Разработка серийного оформления В. Матвеевой

Иллюстрация на переплете Л. Совы

Дракон смотрел неотрывно, хищно следя за каждым моим движением. Темная чешуя огромного создания отливала синевой, глаза с узкими вытянутыми зрачками искрили злобой.

– Анир… Анир, это же я!

Ящер рыкнул и дыхнул паром.

– Анир? Вот уж сомневаюсь! – усмехнулись у меня за спиной.

Резко развернувшись, столкнулась взглядом с существом, лишь отдаленно напоминающим человека. Серая в изломах кожа туго обтягивала череп и руки, видневшиеся из-под ярко-желтого, почти как у учителя Зелта, одеяния. А вот глаза… глаза казались совсем мертвыми.

– Кто вы? – прохрипела я.

– Не узнаешь? Да куда уж тебе, принцесса, – усмехнулся он с издевкой и направился ко мне.

Отскочив, услышала предостерегающий рев дракона.

Как же быть? Как достучаться до Анира?

– Я, пожалуй, даже не буду его убивать. Ручной дракон, удобно, правда? – словно подслушав мои мысли, произнес старик. – К тому же единственный в своем роде. Лишить его жизни – это как-то негуманно, не находишь? Так у вас говорят? А вот ты… Такой выскочке-полукровке, как ты, не место в возрождающемся Орте. Начинай! – и он взмахнул костлявой рукой. От громоздкого перстня в сторону дракона потекла серая дымка, и тот, согласно рыкнув, двинулся на меня.

– Анир, пожалуйста, это же я…

Слезинки сами собой скатывались по щекам. Не Анир, нет. И даже не Великий Армагар. Этот дракон мне не знаком.

И он готов убить. Меня для начала. А Анир… Анир, возможно, уже мертв.

Анир

На сегодняшней медитации мешало решительно все. Жесткий край циновки, упирающийся в мягкое место, щебет птиц в саду, невидимая пушинка, упрямо щекотавшая нос… А если быть честным до конца – главным образом мешало ожидание очередного провала. Что говорить, даже наставник в последние дни перестал спрашивать об успехах! Попытки освоения неуемной силы дракона казались все более безнадежными, а желание нормальной жизни среди людей – неосуществимым.

Я встал и, удерживая равновесие на левой ноге, сделал плавный пасс правой рукой. Глубоко вдохнул, наклонил корпус и, чуть подпрыгнув, сменил упор на правую ногу. Повторил пасс и снова сменил положение, все больше ускоряясь. Оранжевые искры срывались с пальцев и окружали огненным шлейфом. Хорошо. Огонь был хоть и слабым, но моим собственным! Я ощущал его тихое потрескивание, мог направить и контролировать. Жаль, от искр мало толку. Я хотел большего и в который раз совершил ошибку. Усилив поток, слишком поздно осознал тревожно нарастающий жар. Давление, распирающая изнутри сила, словно сам дракон силится расправить крылья, и… моя полная неспособность его сдержать!

Ослепительная вспышка на миг озарила все вокруг ярким голубым пламенем и спалила дотла последнюю циновку… Разъедающая душу досада сплелась с чувством непонятного облегчения, почти эйфории, что наполняла меня всякий раз, когда не удавалось сдержать мощь Армагара. Ненадолго. У несчастной опаленной яблони я заметил качающего головой учителя.

– Немногим я смог помочь тебе, мой мальчик, – сказал он, подходя. – Чего-то не хватает, чтобы уравновесить силу. Нужен якорь. Быть может, тебе жениться?

– Чтобы сделать из бедняжки обугленную тушу вроде той, что я притащил вчера на ужин? – хмыкнул я. – Нет уж, этот путь явно не для меня.

Учитель потер подбородок и, ничего не сказав, ушел.

И я, пожалуй, забыл бы об этом разговоре, как о сотне других, если бы ночью не случилось то, чего я уже и не ждал. Моя истинная, врожденная сила наконец проявила себя, подарив видение.

Незнакомые каменные стены, сплошь покрытые магической рябью. Словно живые, они поглощают в себя любые крупицы чар, делая это место защищенным от любого воздействия. Удивительно и весьма кстати… Из редкого минерала трафка выстроен целый замок с террасами и остроконечными башнями. На террасах упражняются в магии юные ортсы, а внутри познают теоретические основы. Теперь я узнал это место, хотя и не был там ни разу, – Первая королевская академия магии Айландера. И мне нужно попасть туда. Судьбоносную нить, связующую меня с этим замком, я видел так же отчетливо, как когда-то знал пути великого духа дракона Армагара, пожелавшего остаться в Орте, слившись с бренным телом мальчика-провидца…

Я не стал дожидаться утра и позволил себе потревожить сон старого учителя, заявившись прямо в его покои. Зелт лишь усмехнулся и, привычно потерев подбородок, сказал:

– А я-то думал отказаться. Что ж, значит, так тому и быть, отправляемся в Айландер, поглядим на знаменитую Академию, что с таким упорством создавали наши старые знакомые Итанилион и Адриана. Как думаешь, пост декана экспериментального факультета – это не слишком для такой развалины, как я?

Не сказать чтобы мама была очень уж рада моему решению ехать в Академию инкогнито, но она согласилась с доводами папы, что это лучше, чем ничего. Очевидно, в глубине души королева все же надеялась, что хотя бы немного от способностей отца перепало и мне. Ведь она сама, несмотря на громкую историю с ее ролью хранительницы духа великого Армагара, последнего из драконов Орта, осталась в результате ни с чем. Если говорить о магии. В плане всего остального она получила любовь принца, а со временем и корону. Не самое плохое положение для девушки, попавшей в Орт из другого мира.

Провожать себя я не позволила, пышных платьев, которые могли выдать меня, с собой не взяла, а более скромных у меня попросту не водилось. В обычной своей, не королевской жизни я предпочитала брюки. В них куда удобнее оттачивать навыки кра-чна – техники боя, которой я овладела в одном из оазисов в пустыне. Разумеется, втайне от двора и родителей. Гонять на пустынных ящерах в платьях тоже оказалось не слишком удобно, так что…

– В Академии полагается форма, – сказала мама, тяжело вздохнув. – Но тебе все равно придется купить что-то из одежды, раз ты отказываешься брать свою.

Ее карие, почти такие же темные, как у меня, глаза искрились от любви и плохо сдерживаемых слез, огненно-рыжие волосы (совсем не похожие на мои черные) разметались по плечам. Одной рукой мама неосознанно поглаживала свой округлившийся животик, а во второй комкала кошель, набитый монетами.

– Не надо, мам, – отказалась я, улыбнувшись, и обняла родительницу. – У меня есть кое-какие сбережения, а если понадобится – заработаю.

– Валенси, но как же…

– Как и все обыкновенные студенты, съехавшиеся в нашу Академию со всего королевства, дорогая, – заявил тогда папа, неизменно поддерживающий меня в моих бунтах.

Ну а мама… еще раз тяжело вздохнула и со всем согласилась.

Зоны отдыха и жилые комнаты студентов располагались на втором и третьем этажах замка, на четвертом – студенческая библиотека, кабинет целителя и лазарет, а еще почти все учебные аудитории, относящиеся к нашему факультету. Выше, до самых башен, шли этажи, оборудованные террасами, на них-то и находилась основная часть аудиторий и залов. Однако нам, обрядовикам, делать там было нечего.

Утром следующего дня первым делом мы вместе с Зарой отправились на первый этаж, в столовую. Вечер я посвятила разбору вещей, душу и беглому изучению учебников, данных мне на время все той же Зарой, и перекусила тем, что было у меня с собой, прямо в комнате. А потому сейчас с удивлением взирала на огромную, поистине королевских размеров столовую со множеством столиков и высоченным потолком, поддерживаемым колоннами.

– Столовая одна для всех, но в зону факультета огненной силы заходить не рекомендую, – сказала соседка, указав на сектор, в котором столы были оранжевого цвета.

– Любопытно.

– Раздаточные столы в каждом секторе тоже свои, подходить можно к любому, но…

– Лучше не стоит.

– Как-то так. Конфликты случаются редко, но зачем провоцировать?

– По твоей вчерашней на меня реакции я так и поняла, что редко, – подколола я.

– А, потом расскажу, – отмахнулась Зара и, взяв два подноса, один протянула мне. – Мы едим с целителями. Голубая зона. Они самые мирные. У штормовиков темно-серые столы, у факультета земли – зеленые.

– Ясно. Пятый факультет как пятое колесо.

– Новый и пока не такой многочисленный, – парировала соседка, явно всей душой болеющая за свой факультет. Что сказать, похвально.

Завтрак оказался вполне приличным, можно было выбрать из нескольких блюд или взять все сразу. Так что, выходит, я правильно сделала, что не приняла у мамы денег. Голодной точно не останусь.

– Пора, а то опоздаем, – сказала Зара, поднимаясь. – Здесь это не одобряется. Дохлый даг[3], а учебники мы тебе не взяли! Ладно, значит, после занятий, уже все равно не успеем.

Первой на сегодня стояла история магии, и нам предстояло подняться на четвертый этаж. Пешком. Никаких подъемников в замке предусмотрено не было, а дополнительными подвижными лестницами пользоваться не советовали. Если стены из трафка поглощали сочащуюся из-под Академии силу, то вот все прочие материалы, достаточно долго находящиеся под ее воздействием, впитывали изрядную дозу даже сквозь барьеры из зачарованного камня. К счастью, меня это не пугало. Несмотря на высоту здешних потолков и плотный завтрак, в сравнении с тренировками с Лестором и Клаем или переходами через пустыню это было сущим пустяком. Но не для всех: я слышала и тяжелые вздохи, и громкие причитания студенток, сетовавших на то, что внутри замка они даже не могут помочь себе магией. Изнеженные лентяйки!

На нужном этаже оказалось неожиданное столпотворение. Причем не в коридоре или возле аудиторий, а на лестнице. Студенты, преимущественно женского пола, что-то шумно обсуждали и временами хихикали. Пробираясь мимо них, спросила у Зары:

– У вас всегда тут так… хм… оживленно?

– Вообще-то нет, – ответила соседка, с интересом уставившись туда же, куда и все собравшиеся девицы, – на видимый участок лестницы, ведущий на следующий этаж.

– И что там?

– Спортзал, аудитории, ничего особенного. Но, кажется, я начинаю догадываться, в чем дело. Его, – она выделила это слово интонацией, – поселили в башне. Правда, сомневаюсь, что он будет пользоваться центральной лестницей. Зря они ждут.

– Кого? – не поняла я.

– Ты не слышала? На днях в Академию приехал Анир-Армагар! Но до сих пор его не видели ни на одном занятии.

– Неудивительно. Он же опасен, насколько я знаю, – сказала, чувствуя, как в душе закипает жар. Анир!

– Этого никто не знает, столько лет прошло. Да и не стал бы ректор приглашать его, если бы он был опасен, верно? Тем более что прибыл он не один, а с учителем.

– С учителем? Хочешь сказать, учитель Зелт, наш декан, взял с собой этого Анира?!

– Этого? – хмыкнула Зара. – Он успел чем-то заслужить твою нелюбовь? Неожиданно. А вот они от него в восторге, – кивнула она на оставшихся позади студенток. – Поговаривают, он не только крутой маг, но и жутко хорош собой, к тому же внешностью дракон наделил его весьма необычной.

– Ну да, особенно учитывая, что его давным-давно никто не видел, – пробормотала я, сражаясь с накатившими тоской и досадой и против воли вспоминая, с чего все это началось.

Анир

Думаю, я никогда не был нормальным в общепринятом смысле этого слова. С раннего детства меня окружали сотни переплетающихся нитей чужих судеб, которые я с трудом распутывал, трактуя свои видения. После событий в песках Кайлована дар провидения затих, но все стало намного сложнее. Мне потребовалось немало времени, чтобы научиться отделять себя от Армагара, и еще больше, чтобы понять: нет больше его или меня, мы изменились оба, стали одной сущностью. И все-таки не до конца… Моя личность осталась прежней и не претерпела каких-либо изменений, но мое высшее внутреннее Я – единое с драконом существо. Бывало ли так когда-нибудь прежде? Что ждет нас в посмертии? Этого я не знал, но стремился к единению и целостности, как любое другое живое создание.

Медитации приоткрывали завесу к высшему Я, помогая увидеть меня-его и подчас ошеломляя таящейся в глубинах нашей души мощью. Магия буквально пронизывала меня, я сам, казалось, становился ее источником, но, стремясь зачерпнуть, использовать, неизменно терял контроль. Магическое, драконье пламя вырывалось наружу и опаляло все вокруг.

Хуже всего – зачастую это происходило спонтанно и чересчур резко, делая меня опасным для окружающих. Учитель Зелт многому научил меня, но, живя в изоляции, не имеешь возможности должным образом испытать свою выдержку. А ведь любая чересчур яркая эмоция легко провоцировала выброс силы. Впрочем, сегодня все случилось наоборот.

– Все-таки вышел? – спросил учитель, заходя ко мне и с показным кряхтением усаживаясь в кресло. – Эти лестницы погубят меня раньше, чем я познакомлюсь со своими студентами. А Итанилион надеялся, что я буду временами преподавать! Жаль так расстраивать благословенного дария!

– После пеших подъемов в горы не думаю, что какие-то лестницы способны вас напугать, – заметил я, улыбаясь.

– Хм-хм, любопытно. Как я вижу, ты не только наконец спустился из этой ийратовой башни, но и пребываешь в приподнятом расположении духа. Не та ли толпа восторженных красавиц тому причиной? А ведь я говорил тебе, что не буду против!

– Нет, учитель, я искренне надеюсь, что вскоре они переключатся на кого-нибудь более… благодарного. Но я действительно встретил девушку.

– Вот она, молодость! Ты сам себе противоречишь, мой мальчик.

Наставник усмехался и дразнил, но я знал – он внимательно слушает каждое мое слово. Взгляд его стал цепким, и сам он подался вперед.

– Дело в другом. В ее присутствии дракон проявляет себя странно. Я ощущаю всплеск, молниеносный, но еще прежде, чем до конца осознаю его и грозящую ей опасность, все затухает. Будто сила высвобождается, но… трудно сказать… исчезает.

Зелт потер подбородок и, вставая, спросил:

– Как, говоришь, ее зовут?

– Этого я не знаю. И кажется, она не в восторге от того, кто я.

– Очень любопытно. Выбрал ли ты, мой мальчик, интересные для себя дисциплины?

– Не уверен, что общая программа мне подойдет, но если вы считаете нужным…

– Вот и я не уверен, но присутствие в Академии обязывает хотя бы частично соблюдать принятые здесь нормы. Я переговорю с ректором и остальными деканами, а ты пока узнай имя своей особенной незнакомки. Разве учил я тебя быть столь невежливым и… неосмотрительным?

И, лукаво подмигнув, учитель оставил меня. Узнать имя незнакомки? Что ж, это я собирался сделать и сам. А еще непременно разобраться, что происходит с силой, когда она рядом.

После оставшихся магической самозащиты, обеда и медитации (на которой вместо очищения от мыслей я упорно забивала ими голову) по Академии пошел слух, что Анира видели тренирующимся на полигоне. На проявления силы несравненного полудракона поглазеть хотели многие, а потому вскоре комнаты отдыха и коридоры опустели, а я решилась обратиться к Заре за помощью:

– Ты знаешь какое-нибудь отпирающее двери заклятие? Вроде того, которым ты запирала дверь, только наоборот? Зачем, кстати, ты ее запирала?

– А, повздорили с парой считающих себя элитой магинь, пришлось изучить программу с опережением. Но как отпереть чужую дверь, в учебниках, увы, не пишут. Куда ты собралась?

Я замялась, не зная, как ответить, но Зара не требовала откровенности.

– Не напрягайся! Расскажешь потом, если сочтешь нужным. Что касается заклятий, они не особенно нужны, когда есть Твик! Одолжу тебе его, если обещаешь не брать ничего крупного и особо ценного, – подмигнула она и протянула мне свою волшебную улитку.

– Он и так может?

– Ага. Я же говорила, распадается и собирается заново. Даже жаль, что мне эти его способности без надобности.

– Зара, спасибо! – широко улыбнулась я, чувствуя себя великой взломщицей. – А он меня послушается?

– Он всего лишь пустынная улитка, но, как мне кажется, чует эмоциональный фон и отличает своих от чужих. Ты – своя.

– Спасибо, – еще раз поблагодарила я и поспешила на выход.

– Просто поднеси его к замочной скважине и скажи, чего хочешь. Почти уверена, он тебя поймет.

– «Почти уверена» – это обнадеживает, – усмехнулась я и скрылась за дверью.

Несмотря на то что студентов на пути практически не встречалось, подниматься по центральной лестнице я не рискнула и воспользовалась боковой. Проход в нужную башню нашла довольно быстро, у дверей лежали фигурки дракона и цветы. Подумать только! Дался им этот Анир-р-р!

– Ну что, Твик, помогай.

Я достала улитку из кармана (ну не придумала я лучшего места, куда ее спрятать!) и поднесла к двери. Уговаривать магического моллюска не пришлось. Миг, и его нет.

– Начинаю понимать, почему однокурсники завидуют Заре, – пробормотала я и услышала щелчок.

Дверь приоткрылась, явив небольшую щелку, а Твик как ни в чем не бывало уже вернулся ко мне на ладонь.

– Какой ты умница, – похвалила я его и двинулась вперед.

Здесь располагалась еще одна лестница. Узкая, каменная, спиралью уходящая вверх.

Наверху дверь оказалась не заперта, и я беспрепятственно проникла в логово своего врага. Ну ладно, не так пафосно, но проникла.

Откровенно говоря, жилой (или обжитой) башня не выглядела. Вещей здесь было немного, и большинство из них явно не имело отношения к Аниру.

– Постоишь на шухере? – в шутку спросила я улитку, но тот как будто понял и воспринял всерьез. Исчез с руки и прилип к входной двери. Надо же…

Оставив удивление на потом, пошла осматривать владения полудракона. Стеллажи с книгами, рабочий стол, непонятного назначения громадное колесо на подставке, в противоположной стороне – большая кровать, шкаф и еще один стол, круглый и поменьше.

На вешалке рядом с кроватью висела мантия, почему-то голубая. Подобные предметы гардероба часто выбирали в соответствии с силой, и если Анир носил в себе дух огненной стихии существа…

– Неважно, – оборвала я себя и дотронулась до гладкой, чуть блестящей ткани. – Где же сумка?

Ни в шкафу, ни в пиджаке, небрежно наброшенном на спинку стула, ни в мантии верма не обнаружилось. Я вернулась к большому столу, перебрала лежавшие на нем свитки и разного рода мелочи – ничего. Ни на столе, ни под столом, ни возле него… Где же ийратова сумка?! Неужели таскает походную поклажу с собой?

Я двинулась обратно к кровати, но вдруг ощутила прохладное прикосновение. Твик! Едва дотронувшись до моей руки, он тут же исчез. Потом появился снова, еще раз и еще с молниеносной скоростью, пока я не поняла, что он, вероятно, хочет меня предупредить!

Только было уже поздно. Приближающиеся шаги я услышала и сама.

– Дохлый даг! Что же делать?

Дверь в ванную, кровать, шкаф… Я метнулась к окну, подергала и сумела открыть. Безрассудство? Безумие? Знали бы вы о моих скачках на лизапторах[4], когда у зверя завязаны глаза и магически придано ускорение, а гонка проходит в раскаленных песках, испещренных торчащими каменными глыбами. Вот где бушует кровь, а здесь… Тоже страшно, но не настолько.

Твик на мгновение прилип к шее и скользнул в вырез рубашки, а я наступила на карниз с той стороны окна. Башня круглая, и с одной из сторон к ней прилегает терраса. Ну почти прилегает. Надо только прикрыть за собой окно и отодвинуться туда, где меня скроет каменная стена. Но до чего же высоко! Ветер, будто нарочно такой сильный, норовит сбить…

– Ты принцесса или размазня?!

Осторожный шаг, еще один… Кладка тут уже не ровная, а с выемками. Может, подняться на площадку на крыше?

– И что, позволь узнать, ты тут делаешь? – раздалось рядом, отчего я вздрогнула, покачнулась и едва не упала.

Анир ухватил за талию и притянул к себе, лишь каким-то чудом удерживая равновесие на узком карнизе.

Я, он и внешняя сторона стены башни высоченного замка. Красота!

– Может, отпустишь? – пискнула я, чуть шевельнувшись. Но Анир держал крепко.

– Уверена? – спросил он, окидывая открывающиеся просторы взглядом.

– Здесь холодно, – сказала я и тут же почувствовала тепло. Оно от ладоней Анира волнами расходилось по всему телу, будоража и наполняя странным, необъяснимым восторгом.

Я замерла, прислушиваясь к ощущениям, и сама положила руку ему на плечо. Теперь и в мою ладонь от Анира будто потекла… сила?

Я подняла глаза, растерянная, удивленная, и утонула в яркой синеве. Внимательной, изучающей, таящей нечто такое, что и хотелось, и страшно было разглядеть.

– Мне пора. Я… нагулялась, – произнесла глухо.

– Ах вот что, ты гуляла. Прогуливалась вокруг моей башни. Снаружи.

– Здесь красивый вид, – отозвалась я и снова попыталась вывернуться из его объятий. – И все же он того не стоит.

Дракон приподнял брови, и я пояснила:

– Не хочу стать лепешкой, давай уже залезем внутрь.

– Значит, пугает высота? А говорила, у тебя магия воздуха. В тот раз, когда свалилась на меня с неба.

– Нет у меня магии! Ты сам так решил, а я не стала переубеждать. Идем!

– Еще и обманщица, – рассмеялся Анир и словно пушинку подхватил меня на руки. Стоя на узеньком карнизе!!!

– Ты ненормальный! – заорала я, а он только продолжил смеяться.

– Тут ты права, но остальным, кажется, нравится.

– Я не остальные! Пусти, ийратов драконище!

Прижимаясь к крепкой, пахнущей терпкой свежестью груди, я не сразу поняла, что ветер не завывает больше кругом, а под ногами уже не опасный камень, а обычный пол.

– Все хорошо, – шепнул драконище на ухо и, склонившись еще ниже, как будто обнюхал мою шею. – Не думал, что ты такая пугливая.

– Я и не пугливая, – отозвалась я, насупившись, по необъяснимой причине продолжая прижиматься к нему.

– И все-таки это было до невозможности глупо и опасно, – сказал он, очертя пальцами по контуру моего лица и чуть приподняв за подбородок.

– Мне пора, – опомнившись, дернулась я.

И Анир не стал удерживать. Только, когда я уже добежала до двери, окликнул:

– Постой! Хотя бы скажи, как тебя зовут?

– Тина, – на мгновение обернувшись, сказала я и понеслась вниз по лестнице.

На сегодня приключений с меня, кажется, хватит.

После обеда и последней лекции мы с Зарой пошли к коменданту за пустыми кристаллами, а заодно и формой, которую я до сих пор так и не получила. Замечаний по этому поводу мне никто не делал, но большинство студентов все же носили костюмы темно-синего цвета с серебристой отделкой и нашивками с символикой Первой королевской академии магии Айландера. К тому же я взяла с собой совсем немного вещей.

– Я хочу брюки, – заявила коменданту.

– Вашего размера у меня есть только юбки. Если так уж хотите брюки, идите на склад. Возможно, там вам даже выдадут желаемое.

Плестись на склад и тратить на это драгоценное время мне не хотелось, сумку, перекинутую через плечо, жег свиток учителя Зелта.

– Тебе пойдет юбка, можем ее слегка укоротить, – «добила» меня подруга, и я взяла что дают.

Весь следующий день я усиленно занималась и даже почти ничего не натворила. На артефакторике зен Рамчен, как и обещал, принес большой накопитель, на который я смотрела с плохо скрываемым вожделением. И сожалением, ибо понимала, что стащить его мне не удастся. Идти на серьезные проступки, которые в итоге могли обернуться большими неприятностями для родителей, даже ради общей благой цели я готова не была. А потому постаралась сделать возможное – перелить силу из кристалла Рамчена в мой куда более скромный. Увы, даже с десятой попытки мне это не удалось. Как, впрочем, и всем остальным. Преподаватель остался недоволен, в то время как большинство студентов, кажется, начали смиряться с неудачами. Даже Зара, всегда воодушевленная и уверенная, заметно расстроилась.

– Сама ведь говоришь, мы только в начале пути, – попыталась я ее взбодрить.

– Ага, – отозвалась она. – Но лучше бы они придумали что-то, что у нас получится! Надо поговорить с деканом.

– О-о, ну…

– Мне нужен результат, а не насмешки, – заявила она твердо.

О чем Зара говорила, я поняла уже в обед.

Мы успели расположиться за своим столиком, когда из оранжевого сектора к нам вышло трое огневиков. Два парня и девушка с рыжими, почти такими же яркими, как у мамы, волосами.

– Вас до сих пор не распустили по домам? Надо ж, – фыркнула она.

– Ладно, сердобольные дарии приглашают в Академию всякий сброд, но вы-то сами о чем думали? – поддержал ее один из парней. Худощавый и чуть сутулый и, судя по взгляду, неимоверно наглый.

– А вам заняться нечем? – спросила Зара и демонстративно наколола кусочек на вилку.

– Как знать… – протянул третий парень. Смазливый и потому особенно гадкий. – Говорят, твоя подружка идет завтра на отработку, а ты чем займешься? Не хочешь отработать у меня, цветик? Поговаривают, во время секса с настоящим магом даже пустышкам может перепасть магии. Хочешь попробовать?

– Будешь ты мараться об эту, – недовольно буркнула девица и отошла.

– А что? Может, она меня заводит, – еще ниже склонился парень и пропустил между пальцами прядь Зариных разноцветных волос.

Та со звоном положила вилку и пронзающим взглядом уставилась на огневика.

– Похоже, ты ей не нравишься, Крис, – усмехнулся сутулый.

– Отвали, Болт, утешь лучше Физку. Ну так что скажешь, цветик?

– Могу лишь тебя процитировать, – процедила Зара сквозь зубы. – Отвали.

– Ай-яй-яй, как невежливо. Манерам мы тоже поучимся, в процессе.

И этот мерзавец быстрым движением провел своим слюнявым языком по ее щеке. Фу-у!

Зара вскочила, явно намереваясь его ударить. Но названный Крисом перехватил ее руку и завел за спину, прижимая теперь Зару спиной к себе.

– Отпусти! – тоже вскочив, грозно воскликнула я.

– Какой темперамент, жаль, он не подкреплен даже крупицей магии, – усмехнулся тот, продолжая лапать Зару.

Наверное, Зара справилась бы и сама. Вероятно, подобное происходило не в первый раз. Наверное. Но я не могла похвастаться той холодной невозмутимостью, с которой подруга терпела издевательства. Внутри разгорался настоящий пожар из праведного гнева и жгущей ненависти ко всем выскочкам вроде этого Криса. Он маг и думает, что ему все позволено!

Я зарычала, глухо, по-звериному, и словно бы вслед за этим рыком что-то заклубилось передо мной, вспыхнуло и опалило совсем не мужественно взвизгнувшего огневика. Опалило! Огневика!

– Что за… – начал его дружок, но у него на носу неожиданно появился Твик. Затем переметнулся на Криса, скользнул по его лицу и исчез.

– Это… Как…

– Может, у меня и нет ни крупицы магии, зато она есть у моей улитки, – гордо заявила Зара и, передернув плечами, зашагала на выход.

– Твик и так может? – в полнейшем изумлении спросила я, ее догоняя.

На мгновение притормозив, Зара одарила меня таким взглядом, что я разом осознала всю свою глупость.

– Им будет о чем посплетничать, – хмыкнула она. – Пусть считают, что у меня не скоростная пустынная улитка в питомцах, а полноценный магический страж с неисчерпаемым запасом коварных навыков.

– Да уж, вышло эффектно, – пробормотала я задумчиво.

– Не поспоришь, ты поколебала уверенность в своих силах этого выскочки.

– Зара, я… сама не знаю, как это вышло, честно.

– Я бы на твоем месте не была так уж уверена, что у тебя нет магии. В стенах из трафка даже Крису нечем было тебе ответить.

– Поверь, меня проверяли всеми доступными способами. Я бездарна, полностью.

Зара удивленно вскинула брови, а я поняла, что сболтнула лишнего. Нанять мага даже для одной комплексной проверки на зачатки дара позволить себе могли далеко не все.

– Как скажешь, подруга, однако же с тех пор, похоже, многое изменилось.

Что ответить на это я не нашлась. Происходящее все больше выходило за рамки привычного и доступного моему пониманию. Ладно, зелья и заклятия, я уже готова была поверить в вероятность призвать магию подобным образом, но в столовой я не делала ничего такого! Откуда же взялась та оранжевая дымка, сумевшая подпалить волосы огнестойкому магу той же стихии?!

До конца дня больше ничего интересного не произошло, чему я, откровенно говоря, была рада. Дождавшись сумерек, я побросала учебники и наконец сделала то, чего давно хотела, – отправилась спать! Конечно, во дворце мне не позволяли лениться, и мой график был порой куда напряженнее, но в последнее время я несколько от него отвыкла. Всеми способами избегая большинства скучных официальных мероприятий, я все реже появлялась во дворце. Спасибо папе, который не только покрывал меня в подобных отлучках, но и позволил, закончив основную программу, взять перерыв в обучении с наставниками. Так что первая неделя в Академии порядком меня утомила. Не столько физически, сколько самим ненавистным ощущением необходимости делать что-то по строгому расписанию.

И вот наступил мой первый выходной! Я решила не тратить его на поездку к родителям. Конечно, там у меня было бы больше возможностей раздобыть еще один накопитель, но, с другой стороны, это стало бы лишь временным и при этом довольно-таки рискованным решением проблемы. Не говоря о том, что пользоваться привилегиями королевской особы я сейчас не могла (да и не хотела!), а без портала добраться из Талисии в Скиру моментально не получилось бы. Ну, а может, дело было просто в том, что я задумала кое-что иное.

Я слышала, как восторженно шептались девчонки о прекрасном Анире, собственноручно оседлавшем крылатого ийрата и куда-то улетевшем. Они даже мечтали разыскать его в Талисии. Только вот я сомневалась, что дракон наведается в местный трактир или лавку; куда вероятнее, что он улетел намного дальше. И это хорошо.

Зара и Ерик собирались на турнир в одну из комнат отдыха, специально оборудованную под различные вариации игр. Встроенные кристаллы создавали весьма достоверные иллюзии, и студенты могли позабавить себя, соревнуясь на ловкость или проходя квест со множеством загадок. Выйти из зачарованного пространства комнаты в таком случае можно было, только пройдя их все. Причем поговаривали, что замок сам, без участия магов, порой менял правила и условия прохождения заданий и даже как будто увеличивал для этих забав комнату в размерах, а то и существенно перестраивал. В подобное я не верила. Скорее всего, в запале игры студентам казалось то, чего в действительности не было.

– Мы разбиваемся на команды, где не важно, с какого ты курса и факультета, магией пользоваться все равно нельзя! – объясняла Зара. – Да и не получится: там действует только сила, заключенная в кристаллы. Условия равные для всех!

– Пойдем с нами! В команду Алта давно просится девчонка с моего потока, а они взять ее не могут. А так мы возьмем тебя, и число игроков сравняется! – позвал меня Ерик.

– Тебе понравится, отвечаю! – поддержала его Зара. – Такое просто не может не понравиться!

– Верю! И звучит очень заманчиво, но… В следующий раз обязательно пойду с вами, а пока я и так засиделась в этих стенах, – сказала я, намекая на длительную прогулку где-нибудь по Талисии, но и не обманывая прямо.

Друзья поверили, а вот замок на мои слова, похоже, обиделся…

От учителя Зелта я сразу направилась к себе, справедливо полагая, что начать упражняться можно и завтра. И вообще! Так ли уж это необходимо? Да, эффект от наших контактов мне нравился, но совсем не нравилось терять голову!

Зара пару секунд сверлила меня пытливым взглядом, а потом выдала:

– Цела, недовольна, взбудоражена. Где же ты была?! Мы с Твиком всю Академию оббегали!

– Прости. Я застряла в хранилище артефактов. И самое обидное, я даже не сама туда залезла! Вот уж не думала, что все байки об этом замке правдивы.

– Замок завел? Ничего себе. Кару с целительского вчера в комнате отдыха водой окатило, прямо из потолка! Странно все это. Кстати, о странностях. Что у тебя там?

– Где? – спросила я и услышала стук.

– Ничего такого быть не должно, – пробормотала я и с опаской потянулась к слегка подпрыгивающей шкатулке.

– Может, не надо? – услышала тихое и тут же отдернула руку, вопросительно глянув на подругу. – Шучу я.

– Это тоже твоя шуточка?

– Не-а. Но интересно жутко.

– Ладно, – вздохнула я и приоткрыла крышку.

Камень, тот, что я недавно подобрала в саду, подозрительно сиял золотым светом и сам собой шевелился. Опасным он не казался, и я взяла его в руку. Раздался треск, и по «камню» стремительно поползла трещина, а затем верхняя часть раскрошилась, явив нам малюсенькую ярко-рыжую змейку! Та покрутила головой, растопырила неожиданно большие уши и метнулась ко мне на ладонь.

– Э-э-э… О-о-о… Что это?!

– Судя по всему, не камень, а яйцо. Поздравляю!

– С чем? Зара, я же понятия не имею, что с ней делать!

– Ничего, по ходу разберешься. А сейчас пойдем ужинать, пока все самое вкусное не растащили.

– А… это?

– Ну посади пока эту малышку обратно в шкатулку.

– Она же там задохнется!

– А говорила, не справишься, – рассмеялась Зара. – Посади, значит, на шкатулку.

Я нерешительно кивнула, однако чешуйчатая крошка сползать с руки наотрез отказалась и для пущей убедительности крепко обвилась вокруг моего пальца.

– Хм, – выдала подруга и пошла к двери.

Делать было нечего, есть хотелось не только Заре. Стыдно признаться, но организм, успевший привыкнуть к питанию по часам, требовал своего.

– Я такими темпами ни в одно платье не влезу, – пробурчала я.

– Не видела у тебя ни одного платья, – заметила Зара с усмешкой.

– Ну да. Только это не повод, – нашлась я.

Когда мы вернулись, Твик тут же запрыгнул хозяйке на плечо, а моя (выходит, что теперь моя!) ушастая змейка скользнула с пальца и… метнулась к моллюску. Все произошло настолько стремительно, что, как оба они исчезли, мы даже не поняли.

– Занятно, – сказала Зара и принялась заниматься своими делами.

Я еще пару мгновений постояла в ступоре и тоже пошла к столу. Мне предстояло изучить темы пропущенных лекций и по возможности записи Зары. О странных питомцах забыла довольно быстро, но когда змейка вернулась прямо-таки излучающей довольство и заметно подросшей – насторожилась.

– Она же не… Где Твик?!

– Спокойствие. Тут он, – продемонстрировала подруга улитку, сидящую у нее на ладони. – Съесть его не так-то легко. Но вот твоя йаранка, похоже, действительно питается слизнями и прочей ползучей мелочью. Особенность чешуйчатых. Я где-то слышала, что даже драконы в их времена не брезговали слизняками и улитками, представляешь? Теми, что покрупнее, конечно.

– Б-р-р, – скривилась я. Аппетитными моллюски мне не казались, да и Твик глядел осуждающе. – Прости, я не нарочно, честно! Думала, это просто камень необычный. Я в него, кажется, магией попала, вот он и…

– Магией? – заинтересовалась подруга.

– Отрабатывала заклятие светлячка у Карийлы. А я на нее странно реагирую, сама знаешь.

– И не только на нее. Магии в тебе поразительно много для пустышки.

– Это не мое! Не я!

– Ну да, ну да, – усмехнулась Зара и протянула мне тетради: – Вот, наверстывай.

В течение следующей недели я получала послания от Лестора почти каждый день. И частенько Анир оказывался рядом. Я сердилась на него, на себя, а больше всего – на непутевого друга. Неужели трудно догадаться, что я не сижу целыми днями затворницей в комнате?! К тому же градус сообщений Лестора повышался с каждым разом. Конечно, с одной стороны, его недовольство было понятно. Я в самом деле занималась в последнее время совсем не тем, чем планировала, но и по-другому не могла! От тренировок с Аниром во мне действительно как будто росла магия. Магия! Я ощущала ее все более явственно, и чем чаще мы с ним взаимодействовали, тем дольше хватало эффекта. Зависимость от насмешливого, дразнящего лукавыми, подчас горячими взглядами дракона, которая против воли возникала, мне не нравилась, но… Это как наркотик, стало необходимо видеть его, касаться, смеяться над проделками ушастой йаранки, которая теперь регулярно била его своей электрической магией. Слегка, будто подшучивая. Сил сопротивляться этому оставалось все меньше. Что-то незримое прочно спаивало нас, превращая если не в пару, то в странный, пока непонятный, но взаимовыгодный тандем. От настоящей дружбы с драконищем удерживала всего пара вещей: 1) туманные воспоминания о собственной неприязни вкупе с неудовлетворенным желанием попасть на Землю; 2) злость. И второе многократно усилилось, когда Анир неожиданно объявил о конкурсе на место своего ассистента. Конкурсе!

Насколько я знала, ассистентов зены обычно выбирали среди старшекурсников или, на худой конец, лучших учеников на потоке. Придуманное же Аниром, возможно, и не было бы столь абсурдно, если бы не превратилось (тут же!) из учебного момента в конкурс красоты или, того гаже, отбор невест!

Я фыркала и в душе негодовала, девицы – готовили наряды и таскали из библиотеки книги с рецептами красоты. Хоть какая-то польза!

– Они все посходили с ума, определенно, – пробормотала я, глядя на несущуюся мимо стайку девушек, которые при виде идущего рядом со мной Анира дружно взвизгнули.

Анир хмыкнул, а я не выдержала:

– Зачем ты придумал эту чушь? Неужели так тешит подобное внимание?

– Элементы внеурочной деятельности для оживления процесса обучения, – заунывно протянул он и посмотрел, явно ожидая реакции.

– Сам придумал или кто подсказал?

– Тина, не понимаю причин столь ярой неприязни. Это не моя идея – распоряжение декана. Но не вижу ничего плохого.

– Декана? Ты серьезно?

– Особые условия требуют особых мер. Почему бы не попробовать новое? Раз уж цель настолько желанна, и результат может оказаться неожиданным. И полезным для пробуждения сил. К тому же выбрать из вас лучшего на глаз пока проблематично. Или считаешь иначе? – подмигнул он.

– Я? Мне плевать. Я в этом безумии принимать участие не собираюсь.

Ох, как же я ошибалась!

Не знаю, как это вышло: чья-то шутка или опять распоряжение декана, но я оказалась в числе претендентов, которым полагалось пройти испытания.

Конечно, я опять злилась! Собственная несдержанность раздражала, добавляя в топку бурлящих эмоций еще огонька.

– И чем провинилось несчастное дерево?

Сегодня мы тренировались на улице. Не в саду, а чуть в стороне от замка на небольшой полянке, окруженной деревьями и контуром кристаллов для безопасности случайных прохожих.

Тот самый огонь, что бушевал внутри, вырвался наружу и спалил невинное растение.

– У меня нет огня. Я – пустышка, забыл?

– Вопрос спорный, ты знаешь, но направила пламя в любом случае ты. Я же предупредил, что передаю контроль.

– Да? – вырвалось у меня.

– И где ты опять витаешь? – пробурчал Анир недовольно и вновь положил мою ладонь на свою, вытягивая руку вперед. – Направляй.

– Куда?

– В угольки, – хмыкнул он. – Теперь уже не жалко.

В «угольках» что-то мелькнуло, и я сбилась в самый неподходящий момент – в последний!

– Тина! – воскликнул Анир, загораживая меня от рикошетом летящего в нас пламени.

– Прости, – пискнула я. – Там что-то… Твик!

Улитка смазанной тенью метнулась вперед и нырнула Аниру за шиворот.

– М-м-м… – промычал нечленораздельно дракон и сложился пополам, когда вслед за улиткой к нему под рубашку нырнула моя йаранка.

– Эльза, стой! – завопила я.

– Эльза? – поднял на меня глаза дракон.

– Эм… Вырвалось.

Твик телепортировался, и ушастая, выскользнув из рукава Анира, понеслась за ним в кусты. А следом… побежал Анир.

– Куда? – С ладоней недодракона срывались голубые искры, и метил он, судя по всему, в одного из зверьков. – Что ты творишь?!

– М-м-м… – простонал он. – Не могу!

– Анир, ты спятил? – вконец растерялась я. – Ты же преподаватель! Возьми себя в руки.

– Не могу, он пахнет просто умопомрачительно, ты не представляешь.

– Твик? Великие духи! Хочешь сожрать улитку?!

Я понеслась за ненормальным в кусты, но моллюск с йаранкой, похоже, успели исчезнуть, и Анир резко затормозил. Так что я с разбегу впечаталась в его спину, а через мгновение вдруг оказалась прижатой к груди.

– Ты тоже… умопомрачительно, – выдал сумасшедший и… поцеловал!

Легкий шок сменился лавиной ощущений, которые яркими вспышками озаряли все внутри. Магия ли? Удовольствие от поцелуя? Обыкновенное помешательство? Не знаю, но эффект такого прикосновения был во сто крат сильнее всех прочих.

– Мы же договаривались… – выдохнула, с трудом отстраняясь.

– Мм?..

– Никаких поцелуев на тренировках.

– Ну у нас и не совсем тренировка, – ответил Анир, тряхнув головой и оглядываясь.

– Не делай так больше, – попросила тихо, а сама не могла больше думать ни о чем другом.

Из легких вырвался хриплый выдох, и между лопатками прострелило болью. Уже хорошо, по крайней мере я жива. Да и лежу на чем-то мягком, мало напоминающем пол в квест-комнате, лизаптор ее задери! И все-таки…

Осторожно приоткрыла глаза. Нежно-зеленые с золотистым узором стены, легкие занавеси на большом окне, тумба рядом с кроватью, стул и…

– Учитель Зелт?

Лазарет Академии, приятный и располагающий к выздоровлению, я узнала: мельком заглядывала сюда сразу после поступления из любопытства, но вот декана увидеть рядом со своей койкой никак не ожидала.

– Очнулась? Вот и чудно. Как себя чувствуешь?

– Эм… Нормально. А как я здесь оказалась?

– Во время финального испытания произошел сильный выброс магии в запечатанном пространстве, к тому же магически измененном. Ты находилась в самом эпицентре и… серьезно пострадала, Тина. Я ждал, когда ты очнешься, чтобы сообщить твоим родителям.

– Что? Родителям?! Нет-нет, учитель Зелт, прошу вас, это излишне, не стоит волновать их по пустякам!

– Тина, боюсь, случившееся не пустяки, – сказал он и многозначительно окинул меня взглядом.

Я внутренне подобралась и сконцентрировалась на собственных ощущениях. Между лопатками все еще немного саднило, в горле пересохло, но чувствовала я себя вполне сносно, ничего не болело и…

– Я не чувствую своих ног, – прошептала с ужасом. – Это… это навсегда?

– В туннеле произошел обвал, твоя спина пострадала, и на нижнюю часть туловища пока наложен обездвиживающий кокон. Это временная мера, чтобы облегчить процесс выздоровления, но гарантий относительно восстановления способности ходить лекари, к сожалению, не дают, – сказал учитель, глядя мне прямо в глаза.

– Не может быть… Никаких шансов?!

– Ну почему же никаких? – тепло улыбнувшись, произнес Зелт. – Я ведь сказал совсем не это. Но дело в том, что у магов регенерация протекает быстрее и, скажем так, надежнее. В твоем же случае… Внешней, даже истинно целительской, силы мало. Нужно все-таки вызывать родителей и более сильного целителя. Я должен сообщить им, Тина.

– Нет, не надо, – произнесла я как могла твердо. – Пожалуйста. Дайте мне хотя бы немного времени. Маме нельзя волноваться.

– Хорошо, – кивнул учитель. – Это против правил, и меня легко могут сместить с поста декана, – сказал он, почему-то усмехнувшись, – но я выполню твою просьбу. Два дня, Тина, не более. И… если ты достаточно хорошо себя чувствуешь, примешь еще посетителя?

Я не успела ответить или спросить «кого». Дверь в палату открылась, явив растрепанного и какого-то помятого дракона.

– Не отходил от двери, а прогнать его лекари не решились, – хмыкнул Зелт, поднимаясь.

– Здравствуй, – произнес Анир глухо, не двинувшись с места.

– Привет, – отозвалась я не менее глубокомысленно.

Учитель Зелт ушел, а Анир так и продолжал стоять в дверях.

Я кашлянула и, посмотрев на свои сложенные на одеяле руки, сказала:

– Испытания были не так уж плохи, мне почти понравилось.

– Тина, я… никак не мог подумать, что… Этого не должно было случиться!

– Так и будешь там стоять? – Я все-таки подняла на него глаза. – Сквозняк, знаешь ли, противопоказан выздоравливающим.

– Прости, – сказал он с таким чувством, будто извинялся совсем не за вымышленный сквозняк.

Потом быстро подошел к моей постели и, проигнорировав стул, стоящий с другой стороны, сел на самый краешек.

– Если бы я мог… – И коснулся моей руки.

Ни импульса, ни бурлящей силы, но от нежного, бережного тепла, что тут же потекло в меня, стало очень хорошо, безмятежно. А еще потянуло в сон.

– Посидишь со мной немного? – попросила я тихо и устроилась поудобнее, чуть сжав его руку, чтобы не вздумал отнимать.

– Конечно, Тина, – ответил он так же тихо.

И действительно не ушел. Когда проснулась в следующий раз, был уже вечер. Анир обнаружился сидящим прямо на полу, а его рука, судя по всему, продолжала держать мою. Только вот от резкого пробуждения и непривычных ощущений я дернулась, и ладонь дракона выскользнула. А я сама… Кажется, я хватала ртом воздух и никак не могла прийти в себя. Я не чувствовала ног, совсем. Спина и нижняя часть туловища словно онемели. Я знала, что это вроде как сделали специально, но успокоиться не получалось. Если я останусь калекой, это… это… это лишит меня всех надежд и стремлений!

– Тише, тише… Тина, ну же, мы что-нибудь придумаем! – запальчиво обещал Анир, гладя меня по волосам, касаясь лица и нежно, невесомо целуя пальцы. Даже не заметила, как он проснулся и подскочил ко мне. И почему все вокруг такое мокрое?..

– Я… Знаешь, мне вообще-то не свойственно разводить сырость, – выдохнула наконец.

Анир хмыкнул и неожиданно улыбнулся:

– Вот уж не сомневаюсь! Я успел тебя изучить.

– Неужели? – усмехнулась я.

В этот момент в комнату влетела голубая стрекоза и, зависнув у моего лица, начала рассыпаться, чтобы огласить послание. Несомненно, очередное гневное от Лестора. Недолго думая, я со всей силы хлопнула в ладоши прямо по вестнику. Тот распался в пыль, успев выдать только чуть искаженное мое имя. Надо же.

– Всегда хотела сделать это, – пояснила я, боясь смотреть на дракона.

Полагаю, мы оба в этот момент подумали о том, что не так уж хорошо Анир успел узнать меня. Впрочем, кажется, я сама уже не до конца понимаю, кто я и чего хочу…

Выходные прошли скучно. Первый я, как и положено, посвятила самоподготовке, сидела в библиотеке, готовила доклады, которыми сверх всякой меры нагрузили меня преподаватели. Наверстывать программу, конечно, нужно, но настроения эта необходимость не прибавляла. В остальное время я валялась в компании учебников на постели.

Зара отпросилась и уехала на оба дня к родным. Судя по ее мрачному виду, что-то случилось, но делиться со мной она не стала. А я не стала настаивать, решив расспросить ее по возвращении.

Начало учебной недели ознаменовалось возобновлением факультатива с Аниром, который снова значился в расписании, и… отсутствием Зары. Она не вернулась ни вечером накануне, ни утром. Я тревожилась, но ничего поделать не могла, как связаться с ней, я не знала. Разве что обратиться к декану. Я собиралась сделать это вечером, если подруга к тому времени так и не появится, однако после факультатива для разговора с учителем Зелтом появилась еще одна животрепещущая причина.

Анир, этот недодракон, назначил меня своей ассистенткой! Вот так запросто, не спросив и не предупредив, взял и объявил перед всей группой:

– Из-за несчастного случая, прервавшего финальное испытание, отбор не был завершен, однако я все еще нуждаюсь в ассистенте, а потому им станет рена Тина.

Я оторопела от такой наглости. А рядом не оказалось даже Зары, чтобы поддержать меня! Я вообще не записывалась на эти испытания и не хотела становиться ничьей ассистенткой. Тем более Анира!

Ядовитое шипение, раздавшееся отовсюду, и злобные взгляды одногруппниц подтверждали здравость этих желаний.

Прежде чем я успела что-то сказать, Анир добавил:

– По результатам пройденных испытаний рена Тина набрала наибольшее количество баллов. – Я приподнялась, но сказанное следом пригвоздило меня обратно к месту: – Ее кандидатура была одобрена деканом Зелтом. А теперь приступим к занятию. Сегодня мы разберем тактику уклонения от…

Я не слушала, совсем не могла сконцентрироваться. Возможно, в самом по себе статусе ассистентки нет ничего страшного. Возможно, любезные одногруппницы даже не прикопают меня в академическом саду, но больше всего было обидно чувствовать себя глупой и обманутой. Он с самого начала это решил! Записал меня против воли! И выходит, все дурацкие испытания были только видимостью. А ведь кто-нибудь мог погибнуть. Я могла остаться калекой! И пусть в том нет его прямой вины… Р-р-р… Ненавижу!

Все внутри меня кипело от ярости. Неправильной, ядовитой, возможно, не вполне оправданной. Но чем больше я себя накручивала, тем сложнее было остановиться.

Эльза, моя йаранка, напротив, как будто получала удовольствие. Она терлась об мою руку, чуть искрилась и едва не мурчала.

О том, что занятие закончилось, я поняла, увидев, как встают студенты. Поднялась следом, двинулась к выходу, но была остановлена:

– Рена Тина, останьтесь, нам стоит обсудить будущее сотрудничество.

«Нет, не надо!» – простонала я про себя и понуро направилась к столу преподавателя.

– Ты, кажется, не рада, – хмыкнул Анир.

– А должна? Мне это не нужно!

– Это считается почетным. И желанным. Обычно.

– Вот уж не сомневаюсь! Любой из них. – Я махнула рукой, будто в аудитории все еще толпились студентки. – Но почему я?!

– А почему нет? Ты ведь и сама понимаешь, что единственная, кто отлично подходит на эту роль, – ответил Анир спокойно, чем еще сильнее разозлил меня.

– Единственная? Какой прок в таком случае устраивать все эти псевдоиспытания? Эти девицы… Да они и так меня ненавидят из-за наших тренировок, едва меня не искалечили! О чем ты вообще думал?! Почему было просто не назначить ассистента и все?

– Подобного никто не мог предвидеть. – Он осекся и некоторое время удрученно молчал.

В самом деле, услышать от провидца такое было странно. На мгновение меня даже пронзила неожиданная тоска. Словно это я потеряла нечто важное, но Анир продолжил все о том же:

– И ты согласилась бы?

– Нет! – воскликнула я. – Я не для того сюда поступала!

– А для чего, Тина? Для чего? – напирал Анир. – Чего хочет от тебя тот парень, что забрасывает вестниками?

– Вот только не надо приплетать Лестора, ты понятия не имеешь… – вскипела я и резко замолкла. – Это не твое дело, – добавила чуть позже как можно более сухо и отвернулась. – Я не желаю во всем этом участвовать. Все эти тренировки, факультативы, хватит.

– А мне казалось, тебе нравится магия, – сказал Анир, обойдя меня и вынуждая на себя посмотреть. – Те возможности, что предлагает бурлящая сила. Многое ли останется у тебя без наших тренировок?

– Вот так, да? Что ты возомнил о себе, драконище?! Полагаешь себя благородным, одаривающим сирую и убогую меня? Так вот напомню: я не настаивала на этих ийратовых тренировках. Катись вместе со своей магией!

Я рванула к двери, задела Анира плечом, и он, то ли желая удержать, то ли придержать, чтобы не упала, коснулся меня.

Эльзе это не понравилось. Йаранка со всей силы долбанула его током. Анир ахнул, переменился в лице и… ударил магией! Волна голубого полупрозрачного пламени задела меня, заставив вскрикнуть от боли и ужаса. Я устояла на ногах и, кажется, даже не сильно пострадала, но тот ореол силы, что расходился сейчас от дракона, был враждебным. Таким, каким я никогда его не ощущала прежде и не подозревала даже.

Я вскинула глаза и столкнулась взглядом с неестественно ярко-голубыми глазами Анира. С вытянутыми зрачками!

Страх буквально сковал. Все это время я находилась бок о бок с чудовищем! С существом, способным испепелить в одно мгновение.

Таким я дракона не знала. И не хотела больше знать.

Я опять рванула и, на этот раз моментально достигнув двери, выскользнула в коридор.

– Прости, – донеслось тихое мне вслед.

Когда мы добрались до нашей комнаты, Лестора и Ерика в ней, к счастью, уже не было. Я не успела подумать о том, что скажу подруге про Лестора, но сейчас в любом случае было неподходящее для знакомства время.

– Душ? Отдохнуть? Или поесть? Если не пойдем на ужин прямо сейчас, наверное, опоздаем.

– Идти на ужин нам точно ни к чему, поверь, – усмехнулась Зара. – А вот первые два пункта мне необходимы.

– Как скажешь, – улыбнулась я в ответ.

Зара выглядела усталой, даже измученной, но до чего приятно было на нее смотреть! Сложно поверить, но я в самом деле соскучилась по подруге. Своей первой подруге!

Когда Зара привела себя в порядок, она села на кровать, вздохнула и произнесла:

– Грядет что-то жуткое, Тина. Можно не верить и отмахиваться, можно думать, что это мелкие неприятности отдельно взятой деревеньки, но я нутром чую – не в этом дело!

– Великие духи, о чем ты?

– Наша деревня довольно далеко отсюда, почти у западных границ заброшенных земель. Возможно, ты знаешь – там не бывают даже кочевники.

– Называют окрестности вулкана гиблыми местами.

– Именно. И думаю, неспроста. Поговаривают даже, что в древности где-то там происходило знаменитое сражение с оступившимся Санумом – одним из двенадцати великих, что предал других и убил дракона.

– Об этом я не слышала. В смысле, о том, что это было на западе.

– Не так важно, что было тогда, – отмахнулась подруга. – А вот сейчас… Из ближайших к нашей деревень пропадают люди. Старосты настраивают земледельцев друг против друга. Когда я приехала, едва не попала под удар, пробираясь домой!

– Ужас какой…

– Да. Только вот пропавшие есть в каждой деревне. В основном молодые, но ничем не примечательные девушки и юноши. Совсем простые, одаренных хотя бы чуточку среди них нет.

– Зара, не знаю, что сказать. Об этом нужно сообщить во дворец!

– Приезжали маги, двое. Ничего толком не сказали, но я слышала, как они обсуждали между собой темный шлейф и колебания по всем западным областям, которые расползаются все дальше! Что-то грядет, Тина, что-то нехорошее.

– Мама рассказывала… – начала я и осеклась. – То есть… Я слышала, было время, когда его возвращения ожидали. Того…

– Санума?

– Зара! У нас не принято произносить это имя вслух, он недостоин…

– Знаю-знаю, но мне так проще, не кипятись.

– Столько лет прошло. Думаешь, это может быть как-то связано с теми опасениями?

– Не знаю, Тина, но мне все это не нравится. Я даже хотела остаться дома, но магиня из меня никакая, сама понимаешь, и меня отослали. Мол, если доучусь – может, и толку с меня будет больше. Да и кормить лишний рот надобности нет, – усмехнулась она грустно, но тут же, задорно хмыкнув, полезла в дорожную сумку: – Но на сборы меня в дорогу щедрости у папаши хватило. Так что живем!

Съестного у Зары и вправду оказалось немало. В итоге мы плотно и довольно вкусно поужинали прямо в комнате.

Ели молча. Зара, рассказав обо всем случившемся, заметно выдохлась и приуныла. Я обдумывала услышанное и тоже не находила поводов для радости. Вестник от родителей, дополнительный набор в Академию, жутковатые странности на западе. Чего еще ждать? И что все это вместе означает?

Возвращения того самого древнего мага Санума действительно когда-то ждали. Вроде бы его возрождение предрекал сам учитель Зелт. Он, конечно, не пророк и даже не провидец, но по стечению обстоятельств единственный ныне живущий маг из того времени. Одно это удивительно само по себе, но если предположить, что возрождение возможно… Пророчество сбылось, когда-то утерянная магия Орта стала возвращаться, Зелт тревожился и ждал неприятностей от древнего зла, но ничего существенного так и не произошло!

Я сдавила виски руками и пожалела о том, что так преступно мало интересовалась подробностями древнейшей истории и даже историей приключений собственной матери! В детстве – да, но тогда я воспринимала все это красивой, чуть пугающей сказкой, а потом… потом я возненавидела Анира и отрезала себя от всего, что вызывало гнев и сожаление. Похоже, все-таки зря.

Ложась спать, твердо вознамерилась при первой же встрече серьезно поговорить с родителями и выяснить все. И о далеком прошлом, и о возможном будущем. В конце концов, им точно известно больше, чем мне!

Вот так. Оказалось, в башне есть потайная комната, которую я не нашла раньше, когда обыскивала владения дракона в поисках своего верма. Он все-таки прихватил его! И, по всей видимости, до сих пор не понял, что это. Все весьма удачно… Кроме того, что он остался там совсем один и корит теперь себя во всех грехах. Поверить в то, что он действительно собирался убить Лестора, никак не получалось. Лестор, конечно, сам виноват, я, пожалуй, тоже взбесилась бы, но чтобы убивать? Нет, не может быть. Однако Анир, судя по всему, так не думает…

Я ходила из стороны в сторону и морщилась от осознания того, что Аниру тоже тяжело, он не просил этой силы (по крайней мере, в таком буйном ее виде) и страшится того, что может с нею не совладать. Еще бы! Эти звериные зрачки, чешуйки… Да у него едва не вырос хвост!

Я замерла, внезапно вспомнив, что обещала Аниру поговорить с учителем Зелтом.

– Духи! Надеюсь, за это время у него в самом деле не вырос хвост, – пробормотала я и бросилась к кабинету декана.

Учитель выслушал мой сбивчивый пересказ случившегося молча. Затем очень пристально заглянул в глаза, кивнул и поднялся с кресла.

– Я не волен принуждать тебя, но дам совет: отринь обиды, сомнения и страхи и слушай сердце. Так, как ты сделала это сегодня. И… благодарю тебя.

Он снова кивнул и вышел, оставив меня в собственном кабинете в одиночестве.

Тина

Йаранка, эта ушастая проказница, как оказалось, преспокойно ждала меня в комнате.

– И зачем только пошла за тобой? – спросила ее я, плюхаясь на кровать.

Эмоции все еще бушевали, и успокоиться никак не получалось. Что это было? Движения, плавные, осторожные, дразнящие. Словно и не бой вовсе, а… Разговор. Призыв. Магия.

Застонав, я откинулась назад и какое-то время глупо таращилась в потолок, видя при этом вовсе не белую штукатурку. Видела его глаза, обжигающие и ласкающие взглядом одновременно. Видела губы, которые…

– Так, хватит!

Я поднялась и заставила себя пойти в ванную. Зара вернулась уже после того, как я вышла.

– А как же этот… комендантский час? – спросила я с ухмылкой.

– Ай, – отмахнулась подруга. – К Ерику сосед не вовремя вернулся.

– О, то есть если бы не… Нет, не хочу знать!

Зара засмеялась и вдруг обняла меня.

– Он, понимаешь, он… Мне так хорошо с ним, что самой удивительно.

– Я очень за вас рада! – сказала я, широко улыбнувшись, и наконец отправилась спать.

А рано утром, еще до завтрака, в дверь постучали и доставили послание от учителя Зелта. Не вызов к нему в кабинет, а именно письмо.

Проводив посыльного недоуменным взглядом, я вскрыла конверт.

– Что случилось? – спросила Зара, вероятно, через какое-то время. Я будто отключилась и не замечала ничего вокруг.

– А? – повернулась к подруге.

– На тебе лица нет.

– Нет, я просто… удивлена. Не знаю даже. Учитель Зелт, он уехал, представляешь? Сегодня должны объявить о временном заместителе декана и все такое.

– Он тебе сам написал, что ли? – изумилась подруга, подходя ближе.

– Ну… Тут еще кое-что. – Зара понимающе замерла и не стала заглядывать в бумагу. – Пойдем на завтрак, а?

Зара хмыкнула и неожиданно выдала:

– Тина, ты и учитель Зелт? Нет, такого даже я не ожидала!

Я легонько ударила шутницу в плечо и, скомкав письмо, направилась к двери. Пока шли, я смеялась над подтруниваниями подруги, а сама думала о том, что прочитала в письме. Учитель Зелт просил меня не отказываться от должности ассистента Анира и наших с ним индивидуальных тренировок. Говорил о том, что нам взаимовыгодно понять достигаемый ими эффект. Что это – шанс для меня пробудить магию. И звучало это уж больно заманчиво, хоть и подозрительно. Почему-то казалось, Зелт знает куда больше, чем говорит.

Неопределенность происходящего и ощутимая тяга к магии Анира изматывали, и я, несмотря на все «но», хотела разобраться и, в общем-то, собиралась согласиться. Однако на пути к этому оставалась одна ощутимая преграда – Лестор.

И то, что он действительно преграда, подтвердилось буквально в тот же день.

После основных занятий в расписании значилась тренировка у Анира, по сути переставшая быть факультативом, а потому идти пришлось всем. И нам с Лестором тоже.

Я вполне допускала, что аудитория окажется пустой, ведь, несмотря на письмо Зелта, сам Анир так и не сказал, что собирается делать. Однако дракон сумел удивить. На двери действительно пустой аудитории висела записка с приглашением последовать на полигон.

«Точно, он ведь что-то говорил про полигон», – подумала я и услышала язвительный комментарий Лестора:

– Учеба здесь все больше напоминает фарс.

– Зачем же ты…

– …явился сюда? – продолжил он за меня. – Уж точно не за этим! Впрочем, это может быть даже забавно.

– Только не надо опять злить его. Он все-таки преподаватель.

– Опять? Да я еще и не начинал, – усмехнулся Лестор.

– Я тебя прошу, просто не надо!

– Неужели боишься выговора? – Лестор все еще говорил с усмешкой, но глаза его источали холод. – Не стоит, принцесса, скоро все изменится.

Что он имел в виду, я не узнала. Анир встретил нас на полигоне и сразу перешел к делу: кратко рассказал о том, что предстоит делать, и для демонстрации приемов, которые нам нужно было отрабатывать в парах, вызвал меня. Ничего особенного, учитывая, что я все еще числилась его ассистентом (ну или того, что мы уже успели потренироваться в спарринге). Только вот Лестор был другого мнения на этот счет.

– И что толку нам смотреть на ваши обжимания со студентками? – спросил он с вызовом. – Боитесь руки замарать, зен дракон?

Анир скрипнул зубами и, посмотрев на меня, скомандовал:

– Основная позиция. Нападай!

Я действовала не задумываясь.

Стойка, замах, поворот.

Кра-чна – не просто техника боя, это искусство, в котором точность движений сочетается с тонким чувствованием противника, предугадыванием его действий и перенаправлении его атак против него же самого. И что важно – несмотря на существование магических комбинаций, в основе своей она не требует применения магии. Я всегда считала это неоспоримым ее преимуществом, однако с Аниром не выходило «как обычно». Никогда.

В какой-то момент над нами взметнулись искры, и Анир резко прервал бой.

– Благодарю, – поклонился он мне и обратился к группе: – Как многие из вас знакомы с этой техникой?

Студенты отвечали невпопад, и Анир велел разбиться на три группы: практикующие, начинающие и незнакомые с кра-чна.

Лестор не двинулся с места и остался стоять рядом со мной. Я пыталась его образумить, зная, что кра-чна он никогда не практиковал, однако…

– Не дергайся. Играть по его правилам я не намерен, – сказал он и притянул меня к себе, делая ровно то, в чем еще недавно обвинял Анира, – нагло лапая.

– Это просто урок! И твоя техника «набей морду» здесь не уместна, – шикнула я.

– Да ладно, принцесса, – хмыкнул он. – Моя техника уместна везде!

И чуть отстранился, якобы принимая стойку.

Первое время Анир будто нарочно не смотрел на нас, уделяя внимание другим парам. А Лестор все больше переходил границы. Шутливо напрыгивал, перехватывал со спины рукой и прижимал к себе, наклонялся и даже пытался поцеловать! До тех самых пор, пока неподалеку не раздался отчетливый рык.

– Что-то не так, «профессор»? – язвительно произнес Лестор, поворачиваясь.

– Если это все, на что вы способны в кра-чна, то прошу вас присоединиться к группе не обученных этой технике или удалиться с полигона, – холодно ответил Анир и позвал меня.

– Не вздумай, – процедил Лестор мне на ухо и, заслоняя собой, выступил вперед.

– Мне не потребуется никакая особая техника, чтобы объяснить тебе, дракон недоделанный, чья она девушка.

Я замерла, ожидая взрыва и не представляя, что предпринять. Однако Анир выглядел невозмутимым. Злым, конечно, но на удивление сдержанным.

– Что ж, прекрасно, – произнес он. – Бой с соперником, не владеющим в равной степени приемами кра-чна и самоконтролем, – лучший пример ее эффективности. Прошу.

Студенты разошлись в стороны, освобождая место, а Лестор, усмехнувшись, вышел к Аниру. И ударил первым. Вернее, хотел ударить, но Анир этого не позволил. И все же Лестор не был так уж прост. Да, он подначивал, старался разозлить и не владел кра-чна, но опыта в уличных драках и стычках без магии у него было хоть отбавляй.

Разворот, удар ногой – нет касания.

Лестор атаковал снова, но Анир юрко кружил рядом: стойка на руках, колесо, прыжок. Лестор злился, я видела его драки, он стремился сократить дистанцию, сделать захват, повалить. Анир же будто играл. Движения ловкие, неуловимые, в них трудно распознать угрозу. Еще одно колесо, стойка на руках, и мощный стремительный бросок, и удар. Лестор пошатнулся и зарычал, кинулся вперед, снова напролом. Бесполезно!

– Эти танцульки не помогут тебе, если в тебя ударят магией или чем-то получше. Тем, что подчиняется любому.

Я не поняла, о чем он. Анир молчал, но вокруг него начинали взлетать оранжевые искры. Нехорошо.

– Мужчины так не дерутся! Ты юлишь как девчонка! Впрочем, может, так оно и есть? Это все, что ты можешь?!

Искр становилось больше. Анир перескочил с ноги на ногу, стремительно повернулся – я знала, что будет дальше, видела этот прием на тренировке. Еще немного, и Лестор будет валяться в нескольких метрах отсюда.

Лестор как будто догадался о том же, кинулся вперед. Анир блокировал его атаку, но сбился с маневра, сделал захват, затем оттолкнул Лестора.

– Таким, как ты, все достается легко, но вы ничем не лучше, и так не будет всегда! А, провидец, чего ты молчишь? Ах да, ты же не провидец уже вовсе!

Лестор запыхался и вспотел, его слегка шатало, но усмешка не сходила с губ.

– Прекрати! – крикнула я.

– Не лезь! С тобой я поговорю позже, – бросил он, хотя я даже не надеялась, что услышит.

Дракон услышал тоже, прожег меня взглядом. Потом посмотрел на Лестора снова, скривился. А я почему-то почувствовала себя грязной. Увидела сжатые в кулаки ладони и рвущееся из них пламя. Буквально почувствовала разбушевавшегося внутри Анира дракона. Я не боялась его больше (разозленного Анира и то, пожалуй, опасалась больше), но ощущала потоки исходящей от него ярости. Самоконтроль Анира трещал по швам, Лестор добился-таки своего!

– Ваши руки! – сказал кто-то.

– На этом все, – скупо бросил Анир и сделал шаг назад. – Магия. Нам еще рано.

Он развернулся и быстро, еще раньше, чем я успела как-то среагировать, ушел с полигона.

– И все? Это все?! – не унимался Лестор, разводя руками.

– Да сколько можно?! – рыкнула я, отыскивая удаляющуюся спину дракона взглядом. Потом подхватила с земли брошенную им куртку и на правах ассистента заявила: – Тренировка окончена, расходимся!

Отойдя, заметила забытые кем-то вещи и подняла их тоже, окликнула разбредающихся студентов.

– Тебе помочь? – хмыкнул Лестор.

– Ты натворил достаточно! – прорычала в ответ. – Не понимаю, затем ты это устроил, а? Я же тебя просила!

– Не ерепенься. Я говорил только чистую правду об этом выскочке, разве нет? Забыла, что он…

– Поговорим позже, – оборвала его зло и выставила вперед руку, когда тот захотел подойти.

Лестор усмехнулся, развел руки и даже отступил на шаг.

– Спокойно, принцесса. Позже так позже.

Я развернулась и поспешила прочь, и он в самом деле не пытался меня остановить. Как будто даже не злился.

«Вообще не понимаю, что происходит?!» – возмущалась я про себя, а перед глазами стояла затхлая каморка и скрючившийся на полу дракон.

Проходя мимо Зары, пожала плечами и потрясла курткой Анира и чьей-то рубашкой.

– Понимаешь теперь, почему я не хотела этой должности? Не занятия, а сплошное сумасшествие.

Тина

Побежав наверх вперед дракона, я, конечно, преследовала определенную цель: мой верм все еще оставался в потайной комнате в башне. Только, кажется, я перестаралась и дала ему повод думать, что я… заигрываю?

Анир не побежал следом, но его медленное и неотвратимое приближение тревожило. Нет, скорее, волновало и будоражило. Было в этом нечто первобытное, распаляющее.

Я наугад толкнула казавшуюся запертой дверь и прошмыгнула в башню. Успею ли? Вспомнить бы еще, где именно эта потайная дверь?.. Увы.

– И зачем ты все-таки пошла за мной? – спросили от двери.

Анир прислонился к стене и внимательно, изучающе глядел на меня.

– Отдать куртку? – предположила я.

Дракон хмыкнул и двинулся ко мне. Инстинктивно отступила назад. Глупо! В конце концов, ведь пришла сама, чего же теперь боюсь?

Расправила плечи и, задрав подбородок, посмотрела на него строго.

– Я думала, тебе плохо, нужна моя помощь, – ответила честно. – Но, кажется, ошиблась, а значит, пойду.

Осторожными маленькими шажками направилась к двери, не отрывая глаз от Анира. Как бы его обойти?

– Он действительно вывел меня из равновесия, этот твой Лекс, – сказал дракон, преграждая мне дорогу. – И я рад, что ты пришла.

Сглотнула и замерла. Внутри было странно: я поняла, что Анир считает Лестора моим парнем. Впрочем, не так ли считает и сам Лестор? А я сама? Ведь совсем недавно именно о таком статусе я мечтала. Что изменилось? И почему теперь с замиранием перевожу взгляд на губы совершенно другого мужчины, вспоминаю ту лавину, что накрывает меня, когда он целует, и желаю, чтобы он сделал это снова? Ведь желаю?

Я уже хотела было отступить, но Анир коснулся моей щеки, невесомо провел по контуру лица, спустился к шее.

– Не убегай. Знаю, что напугал тебя в тот раз. Я и сам испугался! Но ты пришла, значит, простила? Часть меня хочет, чтобы ты держалась подальше и была в безопасности, но другая… Я буду осторожен, – очень тихо добавил он. – Попробуем снова?

Кивнула, толком уже и сама не зная, чему именно. Анир улыбнулся и чуть отошел.

– Занятия будем проводить здесь.

– Что?

Туман из головы никак не желал уходить.

– Мало ли, незачем лишним глазам видеть всплески силы. Особенно некоторым.

– Анир, Лекс, он… Просто мы давно знакомы.

Не знаю, зачем сказала это, почему чувствовала себя виноватой?

Анир хмыкнул и вдруг ухватил меня за руку, развернул и притянул спиной к себе.

– Чувствуешь что-нибудь?

– Анир, ты издеваешься? – еле выдавила я, безуспешно пытаясь унять сбившееся дыхание.

– Тише. Призови пламя, только не резко, мебель все-таки казенная, а тихо и осторожно, пусть оно подчинится и просто покажется. Сможешь?

– Сомневаюсь, – пробормотала я, совсем не ожидавшая подвоха в виде незамедлительной тренировки.

– А я уверен, что сможешь, сконцентрируйся, – шепнул он мне на ухо, проводя пальцами по руке вниз.

Да уж, сконцентрируешься так!

– Анир…

Кажется, мой голос дрожал. И кажется, я собиралась заверить его, что не смогу, но… Будто вслед за прикосновением дракона, по руке потекла сила. Не обжигающая – теплая, податливая. Она пощекотала ладонь и выпорхнула наружу копной оранжевых искр.

– Невероятно, – выдохнула я.

– Действительно, – так же тихо ответил Анир и развернул меня к себе.

Он снова дотронулся до моего лица и, не встретив сопротивления, взял его обеими ладонями, чуть подтянул к себе и на мгновение замер, как бы спрашивая, можно ли продолжать? И я… Нет, конечно, ничего не сказала, лишь невольно облизала губы, тем самым давая исчерпывающий ответ.

Анир склонился и прикоснулся к моим губам, заставив тут же забыть, где я и что тут делаю. Внутри кружил водоворот ощущений, который затягивал все глубже, будто сливал меня воедино с этим несносным, невозможным полудраконом. Я обвила его шею руками и сама подалась вперед, прижимаясь теснее, желая быть еще ближе, чувствовать его полнее. А затем резко отстранилась, как-то мгновенно приходя в себя.

– Странные у нас получаются тренировки, ты не находишь? – спросила я хрипло.

– Да, пожалуй, – чуть усмехнулся он и, пропустив пальцы сквозь мои волосы, притянул за затылок и снова поцеловал.

Они меня заперли. Заперли как преступницу! Конечно, если подумать… Нет, мне ведь даже не предъявили никаких обвинений, вообще ничего не сказали! Молча, нажимая на какие-то потайные ниши в стенах, отвели в ледяную каменную комнатушку и заперли!

А Лестор? Куда он делся? Проходы наверняка перекрыли по всей Академии. Сумел ли он выбраться? И как вообще он мог так поступить со мной? Оставить одну!

Когда с той стороны двери послышались сначала шаги, а затем и скрежет открываемого засова, я была почти уверена, что увижу его. Нашел, выкрутился, придумал… Но нет. В сопровождении моих конвоиров явился злющий Анир.

– О чем ты думала? – зашипел он, заходя.

– Почему сразу я? Я… Гуляю во сне! Очнулась, а тут стены сами собой движутся, грохот, суматоха. Я так испугалась.

– Испугалась? – прищурился дракон. – А ну-ка пойдем.

– Не положено, – пытался ему возразить патрульный, но, видимо, что-то такое прочел в его взгляде, что отступил.

– Тина, о тебе и так ходят не самые лучшие слухи среди преподавателей, – шипел Анир по дороге, – а ты продолжаешь влипать в неприятности! Что ты забыла в подземельях?!

– Ничего. Я же сказала, что гуляю во сне.

Анир резко остановился и, буквально нависнув надо мной, тихо спросил:

– Зачем?

– Что зачем? Зачем брожу? Это выходит случайно.

– Нет, Тина. Зачем ты пытаешься обмануть меня?

– Не понимаю, о чем ты, – пожала я плечами и отвернулась.

На душе было скверно. Я не хотела врать Аниру. Сама не знаю почему, но не хотела. Но и сказать правду ему не могла.

Анир привел меня в одну из комнат отдыха на втором этаже, закрыл дверь, усадил в кресло и встал напротив.

– Это не шутки и не детские шалости. Взломали хранилище, это серьезное преступление, которое не оставят без внимания. Тина, если ты что-то знаешь – расскажи. Я хочу помочь, но пока ты молчишь, не смогу этого сделать!

Я вздохнула и уставилась в стену.

– Повезло еще, что ректор Дангир в отъезде, а деканы не уполномочены принимать решения в таких случаях и будут ждать его возвращения, – добавил он устало и сел в другое кресло. – Тина…

– Я ничего не скажу. Ничего из того, что ты надеешься услышать.

– Надеюсь? Да я мечтаю услышать, что ты ни при чем! Только вот… Как тебе это удалось, а? Неужели за́мок опять сам открыл двери? Я бы, наверное, даже не удивился.

Я продолжала молчать. Анир тоже замолк, а потом встал со своего места и присел у моих ног.

– Я накричал, прости. Просто хочу помочь. Ты ведь помогаешь. Даже когда гоню, – он хмыкнул и коснулся моего лица, заправил прядь волос за ухо.

– Мне не нужна помощь, – едва слышно прошептала я. Просто чтобы что-то сказать.

– В самом деле? А вот мне так не кажется. Ты можешь довериться мне, Тина.

Яркие огоньки глаз смотрели с участием и теплотой. Рука сама потянулась, чтобы коснуться его лица в ответ. Анир придвинулся ближе, я наклонилась и… Мы снова целовались. Так упоительно, что я быстро забыла, где нахожусь и что происходит. Но коварный дракон не забыл. Отстранился и снова спросил, не хочу ли я разделить с ним свои тревоги и сложности.

– Анир! – возмутилась я.

– Ну ладно, – ответил он и помог мне подняться.

Мы вышли из комнаты и, взявшись за руки, куда-то пошли. Обдумывая случившееся, реакцию Анира и наш очередной поцелуй, я, признаться, не особенно следила за тем, куда именно мы идем. А потом…

– Ты серьезно?!

– Ты не оставила мне выбора, Тина, – заявил этот драконище и запер меня в той самой комнатушке, где я сидела до того!

Мама, конечно, очень обрадовалась. Оказывается, она и сама хотела позвать меня во дворец пораньше, чтобы успеть подготовиться к балу, но решила не отвлекать от учебы.

– Итан всегда замечает всякие мелочи, смены моего настроения, потаенные желания… – Она улыбалась и, казалось, уносилась мыслями куда-то далеко. – Ты поела? Готова к примерке?

Готова к примерке? К такому я никогда не готова, но согласно кивнула.

В малой гостиной нас ожидали всего двое – судя по всему, новая портниха и служанка.

– Я отослала пока подмастерьев, позовем их перед самым балом, – объяснила мама.

– Как скажешь, – не стала я возражать.

– Тогда начнем! Вот это жемчужное должно смотреться очень элегантно и тебе пойдет, – сказала мама, подходя к вешалке.

Я зажмурила глаза, распахнула, проверила люстры.

– Тина? Примеришь?

Я пожала плечами. Почему бы не примерить. Какая, собственно, разница, жемчужное или золотистое?

Однако мама, кажется, что-то заподозрила.

– Не нравится жемчужный? – спросила она, хмурясь.

– Нравится.

– Тогда фасон?

– Да нет же.

– Но что тогда? Не понимаю. Ладно, мы все равно приготовили два платья. На выбор. Шейла, доставай бирюзовое!

Портниха хитро блеснула глазами и сняла с другой вешалки…

– Бирюзовое, да? – спросила я, в шоке разглядывая ярко-красное платье. – И давно?

– Что «давно»? – не поняла мама.

– Давно оно бирюзовое?

Портниха прыснула, я осадила ее злым взглядом и подошла к маме, приобняла.

– Очевидно, дело в тебе, во мне или… в платье. Платьях. Может, кто-то их заколдовал?

– Хочешь сказать, оно не бирюзовое? – с совершенно растерянным выражением лица уточнила мама.

– Красное, – призналась я. И тут же добавила: – Красный мне тоже пойдет.

– Что ж, это многое объясняет, – вздохнула мама, окидывая взглядом гостиную. – И пожалуй, стоит вернуть Тензи. Итан ее, кажется, отослал?

– Угу, – кивнула я. – Это ерунда. Позовем папу?

– Давай, – согласилась она.

– Полагаю, обвинения с тебя сняты, но проверять, дошли ли сведения об этом в ректорат, мы, пожалуй, пока не будем, – заявил Анир, накидывая мне на голову капюшон.

– И как же тогда?

– Поживешь пока у меня в башне.

– Ты серьезно?

Я вдруг вспомнила сказки, земные, которые, смеясь, иногда пересказывала мама. В них частенько речь шла о всевозможных принцессах, а еще встречались башни и драконы. Смех так и рвался наружу.

– Тина, у них могут возникнуть вопросы, – осадил меня драконище серьезно. – К тому же ты даже не переодела платье. И… вот это все. – Он неопределенно взмахнул рукой.

– Образ принцессы, ты хочешь сказать. Да, что-то я сглупила.

– Ты растерялась. И, Тина, ты очень красивая, – сказал он проникновенно, запнулся и только после паузы добавил: – Но нам все же не стоит привлекать внимание.

– Конечно, ты прав. И… – Я замешкалась, но все же призналась: – Если ты думаешь, что та, обычная, Тина – это образ для моего инкогнито, то… Это не так. Та я куда более настоящая, чем куколка в пышном платье. Пусть и красивая.

– Тина, ты… Пойдем-ка.

Он взял меня за руку, видимо для надежности, и повел путем, которым обычно пользовался обслуживающий персонал Академии. А когда мы наконец поднялись, пропустил вперед, пометался немного из стороны в сторону и сказал:

– Если ты считаешь, что для меня имеют значения твои образы, то ты ошибаешься. Я не привык судить людей по их статусам и ролям. И, как мне кажется, успел узнать тебя. Да, может, я не знаю всех фактов твоей биографии и причин поступков, но я успел узнать, какая ты сама по себе. Я вижу тебя.

Анир подошел совсем близко и смотрел на меня. А я молча смотрела в ответ, переживая внутри настоящую бурю. Дракон, наверное, и сам не понимал, как затронул меня своими словами. Высказал то, к чему я так долго и упорно стремилась. И почему в конечном итоге связалась с Лестором и его компанией. Он ведь с самого начала знал, кто я такая. Заметил однажды выбирающейся из дворца и догадался, подловил, но не стал никому рассказывать, насмехался даже! Он принял меня как равную, меня саму, а не принцессу, никогда не расшаркивался, а видел, как я надеялась, суть. А я ценила его, настоящего друга, а не того, кого прельщает мой статус. Ценила и даже любила. Или все-таки нет?

Рядом с драконом мысли путались, меня будто магнитом тянуло к нему прикоснуться. Да и, наверное, нужно было что-то сказать? Хвала богам, не пришлось. Усмехнувшись (наверное, я выглядела глупо), Анир провел по моим волосам, коснулся шеи, наклонился так, что наши губы почти соприкоснулись, и… отступил.

– Что, впрочем, не отменяет того, что ты принцесса, – произнес он тихо и резко сменил тему: – Знаешь, куда ездил учитель Зелт? В Вардарбене была утечка информации из Гильдии Ходящих, взломали какой-то архив с документами о Земле и земных достижениях.

– Что?! – выдохнула я. – Ты издеваешься?

То есть простую девчонку Тину целовать было можно, а принцессу нет?

– Ты же не рассказываешь, Тина, – понял Анир мой вопрос по-своему. – А я должен тебя оберегать.

– Даже так? Ты что же, опять пытался меня подловить?! Я ничего не знаю про Вардарбен!

Как же я злилась на несносного недоящера. Я ведь думала, он поцелует. А он в очередной раз решил проверить мою реакцию!

– Тш-ш, принцесса. Ты слышала, что я сказал? Я собираюсь тебя оберегать. Не обвинять, а защищать.

Вдохнула, медленно выдохнула.

– Почему ты больше не злишься? – спросила я, насупившись.

– Решил сменить тактику, – усмехнулся Анир.

– И как? Работает?

– Посмотрим.

Он улыбнулся, приблизился и, готова поклясться, собирался коснуться! Только вот снова нахмурился, дернул головой и пошел к двери.

– Принесу тебе поесть, располагайся.

И как все это понимать?

Я бы спросила его, только Анир уже ушел.

Делать было нечего, в растерянности я походила по комнате, потом осмотрела захваченные из дворца вещи. Записи отца так и манили их изучить, а вот взятой одежды явно будет мало даже для непритязательной простолюдинки Тины.

Интересно, как много Аниру потребуется времени, чтобы раздобыть в такой час еды? Ужин, судя по всему, уже был, а значит, столовая закрыта.

Взгляд пробежался по стене, скользнул к двери и замер. Я в башне одна. Тихо напевая одну из мелодий, сыгранную музыкантами на балу, я двинулась вдоль стены. Внимательно вглядываясь во все шероховатости, я скользила пальцами по ее поверхности, временами надавливала и ощупывала. Я не была уверена, что достаточно простого прикосновения, но не могла не попробовать! В конце концов, если подумать, только ради этого я вообще поступила в Академию! Мысль эта буквально ослепила, а желание найти искомое сделалось таким неистовым, что замок, кажется, сдался. Очередное нажатие, щелчок, и в стене отворилась скрытая дверь. Есть!

Верм нашла почти сразу. Похоже, Анир его так и не заметил. Что ж, тем лучше.

Надолго оставаться в потайной комнатке не стала, ничего лишнего не утащила. Честное королевское! Прикрыла за собой дверь, побродила по башне и решила все-таки переодеться. Только вот… Не идти же ради этого обратно в каморку? Как вообще, Анир полагает, мы будем жить вместе? Не могу же я стягивать бальное платье там, куда он может войти в любой момент. А спать? Как, он предполагал, мы будем спать? При взгляде на одиноко стоящую кровать почему-то сделалось жарко. Я тряхнула головой, отгоняя сумасбродные мысли, и, разжав ладонь, посмотрела на верм.

– Куда же тебя спрятать?

Вариант был только один. Да и одежда…

Я взяла свою сумку, тихо подошла к двери, прислушалась и вышла наружу.

До комнаты добралась быстро и даже никого не встретила по дороге. Несмотря на позднее время, Зары внутри тоже не оказалось. Обдумать это решила позже, а пока быстро переоделась, смыла макияж и собрала волосы в хвост. Непривычно, но уже завтра магия развеется и волосы вернут свой первоначальный вид и длину.

– Так-то лучше… – вздохнула я, взглянув в зеркало, и осмотрелась.

Сначала я хотела спрятать верм, потом, наоборот, начала собирать в сумку все самое ценное и необходимое. Затем высыпала на кровать, поразмыслила, собрала снова. В процессе этих метаний услышала какой-то скрежет. Пытались открыть дверь? Вернулась Зара?

– Не похоже, – пробормотала сама себе.

Выждав пару мгновений, схватила сумку и выглянула за дверь. Как раз вовремя, чтобы заметить кого-то, заходящего за угол коридора. Кого-то, подозрительно напоминающего Лестора! Недоумевая и все-таки сомневаясь, я побежала за ним. Когда добралась до поворота, Лестор (предположительно он) как раз остановился. У стены. И вдруг исчез! А я, возможно впервые, почувствовала колебания магии, почти увидела ее след. Верм, каким-то образом оказавшийся зажатым у меня в руке (видимо, как самое ценное, в сумку я его не бросила), засветился и затрещал. Безо всякого накопителя.

Я таращилась на него, совершенно ничего не понимая. И в то же время понимая, что упустить такой шанс не могу. Поворот шестеренки, направленный импульс (а скорее, просто желание), и меня окружила уже знакомая дымка.

Как мне казалось, меня утянуло по тому самому следу, однако ни Лестора, ни кого бы то ни было на него похожего я не увидела. Только черно-коричневого мохнатого зверя на четырех лапах с хвостом и стоячими ушами. Умные карие глаза смотрели заинтересованно и не агрессивно, но я все равно испугалась до дрожи. Возможно, просто от неожиданности. Познакомиться с земными животными мне еще не удалось. А я ведь переместилась на Землю! Так ведь? Я бегло огляделась: в блеклом свете сумерек и дальних огней виднелись серые каменные стены каких-то зданий, почти таким же серым было покрытие на земле, справа шло ограждение из крупной сетки, рядом валялись какие-то коробки и доски. Зрелище унылое и неприветливое.

Зверь, судя по всему, устав ждать от меня какой-либо реакции, раскачивая хвостом из стороны в сторону, двинулся ко мне. Я отшатнулась и услышала тоненький голосок. С той стороны сетки, через небольшую дыру, пролез худенький, под стать окружающей обстановке, весь какой-то бледный и невзрачный мальчик. Он сказал что-то еще, и зверь тут же подбежал к нему и, уже вне всякого сомнения, приветливо замахал хвостом и позволил себя погладить.

– Я тебя не понимаю. Верно, – пробормотала я и, порывшись в сумке, вытащила артефакт-переводчик, надела на запястье.

– Он не тронет, – услышала тут же. – Неужели боишься собак?

– Я просто никогда не видела… – ответила я, прислушиваясь к ощущениям от использования артефакта и внимательно следя за реакцией мальчика.

– Кого, собак? Правда, что ли? – как ни в чем не бывало удивился он.

– Да, я…

Собака снова двинулась на меня, но мальчик ее остановил:

– Пойдем, Джек, а то снова поймают.

– Погоди. Ты что, совсем один тут… гуляешь?

– Я убежал, – с предельной прямотой заявил мальчуган. – И совсем не хочу, чтобы меня снова поймали. Бегунков у нас наказывают.

Я не очень понимала, о чем он говорит, но и отпустить его просто так казалось неправильным. На вид ему было лет шесть-семь. Куда он пойдет один?

– Но ведь твои родители будут волноваться… – начала я.

– Нет у меня родителей, – довольно резко перебил он. – Я детдомовский.

– В смысле?

– Ты какая-то странная, я сразу заметил. Тоже сбежала? Из больницы? Той, которая для психов?

– Что? Нет! Я просто издалека. Очень издалека.

Мальчик пожал плечами:

– А то у нас есть один такой, Ваня, до сих пор не говорит. Я слышал, если не заговорит, после детдома его отправят в психдиспансер, а там еще хуже, чем у нас. И не выбраться. Я бы тоже сбежал! Если бы смог. – Он задумался о чем-то своем, явно безрадостном и снова потрепал Джека за ухом. – Зато теперь мы будем вместе.

Меня била дрожь, все сказанное мальчуганом мне решительно не нравилось, но я не представляла, что могу сделать.

– Ты так совсем окоченеешь, – вдруг сказал он, глядя на меня.

Я замерла и только в этот момент осознала, что вокруг жутко холодно.

– Пойдем, я знаю, где можно согреться. Я, кстати, Никита.

– Тина. И спасибо, – ответила я нерешительно.

Вот уж не думала, что на Земле мне возьмется помогать маленький, сбежавший откуда-то мальчик. И что здесь окажется так холодно!

Никита хмыкнул и быстрым шагом направился в проход между плотно стоящими домами. Одет он, надо сказать, тоже был не особенно тепло.

– А что такое детдом? – спросила я, с трудом за ним поспевая.

– Паршивое место, где держат ненужных детей.

– Как это… ненужных?

Мальчик привычно уже пожал худенькими плечами:

– Вот так. Некоторых забирают в семьи, но это редко. Бывает, возвращают обратно. И тогда лучше уж не забирали бы. Мишка жутко задирал нос и со всеми разругался, а потом его вернули. Это каким надо быть дураком? – Никита был так возмущен, что даже остановился на мгновение. – Ему потом досталось. Нет, я уж лучше как-нибудь сам. Надоело.

– Не понимаю… – Я действительно не понимала. Совсем. Разве так может быть? – Но как же ты один?

– Не один. У меня есть Джек, а это намного больше, чем никого. В детском доме не заведешь пса.

– Понятно. Там живут дети, у которых нет родителей. И тебе там не нравится. О вас плохо заботятся? И Джек тоже… ничей?

Никита кивнул и очень просто, с убийственной обыденностью, сказал:

– Мы никому не нужны. Ни я, ни он. А друг другу – да. Люди друг другу вообще не особо нужны, не замечала?

Наверное, я бы еще долго пребывала в ступоре, если бы не зазвенел вдруг верм, оповещая о приближении межпространственной дыры. Мне пора было возвращаться домой, в Орт, пока магия, неведомым образом наполнившая меня, не рассеялась и не заперла меня тут. Я не знала, как поступить с мальчиком, что сказать, но он вдруг крикнул: «Бежим!» и понесся вперед. И я, поддавшись этому порыву, тоже как будто бы побежала. «Как будто бы», потому что оказалась я не на улице города Земли, а в стенах Первой королевской академии магии Айландера.

А спустя каких-то пару мгновений услышала злое:

– Тина, что ты тут делаешь?!

Повернулась и увидела насупленного Анира с подносом в руках.

– Мне нужно было… переодеться, – развела я руками.

– Переодеться? – прошипел дракон. – Ты издеваешься? Почему нельзя было сделать это наверху? Тина, тебя могли увидеть!

– Да, наверное… – Я подошла к нему, коснулась напряженной руки, перевела взгляд на поднос. – Ты правда принес еды, – улыбнулась. – Только я так устала. – Посмотрела ему в глаза. – Я пойду спать к себе.

– Тина… – почти простонал дракон.

– Спасибо, что хотя бы не Валенсия, – усмехнулась я и отступила.

– Ты помнишь, что я пообещал твоим родителям? – обреченно выдохнул он.

– Если меня снова посадят в темницу, поможешь мне сбежать, – улыбнулась я и ушла.

Я действительно чувствовала себя опустошенной и вымотанной, а еще совершенно не знала, как общаться теперь с драконом. Он, похоже, тоже не знал этого.

– Кровь. Мне нужно больше крови, мой мальчик.

Старик с темно-серой землистой кожей, туго обтягивающей кости, медленно вошел в зал. Полы его одеяния едва колыхались, от чего казалось, он не идет вовсе – парит, словно бестелесный дух.

– Я это решу, приведу еще, – ответил Лестор, потирая запястья, исполосованные шрамами.

– Не все мне подходят, сам знаешь. У тех земляных кровь как трава, толку мало. А кровь того мальчишки, целителя, яд для меня.

– Знаю, но его дар может пригодиться позже. Я привел девчонку, она бездарна, как и я, ее хватит на какое-то время…

– Довольствоваться крохами! Или собственным потомком, – старик скривился. – Смотреть на то, как выродился великий род! Какие новости ты принес? Установлен ли контакт? Найдены ли нужные люди?

– Я работаю над этим. Переходы забирают слишком много энергии…

– Слишком долго! Я и так ждал слишком долго! Пора вернуть былое могущество!

– Цепочка переходов опробована, координаты зафиксированы. Нас не смогут отследить, даже если вдруг что-то заподозрят. Записи Заялара тоже весьма помогли, мы почти разобрались, как перемещаться внутри Орта, но нам нужно больше вермов.

– Разыщи Ходящих. Судя по всему, многие из них свои вермы так и не сдали. Что на Земле? Вы нашли искомое?

Взгляд мутных, с белесой пленкой глаз стал по-настоящему хищным, цепким. Лестора передернуло. К внешнему виду своего восставшего далекого предка он до сих пор не успел привыкнуть.

– Наводки есть, мы выйдем на поставщиков очень скоро. Но нужно то, от чего они не смогут отказаться. То, чего у них никогда не было.

– Достань и не мешкай! И приведите мне наконец эту девчонку! Я голоден.

Впечатления от прыжка на Землю оказались совсем не такими, как я ожидала, и за ночь ничуть не утихли. Мне хотелось поговорить об этом с мамой, но я не могла. Зара тоже куда-то подевалась. Наверное, Ерик нашелся, и долгожданная встреча растянулась на ночь. Подумать только, я ведь тоже едва не осталась ночевать у мужчины…

Когда собралась и вышла за дверь, увидела Анира, стоящего у противоположной стены.

Вскинула брови, подошла на расстояние вытянутой руки.

– Провожу тебя на завтрак. Ты ведь туда собралась?

– Даже не будешь меня останавливать?

– А есть смысл? – спросил он безрадостно. – Пойду объясняться с ректором Дангиром. Ну, ты идешь?

– Да…

– Постарайся никуда не влипнуть, пока меня не будет рядом, – попросил он на пороге столовой и ушел.

Вот так… Пришлось быть послушной, есть хотелось нестерпимо.

Не знаю, что сказал ему Анир, но когда меня пригласили к ректору в кабинет, тот выглядел смурным и недовольным, однако велел возвращаться к занятиям. Немедленно. Пришлось нестись к расписанию (которое, к слову, за последние дни успело порядком измениться), потом в комнату за конспектами и учебниками, однако на лекцию по теории магических созданий я все равно ожидаемо опоздала. А потом еще и вызвала полнейший переполох, когда в приоткрытое окно аудитории вдруг проскользнула моя йаранка, покрутилась вокруг приветливо, оставляя за собой золотистый шлейф магии, и наконец обвилась вокруг моей талии. Повисшая было тишина обрушилась гомоном голосов, вопросов и восклицаний. Преподаватель едва сумел успокоить студентов и дочитать свою лекцию. Которая, очевидно, была далеко не такой интересной, как живое магическое создание. Второе после Твика, показавшееся в этих стенах.

Самого Твика, как и его хозяйки, на лекции не обнаружилось. Хотелось надеяться, что влюбленные бессовестно прогуляли первое занятие, чтобы отоспаться после… кхм… В общем, отоспаться. Но я начинала тревожиться. Особенно после того, как Зара не явилась ни на второе занятие, ни на третье.

Поспрашивав знакомых, выяснила, что подруга собиралась искать так и не вернувшегося в Академию Ерика. И распереживалась окончательно. Выходило так, что сначала пропал Ерик, а затем и сама Зара. И никто даже примерно не знал, где они могут быть.

Анир исправно провожал меня в столовую. На обед молча, на ужин пошел вместе со мной и наконец соблаговолил заговорить:

– Твои родители убедили Дангира принять тебя назад, но он недоволен.

– Я заметила. Что-нибудь известно о произошедшем во дворце?

– Хранилище взломано, украдено много ценных артефактов, в том числе изъятых и потенциально опасных, стражники, охранявшие входы… убиты.

– Великие духи…

– Ты не представляешь, как сильно я надеюсь на то, что ты к этому не причастна.

– Ты серьезно? – взъерепенилась я. – Опять за свое?

– Ты сущий ребенок, Тина. И это…

– Ах, теперь я ребенок?!

Не сдержавшись, я вскочила.

– Вот видишь. Ты поддаешься эмоциям и, возможно, чужому влиянию…

– Не с тех ли я пор ребенок, как выяснилось, кем являются мои родители? Не замечала, чтобы до этого ты считал меня ребенком!

– Тина, тише, на тебя смотрят.

– Я пойду к себе.

– Хорошо, – устало кивнул Анир. – Я не хотел тебя оскорбить или обидеть. Не знаю уже, какие найти слова. Все происходящее сейчас скверно пахнет, я не хочу, чтобы ты оказалась замешана. Чтобы ты пострадала.

– Я не пострадаю. – Я уже собиралась идти, но добавила: – Не надо воспринимать просьбу моих родителей столь буквально. В столовую я в состоянии ходить и сама.

Меня задевала эта его внезапная отчужденность. Задевали подозрения. А хуже всего было то, что в глубине души я знала: часть из них могла иметь под собой основу…

На следующий день в столовую Анир меня не провожал. И я опять злилась, на него, на себя, а еще очень переживала, потому что Зара так и не вернулась и поговорить об этом мне было не с кем.

Не дождавшись окончания занятий, я атаковала деканат вопросами о подруге. К несчастью, без толку. Никто ничего не знал, а что еще хуже – не собирался ничего предпринимать! В прошлый раз Зара задержалась у родных, а значит, в этот могла и вовсе сбежать. По их логике.

Порядком разочарованная и взбешенная, я шла по пустому коридору к себе (идти на последнюю лекцию по истории магии никакого желания не было), когда из ниши в коридоре ко мне вышел Лестор.

– Ты что же, все это время был в Академии? – вырвалось у меня.

– Здравствуй, принцесса, – произнес он и подошел совсем близко. – Скучала?

– Знаешь, да. В холодной камере, где меня заперли, было не очень-то весело. Ты меня бросил там одну!

– Было бы лучше, если бы поймали нас обоих? – Лестор вскинул брови. – Ты ведь выбралась, причем легко и просто, так? А отпустили бы они меня, как думаешь?

Я насупилась:

– Где ты был?

– Все согласно плану, малышка. Путь на Землю близок. Если ты, конечно, до сих пор этого хочешь.

– Хочу. Но нужно подготовиться должным образом и быть уверенными, что мы сможем перемещаться туда и обратно. Люди… Они странные. Возможно, даже опасные.

– Неужели, – усмехнулся Лестор. – И с чего такие умозаключения?

– Мне показалось, я видела тебя здесь, в Академии, и… Сама до конца не понимаю, как это вышло, но…

Он коснулся моего подбородка, заглянул в глаза.

– Что случилось, принцесса?

– Меня перенесло на Землю, – выдохнула я.

Мне так хотелось с кем-нибудь поделиться этим, что… Не знаю. Ведь именно с Лестором мы с самого начала планировали это, почему же теперь я сомневаюсь, что поступаю правильно, рассказывая ему? И все же…

– Тебя что-то напугало? – спросил он.

– Нет, но… Там был мальчик, он рассказывал такие вещи, жуткие. Сказал, что дети, потерявшие родителей, никому не нужны, что он живет в детдоме и ему там не нравится, и… Он сбежал, представляешь? Такой маленький, один, с Джеком.

– С Джеком?

– Это такой зверь, собака. Я просто не понимаю, разве так можно, чтобы дети были одни? Чтобы… их не любили?

– И много таких детей сбегает?

– Не знаю, наверное, раз им не нравится в этих домах.

– Любопытно. И никакой магии.

– Откуда? – спросила по инерции и вскинула глаза: – При чем тут магия?

– Непривычный мир, – пожал Лестор плечами. – Зато никакой магии.

– Да. И все равно я не понимаю…

– Значит, ты раздобыла верм? – перебил Лестор. – Он у тебя?

Я замолкла, присмотрелась к другу внимательнее, пытаясь отыскать подсказки в его взгляде, выражении лица.

Верм. Ради того, чтобы отыскать его, я поступила в Академию, Лестор знал это, и все равно его заинтересованность мне не понравилась.

– Скажи, ты имеешь отношение к взлому хранилища во дворце?

Он нахмурился:

– Ты хочешь в чем-то меня обвинить?

– Просто скажи, да или нет? Ведь…

Со стороны лестницы послышались голоса, и Лестор быстро отступил в тень.

– Мы еще увидимся, принцесса.

Не успела я опомниться, как он уже скрылся в другом конце коридора.

Сомнения раздирали. Я хотела верить Лестору, мы столько прошли вместе, мы планировали перемещаться на Землю вместе, стать свободными от условностей Орта. Мы все согласовывали и обсуждали. И в то же время… Если подумать, Лестор редко посвящал меня в детали своих вылазок, чаще я просто верила ему на слово и не лезла с расспросами. И про бал рассказала ему сама! А еще удивилась, что он не стал возражать, не попросился со мной и вообще как будто не заинтересовался. А ведь если бы мы спланировали это вместе, если бы я помогла… Все было бы иначе. Нет, он не мог, это не правда.

Я тряхнула головой, не желая больше думать об этом и искать подтверждения нелепым подозрениям. Надо просто спросить еще раз. Он ведь был возмущен и не успел ответить…

Дохлый даг, почему все не может быть как прежде?! Мне ведь казалось, я знаю, чего хочу и как этого добиться. Знаю Лестора… А знала ли?

Из липкого марева я выплывала с большим трудом, сильно болела голова и почему-то руки, вокруг стоял тошнотворный металлический запах и никак не удавалось разлепить глаза и хоть как-то сдвинуться. Ладони елозили по чему-то мерзко клейкому, а еще было очень-очень холодно. И страшно.

Воспоминания накатывали урывками, сосредоточиться жутко мешал стук, постепенно переросший в настоящий грохот, изрядно ударивший по ушам. Раздалось громкое:

– Тина! – И запахло паленым.

Надо же, я, похоже, все-таки жива и даже не валяюсь где-нибудь в подземелье.

– Великие духи, Тина… Девочка, ну же…

Драконище. А ведь спасать принцесс должны принцы или, как их там, рыцари.

Я хотела что-нибудь ответить, но закашлялась.

– Тише… – Анир сжал мои запястья, и от его ладоней в меня тут же потекло тепло. Даже боль, заставившая в первое мгновение вскрикнуть, начала затихать. – Тут нужен целитель, ты потеряла много крови. Тина, ты слышишь меня?!

– Не шуми… – с трудом прохрипела я.

– Тебе нужно в лазарет, немедленно, – и он подхватил мое все еще безвольное тело на руки.

– Нет, поставь на место. Ну же! – Глаза распахнулись сами собой. – Они сообщат маме, а ей нельзя волноваться! – Я снова закашлялась, но чувствовала себя значительно лучше. – Пожалуйста, я в порядке.

– Как же, в порядке. Ты чудом осталась жива! Тина, ради светлых богов, что здесь произошло?

Я завозилась, пытаясь слезть с его рук, и огляделась. Насколько смогла увидеть, все вроде бы было нормально. Кроме жуткого вида кровяных разводов на полу. В глазах снова потемнело, и меня затошнило.

– Дохлый даг! Тина, не теряй сознание. Ну же!

И он встряхнул меня, словно мешок с поклажей.

– Ийрат ощипанный, полегче! – воскликнула я, в самом деле как будто приходя в себя. Не иначе как от возмущения.

Моя йаранка, судя по всему, и приведшая сюда дракона, без конца сводила ушки, создавая между ними электрический разряд, и носилась из стороны в сторону. Явно нервничала.

– Как объяснить ей, что все хорошо? – спросила тихо.

– Ничего хорошего нет, – заявил дракон и снова двинулся к двери.

– Анир! – застонала я, сжала кулаки, и слезы сами покатились по щекам.

– Духи, Тина. – Он все-таки замер. – Нужно залечить твои раны и восстановить…

– В шкафу, – перебила я. – У Зары… – В горле образовался ком, но я продолжила: – У Зары в шкафу полно всяких зелий, кровоостанавливающие и заживляющие тоже наверняка есть.

– Ладно.

Анир отнес меня на кровать и очень быстро разыскал не только нужные зелья, но и лоскуты ткани, чтобы перевязать мои руки.

– Ты должна рассказать, – попросил он, заканчивая с повязкой.

Я кивнула, но, вместо того чтобы что-то сказать, всхлипнула.

– Тина…

Анир сел рядом и осторожно приобнял за плечи.

– Я такая дура. – Подняла на него глаза: – Я правда кажусь тебе глупым ребенком?

– Нет, – ответил он просто и заправил прядку волос мне за ухо, медленно провел пальцами по контуру лица, перевел взгляд на губы…

Я выдохнула, затем подалась чуть вперед… Анир едва заметно нахмурился.

– Мне не помешала бы сейчас щепотка магии дракона, – шепнула я, касаясь его плеч, не позволяя отодвинутся.

– Тина…

– Пожалуйста…

Кто из нас поцеловал первым? Не знаю. Но вместе с нежностью губ и лаской рук в меня в самом деле вливалась так необходимая сейчас сила. Анир обнимал бережно, а я таяла в этих объятиях, снимая боль и напряжение. Когда поцелуй закончился, я уперлась лбом в твердую грудь Анира и просто наслаждалась этими мгновениями тихого счастья. Не оттого, что ощущала бурлящую внутри силу, а просто потому, что ОН был рядом. Мой дракон.

Через какое-то время, осторожно коснувшись плеч, Анир чуть отстранил меня и заглянул в глаза.

– Ты должна рассказать, кто это сделал, Тина. Найти его по горячим следам будет куда проще.

Я покачала головой.

– Ты понимаешь? Это важно.

– Бесполезно.

Стыд, сожаление, боль предательства. Все накатило снова и разом, и слезы градом посыпались вниз.

– Пожалуйста, не плачь… Теперь я всегда буду рядом, даже если будешь гнать. Тина, я больше не позволю тебя обидеть. Никогда.

– Это Лестор, – сказала я тихо. – Ему, похоже, нужна была моя королевская кровь.

– Тот, кто посылал тебе вестники? Как он сюда попал?

– Да, только… Вы с ним знакомы в некотором роде…

– Тот новенький? Лекс? – догадался дракон.

Кивнула и заметила, как напряглись у Анира скулы, а на руках проступили чешуйки.

– Он предложил спуститься к источнику. Снова. Я отказалась, и тогда… Анир, как я могла верить ему? – Я все-таки подняла на дракона глаза. – Так долго считать другом, как? Он что-то сделал с Зарой. Я даже не уверена, что она жива!

– Что ему было нужно от тебя? В Академии? Сила источника? Для чего?

– Я не знаю, уже не знаю. Мы хотели…

Я замолкла и снова уткнулась взглядом себе в колени, но Анир приподнял мое лицо за подбородок, вынуждая посмотреть на себя.

– Я не он, я не причиню тебе вреда. Ты можешь мне доверять.

Я усмехнулась:

– Так глупо, ты даже не представляешь… Все это началось как раз из-за тебя. – Анир вскинул брови, кажется, я умудрилась его удивить. – Запрет на перемещения на Землю, – пояснила я. – Все началось с него.

– Вы хотели попасть на Землю?

Я кивнула.

– Но зачем ему для этого твоя кровь? Пройти к источнику? А твоя подруга…

– И Ерик. Он тоже пропал. Я не знаю, Анир! До недавнего времени я не представляла, что Лестор может иметь отношение ко всем этим исчезновениям. Хочешь сказать, так и есть? Великие духи, я ведь… Анир, ты теперь ненавидишь меня? Презираешь?

Слезы снова текли по щекам. Кажется, за всю жизнь я не плакала так много.

Дракон мотнул головой, посмотрел упрямо.

– Я люблю тебя.

– Я помогала ему, хотела на Землю и делала все, что он просил… Что ты сказал?

– Я люблю тебя, – повторил Анир. – И если ты не прекратишь плакать, то затопишь комнату. Пойдем, тебе надо умыться и поесть.

Он встал и подал мне руку.

– Ты признался мне в любви, а теперь предлагаешь… поесть?

Я была совершенно сбита с толку.

– Ты потеряла много жидкости, организму нужно ее восполнить.

И мы действительно умывались и переодевались (Анир помог и с тем, и с другим), а потом плелись в столовую.

Анир, которого боготворили здесь, похоже, не только девчонки, но и кухарки, усадил меня за столик и вскоре принес откуда-то из недр кухни обильный, а главное, горячий ужин. Руки дрожали, и в конце концов Анир сдвинул стулья и, сев вплотную, крепко обнял, делясь своим теплом и уверенностью, что все будет хорошо. Я не одна.

А после все равно заставил зайти в лазарет. Мои раны осмотрели, поцокали неодобрительно, но вскоре все-таки отпустили. Не знаю, что наплел им дракон, но допытываться у меня ни о чем не стали.

Анир очень настойчиво хотел запереть меня в башне, я не менее настойчиво отказывалась. Однако последний аргумент, звучащий как «там кровь повсюду», оказался решающим, и я сдалась. В общем, дракон проводил меня к себе, пожелал добрых снов и куда-то ушел. Предварительно заперев, ага.

А я, как оказалось, была настолько измотана, что заснула на постели Анира, даже не успев подумать о том, где же будет спать он сам. А утром обнаружила Анира крепко спящим прямо на полу рядом с кроватью. Волосы его и ресницы блестели в рассветных лучах, а сомкнутые нежно-розовые губы против воли притягивали внимание.

Он сказал, что любит меня. В душе от мысли об этом разливалось тепло, а на лицо наползала улыбка. А я сползала. С кровати. Чтобы оказаться поближе к своему дракону. Я не собиралась его будить, но… Как устоять, когда руки сами тянутся коснуться?

– Кровать оказалась неудобной? – не раскрывая глаз, спросил он.

Я улыбнулась и провела кончиком пальца по его лбу, по носу, задержалась на губах…

– Ну… Ты можешь попробовать убедить меня в обратном, – протянула я, поражаясь собственной смелости.

Анир все-таки открыл глаза и повернулся на бок, опершись на локоть. Посмотрел на меня серьезно.

– Тина, я знал твоих родителей, когда был ребенком.

– Это прекрасно, – сказала, наклоняясь.

– Это неправильно.

– Глупости, – шепнула и коснулась-таки его губ своими. Мимолетно. Улыбнулась снова.

– И я не принц.

– И зачем тебе быть принцем? – удивилась наигранно.

– Ты – принцесса, – закатил он глаза.

– Об этой неприятности мне доложили, – усмехнулась я.

– Ты же понимаешь, о чем речь. Я неподходящая для тебя пара.

– Скажи это моему отцу. Или посмотри на мать. Еще возражения? Или ты все-таки наконец меня поцелуешь?

– Невозможная, – простонал он и собрался в самом деле встать.

Надавив ему на грудь, повалила обратно. Анир усмехнулся, но позволил.

– И что это значит, ваше высочество?

– Ты запер меня в своей башне, а теперь я порабощаю тебя! – заявила я и, не мешкая больше, поцеловала.

Очень скоро Анир перехватил инициативу, и уже не я, а он нависал надо мной. Было горячо и сладко, не хватало дыхания и выдержки. Впервые мне до такой степени хотелось быть с кем-то рядом, вместе, единым целым. До конца.

Но несносный дракон продолжал терзаться.

– Я вспомнил еще один аргумент, – выдал он, отстраняясь.

Я рассмеялась.

– Ну хорошо. Какой?

– Я старше тебя. На сколько? Десять? Двенадцать лет?

– Я, кажется, тоже люблю тебя, – сказала я, улыбаясь, и снова поцеловала.

– Кхм… – выдала я многозначительное и затихла.

– Очуметь, – поддержал меня Никита. – Это татушки или у него правда чешуйки?

Дракон нахмурился сильнее.

– А… Да… Знакомьтесь, Никита. Ты, наверное, его не понимаешь…

Тонкий браслет артефакта-переводчика я так и не сняла, он не мешал, а я боялась его потерять. Где бы раздобыть теперь еще один? Впрочем…

– Держи, – встав, протянула свою находку Никите. – Он работает в обе стороны.

– Девчачий? Не-е, – заупрямился мальчишка.

Я закатила глаза.

– Это артефакт-переводчик, без него тебя не будут здесь понимать. И ты тоже никого не поймешь.

– Ладно. – Никита протянул руку. – А здесь – это где?

– Это то, о чем я думаю? Ты была в другом мире и привела оттуда ребенка?!

– Это вышло случайно. – Анир смотрел очень грозно. – Зачем ты в меня вцепился? – спросила у Никиты тихо.

Мальчик пожал плечами.

– Испугался, что эти двое тебя схватят, ты замерла, хотел оттащить.

– То есть они меня все-таки видели, да?

– Так, все понятно. – Анир поднял с пола мантию. – Отправляемся немедленно.

– Что?

– Куда? – спросили мы с Никитой одновременно.

– Во дворец. И, Тина, отдай мне верм.

– Но…

– Не вздумай юлить, – прорычал он и протянул руку.

Я насупилась, но верм отдала.

– Ты обманула. Даже теперь.

Горечь, разочарование – вот что я прочитала в его взгляде, в голосе.

– Я бы сказала… просто не успела. Я не собиралась на Землю!

Не поверил.

– Он все это время был у тебя, да? А потом появились накопители, наполненные силой источника. А впрочем, зачем? Я и сам охотно делился с тобой магией.

– Нет же! Не совсем…

– Неужели не понимаешь, насколько это было опасно, глупо и безрассудно? Ты ведь даже не умеешь пользоваться вермом! Это чудо, что ты вообще смогла вернуться!

– Перестань… Я же сказала, что это вышло случайно!

– Случайно залезла ко мне в башню, случайно заблудилась в преподавательской библиотеке, случайно пробралась к источнику, случайно оказалась принцессой, а теперь совершенно случайно переместилась на Землю! Ладно. – Он замолк, выдохнул, потер глаза. – Я ведь нашел оправдание всему, решил, что всему виной твой дружок, этот Лестор, что это он вынуждал тебя врать и утаивать. Видимо, очень хотел обмануть себя сам. Решил, что могу доверять… Но больше не могу.

– Я признаю, что наделала немало. – В груди стоял ком, и слова приходилось буквально выдавливать. – И не сказала про верм, да. Не знаю почему! Я просто читала записи отца, пыталась разобраться, как все работает.

– Записи отца? – Анир с горечью усмехнулся. – Даже так? Скажешь, дарий Итанилион сам дал тебе эти записи? Может быть, и верм тоже?

– Разумеется нет! – разозлилась я. Не хватало еще намеков на нечистоплотность отца.

– Не сомневаюсь. Перемещения под запретом. Не просто так под запретом! Напомнить, кто его наложил?

– Не стоит, а то мне еще вздумается вспомнить, из-за чьего глупого пророчества наш мир попал в изоляцию.

– Вот как? Глупого пророчества? Ты могла подвергнуть весь Орт опасности!

– Я – подвергнуть опасности? Ты ничего не знаешь!

– Ты права, кажется, я в самом деле совсем тебя не знаю.

Эти слова ножом полоснули по сердцу. Он словно отказывался от меня, от всего, что было раньше, от своего признания.

– Что ты хочешь от меня? Я не могу отмотать время назад! Я все расскажу…

– Расскажешь. Только не мне, мне уже не нужно. – Он развернулся было, но затормозил. – Да, Тина, и записи Итана тебе тоже придется отдать, – произнес он холодно, а после того как я швырнула в него блокнотом, просто взял и вышел за дверь.

Оставил меня совершенно разбитой и потерянной. Я не могла поверить: неужели это все? Конец?

– Этот чешуйчатый – твой парень, да? – спросил Никита, подходя ближе.

– Что?

Выдернутая из своих мыслей, я наконец огляделась. Пустая аудитория, столы сдвинуты к стене, по центру только один массивный, о который я и ударилась при перемещении. Анир, вероятно, готовился здесь к занятию или размышлял о чем-то.

– А можно я посмотрю у вас что-нибудь еще, прежде чем отправляться назад?

– Я не смогу отправить тебя назад. Пока не смогу. Анир забрал мой верм, да и… Он прав: я не то чтобы умею им пользоваться. Переносить кого-то еще точно не возьмусь!

– Ясно.

– Мой отец Ходящий, и вообще он король, он что-нибудь придумает.

– Король? – Никита глянул на меня с сомнением.

– Не тяну на принцессу? – усмехнулась я. – Пойдем, а то Анир еще пришлет за нами стражников.

Я улыбалась и пыталась шутить, но при мысли об Анире сердце заныло от боли. Что, если он не простит? Как так вышло, что ответ на этот вопрос стал настолько важным для меня?

Выйти в коридор мы не успели. Негромкий треск, и посредине аудитории, ровно там, где еще недавно стояла я сама, появился Лестор. А за ним следом Флоб и Клай.

– Как удачно, – усмехнулся Лестор и швырнул в меня чем-то. Слишком быстро и неожиданно.

Вспышка боли в груди, и я потеряла сознание.

– Стой! Нет! Не хочу!

Пришла в себя от жутких душераздирающих криков. Кричал Никита.

Перед глазами все плясало, прыгало и плыло. Цепляясь за холодные прутья, я кое-как встала, но смогла разглядеть лишь смазанные тени с той стороны клетки.

– Не надо…

Никиту увели. Уволокли силой. Он наверняка сопротивлялся, как только мог. Маленький, хилый, но очень храбрый.

Я хотела заорать, но получилось только невнятно прохрипеть. Чем бы ни огрел меня Лестор, действовало оно неслабо.

Куда делся сам Лестор, где и как долго уже я нахожусь, не знала. Меня бил озноб, мысли путались, а голова раскалывалась. Очень хотелось пить, но еще больше – понять, как выбраться. И вытащить Никиту.

Вместо этого пришлось снова сесть. В глазах потемнело, и ноги подкосились сами собой. Брызнули бессильные слезы, и вдобавок ко всему затошнило. А вот мысли, напротив, прояснились, и я со всей отчетливостью осознала, кому и в чем столько времени помогала.

Застонав, хотела опять подняться, но только ушибла копчик.

Я ничего не могу сама. Ничего. Только вредить и влезать в неприятности, врать людям, которых люблю, обманывать… Ради чего? Зачем мне так уж сильно понадобилось на Землю?! Сейчас не получалось вспомнить даже этого. Может, Анир был прав и на Земле ортсам не место? Если бы я не вбила себе в голову стремление во что бы то ни стало туда попасть, ничего этого не произошло бы! Никита был бы сейчас в своем мире, в безопасности…

– Лестор! – закричать через какое-то время все-таки получилось. – Чего ты хочешь? Отпусти мальчика! Никакие цели не стоят такой цены…

Не знаю, как долго просидела в холоде одна, буквально запертая в большой клетке. Я то ли проваливалась в сон, то ли теряла сознание, а потом вдруг услышала голос Лестора:

– Я бы зашел, но эта твоя непонятная склонность к магии… Не думал, что в Академии в самом деле в состоянии чему-то обучить таких безмагических уродов, как мы с тобой.

– Что ты несешь? – прохрипела я, озираясь. – Где мальчик?

– Я принес тебе воды.

Лестор выступил из тени, и я наконец его разглядела. Его и стакан, который он протягивал сквозь прутья.

– Не упрямься, принцесса, твоя смерть от обезвоживания не входит в мои планы.

– А что входит, Лестор? Что, ийратовы духи, входит в твои планы?!

– Знаешь, я ведь хотел, чтобы все было иначе. Правда хотел. – Он поставил стакан на пол. – Не веришь? А у меня на тебя были совсем другие планы, принцесса. Только ты все испортила. – Он прикрыл глаза, явно сражаясь с эмоциями. Неужели говорил искренне? – Впрочем, посидишь пока здесь, может, поумнеешь и одумаешься?

Он хотел коснуться меня, прямо так, через прутья, но я отшатнулась от решетки и едва не упала.

– Зря. Подумай. После… всего. Нам обоим будет выгоден этот союз. Ты – законная принцесса и наследница, которую примет народ, и я – носитель новой реальной власти и могущественной силы.

Он говорил совершенно серьезно! Мне кажется, он вообще никогда в жизни не был так серьезен!

Я похолодела.

– Что ты задумал? Что происходит?! Лестор, зачем? Объясни, я не понимаю.

– Не истери. – Лестор скривился. – Было намного лучше, когда ты просто делала то, что от тебя требуется, и не задавала лишних вопросов.

Он сказал все, что хотел, и, не прощаясь, просто растворился в темноте.

А я метнулась обратно к решетке и что есть сил ударила по ней. Несколько лет я вела себя как полная дура. Верила ему на слово, таскалась хвостиком следом…

Меня охватила такая бессильная ярость и отчаяние, что казалось, перед глазами заплясали искры. Впрочем, нет, искры были на самом деле! Надо же, а я уж подумала, клетка из трафка.

– Похоже, не так уж сильно ты меня боишься, Лестор, – выдохнула я и сползла на пол.

Не знаю, как долго я так просидела. Ко мне никто больше не заходил, а тело занемело и практически окоченело от холода. Надо было бы двигаться, что-то делать, но на смену ярости пришли отрешенность и какое-то иррациональное смирение. Я сама во всем виновата. Я заслужила это. Я, но не Никита!

Стоило этой мысли сформироваться в сознании, как пространство внутри клетки завибрировало, едва заметно зазвенело и выплюнуло в свое нутро взъерошенного дракона.

Анир выглядел растерянным. Бегло осмотрелся, нашел глазами меня и замер, внимательно оглядывая.

– Ты в порядке?

– Я… Да. Они забрали мальчика. И я боюсь…

Анир снова осмотрелся. Так и подмывало развести руками. Мол, да, клетка, но что имеем.

– Я идиот, – выдохнул он наконец. – Сам не понимаю, как у меня получилось, мог ведь оказаться где угодно! – Он подошел к решетке, взялся за прутья. – Идиот.

– Вместе сидеть будет не так тоскливо, – ляпнула я.

– Тина, эти железки меня не остановят, но я ведь не Ходящий, мог переместиться куда угодно! В жерло вулкана или в толщу скалы!

– Ну это вряд ли, воронки портала выбирают только свободные области, – зачем-то пояснила я. Недаром же столько изучала всю доступную информацию о перемещениях. – Думаешь, сможешь их сломать? – кивнула на прутья, на вид весьма прочные, и запоздало поинтересовалась: – Как вообще ты сумел перенестись?

– Записи твоего отца. Они остались в Академии. Верм, как видишь, молчит, – он указал на зажатую в руке шестеренку и тут же засунул ее в карман брюк. – Так что придется…

И в самом деле ухватился сильнее, тряхнул, а я неожиданно даже для самой себя всхлипнула. Не иначе, обрушился откат от всего произошедшего. Теперь, когда рядом Анир, можно позволить себе побыть слабой. Совсем немножко. Хлюп.

– Тина…

Анир, кажется, растерялся. Подошел стремительно, ухватил за плечи:

– Они обидели тебя?

– Лестор… Он все это время… Я была такой дурой!

Запинаясь и некрасиво шмыгая носом, я пересказала последний разговор с Лестором. И чем больше я говорила, тем тяжелее становилось дыхание Анира.

Мышцы перекатывались под тонкой тканью рубашки, на скулах ходили желваки и проступали чешуйки. Голубые. Почему раньше не замечала? Разве бывают драконы такого окраса?

– Теперь бывают, – хмыкнул Анир, вмиг успокаиваясь.

– Красиво, – прошептала я, проводя пальцем по поблескивающему запястью и этим движением словно бы стирая чешуйки.

– Сейчас нам, возможно, пригодилось бы, стань я чудовищем. Но придется довольствоваться тем, что имеем.

– Ты – не чудовище, – сказала я убежденно. – И никогда им не станешь. Чудовище здесь – Лестор.

– Или же он служит чудовищу. Нужно выбираться отсюда.

– Анир… я… не хотела, чтобы так получилось.

– Не сейчас, ладно?

Я едва заметно кивнула и отвела взгляд, чувствуя себя ужасно несчастной.

Анир вздохнул, взял меня за плечи, вынуждая снова посмотреть на него, и после паузы сказал:

– Все, что касается тебя, – это какое-то шальное бесконтрольное стихийное бедствие. Меня словно затягивает в воронку, швыряет в ней из стороны в сторону, от эйфории до отчаяния, и я ничего не могу с этим поделать! А ты… Сначала ты притягательная незнакомка, потом вдруг наследная принцесса, затем коварная обманщица и предательница. Потом запутавшаяся, попавшая в беду девушка, поработившая мое сердце. Только мне начинает казаться, что тебе можно доверять, что ты открываешь мне себя настоящую, как ты снова влезаешь во что-то у меня за спиной, снова обманываешь. Я запутался, понимаешь?

– Ладно.

– Ладно? Это все, что ты можешь сказать?

– Мне жаль, что так усложнила твою жизнь.

– Я просто прошу тебя дать мне немного времени.

– Хорошо.

Я кивнула, до конца не понимая, что чувствую. Я понимала Анира и все же где-то в глубине девичьего сердца хотела, чтобы, отбросив все, он просто прижал меня к себе и поцеловал. Анир как будто тоже не был уверен, что разговор окончен верно. Он продолжал зачем-то держать меня за плечи, и я чувствовала его дыхание у себя на макушке.

Неловкости удалось избежать благодаря неожиданному гостю. Буквально из ниоткуда на плече Анира появился Твик!

Дракон повел носом, тихо рыкнул, стремительно поворачивая голову, но Твик уже исчез, а серебристые искры, как шлейф от его магии, потянулись за клеткой.

– Похоже, теперь мы знаем, куда идти, – заключил Анир и, взявшись за прутья, выгнул их так, что мы сумели пролезть!

– Ничего себе, – пораженно выдохнула я. Не каждый день увидишь, чтобы такое проделывали голыми руками.

– Тина, послушай… – Анир остановился и серьезно посмотрел на меня. – Моя сила нестабильна. И магическая, и вот физическая тоже. Я не знаю, чем это может обернуться. Если почувствуешь неладное, держись подальше. Слышишь?

– Слышу. Пошли скорее, след теряется.

Искры и правда быстро гасли, мы едва поспевали за тающими в полумраке подземелья огоньками.

– Где, интересно, мы находимся?

– Если я прав, то ответ тебе не понравится.

– И? – Я даже притормозила от такого заявления.

– Учитель Зелт рассказывал о древней цитадели в западных землях вашего Королевства. Замок давно занесен песками, но у него изначально было множество уровней как над землей, так и под ней. Полагаю, подземные сохранились лучше.

– Почему тогда никого сюда не послали? – спросила я на порядок тише. От услышанного сделалось жутковато.

– Не знаю, – ответил Анир. – Возможно, здесь до сих пор действует магия отвода глаз и иллюзий. Или же ее восстановили. Мы выясним это, но сейчас нам нужно выбраться. Надеюсь, этот моллюск знает, куда ведет нас.

Твик знал. Конечно, он знал и вел нас как раз туда, куда нужно. К Заре. Только вот Зара была не одна…

Вылетев вслед за ускользающим шлейфом магии из-за очередного поворота, мы неожиданно оказались в эпицентре событий.

Зара, растрепанная и осунувшаяся, держалась за прутья затворяющейся перед ее носом клетки и жалобно скулила. Только вот смотрела она не на жуткого вида стражника, а ему за спину. Там открывался вид на полутемный коридор или, скорее, даже тоннель. И я очень быстро поняла, что так растревожило подругу.

Доносившийся из глубины гогот Флоба и сдавленный, сдерживаемый сквозь зубы стон земного мальчишки.

– Не рыпайся, хуже будет! – гаркнул Флоб. – А так, глядишь, еще на разок тебя хватит. Нам, знаешь ли, весьма повезло, что ему пришлась по вкусу земная кровь.

Дружок Лестора снова мерзко загоготал, и я, совершенно не думая, что делаю, на рефлексах, стрелой проскочила мимо верзилы, не успевшего еще отойти от клетки Зары, и кинулась вперед.

Застонал на этот раз Анир, а потом, судя по звуку, врезал стражнику.

Флоб заметил меня сразу. Несмотря на неряшливый вид и наигранно шутовской нрав, негодяем он был отменным, не зря Лестор выбрал его в напарники.

– Принцесса, вот так сюрприз! – Флоб издевательски поклонился, небрежно взмахнув одной рукой и вздернув Никиту за загривок другой.

– Отпусти мальчика, – процедила я.

– Да легко! – Он разомкнул пальцы и даже отошел на несколько шагов. Негодяй! Никита не удержал равновесия и упал на пол, наверняка больно ударившись. – Признаться, вам все равно совершенно некуда бежать.

Флоб стал обследовать ближайшую стену и что-то бормотать. Не слушая, бросилась к мальчику, несмело ощупала.

– Ты как?

Но вместо ответа Никиты раздалось удивленное:

– А этот откуда взялся?

Анир показался из-за поворота. Поравнявшись, на мгновение присел рядом.

– Магия не подчиняется, – очень тихо, но так, чтобы я услышала, сказал он. – Вам нужно бежать.

Вскочил и бросился на Флоба.

– Поднимайся, – велела я растерянному Никите и потянула его на себя. – Знать бы еще, куда бежать… Зара!

Мы поспешили обратно к клетке, но подойти к Заре не успели. Дорогу перегородил ухмыляющийся Лестор в компании еще двух стражников.

– Ну надо же, ты стала такой сентиментальной, принцесса, а это, как ты знаешь, до добра не доводит. Взять ее!

На меня двинулось сразу двое. Сзади раздалось рычание, совершенно нечеловеческое, а я приняла боевую стойку. Так просто не дамся!

Когда ко мне потянулся первый, я крутанулась и с силой ударила его ногой в грудь. Стражник упал, почти отлетел. Ухмыльнувшись, я тут же присела и подсекла второго. Не иначе как от неожиданности, получилось повалить и его. Пока те вставали, обернулась, думая бежать к Аниру, но увидела с его стороны еще несколько стражников. Слишком много, Аниру не справиться.

Замешкавшись, пропустила приближение Лестора. Храбрый Никита успел вклиниться между нами, явно стараясь меня защитить, только вот Лестор без труда отпихнул его. Бедному мальчугану снова досталось.

– Знаешь, принцесса, ты плохо себя вела, – прошипел Лестор, вставая вплотную и хватая меня за плечи. – Боюсь, после такого он выпьет тебя до дна, не пожелав слушать о иных вариантах.

– Кто он? Во что ты ввязался? Зачем?

– Тц-ц, принцесса, – Лестор покачал головой, а потом вдруг провел пальцами по контуру моего лица, очертил губы. – Признаться, мне не особенно нравится такой вариант. Я так долго играл роль неприступного, но желанного «лучшего друга», отказывая себе даже в малости, что… Тебе не кажется, что вознаградить меня напоследок будет справедливо?

Наверное, я отупела от стресса, не знаю. Но поняла, о чем Лестор говорит, только в момент, когда его влажные губы впились в мой рот. Грубо, неприятно, совсем не так, как я когда-то мечтала. И ведь мечтала же! Дура!

Рычание Анира отрезвило. Я дернулась и врезала Лестору лбом куда-то в подбородок. Вряд ли навредила, но разозлила – факт.

– Дрянь! – процедил он. – Тащите мелкого к Господину, а мы пока пообщаемся с принцессой.

– Лес, он будет недоволен, если ты покончишь с ней после того, как столько убеждал пока не трогать.

Флоб, надо же. С кровоподтеком на пол-лица, но все еще на своих ногах.

– А ты за меня не переживай! Останется жива твоя драгоценная. Хочешь, я даже помну ее несильно, оставлю тебе на сладкое, а? Думаешь, не видел, как ты пускал слюни на нашу принцесску?

Флоб запнулся, явно смутился, нахмурился и кивнул. Очуметь! А Лестор, похабно ухмыляясь, рванул меня за руку и потащил.

Никита заголосил, когда его тоже потащили, но в противоположную сторону. Я дернулась и зашипела от боли, падая. Лестор ударил меня по лицу. Зло, со всей силы.

– До чего надоело с тобой возиться! Насчет «несильно помну» я, похоже, погорячился. Ты же не умеешь вести себя хорошо, да, принцесса?

И он вздернул меня, схватив прямо за волосы. На глазах выступили слезы.

Я почти смирилась с тем, что проиграла. Во мне как будто не осталось больше сил сопротивляться. В конце концов, разве заслужила я что-то иное?

– Тина, не смей сдаваться! – вдруг закричала Зара, а передо мной прямо из воздуха материализовался Твик. Рассыпался искрами и тут же возник у Лестора на лице.

Отдирая от себя моллюска, Лестор снова ударил меня. Возможно, случайно, но настолько удачно, что, падая, я ударилась головой о каменный выступ и на мгновение потеряла сознание. А когда очнулась, содрогнулась от разнесшегося по тоннелю реву. Этот звук лишь отдаленно напоминал то рычание, что издавал Анир прежде. И принадлежал он не человеку – дракону.

Волна жара прокатилась вслед за ревом. Запахло паленым, и откуда-то посыпались искры.

Я не понимала, что происходит, до тех пор, пока не увидела остекленевший взгляд Лестора. И отражение огромной морды в его глазах.

Лестор отмер, попятился, а я только тогда обернулась. Передо мной стоял дракон. Настоящий, громадный, с трудом помещающийся в широком тоннеле. Синяя чешуя отражала всполохи пламени, занявшегося кое-где по стенам, из ноздрей чудища валил пар, а глаза, ярко-голубые, с звериным вытянутым зрачком, пристально следили за отступающим врагом.

– Анир? – выдохнула я, и дракон перевел взгляд на меня.

Ледяные мурашки побежали по спине. Чудовище смотрело на меня так же, как только что на Лестора. Враждебно и настороженно.

– Анир, это я, Тина.

Дракон с шумом дыхнул паром, сузил зрачки.

– Армагар?

– Великие духи, Тина, беги! – раздалось отчаянное откуда-то из-за спины. Зара. Милая Зара все еще в клетке.

– Помоги, – прошептала я не менее отчаянно, и отступила на шаг назад.

Дракон качнул головой, приоткрыл пасть и вдохнул.

Я почуяла угрозу и, отскочив, вжалась в стену, лишь за мгновение до того, как зверь изверг волну пламени.

Лестор вскрикнул, но, кажется, тоже успел отскочить. Я не видела. А когда Армагар (если это был все-таки он) стал крушить стены, разворачиваясь, побежала к Заре.

Близость ли дракона так повлияла или гулко, на пределе колотящееся сердце, однако во мне проснулась магия. Я явственно ощущала ее потоки внутри себя и почти без усилий выпустила наружу. Огонь, почти такой же яркий и жгучий, как пламя дракона, разъел решетки. И мы с Зарой, одновременно подавшись вперед, крепко обнялись.

– Мальчик… Он жив?

– Дохлый даг, – выдохнула я и бросилась назад, к тоннелю. Если мальчишку не сожгло пламенем, то размозжило о стены! – Никита!

За те мгновения, что я вызволяла подругу, обстановка в тоннеле изменилась. Лестора не было видно, зато его подручным досталось. Тела, опаленные и стонущие, а то и вовсе неподвижные, устилали пол. Пыль, копоть, груды камней и шипастый хвост разъяренного дракона.

Как рядом с ним оказался Никита? Юркнув мимо чудовища, мальчишка побежал к нам.

– Хвала богам, целый! – прошептала Зара и обернулась, указывая в сторону своей клетки: – Там были еще дети. Дальше.

– А Ерик? – прошептала я.

– Я не знаю, – тихо, едва слышно.

– Он их всех поджарил! – наконец подал голос Никита. – Я, кажется, намочил штаны, но… Это очуметь, никто не поверит!

– Да уж, – согласилась Зара. – Дракон. Лучше бы отсюда убраться.

Из тоннеля снова послышался шум, и мы побежали к клеткам. На полу одной из них бесформенной кучей лежало что-то… оказавшееся едва живыми осунувшимися мальчишками. Никита даже назвал чье-то имя.

Магия на этот раз слушалась хуже, и с решеткой пришлось повозиться, но детей мы достали.

– Что теперь? Ты знаешь, где выход? – без особой надежды спросила я.

– Нет.

В подземелье загрохотало, с потолка посыпались камни.

– По коридору вперед? – предложила подруга.

– Идите, – кивнула я и шагнула в противоположную сторону.

– Тина!

– Это Анир, понимаешь? Я не могу его оставить. Уведи детей.

Конечно, Зара была против, но… послушалась. Однако уйти далеко они не успели. Из тоннеля в другой стороне зала с клетками, куда они направлялись, послышались голоса, и Никита, взявший на себя роль главного, скомандовал всем идти обратно. Ко мне.

Мы так и не поняли, был ли дракон на нашей стороне, да и тоннель, где он бился, грозил обрушением. Однако выбора не было. Спасаясь от приближающихся врагов (кто еще мог ходить тут по коридорам?), мы бежали в лапы к чешуйчатому чудовищу, только вот… Чудовища не оказалось. На полу, свернувшись калачиком, в потеках крови и копоти на обнаженной коже, лежал Анир. Без сознания.

Еще прежде чем я опустилась с ним рядом, услышала звон. Рядом с Аниром, призывно сияя, валялся верм.

– Там тоже засада, – хрипло выдохнул Никита, указывая вперед.

Оторвав взор от мальчишки, посмотрела на Анира. На верм.

– Это наш шанс, – прошептала неслышно и позвала: – Зара, ближе! Все идите сюда, скорее!

– Он не унесет всех. – Подруга тоже заметила верм. – Уходи! Приведешь помощь…

– Нет. Я даже не знаю, где мы! Пожалуйста, возьмитесь за руки. Или лучше… Прикоснитесь к нему. Ну же! Это дракон! Древнее, могущественное создание, ясно? Его магии хватит, чтобы напитать целый мир, не то чтобы один верм!

Пожалуй, я уговаривала саму себя, но отступать не собиралась. А уж измученные мальчишки были согласны на что угодно, да и вряд ли что-то в происходящем понимали. Зара хмурилась, но спорить больше не стала.

Когда все, включая появившегося на плече Зары Твика, сгрудились над Аниром, я взяла в руку верм, сдвинула шестеренки и потянулась мыслью к родителям, во дворец. Я знала, что вермы перемещают между мирами, а умение переноситься напрямую внутри Орта требует большой сноровки и особых знаний, но рискнула. В конце концов, сейчас лучше оказаться где угодно, даже на Земле. Однако пересадка на Земле не понадобилась. Да и вообще. То ли у меня неожиданно и очень вовремя открылся талант настоящего, весьма и весьма одаренного Ходящего (в отца), то ли остаточный шлейф древней драконьей магии в самом деле помог. И с настройкой портала, и с его силой. Потому что переместились мы всей компанией и именно туда, куда нужно, – во дворец.

– Очуметь! – тут же выдал Никита, продолжая поражать устойчивостью своей психики. – Твой папа что, правда король?

Паренек вертел головой с неподдельной радостью в глазах, хотя переместились мы далеко не в тронный зал, а в один из коридоров, который я даже не сразу опознала.

– Правда, – улыбнулась я. Первый раз за последнее время по-настоящему улыбнулась, облегченно и почти счастливо. Мы справились!

– С ним что-то не то, – сказала Зара, кивком показывая на пол. Анир так и не пришел в себя, но вот его кожа местами снова покрылась чешуйками.

– Нужно позвать целителя. И позаботиться обо всех вас. Все будет хорошо, слышите? – сказала, повернувшись к ребятам. Потом сообразила, что они вряд ли понимают меня. – Никита, переведи им. Вам больше ничего не угрожает. Те негодяи сюда не сунутся, не смогут, дворец защищен магией, и здесь полно стражников.

Звать никого не пришлось, нас нашли даже прежде, чем я успела мысленно проложить путь до кабинета дворцового целителя.

– Валенсия! Хвала богам! Мне сообщили, что ты пропала. Что случилось?

Отец. Кто еще может повстречаться в духами забытом коридоре огромного дворца, как не сам король?

– Ты почувствовал, да?

– Колебания защиты. Неужели правда переместилась? – Он запнулся. – Переместились?

– Тонкости перемещений толпой внутри Орта мы с тобой еще обсудим, – не удержалась я от усмешки. – Аниру нужна помощь. И остальным тоже.

– Лизаптор меня задери! Дочь, во что ты опять умудрилась ввязаться?!

Я даже не представляла, как расскажу отцу о своей роли во всем этом…

Проснулась, когда солнечные лучи уже в полной мере вторглись в незашторенные покои, золотя рамы картин, вычурную спинку кровати и растрепанные волосы моего дракона. Анир лежал рядом, опершись на локоть, и рассматривал меня.

– Доброе утро, принцесса.

И то, что под покровом сумерек казалось совершенно нормальным, естественным и правильным, вдруг жутко смутило. Я в одной постели с мужчиной. Мы провели здесь целую ночь. И пусть дракон на ее протяжении не отличался здравостью сознания…

– Доброе, – пискнула я и хотела тут же подняться, но, дернувшись, вдруг поняла, что моя рука зажата где-то под Аниром, а его рука бесцеремонно обнимает меня за талию.

– Анир!

Драконище усмехнулся и чуть откатился, упав на спину. Ну а я… получив свободу, решила задержаться.

– Как ты себя чувствуешь?

– Боюсь еще больше смутить тебя своим ответом, – хмыкнул он.

Вот же! Драконище! А ночью выглядел едва ли не умирающим!

Я нахмурилась, а дракон, вдруг сделавшись серьезным, сказал:

– Прости, что напугал тебя. И спасибо, что не испугалась.

– О чем ты? Испугалась, еще как.

– Но не оставила меня там. Вернулась спасать дракона.

– Вообще-то это дракон пришел спасти меня, – ответила тихо. – Ты пришел. И спас.

– Нам нужно все рассказать Зелту и дариям. И успеть подготовиться к тому, что замышляют твой дружок и…

Анир сжал челюсти, тряхнул головой, и на постель посыпались голубые искры.

– Ты в порядке?

– Не думаю, что я когда-нибудь вообще был в порядке, но об этом негодяе мне лучше постараться не думать. А еще, знаешь, есть хочется зверски.

– О, конечно. Я сейчас распоряжусь.

Спокойно позавтракать в покоях нам, однако, не дали. Пришлось плестись в столовую, где уже расположились родители, учитель Зелт и даже Зара.

– С мальчиками все хорошо, – заметив вопрос в моем взгляде, сказала мама. – Насколько это вообще возможно в такой ситуации. Я очень рада тебя видеть, доченька.

Поблескивающие глаза ее смотрели так, будто она готова сорваться с места, только бы коснуться меня. Конечно, я не могла позволить ей этого и кинулась обниматься первой. И ослабила хватку, только когда мама заулыбалась сквозь слезы.

– Садитесь же, поговорим обо всем позже.

После того как с едой было покончено, мы тем же составом переместились в гостиную. Я знала, что мне придется во всем сознаться, но не представляла, как это сделать. Язык будто прилип к небу, ладони похолодели, и мне казалось, я вот-вот хлопнусь в обморок от волнения. Тряпка!

– Это я во всем виновата, – сказала прежде, чем начались расспросы.

– Доченька, что ты такое… – начала мама, а отец посмотрел явно неодобрительно.

Конечно, я тоже не хотела тревожить маму, но и скрывать от нее главное не могла.

– Я хотела попасть на Землю. Очень хотела, буквально грезила. А потом познакомилась с Лестором, который, как и я, не был в восторге от положения не-магов в мире, где одаренных чтили даже тогда, когда магии в нем почти не было, а простых…

– Валенси! – прервал меня отец.

– А что, разве не так? Много тебя здесь, во дворце, окружает простых смертных?

– Две самые дорогие и близкие женщины во всем мире и в этом дворце, – выделил он, – не владеют магией.

– Да, и от особой гордости одну из них ты отправил в Академию магии!

– Итан, пожалуйста! Валенсия, милая, если ты не хотела учиться…

– Мама, нет! Прости меня, пожалуйста. На самом деле мне даже понравилось учиться, но когда я соглашалась на это… – я взглянула на Анира, – то преследовала совсем другие цели. Я потеряла верм.

– Потеряла? – громыхнул отец.

– Ну… сначала я его нашла.

– Не о том ли верме ты говоришь, которого не досчитался смотритель хранилища?

– Вероятно, – шепнула я.

– Не знаю даже, что сказать… – начал он с нажимом, но я остановила:

– Погоди. Ты еще много всего захочешь мне сказать, поверь. – Я вдохнула, выдохнула и продолжила.

Мне пришлось рассказать и про поиски верма у Анира в башне, и про накопители, которые требовал Лестор, и про мою вылазку к источнику.

– Верм ты, судя по всему, разыскала.

– Да. И случайно переместилась на Землю, где познакомилась с Никитой. Тем мальчиком, который у них сейчас за главного. А потом… потом я совершила одну из самых больших ошибок, я… йарат ощипанный… рассказала Лестору про Землю и про Никиту, и он, похоже…

– Эти дети были с вами там. Не возьму в толк, зачем они им понадобились?

– Кровь, – сказала Зара. – Их господин, это чудовище, похожее на оживший труп, он… пьет кровь. Я только потому и уцелела, что оказалась «земляной» (что бы это ни значило) и невкусной. А вот мальчики с Земли…

Мама ахнула, отец сжал ее плечи и сурово посмотрел сначала на меня, потом на мою подругу:

– Довольно. Мы продолжим позже и в другом составе.

– Итан, нет. Я не сахарная и должна знать, что происходит с моей дочерью и этим миром. Даже если вы все считаете иначе. Валенси, продолжай.

– Я все равно не понимаю, как Никита оказался с тобой. Он сказал, что вас притащили вместе, его и тебя, – пробормотала Зара.

– Это вышло случайно. Честное слово, случайно! Я не собиралась никуда больше перемещаться. Вернее… Я хотела искать тебя, – ответила подруге, – но в тот раз просто тренировалась, а верм вдруг зазвенел. Я даже не знала, что могу использовать его без накопителя, я ведь пустышка. В общем, я опять оказалась на Земле и опять натолкнулась на Никиту. Он как раз выслеживал Лестора. Они заманивали детей фокусами, что-то обещали. Об этом лучше расспросить самого Никиту, он устроил за ними настоящую слежку. А потом верм зазвенел и выдал нас. Никита, видимо, зацепился за меня и переместился тоже.

– Ты забыла упомянуть записи, – сдал меня Анир. – Все равно придется объяснить, как потом удалось воспользоваться вермом мне, вообще ничего в этом не понимающему.

– Да. – Я взглянула на отца и понуро опустила голову. – Тогда, в кабинете, я спалила ящик твоего стола. Случайно. И… прихватила твои записи о перемещениях.

– Дочь, ты меня поражаешь. А я-то по наивности надеялся, что гонки на пустынных ящерах выдуют из твоей головы лишнюю дурь, а похоже…

– Что ты сказал?! – возмутилась мама. – Дарий Итанилион, а ну-ка повтори, каким таким гонкам у нашей дочери ты потакал?!

Я застонала и упала в ближайшее кресло, закрывая голову руками. Какой позор устраивать семейные сцены на людях! Какой кошмар, что мама обо всем узнала!

Анир хмыкнул и вдруг как ни в чем не бывало заявил:

– Что-то мне подсказывает, что принцесса Валенсия управляется с лизапторами не хуже, чем ее мать.

Воцарилась тишина. Отец улыбнулся дракону благодарно. Мама, все еще насупленная, процедила: «Мы еще об этом поговорим». И все снова уставились на меня.

– И как все-таки ты попала в упомянутые подземелья и где именно они располагаются? – подал голос учитель Зелт, до того с отрешенным видом восседающий в одном из кресел.

– Лестор. Он, видимо, сумел как-то отследить, куда мы с Никитой переместились, и переместился следом. Он использовал неизвестные мне артефакты, какие-то вещества, действующие подобно магической силе. Ему без труда удалось одолеть меня, – призналась я с грустью. – А где именно мы оказались, я не знаю. Анир предположил, что это древняя цитадель, занесенная песками. Но выйти наружу, чтобы подтвердить или опровергнуть это, нам так и не удалось. Мы вообще выбрались чудом. Вернее, драконом.

Теперь все уставились на Анира. Но он лишь развел руками:

– Я почти ничего не помню. Но боюсь, с принцессой изначально подружились с определенной целью.

– Что ты хочешь сказать?

– Это ведь не сейчас все началось. Интересно было бы выяснить, кто такой этот Лестор и как он связан с…

– Его звали Санум, – сказал Зелт. – И похоже, возродившись черной магией крови, он стал от нее зависим. И в то же время боюсь, что весьма силен.

– Эти дети… – начала мама. – Неужели он…

– Лестор, – пробормотала я. – У него тоже были порезы. Он что-то говорил про кровь, но я не придала значения. Никак не могла подумать, что…

Мать всхлипнула, отец так посмотрел на меня, что захотелось провалиться под землю, исчезнуть или отмотать время назад и никогда больше его не разочаровывать. Я столько всего натворила, а теперь еще и расстроила маму.

– Зло всегда искусно, – неожиданно поддержал меня Зелт. – Оно выбирает те рычаги, те наши желания, противиться которым сложнее всего. Науськивает, распаляет. Пусть не сразу, но Тина разобралась в этом. А все то зло, что совершил отступник и его приспешники, – только на их совести. Наша задача сейчас – не допустить еще большего зла.

– Пророчество! – неожиданно вспомнила я. – На рассвете Анир очнулся и… – Я запнулась, сообразив, что только что во всеуслышание призналась, что провела ночь с драконом. – Вернее, не очнулся… – Я сглотнула.

– Дочь, ближе к делу, – нахмурился отец.

– Сейчас. Там было что-то про тьму. Про то, что она расползлась не по одному только Орту. И… Я не поняла. Он сказал про Вардарбен, точно помню. Про Вардарбен, Землю и Орт. Вместе. Почему это плохо?

– Технологии Вардарбена частью схожи с земными и сильно отличаются от магической оснащенности Айландера. Если Санум задумал объединить магию и технологии, то последствия могут быть разрушительными. Разрушительными для тех, против кого он выступит.

Зара охнула, мама побледнела и взялась за живот, а отец решительно и непреклонно заявил:

– Мы этого не допустим. На нашей стороне магия всего Королевства, древнейший и мудрейший из магов, а главное, за нами правда. Ну и дракон. И на этом пока закончим. Все это нужно переварить. Учитель Зелт, вы ведь сможете задержаться? Нам нужно скоординировать действия с Советом магов и обсудить ситуацию, – он мельком взглянул на маму, – еще раз.

– Разумеется, – кивнул Зелт. – Бренная оболочка старика требует все больше отдыха, – демонстративно прокряхтел он, поднимаясь. Потом усмехнулся и лукаво добавил: – Но моя мудрость к вашим услугам.

Пока все уходили, я в нерешительности замерла, полагая, что отец захочет устроить мне головомойку один на один. Возможно, даже надеясь на это; но он задержал Анира.

– Иди-иди, недоразумение мое венценосное, я с тобой еще поговорю.

И, едва ли не вытолкав меня из гостиной, заперся в ней с Аниром!

После разговора с мамой я какое-то время бесцельно бродила по дворцу и размышляла. Обо всем. Однако мысли то и дело возвращались к Аниру, и в итоге я сдалась. В конце концов, учитель Зелт велел мне быть рядом, помогать усмирять силу дракона и все такое. А кто я, чтобы перечить древнейшему из мудрых и мудрейшему из древних?

В отведенных покоях Анира не обнаружилось. Где искать его, я не знала и решила довериться чутью. Испытать. Моя магия, несомненно сплетенная из магии Армагара, пробужденная ею, могла ли она уловить родственную? Оказалось, могла.

Дракон нашелся на одном из нижних ярусов, где располагался огромный бассейн. Полумрак, неровные каменные стены, испещренные магическими светильниками. Часть светящихся огоньков свободно парила прямо над водой, образуя на ее поверхности блики и создавая волшебную, интимную обстановку. И главное, мой дракон был здесь. Нырял бесшумно, не создавая брызг, потом лежал на воде, раскинув руки и глядя в высокий, поблескивающий кристаллами, словно звездами, потолок. И даже отсюда, из своего укрытия за одной из колонн, мне казалось, что я вижу задумчивую складку между его бровями.

Зачем же ты печалишься, мой дракон? Я приму тебя любым. Люблю любым.

Осознание этого теплой волной прошлось по груди, и я осторожно выступила вперед. Сняла верхнее платье и обувь, подошла ближе.

– Тина? – наконец заметил меня Анир.

Я улыбнулась и ступила в воду. Глубина нарастала не сразу, но сорочка из тонкой эластичной ткани, вовсе не предназначенной для купания, намокла подозрительно быстро и открывала теперь то, что приличным принцессам полагается скрывать.

Только мне это нравилось. А еще нравилось, как завороженно, едва дыша, смотрит на меня Анир. Этот взгляд, жаркий, изучающий, выдавал истинные чувства только казавшегося замершим истуканом дракона. И распалял мои собственные. Так остро и сладко. И до дрожи хочется коснуться.

Не отрывая взгляда, медленно подошла и обвила его шею руками.

– Тина…

Я запрокинула голову и на мгновение потеряла опору, но Анир удержал, крепко сжав мою талию руками.

– Чуть не упала, – шепнула я, чувствуя, как внутри все отзывается пьянящим жаром.

Взгляд Анира замер на моих губах, а его руки заскользили по моей спине, поглаживая нежно и осторожно. Я застыла, вслушиваясь в свои ощущения. Яркие, дурманящие. И чуть откинула голову, когда губы Анира прижались к моей шее. Сперва робко, будто спрашивая разрешения, затем поднялись к уху, приласкав чувствительную кожу за мочкой, и наконец отыскали губы. Так тягуче и горячо, единственно правильно – я и мой дракон. Мне хотелось, чтобы он продолжал, хотелось раствориться в этой упоительной нежности и разгорающейся страсти. Но Анир вдруг отстранился:

– Прости.

Хмельная эйфория и блаженная невесомость сменились острым, холодным разочарованием.

– Что?

– Я не должен был. Прости, – повторил он глупое, ненужное извинение и, перенеся меня ближе к краю бассейна, стал выбираться.

– Подожди, Анир, что опять? Это из-за отца?

– Ты принцесса, – обронил он, остановившись.

– Это мы уже проходили, помнишь? – усмехнулась я невесело.

– Верно, и это теперь даже не главное. После того как я стал чудовищем в прямом смысле.

– Не чудовищем – драконом. Синим, представляешь? – Я преодолела разделяющее нас расстояние и коснулась его спины. – Зелт сказал, ты должен его подчинить. Но что, если это не так?

Анир наконец обернулся:

– Тина, тот, кого ты видела, не древний дракон Армагар. Больше нет. Сама говоришь, синий. Армагар был золотым.

– И пусть.

– Ты не понимаешь. Дракон переродился, он молод, агрессивен и глуп, его сущность должен обуздать и покорить человек. Впрочем, человек ли я теперь? Половинчатое существо. Разум у человека, сила и мощь – у дракона. Мудрость Армагара, по мнению учителя, тоже, но она отступила далеко вглубь, как знания предков, и дотянуться до нее еще надо суметь.

– И пусть, – упрямо повторила я. – Давай попробуем! Наладить контакт. Он ведь делился силой, помогал столько времени, неужели не заслужил чуточку свободы? Бассейн большой, должен влезть. И здесь такая приятная прохлада, просто позволь…

Анир застонал:

– Это не шутки, Тина. Дракон опасен. Я даже не уверен, что он на нашей стороне, ему просто хочется свободы и все.

– Его можно понять.

– Нет, – отрезал он непреклонно и ушел.

А я выбралась из бассейна, казавшегося теперь неуютным и мрачным, и села на бортик. Внутри было пусто. И больно. Анир будто отказывался не только от части себя, но и от меня. Отрицая дракона, отталкивал то прекрасное, что могло быть между нами. Могло и было! Я точно знала это, а значит… не имела права отступать.

– Ты так легко от меня не отделаешься, драконище, – решила я и, немного обсохнув, сама, чистосердечно и добровольно, заявилась к отцу.

Король выглядел уставшим и моему появлению, кажется, удивился.

– Дочь. – Он оторвался от бумаг и присмотрелся ко мне. – Во дворце ведь не закончились расчески?

– Папа! Я… купалась.

Пригладив волосы рукой, подошла ближе.

– Раньше тебя не волновала степень моей взлохмаченности, – насупилась я.

Отец на это лишь тяжело вздохнул, поднялся из-за стола и подошел к окну.

– Я рад, что ты зашла. Все равно собирался поговорить с тобой.

– Почему мне кажется, что разговор мне не понравится? – пробормотала я едва слышно.

– То, чего мы опасались, похоже, уже наступило, и никто не знает, чем все закончится. Пришло время вспомнить, кто ты, Валенсия. Знаю, ты никогда не желала этого, как, впрочем, и я когда-то, но со временем судьба всего Айландера окажется в твоих руках.

– О нет, – простонала я.

– Нет? – Отец повернулся. В глазах его, казалось, полыхали молнии. – Мне нужно знать, Валенси, дорог ли тебе родной мир? Сможешь ли ты принять ту ношу, что уготована тебе?

– Я не знаю…

– Может быть, я недооценил твои порывы и ты всерьез решила сбежать на Землю? Бросить свой народ?

– Папа, я…

– Тебе пора решить, моя дочь, кто ты? Взбалмошная девчонка или наследная принцесса, в полной мере осознающая значение этого слова? Предана ли ты своему Королевству? Готова ли защищать его, когда оно нуждается в тебе? Могу ли положиться на тебя и доверять, как самому себе?

– О духи! Да, отец, да! Я больше не подведу тебя, обещаю!

Жгучий стыд разъедал душу, и слезы потоком хлынули из глаз. Разве могу я подвести своего отца, маму, еще нерожденных сестер и каждого беззащитного жителя Айландера, будь он маг или землепашец? Особенно землепашец.

– Ты ведь знаешь, что я буду любить тебя при любом раскладе? – спросил папа, обнимая. – Но сейчас я должен знать, что ты решила.

– Я вас не брошу, как ты мог подумать? – всхлипнула я. – Да, я хотела побывать на Земле. Может, и сбежать когда-то хотела, но поверь, всего случившегося мне хватило с лихвой, чтобы передумать.

– Хорошо. – Отец обнял крепче. – Ты всегда была строптивым ребенком. Но, кажется, успела вдруг повзрослеть.

– Папа… – начала я чуть погодя. – Что ты наговорил Аниру?

– Валенсия, раз уж мы определились, что ты принцесса…

– Начинается… – пробормотала я. На этот раз строго про себя.

– Я прошу тебя вести себя пристойно. Я знаю, что ты благодарна Аниру и переживала за него после тех подземелий. И вы, должно быть, сблизились в Академии. Но ночевать в одних покоях недопустимо, ты понимаешь это? Сейчас народу в нашем лице нужна опора, а не поводы для сплетен и недовольства.

На последнем слове я не выдержала и закатила глаза. Невозможно вот так в одночасье стать примерной принцессой.

– Я не запрещаю вам видеться. Учитель Зелт даже просил меня, чтобы ты проводила с Аниром как можно больше времени. Якобы твое присутствие благотворно влияет на сущность дракона и подавляет излишки магии. Но мне это не нравится.

Почему-то после этого заявления я не расстроилась или возмутилась, а, напротив, улыбнулась спокойно и удовлетворенно.

Дарий Итанилион хоть и король, но к тому же отец пока еще единственной дочери. А отцам ведь положено ограждать дочерей от поклонников и всеми способами беречь их сердца, честь и репутацию? А значит, перечить не стоит, просто немного подождать, когда главные мужчины моей жизни наконец поймут, что я давно выбрала и отступать не намерена.

Ну а вести себя прилично? Да пожалуйста!

Осуществить это на деле оказалось, однако, непросто.

Анир

Холодный душ не помог.

Капли стекали по спине и шее, впитываясь в тонкую ткань наброшенной на плечи рубашки, но не приносили прохлады. Его пламя жгло изнутри. Ненавистные языки прорывались сквозь влажную кожу, причиняя боль. Я словно боролся сам с собой, а главное, я больше не знал, ЧТО я такое. Если раньше я мог вообразить, что храню необъятную силу древнего, к которой когда-нибудь обрету доступ, то теперь чуждое существо внутри желало обрести свободу, выйти из меня как из кокона. Если позволить ему, что станет со мной? Если задержаться в зверином теле, не сотрется ли моя личность, будто ее никогда не было? Столько вопросов! И главный: друг он или враг? Как поведет себя возрожденный во плоти дракон, если я утрачу над ним контроль? Я ведь ничего толком не помню из того времени, что провел в подземельях!

Дракон и раньше проявлял враждебность. Он, как оказалось, молод, горяч, и силы его еще не установились. В родном мире у него было бы племя. Стая. Старшие собратья направляли бы его, научили всему, усмирили. Но в этом мире у него есть только я. А я не собрат. Я тюремщик, удерживающий в плену собственного тела. У нас слишком разные интересы, чтобы поладить, а подчинить пока не хватает сил. И я не знаю, хватит ли.

Я запер дверь своих покоев и невесело усмехнулся. С годами ничего не меняется. Затворник, как всегда затворник. И так должно остаться и впредь! Не могу допустить, чтобы ОНА пострадала. Безрассудная, отчаянная, глупая… Драгоценная. Кто из нас дал ей такое определение? Я или дракон? Армагар (тот, кем он стал) с готовностью устремил к Тине поток своей магии, стоило только ей оказаться рядом. Он был как будто рад ее присутствию. Но если раньше рядом с Тиной мне было легче совладать с непослушной силой, то теперь же напротив. Устремлялась не только сила, рвался и ерепенился сам дракон, и отныне мы оба (и я, и он) знали, чем это может обернуться. Вполне вероятно, непоправимым.

Тина… Против воли вспомнились ее сегодняшний наряд и наша тренировка, а затем те горячие, сумасшедшие поцелуи в бассейне. Кажется, стоит снова принять душ. Ледяной. Впрочем, дело ведь не только во влечении. Каждый раз, когда Тина бросает на меня взгляд своих карих, таких манящих глаз, хочется прижать ее к себе и никогда не отпускать. Заявить во всеуслышание, что она моя и только моя! Навсегда. Вот только этому не бывать. Я не имею на нее никакого права. Почему она сама этого не понимает? Или не хочет понимать и тоже желает… Но разве могу я позволить себе близость с ней? Я – чудовище, раздираемое на части. Опасное, неизведанное, непокорное. Безумно влюбленное… Да, буря противоречивых чувств улеглась, и я понял, что все ошибки, что она успела допустить, все недомолвки и даже ложь – все стало неважно. Я успел простить ей все. И полюбить. Впрочем, полюбил я куда раньше… Только вот как разделить с кем-то жизнь, когда не можешь ужиться сам с собой? Да и, в конце концов, она принцесса!

Итан не намекнул даже, а сказал прямо, что его дочь не простая студентка Академии, с которой можно встречаться, а наследная принцесса, и с ней все может быть только серьезно. И с одобрения отца. И не понятно, получил бы дракон это одобрение. «Сейчас в любом случае не время», – сказал Итан. Не запретил совсем показываться рядом с его дочерью, но все же. Целовать ее, когда вздумается, я позволить себе больше не могу. Я и сам это понимаю! Но как же трудно держаться отстраненно, когда она рядом…

Тина

Ни мама, ни Зара с Никитой не пострадали, только оказались напуганы не меньше моего. Анир, собрав нас вместе, хотел было идти на разведку, но, оглянувшись на полуразрушенные стены, передумал.

– Вам нужно покинуть дворец, – заявил он, глядя на маму.

– Наверное, стоит перебраться в менее разрушенное крыло… – протянула она неуверенно.

– Нет, Анир прав, – сказал отец, появляясь в гостиной, где мы собрались. – Вы немедленно отправляетесь в Академию. Сила источника не позволит пробить защиту. Там вы будете в безопасности.

Он порывисто обнял маму и махнул кому-то рукой. В комнату зашли двое незнакомых мне мужчин. С вермами в руках!

– Итан, нет! Что ты задумал? Я тебя не оставлю!

– Адри, все будет хорошо. Послушай, дворец частично разрушен, но мы его восстановим. И мы не так уж беззащитны тут, ты ведь знаешь. Но я не смогу сосредоточиться на деле и во всем разобраться, пока не буду уверен, что вы в безопасности, понимаешь? Ты и наши дочери. Все три дочери.

– Конечно, – кивнула мама с угрюмым смирением.

– Все стихло. Почему они не штурмуют замок? – спросил вдруг Никита. – Мы уже победили?

– Нет, пока нет, – ответил ему отец.

– Акция устрашения, снова? Чего они хотят, Итан? – посмотрела мама на отца. – Устрашить? Показать свою силу? Зачем?

– Думаю, мы скоро это узнаем. И к тому времени я хочу, чтобы вы были далеко.

Произнеся это, отец наконец посмотрел на меня:

– Я бы сделал это сам, но порталы непредсказуемы, а я не могу сейчас надолго оставлять Орт. Я тебе доверяю, Валенси. И верю в тебя. У тебя все получится, просто не сомневайся. Ведь уже не раз получалось. – И он вложил в мою ладонь еще один, третий, верм. – Вас слишком много, Ходящие давно не практиковались, чтобы рисковать переносить сразу нескольких спутников.

– Ты хочешь отправить нас на Землю? Не в Академию?

– Да, сначала на Землю, – кивнул он. – Мы не будем сейчас рисковать с попытками более сложных перемещений. Арам, Нарах, – позвал отец, и Ходящие подошли ближе, без промедления настраивая свои вермы.

– Но нас все равно только трое, – прошептала я. – Мама, Никита, Зара, Анир…

– Я остаюсь, – сказал дракон.

– Нет, Анир. Я должен быть уверен, что все добрались до Академии. Они – самое дорогое, что у меня есть.

– Я перенесу двоих, – сказал один из Ходящих. – Пора.

Растерянные Зара и Никита взяли его за руки и исчезли. Мама, подойдя к отцу, поцеловала его и только потом подала руку второму Ходящему.

– Я вижу след, все хорошо, ваше величество, – произнес тот, и они тоже исчезли.

– Дорогая, теперь ты. – Он вложил мне в руку еще один предмет. Накопитель. – Его должно хватить на два перемещения.

Я сжала кристалл в ладони и убрала в карман, потом протянула руку Аниру.

– Думаю, что обойдусь без накопителя. И я тоже ощущаю след, папа.

Не знаю, везение ли это или сила дракона так подействовала на шестеренку в моих руках, но верм откликнулся мгновенно и переместил нас точно туда же, куда перенеслись остальные. В неприглядный, но уже знакомый уголок земного города, где я повстречала когда-то Никиту.

Ходящий, что отправился первым, выглядел растерянным и виноватым. Никита отчего-то – насупленным и возмущенным.

– Забавно, – прокомментировала я.

– Вы специально, да? Решили меня тут бросить? – шмыгая носом, вопросил мальчишка.

– Никто тебя здесь не бросит, – тепло улыбнулась ему мама. – Больше никогда, слышишь?

Никита глядел все еще недоверчиво, но вслух возмущаться перестал.

– Настройки сбились в момент перемещения, мы должны были оказаться в другом месте, – признал Ходящий. – И раз место знакомо молодому человеку… – с намеком протянул он.

– Издеваетесь? – снова взвился Никита.

– Ты теперь вроде как маг, – пояснила я. – Наверное, мог повлиять.

– Да ни в жизнь я бы не пожелал здесь оказаться! Да я… – вспылил он, а потом вдруг замолк на полуслове, глядя мне куда-то за спину. – Джек!!!

Зара ойкнула, Анир нахмурился, а мама улыбнулась, глядя на несущегося на нас мохнатого зверя. Тот тонко поскуливал и широко, как я уже знала, приветливо размахивал хвостом.

– Ты все еще здесь! – обрадованно кинулся к нему Никита. – Дождался!

Джек согласно взвизгнул, подпрыгнул и потряс головой, разбрызгивая вокруг обильные слюни.

– Я это с собой не потащу! – припечатал Ходящий и отошел подальше, заставив нас всех рассмеяться.

После нападения на дворец и нашего экстренного побега такая разрядка нам была просто необходима. А Джек, этот земной зверь, излучал радость и дружелюбие, щедро делясь ими со всеми окружающими.

Наобнимавшись со вновь обретенным другом, Никита бросился к маме:

– Пожалуйста, пожалуйста! Мы ведь возьмем его с собой? Я… Мы… мы идем в комплекте! Вот.

Мама снова рассмеялась и согласно кивнула. Я видела, что она успела привязаться к мальчишке и, в отличие от других спасенных детей, судьбами которых было решено заняться чуть позже, Никиту оставила при себе.

– И что теперь? – подал голос все еще хмурый Анир. – Вы сможете поймать портал прямиком в Академию? Или в непосредственной близости от нее?

– Защита нас пропустит, – правильно понял его Ходящий, тот, что не испугался пса и стоял поблизости. – Но подходящий портал придется подождать.

Сказав это, Ходящий подошел ко мне и помог правильно настроить верм. Даже несмотря на мою почти полную магическую слепоту, на этот раз я смогла разглядеть нужные нити пространственных пересечений. Так, чтобы оказаться в нужной точке не по наитию или счастливой случайности, а совершенно точно. Впрочем, любые настройки имели обыкновение сбоить. Однако я надеялась, что на этот раз мы попадем туда, куда нужно.

– Как думаете, сколько примерно времени это займет? – спросила мама, оглядываясь.

Мне трудно было представить, что она чувствует. Даже если этот город – не ее родной, это ведь все равно ее мир.

– Уже нет, – тихо произнесла она и с грустью улыбнулась. То ли она научилась читать мысли, то ли я, по обыкновению, говорила вслух.

Один из Ходящих подошел к королеве и сказал:

– Дарий Итанилион снабдил нас этим. – И он достал нечто вроде очень подробной, мелко прорисованной карты и деньги. Я уже видела такие разноцветные бумажки в детстве. – Только не уверен теперь, что они подойдут.

– Даже так? – удивилась мама. – Что ж, прекрасно.

– А еще велел передать вам это, – добавил он, протягивая ей небольшую золотистую коробочку или скорее даже пластину.

– Мой телефон, – произнесла мама, потянулась к нему, но передумала. – Не нужно.

– Телефон? Мама, но это же значит, ты могла бы связаться с бабушкой!

– Нет, не сейчас, – покачала она головой. – Может быть, позже. Раз уж запрет на перемещения больше не действует.

– Но, мама…

Конечно, настаивать было глупо, но в тот момент я чувствовала себя находящейся так близко к исполнению давней мечты, что не смогла удержаться.

– Твоя бабушка думает, что мы живем в одном из африканских племен, без благ цивилизации. Считает бесповоротно сошедшими с ума. Пусть это пока так и остается.

– Ох, – вырвалось у меня. Таких подробностей я не знала. И только сейчас, пожалуй, со всей полнотой осознала, от чего в действительности пришлось отказаться маме. Ради всех нас, ради спасения Орта, как она думала.

– Как видно, пророчества врут, – вдруг с горечью произнес Анир. – Все ограничения и жертвы оказались напрасны.

– Перестань, Анир, – сказала ему мама на удивление строго. Она не терпела упаднических настроений. – Возможно, мы выиграли так необходимое время. Как знать… И раз уж у нас есть местные деньги, предлагаю поискать кафе и перекусить. В тепле! Здесь жуткая холодрыга.

Моя невероятная мама снова улыбалась. Потрепав по волосам Никиту, она первой пошла исследовать улицу и повела остальных за собой.

Погода на Земле и правда вновь стояла скверная. А мы мало того, что были одеты чересчур легко, так еще и заметно выделялись своими нарядами среди немногочисленных прохожих. Чтобы не привлекать ненужного внимания, мама предложила переждать в тесном и очень скромном, но зато практически пустом, как она сказала, кафе. Джека пришлось оставить на улице, но умный пес понял Никиту с первого слова и послушно сидел ровно там, где тот ему велел.

Зара молча рассматривала обстановку и явно находилась под впечатлением от самого факта перемещения в другой мир, мама гладила украдкой живот и с подозрительным блеском в глазах глядела в окно, Ходящие (кто из них Арам, а кто Нарах, я так и не разобралась), расслабленно откинувшись на спинки сидений, не без наслаждения попивали земной напиток – кофе. Один только Анир выглядел напряженным, как натянутая струна, и то и дело замирал, прислушиваясь, не звенит ли, предупреждая о портале, верм.

Я украдкой коснулась его ладони, желая поддержать, успокоить.

– Возможно, вам с Адрианой было бы лучше пока остаться здесь, – неожиданно сказал он.

– Что? Нет, – удивляя саму себя, с жаром возразила я. – Там наши люди. И если я могу что-то сделать, я сделаю! – Произнесла и задумалась: что, в сущности, я могу? – Например, вернусь в Академию уже не инкогнито, а как принцесса Айландера. И вместе с новыми поколениями магов буду думать, как победить врага!

– В Академии собрано множество артефактов, в том числе боевых, – поддержала меня мама. – Не говоря о самом источнике. Древние книги, наследие двенадцати сильнейших магов, современные разработки (не только приспешники Санума перенимали опыт Вардарбена и Земли). Академия – это то место, которое может стать сейчас средоточием силы.

Когда вермы один за другим наконец сработали, никто из нас не сомневался, где должен оказаться.

Только когда родные скрылись в дымке портала, король смог выдохнуть. Разжав пальцы, дарий уставился на оставшийся у него верм. Последний. Тот, который он оставил себе с одной лишь целью.

– Магического следа и в этот раз нет. Судя по всему, враг использует неизвестный нам блокиратор, – доложил Ялуз.

– След должен быть. Я смогу уловить нить перемещения в пространстве междумирья.

– Итан, ты нужен здесь, – возразил зашедший следом за придворным магом учитель Зелт.

– Даже если вы сумеете, то наверняка угодите в ловушку. Это недопустимо! – напирал Ялуз, и королю пришлось признать его правоту. Безрассудство он себе позволить не мог.

– Ни одного живого человека, никаких следов. Не понимаю, как они это делают!

Итан досадливо поморщился и потер виски. Бесконечные совещания с военнокомандующими, магами и учеными умами так ничего и не дали. Создавалось ощущение, что они проигрывают войну, которая еще даже не началась.

К вечеру, едва только начали сгущаться сумерки, враг вновь дал о себе знать. Прямо напротив дворцовых ворот словно из ниоткуда выросла огромная, подрагивающая зеленоватым светом проекция, изображающая старика. Своеобразного вестника заметили не только во дворце, но и случайные прохожие. Отступник Санум во всеуслышание объявил:

– Жители Королевства Айландер! Я решил быть милосердным и обойтись без лишних жертв. Мощь моего оружия ваши дарии уже имели удовольствие испытать на себе. Посмотрите на их дворец! Они не сумели защитить даже его, что уж говорить о ваших хлипких домишках и ничтожных жизнях. Впрочем… Я не желаю зла, напротив, вместе мы построим тот мир, которого достойны! А посему… Дарий Итанилион, решай. Я даю тебе времени до заката следующего дня. Сложи корону, и никто не пострадает. Ах да. Еще одна мелочь. Мне стало известно, что мой старый знакомец Зелт жив. Воистину радостное известие! Я жду его в тот же срок.

Стоило последним словам отзвучать, проекция погасла, а на ее месте осталась поблескивающая серебристыми боками машина, исходящая паром. Люди опять ускользнули, словно призраки. С такой магией в Орте еще не сталкивались.

– Рано или поздно он покажет себя открыто, и окажется, что живые куда более уязвимы, чем железные машины, – сказал Ялуз мрачно.

– Если только его самого можно считать живым, – тихо ответил Итан.

Что делать, он пока не знал.

При обратном перемещении сюрпризов не произошло. Вермы сработали четко, и я чувствовала себя настоящим Ходящим. Несмотря на то что в Академии мы появились поздним вечером, о нашем появлении быстро стало известно, и еще до того, как мы решили, куда податься и где разместиться, нас окружила толпа. Студенты и преподаватели окидывали нашу группу изумленными, взволнованными взглядами и чего-то ждали. Новостей? Объяснений? Не знаю, наверное, мы должны были дать им и то, и другое.

Меня узнали и явно не понимали, что посредственная студентка факультета обрядовой магии делает рядом с королевой.

– Разойтись! Дария Адриана, это вы!

Запыхавшийся ректор, которому пришлось буквально прорываться к нам, выглядел крайне встревоженным.

– Я только недавно отправил еще одну партию накопителей во дворец, но гонец не вернулся. А теперь тут вы. Что-то случилось?

– Случилось, – вынуждена была кивнуть мама.

Собравшиеся зашумели, передавая друг другу услышанное. Я оглянулась на друзей, и пока мама, уставшая и растерянная, на пару с Ходящими что-то тихо объясняла ректору, прочистила горло и громко произнесла:

– Враг, о котором каждый из нас слышал, но не желал всерьез верить, вышел из тени. Королевский дворец частично разрушен, мы все, одаренные и обычные, первокурсники и почти выпускники, должны быть готовы защитить себя, Академию и Королевство!

– О чем ты говоришь? Что происходит? – посыпались вопросы.

– Я – принцесса Айландера Валенсия, – я решила сразу прояснить этот момент, – моя подруга Зара и храбрый мальчик Никита, рожденный на Земле, были в плену того, чье имя веками старались забыть, – отступника Санума, ныне возрожденного! Анир… – Вскинув глаза на своего дракона, я не стала упоминать об участии его звериной ипостаси, раз он ее не принимает. – Мы выбрались из древней цитадели, что давно погребена песками, выбрались, но зло не будет больше таиться.

– Ты – принцесса?!

– Принцесса, – кивнула я. – И я говорю вам, что нужно готовиться к битве.

Толпа взорвалась гулом и возгласами, ректор Дангир посмотрел на меня укоризненно.

– Спокойствие, – громыхнул он. – Академия защищена усиленным куполом. Под нами мощнейший источник магии. Это место, пожалуй, самое защищенное во всем Королевстве. С нами дария Адриана, ее дочь и Анир-Армагар, и каждый из нас – в той или иной мере маг! Отправляйтесь в свои комнаты и ложитесь в постели. Завтрашний день мы начнем с собрания, после которого ваши расписания, возможно, будут перестроены под текущие нужды. На этом пока все!

Все еще недовольно гудя, студенты начали расходиться, а из меня будто вытянули все соки. Я как всегда поступила импульсивно, не согласовав ни с кем, напугала каждого в Академии, но в тот момент чувствовала, что это правильно. Они должны знать.

– Ты стала совсем взрослой, – грустно улыбнулась мама и погладила меня по щеке.

– Прости, что не согласовала.

– Они все равно узнали бы. Опасность угрожает каждому, рассказать об этом – правильно.

– Но лучше бы не на ночь глядя, – хмыкнула Зара. – Не уверена, что сумела бы уснуть после такого.

– А я уснул бы, – зевнув, сказал Никита. – Но сначала поел бы.

Джек поддержал его согласным воем.

Ректор с сомнением глянул на земного зверя, но ничего не сказал и проводил нас всех (включая пса) в столовую. Анир, правда, по дороге куда-то потерялся, и на протяжении всего ужина я думала о нем. Переживала. Порывалась то вскочить и идти его искать, то захватить для него еды. В итоге же смиренно отправилась сначала провожать маму, которую вместе с Никитой разместили в свободных преподавательских покоях, а потом в нашу с Зарой старую комнату.

Зашла и замерла на несколько мгновений, борясь с иррациональным ощущением, будто все это – светло-коричневые стены, узкие кровати, столы, заваленные учебниками, и вообще все мое здесь обучение – было давным-давно, в прошлой жизни. Пока на меня неизвестно откуда не налетела ярко-рыжая, казалось, светящаяся ушастая змейка!

– Эльза! Неужели ты меня дождалась?

Йаранка свела ушки, издав характерный треск, и обвилась вокруг моей талии.

– Прости, что так задержалась.

Зара, успевшая к тому времени помыться, вышла из душа и растянулась на постели.

– А я ведь успела привыкнуть к студенческой жизни. Жаль, как прежде уже не будет. Кажется, часть меня осталась в тех подземельях. Вместе с Ериком.

– Зара… – Ком застрял в горле. – Мне так жаль. Мы не оставим это так, придумаем что-нибудь.

– Перестань. Сейчас главное не дать этому чудовищу подчинить себе весь Орт. И Землю вдобавок. Не позволить ему убить кого-то еще.

Не зная, что еще сказать, я присела рядом с Зарой на кровати, а потом, когда она тоже села, неловко обняла ее.

– Все хорошо, не грусти, принцесса. Нет, ну подумать только, я делила комнату с принцессой! До сих пор поверить не могу! – усмехнулась она.

– Это потому, что никакая я не принцесса. Ну то есть принцесса, конечно, но с тобой я всегда была настоящей.

– Я знаю, – шепнула она.

– И с ним, – едва слышно добавила я. Тоска сжимала сердце и тянула к Аниру. Вот почему он не пошел на ужин? Неужели не хочет есть?

Я поднялась и заходила туда-сюда по комнате. Зара только тихо посмеивалась, наблюдая за мной.

– Не могу так больше! Он ведь не придет сам, вбил себе в голову, что дракон и принцесса не пара. А я чувствую, что ему плохо, знаю, что нам нужно поговорить. Почему он думает, что этот дурацкий статус так уж важен?

– Иди уже, – усмехнулась Зара. – Я никому не разболтаю, где на самом деле ночует принцесса.

Колебалась я недолго. Сняла с пояса йаранку, забежала ненадолго в душ, переоделась и выскочила за дверь.

Анир, как и ожидала, обнаружился в своей башне.

– Тина?

Надо же, удивился.

– Ты не пошел на ужин.

– Хотел побыть один.

– Почему?

– Хочешь услышать честный ответ? Я чувствую себя здесь лишним. Неуместным. Беспомощным. Анир-Армагар. Тот, кто принял великого дракона! Будущий спаситель! Все оказалось ложью. Даже сам Армагар.

– Но ты спас нас в тех подземельях, – возразила я, подходя.

– Вы не пострадали чудом. Поверь, зверю было все равно, кого рвать и жечь. Мне не стоило приезжать в Академию. Ни сейчас, ни вообще. Такое ощущение, что мои видения нарочно подталкивают на неверный путь!

– Не стоило, значит? – с грустью усмехнулась я, и он наконец посмотрел мне прямо в глаза.

– Если бы я не приехал, то не причинил бы боли тебе.

– Тебе не обязательно причинять мне боль, Анир, неужели не понимаешь?

– Может, если бы я узнал раньше о том, кто ты… И о том, кто я.

– Ну да, я ведь принцесса, а ты чудовище. Только, Анир, не надо решать за меня. Я сама в состоянии сделать выбор, понимаешь? Не надо отнимать у меня это право.

– Мне нечего тебе предложить. Не только потому, что ты принцесса. Я вообще вряд ли имею какое-либо будущее в качестве нормального человека и тем более спутника жизни для женщины.

Он сцепил зубы и тряхнул головой, отчего вокруг рассыпались голубые искры.

– Эти побрякушки не особенно помогают, – прохрипел он, касаясь незамеченных мною прежде браслетов.

Я подошла вплотную и накрыла его ладонь своей. Потом прижалась всем телом. Анир, в первые мгновения напряженный, словно бы каменный, постепенно расслабился и даже дышать стал ровнее.

– По-моему, очевидно, что именно, в отличие от браслетов, помогает, – прошептала я и подняла к нему лицо.

– Ты мое искушение, принцесса, – шепнул он хрипло в ответ, а у меня от его слов мурашки побежали по спине.

– Тогда поддайся.

Глаза, голодные, огненные, полыхнули и погасли.

– Не могу.

Он снова тряхнул головой и отстранился.

– Завтра будет еще один трудный день, тебе надо отдохнуть.

– Хочешь остаться один?

– Ты знаешь ответ, но…

– Давай просто поговорим. О другом. Я не хочу спать.

– О другом?

– Почему ты не хочешь попробовать договориться с драконом? Борешься с этим. Я не понимаю.

– Тина, опять?

– Но я действительно не понимаю!

– Я не контролирую это существо, даже себя никак не ощущаю в процессе, будто меня и нет вовсе. И что он такое, тоже до конца не знаю.

– Но это такая мощь! Необъятная сила, целый источник магии в тебе одном! Как ты раскидал всех в том подземелье.

– Не я! И ты ведь не знаешь его мотивов. Если они вообще есть. А если это одна лишь жажда убивать? Всех без разбора?

– Нет, – замотала я головой, – это неправда. И можно же просто попробовать, потренироваться.

– Нет.

– Это не ответ!

– Это как раз таки ответ, просто ты никак не хочешь его принять. Не хочешь услышать!

Язычки пламени прорвались с тыльной стороны его ладоней, и я поняла, что дракон, похоже, реагирует на любые достаточно яркие негативные эмоции.

– Ладно-ладно, прости. Я ведь даже отдаленно не представляю, каково это…

Анир выдохнул, сел на кровать и устало опустил голову.

– Это соседство принесло мне мало хорошего. Жизнь – да, но какая! Бесконечные медитации, тренировки. Борьба. Одиночество…

На последнем я не утерпела и села рядом.

– Ты не один.

Анир хмыкнул:

– Был не один в стенах этой Академии. Был с тобой. Ты права. И поверь, я благодарен богам за этот щедрый подарок. Когда Армагар остался, избрав умирающего мальчишку-провидца своим новым вместилищем и подарив мне жизнь, я был воодушевлен и благодарен, но потом… Не сразу, постепенно я осознал, что остался так же одинок, как и прежде, даже больше. Сначала в маленьком Анире пробуждалась магия воздуха. Я парил, представляешь? Да и пророческая сила возросла, глазам словно открывалась целая Вселенная. Но чем дальше, тем больше сила дракона затмевала и врожденный пророческий дар, и остальное, а затем и вовсе стала выходить из-под контроля. Чем больше я старался ею овладеть, чем больше умудрялся зачерпнуть, тем неистовее и непредсказуемее она проявлялась, оставив в итоге лишь огонь. Который теперь и вовсе жжет изнутри.

– Мне так жаль, Анир, – прошептала я, опуская голову ему на плечо, – тебе достался сложный путь. И я так хочу разделить его с тобой…

– Маленькая глупая принцесса, – хмыкнул он тихо и, кажется, тоже улыбнулся.

– Ты правда парил? Как Никита?

– Я не видел, как делает это Никита, но да. Магия воздуха близка крылатым драконам, но даже она утонула в толще непослушного огня.

– И учитель Зелт учил тебя усмирять это пламя?

– Учил, да только из меня вышел нерадивый ученик. Я давно перестал понимать, куда двигаться дальше. Упорствовал, повторяя из раза в раз одни и те же неработающие попытки и техники. И наверное, поэтому видение об Академии, этот знак, пробудил почти затухшую было надежду что-то о себе понять, изменить. Найти свое место в этом мире. И многое действительно изменилось. Но выпустить в мир разъяренного дракона в его первозданном виде я себе позволить не могу.

– Хорошо, – вздохнула я.

– Хорошо?

– Да. Кажется, теперь я… понимаю. Спасибо, что рассказал мне. Для меня это важно. Вот только…

– Только? – спросил он тихо, заглянув мне в глаза.

– Только я не откажусь от тебя, с каким бы чудовищем внутри ты ни соседствовал, – уверенно заявила я. – Понимаешь? Можешь гнать, я все равно буду рядом.

Коснувшись его плеча, опустила руку ниже, прижав ладонь к его груди, чувствуя, как гулко и сильно бьется его сердце. Чуть приподнялась и потерлась виском о его скулу.

Анир с шумом выдохнул и сжал руки на моей спине, провел пальцами, сквозь тонкую ткань касаясь позвонков. Помассировал шею и, пропустив мои волосы сквозь пальцы, обхватил мой затылок.

Яркие глаза его словно светились изнутри, выдавая истинные эмоции. Жажду обладания. Притяжение, яростное, непреодолимое.

Издав неясный то ли рык, то ли стон, Анир все-таки сорвался. Поцеловал. Горячие губы не были нежными, они сминали, присваивали. Отчаянно, остро. Так, что внизу живота мгновенно потянуло, а меня саму бросило в жар. Тоска и желание, надежда и отчаяние смешивались в жгучий коктейль, терзали и дарили наслаждение.

Анир хотел меня так же неистово, как и я его. Любил. Почему же тогда наш поцелуй вышел таким горьким?

День в Академии выдался напряженным и суетным. На занятия мы с Зарой не пошли. Слишком многое в последнее время случилось, и возвращаться к учебе сейчас казалось неправильным. Анир по просьбе ректора Дангира проводил боевые тренировки, но на них мы тоже не явились. Вместе с Ходящими, местным хранителем и мамой разбирали хранилище артефактов (то самое, куда меня когда-то вывел непоседливый замок), составляли списки одаренных студентов, чтобы понять, кто из них способен постоять за себя и других, а еще наполняли кристаллы-накопители и некоторые из найденных артефактов силой источника.

Мне хотелось верить, что это поможет, но… не верилось. Предчувствие неминуемой беды тугой пружиной скручивалось внутри, мешая нормально дышать, есть, думать. Однако вида я старалась не подавать. Ради мамы. Получив еще утром вестника от отца, она и так заметно волновалась. И почему-то не делилась подробностями, отговариваясь общими фразами. Что только усугубляло напряженное состояние.

А еще Анир… Даже вечером, когда занятия закончились, он не появился, пропадая неизвестно где. Я, конечно, хотела его видеть, но на этот раз сама его разыскивать не пошла. А посреди ночи проснулась, разбуженная иррациональной, острой тревогой. Пытаясь убедить себя, что мне просто-напросто что-то приснилось, я прислушивалась к окружающей действительности, но слышала лишь собственное сердце, набатом стучащее не только в груди, но и в ушах.

Пока замок вдруг не сотрясся от пронзительного нечеловеческого рева.

– Что это?

Проснувшаяся Зара сонно озиралась по сторонам.

– Дракон, – глухо ответила я.

А потом, вместо того чтобы побежать в башню и попытаться усмирить пробудившегося зверя, подошла зачем-то к окну.

В неясном свете лишь у горизонта занимающегося рассвета я разглядела того, кого не видели в нашем мире уже очень давно, – летящего дракона.

Не знаю, как много прошло времени. По ощущениям – много. Ко мне никто не приходил, а голос охрип и горло пересохло. Я очень устала, хотела есть и спать, но даже не садилась, опасаясь отвести взгляд от соседней клетки. Будто, сделай я это, и Анир исчезнет.

Не знаю, мог ли он в действительности услышать мои мольбы, но в какой-то момент Анир зашевелился и открыл глаза.

– Анир! – тихо и хрипло позвала я, едва сдерживая слезы.

Но любимый как будто не услышал. Или не смог разглядеть? Поднявшись, он озирался по сторонам, потом коснулся прутьев клетки и, кажется, догадался, где находится.

Издав глухой рык, он вдруг выгнулся и начал меняться. Мышцы взбугрились и покрылись чешуей, тело стремительно разрасталось, а на месте лица оказалась оскаленная драконья морда. Без промедления дыхнувшая пламенем. Оказавшийся на пути огня краешек клетки – единственное, что от нее осталось после оборота, – тут же оплавился и стек.

Я замерла, с трудом сдерживая крик. Дракон был явно разъярен. И очень опасен. Да, именно так, как говорил Анир…

– Да чтоб ты подавился! Анир, борись! Слышишь? Я знаю, ты все еще там! Борись!

Мои отчаянные вопли привлекли дракона. Но мне уже было все равно. Сколько можно? Мы либо погибнем тут оба, либо я все-таки достучусь до Анира. Так хочу достучаться…

Чудовище вытянуло морду и словно бы принюхалось. Дыхнуло паром.

– Анир, это я…

Зверь тряхнул головой, оскалился и прямо мордой ударил по моей клетке. Та пошатнулась и развалилась, словно карточный домик, а я упала, больно ударившись коленями и изранив ладони.

Прямо так, стоя на четвереньках, я в упор смотрела на огромные ноздри, исходящие серым дымом, и понимала, что сейчас умру.

Дракон разинул пасть и обдал меня волной разъедающего пламени. Боль не просто окатила, она словно проникла в каждую клеточку тела, прошла насквозь, то ли испепелив, то ли расщепив на атомы те мельчайшие частички, из которых состоит все. Я закричала, срывая голос, зажмурилась и пораженно замерла, не понимая, почему до сих пор жива. Пламя, осязаемое теперь, словно вязкий теплый туман, начало опадать, и боль почти отступила.

Я посмотрела на свои горящие руки и не поверила глазам. Пламя обволакивало, лизало кожу, местами как будто даже впитываясь. Как такое возможно?

Дракон склонил голову, опять принюхался и, словно извиняясь, толкнул меня носом и помог подняться.

Я не понимала, что происходит, и чувствовала себя очень странно. Легко, пьяняще, и в то же время внутри все ныло и жглось. Плескалось… пламя? Я снова посмотрела на свои руки, коснулась лица. Человек ли я вообще теперь?

– Что же ты сделал, чудовище? Не сумел убить? Или не захотел?

Дракон устало выдохнул, выпустив струйки дыма, и упал к моим ногам человеком. Мгновенно.

Я пораженно, испуганно ахнула и рухнула на колени рядом.

– Анир!

Лишь чудом не потеряла сознание, так тяжело стало дышать. Перед глазами плясали разноцветные пятна, в груди щипало, а по венам будто текли огненные реки.

Сцепив зубы, глухо застонала и дотронулась до любимого.

– Очнись. Пожалуйста, – шепнула я и все-таки провалилась в беспамятство.

Очнулась от невесомых прикосновений и разливающейся по телу прохлады. Пламя отступало под ее воздействием, утихомиривалось.

Я осторожно разлепила глаза и вздрогнула, заметив склонившуюся ко мне тень.

– Не кричи! Я и так удивлен, что никто до сих пор не явился.

– Ерик? – не поверила я своим ушам. – Это ты?

– Я, – кивнул друг и встал так, чтобы на лицо падало немного света.

– Но как же… Откуда?

– Долгая история. Если вкратце, я все время был здесь. Прятался. Знаешь, я научился быть невидимкой. Захочешь выжить – и не такому научишься…

– Духи! Как же я рада! – воскликнула я и скривилась от горячей волны, пронесшейся по телу.

– Тише ты. Подумать только, как пылаешь!

– Что? – пискнула я и опустила глаза на руки. – Дохлый даг!

– Даже не буду спрашивать, как это вышло. Драконы – практически неизведанная область науки.

– Ерик, где Анир?! – запаниковала я, озираясь. В полутьме не сразу разглядела лежащего неподалеку любимого. – Что с ним?

– Спокойно. Он жив, просто сильно истощен. А у тебя, судя по всему, напрочь выжжены каналы, но при этом тебя переполняет магия. Не знаю, как такое вообще возможно, но вряд ли ты сумеешь удерживать эту силу долго.

Пока он говорил, я подползла к Аниру, провела ладонью по его осунувшемуся лицу, убирая пряди отросших светлых волос.

– Да и… у него что-то с глазами. Трудно сказать, что именно, но я вижу искажения.

Словно в подтверждение его слов, Анир вдруг приоткрыл глаза, покрытые белесой пленкой. И почти сразу закрыл.

– Я порядком истощен, влил в него, сколько смог, но этого мало, – виновато пробормотал целитель.

– Ерик, он что же, ослеп? Навсегда?

– Тина, я всего лишь студент-недоучка, помнишь? Я не знаю. Да и так ли это важно? Ты, кстати, тоже… – Он посмотрел на меня с сомнением и поджал губы.

– Что? – насторожилась я.

– А-а, неважно. Нам нужно скорее перемещаться. Другого пути отсюда просто нет!

Я опустила руку в карман.

– Верм. У меня его нет, Лестор забрал.

– Зато есть у меня, – улыбнулся он и протянул мне знакомую шестеренку. – Я уже давно стащил его, но воспользоваться не сумел. Мне он не отзывается. Надеюсь, дело не в том, что он неисправен.

– Ты не перестаешь меня удивлять. Но, Ерик, я тоже не уверена, что смогу его оживить. Я чувствую все совсем иначе, не знаю как.

– Тина, что бы там ни было, сейчас ты полна! Все у тебя получится! От тебя самой впору заряжать накопители, так ты фонишь.

Я неуверенно кивнула и, взяв у Ерика верм, крепко сжала ладонь Анира. Ему нужна помощь, да и вообще нужно скорее выбираться, в этом друг прав.

– Хорошо, – кивнула я. – Сожми мое запястье и ни за что не отпускай!

– Вот уж поверь, оставаться здесь никакого желания нет, – усмехнулся Ерик.

Я до последнего не знала, как лучше поступить. Рискнуть с прямым порталом или отправиться сначала на Землю? Во дворец перенестись в итоге или в Академию? Решилось все как-то само собой. Глядя на невероятного, сумевшего выжить и уцелеть в жутких условиях, несмотря ни на что, неунывающего Ерика, я твердо и уверенно подумала о Заре. Мы отправимся к ней.

Появились в Академии мы эффектно. Судя по количеству студентов, наполняющих холл, все как раз возвращались с завтрака, но не успели разбрестись по аудиториям.

Кто-то закричал, другие зашептались, куда-то побежали. Я так растерялась, что… запылала. Еще больше испугав и окружающих, с ужасом отскочивших, и саму себя.

– Тина, спокойно, все хорошо, – пытался достучаться до меня Ерик, но благоразумно не приближался. Так и сидел на полу рядом с Аниром, который так и не пришел в сознание.

А потом все как-то разом расступились, и я увидела Зару, прижимающую руки ко рту и дрожащую от беззвучных рыданий. Ерик, чуть пошатываясь, поднялся и пошел к ней. А я наконец заметила маму. Застыв, она не отрываясь смотрела на меня, и в глазах ее плескалось что-то такое, что я не смогла опознать. Кажется, у нее шок.

Я медленно выдохнула, изо всех сил стараясь унять бушующее внутри и частично снаружи пламя. Удовлетворенно заметила, как язычки его впитываются обратно в кожу, и улыбнулась.

– Все хорошо, – шепнула я, глядя на родительницу.

А мама почему-то заплакала. Потом отмерла и все-таки бросилась ко мне:

– Доченька, что же они с тобой сделали? Как ты могла! Зачем?

– Мама, мама, прости, я случайно, – произнесла я и горько усмехнулась. Ну конечно, как иначе? – Все хорошо, правда, представляешь, я нашла Анира, а Ерик нашел нас! Мы выбрались. – Мама продолжала плакать и гладить меня по лицу и волосам. – Я в порядке!

– В порядке?! – всхлипнула она. И смотрела при этом с такой жалостью, что мне стало не по себе.

– Мама… я не понимаю.

– Пойдем, родная, тебе нужно к целителю. Потом отдохнуть и…

– Подожди! Нет, нет! К целителю нужно Аниру! – Я повернулась к любимому, которого, к счастью, уже подняли на носилки. – Ерик помог нам, но Анир до сих пор не очнулся.

Так, все вместе, мы и пошли в лазарет. Студенты провожали нас изумленными, испуганными взглядами, шептались и отводили глаза. Мама хмурилась, отчего между бровями у нее залегла складка. А я корила себя за то, что заставила ее так сильно волноваться. Моим сестрам незачем появляться на свет раньше времени.

В лазарете целитель, увидев меня, сглотнул и почему-то перевел взгляд на маму. Я не стала разбираться и велела ему немедленно осмотреть Анира.

– Серьезное истощение и… почти полная потеря зрения, но его жизни ничего не угрожает, – через некоторое время отчитался он.

– Это обратимо? – спросила я напряженно.

– Трудно так сразу сказать… – замялся целитель.

– Да вы издеваетесь! Студент-первокурсник уже сказал мне ровно то же самое!

– Ваше высочество, не стоит горячиться, – снова сглотнув, сказал целитель. – Я напитал вашего друга своей силой и влил укрепляющую настойку. Остальное будет зависеть от способностей к регенерации его организма. Природа его недуга не до конца ясна, а потому сложно давать прогнозы…

– Он будет в порядке! – нетерпеливо заключила мама и с непонятным отчаянием спросила: – А теперь скажите мне, йарат вас побери, что с моей дочерью?!

– Здесь еще более необычный случай, – протянул целитель и, с хищным интересом оглядывая меня, подошел, – но мы разберемся!

– Не надо ни с чем разбираться! Я отлично себя чувствую и подопытной становиться не собираюсь.

– Валенсия, милая, посмотри сюда, – устало выдохнула мама и за плечи потянула мне к висящему между стеллажами зеркалу.

В отражении я увидела насупленную девушку весьма странной наружности. Ослепительные серебристо-белые волосы, смуглая кожа и такая же, как и волосы, практически белая радужка глаз, окаймленная темным ободком. Бесконечно долгое мгновение мне понадобилось на то, чтобы осознать, что эта девушка – я сама. Кожа тут же вспыхнула язычками пламени, а перед глазами поплыло.

– Валенсия! Сделайте что-нибудь!

Я пошатнулась и почти упала, когда целитель все-таки поддержал меня за спину и помог сесть на кушетку.

– Внешний вид… Да… Это похоже на полное магическое выгорание, как бывало в древности, если маг подпадал под воздействие такой силы, которое его энергетические каналы не в состоянии были выдержать. Однако ваша дочь, ваше величество, демонстрирует весьма сильную, я бы даже сказал, чрезмерную магическую наполненность. Вероятно, это…

– Хватит! – прервала я его. – Займитесь Аниром. Мама, я пойду к себе. Ты права, я устала, просто вымотана. Немного приду в себя и вернусь сюда. Проведать Анира, а не участвовать в экспериментах!

– Но, милая…

– Ты сама видишь, ни один целитель все равно точно не скажет, что с нами. Ни с Аниром, ни со мной. Во мне магия дракона. И раз я до сих пор жива – остальное не имеет значения. Я только прошу вас, помогите ему. И… если заметите что-то странное, сразу зовите меня!

Мама выглядела недовольной, но, на удивление, не стала настаивать даже на том, чтобы проводить меня до комнаты. Осталась что-то обсуждать с целителем. А у меня в самом деле банально не было сил о чем-то думать. Я отложила в дальний уголок сознания даже ужас от обновления своей внешности. Сейчас мне хотелось только одного: закрыться в комнате, зарыться под одеяло и хотя бы на время забыть обо всем.

Мне повезло. Пока шли обратно из столовой, я случайно подслушала шепотки о дарии Итанилионе, остановившемся в Академии на ночь, и о том, что ему выделили бывшие покои декана Зелта. Шептавшиеся не постеснялись упомянуть и то, что дария Адриана присоединилась к нему этой ночью.

Попрощавшись с подругой, я направилась прямиком к Никите. Мальчик в самом деле был в комнате один.

– Никита! – позвала я негромко, боясь его напугать.

Землянин подскочил и тут же завертел головой. Взлохмаченный, с прищуренными ото сна глазами, он напоминал птенчика, настороженного, но бойкого.

– Это я, прости, что разбудила.

– Тина, это ты?

– Я это, я.

– Ты стиль сменила, что ли? Клево смотрится. А где Адриана? Что-то опять случилось?

– Ну… Там мой отец явился. Мама ушла к нему, а я… Мне нужна твоя помощь.

Никита тут же приосанился и с гордым видом спросил:

– Чем могу помочь?

Я улыбнулась и протянула ему захваченное с кухни пирожное. С кремом, ягодами, украшенное искусно сделанными лепестками и листиками. Такие точно не подают студентам, разве только по праздникам.

– Очень странное задание, – пробормотал парень, принимая угощение.

– Это не задание, – усмехнулась я. – Это моя благодарность. А задание… Ты ведь умеешь теперь летать?

Никита выпучил глаза и едва не уронил пирожное.

– Не то чтобы я умею, – пробормотал он, – но пару раз взлетал прямо под потолок. И потом еще мэтр Ялуз пытался учить меня, но ему быстро стало не до того. Боюсь, я вряд ли смогу помочь тебе.

– Все это не страшно. Ты поможешь мне, а я помогу тебе… помочь мне.

– Ну ладно, – пожал он плечами. Прекрасный, доверчивый ребенок! Если бы еще я сама была уверена, что это сработает.

– Ты пока ешь пирожное и одевайся, а я кое-что сделаю и за тобой зайду, хорошо?

– Угу, – промычал он, вгрызаясь в сладкий крем.

Мы долго лежали, обнявшись, гладили друг друга, перебирали волосы и просто слушали биение сердец, которые, казалось, звучали теперь в унисон, а потом я все-таки уснула, безмятежно и счастливо. А когда проснулась, обнаружила, что Анир уже оделся и явно куда-то собрался.

– Кхм…

– Доброе утро, принцесса, – улыбнулся он и, наклонившись, сладко-сладко поцеловал. – Впрочем, насчет утра я не уверен. Но надеюсь, хотя бы не ночь, потому что собираюсь поговорить с твоим отцом.

– О нет, – простонала я. – Давай ты лучше не будешь.

Анир рассмеялся. Потом нахмурился:

– Ты ведь не передумала? Говорила серьезно?

– О чем?

– Тина, я люблю тебя и, как ты сама сказала, отчасти дракон. Одна мысль о том, что тебя отберут, что ты будешь с другим, что отвергнешь, сводит меня с ума. Я не собираюсь сидеть тут и ждать этого!

Не сдержавшись, я рассмеялась.

– И при чем тут мой отец?

– Глупая, глупая принцесса, я собираюсь просить твоей руки!

– О-о-о, у отца?

– Разумеется.

– И все?

Анир сел, заглянул мне в глаза.

– Ты украла мое сердце и разделила магию. И ночь. Согласишься ли теперь стать моей женой? – спросил он со всей серьезностью. И смотрел при этом так напряженно, будто боялся услышать ответ.

А я растерялась. Совершенно не думала о замужестве! Тем более так рано!

Но чем дольше я молчала, тем больше Анир мрачнел.

– Анир, я…

– Ясно. Я понимаю. – Он сел на кровать, опустил голову, потер глаза. – Я, в сущности, никто. Тем более это. Ты сияешь магией, и я вижу тебя, не так, как обычно, конечно, но все же, а вот одежду нашел с трудом.

– Анир! Да плевать на это! На все плевать. – Я уселась на него сверху, приподняла его лицо за подбородок. – Я люблю тебя, слышишь? Мне не нужен никто другой. Я просто не ожидала такого вопроса, вот и все. Мне не важны все эти условности, я просто хочу быть с тобой.

Он, кажется, немного оттаял, ответил на поцелуй. И через какое-то время спросил:

– Не важны, значит?

Ничего не подозревая, кивнула.

– Ну раз так, я иду к твоему отцу, – припечатал он. – Но учти, если он откажет, мне придется тебя украсть.

На это мне пришлось согласиться. На все согласиться. Ведь какая, в сущности, разница, как называться, если он будет рядом?

– Только подожди, я оденусь. Пойдем вместе. И… может, выйдем через окно?

Мой дракон вскинул бровь:

– Летать в человеческой ипостаси я пока не умею, а огромному дракону вряд ли обрадуются студенты.

Я не поверила своим ушам: он сказал это вполне серьезно!

– То есть ты мог бы попробовать? Обратиться?

Анир замер на мгновение, словно раздумывая, но все же кивнул:

– Возможно. Наверное, лучше не прямо так сразу, но… Я чувствую теперь все совсем иначе. Он не рвется и не ярится больше, а я… я, похоже, наконец понял, что мы с ним одно неразделимое целое, не враги, а двуединое существо, которое, так уж вышло, не может существовать по отдельности.

– Могущественное и несокрушимое в своем единстве, если достигнута внутренняя гармония, – прошептала я. Не знаю, откуда я взяла это, оно просто родилось в душе, как будто я всегда знала. – Выходит, надо было не бороться с драконом и не покорить даже, а принять?

– И найти ту, что разделит эту ношу, – ответил он тихо, погладив меня по лицу. – Ты ведь с самого начала хотела помочь, отчаянно смелая принцесса. А я считал себя опасным чудовищем и боялся навредить.

– Ну… не с самого начала. Но твой дракон меня не пугал. Почти. Благодаря его магии я научилась магичить.

– Возможно, он выбрал тебя даже раньше, чем я сам.

– Анир, я так рада, что с тобой все хорошо! Надо обрадовать остальных, пока они не решили, что ты меня съел. – Я хихикнула, но тут же добавила: – Даже если моего отсутствия еще не заметили, нам придется изловчиться, чтобы отсюда выйти.

Быстро одевшись, взяла любимого за руку, вышла в основную комнату башни и там с самым невозмутимым видом открыла дверь. У стражников вытянулись лица, честное слово! Увидеть принцессу внутри они явно не ожидали.

– Ваше высочество, – прохрипел один из них, преграждая мне дорогу. – Как вы здесь оказались?

– Это не ваше дело, дайте пройти.

– Не велено никого пускать и выпускать.

– То есть вы считаете возможным запереть меня здесь? Как преступницу? Такое вам дали распоряжение?

– Нет, но…

– Вот и все!

Я решительно прошла мимо опешившего громилы, однако второй тут же вырос перед Аниром.

– Вы можете выйти, ваше высочество, но не он.

Я нахмурилась, обернулась и, подняв все еще соединенные с драконом руки, воспламенила их.

– Уверены, что можете помешать нам выйти? Что хотите нам помешать? – процедила я.

Конечно, я понимала, что стражники ни в чем не виноваты, и не стала бы в самом деле их атаковать. Но вот злилась вполне искренне. На саму ситуацию, на родителей, в конце концов.

– В таком случае мы будем вынуждены сопроводить вас к дарии Адриане, – заявил он и подал какой-то знак второму.

– Вот и отлично, – сказала я и потянула Анира за собой.

Один из стражников убежал далеко вперед (куда, стало понятно, когда к нашему конвою присоединилось еще несколько стражников). Мы же спускались по лестнице медленно и осторожно, делая вид, что идем одни. Только когда я повернула по направлению к бывшим покоям учителя Зелта, меня остановили просьбой следовать дальше. Похоже, родители вернулись в комнату к Никите.

Оказалось, не родители, а мама. Отец отбыл во дворец.

– Доченька, что случилось? – воскликнула мама, увидев меня в окружении стражников. И только потом заметила дракона. – Анир?

– Мама, вели им уйти, – сказала я твердо.

– Но, Валенси…

– Вели им уйти и отмени этот дурацкий приказ! – повторила я. – А потом мы поговорим.

Она медлила, переводила растерянный взволнованный взгляд с меня на Анира, но я не собиралась отступать:

– Мама, я тебя прошу, мы не опасны. В противном случае нам придется уйти сейчас. Вместе.

И мама сдалась. Тяжело вздохнула, отослала стражников и взглянула на меня с осуждением.

– Анир этот взгляд не увидит, можешь не стараться, – сказала я и прошла вглубь комнаты. Усадила Анира на диванчик и села рядом.

Мама нахмурилась и на этот раз посмотрела, как мне кажется, с сожалением.

Анир же зачем-то встал.

– В отсутствие дария Итанилиона прошу выслушать меня вас, Адриана.

Мама вскинула брови, я застонала.

– Анир, давай не сейчас, – шепнула ему, но какое там! Мама уже явно заинтересовалась.

– Наедине? – уточнила она.

И этот невозможный драконище кивнул! А мама с намеком перевела взгляд на меня.

– Ну уж нет! – возмутилась я. – Я его тут не оставлю. Без присмотра.

– Валенси, прекрати. Ничего я не сделаю с твоим Аниром.

И вот это «твоим» она так выделила интонацией, что я как-то внезапно успокоилась. Она же все видит и, возможно, даже уже все поняла.

– Я люблю его, имей в виду, – пробурчала я на всякий случай, погладила тыльную сторону ладони своего дракона и все-таки вышла из комнаты.

Пока ждала, успела измерить шагами весь коридор. Раз двести! Подслушать тоже пыталась, но ничего не было слышно. Наконец дверь отворилась, но вместо того, чтобы обрадовать меня новостями, эти заговорщики молча пошли куда-то еще! На попытки расспросов мама на меня только недовольно шикнула и в итоге опять заперлась с Аниром, только на этот раз в кабинете ректора Дангира!

А когда Анир наконец вышел, он только и сказал:

– Мне разрешили остаться.

– И все?!

– Пока все, – улыбнулся он.

– Ладно, и что теперь?

– Знаешь, я так голоден, что съел бы пустынного дага. Как думаешь, нас накормят?

– Дага не обещаю, но пусть попробуют отказать принцессе! Я сегодня вошла в роль, – заявила я и повела любимого вниз, в столовую.

К счастью, нас накормили, кажется, это был ужин, часы сбились совершенно. Потом мы гуляли по саду Академии, дурачились и целовались украдкой, будто нарочно не затрагивая серьезных тем, наслаждаясь минутами, которые все еще могли провести просто вместе. Но в конечном итоге я не выдержала.

– Что она сказала? – спросила, заглянув любимому в глаза. Мне было страшно услышать, что мама против Анира, и в то же время я должна была понимать ее отношение.

– Адриана очень встревожена. Итан отправился обратно в столицу руководить магами и распределять прибывших из Кайлована военных. Демонстрация сил Санумом не прошла даром, некоторые бежали, многие в растерянности. А ведь учитель предупреждал об угрозе еще два десятка лет назад! Мы оказались не готовы.

Я поникла. Да и спрашивала я не о том. Анир, даже не видя выражения моего лица, как-то сразу уловил смену настроения, нежно провел по моим волосам, погладил щеку и прошептал:

– Прости. Просто хочу, чтобы ты понимала, как ей нелегко сейчас, и не оставляла надолго одну.

– Конечно, – кивнула я.

– Я не спросил ее о главном, решил дождаться встречи с Итаном, но, кажется, она и без того догадалась. Правда…

– Что? – насторожилась я.

– Велела вести себя прилично.

– Только не это, – простонала я.

Анир рассмеялся.

– Ты по-прежнему принцесса, любимая. И если это поможет мне сделать тебя своей по всем правилам и навсегда, я готов немного потерпеть.

– Надо было все-таки бежать, – пробурчала я недовольно.

Мне не хотелось расставаться с Аниром ни на минуту, но пришлось. Упомянутые, ийрат их побери, приличия предписывали дракону и принцессе ночевать отдельно. Да и вообще на публике вести себя… прилично, да.

Я переживала, как Анир будет справляться один, но он упрямо проводил меня до комнаты, наотрез отказавшись от обратного. Попрощался быстрым поцелуем и уже собирался уйти, когда на него откуда-то с потолка спикировала моя йаранка! И не просто спрыгнула, а обвилась вокруг руки, всем своим видом демонстрируя, что никуда слезать не собирается.

Анир почему-то напрягся и взглянул на меня просяще. Я развела руками:

– Она, видимо, обиделась, что я в последнее время совсем не уделяла ей внимания. Решила сменить хозяина.

– Тина, ты же помнишь, как дракон реагирует на моллюсков, а если и на йаранок тоже?

– Вряд ли ты успеешь ее съесть, – пошутила я.

Анир вздохнул и ушел. Вместе с Эльзой. Уже потом я узнала, что маленькая проказница стала неоценимой помощницей для незрячего дракона. Она уползала вперед и сводила ушки, создавая треск и магический импульс, которые Анир мог не только слышать, но и видеть. Причем «видимой» в эти моменты становилась не только сама йаранка, но и окружающие ее предметы. Так она указывала Аниру дорогу. Повадки, достойные обсуждения на занятиях по теории магических созданий. Даже жаль, что на занятия я больше не ходила.

А вот Зара и Ерик к учебе вернулись, да и жили теперь практически вместе. Уж не знаю, куда подевался сосед целителя, но у нас в комнате Зара ночами не появлялась, да и днем только иногда забегала, чтобы сменить учебники или взять что-то из одежды. Впрочем, я и сама большую часть времени проводила не у себя, а у мамы с Никитой. Как и говорил Анир, она сильно тревожилась за отца, за Королевство и за весь Орт разом, из-за чего была бледной и подавленной. Так не похожей на себя обычную. Я переживала за ее здоровье, за своих еще нерожденных сестренок и старалась не оставлять ее одну, отвлекать. Правда, последнее у Никиты получалось куда лучше. Иногда ему стоило просто сказать что-нибудь с его точки зрения серьезное, чтобы вызвать у мамы улыбку. Я тоже пыталась, но слишком тосковала по Аниру, постоянно думала о нем. Да, он был рядом, тренировался на полигоне, ходил в столовую, но оставался при этом почти недосягаемым. Мы не могли больше позволить себе той легкости и открытости, что успела появиться между нами. Состояние мамы, общая гнетущая атмосфера, пресловутые условности – все как будто снова было против нас. Мы виделись, конечно, но урывками. Даже потренироваться вместе за те несколько дней, что мы провели уже в Академии, толком не удалось. А хотелось! Ректор Дангир не позволил Аниру вернуться к преподаванию и запретил обращаться в дракона, но и без этого задач хватало. Аниру предстояло приноровиться к новому течению магии, теперь послушной, научиться на новых условиях взаимодействовать с драконом, пусть даже пока не давая ему волю. А еще справляться со всем, почти ничего не видя. Целителя, к которому я успела Анира заставить сходить, следовало уволить! Он не дал ни прогнозов, ни объяснений, ни рекомендаций. Не сделал ровным счетом ничего!

В зыбком мареве одинаково тусклых дней прошла почти неделя, а потом прилетел вестник от отца.

Санум завоевывал Айландер. Корона осталась на голове законного дария, но на местах стремительно и неукротимо устанавливалась иная власть. По данным разведки, почти все поселения и деревни окраин Королевства уже подчинились отступнику. Тех, кто не оказывал сопротивления, щадили, но некоторые деревни оказались стерты с лица Орта. Направленные еще раньше на их защиту боевые отряды и маги не сумели ничего противопоставить темной магии и неизвестным ортсам технологиям. Как итог – мирных жителей или убили на месте, или забрали на корм чудовищу, власти которого они воспротивились. Слухи об этом разносились быстрее ветра, возможно намеренно, и все новые города сдавались без боя.

Новости потрясли и вышибли почву из-под ног. Пока мы прохлаждались под защитой Академии, Айландер почти пал. Тихо, практически незаметно сдался врагу сам. А еще, как стало известно, в народе ходили слухи, что Сануму помогает настоящий дракон. Все мы знали, что это невозможно, и тем неприятнее было замечать украдкой брошенные на Анира взгляды. Впрочем, это не продлилось долго… Анир улетел. Дождался уточненных данных о последнем местоположении врага, обернулся драконом и улетел.

Он даже попрощался! Разозлил неимоверно, не пожелав ничего слышать о том, чтобы я отправилась с ним, но попрощался. Так, будто не надеялся вернуться.

– Не смей, слышишь, не смей прощаться! Я тебе запрещаю!

– Тина… Любимая. – Он обхватил мое лицо ладонями, прижался лбом. – Я очень постараюсь вернуться. К тебе. Сделаю все возможное и невозможное.

– Как ты полетишь с такими глазами?! – негодовала я. – А если Санум опять подчинит тебя?

– Привязка, судя по всему, давно сгорела. Еще во время того последнего оборота в клетке. А новую создать я ему уже не позволю! Мне не удалось испытать, но почти уверен, что сознание человека больше не будет спать, находясь в теле зверя. Многое изменилось с тех пор. Я справлюсь!

– Я не могу, не могу… Ты будешь там совсем один…

– Я больше никогда не бываю один, – улыбнулся он, – всегда ношу с собой в сердце одну несносную принцессу.

– Это нечестно. Почему ты? – шептала обиженное я, и он так же тихо, нежно, как ребенку, шептал в ответ:

– Ты знаешь сама. Это с самого начала должен был быть я. Дракон. Только он сможет одолеть такого врага. И я должен был понять и принять это куда раньше. Тогда учитель Зелт, возможно, был бы до сих пор жив.

Он стер слезинку, скатившуюся по моей щеке, поцеловал, вознося на вершину блаженства, и ушел.

Порядочные возлюбленные должны ждать своих любимых. Правильные принцессы должны слушаться короля с королевой и не рисковать своей титулованной жизнью. А как быть непослушным и неправильным?

Я волновалась за Анира до одури. Не находила себе места, не могла есть и думать о чем-то другом. А когда пришли новости о втором драконе, слухи о котором оказались правдивыми, ударилась в панику:

– Второй дракон, как это возможно?! Откуда он взялся? Неужели Санум сумел найти путь в мир древних, что считалось в принципе невозможным?

Ответов не было. А я разрывалась между долгом и зовом сердца. Благоразумием и очередным бунтом. Все мое естество буквально рвалось к Аниру, тянуло, мучило.

На этот раз мама с показной бодростью всеми силами отвлекала меня, рассказывала о своей жизни на Земле и даже обещала навестить когда-нибудь бабушку, рассуждала о том, как лучше узнать о семьях угодивших в Орт мальчишек и что делать, если родных у них не отыщется. Ответ был очевиден, но, задавшись, кажется, целью ни на минуту не оставлять меня одну, мама обсуждала все. В деталях и подробностях. Я слушала, даже отвечала что-то, но в душе металась и билась, не находя решения. На помощь неожиданно пришел за́мок.

Уединившись в ванной (просто перевести дух), я смотрела на свое отражение в зеркале, хмурясь от непривычного, в чем-то даже пугающего зрелища. И там же, в отражении, вдруг заметила, как стена за моей спиной прорезалась линиями, превратившись в дверь!

Колебалась я недолго. Сиганула в открывшийся проход и понеслась вниз по узкой темной лестнице, которая выреза́лась в толще камня едва ли не на глазах. И оказалась в знакомом уже хранилище артефактов.

– Ты на что-то намекаешь, да? – спросила я куда-то в потолок.

Глупо разговаривать с замком, пусть даже напитанным магией и порой своевольным. Однако же сегодня мне, кажется, решили ответить!

С одной из полок, звякнув, что-то упало. Верм! К счастью, от такой вопиющей небрежности он не пострадал. Потом задребезжало что-то еще впереди. Этот артефакт я не узнала. Странный циферблат со шкалой от золотого к черному, стрелка. Но раз волшебный замок рекомендует, взяла и его. Сложнее всего оказалось достать последний «подарок». Стук на этот раз раздавался на одной из самых отдаленных и высоких полок. Чтобы залезть туда, пришлось отыскать для начала лестницу. Коробочка, которую я в итоге оттуда достала, не была пыльной, за хранилищем хорошо следили, наверняка магически, но все равно казалась ветхой, очень старой. Внутри лежал широкий, из тонкого прозрачного камня браслет. Гладкий, без каких-либо символов. Покрутив артефакт в руке, я надела его на запястье.

Браслет чуть нагрелся, как будто напитавшись моей силой, а потом по всему телу, словно окутывая, пробежал холодок. И все.

Решив, что разберусь с этим позже, я еще раз осмотрела хранилище. На полу рядом со столом местного хранителя появился яркий ворсистый ковер. Пару минут назад его здесь еще не было! Значит, очередной намек. Я уселась, скрестив ноги, и сжала в ладони верм.

Боевые артефакты мне ни к чему. Я не успела толком потренироваться с учетом новых возможностей своей силы, но огненная магия отзывалась легко и послушно. Я не беззащитна. И все же… Перемещаться прямиком в пасть врагу не стоит, надо хотя бы немного учиться на своих ошибках. Что тогда? Я сосредоточилась, настраиваясь на токи магии дракона, без труда уловила их и так же легко призвала из подпространства портал. Но направила его не к дракону, а так, чтобы оказаться неподалеку.

Жаркий ветер ударил в лицо, принеся с собой запахи сухой травы, раскаленных камней и гари. Ладони уперлись в горячий песок. Пустыня. Едва оглядевшись, я метнулась к большому камню, прижалась спиной. Совсем близко, рыча и вздымая взмахами огромных крыльев песчаную пыль, сражались два дракона. Синий дракон Анира и… наверное, черный. Его шкура висела лохмотьями и зияла дырами, открывающими голый скелет. Чем бы ни было это создание, оно давно было мертво.

Отец замер. В первый момент, похоже, меня не узнал. Потом бросился навстречу:

– Валенси, милая, ты в порядке?

– Все нормально, – выдохнула я, с усилием улыбаясь.

– Ты что-нибудь видела? Здесь следы повсюду, но теряются тут же. А Санум вообще перемещается неуловимо. Как же ты здесь оказалась?

Он, хмурясь, погладил меня по волосам, обнял.

– Папа, его больше нет, Санума. Все кончено. Там, – я махнула рукой, – остался только пепел.

Отец жестом дал магам какие-то указания и стал расспрашивать о чем-то еще, но мне уже не удавалось сосредоточиться.

– Я потом все расскажу подробнее, – прошептала я, почти отключаясь. Перед глазами потемнело, и удерживало от падения меня только надежное папино плечо. – Анир, он ранен…

А когда очнулась, первое, что услышала, – противный голос целителя из Академии. Того самого, которого давно следовало уволить!

– Проще говоря, откат от магического истощения. Еще недавно ее магические каналы были выжжены, вообще удивительно, как магическая сила продержалась так долго…

– Вы себе противоречите, – возразила ему мама. О! Кажется, догадываться о некомпетентности этого «целителя» начала не только я!

Прежде чем меня начали как-нибудь лечить, я пошевелилась и разлепила глаза.

– Привет, – сказала, находя маму глазами. Получилось тихо и сипло, но я была рада и этому. – Как дела?

– Доченька, господи, как же ты нас напугала!

Мама порой употребляла земные слова. Придворные, как она рассказывала, поначалу кривились и всячески указывали ей на недопустимость такого пренебрежения нормами языка, а сейчас в их речи частенько можно услышать все когда-либо подслушанные выражения!

– Анира нашли?

– Анира? Нет, родная. О драконах в пустыне рассказали кочевники, но после того, как тебя нашли, их уже никто не видел.

– Дракон только один, – упрямо заявила я, поднимаясь.

– Ваше высочество, куда же вы? – засуетился целитель. – Вам следует остаться под наблюдением и…

– Вот уж нет. Я иду к себе в комнату.

Мама поджала губы, перевела взгляд с меня на целителя и обратно, но возражать в итоге не стала. Хвала духам!

– Родная, Итан просил сразу доложить ему, когда ты придешь в себя, но если ты…

– Все хорошо. Санум стал горсткой пепла, но ведь он был не один. Я расскажу все, что знаю. Если это чем-то поможет… Только приму душ.

– Я распоряжусь об ужине, тебе подадут в комнату. А потом уже дам знать твоему отцу.

Мама погладила меня по щеке и ушла. Правда, идти до комнаты одной не позволила, приставила в няньки стражника.

С отцом я, конечно, поговорила. Причем тем же днем, вернее, уже ночью. Потом еще раз утром, уже в присутствии Ялуза и других магов.

Чего-то принципиально нового и важного поведать мне не удалось. Как разыскать пристанище Санума и его сподвижников, мы до сих пор не знали.

Отец был удручен. Конечно, весть о смерти главного злодея не могла не радовать, но в цитадели, занесенной песками, наверняка оставались люди. Те, кого уводили из непокорных деревень и поселений. Мы надеялись, еще живые.

– Как вышло, что мы оказались столь бессильны? Маги, которые упустили… все! Хвала богам, что предреченное Зелтом все-таки исполнилось и возрожденный дракон Армагар сумел победить древнее зло.

Сумел. А потом просто улетел. Оставил меня одну.

Бал, конечно, пришлось отложить. Да и вообще с соблюдением традиций получилось не очень. Люди Орта не знали прежде драконов-оборотней, нынешние поколения не знали и обычных. Чтобы не порождать домыслы и страхи, людям пришлось рассказать о драконе и о том, куда он так внезапно исчезает. А уж когда верхом на легендарном звере увидели меня (с новой внешностью остаться неузнанной не выходило), отцу пришлось упомянуть и о наезднице. И о помолвке.

Пока весь Айландер шумел, обсуждая ошеломительные новости, мы с Аниром прочесывали пустыню, выискивая следы темной магии. Благодаря моей йаранке, которая, как оказалось, успела «сдружиться» с за́мком и научиться буквально просачиваться сквозь стены, я нашла древний фолиант, рассказывающий о не менее древних артефактах. Одним из которых был тот самый циферблат со стрелками, который я нашла в хранилище раньше. Оказался он не чем иным, как распознавателем темной магии. С его помощью нам удалось наконец отыскать ту цитадель, занесенную песками, в которой Санум творил свои гнусные дела и держал нас, и освободить всех пленников, которые оставались заточенными в ней. Конечно, мы действовали не одни, вызывали отряды магов, как только обнаруживали новый очаг.

Санум, как оказалось, не только поднял убитого им дракона, но наплодил и множество других жутких созданий, часть которых разбежалась по пустыне. До оазисов кочевников и деревень добрались, к счастью, лишь единицы, их обезвредили сами кочевники, остальных уничтожило пламя дракона.

Пойманных в цитадели магов, служивших Сануму, передали законникам. Запечатывание силы и тяжелые работы – лучшее, что могло их ожидать. А вот Лестора мы не нашли. В Орте, судя по всему, его просто не было. Ни у меня, ни у других Ходящих не получилось настроиться на него или хоть как-то почувствовать, а значит, вероятнее всего, он скрылся на Земле. И как относиться к этому, я пока не знала. Он собственноручно воскресил своего предка, обрушив беды на Орт, он перешел черту, поддавшись его идеям захвата власти над миром. И в то же время он спас мне жизнь. Я долгое время считала его другом… И хоть и понимала теперь, что дружба эта не была настоящей, желать ему смерти не могла…

С пленниками дела обстояли хуже. Истощенные не только физически, но и психологически, они нуждались в длительном восстановлении. Среди них также были и дети с Земли. Ими занялась королева лично. Несмотря на приближающийся срок родов, увещевания целителя и протесты отца, она взяла на себя руководство Ходящими, которые призваны были отыскать родных похищенных детей, ежели такие существовали. В результате большая часть спасенных от Санума детей все же осталась в Айландере. Тем более что у многих из них под влиянием Орта и огромного стресса начал пробуждаться магический дар. При поддержке дариев все они нашли свои новые семьи здесь. Других, тех, у кого остались родные, вернули на Землю. Мама болезненно восприняла всю эту историю и, как мне кажется, задумала восстанавливать связи с родиной не только ради обещанной встречи с моей бабушкой, но и чтобы вникнуть глубже и попытаться как-то повлиять на ситуацию с брошенными детьми. Будь у них защита надежных и любящих родителей, пусть и приемных, они не попали бы в беду…

А вот смелый маленький, но уже такой взрослый внутри Никита не просто остался в Орте, он стал моим родителям сыном. К несчастью для меня, без права наследования трона. Отец сначала просто наблюдал за этой неразлучной троицей (мамой, Никитой и Джеком, везде преданно таскающимся за ними), а потом как-то незаметно и сам стал участвовать в совместных делах и забавах, прикипел к мальчишке душой. Никита же оттаивал на глазах, и из настороженного, всегда собранного и готового в любой миг дать отпор он превратился в улыбчивого, щедро наделенного богами мальчишку, который с восторгом познавал мир и магию.

Как и предполагал Анир, на месте упокоения дракона вырос оазис, от которого постепенно отступала пустыня, земля оживала. И, судя по фону магии вокруг, там вскоре откроется новый источник, который окончательно очистит эти земли от зла, переродит их.

И именно там, пренебрегши в очередной раз условностями и традициями, мы с Аниром перед людьми и богами стали мужем и женой. И это было так красиво, так естественно и правильно, что проняло даже меня, с детства ненавидевшую всяческие церемонии. Шатры с развевающейся от теплого ветра полупрозрачной тканью, диковинные цветы и магические фейерверки, бездонное небо над головой и бескрайние пески вокруг. А главное – мой самый любимый и единственный дракон. Тот, кто перевернул мою жизнь с ног на голову.

Этот миг с нами разделили только самые близкие люди, друзья и соратники. Родители и Никита в неизменной компании своего пса, Ерик и Зара, безумно влюбленные и смотрящиеся вместе отлично, кочевники, среди которых у нас с Аниром оказалось немало общих знакомых, придворный маг Ялуз и помогавшие нам Ходящие. Ах да, Твик и Эльза тоже присутствовали (в те моменты, когда не гонялись друг за другом среди барханов).

Бал для придворных и жителей столицы нам, конечно, тоже придется устроить, но позже. На некоторое время мы с Аниром остались у кочевников.

И эти ночи под открытым небом с моим драконом – жаркие, пьянящие и упоительные – лучшее, что было у меня в жизни. Мы шептали друг другу слова любви, а сверху нам шептали звезды. Магия огненными вихрями взмывала вверх, сплетаясь и разбрасывая искры, и все остальное в такие моменты единения друг с другом и с миром становилось не важно.

Страсть сменялась тихим умиротворением и ощущением внутренней гармонии, проясняющей мысли и чувства. Смогли бы мы уловить это созвучие наших душ без дара Армагара? Не знаю. Но длинный путь, что прошел мальчик-провидец, вместивший в себя дух великого высшего с его непокорной силой, обернулся большим счастьем для нас обоих. Счастьем найти самих себя и друг друга.

Я решила, что буду учиться магии, но не с общим потоком. Возможно, мне удастся найти достойного, достаточно сильного наставника. Потеря учителя Зелта не только ранила наши сердца, но и стала невосполнимой утратой. Пока же мы с Аниром будем тренироваться и познавать границы наших возможностей сами. В том числе узнаем больше о мгновенных перемещениях внутри Орта и вне его.

Перемещения между мирами больше не под запретом, но Гильдию Ходящих предстоит восстанавливать практически с нуля. Родители собираются подойти к выдаче вермов обстоятельно и серьезно, проверяя каждого претендента, как уже опытного, так и новичка. Ведь мы так и не узнали, кто именно из Ходящих стал предателем. В планах разработка правил перемещений и поведения на Земле для ортсов и еще много всего. Работа предстоит большая, но прямо сейчас дариям не до того, ведь мои маленькие сестренки наконец появились на свет и требуют очень много внимания. А мы с Аниром… Мы готовы служить Орту и налаживать взаимодействие с родным миром моей матери, но… Тоже чуточку позже. У нас, как говорят на Земле, медовый месяц, и оторваться друг друга до безумия сложно. Невозможно. А главное – не нужно! У нас сейчас другие задачи. Тоже важные. И очень приятные!

К тому же магия провидения Анира поведала нам секрет, тайну, которую мы сбережем в сердцах и расскажем своим детям, когда они подрастут. Тайну о драконах в человеческих обличьях, которыми все они будут. Тайну обновленного королевского рода, который даст начало новой расе драконов-оборотней Орта. А когда придет их время выбирать себе пару, мы расскажем еще одну – тайну драконьих наездниц и избранниц сердца. Ведь несмотря на то, что необъятная магия Армагара будет постепенно рассеиваться в поколениях, становясь уже не такой непослушной и жгучей, какой досталась первому дракону – моему Аниру, – каждому дракону для баланса всегда будет нужна своя наездница. Его единственная.

Верм – механизм, похожий на большую золотистую шестеренку, который «ловит» порталы для перемещений между мирами.

Дварты, или ездовые «единороги», – большие, мускулистые, покрытые гладкой серой шкурой звери с витым рогом посреди лба.

Даги – крупные мохнатые звери, похожие на мамонтов.

Лизапторы – ярко-зеленые ездовые ящеры.

Мары – кровососущие насекомые, похожие на слепней, имеют ядовитое жало.