Мия

— И! Раз, два, три. Раз. Два. Три. Хлои, нужно немного подтянуть пяточку и прогнуться в спине.

Малышка лет пяти попыталась сделать то, что я ей сказала, но у нее не вышло и она надула свои пухленькие губки. Хлои напоминала мне меня, когда я повторяла движения за учителем с экрана телевизора в своей комнате. Такой же как и у меня открытый, ласкательный взгляд, пухленькие щечки, которые покрылись персиковым румянцем. Она хотела быть лучшей в своем классе, но выходило у нее на твёрдую троечку. Я присела возле девочки и заметила, как Хлои быстро вытерла глаза, которые намокли от слез.

— Хлои, никогда не сдавайся так быстро, — прошептала я ей, взяв маленькие ладошки себе в руки. — Мне тоже понадобилось время, чтобы достигнуть того, что у меня есть.

— Вы красиво танцуете, а вот я нет, — всхлипнула Хлои в ответ. — Я просто не создана для этого!

— Поверь мне, так было не всегда…

Неожиданно мрачная пелена воспоминания окутала меня. Таким же дрожащим голоском пять лет назад я смогла выдавить из себя:

— Я хочу учиться у Вас. Пожалуйста.

Мужчина плохо понимал английский, но увидя мой внешний вид, впустил меня в уже закрытую студию. Промокшая до нитки и совершенно одинокая в большом городе девушка наивно постучалась в дверь одного из самых знаменитых хореографов Франции, в надежде воплотить свою мечту.

И кто бы мог подумать, что он впустит меня? Кто бы мог подумать, что через пять лет я стану его лучшей ученицей и по версиям французских журналов “глотком свежего воздуха в современном балете”? Месье Фреро до сих пор угощает меня тем самым чаем, которым он пытался отогреть меня в тот вечер…

— Месье Фреро пришлось со мной не легко! — Улыбнулась я, вспомнив, как ни один раз пыталась покинуть его студию. — И я не часто слышала от него похвалу в начале своего обучения, но я не сдавалась!

— Вам повезло, что Вы учились у него! — воскликнула Хлои. — И Вы были его лучшей ученицей!

Да, была… Только никто не знал, что через мой танец я выплескивала наружу всё то, с чем мне было просто невозможно физически существовать — душевную боль, обиду и одиночество.

— Скажи мне, у тебя есть мечта? — спросила я девочку.

— Да. Я хочу танцевать. А у Вас?

— Когда-то у меня была такая же.

— А сейчас? О чем Вы мечтаете?

— Я больше не мечтаю… А ты не сдашься, Хлои, и обязательно воплотишь её! Обещаешь мне?

Малышка кивнула и снова встала к балетному станку. Положила ручку на него и подняла ножку, обхватила её за пяточку. А я помогла ей выпрямить спину и двумя пальцами подняла вверх юную головку за подбородок.

— Умница! — похвалила я Хлои. — А я обязательно помогу тебе, как когда-то помогли мне…

Музыка играла громко, так громко, что я не слышала своего тяжелого, учащенного дыхания. Я танцевала, пытаясь выкинуть из своего тела все те чувства и воспоминания, которые пробудились во мне после разговора с Хлои.

— Ты снова задержалась? — услышала я спокойный голос за моей спиной и увидела мужчину в зеркальном отражении.

— Жан?

Жан! Жан… Если верить его словам, то он влюбился в меня в ту самую секунду, когда случайно увидел мой танец в приоткрытую дверь. Жан заехал в студию своего отца, чтобы обсудить вопросы по ремонту, а вместо этого пригласил меня на свидание, абсолютно забыв причину своего появления. Я, конечно же, отказала ему, но Жан Фреро оказался настолько настойчивым, что на восьмой раз я решила всё-таки согласиться…

— Ты напугал меня! — выкрикнула я, выключив музыку.

Мужчина подошел ко мне и обнял со спины, не отрывая своих карих глаз от нашего отражения в зеркале.

— Я заехал к тебе, — прошептал он мне в шею. — Но тебя не оказалось дома и я сразу понял где ты. И как оказалось — я не ошибся. Ты слишком много работаешь, Мия.

Жан быстро снял тугую резинку с моего строгого пучка и локоны рассыпались по моим плечам. Мужчина зарылся носом в мою шею и сделал глубокий вдох.

— Тебе говорили, что ты прекрасно танцуешь? — Теплые руки Жана обхватили меня за талию и повернули к себе лицом.

— Да, — довольно ухмыльнулась я в ответ.

— Журналы не в счёт!

Мне говорили. Еще до того, как я обрела известность. Мне говорили… В ответ я только поджала губы, но ничего не сказала.

— Хочу, чтобы ты станцевала для меня, — сказал Жан, откинув пару влажных прядей с моего лица. — Пожалуйста, Мия, хотя бы один раз!

— Жан… Ты ведь знаешь, что я не могу танцевать вот так для кого-то…

— Но я бы так этого хотел.

Губы заскользили по моей щеке, стали целовать ухо, которое обожгло горячее мужское дыхание.

— Поехали ко мне! Я купил для нас ужин. Твой любимый салат с козьим сыром и профитроли. А еще я приготовлю для нас ванну с лавандовой солью.

— С лавандовой солью? — промурлыкала я в ответ, уже ощутив ароматизированная вода расслабит моё тело и я наконец-то снова выкину из головы все эти мрачные воспоминания из прошлой жизни. Жизни, где был он.

— Угу.

— Тогда я согласна…

Тело пылало от сладких поцелуев Жана. Он целовал меня нежно, стараясь не упустить ни один миллиметр моей кожи под своими губами. Горячий язык прошелся от ложбинки груди до самого низа моего живота, оставляя влажную дорожку на коже. Я прерывисто выдохнула. В моей жизни было два способа борьбы с плохим настроением — танец и секс с Жаном. Губы коснулись моей груди и я ощутила сладкую дрожь внизу живота. Смешно поежилась от мурашек, которые пробежали по всему телу. Жан улыбнулся, ему нравилась такая моя реакция.

— Мне пора, — тихо произнесла я, понимая что Жан не хотел заканчивать этот вечер. — Жааан…

Я попыталась подняться, но он снова уложил меня на постель и продолжил засыпать мое тело частыми поцелуями, не желая никуда отпускать.

— Прошу тебя, Жан, мне пора.

— Останься со мной, останься до утра!

— Не могу. — Немного виновато пожала я плечами в ответ и Жан наконец-то выпустил меня из своих объятий.

Быстро встала с кровати, надела на себя черное балетное боди, и повернулась к Жану спиной. Он знал, что нужно было сделать, но помедлил.

— Почему, Мия? Тебе было плохо со мной? — аккуратно спросил он меня, проведя руками по моим открытым плечам.

— Хорошо, очень хорошо, но завтра мне рано вставать. У меня индивидуальное занятие с Софи и …

— И у тебя весь день будет занят. Ты каждый раз говоришь одно и тоже, Мия.

А Жан был прав, вот уже несколько лет я каждый раз отвечала одной и той же фразой на его предложение проснуться с ним в одной постели!

Наклонилась к мужчине, который не смог скрыть своего разочарования, провела рукой по его золотым кудрям и прежде чем убрать ее, Жан поймал меня за запястье и оставил нежный поцелуй на руке. А потом быстро обхватил меня за талию и повалил на кровать, постельное белье на которой все еще было горячее от жара наших тел.

— Отец будет счастлив, если мы официально ему сообщим о … нас, — прошептал Жан, убрав несколько прядей с моего лица. — Ты же знаешь, что он любит тебя не только как лучшую ученицу, а буквально как свою дочь, которой у него никогда не было.

Губы Жана прочертили дорожку поцелуев по моей шее: от щеки к ключице и вернулись обратно. Поцелуи Жана были такими же ласковыми и нежными, как и он сам. И мне было настолько приятно, что стон слетел с моих губ.

— Жан… — простонала я его имя. — А разве нам так плохо? Без условностей и обозначений?

— Мне хорошо с тобой, Мия. Настолько хорошо, что я хочу условностей и обозначений.

Его шелковистые руки заскользили по моим бедрам, талии, животу, поднялись на грудь. Нежно погладили ее через тонкую ткань и я ощутила горячее дыхание на ней.

— Мне нужно идти. Прекрати делать всё, чтобы я осталась!

Жан скатился с меня и откинулся на спину. Закинул руки за голову и протянул мне в руки мою юбку, которая успела слететь с меня. Поблагодарила его и снова повернулась к нему спиной. На этот раз Жан наконец-то застегнул на ней пуговки.

— Но я всё-таки считаю, что тебе повезло! — игриво сказал Жан, поцеловав меня в плечо.

— Да?

— Да! Ни каждый француз будет так настаивать на серьезных отношениях. Мы ветреные, абсолютно не постоянные, но если влюбляемся…

— А еще хвастливые! — перебила я Жана, став искать мою сумочку.

— Немного! — ответил Жан, указав пальцем на большое кресло.

— Много! Еще как много, Жан! — рассмеялась я в ответ.

Взяла сумочку и послала ему воздушный поцелуй, Жан так посмотрел на меня, словно я была смыслом его жизни, который через пару мгновений он потеряет.

— Я сказала, что мне было хорошо с тобой и я не солгала, — прошептала я в губы мужчине, который был слишком хороший для меня.

— Мне тоже.

Притянула его к себе, накрыла губы ласковым поцелуем. За эти годы Жан стал мне дорог. Действительно дорог.

— Ты ведь будешь на моей выставке? — спросил мужчина, перед тем как я вышла из его квартиры.

— Конечно, буду.

— А я могу представить тебя, как свою девушку?

— Жааан… как хорошую подругу. — Мои слова задели мужчину, я увидела это по тому, как быстро потух огонек к его глазах. — Не обижайся, я просто еще не готова.

— Я знаю. И я готов ждать.

— Точно готов?

— Да.

Мия

На часах была полночь. Сна не было ни в одном глазу. Я стояла на кованом балкончике своей квартиры и наблюдала за тем, как бегали огоньки на Эйфелевой башне. Двадцать тысяч лампочек, если верить местным жителям! Красиво, по-настоящему красиво, как на открытке! Вспомнила, как я увидела башню в первый раз — и расплакалась. Но не от счастья, нет. Вокруг меня бродили влюбленные парочки, молодожены, а я стояла в его футболке совсем одна в самом сердце города влюбленных… и тихо ненавидела всех этих людей. Такие пары до сих пор гуляют по Парижу, а у меня со временем выработался некий иммунитет к ним — я больше не плачу и не вспоминаю… его.

В дверь постучали. В такое время я никогда не принимала гостей, а вот курьеров постоянно! Мой сосед сверху как-то случайно указал неверный этаж и все его ночные заказы стали приходить ко мне. Скорее всего курьер снова ошибся дверью.

— Месье Рено живет этажом выше, — машинально сказала я, приоткрыв дверь и сразу же хотела ее закрыть, но у меня это не вышло — кто-то поставил ногу.

— Привет, маленькая проказница! — запыхавшимся голосом сказал мне мужчина.

Голос… этот голос показался мне знакомым. До боли знакомым! Подняла глаза на нежданного гостя и он подмигнул мне. Открыла рот, но так и не смогла ничего выдавить из себя.

— Как же я рад тебя видеть! Столько лет прошло! Пять?

Передо мной стоял Люк и игриво улыбался мне, по его лбу стекали капли пота.

— Люк? Люк! — выкрикнула я.

— Да, это я, сестренка. Только прошу тебя, не кричи так.

Люк приложил свой указательный палец к моим губам и я послушала его.

— Не может быть… — еле слышно сказала я.

— Я могу войти?

Кивнула в ответ и открыла перед братом дверь. Люк осмотрелся по сторонам и игривая улыбка сменилась на нервную.

— Кстати, я не один к тебе, — добавил Люк, когда подхватил под руки мужчину, который всё это время сидел в углу около моей двери.

Ну как сидел… Туда его посадил Люк.

— Тяжелый какой! — пробормотал себе под нос мой брат, внеся под руки мужчину в мою квартиру.

Быстро прошлась глазами по мужчине, точнее по телу, которое на первый взгляд не подавало никаких признаков жизни. Густая щетина на лице, каштановые волосы с медным отливом. На идеально белой рубашке было красное пятно… Лицо мужчины было немного размытым из-за накопленных слез в моих глазах, которые я пыталась скрыть от Люка и самой себя. Моргнув несколько раз, я со страхом уставилась на бледноватое лицо.

— Алек? — выкрикнула я имя, которое не произносила уже столько лет. — Алек! Что с ним? У него… кровь. Чёрт, Люк, у него кровь!

— Тссс. Не кричи так, Мия. Его просто немного поцарапали. — Махнул рукой Люк, как-будто у Алека вместо ножевого ранения была маленькая царапина. — Совсем чуть-чуть. Где он может немного отдохнуть?

— Отдохнуть?

— Ага.

Не долго думая, указала пальцем на дверь своей спальной комнаты, Люк поблагодарил меня и под руки понес Алека в комнату. А я словно зомбированная стояла в пороге и не решалась зайти в свою спальню.

— Помоги мне снять с него одежду, Мия! — позвал меня мой брат.

— Что?

— Помоги мне раздеть его! — Люк приподнял обессиленное тело Алека и я быстро скинула с его плеч черное пальто. — Надо снять еще рубашку, Мия.

Дрожащими руками стала быстро расстегивать пуговки на белой рубашке Алека. И стоило мне лишь ближе наклониться к нему, как в нос ударил знакомый аромат. Он пах также, как и пять лет назад и моя голова пошла кругом. Ухватилась за изголовье кровати, чтобы не рухнуть на пол.

— Мия, с тобой всё хорошо? — спросил меня Люк, заметив, как побледнело моё лицо.

Я развернулась спиной к кровати и широко распахнула окно, в надежде, что свежий воздух хоть немного приведет меня в чувства.

— У тебя есть полотенце и лёд?

Кивнула в ответ и как сумасшедшая, побежала на кухню. Дрожащими руками стала открывать ящик за ящиком в поисках полотенца и льда. И только через несколько минут вспомнила, что лед был в морозильной камере, а полотенце всё это время лежало прямо перед моим носом — на кухонном столе.

Чёрт! Да что такое происходит? Они оба бросили меня! Пять лет! Пять лет их не было в моей жизни и вот один из них решил проведать меня посреди ночи, а второй тихо умереть в моей постели?

— Мне нужно их выгнать… Мне нужно их выгнать из моей квартиры и из моей жизни, — стала повторять я себе под нос, обхватив свою голову руками.

— Мия, ты нашла? Долго еще?

— Да, я нашла. Уже бегу…

Алек лежал по пояс обнаженный в моей кровати, глаза закрыты и из признаков жизни была лишь его широкая грудь, которая еле заметно поднималась и опускалась. Люк взял из моих рук полотенце и приложил к открытой ране на животе Алека, сверху положил лёд. Не могла больше смотреть на бледное лицо Алека и быстрым шагом вышла из комнаты, Люк выключил свет в комнате и последовал за мной…

— У тебя классная квартира, — довольно протянул Люк, присев за кухонный стол. — И у тебя появился такой миленький акцент, Мия! И ты, вообще, вся такая…

— Какая?

— Ты другая, — с особой печалью в голосе произнес Люк, быстро оценив мой внешний вид. Я всё ещё была в балетном боде и длинной танцевальной юбке.

— И я рада этому, — сухо ответила я ему.

— А мне нравилась малышка Мия, которая не собирала свои волосы в такой строгий пучок.

— Я огорчу тебя, но её больше нет.

Мой ответ прозвучал так холодно, что я сама поежилась от мурашек, которые побежали по моей коже.

— Зачем ты притащил его сюда? — резко выкрикнула я, указав пальцем на дверь комнаты, где на кровати лежал Алек. — Я видеть его не хочу! Зачем он снова пришел в мою жизнь?

— Точнее в твою квартиру, — спокойно ответил Люк.

— Да, в квартиру… — попыталась я исправиться, но Люк уже успел вопросительно вздернуть бровь вверх.

— Мия, — Люк нахмурился и сурово посмотрел на меня. — Я что-то не знаю? Тебя что-то связывает с ним? Подожди… А откуда ты его знаешь?

Моё молчание на его вопросы затянулось. Люк снова позвал меня по имени, а я так и не решилась вспомнить о том, что нас связывало с Алеком. Много лет назад я дала себе слово — забыть обо всем и я забыла. Почти забыла!

— В какое дерьмо вы опять вляпались? — решила я быстро сменить тему разговора.

— Ты не поверишь, но мы тут не причем! — Спокойно пожал плечами Люк и открыл дверцу моего холодильника. — У тебя нет ничего вкусного! Овощи, фрукты и даже молоко обезжиренное! Как ты так живешь?

— Конечно нет, я должна правильно питаться! И мне нравится моя жизнь!

Закрыла дверцу холодильника перед носом Люка и сложила руки на своей груди. Мой брат понимал, что я ждала от него объяснений, но так и не ответил на мой вопрос.

— Ты злишься на меня, я знаю, — как-то особенно произнес эти слова Люк. Так особенно, что мои глаза сразу же намокли. — Но я очень горжусь тобой, сестренка. Я читал о тебе статью в журнале.

Что? Что он сказал?

— Ты читал обо мне статью? Ты знал всё это время где я была и ни разу не связался со мной? Твою мать, Люк! Я все это время думала, что ты…

— Что я что?

— Твою мать, Люк!

От услышанного руки задрожали настолько сильно, что я выронила кружку и она разбилась на бессчетное множество мелких кусочков. Грубо выругалась и принялась быстро собирать осколки с кафельного пола. Люк быстро присел рядом со мной, поднял меня за плечи и заключил в объятия. Злость и обида твердили мне выкрутиться из рук брата, но моё тело расслабилось и предательски обмякло. Я не сдержалась и тихо разрыдалась в мужское плечо. Казалось, что все эти годы я ждала этого момента, чтобы снова стать той самой Мией, которая умерла по дороге в аэропорт.

— Я хотел извиниться перед тобой, — прошептал мне Люк, нежно проведя рукой по моим волосам. — Я не должен был вмешивать тебя. Не должен был подвергать тебя опасности. Прости меня, Мия.

— Его надо отвезти в больницу, — всхлипнула я, уткнувшись носом в грудь своего брата.

— Нам нельзя в больницу. Только не в больницу.

— Ммм, нет…Ммм…

Мы одновременно обернулись на дверь моей спальной комнаты, из которой послышались невнятные бормотания и стоны. И как бы я не была обижена на него, но моё сердце заныло от боли. От боли и страха за Алека.

— Люк! Надо что-то делать! А если он…

— Слушай, у тебя есть знакомый доктор, который может прямо сейчас осмотреть его?

— Откуда? Я танцовщица, а не медсестра! Хотя… Есть один человек.

Мия

Мы сидели в гостинной, нервно переглядывались друг на друга, пока доктор осматривал Алека в моей спальной комнате.

— Почему так тихо? — полушепотом выкрикнул Люк, вскочив на ноги. — Он точно знает, что нужно делать? Он точно доктор?

— Франсуа Эрве один из лучших докторов этого города. Прекрати нервничать, Люк!

Мой спокойный, пусть и немного дрожащий голос не подействовал на Люка и он приложил ухо к закрытой двери спальной комнаты. Тихо выругался, ничего не услышав.

— Мия, ты уверена, что ему можно доверять? Как долго ты его знаешь?

Закатила глаза в ответ на его деликатные вопросы и посмотрела на своего брата, как на невоспитанного ребенка, за которого мне было стыдно.

— Не закатывай глаза, Мия! Это неприлично! И… я просто волнуюсь за него!

— Волнуешься? — не смогла я скрыть своего удивления. — С чего бы это?

Верилось с трудом! Как Люк мог волноваться за человека, который несколько лет назад чуть жизни его не лишил?

— Это наше дело, сестрёнка и не надо совать в него свой маленький, миленький носик. — Указательный палец Люка коснулся кончика моего носа и слегка вздернул его вверх.

А я уже успела забыть какой Люк Браун бывает невыносимый!

— Меня ваши дела не волнуют, — сухо буркнула я в ответ, опять почувствовав, как моё лицо покраснело от злости. — И напомню, что это не я пришла к вам, а вы ко мне, братец…

Франсуа возился с Алеком уже больше часа и если быть честной, я сама стала немного переживать. И тут дверь резко открылась и Люк широко улыбнулся Франсуа, успев как ни в чем не бывало опереться рукой на дверь. Он сделал это так наигранно, но, кажется, это заметила только я.

— Я сделал всё, что смог. Нужно немного времени на восстановление, — сказал Франсуа, двумя пальцами поправив круглые очки. — Сейчас ему нужен покой, а когда придет в себя — постельный режим.

— Ну что? Что он сказал? — спросил меня Люк, кинув суровый взгляд на доктора, а я проигнорировала его вопрос. Какой же он нетерпеливый!

Мой брат осторожно заглянул в слегка приоткрытую дверь спальной комнаты и как только шагнул вперед, Франсуа быстро закрыл дверь перед его носом.

— Покой, месье, ему нужен покой, — еще раз попытался объяснить правила для восстановления Франсуа моему брату.

— Франсуа, я в большом долгу перед тобой! Извини, что пришлось просить тебя приехать ночью, — попыталась я проявить уважение к своему хорошему знакомому.

Люк не понимал ни единого слова и не мог скрыть своего раздражения от этого. И Франсуа не успел ничего ответить мне, как голос Люка снова нас перебил.

— Он мне не нравится. Я не доверяю этому типу, — буркнул себе под нос мой брат, сложив руки на своей груди. — И я бы хотел проверить его! Хочу убедиться, что этот так называемый доктор ничего с ним не сделал.

— Прекрати немедленно! — не выдержала я. — Если тебе что-то не нравится, то ты можешь забрать Алека и уехать с ним в больницу!

Люк взглянул на меня и чуть отшатнулся в сторону. Похоже мой брат не ожидал от меня такой гневной реакции, ведь обычно я всегда вставала на его сторону, чтобы он не делал со своей жизнью и… моей.

Сделала глубокий вдох, чтобы не потерять самообладание и снова тепло улыбнулась Франсуа.

— Я был очень рад видеть тебя, Мия. Но, если быть честным, то я немного расстроился по какому поводу мы встретились с тобой! — Франсуа взял мои руки в свои и три раза поцеловал меня в щёки. — С мужчиной будет всё хорошо, только ему нужен уход. Все рекомендации я написал на бумаге, которую оставил на прикроватной тумбочке.

С Франсуа Эрве я была знакома вот уже несколько лет и знала, что лучше доктора не найти. Если он сказал, что всё будет хорошо, значит так и будет! Наконец-то, выдохнула. Жизни Алека ничего не угрожало…

— Как твоя лодыжка? — поинтересовался Франсуа, всё ещё держа мои руки в своих.

— Благодаря тебе — превосходно! Я даже смогла…

— Вы с ним… кхм, спите? — спросил меня на ухо Люк, перебив. — Почему он так улыбается тебе, а Мия?

Этот мужчина довел меня до точки кипения и я не заметила того, как крепко сжала пальцы своего друга.

— Мне пора, Мия. Помни, что ты в любое время можешь набрать меня. — Франсуа снова поцеловал меня в щёку, а я услышала, как Люк громко выпустил воздух через нос, словно разгневанный бык. — Доброй ночи, месье…

Мужчина обернулся на моего брата, который продолжал медленно убивать его своим напористым взглядом.

— Что он хочет от меня? — спросил меня Люк.

— Он хочет знать твое имя.

— Зачем?

— Он хочет попрощаться с тобой. Так делаю все воспитанные люди, Люк!

— Люк Браун, — прошипел сквозь зубы Люк и без особого желания подал свою руку в знак приветствия. Франсуа пожал руку моему брату и вышел из квартиры.

Мое тело колотило. И не только от того, что Алек лежал в моей постели и его дыхание было тяжелым, а еще от поведения моего брата!

— Ведешь себя отвратительно! Словно тебе не тридцать, а тринадцать! — выкрикнула я Люку в лицо.

— Вы точно спите, я видел как он пожирал тебя глазами! Мне он не нравится, Мия! Как ты можешь спать с ним? Он старше тебя лет на десять!

Вот наглость то! Почему я должна отчитываться перед ним? Мне давно уже не пятнадцать! Или он забыл мой возраст? Ухмыльнулась, но не стала говорить Люку, что он опоздал на пять лет — нужно было раньше говорить мне не спать с мудаками, которые намного старше меня!

— Моя личная жизнь тебя не касается! И я не буду спрашивать тебя с кем мне спать, а с кем нет!

— Что? Я — твой брат! И твоя личная жизнь меня очень даже как касается! Ты мне дорога!

— Была бы дорога, ты бы не бросил меня на столько лет! — Мои слова задели Люка, но я сделал вид, что мне было это абсолютно безразлично.

Мой брат тяжело вздохнул и попытался взять меня за руку, но я не позволила ему этого сделать, быстро выдернув пальцы из его руки. Я больше не была той малышкой, которая прощала и успокаивалась от одного ласкового слова или прикосновения. Я больше не нуждалась в любви — эти годы я жила без нее и мне было комфортно. Мне хорошо без неё!

— Мия! Я не мог! — выкрикнул Люк и я услышала, как дрогнул его голос. — Я дал слово, что больше никогда не встречусь с тобой!

— Дал слово? Кто попросил тебя об этом?

Люк взглянул на дверь моей спальной комнаты, а потом быстро опустил глаза себе на ноги, в надежде, что я ничего не заметила. Но я заметила!

— Он? Он это сделал? — Указала на дверь своей спальной комнаты, сама не веря в то, что так быстро догадалась.

Какой же Алек мерзавец…

— Мия, прошу тебя… Всё не так как ты думаешь.

— Ему очень повезло, что он сейчас в отключке, иначе бы он узнал много нового о себе! — прорычала я сквозь зубы, сгорая от злости и ненависти.

Алек был единственным человеком, который знал, как я нуждалась в семье. Алек был единственным человеком, который знал, что Люк был для меня семьёй. Как он мог… Как он мог так поступить со мной!

— Мия, но ведь он оказался прав! Ты наладила свою жизнь без меня! Ты получила всё, что так хотела! Я ведь помню, как ты часами напролет танцевал в своей комнате.

Получила, но цена оказалась слишком высока! Вот только если бы у меня был выбор…

Вспомнила, как Люк приоткрывал дверь на маленькую щелочку и подсматривал за мной. А когда я заканчивала — начинал громко хлопать, уверяя меня, что никогда не видел ещё такого чудесного танца и дарил мне розу из салфетки, которую быстро скручивал специально для меня. Я кланялась ему и на следующий день занималась еще усерднее. Мне было пять…

Уголки моих глаз намокли и заметя это, Люк снова попытался взять меня за руку. На этот раз у него это получилось.

— Не злись на него, маленькая проказница, — прошептал мне брат, погладя меня по голове. — И пообещай мне, что не добьешь его, пока меня не будет?

— Не будет? Что ты имеешь ввиду, Люк? — От его слов меня отшатнуло назад.

— Мне нужно уехать, чтобы разобраться в том, как всё это вышло! И кто это сделал!

— Ты ведь не собираешься оставить его у меня? Прошу тебя, Люк, скажи, что не собираешь вот так просто уйти и оставить меня… с ним!

— Мия, я знаю, что с тобой он будет в полной безопасности.

Черт! Словно вселенная перевернулась и я оказалась в зазеркалье. Аккуратно ущипнула себя за руку. Нет, чёрт! Я не спала! А Люк снова открыл мой холодильник, взял в руки яблоко, откусил от него кусочек и тут же поморщился.

— Эх, булочки в нашей кофейни мне нравились больше!

Мой брат быстро поцеловал меня в макушку и прежде чем выйти из моей квартиры выкрикнул:

— И помни, Мия, у этого типа отвратительный характер!

Кому же, как не мне это знать!

Мия

Широкая грудь равномерно поднималась и опускалась в такт тихому дыханию, а я предательски жадно разглядывала мужчину, чувствуя, как замирает в моей груди встревоженное сердце. В квартире стояла абсолютная тишина, казалось что Алек просто спал. Я не могла отвести от него взгляда и думала о том, что вот точно также я смотрела на него прежде, чем вышла на встречу с Люком, которая впоследствии всё изменила. Встреча, которая уничтожила нас. Хотя, нет! Это Алек своими руками всё уничтожил! Теми самыми руками, которыми он гладил ту стерву с огненными волосами.

А прошло уже пять лет… Пять!

Даже представить себе не могла вот такого поворота событий! Всегда знала, что Алек больше не появится в моей жизни. Я никогда не рисовала в своей голове красивых картинок из романтичных фильмов и знала, что он никогда неожиданно не приедет ко мне с большим букетом цветов под песню Kiss me группы Sixpence None the Richer. Не упадет на колено и не станет молить меня о прощении. И как бы мне этого не хотелось, но наша история изначально была далека от трогательных, романтических историй о любви.

Представила… А Алек смешно бы смотрелся, стоя передо мной на одном колене! Улыбнулась. И зачем я это себе представила?

Аккуратно двинулась в его сторону и присела рядом с ним на кровать. Мне было важно подойти к нему. Я хотела подойти к нему! Зачем? Не знаю!

Алек практически не изменился — всё та же четкая линия скул, волевой подбородок, только пара морщин добавилась вокруг глаз. С возрастом он стал только более интереснее. Мои пальцы сами потянулись к его лицу и еле касаясь, провели по изгибу скулы. Колючий.

Мой разум ненавидел его, но моя душа и мое тело тянулись к нему. Как бы я этого не хотела, но это была правда! Мне стало страшно представить, что будет когда он откроет свои бездонные глаза… Неужели, я снова утону в них, как в океане? Нет. Нет. Я вычеркнула его из своей жизни, но тогда почему мое сердце так учащенно начинает биться, а ладони потеют рядом с ним?

Опустила вниз ресницы, чувствуя, как они задрожали от переполняющих меня эмоций и мой взгляд упал на пресс мужчины. И так хорошо проработанное тело стало еще более рельефным…

Жаркие, откровенные картинки снова вспыхнули в моей голове. И если все эти годы я пряталась от них, то рядом с ним… Я никогда не испытывала ни к одному мужчине того, что я испытывала к нему. Никогда, а он предал меня!

Убеждая себя в том, что я всего лишь хотела поправить подушку, а не рассмотреть его поближе, я осторожно наклонилась над Алеком. Густой, мужской аромат приятно ударил мне в нос и я непроизвольно закрыла глаза, сделав глубокий вдох. Теперь я знала название его любимых духов. Словно зависимая, я искала аромат его духов во всех парфюмерных магазинах этого города. И нашла! Вот уже пять лет я носила духи Rose Prick от Тома Форда на своем теле, просто потому что не могла существовать в этом мире без этого аромата. А теперь я снова скажу, что вычеркнула его из своей жизни. И никто мне больше не поверит и правильно сделает! Мне не стоило сидеть и смотреть на него! Повела себя, как дурочка!

Перевела взгляд ниже и увидела простынь, скомканную в ногах мужчины. Медленно наклонилась и осторожно потянула ткань выше, аккуратно накрыла Алека.

— Мия… — тихо простонал Алек моё имя. — Мия…

Мое имя так нежно слетело с его губ, что по телу пробежали мурашки, а внизу живота затянулся узел.

— Мия… Моя Мия… — снова повторил он слабым голосом и слёзы покатились по моим щекам.

Чёрт… как же ласково мое имя слетело с его губ. Словно ничего не изменилось, словно ничего не произошло с нами. Словно все еще были мы. От его голоса у меня словно что-то лопнуло в груди, как-будто по земле пошла трещина. Быстро отбежал от него и закрыла дверь с обратной стороны.

Мия… Мия…

Его голос всё ещё звучал в моей голове. Мия… Моя Мия…

— Мадмуазель, с вами всё хорошо? — детский голос выдернул меня из моих мыслей. — Может Вам принести воды? Вы бледноватая.

Я смотрела на свое отражение в зеркале, а вместо себя видела лицо Алека и его едва шевелящиеся губы. Девочка взяла меня за руку и я ойкнула.

— Мадемуазель, у Вас такая ледяная рука.

— Не переживай, Софи, — как можно быстрее успокоила я ребенка. — У меня всё хорошо, просто не выспалась.

А я и правда весь остаток ночи не сомкнула глаз! Лежала на диване в гостинной и прислушивалась к каждому звуку, но Алек больше ни разу не позвал меня.

— Давай, Софи, ноги в первой позиции и делаем деми плие.

— Мадемуазель, но мы уже сделали это упражнение.

Девочка обеспокоено посмотрела на меня и я поняла ее беспокойство — мой внутренний мир никогда не мешал моей работе, наоборот помогал мне, а теперь что-то изменилось. Мои руки дрожали, ноги не слушались и мой разум, предательски поставил Алека, шепчущего мое имя, на повтор. Чёрт! Как мне выкинуть его из головы? Почему всё сломалось и моя система больше не срабатывает?

— Значит еще раз повторим! Это одно из самых важных упражнений — почти каждый шаг в балете и конечно, каждое прыжковое движение включает полуплие. — Услышав снова мой уверенный тон голоса, девочка кивнула и встала к балетному станку.

— Софи, не поднимай пятки от пола, — постаралась я скрыть то, как сложно мне было говорить. Подошла и помогла девочке выпрямить спину. — Стопы плотно прижаты к полу. И еще раз! Почувствуй свои мышцы спины и поясницы. Вот так, напрягись здесь.

Софи старалась, а я никак не могла сконцентрировать на занятии. Мысли непослушно прыгали в голове, а тело не слушалось.

— Молодец, а теперь давай попробуем сделать гранд плие во второй позиции. Посмотри на меня, нужно соблюдать полную выворотность всей стопы.

Дрожащими ногами вышла на середину зала, чтобы Софи было лучше меня видно. Поставила руки во вторую позицию и плавно опустилась вниз. Взглянула на свое отражение в зеркале и снова услышала его голос:

— Моя Мия…

Горячее дыхание обожгло мою кожу и я вздрогнула всем телом. Я ощутила это так ярко, будто настоящую действительность. Казалось, что Алек стоял за моей спиной, но никого сзади меня не было. Тело запылало и тонкие струйки холодного пота потекли по моей спине. Это был не страх того, что я сошла с ума, нет. Это был страх того, что я снова ощутила в своей груди. Тепло… Тепло разлилось по мне. Только в эту самую секунду я осознала, что произошло прошлой ночью. Люк оставил меня одну вместе с тем, чье имя резало мне слух и чей голос обжигал всё мое тело огнём…

— Софи, ты отлично справилась, но сегодня мы закончим чуть раньше. Хорошо? — быстро произнесла я.

Девочка кивнула и сделала поклон, который был обязательной частью завершения занятия. Дождалась, пока дверь за моей спиной закрылась и буквально рухнула на пол. Свернулась калачиком и в панике обхватила руками плечи, не чувствуя собственного тела.

— Почему? Почему ты снова пришел в мою жизнь? — еле слышно проскулила я. — Почему ты так жесток со мной? Почему?

Алек

Больно, как же больно. Схватился за бок, который был перемотан бинтом. Чёрт! Глубже, чем всегда. Разум был немного затуманен, но я быстро прошелся глазами по комнате. На больницу не было похоже. Я лежал на большой кровати по пояс обнаженный с перевязанной раной. Попытался вспомнить как я сюда попал, но последнее, что осталось в моей памяти — как Люк подхватил меня под руки и потащил к выходу из VIP зоны одного из лучших ночных заведений Парижа.

Попытался встать и, к моему большому удивлению, это у меня получилось, хоть и несколько капель холодного пота выступили на лбу. Сел на кровать и осмотрелся вокруг. Я был в спальной комнате, которую никогда до этого не видел. Затаил дыхание и прислушался, но вокруг царила идеальная тишина, только был слышен гул от мимо проезжающих машин на улице. Встал на ноги, дошел до двери и осторожно приоткрыл её. Никого. Аккуратно стал открывать дверь за дверью — ванная комната, гардеробная, кухня и гостиная. Просторные апартаменты были абсолютно пустые. Сложно было не заметить, что их владелец обладал отличным вкусом. Вековой дубовый паркет, лепнина и даже камин. Светлые стены. Нет, не холодные иссине-белые, а такая золотая середина с теплыми персиковыми нотками. А винтажная, синяя мебель на деревянных ножках добавляла еще большего шарма. Апартаменты с обилием воздушного пространства и как бы это странно не звучало, но мне было в них приятно находиться и так легко дышать. Дошел до балкона… Как я и думал, это был один из османских домов с лучшим видом, который только можно было найти в Париже.

Люк не говорил мне, что у него есть такие апартаменты в центре Парижа. Не знал, что он романтик! Только истинный романтик может жить в такой квартире! И какого черта он припер меня сюда, а не в больницу?

Сделал глубокий вдох. Париж… На секунду мне показалось, что все звуки застыли в этом бодрящем, прозрачном воздухе. Так легко мне еще никогда не дышалось.

Острая боль снова пронзила моё тело, схватился рукой за правый бок. Чёрт, слишком глубоко вышло!

Неожиданно дверной замок щелкнул, я быстро встал рядом с дверью. В квартиру зашла девушка и быстро скинула со своих ножек туфли. Выдохнула, закинула голову назад. Я наблюдал за девушкой со спины. Хрупкая, такая изящная шея, каштановые волосы собраны в высокий пучок. Она вела себя, как хозяйка этого дома. Остановилась возле двери в спальную комнату, поднесла руку к дверной ручке, но так и не решилась ее открыть. Ушла в ванную комнату, я услышал шум воды.

Так! Нужно это прекращать! Пора узнать, что я делаю в её квартире!

Бесшумно зашел в ванную комнату и быстро закрыл ей рот рукой. К этому моменту девушка уже успела снять с себя длинную юбку, на ней осталось только черное боди и плотные черные колготки. Сказать честно, я немного удивился такому странному выбору наряда. Потащил её в спальную комнату. Она стала сопротивляться — бить своими кулачками меня туда, куда попадала и громко возмущаться. Точнее старалась это делать громко, но моя рука на её ротике ей этого не давала сделать. Хрупкая и такая строптивая! Такие как она чаще всего пахнут ванилью, но её аромат был не такой — от нее пахло дикой розой и чем-то ещё. Но вот чем я так и не смог понять. Такой притягательный и пленительный запах! Напомнил мне мой любимый аромат, но он был намного вкуснее в сочетании с запахом ее кожи. Как же классно она пахла, словно… Вот чёрт! Отпрыгнул от девушки, как от огня.

Мия…

Идеально собранные в пучок волосы растрепались и каштановые локоны упали на худенькие плечи.

Мия…

— С ума сошел? — выкрикнула она мне, откинув пряди со своего лица. — Ты не меняешься, чертов маразматик!

Девушка продолжила возмущаться, а я просто расплылся в идиотской улыбке и ни слова не мог больше произнести.

Мия! Это была моя Мия, только уже не та малышка и уже не моя.

Мия провела рукой по своим волосам и кинула на меня взгляд из-под ресниц.

— Привет, — промямлил я, немного виновато потерев рукой затылок. Кажется, я даже порозовел от такой неожиданной встречи, словно подросток.

Мия вздернула свою идеальную бровку вверх, скрестила руки на своей груди и посмотрела на меня, как на идиота. А я им и был! Через столько лет смог выдавить из себя лишь одно слово — никчемное “привет”! А ничего лучше я придумать не смог! Настоящий идиот!

— Но как так получилось? — тихо сказал я, ошарашенный от всего, что произошло. — Что я…

— Не задавай мне вопросы, я сама ничего не понимаю! — холодно ответила она мне. — Тебе лучше?

В ответ я кивнул. Я не мог говорить, я словно умалишенный изучал ее. Её всю. Каштановые волосы, персиковая кожа и те же бездонные зеленые глаза, в которые я влюбился в первую же секунду, как только увидел их. Она была такая же, как и пять лет назад, вот только немного хрупче и от этого мое дыхание стало прерывистым, я даже побоялся нормально дышать рядом с ней, словно находился рядом с редким, ценным экспонатом.

— У тебя есть номер моего брата? — немного дрожим голосом спросила Мия и я заметил, как под моим тяжелым взглядом порозовели ее щеки. — Я должна сообщить ему, что ты пришел в себя и чтобы он…

— Есть, но он был в моем мобильном, а у меня его нет.

— Чёрт! — прошипела Мия себе под нос, немного нахмурив бровки.

Я был ей противен. И я понимал это и принимал. Если для меня то время, что мы провели вместе стало самым прекрасным подарком судьбы, то для нее это безусловно не было приятным периодом.

— Не переживай, я не стану тебя стеснять и…

— Нет, — быстро перебила она меня и моё сердце в этот момент замерло. — Я пообещала Люку, что ты будешь рядом со мной и что ты будешь в безопасности.

— Ты будешь защищать меня? — не смог сдержать своего удивления я, а Мия снова нахмурилась.

— Это Люк так решил, не я. И нам придется побыть вместе, пока мой брат не вернется. Какой бы нам эта идея не казалось!

Побыть с ней? Вот это да! Да я все эти годы мечтал об этом! Все эти чертовы годы я закидывался снотворными в надежде увидеть ее и побыть с ней, хотя бы в моих снах. Какая превосходная идея, кажется я стал большим должником Люка!

Мы снова замолчали и стали пристально смотреть друг на друга. Её милое личико было таким безэмоциональным, но глаза выдавали Мию — как только они встречались с моими, ободок глаз краснел и она быстро опускала их в пол.

Если бы ты только знала, как мне жаль, малышка. Если бы ты только это знала…

— Кажется, пора обработать твою рану, — прервала наше молчание Мия.

— Я сам могу справиться, не в первый раз.

— Как хочешь, — пожала плечами Мия, но из комнаты так и не вышла. Отвернулась лицом в большому окну и распахнула его. Сделала глубокий вдох. Кажется, в отличии от меня, Мии идея Люка не нравилась и от этого я ощутил, как тупая боль сдавила мою грудь. Я всё еще помнил тот взгляд, которым она смотрела на меня в тот последний день. Взгляд полный презрения и отвращения.

Опустился на кровать, откинулся назад и аккуратно размотал несколько слоев бинта.

— Чёрт, — как можно тише прошипел я, немного поморщившись от боли.

— Давай, я всё-таки помогу тебе! — Неожиданно для меня Мия развернулась и подошла к кровати.

— Не нужно, Мия. — Попытался остановить её я. — Я неприятен тебе и я это знаю.

— Но я не могу бросить тебя, не могу позволить тебе умереть.

Не смог сдержать своей улыбки, когда она не стала даже ждать от меня ответа и забрала у меня из рук бинт.

— Как так вышло? — спросила она меня, открыв пачку с чистым бинтом.

— Потерял сноровку.

— Ты просто стареешь, Алек!

Ох уж эта маленькая стервочка! Она всё так же жила в ней и я не смог сдержать своей улыбки. Причем, довольной улыбки!

— Не думал, что пора с этим заканчивать?

— Ты мне не поверишь, но именно об этом я и думал последние несколько месяцев!

Мия склонилась надо мной и ее каштановые локоны коснулись кожи на моем животе. Лёгкий электрический разряд пробежал по моему телу. На какие-то секунды мне показалось, что сердце перестало биться. Я вспомнил, как мои пальцы тонули в ее густых волосах, нежно перебирали их, а она от удовольствия закрывала глаза и тихо шептала моё имя. Так нежно, как никто до нее этого не делал.

— Как ты… живёшь? — немного хрипловатым голосом спросил я её, в надежде, что она подумает, что мой голос изменился из-за физической боли, а не душевной.

— Хочешь поговорить о моей жизни?

— Почему бы и нет? Мы столько лет, кхм, не виделись.

— У меня все хорошо, Алек.

У нее всё хорошо. Без меня.

— Ммм, — застонал я и сам не понял почему мне стало так больно.

А Мия подумав, что мне стало больно от того, что она нанесла лекарственный раствор на мою рану, стала дуть на нее, успокаивая меня, словно маленького ребенка, что скоро перестанет щипать. Но сделала только хуже — её забота ко мне вызывала еще большее отвращение у меня к самому себе.

— Я рад, что ты сделала так как я тебе посоветовал, — сказал я Мии, взяв ее за руку прежде чем она решила отойти от меня. — И я рад, что ты счастлива. Я рад за тебя, Мия.

— А ты? Ты счастлив, Алек?

— Да.

Руки Мии дрогнули, она подняла на меня свои бездонные зеленые глаза. Что это? Слезы? А потом быстро отвела их от меня. Молча, забинтовала мою рану и вышла из комнаты, не сказав мне больше ни единого слова.

Ну и идиот! Зачем? Зачем я соглаг ей?

Мия

Он был счастлив. Всё это время он был счастлив без меня! Без меня!

Закрыв за собой дверь, я прижалась к ней спиной, попыталась отдышаться. Как же мне больно снова видеть его глаза и слышать его голос. Голос, который произнес те самые слова, которые жирной черной линией перечеркнули все мои чувства к нему. Чувства, которые я закрыла в самом потайном месте своего сердца, а зря! Нужно было как можно быстрее избавиться от них! Какая же я идиотка…

Грудная клетка сжималась от нехватки кислорода. Я слишком много плакала из-за своих чувств к Алеку. И тогда, поднимаясь по трапу самолета, я дала слово сама себе, что это было в последний раз. И я сдержала обещание — ни одна слеза не упала, ни одна! Но стоило мне только заметить на улице мужчину, который хоть немного напоминал мне его и моя душа начинала тонуть в слезах отчаяния.

В голове предательски стали мелькать образы того, как я впервые увидела его рядом с собой в одной постели и его спонтанный поцелуй. А ещё рыжие густые волосы, в которых тонули его пальцы. И меня замутило от этих мерзких воспоминаний.

— Мия… — послышался неуверенный голос Алека за своей спиной и я съежилась. — Мия, ты плачешь?

Плачу? Я уже разучилась это делать! Развернулась к нему, мгновенно надев улыбку.

— Нет. Почему я должна плакать?

Мой вопрос и холодный тон застали мужчину врасплох, Алек пару раз попытался что-то сказать, но постоянно останавливался.

— Ты, наверное, голодный? — быстро спросила я его, не желая больше копаться в деталях нашего прошлого. — В ресторане напротив подают отличный прованский салат с артишоками и крем-суп с луком-пореем. Я закажу доставку.

На мое предложение Алек немного скривился, а потом присел за обеденный стол. Расслабился в лице и довольно трогательно-ностальгично мне улыбнулся. Чёрт! Это плохо! Если он будет смотреть на меня вот так, то это ничем хорошим точно не закончится!

— Я помню твои блинчики, — сказал Алек до странного спокойным голосом.

— Тебе они не понравились, — холодно я буркнула в ответ, но моих губ коснулась легкая улыбка, стоило мне договорить и посмотреть на него. — Я больше не готовлю блинчики.

Не готовлю, но все еще помню, как я волновалась. Ведь я впервые готовила для него, а он так пристально наблюдал за мной и мои руки ходили ходуном. Кажется, даже забыла соль добавить!

— Теперь ты танцуешь. — Прозвучало больше похоже на утверждение, чем на вопрос. — Превосходно танцуешь, но и…

— Уверена, что за эти годы тебя кормили намного лучшим завтраком, чем был мой, — перебила я Алека.

— Нет, Мия. Ты ошибаешься. Ты так и осталось единственной, кто готовил для меня завтрак. И я хочу, чтобы ты знала, что я солгал тебе, Мия.

Мог бы и не говорить мне об этом! Я и так знала, что всё что он говорил мне была ложь!

— О чем ты? В чем ты солгал мне?

— О блинчиках. Они были превосходны.

После этих слов Алек резко подорвался с места и подошел ко мне вплотную.

Нет! Чёрт! Слишком близко…

Но я не отвела от него взгляда, мне пришлось запрокинуть голову выше, чтобы посмотреть в его глаза. Сердце в груди замерло, но не от страха, нет. Я никогда не боялась Алека, я просто не могла дышать ровно, когда он был так близко ко мне. И за эти годы ничего не изменилось. Ничего!

— Мия, — хриплым голосом начал он. — Я хочу, чтобы ты знала, блинчики были единственными в чем я солгал тебе.

— Не нужно, Алек. Всё это не нужно и уже неважно. Больше ничего неважно. Всё что было осталось в прошлом.

После моих слов широкая грудь мужчины заходила ходуном, так тяжело и часто Алек задышал. И в отличии от него мне было чертовски больно сделать хотя бы один вдох, я практически не дышала, когда ощутила на себе жар от его тела. Он наклонился еще ближе и пока я решала, куда мне сделать шаг, чтобы отойти от него, Алек расставил руки по обе стороны от меня и прижал к кухонной столешнице.

Запах… Я обожаю аромат его духов, но в сочетании с телом этого мужчины голова начинает кружиться и всё что я хочу, как можно чаще делать вдох.

— Алек, я прошу тебя… отойди от меня, — выдала я дрогнувшим голосом.

— Мия… Все эти годы я…

— Прошу тебя. Отойди от меня, — не дала я возможности Алеку снова запудрить мне мозги. Стоило мне дать себе слабину, всего одну и наполнить свои легкие его ароматом, и я бы снова не смогла контролировать себя. А этого нельзя было допускать! Не при каких условиях нельзя запускать его в свою жизнь! — Помни, Алек, ты здесь не по моему желанию, а только потому что мой брат попросил меня об этом.

— Мия… — с особой болью произнес он и его рука поднялась над моей головой, он хотел погладить меня по волосам.

— Не прикасайся ко мне. Не смей трогать меня, — тихо предупредила я его. — Ты мне противен, Алек.

От этой лжи мне стало больно, так больно что я стиснула зубы. Хотела ли я этим причинить ему боль? Нет. Я просто пытаюсь уберечь себя.

Алек резко остановился, когда я отвернула лицо от него. Пальцы сжались в кулак, Алек тихо зарычал и рука медленно опустилась вниз. Моё тело дрогнуло то ли от того, как быстро Алек послушал меня и сделал несколько шагов назад, то ли от внезапного звонка в дверь.

— Ты ждешь гостей? — спросил Алек.

— Нет. Может это Люк? — выкрикнула я, побежав к двери. Взмолилась в надежде, что это был именно он.

— Мия, остановись! Открою я! Так будет безопаснее! — Алек перегородил мне путь и сурово нахмурил брови.

— Нет! Ты не будешь открывать дверь моего дома. Я сама ее открою! — Моя реакция Алеку не понравилась. — Алек, отойди уже!

Решительно протиснулась к двери, наградив мужчину грозным взглядом, но, кажется, он как всегда меня не испугался…

— Жан? — выкрикнула я, увидя молодого француза с бутылкой вина в руке.

— Привет. — Подмигнул мне Жан.

— Что ты тут делаешь?

— Я купил бутылочку белого вина и мы так и не успели принять ванну с лавандовой солью, потому я решил, что нужно это исправить!

— Жан? — переспросил Алек, резко возникнув за моей спиной.

— Мия, у тебя гости? То есть гость, — буквально подавился воздухом Жан, быстро оценив глазами Алека с ног до головы и обратно.

— Познакомься, Жан. Это… это..

Ну вот кто он мне? Чёрт! Алек словно был создан для того, чтобы все портить в моей жизни!

— Мия — моя племянница, — ответил вместо меня Алек, ухмыльнувшись.

— Что ты несешь? — еле слышно прошептала я Алеку в ответ.

— Вы — дядя Мии? — Удивился слегка растерянный Жан.

— Да, Алек — брат моего отца. Вот был проездом и решил навестить меня, у него тут есть некоторые дела в Париже и я предложила ему пожить у меня. Зачем он будет останавливаться в этих дорогих отелях? И он не понимает французский, Жан, поэтому…

Что я нанесла? Бред! Но это была самая лучшая импровизация в моей жизни и кажется, Жан поверил мне.

— Спасибо, что породнила меня с этим мудаком, — незаметно шепнул мне на ухо Алек. — И я знаю французский язык в идеале.

Закатила глаза, за что сразу же Алек мне сделал тихое замечание, напомнив, что это невежливо, особенно по отношению к своему дядя. На последнем слове он ехидно улыбнулся мне.

— А вы кто? — спросил Алек на французском, начав играть роль моего строгого дяди.

— Жан. Жан Фреро, — быстро отозвался Жан, протянув руку. Алек сразу же пожал ее в ответ.

— Так кто Вы Мии, Жан Фреро? — Рукопожатие Алека слегка затянулось. Крепкая рука так сильно сжала руку Жана, что худощавые пальцы побледнели. — Коллега?

— Он мой парень. Мой молодой человек! — ответила я вместо Жана.

Вот же ляпнула! Что только не скажешь в порыве бешеной злости и обиды! И стоило мне только произнести эти слова, как Алек сразу же изменился в лице.

— Парень? — спросил меня Алек, не сводя глаз с Жана. Дружелюбности в его взгляде точно не было. И я уже пожалела, что ляпнула то, что ляпнула. Никто не мог точно знать, что у Алека на уме и я никогда не была исключением!

— Практически жених, — ехидно ответила я, взяв растерявшегося Жана под руку.

Вот дура же!

— И хочешь сказать, что у вас всё серьёзно? — снова обратился ко мне Алек, так и не выпустив руку Жана из своей руки.

— Очень! — Да, как так? Что со мной происходит? Почему я несу бред? — И мы любим друг друга! Ну что, Жан? Поехали?

— Куда? — спросил меня Жан.

— Мы ведь хотели провести этот вечер вместе в ресторане, где подают отличный прованский салат.

— Куда ты собралась? — шепнул мне на ухо Алек, схватив за локоть.

— Я еду в ресторан со своим молодым человеком.

Жан растерянно похлопал ресницами, когда я попросила подождать меня в машине, но быстро выполнил мою просьбу, попрощавшись с моим так называемым дядей.

— Ты не пойдешь с ним никуда! — выкрикнул Алек как только дверь закрылась.

— Это ещё почему?

— Потому что… я так сказал, Мия!

— Не смей командовать мной! Отпусти мою руку и запомни, что я больше не твоя. Не твоя!

Крепкая хватка Алека ослабла и я как можно быстрее вышла из своей квартиры, громко хлопнув дверью перед носом разгневанного мужчины.

Алек

Гнев лавой тек по моим венам. Казалось, чтобы успокоиться мне нужно засунуть голову в холодильник, да и то это бы не помогло мне.

Выбежал на балкон и как умалишенный стал искать ее глазами. Вот она! Этот тип деликатно приоткрыл дверь машины перед Мией. Словно почувствовав мой взгляд на себе, Мия замерла и подняла глаза на балкон своей квартиры. Оставила свой взгляд на мне.

— Не уезжай с ним, малышка… Нет, — беззвучно стал молить я её. А она без грамма сожаления опустила глаза и поспешно села в его машину.

Конечно, она не могла услышать меня, хотя я прекрасно понимал, что даже если ей удалось бы прочитать слова по моим губам, она бы всё-равно села в его машину.

Ну и сукин сын! Галантный сыкин сын! Галантный, твою мать!

Моё сердце стало набирать обороты и таранить грудную клетку. Закрыл глаза и крепко сжал челюсти, чтобы сдержать крик моей разъяренной души.

Вот ведь твою мать! Как? Как она могла выбрать его? Что она в нём нашла? Да я бы мог вырубить его одним ударом головы, если бы захотел! А этот шарфик на его шее… Ладони зачесались от неконтролируемого желания как можно туже затянуть на его шее шарфик.

А еще он полный идиот! Только идиот мог поверить в ту историю, которую сочинила Мия. Да и я не очень уж отличился умом! Ну какой я ей дядя?

Или я действительно так стар для нее? Чёрт!

Повернулся лицом к большому зеркалу и отшатнулся назад. Впервые я сам ужаснулся себе же. Еще никогда не видел себя настолько разгневанным и растерянным одновременно…

Я места себе не находил — ходил из комнаты в комнату, словно разъяренный лев в клетке, который жаждил охоты. Зачем-то стал сравнивать себя с этим мальчишкой и по каждому пункту этот французишка обходил меня.

— Она же вернётся? Она же не останется с ним на эту ночь? — вслух спросил я сам себя. — А если не вернется? А если этот тип увезёт её в свой дом? Твою мать!

Мои ноги задрожали и мое состояние действительно не на шутку напугало меня. Я еще никогда не ощущал такого страха. Никогда в своей жизни!

Медленно опустился на пол и схватился руками за голову. Впервые я не знал, что делать. Я понятия не имел, что мне нужно сделать.

— А если он уже прикасался к ней? К моей Мии! — спросил я сам себя и тут же ответил на свой вопрос.

Конечно, он прикасался к ней!

Всё, что я хочу — как можно сильнее дать его башкой об этот красивый камин.

Какой же я был идиот… Зачем? Зачем я только отпустил ее?

Все эти годы я искал другую с таким же цветом глаз и запахом тела, но все было безрезультатно. Она неповторима. Я слишком поздно понял, что ни одна женщина не сможет мне её заменить.

Я каждый день на протяжении пяти лет пытался убедить себя, что мы не нужны друг другу, что нам хорошо жить той жизнью, где мы друг для друга чужие люди, но всё это время в моем столе хранились журналы с её фотографиями, которые я пересматривал, как конченный маразматик!

Зачем? Зачем я погружал себя в самообман? Ведь невозможно стать чужими, если вы искренне любили. А я любил её. Я до сих пор ее люблю и это не изменить. Не исправить! Память не стереть! Мой разум никогда не сотрет ее, мое тело никогда не забудет её! Ведь стоило ей коснуться меня… Чёрт! Мурашки снова пробежали по коже. Всё время я убеждал себя и её что мы — неправильно, но нет! Мы — единственное правильное, что было в наших жизнях!

И я не позволю какому-то там Жану встать у нас на пути! Нам нужно поговорить и лучше всего в непринужденной обстановке! Она же хотела поужинать, вот я и устрою ей этот самый ужин! И может тогда она позволит мне доказать ей, что мы — правильно…

Набросил на свои плечи пальто, которое Мия аккуратно накинула на спинку стула возле кровати и выбежал из её квартиры. Я понятия не имел куда мне нужно было идти! Но я должен был достать этот чертов суп и салат, про которые она говорила мне.

Вбежал в первых ресторан, который попался мне на пути.

— Добрый день! — немного запыхавшимся голосом сказал я на французском. — Крем-суп с луком пореем и салат с артишоками подают у Вас?

— Нет, месье. Могу предложить Вам…

Не стал даже слушать продолжение и побежал в следующее заведение, которое было в нескольких шагах.

— Добрый день! — снова начал я только уже не стал проходить в зал, а обратился сразу к девушке хостес. — Крем-суп с луком пореем и салат с артишоками подают у Вас?

— Простите, месье, Вам подадут меню в зале и Вы сможете выбрать всё…

— Крем-суп с луком пореем и салат с артишоками подают у Вас? — повторил я свой вопрос, только уже разгневанным голосом.

Девушка похлопала своими густыми ресницами и остановилась глазами на моей ране, которую было видно из под приоткрытых пол пальто. Да! Я не нашел своей рубашки! Видок точно, как у сумасшедшего, а впрочем я им и был! Взяв небольшую паузу, девушка всё-таки настояла над тем, чтобы я прошел вовнутрь. Мне ничего не оставалось, как присесть за столик и дождаться официанта.

— Крем-суп с луком пореем и салат с артишоками подают у Вас? — скрепя зубами произнес я, когда ко мне наконец-то подошел молодой парень в форме официанта.

— Простите, месье, но этого у нас нет. Зато у нас есть прекрасный стейк с луком шалот!

— Вы издеваетесь все надо мной? — выкрикнул я так громко, что все посетители заведения обернулись в мою сторону. — Мне нужен этот чертов суп и салат!

И тут один пожилой француз, который сидел за соседним столиком крикнул мне:

— Пару домов вперед. Ресторан Меро. Там ты найдешь то, что ищешь!

Поблагодарив незнакомца, я сломя голову побежал в этот чертов ресторан Меро. Около часа я ждал своего заказа, а потом с довольной улыбкой вынес из ресторана большой пакет с едой. Запах был так себе и поэтому я решил, что-то добавить от себя. По дороге обратно, увидел кофейню и решил зайти в нее.

Я помнил, что у моей Мии была слабость к десертам.

— Добрый день! У вас есть зеленый чай и блинчики с кленовым сиропом? — выкрикнул я, подлетев к молодой девушке возле кофемашины.

— Нет, месье. — Растерянно похлопала ресницами она в ответ.

— Такого быть не может! — возмутился я. — Разве к Вам не заходит на завтрак Мия?

— Мия? К нам заходит много девушек, но они редко представляются, — улыбнулась девушка в ответ, протянув картонный стаканчик мужчине, который сделал заказ раньше меня. На его стаканчике было выведено имя.

Она точно должна была запомнить её имя!

— Нет, её Вы точно должны были запомнить! — попытался прояснить я. — У нее каштановые локоны и глаза цвета изумруда.

Бариста лишь равнодушно пожала плечами в ответ.

— Девушка, Вы ее должны знать! Она превосходная танцовщица!

— Вы преследуете её? Вы её фанат?

Фанат? Я еще хуже! Я помешан на ней!

Девушка сжала губы в узкую полоску, прошлась по мне оценивающим взглядом и принялась брать заказ у другого клиента. Я взглянул на маленькую карточку у нее на груди. Одри.

— Одри, прошу Вас, помогите мне, — снова попробовал я. — Просто скажите, что она заказывает у вас?

— Она берет фруктовый смузи с витграссом.

— С чем? — не смог сдержать своего удивления я.

— Это порошок из ростков пшеницы, месье.

Название напитка прозвучало словно на неземном языке. Я поморщился представив, как это отвратительно на вкус.

— Не может этого быть! Вы точно не с кем не перепутали мою Мию?

— Нет, сэр. Мию Стивенс невозможно не с кем перепутать.

Её имя в сочетании с моей фамилией оказалось таким идеальным сочетанием, что аж тело завибрировало.

— Мия Стивенс, — повторил я, вспомнив как впервые увидел это идеальное сочетание в ее новом паспорте. — Как бы она не сопротивлялась, но она всегда была моя… Только моя!

— Так сделать смузи? — снова обратилась ко мне Одри.

— Да, если она его любит…

Её не было уже больше двух часов. Что так можно долго делать в ресторане? Картинки стали сразу появляется у меня перед глазами, что можно делать… Чёрт! Сделал глубокий вдох. Лучше мне не думать об этом!

Я сидела на диване и смотрел на еду, которую я переложил в красивую посуду и расставил на столе в гостинной комнате. Вспомнил, как впервые решил накормить Мию завтраком и чем это всё закончилось… По телу растеклось тепло — в тот день Мия стала моей, может и в этот раз всё закончится именно так?

Дверной замок щелкнул и я подскочил на месте. Подлетел к двери и увидел Мию, а рядом с ней и этого французика.

— Очень рад был с Вами познакомиться! — выкрикнул мне Жан и снова вцепился в мою руку. — Не переживайте, сегодня я вел себя прилично!

— Что? — не сдержал я себя, вырвав свою руку, но Мия вовремя встала между нами.

— Дядя, не обращай внимание! У Жана особое чувство юмора!

Заметя мою реакцию, Мия вытолкнула своего французика из квартиры, пообещав позвонить ему завтра. И правильно сделала! Еще несколько секунд и это были бы последние слова в его жизни!

— Что это только что было? — прорычал, напугав самого себя хриплым голосом. Таких низких нот я не выдавал даже, когда мы с братьями пытались заставить подрядчика моего отца подписать контракт на абсолютно невыгодных для него условиях.

— Ты сам сказал, что я твоя племянница, — спокойно ответила мне Мия, взяв в руки домашние тапочки.

И я только в эту секунду заметил в ее руках большой букет белых роз. Она прошла с ним в гостиную и поставила цветы в вазу с водой. На самое видное место — на камин. Ощутил неконтролируемое желание выбросить этот букет в мусорное ведро.

Чёртов французишка! Надеюсь, завтра они уже завянут!

— Ты поддержала эту идею! — выкрикнул я Мии, переведя взгляд с этого веника на девушку.

— А что я должна была сказать? Правду?

— Да!

— Мне нужно было рассказать ему кто ты такой на самом деле?

— Я имел ввиду не эту правду!

Мия развернулась и наконец-то посмотрела на меня. Ох уж этот взгляд! Внутри аж всё замерло! Казалось, она могла убить им, а я бы был не против умереть на ее руках. Лишь бы рядом с ней!

— А какую? — выкрикнула она, вплотную подойдя ко мне. — Мне нужно было рассказать, что ты — тот самый мудак, который развлекся со мной, а потом быстренько купил мне билет в другую страну, чтобы я больше не мешалась?

— Всё было не так!

Обхватил её хрупкое тельце руками и еще крепче притянул к себе. Вот не выдержу и просто поцелую ее. Просто закрою её рот этим поцелуем и будь что будет!

Наклонился вперед и кончики наших носов соединились.

— Всё было не так, Мия, — прошептал я в её приоткрытые губы. — Не так…

И тут она резко вырвалась из моих рук. Чёрт! А оставались всего какие-то миллиметры!

— Хватит, Алек! Я устала. И уже неважно, как всё было!

— Важно! Еще как важно!

Всё что было между нами — важно!

— Что это? — выкрикнула мне Мия, отвернувшись от меня.

Чёрт! А я уже забыл о том, что хотел встретить ее не так!

— Я хотел поужинать с тобой.

— Поужинать?

— Я подумал, что ты голодная.

Мия прошлась глазами по еде на столе и я заметил, как уголки ее губ растянулись в улыбке, но лицо осталось бесстрастным.

— Надеюсь, ты это не сам готовил и моя кухня не пострадала?

— Куда мне неудачнику!

— Хорошо, — неожиданно сказал мне Мия, присев за стол. — Давай поужинаем.

Не поверил в то, что она согласилась! Забыв уже о том, что пару секунд назад мое лицо пылало от злости на нее, я растянулся в довольной улыбке и как можно быстрее сел напротив неё.

Вкус был неплохой, а если чуть правдивее, то отвратительный. Я еле сдержался, чтобы не выплюнуть все обратно в тарелку. Проглотил и широко улыбнулся Мии.

— Ну как? — спросила меня Мия, а я заметил дьявольские огоньки в ее глазах.

С чего бы это?

— Вкусно. Очень вкусно, — ответил я ей и положил в свой рот очередную ложку с супом, который больше напоминал мне продукт жизнедеятельности новорожденного.

— Тогда я уверена, что ты не оставишь ничего в своей тарелке.

Вот черт! И мне пришлось давиться этим супом, потому что его любила Мия.

— Алек! — неожиданно сказал она, в тот момент, когда я доел этот отвратительный суп.

— Да?

— Кажется, тебя сейчас стошнит!

И что это было? Она хихикнула?

— Ты права! Я больше не могу! — наконец-то сказал я правду.

— Конечно не можешь! Этот суп отвратительный!

И тут Мия громко и весело рассмеялась. Так, как всегда делала. Звонко. И я засмеялся за ней.

— Ах, ты! Ты специально это сделала? — выкрикнул я, как можно дальше отодвинув от себя тарелку с супом.

— Было смешно наблюдать за тобой, но я и правда всегда ужинаю им!

— Зачем? — Мой вопрос стал для Мии настолько неожиданным, что ей потребовалось время на поиск ответа.

— У меня особый режим. Я должна питаться правильно.

— Оно того стоит? — аккуратно поинтересовался я.

— Ты еще спрашиваешь? Танец — моя жизнь. У меня больше ничего нет, кроме него.

Я поднял на нее глаза и увидел ту самую Мию, которую знал раньше. Она не носила высокий пучок, не хмурила так часто брови и делала всегда то, что хотела. Её щёки стали розовыми, а изумруды в глазах заблестели. И я почувствовал особое удовлетворение от того, что это сделал я. И я готов был снова отравить свой организм этим мерзким супом, лишь бы опять услышать ее смех.

— А знаешь, я рад, что смог помочь тебе получить то, о чем ты так мечтала. Я рад, что ты правильно распорядилась теми деньгами.

Не успел закончить, как Мия резко встала из-за стола и ушла в свою спальную комнату, а потом вернулась, держа в руках тот самый черный конверт.

— Всё это время я хотела сделать две вещи, Алек — отдать тебе твои чертовы деньги и спросить тебя лишь об одном: как ты только посмел заплатить мне?

Мия швырнула черный конверт и все его содержимое выпало на стол прямо перед моим носом. В нем не оказалось только паспорта и моего письма.

— А еще я хочу, чтобы ты знал, что я не потратила ни копейки! Я всего достигла сама, без твоей помощи! Хотя, ты помог мне — я бы никогда сама не купила себе билет, я бы не уехала от тебя по своей воли.

Мия держалась из последних сил! Я видел, как задрожали ее руки и как она прикусила нижнюю губу, чтобы только не расплакаться при мне. И я ненавидел себя за это.

— Малышка, — буквально простонал я, сделав несколько шагов к ней.

— Не смей так называть меня!

— Неужели, я смог бы оценить тебя и всё что было между нами?

— Но ты это сделал, Алек!

И она снова демонстративно закрыла дверь перед моим носом, скрывшись в ванной комнате. Мой план с треском провалился.

Мия

Горячая вода смывала мои слезы. Только тут мне можно плакать — мои рыдания тщательно замаскированы. Он был в моей жизни всего несколько дней, а я провела больше получаса в душе, рыдая из-за него. И я не хотела, чтобы он увидел меня в таком состоянии.

Я снова рыдала из-за него. Все эти годы я считала, что у меня сформировался иммунитет к Алеку, но это был лишь самообман.

— Мия, Люк скоро вернется и это всё закончится! — попыталась я сама успокоить себя. — Это просто нужно пережить, просто пережить…

И к чему это всё приведет я не знала, но будет или очень плохо, или слишком хорошо.

Когда слезы перестали литься и во мне снова осталась лишь гнетущая, ноющая боль, я выключила воду, ступила на пушистый коврик, обернула вокруг себя махровое полотенце и прежде чем выйти обернулась к своему отражению в большом зеркале. На меня смотрела девушка с красными, опухшими глазами.

Ну что тут скрывать? Да! Алек воспользовался моим телом, разбил мне сердце, украл мою душу, а потом выкинул ее в мусорное ведро, но у меня всё ещё была моя гордость. И эта гордость потихоньку убивала меня, ведь если бы не она, я бы уже давно упала в его объятиях, забыв обо всем, простив ему всё.

Чёрт! Забыла взять сменное белье! Завернулась туже в полотенце и аккуратно приоткрыла дверь ванной комнаты, осмотрелась по сторонам. Алека увидела на балконе — он молча смотрел в пустоту перед собой, а возможно наслаждался видом погрузившегося в сон Парижа. Точно я не знала, да и откуда мне знать? Мы давно стали друг для друга чужими людьми. Незаметно, буквально на цыпочках прошла в гардеробную — нет никакого желания пересекаться с ним.

Встала на носочки и потянулась к моей любимой шелковой пижаме цвета спелой вишни, но вместо коротких шортиков и топа на меня вывалилась большая часть вещей, которая лежала на верхней полке — часть упала мне в руки, другая на пол, что-то свалилось в буквальном смысле мне на голову.

— Вот чёрт! — громко выругалась я, случайно выпустив полотенце из своих рук. — Чёрт! Чёрт!

— Мия, у тебя всё хорошо? — услышала я встревоженный голос Алека, а потом увидела и его самого.

Его голубые глаза застыли на мне, а точнее на моём полностью обнаженном теле. Я должна была прикрыть себя руками, но я точно также зависла на нем, как и он на мне. Мы стояли друг напротив друга и смотрели глаза в глаза, не отрываясь. Спустя несколько напряженных секунд молчания, его грудь заходила ходуном, будто он только что пробежал кросс и голубые глаза вспыхнули.

Этот взгляд… Чёрт! Я все еще помню этот взгляд. Взгляд, от которого в горле пересыхало, а дыхание перехватывало. Взгляд, от которого даже в самую холодную, морозную ночь становилось настолько жарко, что хотелось сорвать с себя всю одежду и будь, что будет, лишь бы в его объятиях!

Голубые глаза опустились на мою обнаженную грудь и я нервно сглотнула. Проклятье! Ну какого черта? Почему? Почему рядом с ним я всегда теряю контроль над своим телом? У меня просто физически не получается сопротивляться ему…

Не сдержалась и посмотрела на его губы, которые приоткрылись — он словно хотел что-то сказать мне, но у него ничего не выходило. Даже с такого расстояния я кожей почувствовала тепло его тела. Он сделал шаг ко мне и я машинально подалась вперед… к нему. Мы замерли друг напротив друга. Голодные, переполненные желанием глаза заскользили по моему нагому телу, от чего в мою грудь ударила неожиданная приятная волна. Мое тело стало пожирать пламя и я до боли прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать от отчаяния, на что Алек резко и шумно выдохнул. Сделал несколько уверенных шагов ко мне.

— Нет, Алек! Не подходи ко мне! — выкрикнула я, осознав, что может произойти, если я позволю ему хоть еще на один сантиметр приблизиться ко мне. — Остановись!

Прикрыла свою обнаженную грудь руками. Я попыталась хоть как-то докричаться до Алека, но его разум словно завис. Он вплотную подошёл ко мне. Между нами оставалось буквально несколько сантиметров.

— Алек! — снова выкрикнула я. — Нет!

Но его руки уже обхватили мое лицо и когда пальцы скользнули по моим щекам и едва ощутимо коснулись шеи, я почувствовала приятный трепет внизу живота. И это не физическое желание, нет. Это те самые чертовы бабочки! Закрыла глаза, позволив себе насладиться нежностью его прикосновений. И Алек, конечно же, расценил мое поведение, как согласие.

Он наклонился ко мне и обжёг неожиданным поцелуем мои губы. Горячо и властно, только он мог так целовать меня! И мое тело предательски обмякло под его напором. Ничего за эти годы не изменилось… Ничего!

— Мия… — выдохнул он в мои губы, когда нам потребовалось сделать вдох. — Как же я скучал по тебе, моя малышка. Всегда только моя малышка.

Его голос вернул меня в реальность и слезы потекли по моим щекам — чувство пустоты и обиды вернулись. Какие же это неприятные ощущения: и себя жалко, и отомстить ему охота, и так хочется простить его и быть с ним до ломоты в теле!

Была твоей… Я была твоей, пока ты не предал меня!

— Что ты делаешь? Убери свои руки от меня и больше никогда не смей прикасаться ко мне и тем более целовать без моего разрешения! — полушепотом выкрикнула я ему, резко оттолкнув его от себя. — Зачем ты делаешь мне только больнее? Каждое твое прикосновение приносит мне боль! Ты противен мне или ты забыл об этом?

Сама не поняла откуда во мне появилось столько силы и смелости, чтобы произнести эти слова.

Алек поднял на меня глаза и посмотрел так, словно пару секунд назад я нанесла ему ранение ножом в грудь. Я знала, что физической боли Алек не боится, но мои слова вошли куда глубже, чем могло бы стальное лезвие — они ударила ему прямо в душу.

— Я помню, Мия, — сухо произнес Алек, но я слышала как задрожал его голос.

Он быстро отошел от меня, поднял мое полотенце с пола и протянул его мне в руки. Повернулся ко мне спиной.

А я как можно быстрее замотала свое тело в махровую ткань и тихо выдохнула. Мурашки по телу пробежали от осознания того, что я даже пикнуть не успела, как снова оказалась в его руках. Дура! Какая же я дура!

— Мия, я могу… посмотреть на тебя?

— Да.

Но лучше этого не делать!

— Я помогу тебе прибраться.

— Не нужно. Я сама справлюсь, — быстро ответила я, став собирать разбросанную одежду с пола. — И я не хочу, чтобы ты помогал мне.

Но вопреки моему желанию, Алек присел рядом со мной и мы одновременно схватились за одну и туже вещь. Это была та самая футболка Алека. Футболка, которую я так и не осмелилась выкинуть. Футболка, в которой я спала, когда терпеть эту жизнь без него мне становилось невыносимо. Алек сразу узнал её. Быстро выхватила ее у него из рук и убрала на место.

А потом как можно скорее выбежала из гардеробной, прихватив с собой ту самую пижаму цвета спелой вишни. Будь она неладна!

Забежала в спальную комнату, села на кровать и накрылась одеялом с головой. Мне нужно как можно скорее выкинуть этот поцелуй из своей головы, а еще лучше выбросить этого мужчину из своего сердца, но это невозможно — моя постель пахла Алеком. Закрыла глаза и глубоко втянула его запах, а потом осознав, что поступила, как истинная дура, быстро откинула одеяло как можно дальше от себя — на пол.

— Мия? Я могу войти? — От голоса Алека я вздрогнула и быстро скинув махровую ткань с головы.

Черт! Конечно же нет! Ты не можешь войти, потому что это будет слишком интимно и я боюсь, что снова дам себе слабину и сама кинусь к тебе на шею, чертов мерзавец!

— Да, конечно! — ответила я.

Алек аккуратно прошел в комнату, а я попыталась сделать вид, что тот поцелуй ничего не значил и мои колени не ходили ходуном, и сердце не трепетало и…

— Я перешел черту, которую не должен был переходить. — суровый голос Алека прервал дикие пляски моих мыслей. — Я повел себя как идиот, понадеявшись, что ужин и этот поцелуй смогут что-то исправить. Прости меня, Мия.

Алек нервничал, но был серьезен, как никогда ранее, потому что знал что его слова поставят жирную точку в наших отношениях.

— Я понимаю, что мне никогда больше не занять место в твоем сердце и я вижу, как воспоминания о том времени, когда мы были… кхм, вообщем, они приносят тебе боль. И поэтому я обещаю, что выполню твою просьбу — я никогда больше не прикоснусь к тебе, Мия.

Я должна была обрадоваться том, что пообещал мне Алек, но почему-то почувствовала сожаление, хотя все эти годы и не имела надежды на то, что мы когда-нибудь еще будем вместе.

— Возможно, мы сможем забыть все, что было между нами, — продолжил Алек. — И станем просто общаться… как хорошие знакомые.

Стоп! Что он только что сказал?

— Знакомые? — не смогла скрыть своего удивления я.

— Может друзья?

— Друзья? — неожиданно выкрикнула я, подскочив на ноги.

От Алека я могла ожидать всё что угодно, но не это. Только не друзья!

— Да. Так будет лучше для нас обоих и… я бы хотел иметь такого друга, как ты, Мия.

А бы не хотела! Как можно дружить с тем, кто до сих пор вызывает дрожь?

— Ну что, забудем все и станем просто друзьями? — Алек подошел ко мне и протянул мне свою руку для дружеского рукопожатия. А мне ничего не оставалось, как пожать ее в ответ. Пусть не нерешительно, но пожать.

— Да, друзья, — тихо произнесла я, сама не поверив в то, что согласилась.

А мое тело снова среагировало каждым нервным окончанием на его прикосновение. Разве так реагируют на друзей? Точно не так! И я как можно быстрее отдернула свою руку от него.

— Я уйду спать на диван в гостиной — не хочу стеснять тебя. Я и так провел слишком много времени в твоей постели!

Я кивнула в ответ и Алек вышел из моей спальной комнаты, пожелав мне спокойной ночи.

Всё стало еще хуже! Теперь мы не просто бывшие, теперь мы друзья!

Алек

Упругая грудь и эти бедра… тонкая талия с изящным изгибом. Она создана для наслаждения. Создана для меня! Только я могу ей подарить это наслаждение! Только я! И мы оба это знаем!

Боже, а какая она вкусная! Я словно получил невероятную дозу наркотика, после долгой завязки.

Да этот гребаный мир издевается надо мной!

Чёрт! Как я мог не сдержаться? А потом ляпнуть про друзей? Да какие мы друзья? Идиот! А с другой стороны, что мне еще оставалось делать? Я хотел сделать лучше, а вышло все только хуже.

Мне следовало бы успокоиться. Мне следовало бы взять свои мысли под контроль, но чёрт! Черт! Все мои мысли заняты только ею. Я хочу её! Хочу заняться с ней любовью. Хотя, лгу! Я хочу заняться с ней сексом. Хорошим таким сексом! Нет, не так… Охрененным, долгим сексом. Хочу сделать это так, чтобы у нее из головы навсегда вылетело имя этого французишки и она снова вспомнила, что ей всегда нужен только я, что ей подхожу только я!

Похоть быстро разлилась по моим венам, наполняя каждую клетку тела и я прерывисто задышал от этого чувства.

Мне нужна сигарета… и Мия. Чёрт! Пачка с сигаретами, которую я зачем-то стал постоянно носить везде с собой осталась в кармане пальто, а пальто лежало на спинке кресла в спальной комнате. В той спальне, где спала Мия.

Подошел к двери её комнаты и прислушался — идеальная тишина. Приоткрыл дверь. В комнате был полумрак, теплый свет исходил из ночника на прикроватной тумбочке. Её спокойное дыхание говорило о том, что Мия крепко спала.

Алек, ты ведь не станешь смотреть на нее, пока она спит? Ну ты и фетишист, Алек!

Вот как так-то? Всё, что я хочу — Мия, но я не имею права даже думать об этом. Никогда так не хотел ни одну женщину, как хочу её, особенно когда она в этой чертовой шелковой пижаме лежит на кровати и так мило посапывает.

Не смог совладать с собой и присел на кровать рядом с ней. Мия крепко спала, а я не мог отвести глаз от нее. Решил понаблюдать за ней. Провел рукой по ее волосам. Красивая. Какая он красивая. У меня было много женщин, но Мия… невероятная.

Рядом с ней я не могу себя контролировать. Я — тридцативосьмилетний мужик, а у меня колени дрожат и во рту пересыхает стоит ей лишь посмотреть на меня сквозь опущенные ресницы. И я ни на одну так не реагирую, как на неё. И время это не изменило!

Я должен был испытывать угрызения совести от того, что я прикасался к ней без ее разрешения. Но… я не мог совладать со своим желанием быть ближе к ней и аккуратно лег рядом.

Нормальный? Нет! Ни черта! Я — чертов извращенец, а еще и лжец!

Мия что-то пробормотала сквозь сон, перевернулась на бок ко мне лицом и обняла меня, обхватив рукой.

Чёрт! Малышка, ну зачем ты так со мной?

Мне нужно научиться видеть в ней лишь друга… Мы ведь договорились. Но как это сделать? Как? Ведь стоило ей только прижаться ко мне своим телом, как в штанах стало чертовски узко.

Мия зарылась носом мне в грудь и снова что-то пробормотала. Тихо выругался и дотронулся пальцами до щеки, погладил ее нежную, бархатную кожу. Мы снова в одной постели. Так близко друг к другу. И мне так спокойно рядом с ней и как же я скучал по этим ощущениям!

Но у нее есть мужчина, хоть и этого французишку сложно назвать настоящим мужчиной, но она с ним и я завидую ему! Как же я завидую ему! Несмотря на юный возраст, у этого парня, видимо, мозгов побольше чем у меня и он дал Мии то, что она хотела и заслуживала — любовь, заботу и спокойствие. И теперь он будет с этой страстной, пусть и слегка сумасшедшей женщиной, от которой теряешь голову и больше никогда не захочешь ее находить.

А мне уже давно пора остепениться, но вот я никого не вижу рядом с собой… Ни одну женщину, кроме Мии. Моё сердце выбрало её, а я поступил с ней, как настоящий урод.

— Мне жаль, что так все получилось, моя малышка, — прошептал я ей на ухо и оставил поцелуй на ее волосах. — Ты действительно достойна кого-то намного лучше меня.

Захотелось сгрести ее в охапку и снова увидеть в ее зеленых глазах огоньки страсти, но мне нельзя этого делать.

Как же я хочу все изменить! Хочу искупить свою вину перед ней! Хочу дать ей возможность быть счастливой. Больше никогда не притронусь к ней, не напомню о том времени, что мы провели вместе! Я выполню свое обещание и буду держаться от нее подальше. Возможно наша дружба поможет ей перестать злиться на меня и она наконец-то станет счастливой. Пусть и с другим, но главное, что она будет счастливой. А я просто исчезну из её жизни, когда она наконец-то перестанет злиться на меня, когда перестанет вспоминать то время, что мы провели вместе с отвращением. Большего мне и не нужно. Наверное, не нужно…

Как же мне жаль, что она попалась именно мне под руку и как я счастлив, что пять лет назад именно я попал в сети этой стервозной девчонки со взрывоопасным характером!

— Моя дикая роза, — с особой легкостью сорвались слова с моих губ.

Хватит! Пора это заканчивать! Поднялся на ноги и осторожно укрыл ее простыней. Замер напротив ее лица. Какая же она прекрасная без грамма косметики… Взгляд упал на ее пухленькие губы.

Помню. Всё помню. Как эти губы касались моей кожи, как с этих губ срывались громкие стоны. Не удержался и осторожно провел большим пальцем по её чувствительным губам.

Нельзя! Нельзя повторять ту же ошибку! Нельзя, Алек! Не смей целовать её!

— Обещаю, что выполню своё обещание, Мия, и ты больше не будешь плакать из-за меня. Никогда! — прошептал я в ее губы, а потом оставил поцелуй на лбу. — А теперь спи, моя малышка.

Сделал несколько шагов от её кровати, взял в руки своё пальто, быстро накинул его на себя и вылетел из её спальни, так и не рискнув еще раз посмотреть на спящую девушку…

Сигарета тлела, обжигая мои пальцы. Я выкурил уже три штуки, а легче мне не стало. Холодный, ночной ветер не остудил моё пылающее тело. Мысли путались, а перед глазами так и стоял образ обнаженной Мии.

Где же твоя выдержка, Алек?

— Прошу прощения, не могли бы Вы одолжить мне сигарету? — услышал я незнакомый голос за спиной, на который резко обернулся.

Передо мной стоял мужчина, лет так на десять старше меня. Немного худощав, но статен. На нем было такое же пальто и небрежно завязанный шарфик на шее. Немного седоватые волосы растрепаны. Его черты лица показались мне знакомыми, но мы явно до этого никогда не встречались.

Я ничего не ответил и молча протянул пачку с сигаретами. Мужчина поблагодарил меня, взял одну сигарету и закурил.

— Плохой день? — снова обратился он ко мне, сделав глубокую затяжку.

— Можно и так сказать, — холодно ответил я, не имея никакого желания поддерживать с ним разговор.

— Думаю, Вам просто необходимо выпить пару бокалов вина, впрочем как и мне.

— Почему Вы не пригласите своего знакомого?

— У меня нет такого знакомого, кого я могу набрать по среди ночи и выпить с ним. Думаю у Вас тоже, раз Вы стоите здесь один в такое время.

Выпить… А он прав! Мне действительно необходимо выпить!

— Согласен, только никакого вина! Нужно что-то покрепче…

Бар "Руби" располагался всего в паре кварталов от дома Мии. Это был самый обыкновенный типичный бар, переполненный людьми, несмотря на ночное время. Мой новый знакомый протиснулся среди посетителей и мы заняли свободные места на высоких стульях за деревянной барной стойкой.

— Лео, сделай нам что-нибудь покрепче, — обратился мужчина к бармену и тот в ответ ему кивнул.

И сразу же перед нами появились две рюмки, края которых были в соли. Лео быстро наполнил их текилой и следом открыл две бутылки со светлым пивом, бросив в каждую из них по одной дольки лайма. Мы одновременно подняли рюмки и быстро осушили их.

— Луи! — Протянул мне руку мужчина в знак знакомства, после того, как наполовину осушил бокал с пивом, запив им текилу.

— Алек. — Пожал я руку ему в ответ.

— Может расскажешь мне, что у тебя произошло?

— Не люблю делиться с кем-то, — сухо ответил я, осушив бутылку с пивом.

— Ты не поверишь, но я тоже. Тогда еще по шоту?

— Да, а лучше два.

Луи щелкнул пальцами и бармен поставил перед нами еще два шота, а потом еще и еще. И к тому моменту, когда я ощутил, что боль в моей груди немного притихла, я уже не смог подсчитать сколько шотов с текилой и бутылок с пивом мы выпили…

— Ты представляешь, её не было двадцать лет! Двадцать! — выкрикнул Луи, когда мы в буквальном смысле вывалились из бара на улицу. — И пока она развлекалась со своими любовниками, я один растил его. Я разрывался между сыном и карьерой. У меня ведь денег не было, чтобы няню нанять! И вот она написала мне письмо, что она в Париже и хочет увидеться. Она решила вернуться, когда он стал взрослым, когда у меня и у него есть всё, она решила вернуться. Видите ли, она хочет наладить с ним отношения!

Я протянул Луи сигарету, он поблагодарил меня и закурил.

— А я так боюсь, что она обманет его, — тяжело выдохнул мужчина, выпустив сигаретный дым из своего рта. — Он у меня такой хороший мальчик и ей однозначно что-то от него нужно!

Луи немного пошатнулся и я вовремя подхватил его под руку, хоть и сам еле держался на ногах. Чёрт! Лишь бы не забыть в какую сторону мне идти обратно.

— Ты хороший отец, Луи, — по-дружески похлопал я мужчину по плечу. — Но ты ведь не этого боишься.

Луи отрицательно покачала головой и разрешил себе грубо выругаться. Он сделал это так громко, что его голос эхом разнесся по улице еще не проснувшемуся города.

— Ты боишься снова встретиться с ней, друг…

— Боюсь. Очень боюсь! Чёрт! Ты прав, я до сих пор люблю эту стерву. У меня были женщины, но она другая. Моя Габриэлла… ни одна не сравнилась с ней!

— Я понимаю тебя, Луи! Есть такие люди, которых невозможно заменить.

— И ты тоже не смог ее заменить? — спокойно спросил меня Луи.

— Я просто не хочу этого делать. Я не хочу обманывать себя.

— Так скажи ей об этом! Скажи, что ты не можешь без неё!

— Не могу, у неё теперь другой мужчина и она счастлива с ним. А я снова всё только испортил.

— Испортил?

— Я поцеловал её.

— Ты молодец! — одобрительно похлопал меня по плечу Луи. — А она что?

— Она накричала на меня.

— Вот ведь дура!

На эти слова я сделал Луи замечание. Никто не имеет права так называть Мию. Никто! Луи поклялся мне, что это было в первый и последний раз.

— А ты уверен, что она счастлива с ним? — аккуратно задал мне вопрос Луи, заметя как налились кровью мои глаза после его некрасивого слова, брошенного в сторону Мии.

— Конечно! Он моложе меня, да еще и романтик! И главное, он без дерьмового прошлого.

— Но ты не знаешь нужна ли она ему так же сильно, как тебе.

— А это неважно! Я обидел её, сильно обидел и она никогда не выберет меня.

— Изменил?

— Еще хуже, я предал её.

Тяжело вздохнул и затушил окурок в рядом стоящей урне. Поднял лицо к небу и яркие утренние лучи солнца приятно согрели мою кожу. Закрыл глаза от наслаждения. Луи оказался прав, иногда нужно с кем-то поговорить.

Всё. Вроде бы я пришел в себя.

— Был рад знакомству, Луи, — пожал я руку мужчине, который продолжал выпускать клубы дыма из своего рта. — Вызови такси, в таком состоянии небезопасно идти пешком.

И прежде чем я перешел дорогу в направлении к дому Мии, Луи выкрикнул мне:

— Алек, а я бы на твоем месте всё-таки спросил у нее — счастлива она с ним или нет!

Мия

Я ждала его. Вот уже несколько часов я без остановки мерила гостиную шагами и сходила с ума от мысли, что он исчез. Исчез из моей квартиры и из моей жизни… И я не могла понять что больше так пугало меня. Что я не знала что с ним произошло? Цел ли он или нет? Или то, что я больше снова опять никогда не почувствуют его запаха…

Чёрт! Этот поцелуй сломал мне мозг! Я не могла ни о чем и ни о ком думать, кроме него! Алек словно разбудил спящий вулкан страстей в моем теле и я теперь не знала, что мне такое сделать, чтобы всё это наконец-то прекратилось! Чтобы мои пошлые фантазии с его участием никогда не воплотились в жизнь!

Может быть и хорошо, что он исчез? Нет! Нет! Я хочу, чтобы он вернулся! Я просто буду смотреть на него и мне будет легче! Точно будет!

Громкий стук в дверь и я как можно быстрее подбежала к входной двери. Открыла дверь. Передо мной стоял Алек. И первое что мне захотелось сделать — накричать на него!

— Где ты был? — выкрикнула я, вплотную подойдя к нему.

Алек не ответил. Молча перешагнул через порог и уперся рукой в дверной косяк. Глаза так и не поднял на меня. Он смотрел на свои мартинсы, а я не понимала что происходит. Быстро прошлась глазами по нему. Он не ранен и не запыхавшийся. Так что произошло, твою мать, с ним?

— Алек! Ты оглох? Где ты был? — снова попробовала я и тут сильный запах крепкого алкоголя ударил в нос. — Ты… Ты пьян?

Да точно, он пьян! Настолько, что он едва стоял на ногах и заметно пошатывался. И как ни странно, это вызвало у меня улыбку. Растрёпанный и расслабленный, Алек изо всех сил старался уверенно держаться на ногах, но выходило плохо. Попытался снять с себя ботинки, но его слегка качнуло в правую сторону и он схватился руками за дверной косяк.

— Я зла на тебя. Очень сильно зла! Я чуть с ума не сошла, а ты развлекался всё это время! — стала возмущаться я, но если быть откровенной, всё что мне хотелось — кинуться к нему на шею и крепко сжать его в своих объятиях. Он невредим и он вернулся ко мне, кхм, точнее вернулся в мою квартиру. — Ты поступил, как подросток! Ты ведь знаешь, что тебе нельзя выходить из этой квартиры.

— Успокойся, — наконец-то что-то ответил мне Алек. — Я — последний человек в твоей жизни, за кого тебе нужно переживать.

Не переживать? Я не могу за него не переживать! Не могу и всё тут!

— Вот если бы я ночью поступила так пять лет назад, то ты бы…

— То я бы что?

— Ты бы…

— М?

— Ты бы… отшлепал меня!

— Да! Я именно так бы и сделал. Ты слишком хорошо знаешь меня, Мия! — Алек растянул в лукавой улыбке, но свои глаза так и не поднял на меня. Он всё еще смотрел на свои мартинсы. — Я бы перекинул тебя через плечо, отнес в нашу спальню на втором этаже того маленького домика…

Наша спальня. Всего два слова, а я еле сдержалась, чтобы не разрыдаться от боли, которую они мне принесли. А Алек, как на зло, продолжил:

— А потом бы аккуратно положил тебя на кровать, снял бы с тебя мои… то есть твои любимые кружевные…

— Алек! — как можно быстрее прервала я его. — Хватит! Не нужно подробностей!

Алек закрыл свой рот на невидимый замок и что-то невнятное буркнул себе под нос. А я присела рядом с ним, желая помочь ему наконец-то снять ботинки.

— Не нужно столько заботы, — сухо ответил он мне, отвернувшись от меня в другую сторону.

Да что с ним такое? Ведет себя, как маленький, капризный ребенок! И на что он надулся на меня? Сам поцеловал, сам решил стать друзьями и теперь обижается! Никогда еще не видела его таким!

— Прекрати ворчать! Тебе ведь самому точно не справится!

— Нет, Мия. Не нужно заботы! — отрезал Алек и опустился на банкетку.

Не хочет ну и не буду!

Выпрямилась и скрестив руки у себя на груди, стала наблюдать за этим ворчуном. Ему, конечно, пришлось приложить усилия и не маленькие, но ботинки он всё-таки снял сам, без моей помощи. Какой же он упертый!

— Тебе нужно сходить в душ, так ты быстрее протрезвеешь.

— Я бы с радостью, малышка, но в таком состоянии я сам не смогу этого сделать.

Голова заныла от таких быстрых перемен в его настроении! Да и какая я ему малышка?

— Не называй меня малышкой!

— Почему? — спросил меня Алек, вплотную подойдя ко мне. Он выпрямился во весь свой немаленький рост и посмотрел на меня сверху вниз, так что мне пришлось поднять голову, ведь я макушкой доставала ему только до подбородка. — Я старше тебя почти в два раза!

Радужка его глаз запылала огнём, а такой уверенный тон заставил меня вздрогнуть всем телом. На мгновение я даже испугалась, так как в полной мере ощутила на себе его подавляющую силу и власть. И быстро поняла, что спорить с Алеком в таком состоянии бесполезно.

— Я помогу тебе и доведу до душа, — неровным голосом сказала я и не дождавшись ответа, дрожащими руками расстегнула пуговицу на его пальто.

И почему этот мужчина никогда ничего не надевает на свой торс под пальто? От одного только его вида мой разум сразу помутнел. Надо законодательно запретить Алеку ходить без футболки!

Мои руки заскользили по стальным кубикам на животе. Я словно завороженная стала наблюдать за движениями своих рук и это так приятно — гладить его, что я не заметила, как моё дыхание стало чаще. Руки опустились с кубиков пресса вниз и вцепились в ремень его джинс. Какое же у него шикарное тело! Алек выглядел намного лучше многих парней, которые лет так на пятнадцать были младше его и мои ноги начинали ходить ходунов рядом с ним. Никто и никогда не сравнится с ним. Он навсегда останется моим идеалом…

Ну зачем он поцеловал меня? До этого момента злость и обида перекрывали все мои чувства к нему, но после того, как я снова ощутила его вкус на своих губах, что-то словно щёлкнуло во мне — я больше не могла думать ни о чем, кроме его губ.

Найдя последние крупицы здравого смысла у себя в голове, я сделала вид, что ничего особенного не произошло и я не пыталась потрогать Алека, а просто переживала за его рану.

— Болит? — спросила я, быстро переместив руку на перебинтованную часть его торса.

— Благодаря тебе, почти нет, — хриплым голосом ответил он мне и скинул со своих плеч пальто.

— Тебе нужно благодарить не меня, а месье Эрве. Он — настоящий волшебник.

— Кто это?

— Доктор. Он осматривал тебя по моей просьбе.

Наконец-то смогла оторваться от него и быстрым шагом ушла в ванную комнату. Сделала воду как можно прохладнее и умыла своё пылающее лицо. Немного помогло остыть.

— Снимай джинсы и белье! — выкрикнула я Алеку, понимая, что в таком состоянии его нужно было направлять, что бы он что-либо сделал.

— Не думаю, что друзья могут так делать друг перед другом!

Обернулась на его голос. Алек стоял уже рядом со мной в ванной комнате. Ухмыльнулся и быстро расстегнул ширинку на своих джинсах. Поставил руки на пояс и я сразу заметила, как его черные боксеры успели натянуться. Очень странная реакция у него на друга!

— Алек! — выкрикнула я, отпрыгнув как можно дальше от него. — Я выйду и только тогда ты снимешь своё белье.

— А, ну да! Только так можно делать рядом с другом.

Попыталась протиснуться к двери, но Алек развернулся ко мне лицом и закрыл своим телом проход. Горячее дыхание обожгло мою кожу.

— Алек, ты не мог бы немного… — прошептала ему я, не рискнув даже глаза на него поднять.

— Мия, ты такая красивая, особенно когда злишься, — неожиданно сказал он мне, хихикнув как нашкодивший ребёнок.

— А ты пьян, Алек. Пожалуйста, немного отойди в сторону, чтобы я могла пройти.

— Да, я пьян, но ты всё-равно красивая, — без малейшего озорства в голосе повторил Алек. — Ты всегда так мило морщишь свои носик и твоему французишки повезло с тобой.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Слишком близко! Слишком интимно! И даже не накричать на него, ведь он скорее всего это делает, потому что пьян и не может отдавать отчет своим действиям! Или может? Чёрт! Совсем запуталась!

— А мне повезло с ним. Алек, прошу тебя, отойди немного…

Алек сделал несколько шагов назад и я наконец-то облегченно вздохнула. Протянула в его руки большое махровое полотенце и как можно быстрее выбежала из ванной комнаты прямиком на балкон прямо в пижаме. Но даже холодному утреннему ветру не удалось остудить ни мой мозг, ни мое тело.

Ну зачем он поцеловал меня? Зачем? Что мне теперь делать?

Звонок в дверь отвлек меня от мыслей — курьер привез мне очередной букет от Жана. Жан милый и мне действительно повезло, что он есть у меня, но Алек… Чёрт! Не надо думать о Алеке! Надо думать о Жане, только о нем!

— Снова белые розы? У него свой цветочный магазин? — услышала я голос Алека за спиной.

— Хочешь поговорить о Жане?

— Нет, — быстро ответил Алек. — Я не знал, что ты любишь цветы!

— А если бы знал, то что бы это изменило? Ты бы стал дарить их мне?

— Нет, дарить не стал бы. Возможно, я бы засыпал твоё обнаженное тело белыми лепестками.

Кислород в легких закончился от его слова. Это было самое романтичное, что я когда-либо слышала…

— Я спокойно к ним отношусь. Что есть, что нет. Все едино.

Поставила букет в вазу на самое видное место и на этот раз не для того, чтобы позлить Алека, нет! Нужно, чтобы он напоминал мне о ком я должна чаще думать.

— Тебе легче? — перевела я тему разговора, решившись наконец-то взглянуть на него.

Бедра были обмотаны махровым полотенцем. Широкая, накаченная грудь блестела от капелек воды, а слегка отросшие волосы торчали в разные стороны.

Есть мужчины, на которых приятно смотреть. Только смотреть, и ничего более не нужно. Я испытала эстетический оргазм, когда увидела практически обнаженного Алека. В моих фантазиях я уверенным шагом подошла к нему и сама сорвала с него полотенце. Опустилась на колени перед ним. Без его просьбы. По моему желанию.

Всё, что я хочу — снова насладиться им. Насладиться, абсолютно не жалея наших тел. Хочу быть снова только его. Хочу снова принадлежать только ему. Он источник моих желаний. Неправильных, запретных, но таких сладких желаний. Чёртов поцелуй!

— Ты хочешь что-то сказать мне, Мия? — спросил меня Алек, заметя как я странно зависла на нем.

— Угу.

— Я весь во внимание!

Машинально протянула ему записку, которую мне оставил Жан в букете с цветами. А сама снова уставилась на букет, чтобы думать о том, с кем мне нужно быть.

— Ты идешь на выставку сегодня вечером?

Черт и как же у меня вылетело из головы? Я никак не могла пропустить выставку Жана! Для него это важно и мне нужно его поддержать!

— Да! И ты пойдешь со мной!

— С тобой? Но мне нельзя покидать стены этой квартиры, разве ты не сама это сказала?

— Да, но я чуть с ума не сошла пока тебя не было! А вдруг ты снова решишь погулять один?

Алек удивленно приподнял бровь, а потом расплылся в довольной улыбке.

— Ты правда переживала за меня, Мия?

— Конечно, переживала, ты ведь… мой друг!

Мой голос прозвучал так неправдоподобно, что я сама себе не поверила, что уж тут говорить о Алеке… Иногда мне казалось, что он всегда видел меня насквозь.

— А я пойду с тобой как твой друг или как твой… дядя? — спросил меня Алек, кинув неодобрительный взгляд на букеты с цветами, которые потихоньку стали заполнять мою гостиную.

— Как дядя, чтобы меньше было лишних вопросов.

Алек

Черное платье до щиколотки с легкой шифоновой юбкой, серебряные лодочки. Мия уложила свои волосы на одну сторону. И мне так нравился ее новый стиль! Милые, по-особенному женственные наряды придавали ей ещё большую очаровательность.

Она прекрасна, как всегда прекрасна…

— Спасибо, Алек, — поблагодарила она меня, когда я помог ей накинуть на плечи классический тренч.

Еле сдержал себя, чтобы не провести пальцами по изгибу ее шеи. И правильно сделал, что сдержался, ведь она больше не моя и мне нужно смириться с этим! А может быть так и будет лучше! Она хоть перестала смотреть на меня с таким презрением с каким смотрела раньше. Даже рубашку для меня купила и меня приятно удивило, что она абсолютно не прогадала с размером!

— Давай повторим еще раз. Ты приехал сюда по делам и…

— Я все запомнил, Мия. И тебе не нужно переживать, я буду держаться в стороне от всех, особенно от тебя.

А мне бы хотелось держаться как можно ближе к ней, ведь она чертовски сексуальна в этом платье с такими тоненькими бретельками! И пусть горит огнем эта выставка! Как же я хочу схватить ее за бедра, посадить на кухонную столешницу и услышать треск ткани на ее плечах…

Чёрт! Как же мне убрать эти мысли из головы?

— Алек? — строгий голос Мии вырвал меня из моих пошлых мыслишек. — Пойдем, такси уже нас ждет.

— Ага, — промямлил я в ответ.

Этот вечер должен был стать невероятно тяжелым для меня. Мне предстояло несколько часов подряд смотреть на то, как этот французишка будет не выпускать Мию из своих цепких ручонок! И даже морду ему набить нельзя! А я был в плохом настроении, у меня было похмелье и это означало лишь одно — лучше бы он не попадался мне на глаза…

Такси остановилось возле здания, на котором была большая вывеска. Жан Фреро. Дизайн-выставка предметов декора для интерьеров.

— Значит, не флорист, — усмехнулся я перед входом в здание.

— Нет, он дизайнер-интерьера.

— Творческая личность?

— Что-то вроде того!

Творческая личность, засыпающая цветами! Прям герой романа! Вот только для подростков и третьесортного!

— Ты закатил глаза? — резко выкрикнула Мия, толкнув меня локтем в бок.

Да! Конечно, я их закатил! У этого парня были одни плюсы и меня это жутко раздражало!

— Не смей отрицать! Я видела, Алек, ты их закатил! А ты помнишь, что это очень…

Я рассмеялся. Да, я помнил, что это неуважительно и невежливо, но так я и не пытался скрыть свое отношение к Жану Фреро!

— Ты дашь мне свою руку? — спросил я Мию, заметя как ей было неудобно подниматься по ступенькам на таких высоких каблучках.

— Нет, — сухо ответила она. — Никто не берет под руку своего дядю.

— Это еще почему? Берут! — возразил ей я и не спросив разрешения, взял её руку в свою. Но Мия тут же выдернула свои пальцы.

— Даже если и берут, то выглядит это странно, Алек! А нам не нужны лишние вопросы! Ты и так совсем не похож на моего дядю!

Спорить с Мией всегда было сложно и все что мне оставалось — лишь подстраховывать рукой её сзади за спину, не касаясь…

— Мог бы и встретить её, мудак! — буркнул я себе под нос.

— Что ты там бубнишь? — спросила меня Мия через плечо.

— Восхищаюсь местом! — солгал я. — Такое прекрасное место! У Жана хороший вкус!

А место было отвратное! Это надо еще постараться найти такое помещение в центре Парижа! Больше было похоже на кафе для хипстеров, которыми кишит центр Нью-Йорка! Кирпичная кладка на стенах, другая часть зеркальная. Приглушенный свет и отстойная музыка. Под такую музыку можно только дым со своего рта выпускать в период сильной депрессии! А так хотелось того самого французского шарма…

— Прошу тебя, Алек, пей больше воды, — шепнула Мия мне на ухо мой же совет, как только я помог ей снять ее тренч. — И съешь что-нибудь!

— Ох, не учи меня, малышка! — улыбнулся я в ответ и тут же улыбка исчезла с моего лица — я увидел довольную физиономию её французишки.

Ну вот и всё! Мия тут же оказалась вся его. Он обхватил рукой её за талию и широко улыбнулся мне. Я бы сказал, даже виновато улыбнулся. И мне это не понравилось, я прям кожей почувствовал о чем подумал этот тип, когда так крепко притянул к себе мою Мию!

Вот чёрт! Уже не мою…

Зачем? Зачем ты улыбаешься мне? У тебя что зубов много лишних во рту?

— Рад видеть Вас, Алек, — пожал мне руку этот Жан. — Вы не против, что я украду вашу племянницу на какое-то время? Хочу ей всё здесь показать.

— Правильно! Уйди с моего поля зрения как можно скорее, пока я тебе шею не сломал! — Подумал я, но в ответ лишь одобрительно кивнул. Через силу кивнул.

Обернулся вокруг. Собравшиеся люди ходили кругами по помещению, рассматривая выставленные предметы интерьера, который кстати ничем не отличались от массмаркетовых, вот только цена у них была на порядок выше. Ну конечно, их же придумал сам Жан Фреро!

Отвратительно. Скучно. Придурок, этот Жан Фреро!

Подошел к большому окну. Ну хоть вид красивый. Заметил несколько парочек на мосту Искусств, целующихся под светом фонарей. Ощутил в своей груди что-то вязкое и липкое. Кажется, я позавидовал им… Я вспомнил, как мне было приятно держать Мию в своих руках. Просто держать и наслаждаться ее запахом. И с чего я стал таким сентиментальным?

— Как ты? — услышал я голос Мии возле своего уха и растянулся в довольной улыбке.

Не смог сдержаться, не смог и всё! Она бросила своего ПАРНЯ, чтобы узнать как я. Я точно ей не небезразличен!

— Скучно, — не солгал я ей в ответ.

— Согласна с тобой! Очень скучно! Скажу честно, я ненавижу все эти сборища. Все с деловым видом ходят друг за другом по кругу и восхищаются тем, о чем понятия даже не имеют.

Мия крутила в своей руке тоненькую ножку бокала с шампанским и мило улыбалась мне. А я не мог понять почему. Может быть она солгала мне из вежливости и ей нравилось это мероприятие или она была рада, что я был здесь рядом с нем…

— Вот смотри! — шепнула она мне и взяла под руку, развернув лицом к выставочным экземплярам. Забыла! Забыла, что меня нельзя брать под руку! А я и не стану ей напоминать! — Например месье Маре. Он сделает несколько кругов и остановится возле экземпляра, самого дорого экземпляра из данной коллекции. Будет долго рассматривать его, а потом выкупит, накинув сверху пару сотен евро. Ему это повышает уровень тестостерона в крови!

— У него проблемы?

— А как ты думаешь, Алек? Как ему еще в своем возрасте привлечь внимание юных особ, которые пришли сюда?

Аккуратно обернулся в сторону мужчины, про которого мне рассказывала Мия. И потерял дар речи…

— Мия! Но он ненамного старше меня!

Мия прикрыла рот, чтобы никто не услышал, как она захихикала.

Всё-таки её надо отшлёпать! И я готов это сделать прямо здесь!

— А ты бы что купила? — спросил я, не сводя глаз с её раскрасневшегося от смеха лица.

— Вазу, — снова хихикнула она. — В моем доме сейчас с ними напряженка!

Как же мне нравится такая Мия! Мне нравится смотреть на нее, когда ее щеки заливаются румянцем от смеха. Я вспомнил, как она забавно хохотала, сидя на ковре в маленькой гостиной, а я продолжал выдавливать кленовый сироп ей в рот. Он капельками скатывался с губ ей на шею и обнаженную грудь, а она смеялась, ведь ей было щекотно.

Плавно стекал по её обнаженной груди, оставляя за собой сладкую дорожку, которую я слизывал языком… Чёрт!

Взял с её рук бокал с шампанским и одним глотком осушил его, чем удивил Мию. Пожал плечами. Ей не нужно знать почему у меня пересохло во рту.

— Тогда ты должна опередить месье Маре! — шепнул я ей. — Кажется, он остановился как раз возле вазы.

— Я не настолько сумасшедшая, чтобы отдавать такие деньги за какуе-то там вазу! Прости, меня зовёт Жан!

Мия по-особенному нежно провела рукой по моему плечу и быстро отбежала от меня. Жан! Жан! Жан! Уже мутит от этого имени!

Мне ничего не оставалось, как продолжить наблюдать за месье Маре. Он подозвал к себе мужчину в черном строгом костюме и указал пальцем на вазу. И тут мне пришла в голову идея. Я захотел порадовать мою малышку, но или хотя бы рассмешить её. Дождавшись когда месье Меро наговорится с мужчиной, я сразу же подозвал его к себе.

— Вон та ваза, — указал я пальцем на вазу, от которой не отходил тот старый тип. — Сколько?

— Простите, месье, но она уже не продается, — быстро ответил мне один из организаторов выставки. — Месье Меро хочет выкупить её, приплатив немного сверху.

— Я спросил тебя не об этом. Я спросил цену.

Мой холодный, деловой тон смутил мужчину — он нервно подергал за ворот своей белой рубашки и немного потоптался на месте.

— Эта ваза — самый дорогой экспонат, месье Фреро работал над ней…

Моё гневное рычание заставило этого мужика быстро закрыть рот, а я снова повторил свой вопрос:

— Цена?

— Шесть тысяч евро, месье, но она…

— Я дам двенадцать, — быстро ответил я, зная, что после этого ему придется продать ее мне, а не месье Меро.

— Это ваза ваша, месье!

Крепкое мужское рукопожатие и я зачем-то отдал кучу денег за вазу, которая мне нахрен не сдалась!

Но быстро забыл об этом, когда снова увидел на горизонте Мию, она подмигнула мне и перевела взгляд на месье Меро, который уже о чем-то разговаривал с какой-то девушкой напротив моей вазы. Хихикнула и снова направилась в мою сторону.

— Я же говорила, — шепнула мне на ухо Мия, переведя взгляд на месье Меро и не успел я ничего ответить, как к нам подбежал Жан.

— Какой-то гость отвалил двенадцать тысяч евро за мою вазу! Он заплатил в два раза больше! — выкрикнул он, резко хлопнув в ладоши.

— Месье Меро? — чуть не подавилась шампанским Мия. — Слишком много для этого скупердяя!

Один из организаторов подошел к Жану и что-то шепнул ему на ухо и этот французишка уставился на меня. Ну зачем так пялиться?

— Алек? — спросила меня Мия, в изумлении изогнув свою бровь. Смышленая малышка, что тут сказать!

— Не стоило так переплачивать, месье! — обратился ко мне Жан, пожав мне руку. — Я очень рад, что вам понравилась моя выставка.

Да у тебя отстойная выставка! И ваза так себе!

— Ну а как еще в моем возрасте привлечь внимание юных особ? — ответил я, в упор посмотрев на Мию. И тут она громко фыркнула от смеха.

— Мия? — обратился к ней Жан, приобняв за талию.

— Всё хорошо. Всё хорошо.

Мия прикрыла свой рот рукой и попыталась справиться со смехом, но выходило у нее дерьмово.

— Детка, с тобой точно всё хорошо? — снова обратился к ней Жан, ласково гладя по спине.

— Это твоя ваза. Будет куда ставить его безвкусные букеты, — шепнул я на ухо Мии и уверенным шагом отошел к пирамиде из бокалов с шампанским.

Куда подальше, иначе бы меня вырвало прямо на потертые кеды этого французишки. Взял бокал и снова не заметил как осушил его одним глотком. Дерьмовое шампанское!

— Алек! — позвал меня мужской голос. — Не думал что Париж настолько маленький город!

Обернулся. И вправду маленький! Не смог скрыть своего удивления когда увидел перед собой Луи. Того самого мужика, с которым я надрался ночью.

— Луи?

— Именно!

Он подошел ко мне вплотную и по-дружески похлопал по спине в знак приветствия.

— А ты неплохо выглядишь! У меня до сих пор голова раскалывается, но я не мог пропустить этой выставки.

— Тебе нужна ваза за шесть тысяч евро?

— Цена завышена! Согласен! Но как еще выживать юным творцам?

И тут я снова услышал звонкий голос Мии:

— Месье Фреро! Я так рада Вас видеть!

— Мия! — выкрикнул ей Луи. Мужчина крепко сжал девушку в своих объятиях и расцеловал её в обе щёки. — Алек, познакомься это моя лучшая ученица! Мия Стивенс!

— Мы знакомы, — одновременно ответили я и Мия.

— Знакомы?

— Да, я…

— Он мой дядя, — быстро ответила за меня Мия. Да я и без нее смог бы правдоподобно солгать!

— Дядя? Вот это да! Как я рад познакомиться с кем-то из семьи Мии. У тебя отличный дядя, Мия! Принесу нам шампанского! Такую встречу надо отметить!

Луи быстрым шагом направился к пирамиде из бокалов и воспользовавшись моментом, Миа незаметно шепнула мне на ухо:

— Откуда ты знаешь месье Фреро?

— Да не знаю я никакого месье Фреро! Это Луи и мы с ним выпивали ночью!

— Да! Это Луи Фреро! Он мой учитель и отец Жана.

— Твою мать…

Луи вернулся к нам с тремя бокалами, наполненными шампанским. А эта история становилась всё запутаннее. И нахрена я рассказал Луи о своих чувствах? А если он всё поймет? Если он поймет, что я говорил с ним о Мии? Чёрт!

— Дорогая моя! — кинулся с объятиями Луи на Мию. — Я так рад, что вы наконец-то решились! Мне Жан всё рассказал! Я так рад за вас!

И тут даже натянутая улыбка исчезла с лица Мии.

— Жан Вам всё рассказал? — прошипела она сквозь зубы свой вопрос.

— Конечно! Зачем вы так долго всё скрывали от меня?

На вопрос месье Фреро Мия не ответила и продолжила молча убивать своего так называемого парня взглядом. Ух! Я знал этот взгляд! И впервые за всё время не позавидовал этому французишке. Кому-то точно не поздоровится!

— Такое событие надо отпраздновать! Приглашаю всех на пару дней к себе в загородный дом на лазурный берег!

Но слова Луи Мия проигнорировала и быстрым шагом направилась к своему ПАРНЮ.

— Жан? — громко окликнула она своего парня. — Я хочу поговорить с тобой!

— Мия, но я занят.

— Я хочу поговорить с тобой! Ты же обещал, что…

— И этим двое похоже нужен отдых! — Луи кинул взгляд на Мию и Жана, которые о чем-то тихо спорили в укромном уголке.

— Отличная идея, но я думаю, что буду лишний. Вам нужно побыть своей семьей.

Снова посмотрел в сторону Мии ее французишка. Их беседа становилась всё эмоциональней и эмоциональней. И я даже смог услышать о чем Мия ему говорила.

— Я же просила тебя, Жан! Я же просила никому ничего не сообщать! И ты дал мне слово…

Кровь в моих венах стала закипать. Этот кретин доводил Мию до слез и я так захотел оторвать ему его несмышленую головешку, что аж тело заломило!

— Ты — дядя моей самое любимой ученицы и девушки моего сына. Разве ты можешь быть чужим мне? — услышал я голос Луи, который хоть на несколько секунд отвлек меня от моих желаний. — А еще ты отличный собеседник под шоты с текилой!

— Нет, Луи. Я не могу принять твое предложение и мне пора идти.

Я похлопал Луи по плечу и тут Мия что-то громко выкрикнула, топнув ногой. Я снова обернулся в ее сторону. Её лицо пылало от злости, а глаза были уже на влажном месте.

— Молодые. Вот и выясняют отношения, — пожал плечами Луи.

— Я лучше пойду, Луи! Был рад встретить тебя!

Быстрым шагом вышел на улицу, громко хлопнув дверью. Мне повезло, что выставка проходила недалеко от моста Искусств. Вбежал вверх по ступеням и остановился прямо под одним из фонарей. Облокотился на кованное ограждение.

Чёрт! Надо взять себя в руки, чтобы не вернуться и голову ему не оторвать! В отличии от этого ублюдка я знал, что она этого не заслуживает. Моя Мия всегда нуждалась в любви и заботе, а не в выносе мозга!

Сделал глубокий вдох. Не помогло! Я уже слышал как захрустела шея этого французишки под напором моих пальцев. Вот ведь черт!

Но тут резко всё исчезло, когда я услышал приближающийся стук тонких каблучков. Владелица шпилек остановилась около меня и встала рядом. А мне не нужно было оборачиваться — я по запаху сразу узнал, что это была она.

Не рискнул посмотреть на нее. Я знал, что ее щеки пылали, а глаза были красные от слёз. И я не уверен, что увидя это, я смогу сдержать себя и не вернусь на эту чертову выставку!

— Может…

— Да! — неожиданно и очень решительно ответила мне Мия. — Я бы сейчас не отказалась от большой порции блинчиков с кленовым сиропом!

Алек

Две порции блинчиков с шоколадной пастой, американо и зеленый чай. Это точно должно помочь нам обоих хоть как-то справиться со своими эмоциями. За последние полчаса Мия не произнесла ни единого слова, она молча смотрела в пустоту перед собой. Уголки её глаз были на мокром месте, а щеки покрылись красными пятнышками — она плакала пока шла до моста. И я еле сдерживал себя, чтобы не вернуться на ту чертову выставку и не сломать шею этому придурку.

— Вы поругались… — наконец-то я решился начать разговор. — Я видел и слышал. Ты можешь поделиться со мной, если хочешь и возможно я мог бы дать тебе какой-нибудь совет.

Мия подняла на меня свои пылающие глаза и неожиданно для меня звонко рассмеялась.

— Нет, Алек, ты не можешь дать мне совет! Ты нихрена не понимаешь в любви!

Я? Не понимаю в любви? Да как она смеет? Была бы моя воля, я бы с радостью напомнил ей, как сильно я ее любил… а точнее всё ещё люблю.

— Это еще почему? Вообще-то, я знаю как это — любить, — ответил я ей, поймав ее глаза своими.

Ты ведь знаешь, малышка. Всё знаешь! Ты знаешь кого я люблю, но так боишься признаться себе в этом. Так боишься позволить себе вспомнить об этом.

— И кого ты любил? — послышались стервозные нотки в голосе Мии. — Линду?

Линда? Меня многое связывало с Линдой, но только не любовь.

— Причем тут… Линда? — спросил я её и быстро опустил глаза в тарелку перед собой. Вот я кожей почувствовал, что она не просто так напомнила мне о ней. Точно не просто так!

— Она единственная к кому ты всегда возвращаешься, разве нет, Алек? Кстати, вы всё еще… вместе?

Рискнул взглянуть на Мию. Передо мной больше не сидела хрупкая девушка, которая растерянно хлопала своими ресницами, пытаясь скрыть слёзы. Мия выпрямилась и сложила руки у себя на груди. Она молча убивала меня взглядом, а я искренне не мог понять за что она так смотрела на меня, ведь Линда была давно в прошлом! И хоть мне многое было не понять, но я всё-таки осознал главное — Мия ревновала меня к Линде, всё ещё ревновала.

— Ты всё еще ревнуешь меня к ней? — Я сказал это так неожиданно и громко, что Мия вздрогнула.

— Кто? Я? — растерянно похлопала она своими густыми ресничками. — Я никогда тебя ни к кому не ревновала! Ты можешь трахать ее со спокойной совестью столько, сколько пожелаешь.

Ревнует! Однозначно ревнует! А разве ревность не синоним к любви и страху потери?

И как только я решился у нее спросить об этом, перед нам поставили две тарелки с тонкими, мягкими как бархат, подрумяненные блинчиками. Мия наклонилась к тарелке и с особым наслаждением вдохнула аромат свежеприготовленной еды.

— Сколько лет ты не ела блинчики? — спросил я у нее.

— Столько же, сколько в моей жизни не было тебя, Алек.

Мия макнула указательный пальчик в шоколадную пасту, которой щедро дополнили наши порции с блинами и слизала с него шоколадный топинг. Закатила глаза от удовольствия, а я чуть со стула в этот момент не свалился. Я буквально впился глазами в её губы, которые всё ещё по-детски посасывали указательный палец. Оттянул ворот белой рубашки и как можно быстрее убрал от её лица свои глаза. Нервно прикашлянул.

Неужели, она не видит и не чувствует, что мне необходима только она? Мне до трусячки в теле нужна только она! Особенно, когда она вот так посасывает свой указательный пальчик. Закрыл глаза и тихо выдохнул, чтобы вернуть себе спокойствие и трезвость ума, но тут Мия отрезала кусочек от блина и положила себе в рот со словами:

— Ммм, это просто волшебно.

И всё бы было нормально, только потом она добавила еще кое-что:

— Ох, Алек! Я сейчас испытала настоящий оргазм.

Что она сказала? Что она только что сказала своим чертовски сексуальным ротиком? Она издевается надо мной?

Я чуть со стула не грохнулся от ее мурлыканья, а она как ни в чем не бывало, ещё и глаза прикрыла в наслаждении.

Незаметно поерзал на стуле. От того с каким придыханием она выкрикнула моё имя. Во рту пересохло и я одним глотком осушил кружку со свежеприготовленным американо.

Ей следовало бы вспомнить о нормах этикета! Так было бы намного лучше для нас обоих.

Вот почему всё у нас всегда идет не по плану? Я должен был вести с ней непринужденную, дружескую беседу, давать советы, а вместо этого я снова мысленно трахаю ее. Прямо на этом столике в центре небольшого ресторанчика! И пусть все, мать его, завидуют нам…

Мия снова похвалила блинчики, а я лишь кивнул ей в ответ, расслабленно откинувшись на спинку стула.

Она без лифчика. Точно без него — соски так игриво выпирают через тонкую ткань платья… Интересно, она слишко разозлиться на меня, если я разорву на ней лиф этого чертового платья, а потом проведу языком по её груди, слегка укушу?

Так друзья не делают, Алек… Не делают.

Мия снова что-то сказала, а я ничего не расслышал. Она так собирала языком остатки шоколадной пасты с уголком своего рта, что в ушах зашумело.

— Ты слукавила, — игриво сказал ей я, позабыв о том, что не должен был этого делать. Не должен…

— Что? — переспросила она меня и вилка выпала из её рук.

— Да, однозначно слукавила! — Привстал и словно зомбированный, наклонился к ней, так близко, что кончики наших носов соединились. — Я знаю как выглядит твой оргазм. Твоё дыхание становится поверхностным, а тело покрывается легкой испариной. К лицу приливает кровь и персиковый румянец покрывает твои щеки. Ты начинаешь водить языком по нижней губке и в тот самый момент прикусываешь ее. Прогибаешься в спине навстречу наслаждению и громко выкрикиваешь моё имя.

— Твое имя? — подавилась воздухом Мия.

— Моё имя.

А не имя этого французишки, будь он неладен!

Аккуратно вернул на место лямку от платья, которая сползла с её плеча и расслабленно откинулся на спинку своего кресла. А мне так захотелось разорвать это чёртово платье на ней!

Мия дрожащими руками взяла кружку с чаем и поднесла к губам. Сделала жадный глоток, а потом решилась произнести:

— Алек… мы друзья. Ты обещал мне.

— Да, сейчас мы друзья, — согласился я с ней и сам не заметил того, как крепко сжал скатерть к руке.

— Тогда тебе нужно прекратить это…

— Прекратить что? Воспоминания? Разве ты ничего не помнишь?

Конечно, помнит! Она не могла всё забыть! Все эти годы воспоминания тенью Мии шли позади меня нога в ногу, не давая мне ни одной возможности забыть её. И всё это время я надеялся, что с ней того не происходило, но… снова встретя ей, мне так захотелось, чтобы она помнила! Обо всем помнила!

— Алек, хватит провоцировать меня и себя! — выпалила Мия и её лицо залилось краской и от злости, и от смущения. А возможно и от желания.

— Провоцировать? — не смог я скрыть своего удивления, положив себе в рот кусочек блинчика. — Ты первая начала! Зачем ты так сексуально посасывала свой палец?

— Знаешь, Алек, а ты всё такой же извращенец!

— Я просто поддержал разговор!

Мия уткнулась в глазами в тарелку. Её грудь стала ритмично подниматься и опускаться, так соблазнительно показываясь мне из лифа платья. Нам не быть друзьями! Никогда ими не быть! Но выбора у нас нет!

Наши отношения всегда напоминали американские горки. И как бы ты их не любил, всё-равно наступит момент, когда от резких поворотов тебя стошнит на свои ноги и ты по своей воле сойдешь с них. Но тебе никогда не забыть это чувство выплеснувшегося в кровь адреналина…

— Я не видел Линду больше четырех лет, — обессиленно произнес я, взяв себя в руки. Я хотел, чтобы она знала, что меня больше ничего не связывало с Линдой.

— Меня это не интересует. Меня не интересует твоя личная, Алек.

Снова лжет. Если не интересует, то тогда почему при каждом упоминании о Линде она так хмурит свои бровки, м?

— Линда вышла замуж и больше мы не виделись.

— А разве брак вам когда-то мешал? — усмехнулась в ответ Мия.

— Я знаю, что многое делал неправильно в своей жизни и отношения с Линдой тоже были неправильными.

— Поздно ты это осознал, Алек! — С этими словами Мия резко вышла из-за стола, бросила на стол несколько десятков евро и быстрым шагом направилась к выходу.

Я кинулся за ней. Быстро догнал и притянул к себе, крепко взяв за локоть. Мия попыталась вырваться, но я так крепко прижал ее к своему телу, что мне удалось почувствовать как быстро билось сердце в ее груди.

— Я не верю ни одному твоему слову, Алек! — выкрикнула она мне в лицо.

— Почему? Я всегда был честен с тобой!

— Потому что прошло всего несколько часов после того, как мы лежали с тобой в одной постели, а ты уже особым инутзиазмом трахал Линду у себя дома!

Её слова обожгли мою кожу, словно кипяток. Я отшатнулся от нее и стал переваривать каждое слово. Мысли были вязкими, а воспоминания словно в белой пелене. Я активно прокручивал в своей голове последний проведенный вместе с Мией день, но Линду никак не мог припомнить в нем.

— О чем ты? Что ты имеешь ввиду, Мия?

— Ты трахал Линду на своем диване в гостиной дома и я видела это своими глазами, Алек!

— Но как ты оказалась в моем доме, ты ведь должна была в это время быть в аэропорту?

На мой вопрос Мия ухмыльнулась и наконец-то я почувствовал как она обмякла в моих руках. Хрупкие ладони уперлись в мои плечи, а голова обессилено уткнулась мне в грудь.

— Я сбежала от твоего охранника, — с особой болью в голосе выдохнула Мия в мою шею. — Я вернулась к тебе, Алек…

— Ты вернулась ко мне?

— Да, вернулась, но оказалась уже не нужна. Ты выбрал Линду, а меня как ненужную, использованную вещь посадил на самолет. И я ненавижу тебя за это, Алек!

И наконец-то до меня дошло — Мия не испытывала отвращения ко мне за то, кем я был. Я был противен ей из-за того, как быстро предал её, трахнув Линду, но самое обидное было в том, что я так и смог вспомнить как и когда я это сделал. Последнее, что отпечаталось в моей памяти — алкоголь, обжигающий мою грудь изнутри и размытый женский силуэт в кожанном пальто напротив меня. Она погладила меня по голове, пообещав всегда быть со мной, а дальше пустота.

Мия

Мы сидел в гостиной моей квартиры и молча смотрели друг на друга. Откуда? Откуда у меня взялось столько смелости, чтобы сказать это ему? Все эти годы я носила в себе эту чертову боль и боялась даже оставаться один на один с собой, ведь снова и снова эти мерзкие картинки всплывали у меня перед глазами…

— Почему ты так смотришь на меня? — спросила я Алека, который сидел напротив меня на диване, слегка наклонившись вперед и скрестив пальцы рук в замок перед собой. Его голубые глаза буквально прожигали мое лицо.

— Потому что я не знаю, что сказать, — на удивление спокойным голосом ответил он мне. — Просить прощение перед тобой — глупо, начать оправдываться еще глупее.

Красиво сказал, что тут сказать! Зато как некрасиво поступил со мной…

— Правильно Алек, тогда просто молчи, — отмахнулась я от него.

Встала с кресла и подошла к холодильнику. Достала из него ополовиненную бутылку с вином. Поставила на стол два бокала и наполнила их наполовину красным напитком.

Нет, мне не хотелось с ним говорить по душам. А что тут сказать? Всё давно уже сказано и сделано. Мне просто нужно было хоть немного притупить боль в своей груди от воспоминаний, которые он мне подарил этим вечером.

Взяла в руки бокал и снова опустилась в свое любимое кресло. Сделала жадный глоток, Алек к бокалу с вином так и не притронулся. Он продолжал глазами следить за каждым моим движением.

— Кстати, спасибо за вазу. Я оценила. Честно оценила, — поблагодарила его я, снова сделав глоток из бокала, на что Алек лишь кивнул в ответ.

Вино приятно ударило мне в голову и я наконец-то смогла хоть немного справиться с болью, которую ощущала. И всё бы было замечательно, но я снова вспомнила тот поцелуй в моей гардеробной. Чёртово вино!

Легкая дрожь пробежала по моему телу, и, как бы желая удержать это воспоминание, я на секунду прикрыла глаза. Боже… Я должна ненавидеть Алека, прокручивать в своей голове всё самое мерзкое, что он сделал со мной, но вместо этого я снова и снова вспоминаю, как он сделал это. С каким бешеным желанием целовал меня, словно хотел утонуть во мне. И какой же этот поцелуй был на вкус… Это была смесь желания и отчаяния, любви и сумасшествия.

О боже… Как же я хочу зачеркнуть всё отвратительное, что было между нами и простить его. Просто простить и снова стать его. Хотя бы на один день отдать себя ему в пользование и полное распоряжение. Снова стать только его, хотя бы на пару часов. Хотя кого я обманываю? Какие пару часов? Нам потом будет уже не остановиться…

И я знаю, что если позволю ему это сделать, то Алек снова лишь попользуется мной и уедет, ведь он почувствует ту самую безнаказанность…

Нужно собраться с мыслями. Чёртово вино!

Мия! Соберись, черт возьми и прекрати так пожирать его губы глазами!

— Зачем ты приехал в Париж, Алек? — Такая быстрая смена темы разговора удивила Алека.

— У меня здесь были некоторые дела, — сухо ответил он мне.

Дела? Я видела последствия этих “дел” на его теле. Его рана, конечно, заживала, но медленно.

— Дела? Это то о чем я подумала? — ухмыльнулась в ответ, снова сделав глоток. В горле пересохло от моих мыслей.

— А о чем ты подумала, Мия? Я ведь не умею читать твои мысли!

— Ты взял все дела своего отца в свои руки, я ведь права?

— Да, у него много компаний и теперь я управляю ими.

Нет! Алек никогда бы не стал творить то, что делал Джеймс! Никогда в это не поверю!

— Управляешь? Ты бы никогда так не стал делать… — содрогающимся голосом прошептала я.

Мои слова позабавили Алека и он внезапно ухмыльнулся. Но я всё равно знала, что он никогда бы не стал делать так, как делал Джеймс.

— Мой отец не умел вести честно дела, а я вот изо всех сил стараюсь это делать именно так, — ответил мне Алек и потянулся за бокалом с вином. Сделал глоток, а я выдохнула, услышав от него эти слова. — Ты знаешь меня лучше, чем я сам себя.

— И как? Получается?

— Мне кажется, что да. Я значительно приумножил его капитал.

— Но ты всё ещё называешь его своим отцом…

— Это привычка. Могу заменить на слово “отец” на “мудак”, но так мы запутаемся о каком отце говорим. О твоём или о моём.

Улыбнулась ему в ответ и теперь Алек наполнил наши опустевшие бокалы вином.

— Спасибо, что не бросил Люка, — искренне поблагодарила я его.

Все эти годы я сходила с ума от мысли, что стало с моим братом. Но почему-то надежда на то, что всё с ним хорошо всё это время жила во мне. Возможно, потому что я знала, что Люк остался с Алеком. А рядом с Алеком всегда было спокойно и безопасно.

Вот и сейчас мне спокойно. Легко и спокойно, черт возьми!

— Скажи мне, а ты точно младшая в семье? — спросил меня Алек, растянувшись в тёплой улыбке.

— Иногда мне кажется, что нет, — пожала плечами я в ответ. — Алек… Люк ведь ничего не знает о том, что было между нами?

— Нет, Мия. Я подумал, что он будет слишком недоволен моим поступком по отношению к тебе.

— Ты про то, что ты… разбил мне сердце?

Заметила, как Алек вздрогнул от моих слов. Он вскочил на ноги, быстрым шагом вышел на балкон и я увидела, как дымчатые буквы О полетели вверх из его рта. Мне не понравилась его новая привычка — притуплять эмоции никатином.

— Я говорил о том, что я воспользовался твоим телом, — ответил он мне, потупив взгляд вниз на мимо проезжающие машины.

— Всё было не так, Алек! Я сама приняла это решение. И…

— И?

Поставила бокал на стол и вышла к нему на балкон. Встала рядом с ним, но Алек так и не рискнул посмотреть на меня. А я хотела, чтобы он видел мои глаза! Коснулась рукой его руки и Алек машинально обернулся на меня.

— И я не пожалела об этом, — сказала я правду Алеку, не побоявшись соприкоснуться с ним взглядами.

Всё о чем я жалела — то, что мы так мало провели время вместе. Я даже толком распробовать не смогла его и все те эмоции, что он мне успел подарить…

Поежилась, сама не поняв от чего — от прохладного ветра или от воспоминаний. Алек любезно накинул на мои плечи свое пальто. Немного задержался взади меня. Уткнулся носом в мои волосы, сделал глубокий вдох и оставил поцелуй в мою макушку. И Алек даже не попытался сделать это аккуратно и тайно. Он хотел, чтобы я почувствовала всё.

— Никогда больше так не делай… — прошептал он в мои волосы.

— Как? — спросила я, развернувшись к нему лицом.

— Никогда больше сама не плати в ресторане! — тепло улыбнулся мне Алек. — Ты унижаешь тем самым мужчину напротив себя.

— Мы всегда с Жаном оплачиваем счет по пополам!

— Это и ясно, я ведь сказал: “мужчину”.

— Алек…

Хоть я и злилась на Жана, но это было грубо со стороны Алека! Закатила глаза и Алек быстро на это отреагировал:

— И не закатывай глаза. А то…

— А то что?

— Я не посмотрю на то, что у тебя есть этот французишка и отшлепаю тебя!

Давно я не видела такого Алек! Такого Алека, которого мне так нравилось провоцировать. А еще больше мне нравилось играть с ним!

— А я тебя не боюсь и никогда не боялась, — ответила я, вплотную подойдя к нему.

Он смотрел на меня сверху вниз и с каждой новой секундой его широкая грудь начинала всё ритмичней опускаться и подниматься. От его тяжелого дыхания и такого любимого мужского аромата во рту пересохло и я сама того не понимая, зачем-то обвила руками его шею и приподнялась на носочки. Так, чтобы наши губы оказались друг напротив друга.

— Не боишься? — полушепотом спросил он меня, резко сдавив пальцами мои скулы. Крепко, но нежно.

— Нет, — выдохнула я ему в губы.

— А это зря, малышка! — Еще ближе приблизил он своё лицо к моему, так чтобы наши носы соприкоснулись.

— Не называй меня малышкой…

— Тебе не нравится?

— Нет, — солгала я ему.

Руки отпустили моё лицо и медленно спустились вниз на шею, я прикрыла глаза в наслаждении.

— Снова лукавишь, — почувствовала я горячее дыхание Алека на шее, от которого вся кожа вздыбилась.

Казалось, что Алек вот-вот коснется моей шеи губами и мир снова закрутиться вокруг нас — двоих с бешенной скоростью. И на этот раз я не стану останавливать его, точно не стану! Но Алек медлил…

— Нет, — опять сказал я ему неправду, когда он носом провел по моему плечу.

— Ох, малышка… Когда ты уже перестанешь мне лгать?

И тут к моему большому удивлению Алек остановился и сделал три шага назад от меня. Неужели, он действительно решил стать друзьями? Нет… Зачем так жестоко?

— Так зачем ты приехал в Париж? — спросила я его, попытавшись отдышаться от того, что только что произошло.

— Тебе ответить честно?

— Ты знаешь ответ на этот вопрос!

— У меня были дела в Париже и я решил увидеть свою племянницу, которая любезно предложила мне остаться у нее, пока…

— Алек! — мой звонкий смех прервал его историю. — Скажи мне правду, а не перескажи историю, которую я придумала!

— Я приехал сюда, чтобы увидеть тебя.

Я демонстративно закатила глаза и по-дружески толкнула его рукой в плечо.

— Ты не веришь мне?

— Нет.

— Но я действительно приехал сюда, чтобы увидеть тебя! Я хотел увидеть тебя пусть и со зрительного зала, но я хотел еще раз увидеть тебя… Но твой брат сделал всё неправильно и я впервые не буду на это злиться! Я всю оставшуюся жизнь буду благодарен ему, что эти дни я проведу с тобой, а не просто буду наблюдать за тобой со стороны.

Подавилась воздухом, а Алек продолжил:

— Я хотел увидеть тебя в последний раз прежде чем…

— Прежде чем что?

— Неважно.

— Важно!

— Ты задала мне вопрос, я ответил на него тебе.

Нахмурилась. Что он снова скрывал от меня?

— Вот почему ты такой, а? — выкрикнула я ему, сложив руки на груди и нахмурив брови.

— Какой? — улыбнулся он мне в ответ, снова выпустив клубы табачного дыма со своего рта.

Резко выдернула сигарету с его рта и затушила её. Алек недовольно вздернул бровь вверх. В его глазах появился огонек. Он расценил мой поступок никак заботу, а как дерзость и по его взгляду я поняла, что он был не прочь наказать меня за это. Так и я сама не против! Даже сопротивляться не стану!

— Почему ты всегда надеваешь свою маску именно в те моменты, когда я хочу увидеть настоящего Алека?

— А ты хочешь, чтобы я стал настоящим?

— Да, хочу.

— Почему?

— Потому что я соскучилась по нему.

— Соскучилась? — не смог скрыть своего удивления, Алек.

— Да.

— Знаешь, Мия, ты — единственный человек, кому нужен настоящий Алек.

Нужен! Нужен… Еще как нужен! Ведь мне с ним так хорошо, легко и спокойно, как ни с кем другим.

Неожиданный звонок в дверь прервал наш затянувшийся разговор.

— Еще один букет? — ухмыльнулся Алек, когда я побежала к двери.

Посмотрела в глазок прежде чем открыть дверь и чуть в обморок не упала, когда увидела лицо, нежданного гостя. Это лицо мне снилось в кошмарах всё это время.

— Это… Это Фрэнк, — дрожащим голосом еле слышно произнесла я.

— Кто?

— Твой брат, Алек. Это Фрэнк.

Мия

Мы смотрели друг на друга большими непонимающими глазами. Я боялась даже пошевелиться от страха, а Алек казалось пребывал в состоянии полной растерянности и шока.

— Твою мать, как? Как он отследил меня? — полушепотом рявкнул он, сжав кулаки так сильно, что кожа на его руках побелела. Занес кулак над той самой дверью, за которой стоял Фрэнк, но вовремя остановил себя, прежде чем ударил по дереву.

— Может ему Люк рассказал? — еле слышно решилась я выдвинуть такую версию, от которой по телу пробежали мурашки.

— Нет, это исключено! — отрезал Алек.

Сказать честно, Фрэнка я боялась. Его лицо ни раз стояло перед моими глазами, когда я погружалась в сон. Немного смазливая, но такая мерзкая улыбка и пустые глаза. И встретиться с ним снова я, мягко сказать, не хотела. Не при каких условиях.

Алек быстрым движением отодвинул меня в сторону и вместо того, чтобы взглянуть в глазок, приложил ухо к двери. Сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Шумно выпустил всю свою злобу через ноздри и еле слышно спросил меня:

— Сколько раз он позвонил в дверь?

— Один, кажется.

— Три звонка и он войдет в квартиру.

— Три звонка? — переспросила я, ни черта не понимая.

— Это правило трех звонков. Если тебе не открыли дверь после третьего звонка, значит либо никого нет дома, либо от тебя прячуться в этом доме. И он войдет в твою квартиру, чтобы проверить эту теорию.

Войдет в квартиру? Нет! Алек ведь пошутил? Моё подсознание не готово снова встретиться с представителями семьёй Стивенс.

— Как Фрэнк сможет войти в мою квартиру? — протараторила я, когда пальцы Алека обхватили мое запястье и он потащил меня в мою спальную комнату.

— А как я попал в квартиру твоего брата пять лет назад? — На встревоженном лице Алека появилась лукавая улыбка. — У нас осталось два звонка, надо поторопиться, Мия!

— Я ничего не понимаю, Алек! Подожди…

— Быстро раздевайся! — скомандовал мне Алек, откинув одеяло с моей кровати.

— Что? Нет! Зачем?

— Не задавай лишние вопросы. У нас есть буквально пара минут. Ты ни в коем случае не должна быть впутана в эту историю.

Сначала мне показалось, что Алек шутит, невозможно ведь о таком говорить серьезно, но его нахмуренные брови и тяжелый взгляд сказали мне об обратном. Он знал, что я сама не рискну раздеться перед ним и поэтому всё взял в свои руки. Впрочем, он всегда так делал и это даже не удивило меня. Алек развернул меня лицом к стене и надавил на мои плечи. Моя пылающая щека соприкоснулась с ледяной стеной. Резким движением мужские руки расстегнули молнию на моем платье. Легкая ткань упала вниз и на мне остались только кружевные черные стринги.

Мы одновременно сглотнули. Алек глубоко втянул воздух через нос и еле слышно выругался. Жестко выругался. Мне захотелось увидеть этот взгляд и я развернулась к нему лицом, даже не вспомнив о том, что мне следовало бы прикрыть свою обнаженную грудь руками.

— В другой ситуации я бы мог подумать, что ты провоцируешь меня, Мия. И я бы не смог сдержаться, — прошептал мне на ухо Алек. — Ты ведь знаешь это?

— Знаю, — ответила я ему, заметя как дернулось его адамовое яблоко.

— Если ты хочешь быть моим другом, лучше так больше не делай, малышка. Иначе…

— Продолжи, — скомандовала я ему, желая услышать то, что он готов сделать со мной.

— Иначе я оттрахаю тебя прямо возле этой чертовой стены и мне будет плевать на то, что у тебя есть ПАРЕНЬ и то, что это всё увидит мой мерзкий братик. Мне будет плевать на все запреты и линии, которые мы сами провели между нами. Я буду хотеть лишь одного — услышать как моё имя стоном и всхлипами сорвется с твоих пухленьких губ.

Кислорода стало катастрофически не хватать после его слов и я прикрыла свою грудь ладонями. А вообще, я не хотела отругать его или дать ему за эти дерзкие слова по лицу, нет. Алек был единственным мужчиной в этом мире, который мог говорить мне такие вещи и всё, на что я могла быть способна — по собственной воле опуститься на колени перед ним.

— А если я буду сопротивляться? — с особой издевкой в голосе произнесла я.

— Ты не можешь мне сопротивляться, Мия, точно так же как и я тебе.

Второй звонок в дверь отвлек нас друг от друга. Алек поднял шелковый топ от моего ночного костюма и я подняла руки вверх, чтобы помочь Алеку надеть его на меня. Глаза Алек так и не рискнули спуститься ниже моего подбородка.

— Не переживай, я рядом. Я буду на балконе, — прошептал он мне, по-особенному нежно сдавив мои пальцы в своей руке, когда я легла в постель и он накрыл моё дрожащее тело одеялом. — Я никогда больше не позволю ему сделать тебе больно. Никогда, малышка. А ты сделай вид, что просто спишь.

— Но, Алек… Не оставляй меня, прошу тебя…

— Я рядом, малышка.

Алек схватил все свои вещи и быстро выбежал из моей комнаты. В такой идеальной тишине, я услышала, как хлопнула балконная дверь.

Третий звонок и сердце ушло в пятки. Пара секунд и дверной замок щелкнул. Я услышала тяжелые шаги в коридоре своей квартиры и они остановились возле двери моей спальной комнаты. С тихим скрипов дверь приоткрылась и я не став рассматривать ночного гостя, крепко зажмурила глаза. Мужчина переступил через порог и я буквально сразу же ощутила горячее дыхание Фрэнка на своем лице. Волосы взъерошились на моей коже, а желудок провалился.

— Он рядом. Он никогда не позволит Фрэнку причинить мне боль, — продолжила я мысленно успокаивать себя, но мое сердце еще никогда так лихорадочно не билось. — Алек рядом и я в безопасности.

— Привет, принцесса, — услышала я знакомый мужской голос возле своего лица. — Давно не виделись.

Тонкие, холодные пальцы Фрэнка невесомо провели по моим волосам, спустились на щеку и очертили скулу.

— Я скучал, надеюсь, что ты тоже, — особым тоном в голосе продолжил он и по спине побежал кипяток. Я ощутила как простынь под моим телом стала влажная. — Знаешь, все эти годы я жалел о том, что не трахнул тебя, в той чертовой машине, пока у меня была возможность. Алек пришел бы в бешенство от этого, но ты не переживай, принцесса, я думаю, что у меня еще будет возможность это сделать.

Легкая ткань моего одеяла слегка откинулась и я почувствовала как кончик его острого носа коснулся моей груди.

— Ты не обманешь меня, чертова шлюха. На твоей коже аромат мужского парфюма.

От его слов пульс убежал в пятки и мне ничего не оставалось, как доиграть свою роль до конца — повернулась на бок, сделав вид, что его голос меня немного пробудил ото сна и уткнулась носом в мягкое одеяло. У меня появилась возможность перевести дух, а Фрэнк наконец-то отстранился от меня, немного понаблюдал за моей игрой и вышел из комнаты со словами:

— Мы еще увидимся, принцесса.

Входной замок щелкнул и через пару секунд я увидела силуэт Алека, подсвеченный теплым светом ночника. Со слезами и громкими всхлипами я кинулась ему на шею.

— Он… он… — не смогла я сформулировать предложение, ведь я всё еще четко слышала мерзкие слова Фрэнка в своей голове.

— Тише, тише. Всё хорошо, но он вернется, — суровым голосом ответил Алек, нежно погладя меня по голове.

— Он…

Уткнулась носом в теплую грудь Алека и он еще крепче обвил свои руки вокруг моей талии. Ну почему только с ним мне так тепло и спокойно? Почему?

— Прости меня, Мия! Это я виноват во всём! Я — чертов идиот! Я поддался своим желаниям и снова подверг твою жизнь опасностям.

Крепкая рука нежно гладила меня по волосам, а я так и не смогла сказать Алеку то, что сказал мне Фрэнк.

— Нужно сваливать из этой квартиры! — прошипел Алек, еще крепче вжав мое трясущееся тело в себя.

— Ты собираешься уйти? — наконец-то выдавила я из себя, сквозь слезы.

— Я не смогу теперь уйти без тебя. Я не смогу бросить тебя на растерзание Фрэнка. Хрен знает, что у него на уме!

Словно сумасшедшая растянулась в довольной улыбке. Он не сможет теперь бросить меня. Нужно будет отправить Фрэнку открытку со словами благодарности. Этой ночью он привязал нас друг к другу.

— Почему ты улыбаешься, Мия? — спросил меня Алек и сам растянулся в довольной улыбке, пусть и немного нервной. — Ты рада тому, что нам нужно быть вместе?

Я не ответила, да мой ответ ему был и не нужен. Алек всегда чувствовал мои эмоции и читал мои мысли лучше любой гадалки с картами таро в руках.

— Мия, я — опасность, а ты снова рада тому, что ты находишься рядом со мной… Глупая малышка!

— Не называй меня малышкой, — прошептала я ему, так и не сумев подавить улыбки на лице. На что Алек закатил глаза.

— Никто не должен знать, что я был с тобой это время. Иначе ты снова будешь впутана в эти мерзкие дела.

— Но это знает Люк!

— И я доверяю твоему брату, а своему нет.

— Это еще почему? — удивленно вздернула я бровь вверх, подняв на него свои красные глаза.

— Ты еще спрашиваешь?

— Что произошло между вами? — решилась я спросить у Алека.

— Нам нельзя оставаться в твоей квартире, — ответил он, проигнорировав мои вопрос.

Время идет, а Алек не меняется. Совсем не меняется…

— Значит мы уедем, — спокойно пожала я плечами в ответ.

Такой расклад меня почему-то совсем не испугал и я сама не поняла, что со мной произошло. Я вспомнила тот милый, небольшой дом вдалеке от города и как нам было в нем хорошо. Щёки сразу предательски вспыхнули.

— Отличная идея! Но он будет отслеживать любые твои передвижения и если увидит мою фамилию рядом с тобой, то через десять минут мои… то есть его люди будут стоять возле трапа самолета, по которому ты даже не успеешь подняться.

— Тогда нам нужно тайное убежище.

— У тебя есть тайное убежишь? — спросил меня Алек, сложив руки на своей груди.

— Куда мне неудачнице! — отмахнулась я от него, но тут же гениальная идея пришла мне в голову. — Подожди, Алек, у меня есть одна идея! Я знаю, что тебе она не понравится, но у нас нет другого выбора! Там нас точно никто никогда не найдет!

Алек

Отвратительная! Отвратительная идея!

Я сидел в машине на заднем пассажирском сидении и вот уже несколько часов смотрел в окно. Нет, я не наслаждался красивыми видами этой маленькой страны, я пытался утихомирить зверя, который так и норовил выбежать наружу.

А теперь объясню подробнее. Глубокий вдох… Этот мерзкий французишка вот уже час, как держит свою руку на ее коленки. Мягко поглаживает её бедро, скользит пальцами вверх или отбивает ими ритм мелодии на ее коже.

— Останови эту гребанную машину! — выкрикнул я, резко ударив кулаком в стекло этой развалюхи.

Мой грозный рык напугал это подобие мужчины — он наконец-то убрал руку от нее и резко дал по тормозам.

Вылетел из этой чёртовой машины, громко хлопнув дверью и сразу же сделал глубокий вдох. Мышцы моей шеи натянулись так, что я практически перестал ее ощущать. Какой нормальный мужик станет покупать себе “мини”? У меня даже ноги в ней не помещаются!

— Что с ним? — услышал я его противный акцент.

— Его просто укачало, Жан. Всё в порядке, не переживай, — быстро ответила Мия и через пару секунд я почувствовал ее хрупкую руку на плече.

— Что произошло? Что с тобой? — незаметно прошептала она мне на ухо.

— Укачало! — рявкнул я ей в ответ. — Мутит меня!

Теплый ветер подул мне в лицо и я почувствовал посторонний мужской аромат в сочетании с запахом ее тела. Я всегда был атеистом, но в этот момент я поверил в тебя, слышишь Бог? Ты решил наказать меня за все мои грехи и у тебя отлично это получается! Так держать, дружище!

Дёрнул плечом и рука Мии слетела вниз. Уткнулся глазами в асфальт под моими ногами. Всё что я хотел — не быть свидетелем всего этого дерьма.

— Куда ты? — выкрикнула она мне в спину, когда я уверенным шагом пошел по обочине узкой дороги.

— Дойду пешком, — огрызнулся я через плечо.

— Но ты ведь даже адреса не знаешь.

— Да плевать!

— Эй, детка, что происходит? — окликнул Мию её французишка. — Куда он уходит?

Скажи спасибо, что я ухожу, иначе я разобью твою тупую башку прямо о лобовое стекло твоей машины.

— Алек! Алек! — Побежала за мной Мия. — Прошу тебя, остановись. Не веди себя, как капризный ребенок!

Капризный ребенок? Я бы посмотрел на неё, если бы она оказалась на моем месте! Каково это видеть, как кто-то присваивает себе то, что ты больше всего желаешь в этом гребаном мире? От чего сходишь с ума… Я словно оказался в пустыне без капли воды и эта дикая жажда медленно убивает меня. И я знаю, что никогда не дойду до этого чертового оазиса, про который все говорят. Я знаю, что умру, ведь мне никогда не сделать этот спасительный глоток. Мне больше никогда не испить с её губ ту самую живительную влагу, которая может еще хоть как-то удержать меня на плаву.

— Это дерьмовая идея! — еле слышно крикнул я ей в лицо. — Ты хочешь, чтобы я сошел с ума за эти дни? Ну уж, спасибо! Я лучше встречусь с Фрэнком лицом к лицу и просто перережу ему горло, а потом и всем его дружкам. Всего пара минут, несколько окровавленных трупов на полу и нам не нужно будет больше прятаться, и проводить время… втроем!

Солнце приятно грело, но от моих слов Мия поежилась и обхватила себя руками. Мои слова быстро заслонили это яркое солнце, словно грозовые тучи и ей стало зябко.

— Ты ведь сказал, что завязал с этим… — услышал я как дрогнул ее голос. — Ты никогда так не поступишь, Алек!

Усмехнулся. В эту минуту я готов испепелить этот мир и первый в адовый огонь попадет не Фрэнк, а этот кретин, который продолжал раздраженно поглядывать то в нашу сторону, то на часы на своем запястье.

— Просто объясни мне, что случилось и я постараюсь это исправить.

Объяснить? Как мне объяснить ей, что я сгораю заживо, когда увижу как этот тип касается её. Ему можно это делать, а я должен контролировать себя, должен спрашивать у неё разрешения и еще прикидываться тем, кем на самом деле не являюсь! И я имел в виду не историю с ее “дядей”, я говорил про друга. Друг! Друг, твою мать, который на протяжении пяти лет запрещал своим любовницам смотреть на себя, потому что у каждой был не тот оттенок глаз! Не зеленый!

— Всё хорошо, — солгал я в ответ, постаравшись перед этим выпустить весь свой гнев через ноздри и натянул на лице милейшую улыбку.

Мия, конечно, мне не поверила, а я больше не хотел слышать никаких вопросов и быстрым шагом вернулся в машину.

— Ему легче? Осталось всего полчаса и мы будем на месте, — затараторил Жан, когда Мия села в его машину.

И этот кретин снова взял руку Мии в свою и оставил на ней легкий поцелуй. А я уже представил, как отлично будет смотреться на его лбу какая-нибудь надпись, которую я лично нанесу ему кончиком моего любимого боевого ножа. Я делал это однажды с одним типом, который решил кинуть моего отца на деньги. Эпичное зрелище и тут больше ничего не добавить. Это просто нужно видеть.

— Алек, — обратился ко мне Жан. — Вы не переживайте, загородный дом моего отца — лучшее место для отдыха. Там есть всё необходимое. Бассейн, джакузи, частный пляж всего в нескольких шагах от дома. Друзья моего отца часто проводят там время. Никакого шума, спокойная жизнь. Ведь именно этого хочется в вашем возрасте?

— Заткни ему рот! Иначе это сделаю я! — выпалил я на родном языке, кинув взгляд разгневанного убийцы на Мию в зеркало.

И Мия быстро закрыла рот рукой. Только вот свой рот и я услышал как она отчаянно попыталась подавить вырвавшийся смех.

Стерва! И за что я только полюбил её…

— Алек! — выкрикнул мне хозяин дома и по-дружески похлопал меня по спине, когда мои пытки окончались и я буквально вывалился из машины. — Рад тебя видеть!

— Взаимно, Луи!

К Луи у меня не было претензий. Он ведь не виноват в том, что его сын сует свой член в мою любимую женщину.

— Как хорошо, что ты согласился принять мое приглашение и провести время здесь. Мы ведь практически семья.

Семья? Ну почему мне всегда так не везет с составом семьи? Вертел я на одном месте семью! И не нужно говорить, что семья нужна каждому человеку, ведь без нее он неполноценен! Хрень всё это! Мне нужна только Мия. Только с ней я полноценный, а все остальные пусть идут лесом!

Луи провел меня в дом. Не скажу, что я как-то впечатлился. Среднестатистическая вилла в европейском стиле с отличным видом на море. Для тайного убежище вполне сгодится.

— Пойдем, Алек! — повел меня на второй этаж Луи. — Я покажу тебе твою гостевую комнату. Кстати, комната Мии и Жана соседняя. Сможешь приглядывать за своей племянницей, чтобы она хорошо себя вела!

— Мия и послушание — вещи несовместимые и я давно уже это понял, Луи, — ответил я, тяжело вздохнув.

Хозяин дома приоткрыл тяжелую, деревянную дверь перед моим лицом, а потом прихлопнул себя по голове, вспомнив о чем-то и быстрым шагом сбежал вниз по лестнице. Заходить в комнату я не торопился — обернулся на дверь соседней комнаты, когда дверной замок щелкнул. Мия стояла возле двери, а сзади нее был ее ПАРЕНЬ. Он держал в руках сумку с вещами и тут произошло то, что стало последней каплей для меня. Шлепок. Этот мерзавец придал ускорение Мии, прихлопнув ее по попе.

— Эй! — выкрикнул я, кинувшись в его сторону. — Убрал свои руки от нее!

Только мне можно так делать! Только я могу так дерзко вести себя с её телом!

Жан увидели мой звериный оскал и как последний трус стал оправдываться передо мной:

— Извините, Алек, я ничего не хотел такого сделать с вашей племянницей! Это просто озорство!

Одним резким движением руки запихнул этого типа в комнату и закрыл дверь перед его носом. На замок. Так целее будет!

— Алек, что ты делаешь? Что с тобой происходит? — попыталась возмутиться Мия, но я быстро притянул её к себе за локоть.

Так близко, чтобы мои слова могла услышать только она.

— А теперь, малышка, я скажу тебе одну вещь — если еще раз я увижу его руки на твоем теле, то я не стану больше сдерживать себя и уверяю тебя, что у меня есть уже много интересных идей, как научить хорошим манерам этого ублюдка.

Впервые я увидел Мию в таком замешательстве. Её пухленькие губки приоткрылись, но она так и не смогла придумать, что мне ответить.

— Знаешь, кухонные ножи отлично перерезают шейные мышцы, — прошипел я ей на ухо. — Твой так называемый ПАРЕНЬ даже пискнуть ночью в своей кровати не успеет.

— Ты чокнутый, Алек! — как можно тише выкрикнула она мне.

— Да и именно такого Алека ты и любишь. Или ты забыла об этом?

Растянулся в довольной улыбке, заметя как на её лбу выступили маленькие капельки пота. Холодного пота.

— Забыла.

— Ох, я с огромной радостью тогда тебе напомню об этом!

Мои пальцы скользнули по ее приоткрытым губам и щеки Мии вспыхнули. Меня аж всего затрясло от ее реакции.

— Жан — мой парень и имеет право делать это!

— Не имеет он никакого права! Ты должна поблагодарить меня за то, что я сдержался прошлый раз, когда эта тупая французская скотина довела тебя до слез. Но в этот раз…

— А что если я скажу, что мне это нравится? — услышал я стервозные нотки в ее голосе. — Мне нравится, когда он шлепает меня или касается на людях!

Что? Что она сказала? Еще одно подобное признание и я силой затащу ее в свою гостевую комнату и напомню ей, что, а именно кто должен ей нравится!

— Я знаю, что тебе это нравится, малышка, — ответил я, прижав своим телом Мию спиной к двери. Между нашими губами оказались всего какие-то миллиметры. И я бы с радостью еще сильнее сократил эту дистанцию. И насрать на всё! — Но тебе нравится это только когда на твоих ягодицах лежат мои руки…

Быстрые шаги хозяина дома послышались на лестнице, но я не стал отпрыгивать от Мии.

— Своим несносным поведением ты выпустила зверя наружу и теперь не удивляйся, если что-то пойдет не по плану.

— Что ты имеешь ввиду, Алек?

— А то, что ты теряешь голову от него, а я абсолютно не умею его сдерживать.

Я отошел от Мии, буквально за несколько секунд до того, как Луи оказался у меня за спиной, а потом быстро закрыл за собой дверь в гостевой комнате, оставив Мию в полном одиночестве восстанавливать своё сбившееся дыхание.

Это будут самые “веселые” дни, которые я когда-либо ранее проводил за городом.

Мия

Ненавижу! Ненавижу Алека! И себя ненавижу за то, что когда-то не смогла совладать с собой и позволила себе влюбиться в него! А в этот раз выставить его из своей квартиры!

Вот только посмотрите на него! Полчаса назад чуть не довел меня до истерики своим дерьмовым поведением и угрозами, а теперь сидит за барной стойкой и с абсолютно спокойным лицом о чем-то разговаривает с Луи, потягивая джин.

Таким разъяренным я его еще никогда не видела. Передо мной стоял медведь гризли в момент охоты и он бы с большой радостью полакомился Жаном, если бы я не встала у него на пути.

А может быть я ошибалась все эти годы? Может быть настоящий Алек сегодня стоял напротив меня и обещал перерезать горло моему парню?

И он сделает это, если захочет! Чёрт! Мороз пробежал по спине, когда я вспомнила с каким хладнокровием он сделал это своему приемному отцу.

Я знаю, что мне он никогда не причинит вреда, а вот остальным… Тут я не уверена. Чёрт!

— Мия? Что это только что было? — услышала я голос Жана у себя за спиной и быстро задернула легкую занавеску на окне.

— Мы разозлили его, — не солгала я в ответ. А если быть точнее привели в бешенство.

— Разозли, но почему?

— Ему не нравится когда парни трогают меня у него на глазах. Мой дядя слишком… переживает за меня.

— Но Мия! Я же твой официальный парень! — воскликнул Жан и прижался ко мне со спины, обвив руками.

Так в этом и проблема, Жан!

— Он просто не уверен в тебе, — продолжила я выдумывать новые главы в истории про любимого дядю.

— Не уверен? Я ждал четыре года, чтобы ты наконец-то решилась! Хочешь, я прямо сейчас спущусь вниз и попрошу у него твоей руки?

Что? Нет! Не хочу. От одной мысли о семье меня сразу же бросило в дрожь. Я не готова к семье… с Жаном.

— Мы всего несколько дней как стали парой, а ты уже готов жениться на мне? Больше похоже на юношеский максимализм, чем на любовь!

И хоть Жан был на четыре года старше меня, иногда мне казалось, что в нем до сих пор жил мальчик в розовых очках с подростковыми амбициями.

Руки Жана нежно скользнули по моим плечам, поднялись на шею и стали активно разминать шейные мышцы, которые от перенапряжения превратились в камень.

— Ты снова покрылась колючками, Мия. Хочешь я помогу снять тебе напряжение? — игриво спросил он меня, оставив легкий поцелуй на моем плече.

Я прикрыла глаза от наслаждения. Руки Жана слишком умело разминали мне шею.

— Жан, но мы не одни в этом доме, — промурлыкала я.

— Я закрыл дверь на замок. Мы ведь приехали отдохнуть, да?

— Дааа.

— Так давай отдохнём и пошло всё к чёрту!

Жан наклонился ко мне и его губы коснулись моих. Нежно, как всегда нежно и так… приторно. Никогда раньше не замечала что его поцелуи такие приторные. А мне так хотелось чего-нибудь более пряного и терпкого.

Да пошел ты к черту, Алек! Жан не только хлопает меня по заднице, но еще и трахает! А теперь сгори от ревности! Почувствуй тоже самое, что когда-то испытала я.

Жан сел на кровать, я легла рядом с ним и мужское тело накрыло меня сверху. Сладкие поцелуи стали засыпать мою шею, грудь.

Пусть просто скажет мне “спасибо”, что взяла его с собой в этот дом и не нужно совать свой нос под моё одеяло! Я с Жаном и ему это никак не исправить! С Жаном я счастлива, а с ним… С ним всё вечно идет через одно место!

Мужские руки проникли под тонкую ткань футболки, нежно погладили животик и расстегнули ширинку на моих джинсах. Жан аккуратно стащил их вместе с бельем.

Да! Я теряла от него голову, но это было давно. Настолько давно, что я уже давно забыла как это!

Решила поменяться с Жаном местами и быстро оседала его.

Алек всегда был самовлюбленным, но чтобы настолько… Как можно так себя вести после того, что он сделал со мной? Ха! Он даже не стал отрицать, что трахал Линду! Мерзавец!

— Презерватив? — спросила я, когда услышала как Жан расстегнул ширинку на своих штанах.

— Ах, да!

Жан потянулся к сумке с нашими вещами и быстро достал фольгированный квадратик.

И как он мог сказать мне, что я теряю голову от него? Да это он всегда не мог дышать ровно рядом со мной!

— Детка, зачем ты всегда просишь меня надевать его, если ты на таблетках?

— О чем ты?

— Мне кажется или твои мысли сегодня где-то далеко? — улыбнулся мне Жан, нежно заправив прядь волос мне за ухо.

Убедившись, что Жан сделал то о чем я просила, я опустилась на него и быстро задвигала бедрами, так и не ответив на его вопрос. Жан сжал мою талию в своих руках и я уперлась руками в его плечи.

Как же меня бесит его самоуверенность! Вот зачем он поцеловал меня? Зачем? Он этим поцелуем сломал всю стену, которую я все эти годы возводила от него в своем сердце. А потом решил стать друзьями! Где логика? Она у него напрочь отсутствует!

А еще он уже ни раз обещал меня отшлепать… А друзья не шлепают друг друга по попкам!

Разгневанное лицо Алека так и стояло у меня перед глазами и по моей спине пробежали мурашки от того, что это я довела его до такого состояния. Обожаю когда он так прожигает меня своими бездонными голубыми глазами…

Прикрыла глаза от наслаждения. Его тяжелый взгляд… я скучала по нему. Как же я скучала, а он хочет быть мне другом. Ну как так-то?

— Детка, может мы поменяем позу?

Я превращу его жизнь в этом доме со мной в ад! И это я точно умею делать. Пусть сходит с ума от своей ревности и дикого желания! Пусть видит, что сам сделал так, что я теперь принадлежу другому. И никакой дружбы! Мы или любим, или ненавидим друг друга. Мы или трахаемся, или… Хотя, кого я обманываю? В наших отношениях мы и любим, и ненавидим, и трахаемся до сноса башки. И этот опьяняющий коктейль невероятен на вкус.

— Мия? Ты… — услышала я немного хрипловатый голос Жана, почувствовав всю его силу во мне.

— Все хорошо. У меня уже было, — солгала я Жану.

Прислонилась губами к губами Жана, быстро встала с кровати, накинула на себя белую футболку и приоткрыла легкую занавеску.

И тут голубые глаза прожгли меня насквозь. Легкий румянец выступил на моих щеках и Алек нахмурился. Неужели он всё понял? Чёрт! Из-за него я даже сексом не могу нормально заняться!

Алек

Я пересекся с ней в коридоре дома и она быстро пробежала мимо меня, потупив свой взгляд себе на ноги. Мы случайно столкнулись на маленькой кухне и у Мии из рук выпали апельсины, которые она взяла для фреша. Я помог ей их собрать, но она снова быстренько отвела свои глаза и словно ужаленная выбежала из кухни.

Она лежала на лежаке возле бассейна и смотрела на меня, потягивая свой сок. Она думала, что я этого не замечал, ведь на ней были солнцезащитные очки, но я всё видел. Видел, как она буквально пожирала меня глазами, о чем-то задумалась, облизала свои пухленькие губки и её щёки покраснели, а затем на губах скользнула стервозная ухмылка.

Обернулся в ее сторону и в упор посмотрел на неё. Я ждал объяснений такому поведению, но она снова залилась румянцем и быстренько опустила глаза на воду.

Чёрт! Если это то о чем я подумал, то я за себя не отвечаю…

— Что происходит, твою мать? Почему ты не смотришь мне в глаза? — поймал я её за локоть возле ванной комнаты, когда она решила принять душ.

Толкнул дверь вперед и силой запихнул Мию в ванную комнату. Закрыл дверь на замок за нами. Я сделал это так быстро, что Мия даже пискнуть не успела.

Сделал два шага к ней, а Мия от меня.

— Я не люблю повторять дважды, но тебе я сделаю исключение! Почему ты не смотришь мне в глаза, Мия? — прорычал я ей. Её молчание взбесило меня не на шутку.

Крепко сжал пальцами ее скулы, заставив повернуть голову в мою сторону, но Мия снова опустила глаза вниз.

— Отвечай! — как можно тише рявкнул я, но она молчала.

Провел носом по ее распущенным волосам и впал в ступор. Нет, я охренел! Она пахла так, слов только что….

— Ты пахнешь так, словно совсем недавно трахалась! — выпалил я, еще сильнее сжав её лицо в своих пальцах.

— Отвали от меня, Алек! — наконец-то заговорила она со мной, резко оттолкнув меня от себя. — Тебя это не касается!

— Что ты сказала? — Еще грубее схватил я её за руку и силой повернул в свою сторону.

— Ты хочешь знать? Так получай! Да! Да! Да! У меня был секс с моим парнем чуть больше часа назад и это было охренительно! — Её слова и эта улыбка стервы ошпарили мое тело. — Это было так круто, что я выкрикнула его имя трижды!

От её дерзости меня заколотило. Перед глазами стали появляться мерзки картинки эротического содержания с её участием. Как этот французишка потеет над ней, усердно пытаясь хоть как-то удовлетворить.

Жар в теле сменился ледяным покалыванием, а Мия тем временем выкрутилась из моих рук и потянулась к замку на двери.

— А ну иди сюда! — прорычал я, дернув её на себя. Мой самоконтроль полностью отключился…

Подхватил ее под бедра и посадил на тумбу с раковиной. Она попыталась остановить меня, хлопнув руками по моим плечам, но как-то это у нее слабо получилось. Слишком слабо, как-будто для формальности.

— Как же так, Мия? Неужели, ты забыла кому ты принадлежишь?

Она промолчала в ответ, а я плотную подошел к ней. Мия демонстративно отвернулась от меня, а я уткнулся носом в ее шею. Отвратительный запах. Я ощущал те самые лесные ягоды, но так отдаленно и так нечетко. На ней был аромат постороннего мужчины и это взбесило меня. Всё что я хотел — убить его и жестко оттрахать её.

— Ты моя, Мия, — прошептал я ей, спустив тоненькие бретельки её майки с хрупких плеч. — Твоя душа моя. Твое тело моё. Как ты могла забыть об этом? Но ты не расстраивайся, я сейчас напомню тебе это, малышка!

Ее тело содрогнулось, когда я рывком спустил вниз её майку, глядя прямо в перепуганные глаза.

— Не смей этого делать! Я не буду с тобой трахаться! — еле слышно выкрикнула она мне.

— И не надо! — усмехнулся я в ответ. — Но сейчас ты вспомнишь кто может принести тебе то самое неземное удовольствие, про которое ты только что рассказала мне.

В джинсах стало чертовски узко, когда я представил себе, как Мия будет старательно сдерживать свои стоны, тоня в волнах накатившего удовольствия. Провел руками по ее плечам, спустился на грудь, коснулся большими пальцами её сосков. Сжал их между указательным и средним пальцами. Тонкие пальчики впились в бортики деревянной тумбочки, но Мия решила не поддаваться ощущениям и прожгла меня своими зелеными глазами. Но это был не огонь злобы и ненависти. Она желала меня, как бы не пыталась этого скрыть.

Провел руками ниже, обхватил руками за талию и немного сжал, а затем спустился на бёдра. Быстро стянул с неё эти чертовски короткие джинсовые шорты и приложил указательный палец к её губам, за несколько секунд до того, как она решила громко возмутиться.

— Веди себя тихо, а то твоему французишке совсем не понравится то, чем ты занимаешься прямо у него под носом.

— Ты этого не сделаешь, — тихо прорычала она мне. — Ты не посмеешь…

Ты плохо знаешь меня, малышка! Я сделаю это! Сделаю и тебе это чертовски понравится!

Аккуратно спустил вниз ее белье. Она словно заранее знала и готовилась к нашей встрече — на ней были красные стринги, а если быть точнее прозрачный треугольник на тонких шнурках.

— Не смей прикасаться ко мне, — прошипела мне Мия, когда я встал между ее ног.

— И не посмею, пока ты сама не попросишь меня об этом.

Она попросит… Я знаю это и попросит меня буквально через несколько минут.

Резко включил горячую воду. Мия открыла рот от удивления, а может быть чтобы возразить, но было уже поздно — я направил поток горячей, практически обжигающей воды из душевой насадки прямо на то самое место, где Мия уже пылала.

— Вспомнила? — спросил её я, когда Мия прошлась языком по приоткрытым губам. Я ждал ответа, но она лишь смотрела то на мелкие струйки воды, которые активно массировали её между ног, то мне в глаза.

— Ты… — прошептала она, шумно вздохнув, когда я сделал режим еще интенсивнее.

— Ну же! Скажи мне это уже! — потребовал я, начав сгорать от того, что происходило в этой маленькой ванной комнате. — Скажи, что солгала мне! Скажи, что только я могу приносить твоему телу неземное удовольствие! Скажи, что ты только моя…

Я — хозяин её тела и души! Только я могу трахать её и только я могу заниматься с ней любовью. И наказывать её тоже только я могу!

— Ты… забыл, что не в моем вкусе? — проскулила она, откинув голову назад от наслаждения.

Стерва!

Переключил режим, сделав его более интенсивным и Мия задвигала бёдрами навстречу своему наслаждению. Вода тоненькими струйками потекла вниз по краю раковины, оставляя влажный след на моих джинсах, но мне было наплевать! Мне нравилось видеть, что она больше не была такой самоуверенной, особенно, когда я сменил температуру воды с практически обжигающей на холодную.

— Ммм, Алек… — судорожно выдохнула она.

— Да, малышка? — хрипло ответил я ей, хотя уже сам плохо ориентировался в пространстве.

Видеть стонущую, извивающуюся от удовольствия Мию — пытка для меня.

— Убери этот чертов душ и…

— И что?

— Прикоснись ко мне, — наконец-то сказала Мия, облизав свои пухленькие губы. — Прошу тебя, коснись меня там. Я хочу снова почувствовать… тебя.

Прорычал что-то невнятное даже для меня самого. Я нуждался только в том, чтобы еще раз услышать, как она выкрикнет моё имя. Всё вокруг потеряло смысл. Теперь существовали только мы. Я и она. И она хотела, чтобы я не останавливался.

Откинул душевую лейку в ванну и вплотную приблизился к ней. Мои глаза пылали от жажды и страсти. А в её страх сменился на наивность и чистоту.

Черт, если бы мы были в этом доме одни, то я бы с радостью устроил для неё изматывающую пытку, но наше долгое отсутствие могли заметить. Так что надо насладиться тем, что пока мне доступно. Пока…

— Ты будешь тихой, малышка? — спросил я её. Мия кивнула и в этот момент я пальцами жестко шлепнул по её возбужденной плоти. Девушка ахнула и закрыла глаза от наслаждения.

Я всегда знал, в чем нуждалось её тело! Только я!

— Я накажу тебя, Мия, за твою глупую выходку! — Я произнес это тихо, но резко, чтобы до нее дошел смысл моего умысла и медленно ввел в нее один палец.

Прикрыл глаза от наслаждения, которое сам испытал. Я снова почувствовал её. Снова был в своей малышке. Мия слегка подалась бедрами вперед и я вставил в нее второй палец. Всё такая же узкая и пылающая… Уткнулся носом в ее волосы и сделал глубокий вдох. Вот теперь она пахла так, как мне нравилось. Она пахла мной и удовольствием, которое я ей дарил. Провел кончиком носа по ее шее, не забывая прикусывать каждый сантиметр её нежной кожи, оставляя на ней влажные, красноватые отпечатки, спустился прямо к твердому соску. И не спросив ее разрешения, всосал его в рот, слегка потянул зубами. Ее дыхание стало частым и тяжелым. Мои пальцы быстро заработали внутри нее, задевая самую чувствительную точку.

— Кому ты принадлежишь, Мия? — снова задал я ей вопрос, когда её тело стало потряхивать, но она лишь тихо всхлипнула в ответ. А я за такое непослушание дерзко прикусил её набухший сосок.

Тоненькие пальчики вцепились в мои короткие волосы и слегка потянули меня на себя.

— Не можешь ответить? Тогда я сам скажу это вместо тебя, — выдохнул я в ее грудь, ускорив движения пальцами. — Только мне! Ты принадлежишь только мне. Навсегда! И только я могу тебя трахать! Только я могу доставлять тебе неземное удовольствие!

— Да, Алек! — немного громче, чем можно было, выкрикнула она. Сделал пару резких движений внутри нее и через секунду Мия подалась бедрами вперед, а ее хрупкое тело сотряслось от оргазма.

Зажал ей рот рукой в нужный момент и она еще раз пробормотала моё имя, прикусив мне кожу на тыльной стороне ладони.

— Тише… Тише малышка, — нежно погладил я её по влажным волосам, желая успокоить.

Её тело сокращалось, пульсировало, не желая выпускать меня из себя. Потрясающее ощущение. Сделал глубокий вдох, чтобы как можно больше заполучить запаха ее истинного, неподдельного удовольствия и медленно вытащил из нее пальцы. Мия приоткрыла свои затуманенные глаза и я демонстративно облизал пальцы перед ее лицом. Её дыхание снова участилось от увиденного. Она не отводила взгляда от моего рта, не веря в то, что я сделал.

— Ты — чертов маразматик! — Дрожащими руками оттолкнула она меня от себя.

— Но ведь я нравлюсь тебе именно такой, — растянулся я в довольной улыбке в ответ.

Мия быстро спрыгнула с тумбы, схватила свои вещи и замотала свое наполовину обнаженное тело в большое махровое полотенце.

— Веди себя прилично, малышка, а то я снова накажу тебя, — шепнул я ей, прежде чем она выбежала из ванной комнаты.

Чёрт… Теперь холодный душ был необходим мне после того, что произошло между нами.

Мия

Нечем дышать. Мое лицо пылало, а кислорода катастрофически не хватало. По позвоночнику летали искры, руки и ноги тряслись. Вот только внизу живота было хорошо, настолько хорошо, что мне захотелось повторить. Чёрт! Нет!

Я не помню как дошла до комнаты. Все это время перед глазами был Алек. Его довольное лицо. В ушах я все еще слышала его тяжелое дыхание и по телу бродили фантомные прикосновения.

— Мия, что случилось? — спросил меня Жан, когда я вбежала в нашу спальную комнату и быстро закрыла за собой дверь. На замок.

— Всё хорошо, — протараторила я в ответ, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Господи, как же хорошо! Просто охренительно, но всё, что произошло между мной и Алеком — плохо и это принесет свои последствия. Я уверена в этом.

— Ты так и не приняла душ? — спросил Жан, посмотрев на мои сухие волосы и такую влажную от пота кожу. — В этом доме частые проблемы с напором воды! Я уже говорил отцу, что нужно заняться коммуникациями.

— Нет, с напором всё было отлично…

Настолько отлично, что мои ноги до сих пор ходили ходуном, а по телу стекали капли пота. Я обессилено опустилась в небольшое плетеное кресло возле кровати. Закрыла глаза и шумно выдохнула. Стало интересно, как долго я теперь не смогу спокойно принимать ванну?

Жан удивленно вздернул бровь вверх, он хотел о чем-то еще спросить меня, но вибрация его телефона отвлекла его.

— Это Мишель! — радостно воскликнул Жан имя своего лучшего друга. — Он тоже решил немного отдохнуть и зовет нас с тобой присоединиться к ним этим вечером.

— Зачем? — отрешенным, практически безжизненным голосом спросила я, так и не открыв глаза.

— Мы давно не виделись с ним. И он сказал, что знает здесь одно отличное место, где можно классно провести время. Пойдем?

— Угу. Мне сейчас не помешало бы отключить голову…

Красное, короткое платье с легкой юбкой и черная косуха. Туфли на высокой шпильке. Осталось нанести алую помаду на губы и я готова! Выгляжу неплохо, возможно немного ярко, но именно так я себя ощущала. Я не видела Алека с того момента, как выбежала из ванной комнаты. И еще столько же бы не видела! Чёртова эйфория наконец-то сменилась злостью на него, но сказать честно, эйфория нравилась мне больше!

Мой телефон завибрировал, Жан ждал меня вот уже больше получаса в машине. Пора уже выходить…

— Ого! Отлично выглядишь, Мия! — кинул в меня комплимент месье Фреро, когда я вышла террасу перед домом.

Мой учитель снова проводил время в компании моего “дяди”. О чем можно так долго разговаривать? Словно давние знакомые! Что их так сблизило?

— Куда ты собралась? — сурово спросил Алек, нахмурив брови.

В ответ я промолчала. Если его рука побывала в моих трусах несколько часов назад — это не означает, что теперь я должна была отчитываться перед ним за каждый свой шаг.

— Алек, я понимаю, что ты переживаешь за свою племянницу, но дай ей немного отдохнуть. Она это заслужила! — похлопал по плечу Алека месье Фреро. — Я говорю тебе это, как её учитель. Мия заслужила отдых.

— Прости, Луи, но я хочу кое-что сказать своей племяннице перед тем, как она уедет.

Луи одобрительно качнул головой и Алек уверенным шагом направился ко мне. Холодок пробежал по моей спине, если бы рядом с нами никого не было, то я бы громко вскрикнула, когда крепкая рука схватила меня за локоть и силой потащила обратно в дом. Дверь с грохотом закрылась за нами и Алек буквально вдавил меня в стену.

— Ты не расслышала вопрос? Куда ты собралась? — прошипел он мне в лицо. — Да еще и в таком неприлично коротком платье!

— Я не буду перед тобой отчитываться!

— Что?

— Что слышал!

— Ты, кажется, сегодня ничего не поняла, Мия. Ты так и не сделала выводы!

— Да, не сделала!

— Тогда мне придется…

— Что? — перебила я его, закипев от злости. — Снова засунуть руку ко мне в трусы за непослушание?

— А я смотрю тебе понравилось, раз ты снова ведешь себя так! — ухмыльнулся Алек в ответ, пройдясь по мне оценивающим взглядом. Так смотрит зверь, выбирая себе жертву перед охотой.

— Как?

— Дерзко! — полушепотом выкрикнул Алек и резко остановил руку прямо за несколько секунд до того, как его кулак должен был ударить в стену рядом с моим лицом.

К его большому удивлению я даже не зажмурилась.

— Это не безопасно, мы приехали сюда не отдыхать, — постарался он как можно спокойнее убедить меня никуда не ходить. Но как бы он не старался, я всё равно сделаю наоборот. Лишь бы еще раз хорошенько позлить его!

— Это ты прячешься здесь, а я на отдыхе со своим молодым человеком. Я думаю, что ты найдешь себе занятие на этом вечер. У Месье Фреро огромная коллекция фильмов.

Вывернулась из его рук и быстрым шагом снова вышла из дома. На этот раз я точно закричу, если он прикоснется ко мне!

— Месье Фреро, — обратилась я к своему учителю, прежде чем села в машину к Жану. — Я рассказала своему дяде про коллекцию ваших фильмов и он был в полном восторге! Вы же покажете моему дядюшке вашу коллекцию?

— Конечно, Мия! — радостно ответил мне мой учитель.

— Развлекайся, ДЯДЯ! — с особой издевкой в голосе сказала я Алеку, захлопнув дверь машины.

Сделала глубокий вдох. Наконец-то я проведу время без Алека…

Жан потянул меня за руку и мы вошли в здание, откуда доносилась громкая музыка.

— Жан! — окликнул моего парня мужской голос, как только мы протиснулись через толпу ритмично двигающихся людей под громкую музыку. — Как же я рад тебя видеть! Точнее как я рад видеть вас вместе!

Я пару раз виделась с Мишелем на выставках Жана и слышала много историй о нем. Этот высокий, немного худощавый брюнет всегда вызывал у меня лишь улыбку. Его шутки мне нравились и я наконец-то расслабилась. Проведу время в хорошей компании и наконец-то выкинула Алека из своей головы!

— Это моя девушка Луиза и сестра, — представил Мишель рядом сидящих с ним девушек.

— Камилла! — выкрикнула молоденькая блондинка, протянув мне руку.

— Очень приятно, Мия.

— Я видела, как ты танцуешь! — затараторила девушка, крепко сжав мою руку. — После этого я устроила скандал родителям!

— Скандал? Почему?

— Они отдали меня в детстве рисовать пейзажи, а вот если бы они сделали как твои родители — отдали на балет, то я бы могла танцевать не хуже тебя, а может и намного лучше.

Девушка мечтательно закинула голову назад и ей густые волосы рассыпались по плечам. Такая прекрасная на личико и такая горьковатая на вкус.

— Камилла немного балованный ребенок, — закатил глаза Мишель.

Ребенок? На вид ей было лет двадцать, не меньше. В её возрасте я уже знала на вкус все прелести взрослой жизни. Предательство, боль потери, одиночество…

— Я и Жан сходим за напитками, а вы пока поболтайте о чем-то! — выкрикнул нам Мишель, стараясь перекричать громкую музыку.

Сказать честно, мне не нравился такой отдых. Громкая музыка, жаркие танцы алкоголь для меня не приравнивались к отдыху. Я больше получаю наслаждения, когда сижу в большом кресле и читаю какуе-нибудь книгу, закидывая себе в рот зефирки. Но выбора у меня в этот вечер не было. Клуб, так клуб.

— Кажется, кто-то смотрит на нас, — хихикнула Камилла.

— Кажется, он смотрит на тебя, Камилла, — быстро ответила ей Луиза.

Я оглянулась. Быть этого не может! Как? Ну как? Как он нашел меня?

Сзади нас, за барной стойкой сидел Алек и прожигал нас взглядом, выпуска из своего рта дымчатые буквы О.

— Классный! Пойду спрошу у него, который сейчас час, — слишком ванильным голосом пролепетала Камилла.

Я и слова не успела сказать, как эта девчонка быстро соскочила со своего места и уверенным шагом направилась в сторону Алека. Вот черт! А мне захотелось выцарапать этот маленькой стервочке ей голубые глазки.

Я ревную? Нет! С чего бы мне его ревновать? У нас давно у каждого своя жизнь.

— Что она делает? — поинтересовалась я у Луизы, не сводя глаз от этой чертовой девчонки, которая уселась на высокий барный стул рядом с Алеком.

— Хочет узнать который час, — улыбнулась мне Луиза в ответ.

— Я сама могла сказать ей, который час!

— Но ты ведь не накаченный, чертовски симпатичный брюнет. — Луиза закатила глаза и допила остатки шампанского со своего бокала.

— Тебе не кажется, что он староват для нее? Сколько ей?

— Двадцать один. А этому типу может быть чуть больше тридцати.

Прям то, что надо! Прям в яблочко! Алеку невероятно повезло этой ночью!

— Ему больше. Больше тридцати, — подавилась я словами, когда Камилла, что-то шепнула Алеку на ухо.

— Ты его знаешь?

— Нет, — как можно правдоподобнее солгала я.

Алек улыбнулся Камилле и уверенным шагом направился на второй этаж вверх по лестнице, а эта девчонка с радостным выражением лица вернулась за наш столик.

— И? — не терпелось Луизе узнать подробности.

— Он ушел в VIP ложу. Думаю, что через минут десять один из официантов позовет меня к нему.

— Кажется, ты сорвала джекпот сегодня, Камилла!

Старый кобель! Ну я ему сейчас устрою!

— Куда ты, Мия? — выкрикнула мне в спину Камилла, когда я забыв обо всем, понеслась в сторону лестницы.

— Пойду поищу Жана!

А точнее Алека! И ему следовала бы спрятаться от меня…

— Что ты делаешь? Ты знаешь, сколько ей лет? — с этими словами я ворвалась в VIP ложу, где сидел этот старый кобель.

— А можно уточнить, что именно я сделал?

Если он играет, то у него это отлично получается!

— Зачем ты пригласил Камиллу провести время с тобой?

— Что? Камиллу? Кто это?

— Не прикидывайся дураком! Та блондинка, которую ты буквально прожигал взглядом, мило щебеча с ней за барной стойкой!

— А… Но я не приглашал её никуда! И вообще, не прожигал взглядом и не… Как ты сказала? Щебетал?

Да! Немного перегнула палку, сказала немного нет так на эмоциях, но сути это не меняет! Он флиртовал с ней! Я видела это!

— Не смей портить ей жизнь, как испортил мне! — ткнула я указательным пальцем в его широкую грудь.

— Испортил? — переспросил меня Алек, нахмурив брови. — Я тебе испортил жизнь?

— Да!

— О, малышка. Ты преувеличиваешь, — отмахнулся он от меня и расслабленно опустился на диван.

Наполнил пустой бокал темным алкоголем и сделал большой глоток. Его поведение только еще сильнее раззадорило меня. Мне захотелось напомнить ему про его возраст и сделать это так, чтобы у него появился еще один комплекс, но тут я заметила, что на его столе стоял только один бокал. А это означало, что он никого еще не ждал в VIP ложе.

— Успокоилась? — спокойным голосом спросил Алек, заметя как мои глаза растерянно забегали. — А теперь хочешь услышать правду? Она сама предложила мне провести эту ночь с ней.

Ну да! Конечно! Так говорят все мужики! Она сама предложила мне, сама сняла с меня трусы и сама засунула мой член в себя!

— Я не верю тебе! Камилла не похожа на такую!

Алек ухмыльнулся мне.

— Ты не веришь мне? Я похож на чокнутого?

— Чокнутого? — переспросила я, не понимая что он имел ввиду.

Алек встал с дивана и вплотную подошел ко мне. Слишком близко! Слишком тяжелое у него дыхание! Слишком приятно он пахнет…

— Мне хватило одной девятнадцатилетней девчонки и другой мне не надо. В свое время она мне так вынесла мозги, что я больше никогда ни на кого не посмотрю, кто будет младше двадцати четырех. В этом году… А в следующем двадцати пяти, а еще через год двадцати шести…

В этом году мне исполнилось двадцать четыре. А в следующем будет двадцать пять… Он говорил обо мне. Снова в нем проснулся романтик, черт его побери!

Боль, обида, злость, пустота. Выжженная дыра в моей груди. Вот, что он оставил после себя. И у меня тоже ни разу за это время не возникло желания в кого-то влюбиться.

— Ненавижу тебя! — выкрикнула я ему, резко толкнув в грудь. — Ты — самое отвратительное, что случилось со мной! Ты — чёртов псих, который сломал мне жизнь! Сумасшедший! Больной псих!

Мои слова зажгли в его глазах вишневые огоньки. Мои кулаки хаотично затарабанили по его груди, а он лишь растянулся в широкой улыбке. Он улыбнулся! И этим впервые за долгое время по-настоящему напугал меня.

— Давай еще! — его ровный тембр ну никак не вязался с его горящими глазами. — Говори мне все, что ты так хочешь мне сказать! Всё, о чем хотела сказать все эти годы!

А все что я хотела это — врезать ему пощечину, но я думаю что ему даже понравилось бы это.

— Грёбаный извращенец! — еще громче выкрикнула я. — Предатель! Кобель! Ненавижу!

От моих слов его лицо вспыхнуло, но он сдержал себя и спокойным голосом ответил, когда мне потребовалось сделать глубокий вдох:

— Всё сказала? Теперь можешь вернуться вниз к своим подружкам!

— Что ты сказал? — тон моего голоса резко снизился. Такой наглости от него я не ожидала. — Почему ты командуешь мной?

— Ты хочешь остаться со мной? В принципе я совершенно не против твоей компании.

Алек развел руки в стороны и жестом пригласил меня занять свободное место на бархатном диване. Бархатная ткань, приглушенный свет… Я вспомнила, как его губы жадно целовала меня, крепко прижав к похожему дивану, когда он пытался доказать своему дружку Марти, что я его.

— Да! Точнее, нет! — Чёртов дьявол! — Прекрати командовать мной! Ты залез ко мне в трусы и теперь думаешь, что можешь вот так легко говорить мне что делать?

— Ты сама меня попросила, Мия!

Эта его довольная ухмылка… Так и захотелось его треснуть по голове!

— Я? Ты против моей воли закрыл меня в ванной комнате! Я не разрешала тебе прикасаться к себе.

Надо быть честной, хотя бы с самой собою. Я не помню! Большая часть как в тумане. Пьянящий аромат его духов, прерывистое, тяжелое дыхание на моей шее, горячий язык, обжигающий кожу моей груди… Вот это помню, а всё остальное нет!

Он еще ближе придвинулся ко мне, и я ощутила тепло его тела. Сильного и мускулистого тела.

— Твои мозги может быть мне и не разрешили, но твое тело желало этого, — почувствовала я горячее дыхание Алека на своих губах. — И ты впустила меня в себя, так страстно желая, что пообещала вести себя тихо, лишь бы я позволил тебе кончить на моих пальцах.

— Ненавижу тебя, — прошептала я в ответ в его такие чувствительные губы.

— Конечно, малышка, — большой палец его руки скользнул по моим губам, размазывая красный пигмент. — А еще любишь. Кстати, тебе так идет этот цвет.

Хватит! Почувствовал себя альфа-самцом? Пора напомнить ему кое-что…

Неожиданно для него я резко толкнула его от себя и Алек плюхнулся на бархатный диван. Быстро села к нему на ноги так, что мое платье задралось выше, чем нужно и можно было.

— Что ты… Мия?

— Пусть мое тело принадлежит тебе. Пусть моя душа всегда принадлежит только тебе. Но ты забыл главное, Алек, — ты так же принадлежишь мне, как и я тебе. Весь без остатка, — мой шепот практически свел его с ума и Алек прикрыл глаза от удовольствия. — И кого бы ты не трахал, ты всегда думаешь обо мне. Я стала твоим наваждением и навсегда им останусь.

— Что ты сказала? — в его глазах я увидела радость от победы. Я сказал ему то, что он так хотел услышать.

Крупная рука легла мне на затылок и притянула максимально близко мое лицо к его лицу. Пальцы медленно стекли по моим щекам.

— Ты ведь мечтаешь обо мне. Ты ведь так хочешь снова ощутить меня, — прошептала я, слегка коснувшись своими губами его губ.

Почувствовала через ткань своего нижнего белья, как он сразу же налился силой. О боже! Смогу ли я вовремя остановиться? Надеюсь, что да…

Резко притянула его к себе за ткань белой рубашки и впилась в его губы. А вот это было зря! Какой же он классный на вкус. С возрастом только стал еще лучше. В меру сладкий, мята и табак придали особой пикантности, а эта терпкость… От нее голову сносит сразу же. Волна желания окутала мое тело, так что пальцы на ногах стали покалывать. Алек положил мне руки на талию, но я быстро, даже дерзко скинула их с себя.

— Я не разрешала себя трогать. Ты можешь прикасаться ко мне только, когда я разрешу тебе.

Поддалась вперед, начиная бедра имитировать половой акт и тело Алека вздрогнуло от наслаждения. С виду Алек казался таким брутальным и холодным, а на самом деле его так легко можно заставить преклонить свои колени передо мной.

— Ты моя, — прорычал он в мои приоткрытые ледяные губы. — Только моя.

В ответ я лишь улыбнулась ему и крепче сжала в своих пальцах его короткие волосы. Я причинила ему такую сладкую боль, что Алек запрокинул голову назад от удовольствия.

— Чёрт, Мия! — прошипел он с закрытыми глазами. — Ты знаешь, что я люблю тебя, но больше никакого занятия любовью! Я хочу жёстко трахнуть тебя.

Ага! Размечтался!

Расстегнула молнию на его джинсах, немного стащила их вниз и за ними тоже самое сделала с его черными боксерами. Сглотнула. Лишь бы мне не потерять самоконтроль. Обернула пальцы вокруг его увеличенной плоти. Каменный. Прошлась рукой вверх, вниз.

— Ты думаешь, что только ты можешь так наказывать меня? — громко спросила я и быстрее задвигала рукой. Надеюсь, Алек услышит мои слова. — Думал, что я буду ходить по струнке смирно и делать только так, как тебе захочется? Ты ошибался, Алек.

— Ошибался? — хриплым голосом переспросил он.

— Да. Запомни, я больше не та маленькая девочка, которой можно командовать. Ты понял меня, Алек?

— Да, малышка…

Сама нервно сглотнула от того, на что решилась и тут же убрала свою руку, прочертив влажную дорожку языком по его шее. Мои губы коснулись его скулы и он вздрогнул, а вместе с ним и я от спазмов внутри, издавая прерывистый выдох.

— Прошу тебя, Мия… — тихо простонал мне Алек.

— Ты хочешь, чтобы я продолжила?

— Хочу.

— Умоляй меня, Алек. Умоляй продолжить.

— Умоляю тебя, Мия…

О Боже, спасибо тебе за то, что дал мне эту возможность — видеть как Алек умоляет меня! Эта большая гора мышц еле слышно шепчет мне слова мольбы. За это можно многое отдать!

— Хочешь, чтобы я опустилась на колени перед тобой? — спросила я его полушепотом.

— Хочу.

— Ты хочешь, чтобы я сделала тоже самое, что и в твоей оранжерее?

— Да, Мия!

— А вот не дождешься, Алек!

Быстро спрыгнула с него, поправила своё платье и выбежала из этой чертовой VIP ложи, оставив Алека наедине со своими пошлыми фантазиями. А вот теперь мы посмотрим кто здесь зверь, а кто добыча!

Чёрт! Он отомстит мне!

Алек

Если сильно постараться, то можно встретить дьявола. Мне повезло, я даже усилий много не приложил.

Она — мой дьявол. И мое спасение. Только рядом с ней я забываю обо всем. Больше нет страданий, нет воспоминаний прошлого. Есть только она. Её бездонные глаза цвета дьявольского огня и ангельский лик. Я никогда раньше такого не встречал. То самое сочетание, от которого мои ноги трясуться и я добровольно вхожу в этот огонь снова и снова, абсолютно не думая и не боясь последствий. Я даже жду этих самых последствий, получая от кровоточащих ожогов особое удовольствие. И больше ничего неважно! Лишь бы с ней!

То что я делаю с ней, я ещё ни с одной женщиной не делал. То что делает она со мной, тоже ни одна женщина не делала.

Я никого не приводил силой в свой дом. Если девушка хотела — она шла, если нет, то находилась другая. Ни одну не спрашивал о чувствах ко мне и тем более не умолял признаться мне в любви.

Зря я это затеял. Зря поддался своему искушению — увидеть её снова.

Я вернулся в этот чертов дом уже далеко за полночь. Такая умиротворяющая тишина. Слышно было только как ночной ветер потрепывал воду на поверхности бассейна. Присел и провёл рукой по воде. Бассейн был без подогрева и вода в нем была еще холодноватая. Самое то!

Аккуратно снял ботинки, носки, скинул с плеч пальто и нырнул в воду. Холодная вода мелкими иголочками пронзила моё тело.

Знаю, что я эгоист и собственник. Но всё было бы неплохо, если бы я так и продолжал жить мыслью, что она только моя, не зная ничего о её личной жизни и тем более о существовании этого Жана. Будь он неладен!

Но даже он не изменит того, что она навсегда останется моей непослушной малышкой…

То как дерзко она поступила со мной вызвало у меня улыбку. Она стала другой. Мия стала сильной женщиной, настолько сильной, что в этот раз ей удалось подчинить меня себе… Мне надо перестать называть ей “малышкой”.

Проплыл несколько кругов в воде, так интенсивно, что лёгкие зажгло.

— Ты заболеешь, — услышал я женский голос у себя за спиной. — Вода еще холодная.

Обернулся, проведя руками по влажным волосам. Мия стояла напротив меня. На ней была моя футболка. Из-за падающего света тонкая ткань просвечивала и приоткрывала мне обнаженные формы Мии.

Интересно, этот мудак знает, что она спит рядом с ним в одной посетил в моей футболке? В моей! Захотелось, чтобы знал!

— Мне немного нужно остудиться.

Точно нужно!

В своих грязных фантазиях я уже представил как её горячая, нежная кожа покрылась мурашками от легкого прикосновения прохладного ветерка, когда я сниму с нее эту чертову футболку. И как её озноб усилиться, когда я буду поглаживать ее, ласкать, целовать. Прямо здесь! На заднем дворе этого дома.

— С чего бы это? — улыбнулась она и присела на край бассейна. Опустила свои изящные ножки в воду и тут же взвизгнула. — Черт, Алек! Она же ледяная! А ну быстро вылези!

— Переживаешь за меня?

— Конечно! В твоём возрасте надо следить за здоровьем!

Моя любимая, маленькая стервочка!

— Обожаю, когда ты ведешь себя как стерва!

— А я терпеть не могу твой наглый, самоуверенный взгляд!

Нахмурил брови, перевел взгляд в сторону, потом приподнял одну бровь, стараясь изменить выражение своего лица. Я знал, что выглядел, мягко сказать, забавно и Мия на мой поступок просто взорвалась от смеха. Её щеки залились ярким румянцем, а из глаз брызнули слезы.

— Если ты не вылезешь, то я залезу к тебе! — озорно выкрикнула она мне.

— Мия, ты могла не придумывать причину и просто сделать это, потому что хочешь.

Мия закатила глаза и резко прыгнула в воду. Вот это да! Брызги воды полетели мне в лицо и я расхохотался в голос. Кажется, я снова почувствовал себя счастливым. Рядом с ней. Идиотской улыбки мне уже было не сдержать.

Мия вынырнула и откинула назад копну мокрых, густых волос. Даже в фильме для взрослых так сексуально это не делают, как сделала это она.

— Не боишься, что наше совместное купание может вызвать вопросы?

— Жан остался со своими друзьями, Луи уехал в бар около часа назад. Мы с тобой остались только вдвоем в этом доме.

Вдвоем. Только вдвоем. Даже сердце защипало от осознавания того, что мы можем снова побыть вдвоем.

— Холодно? — поинтересовался я, заметя как посинели её губы от такого резкого перепада температуры.

— Ты еще спрашиваешь? Как тебе не холодно?

— В детстве мой отец загонял нас в бассейн, выключая перед этим подогрев воды. Чаще всего он делал это зимой или ранней осенью. Так он тренировал так нашу выдержку.

— Он — чудовище, Алек, — с особым отвращением в голосе сказала Мия, нежно погладя меня по щеке. — И тебе пора перестать называть этого мудака красивым словом “отец”

— Со временем я заметил, что именно в такой воде гнев и злость стихали, а мое тело по-настоящему расслаблялось. Так что ледяная вода даже полезна! И этот… мудак всё-таки был в чем-то прав!

— Нет, Алек! Просто твое тело научилось приспосабливаться!

Мия обхватила себя руками и я услышал стук ее зубок. Я знал ни один способ, как я мог бы согреть ее, но я не думаю, что хотЬ один бы ей понравился.

Подплыл к ней со спины и резко потянул на себя, прижав её спиной к своей груди.

— Что ты делаешь? — воскликнула Мия.

— Не могу больше слышать стук твоих зубов!

Конечно, я слукавил! И я думаю, что Мия прекрасно это знала.

— Скажи мне, Алек, у месье Фреро всё в порядке?

— Почему этот вопросы ты задаешь мне? — не смог скрыть своего удивления я.

— Ты сблизился с ним. Кстати, почему вы сблизились?

— Луи неплохой человек. Я ничего не имею против него. И он был с тобой рядом, когда ты оказалась совершенно одна. Я благодарен ему за это.

— Луи стал для меня отцом, которого у меня никогда не было и я переживаю за него. Последнее время на нем лица нет.

— Любовь… Она способна и убить, и воскресить, — прошептал я, уткнувшись носом в ее плечо.

— Он влюблен?

— Как я понял, уже давно.

— Вот это да! И кто она? — не смогла скрыть свой интерес Мия.

— Мать твоего любимого французишки.

Мия развернулась ко мне лицо и нахмурила свои бровки.

— И он все еще любит её? Жан рассказывал мне, что она бросила их двадцать лет назад! Она же так некрасиво поступила!

— А ты бросила меня со спущенными штанами в клубе, умоляющего тебя не уходить!

Я ждал, что она снова припомнит мне какой-нибудь мой некрасивый поступок по отношению к ней. Что я бросил ее, что мой человек, не спросив её согласия, отвез в аэропорт, но чёрт! Я не мог поступить иначе! Рядом со мной небезопасно и она всегда будет тем объектом через который можно будет манипулировать мной. И именно по этом причине Фрэнк сразу же заявился в ее квартиру. И он будет теперь искать не меня. Ему нужна она. И я бы давно уже свалил с этого дома, если бы был уверен в том, что он в следующий раз придет в мой дом, но Фрэнк так не сделает. Мой брат слишком хорошо меня знает!

— Тебе понравилось? — неожиданно для меня Мия не стала возвращаться в наше дерьмовое прошлое.

— Что именно? Как ты дерзко вела себя или…

— Умолять меня, — перебила она меня и я увидел, как закипела лава в глубинах её глаз.

А я смотрю, она испытала особое наслаждение от того, что произошло в клубе. И я готов повторить, лишь бы видеть как горят ее глазки.

— Я готов умолять тебя весь остаток этой ночи, но только не о сексе, — прошептал я ей на ухо.

— Да? Ты же обещал жестко трахнуть меня!

— И я это обязательно сделаю, Мия!

— Да? Какой же Вы сегодня мечтательный, мистер Стивенс!

— Как только ты сама попросишь меня об этом. А ты попросишь, малышка, — с особым наслаждением сказал я, заметя как забегали её глазки.

— Нет, — быстро ответила она, сглотнув.

— Да, малышка. Да! Но сейчас я готов умолять тебя о другом. Прошу тебя, Мия, повтори то, что ты сказала мне. Скажи еще раз, что принадлежишь только мне. Что ты всегда принадлежала только мне. Что думала всегда обо мне. Прошу тебя, Мия, скажи мне это!

Мия игриво прикусила нижнюю губку и прошлась пожирающим взглядом голодной пантеры по моей груди, которую облепила мокрая ткань рубашки. Сделала шаг ко мне, положила руки на мои плечи. Тоненькие пальчики слегка сжали ткань.

— А что я получу взамен, если скажу тебе это? — выдохнула она в мои губы.

Обхватил руками ее лицо, вынуждая посмотреть мне в глаза. Я хотел видеть ее глаза, хотел видеть, что она почувствует, когда я ей скажу это.

— Тогда ты узнаешь, что всё это время я просыпался и засыпал с мыслью о тебе. Ты узнаешь, что я всё это время постоянно следил за твоей жизнью, но так и не смог переубедить себя не приезжать сюда. Я хотел увидеть тебя в последний раз… Эти пять лет были мучительны, настолько мучительными, что моя любовь к тебе стала превосходит по твердости вольфрам. Ты стала моим помешательством пять лет назад и все эти годы я хотел лишь одного — чтобы ты свела меня с ума.

Господи, наконец-то я сказал ей это…

Благодаря ей у меня наконец-то появилась мечта — я хочу умереть на ее руках, но это было бы слишком большим подарком для меня. Поэтому я надеюсь хотя бы умереть с мыслью о ней.

— Скажи это еще раз, — выдохнула она в мои губы.

— Я люблю тебя. Я люблю тебя, моя малышка. — Подвинулся к ней ближе и притянул её к себе, обхватив руками её за талию.

— Поцелуй меня.

Слова прозвучали, как гром среди ясного неба. Всего два слова пробудили во мне все те чувства, которые я старательно пытался скрыть от нее и от себя всё это время. Два слова. Всего два, а большего мне и не надо!

— Если только ты этого хочешь, малышка.

— Хочу, — с особым придыханием добавила она.

Я наклонился к ней, сглотнул. Во рту пересохло. Я давно так не нервничал. Её губы — слишком большой подарок для такого как я. Я его просто не достоин.

Мия стояла с закрытыми глазами, обхватив меня за шею, пухлые губы приоткрыты. Ее ангельская красота манила меня все также как и пять лет назад. Хотя, я лгу. Меня тянуло к ней ещё сильнее…

Я буквально впился в ее губы, словно ненасытный зверь. Крепко прижав хрупкое женское тело к себе, я стал медленно наслаждаться ей. Как же я изголодался по ней и эти ощущениям, которые способна мне подарить только она. Губы, шея, плечи. Я стал засыпать ее частыми, короткими поцелуями, пока она робко не произнесла:

— Почему в последний раз, Алек?

— Я наконец-то решился, Мия.

— На что? На что ты решился?

— Я не могу тебе об этом сказать.

— Почему?

— Потому что ты совершишь глупость и пойдешь за мной.

После моих слов я всем телом почувствовал, как она задрожала. Это был не холод, это были дикая боль и обида. На меня.

— А мне нет места в твоей жизни… Как же я могла забыть об этом!

— Мия, — тяжело выдохнул я, проведя рукой по ее влажным волосам. — Ты знаешь кто я и знаешь, что со мной ты никогда не будешь в безопасности. А я никогда себе не прощу, если с твоей головы хоть один волосок упадет по моей вине.

— Но ты ведь сказал, что завязал с этим!

— Да, но моё прошлое всегда будет тянуться темным шлейфом за мной. И я не знаю кому придет в голову идея отомстить мне этой ночью.

Мия выкрутилась из моих рук и вышла из воды, аккуратно поднявшись по маленькой лестнице.

— Зачем Фрэнк пришел в мою квартиру, Алек? — суровым голосом спросила Мия, не став оборачиваться в мою сторону.

— Он ищет меня.

— Зачем?

— Чтобы отомстить.

Мия

Босые ноги оставляли мокрые следы на деревянном полу длинного коридора, громко пришлепывая.

— Остановись! Хоть раз услышь то, что я говорю тебе! — выкрикнул он мне в спину, но я и не думала слушаться его.

Он обидел меня! Поэтому пусть лучше даже на глаза мне больше не попадается!

— Дай мне всё объяснить тебе! — снова услышала я рычание за своей спиной.

А зачем? Он всегда говорит мне только одно — как сильно желает оттрахать меня! Пусть наймет себе девочку по вызову! В его возрасте полезно иметь регулярный половой акт, вот только я к нему больше не прикоснусь и даже не посмотрю в его сторону!

— Мия! Твою мать! Почему ты никогда не слышишь то, о чем я говорю тебе? Ты ведешь себя сейчас как маленькая, капризная девчонка!

А вот это было слишком обидно!

— Благодаря тебе — нет! Ты слишком быстро сделал меня взрослой! — огрызнулась я в ответ, ускорив шаг.

— Мия! — рявкнул он, схватив меня за руку. — Поговори со мной!

Поговорить? Ты сам напросился, Алек! Слушай!

— Ты самовлюбленный козёл, Алек, — выдохнула я ему прямо в губы. — Тебе важно лишь тешить своё самолюбие, зная, что я до сих пор сгораю от своих чувств рядом с тобой. Зная, что я не могу устоять перед тобой. Но когда я начинаю желать чего-то большего, чем просто секс на одну ночь, ты сразу напоминаешь мне, что мне нет места в твоей жизни и находишь сотню отговорок, почему нам нельзя быть вместе.

— Малышка, нет…

— Да, Алек! Да! Прошло пять лет, а ты не изменился. А я еще больше стала верить в то, что тот Алек, который когда-то предложил мне просто трахаться и есть настоящий Алек. Так вот, мистер Стивенс, ты никогда больше меня не получишь! Ты будешь сгорать от желания, так же как сгораю я, прося позволить себе любить тебя. Тебе нравится подчинять меня себе, но этого больше не будет! Мне надоело быть твоей добычей, Алек!

И эта чертова футболка, которую я не снимала все эти годы, лишь ее крепче сдавливала, как поводок, который когда-то он накинул на мое горло. Надоело!

Быстро сняла ее и мне плевать на то, что я осталась перед ним лишь в одних трусиках.

— И забери её! — Бросила я влажную ткань прямо в лицо Алеку. — Она мне малость поднадоела! Пришло время сменить гардероб! Рубашки Жана намного удобнее твой футболки и к телу приятнее!

Алек резким движением руки сорвал со своего лица влажную футболку, которая закрыла от меня его глаза. И тут я услышала рычание. Если бы я была не рядом с ним, то легко могла спутать его голос с диким звериным.

Твою мать… Вышло слишком дерзко. Кажется, я перегнула палку.

— И не рычи так! Я тебя не боюсь! — быстро солгала ему я, ткнув в его широкую грудь указательным пальцем.

Я должна воспользоваться своим преимуществом, пока еще цела. Хоть я и знаю, что это ненадолго.

Услышала треск ткани — он прямо перед моим лицом разорвал свою футболку.

— Беги, — лишь одно слово выдавил он, сквозь крепко сжатые зубы.

Мое дыхание перехватило от того насколько зловеще прозвучал его голос и в этот раз мне не удалось скрыть страх в своих глаза. А Алек, конечно же, его сразу заметил.

— Я предупреждал тебя, Мия, что нужно вести себя хорошо, но ты решила испытать мое терпение на прочность и поиграть со мной, так вот получай! И я надеюсь, что ты хорошенько изучила этот дом, ведь для тебя будет лучше, если я тебя не поймаю!

Господи, пожалуйста, пусть я неправильно поняла его слова…

— Что ты имеешь ввиду?

— Мы сыграем в игру. Если я поймаю тебя, то накажу за эту дерзость. А если тебе удастся сбежать от меня, то…

— Глупость какая-то! — перебила я Алека, сложив руки на своей груди. — Я не сдвинусь с места!

— У тебя есть шанс избежать наказания и ты не глупая девушка, чтобы им не воспользоваться! Беги…

Твою мать!

И я поддавшись инстинкту, побежала прочь от него. Он ни в коем случае не должен поймать меня! Ни при каких условиях!

Вбежала вверх по лестнице. Прошлый раз он запер меня в ванной комнате, значит точно решит, что я сюда не сунусь. Еле слышно открыла дверь ванной комнаты и еще тише закрыла замок на ней. Выдохнула, постаралась восстановить сбившееся дыхание. И тут я услышала тяжелое дыхание рядом с собой. Сердце забилось еще быстрее, чем во время бега. По спине пробежали не марушки, а слоны промаршировали! Обернуться я так и не решилась.

— Ты слишком предсказуемая, Мия, — услышала я мрачный мужской голос за спиной, от которого холодок пробежал по коже. А вместе с ним и электрические заряды от предвкушения последствий.

Как? Как ему удалось опередить меня? У него, что за эти годы появились суперспособности? Или может быть он просто очень хорошо меня знает? Чёрт!

Обернулась. Алек стоял за моей спиной и игриво подмигнул мне. А у меня в этот момент сердце в пятки провалилось. По его сияющим глазам увидела, что Алек уже был готов к наступлению.

Как же я люблю видеть его таким… Мия, ты больная на всю голову!

Мне доставляет особое удовольствие знать, что это из-за меня его большая, мускулистая грудь так энергично поднимается и опускается. Мне пора посетить психоаналитика.

— Ты не посмеешь! — попыталась я остановить его. — Я закричу и соседи вызовут полицию.

— Прошу тебя, малышка, кричи как можно громче, — с этими словами он сделал несколько шагов вперед, развернул меня и своим телом прижал меня лицом к стене.

Уперся руками в стену, зажав мое тело между ними. Провел губами между моими лопатками, вдоль линии позвонка. Слишком горячее у него дыхание.

— Тебя это возбуждает, да? — услышала я его хриплый голос за спиной. — Я знаю, что ты любишь настоящего Алека, но возбуждает тебя именно моя звериная сущность.

Еще крепче прижался своей грудью к моей спине и мне стало нечем дышать.

— Я нужен тебе. Только я. И если бы ты дала мне договорить, то знала бы, что я многое отдал, чтобы ты навсегда осталась рядом со мной. В статусе объекта обожания, любимой женщины, а может быть и невесты или даже жены. Пусть и такой непослушной.

Женой… Стать его женой… И почему у меня не возникло желания — тут же сбежать от него?

— А теперь я накажу тебя снова за эту дерзость, что ты вытворила.

Что-то мне подсказывало, что в этот раз всё будет намного жестче, чем в первый.

— Я не разрешаю тебе касаться себя! Не смей! — попыталась я выкрутиться из его плена, но крепкие мужские руки легли сверху на мои ладони и с силой прижали к стене.

— А мне плевать на твоё разрешение, — легкий шепот коснулся моего уха. — Я поймал тебя и теперь ты будешь играть по моим правилам.

Его рука соскользнула с моей спины ниже и резкий шлепок прилетел прямо по попке. Прикрыла глаза, но не от боли. Слишком много было одиноких ночей, слишком яркие остро-сладкие воспоминания всплыли в моей голове… Но наша новая реальность оказалась куда горячее!

— Позволь мне уйти! — проскулила я, стараясь не показывать какие ощущения он вызвал во мне.

— Нет. — Кончик его носа потерся о мою шею, ладонь захватила волосы в кулак и он повернул моё лицо к себе. — Ты даже представить себе не можешь, Мия, как часто я ел эти чёртовы блинчики с сиропом только, чтобы не сойти с ума без тебя!

Его тёплое дыхание обласкало мои губы, возбуждая таким глубоким вздохом.

— А ты так быстро отказалась от меня в пользу другого.

— Ты быстрее отказался от меня.

— Дерзкая… Какая же ты дерзкая…

Крупная ладонь стала шлепать меня так энергично, что я даже не успевала переводить сбившееся дыхание. Боль смешалась с диким желанием. Я желала его несмотря на то, что он причинял боль моему телу. Он шлепал, а затем нежно поглаживал ладонью мою пылающую кожу, снова шлепал, не забывая ласкать губами мою шею.

— Ты еще хочешь, чтобы я отпустил тебя? — поинтересовался Алек, когда из моего рта вырвался хриплый стон и я прогнулась в спине, выгнув свою попку навстречу к его руке.

— Нет.

— Умница, — похвалил меня Алек, нежно проведя рукой по моим влажным волосам, а я кожей почувствовала как на его лице появилась довольная ухмылка.

Сильные мужские руки быстро развернули меня к себе лицом и еще крепче прижали спиной к холодному кафелю.

Какие бы он не придумал правила на этот раз, он он уже жестко трахнул меня своим взглядом.

— В этот раз ты будешь сама всё контролировать, — прошипел он в мои губы, крепко сжав мои скулы своими пальцами. — Я даю тебе право контролировать меня.

Не поверила в то, что услышала. Нервный смех вырвался из моего рта, я ждала подвоха, но Алек был серьёзен, как никогда ранее.

— Приказывай мне, — сурово потребовал он хриплым голосом.

То, что но предложил мне ему явно было не по вкусу. Отрицательно покачала головой в ответ. Боже, всё что я хочу — сбежать, но это сложно сделать, когда его руки так крепко прижали меня к кафельной стене.

— Ну же! — прорычал он в мои приоткрытые губы.

— Встань на колени передо мной, — поспешно я исполнила его приказ и каменный ком сковал мое горло.

Из глубины его души вырвался рык, но он не возразил мне и медленно опустился передо мной на колени, не отводя от меня своих пылающих голубых глаз.

От того, как он быстро подчинился мне мое тело затрепетало.

Ноздри Алека раздулись и он крепко сжал свои челюсти, а потом снова мужской голос приказал мне:

— Будь смелее и озвучь мне то, что тебе так хочется!

Демоны заплясали в моей голове и я решила насладиться этим моментом, когда охотник стал той самой добычей, загнанной в угол.

— Сними мое белье, — приказала я ему и никакой дрожи больше в голосе!

Горячие ладони заскользили по моим бедрам и потянули вниз тоненькие полосочки кружевных трусиков. Увидя меня полностью обнаженную, Алек выругался себе под нос.

— А теперь поиграй со мной, — вошла я во вкус, опустив взгляд между своих ног. — Как тогда в ванной комнате.

— Как прикажешь, малышка, — его глубокий голос стал еще мрачнее и порочнее. — Я весь в твоем полном распоряжении.

Пальцы заскользили по моим ногами от щиколоток вверх и мягко провели по тому месту, где было уже предательски влажно. Алек довольно улыбнулся мне, получив доказательство своим словам.

— А сколько у тебя таких еще, кто может брать тебя в полное распоряжение? — поинтересовалась я, когда он закинул мою правую ногу себе на плечо.

Алек удивленно приподнял бровь, взглянув на меня. Конечно же, я понимала, что его сложно подчинить, а еще сложнее взять в полное распоряжение, но я так хотела, чтобы он сказал мне об этом сам.

— Только ты, — ответил мне Алек и я снова ощутила его палец внутри себя.

Боже, почему так происходит? Почему я не могу жить без него и этих грёбанных ощущений, что только он способен мне подарить?

— Я не верю тебе, Алек, — еле слышно прошептала я, прикрыв глаза от наслаждения, когда он стал медленно двигать им внутри меня.

И вместо его новых оправданий ощутила мягкие поцелуи на коже моего живота. А это я ему не разрешала делать! Ну и плевать! Слишком уж приятно. Горячий язык чертил замысловатые узоры на моем животике, а я была готова простить его за всё и сразу, лишь бы он никогда не останавливался. Алек вставил второй палец и я громко выдохнула, откинув голову назад.

— Скажи мне каково это, — хриплый голос нарушил мою нирвану. — Скажи, что ты чувствуешь, Мия.

— Это… это очень приятно.

— А что приятней? Чувствовать меня внутри себя или то, что я полностью под твоим контролем?

Всё вместе! Это особый коктейль, который голову к чертям собачьим сносит! Я не ответила и Алек еще энергичней задвигал пальцами, чем буквально подтолкнул меня к тому самому обрыву, с которого я уже была готова прыгнуть. Слишком быстро. Раз я в этот раз управляю, то я хочу продлить его мучения.

— Хочешь большего? — дерзко спросила я его, собрав последние крупицы своего растекшегося мозга.

— Да, — еле слышно признался Алек, уткнувшись головой в низ моего живота.

Обхватила тонкими пальцами его скулы, заставив поднять на меня глаза. Чувствовать власть над ним оказалось настолько приятно, что я толком не смогла понять от чего мой живот так сжался. От нарастающего оргазма или от этой новой эмоции, которую он позволил мне испытать.

— Но тебе нельзя, Алек. И всё потому что ты слишком плохо себя повел по отношению ко мне, снова напомнив, что мне нет места в твоей жизни. Но я могу сделать для тебя исключение. Попроси меня! Попроси меня дать тебе большего!

— Прошу тебя, Мия, — выдохнул он. — Я прошу тебя.

Молящий Алек, стоящий передо мной на коленях… я либо сломала его, либо он мне отомстит и мне будет не выжить в следующий раз.

— Я разрешу тебе поцеловать меня туда. Но только один раз. Запомни эти минуты, Алек. Другого раза у тебя не будет…

Я даже договорить не успела, как Алек бросился ко мне.

Горячее дыхание обожгло меня и я ощутила как его язык медленно, но так настойчиво заскользил по самой чувствительной точке. Настоящий французский поцелуй только не в губы. Колени задрожали и я попыталась хоть за что-то ухватить рукой. Моя рука вцепилась в его короткие волосы и только сильнее притянула его к себе. В этот момент Алек выпустил тяжелый стон из своего рта, прямо не отрываясь от меня и мое тело разбилось на сотни мелких кусочков. Я еле держалась на ногах. Пытаясь удержаться хоть за что-нибудь, я схватилась рукой за кран и случайно включила горячую воду. Теплые струйки воды потекли вниз по моему телу и лицу Алека.

Алек поднялся и крепко обхватил мое тело руками, а я уперлась лбом в его ритмично поднимающуюся грудь, закрыв глаза, позволяя этому дикому наслаждению пропитать каждую клеточку моего тела.

Желая удвоить свое удовольствие, я повернула свой рот к его губам и он не думая, страстно обхватил мои губы своими. Он впился в меня поцелуем, а потом неожиданно прервал его, лишь чтобы прошептать мне:

— Я — единственный мужчина, который нужен тебе. Ты — единственная женщина в этом мире, которую я по-настоящему люблю. И как бы мы не сопротивлялась, но это не изменить.

Алек

Она не умела искусно владеть ножом, но её слова били в меня сильнее, чем могло ударить остро заточенное лезвие в человеческую плоть. И кажется ей это чертовски нравилось! Ей нравилось видеть, как теперь не кожа на моей груди покрывалась насечками, а моя душа кровоточила от её слов.

Я лежал на кровати и смотрел в потолок. Сложно верилось в то, что я позволил ей сделать это с собой. Она сломала меня. Подчинила меня себе, как когда-то это сделал я. Рядом с ней я беспомощный и мне, чёрт возьми, нравится это! Не перед одной женщиной я не стоял на коленях, ни одну не просил командовать мной, лишь бы доказать, что мое тело и душа принадлежат только ей. Я никому никогда не принадлежал. Но Мия — моё исключение.

Встал с кровати и подошел к большому окну. Открыл его и глубоко втянул свежий, ночной воздух.

А если всё получится? Если Люк всё сделает правильно? То у меня появится шанс. Но на это нужно время. А Мия не станет ждать. Если в этот раз всё закончится, то уже навсегда.

Такая идеальная тишина… Слышно только, как Мия о чем-то разговаривала на повышенных тонах со своим французишкой, который в буквальном смысле ввалился в этот дом всего через несколько минут после того, как я открыл дверь ванной комнаты и выпустил её.

Он ревнует её, он всеми своими внутренностями чувствует, что она не принадлежит ему, что она не искренна с ним. А она никогда и не была твоей! Понятия не имею, зачем она связалась с этим отморозком!

Снова лег на кровать и закинул руки за голову. Мне захотелось это всё закончить. Я даже пожалел о том, что он не пришел на несколько минут раньше и не увидел то, что ему нельзя было видеть. И пусть она бы думала, что я разбил ее идеальную жизнь, но я бы только помог ей. Помог бы не сгореть в этих дерьмовых отношениях.

Нет ничего страшнее для меня, чем увидеть погасший огонек в её зеленых глазах…

И я это уже успел увидеть после ссоры на той чертовой выставке и в этом момент мое сердце разлетелось на сотни мелких кусочков. Я еще никогда не чувствовал себя настолько ущербным, что не защитил её и не закрыл от этого дерьма под именем Жан. Прошло столько лет, но ничего не изменилось — я всё хочу закрыть спиной мою малышку от любого дерьма на ее жизненном пути.

И как бы там не было, но рядом со мной в её глазах начинает закипать дикий огонь, пусть иногда от ненависти, злости, но они пылают так, что хочется быть сожженным этим пламенем…

Её стройные ножки бегут по песку, ветер играет с каштановыми локонами. Она смеется, звонко. Протягиваю руку к ней. Пытаюсь поймать её и крепко прижать к себе, но не могу — каждый раз ее рука выскальзывает из моих пальцем. Она останавливается, зайдя по щиколотку в неспокойную воду океана.

— Малышка, сделай шаг ко мне. Прошу тебя, — бормочу я, но она лишь отдаляется от меня.

Бегу за ней и наконец-то резко разворачиваю за плечи ее лицом к себе. На уголках ее губ кровь, а на шее красные следы от пальцев.

— Мия… Мия, нет. Кто с тобой это сделал, малышка?

— Ты. Ты виноват во всём, Алек.

— Мия! Нет! Не лги мне! Я не мог, Мия!

Пытаюсь пальцами убрать кровь с её лица, но её лицо размывается, а потом и она ускользает из моих рук, слов мелкий песок.

— Мия! Мия! — кричу я ей, пытаясь отыскать в воде последние крупицы от неё. — Мия!

Но вокруг лишь вода. И тишина.

— Я во всем виноват. Я потерял её, — бормочу я себе под нос, хаотично ударяя кулаками по воде. — Я потерял её…

— Тихо, тихо, — услышал я женский голос словно сквозь стеклянную крышку.

Хрупкая рука погладила меня по волосам, спустилась на щетину на моём лице. Слегка провела ноготками. Кончик моего нос коснулся тонкого запястья. Дикая роза в сочетании с лесными ягодами.

— Всё хорошо, Алек. — Кто-то нежно гладил меня, а не мог понять что происходит.

Это Мия!

— Малышка… — еле слышно простонал я.

— Я здесь, всё хорошо, Алек.

Открыл глаза. Сквозь полумрак увидел очертания её лица. На её лице не было крови, на шее не было синяков. Провел пальцами по разгоряченным щекам. Влажные. Она снова плакала. Я стал всматриваться в её лицо, не понимая что произошло. Мия сидела напротив меня и по-матерински гладила по влажным волосам. На Мии был шелковый ночной костюм белого цвета, а не рубашка её ПАРНЯ. Она казалась настолько красивой, что я подумал, что сплю. Но я ведь только что проснулся.

— Ты стонал, — прошептала она мне, нежно перебирая рукой по моим волосам.

После того, что произошло пять лет назад, теперь я помнил всё. Теперь я знал почему меня так тянет к ней и почему мне сносит голову от ее запаха. И причиной этому была моя мать…

Дом семьи Уолкер находился в самой уединенной части пригорода. Адам Уолкер в свое время решил растить своего единственного сына подальше от суеты большого мегаполиса — построил большой дом в окружении высоких деревьев и каждое утро на нашем обеденном столе появлялась большая деревянная чаша, наполненная лесными ягодами. Я быстро закидывал горсть ягод себе в рот, а моя мать ласково проводила рукой по моим волосам, прежде чем я выбегал на улицу.

— Алек, прошу тебя, не заходи далеко в лес.

— Я знаю его, как свои пять пальцем, мам! — отвечал я ей и оставлял лёгкий поцелуй в щеку.

— Алек…

Я бы многое сейчас отдал лишь бы вернуться назад в этот дом. Остаться с ней и ни один час говорить, просто говорить обо всем на свете. Рассказать ей о Мии и возможно получить тот самый совет, который смог бы всё наладить в наших отношения. Но это невозможно и это настоящее людское проклятие — мы можем выбрать свое будущее, но исправить прошлое — нет.

Никогда не мог понять как моя мать успевала собрать эти ягоды и до сих пор этого не понимаю…

И все это время я на подсознательном уровне пытался воссоздать то о чем забыл. Мия ассоциировалась у меня с тем самым домом, которого меня так рано лишил Джеймс. Мия стала моим домом.

— Всё хорошо, — быстро вернулся я из своего прошлого в настоящее. — Плохой сон.

— Ты стонал моё имя, Алек. Твои кошмары, они… Я была уверена, что их больше нет.

Того кошмара больше нет. С того самого дня я ни разу не видел тело моего отца в луже крови на полу большого загородного дома. Эти безжизненные голубые глаза больше не преследуют меня по ночам. Я упокоил душу Адама Уолкера именно в тот момент, когда острое лезвие ножа рассекло горло Джеймсу.

— Мой отец больше не снится мне. Но теперь вместо него я вижу…

Я помедлил, не осмелившись назвать её имя. Не хотел пугать её, но Мия всегда была слишкой храброй.

— Ты видишь меня, — быстро продолжила она за меня. — Я тоже лежу в луже крови?

— Нет. — От ее слов холодок по спине пробежал.

— Тогда почему ты стонешь мое имя? Это так тебя наша игра впечатлила? — игривые нотки появились в ее голосе и щеки тут же вспыхнули.

— Твой румянец на щеках говорит о том, что тебе понравилось управлять мной.

— Снова отомстишь мне за это?

— Нет, Мия. Ты ведь сделала так, потому что я тебе приказ сделать это.

— Ты снова пьешь таблетки, Алек? — сменила она быстро тему нашего разговора.

— Нет.

— Я так и думала! Тебе нужно их пить, — нотки заботы появились в ее голосы так неожиданно, что я вздрогнул. Мия встала с кровати и отошла к окну, но даже в темноте я заметил, как она провела рукой по моей влажной от пота подушке.

Мне не нужны эти чертовы таблетки! Мне нужно, чтобы ты спала рядом со мной! В одной постели! Каждую ночь стонала мое имя так громко, чтобы соседи стучали нам в дверь, зло возмущаясь. Вот что мне нужно! И это замкнутый круг… Ей нельзя быть рядом со мной, а без нее я медленно угасаю.

— Что ты имел ввиду когда сказал, что бросил все? — задала она мне неожиданные вопрос, сделав тяжелый вздох.

Почему Мия всегда задает мне неудобные вопросы? Те вопросы, на которые я не могу дать полноценный ответ, который она ждет.

— Если бы ты дала мне время, то возможно, когда-нибудь у нас появился бы шанс.

— Дать время? — её зеленые глаза воспламенились. — Еще пять лет? Почему так мало? Забери сразу десять лет из моей жизни!

— Я не знаю сколько времени понадобится. Просто когда пройдет время, я смогу снова впустить тебя в мою жизнь.

Отвезу её в свой большой дом, где на десятки ближайших километров не будет ни одной живой души, кроме нас…

На мои слова Мия ухмыльнулась. Да я сам знал, что прозвучало это отвратительно, но больше я не мог ей ничего сказать.

— Ты говоришь загадками, Алек! И мне они малость поднадоели.

Резко захлопнула окно перед своим носом. Зря она это сделала, ведь от нашего разговора воздух вокруг нас стал спертым и таким тяжелым, что стало нечем дышать.

— Через десять лет мне будет тридцать четыре года, Алек и я всё также буду жить мыслями о тебе. А ты будешь лишь тешить своё самолюбие, зная, что я всё ещё принадлежу тебе одному. Не об этом я мечтаю, Алек.

— Тогда не будет ничего после! И пусть мне будет слишком больно без тебя, Мия, но я буду знать, что ни один волос с твоей головы никогда не упадет!

Сам не поверил в то, что сказал. Но это правда. Все, кто когда-либо были дороги мне погибали из-за меня. Мои родители погибли, потому что меня не оказалось дома, Джеймс… тоже когда-то был дорог мне и умер от моей руки. Мия чуть не лишилась своей головы, потому что я проявил слабость. И больше я никогда не подвергну её жизнь опасности. А опасность ходит за мной по пятам, а значит Мия не может идти рядом со мной.

— Без меня? А я бы пожертвовала не только своими волосами, хотя бы ради того, чтобы просто заснуть с тобой в одной постели… Как раньше.

— Нет, это исключено! — холодно отрезал я. — Мы останемся друзьями на это время до приезда Люка и дальше будем существовать по отдельности друг от друга.

Да! Будет больно, слишком больно после этих дней, что мы провели вместе, но так будет безопасней. Для неё. Ей нужно отделить свою жизнь от моей. Навсегда.

Зеленые глаза прожгали меня насквозь. Она возненавидела меня за то, как быстро я поставил точку в наших отношениях после такого большого количества многоточий.

— Зачем ты тогда снова появился? Тебе нравится мучить меня? — выкрикнула она мне, толкнув от себя ударом в мою грудь.

— Я сам никогда бы не перешел порог твоей квартиры, хотя я и знал адрес твоего дома! Я никогда бы сам не набрал твой номер телефона, хоть и его знал!

— Ты знал мой адрес?

Да! Знал! Я всё знал о ней! Всё, кроме того, что в ее жизни появился этот ублюдок, решивший присвоить её себе.

Не ответил ей, а она и не ждала ответа от меня.

— Спокойной ночи, Алек! — прорычала она мне и громко хлопнув дверью, выбежала из моей комнаты.

Господи, малышка, так будет лучше для тебя. Так будет безопасней для тебя.

Алек

Я пил кофе, когда увидел заспанное лицо Луи перед собой. Мужчина взъерошил свои волосы руками и присел напротив меня за стол.

— Пить в одиночку — признак алкоголизма, — пошутил я.

Я знал о чем говорил. Когда я стал совершеннолетним, я взбунтовался и покинул дом моего, так называемого, отца. К моему большому удивлению, он даже останавливать меня не стал. Гнев, боль и обида на весь мир сжирали меня изнутри и я стал топить себя в алкоголе и никотине. Я пытался доказать не только ему, но и себе, что смогу контролировать, смогу приручить того обиженного мальчишку со звериным взглядом, желающего мстить всему этому миру, но я облажался!

Тот тип был конченный мудак — пытался взять силой какуе-то девчонку в своей машине, но меня это, конечно же, не оправдывает. Я был еще конченее его, ведь я испытал особое удовольствие, когда вылил на него весь свой накопившийся гнев. В дом Джеймса я вернулся с забрызганным кровью лицом. Нормальный бы отец сошел с ума, увидя своего ребенка в таком состоянии, мой же растянулся в широкой улыбке и поздравил меня с тем, что я перестал бежать от настоящего себя и наконец-то принял себя…

— А я был не один, — улыбнулся мне в ответ Луи. Он напомнил мне подростка, который ночью сбежал из дома и провел время с любовью всей его жизни.

— Ого, — удивленно приподнял я бровь.

— Да. Габриэлла приехала сюда и попросила встретиться. Без пары шотов я бы не смог спокойно вести с ней беседу и сначала зашел в бар.

— И зачем она приехала сюда? — поинтересовался я, заметя как Луи не терпелось поделиться со мной детали прошлого вечера.

— Она хочет увидеться с Жаном и решила не делать это за моей спиной. Она хотела услышать мое мнение.

— И?

— Повзрослела. Она повзрослела.

— И?

— Я разрешил. Габриэлла — его мать, как ни крути. Пусть и не очень хорошая.

— Отвратительная! — рассмеялся я в ответ. — Она отвратительная мать, Луи.

— Я знаю! — бросил он мне, принявшись наполнять свою чашку кофе. А я отодвинул ее от него в сторону.

— Никакого кофе, иначе головная боль обеспечена! Апельсиновый сок и анальгин тебе в помощь, друг мой!

Тут нечего скрывать. За эти дни мы с Луи стали не просто хорошими знакомыми. У меня было много знакомых, “коллег”, но вот друзей я никогда не заводил. Как-то это было непрофессионально с моей стороны. А такого друга, как Луи я хотел бы иметь. Вот только, я и его сын любили одну женщину.

— У меня нет похмелья, — ответил Луи.

— Тогда с болью в твоей груди, — пожал плечами я в ответ.

— Ты видишь меня насквозь, Алек!

Луи закинул себе в рот таблетку с обезболивающим и подошел к большому окну. Отодвинул легкую ткань и тепло улыбнулся.

— Знаешь, я чертовски рад, что именно Мия всегда будет с моим сыном.

— Всегда будет? — повторил я, поперхнувшись горячим кофе.

— Раскрою тебе секрет — Жан задумывается над тем, чтобы сделать Мии предложение. Позвал меня вместе с ним посетить ювелира на следующей недели.

Что он только что сказал? Этот французишка решил забрать ее у меня! Навсегда! И я уверен на сотню процентов, что моя Мия из вредности ко мне скажет ему “да”.

Острая боль пронзила все мое тело и я незаметно взял таблетку обезболивающего со стола. Закинул её себе в рот. Я знал, что она мне не поможет, но сделал это машинально.

Казалось, что слова Луи разорвали мою грудь, а его сынок вытащил из нее мое сердце, а точнее обугленные куски, которые остались от него. Какой анальгин, тут бы не справился даже морфий!

Пора привыкать к этому! Мне теперь с этими ощущениями жить всю оставшуюся жизнь…

Он даст ей спокойную жизнь в небольшой квартире в центре города, она родит ему детей и больше никогда не вспомнить обо мне. Идеально! Это то, что я и хотел для нее. Но. Она никогда больше не вспомнит обо мне… Никогда.

Я приехал в этот дом лишь из-за возможности быть с ней. Видеть ее, слышать ее смех, смотреть как она зевает и потирает сонные глаза, когда готовит себе легкий завтрак. Наблюдать за ней, как она лежит на лежаке возле бассейна, наслаждаясь теплыми солнечными лучами.

Я сижу в этом доме, потому что хочу каждое утро начинать с Мии!

Мне нужно уехать… Нужно как можно скорее исчезнуть из ее жизни. Появлюсь где-нибудь в другом месте с какой-нибудь незнакомкой и Фрэнк наконец-то отвяжется от Мии. И всё. Больше никогда не будет продолжения у нашей истории!

— Черт! — выкрикнул я, подскочив со стула, не справившись со своими эмоциями. Подлетел к окну около которого стоял Луи. Звонкий смех и громкая музыка доносились с заднего двора. — Какого хрена там происходит?

— Ребята веселятся, — спокойным голосом ответил Луи, не заметя как я пылал изнутри. — Сегодня выдался тёплый денёк.

Приоткрыл легку шторку на окне и увидел компанию молодых людей и мою Мию. Пока еще мою. На ней был слишком откровенный бикини цвета горького шоколада и она плавно двигалась в такт музыке, стоя на лежаке.

— Твою мать. У нее что другой одежды не нашлось? — прошипел я сквозь зубы.

— Ты переживаешь за нее, — похлопал меня по плечу Луи, про которого я уже успел забыть. — У вас настоящие семейные отношения. Ты пытаешься оберегать её, а она тихо тебя ненавидит за это.

Не за это, Луи! Не за это!

Словно почувствовав на себе мой прожигающий взгляд, Мия подняла голову вверх и наши глаза встретились. Ухмыльнулась. Чёрт! Это ничего хорошего не предвещало! Никогда! Мия откинула копну своих волос на один бок и демонстративно развязала завязки на лифе купальника, откинула его как можно дальше от себя. Наши глаза снова встретились и Мия плавно задвигала бедрами в такт музыки, а этот её ПАРЕНЬ даже замечания ей не сделал и вместо это лишь игриво прихлопнул ее по попке! Чёртов болван…

Норадреналин выбросился в мою кровь так быстро, что в ушах зазвенело и я абсолютно перестал контролировать себя. Мне стало наплевать на то, что скажет ее французишка или вдруг что-то заподозрит Луи. Всё что я хотел — стащить её с этого чертового лежака, закинуть себе на плечо и хорошенько отшлепать за её дерзкую выходку.

Быстрым шагом вышел на заднюю часть лужайки дома. Я не видел никого и ничего, кроме ритмично поднимающийся обнаженной груди Мии. Схватил первое попавшееся мне под руку полотенце и быстро стащил Мию с лежака, обернув ее тело в махровую ткань.

— Ты что вытворяешь? — прошипел я ей на ухо, поставив на ноги возле бассейна.

— Веселюсь! — ответила она мне, оттолкнув от себя. — Отвали, Алек или трахни меня!

От её слов в ушах зашумело. На лбу выступили капли пота. Вот чёрт! Она же не могла такое сказать при своем ПАРНЕ или могла?

— Что ты сказала? — таким дрожащим мой голос еще никогда не был.

— Трахни меня, Алек!

— Мия… Что?

— Отвали, говорю тебе! — выкрикнула мне Мия. — У тебя что проблемы со слухом?

Нет. Только с головой. Вот ведь послышалось такое!

— Вау, а я бы тоже хотела, чтобы ты за мной так следил, Мишель, — услышал я незнакомый женский голос у себя за спиной. — Мия, ты ведь сказала, что не знаешь его!

— Ты! Ты так и не пригласил меня в VIP ложу, а я ждала!

Мир вокруг снова собрался в единую полноценную картинку и я наконец-то увидел, что кроме Мии и её французишки на заднем дворе отдыхала компания молодых людей, что сидели рядом с Мией за столиком в клубе и среди них была та навязчивая девица.

— Не знаешь? — обратился Жан к Мии. — Это Алек. Дядя Мии!

— Ты её дядя? — звонко выкрикнула девчонка со сладким именем, которое я не запомнил.

— Вы не похожи, — подметила другая девушка, кажется она была самой умной в этой компании.

— У нас разные матери с ее отцом, — суровым голосом отрезал я. — Я ребенок от второго брака!

— Так ты просто не хотела, чтобы я стала твоей тетей! — юная блондинка обвила мою руку своей и мило улыбнулась Мии. — Сревновала, да? Я читала такое бывает.

Заметил, как Мия крепко сжала в своих хрупких кулачках махровую ткань полотенца и я буквально перестал дышать от её убийственного взгляда на своем лице. А эта мелкая стерва, имя которой не имело никакого значения для меня обвила моей рукой свою талию и продолжила:

— Ты взял мой номер телефона… и я ждала твоего звонка.

Чёрт! Я не брал ее номер телефона! Она сама написала мне его на белой салфетке, которую я выбросил в мусорную урну, как только вышел из заведения. Но Мия ведь об этом не знает и как бы я теперь не пытался рассказать ей правду, она никогда мне не поверит!

Зеленые глаза блеснули, но не от слез, нет! От жажды мести. Я замер в ожидании того, что Мия вытворит в этот раз, но вместо этого она опустила свои глаза себе на ноги и уверенным шагом направилась в дом.

— Иди за ней! — сквозь зубы процедил я её французишке, сам не веря в то, что поступил верно. Мне нужно было бежать за ней, но я не мог! — Иди за ней и успокой ее!

— О, нет! — отрицательно покачал головой Жан в ответ, удобно устроившись на лежаке. — Я не пойду, иначе мне не выжить. И Вам не советую туда идти! В таких ситуациях её лучше оставить одну.

— Какой же ты идиот, — прошипел я сквозь зубы этому недалекому и быстро скинул руку этой девки с себя. Такая хрупкая и с такой мертвой хваткой!

— Алек? — окликнула она меня, когда я направился обратно в дом, но на ее голос я не отреагировал.

А что я должен ей сказать? В голове крутилось только две фразы. Отвали! И такие как ты не в моем вкусе! Но я решил тактично промолчать. И вообще, меня в тот момент волновала только Мия. Она всегда только одна волновала меня…

Дверь в её спальную комнату была приоткрыта. Я аккуратно прошел вовнутрь. Мия сидела на кровати спиной ко мне и красила свои губы красной помадой, держа в руках небольшое зеркальце. Её поведение сильно удивило меня. Я был готов увидеть многое — истерику, разбитую вазу на полу или еще что-то подобное, но вместо этого она со спокойным лицом красила свои губы.

Подошёл вплотную к ее спине и тут она обернулась. Её губы были не просто выкрашены в алый цвет, она дорисовала красным цветом кончики губ вверх.

— Тебе нравится? — спросила она меня. — Тебе нравится моя улыбка?

— Малышка… Я…

— Просто ответить на мой вопрос, Алек! — серьезным голосом перебила она меня.

От того, что я увидел, мое сердце сжалось. Эта малышка заслуживала того, чтобы улыбаться по-настоящему. И от осознавание того факта, что я причинял ей лишь боль, а она так хотела улыбаться, вызвало у меня отвращение к самому себе. Я все это время причинял ей лишь острую боль, перед этим обещав ей, что никогда этого не сделаю.

— Нет, — ответил я, ощутив как дернулся мой кадык.

Присел рядом с ней на кровать и кончиком полотенца аккуратно вытер лишнюю помаду с ее губ. Со временем она снова научится улыбаться. Искренне улыбаться.

— Но я ведь должна улыбаться! — попыталась остановить она меня. — В моей жизни больше никогда не будет тебя! Ты ведь именно это хотел! И я должна улыбаться от этого!

— Да, я хочу для тебя счастливой жизни и она у тебя обязательно будет… возможно с Жаном.

Мия подняла на меня свои зеленые глаза и слова с особым отвращением слетели с её губ:

— Значит, ты сейчас вернешься к своей мелкой стерве, которую подцепил в клубе?

— Нет, моей маленькой стервой навсегда останешься только ты.

Тяжело вздохнул и оставил крепкий поцелуй во влажные волосы. Это нужно заканчивать. Не смог сдержаться и сделать глубокий вдох. Лесные ягоды…

— Я уеду сегодня ночью, — сквозь крепко сжатые зубы произнес я. — И я сделаю всё, чтобы Фрэнк больше никогда не появился в твоей жизни.

— А ты?

— И я тоже, Мия.

Алек

Дом погрузился в тишину, пропитанную гневом, грустью и болью. Я сидел за столом и медленно отравлял свой организм новой порцией крепкого алкоголя, иногда посматривая в сторону двери спальной комнаты Мии, из которой она больше так и не вышла. На заднем дворе дома шумная компания продолжала свое веселье. Жан за это время ни разу так и не зашел к ней. А должен был! Он должен был быть рядом, чтобы она знала, что он — её идеальный вариант. А еще, чтобы я знал, что поступил верно — решив навсегда уйти из жизни Мии.

Ну кого я обманываю? Жан — самый отвратительный вариант, который мог попасться ей. А я еще хуже…

— Хотела бы я иметь такого дядю, — услышал я за своей спиной голос той девчонки. Какого хрена она свалилась на мою голову?

Не стал оборачиваться, одним глотком осушил бокал и наполнил его снова. Я был уверен, что эта высокомерная выскочка обидится на мой игнор и уйдет, но я её недооценил. Блондинка села за стол напротив меня и с игривой улыбкой взяла стакан из моих рук. Сделала глоток, немного поморщилась. Не смог сдержать своей ухмылки, как у нее это по-детски получилось. Она хотела выглядеть как можно сексуальнее, но вышло наоборот.

— Милая, это называется инцест и у его любителей большие проблемы с головой, — ответил я ей.

— Обожаю таких холодных мудаков, — с довольной улыбкой протянула она, приблизившись вплотную своим лицом к моему.

Её дыхание обожгло кожу на моем лице. Мята, которой она пыталась перекрыть запах табака ударила мне в нос. Я еле сдержался, чтобы не прикрыть свой нос рукой.

— А я терпеть не могу блондинок, — ответил я ей.

Быстро залил в себя вторую порцию джина и со спокойным лицом вышел из-за стола. Вот только этого мне еще не хватало! И нахрена я ответил ей, когда она подсела ко мне и заговорила со мной?

— Слушай, что тебе не нравится во мне? Может сиськи маленькие? — выкрикнула она мне, когда я уверенным шагом пошел вверх по лестнице.

— Маловаты, — спокойным голосом ответил я ей.

С такими как она нужно вести себя именно так, иначе не отлипнет!

Эта девчонка резко схватила мою руку и положила себе на грудь, перед этим убрав в сторону мокрую ткань купальника. Решила удивить меня этим? Интересно, как по её мнению я должен отреагировать? Накинуться на нее за то, что она дала мне потрогать свою грудь? Мне давно не восемнадцать! Да и сисек я много трогал в своей жизни! И у нее они были так себе. На троечку.

— А так? — спросила она меня томным голосом, крепче сжав мои пальцы на своей груди.

Никак! Когда голова не хочет, тут уже ничего не поделаешь. И пусть последние дни я каждую ночь, как конченный извращенец лежу в постели и представляю охренительный секс. Как я держу её в своих объятиях. Поглаживаю, ласкаю, целую её разгоряченное тело. Как зарываюсь носом в ее влажные от пота волосы, делаю глубокий вдох и её аромат снова сносит мне крышу настолько, что за несколько секунд я снова наливаюсь силой, не успев отдышаться от предыдущего наслаждения. Я каждую ночь слышу ее стоны, переходящие в крики так ясно и четко, что забываюсь и открываю глаза, убежденный в том, что она рядом. Но её нет. И мое тело начинает лихорадить. Я мечтаю о Мии… и ни одна другая не сможет вычеркнуть ее образ из моих пошлых фантазий.

— Мия не узнает об этом, — прошептала мне эта девушка, про которую я уже успел забыть, хоть и моя рука до сих пор лежала на ее обнаженной груди. — Ты ведь ее неодобрения боишься?

Её слова разозлили меня настолько, что я почувствовал, как лава бурлящим потоком поднялась в моей груди и заполнила собою всё мое тело. Пару лет назад этой девчонке бы не поздоровилось, но я научился быть хорошим. Практически научился.

Убрал свою руку с ее груди и шумно выдохнул. Обхватил рукой ее за шею и как можно ближе притянул к себе. Пора познакомить её с настоящим Алеком.

— Послушай меня, если я захочу трахнуть какуе-то шлюху, то я наберу номер телефона и мне ее привезут. И ко всем таким девочкам у меня есть два главных требования. Она молчит и никогда не касается меня без моего разрешения. Поэтому прости, но ты мне не подходишь.

— Ты сравнил меня со шлюхой? — практически завизжала она, округлив свои миндалевидные карие глаза, когда я выпустил её шею из своих пальцев.

— Нет, я просто сказал, что на таких как ты у меня не стоит.

— Да как ты посмел! Старый импотент!

Она замахнулась на меня, но я вовремя схватил её за тонкое запястье. Сжал его с такой силой, что хрупкая рука побелела. В этом мире есть лишь одна женщина, которая может безнаказанно бить меня по лицу.

— Я скажу Мии, что ты трахнул меня! — завопила она мне вслед, когда я уверенным шагом пошел в противоположную сторону от неё. — Я скажу месье Фреро, что ты взял меня силой!

— Только не забудь добавить, что тебе понравилось!

Чёрт! Если она это сделает, то уверен, что Мия поверит ей. Когда уже наступит ночь, чтобы я смог свалить из этого чертового дома…

На последние часы мне нужно было убежище и пару дней назад Луи рассказал мне о таком месте в этом доме…

— Все диски разложены по жанрам фильмов. Думаю, что ты разберешься со всем. — Провел мне небольшую экскурсию по домашнему кинотеатру хозяин дома.

— Спасибо, Луи.

— Здесь отличная звукоизоляция, можешь наслаждаться фильмами на полной громкости хоть всю ночь. Никто ничего не услышит. А еще есть плед и подушки.

— Отлично, то что нужно!

Луи положил мне плед на большой бархатный диван в форме буквы П, который больше напоминал кровать странной формы и поспешно оставил меня одного.

Я осмотрелся вокруг. Подвальное помещение с приглушенным светом, заставленное большими деревянными стеллажами с дисками. И почему я сразу не засел в этом бункере? Меньше бы видел Мию, меньше бы ревновал её и меньше бы последствий было. Чёртова ревность! Я не смог совладать с ней и наделал кучу глупостей. И почему мой здравый рассудок всегда отключается рядом с ней…

Коллекция фильмов, собранных Луи, меня действительно удивила, но мое внимание сразу привлекла полка с дисками, на которых было написано “МИЯ”. Если бы я не знал Луи, то подумал бы, что он был одержим своей ученицей. Но это была больше отцовская любовь. За эти дни он ни один раз рассказал мне о том, как она ворвалась к нему в студию. Зареванная. Насквозь промокшая, не могла толком ничего объяснить. Он впустил её из жалости, абсолютно уверенный в том, что из нее ничего не получится. Она не подходила под стандарты балета. Немного ниже, чем нужно, но стоило ему увидеть ее взгляд, когда она впервые подошла к станку… Она словно каждый раз через свой танец рассказывала какуе-то историю, о которой не могла рассказать словами. Её душа страдала и сколько раз Луи не пытался расспросить её о прошлой жизни, она всегда отмалкивалась.

Взял один диск. Полностью погасил свет и устроился на диване, удобно откинувшись на подушки. На экране появилось лицо Мии. Другой Мии, именно такой какой я ее запомнил в последний день, который провел с ней. Она гневно о чем-то спорила с Луи. В то время её французский хромал и она ругалась на родном языке. Луи ни черта не понимал и отвечал на французском. Влажное от пота лицо Мии побагровело. Она махнула рукой, села на пол, сорвала со своих ног пуанты и отбросила их от себя, как можно дальше. Луи приказал ей вернуться обратно, но она ослушалась его. На этом моменте видео прервалось и картинка возобновилась, когда Мия снова стояла у станка и делала медленные приседания, ворча себе что-то под нос.

Не смог сдержать своей улыбки. Я обожал, когда она так забавно хмурила свой маленький носик. Вот именно эту непослушную девчонку я и полюбил.

Я пялился в экран уже больше часа, просматривая кусочки из жизни Мии. Спокойно выпускал дым со своего рта, не сводя глаз с большого экрана. Поймал себя на мысле, что мне захотелось взять несколько дисков с Мией себе домой. Хоть так оставлю её рядом с собой.

Прикрыл глаза, думая о том, как же тяжело мне будет завтра и всю оставшуюся жизнь… И тут яркий свет со стороны двери залил большую комнату, заставив меня обернуться. В дверном проеме появился женский образ. Мия стояла, подсвеченная светом из коридора. Дверной замок щелкнул, она заперла дверь с внутренней стороны.

На несколько секунд я подумал, что заснул. Но нет. Мия была не призрачным воплощением моего больного мозга, она была реальная. Она встала напротив меня, загородив собой картинку на большом экране.

— Не смей возражать и переубеждать меня, — на удивление спокойным голосом произнесла Мия и легкий шелковый халат слетел с ее плеч.

— Я и не собирался.

Мия

Меня трясло и одновременно бросало в жар. Пока я шла к нему ни раз пыталась отговорить себя, но желания быть с ним было сильнее. Пусть на несколько часов, но с ним! Я знала, что Алек не изменит своего решения и к утру его уже не будет в этом доме, но я надеялась лишь на то, что он сжалиться надо мной и позволит вспомнить каково это снова полностью принадлежать ему.

И пусть я буду жалеть. Я обязательно буду жалеть о том, что так поступила. Пусть завтра возненавижу себя за то, что сделала, но ничего уже не исправить. Нужно было пять лет назад что-то менять, а сейчас уже поздно.

— Я хочу этой ночью быть твоей, — выдохнула я, пытаясь не разрыдаться прямо в эту секунду, стоя перед ним полностью обнаженной.

Мысли стали путаться в голове. Тяжело дыша, я ждала его реакции. Я впервые подумала о том, а если он попросит меня уйти? Что мне делать тогда?

Но Алек медлил и словно зомбированный не сводил своих горящих глаз с моего лица. Да! Он ни разу не опустил свой взгляд ниже моей шеи и за эти секунды в моей голове успели появиться новые комплексы и множество вопросов. Может я стала стара для него? А если Камилла ему понравилась… Чёрт!

Наконец-то затушил сигарету и встал с дивана. Он медленно обошёл меня и его тело прижалось к моей спине. Горячее дыхание пощекотало раковину моего уха и водопад из электрических разрядов скатился по моей спине. От его теплоты я прикрыла глаза и закусила губу.

— Я не смогу быть ласковым, — откинул он мои локоны на одну сторону.

— И не нужно. Просто будь собой, Алек.

Он шумно выдохнул, но так и не коснулся меня и от этого моя храбрость стала ослабевать. Пришло время сделать первый шаг за него. Развернулась к нему лицом и медленно, шаг за шагом стала отходить от него назад, пока не почувствовала мягкую ткань дивана. Он сделал два шага ко мне и мужские пальцы заскользили по моему лицу.

— Поцелуй меня, — прошептала я ему, погрузив руки к его мягкие волосы. — Просто поцелуй меня.

И в эту же секунду мои губы оказались пойманными между его губами. Я снова почувствовала его вкус. Как я могла столько времени жить без этого? Как я смогла справиться и не сойти с ума без него? Его губы — вот что мне было необходимо все эти годы! Его губы стали неспешно поглощать мои, растягивая удовольствие, а во мне только нарастало это безрассудное чувство — отдаться ему, позволить ему овладеть мной полностью без каких-либо условий и правил. Без красных линий и формальных обозначений. Как когда-то я уже ранее сделала.

Я знала про умение Алека высасывать весь воздух из моих лёгких лишь одним своим поцелуем, но в этот раз всё оказалось куда страшнее — он лишил меня души.

Мне было необходимо сделать вдох, чтобы хоть как-то мой мозг еще смог функционировать. И я прервала наш поцелуй.

Даже в полумраке я смогла увидеть, как его голубые глаза запылали. Жар от его глаз распространился по моему телу, оставляя на коже многочисленные ожоги.

— Скажи мне, Мия, ты помнила о чем я говорил тебе?

Крепкие руки обхватили меня за шею и кончик носа Алека прочертил дорожку по моей шее. Мое горло дернулось, но я ответила:

— Да, никакого незащищенного секса.

— Значит никто по-настоящему не владел твоим телом, кроме меня?

— Только ты, Алек, — выдохнула я, когда мужские пальцы еще крепче впились в мою шею.

Пять лет назад он сказал мне о незащищенном сексе лишь переживая за мое здоровье. Но теперь он говорил об этом с надеждой о том, что я не позволила никому, кроме него сделать это так, как разрешила ему.

— Моя хорошая девочка, — похвалил он меня в ответ.

Горячий язык заскользил по моей шее и снова проник мне в рот. Теперь Алек не целовал меня. Он поглощал меня, а если быть точнее, безжалостно трахал мой рот своим языком, крепко держа мою шею в своих руках.

— С чего ты хочешь начать? — выдохнул Алек в мои онемевшие от его поцелуя губы. — Почему ты больше всего скучала?

По всему! По тому как потрескивает воздух вокруг нас, по тому как его взгляд прожигает меня… Я скучала по нему.

Не ответила. Провела языком по губам, собрав с них остатки его страсти и медленно опустилась на колени перед ним. Расстегнула ремень на его джинсах, потянула вниз молнию. Сглотнула. По этому я тоже скучала. Алек был единственным мужчиной на всей этой плане перед кем я хотела стоять на коленях.

— Нет, малышка, — остановил меня хриплый от желания мужской голос. Он поднял мою голову двумя пальцами за подбородок, так чтобы наши глаза встретились. — На коленях перед тобой должен стоять я.

— Ты уже стоял, — довольно ухмыльнулась я ему.

— Прости, Мия, я бы с огромным удовольствием сейчас поспорил с тобой, но я чертовски сильно хочу тебя. Я пять, этих гребанных, лет ждал этого момента!

С этими словами Алек, не теряя больше ни секунды, подхватил меня под бедра, а мои ноги инстинктивно обвились вокруг его подтянутой талии. И я почувствовала как моя спина прижалась к чертовски холодной поверхности. Стена, а может быть окно… Да наплевать! Лишь бы снова ощутить его!

Расставив ноги шире, Алек уперся рукой в поверхность, к которой прижал меня и я наконец-то почувствовала то, о чем мечтала все эти годы — он одним резким движением глубоко погрузился в меня. Так глубоко, что мне показалось, я могла ощутить его горлом. Я еле слышно выругалась. Но не от боли, нет. А от наслаждения, которое тёплой волной растеклось по моему телу. Я снова получила Алека, всего без остатка. А вместе с ним, я получила и свое спасение.

Он был прав. К черту разговоры!

— Я сделал тебе больно? — с особой заботой прошептал он в мои губы, когда я обвила своими руками его за шею и крепко сжала каштановые волосы в своих руках.

— Нет. Ты просто не умеешь причинять мне физическую боль, — не солгала ему я.

Только душевную. Только душевную…

Довольная ухмылка скользнула на его лице. Мужские руки еще крепче обхватили мои бедра и он стал медленно, но с особой силой двигаться во мне. Только Алек так умел делать — заботливо причинять приятную боль, которую и болью то назвать было нельзя.

— Скажи мне это еще раз, — еле слышно выдохнул он в мои приоткрытые губы, когда его тело стало грубо втряхивать меня в холодную поверхность. — Скажи мне, что сказала тогда в клубе.

— Моё тело принадлежит только тебе, — задыхаясь от ощущений, выполнила я то о чем он попросил.

— Ещё, — прорычал он, крепче сжав мои бедра в своих руках. Так сильно, что я подумала о том, что на них останутся красные следы от его пальцев Ну и пусть останутся! Я хочу видеть последствия того, на что я решилась.

— Моя душа принадлежит только тебе…

Мои слова стали для него некоторым допингом, который был необходим ему. С каждой новой фразой он лишь ускорял свой темп, который ударной волной бил по моим оголенным нервным окончаниям. Прикрыла глаза от удовольствия.

— Продолжай, — снова скомандовал он мне, второй рукой сдавив мою шею.

— Я вся принадлежу только тебе, — проскулила я. — Я всегда была твоя, только твоя Алек! И я всегду буду только твоей! Я навсегда твоя…

После моего признания Алек неожиданно остановился и наши глаза снова встретились. На его лице медленно растеклась улыбка. Он наклонился ближе ко мне, так близко что кончики наших носов соприкоснулись.

— Да, малышка… Ты только моя, — выдохнул он в мои приоткрытые, ледяные губы. — Навсегда.

Алек буквально вдавил моё тело в своё, чтобы я смогла пропитаться каждой его клеточкой. Тело одно на двоих, запах один на двоих и одна душа…

И от этого угол наклона его бедер изменился, а Алек, словно знав об этом, резко толкнулся во мне. Я вскрикнула от этих новых ощущений. Этот мужчина всегда знал, что нужно моему телу. Возможно, он даже имел дар чтения моих мыслей и я бы с радостью поразмышляла как ему это удается, но не в эту секунду. Не в эту.

Он больше ничего не хотел мне доказывать, наши желания наконец-то сошлись. Мы безудержно снова захотели просто заполнить наши пустые миры другом другом…

Резкие, грубые, такие быстрые толчки в сочетание с нежными ласками его губ на моей шее подарили мне то, о чем так умоляло мое тело его. Он подарил моему телу мощный оргазм, моей душе эйфорию, а я всю себя ему, громко выкрикнув его имя.

Откинула голову назад и прикрыла глаза от полученных ощущений. Мне захотелось растянуть это время, когда волна удовольствия и умиротворения накрыла меня с головой.

Крупная мужская рука нежно погладила меня по волосам, я немного вздрогнула. В этот момент я пыталась понять от чего я испытала наслаждение. От того, что мы снова стали с ним единым целым или что я наконец-то перестала обманывать себя и его и призналась, что несмотря ни на что всегда была его.

Губы коснулись моего влажного лба, оставив крепкий поцелуй. Он приподнял мое практически обессиленно тело, которое все еще потряхивало и спокойным шагом отнес меня на диван. Аккуратно опустил на спину и наконец-то мне хватило сил открыть свои глаза. Это была стена… Только сейчас заметила, что в этой комнате не были ни одного окна.

Перевела взгляд на мужчину напротив меня, который медленно расправлялся со своей одеждой. Но мне не интересовала ни его ритмично поднимающаяся широкая грудь, ни разноцветные рисунки на его теле, линии которых я знала наизусть, ни идеальный мышечный рельеф. Я не могла оторваться от его голубых глаз, которые светились от восторга, медленно гуляя по моему обнаженному телу. Ему нравилось видеть меня такой. С персиковым румянцем на лице и мурашками на коже.

Полностью обнаженный Алек навис над моим телом и еле слышно прошептал мне:

— А теперь я буду любить тебя весь остаток этой ночи. Ты позволишь мне это сделать?

— Да.

Мия

Нежные поцелуи покрывали мое тело. Алек не пропускал ни один сантиметр моей кожи, касаясь губами моего обнаженного тела. Теплое дыхание коснулось голого живота и Алек нежно прочертил влажную дорожку языком вниз от моего пупка. Крепкие ладони уверенно держали меня за талию, а губы спускались все ниже и ниже.

Я закрыла глаза и опустилась в эти ощущения с головой. Теперь он любил мое тело и так хорошо я никогда себя не чувствовала за последние годы.

Алек опустился на колени перед диваном и медленно потянул меня вниз, придерживая за талию. Я как пушинка проскользила на мягком пледе. Его губы коснулись там, где было сосредоточено всё моё желание и я вздрогнула.

— Как же я скучал по твоему запаху, — прошептал он мне. — Я каждую ночь мечтал о тебе, Мия. Каждую гребанную ночь…

Никогда не слышала, чтобы он говорил таким голосом. Его брутальный тембр перекрыла дрожь от дикого желания и нетерпения.

— Ты приходила ко мне во снах. Ты не отпускала меня из моих воспоминаний. Ты изводила меня, Мия. Ты была со мной каждую секунду, когда я оставался наедине со своими мыслями. И я благодарен тебе за это.

Упругий язык прочертил дорожку именно там где я хотела и уже пылала и с первой же секунды стал активно набирать обороты. Весь мир вокруг нас закружился. Для меня больше не существовало ничего, кроме крепких рук Алека на моей талии и его горячих поцелуев между ног.

— О, Алек! — выдохнула я, схватив его за волосы.

Руки мужчины заблуждали по моему телу и он жадно стал поглощать меня. Я еще никогда так не была возбуждена и громко застонала.

Плевать! На всё плевать! Если он снова закроет мне рот рукой, я укушу его! Я хочу слышать собственные стоны. Я хочу слышать как мне хорошо с ним! И он снова услышав мои мысли, не прикрыл мой рот и лишь быстрее стал выводить замысловатые узоры у меня между ног, крепко сжимая в руках мою обнаженную грудь.

Температура моего тела была не выше тридцати и шести градусов, но я вся пылала. Каждый сантиметр моего тела вспыхивал от его прикосновения. Сердце так бешено заколотилось, что я даже собственного стона не услышала, когда моё тело вздрогнуло и обмякло в его руках. Всё вокруг покрылось белой пеленой. Всё, кроме голубых глаз, которые я так боялась потерять. Настолько боялась, что даже глаза от удовольствия не прикрыла.

Крепкие мужские руки обхватили мое тело и нежно, слишком аккуратно и нежно посадили к себе на бедра. И я снова ощутила свидетельство его желания в себе.

— Ничего не изменит моих чувств к тебе, Мия. Ничего, — прошептал он мне слова, которые я когда-то сама произнесла ему и медленно задвигал бедрами.

Алек бережно убрал с моего лица несколько прядей непослушных волос и приказал мне посмотреть ему в глаза. Я быстро подчинилась ему.

— Я всегда буду любить тебя, Мия. Неважно с кем ты решишь связать свою жизнь, ты должна знать, что никто не будет тебя любить так сильно, как люблю я.

Не смогла сдержаться и слезы потекли по моим щекам. Он прощался со мной. Он не изменил своего решения.

Его руки крепко держали меня за бедра и медленно, с особым наслаждением он двигался во мне. Дыхание было тяжелым, все его тело дрожало, но он продолжал говорить мне то, что так давно хотел сказать:

— Ты самое лучше, что случилось в моей жизни. Ты — тот самый подарок судьбы, который мне незаслуженно достался.

Его тихий шепот смешался с хриплыми стонами, вылетающим из моего рта. Удовольствие смешанное с дикой болью осознавания того, что он прощается со мной…

— Ты — мое священное писание, а я тот самый грешник, который самовлюбленно пытается найти в нем прощение для себя.

Моя душа взлетала каждый раз, когда он делал резкий, но такой медленный толчок во мне, но его слова снова возвращали ее обратно, опуская в пучину страдания и боли.

— Ты достойна семьи, Мия, — пробормотал Алек, проведя губами по моей груди. — Ты достойна хорошего, спокойного брака. Детей.

— Я хочу любви, — тихо простонала я ему и он снова сделал толчок бедрами, еще сильнее растянув меня изнутри. Я судорожно выдохнула и выгнулась в спине. — Я хочу тебя! Я хочу любить тебя!

— Я буду любить тебя всегда. Обещаю.

— А я навсегда буду твоей!

Алек замер от моих слов и я впервые почувствовала его силу во мне. Он отдался мне без остатка, точно также как и я ему.

В этот раз нам не нужно было делать резких движений, нам просто нужно было знать, что мы навсегда будем друг у друга. И этого нам обоим было предостаточно, чтобы одновременно испытать мощнейшее удовольствие…

Мы лежали друг напротив друга. Молчали. Мы не знали какой был час и сколько времени мы провели вместе. Все это было неважно. Все в этом мире стало неважно. А я боялась того момента, когда он решится оторваться от моих глаз и произнести хоть что-нибудь. Ведь тогда он снова вернет нас в нашу дерьмовую реальность.

— Мия, — еле слышно выдохнул он мое имя, проведя рукой по волосам. — Тебе нужно вернуться. Он не должен знать, что тебя не было этой ночью в… вашей постели.

Я слишком хорошо его знаю…

Алек видел себя всегда плохим человеком и ему бы следовало таким оставаться в эту минуту. Его правильность проявлялась всегда в ненужный момент. В ответ я отрицательно покачала головой.

— Малышка, только эта ночь.

Он любит меня, я люблю его, но по его задумке мы вместе быть не можем. Парадокс какой-то!

— Нет! Я не хочу. Я останусь с тобой, — твердо заявила ему я, осознавая все последствия.

— Нет, Мия.

— Я не смогу больше без тебя! Ты знаешь каково мне было жить без тебя?

— А ты думаешь мне легко отпустить тебя к нему?

Алек подскочил с дивана, схватив пачку с сигаретами. Отошел к большому экрану, на котором продолжала идти запись одного из моих ранних выступлений. Закурил и серые клубы дыма полетели вверх из его рта.

— Каждый раз, когда ты находишься с ним наедине, — с особой болью произнес он, не сводя глаз с меня на экране, — я прикрываю глаза и вижу, как влетаю в вашу спальню и медленно, с особым удовольствием перерезаю ему глотку у тебя на глазах. Я получаю дикое наслаждения, заливая его кровью белую простынь на вашей постели. Я — чудовище, Мия и тебе нет места рядом со мной.

— Мое место именно рядом с тобой, Алек. — Обняла я его со спины. — И если я буду рядом, тебе больше не захочется этого делать. Ни с кем.

— Нет.

— Да, Алек и ты это знаешь! И Жан все равно обо всем узнает. Я сама ему всё расскажу. Я больше не могу так жить! Я уеду с тобой, Алек. Прошу тебя, найди мне место в твоей жизни!

— Нет.

— Тогда позволь мне стать той, к кому ты всегда будешь возвращаться. Я согласна стать для тебя второй Линдой. Я хочу быть для тебя второй Линдой.

После моих слов Алек замер и развернулся ко мне лицом. Он не поверил в то, что услышал. Он смотрел на меня ошарашенным взглядом, а я не верила сама в то, на что решилась.

— Никогда больше не предлагай мне этого! — прошипел Алек, зажав мне рот рукой. — Это неправильно. Это ненормально. Я этого не хочу!

— В чем разница? — выпалила я, когда он отпустил мои губы.

— В том что я люблю тебя!

— Значит тебе будет легче любить меня на расстоянии, не имея возможности даже коснуться меня?

— Нет, не будет. Но зато ты будешь счастлива.

Счастлива? А он знает сколько ночей я проревела в подушку? Он догадывается, что я ощущаю, когда засыпаю в пустой постели или рядом с мужчиной, которого обманываю? Я обманываю дорого мне человека, давая ему каждый раз надежду, что когда-нибудь скажу ему, что люблю его. Но я не люблю и даже время этого не исправит!

— Ты ошибаешься, Алек! — выкрикнула я, пытаясь сдержать слезы, которые уже скопились в моих глаза. — Я никогда не буду счастлива без тебя. А так у меня будет хотя бы возможность иногда быть счастливой. Я была счастлива этой ночью. Впервые за эти пять лет я была счастлива по-настоящему.

— Это ты ошибаешься, Мия и со временем ты это осознаешь. Спокойствие и стабильность… Вот о чем ты будешь мечтать через пару лет!

Наши громкие прерывистые дыхания заполнили идеальную тишину, которая воцарилась после наших криков. Алек сделал шаг ко мне и прижался лбом к моему, закрыв глаза.

— Он сделает тебе предложение и ты согласишься, — еле слышно сказал он мне.

Предложение? Нет. Даже речи об этому не может быть!

— Жан хочет сделать тебе предложение, Мия, — снова повторил он, подумав, что я не расслышала его.

— И ты готов так легко отдать меня ему?

— Нет, не готов.

Ледяные ладони обхватили мое пылающее лицо и Алек аккуратно сделал шаг, опустив мое тело на матрас дивана. Захотела возмутиться, но он крепко прижал меня к матрасу своим телом и начал покрывать мое лицо быстрыми частыми поцелуями.

— Прошу тебя, Алек… — сквозь слезы прошептала я. — Позволь мне остаться в твоей жизни больше, чем на одну ночь.

— Однажды ты вошла в мою жизнь и навсегда останешься в ней. Однажды и навсегда.

Алек

Я смотрел на сладко спящую Мию напротив меня и боялся даже вдох сделать. Её хрупкая рука обвила меня за шею. Даже во сне она не хотела отпускать меня. Убрал с ее лба пару прядей и аккуратно коснулся губами щеки. Оставил поцелуй. Аккуратно накрыл ее обнаженное тело пледом. Это даже к лучшему, что Мия уснула.

Ну вот, что мне делать? Как принять верное решение?

В моей голове за последние сутки уже сформировался четкий план на ближайшие годы. Я уеду, а если быть точнее, то пропаду, словно меня никогда и не было в этой жизни. Убежду Фрэнка в том, что меня ничего больше не связывает с Мией. А она тем временем обретёт то, о чем мечтала всю свою жизнь — у нее появится настоящая семья, которую она сама создаст. Возможно, я разрешу себе пару раз прийти на ее выступления, но только так, чтобы она меня не заметила. И то только в тот момент, когда теперь ломку без неё мне станет совсем невыносимо. Возможно, даже рискну заглянуть в окна ее дома посреди ночи. И на этом всё.

Я всегда хотел ее оберегать. Так вот пришло время уберечь ее от самого страшного, что может быть в ее жизни — себя.

Интересно, она хоть как-то предохраняется… Чёрт! Я впервые не смог контролировать себя. Я никогда не мог контролировать себя рядом с ней! А если… Чёрт!

Аккуратно поднялся с дивана. Сделал это так, чтобы ни в коем случае не разбудить ее.

Нужно подышать свежим воздухом. Нужно собрать все мысли в единое целое. Нужно все осмыслить и наконец-то решиться.

Натянул на себя джинсы и не сводя глаз с Мии, медленно застегнул пуговки на рубашке. Терпеть не могу рубашки! Но она купила её для меня. Придётся полюбить.

Сдержал себя, чтобы не коснуться ее. Я никогда никого прекраснее не видел раньше. И каждый раз когда она делает вздох, она словно делает вызов мне. Каждое её слово зажигает во мне огонь. Я сгораю от дикого желания наказать её так жёстко, чтобы она ни один раз прокричала моё имя, прикрыв свои глаза от наслаждения.

Мы оба сумасшедшие и нам так охрененно вместе…

Аккуратно закрыл за собой дверь. Так тихо, чтобы даже пыль не содрогнулась в воздухе. Быстрым шагом поднялся по небольшой лестнице на первый этаж. Большие часы в гостинной дома показывали три часа ночи. Луи вставал к завтраку в шесть. У меня еще было пару часов на то, чтобы собрать свои вещи и уехать. Без каких-либо неуместных объяснений.

Вышел на улицу, но выдохнуть мне так и не удалось — я увидел мужчину, сидевшего за барной стойкой, которая располагалась сразу около бассейна. Чёрный пиджак накинутый на худи. Козырек бейсбольной кепки прикрывал лицо. Худощавые пальцы скрещены в замок перед собой

— Где Мия? — произнес нежданный гость, не повернув головы в мою сторону.

— Спит, — ответил я и сел рядом с парнем. — Кажется, нам нужно поговорить.

— Да, Алек, нужно!

Капюшон черной толстовки слетел с головы и серые глаза прожгли меня насквозь. Я сразу всё понял. Люк все знает. И мне придется молча выслушать всё, что он скажет мне.

Люк запустил руку во внутренний карман пиджака и достал из него пистолетный патрон. Демонстративно покрутил его в руке и поставил на деревянную поверхность, прямо перед моим лицом.

— Я дам тебе право выбора, лишь потому что ты хорошо относился ко мне. Голова или яйца?

Я знал, что Люк всегда носил с собой оружие, но проработав с ним столько лет, никогда не смог бы представить себе, что этот парень когда-нибудь решит его использовать. Да еще и что его целью будут мои яйца.

Пять лет он был моей правой рукой. И за это время я так и не решился ему рассказать, а он, к моему удивлению, не спросил. Ни о чем. Даже когда я взял с него слово, что он никогда больше не появится в жизни своей сестры. Видимо, он решил что я проявил сострадание к его сестре, которая случайно оказалась в кабинете моего отца в тот самый день. Возможно, он даже винил себя в том, что они её поймали. Хотя виноваты были мы оба.

А я сделал всё, чтобы замести свои следы. Я под страхом смерти запретил своим братьям и всем кто когда-либо видел её не то, чтобы озвучивать имя Мии вслух, я запретил им даже думать о ней.

— Кто тебе рассказал? — решил узнать я имя того, кто ослушался меня. Его ждало наказание. Именно то наказание, о котором я сообщил им всем заранее.

Люк усмехнулся и снова повторил вопрос:

— Я сказал — голова или яйца?

— Ты должен выслушать меня прежде чем делать выводы!

Слушать Люк меня не захотел и его кулак прилетел прямо мне в морду. На секунду всё вокруг потемнело, а потом перед глазами стали расходиться яркие вспышки. Попал ровно в скулу, зацепив край глаза. Щуплый, но удар хорошо поставил. Я мог его заблокировать, но не стал этого делать. Он отстаивал честь своей сестры, которую я когда-то уничтожил. Он имел на это право.

— Как ты мог, твою мать? Она моя сестра! Ты трахал мою младшую сестру! Ты знаешь сколько ей было лет? — кинул в меня словами не на шутку разгневанный Люк. Этот импульсивный парень всегда мне нравился и после того, как он врезал мне по морде за Мию, я еще больше зауважал его.

— Знаю, — спокойным голосом ответил я, потерев место где зажгло.

— Тебе, что шлюх твоих было мало? Можно было заказать кого-нибудь ее возраста, если тебе так захотелось молодого тела!

— Я тебе сейчас врежу в ответ, если ты еще раз поставишь ее на один уровень со шлюхами, — прошипел я ему, крепко сжав кулаки.

Люк на несколько секунд затих. А я не смог понять о чем он думал. О том, почему я решил начистить ему морду, ведь по его мнению, Мия была для меня очередной любовницей или потому что знал, что мой удар будет намного жестче его и его носу будет не уцелеть?

— Ты принуждал её? Ты силой заставил её спать с тобой? — снова стал закидывать меня вопросами Люк. — Скажи мне правду, Алек!

А я не хотел отвечать. Я просто не знаю, что мне ему сказать. Да! Я силой притащил ее к себе в дом и там удерживал. Я причинял ей боль. Но потом… всё было иначе. И мне никто не поверит, что потом она сама решила отдать себя мне. И я до сих пор понятия не имею почему она так сделала пять лет назад! И этой ночью она снова это сделала. Всему этому могло быть одно объяснение — химия переросшая в любовь. Но никто не станет искренне любить такого как я. И пусть во многом Мия была исключением, но у нее все-таки все мозги на месте…

— Это не имеет значения! — буркнул я себе под нос.

— Имеет, твою мать! Ответь мне, сукин сын!

— Я никогда ни одну женщину не принуждал спать с собой! Всё было по обоюдному согласию!

Прозвучало как на допросе…

— Я думал, моя сестра намного умнее, — ухмыльнулся Люк и я наконец-то заметил, как с его лица ушла хмурая гримаса и он расслабился.

— Люк, еще раз оскорбишь её и я…

— Ничего крепче нет? — перебил меня Люк, сделав глоток из бутылки с недопитым джином.

— Пей то, что есть. Ты и так без спроса залез в чужой бар.

Люк поморщился и осушил бутылку несколькими большими глотками. Выругался, прикрыв рот рукой. Кто же так пьет джин с можжевельником? Теплым он на вкус напоминает пожеванную ветку елки.

— Как ты узнал? — спросил я Люка, пока он пытался отыскать еще что-то стоящее в этом баре. Но мы же во Франции! А здесь ничего крепче коньяка не найдешь!

— Ты забыл кто я? — довольно улыбнулся он мне в ответ. — Нет ничего, что я не узнаю.

— Кто рассказал тебе? Я же предупреждал, если хоть один из них откроет свой рот, то…

— Мне рассказал тот, кто не боится тебя, Алек.

Фрэнк… Чертов подонок!

— Я оказался полным идиотом, что привез тебя в ее квартиру, так ведь?

Поднял на Люка свои глаза и он тихо выругался, крепко схватив себя за волосы на голове.

— Чтобы я больше никогда тебя не видел рядом с ней! Ты свалишь в свой новый дом на Парати и никогда, слышишь меня, никогда и не при каких условиях больше не появишься в её жизни! Ты меня понял?

Я не ответил. Люк бросил в меня чёрный конверт с документами.

— А Малик выполнил свою работу на отлично! Разве он не завязал с подделкой документов, мистер Уолкер?

А этот парень оказался прав! От него и впрямь ничего не скрыть!

— Он лишь вернул мне мою настоящую фамилию и в нашей профессии…

— Бывших не бывает, — одновременно произнесли мы.

Люк наконец-то отыскал бутылку с коньяком и поставил перед моим лицом два квадратных бокала. Наполнил их на одну треть.

— Это бокалы для виски, — уточнил я, прежде чем Люк взял один в свои руки.

— Нихрена в этом не понимаю! Мне больше нравится с горла!

Парень поставил бокал на место и сделал два глотка с горла бутылки, немного зажмурился и протянул бутылку мне.

— Я впервые не справился, да мистер Стивенс, а точнее уже Уолкер?

— Ты облажался так впервые, Люк! — ответил я и крепкая алкоголь обжег мне рот. Коньяк мне понравился, не зря французы им так гордятся!

— А вообще, отлично продуманно! Сколько ты заплатил этому докторишке? Он очень долго не шёл на контакт, пришлось даже немного напугать его.

— Ты напугал его? Ты ведь не по этому.

Я снова сделал большой глоток и вернул бутылку Люку.

— Что не сделаешь ради своего работодателя, — натянул широкую улыбку парень перед моим лицом. — Ты знаешь, что я оказался прав и Фрэнк ищет тебя?

— Да, — положительно кивнул я головой и бутылка с коньяком снова оказалась в моих руках.

— Ты разрушил логово змей, которые знают все твои слабые стороны и если с головы Мии упадёт хоть один волосок из-за тебя, я даю тебе слово, Алек, я точно отстрелю тебе твои яйца.

Сделал глоток и мы друг другу мило улыбнулись. Мы оба знали, что Люк этого никогда не сделает. А вот я мог! Несколько лет назад стоило бы мне это сделать! Ведь это он ввязал Мию в то, во что не следовало бы!

— Я ведь тебе твои не отстрелил пять лет назад! А именно благодаря тебе, я оказался в квартире, где спала Мия.

Люк подавился и закашлялся, а я не понял чем именно. Коньяком, которые пошёл не в то горло или моими слова, которые у него в этом горле застряли. А разве я солгал?

— Ублюдок! — крикнул мне Люк, показав средний палец. А дерзость у них с сестрой была в крови!

— Такой же как и ты, Люк. Поэтому мы и сработались! Как ты нашёл меня?

— Я отследил телефон Мии. Ничего сложного.

— Чертов гений!

Способности Люка всегда удивляли меня!

— Послушай, Алек, — резко сменил тон голоса Люк. Теперь он говорил не с желанием выпотрошить меня, а с желанием убедить меня поступить правильно. — Если бы я знал к чему это приведет, то я бы никогда не стащил ту информацию! Я прошу тебя, Алек, найди другую девушку. Кого угодно, но не Мию.

Если бы я мог ее заменить! Если бы я только мог!

— Она важна для меня. Она моя маленькая проказница. Она всегда будет для меня маленькой девочкой с разбитыми коленками, которой так не хватало любви и внимания… заботы. И я прошу тебя, забудь её. Она не создана для твоей дерьмовой жизни.

Я хочу забыть её! Стереть из своей памяти, но не могу! Не могу, хоть и знаю, что мучаю и себя, и её этим. Эти воспоминания не уничтожить, уж слишком яркие они! Принял решение. Быстро засунул руку в карман его пиджака и достал оттуда пистолет. Заправил тот самый патрон и накрутил глушитель. Вложил его в руку Люка.

— Голова.

— Что?

— Я выбрал. Голова.

— Какого хрена?

— Это единственный способ заставить меня забыть её.

Сказать, что Люк удивился моим словам — ничего не сказать. Его миндалевидные серые глаза округлились и он несколько раз перевел взгляд с оружия на меня и с меня на оружие.

— Так не забывай, а просто свали! Оставь её! — выкрикнул Люк, так и не решившись направить дуло пистолета в мою сторону. — Я сделаю все, чтобы она приняла верное решение и никогда больше не вспомнила о тебе. И если она действительно что-то большее для тебя, чем просто девица для развлечения, то ты уедешь. А я буду рядом с ней, обещаю тебе, Алек.

— Хорошо… — сдался я. — Только дай мне пару минут.

— Зачем? У тебя нет в этом доме вещей!

— Дай мне возможность ещё раз увидеть, как она сладко спит. Я просто хочу еще раз взглянуть на нее. Еще раз коснуться её обнаженного тела.

— Меня сейчас вырвет, Алек, — скривился Люк, словно подросток, застукавший свою сестру за поцелуями. — Давай без подробностей, ладно? Она моя сестра. Младшая.

Встал с барного стула и прежде чем я вошел в дом, Люк выкрикнул мне в спину:

— Скажу честно, — я надеюсь, что тебе повезет и ты закончишь то, что начал. Но я всё-таки хочу, чтобы Фрэнк отстрелил тебе яйца, Алек!

Алек

За неделю до того, как…

Я не жил в доме моего отца, но мне приходилось иногда приезжать в него, чтобы встретиться со своими братьями.

Эта идеальная тишина всегда меня пугала. Было слышно лишь как тикали большие часы в холле дома и от этого звука мороз бежал по коже. Всегда ненавидел этот дом. Вся моя жизнь здесь была по четким правилам. И за несоблюдения каждого из них было наказание. Чёткий распорядок дня. Бесконечные уроки и тренировки. Вырастить верного, послушного пса не так то легко, как может показаться на первый взгляд. Мы должны были быть идеальны во всем. Начиная с познаний в химии и арифметики и заканчивая способностью превращать в оружие любой подручный предмет.

Но главное — каждый из нас должен был быть преданным. Настолько, что когда придет момент, мы не задумываясь, подставим свою голову под пулю, которая полетит в нашего отца.

Мы не ходили в школу. Всё обучение было на дому. Мы никогда не задавали вопрос: зачем это всё нам. Мы просто слепо верили человеку, который убеждал нас, что всё что он делает лишь из-за большой отцовской любви…

Я попал в этот дом первым. Через три года после меня порог этого дома переступил Маркус. Из всех братьев он дольше всех привыкал к своей новой жизни. Ни раз сбегал из этого дома, но его возвращали обратно. Джеймс давал ему возможность добежать до дороги и почувствовать тот самый вкус свободы, а потом буквально из ниоткуда подъезжала машина и грубо… слишком грубо затаскивала Маркуса за шиворот в салон. Я лично притаскивал его за шкварник в его комнату и резкими ударами по лицу приводил в чувства, когда тринадцатилетний парень умолял отпустить его. Какой же я был идиот…

С Дэйвом и Кайлом всё было намного проще — им просто было безразлично что нужно было делать и как.

Но вот Фрэнк… Его отец встретил на улице. Десятилетний Фрэнк сказал, что многое бы отдал, лишь бы тоже носить такое пальто, какое было накинуто на плечи моего отца.

— Даже убить? — как бы в шутку уточнил Джеймс.

Мне не стоит даже рассказывать, что ответил Фрэнк. Он был единственным, кому нравилась жизнь, которую Джеймс подарил.

А вообщем, идеальный план!

Любого охранника можно подкупить, а вот сын не предаст никогда. Тем более если он проживает свою жизнь только во благо своей семьи.

Приоткрыл дверь моей когда-то спальной комнаты. Прошел во внутрь и провёл рукой по большой вмятине в стене. Моя засохшая кровь навсегда осталась здесь.

В какой момент я решил именно так снимать стресс — разбивая до крови костяшки пальцев об стену.

— Что ты тут делаешь? Ностальгия? — услышал я голос за своей спиной.

А я бы хотел найти ту таблетку, которая полностью сотрёт мне память! Но такую еще не изобрели!

— Я нашёл то, о чем ты просил меня.

Люк протянул мне записку, но я так и не рискнул открыть её и прочитать содержимое. Возможно когда-нибудь я решусь.

— Не посмотришь?

— Позже.

— Тогда пошли! Они уже жду тебя в кабинете.

Я кивнул и поспешно вышел из этой комнаты, воздух в которой был настолько спертым, что лёгкие горели.

— Хочешь узнать мое мнение? — спросил Люк, когда мы одновременно остановились напротив двери в кабинет Джеймса, точнее моего кабинета.

— Валяй!

— Они тебе отомстят.

— Я знаю. Но это нужно сделать. Я хочу дать им шанс.

— А он им нужен?

Я взял небольшую паузу. Это было нужно мне. Я хочу знать, что я хотя бы попытался хоть кого-то вытащить из дерьмища, в которое затащил Джеймс.

— Думаю, Маркус будет рад. Он никогда не годился для этой жизни.

— Поговаривают, что у него кто-то появился.

Я не ослышался?

— А точнее? — немного прокашлявшись, потребовал я подробностей.

— Эшли Роуз. На два года младше его. И если верить её постам в социальных сетях, то всё серьёзно. Прям ОЧЕНЬ серьёзно. — Люк попытался скрыть игривую улыбку, но я ее заметил.

— Что ты не договариваешь мне? Давай уже! Не тяни!

— Ты скоро станешь дядей, Алек!

Охренеть! Аж мороз по коже пробежал. Я был готов к тому, чтобы услышать, что Маркус решил съехаться с этой девицей, но не на такой сюрприз! Вот тебе и настоящий киндер сюрприз!

— Ты пил что ли? — посмотрел я на Люка, как на сумасшедшего, который пытался доказать мне, что наша планета плоская.

— Нет. У меня есть правило — я не пью до полудня.

— Тогда как так получилось, Люк?

— Ну это когда в зрелую яйцеклетку проникает один сперматозоид и это дает начало…

— Люк! — прошипел я, схватив этого засранца за ткань его худи. — Я знаю, как получаются дети! Я тебя спросил, как так вышло, что мы нихрена не знали?

В ответ Люк пожал плечами, сославшись на то, что Маркус всегда был очень скрытный. Да это еще мягко сказано…

Мы с Люком вошли в кабинет. Мои братья уже ожидали меня — стояли словно мраморные скульптуры напротив моего стола. Безжизненные лица, руки скрещены внизу спереди. Так было положено. И так сделали все, кроме Фрэнка. Он сидел на диване, закинув ногу на ногу.

— Нахрена ты позвал нас? — спросил меня Фрэнк, как только я сел в большое кресло хозяина дома.

Ничего не ответил и молча выложил на столе четыре одинаковые пачки с деньгами.

— Этого предостаточно, чтобы каждый из вас смог начать новую жизнь.

Братья уставились на деньги, переглянулись и снова уставились на пачки с деньгами.

— Охренеть! Ты только что сказал, что мы должны начать новую жизнь? Совсем крыша потекла? — рассмеялся в голос Фрэнки, чем тут же выбесил меня.

Мужчина поправил воротник на своей рубашке и спокойным шагом вплотную подошёл ко мне. Упёрся руками в деревянную столешницу и еле слышно прошипел мне:

— Ты решил нас выкинуть из семейного дела?

— Семейного дела? Мы никогда не были семьёй!

— Просто ваши услуги больше не нужны, — вмешался Люк, присев на край стола по правую руку от меня.

— Не многое ли себе позволяет твоя собачка, Алек?

— Я сейчас перегрызу тебе горло! — процедил сквозь зубы Люк.

— Значит его ты оставляешь, а нас нет?

— Теперь мы ведем дела честно! А что ты умеешь, кроме того как махать своим ножом перед чьим-то носом? Может у тебя есть какой-нибудь талант?

— Есть! — выкрикнул мне Фрэнк, не став отводить от меня своих темных глаз.

— Да ладно? — не смог подавить громкий смешок Люк. — Ты вышиваешь что ли по ночам?

— Я умею их по особенному затачивать, чтобы кожу прорезали, но лезвие глубоко не проникало. Это причиняет мучительную боль.

Дерзкий падонок! Решил напугать меня?

— Ты угрожаешь мне? — прошипел ему я, на что Фрэнк лишь растянулся в довольной улыбке. — Забирай то, что я дал тебе и скажи мне “спасибо”!

Ублюдок!

— Не дождёшься, — еле слышно сказал мне Фрэнк, максимально продвинувшись к моему лицу. — Ты отдашь мне половину от всего что у тебя есть, а может быть и больше. И ты сам мне это предложишь.

Фрэнк забрал свои деньги и молча вышел из кабинета. За ним тоже самое сделали все братья.

— Маркус, останься! — выкрикнул я, прежде чем последний из них успел покинуть мой кабинет. Маркус безмолвно послушался.

— Кто-то знает о ней? — сразу же задал я ему вопрос в лоб.

Карие глаза мужчины забегали и он быстренько потупил их на свои ботинки.

— Я не понимаю, что ты имеешь ввиду, Алек.

— Кто-то знает о Эшли Роуз?

— Впервые слышу о такой, — холодным тоном ответил он, нервно сглотнув.

Достал пачку с сигаретами и протянул одну Маркусу. Мы одновременно выпустили клубы серого дыма вверх.

— Его больше нет, а значит и этих идиотских правил больше нет, — еле слышно сказал я Маркусу, похлопав по плечу.

— Никто не знает. Я никому о ней не рассказывал, — наконец-то решился Маркус.

Какой же ты подонок, Джеймс! Тебя уже несколько лет нет, а твои дети, которые давно стали взрослыми мужчинами всё ещё боятся твоих наказаний!

— Тогда я дам тебе совет — сделай так, чтобы никто и не узнал. Я увеличу твою сумму, Маркус. Вдвое. Тебе хватит этих денег, чтобы свалить в какой-нибудь небольшой городок и прожить свой остаток жизни так, как ты захочешь.

— Что я должен буду сделать за это? — уверенным голосом спросил меня Маркус.

— Ничего. Не за всё же нужно чем-то платить. Хотя…

— Я сделаю все, что ты скажешь, Алек. Назови только имя.

— Никогда больше не возвращайся в это дерьмо. Пообещай мне, Маркус.

— Обещаю.

— Тогда это всё! О большем я и не прошу!

Неожиданно для меня Маркус обнял меня и похлопал по спине. Это было первое братское объятие в моей жизни. Теплое мужское объятие, мы давно были в жизнях друг друга, но вот братьями стали только в этот момент.

— Спасибо, Алек. Я запомню это… Я отговаривал их. Я был против того, чтобы они привозил Мию в этот дом. Я пытался их остановить.

В ответ на эти слова я промолчал.

— Фрэнк отомстит тебе.

— Я знаю.

— Кайл и Дэйв встанут на его сторону.

— Да, ты прав.

— Он знает твое слабое место, Алек. Он знает, что она — твое слабое место…

За несколько часов до того как…

— Чертов перелёт! Мне нужен кофе! Какого хрена мы забыли здесь?

Люк с заспанным видом сидел за рулём автомобиля и потирал свои сонные глаза.

— Хочу увидеть кое-кого.

— Женщину? У неё сиськи классные?

Промолчал и сделал вид, что на мой телефон пришло важное сообщение. Люк присвистнул, посмотрев на меня в зеркало заднего вида. Мне не понравился его взгляд.

— Охренеть, ты покраснел! — выкрикнул парень.

Конечно, покраснел! Сам того не подозревая, Люк хотел у меня узнать интимные подробности о своей младшей сестре! Мне не выжить, если он узнает…

— Смотри лучше на дорогу, чем на мою морду! — суровым голосом ответил я.

— Француженок захотелось? — Да! Я бы не отказался от одной! — А у неё есть подруга?

— Я впервые в Париже, Люк!

— Я тоже! И это нужно отметить! Мне говорили, что здесь есть одно классное место! Сейчас проверим, правда классное или нет!

Не спросив моё разрешения, Люк резко повернул руль и машина поехала в противоположную сторону

Всё произойдет намного быстрее, чем я думал! Люк все-таки самый лучший помощник, которого только можно было мне найти…

Мы поднялись в VIP ложу. Я бы не сказал, что сильно удивился. Музыка, алкоголь, девушки в платьях из крупных бусин на обнаженное тело, медленно двигающиеся под музыку.

Честно? Надоело. Приелось.

— Какой цвет? — спросил меня Люк на ухо.

— Что?

— Блондинки или брюнетки? Мулатки?

— На твой вкус, Люк!

— Значит, все!

Люк кивнул и быстро побежал к управляющему этого заведения.

Я знал, что у меня есть только минут десять, не больше. Если Люку хватит мозгов, то он отвезёт меня в больницу, про которую я ему рассказывал на протяжении последнего месяца при любом удобном случае. Там меня уже ждут врачи, которым я отвалил немаленькие суммы.

Взял в руку нож, который мне уже успели принести для стейка. Резким ударом воткнул его себе в левый бок. Белая ткань покрылось моей кровью. Стиснул зубы, полностью вытащил нож и снова ударил в то же самое место.

Этой ночью Алек Стивенс умрёт от глубокого ножевого ранения, а утром через заднюю дверь больницы выйдет Алек Уолкер, у которого забрали право на нормальную жизнь в четырнадцатилетнем возрасте. И он ближайшим рейсом вылетит в Бразилию, но сначала… я увижу её. Пусть на сцене, пусть не смогу даже коснуться ее, но я увижу её!

Главное, чтобы всё пошло по моему плану и Люк сделал всё правильно.

Черт. Кажется, я перестарался, слишком глубокая рана.

Мия

Теплые касания на моей щеке, его запах. Губы коснулись моих. Нежно. Так нежно он еще никогда меня не целовал.

— Я люблю тебя, малышка… — прошептал мне бархатный голос с брутальной хрипотцой. Даже сквозь сон моё тело покрылось мурашками от этого тембра.

Когда его сильный голос шепчет мне самые нежные и ласковые слова, я испытываю особое наслаждение. Это как в горячий шоколад добавить перца чили. И это невероятное послевкусие с лёгкой пикантностью так и осталось на мои губах, в которые он и прошептал своё признание.

Зарылась носом в плед, которым я была укрыта. Он еще хранил на себе запах наших тел. Не хочу открывать глаза! Хочу еще побыть в этом блаженстве, когда есть мы. Когда он держит свои руки на моем теле и я слышу как прерывисто он дышит.

Его руки нежно гладили меня по плечу — значит он еще рядом со мной. Надеюсь, что он передумал…

— Алек? — еле слышно пробормотала я сквозь сон. Тишина в ответ.

Провела рукой возле себя, но рядом никого не было и и мягкая ткань дивана уже была холодная. Открыла глаза.

— Алек? — снова позвала я его, но мне так никто и не ответил.

Села. Приятные ощущения тут же вошли в зону душераздирающих воспоминаний. Я была в комнате одна.

— Нет, нет, — еле слышно, словно зомбированная повторила я несколько раз, уткнувшись носом в плед. — Ты не мог уйти… Ты не мог, Алек…

Судорожно стала искать свой халат, но так и не нашла его. Замотала свое обнаженное тело в плед и выбежала из комнаты.

Если я увижу его, сидящим за столов, спокойно пьющим кофе, то я убью его! Хотя нет! Я кинусь ему на шею и плевать, что все обо всем узнают. Пожалуйста, пусть он сидит и пьет свой мерзкий американо. Пожалуйста…

Не успела я пройти на кухню, как крепкая рука схватила меня за локоть.

— Мия? Какого хрена? — услышала я мужской голос, но это был не голос Алека. — Где ты была?

Обернулась и рискнула встретиться глаза с ним. Я больше не могла его обманывать. Я еще ни с кем так отвратительно не обходилась, как обошлась с Жаном.

— Мия, — выдохнул он мое имя и пробежался глазами по мне. — Где ты провела эту ночь? И почему ты замотана в плед? Где твоя одежда?

Чёрт! Его спокойным голос, переполненный заботой и переживаниями обо мне заставил меня возненавидеть себя. Я знаю, что Алек был прав! Когда Жан немного повзрослеет он станет отличным мужем, замечательным, любящим отцом и подарит мне ту спокойную, семейную жизнь, о которой мечтает каждая женщина! Он будет весь остаток жизни носить меня на руках и без повода набивать вазы в доме свежими цветам! Но есть одно “но”! Я этого не хочу! А может быть и хочу, но не с ним…

— Пожалуйста, отпусти меня, — дрожащим голосом прошептала ему я и его пальцы быстро ослабили хватку, сделав так как я его попросила.

Вот! Вот в чем дело! Вот почему между нами никогда не было искры! Алек бы так не сделал. Он бы еще крепче сжал мою руку в своей, до той приятной боли, от которой бы пробежали электрические заряды по коже. И я бы сразу же забыла куда так уверенно шла.

— Куда ты идешь? Поговори со мной, прошу тебя Мия…

К нему! Я иду к нему!

Зашла на кухню, быстро осмотрелась вокруг. Алек не пил кофе. Его не было за столом и в гостиной его тоже не оказалось. Сердце тревожно сжалось и забилось чаще, а перед глазами всё поплыло.

— Мия, что происходит? — снова услышала я голос Жана, который следовал за мной шаг в шаг.

— Где он? — спросила я Жана и мой голос предательски дрогнул.

— Кто? Я нихрена не понимаю! Объясни мне кого ты ищешь?

А вдруг он у бара? Выбежала на задний двор дома. Пробежалась глазами по территории, но Алека так и не увидела.

Он не изменил своего решения… Чёрт! Он не изменил его!

— Жан… — еле слышно прошептала я, задыхаясь от слез, которые скопились комом в горле. — Он не изменил своего решения.

Прижалась головой к груди Жана, но он не стал прижимать меня к себе рукой, как делал это раньше.

— Мия, кого ты ищешь?

— Я… Прости меня, Жан…

— Простить? За что? Объясни мне всё, наконец-то, Мия! — он встряхнул меня за плечи, а я продолжала крепко сжимать зубы, ненавидя себя за то, что натворила.

Это больно. Терять дорогого человека всегда больно, но я готова потерять все что у меня есть и всех, кто у меня есть. Всех кроме него.

— Прости меня, но я не могу быть твоей. Я очень старалась, но не могу.

— Мия, — еле слышно выдохнул мое имя Жан, проведя рукой по моим взъерошенным волосам.

— И ты всегда это чувствовал, Жан. Ты знал это. Прошу тебя, Жан, прости меня, что дала тебе надежду.

Жан хотел мне что-то сказать в ответ, но я перебила его:

— Ты станешь отличным мужем, отцом, но для кого-то кто заслуживает именно тебя. И это не я.

— Мия, но ты ведь сама решила начать серьезные отношения. Я думал, что наконец-то это время пришло и ты решилась.

— Назло ему.

— Кому?

— Ему.

— Назло своему дяде?

— Он мне не дядя.

— Что?

Мужские руки резко оттолкнули меня от груди и крепко обхватили за плечи. Встряхнули. Больно, но я заслужила.

— Прости Жан. Прости меня, возможно, ты когда-нибудь сможешь меня простить.

К моему большому удивлению, я даже не заплакала. Плачут от боли или от счастья, иногда плачут, лишь для того, чтобы окружающим стало вас жалко. Но я не испытывала ни того, ни другого. Мне было только противно и стыдно за свою ложь.

— Он был твой любовник? — прорычал Жан и его лицо залилось красным цветом гнева.

— Нет. Он моя любовь…

Я еще никогда так быстро не собирала свои вещи. Хаотично бросала все, что попадалось мне под руку. Своего шелкового халата я так и не нашла. Всё это время Жан сидел на кровати и ни разу не рискнул поднять свои глаза на меня. Он о чем-то думал, но мне так и никогда не узнать о чем именно. Неожиданно для меня, он даже предложил отвести меня домой на своей машине, но это было бы слишком нагло с моей стороны. Мне нужно прекратить им пользоваться…

— Ты сделала правильный выбор, — услышала я голос месье Фреро, когда к дому подъехало такси. Мой учитель вернулся с утренней пробежки.

— Вы знали? — потупила я глаза на свой чемодан.

— Я видел его взгляд, Мия. Так смотрит мужчина, который дико желает женщину. И я видел твой взгляд. Так смотрит женщина, которая любит. По-настоящему любит.

— Простите меня, месье Фреро.

Луи взял мою руку в свою и по-отцовски провел рукой по моим волосам.

— Передо мной тебе не за что извиняться, Мия. Я сам позвал Алека в этот дом. И не потому что думал, что он твой родственник.

Луи взял мой чемодан и помог водителю поставить его в багажник автомобиля.

— Ты знаешь, как я отношусь к тебе. И я хочу дать тебе совет. Не повторяй моей ошибки. Ты либо сделай все, чтобы быть с ним, либо забудь его навсегда.

Мой учитель обнял меня так крепко, как никогда не делал никто из моих родителей. В детстве мне казалось, что моя мать специально искала во мне еще один изъян, чтобы отругать и напомнить мне какая я никчемная. А Луи знал о том, как некрасиво я поступила с его сыном, но всё равно продолжал дарить мне свое тепло. Парадокс.

— Все, что я хочу, чтобы ты и Жан были счастливы, — тихо сказал он мне на ухо. — А вместе и вас это не получится.

Лиу выпустил меня из своих объятий, заботливо убрал слезинки с моих пылающих щек и подмигнул мне. Он всегда так делал, когда пытался поднять мне настроение. Просто подмигивал мне с теплой улыбкой на лице и мне это всегда помогало.

— Пообещай мне, что будешь счастлива. Хорошо? — спросил он меня, когда я села в машину, но дверь еще не закрыла. — А еще пообещай мне, что обязательно найдешь время в своем слишком забитом графике и придешь ко мне в гости на твой любимый зеленый чай?

— Обещаю, месье Фреро, — улыбнулась я ему в ответ. — Жан… Он никогда меня не простит… А он дорогой мне человек.

— Не переживай. Пройдет время и он снова заговорит с тобой. Поверь мне. Я же смог простить его мать. Думаю, и он простит тебя.

Мия

На диване в моей гостиной сидела мужская тень. Увидеть лица я не смогла, поэтому не стала рисковать и осталась стоять на месте.

— Хорошо отдохнула? — услышала я голос своего брата и резко зажгла свет в комнате.

— Где он? — бросилась я в сторону мужчины, проигнорировав его вопрос. — Отвечай мне! Где он? Ты ведь знаешь!

— Знаю, — спокойным голосом ответил Люк, скинув капюшон с головы.

— Скажи мне!

— Нет, это ты мне скажи, сестренка! Чем ты думала, когда пять лет назад прыгнула к нему в постель? Что у тебя в мозгах было?

Худощавые пальцы обхватили мое лицо и крепко сжали челюсть. Он еще никогда не был таким грубым со мной. Да и в гневе по отношению ко мне я его видела впервые.

— Я всегда считал тебя умной, — прошипел Люк. — А моя маленькая сестрёнка оказалась полной идиоткой!

Резко откинула его руку от своего лица. Не ему судить меня! Не ему!

— Еще раз сделаешь мне больно и я отобью тебе яйца, Люк! И я не посмотрю на то, что ты — мой брат!

Люк ухмыльнулся и его тон голоса снова стал спокойным.

— Ты знаешь кто он?

— Да!

— Значит ты чокнутая, Мия!

Он больной на всю голову, а я чокнутая! Мы идеальная пара!

Мои губы затряслись. Я знала, кем был Алек и никогда не оправдывала его поступки в прошлой жизни. Но теперь мне впервые захотелось вступиться за него.

— У него не было выбора, — попыталась я. — Его вырастил чудовище!

— Выбор есть у каждого. И у тебя он тоже был, Мия, но ты почему-то выбрала его!

Да! И я уже ничего не могу сделать! Я ничего не могу изменить. Я хотела забыть его, я пыталась жить без него, но не у меня ничего не вышло! Стоило ему переступить порог моей квартиры, как вся моя стена, которую я воздвигла в своем сердце от него, рухнула.

Повисла тишина. Было только слышно, как Люк костяшками пальцев набивал ритм какой-то незамысловатой мелодии по спинке дивана.

— Прошу тебя, скажи мне где он… — снова попробовала я. — Прошу тебя, Люк…

— Нет, даже и речи быть не может об этом! — выкрикнул мне в ответ Люк, буквально подпрыгнув на месте.

— Ненавижу тебя! — Хаотично забила кулаками по его груди. — Ненавижу тебя, Люк! Из-за тебя я встретила его и из-за тебя потеряла!

— Скажи, что еще из-за меня ты прыгнула в его постель!

— Всё было не так! Ты обесцениваешь всё до животного инстинкта!

— Еще скажи, что влюбилась в него!

Да! Да! Да! С первой секунды, черт его побери! Я полюбила его глаза с первой же секунды, как только увидела их! А вместе с ними и душу, Алека! И пусть он давно продал ее самому дьяволу, но я ничего прекраснее не видела за свою жизнь.

— Ненавижу тебя, Люк! — прорычала я, снова ударив его в грудь. — Зря я всю жизнь выгораживала твою задницу перед нашей матерью! Надо было ей всё рассказать, чтобы она знала что ее любимый сыночек не такой идеальненький, как кажется на первый взгляд! Может быть она тогда бы увидела во мне хоть что-то хорошее!

— Мия… Я никогда и подумать не могу, что ты так думала. Что ты ревновала нашу мать ко мне.

Люк крепко обхватил меня руками и хоть он был раза в два меньше Алека, он всё равно был мужчиной, с которым мне было не потягаться. Я попыталась освободиться, но не смогла.

— Не трогай меня! Трогай, твою мать!

На мои протесты Люк еще крепче сжал моё тело в своих руках и тут я не выдержала. Я разрыдалась. Глухо разрыдалась в его плечо, освобождая всю ту боль, которую держала внутри себя за семью печатями и замками.

— Зачем? Зачем ты привёз его в мою квартиру? Зачем? — пробормотала я, уткнувшись носом в шею своего брата.

— Я думал так будет лучше. Я ведь не знал, Мия. Я даже представить себе не мог, что вас могло что-то связывать.

— Ты сделал только хуже! Прошу тебя, Люк, просто скажи мне где он! Он нужен мне! Я не смогу без него!

Мне даже страшно представить, что мне снова придётся прожить всё заново. Мне снова придется жить без него…

— Нет. Моя сестра никогда не будет, как собачка бегать за таким, как он!

— Какой же ты идиот! Он сам никогда не решиться на то, чтобы остаться со мной…

— Если бы он хотел — он бы остался с тобой! Как ты не понимаешь, что он сам запретил мне говорить тебе, где он? Он сказал, что ты ему не нужна, Мия!

Нет… Такого быть не может.

— Ты лжёшь. Он не мог это сказать!

— Но он это сказал! Ты ему не нужна! Ему нужна была лишь еще одна ночь с тобой и на этом всё!

Лишь одна ночь. Именно это он мне и сказал, когда я попросила Алека передумать и остаться со мной. Больно. Как же больно…

Одиночество это полезно, а некоторые говорят и даже приятно. Одиночество очищает ум. Одиночество способствует творчеству. Укрепляет доверие и делает тебя более независимым. И какой идиот это придумал? Одиночество убивает… вот это правда!

Я сидела на полу гримерной, пол которой был заставлен корзинами с цветами. Пару минут назад я отработала сольный концерт и кажется, все прошло очень даже неплохо.

Дверь приоткрылась и я услышала голос своего брата:

— Ого! Да у тебя тут целая оранжерея!

Сердце сжалось от его слов и я продолжила монотонно развязывать ленты на пуантах.

— Мне нравится, как ты танцуешь. У тебя классно получается. Особенно когда ты подпрыгиваешь.

— Это гранд жете.

— Нее, — засмеялся Люк. — Такое мне выговорить!

— Зачем ты пришёл сюда?

— Мы не виделись несколько недель, да и наш последний разговор был на повышенных тонах. А ты ведь единственный мой близкий человек, Мия.

Я сделала вид, что его слова никак не растопили ледяную корку, которая образовалась в том месте моего сердце, где было написано его имя.

— Я горжусь тобой, — продолжил Люк, опустившись на пол напротив меня. — Ты даёшь надежду таким же девочкам, какой когда-то была и ты. Твои ученицы с открытым ртом смотрят на тебя.

— Я одеваю им на глаза розовые очки, — быстро ответила я. — Больше половины не годятся для этого и чтобы они не делали им не исправить то, что подарила им природа. Остальным придётся разбить пальцы ног в кровь, чтобы их заметили из толпы других. И только, возможно, один процент из всех сможет надеть пуанты и выйти на большую сцену.

— Но ты ведь сумела их надеть!

— У меня не было розовых очков на глазах. Мне никто не говорил, что я отлично справляюсь. Хочешь знать почему я надела их? — спросила я своего брата, как можно дальше отшвырнув от себя потертые пуанты, подошва которых покрылась трещинами.

Люк не ответил, а я захотела, чтобы он знал правду:

— Я не хотела выступать на большой сцене. Все мои мечты умерли в той девятнадцатилетней девочке, которую силой посадили в машину и отвезли в аэропорт. Просто если бы я не выплескивала свою боль через танец, то я бы сгорела изнутри, Люк.

Мои брат судорожно вздохнул на мои слова, а я закинула пуанты себе на плечо и подошла к большому зеркалу. Ему потребовалось время, чтобы снова набраться храбрости и заговорить со мной:

— Наша мать постоянно спрашивает о тебе. Спрашивает не знаю ли я, где ты.

— И что ты ей отвечаешь?

— Говорю, что не видел тебя уже больше пяти лет.

— Молодец! Так и отвечай дальше.

Расплела свои волосы и каштановые локоны упали на мои плечи. Закрыла глаза и слегка закинула голову назад. Этот концерт дался мне тяжело. Слишком тяжело — каждая мышца горела.

— Мия… — мужские пальцы проскользили по моей щеке и я открыла глаза. Мой брат стоял у меня за спиной и я увидела как белки его глаз стали красными от переполняющей его боли. — Ты плохо спишь?

Чёрные круги под глазами я не могла перекрыть даже консилером с тройным слоем тонального крема сверху.

— Что беспокоит тебя? Ты чего-то боишься? — заботливо спросил меня Люк. — Я теперь постоянно буду рядом и всегда смогу защитить тебя, ты ведь это знаешь.

— Знаю. Но это не страх.

— А что тогда? Что нарушает твой сон?

— Ты хочешь знать правду? — спросила я его, развернувшись к Люку лицом.

— Да! Ты ведь небезразлична мне.

— Я не могу спать по ночам, потому что больше не чувствую его запаха… Я не чувствую его! А я не могу существовать без него! Не могу!

На этот раз Алек сделал мне ещё больнее. Я переступила через свою гордость, я растоптала своё уважение, лишь быть с ним на любых условиях, а он даже рубашку мне свою не оставил!

— Послушай, маленькая проказница, — шумно выдохнул Люк, проведя рукой по моим волосам. — Просто дай себе время и ты…

— Что может изменить время?

— Возможно, ты станешь ненавидеть его.

Ухмыльнулась. Мы уже прошли это. Только у нас ненависть переросла в дикую страсть и любовь. Мы ненормальные. И всё у нас всегда идёт задом наперёд.

— Я и так его ненавижу… но люблю сильнее!

— Черт, — прошипел Люк и я почувствовала его пальцы на своей ладони. — Мия…

Люк виновато потупил глаза на свои ботинки и пока он решался продолжить, я чуть с ума не сошла от переживаний.

— Я солгал тебе, — решился он, но легче мне не стало.

— О чем? — поперхнулась я воздухом, которого мне тут же стало катастрофически мало в моей гримерке.

— Алек не хотел уезжать, я его заставил это сделать, убедив что так будет лучше. Но как оказалось, так нихрена не лучше! Прости меня, Мия, я думал, что так будет лучше, в первую очередь для тебя, но я больше не могу видеть тебя такой. Я видел как во время твоего выступления у тебя стекали слезы по щекам и это всё… Это убивает меня.

Люк достал ручку из внутреннего кармана своего пиджака и начал что-то писать на обратной стороне своего билета на концерт.

— Насколько я знаю, этому мудаку тоже там нелегко, — ухмыльнулся Люк и протянул мне билет, на обратной стороне которого он написал адрес. — Надеюсь, что я поступил верно. Береги себя, маленькая проказница.

Алек

Я ни с кем не общался уже больше двух недель. Провести остаток своей жизни на острове, где на ближайшие десятки километров нет никого — ни единой души, а вокруг только океан мечтают многие. Я не об этом мечтал, но выбора у меня не было.

— Мистер Уокер, уборка дома закончена, — услышал я голос Адрианы за спиной. — Завтрак на столе. Обед и ужин в холодильнике.

Я повернул голову в сторону женщины в униформе, оторвавшись от вида океана. Положительно кивнул. Эта приятная женщина, была единственным человеком, с кем я контактировал. Вложил в ее руку заработанную ею сумму денег и хорошие чаевые, за что она меня поблагодарила.

Она вернется сюда через три дня и эти три дня я проведу снова в полной тишине. Одиночество никогда меня не угнетало, но теперь я стал ненавидить тишину. Безудержное желание заполнить этот дом звонким смехом Мии изматывало меня, а я даже никак не старалась это менять. Ведь уже было ничего не исправить.

Подошёл к большому зеркалу, провёл ладонями по щетине на лице. Подумал о том, чтобы отрастить не сильно длинную бороду. Ведь все отшельники её носят! Заметил, что немного похудел. Последнее время кусок в горло не лезет, хоть и Адриана отлично готовит.

Впервые я задумался о том, почему человеческая жизнь такая долгая. Наверное так нам дали возможность на “все исправить” или “переписать заново”. А что делать тем, кто больше не знал, как ему начать заново? Сидеть и ждать?

Прошел в небольшую спальную комнату. Этот дом был небольшим, но самым уютным из всех, что у меня были. Настоящее бунгало с соломенной крышей и террасой с небольшой деревянной лестницей, по которой можно спуститься прямо в чистейшую воду.

Настоящий рай, который для меня стал сущим адом…

Хотел взять полотенце из шкафа, но вместо этого замер на месте и опустился на кровать. В плетенном кресле напротив кровати сидела… Мия. На ней была та самая белая рубашка, которую она купила для меня. Она была похожа на видение. Ветерок из большого открытого окна слегка играл с ее волосами и как только наши глаза встретились, она слегка вздрогнула всем телом.

Неужели я рухнул прямо в своем доме от солнечного удара?

— Мия? — еле слышно прошептал я её имя.

— Не пугайся, у тебя всё в порядке с головой, — одарила она меня своей очаровательной улыбкой, но я услышал как дрожал ее голос. — Я реальная и действительно сижу напротив тебя.

— Но как ты нашла меня?

— Это было не так сложно, как тебе кажется! — ответила она мне, поджав под себя ноги.

— Нет. Нет. Ты ведь не хочешь сказать, что приехала сюда, чтобы остаться со мной?

— Именно для этого я и приехала…

— Нет! И еще раз нет! И это не обсуждается! — запротестовал я, когда осознал, что она натворила. — Со мной небезопасно!

— Нет, Алек! Только рядом с тобой я чувствую себя защищенной и оберегаемой. Только рядом с тобой!

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Паника накрыла меня с головой. Кажется, нам никогда не сбежать друг от друга!

— Мы две половины единого целого, в которые вставлены магниты с разными полюсами. Я знаю, что банально прозвучало, но это именно так! И тебе пора смириться с этим, Алек, и наконец-то соединить не только наши тела, но и жизни.

Малышка… нет. Только не жизни…

— Это ведь ты стащил мои халат? — спросила она меня ровным голосом, скрестив руки на груди.

Мне никогда ничего не скрыть от неё!

Я не ответил ей, но моя улыбка всё сказала за меня. Её халат аккуратно весел в моём шкафу, а под ним два диска из коллекции Луи. Так я хотел навсегда её оставить рядом с собой.

— А взамен мне ничего не оставил! — возмутилась Мия без единой капли злости во взгляде. Её глаза сияли. — Нечестно, Алек. Это нечестно!

Она встала с плетеного кресла и откинув волосы на одну сторону, сделала несколько уверенных шагов ко мне.

Все-таки, ей очень идёт моя одежда. И неважно, что именно надето на ней. Моя футболка, огромная кожаная куртка или эта белая рубашка. Но полностью обнаженную я люблю её намного больше!

— Мия, послушай… — попытался я ей объяснить, что она совершила ошибку, приехав сюда.

— Не смей, Алек! — не дала она даже попробовать мне это сделать.

Мия опустилась на кровать рядом со мной. Каштановые локоны веером раскинулись вокруг ее головы на белой простыне. Ни одна женщина никогда так охрененно не смотрелась в моей постели, как она. Ни одна.

— Я уже здесь и я не хочу ничего слышать, — продолжила она и я услышал хриплые нотки в её голосе. — Просто прими тот факт, что я снова ослушалась тебя.

— Но я ведь должен попробовать отговорить тебя для приличия!

— Никакого приличия! Я хочу, чтобы ты замолчал и наконец-то разорвал на мне эту чертову рубашку!

— Ох, Мия…

Этот грязный ротик. Черт, мурашки по спине бегут от её фразочек.

— Но разве ты не за ней приехала? — удивлённо приподнял я бровь и мои указательный палец прошёлся по маленьким белым пуговкам на ткани.

— Нет. Я приехала к тебе, Алек. И всё, что я хочу — знать, как надолго ты мне разрешишь остаться здесь с тобой?

— Настолько насколько сама захочешь.

Изящные руки обвили мою шею и Мия притянула меня к себе максимально близко. Настолько, что я уткнулся носом в её шею. Тёплое дыхание скользнула по мочке моего уха.

Я снова чувствовал её запах, я снова ощущал теплоту ее тела и от этого я — взрослый мужик чуть не разрыдался.

Мия реальная и она рядом со мной…

— Я останусь с тобой навсегда, — сказала она мне.

— Навсегда?

— Я буду с тобой до последнего моего вздоха. И даже когда физически я не смогу быть рядом, я стану твоей тенью, Алек. Только ты мне должен кое-что пообещать.

— Что, малышка?

А точнее всё, что угодно, только выполни свое обещание!

— В следующей жизни, когда придет наше время ты снова вломишься в мой дом и силой посадишь в свою машину.

Я ухмыльнулся. Хотелось бы конечно попроще, но выбирать нам не приходится!

— Обещаю, малышка. В следующий раз я не сбегу на утро, я сразу положу тебя на свое плечо и ты уедешь со мной.

— Ты ведь знаешь, что я буду сопротивляться? — улыбнулась она мне, запустив пальцы в мои слегка отросшие волосы.

— Знаю.

— Но ты ведь не забудешь, что только потому, что я уже буду беспамяти в тебя влюблена?

— Я навсегда это запомню, Мия.

— Прозвучало так, словно мы дали брачную клятву, — забавно хихикнула она, разрушив своим смехом такой прекрасный, нежный момент. Но именно за это я и люблю свою малышку! Она настолько же чокнутая, насколько и я.

— А разве это не они были? — спросил я, начав покрывать ее щеки и шею частыми, сладкими поцелуями.

— Ты сейчас сам понял, что сказал? — Остановила она меня, заставив посмотреть в ее сияющие глаза.

— Да, Мия. Абсолютно! Мы поклялись принадлежать друг другу и это вышло намного романтичней, чем могло бы быть у какого-то там засыпанного цветами алтаря!

И пока Мия переваривала сказанные мной слова, я решил как можно быстрее выполнить ее желание. Не став ждать больше ни единой секунды, бесцеремонно разорвал тонкую ткань рубашки, которая была надета на ней. Ткань треснула, пуговицы отлетели в разные стороны, словно и не было. Мы слишком долго ждали. Хватит уже!

Ее разгоряченная кожа соприкоснулась с воздухом и тут же покрылось мурашками. А я набросился на ее рот жадным поцелуем, прижав к себе так крепко, как только мог.

Я всегда буду оберегать её, всегда буду защищать от всего дерьма в ее жизни, которое еще будет встречаться на ее пути, но вот только никогда не смогу защитить от самого себя. Но в эту секунду я не мог думать о нежности и заботе. Моя малышка просила вести себя с ней плохо, а я и сам не хотел ласк. Я хочу её. Всю без остатка!

— Оставим ласки на потом?

— Думаю, у нас еще будет на это время! — Мия прерывисто задышала, когда услышала, как я подцепил пальцами язычок молнии на своих джинсах и расстегнул ее. — Сделай это так, как ты ни раз представлял себе, пока сидел здесь один.

Ох, малышка! Тогда мне придется оставить тебя в этой постели на несколько дней, чтобы выполнить все, что я успел нафантазировать!

— Малышка, — пробормотал я, — я обязательно это сделаю, но сейчас всё, что я хочу — просто снова ощутить тебя.

— Да, Алек… — простонала она в ответ, когда я резко и мощно вошел в нее, оттянув краешек ее белья в сторону.

Чёртово помешательство! Чертово желание! Мы настолько не хотели терять ни секунды того времени, которое было нам отведено, что даже одежду не стали снимать!

Быстрые, сильные толчки пришлись Мии по вкусу и она, обхватив мои бедра своими ногами, громко вскрикнула от приятной боли, которую я ей причинил и от дикого удовольствия, которым я стал щедро награждать её тело с каждым новым движением в ней. Мои губы нежно блуждали по ее обнаженной груди, пока другая часть тела жестко, я бы даже сказал агрессивно вколачивалась в Мию.

— Ты навсегда моя? — пробормотал я ей на ухо, когда она громко вскрикнула от моего быстрого темпа.

— Навсегда, Алек! Навсегда твоя! — выкрикнула в ответ мне Мия.

Теперь она действительно моя. Теперь она рядом со мной. Навсегда.

И оргазм одновременно настиг нас. А мы ведь даже позы не сменили и ни разу не замедлились. И это было непередаваемое ощущение, которое затмило всё, что я когда-либо ощущал с ней до этого.

Мия

Я никогда не была религиозна. Не верила в высшие силы и в то, что называют судьбою, которую кто-то успел написать для меня в тот самый момент, когда я издала свой первый громкий, младенческий крик. А теперь я задумалась. Алек был моей судьбой и с этим точно никак было не поспорить.

Его губы в сантиметрах от моих, а глаза притянулись друг к другу, как магниты. Эта какая-то чертова сила, которую я не могу не объяснить, не остановить!

Все эти дни без него я думала только о нем, я желала, чтобы он целовал меня, касался меня. Снова и снова называл меня своей, а я впервые бы ему не сопротивлялась.

Крепкая рука обвила мою талию, а вторая легла на затылок. Алек притянул меня к себе и его горячее дыхание с нотками мяты и табака обожгло мои губы.

— Ты уверена, что спустя время не пожалеешь? — мягко спросил он меня.

— В моей жизни не было ничего, что я побоялась бы потерять, — выдохнула я, зарывшись носом в его шею.

— А как же твоя карьера?

— Я же сказала тебе — ничего. Ничего и никого, кроме тебя, Алек…

Мужские руки притянули меня еще ближе, а я обвила его шею руками. Всё это было похоже на чертов сон и если это окажется сном, то желаю лишь об одном — никогда больше не просыпаться и навсегда остаться с ним.

— Нам придется весь остаток нашей жизни провести здесь, прячась от последствий моей прошлой жизни. В тишине, слыша лишь шум океана. Не всем это по душе!

Позволила ему захватить мои губы в сладкий поцелуй, а потом быстро отстранилась от него. Алек попытался снова завладеть моими губами, но у него ничего не вышло, а я лишь лукаво улыбнулась.

— Знаешь, тишина меня меньше всего волнует. Я люблю тишину. А вот то, что я проведу ее с сексуальноозабоченным мужчиной с заносчивым характером немного пугает!

— Кажется, ты забыла еще о противном, самовлюбленном нахале, который совершенно не в твоем вкусе! Разве не так было?

— Так! Только вот…

— М?

— Ты всегда был в моем вкусе, — решилась озвучить ему то, что он всегда так ждал.

Голубые глаза засияли. Алек не сдержал себя и громко выкрикнул:

— Сказала! Наконец-то ты мне это сказала! Маленькая лгунья!

Захотелось как можно быстрее закрыть его рот поцелуем, чтобы больше не слышать его ликования, но в этот раз он не позволил мне поцеловать себя. Он уклонился от меня, потом еще раз и еще. Провел своим языком по моим губам, прикусил их, но поцеловать так и не дал. А я уже стала задыхаться от желания.

Это нечестно! Я всегда дразню его!

Он перестал играть со мной и наконец-то приник своим ртом к моему. И я бы с большой радостью позволила ему поглотить меня целиком, поджарив на этом пламени, которое вырвалось из его горла и обдало мое тело, но я ведь так люблю дразнить его!

— Что ты затеял? — схватила я его за запястье, когда ощутила его руку у себя на тыльной стороне бедра.

— Я собираюсь напомнить тебе о том, как хорошо быть моей!

— Сначала дай мне пару минут! — рассмеялась я, выскользнув из его объятий и нашей постели.

Алек удивленно вздернул бровь вверх и сурово нахмурился, когда я накинула его рубашку на свои плечи.

— Я никогда не видела океан! Хочу насладиться им!

— Вернись в постель, Мия! — ни грамма нежности в голосе. Алек взбесился!

— Сначала я наслажусь океаном! — выкрикнула я в ответ.

Выбежала на улицу и сделала глубокий вдох. Теплые лучи солнца приятно обожгли мою кожу и я снова отдаленно услышала мужское рычание:

— Тебе лучше вернуться! Я предупреждаю тебя в последний раз, малышка!

И не подумаю! От его такого грозного тона мурашки по коже побежали. Такое приятное покалывание, что аж глаза от удовольствия прикрыла.

Даже подумать не могла, что решусь поехать за ним. Но я всегда знала, что несмотря на его возраст и жизненный опыт, он сам никогда бы не решился провести остаток своей жизни со мной в этом поистине райском месте.

Вошла в воду по щиколотку. Такая теплая, как парное молоко она обняла мои ноги и я прикрыла глаза от наслаждения. Я, Алек и океан вокруг нас. О большем я и мечтать не могла.

За моей спиной раздались уверенные шаги. Обернулась и чуть равновесие не потеряла от того, что увидела. Обнаженный Алек шел ко мне, неся матрас на своем плече.

— Что ты делаешь? — выкрикнула я ему.

— Компромисс! — ответил он мне, опустив матрас на песок возле меня.

— Компромисс?

— Ты хотела насладиться океаном, а я не хотел отпускать тебя из постели. Разве залог крепких отношений не в умение найти компромисс?

Только он мог это учудить!

— И как мы теперь будем без матрас в спальне?

— Купим ещё один! Этот останется здесь!

— Прямо вот тут на песке?

— Ты ослушалась меня… — резко сменил тон голоса Алек, проигнорировав мой вопрос.

Улыбка исчезла с его лица и я увидела как запылал огонь в его голубых глазах. Он сделал шаг ко мне и у меня во рту сразу же пересохло.

— Я не хотел выпускать тебя из нашей постели, а ты сбежала от меня! Ты снова ослушалась меня, Мия…

Теплые пальцы заскользили вверх по моим ногам и нежно погладили по моим уже предательски влажным складочкам. Я ахнула от этих ощущений и тут же ощутила губы на своей шее. Он нежно прикусил кожу, слегка пососал плоть под своими губами. Снова укусил. А я уже знала, что на этом месте останется след его безжалостной любви ко мне.

Мои бедра задрожали от желания, а живот сжался. Мой самоконтроль в одно мгновение разрушился.

— Я накажу тебя за твое плохое поведение, малышка, — тяжело выдохнул он в мою шею и я ощутила как два пальца медленно погрузились в меня.

Громко выкрикнула его имя от этого проникновения и легкая ткань упала с моих плеч. Я всегда знала, что никто не сможет любить меня так, как это делает Алек. Ни один мужчина на этой планете!

Движения его пальцев и его слова вызвали во мне сильнейшую реакцию. Мне не удалось сдержать волну возбуждения и я громко застонала, ухватившись руками за его широкие плечи. Алек отклонился назад и его глаза медленно вобрали в себя мое обнаженное тело.

Как же мне нравится, когда его глаза так жадно пожирают мое тело!

— Тебе нравится? — выдохнул он в мою шею, ускорив сладкие манипуляции пальцами внутри меня. — Тебе нравится, что я снова твой полноправный владелец?

Мое горло судорожно сжалось от его слов. Зачем он спрашивает, если и так знает мой ответ…

— Да… — шумно выдохнула я.

— И как ощущения?

Я сглотнула и приоткрыла рот, чтобы ответить, но тут его пальцы задели ту самую точку во мне и вместо слов я лишь громко вскрикнула от удовольствия.

— Я жду твой ответ, Мия! — хриплым голосом приказал он мне и снова, но уже специально надавил на эту точку, местонахождение которой знал только он. — Ответь мне!

— Охренительные… — ответила я ему, ощутив как мои ноги стало потряхивать.

— Моя малышка хочешь кончить?

— Да. Прошу тебя, Алек! — проскулила я в ответ, находясь всего в нескольких миллиметрах от обрыва, в который так желала спрыгнуть. И тут его пальцы вышли из меня и я услышала как он ухмыльнулся.

Нет… Нет! Что за хрень он творит?

— Но ты ведь так хотела насладиться океаном, разве нет? — с особой издевкой в голосе спросил он меня.

— Ты чертов засранец, Алек! — выругалась я, толкнув его в грудь.

Это слишком жестоко! Слишком!

— Я не могу отказать тебе в твоем желании! Сейчас ты насладишься им!

Крепкие руки обхватили меня за талию и мои ноги оторвались от песка. Алек аккуратно уложил мое тело на матрас, а я была уже совершенно не против того, чтобы он взял меня прямо на песке.

— Прости, Мия, но ты снова не оставила мне выбора. Мне придется связать тебя, чтобы ты больше не смогла так быстро улизнуть от меня.

После этих слов, я заметила в его руках белую рубашку, которую он успел подхватить с песка. Именно ею он и обмотал мои запястья, скрестив руки у меня за спиной. Он сделал это чертовски нежно, но стянул достаточно туго.

— Встань на четвереньки, — скомандовал он мне.

— Что? Ты издеваешься? Как я это сделаю со связанными руками? — возмутилась я в ответ.

— Встань на четвереньки, Мия! — еще суровее произнес он.

Спорить я с ним не стала и сделала то, что он приказал мне. Опустилась на колени, прогнувшись в спине. Моя щека прижалась к мягкой поверхности матраса и я ощутила как он прижался передом к моим ягодицам. Крепкая рука нежно намотала мои волосы, оттянула назад, заставляя приподнять голову и посмотреть на воду перед собой.

— Наслаждайся океаном, малышка, пока я буду наслаждаться тобой, — шепнул он мне на ухо и резко вошел меня во всю свою длину.

Имя Алека сорвалось с моих губ и весь мир вокруг разлетелся на мелкие кусочки. Благодаря его резким, глубоким толчком надвигающийся оргазм вновь разгорелся внизу моего живота, только более острее, чем раньше. Я выгнула спину к нему навстречу и прикусила мягкую ткань матраса, позволив ему овладеть мной гораздо глубже, чем он делал это раньше.

— Не смей отрывать глаз от океана. Не смей закрывать их, как бы тебе не было охренительно! Ты поняла мне? — снова услышала я хриплое дыхание возле своего уха и он с бешеным темпом стал вколачиваться в меня.

— Да, Алек. — Это было всё, что я могла выдавить из себя сквозь громкие стоны.

— Как же я люблю наказывать тебя, малышка!

Эту фразу Алек закончил с неким характерным хрипом и его бедра содрогнулись одновременно с моими. И даже когда он больше не двигался во мне, мое тело все еще сотрясало от самого сильного оргазма в моей жизни.

— Ты моя непослушная малышка, — выдохнул он в пылающую кожу на моей спине и я почувствовала, что мои руки освободили.

— Да. — Судорожно кивнула я ему в ответ.

Алек быстро перевернул моё обессиленное тело на спину и аккуратно убрал влажные пряди волос с моего лица.

— Прошу тебя не становись послушной.

— Никогда, Алек…

— Ты всё ещё хочешь, чтобы я сделал это так, как мечтал? — наградил он меня своей довольной улыбкой.

— А это что тогда было?

— Импровизация!

Алек

Я сидел в плетеном кресле и медленно выпускал дымчатые буквы О изо рта, крутя в руках бумажку, слова на которой так и не осмелился прочитать. Две женские руки ласково обвились вокруг моей шеи со спины.

— Ты должен перестать отравлять свой организм этой дрянью, — заботливо прошептала она мне на ухо и ее локоны упали мне на лицо.

В моей жизни лишь две женщины относились ко мне с таким трепетом и заботой. Моя мама и Мия.

Лишь бы это все было не сон. Если я сейчас проснусь и окажусь один в своей постели, то завтра же побегу за помощью к психотерапевту. Таких реальных снов не бывает!

Мия вытащила тлеющую сигарету из моего рта и поспешно затущила ее. Села ко мне на колени — лицом к лицу и положила голову на мне на грудь. В область сердца.

— Почему ты проснулась? — ласково погладил я ее по волосам.

— Потому что ты выпустил меня из своих объятий.

Изящный пальчик коснулся моих губ и Мия стала вслух повторять за моим сердцем.

— Тук. Тук. Тук. Я знаю ритм твоего сердца наизусть, Алек, но оно впервые так ускоренно бьется.

Она подняла на меня свои большие зеленые глаза и я увидел в них неподдельный страх.

— Не переживай, малышка, — улыбнулся я ей. — Моему здоровью может позавидовать практически каждый твой ровесник.

Мия нахмурила бровки — она мне не поверила. А зря, ведь я ей не солгал!

— Тогда что тебя беспокоит? Опять кошмары?

— Нет, ты ведь знаешь, что рядом с тобой мой сон всегда налаживается.

Я еще никогда не был так спокоен в своей жизни, как в этот раз. Наконец-то у нас все наладилось. Наконец-то мы по-настоящему обрели друг друга и у нас появилась надежда на совместное будущее. И теперь мне волновало лишь то, что всё получилось настолько хорошо, что больше напоминало затишье перед бурей.

— Расскажешь, что написано на ней? — неожиданно спросила она, положив свою руку на мой кулак, в котором я сжал крохотный листочек бумаги.

Вот как она это делает? Неужели у нас действительно с ней есть какая-то невидимая связь?

— Я не знаю, что там написано. Я так и не решился прочитать её.

— Хочешь я сделаю это вместо тебя? — быстро спросила она меня.

Я кивнул и протянул записку ей. Мия открыла ее, нахмурила бровки, а мое сердце забилось еще быстрее.

— Это адрес и еще что-то непонятное. Набор цифр, похоже на координаты. Подожди, это почерк моего брата! Только он так пишет цифру девять — снизу вверх!

Мия спрыгнула с меня, быстрым шагом вышла в другую комнату и через несколько секунд протянула мне мятый билет на ее концерт, на котором был написан адрес дома, в котором мы находились.

— Вот смотри! Такая же корявая девятка!

— Значит это всё сделал Люк? Он дал тебе мой адрес? — не смог сдержать своего удивления я.

— Почему ты так удивлён?

— Во-первых, он не мог знать мой адрес. Никто не мог его знать! А во-вторых, потому что при нашей последней встрече он грозился отстрелить мне яйца.

— Он импульсивный, но терпеть не может мои слезы! — рассмеялась Мия на мои слова.

Она снова взяла кусочек бумаги в свои руки и опять быстро пробежалась глазами по тексту. А я машинально зажал новую сигарету между губами, но не успел раскурить ее. Мия выдернула ее из моего рта и демонстративно выбросила в небольшую мусорную корзину.

— Чей адрес написал тебе Люк?

— Пару месяцев назад я попросил Люка найти адрес дома, в котором я вырос, — решился я рассказать ей правду.

— Ты не помнишь? — её голос дрогнул и Мия обхватила своё обнаженное тело руками. Поежилась.

Отрицательно помотал головой на ее вопрос и притянул к себе. Усадил себе на ноги и обвил ее тело руками. Меньше всего мне хотелось, чтобы она чувствовала себя некомфортно из-за меня.

— Мия, я помню каждую деталь в этом доме, но где он находился — нет.

— А эти координаты?

— Это место, где…

Я не смог продолжить и Мия это сделала за меня:

— Похоронены твои родители.

Заскрипел зубами от боли, которую ощутил. Перед глазами снова было бледное лицо Адама Уокера, которое мучило меня во снах на протяжении двадцати лет.

Я даже не знаю кто это организовал церемонию прощания и была ли она у них! Я не знаю кто владеет их домом и вообще остался ли он! И эти вопросы, ответы на которые я не знаю, не дают мне покоя!

— Ты хочешь съездить к ним? — аккуратно спросила меня Мия, еще крепче прижавшись к моей груди.

— Хочу, — не солгал я, уткнувшись носом в её макушку. — Но…

— Но?

— Я боюсь, Мия.

И мне не стыдно в этом признаться! Только ей я всегда могу говорить то, что по-настоящему чувствую. И я боюсь.

— Я буду с тобой. Я обещаю, что буду рядом и всё это время буду держать тебя за руку.

Она сказала мне то, что я мечтал услышать. Ведь именно с ней я и хотел это сделать, а все потому что так хотел познакомить ее с ними. Показать моей матери, что я нашел ту, которая так же как и она искренне любит меня…

— Если хочешь, то мы можешь вылететь завтра, — уверенным голосом затараторила Мия, обхватив своими ладонями моё пылающее лицо.

— Нет, Мия, ещё рано. Нам нельзя возвращаться.

— Рано?

— Да, Мия, надо подождать пока все забудут обо мне.

— Поэтому твоя фамилия теперь Уокер? — продолжила она задавать мне вопросы, на которые я так не хотел отвечать.

— Откуда ты знаешь?

— Та милая женщина, которую я встретила около ворот твоего дома, сказала мне что этот дом принадлежит мистеру Уокеру.

Не думал, что Адриана так быстро предаст меня!

— Завтра же сообщу ей, что она уволена! — суровым тоном ответил я. — Не думал, что она станет проводить в мои дом незнакомых людей за деньги. Я же ей плачу вдвое больше, чем стоит ее работа!

— Ты этого не сделаешь! — вступилась за Адриану Мия, пригрозив мне своим тоненьким указательным пальцем.

— Это ещё почему?

— Потому что я не платила ей!

— Не платила? — удивленно вздернул я свою бровь вверх. Мне казалось, что в современном мире именно за деньги люди согласны предавать.

— Нет! Просто женщину может понять только женщина. Вообщем, тебе это не понять!

Я задумался. Действительно, что двигало Адрианой, когда она разрешила войти Мии в дом человека, на которого работала, заранее зная, что может из-за этого лишиться своей работы? Вот про мужскую солидарность я слышал, а про женскую еще ни разу!

— Так почему Уокер? — игриво улыбнулась мне Мия.

— Это моя настоящая фамилия.

— Тогда куда же делся Алек Стивенс?

— Его больше нет.

— Снова говоришь загадками! — толкнула меня в грудь Мия, а я за это шлепнул по её обнаженной попке.

— Ай! — вскрикнула она, прикусив нижнюю губу.

А я снова шлепнул её. Мне чертовски нравится, когда она так реагирует на меня!

— Не хочу забивать твою красивую голову всякой ерундой.

— Это не ерунда, а твоя жизнь. Пусть и прошлая.

Мия провела пальчиком по одному из многочисленных шрамов на моей груди и тяжело вздохнула.

— Пора свести их, — уверенно сказал я.

— Ты хочешь очистить своё тело от них?

— Да, особенно от этого. — Опустил взгляд на пересмешника. — У меня больше нет семьи, которую мне нужно защищать. Я разрушил её. И нет смысла больше скрывать шрамы. Я хочу каждый день видеть какое я ничтожество.

— Прекрати, Алек! Ты не ничтожество!

— Мия, ты всегда видела во мне того, кем я не являлся.

— Нет. Я видела всегда настоящего Алека, которого не видел никто кроме меня.

Я хотел поспорить с ее словами, но она быстро прикоснулась своими губами к моим и заткнула мне рот сладким поцелуем. Кажется, что всю свою жизнь я ждал этого момента.

— Что произошло между тобой и Фрэнком? — выдохнула она в мои губы, отстранившись от меня.

— Ты боишься его? — нежно погладил я ее по волосам.

— И не только его. Я боюсь всех представителей семьи Стивенс. Всех, кроме тебя.

— Хочу чтобы ты знала, что я — самый безбашенный среди них, — игриво улыбнулся я ей в ответ. — Я делал такие вещи, которые даже у них вызывали мурашки.

— Это делал Алек Стивенс. А ты теперь Алек Уокер, — ответила она мне, сглотнув.

Неужели, мне удалось напугать её?

— Тебе тоже пора сменить фамилию!

Взял ее руку в свою, приподнял к своему лицу и несколько раз провел по ее безымянному пальчику левой руки.

— Что ты делаешь? — не поняла моих намерений Мия.

— Думаю какой камень лучше всего будет смотреться на твоём безымянном пальчике! Может у тебя есть какие-то пожелания?

Мия приоткрыла рот от удивления и ей понадобилось время, чтобы произнести мне в ответ:

— Сначала я должна сказать тебе “ДА”!

Ухмыльнулся, подхватил её на руки и быстрым шагом понес на диван в гостиной.

— Что ты делаешь? — рассмеялась она и ее щеки залились ярким румянцем.

— Сейчас ты не один раз выкрикнешь мне “ДА”, будущая мисс Уокер!

Алек

Её стройные ножки бегут по песку, ветер играет с каштановыми локонами. Она убегает от меня, а я отчаянно пытаюсь догнать её.

— Это сон, Алек, — тихо бормочу я себе под нос, а Мия тем временем останавливается перед океаном и завороженно не сводит глаз с воды.

Каждый раз я прошу ее вернуться ко мне, прошу её взять меня за руку, но она не делает этого. А что будет, если я не стану останавливать её?

Мия оборачивается и награждает меня своей очаровательной улыбкой. На уголке её рта кровь, словно её жестоко били по лицу. Она делает шаг вперед и уверенным шагом начинает все дальше и дальше входить в воду.

— Малышка, нет, — не выдерживаю я и еле слышно пытаюсь остановить её. — Нет…

Она уже по шею в воде. Нет! Если я сейчас же не пойду за ней — я потеряю её. Бросаюсь за ней. Вбегаю в воду, когда от нее остается лишь пара прядей каштановых волос на поверхности воды. Ныряю в воду за ней, но её больше нет. Она снова испарилась.

— Мия! Мия! — кричу я, пытаясь отыскать её. — Мия! Нет! Вернись!

Но вокруг лишь мутная, неспокойная вода. И тишина.

Какой же я идиот! Надо было сразу бежать за ней!

— Моя малышка! Моя! — снова кричу я и… просыпаюсь.

— Малышка, — пробормотал я еще сонным голосом, проведя рукой по холодной простыне.

Твою мать! Её нет!

Сердце забилось в такой быстром ритме, что в груди зажгло. Я стал искать её глазами, но моей Мии не было ни рядом со мной, ни в этой комнате.

— Мия? — позвал я её трясущимся голосом, но в ответ лишь тишина.

Я думал, что проорал её имя, а я лишь еле слышно выдохнул его, ведь кислорода в моих легких практически не осталось.

И снова лишь тишина. Всё, как в моем чертовом сне.

Вскочил на ноги и заметил тёплый свет, который исходил из кухни. Как умалишенный побежал на кухню и замер на месте, когда увидел её. Мия в моей футболке стояла напротив открытого холодильника и что-то активно искала в нем.

Её выходки когда-нибудь доведут меня до инфаркта…

— Малышка? — позвал я её, отчего Мия вздрогнула и резко закрыла дверь холодильника. — Как же ты напугала меня! Что ты тут делаешь? Что ты прячешь у себя за спиной?

Она обернулась и на мой вопрос отрицательно покачала головой, словно нашкодивший ребёнок, которого застали на месте преступления. Такой Мию я видел впервые. Она похлопала своими густыми ресницами и слизала шоколадные остатки с ложки.

— Ты ешь шоколадную пасту? В два часа ночи? Ты голодна?

Мия положительно покачала головой в ответ. Она смотрела на меня так, словно я мог отругать её за эту выходку, а мне было просто забавно. Забавно видеть ее такой.

Подошел к ней и приобняв за талию, притянул к себе. Аккуратно облизнул нижнюю губу девушки. Ммм, вкусная. Просто идеальное сочетание — Мия в шоколаде.

— Почему не разбудила меня? — прошептал я ей, зарыв свои пальцы в ее густые волосы. Вот оно моё спокойствие, когда она рядом и я снова ощущаю её аромат. — Мы могли бы заказать доставку еды. Что желает моя малышка?

— Я просто захотела шоколадную пасту, — ответила она мне, по-детски надув губки. — Я проснулась от того, как сильно её захотела. Очень сильно, Алек!

Её такое немного странное поведение вызвало у меня умиление. Она еще никогда не была такой одновременно и милой, и забавной.

— Почему ты смеешься, Алек? — серьезным тоном спросила меня Мия, нахмурив брови, когда я хихикнул.

— Ты так забавно прячешь её у себя за спиной, словно это для тебя очень ценная реликвия!

— Так и есть! В данную секунду нет ничего ценнее этой банки! — ответила мне Мия, крепче прижав к своей груди стеклянную банку.

— Даже я больше для тебя неценен? — спросил я, опустив тон голоса.

— Нет, ты всегда будешь самым ценным, что есть у меня, Алек, — улыбнулась она мне и я еще крепче прижал ее к своей груди.

— Знаешь, Мия, я могу весь дом завалить этими стеклянными баночками, если ты этого захочешь!

— Хочу! — радостные огоньки вспыхнули в её глазах.

— Не знал, что ты её так любишь!

— Честно?

— Конечно!

— Никогда её так не любила, как сегодня ночью, стоя в одиночество возле холодильника! — выпалила она мне, снова набрав на ложку пасты.

— Есть шоколадную пасту в одиночку приравнивается к преступлению! — пошутил я, попытавшись отобрать у нее ложку, но Мия успела засунуть ее себе в рот, а потом аккуратно собрала большим пальчиком остатки со своего рта и аккуратно слизала пасту.

— Ммм, — протянула она, прикрыв глаза в наслаждении. — Это божественно.

Чёрт! Её вот это протяжно “ммм”… Я почувствовал как всё мое тело напряглось. Мне захотелось поиграть с ней.

— Дай-ка сюда! — выкрикнул я ей, попытавшись поймать её за руку, в которой была ложка. — Я тоже хочу! Дай я попробую, что в ней такого особенного!

— Нет, она моя, Алек!

— Жадина! А ну, делись! — выкрикнул я ей в ответ, игриво прихлопнув по попе.

— Ты ведь не любишь сладкое, Алек!

— Да, терпеть не могу! — недовольно поморщился я в ответ. — Вот только твои блинчики всегда были исключением!

— А ты знаешь, что мы — то, что мы едим? И тебе хоть иногда нужно добавлять что-нибудь сладкое, хотя бы один кусочек сахара в свой отвратительный американо.

Мия обмакнула свой указательный палец в банку и наконец-то накормила меня этим десертом — я аккуратно слизал его с её пальчика.

Слишком сладко! Слишком! Как она это ест?

Мия снова набрала пасты в ложку и набила ей рот, а я зажмурился, когда представил насколько ей было сладко. Аж зубы свело!

— Не понравилось? — уточнила она у меня.

— Здесь нужен идеальный баланс!

— Баланс?

Ловко подхватил её под бедра и резким движением руки смахнул всё, что стояло на обеденном столе на пол.

— Алек! Кажется, ты что-то разбил! — вскрикнула Мия, когда я усадил её на стол и вклинился между ее бедер.

Да плевать!

— Мне больше нравятся лесные ягоды в сочетании с шоколадом, — прошептал я в ее приоткрытые губы.

Мои пальцы заскользили по ее идеальному телу и Мия не сводя своих глаз с моего лица, подняла руки вверх.

Как же мне нравится, что Мия понимает всё, что я хочу без каких-либо дополнительный слов и объяснений.

Быстро снял с нее мою футболку и прочертил носом дорожку от ее шеи вниз, добрался до животика и оставил на нем нежный поцелуй. Взял ложку и аккуратно размазал остатки шоколадной пасты по ее обнаженной груди, очертив ей ареолы сосков. Она резко выдохнула от этих новых ощущений. А я больше не хотел ждать, я хотел как можно быстрее насладиться этим десертом.

Втянул сосок в рот и осторожно языком собрал весь шоколад. Мия умоляюще простонала мое имя, и запустила пальцы в мои волосы, еще ближе притянув меня к себе, а я тем временем перешел к другому соску и снова насладился шоколадным десертом с лесными ягодами.

— А вот это уже совсем другое дело! — игриво улыбнулся я ей, погладив пальцами по её увлажненным соскам. — Идеальное сочетание.

— Ты немного испачкался, — шумно выдохнула Мия, растянувшись в довольной улыбке.

— Где?

— Вот тут!

Мия провела языком по уголку моих губ. Я еще крепче обнял ее и прижался к пухленьким губам своими губами, а она жадно и страстно ответила мне. Пять лет назад эта девчонка стала моими самым любимым блюдом и сколько бы времени мы не провели вместе, я никогда не насыщусь ей. Мне всегда её будет мало.

— Хочу еще, — прорычал я ей, разорвав поцелуй.

Опустил два пальца в банку и взял на них как можно больше шоколадной пасты. Наши глаза встретились и я наградил её лукавой улыбкой, а Мия в этот момент перестала дышать. Она знала, что это означало — никакого пресного секса! Ей уже давно пора было запомнить — со мной у нее этого не будет! Никогда!

Потянув за завязки белья, я позволил её трусикам упасть на пол. И хоть ее лицо залилось настороженностью, но в ее зеленых глазах светилось доверие.

— Раздвинь ноги, Мия, — прошептал я ей прямо в ее приоткрытые губки.

Молчание. Я заметил как венка на ее шее запульсировала.

— Тебе понравится, обещаю, малышка.

Мия согласно кивнула и сделала так как я попросил её. А потом вздрогнула всем телом, как только мои пальцы провели по ее самому чувствительную месту и аккуратно размазали шоколад.

— Алек, — выдохнула Мия, слегка подавшись бедрами вперед.

— Да? — игривым голосом спросил я её, опустившись перед ней на колени.

— Ты чокнутый, Алек! — выкрикнула она мне, когда мой язык нежно прошелся по ее уже чертовски возбужденной плоти, очертил вокруг напряженного бугорка и жадно всосал его.

Да! Я такой, но именно поэтому она и любит меня! Она — единственная женщина в этом гребанном мире, которая любит этого секусально озабоченного маразматика, который просыпается во мне, когда она находится рядом.

Я стал активно слизывать шоколад с её складочек и сразу понял, что ей не потребуется много времени, всё случится слишком быстро.

— Алек, Алек, Алек… — быстро прошептала она, не в силах остановиться и крепче сжала мои волосы в своих пальчиках.

Прошла буквально минута и Мия сотряслась от оргазма. А я задумался о том, что лучше этого ничего не может быть. Ничего не может быть охренительней, чем чувствовать как её тело содрогается в моих руках от неземного удовольствия.

— Это было потрясающе, — прошептала на выдохе Мия.

— Согласен, — тихо ответил я и нежно поцеловал её в носик. — Завтра же закажу доставку и завалю этот дом твоей любимой шоколадной пастой!

— О, Алек! Я никого не встречала сумасшедшей тебя!

— Да, я такой единственный… И я только твой!

Мия

Меня разбудили приятные запахи. Настолько приятные, что аж в животе заурчало!

Манящий аромат ванили, терпкая корица и свежая мята. Теперь я знаю, как пахнет домашнее тепло и уют.

Закутала еще сонное тело в плед, прошлепала босыми ногами до кухни. И от увиденного впала в ступор. Немаленький стол был заставлен тарелками со свежеприготовленной выпечкой. Мои любимые булочки с корицей, бисквит с лимонным кремом и даже французский сырный багет.

Я знала, что Алек завтракал только одной чашкой свежесваренного американо и это означало лишь одно — все вкусняшки предназначались только для меня.

— Ты это всё сам приготовил? — спросила я Алека, растянувшись в довольной улыбке.

Он сидел за столом и со спокойным лицом потягивал свой отвратительный кофе.

— Ты забыла как выглядела моя глазунья?

Я помнила! Черненькая такая, не очень аппетитная на вид, но он старался. Старался для меня и если бы было нужно, то я бы и ее съела, и поблагодарила его за это. Но видимо в этот раз Алек решил больше не экспериментировать!

— Ты ограбил какуе-то кофейню? — пошутила я.

— Это было бы слишком просто! Мне пришлось немного раньше обычного разбудить Адриану и попросить о небольшой помощи.

— Насколько раньше?

— В три часа ночи, — еле слышно буркнул он в ответ, уже зная, что я буду этим крайне недовольна.

— Ты разбудил Адриану посреди ночи из-за этого? — не смогла я скрыть своего удивления.

— Не переживай, Мия, я хорошо заплатил ей за это!

— Чтобы больше так не делал! — сурово пригрозила я ему указательным пальцем, а он в ответ лишь довольно улыбнулся мне. — Я что совсем не страшная?

— Нет, — пожал он плечами в ответ. — Ты очень забавно морщишь носик, когда злишься.

Алек со спокойным лицом снова сделал большой глоток кофе и продолжил:

— Еда, которую готовила для меня Адриана тебе не нравится и как бы ты это не скрывала, Мия, но я это вижу.

— Нет, Алек! — снова решила поспорить я с ним, но уже из вежливости, хоть он и был абсолютно прав. Все эти дни я не с особой охотой ела стейки средней прожарки или запеченную рыбу в сочетании с овощными салатами, которые Алек так обожал.

— Да, Мия! Моя малышка так оголодала, что стала ночью искать хоть какуе-нибудь еду в холодильнике! И теперь я исправился.

Я села за стол напротив него и сделала глоток с небольшой фарфоровой кружки. Это был не мой любимый зелёный чай, но вкус был превосходен.

— Что это?

— Зеленый чай, но с добавлением сушеной малины и мяты. Тебе нравится?

— Это чудесно, Алек. Спасибо. Ты милый.

— Милый?

— Да, всё это — чертовски мило и ты милый.

Он милый! И я готова спорить с ним по этому поводу столько, сколько он будет убеждать меня в обратном. Вот такой немного сонный, с взъерошенными волосами, по пояс обнаженный. Ждущий меня к завтраку за столом, уставленным моими любимыми вкусняшками. И неважно, что почти весь его торс покрыт шрамами. Он милый и точка!

— Ты это сказала потому что хочешь, чтобы я доказал тебе обратное? — его голос вмешался в мои мысли и слова приятной волной разлились по моему еще немного сонному телу. — Я мог бы это сделать прямо на этом столе, малышка.

Алек облизал губы и его игривая ухмылка скользнула не только по лицу, но и отразилась в глазах, в которых тут же вспыхнули огоньки желания. Он неисправим и мне это безумно нравится, но сначала мы позавтракаем!

Вместо ответа на его вопрос я взяла в руки булочку с корицей и откусила кусочек. Вот теперь моя жизнь превратилось в истинное райское наслаждение. Прикрыла глаза от удовольствия. Нет ничего лучше углеводов на завтрак! Как же я по ним скучала все эти годы! Не меньше, чем по этому мужчине, который продолжал потягивать свой американо, не сводя с моего лица своих лазурных глаз.

Встала с места и сделала несколько шагов в его сторону. Села к нему на колени.

— Открывай рот, Алек! Ты должен это попробовать!

Алек посмотрел сначала на меня, потом на булочку и снова на меня.

— Давай же! — поторопила я его, не оставив ему никакого выбора и он поддался мне, откусив кусочек. — Вкусно?

— Неплохо, — ответил он мне с набитым ртом. — Но ночной десерт был намного вкуснее.

Голубые глаза скользнули куда-то за мою спину и я обернулась. На кухонной столешнице стояло больше десяти больших банок с шоколадной пастой.

— Таких как ты, Алек, называют извращенцами! — воскликнула я и громко рассмеялась.

— Только не лги мне, что тебе не понравилось! — Ничто и никто не заставлял так быстро заливаться румянцем мое лицо, как пониженный тембр голоса Алека. — Что может быть лучше чем, когда два извращенца находят друг друга?

Алек откинул мои волосы на одну сторону и горячее, прерывистое дыхание коснулось моей шеи, опаляя самые чувствительные участки. Коснулся губами за ухом и его руки забрались под легкую ткань футболки, которая была на мне.

Булочки? Багет? Нет! Самый вкусный завтрак для меня — он.

Наклонилась вперёд и с особым голодом впилась в его губы. Так жадно я его еще никогда не целовала. Мне всегда его будет мало. Он всегда будет нужен мне. Я всегда буду хотеть чувствовать его, принадлежать ему. Моя хрупкая рука легла ему на затылок и еще крепче прижала мои губы к его. Но тут Алек аккуратно опустил мою руку вниз и отстранился от меня.

— Мия, я хотел кое о чем спросить тебя, — немного отдышавшись, серьезным голосом произнес Алек.

— А это не может немного подождать? Или я должна ответить прямо сейчас?

— Желательно ответить сейчас, Мия…

— У тебя есть буквально три секунды, — прорычала я в ответ, проведя пальчиками по его крепким грудным мышцам.

— Ты ведь как-то предохраняешься? — неожиданно спросил он меня. — Мы ведь не хотим последствий…

Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Вот черт! Его слова подавили во мне все эмоции и желания, кроме одного — как можно быстрее и дальше отойти от него.

— Ты сначала занялся со мной не защищенным сексом и причем ни один раз и только сейчас спросил меня об этом, Алек?

— Я… Мия, я… Чёрт! Да, это было глупо с моей стороны и я совершенно забыл об этих дерьмовых последствиях!

Глупо? Последствия? Мы никогда не говорили с ним на тему детей, но что он когда-нибудь назовет нашего возможного ребенка дерьмовым последствием я и представить себе не могла! А я, как настоящая идиотка думала, что он действительно любит меня!

— Глупо? — переспросила я, в надежде, что ослышалась, хотя я знала, что у меня не было проблем со слухом. — А если я скажу, что не предохраняюсь? Ты сбежишь от меня или через пять минут твои помощники снова купят мне и… дерьмовому последствию билет на самолет до Парижа?

Лицо запылало от злости на него и я попыталась как можно быстрее освободиться из его объятий.

— Мия, нет. Нет! — еще крепче сжал он ткань футболки в своих руках, не позволив мне этого сделать.

— Тогда почему ты задаешь мне этот вопрос? Ты ведь не маленький и прекрасно знаешь, что от этого могут быть … последствия, или нет? Так вот если ты не знал, Алек, то я расскажу тебе, что когда мужчина кончает в женщину, чаще всего, процентов так на семьдесят, а то и больше это заканчивается беременностью. Да, именно беременностью, а не так как ты это назвал! Ребенком!

От моего последнего слова этот большой, накачанный мужчина вздрогнул. Никогда и представить себе не могла, что брутального качка сможет так сильно испугать лишь одна мысль о беременности. Он поднял на меня глаза и я еще никогда не видела в них столько страха, отчаянности и сожаления.

— А что будет с нами, если я сейчас отвечу тебе, что не предохраняюсь? Что если я уже беременная? Ты заставишь меня любым способом это исправить?

Алек мне не ответил, а я почувствовав, как быстро ослабла его хватка и соскочила с его ног.

Что за потребительское отношение к моему телу? Как заниматься сексом со мной, так он первый, а как зашел разговор о последствиях, так он сразу же ушёл в тень и замолчал.

Ни один контрацептив не дает стопроцентной защиты и мне стало страшно от того, что если мы станем тем самым одним процентом, то я с легкостью смогу потерять Алека. Ведь как оказалось он совершенно был не готов отвечать за свои поступки. Он хотел любить меня, защищать, оберегать и всегда держать в своих объятиях, но не строить настоящую семью.

— Я на таблетках, Алек, — ответила я ему и тут же стала судорожно вспоминать какой был день недели.

Чертовы таблетки! Совсем вылетели из головы эти чертовы таблетки. Мне и не вспомнить когда я выпила последнюю. Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Твою мать…

Дрожащими ногами выбежала из кухни. Мне нужно срочно проверить — всё ли я пила по графику.

— Мия? Куда ты? — наконец-то Алек набрался смелости и снова заговорил со мной.

Я хотела солгать ему, что у меня пропал аппетит, но не стала этого делать.

— Хочу побыть одна! — выкрикнула ему я. — Я не хочу тебя сейчас видеть и тем более общаться с тобой!

Алек подставил ногу, не позволив мне скрыться от него в спальной комнате.

— Послушай меня, Мия! На данный момент я просто не хочу… последствий и хочу сделать всё, чтобы их не было. Но это не значит, что я не люблю тебя.

— Нет, Алек! Пользоваться кем-то и любить — разные вещи! Если бы ты любил меня, то ты бы не стал называть нашего ребенка деромовым последствием! А ты так этого боишься, что даже произнести вслух это слово не решаешься, — с особым презрением ответила ему я.

— Мия, я люблю тебя, но не готов к последствиям! — сурово ответил он мне. Я вновь услышала голос того Алека, который привез меня в свою квартиру пять лет назад. — Эти последствия разрушат наш маленький мир, который мы так долго строили с тобой! Как же ты этого не понимаешь?

— Не смей его так называть! Это ребенок, Алек. Это твоя и моя часть! И он не виноват в том, что его отец — идиот, который забыл о том, как появляются дети!

— Мия… Мы так долго шли к тому, чтобы быть вместе — только ты и я, что я просто ещё не хочу ни с кем тебя делить. Я хочу, чтобы ты всецело была только моя. И я не уверен в том, что когда-нибудь захочу тебя с кем-то делить! Просто… Чёрт! Я не знаю как объяснить тебе то, что я чувствую!

— Можешь не стараться подбирать слова, Алек! Я же сказала тебе, что я на таблетках, но запомни, Алек, если так случится и у нас появится ребенок и ты поставишь меня перед выбором, я не раздумывая, выберу его, а не тебя. Как бы мне не было больно!

С этими словами я захлопнула дверь спальной комнаты прямо у него перед носом. Чёртов собственник!

Быстро отыскала в своей сумке пластинку с таблетками. Последнюю я выпила в четверг, а уже была суббота.

— Твою мать… — тяжело вздохнула я и медленно стекла вниз по холодной стене.

Заметила, что на нашей кровати снова появился матрас. Отлично! Как раз вовремя купил! Что-то мне подсказывало, что этой ночью мы будем спать раздельно. Так сказать, на всякий случай, чтобы не было дерьмовых последствий!

Мия

Не знаю сколько я просидела в спальной комнате. Одна. Я слышала, как Алек несколько раз подошел к двери, но так и не решился зайти. А я тем временем пересмотрела множество форумов, на которых описывали симптомы беременности. Ничего подобного, о чём писали у меня не было.

За это время, что мы провели вместе, я ни разу не задумалась о том, что у нас могут быть дети. Алек никак не соотносился с образом примерного отца. Хотя…

Улыбнулась, представив себе как забавно бы смотрелся Алек в этом новом статусе.

Татуированная груда мышц, сидит на коленях на мягком ковре и пытается договориться со своей настолько же, насколько и он сам упертой маленькой копией съесть ещё пару ложечек тыквенного пюре.

И как бы он не возмущался, в этот момент он был бы самым милым мужчиной, которого мне только удалось увидеть в своей жизни.

И пусть все эти милые картинки вызвали у меня улыбку на лице и нежное тепло в груди, но разговаривать я с ним так и не хотел, а видеть тем более!

Дверь спальной комнаты аккуратно, практически бесшумно приоткрылась и на пороге появился Алек. На нем был строгий черный костюм. Первые две пуговицы на белой рубашки расстегнуты и это ему придавало лишь особый шарм. Встал в дверном проеме, практически весь его закрыв своими широкими плечами и уперся рукой так, чтобы я не смогла улизнуть от него, заранее предполагая, что я решу сбежать. А это была первая мысль, которая возникла у меня в голове! Посмотрел на меня с тёплой, но немного печальной улыбкой.

— Кто умер? — сурово кинула я в него словами, скрестив руки у себя на груди.

— Что? — переспросил меня Алек. Мой вопрос, мягко сказать, удивил его.

— Просто никогда ещё не видела тебя в костюме, вот и подумала, что…

А в костюме он выглядел… сногсшибательно. Сразу захотелось ему всё простить, черт его побери! Захотелось по собственной воле опуститься перед ним на колени и смиренно опустив голову, позволить ему сделать с моим телом все, что он только пожелает.

Сглотнула. Не дождётся. Как минимум, не сегодня.

Поднялась с подушки, слишком грациозно подползла в его сторону. Села напротив него, опустившись попой на свои пятки.

— Если ты решил, что я заговорю с тобой после того как ты наденешь на себя этот костюм, то ты ошибся.

И почему мой голос стал таким низким…

— Но ты ведь уже разговариваешь со мной! — ухмыльнулся мне Алек и сделал несколько уверенных шагов ко мне, вплотную подойдя к кровати. — Дай мне свою руку, Мия.

От этого сурового тона я вздрогнула всем телом. Алек попытался быть грозным и даже страшным, но я не стала вкладывать свою ладонь в его. Испугать меня ему не удалось, а вот бабочки в животе затрепетали!

— Прошу тебя, Мия, — быстро исправился он, вспомнив, что на меня никогда не действовали его командный тон и я назло ему делала всегда наоборот. — Ты должна пойти со мной.

— Я. Никуда. Не пойду. С ТОБОЙ. — Выдохнула я в его чувственные губы, поставив особое ударение на последнем слове.

— Мия, ты ведь помнишь, что я не люблю повторять…

— Дважды! — продолжила я, перебив. — Миллион раз уже ты мне это говорил! Но на меня твои правила не действуют или ты забыл об этом?

— Не пойдешь? — прорычал он сквозь стиснутые зубы и мышцы на его лице напряглись.

Но несмотря на его суровый вид, теплые мужские пальцы очень нежно заскользили по моей щеке и я услышал, как тяжело он вздохнул. Сам виноват! Я могла быть хорошей, если бы он не повел себя как идиот.

— Нет, Алек! Я зла на тебя, — прошипела я в его слегка приоткрытые губы и резко схватила его за лацканы пиджака. — Чертовски зла!

Рука Алека скользнула в карман его брюк и он достал оттуда шелковую полоску. Это был галстук, который он по какой-то неизвестной мне причине не стал завязывать на своей шее.

— Я мог бы заставить тебя, малышка, — наградил он меня своей очаровательной улыбкой и быстро, слишком быстро обмотал мою шею чертовски мягкой тканью. — Я мог бы применить силу.

И как только он закончил, его руки резко дернули за концы ленты галстука и с силой заставили меня поднять голову на один уровень с ним.

— Я бы мог выпустить своего внутреннего зверя из клетки, которую соорудил для него ради тебя.

Колени задрожали, когда он еще ближе притянул меня к себе, а я послушно сделала так, как он задумал. Сглотнула, попытавшись смочить свой пересохший рот.

— Но я этого не сделаю и лишь потому что ты слишком сильно любишь, когда он вырывается наружу.

Его низкий голос, легкая хрипотца в нём всегда действовали на меня как эликсир правды, который помогал открывать занавес перед моими самыми скрытыми фантазиями и желаниями. И в каждом из них был он.

— Я бы мог сейчас нагнуть тебя и жестко отшлепать по твоей аппетитной заднице, Мия, — продолжил Алек, чуть туже натянув ткань на моем горле.

— За что это? — спросила я, собрав остатки своего расплавившегося мозга.

— За то, что ты не дала мне договорить. За то, что так и не удосужилась дослушать меня и понять. За то, что ты закрыла дверь прямо перед моим носом. Это было неуважительно с твоей стороны! И я бы с огромной радостью наказал тебя за это, но не буду этого делать. Потому что знаю, что тебе это понравится! А сейчас я сниму ленту с твоего горла и ты покорно пойдешь со мной. Хорошо?

— Я никуда не пойду с тобой! — дерзко бросила словами в его сторону, в надежде получить наказание от него.

Алек закатил глаза и после тяжелого вздоха резко подхватил меня на руки. Перекинул моё тело через плечо и вынес из комнаты.

— Знаешь, Мия, ты сломала самый романтичный момент в твоей жизни!

— Отпусти! — выкрикнула я ему, ударив рукой по его твёрдой, словно камень ягодице. — Верни меня обратно в комнату!

Но он проигнорировал мои возмущения и продолжил нести меня на плече.

— Ты должна была прошагать своими босыми ногами по алым лепесткам роз, которыми я, в буквальном смысле, завалил этот дом.

Что он сказал? Головой вниз сложно оценить мир вокруг, но кажется он мне не лгал — Алек уверенным шагом шел по красным лепесткам, которые лежали плотным ковром под его ногами.

— Ты должна была спуститься вниз по этой деревянной лестнице, которую я тоже усыпал лепестками для твоих ножек, — продолжил он, быстро сбежав вниз по деревянным ступенькам.

— К чему такая подготовка? Твою репутацию это не спасет! — съязвила ему я. — И зачем ты напялил на себя этот чёртов костюм?

— Я должен выглядеть презентабельно!

— Презентабельно?

— Не хочу, чтобы ты отказала мне!

Вот в чем дело! Ну уж нет, он выбрал слишком неподходящее время!

— Тебе ничего не поможет! Я откажу тебе! — сказала ему я, задергав ногами.

— Только посмей это сделать! — рявкнул Алек в ответ и резко прихлопнул меня по ягодице.

И кто еще из нас не может совладать с собой? Обещал этого не делать и снова не сдержал обещание!

Алек аккуратно опустил меня на ноги и только в этот момент я осознала масштаб всего, что он успел сделать за то время, пока я укрывалась в нашей спальне, дуясь на него. Вся территория вокруг дома была усыпана красными лепестками роз. Часть из них уже попали в морскую воду и это сделало всё только еще прекрасней.

Я даже никогда и подумать не могла, что Алек на это способен. Что он вообще способен быть романтиком!

Алек с особым наслаждением стал наблюдать за тем, как недовольная гримаса на моем лице превратилась в восторг. Никто никогда ничего подобного не делал для меня!

Этот мужчина во всем был первым в моей жизни и кажется, сам получал от этого особенное удовольствие.

Он так гармонично смотрелся на фоне всей этой красоты в своём дорогом костюме, что мне стало немного некомфортно. Я в эту всю красоту точно не вписывалась.

— А тебя не смущает, что я сейчас в твоей футболке, Алек и с растрепанными волосами?

— И ты прекрасна, — прошептал он мне и опустился передо мной на колени.

Ни на одно, как показывают в романтических мелодрамах, а на два и крепко обхватил мои ноги одной рукой. Свободной рукой взял мою руку в свою и вложил в ладонь кольцо.

Когда он сказал мне, что я стану мисс Уокер, я и подумать не могла, что он когда-нибудь решится на это и всё зайдёт куда-то дальше разговоров. Но это произошло и у меня в руке лежало кольцо с двумя большими камнями. Голубой и зелёный. Один квадратный, второй овальный. Не сложно угадать у какого камня были острые углы! Такие абсолютно не похожие друг на друга, но так крепко соединенные между собой гранями.

— Здесь нет бриллиантов, — услышала я голос Алека, но глаз от кольца не оторвала. — Я специально обошелся без них. Я знаю, что помолвочное кольцо должно быть с бриллиантами и поэтому я решил дать тебе возможность выбора. Ты можешь отказать по причине того, что оно без бриллиантов.

Я подняла на Алека глаза. О чем он говорил? Оно прекрасно! Я как завороженная смотрела на этот голубой квадратный камень и видела в нем то, что увидела когда-то в глазах Алека.

— Мия, — еле слышно выдохнул он мое имя, прижавшись щекой к моему животу через легкую ткань его футболки и еще крепче сжав ноги в своих руках. — Я не буду просить тебя стать моей невестой и предлагать тебе стать моей женой. Эта не нужно ни тебе, ни мне. Всё что я хочу, чтобы ты навсегда осталась со мной. Навсегда, Мия! И если мне придется для этого весь мир засыпать этими гребанными лепестками, то я не задумываясь, сделаю это, лишь бы ты была со мной.

Он сказал это с такой силой и болью в голосе, что мне не составило особого труда понять, что Алек говорил не про те розы, на лепестках от которых я стояла. Он говорил о розах, которые росли в его душе. Алек был готов оставить стебли и шипы себе, а этот мир усыпать лепестками лишь с одной целью — чтобы мне не было больно идти по нему.

— Алек… — еле слышно выдохнула я его имя и нежно зарыла пальцы в его каштановы волосы.

— Подожди. Дай мне договорить, Мия! — остановил он меня, но слезы на моих щеках ему уже было не остановить.

Я медленно опустилась рядом с ним на колени и он продолжил, только уже глядя мне в глаза:

— И возможно, через какое-то время, когда мы оба будем готовы к… последствиям, то оно появится у нас.

Как же сложно ему дались эти слова! В его голосе не было больше ни страха, ни отвращения, только боль. Острая боль, которая заставляя его всегда уверенный голос задрожать.

— Ребенок, Алек, — поправила я его, проведя рукой по пылающей щеке, которая успела за это время покрыться легкой щетиной.

— Да, он самый.

— Просто произнеси это слово, — мягко попросила я его.

— Мия…

— Ребенок. Наш ребенок.

— Да, ребенок… И я очень надеюсь, что у него или у неё ничего не будет от меня.

Он улыбнулся мне и снова стал милым.

— Нет, Алек! Ведь я надеюсь, что он будет маленькой копией тебя, вот только без твоего дерьмового характера!

— Пойми меня, Мия, такие как я не должны оставлять продолжение себя. Я не хочу подарить этому миру еще одного монстра.

— Ты не монстр. Джеймс — монстр! — Алек поморщился, он всё ещё что-то чувствовал к Джеймсу. Что-то теплое, хоть и знал, что я была абсолютно права. — И я уверена, что ты мог бы быть хорошим отцом. Тем самым настоящим отцом.

— Предлагаю начать с кого-нибудь попроще! Может собаки? А может фикус? Купим фикус и если он выживет, то можно заводить собаку!

— Алек! — рассмеялась я в ответ на его вопросы.

— Так ты скажешь мне это чертово ”ДА”? — снова задал он мне вопрос, откинув с моего лица пряди волос, которыми играл теплый ветер.

— Я подумаю, — ответила ему я, лукаво улыбнувшись.

— Что?

— Я подумаю, мистер Уокер.

— Мия, — прорычал моё имя Алек. — Я сегодня же засыплю это кольцо бриллиантами, а лучше куплю тебе еще десять таких!

— Мне нравится это и другие мне не нужны. Я думаю не из-за отсутствия в нем этих гребанных камней! Я думаю, потому что у тебя дерьмовый характер.

Завтра скажу ему то, что он хочет услышать! Пусть помучается ещё! Он это заслужил!

А вообще, я люблю его, чёрт возьми! И если он будет вот таким милым каждый день, то я и так навсегда буду с ним и кольца мне для этого не нужны!

Алек

Я хочу её. Хочу её всю. Я хочу её одну. Я люблю её одну. Навсегда.

Я был никем, пока не встретил её. Я не знал, что такое любовь, пока она не подарила мне свою.

Я люблю её за милую улыбку, за забавный смех, за её невинность и чистоту. Я люблю её за доброе сердце, которое, несмотря ни на что, полюбило такое чудовище, как я.

И сколько бы ночей мы вместе не провели, это будет неизменно.

Я лежал рядом с ней, прижавшись щекой к её бедру и это мой земной рай. Всю свою жизнь я был уверен, что моя душа попадет в ад, но она подарила мне рай и весь остаток своей жизни я буду благодарен ей за это.

Мои пальцы выводили ленивые узоры на тёплом животике, заставляя при каждом новом прикосновении Мию вздрагивать всем телом.

— Ты колючий, — лениво протянула Мия, а я еще несколько раз провел щетинистым подбородком по ее нежной коже.

— Ты будешь меня любить, если я отпущу бороду? — спросил я её и покрыл легкими поцелуями то место, где покраснело.

— А ты меня, если я стану старая? — неожиданно спросила меня Мия.

— Если тебя это успокоит, то я первый превращусь в старичка!

— А если я потолстею?

— Что за глупые мысли, малышка? Ты всегда будешь для меня прекрасна.

Еще крепче обхватил ее тело руками и прижал к себе. Уткнулся носом в ее кожу и сделал глубокий вдох. Мои любимые лесные ягоды так отлично сочетались с ароматом дикой розы, что я невольно закатил глаза от удовольствия. Мы не занимались перед этим любовью, мы даже не вели с ней никакой беседы, мы просто лежали в объятиях друг друга и получали от этого огромное наслаждение. И так тепло и комфортно я еще никогда себя не чувствовал. И вот так я хочу провести весь остаток своей жизни. Рядом с ней.

Тоненькие пальчики переплелись с моими и я взглянул на ее безымянный пальчик.

— Может всё-таки примеришь его? Я хочу увидеть как оно будет смотреться на твоем безымянном пальце.

— Завтра, Алек. Завтра, — уже сквозь сон пробормотала мне Мия и я услышал как она засопела, а вместе с ней и я…

Я иду по пустому пляжу возле нашего дома и глазами ищу её, но Мии нигде нет. Я не вижу её силуэт, который всегда раньше видел. Я не слышу даже ее шагов.

— Мия? — позвал я её по имени, но в ответ лишь идеальная тишина.

Неужели я опоздал… Неужели в этот раз я даже не успел увидеть её…

Высокие волны океана бьют по песку и я не задумываясь вхожу в воду. Провожу рукой по воде и снова кричу:

— Мия! Мия!

Высокая волна накрывает меня с головой и мое тело оказывается под водой. А я даже не сопротивляюсь. Открываю глаза и в какой-то момент мне кажется, что я вижу Мию. И как только я решаюсь дотянуться до нее рукой, неизвестная сила подхватывает меня и вытягивает на поверхность воды. Буквально за несколько секунд до того, как я отключаюсь от нехватки кислорода в моих лёгких.

— Моя малышка! Мия! — хрипло кричу я. — Нет! Мия…

— Мия!

Я так громко выкрикнул её имя, что сам себя разбудил.

Чёрт! Я сидел в кровати, по моему лбу и спине стекали капли ледяного пота. Чёртовы кошмары! Провел рукой вокруг себя и сразу понял, по какой причине я снова увидел этот сон — Мии не было в постели.

— Мия? Ты где, малышка? — позвал я её, попытавшись скрыть дрожь в голосе. — Снова в одиночку наслаждаешься шоколадной пастой?

Но мне никто не ответил.

— Малышка? — ещё громче выкрикнул я. — Мия! Немедленно вернись в постель!

Снова тишина в ответ.

Черт! Сердце забилось сразу же в ускоренной ритме. Я попытался взять себя в руки. Она, наверное, так увлеклась своим любимым десертом, что не услышала меня. И в этот раз я не намерен выпускать её из кухни, пока не съем как минимум полбанки шоколадной пасты с ее тела и не получу от этого десерта особое наслаждение.

Встал с кровати и быстрым шагом прошел на кухню. На мне всё еще был тот деловой костюм, но я поежился от холода, который окутал моё тело, когда я увидел, что свет на кухне был погашен и моей малышки не было возле холодильника.

Услышал своё учащенное сердцебиение в ушах и мои руки за секунду стали ледяными. Если Мии нет на пляжу, то…

Черт! Нет! Откуда у меня взялись такие мысли? Она на пляжу! Она скорее всего наслаждается тёплой водой и я обязательно к ней присоединяюсь. Сначала отругаю её за такую глупую выходку, а потом накажу. Накажу так, что ей безумно понравится!

— Это не смешно, малышка! Куда ты подевалась? — снова выкрикнул я, уже зная, что мне никто не ответит — дом был абсолютно пустой. Только я и тишина.

Если она решила напугать меня, то у нее это получилось! И я уверен, что в ближайшие пару секунд я снова крепко обниму её и ритм моего сердца снова станет ровны. А потом я её отшлепаю! Нельзя так поступать!

Быстро спустился к пляжу и прошелся глазами по территории вокруг дома. И как бы я не старался отогнать от себя плохие мысли, но мой мозг, назло мне, провел невидимую параллельную линию с моим сном.

Твою мать, Мии нигде не было…

— Мия? — выкрикнул я, пытаясь сохранить последние крупицы надежды. — Мия?

Нет… Нет! Нет! Малышка! Нет! Куда ты подевалась? Нет…

Услышал знакомую мелодию звонка и как ужаленный понесся обратно в дом.

Её смартфон разрывался на весь наш маленький дом, а я в панике не мог отыскать его. Кидал вещи с одного места на другое и только с третьего раза мне удалось отыскать его в кармане ее дорожной сумки. Мне потребовалось время, чтобы сложить буквы на экране телефона в предложение.

Неизвестный номер.

Твою мать.

Неизвестный номер. Это плохо! Это очень плохо! Нажал на кнопку принятия вызова.

— Я рад, что твой сон нормализовался, Алек, — сказал мне знакомый голос за несколько секунд до того, как я успел выкрикнуть её имя. — Дай-ка угадаю, нигде не можешь найти свою шлюху?

От этого голоса сердце сжалось так сильно, что картинка перед моими глазам стала размазываться и чтобы не рухнуть на пол, я медленно опустился на диван.

— Фрэнк… — наконец-то я смог выдавить из себя его имя.

— Узнал значит!

— Где Мия? — задал я ему вопрос, уже зная, что только он мог дать мне ответ на него. — Где она, твою мать?

— Она у меня.

Всего три слова и наш маленький, укромный мир разбился вдребезги. Я даже прикрыл глаза от той резкой боли, которую ощутил в своей груди, а Фрэнк продолжил:

— Ты отобрал у меня тут жизнь, которую я любил, а я забрал у тебя то, что ты больше всего любил в этой жизни.

— Сколько ты хочешь? — выкрикнул я так громко, что стены в доме задрожали. — Назови сумму! Назови сумму, чёртов подонок!

— На твоем месте, я бы придержал язык за зубами, Алек, а то за твои дерзкие словечки в мою сторону будет расплачиваться твоя шлюха!

Смартфон издал характерный звук. Неизвестный номер переключился на видеозвонок и я увидел бледноватое лицо Мии, которое было наполовину прикрыто ее каштановыми локонами. Глаза закрыты. Её обессиленно тело без каких-либо признаков жизни лежало на коленях у Дэйва. Её везли в машине в неизвестном мне направлении.

Злость закипела во мне, как лава в потухшем вулкане. Лава, которая сожжёт всё на своём пути и начнет она с меня…

— Сколько? Сколько ты хочешь? — прорычал я в ответ, крепко стиснув зубы.

— Не торопи события, Алек, — снова услышал я голос этого ублюдка. — Мне нужно время, чтобы подумать, а пока твоя симпатичная шлюха останется со мной.

Рука в черной перчатке небрежно откинула пряди с лица Мии и мужские пальцы провели по ее приоткрытым губам.

— Убери от неё свои руки, — прошипел я, так сильно сжав кулак, что аж кости заломило. — Убери от неё свои руки, сукин сын! Если с её головы упадет хоть один волос, то я…

— Не горячись так, братец! Теперь не тебе диктовать мне условия. Теперь я буду править твоей жизнью и жизнью твоей сучки!

С этим словами этот сукин сын отключился.

Нет! Нет! Нет! Какой же я идиот! Нельзя было разрешать ей оставаться со мной! Нет! Я всё-таки сделал то, что так боялся натворить — я уничтожил её жизнь! И всё из-за того, что я не смог совладать со своими желаниями!

Моя малышка. Что же он теперь сделает с тобой?

Твою мать! Твою мать!

Я пытался перезвонить по номеру, но слышал лишь одну и ту же фразу:

— Номер недоступен.

А после длинные протяжные гудки. Я выслушивал эти гудки до конца, пока не наступала тишина, а потом снова перезванивал на неизвестный номер и заново слушал гудки. И так я делал до того момента, пока мой мозг не осознал, что он действительно забрал её… Он забрал мою Мию.

Что же мне теперь делать? Увидел в исходящих вызовах номер Люка и машинально нажал на кнопку вызова. Через три гудка он ответил мне.

— Наконец-то ты нашла время набрать мой номер! — услышал я сонный голос брата Мии. — Я надеюсь, что ты не пожалела, маленькая проказница? Только давай без подробностей!

— Люк! — выпалил я в ответ, абсолютно не зная, что мне нужно было говорить ему дальше.

— Алек? Какого хрена? Где Мия?

— Он увёз её, Люк…

Небольшая пауза. Я дал Люку время осознать то, что он только что услышал от меня. Да и мне нужно было время, чтобы снова сделать глубокий вдох и продолжить.

— Он увёз Мию, Люк!

— Что ты несёшь? — крикнул он мне и в его голосе больше не было ни грамма сна.

— Соберись, твою мать! Он увёз Мию!

— Он? Фрэнк? Фрэнк увёз Мию?

— Да!

— Как так вышло? Она же была с тобой! Как ты мог просрать её?

Громко выругался в ответ. Если бы я знал, как это — плакать, то я бы разрыдался в голос. Я понятия не имел, как я мог так облажаться!

— Я убью тебя, сукин сын! — прорычал мне в трубку Люк. — Я убью тебя!

И я с радостью встречу свою смерть от его рук. Я её заслужил.