андрей. — Пусть её мать — алкоголичка, но сама она нет. Оля начала работать, когда ещё училась в школе, и не на панели, как вы могли бы подумать. Я не хочу больше слышать от вас нападок в её адрес.
— Посмотрим, как ты запоёшь, когда твоя хорошая девочка разведётся с тобой, отсудив половину имущества, которое, между прочим, заработаешь ты. А потом ещё выяснится, что и ребёнок не твой, — фыркнул Александр Иванович, откидываясь в кресле и плеснув в свой бокал немного виски. — Попомни мои слова. Именно так и будет!
— Не будет, — отрезал Андрей, направляясь в гостиную. — Я забираю Олю, и мы уезжаем. Ноги моей здесь не будет, пока вы не примите мой выбор.
Андрей был не просто так уверен в своих словах. Вступая в брак с Олей, он подстраховался со всех сторон. Перед свадьбой он заставил юриста подготовить брачный договор, согласно которому в случае развода Оля оставалась бы ни с чем. Конечно, в России такой договор по большому счёту ничтожен и легко может быть оспорен в суде. Вот только Оля не станет его оспаривать. Кто угодно, но не она. Возможно, именно потому он и женился на ней. Внутренний циник и прагматик победил невесть откуда взявшегося романтика. Такая, как Оля и нужна ему. Тихая, спокойная, хозяйственная. Она всегда будет помнить, из какой дыры он её вытащил. Оля так молода и наивна, из неё можно слепить что угодно. Он станет её Пигмалионом, а она его Галатеей. Да, пусть не обошлось без чувств с его стороны, но этот брак по большей части стал браком по расчёту. Ведь кто сказал, что расчёт может быть только денежный?
Андрей был доволен своим выбором. Оля оказалась именно той женщиной, которую он хотел бы видеть своей спутницей. Элегантная, красивая, очаровательная в своей скромности. Её не стыдно было представить друзьям и коллегам. При этом нежная, добрая, ласковая и покорная. Рождение Алисы примирило его с родителями, которые непременно захотели познакомиться с внучкой. Как Андрей и ожидал, Оля полностью посвятила себя семье, отказываясь даже нанимать прислугу, хотя он много раз это предлагал. Долгое время всё шло хорошо, Маргарита Павловна привязалась к Алисе, отмечая её живой ум и сообразительность. Ради внучки она даже приняла Олю. А вот Александр Иванович был настроен скептически.
— Совсем не в нашу породу, — говорил он Андрею каждый раз, когда выпивал более одного бокала виски. — Может, конечно, в ту... но не знаю... не знаю...
Андрей много лет только отмахивался от слов отца, пока недавно его внимание не привлекла медицинская карта дочери. У него самого была первая группа крови, у Оли третья, а у Алисы вторая. Скудные знания, полученные на уроках биологии говорили ему, что такого просто не может быть, и сомнения всё-таки закрались в голову.
Сначала Андрей решил, что в клинике произошла ошибка, и группу крови его дочери определили неверно. Он заставил всю семью под разными предлогами пересдать этот анализ, но результаты остались прежними. Тогда-то Андрей и решился на тест ДНК. Каждый раз читая все новые и новые заключения различных медицинских организаций, в которых говорилось, что он не является отцом Алисы, его сердце сжималось от боли. Андрей до последнего отказывался в это верить.
Глядя на конверты с результатами анализа ДНК, он вспоминал, как его дочь родилась, и какую радость он испытал, когда впервые взял на руки этот красный кричащий комочек. Слыша её плач, Андрей вставал к ней по ночам, несмотря на то, что уже через несколько часов ему предстояло ехать в офис, чтобы присутствовать на очередном совещании. Он носил и качал малышку, пока та не успокаивалась, тем самым давая Оле небольшую передышку, ведь она по-прежнему отказывалась нанимать прислугу. А возвращаясь домой, Андрей первым делом целовал Олю и брал на руки Алису, чувствуя бесконечную нежность к своим девочкам. После рабочего дня он с удовольствием возился с ребёнком: играл, купал, гулял с ним. У его жены было всё, о чём бы она ни попросила. Стоило Оле лишь намекнуть, и Андрей без промедления дарил ей это. Его семья ни в чём не нуждалась, и никто не мог бы назвать его плохим мужем или отцом.
Андрей уже потерял счёт, сколько тестов он сделал, прежде чем принял правду: Оля его обманула. Надо признать, что она оказалась талантливой актрисой, играя свою роль идеальной жены. Как искусно эта хитрая змея подобрала к нему ключик, купив его на невинные грустные глазки. Там, где более опытные соперницы потерпели сокрушительное поражение, Оля сорвала джекпот.
— Змея! — прохрипел Андрей, сидя в гостиной на диване, сжимая в руках конверты с медицинскими бланками. — Змея!
Оля лгала ему, когда говорила, что больше ни с кем, кроме него, не имела интимной близости. Сколько было у неё любовников? Один? Два? Десять? Они с матерью как по нотам разыграли перед ним представление, а он повёлся, как последний идиот. Интересно, что стало с настоящим отцом ребёнка? Наверно, отказался от него. А может, после отъезда Андрея Оля пошла вразнос и сама не знала, кто отец? Как бы то ни было, Андрей оказался идеальным кандидатом на звание «оленя»! Она не прогадала. Он повёлся и с удовольствием впрягся в эту упряжку.
Ярость душила Андрея. Сидя на диване и глядя на нарядную ёлку, он вспоминал, как, поняв, что его столько лет водили за нос, выгнал Олю с этим нагулышем прямо в новогоднюю ночь, не дав даже собрать вещи. Андрей также заблокировал все её банковские карты, она не получит от него больше ни копейки! Злость на жену, на эту двуликую тварь, затмила все другие чувства. Но если Оля и заслужила быть выставленной на мороз в чём мать родила, то с Алисой он, пожалуй, погорячился. Девочка не виновата, что её мать оказалась распутной гадиной. Не хватало ей ещё замёрзнуть где-нибудь в подворотне.
Нащупав в кармане брюк телефон, Андрей набрал номер Оли. Он просто узнает, где они. Сначала в трубке слышались лишь долгие гудки, но затем нежный женский голос всё-таки ответил:
— Алло, Андрей? — со смесью настороженности и удивления спросила Оля.
— Вы где? — отрывисто бросил он.
— Мы? Мы у моей мамы... Андрей, давай поговорим... мне очень жаль, что так произошло... — затараторила она, — пожалуйста, позволь мне всё объяснить?
— Объяснить? — хмыкнул Андрей. В голове мелькнула мысль, что, наверно, и стоило бы услышать её версию событий, но в этот момент его взгляд упал на красный свитер, подаренный Олей на Новый год, в центре которого, как насмешка, красовался белый олень. — Я с такой дрянью не желаю разговаривать! После праздников я подаю на развод. Ты приедешь и подпишешь все документы, после чего вернёшься на свою помойку, где тебе и место, откуда тебя и забирать не стоило!
В гневе он отбросил мобильник куда-то в сторону. Схватившись за голову, Андрей прошёл к бару, откуда выудил бутылку рома. Приложившись губами к горлышку, он делал один глоток за другим, совершенно не чувствуя вкуса. Какие тут ещё могут быть объяснения?! Ясно же, что Оля просто использовала его. Александр Иванович был прав на все сто процентов в её отношении. Он словно рентгеном отсканировал все её потаённые мысли и желания удобно устроиться за счет богатенького простачка.
Невыносимая тоска разъедала изнутри. Не зная, куда себя деть, Андрей блуждал по квартире, то и дело прикладываясь к крепкому пойлу.
На стенах висели их семейные фотографии, и он сбивал их на пол, топтал улыбающееся лицо Оли и смеющееся Алисы. Слушая, как трещит под ногами стекло, он старался не смотреть вниз, чтобы не поддаться воспоминаниям, но они лавиной обрушились на него. Вот Андрей, Оля и Алиса празднуют первый день рождения девочки, вот они все вместе отдыхают на Кипре, вот в Испании, а вот... Андрей закрыл глаза. Взяв огромную коробку, он не глядя побросал туда разбитые рамки со снимками. Осколки стекла резали пальцы, но он этого не чувствовал, боль в душе была сильнее, выворачивала внутренности и сводила с ума. Они больше не часть его жизни. Андрей вырвет их с корнем из своего сердца, а фотографии выкинет в мусоропровод. Допинав коробку к входной двери, он свернул на кухню.
Там, прикреплённый магнитом к холодильнику висел рисунок Алисы, неумело подписанный детской рукой: «Мама, папа, я». В голове яркой вспышкой возникла картина того, как Оля учила рисовать девочку с помощью забавной песенки из старого мультфильма: «Палка, палка, огуречик, получился человечек».
Андрей в это время смотрел в гостиной какую-то аналитическую передачу, а Оля с малышкой сидели за журнальным столиком. Алиса скрупулёзно выводила в альбоме свои загогулины. Потом Андрей с Олей нахваливали девочку и старательно восхищались её талантом художника.
Смяв в кулаке сорванный рисунок, Андрей отнёс его в прихожую и бросил в коробку. После чего вернулся в гостиную к оставленной бутылке и завалился на диван, зажмурившись. Словно в насмешку, пьяный мозг снова и снова порождал слуховые галлюцинации. Из детской ему мерещился смех Алисы, а из кухни Олины шаги, но стоило Андрею открыть глаза, как всё замолкало.
Наконец, он понял, что больше не может находиться в этой квартире. Поискав взглядом телефон, Андрей обнаружил его на другом конце комнаты. Надеясь, что гаджет остался цел, он поднял его. Экран, к счастью, не треснул. На дисплее высветились входящие Олины звонки, но перезванивать ей он не собирался. Андрей набрал номер Ника.
— Через час в нашем баре, — коротко бросил он и отключился.
После чего решил, что слишком давно не видел Макса, и написал ему сообщение: «Если Катя выпустит тебя из-под своего каблука, то мы с Ником ждём тебя!»
Приняв душ, Андрей спешно переоделся и вызвал такси. Давно прошли те времена, когда они с Максом гоняли на полной скорости в любом состоянии. Несчастный случай с Мэттом, их общим знакомым, заставил пересмотреть многие взгляды. И хотя тот вполне заслужил проваляться несколько месяцев в палате интенсивной терапии, Андрею повторять его судьбу не хотелось.
Приложение сообщило, что водитель уже подъехал, и Андрей спустился. С неба огромными хлопьями продолжал падать снег, укутывая голые кусты и деревья в белую шубку, такую, как у Оли... Мужчина помотал головой. Он уже выбросил эту тварь из своей жизни, только как избавиться от мыслей о ней? Есть веками проверенный способ!
В баре царили шум и полумрак. Привыкнув к неяркому освещению, Андрей глазами отыскал друзей, сидящих за дальним столиком. Обменявшись рукопожатием, он рухнул на низкий кожаный диванчик.
— Как тебе удалось сбежать от Кати? — пошутил Андрей в ответ на приветствие Макса.
— А я не сбегал, — широко улыбнулся тот. — Она тоже здесь. Во-о-он с подругами отрывается, — махнул он в сторону.
Проследив за его жестом, Андрей увидел за соседним столом жену Макса в окружении подруг, та весело помахала ему рукой. Он ответил тем же и скривился, заметив Оксану, свою бывшую девушку, которую когда-то жестоко бросил. Именно из-за неё Катя так и не подружилась с Олей. Милая хорошая девушка включила женскую солидарность. Нет, Катя всегда была приветлива и дружелюбна, но держала невидимую дистанцию, которую Оля очень быстро почувствовала и потому не навязывалась.
— Как же вас Сашка с Соней отпустили? — усмехнулся Андрей, вспомнив о детях Кати и Макса.
— С ними Марина Александровна, — пояснил Макс. — Тут у Оксаны праздник. Она же ипотеку взяла прям перед Новым годом. Вот позвала девчонок отпраздновать.
— Теперь ты не единственный ипотечник, которого я знаю, — фыркнул Андрей.
— Иди ты, капиталист проклятый! Карла Маркса на вас нет! — весело прыснул Макс и потянулся за бокалом с ромом. Андрей последовал его примеру. — Ну, ничего, будет и на нашей улице праздник. Вон, скоро с Катей и детьми в Эмираты улетаем. Отель аж четыре звезды, всё включено! Пусть пожарятся на солнышке.
— Ну, это дело нужное, — одобрительно кивнул Андрей.
— А где твоя Олюшка? — поинтересовался Ник, вальяжно развалившись на соседнем кресле и лениво потягивая кальян. В отличие от друзей, он так ни с кем и не завязал серьёзных отношений, предпочитая обходиться разовыми связями. — Неужели ты её дома оставил?
При звуке имени жены лицо Андрея исказилось от злобы. Он ведь только расслабился, и надо было приятелю напомнить об этой стерве!
— Они с Алисой уехали к её матери, — бросил Андрей, всем видом давая понять, что не желает развивать эту тему, но Ник не отстал от него.
— Они же не ладили, если я правильно помню, — поразился он.
— Теперь поладили! — настойчивость приятеля разозлила Андрея.
Ник с Максом переглянулись. Макс уже было открыл рот, чтобы прояснить непонятный момент, но в это время в зале грянула песня.
— Раскройте рты, сорвите уборы! — орала Оксана в караоке, крепко вцепившись в микрофон. — По улице чешут мальчики-мажоры!
— Какая же нелёгкая занесла её сегодня именно в этот бар, — простонал Андрей. — Ещё старьё такое откопала.
— Ну, это уже классика, — возразил Макс, не сводя с друга внимательного взгляда.
— У неё даже голоса нет, — Андрей состроил страдальческое выражение лица и демонстративно прикрыл уши.
— Нормально она поёт, — помотал головой Макс. — А ты не увиливай, рассказывай, что у вас с Олей произошло.
— Папаша исполнит любой сыночкин капри-и-из! — старательно выводила рулады Оксана.
Выпитый алкоголь и ненавистный голос бывшей сделали своё дело — Андрея прорвало.
— Слышать об этой твари не хочу! — рычал он. — Пусть убирается на свою помойку! Знаете, как говорят, не верь клятве наркомана, слезам проститутки и улыбке прокурора? Я бы ещё добавил: не верь грустным глазам хороших девочек! Тварь! Какая же она подлая тва-а-арь! — согнувшись пополам, Андрей уже чуть ли не выл. Он так крепко сжимал опустошённый бокал, что казалось, стекло вот-вот треснет. — Улыбалась, в любви клялась! Я думал, лучше женщины на свете не найти. Я же любил её! Я же всё для неё! Любой каприз! Я с родителями из-за неё поругался! Мра-а-азь!
— Да что случилось-то?! — воскликнул Макс, которого напугала перемена, произошедшая с другом. — Ты можешь нормально сказать? Ты Олю с любовником, что ли, застукал? Другого объяснения твоему поведению у меня просто нет!
— Не моя Алиса! — простонал Андрей. — Не моя она! Кукушка мне чужого ребёнка подкинула!
— Ты уверен? — оторопело переспросил Макс. — Ты хорошо всё проверил? В этом деле нельзя рубить сплеча.
— Уверен! — рявкнул Андрей, отставив бокал и растопырив пальцы на обеих руках. — Десять! Десять клиник обошёл! Один результат — Алиса не моя!
Он рассказывал, как впервые засомневался в собственном отцовстве, как не сразу поверил в результаты экспертиз, думал, они все ошибаются. Но в итоге ему пришлось принять правду. Оля где-то нагуляла ребёнка и решила повесить его на Андрея. Он говорил и говорил, не сразу заметив, как изменились в лице приятели, а Ник и вовсе корчил отчаянные гримасы. Наконец, до Андрея дошло, что друг просит его обернуться.
Медленно повернувшись, Андрей встретился с ошалевшим взглядом Оксаны. Она стояла за спиной и слышала всю его речь, адресованную друзьям. Когда ступор начал проходить, губы девушки медленно расплылись в довольной улыбке.
— Мне всегда было жалко твою жену, — радостно сообщила Оксана. — Слишком тихая и послушная. Выйти замуж за тебя с её стороны было несказанной глупостью! Но всё-таки в своей жизни она сделала одну-единственную правильную вещь — родила Алису не от тебя!
— Ты! — Андрей выставил на неё указательный палец, старательно подбирая слова, но его перебил Макс.
— Оксан, это не очень умно с твоей стороны, — вступился он за друга. — Твоё злорадство неуместно. Столько лет прошло, а ты всё никак не забудешь. Ты, кажется, в караоке пела, у тебя хорошо получалось. Может, продолжишь?
— Ой, и правда, чего это я? — слишком приторно улыбнулась Оксана. — Пожалуй, и правда продолжу услаждать ваш слух своим пением, — загадочно подмигнув, она поспешила вернуться к микрофону.
— Ничего себе, ты дипломат, — поразился Ник, не сводя взгляда с убежавшей девушки. — Не могу поверить в то, что Оля так поступила, — продолжил он. — Честно сказать, я тебе даже завидовал. Думал, ну почему не я её первым встретил, а оказывается... — Ник замолчал, не став продолжать мысль.
— Я сам себе завидовал... — хрипло пробормотал Андрей. — Не мог поверить своему счастью.
Он плеснул в пустой бокал ром и залпом выпил его, даже не скривившись, после чего снова потянулся к бутылке.
— Внимание! — послышался голос Оксаны, и все повернулись в её сторону. — Сегодня здесь присутствует один очень хороший человек, — в её голосе слышалась плохо скрываемая издёвка. — Я хочу поздравить его с Новым годом и подарить эту замечательную песню.
— Что задумала белобрысая? — заинтересованно произнёс Ник.
— Уверен, ничего хорошего, — Андрей напрягся в ожидании «подарка».
Ответ не заставил себя долго ждать. Зазвучала знакомая мелодия, и Оксана запела. Набычившись, Андрей смотрел на сцену, слушая слова подаренной песни. Глаза медленно наливались кровью. Бокал трещал в руках, а он не сводил взгляда со своей бывшей девушки, которая теперь брала такой жестокий реванш.
— Где она только подобный раритет откапывает? — Макс попытался сгладить обстановку, но Андрей сделал знак замолчать, с мазохистским упрямством вслушиваясь в каждое слово.
— Твой малыш растёт не по годам... — нежно пела Оксана, глядя ему в глаза и раскачиваясь в такт музыке. — ...Мог бы на ТЕБЯ он быть похож, твой малыш...
Андрей дослушал до конца. С каменным лицом он поднялся с дивана и направился к выходу. Он не знал, куда поедет, но находиться здесь больше не мог.
— Ты?! — Тамара Васильевна даже застыла от изумления, увидев дочь. Женщина стояла на пороге, распахнув дверь, и не двигалась.
— Да, я, — несмело произнесла Оля, переминаясь с ноги на ногу. В одной руке она держала пакеты, а другой держала Алису за маленькую ладошку.
Тамара Васильевна перевела ошалевший взгляд с Оли на стоящую рядом девочку.
— А это... — начала она.
— Это Алиса, — с готовностью подсказала Оля. — Моя дочь. Вот, приехали познакомиться с бабушкой. Пустишь?
— Шесть лет меня знать не желала, а теперь приехала? — усмехнулась Тамара Васильевна, бросая взгляд поверх плеча Оли, словно хотела кого-то увидеть. — Одни, что ли? А твой москвич где? — в голосе женщины послышались подозрительные нотки.
— Андрей... — замялась Оля. — Он в Москве остался. Дела... Так ты пустишь нас?
— Ну проходите, — хмыкнула Тамара Васильевна, отступая на шаг.
Оля с Алисой протиснулись в квартиру. Сняв с дочки зимние ботинки и куртку, Оля разделась сама. Под пристальным вниманием матери ей было неловко расстёгивать тот самый пуховик, в котором она покинула этот дом шесть лет назад. Под пуховиком оказались простенькие джинсы и белая вязаная кофточка.
— Ну иди, поцелуй бабушку, что ли? — Тамара Васильевна подозвала к себе внучку, но та осталась стоять на месте, настороженно разглядывая незнакомую женщину.
— А мы тебе подарок привезли, — наигранно весело произнесла Оля. Помахав пакетом, она передала его матери. Та заглянула внутрь и скривилась.
— Конфеты, кофе и какая-то статуэтка... Тебя Андрей в чёрном теле держит? Даром, замуж за него вышла, — фыркнула Тамара Васильевна, кивнув на золотое колечко, красующееся на безымянном пальце дочери.
— Статуэтка — символ наступившего года, так-то, — расстроилась Оля. На имевшиеся в наличии деньги, она постаралась выбрать лучшее из того скудного ассортимента, что был представлен в магазине, но мать, как обычно, осталась недовольна.
— Ну, проходите, коли здесь, — вздохнула Тамара Васильевна, направляясь на кухню. — Признаться, я гостей не ждала, потому ничего предложить не могу. Сейчас чайник поставлю. Надолго приехали-то?
— Я... не знаю... как получится, — честно сказала Оля.
Неожиданно зазвонил телефон. На экране отобразилась фотография мужа. С бьющимся сердцем она ответила на звонок.
— Алло, Андрей?
— Вы где? — раздался в трубке его хриплый голос.
— Мы? Мы у моей мамы... Андрей, давай поговорим... мне очень жаль, что так произошло... — с надеждой заговорила Оля. Раз муж ей звонит, значит, они с Алисой ему небезразличны! — Пожалуйста, позволь мне всё объяснить? — Сейчас они поговорят, и Оля во всём ему повинится. Да, это надо было сделать как можно раньше, а не начинать совместную жизнь со лжи, но она испугалась, к тому же и сама оказалась обманута.
— Объяснить? — хмыкнул Андрей. Поначалу казалось, он был готов её выслушать, но потом что-то произошло, и муж заорал: — Я с такой дрянью не желаю разговаривать! После праздников я подаю на развод. Ты приедешь и подпишешь все документы, после чего вернёшься на свою помойку, где тебе и место, откуда тебя и забирать не стоило!
Андрей отключился, а Оля долго стояла, не шевелясь, снова и снова набирая его номер, пока Алиса не потянула её за рукав кофты.
— Это же папа звонил? — спросила она. — Что он сказал? Он всё ещё злится на меня, да?
— Доченька... — Оля присела перед Алисой на корточки, заглянув девочке в глаза. Она не знала, что сказать, как объяснить малышке поведение того, кого та всю жизнь считала своим отцом. Да и Оля так думала.
— Папа-папа! — хмыкнула вышедшая из кухни Тамара Васильевна. Прислонившись к стене и сложив руки на груди, она буравила Олю взглядом. — Приехала в старом пуховике, старых сапогах, притащила какую-то хрень вместо подарка, твой благоверный на тебя орёт. Так и будешь делать вид, что всё в порядке? Выгнал тебя твой москвич, ну, признайся же! Погнал из Москвы ссанными тряпками, вот ты и вспомнила про мать, хотя столько лет знать меня не желала. Ни разу не позвонила, не спросила, как я тут, вдруг мне помощь нужна? А теперь, когда деваться некуда, прибежала!
— Мам, прекрати, — взмолилась Оля. — Давай не при ребёнке.
Алиса стояла, сжавшись, как щенок на морозе. Она переводила затравленный взгляд с мамы на эту странную злую женщину, которую ей представили, как бабушку, и обратно.
— А что не при ней-то?! — Тамара Васильевна завелась и останавливаться не собиралась. Она откровенно злорадствовала. — Пусть знает правду! Бросил вас папка! Выкинул пинком на мороз! Быстро же его любовь прошла! Я всегда знала, что Олька моя — дура! Даже заполучив богача, не смогла его удержать. Ну ладно, хоть дочку от него родила, алименты получать будешь. Так что, если ты здесь жить удумала, плати мне за комнату! Ты, когда уехала, здесь квартиранты жили.
— Это и моя квартира тоже, — напомнила Оля Тамаре Васильевне. — Мы с Алисой имеем право здесь жить.
— Ты бы лучше так с москвичом своим разговаривала! — вспылила женщина. — Понаедут из Москвы и права качают! Идите на кухню, чай готов уже!
Тамара Васильевна развернулась и первая прошла к столу. Оля мягко подтолкнула Алису в сторону кухни.
— Идём, лисёнок, нам надо подкрепиться. Дорога была долгая.
— Мама, я не хочу здесь быть, давай вернёмся, — взмолилась девочка, но Оля покачала головой.
— Имущество пополам делить будете? — спросила Тамара Васильевна, наливая чай и пододвигая вазу с дешёвым печеньем. — Зря ты из Москвы уехала. Со своей внешностью быстро кого-нибудь себе найдёшь.
— Нет, — Оля покачала головой, вспоминая брачный контракт. — У нас договор. В случае развода, ему всё, мне ничего.
Не будет она с Андреем судиться. Не ради денег Оля за него замуж пошла. Она никогда не собиралась на нём наживаться. Девушка всё ещё продолжала надеяться, что Андрей всё-таки поговорит с ней, позволит всё ему объяснить. Почему-то Оле было важно, не остаться в его памяти расчётливой стервой, да и вдруг, поняв, что она не хотела его обманывать, муж сможет её простить. Сердце снова заныло. Все эти годы она любила Андрея, думая, что он отвечает ей взаимностью.
— Так и знала, что ничего путного из тебя не получится, — фыркнула Тамара Васильевна, поглядывая на Алису. Та жалась на табурете и грызла сухое печенье, запивая горячим чаем из блюдца. — Никак не пойму, на кого же она похожа, — пробормотала женщина.
— Какая разница? — с вызовом спросила Оля. — Алиса в первую очередь моя дочь. Значит, на меня и похожа! — Произнеся эти слова, девушка внезапно поняла одну важную вещь. Ей было бы трудно полюбить малышку, если бы она не была уверена, что Андрей — отец Алисы. Чай, печенье, даже воздух показались ей горькими от этого открытия. Сейчас же Оля в дочери души не чаяла, воспринимая боль отверженного ребёнка, как свою собственную. — Лучше расскажи мне, что у вас тут произошло, пока меня не было.
— А что произошло? — отмахнулась Тамара Васильевна. — Ничего. Про Надюху твою ничего не знаю. Вроде, как уехала она со своим хахалем. Юрку, соседа нашего, посадили сразу после твоего отъезда. Девка какая-то на него в полицию заявила. Мол, подмешал ей клофелин да воспользовался. Бедная тётя Света что ей только не предлагала, но та ни в какую. Вот, возит ему передачки столько лет. Эх, ни за что парень пропал. Вот что с неё, убыло бы, что ли?
— Посадили? — хрипло переспросила Оля, чувствуя, как губы сами собой расплываются в довольной улыбке. Хоть одна хорошая новость в сплошной полосе несчастий.
«Мой малыш растёт не по годам... — весело пела Оля голосом Оксаны. — ... Мог бы на тебя он быть похож, мой малыш!»
Она грациозно извивалась с микрофоном в руках, и её заливистый смех плавно перерастал в злобный хохот. Оля издевательски смеялась, наставив на него указательный палец, а вместе с ней надрывали животы все присутствующие в баре. В ярости Андрей ринулся на сцену.
— Тва-а-арь! — вопил он, стараясь схватить певицу за горло, но та с лёгкостью ускользала от него. — Тва-а-арь! — ещё громче заорал мужчина и проснулся.
— Ты чего? — услышал Андрей незнакомый голос. — Кошмар, что ли, приснился?
Чужие руки обвили его обнажённое тело. Незнакомка перекинула через него ногу и поцеловала в плечо, что-то мурлыкнула на ухо и потянулась губами к его губам. Андрей сбросил её с себя, не слушая возмущений, и с удивлением огляделся.
Он находился в своей квартире, в своей спальне, на своей постели. На этих простынях они с Олей когда-то занимались любовью. Как же он любил ласкать её тело, целовать его, шептать ей на ухо всякие нежности. А она...
— Гадина, — выругался Андрей, резко поднимаясь с кровати.
— Ты совсем, что ли? — возмутилась девица, натягивать на себя одеяло, которое он сорвал с неё, когда вставал. — Чего ругаешься?
— Ты вообще откуда взялась? — спросил Андрей, с трудом вспоминая события прошедшего вечера.
Вот он покинул бар, в котором Оксана пела для него песню, тем самым не просто надавив на кровавую мозоль, а ещё изрядно по ней потоптавшись. Морозный воздух заставил его немного протрезветь, и Андрей, поняв, что всё равно не сможет вернуться домой, просто направился в соседнее питейное заведение, где, видимо, и снял эту девицу, а после привёз её в квартиру. Вопрос, чем они с ней занимались, не возникал. Поскольку разбросанные по комнате вещи и использованные презервативы не оставляли сомнений в том, какого рода досуг они предпочли.
— Откуда взялась, там меня уже нет, — хихикнула незнакомка, поднимаясь с постели вслед за Андреем. — Красиво тут у тебя. Не подскажешь, где здесь ванная? Мне бы освежиться.
— Там, — махнул Андрей, жестом указав направление.
Девица скрылась, а он, натянув домашние штаны, босиком поплёлся на кухню. Голова раскалывалась, а в глаза словно песка насыпали. Сколько он вчера выпил?
Да разве это имеет значение? Очевидно, недостаточно, чтобы забыть эту предательницу, вон, она даже во сне не оставляет его в покое. Андрей подошёл к кофемашине, нажал на кнопку, и вскоре кухня наполнилась ароматом эспрессо. Он сделал глоток горячего крепкого напитка и поморщился от открывшейся его взгляду картины. Салаты и закуски на столе источали кислый запах, к счастью, пока ещё еле заметный. Схватив тарелки, Андрей побросал содержимое в мусорное ведро. Будь проклята Оля, из-за неё у них нет домработницы! Придётся ему в ближайшее время заняться этим вопросом.
Кажется, где-то здесь ещё был гусь. Андрей заглянул в духовой шкаф и отпрянул. Зажав нос, он с грохотом закрыл дверцу.
— Фу-у-у! — фыркнула вошедшая на кухню девица. Сейчас она была одета в короткий шёлковый халатик, её чёрные влажные волосы рассыпались по плечам. — Что за ароматы? У тебя кто-то сдох? — Андрей не ответил, включив вытяжку. Девица подошла к кофемашине и провела пальцем по боковой панели. — Я тоже хочу кофе, — капризно произнесла она. — Сделай и мне чашечку.
— Нажми на кнопку да сделай, — оборвал её Андрей. Сейчас девица вызывала лишь раздражение. Он не любил назойливых. — В этом нет ничего сложного.
— Фу ты зануда, — скривилась незнакомка, и в этот момент из прихожей донёсся характерный скрежет ключа в замке. — Твоя жена вернулась, что ли? — испуганно произнесла девушка. — Я сразу поняла, что ты женат. Что, поссорились, и она к матери укатила? Теперь решила вернуться и великодушно тебя простить, а её тут такой сюрприз ждёт!
— Вряд ли, — бросил Андрей и вышел из кухни.
В дверях стояла Маргарита Павловна и растерянно обводила взглядом пространство. Она смотрела на голые стены и стоящую на полу коробку, доверху наполненную разбитыми рамками с фотографиями.
— Я звонила тебе, звонила, а ты трубку не берёшь. Решила в гости заехать, узнать что и как. Оля обещала мне Алису привезти на праздники... — пробормотала женщина. — Что у тебя тут произошло? Почему не отвечаешь?
Из кухни раздался шум. Это девица включила кофемашину, но Маргарита Павловна этого не знала. Сбросив коротенькую шубку, она прошла в комнату и поражённо замерла.
— Это ещё кто? — спросила она у сына.
Тот прошёл следом и просто пожал плечами. Открыв холодильник, он взглядом искал какой-нибудь перекус, поскольку сутки ничего не ел, только пил.
— Никто, — снова хихикнула девица, спешно большими глотками допивая кофе.
— Ничего не понимаю, — растерянно произнесла Маргарита Павловна, не сводя с неё глаз, в которых очень явно читалось неодобрение. — Где Оля с Алисой?
— Уехали, — буркнул Андрей, который, выудив из холодильника нарезанный сервелат, сейчас с аппетитом его уплетал, даже без хлеба.
— Как это уехали? — не поняла Маргарита Павловна. — Жена с дочерью за дверь, а ты каких-то ночных тружениц домой водишь?!
— Ой-ой! — воскликнула девица. Она отставила в сторону пустую кружку и поспешила ретироваться. — Дальше, пожалуй, без меня. Терпеть не могу выяснение отношений.
Она скрылась в спальне, но вскоре показалась снова, уже одетая в короткое облегающее платье, в котором приехала накануне. Обувшись в высокие ботфорты и накинув пальто с широким меховым воротником, девица послала Андрею воздушный поцелуй и выскочила за дверь.
— Ты мне объяснишь, что здесь произошло? — сердито зашипела Маргарита Павловна. — Я не верю, — качала она головой чуть позже, услышав рассказ сына. — Оля — такая хорошая девочка, не могла она...
— Не веришь? — зрачки Андрея сузились от еле сдерживаемого гнева. — Почему? Не вы ли с отцом убеждали меня, что Оля собирается подкинуть мне чужого ребёнка? Так вот, вы оказались правы!
— Но как же? — Маргарита Павловна достала из сумочки платочек и аккуратно приложила его к уголкам глаз. — Она же тебе такой хорошей женой была!
— Вот, взгляни на это, — Андрей передал матери конверты с результатами ДНК теста. Та долго перебирала их, перечитала все заключения.
— Ужасно, — прошептала женщина, закрыв глаза и приложив пальцы к вискам. — Ужасно. Такая хорошая девочка была... как же долго она всех нас водила за нос... Что она сказала тебе? Как всё объяснила?
— Ничего она мне не сказала! — вспыхнул Андрей, забирая конверты из рук матери.
— Ну да, что тут скажешь, — согласилась та. — Ничего и не скажешь...
— Вот именно! Потому я даже и не спрашивал, — хмыкнул Андрей. — Слушать ничего не хочу!
— То есть как это не спрашивал? — удивилась Маргарита Павловна. — Вы столько лет прожили вместе, а ты даже не спросил?
— И так всё ясно! — Андрей рассвирепел. — Я уехал, а она шлялась, не пойми где, не пойми с кем! А потом решила ребёнка на меня повесить. Обычно, кто последний, тот и папа, а у нас получилось, кто первый, тот и папа.
— Не похоже на Олю... — начала Маргарита Павловна, но Андрей перебил её.
— Слышать об этой змее ничего не желаю!
Маргарита Павловна открыла рот, глубоко вздохнула и промолчала. Спорить с сыном сейчас было бесполезно. Да и кто знает, может он и прав.
Квартира Тамары Васильевны уже много лет простаивала без ремонта. Казалось, с тех пор как Оля покинула свой дом, здесь всё только старело и ветшало. Обои давно выгорели, а сломанная дверца у шкафа, стоящего в гостиной, окончательно отвалилась.
— Всё будет хорошо, лисёнок, — сказала Оля дочери, но та не ответила, сев на постели в их теперь общей спальне и обняв себя руками.
После того как Тамара Васильевна вывалила на внучку всю правду, та замкнулась в себе. Алиса мало разговаривала и целыми днями рисовала, закрывшись в комнате, которую они с мамой делили на двоих.
Поначалу Оля каждый день пыталась дозвониться до Андрея, но тот не отвечал. Он не сбрасывал звонки, не блокировал её номер, просто игнорировал. Сообщения так же уходили в пустоту. Девушка думала о том, чтобы написать ему письмо, но каждый раз что-то её останавливало. Нет, такие вещи должны обсуждаться с глазу на глаз в личном разговоре, считала Оля. Да, и возможно, Андрею нужно время, чтобы остыть.
Дни тянулись за днями, имевшиеся в наличии небольшие деньги стремительно таяли. От мужа по-прежнему не было никаких вестей, и Оля приняла решение найти какую-нибудь работу. Частный магазин, в котором она когда-то подрабатывала уборщицей уже несколько лет, как закрылся, и на его месте отстроился сетевой супермаркет.
В конце праздников Оле подвернулась вакансия швеи в ближайшем ателье, куда девушку взяли без лишних разговоров, стоило ей показать свидетельство об окончании соответствующих курсов, которое она предусмотрительно захватила с собой, и фотографии своих работ.
Встал вопрос, что делать с Алисой. В Москве девочка посещала различные развивающие кружки, вот только теперь это всё им стало не по карману. Поначалу Алиса оставалась дома с бабушкой, но Оля очень быстро поняла, что той было плевать на внучку. Более того, Тамара Васильевна срывала на ней всю свою злость и неудовлетворённость жизнью. Нет, физически она ребёнка не наказывала, но слишком часто забывала покормить и говорила малышке различные гадости.
— Вот так, в один момент ты и стала папке не нужна, — услышала Оля, когда вернулась домой чуть раньше обычного. Тамара Васильевна опять была пьяна, вероятно, заходила к соседке. — И мамка твоя тоже. Наверно он себе новую семью нашёл, а вас и знать не хочет.
Алиса, насупившись, сидела за тем самым столом, за которым Оля когда-то делала уроки, и рисовала чёрным карандашом какие-то загогулины. Тогда-то Оля и поняла, что больше никогда не оставит девочку наедине с Тамарой Васильевной. Выперев мать из комнаты, она прикрыла дверь и зашипела:
— По-твоему такие вещи уместно говорить маленьким детям? Ты посмотри на неё! Она же вот-вот заплачет! Неужели тебе её совсем не жалко? У тебя сердце-то есть?!
— Приехала тут и ещё указывает! — отмахнулась Тамара Васильевна и ушла в свою комнату.
Чтобы пристроить Алису в детский сад и обойти очередь, заведующая запросила баснословную сумму, у Оли таких денег не было, и она просто начала брать дочку с собой на работу. К счастью, хозяйка ателье не возражала.
Вот и сейчас, девочка тихонько сидела в углу с альбомом и карандашами, пока Оля занималась срочным заказом, обложившись лекалами, измерительной лентой и мелом.
— Мам, — подала голос Алиса. — А папа меня бросил, потому что я плохая?
— Что?! — от неожиданности Оля даже закашлялась. — Почему ты так думаешь?
— Баба Тома сказала. А ещё она сказала, что с хорошими жёнами не разводятся и от хороших детей не уходят, — Алиса вся поникла, когда пересказывала маме тот маразм, который на неё изливала Тамара Васильевна.
Оля не знала, что ответить. Она растерянно хватала ртом воздух. Гнев на родную мать волной поднимался в ней, грозясь захлестнуть с головой. Боясь потерять над собой контроль, девушка задержала дыхание и досчитала до десяти. Глядя в расстроенное личико дочери, Оля с горечью думала о сложившейся ситуации. Как у Андрея оказалось всё просто: выгнал из дома и знать не желает. Будто и не любил их никогда, ведь когда любят, то найдут время и силы выслушать.
— Нет, лисёнок, — Оля подошла к малышке и, опустившись на колени, заглянула ей в глаза. — Ты ни в чём не виновата. Ты самая лучшая девочка, которую я знаю. Папа злится на меня, потому что когда-то я повела себя плохо. Я совершила неправильный поступок, о котором он узнал только теперь.
— Правда? — удивилась Алиса. Она даже оторвалась от рисования. — А почему ты поступила плохо?
— Потому что я не знала... — Оля с трудом подбирала слова. — Я не думала, что поступаю нехорошо.
— Ты не специально? — спросила Алиса с надеждой. — Ты случайно?
— Да... нет... я... — от волнения Оля даже начала заикаться. — Я не хотела делать ничего плохого, я думала, так будет лучше для всех... Но... я ошиблась... и теперь не знаю, что делать, чтобы исправить свою ошибку... Поэтому, даже не думай, что дело в тебе.
— Если я не виновата, почему он и меня не хочет знать? — упрямо продолжала твердить Алиса.
— Прости меня, лисёнок. Это всё из-за меня. Я очень сильно обидела папу, — сказав эти слова, Оля запнулась.
Она с нежностью посмотрела на девочку, погладила её по щеке, убрала за ушко выбившуюся из причёски прядку. В горле запершило от горечи. Алиса не похожа, совсем не похожа на Андрея. Цвет глаз не тот, линия рта совершенно другая, да и форма носа тоже отличается. Как можно было быть такой слепой? Столько лет Оля обманывала мужа, дочь, саму себя, да и всех вокруг. Лгунья! Трусливая лгунья! Она даже сейчас боялась признать правду. Андрей не отец Алисе. Но как сообщить об этом дочери? А ещё как сказать, что её настоящий отец сейчас сидит в тюрьме. Нет, Алиса никогда не узнает о Юре.
— Знаешь, — Оля постаралась улыбнуться как можно беззаботней. — У меня идея! Давай, после того как я тут всё закончу, зайдём в ту кофейню, которую мы с тобой видели по пути сюда, возьмём чай и сахарные плюшки! Ну, что скажешь?
— Давай, — оживилась Алиса. — А потом поедем к папе!
— Малышка, — грустно вздохнула Оля. — Боюсь, мы не можем этого сделать.
За окном уже давно сгустились сумерки, но Андрей не спешил покидать офис. Он не хотел возвращаться в опустевшую квартиру, где всё напоминало о тех, кого решил вычеркнуть из своей жизни. Уже несколько ночей Андрей провёл в пентхаусе в центре столицы, но царящая там тишина давила на мозг.
Он потянулся за лежащей на столе папкой. Там были собраны все необходимые для развода документы. Праздники закончились, пора подавать в суд. Андрей не оставит этой продуманной стерве ни копейки, зря она надеялась всю жизнь прожить за чужой счёт. Впрочем, она без денег не останется. Со своей-то внешностью и ласковым голосом любого дурака открутит. Одного уже окрутила!
При мысли об Оле в душе снова начала подниматься злоба, которую надо было куда-то выплеснуть. Андрей с раздражением отбросил папку с документами. Проскользив по гладкой поверхности стола, папка упала на пол. Из неё вывалились незакреплённые файлы и рассыпались по всему полу.
— Андрей Александрович, — в кабинет заглянула Ксения, его помощница. Она была одета в короткую юбку и полупрозрачную блузку. — Вы ещё здесь?
— Как видишь, — буркнул Андрей, не отводя взгляда от её стройных ног.
Ксения устроилась к нему на работу незадолго до конца прошедшего года и всё время строила ему глазки. Привыкший к повышенному женскому вниманию, Андрей поначалу не придавал большого значения её откровенным взглядам. Со своими обязанностями девушка справлялась хорошо, и ладно. Но сегодня...
— Подойди, — приказал Андрей хриплым голосом, та послушалась. — У меня упали документы. Будь добра, собери их и положи мне на стол.
Глаза Ксении призывно сверкнули. Она повернулась к нему спиной и грациозно наклонилась вперёд, неторопливо поднимая бумаги, одну за другой.
— Чёрт, — пробормотал Андрей.
Он так и думал, что эта чертовка носит чулки. В кабинете стало жарко, несмотря на приоткрытое окно. Андрей расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
— Что-то не так? — игриво спросила Ксения и лукаво улыбнулась. Она заглянула в поднятые документы: — Андрей Александрович, вы разводитесь?
— Да, чёрт возьми, — Андрей расстегнул ещё одну пуговицу.
— Ой, как жаль, — нежно проворковала Ксения и плавной походкой направилась к нему. — Вам нужно утешение?
— Не болтай, — Андрей прижал палец к её губам, после чего подхватил девушку под ягодицы и усадил на стол перед собой. Это поможет, выбросить Олю из головы. Должно помочь.
Лениво потянувшись, Андрей приоткрыл один глаз и снова зажмурился. Яркое солнце било сквозь панорамные окна пентхауса, где он теперь предпочитал обитать. Рядом кто-то пошевелился.
— Неужели утро? — зевнув, произнесла Ксения, которая вот уже несколько ночей проводила с ним. В тот вечер, когда Андрей набросился на неё в офисе, он увёз её к себе, чтобы продолжить начатое в кабинете. Он не ошибся. Ксения оказалась очень искусной в постели. Они до утра не могли оторваться друг от друга. — Как же светло, — в голосе послышались капризные нотки. — Надо было шторы с вечера закрыть.
— Было не до этого, — усмехнулся Андрей, вспоминая прошедшую ночь и их жаркие ласки.
Нехотя отбросив одеяло, он поднялся с кровати и пошатываясь побрёл в ванную. Ксения все силы из него выкачала. Выкрутив кран, Андрей подставил лицо под струи контрастного душа. Тихонько скрипнула дверь, и к нему в кабину с хитрой улыбкой протиснулась Ксения.
— Я подумала, тебе тут скучно без меня, — шепнула она ему в губы и опустилась на колени.
— Вот чертовка... — простонал он, зарываясь пальцами в её волосы.
— Значит, твёрдо решил развестись? — спросил Александр Иванович, когда Андрей ближе к вечеру заехал к ним в загородный дом. — Ну и правильно. Нельзя такое предательство прощать. Выставила тебя на посмешище! Волчица в овечьей шкуре! Воспользовалась твоим доверием! Да и Риту мою как окрутила, а ведь она поначалу ей тоже не верила.
Они сидели в гостиной перед зажжённым камином. Андрей усмехнулся, вспоминая, как несколько лет назад именно здесь Макс и поспорил на свою Катю, что непременно влюбит её в себя, поиграет и бросит, а в итоге влюбился сам да так, что и жизни себе без неё не представлял. Сейчас же на месте его приятеля сидела Маргарита Павловна и тяжко вздыхала.
— Жаль, что Алиса не наша, — грустно прошептала она, прижав ладони к груди. — До сих пор в себя прийти не могу. Такая девочка умная, ласковая, смышлёная... Как она там? Бабушка та, наверно так и пьёт...
— Какая разница? — оборвал её Александр Иванович. — Не наша она. Не наша! У неё мать есть, пусть о ней и заботится! Сама не сможет, государство поможет! Мы столько налогов платим, чтоб таких, как они содержать!
— Всё равно жалко девочку, — поджала губы Маргарита Павловна. — Ты же их просто выгнал...
— Вечно тебе всех жалко, — фыркнул Александр Иванович. — Если бы я всех жалел, то никогда ничего не добился бы. Правильно Андрей делает, нельзя позволять вытирать об себя ноги! Такой обман никому нельзя прощать!
— Нельзя... конечно же, нельзя... — понуро согласилась Маргарита Павловна. — Вот только что делать с сердцем? Привыкла я к ней...
— Не хочу ничего об этом слышать! — слова матери разозлили Андрея. Он всё сделал правильно, и зачем она каждый раз напоминает ему о девочке? Не он всех обманывал. Только Оля виновата в том, что произошло. Из-за неё пострадали все, в том числе и Алиса. И ему тоже тяжело, между прочим! — Всё с ними в порядке. Не на улице же они замерзают. У них есть крыша над головой. Тысячи, миллионы людей живут так же и ничего.
В ярости, даже не попрощавшись с родителями, он выскочил из дома. Выруливая на заснеженную трассу, Андрей набрал номер Ксении. Ему снова нужно снять напряжение и забыться. Скоро! Уже очень скоро он поставит жирную точку в отношениях с Олей. И никто! Никто не смеет говорить ему, что как-то несправедливо поступил с этой гадиной, даже собственная мать!
— Ну, что скажешь, купим тебе эту курточку? — с улыбкой спросила Оля. Сегодня ей выдали зарплату, и они с Алисой пришли в детский магазин.
Весенняя куртка , которую она выбрала, была простой, но теплой. Пусть и недорогая, зато лучшая, что Оля могла себе позволить за свои деньги. Дела в ателье пошли неплохо, хозяйка оказалась довольна её работой, и у Оли появились постоянные клиенты. Заказов посыпалось столько, что ей приходилось даже задерживаться на работе допоздна. Она и не была против. Любое занятие помогало ей отвлечься от дурных мыслей, к тому же хозяйка неплохо оплачивала переработки.
Первым делом Оля повела дочку в магазин с игрушками, поскольку все игрушки остались в квартире Андрея. Муж так и не ответил ни на один звонок, и она бросила попытки достучаться до него. Сердце разрывалось оттого, что любимый человек не дал ей ни единого шанса не то чтобы оправдаться, а хотя бы просто объясниться. Оля уже много раз успела проклясть себя за то малодушное молчание, за то, что пошла на поводу у своих страхов и солгала Андрею. Если бы она только могла повернуть время вспять и сказать любимому правду, пусть он даже и отказался бы от неё потом, но её совесть осталась бы чиста, и Алисе сейчас не было бы так больно.
Оля так и не придумала, как сообщить девочке, что Андрей ей не отец. И она продолжала сочинять ему различные оправдания, чтобы успокоить Алису и объяснить его отсутствие.
Несколько дней назад, когда Оля с малышкой возвращались домой, они встретили на лестнице тётю Свету. Та была нетрезва, и, казалось, ещё больше постарела. Она стояла на этаже с почтовыми ящиками и задумчиво крутила в руках письмо. Оля хотела пройти мимо, но женщина громко окликнула её:
— Идёт москвичка, совсем зазналась! Даже не здоровается.
— Если вам будет от этого легче, то добрый вечер, — нехотя произнесла Оля.
— А дочка твоя тоже, что ли, вежливости не обучена? — фыркнула соседка. В это время Алиса повернулась к ней, и тётя Света побледнела. Она не сводила с девочки глаз. — Не может быть... — пробормотала женщина, подходя ближе. — Не может быть... совсем как Юрка в детстве...
— Не говорите глупостей! — жёстко отрезала Оля, а у самой от страха задрожали руки. — Ваш Юра тут ни при чём! И, вообще, не подходите к моему ребёнку!
Не помня себя, она затащила Алису в квартиру и захлопнула дверь. Нет, ни тёте Свете, ни Юре Оля не позволит приблизиться к дочери. К счастью, малышка так и не поняла, что же имела в виду эта странная соседка.
Из магазина они вернулись очень довольными. Алиса тут же увлеклась купленными игрушками. Высыпав на Олин стол новые пазлы, она восторженно взялась их собирать. Оля достала из пакета вещи, приобретённые сегодня для дочери, и принялась развешивать их в шкаф. Да, пусть у неё нет денег на брендовую одежду и обувь, но они и так проживут.
Телефонный звонок застал её врасплох. Ноги внезапно ослабли, когда Оля увидела изображение мужа на экране. Трясущимися руками, она поднесла мобильник к уху.
— Да, я слушаю, — Оля пыталась говорить ровно, но дрожащий голос выдавал её волнение.
— Послезавтра в десять утра состоится суд, — сурово сообщил ей Андрей.
— Как послезавтра? — испуганно переспросила Оля, но он уже отключился.
В отправленном следом сообщении он написал адрес, по которому Оле предстояло явиться. Вот и всё. Сердце шумно билось в груди, тошнота подкатывала к горлу, и девушка даже зажала рот рукой, пытаясь подавить рвотные позывы. Голова закружилась, и Оля с шумом осела на пол.
— Мамочка, что с тобой? — встревоженно воскликнула Алиса. Потеряв интерес к пазлам, она бросилась к маме.
— Всё хорошо, лисёнок, — прошептала Оля, обнимая дочку. — Тебе придётся пару дней побыть с бабушкой Томой, — она ласково погладила Алису по волосам. — Мне надо будет уехать ненадолго.
— Это звонил папа, да? — оживилась девочка, и Оля нехотя кивнула. — Что он сказал?
— Мне... — во рту пересохло, и Оля, глядя в полные надежды глаза дочери, тщательно подбирала слова. — Мне надо приехать к нему. Мы должны решить один вопрос.
— Правда? — обрадовалась Алиса. — Тогда скажи папе, что я его жду!
Оля мысленно застонала. Что ж, ради дочери она ещё раз попытается поговорить с Андреем.
Отпросившись с работы и попрощавшись с дочкой, Оля с тяжёлым сердцем покинула дом. Она не хотела расставаться с Алисой, но ей самой негде было остановиться в Москве. Одна она как-нибудь переночует в хостеле, но ребёнка туда ей тащить не хотелось. Ничего, это всего лишь на сутки, завтра Оля уже вернётся.
Дорога до Москвы была неблизкой. Заняв в электричке место у окна, девушка с тоской смотрела на открывающийся пейзаж. Внутреннее чувство говорило Оле, что её затея встретиться с Андреем бессмысленна, он ведь так и не ответил ни на один её звонок, и, как бы сердце ни болело, она должна отпустить мужа. Возможно, остыв, когда-нибудь он сам пожелает узнать правду и тогда найдёт её, а нет так нет. Насильно мила не будешь. Но она пообещала Алисе, что непременно поговорит с тем, кого девочка до сих пор считала отцом.
До конца рабочего дня оставалась ещё пара часов, когда поезд прибыл в столицу. Потоптавшись на перроне и глотнув морозного воздуха, Оля проследовала за толпой, направляющейся в метро. Зима ещё не подошла к концу, а день суда уже был назначен. Всё-таки у Андрея и его семьи много связей, раз они даже смогли растормошить неповоротливую машину правосудия. Горько усмехнувшись, Оля нырнула в подземку.
Офис Андрея располагался в огромном бизнес-центре. Поднявшись на нужный этаж, Оля подошла к приёмной. За столом сидела Ксения, которую приняли незадолго до Нового года. Перед девушкой лежала раскрытая папка, и она внимательно просматривала каждый файл, сверяясь со списком, который держала в правой руке. Оля шагнула было в сторону кабинета Андрея, но была остановлена.
— Ольга Сергеевна, Андрея Александровича здесь нет, — Ксения произнесла эту фразу с плохо скрываемым удовольствием.
— Как нет? — удивилась Оля. — А где же он?
— Мне начальство не докладывает, — девушка жеманно повела плечом, продолжая перебирать бумаги.
— Вы его помощница, вы должны знать, — возмутилась Оля. Она уже взялась за ручку двери, но так и не толкнула её.
— Попробуйте найти его дома, — в голосе Ксении послышалась издёвка.
Поняв, что искать здесь больше нечего, Оля покинула приёмную, сзади раздался тихий смешок, но она не обернулась. Скрепя сердце, девушка поехала на свою прежнюю квартиру. В груди болезненно заныло, когда она увидела тот самый двор, где Алиса любила гулять, а в парке через дорогу они всей семьёй проводили чуть ли не каждые выходные, если не выбирались в цирк или театр, или зоопарк, или ещё куда-нибудь.
Подъездную дверь Оля открыла своими ключами, которые так и не вернула Андрею. Она успела пройти несколько шагов, как была остановлена охранником.
— Ольга Сергеевна, — мужчина замялся, было видно, что ему неудобно начинать этот разговор. — Вам запрещено здесь появляться. У меня приказ вас не пускать.
— Что значит мне запрещено здесь появляться? — удивилась Оля. — Кто отдал такой приказ?
— Ваш муж, Андрей Александрович. Пожалуйста, поговорите с ним сами об этом. Прошу меня понять. Пропустить я вас не могу, но и выгнать рука не поднимется.
— Понятно, — упавшим голосом произнесла Оля. — А сам Андрей Александрович здесь?
— Я уже давно его не видел, — признался охранник.
Оля понуро поплелась к выходу. Она могла бы попытаться найти мужа в его пентхаусе или в доме родителей. Но зачем, если он настолько не желает её знать, что прогнал от себя словно собаку?
Глотая слёзы, Оля брела на остановку, чтобы уехать куда угодно, лишь бы подальше от этого места. Хорошо, что она не взяла с собой Алису, как ей было бы больно услышать такие слова.
Вечерние огни разгоняли сумерки, кафе и магазины зазывали к себе яркими вывесками. Остановившись у одного из них, Оля с тоской смотрела на посетителей через огромные окна. Люди улыбались, смеялись, что-то обсуждали. Ещё никогда девушка не чувствовала себя такой одинокой, стоя за стеклянной витриной и завидуя чужому счастью.
Ночь в хостеле прошла спокойно. В комнате было четыре кровати, Оля делила номер ещё с тремя девушками. Утром она встала как можно раньше, чтобы успеть принять душ и привести себя в порядок. Перекусив кофе и снеками, которые она приобрела в автомате, стоящем в холле, Оля покинула маленькую гостиницу.
Андрей был уже на месте, когда она добралась до здания суда. Он прохаживался по коридору, напряжённо посматривая по сторонам. Несмотря на данное самой себе накануне обещание больше не стараться что-то ему объяснить, Оля, вспомнив об Алисе, всё же решила совершить ещё одну попытку.
— Здравствуй, — мягко обратилась она к мужу. Тот не ответил, лишь смерил её презрительным взглядом, от которого сразу же пересохло во рту, а язык сделался ватным. — Мы можем поговорить?
Она думала, что Андрей уже не ответит, слишком долго он молчал, но через некоторое время всё же сказал:
— Мне не о чём с тобой говорить.
— Пожалуйста, я тебя прошу, — Оля не замечала, как умоляюще звучал её голос. — Позволь же мне всё объяснить...
— Что? — яростно зашипел Андрей, стремительно теряя самообладание. — Что ты можешь мне объяснить? Что я должен ещё узнать? Сколько раз и с кем ты была? В каких позах? Сколько их было? Ты об этом мне хочешь рассказать? Или ты хочешь рассказать, как смеялась потом над доверчивым идиотом?
— Нет... — пролепетала Оля. — Конечно же, нет... Я никогда над тобой не смеялась... я всегда любила только тебя...
— Любила меня, а спала со всеми подряд! — фыркнул Андрей. — Отойди, ты мне неприятна! Ни видеть тебя не хочу, ни слышать.
Олю словно кипятком ошпарило, и она сделала так, как Андрей и просил: замолчала и отошла, закусив изнутри щеку, чтобы не разреветься. Вскоре открылась дверь, и их пригласили войти.
Всё происходящее в дальнейшем Оля вспоминала как в тумане. Говорил в основном Андрей. Обвинял жену в изменах, в том, что дочку она родила не от него, прилагал бланки с медицинскими заключениями, настаивал на разводе. В растрёпанных чувствах Оля даже не стала ничего отрицать и подтвердила своё согласие на развод. Никакого срока на примирение им не дали, решение суда о расторжении брака было принято тут же. Далее судья объяснял, как им получить свидетельство о разводе, но у Оли от волнения так разболелась голова, что она почти ничего не услышала. Перед глазами стояло довольное лицо Андрея.
На подкашивающихся ногах она вышла в коридор вслед за бывшим мужем. Там его уже ждали. Ксения, которую она видела вчера, буквально набросилась на Андрея с поцелуями, оставляя на его губах и щеках следы от красной помады.
— Как я рада, что всё так быстро решилось! — восторженно восклицала она, схватив его за лацканы пиджака. — Мне не терпелось узнать, как всё прошло, и потому я приехала, чтоб поддержать тебя. Хвала нашим судам! Наконец-то всё закончилось, и ты избавился от неё!
— Сам в это поверить не могу! — усмехнулся Андрей. — Пожалуй, на данный момент, это моё самое правильное в жизни решение.
Сил находиться здесь больше не было, и Оля обошла обнимающуюся парочку, мешающую ей пройти к выходу. Она уже подошла к двери, как Андрей окликнул её.
— Кажется, ты хотела мне что-то сказать? — спросил он насмешливо. — Так уж и быть, говори.
— Нет, — Оля помотала головой, сжав кулаки. Ничего она ему не скажет. Да он и слышать не желает, просто решил поглумиться напоследок. Она разочарованно взглянула на бывшего мужа: — Тебе показалось.
— Что ж, я рад, что всё легко разрешилось. Впереди нас ждёт ещё один суд об оспаривании отцовства. Будь на связи, я сообщу, когда он состоится, — говорил Андрей, а Ксения продолжала прижиматься к нему, посматривая с вызовом на бывшую конкурентку.
Быстро же он нашёл, кем утешиться. Даже искать долго не стал, а ещё её обвинял...
— Знаешь что, — процедила Оля, разглядывая неприятную парочку. — Думаю, ты без меня справишься. Звонить мне не надо. Документы пришлёшь по почте, адрес тебе известен. И, кстати, вот, — она подошла к ошеломлённому её реакцией Андрею вплотную и вложила в его руку свой мобильник. — Странно, что ты его до сих пор назад не затребовал, он ведь недешёвый был, флагманская модель как-никак.
Сказав это, Оля развернулась и покинула здание суда. Сим-карта осталась в телефоне. Можно, конечно, восстановить номер, ведь она столько лет им пользовалась, но если уж начинать новую жизнь, то без оглядки на прошлое.
Купив по пути на вокзал самый простенький телефон и оформив новую сим-карту, Оля тем же вечером вернулась домой. Дом... теперь этим словом она будет обозначать старую обшарпанную квартиру, давно не знавшую ремонта. Хотя, что ей мешает переклеить обои, пусть даже только в своей комнате? Уж на это у неё денег хватит.
В груди всё сжималось от боли и разочарования, стоило вспомнить целующуюся у всех на виду парочку, но Оля переживёт. Как люди говорят, лучше ужасный конец, чем ужас без конца? Ох, она была с этим согласна! Всё кончено и осталось в прошлом, они с Алисой начнут новую жизнь. А боль... она пройдёт со временем. Единственное, что Олю сейчас заботило, как объяснить случившееся дочери? Всю дорогу до дома, она подыскивала слова, но так ничего и не придумала.
Алиса сама завела этот разговор, стоило Оле лишь переступить порог квартиры. С визгом кинувшись обнимать маму, она прошептала, уткнувшись в шею:
— Как хорошо, что ты приехала, я так скучала!
— Я тоже скучала по тебе, лисёнок, — ответила Оля, поглаживая дочку по волосам.
— Мам, а ты видела папу? — с надеждой спросила Алиса, и у Оли заныло сердце. Больше не было смысла оттягивать разговор. Настало время сказать правду.
— Видела, — призналась она. — Алиса, — Оля аккуратно оторвала от себя девочку и заглянула ей в глаза. — Мне надо сказать тебе кое-что очень важное. Он... — девушка сделала глубокий вдох и на выдохе произнесла: — Он не твой папа. Прости, это всё из-за меня. Когда-то я подумала, что твой папа он, но я ошиблась. — Прости, — повторила Оля, заметив первые слезинки в детских глазах. — Прости меня, я так виновата перед тобой и... перед всеми нами... Моя ошибка слишком дорого стоила для всех нас. Но я обещаю тебе, что сделаю всё, чтобы ты была счастлива. У нас с тобой всё будет хорошо. Посмотри на меня, — Душа болела, но Оля улыбалась и старалась говорить бодро, надеясь, что её настрой передастся и Алисе. — Ты мне веришь?
— А... папа? — девочка словно не слышала слов матери. — Как же папа?
— Лисёнок, он теперь в прошлом, — как можно мягче, но безапелляционно заявила Оля.
— А прошлое, это когда что-то было и прошло? — иногда вопросы Алисы ставили её в тупик.
— Если в общих чертах, то да, — согласилась Оля с определением.
— А папа, значит, тоже прошёл? — девочка всё не унималась.
— Ну, можно и так сказать, — вздохнула Оля и добавила: — Больше не называй его папой, договорились?
Послушно кивнув, Алиса побрела в комнату. Взяв лист бумаги, она потянулась за карандашами.
— Я теперь буду рисовать только тебя и меня и больше не буду о нём говорить, — сообщила девочка, и Оля грустно кивнула.
Вопреки обещанию, Алиса вспоминала об Андрее, но с каждым днём всё реже и реже. Оля продолжала работать в ателье. Это дело её полностью устраивало. Она шила клиентам, а также себе и дочери. Покупала модные журналы с замысловатыми выкройками и радовала Алису новыми платьями. По выходным Оля пекла торты и приобщала девочку к кулинарии, снимая процесс на недорогой телефон и выкладывая фотографии на своей стене в соцсети.
— Дурью маешься, — ворчала Тамара Васильевна, заглядывая на кухню. — Лучше бы жениха себе искала, пока молодая и красивая, а ты все тортики печёшь! Хотя куда тебе дурёхе! С одного-то даже алименты стрясти не смогла. Попользовался тобой, да выбросил. Судьба у тебя, наверно, такая.
В начале весны заказным письмом Оле пришли документы: свидетельство о разводе и новое свидетельство о рождении Алисы. Скривив губы в грустной улыбке, она убрала их в папку со всеми документами. У неё есть дела поважнее, чем переживать о том, что Андрей теперь официально не отец её дочери. Да-да! Они с Алисой решили всё-таки сделать ремонт в своей комнате и вчера в строительном магазине подобрали новые обои, светло-бежевые в мелкий розовый цветочек, а ещё они купили новый линолеум, потому что старый совсем изодрался. В планах у Оли было ещё поменять мебель, а также со временем отремонтировать кухню и санузел, а там, может, и до гостиной руки дойдут, если Тамара Васильевна не заартачится.
Оля продолжала брать Алису с собой на работу. В перерывах она обучала дочку алфавиту и счёту, купив в детском магазине соответствующие пособия. Она не могла нарадоваться на то, как быстро девочка усваивала новую информацию. В сентябре должна подойти очередь в детский сад, и тогда Оля вздохнёт чуточку посвободнее. Всё у них будет хорошо, жизнь-то постепенно налаживается.
С этими мыслями Оля возвращалась домой после работы. Сегодня ей пришлось оставить малышку дома, потому что той не здоровилось. Она весь день переживала и названивала Тамаре Васильевне. Та ругалась, но, по её словам, делала для Алисы всё самое необходимое. Переступив порог квартиры, она услышала, как в гостиной её мать с кем-то разговаривает на повышенных тонах. Прислушавшись, Оля узнала голос тёти Светы.
— Да я говорю тебе, вылитый Юрка в детстве! — вещала соседка. — Губы точно такие же, бантиком, и бровки домиком!
— Быть не может! — упиралась Тамара Васильевна. — Ты сама говорила, что Юрка твой свинкой переболел и детей у него быть не может!
— Ну переболел, и что! — возмущалась тётя Света. — Чудо произошло! Вот, стоит перед нами чудо! — в её голосе прорезались заискивающие нотки. — Да? Покружись ещё раз, красавица!
Оля вошла в гостиную. На продавленном диване сидели Тамара Васильевна с тётей Светой, а перед ними стояла, неловко переминаясь с ноги на ногу, Алиса.
— Мама! — радостно воскликнула девочка, бросаясь Оле на шею.
— Что здесь происходит? — Оля недоумённо переводила взгляд с одной женщины на другую. — Мам, — обратилась она к Тамаре Васильевне. — Я же просила тебя присмотреть за Алисой, а ты что тут устроила?
— А что я? — возмутилась та в свою очередь. — Не смотрю, что ли?
— Смотрит-смотрит! — хихикнула тётя Света. — Я тоже пришла посмотреть. Что ж, ты скрыла, что от Юрки моего родила? Мы бы что, не помогли, что ли...
— Лисёнок, — прошептала Оля на ухо дочери, — иди в нашу комнату и закрой дверь. Я скоро приду.
Алиса послушно убежала, а Оля встала в центре гостиной и обвела взглядом сидевших на диване женщин.
— Хочу кое-что вам обеим разъяснить! — она еле сдерживалась, чтобы не зарычать. — Алиса — моя дочь! И к Юре вашему она не имеет никакого отношения!
— Ну как же не имеет... — начала возмущаться тётя Света, но её перебили.
— Не имеет! — выкрикнула Оля. — Вы сейчас уйдёте и забудете о своих фантазиях! Поняли меня? К дочери моей вы больше близко не подойдёте!
— Если она Юркина дочь, то я её бабушка и имею право... — не унималась соседка.
— По закону Юра ей никто! И вы тоже! Ещё раз приблизитесь, я полицию вызову! — вот теперь Оля уже рычала. — Чтоб я вас здесь больше не видела!
— Я, между прочим, к подруге своей зашла! — продолжала протестовать соседка, а Тамара Васильевна ей поддакнула.
— Ещё раз пустишь её, — обратилась Оля уже к матери. — Я подам в суд на раздел квартиры. Половина принадлежит мне по закону!
— По какому ещё закону? — пролепетала разом побелевшая Тамара Васильевна. — Лучше бы ты так с москвичом своим разговаривала, а то дал тебе пинка...
— Знаешь, помимо человеческих законов, есть ещё и божеский, — погрозила пальцем тётя Света. Она встала с дивана и направилась к выходу. — А ты не по-людски поступаешь, бабушке с внучкой видеться не даёшь! Бог тебя накажет!
— Идите уже, — теряя терпение буркнула Оля ей вслед. — И успокоительное попейте.
— Ты изменилась, — поджав губы, скорбно произнесла Тамара Васильевна. — Раньше ты не была такой.
— Может, и не была, — равнодушно согласилась Оля, подходя к своей комнате.
Ещё Юры с его матерью в её жизни не хватало! Одно радует, в тюрьме Юра, где ему и место.
Откинувшись на спинку кресла, Андрей наблюдал за игрой неоновых огней на потолке бара, в котором сегодня они с Ником решили отдохнуть после трудовой недели. Лежащий на низком столике мобильник завибрировал, и на экране высветился номер Ксении. Андрей с видимым раздражением отклонил звонок.
— Не ответишь? — усмехнулся Ник, пуская вверх дым от сигары.
— Нет, — отозвался Андрей и устало прикрыл глаза.
В последнее время Ксения стала слишком назойливой. Он не мог понять, когда эта ненасытная в постели тигрица успела ему надоесть. Возможно, в тот момент, когда она набросилась на него с поцелуями, стоило ему лишь выйти из зала суда. Первым его желанием было поставить зазнавшуюся помощницу на место, нашла время целоваться! Но это ведь был такой шанс лишний раз унизить Олю, ответить болью на боль. И Андрей ответил. Он чуть не задохнулся от её взгляда, полного обиды и разочарования. Она никогда не смотрела на него так, даже когда он велел им с Алисой убираться. И тогда в душе Андрея что-то дрогнуло. Она столько раз пыталась с ним связаться, что-то объяснить ему, но он словно раненый зверь стремился спрятаться, уползти от того, кто его ранил. Тогда он решил выслушать её, но Оля больше не желала идти на контакт. Как Андрей ни гнал от себя эти мысли, но он не мог избавиться от ощущения, что в тот день совершил чудовищную ошибку.
— Может, и правильно, ты только недавно оформил развод, наверно, Оля уж постаралась обобрать тебя, — задумчиво произнёс Ник. — Но ты знаешь, я даже не могу её осуждать, если вспомнить, откуда она родом, из какой семьи.
— Я ей ни копейки не дал, — фыркнул Андрей, вспоминая, как легко прошёл суд. Оля даже не стала оспаривать их договор.
— Интересно, это как? — удивился Ник. — А как же пополам совместно нажитое?
— Никак, — и Андрей рассказал про брачный контракт. — Счета я ей заблокировал, она из дома даже серебряной серёжки не вынесла. После развода телефон вернула. А вчера... — Тут мужчина замялся. Ему стало не по себе. — Вчера позвонила домработница, которую я нанял недавно. Она сообщила, что курьер передал мне коробку. Внутри оказались детские вещи, деньги и письмо, в котором Оля прислала расчёт стоимости аренды этих вещей.
— В смысле Оля прислала детские вещи и деньги за их аренду? — не понял Ник. — Это Алисины вещи? Ты что, запретил ей их брать?
— Я зол был тогда... — неохотно признался Андрей.
— Ну ты даёшь... — от изумления Ник даже не сразу нашёлся что сказать. Он отложил сигару и вперился в друга. — Знать не знал, что ты такой жлоб мелочный!
— Да блин... — промямлил Андрей, но Ника уже понесло.
— Ну это днище! Ладно, я могу понять твоё желание наказать Олю, но девочка-то тут при чём?! Её-то вещи тебе зачем?! Да и Олины, впрочем, тоже! Носить их будешь?! Подаришь кому-то или в магазин обратно сдашь?!
Приятель говорил и говорил, а Андрей стыдливо молчал. Он не знал, как сказать ему, что не отдал Оле вещи лишь потому, что не мог придумать, как больнее её ущипнуть. Он уже не в первый раз выслушивает подобную лекцию. Маргарита Павловна успела высказаться по этому поводу раньше Ника. Та даже звонила Оле после развода, хотела с ней поговорить, поскольку от сына ничего вразумительного не услышала, но было уже поздно. Её старая сим-карта осталась в телефоне, а новый номер Андрею известен не был.
— Да и как ты мог выгнать их ночью из дома без денег?! Женщину с ребёнком! — не унимался Ник. — Не чужих тебе, между прочим! А если бы с ними что-то случилось?!
— Ну не случилось же, — вяло отмахнулся Андрей, но слова друга метко били в самое сердце.
— К счастью, не случилось! К счастью, у Оли нашлись деньги на билеты! К счастью, её мать приняла их! А если нет?! Если бы ты ходил потом на опознание двух трупов, тебе это принесло бы радость?! — гремел Ник.
— Нет, — буркнул Андрей, принимая всю серьёзность слов приятеля. Он и сам не раз об этом думал, но гнал от себя всякие сомнения.
— Если бы Оля решила ловить попутку, потому что идти им было некуда, а водитель оказался бы маньяком? Ты об этом не думал, когда выгонял на мороз? А если бы они элементарно замёрзли?!
— Чёрт! Да прекрати уже! — взревел Андрей, не зная куда деваться от стыда. — Ты меня ещё виноватым сделай в этой истории! Не я чужого ребёнка ей подкинул, не я устроился в жизни за её счёт!
— Кстати, об этом! — довольно кивнул Ник. — Непохожа твоя Оля на охотницу за чужими деньгами. Я помню, как ни приду к вам, она с тебя пылинки сдувает. Хозяйкой она была хорошей и женой тоже. Может, ребёнка вам вообще в роддоме подменили. Такое ведь бывает, ошибаются.
— Нет, — покачал головой Андрей. — У меня тоже была такая мысль, но я сделал ещё один анализ ДНК. Оля — мать Алисы. Да и рожала она в лучшей клинике, где такие ошибки сведены к минимуму. Поэтому, как ни крути, ребёнка она мне подкинула.
— Но она не взяла ни копейки от тебя, непохоже это на хищницу, — возразил Ник. — Уж поверь мне. Я хищниц на своём веку перевидал, да и ты тоже. Что-то нечисто во всей этой истории, а ты её даже не выслушал. Вот карты ты зачем заблокировал? Что-то же можно было оставить. Разве ты не был счастлив с ней все эти годы?
Был. Андрей нехотя это признал. Он ни с кем не был так счастлив, как с Олей. Да он пребывал на седьмом небе, когда возвращался домой после трудного дня, а там его ждала семья, его девочки. С ними он забывал про нерадивых поставщиков, про очередной разгон на совете директоров, да вообще про всё.
Андрей так и не смог снова переступить порог той квартиры. Насколько он знал, домработница нашла разбитые рамки с фотографиями в коробке и аккуратно развесила их снова на стенах.
Он думал, что окончательно освободится от воспоминаний, когда получит свидетельство о разводе. Но бумага была у него на руках, а Андрей чувствовал лишь смертельную тоску, глядя на неё. Слова Ника разбередили не успевшие зажить раны. Он и сам часто думал над своими действиями. Стоило лишь остаться одному, как стыд накрывал его с головой. Андрей поступил не как взрослый мужчина, а как маленький мальчик, у которого отняли любимую игрушку. Ребёнок, который не может просчитать последствий своих действий. И он делал всё, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями, иначе внутри удушливой волной поднималась тошнота от самого себя.
Телефон снова завибрировал. Чтобы не быть одному, Андрей и продолжал держать возле себя на всё согласную Ксению, которая явно тащилась от всех тех плюшек, что получала, ублажая в постели начальника, но она слишком зарвалась. Он протянул руку и ответил на звонок.
— Да, — Андрей отвечал односложно. — Был занят... Сегодня не получится... Нет, не жди.
Блондинка в компании подруг за соседним столиком всё время не спускала с него глаз. Окинув её придирчивым взглядом, Андрей решил, что девушка вполне сгодится для этого вечера. Её подруга, симпатичная брюнетка, откровенно пялилась на Ника. Что ж, продолжать разговор у Андрея не было желания, зато появилось желание расслабиться. Подозвав официанта, он попросил передать за соседний столик бутылку самого лучшего шампанского. Пусть девчонки скрасят им этот вечер.
— Стой! Стой, лисёнок! — крикнула Оля убежавшей вперёд Алисе.
С приходом весны и первых тёплых дней они стали чаще гулять в парке по выходным. Вот и сейчас девочка с радостным визгом бегала по аллеям, ещё заснеженным, но уже начинающим подтаивать и покрываться тонкой коркой льда.
— Не бегай так быстро, ты можешь упасть, — пояснила Оля дочери, когда та остановилась и подождала маму у одного из деревьев. Окинув внимательным взором открывшуюся ей картину, Оля предложила: — Давай я тебя здесь сфотографирую.
Они прогуляли в парке до вечера. Алиса давно не выглядела такой счастливой, как в этот день. Оля вспомнила, что когда-то была в этом парке с Андреем, и тут же выбросила из головы все мысли о бывшем муже. Она старалась не говорить о нём с Алисой. Оля не снимала с себя ответственности за произошедшее, но разочарование в Андрее было полнейшим. Нет, она понимала, почему он так некрасиво поступил с ней, почему выгнал из дома и даже находила оправдание тому, что он не пожелал её выслушать, но то, что вместе с ней пострадала Алиса, этого она простить не могла. Да, она не его дочь, но ведь Андрей растил её, любил и баловал! Так почему же он не нашёл для неё ни одного доброго слова? Даже не потрудился ничего объяснить, а вместо этого выбросил на мороз как паршивого щенка. Возможно, он просто никогда не любил их, вот и всё. Нет ничего горше видеть боль в глазах ребёнка и слышать от него вопросы: «Почему папа меня бросил? Почему папа меня больше не любит?» Ещё хуже, не знать, что на это ответить. К счастью, после того разговора Алиса вспоминала об Андрее всё реже и реже. Она бы, может, и вовсе вскоре о нём забыла, но Тамара Васильевна, когда пребывала в дурном настроении, не упускала случая напомнить.
А ещё эта тётя Света! Она больше не заикалась про Юру, но при встречах провожала Алису странным насмешливым взглядом, будто ей был известен какой-то секрет. Оля всё чаще думала о том, чтобы найти другое жильё, но пока не могла себе этого позволить.
Они пришли домой поздно вечером. Тамара Васильевна сидела в гостиной и смотрела какой-то сериал. Раздевшись, Оля с Алисой прошли на кухню. Поставив чайник, принялись разрезать лимонный пирог, который испекли этим утром. На кухне раздался аппетитный запах цитрусовых.
— Эх, — вздохнула Оля. — Завтра на работу.
— Ура! — захлопала Алиса в ладоши. — На работу! На работу!
Оля усмехнулась. Девочке понравилось в ателье: весь день с мамой и без вредной Тамары Васильевны. К тому же в свободное время Оля шила ей различные наряды, при этом и про себя не забывала.
Судя по ярким лучам солнца, бьющим в окна пентхауса, время было обеденное. Андрей лениво потянулся и нехотя откинул одеяло. Рядом с ним тихонько посапывала шатеночка с короткой стрижкой. Пройдя в душ, он встал под прохладные струи, смывая с себя чужие объятия и запах незнакомки. Всё не то. Разные бары, разные женщины. Когда-то такая жизнь его устраивала, а сейчас не оставляла ничего кроме выжигающей пустоты внутри.
Умывшись и гладко выбрившись, Андрей прошёл в кухонную зону. Кофе на завтрак. Оля бы ругалась от такого питания и непременно приготовила ему омлет или яичницу с беконом. Он криво усмехнулся: перебьётся. Разнос, что несколько дней назад устроил ему Ник, не выходил у него с головы. В какой-то степени он прав, Андрей перегнул палку, когда велел им немедленно убираться из дома. Сейчас, когда гнев немного улёгся и обида уже не обжигала так душу, он представлял, как молодая женщина с маленькой девочкой покидают тёплый дом, чтобы отправиться по морозу неизвестно куда. Оля ведь не общалась с матерью эти годы, Тамара Васильевна могла и вовсе не пустить их на порог. А то, что Оля вернула ему все вещи, и вовсе говорило о том, что она не та хищница, за которую Андрей её принял. И хоть Александр Иванович продолжал во всём поддерживать сына, теперь Андрей особенно чувствовал себя мелочным. Кем посчитала его Оля, что даже деньги за аренду вещей заплатила? Неужели он бы приехал трясти с неё Алисину одежду? Да он погорячился, когда запретил ей брать с собой хоть что-то, но, что ни говори, а этот её поступок очень его унизил.
— Чёрт! — выругался Андрей. — Ещё не хватало заниматься самобичеванием! Что сделано, то сделано! Она поступила подло, подсунув мне чужого ребёнка! Одно это меня полностью оправдывает!
— И часто ты разговариваешь сам с собой? — раздался сзади мурлыкающий женский голос, и Андрей обернулся.
— Бывает, — поджав губы, буркнул он.
— А, может, ты лучше со мной поговоришь? — спросила подошедшая шатенка, чьего имени он не потрудился запомнить. Она была одета в одну из его рубашек.
— Кофе хочешь? — предложил Андрей поморщившись. Он не любил, когда без спроса надевали его вещи. Исключение он делал только для Оли. Той он вообще позволял всё, что было запрещено другим.
— М-м-м... — девушка прижалась губами к его плечу. — Я хочу тебя.
Однако её игривый настрой ему не передался. Аккуратно высвободившись из женских объятий, Андрей направился в комнату, оставив за спиной разочарованную шатенку.
— Мне пора на работу, — бросил он через плечо. Не слишком-то вежливо, ну и ладно. — Ты тоже собирайся.
В офисе Андрей оказался в третьем часу. Кивнув в знак приветствия Ксении, сидевшей за столом в приёмной, он скрылся в кабинете. Та обиженно отвернулась и не ответила. Он не обратил внимания. Через два часа ему предстоит провести совещание, и потому сейчас Андрей должен изучить все материалы, что помощница ему подготовила. Положа руку на сердце, он уже подумывал над её увольнением, но Ксения хорошо делала свою работу и пока не предъявляла на него прав, поэтому Андрей решил оставить её в прежней должности. Надутый вид девушки совершенно не трогал его. Он знал, для чего Ксения полезла в постель к своему боссу: прибавка к зарплате, повышение в должности. Частично Андрей её потребности удовлетворил — его помощница получила неплохую премию в конверте.
Совещание прошло очень бурно, пришлось даже задержаться на несколько часов. Желудок, не знавший еды со вчерашнего вечера, жалобно сжался. Всё-таки Оля расслабила его своей заботой, отвык уже обходиться без сытных завтраков. Что ж, к хорошему быстро привыкаешь.
Последний работник покинул его кабинет, и Андрей расслабленно откинулся на спинку кресла, снял галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
— Ксения, принеси кофе, — сказал он, нажав на кнопку селектора.
— Конечно, Андрей Александрович, — недовольно отозвалась та.
Она заставила прождать себя не менее получаса, прежде чем вошла к нему в кабинет с подносом в руках.
— Твой кофе, — сообщила Ксения. С тех пор как они оказались в одной постели, она обращалась к нему на «ты», стоило им остаться наедине.
— Спасибо, — кивнул Андрей. — Поставь на стол. Можешь идти.
Но Ксения не шелохнулась. Сложив руки на груди, она стояла напротив начальника и буравила его взглядом, словно пыталась прожечь в нём дыру. Сделав глоток кофе, Андрей даже поперхнулся от её грозного вида.
— Что-то хочешь мне сказать? — спросил он прокашлявшись.
— Хочу, — кивнула та. — Долго ты намерен от меня скрываться? На звонки не отвечаешь, работой заваливаешь, гоняешь с различными поручениями по всему офису. Что происходит, вообще?
— А разве выполнять мои поручения не твоя прямая обязанность? — изумился Андрей, недовольный допросом. — Я плохо тебе плачу?
— Хорошо, — согласилась Ксения. Она сделала шаг вперёд, расстёгивая на груди шёлковую блузку, обнажая чёрный бюстгальтер. — Но я хочу выполнять более приятные поручения, как раньше, — в голосе послышались хриплые нотки. Приподняв обтягивающую юбку, и обнажив стройные ножки в чулках, она залезла на стол и потянула начальника за ворот рубашки. — Вспомни, тебе же нравилась моя работа.
Ксения облизнула густонапомаженные губы и прильнула в поцелуе к Андрею. От удивления он даже поначалу ответил на поцелуй. Тогда осмелев, девушка и вовсе перебралась к нему на колени, погладила ноготочками его шею и принялась расстёгивать на нём рубашку.
— Не звонишь, не берёшь трубку... такой занятой... — горячо шептала она, взявшись за его ремень. — Но я всё понимаю... я не в обиде... главное, что мне не нужен никто, кроме тебя...
— Кроме меня, — усмехнулся Андрей, — или моих денег?
Он перехватил её руки в тот момент, когда Ксения принялась расстёгивать на нём брюки.
— Каких ещё денег? — обиженно пропыхтела девушка, слезая с начальника. — Не надо всех судить по своей бывшей жене. Сам-то хорош! Кобель! — торопливо застёгивая блузку и одёргивая юбку, Ксения уже не скрывала своего раздражения. — Спишь с кем попало! Деньги-деньги-деньги! Думаешь, что все хотят от тебя только денег и никто не хочет любить за красивую душу?! Да всё ты правильно думаешь! А знаешь почему? Потому что нет у тебя красивой души и любить тебя не за что! Козёл ты!
Если вначале Андрею было смешно от речей помощницы, то её последние слова, вопреки ожиданию, его очень задели.
— Козёл, значит, — кивнул он, встав из-за стола и поправляя брюки и рубашку. — Что ж ты к козлу целоваться полезла?
— Из-за денег, конечно же, — зло выплюнула Ксения. — Что с тебя ещё взять? Не было бы денег, не посмотрела бы даже!
— Мда-а-а, — протянул Андрей. — Более продажной женщины я не встречал.
— Встречал-встречал, — фыркнула Ксения, задрав подбородок. — Просто я единственная, кто всю правду тебе в глаза сказала.
— А хочешь ещё одну правду? — спросил Андрей и, не дожидаясь ответа, продолжил: — С этого дня ты уволена.
— Подумаешь! — скривилась Ксения. — Мне уже давно работу твои конкуренты предлагают.
Она ушла, цокая каблуками, а в кабинете остался тяжёлый запах её духов. Андрей открыл окно, чтобы проветрить. В голове набатом били её слова: «Ты козёл, тебя любить можно только за деньги!» Раньше он бы с ней не согласился, но после выволочки, устроенной ему Ником, Андрею стало не по себе.
Выдавив из кондитерского шприца последнюю кремовую розочку, Оля убрала торт в холодильник, чтобы тот пропитался к вечеру. У Алисы сегодня день рождения. В маленьком городке для детей не так много развлечений. Раньше Андрей непременно снимал для девочки детское кафе, приглашал аниматоров, но сейчас они не могут себе это позволить.
Ранним утром, пока Алиса спала, Оля украсила спальню разноцветными воздушными шарами, положила коробку с подарком на самое видное место и отправилась на кухню печь торт и резать салаты. В качестве подарка Оля купила дочери роликовые коньки. Когда придёт лето, она будет в парке учить Алису кататься.
Основное празднование будет вечером, а на завтрак Оля напекла блинов, часть из них она нафаршировала сыром и грибами, а часть сладким творогом. Алиса проснулась ближе к десяти часам. Оля на кухне услышала восторженные крики и прибежала в комнату. Девочка сидела на постели и радостно надевала роликовые коньки.
— Розовые! — пищала она с восхищением. — Как я люблю! А шары какие красивые! Мамочка, спасибо огромное!
— Что за шум? — недовольно проворчала Тамара Васильевна, заглядывая к ним в спальню. — Ничего лучше не могла придумать? — скривилась она, увидев Олин подарок и воздушные шары под потолком. — Выбросила деньги на ветер! Если они тебе так руки обжигают, лучше мне отдала бы!
— Мам, — отмахнулась Оля. — Иди чай с блинами попей. Чайник ещё не остыл.
— У меня, между прочим, тоже для Алисы подарок есть, — приосанилась Тамара Васильевна. Она прошла в гостиную и через минуту вернулась, принеся с собой какую-то странную вещь. — Вот, вязаный свитерок, погода сейчас обманчиво тёплая, под курточку наденет и не замёрзнет.
Алиса расстроенно повертела в руках вытянувшуюся и видавшую виды кофточку и вопросительно взглянула на маму. Та, закатив глаза, забрала у нее старый свитер и вернула его Тамаре Васильевне.
— Положи туда, откуда взяла, — прошептала Оля.
Возмущённо цокнув, Тамара Васильевна всё же не стала пререкаться с дочерью.
— Хорошая вещь, и что не понравилось? — раздавался её бубнёж за дверью. — Умели раньше делать, не то что сейчас! А как хранила, даже моль не пожрала.
Алиса изъявила желание прокатиться на роликах прямо сейчас, и Оля не стала ей отказывать несмотря на то, что их маленькая квартирка не была предназначена для подобных прогулок. Она держала дочку за руки, а та делала первые попытки ходьбы на роликовых коньках, ноги разъезжались, и девочка с весёлым визгом висла у мамы на руках. Глядя на довольную Алису, Оля не могла сдержать счастливой улыбки. Всё у них наладится. Уже наладилось, а дальше будет только лучше!
Потом Оля приготовила для Алисы какао, и они все вместе позавтракали блинами.
— Уф! — вздохнула девочка, отодвигая от себя кружку с остывшим напитком. — Наелась. А тортик будет?
— Конечно, — ласково улыбнулась Оля, погладив дочку по волосам. — Вечером. Твой любимый. С орешками и огромными кремовыми розочками. А ещё вечером я приготовлю куриные котлеты в сливочном соусе, которые ты обожаешь.
— С пюрешечкой? — Алиса радостно сложила ладони перед собой и посмотрела на маму.
— С пюрешечкой, — кивнула Оля. — А сейчас пойдём в кино, там будут показывать новый мультфильм.
— Ура! — воскликнула Алиса и в сопровождении мамы поехала в спальню переодеваться.
Оля купила билеты в самом центре кинозала. Когда-то она была здесь с Андреем, они сидели на последнем ряду и смотрели какой-то боевик, который Оля не запомнила. Девушка вздохнула. Она не хотела вспоминать о бывшем муже, но что поделать, если слишком многое напоминало о нём.
Алиса, открыв рот, смотрела мультфильм, и Оля решила последовать её примеру — сосредоточиться на том, что происходит на экране. Вскоре сюжет её так захватил, что она смеялась вместе с дочкой над приключениями персонажей.
После сеанса они направились в парк. Погода была тёплой и солнечной. Алиса бегала по аллеям, залезала на бордюры, шлёпала по лужам. Солнце пригревало, и Оля шла за дочкой, чуть расстегнув новую весеннюю куртку, которую ей посчастливилось приобрести за смешные деньги на распродаже в местном торговом центре. В тот день она купила себе джинсы и демисезонные ботинки. Шкаф в спальне постепенно начал заполняться новыми вещами: сшитыми или купленными. Когда Андрей выставил их из дома без всего, она была напугана и не представляла, как они с Алисой будут дальше жить. Оля не знала, как она одна будет поднимать ребёнка, но больнее всего было то, что любимый человек с лёгкостью перечеркнул все годы, что они прожили в любви и гармонии, не посчитав нужным выслушать её объяснения. Бывший муж с готовностью поверил в собственные фантазии о ней, более того, он словно упивался ими, будто всю жизнь подсознательно этого ждал.
Нагулявшись в парке, они зашли в мебельный магазин. После того как обои в комнате были обновлены, старая мебель совсем перестала смотреться. Для дочери Оля приглядела симпатичный уголок школьника с учебным столом внизу, кроватью наверху и шкафом сбоку. И что с того, что в школу только через два года? Они пролетят, не успеешь обернуться. Себе же Оля выбрала кресло-кровать и узкий пенал для одежды. Больше в их комнату ничего не влезет. Подсчитав в уме стоимость, Оля вздохнула: без кредита не обойдёшься.
До дома они дошли пешком. Был вечер. Оля с Алисой уже подходили к своему подъезду, когда встретили тётю Свету. Та шла в направлении ближайшего магазина, но, увидев их, остановилась.
— Тамара сказала, у тебя сегодня день рождения, — обратилась она к Алисе после короткого приветствия. Девочка смущённо кивнула. — Поздравляю тебя! Желаю расти большой, здоровой, умной и красивой, на радость маме и па... — соседка не договорила.
— Спасибо, — оборвала её Оля. Подтолкнув дочку в спину, она обошла вставшую на дороге женщину. — Всего хорошего, — бросила она через плечо, давая понять, что разговор окончен.
— Всего хорошего-о-о, — ехидно пропела им в спину тётя Света. — Гостей-то сегодня не ждёте? Праздник такой всё-таки.
В ответ Оля покачала головой, и они с Алисой скрылись в подъезде.
Дома Оля, как и обещала, наготовила куриных котлет под сливочным соусом, натолкла пюре и достала из холодильника салаты. Пока Алиса с Тамарой Васильевной уплетали ужин за обе щеки, поставила на стол торт и зажгла свечи.
— Фу-у-ух! — весело задула огоньки Алиса и захлопала в ладоши. — Ура! Тортик! Мам, он такой красивый! И вкуш-ш-шный, — добавила она, откусив огромный кусок.
Оля с умилением рассматривала перепачканное кремом личико дочери. С каждым днём ей всё больше и больше казалось, что Алиса похожа на неё. Пусть нет в ней ничего от Андрея, но и Юриных черт в ней тоже нет.
— Ты самый чудесный ребёнок, — прошептала Оля, целуя дочку в макушку, а та расплылась в довольной улыбке.
— Что ты её балуешь? — возмутилась Тамара Васильевна. — Вырастет неблагодарной! Вон, я тебя не баловала и всё равно ни слова благодарности не дождалась.
«Может, потому и не дождалась», — чуть было не парировала Оля, но осеклась. Она не хотела ругаться на глазах дочери, тем более в день её рождения.
Уложив довольную девочку спать, Оля вернулась на кухню, чтобы помыть оставшуюся посуду. Праздник кончился, завтра уже надо идти на работу. Хозяйка ателье оказалась настолько лояльной к сотруднице, что разрешила ей внеплановый выходной.
За шумом льющейся воды она еле услышала, как хлопнула входная дверь. Не понимая, кто может прийти в столь поздний час, Оля, отряхивая руки от мыльной пены, направилась в прихожую.
— Я имею право её увидеть, — к своему ужасу, она узнала голос говорящего.
Колени ослабли, и Оля оперлась об стену, чтобы не упасть. В глазах помутилось, а язык будто бы онемел. Сколько лет прошло, похоронив под собой произошедшие когда-то события, но всего несколько слов ввергли её в пучину позабытого кошмара. Глотая ртом воздух, Оля сделала несколько шагов на негнущихся ногах и резко остановилась, словно наткнулась на стеклянную стену. Перед ней стоял Юра собственной персоной.
Офис опустел, и за окном уже давно сгустились сумерки. Андрей не помнил, сколько времени он просидел за монитором не отрываясь. Его новая помощница заглянула к нему в кабинет, чтобы попрощаться, когда на часы показывали половину седьмого. На этот раз он нанял женщину средних лет, замужнюю и с двумя детьми. Андрей старался с головой уйти в работу, чтобы не оставалось ни времени, ни сил на душевные терзания. Как же он ошибался, думая, что чужое тело и чужие ласки помогут забыться и пережить крушение, пусть маленького, но такого уютного мира. Новые встречи, новые женщины — всего лишь иллюзия сладкой и беззаботной жизни, за которой он хотел спрятать руины того, что когда-то казалось ему вечным и незыблемым.
Глаза разболелись от долгого смотрения на экран, и Андрей, решив, что на сегодня он уже достаточно поработал над новым проектом, отключил питание компьютера. Возвращаться в пустой пентхаус не было ни малейшего желания, впрочем, как и убивать время в баре, потребляя алкоголь и снимая легкодоступных женщин. Поразмыслив, Андрей направился к родителям в их загородный дом.
К ночи пробки на выезд из столицы почти рассосались, лишь пару раз ему пришлось постоять на красный сигнал светофора. Андрей ухмыльнулся, вспоминая, как они с Максом в юности гоняли по городским улицам. Когда-то никакие запрещающие знаки и сигналы не были для него преградой. Включив музыку погромче, чтобы за грохотом басов не слышать собственные мысли, он доехал до родительского дома.
Маргарита Павловна была удивлена, но вместе с тем несказанно обрадована его приездом. В последнее время сын нечасто баловал их своими визитами. Александр Иванович сдержанно пожал Андрею руку и слегка хлопнул по плечу, выражая тем самым свою безусловную поддержку.
После позднего ужина они сидели в гостиной и говорили на какие-то отвлечённые темы. Андрей рассказывал отцу о новом проекте, а тот давал ему различные советы по работе. Глядя в камин на играющие языки пламени, он уже расслабился в спокойной обстановке, когда Маргарита Павловна неожиданно произнесла тихим голосом, в котором слышались печальные нотки:
— Алиса тоже любила этот камин, всегда крутилась вокруг него, просила разжечь...
Андрей вздрогнул и обернулся к матери. Он приехал сюда, чтобы отвлечься и не терзаться сомнениями, зачем она начала этот разговор?
— Рита, — строго сказал Александр Иванович. — Кажется, мы договорились больше не поднимать эту тему.
— Да, но... Я не могу не вспоминать о ней, — призналась Маргарита Павловна. — Я так любила, когда она приезжала к нам. Как она сейчас? Как с ней обращаются?
— Какая разница? — прогремел Александр Иванович. — Она не наша. Забудь о ней. Сколько можно тебе об этом говорить? Она чужая. Это всё равно, что подобрать ребёнка с улицы. Только при этом тебе никто не врал и не убеждал, что он твой.
Маргарита Павловна упрямо поджала губы:
— Алиса росла на моих глазах, я её маленькую качала. Как я могу её забыть? Лично мне она не чужая! А у вас в груди не сердце, а гранит, раз так просто вычеркнули ребёнка из своей жизни. Ты, — обратилась она к мужу, — к племянникам лучше относишься, чем к этой девочке!
— В племянниках, в отличие от неё, течёт моя кровь, хотя бы половина! — возмутился тот. — А в ней ничего от нас нет!
— Заладил одно: кровь-кровь! Можно подумать, ты потомок императорского дома, — фыркнула Маргарита Павловна, а потом повернулась к Андрею: — Неужели ты не скучаешь по ней? Ты же растил её. Ты же вместе с Олей ночами не спал. Неужели сердце у тебя не сжимается при мысли как она там? Не верю, что ты вот просто про неё забыл.
Андрей молчал, крепко стиснув зубы. Кровь бешено пульсировала в висках. Он не хотел думать об этом. Никого он не забыл, и оттого было очень горько.
— Это всё из-за Оли, а ты Андрея виноватишь! — возмутился Александр Иванович.
— Я не виновачу его! — не согласилась Маргарита Павловна. — Но мне просто непонятно... Ведь это естественно душой прикипеть к тому, кого растил сызмальства! А вы будто не люди, а каменные истуканы!
— Это Оля своей ложью разрушила семью! — не унимался Александр Иванович. Он с силой ударил по подлокотнику кресла, в котором сидел. Маргарита Павловна вздрогнула. — Одно дело, когда добровольно принимаешь чужого ребёнка, зная, что он не твой, да и то зачем он нужен, когда можешь своих сделать, а другое, когда тебе его подсовывают! Ты женщина, тебе не понять, что испытывает мужчина, которого так подло обманули, сыграли на его лучших чувствах!
— Оля вообще не похожа на охотницу за чужими деньгами, — не сдавалась Маргарита Павловна. — Признаться, я поначалу тоже так думала, но все эти годы она жила только семьёй. Как она вилась вокруг Андрея, все желания предугадывала. А нашему сыну угодить непросто, ты сам знаешь, сколько девушек он сменил. Алисой постоянно занималась, деньгами не сорила направо и налево. А могла бы, между прочим! Если она такая гулящая, как мы тут думаем, то почему ни разу её ни с кем не застукали?
Александр Иванович открыл рот, чтобы возразить, но лишь выдохнул воздух и побарабанил пальцами по подлокотнику.
— Поздно уже, Рит, пошли спать, — предложил он, поднимаясь из кресла и подавая руку жене. — Мы тут можем до утра предположения строить, но толку от этих разговоров?
Недовольно сверкнув глазами, Маргарита Павловна всё же последовала примеру мужа, видимо, решив, что время для догадок и правда неподходящее. Попрощавшись с сыном, они вдвоём направились в свою спальню. Андрей остался в гостиной один. Слова матери продолжали греметь в пространстве огромной комнаты и врезаться в мозг, словно острые осколки разорвавшейся бомбы. Как долго он будет прятать голову в песок, будто трусливый страус, и врать самому себе? Андрей не каменный истукан, что бы там ни говорила Маргарита Павловна, и сердце у него не из гранита. Он достал мобильник и, открыв сайт соцсети, нашёл профиль Оли. Сколько раз он сам себя бил по рукам, чтобы не следить за жизнью бывшей жены, но сегодня не устоял.
Новых фотографий было не очень много. Оля не изменилась, Алиса чуть подросла. Вот они гуляют в парке: на девочке новая курточка, дешёвая, видимо, купленная на распродаже, и обута она в такие же недорогие ботинки. Снимков с Олей было мало, в основном все они были совместные с Алисой. Вот они вместе пекут огромный торт, а девочка учится взбивать крем. Андрей против воли улыбнулся, увидев её перемазанную маслом хитрую мордочку. Сердце защемило, зря он полез к ним, ведь чувствовал, что не надо этого делать. Тут его внимание привлёк новый фотоальбом с названием "День рождения Алисы". Андрей хлопнул себя по лбу: ну, конечно же, у Алисы сегодня праздник! На первом же снимке он увидел девочку в полный рост, стоящую на роликовых коньках, она выглядела очень довольной. Он пролистнул несколько фотографий, и на одной из них заприметил часть комнаты, где, судя по всему, недавно был сделан ремонт. Напрасно Маргарита Павловна тревожилась: с Олей и Алисой всё в порядке. Пусть живут небогато, но и не нищенствуют. Хотя будь Алиса его дочерью, Андрей бы никогда не допустил, чтобы она жила в таких условиях, даже если бы отношения с её матерью у него не сложились. Вот только и отношения-то с Олей не сложились, потому что Алиса не его дочь.
— Ты?! — выдохнула Оля, разглядывая бывшего соседа. На правой щеке Юры красовался давно заживший шрам. Он же сидел в тюрьме, видимо, там и получил. Но когда успел вернуться?! — Пошёл вон отсюда! — рявкнула она и осеклась. Глянула на дверь, ведущую в спальню. Ещё не хватало Алису разбудить. — Пошёл вон отсюда! — яростно зашипела Оля.
Ещё мгновение назад она едва стояла на подкашивающихся ногах, а теперь откуда только прыть взялась! В два прыжка преодолев расстояние до кухни, Оля схватила первое, что попалось под руку. Это оказалась ручная мясорубка, которой она сегодня прокручивала фарш для котлет. Сейчас вымытая мясорубка лежала на полотенце, которое должно было впитать избыточную влагу. Размахивая железной штуковиной, Оля вернулась в прихожую:
— Тебе опять повторить, если с первого раза непонятно?!
Она смотрела в ненавистное лицо, с трудом сдерживаясь, чтобы не наброситься и не добавить бывшему соседу новых шрамов. Не ожидавший столь яростного отпора Юра испуганно отшатнулся, инстинктивно прикрыв голову рукой.
— Больная, что ли? — возмутился он. — Я просто хочу посмотреть на девочку. Мама сказала, она на меня похожа. Если она моя, то я хочу с ней видеться! Как отец, я имею на это право!
— Право?! — Оля чуть не задохнулась от возмущения. — Право?!! Я тебе сейчас голову размозжу и любой суд меня оправдает! — прохрипела она, замахнувшись мясорубкой, тем самым заставив Юру отступить на шаг. — Тебе место в тюрьме! Кто тебя вообще оттуда выпустил?!
— По удо вышел, — ответил тот, примиряюще выставив перед собой ладони, за что чуть не получил железякой по рукам.
— Проваливай отсюда! И желательно туда, откуда пришёл! — Оля будто и не слышала его слов. — Иначе я полицию вызову!
— Ладно, — кивнул Юра, пятясь к двери и не сводя взгляда с мясорубки в руках Оли. — Я сейчас уйду, но мы наш разговор не закончили.
— Забудь сюда дорогу! — выкрикнула Оля ему в спину, когда тот поспешно покинул негостеприимную квартиру.
С силой захлопнув за ним дверь, Оля устало опустилась на пол и всхлипнула, мясорубка выпала из её ослабших рук. Тамара Васильевна всё время простояла в стороне, наблюдая за их разговором, и не вмешивалась, никак не заступаясь за дочь или внучку. Впрочем, Оля от неё этого и не ждала, как на матери, она давно уже поставила на ней крест.
— Принесла же нелёгкая... — пробормотала она.
— Ты б не ссорилась с ним, — открыла рот Тамара Васильевна. — Одной ребёнка-то тяжело поднимать. Москвич тебя знать не желает, так, может, хоть от этого толк будет. Гляди, денежку подкинет.
— Ты вообще нормальная? — на своей памяти Оля впервые так грубо разговаривала с матерью. — Я этого уголовника к Алисе и близко не подпущу! Нет отца, и это не отец!
— Зря ты так, — Тамара Васильевна поджала губы и прошествовала в гостиную, демонстративно закрыв перед дочерью дверь.
Оля ещё долго просидела на полу в прихожей, рыдая и жалея себя. Ну почему она такая невезучая? Почему из всех женщин мира этот козёл выбрал именно её? И защитить-то их некому. Конечно, можно надеяться, что Юра достаточно испугался её сегодняшней выходки, да Оля и сама от себя подобного не ожидала, но она видела упрямство в его взгляде. Он не отступит так просто. Главное, совершенно непонятно, зачем ему Алиса. Когда Оля забеременела, он со своей мамой всеми руками и ногами открещивались от будущего ребёнка, а теперь вдруг чувствами воспылали?
С трудом поднявшись на ноги, Оля пошатываясь прошла в кухню, вернула мясорубку на место и поковыляла в душ. Она долго стояла под струями тёплой воды, стараясь привести в порядок мысли. Может пойти завтра в полицию и написать на Юру заявление? Но что она скажет? Просто заявиться к соседке это же не преступление.
С такими мыслями Оля отправилась спать и пролежала в постели, не сомкнув глаз до самого утра, обнимая дочку и целуя её в макушку. Лишь за полчаса до сигнала будильника ей удалось задремать, чтобы тут же вскочить на ноги. На работу Оля отправилась с больной головой. Алиса не знала о том, какая драма разыгралась в их квартире ночью. Она с аппетитом позавтракала вчерашним ужином, а после весь день щебетала: то пела песни, то придумывала различные истории и рассказывала их маме, пока та пыталась сосредоточиться на деле.
Работа не ладилась. Оле приходилось по несколько раз снимать мерки с клиентов, постоянно перепроверять выкройки. К горлу то и дело подкатывала тошнота и любые запахи лишь раздражали. Когда настало время закрывать ателье, Оля безрадостно думала о возвращении домой. Алиса прыгала с бордюра на тротуар и обратно, не замечая удручённого состояния мамы. Последнему Оля только радовалась, через силу улыбаясь дочери. Стоило войти в подъезд, как ноги налились свинцовой тяжестью. Всё нутро словно противилось этому, но больше идти было некуда. Оля думала о том, чтобы снять другое жильё, но вряд ли переезд их спасёт.
Не успели они сделать и пары шагов, как наткнулись на Юру и его мать.
— Добрый вечер, Олечка и Алисочка, — ласково поздоровалась с ними тётя Света. — Солнышко, — обратилась она к девочке, — сними шапку, пожалуйста.
Алиса растерянно обернулась на маму, и тётя Света, не дожидаясь реакции Оли, сорвала с девочки головной убор.
— Что вы себе позволяете?! — возмутилась Оля, сразу же загораживая собой Алису, но соседка её не слушала.
Обернувшись к сыну, она с видом победительницы заявила:
— Ну, видишь, что я тебе говорила! Один в один ты в детстве! Вон, у меня в стенке твой портрет с новогоднего утренника стоит, тебе на нём пять лет.
— Вижу, — кивнул Юра, в его глазах зажёгся опасный огонёк. — Очень похожа...
Тяжело сглотнув слюну, Оля обернулась к дочери и сказала:
— Беги домой. Мне надо кое-что сказать этим людям.
Алиса послушно побежала вверх по лестнице. Оля слышала, как шаги постепенно стихли, и раздались удары детских кулаков по двери. Дверь открылась, чтобы тут же захлопнуться.
— А теперь слушайте меня, — набрав в грудь побольше воздуха, заявила Оля. — Никто из вас близко к моей дочери не подойдёт!
— Нет, это ты меня послушай, — возразил Юра. — Раз Алиса — моя дочь, я хочу с ней общаться. Так уж получилось, что я действительно бесплоден. Когда-то я сдавал анализы, и доктор сказал, что надежды нет. Но тут я вижу, что произошло настоящее чудо, и мне нужна эта девочка.
— Такие как ты не должны размножаться, — прошипела Оля, выставив на него палец. — Ты недостоин того, чтобы топтать эту землю! И уж тем более недостоин того, чтобы становиться отцом!
— Мне плевать, что ты думаешь, — Юра действительно сплюнул на пол площадки и растёр плевок подошвой. — Я хочу этого ребёнка! Если не позволишь видеться по-хорошему, я сделаю по-плохому!
— Ты ей никто! — воскликнула Оля. — Ты не имеешь на неё никаких прав! Ни один суд не встанет на сторону бывшего сидельца!
— Я могу сделать так, что и у тебя прав не будет, — ухмыльнулся Юра. — Стукану в опеку, что Алиса не посещает детский сад и всё время проводит на работе с тобой.
— В детский сад огромная очередь, — пролепетала Оля. — Я уже написала заявление.
— А меня это не колышет. Я тебе в любом случае могу такие проблемы устроить, — пообещал Юра. — Я всего лишь хочу общения с дочерью и иногда забирать её на выходные. Согласись, это небольшая плата за твои жизнь и здоровье?
Сказав это, он прошёл к входной двери и покинул подъезд. Тётя Света просеменила за ним:
— Ты подумай, Олечка, — назидательно произнесла она напоследок.
Не помня себя, Оля ворвалась в квартиру. Бросившись к шкафу, принялась выгребать оттуда одежду и лихорадочно рассовывать её по пакетам. В голове набатом стучали последние слова Юры. Оля по глазам видела, что тот не блефовал. Он готов устроить им весёлую жизнь.
— Мамочка, что ты делаешь? — удивлённо ахнула Алиса.
— Собирайся, лисёнок, — бросила Оля через плечо. — Мы уезжаем.
Поднявшись на лифте на десятый этаж, Андрей подошёл к нужной квартире и нажал кнопку звонка. Уехав утром от родителей, он не хотел возвращаться в пустой пентхаус, и потому решил навестить друга в выходной день. Раздалась приятная трель, и вскоре послышались чьи-то шаги.
— Какими судьбами?! — воскликнул довольный Макс, распахивая перед приятелем дверь. — Давно не виделись!
Обменявшись рукопожатием, хозяин квартиры пригласил Андрея пройти в гостиную. Центр комнаты занимала огромная железная дорога с поездами и множеством станций. Вокруг неё, увлечённый игрой, прыгал Сашка. Мальчик передвигал составы, разыгрывая крушения, а Катя, его мама, изображала диспетчера.
— Внимание-внимание! Поезд Санкт-Петербург — Москва приходит на второй путь! Повторяю... О, привет, Андрей, — Катя отвлеклась от игры и поздоровалась с гостем.
— Привет, — кивнул он, опускаясь на пол. — Играете?
— Да попробуй, не поиграй! — притворно возмутилась Катя. Тут к ним подбежал Сашка и набросился на Андрея.
— Привет, дядя Андрей! — радостно завопил он, размахивая руками. — Смотри какая у меня железная дорога! Самая большая! Ты когда-нибудь такую видел?
— Тише-тише, — рассмеялась Катя. — Соню разбудишь. Она придёт и всё здесь раскидает. Будет тебе потом самая большая железнодорожная катастрофа.
— Не, никогда не видел, — слукавил Андрей, невольно вспоминая свои детские игрушки. — Покажешь, как играть?
— Конечно! — мальчик чуть не танцевал от счастья. Он принялся снова расставлять составы. — Сначала надо собрать дорогу, а потом запускать поезда. А где Алиса? Она придёт? Я хотел с ней поиграть.
— Нет, — Андрей тут же помрачнел, он взял один из поездов и повертел в руках. — Алиса не придёт.
— Жалко, — грустно ответил Саша. — С ней интересно играть. Я по ней соскучился.
В гостиной снова показался Макс и жестом позвал Андрея на кухню. Поставив игрушку на место, тот отправился вслед за другом.
— Пусть они там играют, а мы тут с тобой посидим. Соня детскую оккупировала, а Катя с Сашей заняли гостиную. Податься нам с тобой особо некуда. Возможно, когда-нибудь я заработаю на квартиру с собственным кабинетом, а пока так, — Макс широко улыбнулся и пригласил друга пройти к бару. — Выпьешь?
— Я за рулём так-то, — засомневался Андрей.
— Как знаешь, — Макс пожал плечами и сел напротив приятеля. — Тебе повезло нас застать. Завтра утром мы уже улетаем в Эмираты.
— Действительно, повезло, — согласился Андрей и замолчал. Вопрос Саши о том, где Алиса, вызвал новый приступ неконтролируемой тоски.
— Всё нормально? — спросил Макс, внимательно разглядывая друга. — Выглядишь не очень.
— Нормально, — выдавил Андрей и попытался через силу придать своему лицу безмятежное выражение.
— Угу, — фыркнул Макс. — Вижу... Что, так и не забыл Олю?
— Нет, — Андрей поднял на него взгляд. — Сидит здесь, зараза, — он ударил в грудь кулаком, — ничем не вытравить.
— Ясно, ну вы хоть поговорили? — осторожно начал Макс. — Узнал, как всё произошло? Почему она так поступила?
— И ты туда же! — возмутился Андрей. — Меня, наверно, только отец полностью понимает и поддерживает. Даже мама вчера учудила. По Алисе она скучает! А я не... — «скучаю разве» чуть не вырвалось у него, но он осёкся.
Александр Иванович накануне сказал одну правильную вещь: одно дело жениться на женщине, изначально зная, что она носит чужого ребёнка, а другое, когда тебя обманывают. В этом случае в душе умирают все светлые чувства. Остаётся только горечь и боль предательства.
— Ну, договаривай, — предложил Макс, но Андрей отвернулся. — И долго ты будешь бегать сам от себя? Ты говоришь, что любил её, в груди она у тебя сидит, но что это за любовь, когда ты даже не можешь выслушать близкого тебе человека?
— А что тут слушать? — взвился Андрей. — Оля солгала мне! Я спрашивал её, были ли у неё отношения с кем-нибудь после того, как я уехал. Она ответила, что нет! От кого ребёнок тогда?! Ясно же, что мужчины другие у неё были! А ведь по срокам Алиса моя могла быть, значит, у неё был кто-то сразу после меня! Мне надо было спросить количество? Или качество? Да я и так знаю, что хреновое качество, иначе не прибежала бы она ко мне! Решила, что из всех я самый перспективный и могу вырастить её ребёнка. Сделала, блин, одолжение!
— Слушай, — перебил его Макс. — Я тебя понимаю. Честно сказать, не могу представить, что сам бы делал на твоём месте, но! Если Оля была такой расчётливой, то почему согласилась на брачный контракт? Помнишь, ты сам мне рассказывал? Почему она не завела отдельный счёт в каком-нибудь малоизвестном банке и не переводила туда деньги, которые ты ей выделял? И кстати, раз ты так её любил, как вообще догадался составить брачный договор?
— Как догадался? Да так и догадался, — буркнул Андрей, вспоминая причины, по которым он вообще женился на Оле: простая девчонка, судиться не пойдёт — все его активы находятся в безопасности.
— Андрей, ты мой друг, но ты сам повёрнут на деньгах, — Макс выглядел очень серьёзным, на лице не было даже намёка на улыбку. — Всех девушек, с которыми у тебя были отношения, ты подозревал в корысти. Взять ту же Оксану...
— Ой, не говори о ней! — Андрей демонстративно зажал уши.
— Ладно, вернёмся к Оле, — согласился Макс. — Она ничего не забрала из дома, хотя за то время, что ты им оставил, она могла бы вынести всё подаренное золото. Тебе не кажется, что это как-то не вяжется с образом расчётливой хищницы? Ты мне только что сказал, что наверняка у неё было много любовников, но за все годы брака Оля ни разу не дала тебе повода усомниться в собственной верности. Всё это время она была тебе идеальной женой, тебе даже Ник, закоренелый холостяк, завидовал.
— И что ты хочешь сказать? Я всё придумал, у неё никого не было, а ребёнок появился из воздуха? — съязвил Андрей.
— Нет, конечно, нет... — Макс на мгновение замолчал, задумавшись, а затем продолжил: — Слушай, что изменило бы, скажи Оля, что у неё кто-то был, и она сама не знает, от кого ребёнок?
Андрей задумался. Он долго сидел, обхватив голову руками, прежде чем сказать:
— Не знаю... Наверно, помогал бы первое время, потом сделал бы тест на отцовство. Оля говорила, что думала об аборте, но опоздала со сроками, а потом доктор убедила не делать. Что было бы после... не знаю... Она такая ласковая была, ничего не требовала. Это-то меня и подкупило. Хотелось её постоянно радовать. Сам не заметил, как эта змея в сердце проросла.
— М-м-м... А если эта, как ты говоришь, змея не собиралась на тебя чужого ребёнка вешать? — предположил Макс. — Возможно, Оля думала, что Алиса и правда твоя дочь. Ну непохожа она на корыстную особу. Такая бы взяла от тебя максимум и свалила в закат, пока всё не раскрылось.
— Даже если и так, — вздохнул Андрей. — Она мне в любом случае солгала.
— А ты прям святой? — тут же парировал Макс. — Ты переспал с ней и уехал. Давай начистоту, ты просто её бросил, ничего не объяснив, уж мне ли это не знать.
— Я ничего ей не обещал, — возмутился Андрей.
— Но и прямо в своих намерениях — легко провести время — не признался, — усмехнулся Макс. — Если уж на то пошло, то и Оля тебе ничего не обещала. К тому времени вас уже и парой можно было назвать с натяжкой. — Макс говорил, а Андрей уязвлённо молчал. — Пойми, будь на её месте кто-то другой, я бы даже речь на заводил, а так... Вижу же, что ситуация тебя до сих пор гнетёт. Просто поговори с Олей. Хотя бы в память о тех годах, что ты был с ней счастлив.
После разговора с другом Андрей покинул его, не помня себя от нахлынувших эмоций. Как бы он ни прилагал усилия забыть Олю, раз за разом вспоминая её подлый поступок, но то хорошее, что было между ними, тянуло назад, в прошлое, где он был счастлив. Андрей сам не понял, как очутился в собственной квартире, куда не заглядывал уже несколько месяцев. Со стен на него смотрели улыбающиеся лица тех, кого считал своей семьёй. Когда-то он сорвал их фотографии, разбил рамки, но так и не смог выбросить на помойку. Нанятая домработница поместила снимки в новые фоторамки и развесила по комнатам.
Алиса... Оля... Как же теперь пусто и тоскливо без них...
Андрей сглотнул образовавшийся в горле ком, разглядывая фотографии и вспоминая беседы с Максом и Маргарита Павловной.
Решено. Он съездит в тот городок и переговорит с Олей.
— Куда это ты собралась на ночь глядя? — услышала Оля за спиной голос Тамары Васильевны.
Бросив собирать вещи, она развернулась и посмотрела на мать. Та выглядела помятой, и от неё сильно разило дешёвым вином. Оля против воли брезгливо скривилась:
— Ты опять? Всю жизнь на бутылку променяла! — добавила она с горечью.
Нет, надо взглянуть правде в глаза. Жизни им с Алисой здесь не будет. Мало того что вечно пьяная бабушка — плохой пример для подрастающего поколения, но ещё хуже вернувшееся из мест не столь отдалённых ничтожество, называющее себя отцом её дочери. Ещё чего захотел — общения с её девочкой! Не для того, она свою малышку родила, чтоб всякая сволочь к ней лапы грязные тянула!
Они уедут! Вернутся в Москву. И пусть их там никто не ждёт, но Оля лучше побираться там будет, чем позволит какому-то уголовнику близко к Алисе подойти.
— Ты как с матерью разговариваешь? — еле ворочая языком проговорила женщина, пьяно привалившись к дверному косяку.
Не желая скандалить на глазах у дочери, Оля принялась складывать документы в свою сумку. Мельком бросила взгляд на новое свидетельство о рождении Алисы, где в графе «отец» теперь стоял прочерк. Готовность Юры сообщить в опеку то, что девочка не посещает дошкольное учреждение, напугала Олю, но не настолько, чтобы снова всё бросить и бежать сломя голову в неизвестность. Другое дело, что его угрозы её жизни и здоровью сильно подорвали уверенность в завтрашнем дне. Если с Олей произойдёт что-нибудь нехорошее, то кто позаботится об Алисе? В лучшем случае она попадёт в детский дом, а в худшем, её оставят бабушке, а та за бутылку любую шелупонь в квартиру пустит.
Пересчитав наличку, Оля пригорюнилась. Денег надолго не хватит. Если бы она знала, что им с дочкой придётся вот так срочно бежать в неизвестность, то лучше не тратилась ни на какой ремонт. Но нет, она жить здесь собиралась, хотела, чтобы Алиса не в грязи росла. Была бы Оля одна, то просто сняла бы место в хостеле, но как быть с ребёнком? Да, ночевать они могут вместе, но ей же надо будет искать работу, ходить по собеседованиям, куда ей деть Алису?
Оля в очередной раз обругала себя последними словами: всю жизнь семье посвятила, даже подругами не обзавелась. Единственная, с кем она поддерживала хоть какое-то общение, была Катя. Что ж, Оля попросится к ним на несколько дней. Не выгонит же Катя их с малышкой на улицу, она сама мать, сердце не позволит. Но ведь Макс, её муж, приходится другом Андрею, и он может оказаться против. Что ж, не попробуешь — не узнаешь.
Взглянув на часы, Оля отметила, что если они поторопятся, то успеют на последнюю электричку, идущую до Москвы. Приедут они поздно ночью, придётся до утра проторчать на вокзале.
— Лисёнок, ты оделась? — спросила Оля, когда со сбором вещей было покончено.
— Мам, я не хочу никуда уезжать, — заныла Алиса. — Почему нам снова надо куда-то ехать?
— Малышка, я тоже не хочу, — призналась Оля, позволив себе минутную слабость, но тут же спохватилась: — Мы едем туда, где нам будет лучше! Вот увидишь!
Её трудовая книжка осталась у хозяйки ателье. Вот кого она так некрасиво подводит своим внезапным бегством. Утром Оля позвонит ей и всё объяснит, попросит выслать документ почтой, когда у них появится постоянный адрес.
Понуро кивнув, Алиса принялась нехотя собираться. У Оли сжималось сердце, когда она смотрела в печальное личико дочери, но медлить было нельзя.
Когда они обе были готовы, Оля взяла девочку за руку, и они покинули квартиру, которая так недолго прослужила им домом.
— Скажешь хоть, куда направилась? — спросила напоследок Тамара Васильевна, впрочем, не скрывая радости от их отъезда.
— Вряд ли тебе это будет интересно, — пожала плечами Оля.
Хмыкнув, Тамара Васильевна закрыла за ними дверь. Оля напряжённо вслушивалась в различные подъездные шорохи, боясь очередной встречи с соседом, но в этот раз опасность миновала. Поймав на улице такси, они направились на вокзал и успели купить билеты за пять минут до отправления поезда.
Открыв шкаф в детской, Андрей растерянно смотрел на Алисины вещи. Было бы неплохо что-то из этого взять, не ехать же с пустыми руками, но как угадать с размером, ведь дети так быстро растут. Кажется, Оля покупала Алисе платья к лету, наверняка она взяла что-то на вырост. Андрей вынул с полки стопку вещей и переложил на детскую кровать. Увидев, на самом верху аккуратно сложенный красный свитер с оленем, он отшатнулся, вспомнив Олин новогодний подарок. Но как он оказался теперь в шкафу Алисы? Взяв свитер в руки, Андрей понял, что ошибся. Конкретно эта вещь была связана именно для ребёнка, вот только зачем Оле дарить и мужу, и дочери одинаковые подарки?
В голове яркими вспышками пронеслись события одного далёкого вечера, когда они всей семьёй смотрели какой-то фильм, где у главного героя был точно такой же свитер. Андрей тогда в шутку обронил, что хотел бы его себе, а Алиса поддержала. Она вообще во всём его поддерживала. Это что ж получается, Оля просто выполняла их заказ и не имела никакого злого умысла? Ладно, об этом он тоже её спросит.
Выбрав несколько симпатичных платьев, которые, по его мнению, могли бы прийтись Алисе впору, Андрей покинул квартиру. Вечерело. Возможно, это было не самое подходящее время для такой поездки, но находиться дома, ничего не предпринимая, он не мог. Что-то гнало его в дорогу, какое-то чувство, что он теряет нечто важное, хотя, казалось бы, ну что может произойти за несколько часов.
К Олиному дому Андрей подъехал без приключений, когда часы показывали половину шестого утра. Глаза слипались, и неимоверно клонило в сон. Подумав, что время для визита ещё слишком раннее, он решил подремать пару часов в машине.
Проснулся Андрей от яркого света, бьющего через лобовое стекло. На часах уже было без четверти девять. Взяв с заднего сиденья фирменный пакет с платьями для Алисы, он вошёл в подъезд. Надо же, ноги помнили, куда идти, и за столько лет здесь ничего не изменилось. Андрей поморщился от запахов и прикрыл нос рукой, пока поднимался по лестнице.
Он жал и жал кнопку звонка, но никто не торопился подходить. Странно, на его памяти Оля с Алисой всегда рано вставали, в то время как Андрей предпочитал отсыпаться в выходной день. Наконец, послышались какие-то шорохи, и дверь отворили.
— Вы кто? — сощурив глаза спросила Тамара Васильевна. За эти годы она ещё больше состарилась, да и пахло от неё так, словно накануне женщина искупалась в бассейне с самым дешёвым пойлом.
— Я могу увидеть Олю? — вежливо спросил Андрей, стараясь через голову Тамары Васильевны заглянуть в квартиру.
— Олю? — переспросила женщина, более внимательно вглядываясь в лицо нежданного гостя. — Сейчас. Оля-а-а! — крикнула она, но никто не отозвался. Тамара Васильевна повторила: — Оля-а-а! — а потом стукнула себя по лбу и произнесла: — Совсем забыла, она же больше здесь не живёт.
— Как не живёт? — изумился Андрей, чувствуя, как неясная тревога в душе начинает принимать вполне определённые очертания.
— Вот так, — пожала плечами Тамара Васильевна. — Уехала она вместе с дочкой. Собрала вчера вещи и уехала. Даже не сказала куда.
— Почему? — Андрей не пытался понять, что такого могло произойти, из-за чего женщине с ребёнком пришлось срочно покинуть дом.
— Она мне что, докладывает? — взвилась Тамара Васильевна, у которой из-за недосыпа и выпитого накануне алкоголя разболелась голова. — Ты же Андрей, да? — узнала она его наконец. — Что, опомнился? Мириться приехал? А нету её уже! Хахаля себе нового завела, к нему и съехала, чтоб мать родную не кормить! Воспитала дочь, называется!
Тамара Васильевна с грохотом захлопнула дверь, продолжая ругаться. Её шаги постепенно стихли в глубине квартиры. Повесив на ручку двери пакет с брендовыми вещами, Андрей спустился по лестнице. При выходе он столкнулся плечом с каким-то мужчиной, явно уголовной наружности, но не придал этому значения. Устало сел в автомобиль и повернул ключ в замке зажигания. Вот и поговорили.
Поезд прибыл в Москву в третьем часу ночи. Оля разбудила дремавшую на её коленях Алису, и они вдвоём, покинув вагон, направились в зал ожидания. Там она купила девочке пирожок и чай, поскольку накануне они выскочили из дома, не успев поужинать. Расположившись на жёстком сиденье, Оля обнимала дочку. Та, наскоро перекусив, снова заснула на коленях у матери.
«Словно бомжи какие-то», — горько подумала Оля, гладя девочку по голове.
Когда же у них будет свой дом, откуда их никто не посмеет выгнать и где они будут в безопасности? Своя маленькая крепость, куда можно вернуться после трудного дня и укрыться в родных стенах от всех невзгод. А ведь когда-то у них был такой дом... Вернее, они думали, что был. За эти недолгие месяцы Оля уже поняла, что в жизни надеяться можно только на себя, нельзя ни у кого ждать милости. Что ж, она сделает так, что у Алисы будет свой угол, где её никто не сможет побеспокоить.
Оля не спала всю ночь, бережно охраняя сон дочери. Когда огромные стрелки на вокзальных часах показали ровно восемь, она разбудила Алису, легонько поцеловав в макушку.
— Пора, лисёнок, — улыбнулась Оля. — Давай умоемся и поедем к тёте Кате.
— К тёте Кате? — оживилась Алиса. — И к Саше и маленькой Сонечке?
— К ним самым, — весело подмигнула ей Оля.
— Я хочу! — обрадовалась Алиса и тут же соскочила с маминых колен.
Они подъехали к нужному дому в половине десятого утра. Подумав, что время не такое уж и раннее, несмотря на выходной день, Оля решительно вошла в подъезд. Поднявшись на десятый этаж, она долго жала кнопку звонка, но никто так и не открыл.
— Странно, — удивилась Оля. Под ложечкой неприятно засосало. — Наверно поехали в цирк, а может, в торговый центр, — объясняла она Алисе, когда они вышли на улицу. — Мы тоже с тобой куда-нибудь сходим, а вечером снова сюда приедем.
В груди разлилось тревожное чувство, но Оля старалась не показывать Алисе, как ей страшно. Увы, она даже не могла позвонить Кате, потому что все номера остались в старом телефоне, который она вернула Андрею в день развода. Пересчитав наличку, Оля прикусила губу. Немного. Совсем немного. А для столицы почти ничего.
Погода к счастью, была тёплая, и Оля повела Алису в парк Горького. Девочка пищала от восторга, снова носясь по таким знакомым аллеям. Она выбегала на набережную, махала руками пароходам и уговаривала маму прокатиться на одном из них. Оля бы с радостью исполнила её просьбу, но сейчас каждая копейка была на счету, неизвестно как долго ей придётся искать работу.
— Лисёнок, мы обязательно с тобой ещё покатаемся, — говорила Оля, — но в другой раз.
Алиса понимающе кивала, и оттого на душе становилось ещё горше. В парке они пробыли весь день. Когда солнце начало клониться к закату, Оля вновь повела дочку к метро. Алиса с интересом рассматривала подземку. Раньше ей мало удавалось бывать здесь, в основном их возил Андрей, либо они пользовались услугами такси. Оля удручённо вздохнула: ей удалось уговорить Алису относиться к этой поездке как к весёлому приключению, вот только у самой на душе было отчаянно тошно.
Снова знакомый дом и знакомый подъезд, звонок в дверь и долгое ожидание. Оля приложила ухо к двери, но не услышала ни малейшего шороха. Тревога рвотными позывами подкатывала к горлу.
— Почему никто не открывает? — спросила уставшая Алиса. Она весь день носилась в парке и сейчас готова была уснуть даже стоя.
— Ничего не понимаю... — пробормотала Оля, отчаянно заколотив по двери, но никто не вышел на звуки.
Смутившись при мысли, что своими действиями только пугает дочь, она усилием воли взяла себя в руки. Повернулась к Алисе и улыбнулась. Улыбка получилась насквозь фальшивой и натянутой. Девочка недоверчиво посмотрела на мать.
— Наверно, они поехали навестить бабушку и дедушку, тем более что сегодня выходной, — ласково прощебетала Оля, пытаясь убедить при этом саму себя. — Мы попробуем прийти сюда завтра. А сейчас, давай выберем какую-нибудь гостиницу.
Посмотрев на специализированном сайте предложения, Оля выбрала ближайший хостел, который по отзывам показался ей неплохим. Прибыв на место, они рухнули на постель, не помня себя от усталости. Оле весь день пришлось носить с собой пакеты с вещами, и теперь у неё отваливались руки.
— Мне здесь не нравится, — прошептала Алиса, осматриваясь в комнате. Она впервые ночевала с чужими людьми, а помимо них в номере было ещё две женщины.
— Это только на одну ночь, — также негромко произнесла Оля, надеясь, что так оно и будет.
Накупив в соседней кулинарии пирожков, она с сожалением думала о том, что это совершенно неподходящая еда для ребёнка. Алисе бы поесть горячей каши на ужин. Ничего, завтра... Завтра уже всё наладится. Оле до безумия хотелось в это верить.
Ранним утром, наплевав на приличия, сразу же после гигиенических процедур, они отправились по знакомому адресу. Оля едва сдержалась, чтобы не пнуть по двери ногой, когда им снова никто не открыл. Где хозяева квартиры? Не съехали же они отсюда. В душу закралось подозрение, что Никольские всей семьёй могли отправиться в какую-нибудь поездку.
— Мы придём сюда ещё раз, — Оля решила попытать счастья вечером, хотя уже ни на что не надеялась.
Они снова отправились в парк, но её паническое настроение передалось и Алисе. Девочка уже ничему не радовалась. Она хмуро бродила по весенним аллеям, пиная ботинками мелкие камешки. К ней подбегали другие дети, но она ни с кем не хотела играть. Сев на нагретую солнцем скамью и опустив голову, Алиса безрадостно болтала ногами в воздухе.
— Мам, а у нас когда-нибудь будет свой дом? — глухо спросила она, не поднимая взгляда. — Я так хочу домой...
— Конечно, будет, — у Оли больше не было душевных сил делать непринуждённый вид.
Алиса всё понимала. Что бы она ей ни говорила, девочка сердцем чувствовала ложь. Но и признаться в том, что сама не верит в собственные слова, она не могла и потому продолжала подбадривать дочку.
Оля ещё раз пересчитали деньги. На какое-то время этого хватит, даже если придётся жить в хостеле. Допустим, она возьмёт Алису с собой на собеседование, допустим, это даже не смутит потенциального работодателя, хотя кого Оля обманывает? Но, допустим... Вот только как ей потом ходить на работу? Это не маленький городок, где с хозяином можно договориться почти по любому вопросу, это Москва, здесь никому нет дела до твоих проблем.
— Давай попробуем ещё раз, может, тётя Катя уже вернулась? — ни во что не веря, предложила Оля.
Алиса невесело кивнула, и они снова отправились по знакомому маршруту. Всю дорогу девочка молчала. И как Оля ни пыталась её приободрить, Алиса даже не улыбнулась.
На этот раз Оля долго не отходила от двери. Бросив на пол пакеты, от которых уже ломило руки, она звонила, стучала и снова звонила. Ждала отклика, обречённо осознавая всю безнадёжность их ситуации, прислушивалась к звукам внутри квартиры и снова стучала и звонила. От усталости Алиса присела на корточки, привалившись к стене, Оля даже не стала её одёргивать, продолжая безрезультатные попытки достучаться до обитателей квартиры.
На глаза наворачивались слёзы, и Оля незаметными движениями смахивала их. Поколотив по металлическому полотну последний раз, она обессиленно сползла по двери на пол коридора.
— Надо идти, — глухо сказала она после продолжительного молчания.
И тут случилось то, чего Оля боялась больше всего — Алиса заплакала.
— Ну что ты, лисёнок, — переполошилась она. — Всё нормально же. Сейчас вернёмся в гостиницу и отдохнём. Просто тётя Катя с дядей Максом куда-то уехали, но они же вернутся.
Алиса продолжала рыдать, а Оля её утешать. Обеспокоенная состоянием дочери, она не услышала звуков открывающегося лифта и чьих-то шагов. Алиса отреагировала первой. Подняв голову, она резко и удивлённо замолчала. Оля последовала её примеру.
— Ты? — растерянно спросила она, увидев красивую эффектную блондинку.
— Оля? Алиса? — та тоже не скрывала своего удивления. — Что вы тут делаете?
— Мы... — Оля замялась, вставая с пола и поднимая за собой дочку. — В гости приехали...
— Ага, — кивнула Оксана, переводя ошеломлённый взгляд с Оли на Алису, потом на ворох лежащих рядом пакетов, и обратно. — Их нет, — сообщила она, доставая из маленькой элегантной сумочки ключи. — Уехали в Эмираты. Катя попросила меня приезжать иногда цветы поливать. У неё много всяких-разных растений. Лоджию в своей спальне она и вовсе в зимний сад превратила. — Оксана открыла дверь и махнула им рукой, приглашая войти. — Думаю, Катя не обидится, — подмигнула она.
Оля с Алисой нерешительно прошли в гостиную. Здесь было чисто и убрано, как никогда. Они нечасто бывали в гостях у Никольских, и сколько бы ни приезжали с визитом, по всей квартире были разбросаны игрушки. Сев на край дивана, Оля принялась судорожно соображать, что же им делать дальше. Её план изначально не был надёжен, а теперь и вовсе провалился. К счастью, Алиса успокоилась и не всхлипывала, во все глаза наблюдая за мельтешащей туда-сюда Оксаной. Что ни говори, а бывшая девушка Андрея была очень яркой и одевалась со вкусом. Сейчас на ней был тёмно-зелёный стильный комбинезон, изящное полупальто и ботильоны на высокой шпильке, которые она сняла в прихожей. За годы жизни с Андреем Оля научилась разбираться в брендах. Такой наряд она ещё не скоро сможет себе позволить.
Убежав на кухню, Оксана долго не появлялась. Оттуда доносились звуки открывающихся и закрывающихся шкафов и шорох её шагов. Оля в который раз огляделась. Вся квартира была заставлена различными растениями в горшках. Андрей как-то рассказал ей, что Катя не любит срезанные цветы, поэтому Макс дарит обожаемой жене живые.
— Так, — в гостиной снова показалась Оксана. — Я тут чай сообразила. Идёмте к столу!
Оля с Алисой не заставили себя долго ждать. Оля была настолько измучена, что не нашла моральных сил отказаться ради приличия, Алиса же с детской непосредственностью села за стол и потянулась к самым ярким конфетам. Сладкое на голодный желудок? Раньше Оля ни за что не допустила бы подобного, а сейчас махнула рукой, чувствуя себя при этом никчёмной матерью.
— Эй, не кисни, — услышала она голос Оксаны и через силу улыбнулась. Потянулась за печеньем, да так и застыла с выпечкой в руках.
— Как давно они уехали? — глухо спросила Оля.
— Вчера утром, — ответила Оксана.
Вчера утром. Они разминулись. Если бы Оля с Алисой поехали к ним сразу же по прибытии, наплевав на приличия, то застали бы дома.
— Надолго? — задала Оля новый вопрос.
— На две недели.
Две недели. Они вряд ли столько продержатся. Неужели опять придётся возвращаться к матери ни с чем? Выслушивать оскорбления, видеть её пьянку, но хуже всего то, что там был Юра, бывший уголовник, который от них так просто не отстанет. Против воли по щеке снова скатилась слеза. Оля была на грани. Оксана заметила её состояние.
— Солнышко, — обратилась она к Алисе. — Смотри, — блондинка протянула ей самый большой кусок бисквитного печенья. — Это так вкусно, попробуй. Ты пока пей чай, а мы с твоей мамой поговорим. Ты не против? — Алиса помотала головой, переключая внимание на предлагаемое лакомство. — Вот и умничка. Пойдём, — последнее было адресовано Оле.
Они вернулись в гостиную. Оксана усадила Олю на диван, и сама села рядом.
— Рассказывай, что произошло. — Оля молчала, пытаясь справиться с подступающими рыданиями. Оксана мягко взяла её за руки и добавила: — Я же вижу, ты еле держишься.
И Олю прорвало. Она сама не знала, почему решила довериться бывшей девушке своего бывшего мужа, но Оксана оказалась единственным человеком, готовым её выслушать. И Оля говорила. Сбиваясь и прыгая от истории к истории. Она рассказала про знакомство с Андреем, про их непродолжительный роман. Про то, как он уехал, а Оля не знала, куда себя деть от тоски. Как она пошла на ту злосчастную вечеринку, где ей что-то подмешали. О драме, разыгравшейся позже, и о том, как её убедили, что ребёнок не может быть от насильника. И с каким облегчением Оля в это поверила. А потом через много лет правда всплыла, чтобы похоронить под собой их отношения с Андреем и его любовь к дочери.
— Он даже не выслушал меня, — рыдала Оля на плече у Оксаны, а та гладила её по голове. — Просто выставил нас с Алисой из дома. Ладно я... Он от неё отвернулся, словно не любил никогда. А она... Она постоянно о нём спрашивала...
— Тише-тише, — шептала Оксана. — Козёл он! Я всегда это знала!
— Мы развестись не успели, он уже кого-то себе нашёл, — Оля никак не могла успокоиться. — Меня в неверности обвинял, а сам чем лучше?! А я... Я же всё для него! Я же только и думала о том, лишь бы он счастлив был! Ничего для себя! Какая же я дура! Теперь скитаемся с лисёнком, как неприкаянные души. Там папашка её объявился. Из тюрьмы вышел. Общения требует. Иначе угрожает мне что-нибудь сделать. Да Алисе лучше в детдом, чем к таким родственникам!
— Вы поэтому так внезапно оттуда уехали? — спросила Оксана, когда Оля немного успокоилась и смущённо отсела чуть в сторону.
— Да, — кивнула Оля, глядя перед собой невидящим взором.
— И какие у вас планы? — осторожно поинтересовалась Оксана. — Они же есть?
— Думала к Кате попроситься на первое время, — ответила Оля, продолжая пребывать в прострации. — Пока работу найду, пока зарплату получу, чтоб жильё снять. Денег у меня немного, не могу же я Алису в хостеле оставлять. Потом надо будет что-то с садиком решать.
Оксана замолчала. Откинулась на спинку дивана и о чём-то крепко задумалась. Наконец её лицо просияло, словно в голову пришла какая-то светлая идея.
— Ты же дизайном занималась, кажется? — вспомнила Оксана то немногое, что знала об Оле. — Всякие штуки, интересные для дома, умеешь делать, шьёшь хорошо. Катя как-то рассказывала мне и фотки показывала...
— Умею, — пожала плечами Оля, не понимая к чему клонит её собеседница. — Курсы проходила...
— Слушай, я тут квартиру недавно в ипотеку взяла, прямо перед Новым годом, — принялась объяснять Оксана. — Ремонт сделала, а так пусто там. Души нет. Давай, ты мне с дизайном поможешь. Ну там подушки всякие, покрывала, шторки, поделки из полимерной глины. Я видела на фото, какой ты шикарный букет сделала.
— Ты серьёзно? — удивилась Оля, боясь признаться самой себе, как предложение Оксаны приободрило её. Затаив дыхание, она внимала каждому её слову.
— Серьёзней некуда! — подтвердила та. — Ты не думай, я хорошо заплачу и всем своим знакомым расскажу! Вы с Алисой пока у меня поживёте. У меня всего две комнаты, но как-нибудь разместимся. Вы в гостиной будете, а я в спальне. Я всё равно целыми днями на работе. Алису там в садик помогу устроить. Что скажешь?
— С... Спасибо, — выдавила из себя Оля, робко улыбаясь и не веря в собственное везение.
— Какое спасибо? — притворно возмутилась Оксана. — Ты мне всё отработаешь! Да шучу-шучу! — поспешно добавила она, увидев, как Оля снова насторожилась. — Расслабься, я же документы не отбираю, вас в рабство не беру. Ключи дам.
— А что ты хочешь, какие сроки? — отбросив печали, Оля задумалась о предстоящей работе.
— Вот! — воскликнула Оксана. — Такой настрой мне больше нравится! Сейчас поедем ко мне. Вы отдохнёте, а завтра я вернусь с работы, и мы все обсудим.
В приподнятом настроении Оля прошла на кухню вслед за Оксаной. Счастливо улыбнувшись, она задорно подмигнула дочке. Алиса к тому времени успела съесть все самые вкусные печенья. Оле казалось, что с её души свалился огромный камень. Они никогда не были с Оксаной подругами, но именно она протянула ей руку помощи.
Усталость последних дней взяла вверх, и Оля с Алисой проспали почти до обеда. Открыв глаза и обнаружив себя в незнакомой обстановке, Оля вскочила с постели, а затем, вспомнив, как они с дочерью приехали сюда накануне вместе с Оксаной, негромко рассмеялась, обернулась и посмотрела на Алису. Девочка тихонько сопела у стенки. Стоило им вчера только улечься на диван, как обе провалились в глубокий сон без сновидений.
Оля уже и забыла, когда в последний раз спала так долго, наверно, во время беременности. Андрей тогда окружил её такой искренней заботой, казавшейся вечной. Странно, в нынешнем положении ей даже не пришло в голову попросить помощи у бывшего мужа. Оля и не подумала позвонить ему, хотя номер помнила наизусть. Она готова была снова вернуться к матери, чтобы попытать удачи в другой раз, лишь бы не терпеть очередного унижения от того, кого когда-то любила больше жизни. Нет, для Андрея их теперь не существует, он ясно дал это понять. И они тоже проживут без него. Не помог бы он. В этом Оля была уверена на все сто процентов, а потому, зачем зря тарифные минуты тратить?
Встав под душ, Оля наслаждалась тёплыми струями воды, позволив на мгновение всем мыслям исчезнуть из головы. В ванной комнате витала причудливая смесь ароматов мыла, шампуня и гелей для душа, и Оля жадно вдыхала эти запахи, блаженно прикрывая глаза от удовольствия.
Вернувшись в гостиную, она ласково погладила дочку по голове.
— Вставай, лисёнок, — прошептала Оля ей на ухо.
— Мам, — сонно пробормотала девочка. — Я хочу ещё поспать.
Подумав, что за эти дни Алиса вымоталась и физически, и морально, Оля не стала настаивать на немедленном подъёме.
— Ладно, поспи ещё немного.
Она прошла на кухню. Комната оказалась огромной и заставленной всей необходимой мебелью и бытовой техникой. Помимо встроенного гарнитура с духовым шкафом и варочной панелью, здесь имелся немалых размеров диван, стол для приёма пищи, стулья, микроволновка, телевизор. Оля с восхищением погладила кончиками пальцев мраморную столешницу: не так дорого, как в квартире Андрея, но не менее стильно. И всё это Оксана купила сама, пусть и в кредит, но зато ей никому не надо кланяться и никто её отсюда не выгонит. Оля почувствовала лёгкий укол белой зависти — она тоже так хотела.
В одном из шкафов Оля обнаружила рис, а из холодильника достала молоко и сливочное масло. Отлично! Алиса наконец-то позавтракает горячей кашей. Себе же она приготовила чашку кофе и бутерброд. Пока Оля занималась завтраком для дочери, та уже проснулась и, сонно потирая глаза, протопала на кухню, забралась с ногами на широкий стул и восхищённо огляделась.
— Мы теперь будем жить здесь, да? — с надеждой спросила она. — Тут так красиво.
— Какое-то время поживём, — улыбнулась Оля. — Не грусти, лисёнок, всё будет хорошо, — теперь она была в этом уверена.
На кухне царила идеальная чистота. Судя по нетронутой варочной панели, Оксана сюда заглядывала лишь по утрам, выпить чашечку кофе, ну, может, ещё и вечером, чтобы перекусить каким-нибудь салатом. В холодильнике, помимо молока, Оля обнаружила свежие овощи и зелень, а в морозильной камере замороженные полуфабрикаты. Конечно, если Оксана постоянно на работе, когда ей готовить?
— Надеюсь, тётя Оксана не будет на нас ругаться, если мы здесь немного похозяйничаем, — Оля подмигнула Алисе, продумывая меню на ужин. Она приготовит спагетти под соусом бешамель и салат «Цезарь».
Разглядывая квартиру после завтрака, Оля подумала, что Оксана была права, сообщив, что тут не хватает души, несмотря на шикарный ремонт и новую мебель. Повсюду царил минимализм: стены были пустые, полки шкафов тоже. Надо будет порасспросить хозяйку, когда та вернётся, чего же она хочет.
Оля грустно вздохнула, вспомнив, как она украшала их с Андреем жильё, сколько труда туда было вложено. Она самолично расписывала каждую вазу витражными красками, лепила из полимерной глины цветы, раскрашивая их по ночам, пока Алиса спала. А какой она сделала дочке мини-сад в аквариуме! Жаль, всё осталось там, где оно никому не нужно. Оля занималась этим, поскольку ей нравилось, и даже не думала, что её поделки могут стать кому-то интересны, а вот поди ж ты!
— М-м-м, как вкусно пахнет! — воскликнула Оксана вечером, когда переступила порог. Разувшись и скинув короткое пальто, она прошла на кухню. Потянула носом воздух и блаженно простонала: — Оля, ты просто волшебница! Я такая голодная, наверно, быка бы съела. Привет, — помахала рукой Алисе, сидевшей на диване и смотрящей мультики. Та с немым восхищением помахала ей в ответ. Девочке очень нравился стиль Оксаны.
— Говядины нет, — смущённо улыбнулась Оля. — Но есть спагетти и салат. Надеюсь, ты не против, что мы тут...
— Против? — возмутилась Оксана. — Да я только за! Кто-то должен был лишить эту кухню девственности, — понизив голос, добавила она. — И я рада, что она оказалась в руках профессионала! Не буду говорить профессионалки, слово-то какое нехорошее.
— Скорее уж, любительницы тогда, — брякнула Оля и, не ожидавшая от себя грубого юмора, покраснела. Зато Оксана расхохоталась в голос и вышла из кухни.
Пока она переодевалась, Оля накрывала на стол. Алиса с нетерпением ждала возвращения Оксаны. Та вернулась в удобном домашнем костюме и мягких тапочках, с видимым удовольствием сняв с себя стильную офисную юбку и бежевую полупрозрачную блузку.
— На вкус это ещё лучше! — просияла Оксана, попробовав первый кусок. — Эх, порой, работающей женщине тоже нужна жена. Вот так придёшь домой, а ужин уже готов.
— Э-э-э... — замялась Оля, не зная, что ответить, и потянулась за своей порцией. Алиса же вовсю уминала спагетти.
— Шучу я, — отмахнулась Оксана. — Случай был на работе. Есть у меня две коллеги, с которыми мы всегда вместе на обед ходим. Решили мы как-то втроём сесть на диету, а там особое питание: можно нежирное мясо, рыбу, птицу, кое-какие овощи — в общем, не разгуляешься, но с голоду не помрёшь. И одна из них начала нам рассказывать, какие она деликатесы дома из разрешённых продуктов наготовила и мужа накормила. В общем, с ужином она тогда часа три провозилась. Мы со второй коллегой, которая, между прочим, тоже замужем, переглянулись и не сговариваясь воскликнули «я тоже хочу такую жену»!
Оля захихикала, и Алиса её поддержала, хоть и не вслушивалась в разговор и не поняла его смысла. Ужин прошёл в дружной благожелательной атмосфере.
— Чего бы ты хотела? — спросила Оля за чашкой чая, когда с едой было покончено. — Ты уже подумала?
— В общем, я сегодня кое-что присмотрела, — Оксана достала телефон и открыла сохранённые из интернета рисунки и принялась перечислять: — Вот такую объёмную картину в виде французского балкончика с цветами, — она пролистнула изображение. — Вот такую расписную вазу, букет для неё, вот такие подушки, покрывало... — Оксана показала ещё несколько фотографий. — А ещё у нас скоро день рождения фирмы. Хочу подарить своим коллегам индивидуальные чашки, но пока не придумала какие.
Оля попыталась оценить фронт работы. Если с вазой и другими подобными предметами декора всё было ясно, нужно всего лишь закупиться материалом, то с подушками и покрывалом не очень.
— Мне будет необходима швейная машинка, — пояснила Оля. — Вручную много не нашьёшь, а старая осталась... там, где осталась.
— Не вопрос, — пожала плечами Оксана. — Завтра переведу тебе небольшой аванс, купишь всё, что надо.
Они проговорили до позднего вечера, обсуждая те или иные нюансы работы. А утром, Оксана, как и обещала, перевела часть денег на закупку всего необходимого.
Слова Тамары Васильевны, что Оля завела себе нового любовника и скрылась с ним и дочерью в неизвестном направлении, несколько дней не выходили у Андрея из головы. Надо же! Нашла себе другого ухажёра и была такова! А ещё что-то строила из себя, не взяла ничего, даже телефон вернула. Да у неё просто был уже запасной план! Или не был, но очень быстро подвернулся, и она не преминула им воспользоваться! От злости на Олю перехватывало дыхание, как и тогда, когда он окончательно удостоверился, что Алиса не его ребёнок. Андрей не понимал себя. Казалось бы, выброси из мыслей и сердца подлую изменщицу, что тут сложного? У него же начинало получаться! Начинало? Как же! Уж себе-то врать не надо! Жизнь без Оли не мила оказалась!
Ему бы стоило сразу с ней поговорить, но Андрей не мог. Не мог переступить через собственную гордость. Да, он современный мужчина, но в глубине души был слишком доволен тем, что оказался у своей жены первым и единственным. Как потом выяснилось, он жестоко заблуждался на этот счёт. Ещё и ребёнка чужого подбросили. Алису, чудесную малышку, которую он столько лет считал своей дочерью. Как его раздирало, когда он наживую вырывал её из сердца, но так и не вырвал. Андрей ударил кулаком в грудь. Здесь она, сидит внутри, никуда не делась, вместе со своей матерью.
Сжав зубы, Андрей покрутил в руках мобильник, зашёл на Олину страничку, снова и снова пересматривая фотографии со дня рождения девочки. Всё как обычно. Ничего не указывало на присутствие в их жизни постороннего мужчины. Как оказалось, что на следующий день они сорвались с места, бросив всё? Ну не бывает так. Оля же нормальная мать, по крайней мере, как к матери, у Андрея к ней претензий не было. Не могла она ни с того, ни с сего переехать к незнакомому мужику вместе с дочерью. Или могла? Может, их финансовое состояние оказалось совсем плачевным, и Оля ухватилась за первое же предложение? Муки совести, которые Андрей успешно подавлял на протяжении нескольких месяцев, охватили его. Это его вина. Он очень некрасиво поступил с ними, оставив без средств к существованию.
— Чёрт! — выругался Андрей, испытывая досаду из-за собственных душевных метаний. — А что я должен был делать? Алименты не на своего ребёнка платить? Я что, идиот?
А может, объявился настоящий отец Алисы? Стихнувшее на время пламя ревности разгорелось с новой силой, раня и обжигая непримиримым огнём, сжимая в тисках обиды. Оля теперь в чужих объятиях, дарит свои ласки совершенно другому мужчине! В гневе Андрей сжал телефон так, что тот чуть не затрещал. Он не знал нового номера Оли. Соцсеть была единственным связующим звеном. Он уже собрался написать ей сообщение, как его взгляд привлёк новый фотоальбом под непритязательным названием «Моё творчество». Оля выложила там снимки картины, над которой она в данный момент работала: воздушный французский балкончик в окружении цветов. Андрей несколько раз пересмотрел эти фотографии. Его интересовала не сама картина, а фон, который попал в кадр. Знаток и ценитель дорогих вещей, он отметил, что отделка в квартире оказалась недешёвой, а мебель качественной. Его бывшая жена не прогадала. Нашла мужика при бабле.
Пламя ревности разгорелось ещё ярче и горячее. Оля так же украшала их квартиру, а теперь, видимо, решила отдекорировать жильё своего нового, как выразилась Тамара Васильевна, хахаля. Значит, нашла себе мужика не на одну ночь, собирается жить там, отношения строить! Хорошо устроилась! Андрей скрипел зубами. Оля на условного Васю Пупкина с завода размениваться не стала, поймала рыбу покрупнее! Молодец, чего уж там!
И если раньше Андрея мучила мысль, что он обошёлся с ними несправедливо, то сейчас она исчезла. Оля времени зря не теряла! Как он и ожидал, такая красивая женщина быстро нашла бывшему мужу замену. И полугода не прошло!
Вот только Андрей так и не смог её забыть. Ни алкоголь, ни другие женщины не вытравили из памяти её образ. Ему дико её не хватало, как бы он ни врал сам себе, как бы ни задерживался допоздна в офисе, чтобы не думать о ней, как бы ни взваливал на себя все новые и новые задачи. Он до одури хотел её здесь, рядом с собой, зарыться лицом в шёлк её волос, гладить нежную кожу, вдыхать её неповторимый аромат, такой родной и желанный. Разложить её тут, на этом самом диване, взять, как брал много раз. А потом расспросить. Обо всём. О том, что следовало узнать уже давно. После выгнать!
— Совсем сдурел, идиот! Что она может рассказать, чего я сам не знаю?! — разозлился Андрей сам на себя. — Наверно, это к лучшему, что к моему приезду они уже успели уехать.
Но мысль о том, что зря он в своё время не выслушал её, прочно засела у него в голове. А если найти их? С его деньгами и связями это будет несложно. Но зачем? Посмотреть на её нового сожителя? Оля и так его мало унизила, что ли? Да она просто посмеётся над ним и его душевными метаниями.
Нет-нет-нет! Андрею надо её забыть! Хотя пытался уже и не один раз. Сейчас он и не помнил тех женщин, с которыми проводил ночи после Олиного ухода, словно их и не было никогда.
Андрей хлопнул себя лбу. Он не там искал. И не тех. Что ни говори, но Оля все эти годы была ему хорошей женой. Разве ночные бабочки, ищущие ярких впечатлений, могут с ней сравниться? Они годятся лишь для разового развлечения, а ему нужна такая, как Оля, чтоб серьёзная была, ценила своего мужчину и умела создать уют. И в сексе раскованная была. Ох, это-то ему в Оле и нравилось. Вся такая тихая, семейная, а в постели тигрица. Кто-то скажет, так не бывает, но Андрей-то знает, что бывает! И теперь не только он знает...
Мужчина чуть не зарычал. Стоило ему лишь представить Олю в чужих объятиях, как тут же появлялось неудержимое желание всё крушить и ломать.
Открыв окно, он глотнул свежего воздуха. Ярость начала потихоньку отпускать. Так дело дальше не пойдёт. Ещё чего не хватало — ревновать предательницу! Нет, он найдёт ей замену, и на этот раз качественную. В Москве много хороших и покладистых девушек. Вон, взять, к примеру, Катю. Повезло же Максу. Хорошая же девушка? Хорошая. Только нос свой везде суёт, мнение обо всём имеет и спорить не стесняется. Оля тоже не совсем бывала согласна, но никогда в открытую не спорила. Она выбирала время, когда Андрей находился в приподнятом настроении, и дипломатично указывала на те или иные просчёты в его идеях, подсказывала правильное решение, вернее, преподносила всё так, будто Андрей сам до всего додумался. Как же он гордился своей женой. И где теперь такую найти? Он не имел представления, но с чего-то надо начинать. Почему бы не с приложения для знакомств?
Недолго думая, Андрей скачал «Ginger»* * название выдумано.и загрузил парочку своих фото: в офисе и за рулём автомобиля. Вскоре ему посыпались предложения знакомств. Что ж, придётся, потрудиться, чтобы найти в куче песка золотой самородок. По крайней мере, в ближайшее время ему есть чем заняться.
Ранним утром, взяв чистый лист бумаги и карандаш, Оля приступила к выполнению первого задания. Лёгкими штрихами она сделала набросок предстоящей картины: окно с распахнутыми деревянными ставнями на фоне каменной стены, металлическая ограда фигурной ковки, украшенная различными цветами.
— А можно мне тоже? — спросила Алиса, внимательно следящая за мамиными действиями.
— Хочешь помочь? — улыбнулась Оля.
— Ага! — просияла девочка.
Оля посадила дочку на колени и, аккуратно придерживая её руку, помогла дочери нарисовать лепестки бархатцев. Работали они долго и кропотливо, но в итоге обе остались довольны тем, что получилось. Алиса пересела на соседний стул и, затаив дыхание, продолжала смотреть на мамины пальцы, творящие будущую картину. Тем временем Оля положила стекло поверх рисунка и нанесла клей. А дальше её захватила магия творчества. Отщипывая кусок специальной глины за куском, она имитировала кирпичную кладку, деревянные ставни и рамы, синее полупрозрачное стекло, кованый поручень. Фуксия, петуния, бархатцы, вербена, анютины глазки — на картине царила вакханалия ярких красок. Оля тщательно вылепливала каждый листик и лепесток. Увлёкшись процессом, она даже изобразила плющ, вьющийся по стене и цепляющийся за неровные выступы камней. При этом она не забывала по совету Оксаны фотографировать каждый эпизод. На создание шедевра ушёл весь день. Оля прерывалась лишь дважды, чтобы накормить Алису, сама же о голоде забыла напрочь. Когда последний штрих был нанесён, она поместила картину в духовой шкаф на несколько минут.
— Так красиво! — захлопала в ладоши Алиса. — Тёте Оксане точно понравится!
Оля тоже залюбовалась результатом. Она отправила полученные в процессе снимки в отдельный фотоальбом на своей странице в соцсети. Оксана посоветовала ей сделать собственное портфолио.
— За такое чудо надо выпить! — торжественно заявила хозяйка квартиры через несколько часов, когда картина была уже полностью готова и повешена на стену. — Это же просто бомба! Мне все подруги обзавидуются! Чую, посыплются на твою голову просьбы превзойти свой шедевр, и чтоб «лучше, чем у Оксаны»!
Алиса прыснула, а Оля расцвела от удовольствия.
— Мне лисёнок помогала, — с гордостью заявила она. — Без неё так хорошо бы не получилось.
Девочка важно приосанилась и бросила быстрый взгляд на Оксану в ожидании похвалы.
— Так вот в чём твой секрет! — с восхищением воскликнула та, не заставив себя долго ждать. — Ну конечно, как я сразу не догадалась! С такой-то помощницей обязательно всё получится!
Оля благодарно улыбнулась. Чуть позже она позвала всех к столу. Сегодня она была весь день занята, и потому вечером на скорую руку приготовила омлет и салат. Пока Оля раскладывала порции по тарелкам, Оксана залезла в холодильник и достала оттуда шампанское, открыла бутылку и разлила по бокалам. Алисе же дали яблочный сок.
— Ну, за искусство! — произнесла тост Оксана и пригубила лёгкое игристое вино. — Сегодня пятница, можно себе позволить.
— Ты уже решила, что именно хочешь подарить коллегам на день рождения фирмы? — спросила Оля, потянувшись к тарелке.
— Ой, фантазии не хватает, — призналась Оксана. — Я ж недавно стала начальником отдела, вот, хочу показать своим сотрудникам, как я их ценю. Может, чашки с их портретами? Или это банально?
— М-м-м... Не уверена, что умею хорошо лепить лица людей, — засомневалась Оля. — А как давно ты с ними работаешь? Что ты можешь о них сказать?
— Ну, — призадумалась Оксана. — Года два, третий пошёл. А что?
— Ты знаешь их хобби, увлечения? — Занятая работой, Оля не ела весь день и теперь потянулась за добавкой. — Кто что любит?
— Светка обожает готовить, прям как ты. Недавно принесла черничный пирог, — принялась перечислять Оксана. — Ленка — собачница, дома у неё две собаки, помимо мужа. Все кобели, причём.
— И муж? — не удержалась Оля и, ахнув, прикрыла рот ладонью, скосив глаза на Алису. Та, как ни в чём не бывало, продолжала уплетать омлет.
— Вот чего не знаю, того не знаю. Врать не буду, но не удивлюсь, — усмехнулась Оксана.
— А собаки какой породы? — уточнила Оля. Ей в голову пришла идея, как украсить чашки.
— Если не ошибаюсь, одна такса, а вторая немецкая овчарка. Ленка мне как-то фотографии показывала. Так, далее, — Оксана нахмурилась, напрягая память. — Дима в прошлом рокер. У него даже группа своя была. Сейчас просто на гитаре балуется, как-то сыграл нам на корпоративе. Нина Ивановна — заядлая дачница. Все разговоры о рассаде и теплицах.
— Думаю, ты хороший руководитель, — заметила Оля. — Раз всё о сотрудниках знаешь.
— Надеюсь, — пожала плечами Оксана и снова потянулась к бокалу с шампанским. — Мы вообще сдружились. Нередко вместе в караоке поем, обожаю я это дело. Даже Нина Ивановна с нами ходила, только петь отказалась.
— Так, я всё поняла. — Оля отодвинула опустевшую тарелку и взяла бокал с шампанским в обе руки. — Твой заказ я вижу следующим образом. Для любительницы кулинарии я сделаю чашку с пирогами и тортиками. На чашку для собачницы помещу изображения её собак. Чашку бывшего рокера я украшу маленькой гитарой. Ну а для дачницы — рассады и теплицы. Как тебе такая мысль?
— Супер! — одобрила Оксана, подливая шампанское себе и новоиспечённой подруге. — Это лучше, чем моя идея с портретами! Этим подарком я покажу им, насколько хорошо я их знаю и, соответственно, ценю.
Оля спрятала улыбку за бокалом шампанского. Она не сказала, что решила сделать подарок и любительнице караоке — чашку с микрофоном.
После ужина Алиса достала альбом с карандашами и, усевшись перед телевизором, принялась рисовать. Оля включила ей канал с мультфильмами, а сама взяла телефон и набрала номер бывшей работодательницы. Ей уже давно надо было сделать это, но от всех свалившихся на них событий, голова шла кругом, что она совершенно забыла о хозяйке ателье, хоть та звонила своей швее на следующий день после побега. Тогда Оля не могла думать ни о чём, кроме того, им делать, если они с Алисой не найдут жилья. Она лишь коротко извинилась и пообещала перезвонить, но смогла это сделать только сейчас.
— Ну здравствуй, — услышала она голос хозяйки ателье. — Думала, ты уже не позвонишь. Что у тебя произошло?
— Ой, Анна Семёновна, пришлось срочно уехать, — Оля не знала, говорить правду или ограничиться лишь общими фразами.
— Да я уже поняла это, — усмехнулась собеседница. — Когда ты мне ничего не объяснила, я сходила к тебе домой, поговорила с твоей мамой. Честно сказать, она меня больше запутала. Я тебя знаю как ответственного работника, а тут ты всё бросаешь и уезжаешь в неизвестном направлении, не сказав куда даже матери.
— Мне жаль, что так произошло, — от стыда Оля прикусила губу. — Но мы с Алисой не могли там оставаться. Сосед по подъезду отсидел в тюрьме и недавно освободился. Я не хочу, чтоб моя дочь росла рядом с таким человеком.
— Но ведь не обязательно было уезжать в другой город и бросать работу, — удивилась Анна Семёновна.
— В любом случае прошу прощения. И вы не могли бы отправить мне трудовую книжку по почте? — попросила Оля.
— Ладно, отправлю, — согласилась Анна Семёновна. — А ты мне заявление на увольнение. После того как напишешь, я тебе трудовую на обратный адрес и вышлю.
Они поговорили ещё немного. К счастью, Анна Семёновна не держала на Олю зла, хоть и очень сожалела, что та больше не выйдет на работу. Хозяйка ателье пожелала ей удачи на новом месте, на этом они и попрощались. Алиса продолжала что-то рисовать в альбоме. Оксана, взяв с собой остатки шампанского, отправилась нежиться в ванной. А Оля залезла в приложение от маркетплейса, чтобы посмотреть, когда же ей доставят выбранную швейную машинку, пусть простенькую и недорогую, в отличие от той, что когда-то дарил ей Андрей, но имеющую все необходимые функции.
Подъехав по нужному адресу, Андрей припарковал автомобиль у подъезда, написал новой знакомой из «Ginger'а», что ждёт её внизу. Против воли в очередной раз открыл страницу Оли. Её профиль пополнился свежими фотографиями. Сколько раз Андрей зарекался лезть туда. Не смотреть, не травить себе душу, но так и не сдержал обещания. На снимках Оля с Алисой весело проводили время: гуляли в парках, что-то готовили на шикарной кухне, рисовали, играли, мастерили. На фотографиях он сразу же узнал Парк Горького, ВДНХ, Ботанический сад, ГУМ, Красную площадь. Они бросили свой унылый городок и вернулись в Москву.
— Москвича нашла! — фыркнул Андрей, убирая мобильник, отгоняя мысль, что они где-то рядом, дышат одним с ним воздухом. И пусть он сам себе не желал в этом признаваться, но тоска по прошлому железными тисками сжала сердце. — Я тоже кое-кого нашёл! — со злостью выплюнул мужчина.
Сколько он уже перелопатил анкет, на скольких свиданиях побывал! Андрей прикрыл глаза вспоминая.
Первую девушку звали Юля, а если быть точнее, то Юлия Михайловна. Руководительница договорного отдела одной крупной фирмы, «дочки» газового гиганта, с головой ушедшая в работу. На первом свидании Андрей прождал её в ресторане больше часа, прежде чем девушка заявилась. Юля, конечно же, извинилась, объяснила своё опоздание тем, что директор внезапно объявил внеплановое совещание, и всем руководителям отделов пришлось задержаться. Андрей объяснения принял, поскольку и сам частенько уезжал из офиса уже под ночь, даже подумал, что они прекрасно смогут понять друг друга. Но Юля опоздала и на второе свидание, и на третье. После первой совместной ночи, глотнув чёрный кофе без сахара и соорудив на голове строгую гульку, девушка наскоро чмокнула Андрея в губы и покинула пентхаус, потому что ранним утром ей позвонил начальник и приказал ехать в офис, нужно было срочно подготовить договор с новой фирмой. А ведь они планировали выходной день провести вместе. Ему что, опять ждать, пока она освободится? Он «ждун» какой-то, что ли? Поняв, что такой расклад его не устраивает, Андрей позвонил Юля вечером и объявил о расставании. Кажется, она не расстроилась. Вот и хорошо! А ему нужна такая спутница жизни, ради которой не придётся перекраивать планы.
Второй девушкой из приложения, с кем Андрей захотел встретиться, стала Светлана. Нежная, воздушная, она казалась неземным созданием. На свидание Света пришла в платье из лёгкой струящейся ткани, подчёркивающей все плавные изгибы её стройного тела. Дорогой обстановкой ресторана она, как и Юля, не удивилась, словно ей часто приходилось бывать в столь пафосных местах. Света заказала рыбу-гриль и лёгкий салат. Весь вечер она щебетала, рассказывая о себе.
Оказалось, что Света обожает различные курсы по саморазвитию и личностному росту и вот конкретно сейчас учится тому, как украшать жизнь мужчине и вдохновлять его на подвиги. Посмеявшись про себя, Андрей подумал, что в подобном увлечении нет ничего плохого. Света переехала к нему через неделю. Первым сюрпризом стало то, что она не готовила.
— Я женщина, а не мультиварка, — гордо заявила она в ответ на негодование Андрея, обнаружившим поутру отсутствие завтрака. — Тебе надо нанять домработницу, твои доходы это позволяют.
Приходящая домработница у Андрея была, так что никого нанимать не пришлось, хотя неприятный осадок от ситуации остался. Подумалось, что Оля специально просыпалась рано утром, чтобы не только приготовить завтрак для всей семьи, но и погладить мужу рубашку. Андрей вспомнил, как она хлопотала на кухне в шёлковом халатике, такая ласковая и уютная.
Сама Света нигде не работала и цель в жизни видела в том, чтобы вдохновлять своего мужчину посредством расхаживания перед ним в красивых платьях и постановкой правильных задач.
— Ты можешь лучше! — она капризно надула губки, когда однажды в разговоре Андрей рассказал о годовом доходе его подразделения.
Мужчине оставалось только ошалело выдохнуть от подобной мотивации.
А после работы он возвращался в пустой пентхаус...
— Я что, не имею права с девчонками отдохнуть в баре? — возмутилась Света. — Ты весь день на работе, а я должна сидеть дома, как собака на привязи?
Андрей с приведёнными доводами соглашался, но после её очередной встречи с подругами, попросил освободить жилплощадь.
А ведь кому-то Оля сейчас создаёт домашний уют и дарит свои ласки... Змея такая! Андрей стукнул кулаком по рулю. Они развелись ещё в январе, а сейчас уже конец мая! Как долго она ещё будет безгранично царствовать в его мыслях?!
Андрей выбрался из автомобиля и прислонился к капоту, надвинул на глаза солнцезащитные очки и сложил руки на груди. Бросил взгляд на часы: Марина, его новая знакомая, задерживалась уже на пятнадцать минут. Это их первая встреча, и Андрей очень надеялся, что девушка его не разочарует. Оказалось непросто в огромном городе найти своего человека, а он-то думал, к нему очередь выстроится... В принципе, желающих было хоть отбавляй, но всё было не то.
Хлопнула подъездная дверь, и Андрей увидел очаровательную девушку. Невысокую, изящную, с длинными русыми волосами и серыми глазами, одетую в белую юбку-солнце длиной чуть ниже колена и голубую блузку. Она направилась к нему неторопливой плавной походкой.
— Марина? — губы Андрея растянулись в восхищённой улыбке. В этот раз ему определённо повезло.
— Андрей? — мягко уточнила она.
Кивнув, он открыл перед девушкой дверь и помог ей забраться на переднее сиденье. Андрей отвёз её в свой любимый ресторан. Оказавшись внутри, Марина изумлённо огляделась и восхищённо ахнула.
— Здесь наверно очень дорого? — прошептала она.
— Не думай об этом, — произнёс он, пододвигая ей стул. — Заказывай что хочешь.
Время за ужином прошло незаметно. Марина рассказала, что работает логопедом в детском саду, а по вечером подрабатывает в частном детском центре раннего развития.
Детский сад — это хорошо, подумалось Андрею. Значит, умеет ладить с детьми. Оля тоже отлично понимала Алису.
Ещё Марина поведала, что мечтает о большой семье. Это опять-таки пришлось Андрею по душе. Они ведь планировали с Олей ещё детей, только ждали, когда Алиса чуть подрастёт и пойдёт в школу. К тому же Марина была согласна уйти с работы, когда появятся дети, и посвятить себя семье. Такой подход Андрею нравился, он оказался доволен новым знакомством. После ужина он отвёз девушку домой. Жила она в кирпичной пятиэтажке на юго-востоке Москвы. Не самый лучший район, ну ничего, Андрей скоро предложит ей переехать к нему.
Он вернулся в пентхаус в приподнятом настроении. Надо будет подумать о том, чтобы сделать ремонт в той квартире, где они раньше жили с Олей и Алисой, убрать всё, что могло напоминать о них.
И снова Андрей не удержался от того, чтобы открыть профиль своей бывшей жены. Сегодня она учила дочку готовить чизкейк. Под фотографией с испечённым тортиком стремительно появлялись все новые и новые комментарии, среди которых были и мужские с комплиментами. Андрей упрямо перечитал их все и еле удержался, чтобы не ответить. Нет, ему пора бросать эту вредную привычку следить за жизнью Оли и Алисы. Он уже убедился, что у них всё хорошо, и они вполне довольны сложившимся положением. Интересно, нового мужчину матери Алиса тоже называет папой? Хорошо ему! Не пришлось по ночам к ребёнку вставать, успокаивать, когда девочка плакала. Алиса ведь к Андрею больше, чем к Оле тянулась. Стоило ему переступить порог, как она его не отпускала, с рук не слезала. Теперь наверно забыла про него... От этой мысли стало так горько, что он наконец-то закрыл Олин профиль.
За несколько недель квартира преобразилась до неузнаваемости. Шторы, покрывала, подушки придали комнатам уютный вид. В спальне Оксаны на широком подоконнике появился мини-сад в аквариуме. Оля провозилась с ним дольше всего. Нужно было выбрать правильный грунт, сделать дендрирующий слой, подобрать подходящие друг другу растения, желательно, неприхотливые в уходе. Оля высадила аргиродрему, отдаленно напоминающую маленькую астру, аптению с мелкими мясистыми листьями и ярко-розовыми цветами, литопсы, похожие на цветущие камни, и нертеру, называемую коралловым мхом, а по факту являющуюся миниатюрным травянистым растением. Увидев такое чудо, Оксана пришла в неописуемый восторг, а стоило Оле выложить фотографию флорариума на своей странице в соцсети, как ей тут же посыпались комментарии от желающих приобрести себе что-то подобное.
Чашки, что Оля сделала для коллег Оксаны, пришлись всем по душе. Сама же Оксана и вовсе чуть ли не до слёз растрогалась, получив свой экземпляр с микрофоном. Так что в одночасье Олю завалили заказами, и теперь она хваталась за голову, как всё успеть.
В последнее время Оксана возвращалась домой очень поздно и в приподнятом настроении. Она призналась, что во время обеденного перерыва познакомилась с мужчиной. Их фирмы находились в одном бизнес-центре, только на разных этажах. Оля порадовалась за подругу, но поняла, что настала пора им с Алисой съезжать. Она решила подыскать квартиру где-то рядом, идеально в этом же доме, поскольку ей удалось устроить дочку в детский сад, не без помощи Оксаны. Кто бы мог подумать, что бывшая девушка её бывшего мужа окажется их доброй феей! Оле осталось доделать совсем немного, всего-то раскрасить вазу витражными красками и вылепить цветы из полимерной глины. Парочка таких готовых наборов украшали гостиную, третий Оксана хотела поставить в свою спальню. Она щедро расплатилась за уже сделанную работу. У Оли теперь было столько денег, что она могла снять отдельное жильё и даже что-то оставить про запас. Будущее её уже не страшило.
Сегодня была суббота, и Алиса осталась дома. За хлопотами последних дней, Оля не сразу вспомнила, что вообще-то у нее день рождения, двадцать пять лет, мини-юбилей. Поэтому утром они с дочкой вместе погуляли по цветущему городу, зашли в кафе и съели по огромной порции блинчиков с мороженым. В предыдущие выходные Оля приобрела им обеим летние обновки, пусть не брендовые, поскольку считала, что не стоит спускать все деньги на шмотки, зато прочные и яркие. Оксана с утра убежала на свидание, новый мужчина пригласил её на конную прогулку за городом. Оля тихо улыбнулась: как обычно о её дне рождения мало кто знал — она не любила шумиху вокруг себя.
Оксана вернулась под вечер и не одна. С ней порог квартиры переступила немолодая женщина, одетая строго, но со вкусом.
— Познакомьтесь, это Оля, а это моя мама Елена Григорьевна, — представила их друг другу Оксана. — Я попросила маму побыть с Алисой этим вечером, и она любезно согласилась.
— Очень приятно, — по инерции произнесла Оля и с недоумением воззрилась на подругу. Та держала в руках огромный букет белых роз и широко улыбалась. — Я думала, ты сегодня не вернёшься.
— Как я могла оставить тебя без праздника? — удивилась Оксана. Елена Григорьевна кивнула и направилась в гостиную. — Думала, по-тихому отсидеться в свой день рождения? А не выйдет!
— Что? — изумилась Оля. — Откуда ты...
— Напоминание пришло в соцсети, — пояснила Оксана. — Давай собирайся, у тебя есть час до выхода.
— Но я никуда не планировала сегодня идти, — начала упираться Оля. — Мы с Алисой уже сходили в кафе и отметили.
— Всю жизнь собралась дома отсиживаться? — возмутилась Оксана. — Давай, сооружай причёску поинтереснее и одевайся! Поедем в караоке! Оторвёмся!
— Олечка, ты за Алису не беспокойся, — Елена Григорьевна выглянула из гостиной. — Я за ней присмотрю! Я умею с детьми ладить, всю жизнь в школе проработала. Ну, может, заучу её немного, но это не смертельно, — женщина рассмеялась и спряталась в комнате.
Оля растерянно огляделась. Из гостиной доносились голоса: Алиса звонко декламировала стихи, которые успела разучить, а Елена Григорьевна порой подсказывала слова, которые девочка забывала. Заглянув в комнату, понаблюдав за тем, как они общаются друг с другом, Оля немного успокоилась.
— Не переживай, — приободрила её Оксана. — Отдохни хоть один вечер. Когда ещё такая возможность представится?
И Оля согласилась.
Через пару часов они уже сидели в караоке-баре, а вскоре к ним присоединилась и Катя, которую пригласила Оксана. Она приехала с шикарным букетом конфет в виде цветов. Олю перефотографировали с этим букетом во всех ракурсах, и самые лучшие снимки она тут же выложила на своей страничке. Под ними тут же посыпались поздравления с днём рождения от новых подписчиков, Оля не успевала отвечать.
Катя была в удручённом настроении, когда Оксана после выпитого коктейля рассказала ей, как они с Олей и Алисой встретились.
— Как жаль, что наша поездка оказалась запланирована именно на те даты, — сокрушалась она. — Но почему вы так внезапно сорвались с места?
В другой раз Оля непременно придумала бы как отделаться обтекаемыми фразами, но бокал лёгкого шампанского и атмосфера дружелюбия и понимания сделали своё дело. Она рассказала. Обо всём. Сбиваясь и перескакивая от темы к теме, Оля поведала свою историю.
— Это ужасно! — воскликнула Катя, обнимая Олю. — Юра не заслуживает того, чтобы топтать эту землю! Как жаль, что именно он оказался отцом твоей девочки. Не понимаю Андрея, как он мог тебя не выслушать?! — вынесла она свой вердикт. — Хоть Макс и выгораживает его всегда, да и помог он нам как-то... Но в этой ситуации он не прав. В голове не укладывается, как можно было отказаться от малышки, которую сам растил.
— Ладно, — отмахнулась Оля, старательно делая беззаботный вид. — Всё в прошлом. Я и сама была неправа, что не сказала. Теперь наши пути разошлись, пусть будет счастлив. К счастью, Алиса перестала о нём спрашивать. Не знаю, помнит ли она о нём, но больше не говорит.
— Да, ты тоже была неправа, — согласилась Катя, а Оксана на неё шикнула. — Но честно сказать, не знаю, как бы я поступила на твоём месте... Такой прессинг со всех сторон. Да и счастлив ли Андрей без тебя? Не уверена... — Катя осеклась и не договорила, бросила смущённый взгляд на Оксану, потом на Олю и резко сменила тему: — Извини, болтаю что попало. Давайте лучше на сцену! Что петь будем?
— Пусть выберет именинница, — предложила Оксана.
Они орали песни до самого закрытия. Оля не хотела признаваться себе, как слова Кати царапнули её только начавшее заживать сердечко. Она не уверена, что Андрей счастлив без них... Поначалу Оля очень хотела расспросить, что именно Катя имела в виду, но остаться с ней наедине всё не получалось. После же она решила выбросить её слова из головы, мало ли что Кате могло показаться, возможно, таким образом, она просто подбодрить пыталась, как это у подруг принято. Если бы Андрей хотел, то уже давно нашёл способ связаться с ними. Нет, не стоит об этом и думать. Он никогда её не простит, даже если вдруг откуда-то узнает всю правду. Её ложь и его гордость всегда будут стоять между ними.
— С днём рождения! — кричала в микрофон Оксана нетленную и узнаваемую с первых нот классику. — Успехов, радости, везения!
— И я, и я, и я! — Оля рассмеялась, узнав песню, что выбрала Катя. Они с Алисой сегодня весь день её слушали. — Поздравляю тебя!
— Пусть бегут неуклюже... — вопили они уже хором в один микрофон, обнявшись на сцене, после адской смеси коктейлей и шампанского.
Взяв такси, подруги вернулись домой под утро. Алиса мирно спала на диване в гостиной. Елена Григорьевна уже встала или вовсе не ложилась. Она сидела за кухонным столом и пила свежесваренный кофе.
— Олечка, — сказала она. — Я тоже хочу такие цветы, как у Оксаны. И сад в аквариуме мне понравился.
Оля поняла, что работать ей, не поднимая головы, аж до самого Нового года.
Очередной свайп влево и Андрей словно приклеился взглядом к новым фотографиям на странице Оли. Весёлая, модно одетая, она отрывалась в баре, отмечая двадцатипятилетие со своим новым любовником. Его нигде не было видно, но и так было понятно, что Оля не поехала бы туда одна. Вот она в обнимку с шикарным букетом, а вот поёт на сцене.
— Хорошо устроилась! — фыркнул Андрей и убрал мобильник в карман.
Зараза! Так и не выходит у него из головы! Он помнил всё, что с Олей было связано, и, конечно, не забыл о её дне рождения, едва удержавшись, чтобы не поздравить вчера бывшую жену с юбилеем. Андрей даже не знал, что его остановило: то ли куча комплиментов и поздравлений под её снимками, то ли внезапное появление Марины на пороге его пентхауса, которая решила сделать ему сюрприз. Его роман с этой чудесной девушкой развивался в нужном темпе, и Андрей уже подумывал над тем, чтобы предложить ей переехать к нему, но медлил. Мужчина сам не мог понять, почему. Он не переставал радоваться тому, что умудрился отыскать такой самородок. Марина подходила ему полностью. Тихая, нежная, ласковая, умеющая вкусно готовить и создавать уют, при этом признающая его главенство в отношениях. По утрам она, как Оля, вставала раньше него, чтобы приготовить завтрак, и как Оля никогда с ним не спорила.
Андрей снова достал телефон и открыл фотографию Марины. Увы, сегодня она не смогла приехать к нему на свидание из-за каких-то важных дел и подготовки к предстоящим занятиям. Тогда Андрей решил увидеться с Максом, тем более после его возвращения с семьёй из Эмиратов, они ни разу не пообщались.
Всегда вежливая Катя встретила его более чем прохладно. Андрей готов был поклясться, что в её глазах промелькнуло презрительное выражение, да и поздоровалась девушка с ним будто сквозь зубы, после чего поспешно скрылась в гостиной.
— Какая муха её укусила? — спросил он Макса, когда тот отвёл его на кухню.
Впрочем, друг тоже выглядел странно. Макс смерил Андрея долгим, тяжёлым взором, открыл рот, набрал воздуха и... Закрыл рот.
— Всё в порядке, — взлохматив волосы, ответил он. — Будешь что?
— Наливай, — махнул Андрей и в очередной раз заглянул в мобильник, заскрипел зубами, увидев новые комплименты под Олиными снимками.
— Что ты всё с телефоном не расстаёшься? — хмыкнул Макс. — От чего ты там глаз оторвать не можешь?
Скрыв Олины фотографии, Андрей продемонстрировал приятелю изображение Марины.
— Моя новая девушка, — гордо заявил он. — Всё хочу вас познакомить, но никак время не выберу.
— Новая девушка, говоришь? — усмехнулся Макс. — Как две капли воды похожа на старую... В смысле на Олю.
— Иди ты! Вообще не похожа! — возразил Андрей, прикрыв глаза от стыда.
Видимо, накануне он пересмотрел фотографии бывшей жены, иного объяснения он не находил тому, что ночью, в порыве страсти, назвал Марину Олей. Та даже не стала слушать его извинений, расплакалась, вызвала такси и уехала. Долго не отвечала на его звонки, а после сообщила, что у неё сегодня куча дел, и встретиться она с ним не сможет.
«Обиделась», — мрачно констатировал Андрей, несколько раз перечитав её сообщение. О разрыве Марина не объявила, значит, не принимает решений сгоряча, что тоже идёт в копилку её плюсов. Ничего, остынет и успокоится, а потом они все обсудят.
— Да ты посмотри, волосы как у Оли, глаза как у Оли, ростом такая же маленькая! — не унимался Макс. — Наверно, и по характеру тихая домоседка!
— Я просто люблю миниатюрных женщин! — возмутился Андрей. — Да и Оля уже давно не тихая домоседка! У неё дочь ещё в школу не ходит, а она по барам мотается!
— Ты откуда знаешь? — сощурился Макс. — Следишь за ней?
— Вот ещё, — неуверенно произнёс Андрей и отвернулся. — Что сегодня со всеми вами творится? Катя своим огненным взглядом чуть дыру во мне не прожгла, ты допрос устроил?
Бутылка с ромом стояла на столе, алкоголь уже давно был разлит по бокалам, но никто к содержимому даже не прикоснулся.
— Вы так и не поговорили с Олей, — Макс не спрашивал, а утверждал. — Почему?
Андрей уронил голову на руки и медленно распрямился, обхватив затылок ладонями, сжатыми в замок, и посмотрел куда-то в сторону немигающим взглядом.
— Опоздал, — сказал он после длительного молчания. — В тот день, когда я приехал, Оля уже скрылась вместе с Алисой в неизвестном направлении. Её мать сказала, что она нашла себе нового любовника и уехала жить к нему. Тот оказался мужиком небедным... по крайней мере, обстановка в квартире приличная.
— В смысле новый любовник? — озадаченно спросил Макс. — Ты уверен?
— Стал бы я говорить, если бы не был уверен? — хмыкнул Андрей. Он открыл фотоальбом в Олином профиле и протянул другу телефон. — Сам посмотри.
Макс взял гаджет и долго рассматривал предложенные снимки. Хмурое выражение лица сменилось растерянностью.
— Где-то это я уже видел... — пробормотал он. — Неужели... Очень похоже... Да, конечно же! Это квартира Оксаны, — наконец вынес приятель свой вердикт.
— Что?! — ошалело воскликнул Андрей. — Ты шутишь?!
— Я был у неё всего один раз, — Макс пожал плечами. — Оксана приглашала нас на новоселье, когда ремонт закончила, но эту кухню помню точно, потому что сам помогал ей выбирать.
— Вот дрянь! — выругался Андрей и залпом осушил свой бокал.
— Кто дрянь? — не понял Макс. — Оля или Оксана, которая их приютила?
— Дело дрянь! — излишне эмоционально пояснил Андрей. Он тут с ума сходил от ревности, чёрт-те что напридумывал, а они всё это время были у Оксаны?! — Но как?! Почему?! Зачем?! Чёрт возьми, какого хрена её матери надо было плести про какого-то хахаля?! — выскочив в прихожую, он направился к двери. — А Оле зачем надо было срываться посреди ночи и тащить за собой ребёнка?!
— Съезди к ней и сам всё узнай, — предложил Макс, хотя Андрей и сам собирался это сделать. — Катя сегодня проговорилась кое в чём... Она просила меня молчать, но с тобой я, пожалуй, поделюсь.
Последние слова приятеля заставили Андрея остановиться и выслушать всё, что тот решил ему сообщить. А через час он уже парковался перед домом Оксаны, новенькой многоподъездной высоткой, чей адрес ему дал Макс. Андрей не помнил, как домчал сюда. Всю дорогу он пытался уложить в голове то, что ему поведал друг, и не понимал, почему Оля утаила от него такой мрачный эпизод своей жизни. Почему не поделилась? Почему не доверилась? Крепко вцепившись в руль, Андрей уронил голову на руки. Почему он её не выслушал, когда была такая возможность? Она ведь столько раз пыталась выйти с ним на связь, но он спрятался в коконе боли и обиды, на порог её не пустил, жестоко унизил.
Макс не рассказал ему всего, только то, что сам узнал от Кати. А та поделилась лишь тем, с чем самой когда-то пришлось столкнуться, пусть для неё тогда всё закончилось не так печально, как для Оли. От злости на того, кто сотворил с ней это, Андрей сжимал и разжимал кулаки. Получается, Оля не изменяла ему. Не скакала по чужим постелям, как он себе воображал! Но ведь всё равно не призналась в том, что Алиса не его дочь. Впрочем, она сама могла этого не знать. Андрей должен всё выяснить.
Мужчина быстрыми энергичными движениями потёр лицо и вышел из машины. Что ему теперь делать? Подняться в квартиру? Учинить Оле допрос при Оксане и при ребёнке? Нет, это не самая лучшая идея. Сердце сжалось, стоило Андрею лишь подумать об Алисе. Как она? Судя по снимкам, подросла немного. Наверно, уже не помнит его...
Подумав, Андрей написал Оле в соцсети: «Спустись, пожалуйста, я у подъезда. Мне нужно срочно с тобой поговорить». Сообщение было прочитано, но осталось без ответа.
Он нервно нарезал круги перед холлом, уже дважды отклонив звонки Марины, боясь пропустить хоть какое-то известие от Оли. Андрей отправил бывшей жене с десяток сообщений и собрался было уже подняться в квартиру, как стеклянная входная дверь наконец-то отворилась. Он чуть не задохнулся от волнения, когда увидел щурящуюся от солнца Олю, направляющуюся к нему.
Одетая в джинсы и свободную футболку, Оля остановилась в нескольких метрах от него, сложила руки на груди и потопталась на месте. Бросила на Андрея хмурый взгляд.
— Зачем приехал? — недружелюбно спросила она. — И как узнал, где я живу?
— Сорока на хвосте принесла, — обескураженный её тоном, несколько грубовато ответил Андрей. — Нам надо поговорить.
— Нам не о чем говорить. Кажется, это твои слова были, — нервно дёрнула плечом Оля. Она провела носом кроссовка по асфальту и оглянулась на подъездную дверь.
— Мы... Я... Нам... — Андрей принялся тщательно подбирать слова. В горле внезапно пересохло. Он подозревал, что диалог, если состоится, будет нелёгким. Слишком много всего стоит между ними. Андрей так соскучился по ней за все эти месяцы. Его Оля, тихая и нежная... вот она рядом, только протяни руку, но вместе с тем такая далёкая и закрытая от него. — Мне следовало сразу тебя выслушать. Тут на углу я видел кофейню, давай сходим туда и спокойно всё обсудим.
— Нет, — упрямо мотнула головой Оля. — Говори, зачем ты приехал и уезжай.
Андрей огляделся. Новый микрорайон, состоящий из высоток. «Человейники» — так называют подобные дома. Сколько людей будут свидетелями их беседы, которая должна остаться приватной? Он покрутил на пальце ключи от автомобиля. Что ж, раз в кафе Оля не хочет, не поведёт же он её туда насильно.
— Давай тогда в машине поговорим, — предложил он.
— Андрей, — Оля снова покачала головой. — Между нами всё кончено. Я сделала все, что ты хотел: исчезла из твоей жизни и не взяла от тебя ни копейки, а что взяла, то вернула. — На этих словах мужчина дёрнулся как от пощёчины. — Или я что-то забыла? Так ты написал бы, необязательно было приезжать.
Оля развернулась и направилась к холлу. Андрей не мог её отпустить, и его неожиданный вопрос заставил девушку замереть на месте.
— Тебя изнасиловали? — его голос звучал глухо и с надрывом.
Оля вздрогнула. На её плечо опустилась тяжёлая рука и потянула назад. Девушка сама не поняла, как дала усадить себя на переднее сиденье. Хлопнув дверью, Андрей расположился на водительском кресле вполоборота к ней.
— Откуда ты знаешь? — собственный голос казался ей чужим.
Когда-то Оля желала лишь одного — чтобы Андрей узнал правду, но время шло, и с каждым днём она всё больше и больше понимала, что не хочет с ним откровенничать, пусть прошлое останется в прошлом. Так безопаснее. Так не ранит.
— Почему ты молчала? — ответом ей был новый вопрос. — Чёрт возьми, Оля! — пальцы Андрея побелели, сжимая руль. — Почему ты молчала?! Как это произошло? Почему ты не написала заявление в полицию?
Девушка облизнула пересохшие губы. Она не скажет ни слова, это не его дело, но вместо того, чтобы молча покинуть автомобиль, провалилась в воспоминания.
— Ты уехал... — начала Оля свой рассказ. Её подбородок дрожал. Она смотрела сквозь лобовое стекло, но видела не спешащих по своим делам пешеходов и мирно прогуливающихся мамочек с детьми, а тот вечер: бывшую подругу с её новым бойфрендом, смеющихся парней и девушек, и Юру... — Ты обещал позвонить... И я ждала... Ждала твоего звонка. Нет, я всегда знала, что наши отношения не будут долгими и закончатся именно так, но убедиться в этом в реальности оказалось слишком болезненно. А потом я увидела твои фото в соцсети. Ты обнимал какую-то девушку, такую красивую и яркую, под стать тебе, и какой мне никогда не быть. Знаешь, ты ведь был моим принцем из сказки. И если бы мне пришлось прожить свою жизнь заново, я всё равно не отказала бы тебе, ты лучшее, что в ней было.
Оля смахнула набежавшие на глаза слёзы и продолжила:
— Юра был моим соседом. Сколько себя помню, он постоянно говорил мне какие-то гадости. Моя мама уверяла, что он делает так, потому что я ему нравлюсь. Представляешь? — она неестественно хихикнула. — Это же надо такое придумать! — Андрей молчал. Смотрел на неё не отрываясь. — Юра подмешал мне что-то в тот вечер. Ты не представляешь, какое это ужасное чувство, когда не можешь ни пошевелиться, ни позвать на помощь. Потом мне говорили, что я перепила и сама на него набросилась. Именно эту версию он всем и рассказал, но я выпила всего один бокал вина. Когда я шла домой после той вечеринки, то долго стояла на мосту и смотрела на реку. Я представляла, как прыгаю, и волны смыкаются надо мной.
Оля украдкой взглянула на Андрея: губы плотно сжаты, на скулах играют желваки, лицо превратилось в застывшую маску.
— Что с тобой? — испугалась она.
— Продолжай, — коротко потребовал он, и Оля подчинилась.
— Знаешь, что люди говорят в маленьких городках о таких, как я? — девушка горько усмехнулась. — Сама виновата! Сука не захочет — кобель не вскочит! Со всех сторон только и слышала, какая я гулящая. Кто-нибудь осудил Юру? Нет! В глазах людей, даже тех, кто знал меня с детства, я видела осуждение. Посмотрите на неё! Дрянь такая, решила хорошего парня за решётку отправить ни за что! Потому и не сказала тебе ничего. Боялась в твоих глазах то же увидеть. Думала, не переживу, если и ты меня гулящей назовёшь. Глупая. Ты меня потом ещё хуже назвал, пережила же.
Оля отвернулась и долго смотрела в окно. Вечернее солнце ласково пригревало идущих по тротуару молодую женщину и маленькую девочку.
— Когда я узнала, что беременна, было поздно делать аборт. Я не знала, кто из вас двоих отец, и потому не писала тебе и не звонила. Да и как звонить, если ты сменил номер?
— Тем номером я пользовался только в вашем городе, — зачем-то пояснил Андрей.
— Удобно! — хмыкнула Оля. — Когда об этом узнала моя мама, то сразу же побежала к тёте Свете, своей подруге и Юркиной матери. Эта женщина потом орала на меня, что её сын бесплоден, переболел свинкой в детстве. А я... С какой же радостью я ей поверила! Боже! Да с меня тогда такой груз свалился! Мой ребёнок не от насильника! Сейчас мне страшно в этом признаться даже себе, но не будь я уверена в том, что Алиса — твоя дочь, я не смогла бы её полюбить. Когда она родилась, я только и делала, что искала сходство с тобой. И ведь находила! Потому что очень хотела найти... — Оля замолчала. Женщина с девочкой уже скрылись в холле, а она всё смотрела на закрывшуюся за ними дверь. — Я очень люблю свою дочь. Алиса — то, чем я дышу. Всё для неё сделаю и никому не дам в обиду.
— Что случилось потом с этим Юрой? — имя насильника Андрей презрительно выплюнул.
— Посадили, — ответила Оля. — Подмешал клофелин другой девушке, а она оказалась посмелее меня. Она заявление и написала.
— Урод! — скривился Андрей. — Туда ему и дорога.
— Дорога, — фыркнула Оля. — Он уже освободился. Его мама, как увидела Алису, так сразу ворковать начала «внученька-внученька»! И ему на мозги, наверно, накапала. Явился в её день рождения. Папашка! — зло пробормотала она. — Права качать начал. Видеться с ней захотел! Да чтоб я к своей дочери уголовника подпустила?! Никогда! Прогнала его. Тогда он на следующий день подкараулил меня в подъезде и угрожать начал. Не помню, как домой вернулась. Собрали с Алисой вещи и тем же вечером в Москву.
— Поэтому вы уехали? — уточнил Андрей, хотя и так уже всё было ясно. Оля кивнула. — Я приехал к вам на другой день.
— Зачем? — удивилась Оля. Заявление Андрея оказалось очень уж неожиданным.
— Поговорить, — пояснил он. — Твоя мать сказала, что ты нашла себе любовника и съехала к нему.
— Любовника?! — возмутилась Оля. — Что за бред! Мы с Алисой сбежали в никуда! Денег нет! Одна надежда, что Катя приютит на первое время. А они с семьёй в отпуск уехали! Я думала, что с ума сойду, когда два дня в её дверь стучалась, а мне никто не открывал!
— И... как же вы? — Андрей побледнел, слушая её откровения. — Почему мне не сообщила?
— Тебе? — Оля не сразу нашлась с ответом на столь неуместный вопрос. — О тебе я даже не думала. Ты выставил нас за дверь, как надоевших щенят, просто вычеркнул из своей жизни. Я бы никогда не обратилась к тебе. К счастью, Оксана помогла нам. Приютила на первое время, работу подкинула. Не пришлось нам скитаться по ночлежкам или возвращаться к «любимой» бабушке и соседу-уголовнику.
Окончив тираду, Оля выдохнула и бросила быстрый взгляд на Андрея. Он отвернулся, напряжённо всматриваясь в пространство впереди себя. Мужчина шумно дышал. Он больше не сказал ни слова, и Оля решила, что разговор окончен. Она открыла дверь и покинула салон автомобиля. Девушка уже дошла до подъезда и открыла дверь, когда мимо неё, тихо шурша шинами, проехала иномарка Андрея.
Слова Оли, произнесённые тихим голосом, оглушали, били наотмашь. Она говорила, а он дышать не мог, пропуская её боль сквозь сердце. История закончилась, а Андрей продолжал сидеть, парализованный откровениями той, что заняла все его мысли и желания, не давая забыть о себе ни на минуту, несмотря на все его старания. Дверь автомобиля хлопнула, заставив его вздрогнуть. Андрей помотал головой, приходя в себя. Оля покинула салон и уже подходила к холлу. Бежать! Надо бежать за ней! Но ноги словно приросли к полу. Сделав над собой усилие, он повернул ключ в замке зажигания.
Телефон зазвонил, когда Андрей поравнялся с Олей. Она как раз потянула на себя входную дверь и, недолго думая, скрылась в образовавшемся проёме.
— Слушаю, — ответил Андрей на автомате, продолжая взглядом гипнотизировать подъезд.
— Привет! — зазвучавший в трубке голос Марины привёл его в чувство. — Я звоню тебе, звоню... Ты не отвечаешь... У тебя всё нормально?
— Да, — отрывисто бросил Андрей и тут же поспешил исправиться: — Нет. Марин, нам нужно поговорить.
— Да, конечно... — растерянно произнесла она. — Что-то случилось?
— Нет... Да! Я подъеду к тебе через час, — коротко сообщил Андрей и отключился.
Мужчина окинул взглядом дом, где теперь жила Оля. Он вернётся сюда потом, а пока нужно решить ещё один вопрос. Вопрос с Мариной. Пора уже признаться самому себе: без Оли ему нет жизни. Никто не заменит её, никто не заткнёт кровоточащую рану в сердце. Можно сколько угодно использовать других девушек в качестве анальгетиков, но действие их недолгое, а возвращение к реальности каждый раз становится всё болезненнее.
Марина... Андрей не имеет никакого права обманывать её и давать ложные надежды на будущее. Она хорошая девушка и обязательно встретит того мужчину, с которым будет счастлива, но это не Андрей. И он... он тоже не будет с ней счастлив. Чёрт! Он даже не пытался её узнать. Андрей дарил ей то, что любила Оля! Он водил её в рестораны, которые любила Оля! Он пригласил её на концерт любимого певца Оли! И нет, Андрей не делал это специально, просто ничего другого не приходило в голову. Марина заслуживает лучшего к себе отношения.
Алиса... Сердце сжалось при мысли об этой малышке. Дочка... Что ей пришлось пережить по его вине?! Собственными руками выгнал ребёнка из дома, теми самыми, что качали её колыбель. Медленно, очень медленно приходило к Андрею смирение от осознания того, что ему неважно, кто её отец. Алиса — его дочь, только его.
Андрей застонал, вцепившись в руль. Делая разворот, он выехал на встречную полосу и в последний момент увернулся от мчащегося на него автомобиля.
Как он мог позволить слепой ярости взять верх над любовью к своим девочкам? Мама, Макс и Ник — все они были правы, когда наперебой просили его не пороть горячку и поговорить с Олей. Но нет, уязвлённая гордость была Андрею важнее правды.
Бедные его девочки, что им пришлось вынести из-за его горячности. Сможет ли он когда-нибудь оправдаться перед ними? В любом случае, он должен попытаться.
Впереди показалась знакомая кирпичная пятиэтажка. Вот и приехал. Припарковавшись под раскидистым дубом, Андрей глубоко вздохнул: пора начинать исправлять свои ошибки. Взяв телефон, набрал номер Марины.
Девушка спустилась быстро. Одетая в белое лёгкое платье, она выглядела чудесно. Без сомнения, Марина ждала его. Наверно, надо было ей хотя бы цветов купить, чтобы подсластить горькую пилюлю, но Андрей ни о чём не мог думать. Разговор с Олей не выходил из головы. Пока он подбирал слова, Марина сама обо всём догадалась по его лицу. Глаза наполнились слезами, голос задрожал, но она держалась, лишь высоко вздёрнула подбородок.
— Почему? — задала она один-единственный вопрос.
— Ты заслуживаешь лучшего, — честно признался Андрей. И внезапно понял: подари он сейчас Марине хоть что-то, только унизил бы её. Горько усмехнулся: когда это он перестал мерить всех и всё вокруг себя деньгами? — Того, чего я дать тебе не смогу.
— Мне казалось... я думала... — начала Марина, но осеклась. Глубоко вздохнула и кивнула: мол, какая разница, по какой причине они расстаются. Если один из них считает, что их совместного будущего не существует, то этого уже не изменить. Не имеет значения, по какой причине Андрей решил, что не сможет дать ей того, что она желает. Главное, он не хочет, и это ясно читалось в его взгляде. — Хорошо. Спасибо, что имел мужество сказать мне в глаза. Прощай.
— Будь счастлива, — произнёс Андрей.
Девушка снова кивнула и повернула к дому, не пожелав ему того же. Что ж, другого он и не ждал.
После нелёгкого разговора с Мариной Андрей ещё долго сидел в машине, тщательно стараясь уложить в голове то, что ему рассказала Оля. Сколько лет она носила в себе этот груз, не смея ни с кем поделиться, и так и не доверилась ему. А может, Оля была права?
Андрей завёл двигатель и, тихо шурша шинами, покинул двор, чуть притормозил, пропуская пешеходов, и выехал на дорогу.
Он считал, что был Оле хорошим мужем, но так ли это? Да, любые её желания стремительно исполнялись, но пытался ли Андрей узнать жену? Нет. Его всё устраивало, и в душу к ней он не лез.
Машина сама привезла его к дому, где они когда-то жили всей семьёй. Открыв дверь, Андрей прошёл в опустевшую квартиру, и его шаги гулко разносились по коридору. От этого звука становилось не по себе. Раньше здесь кипела жизнь. Алиса с криками и смехом носилась по комнатам, разъезжала на своём игрушечном автомобиле. С кухни раздавались ароматы готовящихся блюд, слышались Олины шаги и её голос, напевающий какой-нибудь незатейливый мотив. Из гостиной доносился звук работающего телевизора. Теперь же с уходом Оли и Алисы отсюда ушла жизнь.
Андрей остановился перед стеной с их фотографиями. Расколотые рамки были заменены на новые. Он провёл пальцами по снимку с изображением первого дня рождения Алисы. Такая забавная малышка с редкими короткими волосиками, теперь-то вон какая коса у неё! В памяти всплыли слова Оли о том, что она не смогла полюбить родную дочь, если бы не была уверена, что та от Андрея. Он покачал головой: Оля приняла бы девочку. Её доброта и великодушие не позволили бы оставить собственного ребёнка сиротой.
Это дом Алисы и Оли. Андрей не имел никакого права их выгонять. Пусть они вернутся. Пусть детский смех снова зазвучит в этих стенах. Ему нет жизни без них. Без них его существование бессмысленно.
Едва дождавшись утра, Андрей поехал в торговый центр. Для Оли он приобрёл шикарный букет пионовидных роз, а для Алисы полный пакет игрушек и розового медведя, такого огромного, что девочка на нём могла бы спать. Кое-как удерживая в руках свою ношу, он дошёл до автомобиля.
Всю дорогу он пытался придумать какую-нибудь проникновенную речь, но, как назло, ничего не шло в голову, кроме простого слова «возвращайтесь». Остановившись напротив нужного подъезда, Андрей потянулся за телефоном. Что он ей напишет? Просто попросит Олю спуститься? Или лучше подняться самому? Крепко задумавшись, он чуть не пропустил Олю. Та как раз возвращалась откуда-то. Она шла не спеша, радуясь тёплому летнему утру. Лёгкое платье с ремешком на талии подчёркивало её хрупкую фигурку. Андрей засмотрелся на неё. Опомнившись, он выскочил из автомобиля, поспешно забрал с заднего сиденья цветы, медведя и пакет с игрушками.
— Оля, — успел он окликнуть её, прежде чем девушка открыла дверь холла.
— Андрей?! — удивлённо воскликнула Оля, увидев бывшего мужа. Он стоял возле своего автомобиля, неловко переминаясь с ноги на ногу и держа в руках букет цветов и громадного медведя. — Что ты тут делаешь?
Она только отвела Алису в детский сад и теперь возвращалась домой, чтобы продолжить работу над новыми заказами, когда её так внезапно окликнули. Оля не ожидала возвращения Андрея. Вчера они все выяснили, зачем нужно было приезжать ещё раз?
— Я... это... — замялся Андрей. — Может, возьмёшь? Это вам с Алисой, — он сделал попытку передать Оле свою ношу, но та не пошевелилась, сложив руки на груди, и мужчина так и остался стоять на краю тротуара, заваленный подарками. Подумав, он положил цветы и медведя на капот автомобиля. — Возвращайтесь, — тихо добавил Андрей.
— Что?! — Оле показалось, что она ослышалась. Но Андрей повторил:
— Возвращайтесь. Хватит мотаться по квартирам. У вас есть дом...
Оля нервно хихикнула. Что он несёт? Полгода знать их не желал, а тут вдруг приехал весь такой красивый и просит вернуться?! Дом у них есть, говорит! Он вообще нормальный? Может ли человек в здравом уме быть столь противоречивым?
— Ты бредишь, — резюмировала она. — Тебе солнце голову напекло, не иначе! Лето и правда в этом году жаркое. Ты это... береги себя, старайся не бывать на солнцепёке, пей побольше жидкости и включай кондиционер. И врачу покажись, не помешает.
— Чёрт! — выругался Андрей. — Я понимаю, ты обижена на меня, но... Оль, я всё понял. Я должен был тебя сразу выслушать. Прости, что не сделал этого раньше. Пойми, мне жизни без вас нет. Без вас так пусто. Хватит уже переезжать с места на место. У вас есть дом...
— А, поняла! Ты решил включить режим благородного рыцаря и снова вытащить нас из помойки! — Оля дёрнула плечом. Её голос дрожал от негодования. — Не надо, сами выберемся. Не стоит быть таким великодушным. Обойдёмся! Нет ни малейшего желания жить как на вулкане и ждать, что когда-нибудь тебе снова захочется от нас избавиться, ведь однажды ты уже это сделал! Ты обвинял меня в том, что после твоего отъезда я пошла по рукам, хотя сам оказался не прочь найти утешение в чужих объятиях. Или ты мужчина и тебе можно? Да, наверно, так и есть! — Оля кивнула в знак согласия с собственными мыслями. — Ты богатый, красивый, один точно долго не останешься. Найдёшь кем заполнить пустующее пространство. А мы с Алисой не собаки, чтоб, когда понадобились — подозвать, а как надоели — выкинуть.
— Я понимаю, что был не прав, — возразил Андрей. — Но, Оль, дай мне шанс. Ты ведь тоже не была честна с самого начала.
— Не была, — признала Оля. — И ты мне этого никогда не простишь. Возможно, сейчас ты думаешь иначе, но пройдёт время, и ты поймёшь это. Алиса по-прежнему не твоя дочь. Ты никогда её не полюбишь, она всегда будет тебе напоминать о моём обмане, пусть и не преднамеренном, пусть я сама оказалась обманута...
Не договорив, Оля проглотила вставший в горле ком и отвернулась, бросив прощальный взгляд на бывшего мужа.
— Я хочу увидеть свою дочь! — неожиданно услышала она в спину слова, которые заставили её развернуться с яростью пантеры, защищавшей детёныша.
Андрей снова сжимал в руках розового медведя, предлагая Оле принять его, но она не обратила на игрушку внимания.
— Алиса не твоя дочь! — гневно выкрикнула она. — По документам ты ей никто! Не смей к ней приближаться, иначе я напишу заявление в полицию!
— Тише-тише! — примирительным тоном произнёс Андрей, ошалевший от столь бурной реакции. — Я никогда не причиню Алисе зла и ничего не буду делать без твоего ведома, но я соскучился по ней. Я растил её, качал по ночам...
Но Оля не слушала его и продолжала кричать:
— Почему ты вспомнил об этом именно сейчас? Почему не тогда, когда выгонял её?! — Сделав глубокий вдох, Оля попыталась успокоиться. Да, в случившемся есть и её вина, но Андрей мог поступить с Алисой по-человечески. — Ты не знаешь, каково это — объяснять ребёнку, почему папа его бросил! Ты не знаешь, каково слышать, как по ночам она плачет и зовёт отца! Алиса только недавно перестала про тебя спрашивать. Не надо её снова травмировать! Ты поиграешься и уедешь, а мне опять объяснять, почему папа больше знать её не желает! Она же во всём себя винила, думала, что была плохим ребёнком, поэтому папа и ушёл. И сколько бы я Алисе ни говорила, что ты ей не отец, что это мама ошиблась, это мама поступила плохо, она всё равно ждала тебя! Андрей, ты хотел новую жизнь — ты её получил! Уезжай! Мы только-только начали спокойно жить, не заставляй нас срываться с места и впопыхах искать новый угол. Пожалуйста, не приезжай больше!
С каждым её словом Андрей становился всё бледнее. Наверно, он не ожидал подобного поворота, но так будет лучше для всех. Того, что было, не вернуть. Они чужие друг другу и такими останутся. Да и не были они близки.
Оставив бывшего мужа растерянно смотреть ей вслед, Оля заскочила в подъезд и поднялась в квартиру. Принесла же его нелёгкая! Хорошо хоть, Алису успела в сад отвести, и девочка не видела того, кого долгое время считала отцом, по которому столько слёз пролила, когда думала, что мама её не видит. Нет, Оля больше не позволит разбить своей дочери сердце. И себе тоже. Андрея надолго не хватит. Обида всё равно будет точить его изнутри, и лучше им держаться от него подальше. Да и разве можно доверять человеку, который не разобравшись просто выбросил семью из жизни. Главное, теперь он знает, что Оля не хотела его обманывать и этого достаточно. Дальше каждый сам по себе.
Оля открыла сайт с подбором квартир. Как бы Оксана ни уговаривала их остаться, настало время съехать, тем более деньги у них теперь есть. Неожиданно её способности к дизайну оказались востребованы, и заказов было хоть отбавляй. Она искала что-нибудь поближе к детскому саду, куда ей удалось пристроить Алису, и нашла несколько подходящих вариантов. Снимать двухкомнатную квартиру выходило слишком накладно, поэтому она остановила выбор на однокомнатных. Все они были в новом микрорайоне или в близрасположенных домах. Недолго думая, Оля созвонилась с хозяевами квартир, чтобы договориться о встрече. К сожалению, желающих сдать жильё одинокой женщине с ребёнком было немного.
Через час она отправилась по одному из выбранных адресов. В квартире её встретила немолодая женщина, представившаяся Людмилой Борисовной.
— Вот, купили внучке, но пока она вырастет! — покачала головой женщина. — Ремонт хороший, делали для себя. Дверь какая, посмотрите! Ванная огромная! Плитка дорогая! А кухня? Встроенная на заказ! Если нравится, можете хоть сейчас заезжать! Оплата вперёд за первый и последний месяц. Напомните, сколько лет вашему ребёнку?
— Пять, — ответила Оля с интересом оглядываясь.
Квартира, пусть и небольшая, оказалась светлая и уютная. Кухня была оборудована всем необходимым, в комнате тоже имелась нужная мебель: вместительный встроенный шкаф для хранения, шкаф для книг со стеклянными дверцами, огромный диван, раскладное кресло, стол с креслом для компьютера и телевизор на стене.
— Хороший возраст, — одобрила Людмила Борисовна. — На стенах уже не рисует, наверно?
— Нет, — улыбнулась Оля. — Только в альбоме. И вообще, она у меня девочка аккуратная.
— Девочка — это хорошо, — одобрила Людмила Борисовна. — Если вам всё нравится, давайте подпишем договор, да я вам ключи передам.
Подумав, что раз квартира её полностью устраивает, то она не будет искать что-то другое. Внимательно прочитав документ, Оля подписала его, передала деньги и получила ключи.
Подумать только, она так долго не решалась съехать от Оксаны, хотя мысли об этом возникали давно. А стоило бывшему мужу лишь появиться на горизонте, как она снова бежит с насиженного места. Прошлое должно оставаться в прошлом. Для них с Алисой так будет лучше.
— Значит, твёрдо решила съехать? — спросила Оксана.
Они с Олей сидели на кухне и попивали белое вино. Алиса уже мирно спала на диване в гостиной. Новость о том, что им опять придётся сменить место жительства, она приняла неохотно. Девочке очень нравилась тётя Оксана — яркая, элегантная, уверенная в себе. Она утверждала, что, когда вырастет, тоже такой станет.
— Так будет лучше для всех, — пожала плечами Оля и потянулась к тарелке с сыром. Взяла один кусочек и повертела в руках. — Спасибо тебе огромное за твою помощь! Страшно подумать, как нам с Алисой пришлось бы туго, если бы не ты. Тебе надо свою личную жизнь строить, а тут мы. Ты даже пригласить никого не можешь. Ещё Андрей объявился. Сто лет были ему не нужны, — голос дрогнул, и Оля сделала паузу. — А тут вдруг вернуться просит!
— Да уж, — согласилась Оксана. — Алисе ничего не скажешь?
— Нет, — помотала головой Оля. — Не надо ей этого знать. Неизвестно, что ему вообще в голову ударило, и как надолго это у него. Думаю, он очень скоро перегорит.
— Эх, а мы ведь хорошо жили, — Оксана подлила ещё вина себе и подруге. — Прихожу, а дома всегда чисто, убрано, ужин готов. Кто мне ещё так быт облегчит? Вечно этот Андрей всё портит!
— И не говори! — усмехнулась Оля.
— Когда-то я, на свою беду, влюбилась в Андрея, — начала вспоминать Оксана. — Из-за него предала лучшую подругу. Это был самый постыдный поступок в моей жизни и за это я Андрея до сих пор ненавижу. Даже не знаю, как Катя смогла меня простить. Ради него я переступила через свои принципы, а он уже тогда планировал меня бросить. Андрей бросил меня так эффектно, что с тех пор о большой любви я не мечтаю. Поняла, что в жизни можно надеяться только на себя, ушла с головой в работу, заработала на квартиру. Вернее, на первоначальный взнос, — на этих словах Оксана хихикнула и отставила бокал с вином в сторону. — Так, кажется, мне хватит, а то завтра на работу не проснусь.
Оля молча согласилась с подругой: надеяться можно лишь на себя. Эти годы она только и думала о том, как сделать лучше для Андрея, и в итоге осталась ни с чем.
Пожелав Оксане приятных снов, Оля направилась в гостиную. Осторожно ступая, чтобы не разбудить малышку, она прилегла на край дивана. Завтра им с Алисой предстоит переезд. К счастью, новое жильё располагалось недалеко от дома Оксаны, Оля до вечера управится, пока дочка будет в детском саду. С этими мыслями она заснула.
Букет пионовидных роз увял, весь день провалявшись на заднем сиденье автомобиля вместе с медведем и другими игрушками. Подняв его, Андрей с сожалением отправил цветы в урну. Оля не приняла извинений, что, впрочем, и следовало ожидать.
Андрей весь день провёл в офисе, но так и не смог сосредоточиться на работе, возвращаясь мыслями к разговору с Олей. Медленно, очень медленно к нему приходило осознание, что же он натворил. Когда-то он не дал Оле ни единого шанса оправдаться, теперь она ответила ему тем же. Вспоминая состоявшийся диалог, Андрей прикрыл глаза от стыда: он облажался! Он крупно облажался! Даже извиниться достойно не смог.
«Возвращайтесь! У вас есть свой дом, хватит мотаться по квартирам!» — Что могло быть хуже? Как будто они по собственной воле сбежали и живут где придётся. Оля и так не была рада его видеть и не желала идти на контакт, а эти слова и вовсе ухудшили его и без того шаткое положение.
Андрей не имел ни малейшего представления, что ему теперь делать. Оля так долго пыталась донести до него правду, а он с ослиным упрямством отказывался узнавать хоть что-то, что угрожало изменить его картину мира. Пока она была рядом, встречала каждый день его с работы, хлопотала по дому, думала, как получше ему угодить, Андрей воспринимал всё как естественный порядок вещей. Он и не подозревал, как глубоко Оля проникла в его душу, вросла в само его существо, что потом, когда её не стало рядом, Андрей жизни не видел. Всё бы отдал, чтобы отмотать время назад и вернуться в их квартиру за несколько часов до Нового года...
Сев за руль, Андрей завёл двигатель. Ехать снова к Оле сейчас бессмысленно, а находиться одному в квартире или пентхаусе — это бросаться на стены от отчаяния. Ему сейчас не помешает хорошая компания в виде Маргариты Павловны и Александра Ивановича. Собрав по пути все пробки, Андрей через два часа доехал до дома родителей. Те оказались безмерно рады сыну. За ужином он рассказал им, что удалось узнать от Оли.
— Бедная девочка, — вымолвила Маргарита Павловна после долгого молчания. Оглушённая новостью, она так и застыла за столом, словно статуя. — Бедные девочки. Что им пришлось пережить.
— М-да-а-а-а... — протянул Александр Иванович. Потеряв аппетит, он отодвинул тарелку. — Какая жалостливая история, если это, конечно, правда.
— Саша, ну ты во всём видишь подвох! — возмутилась Маргарита Павловна. — И Андрея тому же научил! Если бы ты его не настропалил, они бы сами между собой давно разобрались!
— Ну давай, меня во всём обвиняй! — рассердился Александр Иванович. — В нашем деле по-другому никак! Мы бы разорились, если бы я всем вокруг доверял!
— Ну ты разделяй семью и бизнес! — не сдавалась Маргарита Павловна.
— Так, стоп, — Андрей потерял терпение. — Потом выясните, кто прав, а кто виноват, только без меня. Меня сейчас другое интересует: как исправить то, что сделано, если Оля меня знать не желает?
— Ой, да найдёшь себе другую! У нас в стране что, женщин нет? — фыркнул Александр Иванович, потянулся к бутылке с виски и плеснул себе на дно бокала. — Будешь? — предложил он сыну.
— Нет, — скривился тот. — Не хочу я другую женщину. Я Олю люблю!
— А может, я с ней поговорю? — предложила Маргарита Павловна. — Заодно Алису увижу. Я так соскучилась по ней!
— Вряд ли это поможет, — покачал головой Андрей. — Она меня-то к дочке не подпустила, чтоб лишний раз её не тревожить. Оля знать нас не желает.
— И всё же, давай я с ней встречусь, пусть без Алисы. Я-то её из дома не выгоняла. Вдруг она меня послушает?
На этих словах Андрей ещё больше помрачнел. Предложение Маргариты Павловны совершенно ему не понравилось. Будет выглядеть, словно он, натворив дел, решил спрятаться за маминой юбкой. Нет, так не годится.
Разговора с родителями не получилось. Маргарита Павловна всё норовила встретиться с бывшей невесткой. Для чего? Она и сама не могла объяснить. Александр Иванович отнёсся к создавшемуся положению флегматично: потерял Андрей Олю — невелика беда. Времени прошло мало, он ещё встретит достойную девушку, с которой создаст семью. Этот вариант Андрей отмёл сразу. Он подозревал, что в глубине души отец даже радуется, что Оля сама не желает возвращаться, просто не показывает этого.
Поняв, что толкового совета здесь он не получит, Андрей засобирался в обратный путь.
— Может, тебе им жильё оплатить? — шепнула ему на прощанье Маргарита Павловна. — Ну, чтоб не мотались туда-сюда, раз возвращаться в квартиру Оля пока не хочет. Денег перечислить ей на счёт?
— Я подумаю, — пообещал Андрей.
В принципе, нечто подобное и планировал, но старые счета он лично заблокировал, а открыть новые без ведома Оли будет проблематично.
— Дай ей остыть, захочет — свяжется с тобой, а на нет и суда нет, — сказал Александр Иванович, похлопав сына по плечу. — Ну, право слово, не тебе за ней бегать, вокруг полно других женщин.
Раздражённо кивнув, Андрей вышел за дверь. Сел в припаркованный автомобиль и задумался. Если уж испытывая крайнюю нужду, Оля не взяла от него ни копейки, то сейчас и подавно пошлёт за попытки материальной помощи. Но делать-то что-то надо. Поразмыслив, Андрей позвонил Максу и Нику с предложением о встрече. Может, друзья подскажут что-то дельное.
— Итак, для чего ты нас всех здесь собрал? — спросил Ник, усаживаясь за стол напротив Андрея. — Неужели соскучился?
— Можно и так сказать, — усмехнулся Андрей, барабаня пальцами по бокалу виски со льдом.
Он нервничал. Не каждый день признаёшься сам себе, что облажался по полной, а уж друзьям и подавно. Нет, им необязательно быть в курсе всей истории, это останется между ним и Олей. Хотя вроде Оксана с Катей в курсе, но те трепаться-то не должны. Катя Максу-то рассказала какой-то отрывок, и то, потому что у неё в жизни уже было нечто подобное.
— Ну, не томи, — подал голос Макс. Он приехал минут за десять до появления Ника и успел заказать себе выпивку. — Говори уже, что случилось.
В баре, где происходила их встреча, играла негромкая музыка, приглушённый свет не бил по глазам, создавая уютную расслабляющую атмосферу. То, что надо после рабочего дня. Однако мысли, одолевающие Андрея, не давали ему выпасть из реальности ни на минуту.
— Хочу вернуть Олю, — не стал он ходить вокруг да около.
— Опа! Вот даже как? — удивлённо брякнул Ник, откинувшись на спинку дивана. — Э-э-э... когда мы с тобой говорили об Оле в последний раз, ты знать её не желал. Что изменилось с тех пор?
— Мне кажется, я догадываюсь, — отозвался Макс. — Но если Андрей не захочет об этом говорить, я пойму.
— Да? — удивился Ник. — А я нет. Но решать не мне, конечно же.
— Поговорил с ней, наконец, — нехотя пояснил Андрей. Он отставил бокал и бросил хмурый взгляд на друзей. — Проблема в том, что теперь Оля меня знать не желает.
— Пф-ф-ф! — невесело прыснул Ник. — Не удивительно. Я б на её месте такого мелочного жлоба тоже знать бы не хотел. Нашёл себе кого-нибудь пощедрее. С такой-то внешностью!
— Очень смешно, мистер Святоша, — сердито буркнул Андрей. — Да, я был не прав. Я признаю это! Увы, я не могу отмотать время назад и не допустить совершенных ошибок, но делать-то что-то надо. Вопрос в том, что?
— Оставь Олю в покое, — посоветовал Ник. — Пусть остынет. Ну что ты сделаешь, если человек не хочет?
— Теперь понятно, почему ты до сих пор один, — хмыкнул Макс. Ник недовольно посмотрел на приятеля. — Нет, на самом деле ты просто никогда ни в кого не влюблялся. Тебе никто никогда не был нужен настолько, что дышать без этого человека не можешь.
— Нет, такое состояние мне незнакомо, — фыркнул Ник. — В отношениях всё должно быть по взаимному согласию. Никого ни к чему нельзя принуждать.
— Речь не о принуждении, — поморщился Андрей. Он подумал, что зря затеял этот разговор: Ник его не понимает. — Я же не похищать Олю собираюсь. Я хочу, чтобы она добровольно ко мне вернулась. Я ошибки свои исправить хочу.
— Ну так исправляй, — подал голос Макс. — Только не жди мгновенной отдачи. Да и вообще ничего не жди. Вот в чём ты ошибся? Где поступил неправильно?
— Не выслушал её, — принялся перечислять Андрей.
— Ладно, выслушал теперь. Что дальше? — Макс осушил свой бокал с ромом и попросил официанта повторить заказ.
— Выгнал из дома, заблокировал счета, — Андрей продолжал загибать пальцы. — Я уже предложил им вернуться, но Оля не пожелала...
— Конечно, — кивнул Макс. — Вдруг ты снова выгонишь. Зачем ей ещё раз через всё это проходить. Она тебе не доверяет.
— И как мне заслужить её доверие? — Андрей внутренне соглашался со словами приятеля. Он и сам это понимал. Оля доходчиво ему всё объяснила.
— Сейчас наверно никак, — встрял в разговор Ник. — Будь рядом, помогай во всём. Не знаю даже, что посоветовать.
— Не примет она мою помощь, — покачал головой Андрей. — Сейчас не примет.
— Слушай, ну это же твоя бывшая жена, — пожал плечами Ник. — Не знаешь, как подкатить к ней, что ли? Бриллианты ей подари, или что она там любит?
— Не, не поможет! Я точно это знаю! Слушай меня, сделай так, чтоб у них был свой угол. И наличие этого угла не зависело от твоей воли. Женщине с маленьким ребёнком это очень важно. Если тебе, конечно, денег не жалко, — усмехнулся Макс. — У них должно быть место, принадлежащее только им, откуда их никто никогда не выгонит. Как бы Оля хорошо ни зарабатывала сейчас, квартиру в Москве она нескоро сможет себе позволить.
Это правильная идея. Андрей мысленно одобрил предложение друга. Дело осталось за малым — разузнать данные нового паспорта бывшей жены. Впрочем, этим он озадачит своего юриста.
Андрей перепишет квартиру, в которой они несколько лет прожили вместе, на Олю с Алисой. Всё равно без них ему там делать нечего. Откроет им счета, куда каждый месяц будет переводить приличную сумму. Этим он и займётся в ближайшие дни, а когда всё будет готово — встретится с Олей. Не откажется же она от его подарков! Это всё-таки не цветы с игрушками. Сейчас всё серьёзно. Она должна оценить его поступок, а там, может, и на контакт пойдёт.
Довольно кивнув собственным мыслям, Андрей поднёс ко рту бокал с выпивкой и сделал большой глоток. Он отыщет путь к Олиному сердцу.
— Только не жди, что она тут же растает и примет тебя, — напомнил ему Макс. — Будь готов, что Оля не оценит сразу твой поступок. Ты обидел не только её, ты обидел её ребёнка, а это гораздо больнее.
Андрей так и застыл с бокалом в руках. И как ему доказать, что Алиса тоже важна для него? Он скучает по этой малышке. Ему так не хватает её звонкого смеха, их совместных игр.
Решено, квартиру он оформит на Алису!
На исполнение этого решения у него ушло несколько дней. Юрист без особого труда нашёл данные новых документов. Некоторое время у него заняло переоформление квартиры, депозит на имя Оли Андрей открыл буквально на следующий день в крупнейшем банке страны. Сам он не имел отношения к этому вкладу, Оля могла не бояться, что счёт будет закрыт в один момент без её ведома.
Подъехав к дому Оксаны, Андрей ещё раз перелистал все документы. Хозяйкой квартиры теперь считалась Кузнецова Алиса Сергеевна. Ничего, вот вернёт Олю, и Алиса снова получит его фамилию, Андрей её официально удочерит. Все эти дни он ничего не писал бывшей жене, сосредоточившись на выполнении первоочередных задач и дав ей время подумать и прийти в себя. Сейчас же Андрей достал телефон и отправил Оле сообщение с просьбой спуститься. Она не отреагировала, а сообщение долгое время светилось недоставленным.
Андрей бросил взгляд на часы. Он находился у подъезда уже минут тридцать, а Оля так и не соизволила прочитать его послание, хотя была онлайн некоторое время назад. Ладно, Андрей подождёт ещё немного.
«Немного» затянулось на час. Тогда мужчина принял решение подняться в квартиру. В своё время Макс дал ему полный адрес. Дверь никто не открыл, хотя он долго звонил и стучал. Андрею вспомнился рассказ Оли, как она два дня обивала порог квартиры Кати и Макса. Бедные его девочки, сколько же отчаяния они испытали в тот раз.
Мужчина снова вернулся в автомобиль. Солнце клонилось к закату, когда он увидел спешащую домой Оксану, наверно, возвращающуюся с работы.
— Ты?! — неприязненно воскликнула она, заметив Андрея, выходящего из машины. — Что ты тут делаешь?
— Я к Оле приехал, — пояснил он. — Она не отвечает на сообщения, дверь не открывает. С ней всё в порядке?
— Не отвечает, значит, не хочет! — отрезала Оксана. — А дверь не открывает, потому что здесь больше не живёт, так что, ты зря сюда явился.
— И где ж они с Алисой теперь? — обескураженно спросил Андрей.
— Не у того человека ты решил это выяснить, ой не у того! — насмешливо ответила Оксана. — Веришь в карму? Я вот раньше не верила, а теперь смотрю — есть она! Короче, езжай отсюда. Здесь тебе нечего ловить. Я не вру, Оли с Алисой здесь нет, а больше ты от меня ничего не узнаешь. Адьёс, амиго! Хотя мексиканский кайот тебе амиго!
С этими словами Оксана, показав средний палец, изящно обогнула стоящего на тротуаре Андрея и скрылась в холле. От злости тот пнул по колесу:
— Вот ведь змея белобрысая! Белая кобра! Аспид в юбке! Гюрза прямоходячая! Иначе не назовёшь! Язва! Сибирская! — бросил он ей вслед.
И что ему делать? Где в огромном городе искать женщину с ребёнком?
Отодвинув в сторону вазу, которую разукрашивала последние пару дней, Оля потянулась за телефоном. Она давно собиралась позвонить Анне Семёновне, но из-за большого количества заказов постоянно забывала об этом. Оля не была уверена, так ли уж нужна ей трудовая книжка, которую бывшая работодательница так и не выслала, у неё и стаж-то маленький, но решила довести дело до конца.
— Здравствуйте! — воскликнула Оля, когда после нескольких гудков Анна Семёновна сняла трубку. — Я по поводу трудовой. Я теперь на другой квартире живу, не могли бы вы прислать мне письмо на новый адрес?
— Здравствуй, Олечка, — ответила женщина. — Ты меня извини, я закружилась и совсем забыла про тебя. А когда вспомнила, подумала, лучше я к тебе домой занесу по прописке. Твоя мама мне открыла, я у неё и оставила.
— Ох, — расстроилась Оля. — Ладно, раз такое дело.
Девушка приуныла: видимо, придётся звонить матери. Она наскоро попрощалась с хозяйкой ателье и снова начала гипнотизировать мобильник. Звонить или нет — ломала она голову. Когда Оля сбежала из родного городка в Москву, то сообщила матери, что с ней и Алисой всё в порядке. За это выслушала от Тамары Васильевны очередную порцию бреда, какая Оля непутёвая. Нарываться на новые оскорбления не хотелось, но и начатое дело требовало завершения. Скрипнув зубами, Оля набрала номер матери.
— Ой, только тебя вспоминала! — услышала она в трубке елейный голос Тамары Васильевны. — Долго жить будешь! Думаю, что ж ты не звонишь-то! Снова мать бросила. Наверно, всё у тебя в столице хорошо, а это самое главное! — не удержалась она от сарказма.
— Мам, как дела? — Оля откашлялась, прочищая горло.
— Дела? Твоими молитвами! — буркнула та. — Зачем звонишь? Денег матери перечислить хочешь? Не откажусь.
— Тебе Анна Семёновна мою трудовую не заносила? — спросила Оля, проигнорировав вторую часть фразы.
— Было дело, было, — фыркнула Тамара Васильевна. — А я думаю, чего это Олька не звонила никогда, а тут объявилась. Ну понятно! Так-то мать даром не сдалась! Хочешь, чтоб прислала или сама приедешь?
— Пришли, пожалуйста, — попросила Оля. Назвала адрес и отключилась.
После разговора с матерью на сердце легла непонятная тяжесть, словно Оля только что совершила досадную ошибку. Оставшуюся часть дня девушка не находила себе места. Работа не спорилась, мазки ложились неровно, и Оле постоянно приходилось их исправлять. Поняв, что ничего толкового сегодня уже не получится, она отправилась в торговый центр, чтобы развеяться и прикупить новые витражные краски. Вышагивая между витринами в своём любимом отделе, сама не заметила, как быстро пролетело время. На обратном пути забрала Алису из детского сада. Погода стояла чудесная, идти домой не хотелось совершенно, и мама с дочкой с удовольствием прогулялись в ближайшем сквере. Оля сфотографировала Алису на фоне небольшого фонтанчика, на скамейке возле которого они так любили отдыхать, и выложила снимок на своей страничке.
Перед сном Оля почитала дочке сказки, и они уснули, прижавшись друг к другу. Рядом с Алисой события прошедшего дня казались чем-то далёким и незначительным. Теперь они по-настоящему начали новую жизнь, окончательно закрыв дверь в прошлое. По крайней мере, Оле очень хотелось в это верить.
Рабочий день окончился, но возвращаться в пентхаус не было ни малейшего желания. Андрей голову сломал над тем, как найти Олю и Алису. Оксана наотрез отказалась называть их новый адрес. Макс тоже лишь разводил руками: Катя ничего ему больше не сообщила, и вообще она на него злилась за слишком длинный язык. Зачем он рассказал другу ту историю, которой Катя с ним поделилась? Зачем он выдал Андрею, где живёт Оксана? Ни Катя, ни Оксана, ни тем более Оля своего согласия не давали!
— Женщины, — с улыбкой пояснил Макс.
— Женщины! — сердито буркнул Андрей.
Он снова залез на страничку Оли. Там появилась очередная фотография. Андрей внимательно изучал снимок, когда дверь в его кабинет открылась и на пороге показался Александр Иванович.
— Трудишься? — задал он риторический вопрос, усаживаясь на стул напротив сына.
— Типа того, — кивнул Андрей. — А ты что здесь делаешь?
— Да вот, решил проверить, чем занимается руководитель одного из моих структурных подразделений. Да и мать твоя просила меня с тобой поговорить, — пояснил Александр Иванович. — И я подумал, что и правда, это лишним не будет.
— Поговорить? — удивился Андрей, отодвигая телефон в сторону. — О чём же?
— О твоей бывшей жене и этой девочке. Ты так у нас больше и не появился, а Рита очень уж просила разрешить ей встретиться с Олей, — отец не сводил с сына долгого испытывающего взгляда, что показалось Андрею подозрительным.
— Во-первых, я до сих пор считаю это плохой идеей. За свои поступки сам буду отвечать, мне защитники не нужны. Во-вторых, Оля всё равно уже съехала с прежнего места жительства, а новый адрес я не знаю. А в-третьих, ты приехал не за этим.
Во взгляде Александра Ивановича загорелась усмешка, и Андрей понял, что оказался прав.
— Не за этим, — согласился он. — Хочу сказать, история, что ты нам поведал, произвела огромное впечатление на твою маму. Та места себе не находит, всё девочек жалеет. Признаться, мне их тоже немного жаль. Нелёгкий у Оли жизненный путь оказался, она молодец, что нашла в себе силы идти дальше, но!
— Но? — Андрей напрягся, слушая отца.
— Зачем тебе такая наследственность? Хорошо, пусть Оля не виновата в том, что произошло и сама оказалась жертвой. Но у неё в роду алкоголики, и этого не изменишь! У Алисы отец — уголовник! Зачем тебе эта девочка? Что хорошего от неё можно ждать?
Александр Иванович говорил медленно и размеренно, а Андрей начинал закипать.
— Ты всё сказал? — голос звучал глухо.
— Почти, — отец ни капли не смутился. — Сам подумай: с одной стороны, алкоголики, с другой — уголовники. Ты с кем связался, Андрей? Ты выпускник одного из лучших вузов страны! Руководитель! Мечта многих женщин! И бегаешь за какой-то... — Александр Иванович умолк, подбирая подходящее слово, но, так и не подобрав, продолжил: — За какой-то Олей! Стыдно тебе, что так с ними поступил? Жалко их? Ну, подкинь им немного деньжат. Помоги на первых порах, успокой свою совесть. Но жизнь с ними связывать?! По девочке скучаешь? Привык к ней? Это потому что своего ребёнка нет. Делай быстрее — сразу забудешь!
— Я не хочу забывать, — твёрдо сказал Андрей. — Они моя семья, которой я лишился по собственной глупости. Неважно, какая у Алисы наследственность. Гены ещё не всё решают. Она чудесная девочка, такая же, как её мать. Я сам разберусь в своей жизни.
— Ты мой сын, — покачал головой Александр Иванович. — Моё дело уберечь тебя от непоправимых ошибок.
— Спасибо за заботу, но я уже совершил ошибку, которую никак не исправлю несмотря на всё желание, — невесело усмехнулся Андрей. — Если у тебя всё, то я, пожалуй, ещё поработаю. Передавай привет маме.
Разговор с отцом оставил в душе неприятное послевкусие. И с каких пор Александр Иванович стал таким зашоренным? Он уже давно ушёл, а Андрей так и продолжал сидеть в кабинете, думая над тем, как же ему разыскать Олю.
Искать Олю по опубликованным фотографиям, высматривая на них малейшие зацепки, показалось Андрею плохой идеей. Ещё чего не хватало — сталкерить бывшую жену! Он что, маньяк? Нет, он нормальный мужчина с определённым достатком. И этого достатка вполне хватит для того, чтобы нанять частного детектива. Вот пусть он их и ищет. Не объявлять же Олю с Алисой в официальный розыск.
Через несколько дней Андрей уже получил информацию о том, в каком районе они проживают. Оказалось, Оля с Алисой не уехали далеко от предыдущего места жительства, и девочка посещает тот же самый детский сад, что и до переезда, даже поликлиника, в которой наблюдалась Алиса, осталась прежней. Мужчина досадливо хлопнул себя по лбу: как он сам не додумался?
Пока Андрей гадал, как ему лучше поступить, чтобы снова не спугнуть Олю, детектив прислал ему её фотографию. Та сидела с задумчивым видом за столиком у окна в какой-то маленькой и уютной кофейне и пила чай. Решив, что лучшего момента не найти, Андрей, схватив новые документы на квартиру, выехал по указанному адресу, надеясь, что Оля задержится в кофейне подольше.
Ему повезло. Удача сегодня была явно на его стороне. Когда Андрей ураганом ворвался внутрь, девушка только допивала чай. С довольной улыбкой она неспешно отодвинула опустевший чайник с чашкой и подозвала официанта. Как же изменилось выражение лица Оли, когда вместо работника общепита перед ней возник бывший муж: из томно-мечтательного оно вмиг превратилось в сосредоточенное.
— Андрей? — ошеломлённо воскликнула она и напряглась. Это было заметно по тому, как девушка неестественно выпрямилась и вцепилась пальцами в край стола. — Что ты тут делаешь? Только не говори, что случайно здесь оказался.
— Почему? — на этот раз удивился уже Андрей. Не слушая возражений, он расположился на стуле напротив Оли и не сводил с неё внимательного взгляда. Она изменилась: движения стали более резкими, а из глаз исчезла мягкость. — Сейчас обеденное время, я не могу проезжать мимо по делам и заехать сюда перекусить?
— Сюда не можешь, — нервно усмехнулась Оля. — А вот в ресторан через дорогу вполне. Итак, как ты здесь оказался? Ты что, следишь за мной? Зачем? Это уже пугает, знаешь ли.
— Не пугайся, у меня действительно очень важное дело, — решив проигнорировать Олин выпад, Андрей потянулся к кожаному кейсу, извлёк из него нужный документ и пододвинул девушке. — Вот, возьми.
— Что это? — Оля напряглась ещё больше. Взяв бумаги, она пробежалась по ним глазами. Потом ещё раз. И ещё. — Что всё это значит?
— Что всё это значит? — девушка повторила свой вопрос.
Руки дрожали как в тот день, когда Оля впервые увидела новое свидетельство о рождении Алисы, только сейчас перед ней была дарственная на квартиру на имя её дочери.
— Пытаюсь искупить свою ошибку. По моей вине вы лишились дома, — ответил Андрей. — И ты, и Алиса... Вы обе мне дороги. Я не знаю, как ещё сказать вам об этом.
— Подкуп — определённо не самый лучший способ, а по-другому это не назовёшь, — Оля помахала у него перед носом дарственной.
— Да я не пытаюсь вас подкупить, — промолвил Андрей. — Просто думаю, что женщине с ребёнком особенно нужна уверенность в завтрашнем дне, и с собственным жильём жить гораздо проще. Тем более, оформлена квартира на Алису, а интересы ребёнка в нашей стране хорошо защищены.
— Убери, — Оля отдала ему документы. — Не знаю, как ты сделал договор дарения без моего присутствия, но точно так же, ты его аннулируешь, — безапелляционно заявила она. — У тебя полно связей во всех инстанциях, думаю, это будет нетрудно. Нам ничего от тебя не надо.
— Не глупи! — воскликнул Андрей. — Договор зарегистрирован! Тебе если не надо, то Алисе пригодится! Сама подумай, какие в Москве цены! Так и будете по съёмным мотаться? Оля, ты же не дура! Почему отказываешься?
— Потому что! — взъярилась Оля. — Во-первых, это очень похоже на подкуп, что бы ты сам по этому поводу ни говорил, а во-вторых, там всё будет напоминать ей о том, как было раньше. И мне тоже. Я не хочу больше вспоминать и не хочу, чтобы моя дочь страдала. Андрей, я действительно тебя не понимаю! Ты так боялся, что я обокраду тебя, легко устроюсь за твой счёт, так зачем теперь бегаешь за мной? Квартиру даришь? Если самому не нужна — продай, а деньги пожертвуй в какой-нибудь хоспис!
— Да я люблю тебя, Оля! — вскричал Андрей, хлопнув ладонью по столу. Он не обращал внимания на остальных посетителей, которые мигом заинтересовались разыгравшейся перед ними сценой. — И Алису люблю! Вот вы где у меня! — мужчина ударил себя кулаком в грудь. — Так и не смог тебя забыть! Стоит глаза закрыть, как тебя вижу, Алискин смех слышу! Я просто хочу, чтоб вы в безопасности были. Да, я наломал дров. Если бы я только мог всё исправить! Но я не знаю... — Андрей удручённо опустил голову. — Не знаю, что сделать, чтобы вернуть вас. Мне очень плохо без тебя и Алисы. Я так хочу, чтобы мы снова жили все вместе, как раньше.
— Как раньше уже ничего не будет, — ошарашенно покачала головой Оля, не понимая, как реагировать на его признание.
— Пусть не будет! — с жаром воскликнул Андрей. — Пусть будет по-новому, но будет!
— По-новому? — горько усмехнулась Оля. — Вот оно, по-новому... Как есть... — Она беспомощно развела руками. — Принимай.
— Я люблю тебя, — тихо повторил Андрей. — Вас обеих. Прости за то, что сделал. Мне никто не нужен, кроме тебя и Алисы.
— Не надо, — прошептала Оля. — Не говори так... Не ищи нас больше. Прощай!
С этими словами девушка покинула кофейню. Она так спешила оказаться подальше от бывшего мужа, что не заметила, как перешла на бег. Надо же было ему явиться именно сейчас и именно сюда, а ведь день так хорошо начинался! Ей позвонила новая клиентка, попросила о встрече. Она заказала Оле флорариум, они договорились о сроке, об оплате и авансе. Женщина ушла, когда Оля решила остаться и насладиться крепким, насыщенным вкусом чая. И именно тогда в кофейню ворвался Андрей со своим предложением, от которого «невозможно отказаться».
Его слова о любви лишь разбередили душу. Когда-то Оля мечтала их услышать, но теперь поздно. Слишком поздно. Её сердце открыто лишь для дочери. Признание Андрея не вызвало никаких чувств, кроме обиды. Даже если предположить, что он не лжёт, всё равно у них нет будущего. Отношения, в которых нет доверия, обречены на провал, а Оля ему не верит. Они из разных миров, которые когда-то лишь чудом пересеклись и не выдержали испытания на прочность. Нет, они никогда не будут счастливы вместе. Андрей не простит ей обмана. Чёрт возьми, да она сама себя простить не может, что уж о нём говорить?!
Не нужна им с Алисой его квартира. Оля в состоянии сама позаботиться о дочери. Дела у неё идут неплохо. Ещё немного, и она подумает над тем, чтоб открыть свою фирму, вот и пригодится ей трудовая.
Оля опомнилась, когда была уже в квартире. Сама не заметила, как домчала сюда, так бежала от бывшего мужа. Девушка криво улыбнулась собственным мыслям: как бы она ни бежала от прошлого, прошлое с завидной регулярностью её находит.
Устало опустилась на диван. Новая встреча с Андреем выбила её из колеи, а ведь планировала зайти в торговый центр, присмотреть нужные материалы для флорариума. Впрочем, это всё Оля могла заказать и по интернету.
Девушка вошла в мобильное приложение своего банка, чтобы проверить поступление аванса, и обомлела. Кто-то открыл на её имя вклад и положил на счёт кругленькую сумму. Несколько минут Оля в ступоре не отрывала взгляд от экрана мобильника, а потом завопила:
— Ну, Андрей, это уж слишком!
Остаток дня Оля не находила себе места. В том, что вклад на её имя открыл Андрей, сомнений не было. Кроме него никто из её знакомых не располагал такой суммой, с которой мог бы так легко расстаться. От нервного перенапряжения Оля, кусая губы, металась из угла в угол. Чтобы хоть как-то успокоиться она открыла приложение интернет-магазина и принялась заказывать всё необходимое для будущего флорариума. Доставить ёмкость, растения и грунт ей пообещали уже на следующий день. Немного придя в себя, Оля решила, что просто снимет со счета все деньги и отвезёт их Андрею. Она не примет от него ни копейки и своим поступком ясно даст ему это понять. Подарками он хочет исправить прошлое, но, увы, уже ничего не исправить, не стоит даже пытаться. Оля должна объяснить это Андрею раз и навсегда. Они с Алисой больше не могут прятаться и переезжать с места на место: ребёнку нужен покой и уверенность в завтрашнем дне. Если Андрей и правда любит Алису так, как говорит, то он примет этот выбор. Оля старалась не думать о признании Андрея. Сегодня у него любовь до гроба, а завтра снова знать не захочет. До Оли и ранее доходили слухи, что до встречи с ней он менял девушек как перчатки, в принципе, она и сама догадывалась, а после развода окончательно в этом убедилась. Удивительно, что постоянства Андрея хватило на шесть лет совместной жизни. В память навсегда врезалась сцена, когда при выходе из зала суда, на её уже бывшего мужа с поцелуями накинулась новая пассия. Наверно, тогда у Оли что-то оборвалось внутри: ниточка надежды и доверия. Да, таким образом, Андрей пытался справиться с болью, что грызла его изнутри...
— Вот пусть и дальше справляется! — сердито буркнула Оля следующим утром. — Хорошо же получалось!
Яркими вспышками вспоминались все обидные слова, сказанные Андреем: и из помойки он их вытащил, и Алису нагулышем обозвал, а уж что Оля от него наслушалась. Теперь же, видите ли, любовью воспылал. Жить без них не может, скучает по ним? Вот ведь переменчивый какой! Не нужны им его деньги, а даже если б и нужны были, всё равно не взяла бы!
Проводив Алису в детский сад, Оля принялась исполнять задуманное. К счастью, девочка не догадывалась, какие чувства и эмоции овладели её мамой. Посмотрев по карте адрес отделения банка, расположенного поблизости с офисом Андрея (не таскаться же по всему городу с деньгами), Оля направилась туда.
Сняв в банке со счёта всю сумму, девушка лихорадочно запихнула деньги в сумочку. Оля всё ещё негодовала из-за поступка Андрея. Они с Алисой не голодранки какие-то и сами в состоянии о себе позаботиться. Никакие подачки им не нужны, особенно от того, кто так безжалостно вычеркнул их из своей жизни.
С такими мыслями она оказалась на пороге кабинета Андрея, проскочив в приёмной мимо ошарашенного секретаря.
«Новая помощница?» — удивлённо подумала Оля, ещё раз обернувшись на женщину.
Значит, Ксению Андрей уже уволил. Почему-то этот факт неожиданно обрадовал девушку. Но, отогнав приятную мысль и не обращая внимания на то, как потеплело при этом на душе, Оля толкнула дверь в кабинет бывшего мужа.
— Стойте! Стойте! — услышала она за спиной запоздалый оклик. Помощница справилась со ступором и теперь пыталась остановить визитёршу. — Андрей Александрович занят! Он просил его не беспокоить!
Проигнорировав слова сотрудницы, Оля решительно прошла внутрь. Андрей поднял голову от бумаг, которые внимательно изучал, и ошеломлённо замер, губы растянулись в довольной улыбке.
— Оля? Рад тебя видеть! — мужчина поднялся из-за стола. — Всё в порядке, можете идти, — сказал он уже своей помощнице.
— Доброе утро, — хмуро поприветствовала Оля. Она подошла к его столу и принялась сосредоточенно копаться в сумочке.
— Какими судьбами? — Андрей широко улыбался. Жестом указав ей на стул, он вернулся в кресло, открыл верхний ящик стола и выудил из него документ. — Решила принять моё предложение? Я очень рад этому! Я ведь от всей души! Олюшка, ты не пожалеешь!
Бросив взгляд на предлагаемые бумаги, девушка поняла, что Андрей снова протягивает ей дарственную на квартиру. Наверно, любая другая женщина на её месте была бы рада такому подарку, но Олю это только разозлило.
— Я не за этим приехала, — хрипло сообщила она, продолжая копаться в сумке, выискивая все банкноты, которые впопыхах запихала.
— Да? — Андрей заметно расстроился. — А зачем же? Будешь что-нибудь: чай или кофе?
— Нет, — Оля резко мотнула головой. Последняя банкнота была найдена, деньги пересчитаны. Достав из сумки внушительную пачку, она бросила её на стол. — За этим! Забирай. Это все деньги с того счёта, что ты открыл на моё имя. Нам от тебя ничего не надо! Мы живём своей жизнью, а ты живи своей. Уверена, у тебя получится!
Переведя взгляд с Оли на стол, Андрей побледнел, улыбка медленно сползла с его лица. Дарственная выпала из рук и, неспешно планируя, опустилась на пол.
— Так бы и сказала, что квартира не нравится, — глухо бросил он, откинувшись на спинку кресла. — Подарю вам другую, где ничего не будет напоминать обо мне. А счёт... Счёт открою на имя Алисы.
— Ты! Ты! Ты невозможен! — яростно зарычав, Оля направилась к двери. — Денег много?! — воскликнула она обернувшись, затем кивнула сама себе. — Конечно, много, уж мне ли не знать! Отдай их тем, кто действительно нуждается, а мы в эту категорию не входим!
— Мне нет дела до других! — повысив голос, в тон ей ответил Андрей.
— Да сколько уже можно тебе повторять?! Я ничего от тебя не возьму! Когда ты уже это поймёшь?! — закричала Оля, затопав ногами. — Проще каменной стене это объяснить, чем тебе!
— Повторяй это почаще! Главное, чтоб ты сама в это верила! Если у тебя всё, то прошу освободить кабинет, у меня ещё много работы! Например, искать вам новую квартиру!
Не найдя что ответить, Оля с силой хлопнула дверью и даже пнула по ней ногой. По-хорошему поговорить с этим упрямцем не получилось. На её памяти это второй скандал с Андреем. Первый произошёл перед Новым годом. Как же они умудрились прожить вместе шесть лет, не споря и не ругаясь?
Как-как? Просто у Оли мнения своего не было. Она же все годы с мужем во всём соглашалась, лишь в каких-то мелочах мягко ему возражала, стараясь не задеть эго этого гордеца.
Помощница Андрея застыла за своим столом, изумлённо взирая на неожиданную визитёршу. Пробормотав извинения, Оля покинула офис. Неужели им опять придётся менять место жительства? Ну уж нет, будут жить там, где живут. Хватит, чуть что срывать Алису с насиженного места. Да и смысла в этом нет — если Андрей захочет, то со своими возможностями он их везде найдёт. К счастью, он больше не настаивал на встрече с девочкой.
Оля безрадостно возвращалась домой. И что ей говорить Алисе? Как оградить её от лишних переживаний? Забрав дочку из садика, она слушала её оживлённую болтовню, но никак не могла вникнуть в суть, поскольку мыслями была далеко отсюда.
Когда они вернулись в квартиру, на телефон Оли позвонили. Это оказалась служба доставки из интернет-магазина. Сообщив, что заказ будет доставлен в течение часа, курьер отключился.
Алиса играла с новой куклой и смотрела мультики, когда раздался звонок в дверь. Оля в это время готовила картофельную запеканку на ужин. Сняв фартук и бросив его на спинку стула, она поспешила в прихожую, не посмотрев в глазок, открыла дверь и поражённо замерла на пороге, не в состоянии произнести ни слова.
В коридоре, прислонившись к стене и поигрывая маленькой книжицей, стоял Юра.
— Вот, трудовую тебе привёз, — усмехнулся он. — Тётя Тома попросила.
Отодвинув в сторону обомлевшую Олю, он вошёл в квартиру и запер дверь.
— Эх, Оля-Оля, — насмешливо произнёс он. — А я ведь по-хорошему с тобой хотел... Жаль, не получилось.
— Решила скрыть от меня ребёнка в большом городе? — спросил Юра обманчиво спокойным тоном. — Думала, я никогда вас не найду? Эх, Оля-Оля! Я считал тебя умнее.
Он угрожающе двинулся на девушку, заставляя ту пятиться вглубь квартиры.
— Убирайся! — просипела Оля, когда к ней вернулась возможность говорить. — Пошёл вон отсюда! Тебя сюда никто не звал!
Она обеспокоенно обернулась на закрытую дверь комнаты, за которой играла Алиса.
— А меня не надо звать, — Юра говорил так, словно сплёвывал каждое слово. Видимо, эту привычку он получил в местах не столь отдалённых. — Отец имеет полное право видеться со своим ребёнком. А ты меня этого лишила! Все вы бабы — подлые двуличные твари: одна засадила, другая — дочку увезла! Ну ничего, Оля, с тобой я разберусь.
— Не подходи ко мне! — выкрикнула Оля, продолжая отступать шаг за шагом. Глядя в глаза надвигающегося зверя, она чувствовала, как её окатывает волной удушливого ужаса. — Я п... полицию вызову, — пригрозила заикаясь.
Угроза вышла так себе. Юра лишь осклабился и, сделав резкое движение вперёд, с силой толкнул её. Громко вскрикнув от страха, неожиданности и боли, Оля приложилась затылком к стене так, что на мгновение даже ослепла. В комнате разом всё смолкло. Открылась дверь, и на шум выскочила Алиса. Увидев в квартире постороннего человека, девочка испуганно замерла. Она перевела растерянный взгляд на маму, которая силилась прийти в себя после удара, и перепугалась ещё больше.
— Мамочка! — пискнула Алиса.
— Привет, малышка, — заговорил с девочкой Юра. Он чуть наклонился вперёд, чтобы заглянуть ей в глаза, покопался в кармане брюк, извлёк оттуда маленькую шоколадку и протянул Алисе. — Как же долго я тебя искал. — Мужчина говорил, а девочка ошеломлённо хлопала ресницами. — Я твой настоящий отец. Твоя мать увезла тебя от меня, не хотела, чтоб мы виделись. Столько лет она скрывала тебя от меня! Но теперь всё будет по-другому. Теперь мы будем вместе, и нам никто не помешает.
Юра протягивал Алисе шоколадку на раскрытой ладони, но та не притрагивалась к ней. Не сводя с мужчины, от которого она неосознанно чувствовала опасность, затравленного взгляда, девочка маленькими шажками отступала в комнату.
— Не тронь её! — со злостью рявкнула Оля и перегородила ему путь.
— С дороги, тварь! — зарычал Юра, отбрасывая девушку в сторону.
Оля застонала, снова ударившись головой, а Алиса, заголосив, побежала в гостиную, пытаясь спрятаться за шторами. Юра бросился за ней, послышались возня и звонкий детский визг. Истошно завопив, Оля кинулась за мужчиной. Почти ничего не соображая, думая лишь о том, чтобы защитить дочку, она дикой кошкой вскочила ему на спину, разъярённо царапая шею, уши, стараясь добраться до лица и горла. Тот заорал дурным голосом. В попытках сбросить с себя обезумевшую женщину, он с размаху приложился спиной к стене, а потом ещё раз и ещё, локтями бил по незащищённым местам. Наконец, после нескольких ударов, не сумев удержаться, Оля обмякла и рухнула на пол. В глазах помутилось, к горлу подкатила тошнота. Она видела, как Юра, схватив сопротивляющуюся и орущую девочку, потащил её на выход. Застонав, Оля из последних сил вцепилась в его ботинок, когда мерзавец проходил мимо.
— Отпусти мою дочь! — прохрипела она, повиснув у него на ноге. — Помогите! — кричала девушка севшим голосом, но её никто не слышал, или же соседи просто боялись выглянуть на шум.
— Отцепись ты! — Юра с силой отбросил её от себя.
Душераздирающе завыв, Оля попыталась встать, но голова кружилась, а перед глазами всё плыло. Перед тем как потерять сознание она увидела Юру, несущего на плече её дочь, плачущую и отчаянно цепляющуюся за всё подряд.
Работа не спорилась. После ухода Оли Андрей так и не смог вернуться к делам. На столе лежали брошенные банкноты и дарственная на квартиру. Его подарки оказались не нужны. Мужчина грустно улыбнулся, мысленно прокручивая слова, брошенные ему в лицо. Когда-то он не верил, что встретит такую женщину, которую не будут интересовать его деньги. А ведь встретил. Нашёл там, где никогда бы и не подумал искать. Нашёл и потерял, теперь не знает, как вернуть.
Андрей не представлял, что ему делать. Сейчас он понимал одно — Оля не примет от него ничего. Он может подарить ей несколько квартир, открыть счёт на миллион, но она к этому даже не притронется. Андрей обидел её так, что ни откупиться, ни замять не получится.
Им нужно поговорить. Ещё раз. Без попыток с его стороны впихнуть ей деньги и другие ценности. Просто рассказать о том, как он любит их и сожалеет о своей ошибке, и что они всегда могут рассчитывать на его помощь и поддержку. Не давить на Олю. Дать ей время подумать над его словами и принять любой её выбор, каким бы тяжёлым он ни оказался.
Неясная тревога словно кулаком сжала сердце, не оставляя места никаким другим желаниям, кроме как увидеть Олю. Да, он должен это сделать, именно этим вечером они и поговорят. Андрей знает их новый адрес и немедленно поедет к ним. Пусть Оля просила не искать с ними встречи, особенно с Алисой, но что-то гнало его с места. Наверно, мужчина просто боялся, что они снова переедут.
Ругаясь на каждом светофоре, Андрей через час всё же прибыл по нужному адресу. К тому времени лёгкое беспокойство превратилось в стойкое предчувствие опасности. Оставив автомобиль на парковке, он направился к дому. На тротуаре его чуть не сбил водитель затонированной в ржавых пятнах «семёрки». В шоке Андрей едва успел отпрыгнуть. Взвизгнув тормозами и виляя задом, машина, чудом не рассыпавшись, скрылась за поворотом. Андрей чётко запомнил, что номер был неместный. Обматерив водителя, он забежал в подъезд и несколько раз судорожно нажал на кнопку вызова лифта. Так и не дождавшись его, кинулся вверх по лестнице.
Тревога резко переросла в панику, стоило ему лишь увидеть распахнутую настежь дверь. Бросившись внутрь, Андрей замер, как громом поражённый.
— Оля... Алиса, — сдавленно позвал он, но ответом ему было молчание. — Что случилось?
В квартире царил хаос. Вещи были разбросаны так, словно здесь происходила борьба, с кухни доносился запах гари, но больше всего его напугало другое. Пройдя в комнату, он обнаружил Олю, лежащую на полу. Девушка не двигалась, голова её была запрокинута, из уголка рта сочилась кровь.
— Оля! Олюшка! — вскричал он, опускаясь рядом.
Прижав пальцы к шее, Андрей нащупал пульс и облегчённо вздохнул. Подняв девушку на руки, он бережно перенёс её на диван. Обойдя квартиру и взволнованно убедившись, что Алисы здесь нет, Андрей вернулся к Оле. Она так и не пришла в себя, тогда он набрал номер скорой помощи и полиции. Запах гари становился всё отчётливее. Андрей прошёл на кухню и обнаружил в духовке подгоревшую запеканку. Выключил духовку и открыл настежь все окна. Из комнаты послышался тихий стон, и мужчина поспешил на звук. Оказалось, что Оля пришла в себя и теперь пыталась сесть на диване. Взгляд у девушки был мутный, словно не понимала, где она находится, и что с ней произошло. Он сел с ней рядом и взял Олю за руку.
— Андрей? — удивлённо пробормотала она, отнимая ладонь. Девушка отчаянно моргала и пыталась сфокусироваться, после чего резко смолкла. Взгляд постепенно принимал осмысленное выражение, недоумение на лице сменилось безумным ужасом. Зажав руками рот и кусая пальцы, Оля громко и протяжно завыла: — Он украл Алису!
Яркий дневной свет пробивался сквозь закрытые жалюзи. Оля лежала на постели в отдельной палате одной из частных клиник, куда Андрей привёз её накануне. Помимо кровати с тумбочкой, здесь имелся стол, стул, телевизор с пультом, холодильник, а также собственный санузел с душем. После обследования врачи диагностировали многочисленные ушибы, лёгкое сотрясение мозга и гематому на голове. К счастью, обошлось без переломов.
Вчерашний день вспоминался как в тумане из-за конской дозы успокоительного, что ей вкололи. Скорая помощь и полиция приехали почти одновременно. Пока фельдшер осматривал Олю, Андрей отвечал на вопросы полицейских. Затем и Оля дала свои показания.
И хотя сотрудники полиции бросились за преступником по горячим следам, тому удалось скрыться. Андрей взял полностью на себя контроль над ходом расследования, за что Оля была ему признательна. Она не понимала, почему он вообще приехал к ним в тот вечер, но была ему благодарна, жаль только, что Андрей немного не успел. Как было установлено по камерам, украв Алису, Юра увёз её на старой «семёрке».
Врачи рекомендовали Оле полный покой, но как можно оставаться спокойной, когда неизвестно, что происходит с самым дорогим человеком на всей планете? Она ничего не ела со вчерашнего вечера, только пила воду. Оля очень ослабла, но не могла проглотить ни кусочка.
Дверь в палату тихонько отворилась, и на пороге показался Андрей. Окинув лежащую на постели девушку напряжённым взглядом, он помахал пакетом с фруктами и натянуто улыбнулся, проходя внутрь.
— Как ты? — обеспокоенно поинтересовался он, усаживаясь на стул возле небольшого столика.
— Алису нашли? — с надеждой спросила Оля.
— Увы, нет, — покачал головой Андрей. — Ещё нет. И хотя ориентировка на него передана всем постам, видимо, ему удалось быстро уехать из города. — Помолчал и добавил: — Мне звонил следователь. Допросили мать Юры.
На этих словах Оля попыталась приподняться с постели. Голова снова закружилась, и девушка со стоном опустилась на подушки.
— Лежи-лежи! — встрепенулся Андрей. — Тебе нельзя вставать. Доктор говорит, тебе нужен полный покой.
— Не тяни же! — взволнованно попросила Оля, пальцами сминая край одеяла. — Она сказала, где Юра? Куда этот мерзавец увёз мою дочь?
«Это и моя дочь тоже!» — чуть не сказал Андрей, но осёкся. Сейчас неподходящее время для споров.
— Нет, — мужчина тяжело вздохнул. — Она утверждает, что и сама не знает, где тот может быть. Но! Она сообщила, что у её сына диагностирован рак поджелудочной в терминальной стадии. Пока он был в тюрьме, его не обследовали, потому болезнь оказалась запущена. Жить ему осталось недолго. В последнее время он бредил дочкой и...
— Он не отец ей! — выкрикнула Оля со слезами на глазах. Крик получился слабый. — Алиса только моя девочка! Только моя!
«И моя!» — мысленно добавил Андрей. Главное сейчас — найти ребёнка. Всё разговоры потом.
— Поиски в любом случае продолжаются. Ты же знаешь, у нашей семьи широкие связи. Обещаю, мы вернём Алису, а Юра не уйдёт от наказания.
Андрей не сказал, какими словами соседка Тамары Васильевны поливала Олю. Женщина абсолютно не стеснялась в выражениях, обвиняла ту во всём, что случилось с Юрой. По её мнению, если кого и надо сажать в тюрьму, так это Олю. Сотрудник полиции, бравший у неё показания, даже подумал, что старушка сошла с ума.
Узнав об ужасном происшествии, Маргарита Павловна разрыдалась и всё рвалась навестить Олю в клинике. Александр Иванович никак не мог её успокоить. Сам он тоже не находил себе места. Пусть он и относился скептически к Оле и Алисе, но зла им никогда не желал.
Андрей корил себя за то, что не сразу поехал к своим девочкам. Если бы он прибыл хотя бы на несколько минут раньше, то не позволил этому уроду похитить малышку. И вообще, если бы он сразу выслушал Олю, а не рубил сплеча, то ничего этого бы не произошло. Андрей уже сбился со счёта, сколько раз он успел проклясть сам себя за собственную гордыню и горячность, только толку от этого не было.
— Мы обязательно найдём Алису, — в который раз пообещал он Оле. — С ней всё будет хорошо, клянусь тебе.
Вот только его самого снедал страх. А что, если движимый отчаянием и ненавистью к этому миру, мерзавец решит покончить с собой и забрать с собой малышку? Ведь жить ему и так осталось недолго, и наверняка его мучат жуткие боли. Андрей не говорил Оле, как самолично обзвонил все морги и больницы, как у него замирало сердце, при прослушивании сводки криминальных новостей. Их девочка, их милый лисёнок сейчас в руках негодяя, и они ничего не могут с этим поделать, только сидеть и смиренно ждать.
Что-что, а смирение не было его сильной стороной. На уши была поставлена вся полиция Москвы и Подмосковья. Особые указания получили и частные сыщики. Андрей не пожалел денег на поиски дочери и поимку похитителя. Он не сомневался, что Юру найдут в ближайшее время, единственное, что его беспокоило — это безопасность девочки.
Удостоверившись, что Оля получает квалифицированный уход и медленно идёт на поправку, Андрей ушёл. А с его уходом вернулась тревога.
— Постарайся что-нибудь поесть, — сказал он на прощание. — Хотя бы фрукты. Ты должна поправиться, ты очень нужна Алисе и... мне, — добавил Андрей и покинул палату, пообещав в скором времени вернуться.
С трудом преодолевая слабость и головокружение, Оля медленно поднялась с постели, сделала несколько шагов и зашаталась. Прикрыв глаза, постояла несколько секунд на одном месте, ожидая, когда пройдёт дурнота, затем доковыляла до стула и села. Есть не хотелось, более того, сам вид еды вызывал отвращение. Пока находился здесь, Андрей успел помыть для неё фрукты и выложить на тарелку. Кроме того, в холодильнике хранились самые вкусные блюда из лучших ресторанов Москвы, к которым Оля так и не притронулась. Да и как можно проглотить хоть кусочек, когда неизвестно, что сейчас происходит с дочерью. Ела ли Алиса сегодня? Как этот негодяй с ней обращается? А вдруг он обидел её? Наверно девочка очень напугана. Оля надеялась лишь на то, что у зверя, похитившего её, есть хоть что-то святое. Она слабо в это верила, но старалась думать о том, что даже животные заботятся о своих детях.
Оля включила телевизор, несмотря на запрет лечащего доктора. Она переключала с канала на канал в ожидании новостей, но о Юре пока ничего не было слышно. Через полчаса к ней заглянула медсестра. Отругав, она выдала необходимые препараты и отправила Олю соблюдать постельный режим.
— Вы должны беречь себя! — назидательно произнесла женщина. — Вы нужны своим близким, думайте об этом почаще. Вот, выпейте это лекарство, оно от головокружения. И вообще, соблюдайте все рекомендации доктора.
Постаравшись улыбкой смягчить резкость своих слов, медсестра вышла из палаты, выключив при этом телевизор. Вскоре подействовало успокоительное, и девушка погрузилась в глубокий сон.
Когда Оля проснулась в следующий раз, за окном уже сгустились сумерки. На столе стоял остывший ужин — кто-то из медперсонала принёс ей еду. Глянув в телефон, она убедилась, что звонков от Андрея больше не было, значит, Алису ещё не нашли. А ведь он и правда переживает за девочку, Оля прекрасно это видела. Бывший муж забросил все дела и занимался только поисками пропавшей малышки.
Несмотря на принятое успокоительное, Оля больше не смогла уснуть. До утра она промучалась бессонницей, изводясь тревогой за дочку. Лишь с рассветом ей удалось забыться тяжёлым беспокойным сном.
Два последующих дня были наполнены тревогой и переживаниями за Алису. Поддавшись уговорам Андрея, Оля все же начала понемногу есть, с трудом справляясь с то и дело подступающей дурнотой. Благодаря своевременному лечению, приступы тошноты и головокружения случались все реже и длились меньше.
Андрей навещал её каждый день, рассказывая о том, как продвигается расследование, какие версии и зацепки уже были отработаны. Он старался её поддержать и приободрить, тщательно скрывая собственное волнение за судьбу ребёнка. Щетина с каждым визитом становилась всё длиннее, под глазами залегли тёмные круги, во внешнем виде появилась лёгкая неряшливость. Оля не припомнила, чтобы её бывший муж когда-либо позволял себе небрежность в одежде, а он уже который раз появлялся у неё в одной и той же помятой рубашке и брюках. Закрадывалось подозрение, что Андрей вообще не бывает дома.
За эти дни Оля сдала кучу анализов и прошла несколько исследований. Её обследовал терапевт, невролог и другие специалисты, даже состоялся разговор с психологом. Лечащий врач уверял, что пациентка идёт на поправку, и, возможно, в скором времени будет выписана из клиники и отправлена домой на амбулаторное лечение.
За дверью послышались знакомые шаги, и в палату вошёл Андрей.
— Привет, — в руках он держал корзину с цветами и неизменный пакет со свежими фруктами. На лбу залегла глубокая напряжённая складка, а круги под глазами стали ещё темнее. — Как ты?
Оля кивнула в знак приветствия и неопределённо повела плечом в ответ на вопрос о её состоянии. Что она может ещё сказать? Тело поправляется, а душа находится в аду.
Андрей прошёл в палату и сел на стул. Выглядел он неважно: похудел, лицо осунулось, а глаза воспалились и покраснели. Одет мужчина был во всё ту же рубашку, ворот и манжеты которой уже приобрели серый цвет.
— Ты вообще спал сегодня? — озабоченно спросила Оля. Она приподнялась на постели, цепко всматриваясь в бывшего мужа.
— Конечно, — хмуро ответил он и опустил взгляд.
— Скажи правду, — настаивала Оля.
— Спал... в отделении... пару часов в кресле, — нехотя признался Андрей, потирая глаза. — Я должен быть рядом, — продолжил он, перебивая Олины возражения, — когда Алису найдут. Не хочу, чтобы она оказалась совершенно одна в окружении незнакомых людей.
— Ты себя в гроб загонишь, — неодобрительно покачала головой Оля.
— С чего вдруг? — удивился Андрей и попытался беспечно улыбнуться. Не вышло. — Со мной всё в порядке, — подмигнул он.
— Ты плохой актёр, Андрей, — прошептала Оля. — Когда её уже найдут? — всхлипнула она.
***
Андрей застыл. Лицо превратилось в маску.
— Их ищут лучшие сыщики столицы, — напомнил он. — Были пересмотрены все камеры на выездах из города. Судя по всему, они ещё в Москве...
«Если только не сменили машину...» — не стал договаривать Андрей. Он никогда не расскажет Оле, что ему довелось увидеть и пережить за эти дни. Самым страшным было выезжать на опознание. Тогда у него впервые появились седые волосы. Нет, Оле определённо ни к чему это знать.
Андрей не мог просто сидеть и ждать, он должен был принимать самое непосредственное участие в розыскных мероприятиях. Кофе и энергетики стали его неизменными спутниками. Ему некогда было даже заехать домой, чтобы принять душ и переодеться. Он забыл, когда в последний раз нормально спал. Пару часов в отделении прошедшей ночью, и ещё часик возле палаты Оли во время тихого часа после разговора с её лечащим врачом, который сообщил ему, что, к счастью, девушка легко отделалась и уже потихоньку выздоравливает.
«Настоящая тигрица», — с восхищением и горечью подумал Андрей. Как она билась за своего ребёнка. Вот только это он должен был их защитить. Если бы он был рядом, никакой уголовник к ним не сунулся.
Мобильник завибрировал. Андрей посмотрел на экран: звонил следователь. Значит, появились новости или очередная версия.
Извинившись перед Олей, он покинул палату.
Ещё через пару дней, удовлетворившись состоянием её здоровья, Олю выписали из клиники. Лечение помогло: боли и головокружение больше не беспокоили девушку. Лишь на лице и теле ещё оставались полузажившие кровоподтёки. Несмотря на возражения Андрея, она вернулась в квартиру, которую снимала. Здесь до сих пор царил бардак, и Оля принялась за уборку.
Дрожащими руками она расставляла по местам разбросанные игрушки и цветные карандаши с альбомом. Всхлипывая, провела пальцами по последнему рисунку Алисы, на котором девочка так хорошо, как могла, изобразила маму.
— Где ты, лисёнок? — простонала Оля и закусила губу, чтобы не расплакаться. Она должна быть сильной.
— Мы найдём её, — уверенно произнёс Андрей за её спиной.
Бывший муж забрал её из клиники и привёз сюда. Он положил руку ей на плечо и слегка сжал. Оля обернулась и кивнула, дотронувшись до его руки своей ладонью.
И снова ему на мобильник поступил звонок. Андрей отошёл, чтобы поговорить. Сколько раз ему уже так звонили, но все версии оказались пустыми. Удивительно, как Юре удалось скрыться от полиции и ищеек, нанятых Андреем. Меж тем голос бывшего мужа звучал всё напряжённее. Обернувшись, Оля увидела, как черты его лица заострились, а взгляд стал жёстким. Она скорее почувствовала, чем услышала: на этот раз следователь звонит не просто так.
— Говори! — севшим голосом потребовала Оля, как только Андрей нажал кнопку отбоя.
Мужчина стоял в прихожей бледный как мел и молчал.
— Говори же! — воскликнула Оля и схватилась за сердце. Казалось, оно готово было выпрыгнуть из груди.
— Ты только не волнуйся, — выставив одну ладонь вперёд, сказал Андрей и тут же подскочил к начавшей медленно оседать на пол девушке.
Он подхватил Олю и крепко прижал к себе, а она вцепилась пальцами в его рубашку. Голова снова закружилась, и перед глазами поплыли разноцветные круги.
— Их нашли, — поспешно сообщил Андрей. Одной рукой он обнимал Олю, а второй успокаивающе гладил её по волосам.
— Нашли? — с надеждой переспросила она. — Нашли? Где она?
— Их обнаружили на выезде из Москвы, — Андрей напряженно обдумывал каждое слово, вглядываясь в лицо Оли. — Как мы и подозревали, они всё это время находились в городе. Подробности мне пока неизвестны.
— Слава Богу! — облегчённо выдохнула Оля. — Ты знаешь, где она сейчас? — Мужчина кивнул. — Отвези меня к ней!
Высвободившись из объятий Андрея, она принялась лихорадочно собираться. Оля взволнованно озиралась по сторонам. Она то порывалась подбирать игрушки и запихивать их в пакет, то выкладывала обратно. Схватив жакет, тут же бросила его на пол. Взяла сумочку и побежала к двери, на ходу впрыгивая в удобные балетки. Обернулась. Мужчина остался стоять на прежнем месте. Он не шелохнулся. Взгляд был растерянным.
— Что же ты? — хрипло спросила Оля. Она поняла, что Андрей рассказал ей не всё.
— Есть ещё кое-что... — в его глазах Оля увидела невысказанную муку. — Этот Юра... Он проигнорировал требование полицейского остановиться. За ним была отправлена погоня с требованием немедленно сдаться... Он не подчинился. В какой-то момент он не справился с управлением и на полной скорости врезался в отбойник... — В ушах зашумело. Последние слова Андрея девушка еле различала. Он говорил, но Оля только видела, как открывается рот. До неё не доносилось ни единого звука. — Юра вылетел через лобовое стекло и погиб на месте. Алиса осталась жива, но сейчас в больнице.
В больницу они примчались минут за сорок. Дорогу Оля не запомнила, поскольку в мыслях была уже рядом с дочкой. Она не думала ни о чём, кроме того, в каком состоянии сейчас находится Алиса. И вот, стоя перед палатой, глядя на дочь через прозрачную перегородку, она не могла сдержать слёз.
— Алиса спит, — сказал вышедший им навстречу доктор. — Вам лучше подождать здесь. Сможете войти, когда она проснётся.
— Как она? — спросил Андрей.
Он стоял рядом с Олей и придерживал её за плечи. Девушка не возражала, она даже не обращала внимания. Прижав руки к груди и не отводя взгляда, Оля рассматривала спящую дочь.
— В шоке, — признался доктор. — Ей повезло, она была пристёгнута в детском кресле. На первый взгляд, отделалась лёгкими ушибами. Тому, кто был с ней, повезло меньше.
— Когда я смогу забрать её домой? — голос Оли звучал глухо. Она не могла наглядеться на девочку.
— Мы проведём все необходимые исследования, возьмём анализы. И если всё будет нормально, то через неделю мы её выпишем. Кстати, вот, — доктор подал Оле документ. — Подпишите согласие на лечение.
Пока Оля подписывала согласие, Андрей подошёл вплотную к перегородке и встал, положив ладонь на стекло. Не отрываясь смотрел на девочку.
— Бедная малышка, — хрипло произнёс он, когда доктор ушёл. Андрей обернулся, и его глаза подозрительно блестели. — Это моя вина. Я должен был защитить вас. Этот подонок никого не тронул бы, если бы я был рядом.
— К счастью, всё в прошлом... Спасибо, что помог... — Оля действительно была ему благодарна за всё, что он сделал, чтобы найти Алису. — Я не знаю, почему ты приехал в тот вечер, но... спасибо...
Андрей улыбнулся одними уголками рта и снова повернулся к палате.
— Я боялся, что вы опять съедете из-за меня... Эх, если бы я приехал чуточку раньше, то ничего бы не произошло... Вы самое дорогое, что у меня есть. Дня не проходит, чтобы я не проклинал сам себя за то, что обидел вас. Оль, поверь, не было такого, чтобы я о вас не думал. Прости, что так жестоко поступил с вами... Хотя я и сам себя простить не могу.
— В этом есть и моя вина... — призналась Оля, впечатлённая его откровенностью. — Если бы я не струсила шесть лет назад и сразу во всём тебе призналась... Но я была морально раздавлена, — она вздохнула и устало опустилась на один из стульев, стоящих в коридоре. — Меня убедили, что ребёнок не может быть от Юры, и я подумала, зачем тебе знать о том, что со мной сделали... Мне было стыдно даже вспоминать об этом, не то что говорить... Ты считал меня чистой девочкой, и я не могла признаться в том, что меня растоптали, смешали с грязью... — голос дрогнул, и Оля замолчала.
Андрей развернулся. Он не произнёс ни звука, долго собираясь с мыслями.
— Я бы никогда не обвинил тебя в том, что произошло. В насилии всегда виноват насильник.
— Я не знала, — тихо сказала Оля. — Все, кто, так или иначе, был в курсе той истории, все говорили, что с хорошими девочками не случается ничего плохого. Я сейчас понимаю, что это чушь полная, но тогда я была слишком молода, у меня и опыта-то жизненного не было. Когда Алиса родилась, я искала в ней твои черты. И находила, потому что очень хотела найти... Я убедила саму себя, что та ночь была приснившимся кошмаром, я заставила себя забыть обо всём, что не связано с тобой. Увы, правда нашла меня, когда я меньше всего этого ждала. Прости меня за эту трусость. Если бы я не смалодушничала, Алиса бы так не пострадала.
— Нет, — покачал головой Андрей, а Оля удивлённо воззрилась на него. Он подошёл к ней и сел рядом. — Алиса пострадала из-за моей гордыни. Я никогда никого не любил, кроме себя. Единственный ребёнок в семье, все мои капризы исполнялись в тот же миг. Но у этой медали есть и обратная сторона. С детства меня окружали люди, которых интересовало лишь моё финансовое положение. Такова была моя реальность. Я не верил, что в моём окружении может оказаться настолько чистая душа, которой буду нужен я, а не мои деньги... Но в моей жизни появилась ты. Я боялся тебя любить, но любил. Бежал от тебя и возвращался. Я ждал... Подсознательно ждал удара в спину. И я застраховался со всех сторон. Думал, что застраховался. Но я одного не учёл, нельзя выкинуть из сердца того, кто там пророс. Я от боли выл, когда узнал, что Алиса не моя. Ты не представляешь, что такое для мужчины понять, что воспитываешь не своего ребёнка. И я не знал, как наказать тебя за эту боль...
— Ты наказал... — прошептала Оля. — За себя я тебя давно простила, но за Алису...
Лицо Андрея исказилось в гримасе мучения.
— Мне нет прощения за тот поступок. Я бы очень хотел, чтобы всё стало так, как было. В моей жизни нет никого и ничего, важнее вас. Я люблю и тебя и Алису, и я лишь хочу, чтоб вы знали: что бы ни случилось, я всегда буду рядом, я всегда помогу вам.
Они так и продолжали сидеть бок о бок в коридоре частной клиники, через прозрачную перегородку наблюдая за спящей девочкой. Оля молчала, обдумывая всё, что ей сказал сегодня Андрей. Тот тоже больше не произнёс ни слова.
Оля была благодарна ему за всё, что он сделал для неё и Алисы. Именно Андрей пришёл ей на помощь в день нападения. Именно он вызвал полицию, нанял детективов для поиска пропавшей девочки, что принесло в конце концов свои плоды. Она видела, как он по-настоящему беспокоился о малышке и при этом старался поддерживать Олю. За эти дни они даже сблизились.
Никто из них не мог сказать, сколько прошло времени, когда Алиса наконец зашевелилась. Оля встрепенулась. Радость, надежда, восторг, озабоченность — эмоции сменяли друг друга. Андрей тоже привстал со стула. И Оля испугалась.
— Не надо, — проговорила она. Положила ладонь ему на руку, тем самым не давая подняться. — Не время...
— Что? — не понял он.
— Спасибо тебе за всё, что ты сделал, — негромко затараторила Оля. — Я всегда буду тебе безумно благодарна за это, но прошу тебя, не заходи.
— Почему? — удивился Андрей. Он почесал подбородок и скривился. — Думаешь, я плохо выгляжу? Пожалуй, ты, права, мне не помешает переодеться и принять душ, — добавил он неуверенно, глядя в глаза Оле.
— Нет, я не о том, — замялась девушка. — У нас не может быть будущего. Мы из разных миров, которые когда-то лишь по ошибке пересеклись. Мы никогда не сможем забыть о той боли, что причинили друг другу. Я простила тебя, но снова доверять не смогу. Алиса и так настрадалась, я не хочу травмировать её ещё больше. Не хочу, чтобы она ждала тебя и плакала. Пусть всё останется как есть.
Договорив, Оля бросилась в палату к дочери, которая к этому времени уже проснулась. Она убеждала себя, что приняла верное решение, стараясь как можно скорее забыть ошарашенное лицо Андрея. Да, возможно, Оля поступила по отношению к нему несправедливо, но всё, что её сейчас интересует, это состояние Алисы.
— Как ты, лисёнок? — спросила она, когда девочка открыла глаза.
Оля не замечала, как по щекам текли слёзы. Она шмыгала носом, счастливо улыбалась и машинально стирала влагу с лица. Настороженно осмотревшись по сторонам, Алиса улыбнулась в ответ и привстала с постели. Потянулась к матери и замерла, недоверчиво глядя куда-то ей за спину, а потом радостно завизжала, спрыгивая на пол:
— Папа!
Обернувшись, Оля увидела взволнованного Андрея, стоящего в дверях. Неловко переступив с ноги на ногу, он опустился на одно колено и раскинул руки. К нему-то и бросилась Алиса.
— Малышка, — растроганно пробормотал он, с нежностью заключая в объятия повисшую на нём девочку. — Моя малышка.
— Папа! — Алиса крепко обнимала его за шею, прыгая при этом от радости. Андрей со счастливой улыбкой на лице едва удерживал равновесие, балансируя в неудобной позе. — Я знала, что ты придёшь! Я так ждала тебя!
— Конечно... — его голос дрогнул, глаза заблестели, и он сильнее прижал к себе девочку. — Конечно... Я не мог не прийти. Прости, что не сделал этого раньше... Я так соскучился по тебе.
— Я тоже! Я тоже очень скучала! — Алиса оторвалась от того, кого всё это время продолжала считать отцом, и заглянула ему в глаза. — Ты больше не оставишь меня?
— Нет, — сдавленно прошептал Андрей. — Клянусь.
Оля беспомощно развела руками. Она недоверчиво наблюдала за тем, как Андрей обещал Алисе больше никогда с ней не расставаться. Оля даже не подозревала, что всё это время девочка ждала его возвращения. Алиса послушно не говорила о нём, но продолжала скучать. Их встреча не должна была случиться, но она произошла, и отмотать время, чтобы не пустить Андрея в палату, уже не получится. Вопреки её просьбе, он прошёл за ней следом, но глядя на то, как эти двое улыбались и обнимали друг друга, не обращая на неё внимания, Оля не чувствовала зла на бывшего мужа.
— Тот дядя, — доверительным тоном произнесла Алиса, — заставлял меня называть его папой. Я не хотела, тогда он громко ругался.
Оля с Андреем переглянулись.
— Он обижал тебя? — спросила Оля и вся внутренне подобралась в ожидании ответа.
— Он только ругался, — сообщила Алиса, наконец-то повернувшись к маме. — Я боялась, что он будет меня бить, но он покупал мне сладости. Я говорила, что мама не разрешает мне есть много сладкого. Тогда дядя сказал, что он мой настоящий папа, и он разрешает.
— Иди ко мне, — Оля протянула к дочери руки, и когда та с радостно подбежала к ней, поцеловала её в лоб. — Ты моя умница. — Она гладила девочку по голове и аккуратно расспрашивала о том, что той пришлось пережить. — Мы с... — Оля так и не смогла произнести "твоим папой". — Мы так долго искали тебя. Где вы были всё это время?
— Дядя сказал, что мы побудем у какого-то его друга, — принялась вспоминать Алиса. — Ой, он такой страшный, весь в каких-то рисунках. Они с дядей постоянно пили и говорили, что ты плохая, разлучила его со мной. А я говорила, что у меня уже есть папа, тогда дядя ругался. Мам, я же всё правильно сделала? — Оля кивала, прижимая к себе дочку, целуя её в макушку и утирая ладонями собственные слёзы. — Тогда почему ты плачешь?
— Это от радости, — еле слышно прошептала Оля.
— Этот дядя... — вступил в разговор Андрей. — Он говорил тебе, куда вы поедете?
— Да, — кивнула Алиса. — Они с тем, другим дядей, сильно поругались и даже подрались. Тогда он сказал, что отвезёт меня к его маме.
Тут в палату вошёл лечащий врач и сообщил, что ему пора осмотреть маленькую пациентку.
— Я приеду завтра, — пообещал Андрей на прощание. — И привезу тебе вот так такого зайца, — он развёл руки в стороны, обозначая размеры игрушки. — Хочешь?
— Да! — счастливо крикнула Алиса, и они оба рассмеялись.
Оля осталась в клинике до позднего вечера и поехала домой, только когда Алиса уснула, чтобы с рассветом быть уже у неё.
Доктора убеждали, что физически Алиса почти не пострадала, если не считать нескольких ушибов, а вот душевно...
— Похищение может не пройти бесследно для её психики, — сказал психолог. Оля в это время сидела в его кабинете и наблюдала за тем, как Алиса возится в специально оборудованной песочнице. Это был уже не первый их визит сюда. — Её силой увели из дома, понимаете? Нарушилась её вера в безопасный мир. Но хуже всего, на её глазах погиб человек. Мы сказали ей, что он в больнице и ему требуется лечение, чтобы не травмировать девочку ещё больше.
— И что же делать? — взволнованно спросила Оля.
— Она должна вновь почувствовать себя в безопасности, будет лучше, если Алиса всё забудет, словно ничего и не было. Надо окружить её любовью и заботой. Как я понимаю, вы с мужем в разводе, но Алисе нужен отец. Всё время, что девочка была с похитителем, она ждала, что настоящий папа придёт за ней. Не запрещайте им видеться, пусть она снова очутится в привычной атмосфере.
Скрепя сердце Оля согласилась с доводами психолога.
Андрей навещал Алису каждый день, заваливая её палату всевозможными подарками. Они вместе играли, гуляли по территории клиники, он угощал её какими-нибудь сладостями. И Оле казалось, что Алиса напрочь забыла те полгода, проведённые порознь. С детской чистотой и непосредственностью она легко простила Андрея, а тот, в свою очередь, пытался наверстать упущенное время.
— Видимо, у этого Юры было хоть что-то святое, — пробормотала Оля себе под нос. — Всё же он озаботился детским креслом.
— Именно это и спасло жизнь Алисе, — согласился психолог. — Что ж, это наш последний сеанс. Завтра Алису уже выписывают. Если у вас возникнут какие-либо вопросы, вы всегда можете ко мне обратится.
Наступил день выписки, и Оля с недоумением разглядывала палату дочери. Пока Алиса пребывала в клинике, Андрей успел натащить сюда столько игрушек, что она сомневалась, уместятся ли они в той квартирке, что Оля снимала. Но Алиса всё решила сама.
— Папа! — воскликнула девочка, подскочив к вошедшему в палату Андрею. Он приехал, чтоб забрать их из клиники. — Ты отвезёшь нас домой?
— Конечно, — кивнул он, поднимая Алису на руки.
— Ура! Я так соскучилась по дому и по своей комнате!
Она спрыгнула на пол и принялась хватать игрушки. Оля встала посередине палаты как вкопанная.
— Лисёнок, — осторожно начала она. — А как же та квартира, в которой мы с тобой жили?
— Не хочу туда, — мотнула Алиса головой. — Я домой хочу!
— Отлично! — просиял Андрей. — Тем более что дома тебя ждёт сюрприз!
— Ура! — снова закричала Алиса и запрыгала по палате. — Я люблю сюрпризы!
Стоило им переступить порог квартиры, как Оля с Алисой ахнули. Потолок и стены были украшены разноцветными воздушными шарами, гирляндами и цветами. Когда они прошли в гостиную, раздался лёгкий хлопок и их обсыпало конфетти.
— С возвращением, мои дорогие! — услышала Оля голос бывшей свекрови.
Маргарита Павловна и Александр Иванович стояли посреди комнаты. Женщина улыбалась, украдкой смахивая слезинки в уголках глаз.
— Иди ко мне, моя дорогая! — позвала она Алису, распахивая для неё объятия.
— Бабушка Рита! — девочка бросилась ей на шею.
Отец Андрея сдержанно улыбнулся, похлопал ребёнка по спине и кивнул Оле в знак приветствия, после чего отошёл к окну и отрешённо принялся что-то рассматривать.
— Домработницу я уже нанял, если что, поможет здесь всё убрать, — тихо сообщил Андрей, пока Маргарита Павловна и Алиса обнимались. — Вот, — он протянул Оле ключи, а она нехотя их взяла. — Квартира ваша, ты здесь хозяйка. Мама постоянно спрашивала о ней, — сказал он. — С самого начала она была на твоей стороне. А папа... он принял мой выбор.
— Андрей, — твёрдо возразила Оля. — Мы здесь только потому, что психолог сказал, что так будет лучше для Алисы. Но это не значит, что мы снова одна семья.
— Оль, — вздохнул Андрей. — Я всё понимаю. Я серьёзно облажался, и ты мне не веришь. Что ж, это справедливо. Но веришь ты мне или нет, никак не отменяет того факта, что для меня нет никого дороже вас. Просто позволь мне быть рядом, чтобы доказать это.
Нехотя Оля кивнула:
— Надеюсь, я не совершаю ошибку...
Три недели, прошедшие со дня выписки Алисы, были наполнены различными событиями. Андрей помог Оле устроить дочку в частный детский сад рядом с домом и нанять для неё няню. Все финансовые расходы он взял на себя. Сама Оля оказалась завалена заказами, и ей приходилось много работать, чтобы уложиться в оговорённые сроки.
Андрей приезжал к ним каждый вечер после работы. По выходным они все вместе куда-нибудь выбирались: зоопарк, ВДНХ, Москвариум. Алиса пришла в полный восторг от водного шоу с морскими львами, дельфинами и касатками. Пару раз они навестили родителей Андрея в их загородном доме. Маргарита Павловна радушно встретила их, она с удовольствием возилась с Алисой, Александр Иванович же был сдержан и не выдавал никаких эмоций.
Со стороны казалось, что всё вернулось на круги своя, но каждый раз Андрей возвращался в свой пентхаус.
— Не хочу, чтоб ты уезжал, — грустно говорила Алиса, провожая папу.
— Я всегда буду рядом, — отвечал Андрей перед уходом.
Оля скептически пожимала плечами. Она хоть и простила, но до сих пор не верила ему.
— Когда-нибудь ты встретишь другую женщину и забудешь дорогу сюда.
— Я всегда буду любить только тебя, — ответ Андрея оставался неизменным. — Кстати, я тут говорил с доктором, он настоятельно рекомендовал отдых на морском побережье. Алисе пойдёт это на пользу. Так что, через неделю мы едем в Италию, в местечко под названием Лидо-ди-Езоло.
— У нас нет паспортов, — отмахнулась Оля. — И у меня много работы.
— Уже есть, — подмигнул Андрей. — Возьми отпуск на пару недель. Тебе не помешает хорошенько отдохнуть. Няня тоже поедет с нами.
И вот, сидя на балконе, купаясь в лучах утреннего солнца, Оля попивала горячий капучино и наслаждалась видом на море. Их отель был отделён от пляжа лишь неширокой пешеходной дорожкой. Андрей определённо знал, куда их привезти. Пляж здесь был оснащён всем необходимым: лежаки, зонтики, пункты проката спортивного инвентаря, кафе на любой вкус. Море же было неглубокое — то, что надо для отдыха с ребёнком. Алиса с удовольствием купалась и загорала, играла в мяч и бадминтон. К тому же в самом городе оказалось много развлечений для семей с детьми.
Оля прикрыла глаза, вспоминая, как накануне Андрей учил Алису плавать. Поначалу у девочки ничего не получалось, но он терпеливо повторял все объяснения, и через несколько неудачных попыток, Алиса поплыла. Эти двое тянулись друг к другу, словно действительно были родными.
— О чём думаешь? — услышала Оля голос Андрея и открыла глаза.
Она неловко улыбнулась, словно пойманная на чём-то неприличном.
— Да так, ни о чём. Любуюсь красотами, наслаждаюсь вкусом кофе.
— Рад, что тебе здесь нравится. — Андрей присел на соседний стул. Он был одет в лёгкие светлые брюки и белую рубашку-поло. — Я отправил Алису и Веру в океанариум. Уверен, им обеим очень понравится. Там есть павильон с акулами. Представляешь, там собрано более двадцати видов!
— Ого! — восхитилась Оля. — Но я тоже хочу на них посмотреть!
— Если хочешь, то тоже сходим, но в другой раз, — Андрей хитро улыбнулся. — Сегодня у меня для нас другая программа.
— Да? — настороженно произнесла Оля. — И какая же?
— Венеция! — Андрей хлопнул в ладони и потёр руки в предвкушении интересной поездки.
— Что? Венеция? — засомневалась девушка. — Но это вроде далеко.
— Всего-то в тридцати километрах отсюда, — отмахнулся Андрей. — Домчим с ветерком, покатаемся на гондолах, а вечером вернёмся. Алиса даже не успеет соскучиться. Брось! Это один из самых красивых городов мира! Неужели ты окажешься его посетить? Быть рядом и не заехать? Ну это кем надо быть?! — добавил он со смехом.
И хотя Оля в штыки воспринимала все попытки Андрея сблизиться с ней, любопытство всё же пересилило сомнения. Переодевшись в лёгкое открытое платье и убрав волосы наверх, Оля была готова к поездке уже через несколько минут. Сначала они добрались на арендованной машине до Местре, а там пересели на поезд, чтобы уже через несколько минут приехать в Венецию. Выйдя из здания железнодорожного вокзала, Оля восхищённо ахнула:
— Я, конечно, знала, что здесь красиво, но даже не представляла насколько!
— Это Гранд Канал, — с готовностью пояснил Андрей. — Самый главный канал в Венеции, по сути главная водная улица города. Из одной части города в другой можно добраться на водном трамвайчике или моторной лодке. Мы же наймём гондолу, потому что быть в Венеции и не покататься на гондоле, всё равно что приехать в Париж и не подняться на Эйфелеву башню.
Сев в чёрную гондолу, украшенную ковриком и бархатными накидками на сиденьях, Оля с любопытством огляделась. Улыбчивый гондольер был одет в уникальную форму — полосатую футболку и соломенную шляпку с лентой, он тихо насвистывал незатейливый мотивчик, ловко управляя необычным транспортным средством.
— Помнишь мост, по которому мы с тобой прошли, когда прибыли сюда? — спросил Андрей, располагаясь рядом.
— Со стеклянными ступенями? — уточнила Оля. Андрей кивнул. — Как такое не запомнить?!
— Называется Мост Конституции или Четвёртый мост. Всего через Гранд Канал построено четыре моста. Вон там, — Оля повернулась в указываемом направлении, — мост Скальци, он сделан из камня.
Оля с горящим глазами разглядывала всё вокруг. Она ещё никогда не видела такой красоты: по обеим сторонам канала располагались нарядные дворцы и старинные здания.
— Золотой дом, — констатировал Андрей, указав на дворец с асимметричным фасадом. Правая часть здания выглядела строго, зато левая была украшена ажурными балкончиками. — Внутри расположена галерея с картинами и скульптурами.
Они проплывали по узким живописным каналам, снова выбираясь на Гранд Канал, и Оля восхищалась тому, как мастерски гондольер управлял, казалось бы, тяжёлым и неповоротным судном.
— Мост Риальто, — сообщил Андрей. Он чуть приобнял Олю за плечи. — Первый мост в истории Венеции, построен в самом узком месте канала.
Мост больше походил на летнюю террасу, на нём было полно туристов и различных магазинчиков. Несмотря на изначальный скептицизм, Оля начинала поддаваться очарованию самого романтичного города на планете. Казалось, время перестало существовать: есть она, Андрей и Венеция. Всё, что было до, стиралось, постепенно исчезало из памяти.
Оля помотала головой, прогонять наваждение. Андрей был так близко. Она чувствала тепло его тела, вдыхала его запах. Впервые с момента их развода, ей подумалось, что они не чужие друг другу. Противясь обрушившемуся на неё мороку, девушка отодвинулась.
— Вон там, — продолжал Андрей исполнять свои обязанности гида, — рынок Риальто. Там можно купить фрукты, овощи, рыбу, различные сувениры. Рядом с ним расположена церковь Сан-Джакомо-ди-Риальто. Говорят, эта церковь — ровесница городу. Здесь наша экскурсия по каналу заканчивается.
Андрей помог Оле выбраться из гондолы, и они отправились гулять по рынку. Они прошлись по рыбным рядам, откуда из своих лотков со льдом на них грустно взирали громадные каракатицы, креветки, кальмары, лангусты, крабы.
— Интересный факт, — произнёс Андрей, останавливаясь у одного из таких лотков. — По-итальянски каракатица называется сепия. Именно их чернила дали название этому цвету. Некоторые люди до сих пор используют их для письма. Хочешь чего-нибудь? — Оля рассмеялась и покачала головой. — Тогда пошли дальше.
Вскоре они подошли к церкви Сан-Джакомо-ди-Риальто. Центральную часть фасада занимала огромная колокольня, украшенная старинными часами. Возле здания фотографировались туристы. Оля тоже не удержалась и сделала селфи.
— Покажу Алисе, — зачем-то пояснила она.
Андрей взял из её рук телефон и скептически посмотрел на снимок.
— Почти ничего не видно, — сообщил мужчина, после чего прижал Олю к себе, отвёл руку с телефоном и сделал их общую фотографию. — Так лучше, — кивнул он, довольный результатом, и тут же спросил: — Кстати, не находишь ничего странного в этих часах?
— А? Что? — не поняла Оля, но приглядевшись, удивлённо воскликнула: — У них циферблат не на двенадцать часов, а на двадцать четыре! И стрелка всего одна...
— Совершенно непрактично, — вынес Андрей свой вердикт. — Идём внутрь?
Снаружи церковь выглядела достаточно невзрачно: штукатурка местами облезла, обнажив ветхие кирпичные стены, но Оле было интересно прикоснуться к истории города на воде. С трепетом она вошла в храм. Благодаря большим окнам, внутри оказалось светло. Сама церковь была построена в виде креста, в центре возвышался небольшой купол. Интерьер был украшен картинами и бронзовыми статуями, с обеих сторон от прохода располагались лавки.
— Нравится? — поинтересовался Андрей.
— Здесь необычно, словно время застыло, — благоговейно прошептала Оля.
— Это ты ещё не видела Собор Сан Марко! — улыбнулся Андрей. — Предлагаю исправить это недоразумение.
Они вышли на небольшую площадь перед церковью. Оля обратила внимание на фонтан и на статую горбуна чуть поодаль.
— Как мы доберёмся до Собора? — спросила она.
— На гондоле, конечно же! — был ответ.
Главная площадь Венеции поражала своим великолепием. Первым делом Оля обратила внимание на колонны Святого Марка и Теодора.
— Говорят, колонн изначально было три, но одну утопили при разгрузке, — сообщил Андрей, который продолжал выполнять роль экскурсовода. — Слева библиотека Марчианна, крупнейшая в Венеции, а справа... Ты только посмотри! Дворец Дожей!
Главный фасад здания выходил на лагуну, ажурные арки и колонны первого этажа придавали дворцу воздушности и лёгкости.
— Раньше здесь располагался гражданский и церковный суд, а также тюрьма, — пояснил Андрей. — Кстати, преступников казнили между теми двумя колоннами, которые мы уже видели. Сейчас в этом дворце находится музей под охраной ЮНЕСКО.
Потратив несколько часов на осмотр Дворца Дожей, Оля вышла на площадь, пребывая чуть ли не в прострации от увиденной красоты. Сам дворец с «золотой лестницей», анфиладой парадных залов с картинами венецианских художников, сохранивших свой исторический облик, его внутренний двор оказали незабываемое впечатление на девушку.
— Готова продолжить экскурсию? — спросил Андрей. — Кстати, вот и сам Собор Сан Марко, — сказал он, когда они прошли ещё несколько метров. — Он строился веков пять, наверно, и потому нельзя сказать, что он выдержан в каком-то одном архитектурном стиле.
Собор поражал воображение собственной грандиозностью: Византия, Рим, готика и даже арабская вязь — величественное строение смешало в себе стили разных стран и эпох. Фасад был украшен яркими мозаиками и барельефами. Внутреннее убранство храма роскошью и великолепием не уступало внешнему. Стены и потолки покрывала позолоченная мозаика с изображениями сюжетов из Библии.
— Пала д'Оро или Золотой иконостас, — подсказал Андрей, заметив взгляд Оли, обращённый к коллекции небольших икон, украшенных золотом и декоративными камнями.
— Ага, — благоговейно выдохнула девушка.
Налюбовавшись на иконостас, Оля задрала голову кверху, разглядывая центральный купол храма. Тот был поделён на три полосы и содержал сцены из Священного Писания. Далее они прошли в музей Собора, где Оля с интересом и глубоким почтением рассматривала различные средневековые артефакты. Больше всего её поразила античная скульптура из четырёх бронзовых коней, покрытых позолотой.
— Квадрига, — с видом знатока сообщил Андрей. — Была привезена из Константинополя после Крестового похода.
— Откуда ты всё знаешь? — поразилась Оля. — Не припомню, чтобы тебя интересовало что-то кроме твоих финансов.
— Всю ночь зубрил путеводитель по Италии, — смеясь признался Андрей. — Особенно главу, посвящённую Венеции.
— Зачем? — удивилась Оля.
Они покинули Собор. После многочасового хождения по достопримечательностям девушке казалось, что у неё отваливаются ноги.
— Хотел, чтобы тебе понравилась поездка, — просто сказал он. — Думаю, пора немного отдохнуть и подкрепиться. Здесь есть чудесное кафе, предлагаю пройти туда.
Оля не возражала. Андрей привёл её в совершенно замечательное место, где царила атмосфера истории и искусства.
— Здесь самый вкусный кофе в Италии, а то и во всём мире. — Андрей пододвинул Оле чашку капучино с десертом. — Сейчас немного отдохнём и продолжим нашу экскурсию.
— Спасибо, — всё, что смогла вымолвить Оля от усталости, но эта усталость была приятной. После всех событий в её жизни она нуждалась в сказке. — Жаль, Алиса не увидела этой красоты.
— Она ещё маленькая, — пожал плечами Андрей, — только устанет и ничего не поймёт. Лучше её в Диснейленд свозить. А сюда мы можем вернуться, когда она подрастёт.
— Андрей, — запротестовала Оля. — Я говорила уже...
— Помню-помню, — улыбнулся тот и тут же посерьёзнел: — Я хочу удочерить Алису. Официально.
— Что?! — воскликнула Оля, отодвигая десерт с мороженым и шоколадом.
— Я всё узнал, как сделать. Хочу заняться этим по возвращении, но нужно твоё согласие.
— Согласие на что? — Оля подозрительно сузила глаза.
— В идеале на брак, конечно же, — Андрей не стал юлить. — Но для начала хотя бы на удочерение.
— Зачем это тебе?
— Я люблю Алису, она моя дочь, и всегда ею останется. Случись что со мной, хочу, чтоб она считалась моей прямой наследницей.
Оля ошарашенно потянулась к чашке с капучино и сделала глоток, размышляя над словами бывшего мужа.
— Странный ты, — выдавила она. — Самый странный человек, которого я знаю... А знаю ли?
— После тех испытаний, что мы прошли, мы не могли остаться прежними. Так может, пришла пора узнать друг друга заново? Хотя за себя уверенно могу сказать: мне никто кроме тебя не нужен, — Андрей мягко взял Олину руку в свои широкие ладони. — Доверься мне. Больше всего на свете я боюсь снова потерять вас.
Оля отняла руку и отвела взгляд. Сердце сумасшедше колотилось в груди, и девушка сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Когда-то ей казалось, что чувства к Андрею канули в небытие. Но вот он рядом с ней в самом романтичном городе мира, просит начать все заново. Как же ноет душа, разрываясь между совершенно неожиданным желанием сказать «да» и страхом снова совершить ошибку.
— Я уже отдохнула, — сменила Оля тему. — Думаю, надо поторопиться, иначе мы до вечера ничего не успеем осмотреть.
— Как скажешь, — тепло улыбнулся Андрей, и Оле показалось, он понял её душевные метания.
Они осмотрели Кампанилу или колокольню Сан Марко — грандиозное сооружение высотой почти в сто метров; Лоджетту, где когда-то Венецианская знать проводила торжественные приёмы; Старую и Новую Прокурации, здания которых обрамляли площадь Сан Марко в западной её части; а также часовую башню Оролоджио, на фасаде которой были установлены астрономические часы, отображающие не только время, но и положение планет и светил.
Вернулись они в отель, когда уже стемнело. Встречать их выбежала взбудораженная Алиса, следом за ней вышла Вера и произнесла извиняющим тоном:
— Никак не могу её уложить. Ждёт родителей, говорит, без них спать не будет.
— Понятно, — улыбнулся Андрей, поднимая девочку на руки.
— Представляешь, мы сегодня видели столько рыб! — защебетала Алиса, обнимая его за шею. — А ещё там стеклянный туннель, над нами проплывали акулы, но они не могли нас укусить! А ещё мы видели скатов!
— Вижу, вы хорошо провели время! — рассмеялась Оля, целуя дочку.
При этом она оказалась близко к Андрею, и тот не преминул воспользоваться случаем и приобнял девушку свободной рукой.
— Да! — воскликнула Алиса. — Мне купили мягкую игрушку-акулу, а потом мы ели пиццу, мороженое, купались в море!
— Кажется, ты довольна, — сказал Андрей, ставя малышку на пол. — Ты уже умылась? — Та кивнула. — Тогда пора спать.
— Я хочу, чтобы вы были рядом, когда я буду засыпать, — безапелляционно заявила Алиса. — С одной стороны мама, а с другой — папа. Договорились?
— Договорились, — прошептала Оля.
Так всё и произошло: Алиса лежала посередине кровати, Оля держала её за одну руку, а Андрей за другую. Девочка мирно посапывала, словно и не случилось в её жизни ничего плохого. Андрей легонько, чтобы не разбудить, гладил её по волосам, а Оля, глядя на них двоих, вдруг поняла, что даст согласие на удочерение.
Кольцо на ладони, украшенное изумрудом и россыпью бриллиантов, блестело и переливалось в лучах утреннего солнца. Андрей ещё раз бросил взгляд на драгоценность и убрал в подарочную коробку. Он купил его ещё в Москве и всё ждал подходящего случая, чтобы подарить его Оле. Но не просто подарить, а сделать ей при этом предложение, от которого она бы не смогла отказаться. Вот только вчерашняя поездка в Венецию точно дала понять: Оля откажет несмотря на необычную атмосферу города, где всё, казалось бы, дышало романтикой.
— Надо было почитать про какие-нибудь знаменитые влюблённые парочки, которые нашли своё счастье в Венеции, а не про архитектуру зубрить, — буркнул Андрей себе под нос. — В следующий раз так и сделаю.
Оля изменилась. Андрей это видел. Она больше не та наивная провинциалка, которой он с лёгкостью вскружил голову. Нет, теперь она с ним на равных, и дело не в состоянии банковского счёта. Оля стала независимой: и финансово, и морально. У неё на всё имеется собственное мнение, больше она не будет затаив дыхание внимать каждому его слову. Вернуть её будет нелегко, но когда это Андрей пасовал перед трудностями?
Мужчина задумался: а были ли у него трудности, да такие, чтобы приходилось прилагать усилия? Пожалуй, нет. Ему всё давалось легко. Что ж, сам виноват, не ценил то, что имел. Вернее, ценил, но... По крайней мере, ему удалось доказать Оле, что он может быть хорошим отцом Алисе, а значит, со временем докажет, что может стать и надёжным мужем. Главное, поездка в Венецию показала, что Оля до сих пор к нему неравнодушна, как бы она ни пыталась это скрыть от всех и от самой себя.
Убрав коробочку с кольцом подальше от любопытных глаз, Андрей покинул свою комнату. Он не нашёл никого в гостиной и вышел на балкон. С моря доносились крики чаек, шёпот волн и гомон отдыхающих.
— Папа! — следом за ним выбежала Алиса. — Мама ещё спит, а Вера ушла за мороженым! Мне скучно, давай пойдём на пляж!
— Ещё рано, — улыбнулся Андрей. Он сел на стул, а Алиса забралась ему на колени. — Сначала надо позавтракать. И потом, здесь есть замечательный аквапарк и парк развлечений, можно покататься на чёртовом колесе и американских горках!
— Здорово! Я очень хочу на горки! — воскликнула Алиса.
— Тогда дождёмся, когда проснётся мама, и двинемся в путь, — предложил Андрей. — Вчера у нас была очень насыщенная поездка, и она устала, пусть отдохнёт.
Проснувшись, Оля обнаружила, что проспала почти до второго завтрака. Алисы в комнате не было, должно быть, убежала с няней на пляж. Сладко потянувшись, Оля нехотя встала с постели, до сих пор чувствуя усталость во всём теле. Экскурсия накануне была очень интересной, но вместе с тем утомительной.
В общей комнате никого не было, зато с балкона доносились голоса Андрея и Алисы, девочка сидела у него на коленях и болтала ногами. Оля уже хотела громко с ними поздороваться, но тут услышала их разговор.
— Пап, а почему тебя так долго не было? — спросила Алиса.
Андрей шумно выдохнул и задумался над ответом.
— Мы с мамой когда-то очень сильно ошиблись. Она не сказала мне кое-что важное... У неё были на то причины, но... Я же вместо того, чтобы узнать о них, зарылся в собственные обиды и причинил ей много боли. Из-за меня вам пришлось переезжать с места на место. Мне очень жаль, что я так поступил. Я не был счастлив без вас. Надеюсь, когда-нибудь вы сможете меня простить.
— Я тебя прощаю, — великодушно заявила девочка.
— Спасибо, — улыбнулся Андрей и поцеловал Алису в макушку.
— А почему ты больше не живёшь с нами? — последовал новый вопрос. — Я не хочу, чтобы ты уходил. Я скучаю по тебе.
— Малышка, не важно какое расстояние между нами. Главное то, что я люблю вас с мамой больше всего на свете. Даже если я далеко, я всё равно рядом с вами.
Решив, что пора обозначить своё присутствие, Оля громко кашлянула. Алиса с Андреем обернулись.
— Вот вы где! — воскликнула Оля. — А я проснулась, думаю, где все?
— Мамочка! — Алиса спрыгнула с папиных колен и побежала обниматься с мамой. — Вера ушла за мороженым, а мы решили тебя не будить. Папа предлагает пойти сегодня в аквапарк и парк развлечений. Я очень хочу покататься на горках! — Девочка молитвенно сложила ладони и зажмурилась с радостной улыбкой на лице.
— На американских, что ли? А тебя пустят? — засомневалась Оля.
— Не пустят на горки — есть же куча других аттракционов, — пожал плечами Андрей. — Что-нибудь да подберём!
После завтрака они все направились в аквапарк. Пока Алиса с Верой заняли очередь, чтобы прокатиться с невысокой горки, Андрей предложил Оле сходить на экскурсию в зону экстремального отдыха.
— Не думаю, — засомневалась она, разглядывая горку высотой более сорока метров, с которой посетители с оглушающим визгом скатывались на надувных лодках.
— А что думаешь о «Жутком падении»?
Оля перевела взгляд на горку в виде закрытой трубы, спуск с которой завершался падением в колодец.
— Ты же шутишь? — спросила девушка.
Нет, она никогда не отважится скатиться ни с одной из этих горок! Это надо быть самоубийцей!
— Ладно, — согласился Андрей. — Тогда давай позагораем, пока Алиса купается.
Они заняли пару лежаков под зонтом. Оля принялась натираться солнцезащитным кремом: лицо, шея, руки, ноги, плечи. Несколько раз тщетно попыталась намазать спину.
— Давай помогу, — предложил Андрей, забирая у неё флакон.
Не слушая возражений, выдавил на ладони крем и нежными поглаживающими движениями растёр его по спине девушки. Оля сомкнула ресницы: когда-то он уже касался её так, и не только так. Голова протестовала, а тело помнило все его ласки и жаждало их снова. С губ сорвался приглушённый стон, и Оля распахнула глаза.
— Хватит! — хрипло сообщила она, забирая крем и запихивая его в пляжную сумку.
Андрей же, бросив на Олю весёлый взгляд, невозмутимо улёгся на соседний лежак.
— Если не любишь экстрим, здесь есть несколько бассейнов в виде лагун. Можем поплавать там, — предложил он.
— А как же Алиса? — удивилась Оля.
— У неё есть няня. У Веры очень хорошие рекомендации, она присмотрит за малышкой. Неужели тебе самой не хочется поплавать на нормальной глубине? Здесь есть бассейн с волнами и коралловым песком!
— Хочется, — призналась девушка.
Так они и поступили. Оля плавала в тихих волнах, нежилась на песке, мыслями то и дело возвращаясь к тем горкам, что Андрей показал ей, когда они только вошли в аквапарк. Нет, она никогда не была любительницей экстремальных развлечений, но что-то тянуло её туда. Возможно, банальное любопытство или напряжение последнего времени требовало выхода таким образом. А может, на неё действовала магия этого места. И вот, наслаждаясь лучами летнего солнца и ласковым ветерком, Оля всё-таки в этом призналась. Андрея, в прошлом любителя быстрых гонок, не надо было просить об этом дважды.
Разместившись в двухместной резиновой лодке и схватившись за специальные ручки, они отправились в путешествие по закрытой извилистой горке с крутыми поворотами и перепадами, чтобы, крича от адреналина, на полной скорости вылететь из трубы в специальный бассейн, погрузиться в тёплую воду и выплыть, трясясь от смеха и облегчения.
— Это было круто! — смеялась Оля.
При ударе о поверхность воды лодка перевернулась, опрокинув сидевших в ней людей. К счастью, в бассейне было неглубоко. Оказавшись рядом, Андрей помог девушке обрести равновесие, взял её за руку и притянул к себе. Широко распахнув глаза от удивления, Оля увидела, как посерьёзнел его взгляд. Объятия стали крепче, она заворожённо следила за тем, как его губы приближались к её губам. Искушение слиться с Андреем в поцелуе было велико, и Оля поспешно отвернулась: она не готова, это неправильно... Наверно...
Две недели отпуска в Италии полетели слишком быстро, настало время возвращаться в дождливую августовскую Москву. Несмотря на несостоявшийся поцелуй в аквапарке, Оле приходилось всё труднее противостоять природному обаянию Андрея, которым тот начал без стеснения пользоваться. Потому по возвращении Оля старалась максимально избегать бывшего мужа, опасаясь подпасть под влияние его магнетизма. Получалось плохо. Внезапно их с Алисой квартира показалась слишком пустой без него, а по ночам, когда Оля ворочалась без сна в холодной постели, ей в голову лезли нескромные воспоминания. Она старалась уйти в работу, чтобы избавиться от навязчивого наваждения.
Заказов у неё стало ещё больше, и девушка хваталась за голову: хотелось помочь каждому, а расписание было составлено уже на год вперёд.
— Открой фирму, найми людей, — посоветовал Андрей, когда заехал к ним в выходной день и застал Олю в мрачном расположении духа из-за обрушившегося на неё цейтнота.
— Я думала об этом, — призналась та, — но честно сказать совершенно не представляю, с чего начать.
— А тебе не обязательно представлять всё, — в голосе бывшего мужа послышалось плохо скрываемое самодовольство, он даже приосанился. — Ты будешь проводить собеседование, а остальное предоставь мне.
— Да у меня денег только на уставной капитал хватит, благо там много не надо, — вздохнула Оля. — А на что помещение арендовать, зарплату людям из чего платить, всякие отчисления делать? Какой банк мне кредит даст? И бухгалтерию я совершенно не знаю!
— На этот счёт не беспокойся, — уверил её Андрей. — Необходимые документы для регистрации фирмы я тебе подготовлю, бухгалтера выделю, кредит оформлю.
— Правда? — Оля оживилась, глаза заблестели. У неё же столько идей по дизайну! Неужели теперь она сможет их все воплотить? — Спасибо, Андрей! — воскликнула она и в порыве чувств даже обняла его. — Кредит я тебе верну! Вот раскручусь и верну!
— Ага, обязательно, — произнёс Андрей и лукаво улыбнулся. — Я за Алисой приехал. Мы собирались с ней в цирк на Вернадского. Давай с нами.
— Но у меня столько работы, — растерянно протянула Оля.
— Мама, — сказала назидательным тоном подошедшая Алиса. — Надо уметь разграничивать работу и отдых.
— И в кого ты такая умная у меня? — улыбнулась Оля, присаживаясь на корточки, чтобы заглянуть дочери в глаза.
— В папу! — заявила Алиса и убежала в свою комнату одеваться. Оля недоумённо перевела взгляд на Андрея.
— Не смотри так на меня, я её этому не учил, — невозмутимо ответил тот.
Как и обещал, Андрей взял все заботы по открытию фирмы на себя, от Оли только требовалось проводить собеседования, с чем она достаточно успешно справилась. И вскоре её собственная дизайн студия под незамысловатым названием «Гармония креатива» заработала в одном из бизнес-центров. Помимо Андрея, поддержать Олю в день открытия приехали Оксана и Катя с Максом, даже Ник заглянул оценить то, что получилось.
— Андрей тоже тут? — фыркнула Оксана в сторону бывшего молодого человека, помешивая оливку в бокале мартини. Тот кисло улыбнулся в ответ на её приветствие.
— Конечно, — кивнула Оля. — Он проделал большую часть работы. Это и его праздник тоже.
— Поздравляю тебя! Получилось очень здорово! Я тут похожу, посмотрю, может, ещё что у тебя закажу. Моя мама в восторге от флорариума, что ты мне сделала, — сообщила Оксана, допивая мартини.
— Что ж, если Елена Григорьевна решится что-то у нас заказать, то мы обслужим её вне очереди, — пообещала Оля.
— Замётано! — Оксана оттопырила большой палец вверх, а затем склонилась ей над ухом и спросила шёпотом: — Вы с Андреем снова вместе?
— Что? — удивилась Оля. — Нет... вроде...
— Вроде?! — хохотнула Оксана и, уцепив под локоть Катю, отправилась вместе с ней изучать рекламные буклеты.
Андрей подсказал Оле много различных идей по развитию бизнеса, в частности, предложил провести скидочную акцию в честь дня открытия, о которой было рассказано заблаговременно и благодаря чему студию решило посетить немалое количество людей. Когда последний гость покинул помещение, Оля облегчённо выдохнула, но была тут же подхвачена Андреем, который повёз её в ресторан, чтобы отметить новый этап в их жизни. Она не стала возражать.
— Поздравляю! — его глаза сияли, когда он смотрел на неё. — Это определённо успех! У твоей студии большое будущее!
Они сидели в огромном сверкающем зале за нешироким столиком и ожидали заказ.
— Благодаря тебе, — признала Оля. — Без тебя я бы не справилась.
Андрей тепло улыбнулся, а Оля в который раз осознала, что как бы она ни сопротивлялась самой себе, но её тянуло к этому мужчине. Вспыхнув, она отвела взгляд. Ей давно стоило признать, что он никогда не станет ей чужим, но девушка упрямо мотнула головой:
— Я верну тебе все твои траты.
— Оль, — Андрей мягко взял её за руку и чуть сжал ладонь, заставляя посмотреть себе в глаза. — Перестань... Перестань думать и говорить о деньгах. Что бы я ни сделал для тебя — я лишь хочу тебя порадовать. Я лишь хочу, чтобы твои глаза сияли от счастья, ведь тогда и я буду счастлив.
«Это неправильно», — хотела сказать Оля, но проглотила эти слова, показавшиеся ей теперь мелочными и неуместными.
После того вечера Андрей уже в открытую приглашал её на свидания. Помимо концертов и ресторанов, прогулок на индивидуальном катере по Москве-реке Олю особенно поразило свидание на крыше. В столицу уже пришла золотая осень: дни ещё стояли солнечными, но к вечеру холодало. Одевшись в тёплое шерстяное платье, выгодно обтягивающее фигуру и накинув сверху жакет, девушка отправилась на такси по нужному адресу. По приезде её встретил улыбчивый администратор и пригласил проследовать за ним. Глубоко заинтригованная Оля так и сделала. Поднявшись на террасу, где её уже ждал Андрей, девушка оглянулась и восторженно ахнула, всплеснув руками: отсюда открывался панорамный вид на исторический центр и Москва Сити. Заворожённо она смотрела на приближающегося в строгом костюме Андрея:
— Здравствуй, милая, — сказал он.
Мужчина протянул ей руку, приглашая пройти в романтический домик в виде прозрачного купола, который был декорирован фонариками, шарами, свечами и гирляндами. Внутри имелся небольшой столик и два широких, удобных кресла с подушками и пледами. На столике помимо лёгкого ужина красовался шикарный букет орхидей. Андрей помог Оле сесть в кресло, а сам потянулся за бутылкой шампанского.
— За нас, — предложил он, разливая игристый напиток по бокалам.
Пьянящее вино, звёздное небо, мужчина с горящим взором — и без того волшебный вечер был украшен чарующим тембром саксофона. Музыкант играл незнакомую мелодию, звуки которой завораживали с первых нот. Кружась в медленном танце, тая словно снежинка в горячих мужских объятиях, Оля понимала, что совершенно теряет голову, то ли от вина, то ли от тесной близости с тем, кто по-прежнему был ей дорог. Руки Андрея ласкали её спину, и Оля, подняв к нему лицо, блаженно прикрыла глаза, отдаваясь во власть собственных ощущений. Одна рука обвила её талию, крепче прижимая к мужскому торсу, а вторая скользнула к волосам.
— Я люблю тебя, — хрипло шепнул Андрей, прежде чем его губы накрыли её.
У Оли больше не было сил сопротивляться обрушившимся на неё чувствам.
«Я тебя тоже», — ответило её сердце.
— Князева Алиса Андреевна, — Оля держала в руках новое свидетельство о рождении дочери, где в графу «отец» были вписаны данные Андрея.
Тот не стал откладывать в долгий ящик своё намерение удочерить девочку, и теперь гербовая бумага зеленоватого цвета гласила, что Князев Андрей Александрович официально является отцом Алисы. Как будто и не было ничего, а ведь было... И то, что было, изменило их обоих.
Убрав документ в сейф, Оля вернулась в гостиную и села на диван. Андрей с Алисой находились там же, они отрывались под новые хиты зарубежной музыки. Вернее, отрывалась Алиса. Прыгая по квартире, схватив в руку игрушечный микрофон, она подражала исполнителям, Андрей аплодировал ей и громко подбадривал.
— Её надо в танцевальный кружок отдать, — сказал он, присаживаясь рядом с Олей. — Вон как хорошо двигается, она чувствует ритм.
— Да-да! — отозвалась Алиса, продолжая носиться по комнате. — Запиши меня на танцы!
— Как скажете, — улыбнулась Оля. — Я посмотрю, какие кружки есть в их детском саду.
— Да там всего полно, — уверенно сказал Андрей. — Это лучшая сеть частных детских садов. О! Наша с тобой любимая! — обратился он к Алисе, услышав первые аккорды новой песни.
Девочка подскочила к папе и, ухватившись за него, повела на середину гостиной. Подняв дочку на руки, Андрей крепко обнял её и закружил по комнате под медленные тягучие напевы. Алиса обхватила папу за шею и прикрыла глаза, губы растянулись в блаженной улыбке. Оля чуть не всплакнула от такой умилительной картины.
Она мыслями перенеслась во вчерашний вечер, когда Андрей подарил ей умопомрачительное свидание на канатной дороге. Оля задавалась вопросом: откуда он вообще черпал идеи для их встреч? На её памяти его натура никогда не отличалась романтичностью, а теперь Андрей не перестаёт удивлять.
Кабинка фуникулёра была украшена воздушными шарами в виде сердец, а пол, сиденья и столик усыпаны лепестками роз. Внутри их ожидало охлаждённое французское шампанское и конфеты из бельгийского шоколада, и, конечно же, не обошлось без огромного букета красных роз. Оля сладко прикрыла глаза, вдыхая их неповторимый аромат и восторженно ахнула, когда они плавно заскользили над городом на огромной высоте. Прижимая букет к груди и прильнув к окну, она во все глаза разглядывала вечернюю Москву в огнях закатного солнца. Андрей обнял её, и они вместе любовались на открывающиеся им красочные виды Лужников, Москвы-реки и Воробьёвых гор.
А потом Андрей отвёз Олю в Москва Сити, где в номере отеля на шестьдесят третьем этаже одной из знаменитых башен их ждал романтический ужин. Столик с двумя удобными креслами располагался у самого окна с панорамным остеклением, откуда открывался фантастический вид на город. В номере помимо роскошной постели с двумя тумбочками по бокам имелся телевизор и камин. Сама комната была также украшена праздничными гирляндами, разнообразными шарами и горящими свечами.
В тот вечер, взбудораженная страстными поцелуями и жаркими ласками, Оля не смогла сказать «нет». Прижатая крепким телом к постели, с блаженством вдыхая такой знакомый аромат терпкого парфюма, испытывая сладостное томление, она с нетерпением срывала с Андрея одежду, чтобы через мгновение утонуть в пучинах чувственного наслаждения.
Из воспоминаний Олю вывел тихий голос Андрея:
— Кажется, Алиса засыпает.
Он так и носил дочь на руках по комнате. Песня уже давно закончилась, но девочка не торопилась спрыгивать на пол. Наоборот, она поудобнее устроилась в отцовских объятиях, даже положила голову ему на плечо. Оле было слышно, её негромкое посапывание.
— Напрыгалась, устала, — улыбнулась она. — Надо отнести её в детскую.
Андрей так и сделал: крепко прижимая к себе Алису, отнёс девочку в её комнату, где бережно положил на кровать. Оля укрыла её одеялом, аккуратно подоткнув по бокам. На цыпочках они вышли из детской и осторожно прикрыли дверь.
А дальше... дальше был вихрь из поцелуев и объятий. Они словно изголодавшиеся безумцы накинулись друг на друга. В сторону полетело Олино платье, посыпались сорванные пуговицы и следом отправилась белоснежная рубашка Андрея. Ураганом ворвавшись в спальню, они опрокидывали все на своём пути, пока сами тяжело дыша не упали на постель, чтобы с упоением предаться вновь вспыхнувшей страсти.
Приподнявшись на локте, Андрей ласково убрал с лица Оли прилипший волос. Они занимались любовью всю ночь, и девушка уснула лишь недавно. В рассветных сумерках он видел, как на её припухших от поцелуев губах застыла довольная улыбка. Нежно поправив ей одеяло, он снова опустился рядом, крепко обнимая Олю. Теперь всё так, как и должно быть, но чего-то не хватает. Андрей вспомнил о кольце с изумрудом и бриллиантами, хранящемся в его пентхаусе, а ведь должно украшать безымянный палец его любимой женщины. Он намерен исправить последнее недоразумение в самое ближайшее время.
Оля зашевелилась, перевернулась на другой бок и открыла глаза. Обвела рассеянным взглядом комнату.
— Сколько времени? — спросила она.
— Ещё рано, спи, — ответил Андрей, снова увлекая её в свои объятия и нависая над ней.
— М-м-м... а что это ты так улыбаешься, как мартовский кот? — Оля подозрительно прищурила глаза.
— Есть одна идея, как отпраздновать Новый год, — не стал юлить Андрей. — Встретим его во Франции. В Парижском Диснейленде.
— Как скажешь, — зевнула Оля и, устроившись поудобнее в его объятиях, снова засопела.
Алиса приняла с восторгом известие, что в скором времени их ждёт новое путешествие, на этот раз в Диснейлэнд. Она считала дни до их поездки.
— Как здорово! — радовалась девочка. — Я увижу замок спящей красавицы! И Микки-мауса, и Минни!
Они отправились во Францию за неделю до Нового года, взяв с собой няню. Оля несколько раз ловила себя на мысли, что Андрей выглядит слишком загадочно, но на все расспросы тот отвечал, что просто учит путеводитель по Парижу, поскольку не хочет нанимать гида.
— Чтоб возле моей женщины крутился какой-то француз?! — делано (а может, и нет) возмущался он. — Не бывать этому!
Оля посмеивалась и пожимала плечами. Дела в её фирме шли неплохо, нанятые ею работники справлялись с заказами хорошо, и она решила, что может позволить себе немного отдохнуть в городе, воспетом поэтами.
— Ты знала, что Пабло Пикассо и русская балерина Ольга Хохлова поженились в Париже? — спросил Андрей, когда они расположились на своих местах в самолёте.
Алиса в это время увлечённо рассматривала облака. Вера сидела рядом с ней.
— В принципе неудивительно, — пожала плечами Оля. — В те времена много эмигрантов нашли во Франции свой новый дом.
— Из современных знаменитостей Сальма Хайек тоже вышла замуж в Париже. Бен Аффлек и Дженнифер Лопес, когда наконец-то поженились, провели медовый месяц в Париже.
— И к чему же ты клонишь? — усмехнулась Оля.
В ответ на вопрос Андрей лишь продолжил перечислять:
— Йоко Оно и Джон Леннон тоже выбрали Париж для медового месяца, — а затем добавил с хитрой улыбкой: — Всё-таки Париж — удивительный город, он соединяет влюблённые сердца!
Европейская зима удивила Олю и Алису отсутствием снега. Они прилетели в Париж за неделю до Нового года и поразились тому, какой красотой их встретили улицы города. В эти дни столица Франции превратилась в огромную новогоднюю ёлку: праздничная иллюминация, звон колокольчиков, ярмарки с милыми сувенирами, неисчисляемое количество туристов — всё говорило о скором приближении главного европейского праздника.
— Папа, смотри! Дед Мороз! — радостно закричала Алиса и побежала фотографироваться с невысоким пожилым мужчиной с белой бородой, одетым в красный кафтан, красные штаны и красную шапку.
Мужчина стоял в окружении детей, задорно хохотал и принимал участие в фотосессиях с ними.
— Во Франции Деда Мороза называют Пер Ноэль, — поправил её Андрей.
— Oui, Père Noël! — подтвердил тот, присаживаясь рядом с довольной Алисой и улыбаясь в камеру. — Joyeux Noël!
— Что он сказал? — шёпотом спросила Оля у Андрея.
— Пожелал нам счастливого Рождества. Merci bien! — ответил тот, слова благодарности предназначались Пер Ноэлю, который уже фотографировался с другой маленькой девочкой со смешной шапкой в виде розового слонёнка.
Витрины в Париже в эти дни становились отдельным видом искусства, каждая из них дарила рождественское представление. С утра до вечера они были облеплены детьми всех возрастов, желающими посмотреть на разыгравшуюся сказку. И пусть движущиеся куклы разыгрывали один и тот же сюжет, это никого не смущало. Прильнув к стеклу, Алиса заворожённо любовалась мини-спектаклями.
А насмотревшись на красоту, Оля с Алисой, поддавшись предновогоднему безумию, бежали покупать подарки: самые настоящие, а значит, самые вкусные, французские макаруны, упакованные в коробочку с подмигивающим Пер Ноэлем; французский шоколад, медленно тающий на языке, дарящий неземное наслаждение; ёлочные украшения, каждое из которых было произведением искусства. Муки выбора при покупке сладостей помогла преодолеть дегустация, но всё равно им хотелось скупить все пирожные и шоколад, что попадались на пути. Андрей лишь посмеивался, доставая банковскую карточку на кассе магазинов, не давая Оле ни малейшего шанса расплатиться за покупки.
— Как вкуш-ш-шно! — просияла Алиса, набив полный рот сладостей.
— Не торопись, лисёнок! — улыбнулась Оля. Нагнувшись, она аккуратно обтёрла перепачканное в шоколаде личико дочери.
Неделя, проведённая в столице Франции, показалась Оле настоящей сказкой. Алиса оказалась без ума от Диснейленда. Они все вместе посетили дом Пер Ноэля, который располагался в самом центре парка, полюбовались на парад французского Деда Мороза, который проходил в окружении его помощников эльфов и главных диснеевских героев. А уж каким незабываемым оказалось ночное новогоднее шоу: под рождественскую музыку замок Золушки освещался разноцветными лазерными лучами, а ожившие сказочные герои наполнили ночь волшебством. Высоченная рождественская ёлка поражала воображение, и каждый уголок парка был украшен различными новогодними декорациями.
Не обошли они стороной и аттракционы, сфотографились со всеми сказочными персонажами и даже взяли у каждого автограф. Этот Новый год стал поистине чудесным праздником.
Иногда, Оля с Андреем отправляли Алису с Верой в Диснейленд, а сами посещали достопримечательности Французской столицы, например, Собор Парижской Богоматери, который располагался на острове Сите, величественный и невероятно красивый. Благодаря искусной подсветке, создавалось впечатление, что он парит в воздухе. Затаив дыхание и не отводя взгляда, Оля словно заворожённая шла к храму, возвышающемуся на площади в гордом одиночестве. Внутри Собор оказался не менее великолепным, чем снаружи. Разноцветные витражи, пропускающие через себя солнечные лучи, отбрасывали на стены храма причудливые блики. Среди высоченных колонн, фресок и барельефов особенно чувствовалась творившаяся здесь история и то, насколько человеческая жизнь коротка, а потому, бесценна.
Посещению Лувра Оля с Андреем посвятили целый день, хотя и этого им показалось мало. Оля была благодарна Андрею за то, что тот заранее разработал план экскурсии и выделил необходимые экспонаты. Конечно же, в их число попали картина «Джоконда», статуи Ники Самофракийской и Венеры Милосской, императорские апартаменты.
К картине, изображавшей Мону Лизу, оказалось нереально протолкнуться, так много было туристов, но всё же им удалось полюбоваться на шедевр мировой живописи вблизи. Покои императора Наполеона III занимали несколько залов и поражали царившей в них роскошью. Помимо запланированных скульптур, Оля с Андреем посмотрели также статуи Святой Марии Магдалины и Артемиды. Глаза разбегались от обилия экспонатов, а ведь Оля ещё разглядывала и внутреннее убранство дворца: расписные потолки с золотой лепниной, колонны и барельефы, так что к вечеру у неё кружилась голова.
До отлёта оставался один день. Загадочно улыбаясь, Андрей сказал, что завтра покажет ей Монпарнас и Эйфелеву башню.
— М-м-м... — пробормотала Оля, засыпая у него на плече. От усталости она уже ничего не могла сказать.
Эта поездка каждый день примиряла их все больше и больше. Они снова были семьёй и, казалось, что после случившегося, стали ещё сильнее дорожить друг другом. Оля ловила себя на мысли, что воспринимает этот отпуск как медовый месяц, которого у них не было. Андрей ещё никогда не уделял ей столько внимания. И она терялась. Её планы не допустить сближения с бывшим мужем потерпели крах ещё в Москве, а здесь всё на каждом шагу только и шептало о любви.
Утром, отправив Алису с Верой в океанариум, Андрей первым делом повёз Олю к Башне Монпарнас.
— Высота башни более двухсот метров, — пояснил Андрей, когда они остановились у подножия строения из чёрного стекла и стали. — Своего рода альтернатива Эйфелевой башне, чтобы осмотреть панораму Парижа.
На смотровую площадку их привёз скоростной лифт. Посетителей в зале оказалось немного. Около каждого окна располагался монитор, на котором были отмечены все основные достопримечательности. Оля восторженно ахала, рассматривая с высоты птичьего полёта Собор Парижской Богоматери, сад Люксембург, вокзал Монпарнас, саму Эйфелеву башню. Пообедав в ресторане Башни, они прогулялись по бульвару Монпарнас, заглянули в бутики и магазины.
Времени до вечера было ещё много, и Андрей предложил Оле посетить холм Монмартр — самую высокую точку Парижа. На его вершине была построена базилика Сакре-Кёр, а также недалеко располагались ещё две церкви. Район оказался переполнен магазинами, сувенирными лавками и кафе, и, конечно же, наводнён туристами.
Сумерки постепенно окутывали Париж, тут и там зажигалась яркая иллюминация, придавая городу сказочный и волшебный вид.
— Нам пора, — объявил Андрей.
Оле показалось, что он чем-то чрезвычайно взволнован, но списала это на нежелание в скором времени возвращаться в холодную Москву.
По прибытии на место, Олю поразила километровая очередь из желающих подняться на Эйфелеву башню, однако Андрею удалось провести их очень быстро. Смеясь и догоняя друг друга, они пробежали несколько пролётов, пока оба не выдохлись. Дальше они поднимались в более умеренном темпе, периодически останавливаясь, чтобы перевести дыхание.
— Надо было ехать на лифте, — выдохнул Андрей, хотя по нему вообще нельзя было сказать, что он устал.
— Так, ведь интересен сам процесс! — возразила Оля.
Наконец, последний пролёт был преодолён, и они оказались на самой верхней смотровой площадке. В ночных огнях башня выглядела фантастически, а вид сверху на раскинувшийся в разные стороны город впечатлял. Оля замерла, разглядывая вечерний Париж. Она не сразу заметила, что ранее обнимавший её Андрей отошёл куда-то в сторону. Обернувшись, увидела его, взволнованного, почти не дышащего, не сводящего с неё напряжённого взгляда.
— Что с тобой? — удивилась Оля.
— Э-э-э... со мной? — переспросил Андрей и нервно поправил шарф.
— Всё в порядке? — не унималась Оля.
— Да... Чёрт... Такую речь репетировал, а сейчас всё из головы вылетело... — бормотал Андрей, похлопывая себя по карманам. — Где же оно... А вот! — он извлёк из внутреннего кармана коробочку в виде сердца, обитую красным бархатом, раскрыл её и встал на одно колено. Смущённо улыбаясь, протянул Оле ладонь с раскрытой коробочкой, внутри которой сиял и переливался разноцветными огнями золотой перстень, украшенный драгоценными камнями. — Оля, я безумно тебя люблю, выходи за меня!
— Боже! — всхлипнула она, прижав холодные ладони к внезапно вспыхнувшим щекам.
Девушка так разволновалась, что не могла пошевелиться. Она во все глаза смотрела на Андрея, а тот взирал на неё с благоговением и надеждой. Он никогда не смотрел на неё так раньше.
— Оль, — хрипло говорил Андрей. — Я знаю, что подвёл тебя, я не был тебе той опорой и защитой, которой должен быть мужчина для своей женщины, но я исправлюсь. Вот увидишь, я стану для тебя «тем самым». Я люблю тебя и хочу делать тебя счастливой каждый день, просто позволь мне это. Ты и наша дочь — два самых дорогих мне человека, без вас я не буду счастлив.
Преодолев ступор, Оля на негнущихся ногах сделала шаг навстречу ему. Внутри бушевал ураган чувств: она любила его, она всё ещё любила его так же сильно, как и все годы. Андрей продолжал стоять на одном колене, протягивая ей коробочку с кольцом, и Оля шла к нему.
— Я согласна, — прошептала она.
За окном уже давно сгустились сумерки, а часы на стене упрямо напоминали Оле, что она порядком задержалась на работе. Но она не могла покинуть дизайн студию, не убедившись, что срочный заказ для очень важной персоны выполнен. Отпустив последнего работника, сама Оля неспешно прошлась среди коробок, подготовленных к завтрашней отправке. Заглянув в каждую и удостоверившись, что всё исполнено самым лучшим образом, она устало присела в кресло и нежно погладила себя по выдающемуся вперёд животу. Тридцать восемь недель, до родов оставалось ещё две. К счастью, беременность протекала легко, Оля почти не мучилась ни токсикозом, ни отёками. Всё время она с удовольствием занималась любимым делом, не забывая про семью, конечно же. Андрей отнёсся к её увлечению с пониманием, после работы он заезжал за ней, чтобы вернуться домой вместе. Он вообще во многом поддержал Олю и помогал ей развивать свой маленький бизнес.
Маргарита Павловна частенько забирала Алису на выходные в загородный дом, да и Оля с Андреем нередко наведывались туда. Александр Иванович никак не показывал своего неудовольствия выбором сына, только один раз Оля услышала, как он усталым голосом сказал Андрею: «Это твоя жизнь. Что мог, я в тебя вложил, дальше думай сам». К его чести он никогда не пытался унизить Алису или как-то иначе на ней отыграться. А когда год назад девочка подарила ему на день рождения букет, сделанный собственноручно из полимерной глины (конечно же, ей в этом помогала Оля), то Александр Иванович и вовсе растрогался.
Полгода назад, видимо, под влиянием разбушевавшихся гормонов, другого объяснения у неё не было, Оля позвонила матери, чтобы узнать, как у той обстоят дела. В ответ услышала от Тамары Васильевны лишь отборную брань. Кажется, та снова была пьяна. Женщина обвиняла дочь в своей неудачной жизни. Оля слушала и беззвучно плакала, пока Андрей с силой не отобрал у неё телефон, раз и навсегда запретив звонить той, что лишь по недоразумению называлась её матерью.
Из воспоминаний Олю вырвал пропиликавший мобильник, это было сообщение от Андрея. Он писал, что заедет за ней через полчаса. Убрав телефон в сумочку, она ещё раз прошлась по студии. Бросила взгляд на рамку с фотографией, стоящую на её рабочем столе, и невольно залюбовалась изображением. На снимке Оля в свадебном платье и Андрей в строгом костюме были сфотографированы на фоне удивительной природы Сейшельских островов. Церемония бракосочетания проходила в узком кругу самых близких людей. Там же, в стране вечного лета, Оля с Андреем провели медовый месяц, естественно, и Алиса была с ними. В спокойных и тёплых водах Индийского океана Оля впервые попробовала заняться дайвингом. Это оказалось потрясающе: богатый подводный мир, яркие коралловые рифы — всё было ей в новинку и в диковинку.
Дверь в студию открылась, и на пороге показался Андрей. Шапка и зимнее полупальто были усеяны мелкими каплями растаявшего в помещении снега.
— Привет, милая, — поздоровался он, притягивая к себе Олю для поцелуя. — Как ты? Как наш Тёма? — Андрей ласково погладил животик жены, затем наклонился к нему и произнёс: — Привет, малыш, как ты там?
— Всё хорошо, — улыбнулась Оля. — Пинался сегодня много. Наверно, футболистом будет.
— Или кикбоксером, как вариант, — усмехнулся Андрей. — Ты готова?
— Да, только сумочку возьму.
Оля сделала несколько шагов и ошеломлённо замерла, чувствуя, как по ногам потекла жидкость. Она осторожно, словно не веря в происходящее, приподняла подол платья и убедилась, что тёплые колготки намокли.
— Андрей, — пролепетала она, поворачиваясь к мужу. — Кажется, началось...
Переволновавшись, Оля не запомнила, как Андрей усадил её на заднее сиденье автомобиля, где она постаралась принять горизонтальное положение, не видела, как он нёсся по заснеженным улицам города, чтобы отвезти её в клинику.
— Не торопись, — то и дело мягко напоминала она, поглаживая живот. — У нас есть время... наверно! Ой, мама! — внезапно воскликнула Оля, почувствовав первые схватки. — Так не должно быть!
Андрей, упрямо сжав зубы, мчал вперёд, к намеченной цели. Оля же старалась вспомнить, чему её когда-то учили на курсах по подготовке к родам. Главное — правильное дыхание. Андрей привёз жену в ту самую клинику, где она рожала в первый раз. Договорённость с врачами была заключена давно, осталось только пройти необходимое оформление. К счастью, на поздних сроках Оля все документы носила с собой.
— Помнится, вы собирались, как это говорится, рожать вместе, — с улыбкой напомнил Андрею доктор. — Если не передумали, то переодевайтесь и проходите в родовой зал.
— Я не передумал, — ответил Андрей.
На партнёрских родах настоял он. Сначала Оля удивилась его желанию и даже отнеслась скептически. Она до последнего не верила, что он действительно сделает это, в любой момент ожидая, что муж откажется от своих слов. Каково было её изумление, когда он, тщательно помыв руки и переодевшись в стерильную одежду, появился в родовом зале.
Расположившись у изголовья, Андрей взял бледную жену за руку. Как им объяснил доктор, процесс уже пошёл, ждать осталось недолго. Андрей помогал Оле следить за дыханием, массировал поясницу, просто подбадривал.
— Посмотри, посмотри на меня, — говорил Андрей. — Дыши! Дыши! Давай, милая! Давай, как я! — ловя её полный боли взгляд, он дышал вместе с ней. — Вот так, вдох и выдох, вдох и выдох. Давай вместе! Я с тобой!
Когда раздался детский крик, Андрей первым взял на руки красный орущий комочек. Ему же предоставилось право перерезать пуповину. Далее они с врачом прошли в другую комнату, где новорождённого обтёрли, взвесили и оценили по шкале АПГАР.
— Поздравляю, — сказал доктор. — Пятьдесят два сантиметра, три кило пятьсот пятьдесят грамм! Семь и восемь по АПГАР. У вас всё отлично!
Андрей с трепетом держал на руках сына, и хотя последние слова ему почти ничего не сказали, он с нежностью вглядывался в его сморщенное как запечённое яблоко лицо.
— Привет, — шептал он, склоняясь над ребёнком. — Ты такой красивый... весь в маму... добро пожаловать в наш мир... мы все тебя очень любим...
Тот в ответ лишь орал громко и протяжно, оглядывая отца затуманенным взором.
— А знаешь, какая у нас мама красивая? — продолжал он, не замечая, как по щекам катятся слёзы радости. — Сейчас ты с ней познакомишься.
Наконец, и Оле показали сына. Та ревела, не сдерживаясь, от усталости и невероятного счастья.
— Тёма, Тёмочка, — приговаривала она, прижимая к себе сына.
Медсестра помогла ей приложить ребёнка к груди, и вскоре тот зачмокал. Андрей присел рядом, помогая Оле поддерживать сына.
— Ну вот, — сказал он, целуя жену в висок, пока та любовалась на малыша. — Теперь у нас полный комплект. Спасибо тебе за всё, дорогая.