ФИНАЛ Огненные маги возмутительные наглецы, но для меня их наглость оказалась счастьем. Я с большим удовольствием наблюдала как сгорает подписанный против моей воли смертельный контракт! Заступились огневики не просто так — на моей руке проявилась магическая метка, и теперь мне предстоит научиться укрощать собственное пламя. Я справлюсь. Обязательно справлюсь! Главное, чтобы Огненный лорд не помешал...
Уснула я очень поздно — несколько часов отбивалась от мыслей и воспоминаний о вечернем происшествии. Кожа в местах, где прикасался Алентор, горела и не желала остывать.
Магическая метка тоже стала ярче, а линии словно удлинились. Впрочем, нет, последнее точно мерещилось. Вероятно, это был ответ на подсознательное желание увидеть вместо разрозненных линий хотя бы один полноценный круг.
Ведь круг — символ гармонии и завершённости. Хоть какая-то надежда на то, что я не угасну, что магия огня, которая проснулась во мне в день совершеннолетия, останется со мной навсегда.
Кстати о совершеннолетии… Этой ночью я задумывалась и о нём — директриса Иллария утверждала, будто я на полгода старше, чем оказалось на самом деле. Но если меня подбросили в приют ещё младенцем, могли ли сёстры так сильно промахнуться в определении возраста? Ведь в случае младенцев полгода — огромный срок! Трёхмесячного с девятимесячным не перепутаешь ну никак.
Впрочем, что если я и тут какая-то неправильная? Вдруг магия проснулась у меня позже? Ведь я объективно выбиваюсь из общепринятых «норм».
То ко мне без видимых причин является страж, то дикий эрс разносит вольер и мчится к незнакомке, пришедшей непойми откуда. То элементали — ужасные порождения подземного пламени, — являются и демонстрируют ненависть, хотя лично я им ничего не сделала.
Так может и с возрастом что-то не то?
Я думала, думала, но ответа на этот вопрос, увы, не находила. Как не находила ответа на вопрос что же случилось с Алентором? Почему он так себя повёл?
Да что это вообще было? Что за обнюхивание с частичным раздеванием и воровством интимных аксессуаров?
Ну и последнее, особенно актуальное — как после такого смотреть ему в глаза?
Засыпая, я искренне надеялась, что минувшая встреча с Лордом огня была последней. Что на этом закончим. Что он отменит и ежедневные доклады, и обещанное «индивидуальное обучение», и вообще всё.
Я надеялась так сильно, что почти поверила в эту свою фантазию! И тем убийственней оказалась реальность… Ранним утром, когда мы с эрсом выскальзывали из комнаты, чтобы прогулять волчью тушку, нас уже ждали.
— Доброе утро, — произнёс Алентор, отлепляясь от подоконника, на который опирался.
Я аж подпрыгнула! А эрс… Мой не такой уж смелый, когда речь заходила об Аленторе, волк угрожающе зарычал.
Нет, я ничего не рассказывала своим питомцам, но от ментального поля не спрячешься. Без понятия сколько моих мыслей и эмоций в него просочилось, но что-то точно ушло. В какой-то момент и Дикарь, и Огонёк, продемонстрировали мне ну очень круглые глаза. Огонёк при этом даже отвлёкся от увлечённого вылизывания шёрстки.
А теперь — вот. Внезапная встреча.
— Здравствуйте, — собравшись с силами и вспомнив про манеры, выдохнула я.
Лорд явился в обычном для себя виде — в тёмных штанах, сапогах и простой белой рубахе. Длинные, алого цвета волосы, струились по плечам.
Мужчина улыбнулся, а я наоборот поджала губы. И тут же услышала:
— Что такое, Ева?
Он ещё спрашивает?
А я? Имею ли право ответить? Вдруг он меня прибьёт?
— А вы сами не знаете? — пробормотала в итоге.
Даже не намекала, а говорила прямым текстом.
Алентор меня услышал, и…
— Разве что-то случилось? — с той же улыбкой спросил он.
Я аж хмуриться перестала — это ещё что за выверт? Мне предлагают забыть о вчерашнем? Вот просто взять и выбросить из головы?
Как ни странно, именно на это Лорд и рассчитывал:
— Расслабься, Ева. Больше не повторится. Только если сама попросишь.
Я всегда знала, что огненные — наглые, но это было уже чересчур.
— Вы, — начала я в величайшем возмущении, однако меня перебили. Алентор достал из кармана красивый вычурный кулон на цепочке и протянул мне.
То есть меня собрались подкупить каким-то кулоном? Я похожа на продажную женщину?
— Это хранилище, — произнёс Алентор. Кивнул на волка и добавил: — Для эрса.
Я резко успокоилась. Хранилище? Причём не в виде огромной каменной дуры, а небольшая изящная штучка, которую можно носить на шее? Чтобы эрс всегда был со мной?
Продаваться я не собиралась, но рука всё равно потянулась за кулоном. Взяв украшение, я тоже покосилась на Дикаря. Я уже знала, как пользоваться хранилищем, и тут же послала ему мысленный сигнал.
Зверь тихо рыкнул и исчез, а кулон ослепительно блеснул, чтобы через секунду стать прежним. Обыкновенным. Будто ничего не случилось.
Я вновь послала ментальный импульс, вызывая Дикаря, и тот опять проявился. Выпрыгнул прямо из воздуха, чётко у моих ног.
Улыбка Алентора стала шире, а я молчаливо выругалась — вот же зараза. Ведь понимает, что не смогу отказаться от подобного!
Впрочем, продаваться я по-прежнему не собиралась. Наступив на горло гордости, я признала кулон платой за украденные трусики. Выкуп, за который я ничегошеньки не должна.
— Благодарю вас, — сказала тихо.
— На здоровье, — отозвался Лорд, опять приваливаясь к подоконнику.
Он небрежно скрестил руки на груди и уставился пристальней прежнего.
— Ева, насчёт эрса… Его лучше не демонстрировать посторонним. Это вызовет слишком много вопросов.
— Это от того, что эрсы есть только у Лордов? — уточнила я.
Алентор кивнул, а я… Вот не хотела с ним разговаривать. Вообще не собиралась поддерживать какие-либо беседы. Но любопытство оказалось сильнее:
— Как вы узнали? Как поняли, что мы идём гулять?
Ну а что? Время было ранним, завтрак нескоро, все нормальные адепты ещё спят. Тут я выхожу из комнаты, причём в компании эрса, и сидящий в коридоре Алентор ничуть этим моментом не удивлён.
Он не просто ждал — он знал! Вот и интересно откуда.
— Эрсы, особенно дикие, любят движение, не могут без него. Было очевидно, что он тебя потащит, а ранее утро — лучшее время для таких прогулок.
Дикий? Ух ты. А ведь это повод для допроса!
— Вы сказали «дикий»? Значит есть и домашние?
Алентор мимолётно поморщился, ответил уклончиво:
— Мир многогранен, Ева. Мы многого о нём не знаем. В твоём случае дикий — это скорее не выдрессированный. Иначе он не стал бы прятаться за твою юбку, когда я пришёл.
Эрс, услышав эти слова, тихо зарычал, явно готовый доказать кое-кому и свою воспитанность, и смелость. Я же поняла важное — Лорд лукавит. Очень хотелось вцепиться в Алентора клещом и засыпать вопросами, но я не могла. Не сейчас.
— Сегодня-завтра погуляйте в парке, — вернулся к изначальной теме Лорд. — В это время все спят, вас вряд ли увидят. Но лучше выходи одна, спрятав эрса в хранилище, а выпускай уже там, — он кивнул на окно. — Чуть позже сделаю для вас выход в свои угодья.
Уф. Ещё и угодья? Я как-то не уверена, что хочу туда идти.
На языке завертелась сотня вопросов, но время внезапной аудиенции закончилось. Подарив очередную, на сей раз сдержанную, улыбку, Алентор пожелал мне хорошего дня и открыл портал.
Он собрался уйти, а я не выдержала. В последний момент окликнула, чтобы спросить:
— Лорд Алентор, если мы, адепты, на полном вашем обеспечении, то… можно мне ещё один такой кулон? Для стража?
Кажется, получилось нагло — брови его милости подпрыгнули.
— Страж? Хм…
И неожиданное:
— Зачем тебе страж, если есть эрс? Эрсы гораздо сильнее и стабильнее.
Странный вопрос. Страж — друг, который помог мне в самом начале. Мой сладкий пирожочек. Даже если на фоне эрса он будет совершенно бесполезен, я его не брошу. Да и какая Лорду разница? Или ему кулона жалко?
Впрочем, он же не видел Огонька в нынешнем его варианте. Если бы увидел, вопросов бы не задавал.
Я даже обернулась на дверь с мыслью — а не показать ли огненного кошака, но тут Дикарь жалобно заскулил, зверю явно хотелось размять лапы. А в памяти снова всплыл эпизод с воровством трусиков… Нет, я пока не готова к беседам. Вообще не знаю, как себя вести.
Моё молчание приняли за некий ответ и по-прежнему смотрели как на этакую забавную, но нахалку.
— Хорошо, я подумаю, Ева, — сказал в итоге Алентор. Повторно пожелав хорошего дня, он шагнул в огненный овал.
Миг, и мы Дикарём остались одни. Коридор второго жилого крыла опустел, погрузившись в сумрак и молчание. По телу побежали запоздалые мурашки, причём это был не страх, а этакая смесь всего и сразу.
Возмущение, негодование, немного обиды и, что совсем нелогично, грусть. Мне было жаль, что Алентор ушёл.
Невольно вспомнился момент, когда я остро скучала по его милости, и я тряхнула головой, избавляясь от этих воспоминаний. Уж лучше злиться из-за украденных трусиков, чем страдать по такому мужчине. Что бы ни говорил Морти, а мы с лордом Алентором совершенно разные. Влюбиться в него — самая большая глупость, которую только можно вообразить.
Алентор, лорд Огня
Ева, опять Ева. Я хотел взять паузу, но это оказалось выше моих сил. Желание увидеть адептку было жгучим, как Первородное пламя.
Я даже нашёл вменяемый повод — понятно, что эрса можно вызвать из любой точки пространства, но когда зверь рядом, в хранилище, это приятнее. Особенно для тех, кто обзавёлся помощником недавно и ещё привыкает к нему.
Я хотел увидеться и порадовать Еву — ни больше, ни меньше.
После вчерашнего мне точно следовало сделать для неё что-то хорошее. Сгладить впечатления от спонтанной выходки и продемонстрировать, что умею держать себя в руках.
Ведь я в самом деле умею. Всегда умел. Только вчера и сорвался. Но впредь буду осторожнее.
Буду знать, что нельзя поддаваться притяжению её ауры, нельзя отпускать контроль.
Касательно эрса я, конечно, слукавил. Нет никакой разницы узнает о нём кто-либо или нет. Харту и сотоварищам уже известно — они хорошо рассмотрели огненного волка, хоть и не поняли кто это. Молчать этих сорвиголов не заставишь, да и смысл?
С эрсом или без, Ева всё равно будет в центре внимания. Она уникальная, и это не спрячешь. Да и мой интерес к этой девушке слишком очевиден.
Эрс — ерунда, думать следует о другом — о том, как же так вышло, что у простой человечки проявились качества чистокровной представительницы огненного народа.
И да, эта тема тоже находилась в центре моего внимания. Я предчувствовал очень интересный разговор.
Вручив Еве хранилище, я вернулся в свой дворец и вызвал слугу. Время было раннее, но что поделать?
Слуга подал более подходящую моему статусу одежду — люди падки на золотое шитьё, алые плащи и форменные камзолы. Так будет проще, а усложнять предстоящее знакомство я не хотел.
Спустя десять минут в зеркале отразился тот же я, только более торжественный и надменный. Собственно такой, каким в представлении простых смертных и является Огненный лорд.
— Подай бумагу. Ту, что на прикроватном столике, — велел я, и слуга с поклоном передал мне клочок листа, на котором были выписаны продиктованные Хартом координаты.
Секунда, короткий жест, телепортация, и я очутился в неприглядном, похожем на колодец дворе.
Я обернулся, осматриваясь — вот значит как выглядит монастырская школа? Ветхое квадратное здание в форме колодца. Четыре этажа, длинные внутренние балконы, выходящие во двор. Наверху явно располагались комнаты воспитанниц, а внизу общие помещения.
И куда мне идти?
Я даже хотел крикнуть, чтобы привлечь внимание, но не пришлось. Внезапно в глухой тишине раннего утра прогремел набат! Колокол ударил так сильно, что кажется сама земля содрогнулась.
Заломив бровь, я осмотрелся повторно, и тут к звуку набата добавился истошный вопль:
— Мужчина! Мужчина!
Крикунья не радовалась, она паниковала.
Хм, интересно, а по какому поводу паника? Ведь я ещё не успел сделать ничего такого. Хотя, безусловно, могу.
Но дальше — интереснее. Я увидел, как открываются двери и решил, что сейчас познакомлюсь с обитательницами школы. Только на балконы никто так и не вышел. Полное недоумение. Я не сразу сообразил, что девицы разных возрастов покидают комнаты едва ли не ползком и замирают за решетчатыми щитами, которые служили балконными заграждениями. Прячутся и подглядывают? Разглядывают меня?
— Мужчина! Мужчина! — продолжала голосить невидимая мне дама, яростно ударяя в колокол.
Да что за ерунда?
Я всё-таки разозлился — ситуация была странная, а я не люблю чувствовать себя болваном. Здесь творилось нечто невообразимое. Я что, какой-то захватчик? Враг?
Наконец, когда я уже был готов призвать устрашающую магию, к первому голосу добавился второй:
— Сестра Жантария, хватит!
Вопль был грозным и холодным. По интонации я сразу понял, что нашёл ту, которую искал.
Крутой разворот, алый плащ колыхнулся, и теперь я услышал восторженные вздохи. А следом тихое, многоголосое: «огненный маг… это огненный маг. Опять!»
Хм. «Опять»? До меня здесь бывал только Харт со своими дружками. И что же мои огневики творили, раз несчастные монашки оглушают набатом и боятся вздохнуть?
Я нахмурился и встретился с таким же хмурым взглядом. Высокая сухопарая женщина, укутанная в серый халат, смотрела с немым вызовом. Уж кого, а её мой торжественный вид явно не впечатлил.
— Директриса Иллария? — властно уточнил я.
Женщина кивнула.
Я растянул губы в холодной улыбке и без всяких поклонов представился:
— Алентор. Лорд Огня.
Пространство, словно куполом, накрыло тишиной. Даже гром колокола оборвался, не в силах перечить.
У Илларии, невзирая на всю её сдержанность, округлились глаза, а я дал женщине возможность осознать услышанное. После долгой, наполненной немым изумлением паузы, добавил:
— Хочу поговорить с вами. Есть ряд вопросов.
Она низко и почтительно поклонилась, прежде чем ответить:
— Да, разумеется. Прошу, следуйте за мной.
Один шаг, второй, и пространство взорвалось шёпотом.
«Ева! Ева! Это что-то с Евой? Это из-за неё?» — зашептали одни. Другие, наоборот, твердили: «Ещё одна магесса? Неужели здесь, среди нас, у кого-то снова проявится метка? Но у кого?»
На фоне этого разноголосого шёпота чётко выделился единичный полустон: «О, какой красавчик!» — я мысленно ухмыльнулся. Женщины. Есть в них что-то приятное. Иногда.
Не оборачиваясь, я направился за Илларией. Монахиня поднялась по скрипучей лестнице и открыла ближайшую дверь. Отстранилась, пропуская важного гостя, и я вошёл в некое подобие кабинета.
Пока осматривался, закутанная в плотный халат женщина закрыла дверь и замерла в выжидающей позе. По бледности её лица я понял — Илларии есть что мне рассказать.
Ева
Прогулка с эрсом прошла по обычному сценарию, с той лишь разницей что из замка я выходила как бы в одиночестве.
Мой призванный из хранилища друг, очутившись на свободе, сначала ходил и нюхал всё подряд, а потом умчался в неизвестном направлении, чтобы вернуться спустя полчаса.
Я уже не нервничала. Во-первых, какая разница если главному человеку, то есть Лорду, всё известно? Во-вторых, переживать было некогда — я вертела в пальцах подаренный кулон и размышляла о хранилище. Идея взять на занятия Дикаря, но оставить в комнате Огонька, не казалась блестящей. На месте стража, я бы жуть как обиделась.
И как в такой ситуации быть?
Итог? Вернувшись в комнату, я предложила зверинцу альтернативный вариант. Для начала продемонстрировала Огоньку кулон, объяснила откуда он взялся, а потом сказала:
— Хранилище, как понимаю, большое. Скорее всего вы оба там поместитесь. Так может…
А договорить не смогла.
Обе мохнатые морды уставились на меня с таким выражением, что захотелось низко поклониться и попятиться к двери. Мол, простите, господа, что обидела. Ментальное поле тоже «порадовало» — уровень возмущения побил мировой рекорд.
— Мм-м… Ну нет, так нет, — я сделала вид, что ничего не говорила.
А после посещения ванной и переодевания, пришлось прочитать уже привычную лекцию. Я напомнила питомцам, что все мы в одной лодке. Значит ссориться можно, но только аккуратно, чтоб без разгромов и прочей ерунды.
— Про твоё преображение, кстати, — я ткнула пальцем в огненного кошака, — Алентор до сих пор не знает.
Огонёк фыркнул, мол не очень-то и хотелось. Но на ментальном плане при этом прозвучали отголоски облегчения — страж точно не желал встречаться с Огненным лордом. Какой-то подозрительный момент.
— Есть что-то о чём я не знаю? — спросила я прямо.
Кот состроил козью морду. Вот только та самая ментальная составляющая… Я насторожилась ещё больше — в ситуации с Огоньком точно что-то не то!
Но времени разбираться не было, я спешила. Пришлось отступить. Ладно, позже поговорим.
— Всё. Ведите себя хорошо! — напутствовала я и отправилась в столовую. Там, как и ожидалось, уже сидел изнывающий от любопытства Морти.
Только обсуждать с ним вчерашнее происшествие я никак не могла.
Вернее, я не могла рассказать про эпизод в кабинете, а о том, что случилось у разлома поговорить всё-таки хотелось. Жаль что народу вокруг было слишком много, а когда я почти решилась и уже приготовилась шептать ему на ухо, меня опять отвлекли.
В помещение, наполненное первокурсниками, чей учебный год начался раньше, не слишком бодро вошла знакомая троица — Харт, Корн и Лотерик.
Первое что сделали огневики — отыскали меня взглядами. Харт неопределённо мотнул головой, Корн как-то ну совсем невесело подмигнул, а Лотерик развёл руками с видом — ну, прости.
Я была спокойна, но, увидав старшекурсников, резко взбодрилась. Приподнялась, напрочь забыв про зажатую в руке кружку с кофе, и тут же услышала тяжёлый вздох Морти. А следом обречённое:
— Ну иди уже. Иди.
И я действительно пошла, но чуть позже — после того, как доела блинчики, а старшекурсники вернулись от стола раздачи с полными подносами. Я приблизилась к их столику и тут же поймала три ну очень выразительных взгляда.
— Доброе утро. — Харт словно невзначай хлопнул рукой по лавке рядом с собой.
Едва я села, заявил:
— Вообще-то нам запретили приближаться к тебе ближе, чем на пушечный выстрел. Поэтому, если что, ты пристала к нам сама.
Прозвучала смело, но при этом все трое пугливо заозирались. Зря они — уж куда, в столовку Алентор точно не придёт.
Парни тоже это поняли, и Харт перешёл к делу. Выпалил шёпотом:
— Ева, что это было? Ну там, у разлома?
— Вы про элементалей или…
— Про всё! — не выдержал Корн.
Я вздохнула и поёжилась, ответов у меня не было. Ну разве что про эрса…
Лотерик словно мысли прочёл:
— Что за волк? Он был сам по себе? Живой? Настоящий? Или всё-таки магия? Ты ведь знаешь, что некоторые маги умеют создавать животных прямо из пламени? Волк был именно такой?
Да, о подобных «рукотворных» животных, которые, по сути, являются персонифицированным заклинанием, я слышала и восхищалась. До недавнего времени тоже мечтала освоить подобный приём.
Сейчас он, кажется, потерял актуальность — я уже не знала, нужно ли мне такое.
Что отвечать старшекурсникам я тоже не знала. С одной стороны, Алентор попросил не афишировать, а с другой, мне не хотелось лукавить. Особенно перед теми, кто вытащил из лап Свэрга, поддержал в первый учебный день и из лучших побуждений телепортировал на разлом.
Они же действительно хотели как лучше. Хотели показать зелёной первокурснице легендарное, с точки зрения магии, место. Да скажи кому из наших о том, что меня водили к восточному разлому, все помрут от зависти.
Морти, кстати, первый окочурится. Здоровяк любуется на карту разломов по триста раз на дню.
Но…
— Лорд сказал, что этот волк вышел из подземного пламени, и что теперь он мой. Я назвала его Дикарём, — добавила я, понизив голос.
Харт и компания вздохнули до того выразительно, что стало неловко.
— Он наподобие стража, верно? — спросил Лотерик.
Я кивнула. Ну а что ещё сказать?
— Ну ты… уникум, конечно, — добавил Харт. — А элементали? Чего они к тебе прицепились?
Прозвучало напряжённо.
— Там, кстати, не рядовые были, — Корн аж придвинулся. — Ева, что это? Почему?
Увы, ответа на эти вопросы, судя по всему, не было даже у Лорда. Правда здесь и сейчас я почему-то подумала о памяти прошлой жизни… Может это как-то связано? Ведь память — единственное, что по-настоящему отличает меня от других.
Впрочем, зацепиться за эту мысль я не успела. У меня тоже имелись вопросы:
— Вам сильно влетело?
Трое огневиков сразу скукожились, втянули головы в плечи. В общем, хвалить их точно не пытались.
— Не убил, и на том спасибо, — философски пробормотал Корн.
Я улыбнулась уголками губ, но улыбка была грустной. Недовольство Алентора я понимала, но не хотелось, чтобы парни пострадали из-за меня.
— Да всё нормально, — видя мою реакцию, бросил Харт. — Кстати, тебе пора. Вон, твой тупоголовый друг уже мнётся.
Обернувшись, я увидела Морти, который действительно ждал.
— Он умный, — парировала я, вставая. Махнула рукой в надежде, что встреча не последняя, а Алентор всё-таки сменит гнев на милость и позволит нам общаться.
— Удачи, и до скорого, — сказала я
— Угу, — хором ответили огневики.
Алентор, лорд Огня
В кабинете было чисто, но мрачно и довольно холодно. Негостеприимное место. От обители, где поклоняются Пресветлому, я ожидал другого — уюта и тепла.
Иллария была под стать пространству, в котором принимала посетителей — хмурая, иссушенная временем, предельно строгая. Не желая затягивать, я сразу обозначил объект своего интереса:
— Ева. Я хочу знать, как она здесь появилась.
— Да как и большинство младенцев, ваши милость, — отозвалась женщина, дрогнув. — Однажды утром, у дверей монастыря нашли корзину с крошечной девочкой. Девочка была завёрнута в старые застиранные пелёнки и сильно кричала.
Я замер и уставился пристально. Поразило то, что женщина лгала! Причём лгала от и до. Я ощущал враньё очень остро, и это был повод рассвирепеть, а я наоборот задумался. Одно дело лукавить о чём-то конкретном, в неких эпизодах или деталях, и совсем другое — сразу, с первых секунд, говорить неправду. Любопытный поворот.
— Пелёнки были старые и застиранные? — переспросил я.
Илария с готовностью кивнула.
Прекрасно. Врать даже по поводу пелёнок — это что-то новое.
— Дальше, — подтолкнул я
— Мы приняли её, назвали Евой. С младенчества девочка получала уход и воспитывалась в монастыре, потом перешла сюда, в монастырскую школу. Ева способная, добрая. Мы растили её также, как всех остальных.
— Сколько ей было лет?
— На момент, когда Еву подкинули? — уточнила директриса.
Даже в этой фразе звучали оттенки неправды, и я всё-таки разозлился.
— Нет, когда в ней проснулась магия, — едкая ирония. — Что за глупые вопросы? Разумеется в момент обнаружения.
Иллария вновь потупилась:
— Ей было около полугода, ваша милость.
Как ни парадоксально, но снова ложь.
— Вы пытались что-то выяснить о её родителях? Вам известны их имена?
Директриса замотала головой, потом сказала:
— Мы не выясняем. Да и откуда у нас такие возможности? Детей приносят отовсюду, монастырь — единственное место в округе, где могут принять и воспитать брошенного ребёнка.
— Ребёнка женского пола, — не преминул уточнить я.
Иллария развела руками, словно извиняясь, и неожиданно добавила:
— Мальчиков мы тоже принимаем, но пересылаем в мужской монастырь.
А вот в этих словах лжи не звучало, и я хмыкнул. Тут же вернулся к изначальной теме:
— Так вы знали её родителей?
— Да откуда же, ваша милость? — В этот раз скорее правда, но с толикой лжи.
Всё. Мне надоело, и я сказал прямо:
— Мне некогда играть в эти игры, уважаемая. — Последнее слово подчеркнул голосом, и уважения там, разумеется, не было.
— Да уж какие игры, господин Огненный лорд! — женщина вздрогнула и всплеснула руками. Она не просто испугалась, а пришла в ужас. Боится, что подвергну пыткам? А ведь я могу!
— Ева, — произнёс я, напоминая о том, ради чего пришёл.
Илария меня точно услышала, но вместо честных ответов вновь затараторила:
— Её подбросили к дверям монастыря восемнадцать лет назад, пелёнки были старые, родителей мы не знаем и знать не можем. Но Ева добрая, хорошая девочка, и то, что в ней проснулась огненная магия, большое благо!
Та-ак…
Я сделал шаг вперёд. И ещё один, и третий… Женщина знала как сильно рискует. Не дура, понимала, что врать Лорду опаснее, чем любому из человеческих королей.
Но и говорить правду она не собиралась! Не собиралась или… не могла?
Перейдя в состояние концентрации, я присмотрелся к её ауре. Никогда не разглядывал ауры монахинь, видимо поэтому и удивился, обнаружив целую россыпь невидимых простому глазу ментальных печатей — одна из них сейчас мерцала.
— Та-ак, — протянул я уже вслух.
Клятва на крови. Люди подчас глупы, раздают подобные направо и налево. А самое неприятное — против таких обетов любая магия бессильна. Иллария даже под пытками не скажет! Просто не сможет сказать.
Женщина даже не сжалась, а скукожилась под моим полыхающим взглядом. Губы беззвучно шептали какие-то слова, видимо умоляли пощадить.
А я действительно хотел убивать! И не только директрису, а всех тех, кто стоит между мной и этой тайной.
Ну и ещё одно, уже неприятно-закономерное — стоило мне нащупать ниточку, поверить, что вот-вот приближусь к разгадке, как снова тупик. Тупик! Р-р-р!
Я качнулся назад и сделал глубокий вдох, возвращая себе спокойствие. Потом потребовал:
— Скажите всё, что можете сказать. Это в ваших интересах, и в интересах Евы.
Собеседница замотала головой.
— Я могу сказать лишь то, что уже сказала, — глядя в пол, промотала она.
— Яс-сно… — Никогда не замечал за собой змеиного шипения, а вот надо же, вырвалось.
Одарив директрису прощальным исцеляющим взглядом, я направился к двери. Распахнув её, шагнул на этот убогий общий балкон и невольно притормозил, обнаружив возле кабинета дрожащую девицу.
Девица напомнила Еву в день нашего знакомства. Ужасное платье, сильно изношенная обувь и самый замученный вид. От Евы её отличали внешность и настрой — воспитанница школы была темноволосой, круглолицей, со светлыми, как небо, глазами. Она обнимала потрёпанную худую котомку, а по щекам катились слёзы. Лицо было красным, а глаза опухшими — словно плакала всю ночь напролёт.
Илария, которая успела опомниться и, проявляя вежливость, поспешила проводить гостя, заметив девицу обеспокоилась:
— Что ты тут делаешь?
— Вы велели прийти утром на рассвете, — пролепетала эта болезная. — Вот я и пришла.
— Кыш отсюда, — прошептала директриса. — Позже зайдёшь.
Девица вздрогнула и попятилась, протирая видавшим виды платьем, стену. Мне не было никакого дела, но я вдруг заинтересовался. Повернулся к воспитаннице и спросил:
— Что случилось?
Круглолицая вздрогнула, слёзы покатились с новой силой.
— Да ничего особенного, ваша милость, — попыталась вмешаться директриса.
— Говори! — потребовал я.
Девчонка сжалась, а потом сказала:
— Меня зовут Тэлия. Я… меня… отдают наместнику Свэргу. Он хотел забрать Еву, но у неё проявилась магическая метка. Наместник был в ярости, он кричал как зверь, а теперь… Теперь… — девица захлебнулась словами и воздухом. Только задела меня не подступающая истерика, а другое.
Наместник Свэрг? Ева?
— Это месть, понимаете? — давясь слезами, выпалила Тэлия. — Мы с Евой были соседками, жили в одной комнате. Свэргу не нужна я. Он хотел Еву, но Ева ушла, и теперь он… он… просто мстит!
Она всё-таки зарыдала, а я вопросительно посмотрел на Илларию. Директриса снова побледнела:
— Наместник Свэрг неплохой человек. Мы не отдаём своих воспитанниц в услужение дурным людям. Но про него ходят некоторые слухи, и Тэлия испугалась.
Опять меня держат за дурака?
— Почему этот Свэрг хотел в работницы Еву? Почему «кричал как зверь»?
— Да не было такого, — Иллария стала белее мела. — Не кричал.
— Ещё как кричал, — воскликнула Тэлия. — Он был в ярости, когда огненные маги её забрали. Ева очень похожа на девушек, которые были до неё. Мы знаем, он хотел сделать с ней что-то страшное, но Ева ускользнула. А Свэрг просто мстит. Понимаете? Он выбрал меня потому, что я жила с Евой в одной комнате. Потому что мы были подругами!
Директриса привалилась к косяку и прикрыла глаза. Её била мелкая дрожь.
Я мог протянуть руку и переломить её худосочную старческую шею, но сдержался. Вместо этого спросил ледяным тоном:
— Чем закреплена сделка?
— Магический контракт, ваша милость, — пробормотала директриса. — Магический, нерасторжи…
— Он уже подписан? — перебил я.
Кивнула. Хотела что-то добавить, но я перебил:
— Контракт ещё у вас?
— Да, но…
— Покажите! — приказал я.
Женщина впала в ступор, уставилась огромными глазами — словно моё требование что-то напоминало. А я находился уже на грани бешенства. Если прямо сейчас в моих руках не окажется эта бумага, спалю всё дотла. Вообще всё!
Иллария поняла…
— Да, ваша милость, — прошелестела она. — Сейчас. Конечно принесу.
Иллария вернулась через минуту и протянула бумагу, украшенную мерцающим магией штампом. Я пробежал по тексту взглядом, отметил, что контракт пятилетний, и все выплаты за работу Тэлии будут производиться на счёт школы.
Прочитал, а потом позволил бумаге вспыхнуть. Нерушимый, говорите? Ну да, ну да.
— Ваша милость! — воскликнула Иллария в панике. — Как же! Наместник Свэрг с меня голову снимет!
— Не мои проблемы, — рявкнул я и, кивнув Тэлии, приказал подойди ближе.
Девица уже не рыдала, смотрела в полном неверии. Она сделала короткий, очень робкий шаг, но этого было достаточно — я просто схватил её за рукав и активировал телепорт.
Разумеется, мне плевать, что происходит в человеческих королевствах, я не благотворитель и не спаситель всех убогих. Но в данном случае речь шла о подруге Евы, так почему нет?
Уж для одной неодарённой девушки место в моих владениях всегда найдётся. Ну и с наместником этим обязательно встречусь.
Но прежде — повторно побеседую с Хартом, Корном и Лотериком! При нашем последнем разговоре, я был слишком зол, и у меня не имелось причин расспрашивать о самом знакомстве с Евой. Я запросил только координаты монастырской школы, но это легко исправить. Сегодня же вызову эту троицу к себе.
Ева
— Ну что ж. — Магистр Тослер улыбнулся. — Приступим! Уважаемые адепты, если кто-то забыл, то напомню — наша с вами задача как следует изучить теоретический аспект. Теория может казаться скучной, но без неё никуда. Чтобы успешно применять магию на практике, нужно понимать, что именно вы делаете. Однако сегодня предлагаю немного отступить от общих теоретических выкладок и разобрать нечто вполне конкретное.
Тослер взял паузу, потом заявил:
— Поговорим об одной из специализаций, о разведчиках. Кто знает, чем разведчики отличаются от прогнозистов?
Магистр уставился на нас так, словно ожидал леса рук.
Но мы, первокурсники, притихли и блистать знаниями не спешили — ведь очевидно, что наши знания весьма приблизительны, и это отличный шанс опозориться.
Только препод нашим молчанием не удовлетворился.
— Адепт Транк! — воскликнул он.
Наш порыжевший сокурсник из числа «старожилов» неохотно встал.
— Прогнозисты только предполагают, — сказал он. — Находясь в особом состоянии, они устанавливают контакт с подземным пламенем, слушают его, как бы погружаются в него всеми… своими ощущениями. На основании услышанного делают прогнозы о том, как огонь будет вести себя в ближайшее время. Ожидаются ли всплески, или будет затишье, или что ещё.
— Прогнозы строятся лишь на основании «ощущений»? — Вопрос с подвохом.
— Эм… — сокурсник замялся. — Нет. Там ещё графики, формулы…
Тослер кивнул и даже не поправил, а дополнил:
— Устанавливая контакт с пламенем, прогнозисты, кроме прочего, снимают ряд показателей, которые после обрабатываются при помощи формул. Итого, если говорить упрощённо, получается два прогноза. Один — на основании личных ощущений и впечатлений, второй — на основании расчётов. А что с разведчиками? В чём разница?
В этот раз магистр обратился к Лейе, девчонке из нашей компании. Она, в отличие от рыжеющего Транка, не смогла сказать ничего.
Пришлось преподавателю объяснять самому:
— Прогнозисты действуют на уже выявленных опасных участках, включая разломы, а разведчики, прежде всего, производят общий осмотр территорий. Помогают определить, где в скором времени может проявиться подземное пламя, где именно ждать беды. Активные участки они тоже осматривают, всегда присутствуют на тех же разломах. Прямая разведка — это второй, наравне с прогнозами, источник сведений о поведении пламени.
Мы закивали — да, так понятнее, разница действительно есть.
Тослер продолжил, и чем дольше он говорил, тем внимательнее мы слушали — кто-то спокойно, а кто-то затаив дыхание. Ведь разведкой занимались одни из самых искусных магов — собственно те, кто умел придавать своей магии любую форму. Включая создание упомянутых сегодня «живых существ».
Разведчики предпочитали создавать птиц — огромных, ездовых, таких, на чью спину можно сесть и взмыть в воздух, чтобы осмотреть территорию сверху.
— Это высшая форма управления, — сказал магистр. — Кто может назвать предыдущую?
Первокурсники вновь ответили молчанием. Лично я вообще не представляла о чём речь.
Оказалось всё довольно просто, но при этом восхитительно — маги послабее отращивали себе крылья. В этом случае магическая энергия не отделялась, превращаясь в нечто самостоятельное, а оставалась продолжением тела мага. В неё было невозможно вложить матрицу, которая определяла закономерность действий — то есть, как говорили в моей предыдущей жизни, невозможно запрограммировать. Крыльями маг управлял сам.
Тут был ряд минусов — например, необходимость повышенной и постоянной концентрации внимания. При сбое этой концентрации маг рисковал потерять управление и рухнуть вниз.
Но всё равно звучало невероятно. Так, что вся аудитория невольно подалась вперёд, а рты восхищённо приоткрылись.
Тослер упомянул и третий, самый простой вариант — разведчики низшего ранга в воздух вообще не поднимались. Они действовали как обычные следопыты, но порой даже этого было достаточно, чтобы определить будущие очаги и заблаговременно выслать на место отряд усмиряющих пламя огневиков.
Звучало интересно, даже героично, но нашлась и ложка дёгтя:
— Иногда, очень редко, подземное пламя ведёт себя совершенно непредсказуемо. В этом случае, чтобы увидеть или спрогнозировать, нужно быть либо гением, либо сказочным везунчиком. В последний раз мы столкнулись с подобным эпизодом всего пару недель назад.
Магистр взял паузу, а мы замерли в ожидании подробностей. Лично мне почему-то вспомнились слова главы канцелярии, который упоминал неестественно большой приток новичков. Связанные вещи? А почему бы нет?
Кстати, а ведь тот поток уже иссяк, причём закончился именно на мне. Я словно вскочила в последний вагон поезда.
Получается, что и тут «отличилась»? Вдобавок к остальным «достижениям»? Или речь о простом совпадении, на которое можно забить?
— Мы столкнулись с необычайной по своей мощи активностью, — продолжил магистр, — и с абсолютной непредсказуемостью. Магические потоки двигались в нарушение всех законов, разломы исторгали пламя слишком бурно. Хвала Лордам, которые контролировали и гасили самые опасные всплески. Без них мир бы погрузился во мрак.
Дальше началась пятиминутка восхвалений, но все добрые слова в адрес Лордов были заслуженны. Мы слушали внимательно, со всем почтением. Кто-то даже вносил реплики Тослера в конспект.
А потом снова вернулись к теме занятия. Магистр принялся рассказывать реальные случаи из жизни разведки, и время пролетело стремительно. В итоге даже короткого перерыва, который полагался между лекциями, не вышло. Тослер удалился лишь после того, как в аудиторию зашёл магистр Рои, которому предстояло продолжить повышать наш уровень знаний по части классификаций огня.
Лекция Рои тоже вышла интересная и пролетела в одно мгновение. Третий преподаватель, магистр Занакас, наоборот выступил сегодня в роли зануды.
А вот занятие магистра Дарктэса, которое состоялось после обеда, стало для меня своеобразным фиаско. Стоило войти в состояние концентрации, и я буквально залипла на эту его зелёную слизь.
Сидела и смотрела ровно до тех пор, пока нас не выгнали на тренировочную площадку — не ту, что примыкала ко второму жилому крылу, а на другую — огромную, с установленными в центре мишенями.
Тут нам предложили поупражняться в обращении с магией, и все были очень рады. Морти так и вовсе возгордился — расправив плечи, мой бритоголовый друг готовился показать всё наработанное на неформальных тренировках мастерство.
Я же… А я нарвалась на неприятность, потому что снова начала пялиться на шрамы. Привело к тому, что Дарктэс подошёл вплотную и, чуть наклонившись, сказал недобро:
— Не нравится? Будешь невнимательной, заработаешь такие же.
Этот тон отрезвил.
Опустив глаза, я пробормотала извинения и мысленно отругала себя — это ж надо быть такой дурой! Пялиться на увечья это неприлично в принципе, а на такие — вообще преступно. И почему они так меня притягивают? Словно магнит!
Пришлось стиснуть зубы и присоединиться к тренировке. Я начала с искр, потом сотворила три небольших огненных шара подряд и вновь забеспокоилась. Аккуратно, стараясь не привлекать лишнего внимания, приподняла рукав и посмотрела на метку — но узор был в порядке и выглядел достаточно ярко.
— Что там у тебя? — неожиданно прозвучало за спиной.
Снова Дарктэс — видимо сильно задела его своим разглядыванием. Я вздохнула, повернулась, и лишь сейчас поняла, что в школе про моё недавнее угасание и не знают.
Нет, правда! Ни вчера, ни сегодня, ни один человек с вопросом не подошёл.
И если в случае Алентора всё понятно — у Лорда нет причин распространяться о спасении слабосильных адепток, то Иргиль… Почему помощница Тариуса сохранила моё угасание в тайне? Почему промолчала?
— Всё хорошо, — пробормотала я, отвечая на вопрос преподавателя. — Просто проверяю состояние метки. Беспокоюсь.
— Ясно, — сказал Дарктэс и отступил.
Он посмотрел как-то странно, а потом видимо не выдержал:
— Красивый кулон.
Я ощутила, что щёки стремительно розовеют. Со стороны такая реакция выглядела неадекватно, но совладать с ней я не могла.
— Красивый и знакомый, — добавил магистр. Прозвучало насмешливо, и теперь щёки обдало жаром. Он на что намекает?
Я уже открыла рот, чтобы объяснить, но Дарктэс перебил:
— Даже не думай, Ева. Не смей оправдываться. Это твоя жизнь, твои решения, и никто не имеет права тебя судить. Судить себя можешь только ты.
Насмешка? Нет. Магистр говорил абсолютно серьёзно. И столько силы прозвучало в этих его словах, что я осеклась.
Осеклась и задумалась, а потом… кивнула и вернулась к искрам. Запала на магические шары уже не хватало, а вот на искры — вполне.
Обычно занятия у Дарктэса воодушевляли, но сегодня все были как варёные селёдки. Я, вероятно, была самой варёной, только это не помешало окликнуть Морти и поманить к себе.
— Чё? — спросил парень приблизившись.
Тут его ждали не самые радужные новости — просто я наконец нашла идеальное время для наших занятий. Того огрызка, который оставался от факультатива, не хватало, а после ужина Морти ходил на тренировки. Позже тоже не вариант — вероятно Лорд и передумает насчёт индивидуальных докладов, но пока мы встречались довольно регулярно. То есть планировать что-то на вечер никак нельзя.
Ну а раз так…
— Пойдём, — сказала я. — Поучим тебя грамоте.
Здоровяк скривился.
— Чё? Прямо щас? Да я же… — Морти развел руки в стороны и потянулся носом к подмышке. Жест закономерный.
На практике у Дарктэса мы двигались не так уж много, но отработка была трудная и нервная. Лично я тоже вспотела. Но в погоне за знаниями это не аргумент.
— Идём, — сказала непреклонно.
Сокурсник шумно вздохнул. Он проследовал за мной в одну из пустующих аудиторий, а когда сели, я внезапно заметила одно изменение.
Голова Морти была обрита под ноль, по ней ничего не видно. А вот брови точно порыжели.
Это стало некоторым открытием, и я, подхватив прядь собственных волос, уставилась на неё оба глаза. Но нет, мои волосы менять цвет пока не собирались.
— Чё? — встрепенулся здоровяк.
— Нет, ничего, — ответила я.
После этого достала учебник и лист бумаги. Тут бедолага скривился так, словно у него разом заболели и зубы, и кости. Однако деваться было некуда, и Морти принялся перечислять сначала буквы, затем читать слоги. Нудное занятие, но без него никак.
Позаниматься письмом мы тоже успели — крючки и палочки получались у парня очень криво. На всё это ушёл первый час длинного перерыва. Второй я потратила на отдых — вернулась в комнату, и с радостью обнаружила, что всё хорошо.
Питомцы и в этот раз вели себя прилично, никаких разрушений. Только каменное яйцо-хранилище почему-то валялось на полу. Огонёк, поджав лапы, сидел чётко посередине кровати и нервно постукивал по покрывалу хвостом.
В общем, никакой катастрофы. Тем не менее закралась мысль, что с досугом питомцев надо что-то делать. Если бы я сидела в комнате без всякого занятия целый день, я бы тоже воспылала желанием что-нибудь разгромить.
Мой час условного отдыха ушёл на то, чтобы погладить и обласкать обоих. А когда спустилась вниз и вошла в аудиторию, где должен был состояться факультатив магистра Эртона, случилось то, чего я очень надеялась избежать.
Точнее я верила, что обещание было пустым. Что если оно что-то и значило, то Лорд, за всей своей занятостью, просто не вспомнит об угрозе.
Но нет. Не успела я разместиться за партой, как в дверном проёме возник Алентор.
Он окинул адептов взглядом и, когда тишина, наступившая в момент его появления, стала совсем уже запредельной, произнёс:
— Ева.
Притворяться непонимающей было бессмысленно. Я поднялась, подхватила сумку и, жалобно кивнув Морти, бросила взгляд на магистра Эртона. Тот против отсутствия на занятии одной адептки, конечно, не возражал.
К двери я шла в той же оглушительной тишине, а очутившись в коридоре, увидела вспыхнувший овал портала.
По телу сразу побежали нехорошие мурашки — забыть вчерашнее я, разумеется, не могла. Вопросительный взгляд на Алентора моих сомнений не отменил. Но кто он и кто я? Пришлось подчиниться. Только после перехода мурашки уступили место растерянности.
Я с великим изумлением осознала, что стою не в знакомом кабинете, а на белоснежном мраморе, в окружении тонких колонн. Над головой был полупрозрачный витражный купол, а впереди бескрайнее лазурное море.
Море и бегущее к горизонту солнце — ещё немного и начнётся закат.
Дыхание на секунду перехватило, воспоминания из прошлой жизни нахлынули лавиной. Поездки в жаркие страны всегда были для меня счастьем, я улыбалась при одной только мысли. Здесь и сейчас губы тоже дрогнули, но…
Беседка стояла на возвышении, на этакой каменной площадке, окружённой мелкими скалами. Спуск к воде был невозможен — не зона отдыха, а скорее место для размышлений. Слева виднелись очертания города и высокая махина дворца.
Когда рядом возник Алентор, я вздрогнула и, обернувшись, спросила:
— Где мы?
— Я подумал, что нет смысла сидеть в душном кабинете. Можно поговорить и здесь.
С этими словами Лорд кивнул на одну из мраморных лавок, которые стояли по кругу, и я послушно направилась туда. Присаживаясь, поняла, что это отличный способ всё себе отморозить. Но как-то не учла, что мой визави — сильнейший огненный маг.
Стоило Алентору устроиться рядом, и камень стал комфортно-тёплым. Я же посмотрела с беспокойством, готовая к новой битве за своё бельё.
В этот раз на мне тоже был подарок Иргиль, но ведь запас, предоставленный рыжей, не бесконечен!
Лорд хмыкнул так, словно прочёл мои мысли. Только каких-то неоднозначных действий не последовало, вместо этого я услышала очень даже культурный вопрос:
— Как прошёл твой день?
Сделав большие глаза, я сказала единственное, что могла сказать:
— Нормально.
— Как вела себя твоя магия? — новый доброжелательный, весьма спокойный вопрос.
Я пожала плечами и, вспомнив о важном, попыталась сформулировать:
— Сегодня на практике у магистра Дарктэса… Лорд Алентор, я боюсь, что снова могу угаснуть.
Мужчина посмотрел пристально, с какой-то затаённой насмешкой.
— Успокойся, Ева. В твоём случае такого риска точно нет.
Он не шутил, а я всё равно не поверила.
— Возможны некоторые перепады уровня силы и её состояния, — продолжил Лорд. — Но это временно. Твоя магия в полной безопасности.
Хм, интересно. Может это как-то связано с тем, что Алентор, спасая от угасания, влил в меня свою магию? Или тут какая-то другая причина?
Но, в любом случае…
— Благодарю за помощь. Если бы не вы, я бы утратила свой дар.
Алентор глянул так, словно хотел возразить, но слова так и не прозвучали. Мы сидели в полуметре друг от друга, и от его милости, как и от мрамора скамейки, веяло жаром. По телу опять бежали мурашки, только это, кажется, был уже не страх.
— Как успехи на самом практикуме? — задал новый вопрос Алентор.
— Да как у всех.
— Не может быть, — внезапно заявил он. — При твоём потенциале магия должна слушаться почти идеально.
Кхм… Что? А он не забыл, что разговаривает с девушкой, которая вчера утром едва не лишилась всего?
— Ты не рядовая ученица, я вижу у тебя большие возможности, их просто нужно раскрыть. Что вы делали на практикуме?
— Искры огненные, шары, — перечислила я.
Алентор кивнул и велел:
— Давай. Обратись к своему огню, создай искру.
Такое уже было. Искры я при нём уже создавала. Кстати, в тот раз, если не ошибаюсь — а я скорее всего права! — Лорд тоже поддержал меня своей силой. Надеюсь, сейчас такого не произойдёт?
Я хочу понимать собственные возможности. Благотворительность и временные костыли мне не нужны. Я должна опираться на свою магию, а не привыкать к подпитке от Лорда. При его участии огненный шар создаст даже обыкновенный человек.
Но говорить вслух я не стала, просто погрузилась внутрь себя и призвала магию. Искра получилась яркая, жирная! Она улетела в сторону моря и погасла где-то в воздухе, ничего не подпалив.
— А теперь расслабься и позволь своей силе проявиться ярче.
Я мысленно фыркнула — это ещё как?
— Следуй своим инстинктам, прислушайся к тому, что говорит сама магия.
Моя магия молчала, но желанию Лорда я всё равно подчинилась. Действительно расслабилась и позволила себе влить чуть больше энергии, чем обычно — столько, сколько требовал «инстинкт».
Шар вышел ослепительным. Большим, ярким! Он пролетел гораздо дальше, чем искра, и погас над самой водой.
— Можешь встать, так удобнее, — подсказал Алентор.
Я поменяла позицию. Вновь сосредоточилась и опять обратилась к магии.
— Смелее, Ева, — даже не напутствие, а приказ.
Поразительно, но и в этот раз получилось. Лорд не говорил ничего особенного, это «занятие» отличалось от практикума у Дарктэса своей простотой, даже примитивностью. Никакой дополнительной ценности или знаний, даже наоборот! Но это почему-то работало.
— В твоём случае магия податливей и гибче, — новая реплика его милости.
— В моём случае? А он какой-то особенный? Чем он всё-таки отличается от остальных?
Во взгляде собеседника проявилась неожиданная насмешка, и Лорд отрицательно качнул головой.
— Давай-ка. Ещё три шара, и попытайся не разнести беседку, тут нет защиты.
Не разнести? Да я ни разу не попала ни в колонну, ни в торчащие вокруг неё скалы! Однако спорить не стала — я сегодня идеальная ученица, молча выполняю то, что говорят.
Я бросала огненные шары один за другим, и поражалась собственным успехам. Может дело всё-таки не во мне, а в присутствии Лорда? Ведь я делаю то же самое, что и раньше. Один в один!
Вместо трёх шаров я выпустила шесть, и после шестого Алентор сказал:
— Хватит.
Кивнув, я вновь опустилась на мрамор скамейки и посмотрела на собеседника с опаской — а что дальше?
— У тебя есть ко мне какие-то вопросы? — Лорд заломил красивую бровь.
Ох… Вопросов накопилась тьма! Но прямо сейчас они разбежались тараканами. Я не могла вспомнить ни один, в голове было поразительно пусто. А ещё этот жар по телу и какая-то странная даже не слабость, а нега.
— Неужели так ни о чём и не спросишь? — мужчина развеселился, а я по-прежнему молчала.
Долго думала — Хозяин огня не дождался.
— Ладно, Ева. Тогда спрошу я.
Алентор закинула руки за голову и, откинувшись на спинку скамейки, вытянул ноги. Поза получилась расслабленная и вместе с тем красивая. Было неожиданно, что Лорд может держаться как простой человек.
Следующие пару минут он смотрел не на меня, а на солнце, которое успело опуститься ниже, пустив по воде красные блики — тоже своего рода магия. Наконец прозвучало:
— Ева, ты помнишь хоть что-нибудь о своих родителях?
Внезапный и дурацкий вопрос.
Захотелось отмахнуться, только в памяти действительно вспыли воспоминания. Правда не те, которыми интересовался Алентор — я подумала о «других» родителях. О тех, что потеряли меня в ту ужасную, наполненную визгом тормозов и болью ночь.
Но сейчас это было неуместно. Кое-как сглотнув ком, который встал в горле, я отмела мысли о прошлой жизни и ответила по существу:
— Как я могу помнить, ваша милость? Я была младенцем, когда меня отдали в приют. — На этих словах сердце пронзило болью. Стало дико жаль и себя нынешнюю, и всех покинутых родителями сирот.
Никто и никогда не должен отказываться от своих детей. Никто и никогда.
— Ясно, — перебивая внутренние терзания, сказал Алентор. — Я так и думал.
Если так и думал, то зачем спрашивал? Впрочем, не суть.
Я не стала озвучивать своё недоумение, а Алентор вдруг заявил:
— Сейчас кое-что попробуем. Тебе будет неприятно, но это необходимо. Я обязан выяснить что и как произошло.
Алентор, лорд Огня
На вопросе о родителях взгляд Евы потух, и это оказалось неожиданно больно. Даже мелькнула мысль отступить, махнуть на всё рукой, но я не мог.
Уж слишком странно повела себя директриса Иллария — с появлением Евы в приюте точно связана какая-то тайна. Возможно не опасная, но я не люблю находиться в неведении. Я должен знать.
Второй момент был важнее — если чокнутая Данаралия права, и Ева действительно та, о чьём появлении она болтала, то рано или поздно Еве придётся познакомиться с представителями огненного народа. У сородичей возникнут вопросы, и мне категорически не хочется, чтобы расследованием занимался кто-то кроме меня.
Ну и последнее, личное — мне важно понять, кто она и откуда. Хочу. Для меня это весомо.
Самой Еве подобная информация тоже может пригодиться, а раз так…
— В нашей памяти сохраняется абсолютно всё, — сказал я. — Воспоминания, особенно ранние, могут быть скрыты, вымещены другими, но они никуда не делись.
— Даже младенческие? — в голосе Евы прозвучало сомнение.
— Верно. До них можно достучаться, и это несложно, если понимать как.
Тут взгляд монашки полыхнул огнём. Она напоминала человека, который что-то забыл, но отчаянно желает вспомнить.
Я порадовался:
— Твоё желание — это уже половина дела.
Девушка медленно кивнула.
— Закрой глаза и представь, что тебе один день от роду. Для начала попробуй пофантазировать на эту тему — как бы это могло быть?
Фантазия раскачивает память, помогает разуму настроиться. Это первично. Затем можно пойти глубже, нащупав пласт настоящих воспоминаний. Главное — хотеть.
Ева выполнила указание, но, когда её глаза закрылись, я застыл изваянием. Слишком красивая, слишком притягательная — внутри поднимался новый ураган. Только бури допускать нельзя, иначе сорвусь и ничего не получится. Ева — это тот случай, когда нужно держать себя в руках.
Я не просто смотрел — я любовался! В какой-то момент напрочь забыв о том, что нужно давать инструкции. А очнувшись, выдохнул:
— Теперь попробуй пройти вперёд. Представь, что тебе не один день, а месяц.
Выражение лица Евы и до этого было не самым спокойным, а теперь в нём проявилось напряжение.
— Что-то не так? — спросил я.
— Всё не так, — пробормотала адептка.
— В каком смысле?
— Я даже фантазировать на эту тему не могу!
Она распахнула глаза, а я опять поплыл. Пусть на несколько секунд, но всё-таки. Эти ресницы, эти волосы, губы…
Ева поколебалась, прежде чем объяснить:
— Упираюсь в стекло. Оно плотное, совершенно непробиваемое.
Стекло? Занятно. На уровне первичной подстройки никаких стёкол быть не должно.
— Стекло — это самый распространённый образ восприятия собственных ментальных блоков, — сказал я. Ева не удивилась.
Мне же стало ещё интереснее. Блок? Почему Ева не удивлена?
— Попробуй продавить, — предложил я.
Ева поморщилась и призналась:
— Мигрень начинается.
Вот как? И кто же так постарался?
— Очень странно. — Подумав, я сказал: — В таком случае вариант один — нужно пробовать снова и снова. Не доводя себя до сильной боли, постепенно. Когда научишься хотя бы фантазировать, сможем пойти дальше. При должном упорстве этот блок рано или поздно уйдёт.
Ева посмотрела с сомнением и задала до неожиданного здравый вопрос:
— Это не опасно? Вдруг за стеклом скрыто такое, от чего мои мозги сплавятся?
— Блоки, которые несут прямую угрозу жизни или ментальному здоровью, никогда не открываются. При попытке их взлома подключается инстинкт самосохранения, а он сильнее любой магии. В данном случае — сильнее всего.
— Ясно, — пробормотала она.
Я же зачем-то добавил:
— Второй вариант нерушимых блоков — это добровольная кровная клятва. Но, будучи младенцем, принести такую ты точно не могла.
Ева посмотрела так, словно о подобной тонкости клятв и не знала.
— Полагаете кто-то заблокировал мою память? Но кто и зачем?
Хорошие вопросы. Ответы на них мне тоже хотелось бы знать.
— Надо выяснить, — отозвался я. — Если блокировка не несёт прямой угрозы жизни, то способ её вскрыть точно есть.
Тут я всё-таки перешёл в состояние концентрации, и настроение стало ещё более хмурым. Блок, о котором говорила адептка, просматривался только на «третьем», самом глубоком уровне концентрации. Захотелось кого-нибудь испепелить.
Зато вспышка злости ненадолго отвлекла от ощущения девичьей ауры… Но стоило вернуться в реальность, опять посмотреть на Еву, как меня накрыло с головой.
Встречу пора заканчивать, иначе сорвусь. Начну действовать вопреки здравому смыслу, приличиям и логике. Причём трусиками в этот раз точно не ограничусь, а подобный напор может привести к провалу. Ведь с точки зрения магии Ева одна из нас.
Оболочка человеческая, зато всё остальное…
По магии Ева чистокровная огневичка, со всеми вытекающими. А с огневичками так нельзя. Нет и ещё раз нет.
Кое-как усмирив желание притянуть адептку к себе, накрывая губы поцелуем и вдыхая её умопомрачительный запах, я сказал:
— Что ж, на сегодня всё. Ты можешь идти.
К моей потаённой радости, Ева поднималась с лавки не так уж резво. Будто не очень-то и хотела уходить.
Этот момент вызвал лёгкую улыбку — кажется, я действую правильно. Ну а раз так…
— Кстати, — окликнул я. — Раз ты такая трудолюбивая и настаиваешь на собственных, лично заработанных деньгах, для тебя есть работа.
Видимо зря сказал — флёр очарования сразу развеялся, Ева посмотрела остро и с подозрением. Будто почуяла подвох.
Подвох этот не то чтобы был, но…
— Работа несложная, но требует кропотливости и внимания. Оплата, полагаю, будет не меньше, чем предлагал Тариус. Кстати, сколько он тебе платил?
— Один золотой в неделю, — помедлив ответила Ева, и моё лицо непроизвольно вытянулось.
Сколько? И за эти деньги она была готова по два часа в день рыться в бумажках? Ещё и сопротивлялась, когда я запретил?
— Что-то не так? — Ева насупилась, а наше общение как-то очень неожиданно и легко свернуло к ссоре.
Я пребывал в недоумении и даже негодовании. Монашка тоже собиралась негодовать.
И ладно я, со мной всё ясно, но она-то? Работать за один золотой, когда можно щёлкнуть пальцами, и к твоим ногам упадёт весь мир? Явный перебор с независимостью. Стремление к свободе на уровне бреда.
Рассказать кому из наших…
Да ладно наши! Сказать той же прожжённой Иргиль! Вот уж…
Впрочем, хватит. Не важно.
Я не стал развивать тему — просто открыл портал и повторил максимально мягко:
— Ты можешь идти, Ева.
Девушка посмотрела пристально, опять кивнула и по какой-то непонятной причине сменила гнев на милость:
— До завтра, лорд Алентор, — таким медовым, таким приятным голосом произнесла она.
Сказала и шагнула в огненный овал.
Ева
Вечер, как ни странно, оказался полон открытий.
Открытие номер один — Лорд умеет быть нормальным. Открытие номер два — мне не померещилось, стеклянная стенка — действительно блок.
Вот только не совсем понятно, где этот блок стоит. Я думала запрет на воспоминания связан с моей душой, а получается проблема в теле — том самом, в котором я переродилась? Или там всё вместе? Увы, даже от этих мыслей начинала ощутимо болеть голова.
Ещё я запоздало задумалась о том, зачем Алентору копаться в моём прошлом. Мне самой настолько хотелось разобраться в происходящем, что его приказы не вызвали никакого протеста. Может зря?
Вдруг Алентор что-то заподозрил? Или…
Впрочем, нет. Всё гораздо проще. В его школе, в его владениях, появилась странная девица, которую прямо-таки преследуют нетипичные события. Будь я на месте Лорда, давно бы начала рыть землю, пытаясь выяснить что к чему.
Вот и Алентор пытается. Только странно, что начал с моей памяти, а не с монастырской школы, например.
Ведь логично сначала наведаться в Истем, поговорить с теми, кто вероятно помнит как именно меня подбросили. Потребовать мои детские вещи — вдруг они сохранились? Допросить, надавить, нарычать.
Я вообразила, как Огненный лорд нависает над директрисой Илларией, требуя ответов, а заодно выговаривая за попытку продать меня наместнику Свэргу, и… тряхнула головой, прогоняя бесполезные мысли.
Глупости. Хватит мечтать.
Портал перенёс меня в коридор второго жилого крыла, к самой моей двери. Отперев замок, я порадовалась встретившим меня питомцам, и тот факт, что каменное хранилище снова валяется на полу, почему-то не смутил.
— Знаете, а кажется всё не так уж плохо, — поделилась впечатлениями я.
Дикарь радостно оскалился, демонстрируя внушительную пасть, а Огонёк прищурил глаза с этаким ленивым равнодушием.
Миг, и в ментальном поле проскользнуло знакомое — мол, хватит болтать, хозяйка. Лучше покорми!
Слова Алентора о том, что выгорание мне не грозит, всё-таки успокоили. Зато прожорливость стража наоборот напрягала — ведь он уже отрастил все конечности, так зачем? Кормёжка ради насыщения или стремление к новой трансформации? Надеюсь, Огонёк не отпочкуется, подарив мне пару «котят», которых потом придётся пристраивать?
Впрочем, если предложу кому-нибудь из сокурсников «котёнка стража», его с руками оторвут.
Я хотела отказать, но Огонёк не унимался. Сначала ходил за мной и настойчиво тёрся о ногу, потом и вовсе начал орать. Звуки получались не совсем кошачьими, но до того противными, что душа адептки не выдержала. Я всё же запустила в заразу целым снопом искр!
Сожрав все, Огонёк сыто икнул и, взлетев на шкаф, развалился там пузом кверху. Лёг так, что аж руки зачесались погладить его мохнато-огненное богатство, но увы. Шкаф был высоким, а гладить кота, стоя на табуретке, да ещё на цыпочках, мало кто рискнёт. Поэтому пришлось обнимать эрса, чему тот был невероятно рад.
Спустя полчаса я вернулась к насущным делам — вынула из сумки учебники и засела за домашку. А едва закончила — вздрогнула! Послышался неожиданный, зато очень вежливый стук в дверь.
— Кто там? — приблизившись к двери, спросила я.
Оказалось Иргиль.
Я, конечно, открыла, но… В этот раз никто не шипел и не рычал, поэтому про питомцев я благополучно забыла!
Вспомнила в самую последнюю секунду и, вместо того чтобы впустить рыжую в комнату, бодро шагнула вперёд.
Как и в прошлый раз, я загородила собой и проход, и вообще всё! Иргиль тоже ринулась навстречу, и мы столкнулись. Вышло опять-таки неловко, однако отступать я не собиралась.
Новая неловкая пауза, и глаза рыжей неодобрительно сощурились.
— Ты что так ничего и не уяснила? — возмутилась девица. — Снова водишь парней?
Сказала так, словно я «изменяю» не Лорду, а лично ей. Впрочем неважно.
— Нет. Просто бардак в комнате, — ответила я.
Прозвучало не слишком убедительно, и Иргиль покачала головой.
Как и при прошлом похожем визите, она попыталась надуться, а я, помня о вкладе рыжей в моё спасение, поспешила исправить ситуацию:
— Извини, но там действительно не убрано. Даже стыдно людей пускать.
Теперь с актёрским мастерством вышло получше, и девица смягчилась. Но буркнула:
— Разве в монастыре не учат порядку? Я думала там с этим строго.
— Ну здесь-то нет сестры-хозяйственницы, которая проверяет и устраивает разнос, — пожала плечами я.
На губах Иргиль заиграла пусть натянутая, но всё-таки улыбка.
— Ладно, — сказала она. — Я пришла узнать, как поживаешь.
— Неплохо, и… Благодарю тебя ещё раз! Если бы не ты…
Я замолчала — мы обе понимали, что бы тогда случилось. Теперь Иргиль подобрела по-настоящему и протянула мне небольшой бумажный пакет.
Новый подарок? И снова за счёт Лорда? Ох…
Но отказаться я не могла — взяла и посмотрела с благодарностью. Тут в голове мелькнула мысль: вдруг Алентор признался ей в своей выходке и краже? Если в этом пакете предмет, призванный восстановить целостность моего гардероба, то… Вот даже не знаю, что на такое скажу!
— А это что? — спросила я осторожно.
Собеседница фыркнула.
Тогда я открыла пакет и, заглянув внутрь, посмотрела на визитёршу непонимающе.
— Краска, Ева. Смотрю я на тебя и понимаю, что это нужно исправлять.
А вот это было поистине внезапно!
— Со временем, конечно, сама порыжеешь, а сейчас разумнее прибегнуть к небольшой хитрости.
— Зачем мне к ней прибегать?
На меня посмотрели как на глупую, совершенно не знающую жизни… монашку.
— Ева, ну сколько можно? Я ведь уже объясняла, нужно выглядеть прилично! И конечно учитывать вкусы… ну сама знаешь кого.
От такого намёка щёки порозовели, а уровень симпатии к Иргиль снова рухнул в пропасть. Не будь того спасения, я бы, наверное, сказала несколько очень неприличных слов.
Стало по-настоящему обидно, и я пошла в атаку:
— С чего ты решила, что Алентору нравится рыжие?
— Ну а какие ещё? Он Лорд огня!
Логично, разумно, и я даже согласилась, но тут вспомнилось, что, невзирая на всю неправильность масти, Лорду интересна именно я. Одновременно внутри поднялся протест — не желаю никому угождать. Я такая, какая есть, и подстраиваться не буду.
— Ой, да что ты опять артачишься? — видя мою реакцию, подзавелась Иргиль. — Просто попробуй. Краска лёгкая, смывается быстро. Да многие красятся! В чём проблема?
У меня аж зубы свело от такой бестактности, но послать её я по-прежнему не могла. Зато вспомнился один вопрос:
— Иргиль, ты ведь никому не рассказала о том, что случилось тем утром в канцелярии?
Девица поджала губы, произнесла нехотя:
— Нет. А надо было?
— Почему? — Я в самом деле не понимала. Прямо сейчас, глядя в глаза рыжей, возникло ощущение, что молчание далось ей ой как нелегко.
— Ну ты же тихушница. Ни о чём никому не рассказываешь. Я, знаешь ли, тоже умею хранить секреты.
Намёк? Да, это определённо был он — Иргиль по-прежнему набивалась в подруги. Неоднозначный интерес, помноженный на неоднозначное поведение, с которым непонятно что делать. Хоть вой.
В итоге я выдавила из себя:
— Спасибо за краску, я попробую.
— Рада, что ты понимаешь. — собеседница снова смягчилась, но в её глазах я по-прежнему оставалась дурочкой-простушкой.
Девушка махнула рукой и поспешила прочь, а я, оставшись в одиночестве, всё-таки выругалась. Да что за жизнь такая? Я ведь только-только успела расслабиться. Всё же было нормально! А теперь… опять какая-то ерунда.
В комнату я вернулась злая, однако пакет не выкинула. Более того, пошипев какое-то время, высыпала его содержимое на кровать, чтобы рассмотреть.
Кроме краски для волос в пакете обнаружилось несколько косметических карандашей, помада и сухая тушь… Я всё ещё злилась, но косметика всколыхнула воспоминания — в прошлой жизни я любила краситься и делала это легко.
После недолгих раздумий я собрала «подарки» и отправилась в ванную. Зеркало, висевшее над раковиной, было в этом плане удобнее, чем зеркало в платяном шкафу.
Повертев в пальцах чёрный карандаш для глаз, я взяла другой — рыжий. Слова Иргиль всё-таки задели, но перекрашиваться я не хотела. Мне было интересно другое — а подойдёт ли мне вообще рыжий цвет?
Поколебавшись, я занялась бровями. Карандаш ложился неплохо и был не слишком ярким. Через несколько минут я оценивающе посмотрела на своё отражение — рыжие брови на фоне каштановых волос и тёмных ресниц смотрелись так себе.
Впрочем, дело не в ресницах. Я просто не готова порыжеть.
Вздохнув, я потянулась за мылом, и тут что-то случилось. Голова резко закружилась, меня дёрнуло в сторону и окунуло в знакомый водоворот.
Меня тащило сквозь пространство, разбирая на атомы, но всё происходило настолько быстро, что испугаться я не успела. Страх накрыл чуть позже, когда вместо ванной комнаты я увидела серый мох, затянутое облаками небо, кривые деревья и телепортационный столб.
А ещё мальчишек! Наонграс, Олтаринус и Дайтарон стояли в трёх шагах и смотрели с изумлением.
— Да ладно? — воскликнули едва ли не хором. — Серьёзно? У нас получилось?
О, Пресветлый! Что за ерунда⁈
Повторюсь: да что за жизнь такая? Я ведь только-только успела расслабиться!
Полчаса назад мне думалось, что именно Иргиль стала камнем в моём ботинке, разрушив хрупкую гармонию, а сейчас выяснилось, что бестактная, сующая нос в чужие дела девица — это ерунда.
А вот мальчишки зажгли так зажгли!
— Что… Вы… — начала я и осеклась, пребывая в абсолютном шоке.
— Получилось! — радостно повторил Олтаринус. — У нас получилось!
Я зажмурилась, чтобы прийти в себя.
Ясно было одно — меня телепортировали неким принудительным образом. Вот только перенести человека в другую точку, находясь далеко от него, невозможно! Одно дело впихнуть кого-то в открытый портал, и совсем другое — вот так. Вытащив из собственной комнаты. Из собственной ванной!
— Что. Вы. Сделали? — я всё-таки смогла сформулировать.
— Так это… — отозвался сияющий Наонграс. — Ты обещала, что придёшь, а сама не шла, вот мы и… Но мы не думали, что получится!
— Если не думали, тогда зачем пытались? — рявкнула я.
Говорить о том, что я могла быть неодета или занята какими-то сугубо интимными вещами всё-таки не стала.
Уровень восторга заметно снизился, подростки стушевались.
— Ну так, — пробормотал Наонграс. — Ну, извини.
«Ну, извини»? Отличное объяснение! Я уставилась хмуро, грозно, а спустя ещё секунду произошло прекрасное — рядом блеснула огненная молния, и на серый мох, заменявший в Дымной туманности траву, выпал эрс.
Дикарь оскалился, демонстрируя два ряда острейших клыков, а троица оболтусов дружно отшатнулась.
— Евалантана, придержи зверя, — умоляюще попросил Дайтарон.
— Придержать? А зачем? — Угу, я была очень зла.
Мальчишки побледнели, однако в то, что натравлю на них эрса, всё-таки не поверили.
— Да ладно, ну что ты, — в голосе Олтаринуса прозвучали нотки раскаяния. — Откуда нам было знать, что на тебе нет даже элементарной защиты?
Защиты? От чего? От принудительных телепортаций? Откуда бы она у меня взялась⁈
Только спросить вслух я не успела, потому что Олтаринус продолжил:
— Не злись. Понятно, что так не делается, но мы не сдержались. Сама посуди — приходит загадочная девчонка, вся такая необычная, имя своё сокращает, волосы перекрасила… Ну конечно мы влепили на тебя малюсенькую, самую незаметную метку. Как иначе? Да и вообще…
«Вообще»? Вообще хотелось убивать! Но глядя на эти перепуганные растерянные моськи, я слегка остыла.
А потом прозвучало:
— Оу, к тебе начал возвращаться истинный цвет?
Какой цвет? Они о чём?
Тут я вспомнила про брови, и остатки агрессии схлынули. Лишь сейчас я в полной мере осознала, где нахожусь и с кем говорю. Эти мальчишки сильнее меня раз, вероятно, в сто! Знают гораздо больше и принимают за свою. А что будет, если сообразят, что перед ними чужачка?
К тому же, по их мнению, у меня должна быть некая защита. Защита… У-у-у!
— Р-р-р! — словно вторя моим мыслям, сказал эрс. Подростки отодвинулись ещё дальше.
— Дикарь, спокойнее, — попросила я. — Нам ничего не угрожает.
Ведь действительно не угрожало? Мы находились на территории заброшенной усадьбы, возле телепортационной точки — ровно там, где я встретилась с мальчишками-огневиками в первый раз.
Чтобы подчеркнуть миролюбивость своих намерений, я отдала ментальный приказ, и огненный волк скрылся в хранилище. Кулон на моей шее ослепительно сверкнул и тут же стал прежним, а взгляды мальчишек резко сместились в сторону декольте.
Тут бы возмутиться, призвать троицу к порядку, но Наонграс и компания смотрели вовсе не на грудь! Их внимание привлёк кулон, а выражение лиц стало каким-то совсем уж непередаваемым.
— Теперь ясно почему ты без защиты, — пробормотал Дайтарон.
А Наонграс судорожно вздохнул и, переведя взгляд на моё лицо, взмолился:
— Евалантана! Ева… Ты ведь никому не скажешь? Пожалуйста! Умоляю тебя! Мы ведь не хотели ничего дурного.
Та-ак…
Я не ответила — просто не знала, что сказать. Ситуация вырисовывалась непонятная, но интересная! Что такого в моём кулоне? Что за штуку Алентор мне дал?
— Ева, мы же… — подключился к мольбам Олтаринус.
— Да просто поболтать, — добавил Наонграс. — Ну и… Спектакль. Помнишь? Мы тебе рассказывали!
Да, в прошлый раз они действительно обсуждали некую театральную постановку.
— Мы на спектакль пригласить, — сказал Дайтарон. Из всей компании он сейчас выглядел самым пришибленным. — Пойдёшь с нами? У нас четыре билета и отличные места.
Громкий мысленный стон!
Я непонятно где. Под чужим, придуманным по какому-то недоразумению именем. Меня принимают за человека, которым я не являюсь, и единственно-разумный вариант — срочно вернуться домой.
Всё остальное — самоубийственная глупость! Но…
— Мы не будем светиться, — сказал Олтаринус. — Отвечаем, тебя никто и не заметит. Вообще не узнают. Тихо придём, посмотрим постановку, тихо уйдём. Ты ведь тоже имеешь право на развлечения, разве нет?
— Имею, — после долгой, почти бесконечной паузы, выдохнула я.
Я понимала как рискую, но желание узнать больше о Дымной туманности, о её обитателях и магии, было слишком сильным. К тому же мне обещали целую театральную постановку, а в этой жизни я в театре ни разу не была.
Да и когда ещё представится возможность взглянуть на кого-то кроме троицы подростков и их слуг? Плюс, в случае неприятностей, я не так уж беззащитна — со мной эрс, дикий и беспощадный.
Вот только реакция на мой кулон была откровенно странной. При этом я не могла спросить в чём дело — ведь если я местная, то обязана знать сама.
Спрятать кулон под одеждой? Увы, цепочка была слишком короткой, а о том, чтобы снять кулон с шеи и убрать, например, в карман, и речи не шло — слишком страшно потерять.
Добавить сюда неправильного цвета волосы, очень простое, точно не подходящее для театра платье, и… В общем, я по-прежнему сомневалась.
А Наонграс словно мысли прочёл:
— Так! Сейчас! — воскликнул парень и открыл портал.
Огненный овал появился так быстро и легко, что у меня лицо вытянулось — но я сразу взяла себя в руки и, кажется, никто не заметил. Наонграс исчез, чтобы появиться через пару минут и протянуть мне алый плащ с вычурной серебряной окантовкой.
— Это моей сестры, — объяснил он. — Надевай.
Я примерила, и оказалась закутана с головы до ног. Вдобавок плащ был с капюшоном, который полностью скрыл волосы.
— Ну всё, — осмотрев меня, заявил Олтаринус. — Идеальная маскировка, никто не узнает.
— Да и внимания не обратит, — весело фыркнул Наонграс. — Сколько их, таких плащей?
Думаю, услышь это его сестра, она б обиделась, а я вновь оказалась перед нелёгким выбором. Впрочем, нет. Я всё уже решила! Просто было неловко признаваться самой себе.
— Мы уже опаздываем, — вновь подал голос Олтаринус. — Идём?
Уф. Какие же у них имена неудобные и длинные!
Поколебавшись ещё секунду, я… Угу, кивнула. Тут же возник новый овал, на сей раз созданный Дайтароном. Наонграс прихватил меня за запястье, и мы шагнули в магический огонь.
Переход был обычным — никаких новых ощущений или видений. Но мне невольно вспомнилось, как тело и разум реагировали раньше. В памяти возник миг катастрофы, и меня бросило в жар.
Я опять напоролась на стекло, но посторонние мысли схлынули, едва телепортация закончилась. Я прикусила щёку, пытаясь хоть как-то совладать со своей мимикой. Я же местная! Значит удивляться не должна!
Но не удивляться было почти невозможно — мы очутились на большой, мощёной серым булыжником площади. Я бывала в городе, расположенном неподалёку от монастыря в Истеме, и представление об архитектуре имела. Но этот город был совершенно другим.
Я словно попала в чужой мир — похожий, но куда более развитый. Дома, тротуары, дороги, выглядели сложнее и лучше. Материалы тоже отличались, как и люди… Площадь была не то чтоб переполнена, но почти.
Обернувшись, я увидела внушительное отдельно стоящее здание театра. К дверям, поднимаясь по ступеням, уже стремились люди — толпа прибывающих постепенно брала курс на вход.
Меня тоже повели — всё тот же Наонграс по-прежнему держал за запястье, причём через плащ, словно опасался прикосновения.
Он что-то говорил. Олтариус тоже щебетал, а я не слушала. В оба глаза таращилась на окружающих нас людей.
В меру нарядные дамы, не слишком вычурные кавалеры… Костюмы, платья и подобные моему, преимущественно красные, плащи. И все вокруг красноволосые. Вообще все! Словно к каждому пришла приставучая Иргиль и вылила на голову одну и ту же краску.
Я ощутила себя белой вороной и покрепче вцепилась в капюшон, чтобы он, упаси Пресветлый, не соскользнул.
Отовсюду доносились голоса, какие-то звуки, а я пыталась справиться с прыжком адреналина. Здесь и сейчас идея познакомиться с туманностью поближе уже не казалась такой интересной. Но поздно было что-то менять.
Когда добрались до ступеней, я наконец расслабилась. Сумела совладать с собственным стрессом — убедить себя, что всё в порядке.
В конце концов, я тоже огневичка! У меня тоже есть магия, а ещё редкий даже по здешним меркам дикий эрс.
Я — нормальная! Со мной всё хорошо. У меня нет причин дрожать осиновым листочком.
Входя в здание театра, я улыбалась и даже начала перешучиваться с добродушным Олтариусом. Обратила внимание на внутреннее убранство, на бесконечное золото и многочисленные зеркала. Заодно порадовалась тому, что не все дамы избавляются от плащей — значит, и я могу оставить, значит в здешних традициях это норма.
Странновато, конечно, но я-то точно не стану протестовать.
Нервный смешок, новая улыбка, и тут произошло непредвиденное — на нашем пути возник статный, одетый в дорогущий камзол мужчина и произнёс насмешливо:
— Дайтарон? Глазам не верю.
Парень тут же вытянулся по струнке, остальные тоже приосанились и дружно поклонились. Я бы растерялась, если б за пару минут до этого не пронаблюдала похожую сцену — к компании из двух женщин и двух мужчин подошёл некто, и женщины, в отличие от своих спутников, спины не сгибали. Обе ограничились кивком.
Я не знала насколько мой гипотетический статус соответствует такому приветствию, но повторила за теми дамами — то есть кивнула. Мужчина отнёсся спокойно, одарив тёплой улыбкой, вернулся к Дайтарону:
— А ты изменился.
— Вы тоже, дядя. — Парень отвесил новый поклон.
Видимо эти двое давно не виделись, ну да ладно. Несколько фраз семейного разговора не могли нас задержать.
— Слышал ты делаешь большие успехи в учёбе, — произнёс незнакомец.
Дайтарон заметно смутился.
— А твои спутники… — Внимание мужчины вновь переключилось на нас.
Дайтарон представил парней, назвав имена и кланы. Когда дошло до меня, он запнулся, а мужчина подтолкнул:
— Кто же эта милая девушка?
— Евалантана, — сильно заколебавшись, выдохнул Дайтарон.
Дальше, как понимаю, полагалось назвать клан, но мальчишка молчал, а дядя… он словно и не слышал. Буквально приковался взглядом, а игравшая на его губах улыбка стала как будто теплей. Эта оторопь что-то напоминала. Она походила на «замирания» Алентора.
— Эм… Евалантана, — произнёс Дайтарон, обращаясь уже ко мне. — Позволь представить тебе моего троюродного дядю, агса Сильвуса.
— Очень приятно. — Невзирая на желание исчезнуть, улыбнулась я.
А ещё, учитывая пристальный взгляд и скрывавший мои волосы капюшон, ну очень порадовалась бровям. Брови-то были рыжими! Единственная рыжая часть, которая сейчас — я надеюсь! — работала как средство маскировки. Подозреваю, что будь мои брови обычными, и лишних вопросов не избежать.
— Многоуважаемый агс Сильвус, — неловко прокашлялся Наонграс. — Мы пойдём? А то спектакль… Нам бы уже в зрительный зал.
Вопреки нехорошему предчувствию, нас отпустили. Шагая по широкому проходу, я хмурилась — было ощущение, что имя «Сильвус» я где-то уже слышала. Вот только где?
Я так и не вспомнила. Мы добрались до нужного ряда, сверяясь с корешками билетов отыскали места, которые действительно оказались хорошими — вид на сцену был идеальным.
А когда сели, раздался очень тихий стон Дайтарона.
— Что такое? — шепнул Олтаринус.
— Ничего, — отозвался парень. И тут же вывалил это «ничего» на меня: — Ты ему понравилась!
Инстинкты и опыт, приобретённый в прошлой жизни, шептали о том же. Но как же мне не хотелось в это верить!
Я промолчала. Во-первых, растерялась, а во-вторых, пыталась сообразить, чем подобный интерес может аукнуться. И помереть бы мне от неизвестности и неподтверждённых версий, если бы Дайтарон сам эту мысль не развил:
— Теперь будет выспрашивать кто ты. Потребует раскрыть клан. Хорошо, что в твой клан просто так не сунуться, но дядя упрямый. О-о-о… как мы влипли.
Замечание о том, что кое-кто обещал, что вылазка будет беспроблемной, с моего языка так и не слетело. Ведь очевидно, что парни не виноваты. Судя по удивлению Дайтарона, предвидеть эту встречу не мог никто.
— Как он вообще тут оказался? — прошептал Олтаринус. — Он же… Ему разве не положено денно и нощно, ну и так далее?
— Положено. Но срок подходит к концу, вот он, видимо, и зачастил.
— Зачастил? — переспросил Олтаринус.
— Ну, он-то и до этого приходил, — ответил Дайтарон. — Им же можно приходить. Но культурные увеселения дяде всегда были безразличны, он тратил время на другое. — Прозвучало двусмысленно, и щёки самого Дайтарона порозовели.
На этом разговор оборвался. Прогремел звонок, а в зале погас свет.
Невзирая на неоднозначную и кажется скользкую ситуацию, спектакль завладел моим вниманием абсолютно и полностью. Я буквально выпала из реальности и, словно в омут, погрузилась в предложенную историю.
Я не знала сказка это или быль, понятия не имела, какая реакция является приличной — я просто пропала. Ощущала себя ребёнком, которому впервые в жизни показали цветной мультфильм.
При этом не могла не отметить чёткое сходство с одной, вероятно самой известной, земной пьесой. Мировая классика. Противоборство кланов и двое влюблённых молодых людей…
Они хотели быть вместе. Любили и страдали, а в конце… ну да, всё-таки умерли. Кланы, на фоне их смерти, утирали слёзы и мирились. Только тут, в этой версии, имелся и «неправильный» персонаж.
Отец героя не считал ситуацию трагедией, реагировал жёстко. Он с самого начала напоминал этакий несгибаемый, лишённый всякого человеколюбия стальной прут. Правда потряхивало меня от другого — своим пронзительно-холодным взглядом и некоторыми жестами он сильно напоминал наместника Свэрга. Типаж совпадал настолько, что меня продолжило потряхивать и после того, как актёры вышли на поклон.
Но дальше — хуже. Стоило нам покинуть зал, как опять встретили статного Сильвуса. Троюродный дядя Дайтарона и не скрывал, что поджидал нас. А вернее меня.
— Ну что? Как вам спектакль? — его первый вопрос, адресованный всем.
Мальчишки, как и я, заметно стушевались.
— Евалантана, вы что же? Плакали? — второй вопрос, направленный уже лично мне. И тон такой… доброжелательно-тёплый, сочувственный, словно Сильвус собрался утешить.
Выдавив из себя улыбку, я ответила:
— А как было не плакать?
На меня взглянули с большой симпатией, а потом прозвучало:
— Вы позволите вас проводить?
Сильвус был немолод, но весьма хорош собой. А ещё от него веяло такой силищей, что хотелось съёжиться и отодвинуться подальше. Учитывая, что я вообще-то никто и нахожусь в Дымной туманности нелегально, вторым горячим желанием было просто исчезнуть. Но магия огня раствориться в воздухе не позволяла.
— Дядя, мы… — храбро шагнул вперёд Дайтарон. — У нас как бы планы.
— Что ж, могу сопроводить вас всех, — не растерялся огневик.
У меня внутри похолодело. Ведь с компанией подростков я договорилась чудом — мне очень повезло, что они сами придумали объяснение всем нестыковкам, начиная от имени и заканчивая причёской. С взрослым человеком такой фокус не пройдёт. Он сразу догадается, что со мною что-то не то.
— Простите, и благодарю вас, — вмешалась я, стараясь говорить максимально мягко. — Но у нас действительно планы. Может в следующий раз?
Сказала, а в голове мелькнуло: следующего раза не будет!
Сильвус не удивился, посмотрел с долей веселья. Но, к моей величайшей радости, отступил.
— Хорошо. Как скажете, — он по-прежнему улыбался. — Но в следующий раз обязательно.
Я могла пообещать всё, что угодно, но не стала. Поулыбалась, и всё.
— До встречи. — Реплика, опять-таки, адресованная лично мне. И новое счастье — руки для поцелуев Сильвус не тянул, ограничился вежливым поклоном. Я ответила кивком и улыбкой! И на выход из театра бежала чуть ли не быстрее всех.
Парни — спасибо им огромное! — тоже торопились. Общаться с дядей Дайтарона не хотелось никому.
Едва очутились на площади, Наонграс сотворил портал, и мы очутились в поместье Наонграса. На площадке перед домом.
— Ну что? Чаю? — издав облегчённый вздох, предложил хозяин.
Мне, честно говоря, очень хотелось сбежать обратно в школу, подальше от всех неприятностей, но внезапно возникла одна сильно взбудоражившая меня мысль.
Вспомнилось, как Алентор учил создавать огненные шары, и его слова о том, что лично мне магия должна подчиняться без лишних сложностей. А тут три парня, которые управляются с силой так, словно орешки щёлкают. Вдруг смогут чему-то научить?
К тому же в горле действительно пересохло, да и есть уже хотелось. Про то, что в родной части мира глубокая ночь, и у меня глаза слипаются, я старалась не думать. Уж выдержу как-нибудь.
— Да, чай — это отлично, — кивнула я. Дайтарон и Олтаринус тоже были не против.
Наонграс отдал приказ выглянувшему из дома слуге, и спустя десять минут мы уже сидели на знакомой веранде, за тем же столом.
— Как успехи с эрсом? — спросил Наонграс. — Справляешься?
О том, что брошюра оказалась нечитаемой, я, конечно, не сказала.
— Всё прекрасно. Понимаем друг друга с полуслова.
— Ну это ясно, он же тебя выбрал, — кивнул огневик. — Должен подчиняться.
— А как отреагировал клан? — встрял Олтаринус.
— А как он мог отреагировать? — фыркнула я. Импровизировала, и надеялась, что линия поведения выбрана правильно! — Порадовались. Правда, пришлось объяснять, откуда он взялся… — Тут я немного погрустнела и покосилась в сторону заброшенного поместья.
— Ругались? — сообразил Дайтарон.
— Угу. На то, что сунулась в сомнительный, непроверенный портал, — кивнула я.
Угадала! Мальчишки отнеслись с пониманием.
Более того, мне внезапно открылась интересная информация:
— Кстати, — Наонграс виновато опустил глаза. — Мы тоже пытались пройти тем порталом, за тобой. Но нас не пустило, там односторонняя активация. Чтобы пользоваться порталом, нужно войти с той стороны, тогда он подчиняется и работает уже полноценно. А с этой стороны — блок.
На слове «блок» я невольно напряглась — возникла ассоциация с памятью. А Дайтарон буркнул:
— Но это даже хорошо, что заблокировано. Очень не хотелось бы оказаться в качестве незваных гостей там, куда этот портал ведёт.
Парни закивали, а я ступила. Не сразу поняла, что речь о землях моего гипотетического клана. Мой клан какой-то особенный? Пугающий? Впрочем, не важно. Разбираться в нестыковках не было ни возможности, ни сил.
Здесь и сейчас меня интересовал другой момент…
Когда нам подали чай, когда на стол выставили странноватого вида пироги, и когда все мы хоть немного утолили голод, я решилась:
— Вы так ловко создаёте порталы…
Все трое посмотрели с недоумением, а я добавила:
— Да просто у меня проблема. Я стараюсь, наставники рычат, а с порталами всё равно что-то не то. Получаются через раз.
Мальчишки оживились, тема явно оказалась интересна.
— У тебя сбои на порталах какого типа? Когда идёшь по координатам? Или по визуализации места?
— Всегда, — выдохнула я в надежде, что ответ правильный.
— Мм-м, — протянул Олтаринус. — Значит проблема комплексная. Уровень подчинения магии у тебя точно хороший, может дело в восприятии пространства?
— Сумеешь переместиться к вон тем деревьям? — спросил Наонграс, махнув рукой.
А-а-а… Кажется я перемудрила! Кажется, зря подняла этот вопрос!
— Не рискну. — Выдержав паузу, я мотнула головой.
— Ого. Всё так плохо? — удивился Дайтарон.
Точно зря. Нужно было молчать! Это взбудораженный недосыпом и стрессом от знакомства с Сильвусом мозг, выдал сомнительную идею.
Я развела руками и сделала жалобное лицо, а в итоге пробормотала:
— Разве что по вашей инструкции? В смысле, вы направляете, говорите, что делать, а я пробую? Я не понимаю, где совершаю ошибку. В большинстве случаев мой портал просто схлопывается, и всё.
Огневики переглянулись, и…
— Так! Давай! — воскликнул Олтаринус воодушевлённо.
Он передвинул свой стул, чтобы устроиться удобнее, а я так и вовсе встала. Мысленно ругая себя за эту затею! Нашла с кем, где и когда практиковать портал!
Но дороги назад уже не было. Оставалось выслушать, провалить «проверку» и заявить, что я неисправима. На это я и нацелилась. Портал я попросту не открою.
— Выдохни, — скомандовал парень. — Теперь представь, что перед тобой находится вход в длиннющую пространственную трубу, конец которой лежит в точке, куда ты стремишься. В нашем случае это вон те деревья.
Я действительно представила, а Олтаринус…
— Прикрой глаза и вообрази точку выхода максимально чётко, брось в неё горсть силы, и тут же вернись мыслями к точке входа.
Пауза, и он добавил:
— Теперь призывай магию. Позволь ей закружиться в воронку и как бы потечь к концу трубы.
Глупость какая-то, но я вообразила и это.
— А теперь шагай! — совсем уж внезапно приказал он.
Я распахнула глаза и опешила, обнаружив перед собой огненный овал, причём весьма яркий.
— Давай, Ева, — подбодрил уже Наонграс. — Сама же знаешь, что если не пробовать, то точно не получится.
Шагнуть в свою поделку? Они спятили? А вдруг меня расщепит?
Это было самоубийство. Но то ли усталость, то ли страх разоблачения, то ли сильное желание научиться перемещениям в пространстве… В общем, что-то меня всё-таки подтолкнуло!
Я шагнула в овал и едва не завизжала, когда осознала себя возле тех самых, вычурных и непривычных деревьев. У меня что же получилось?
Нет, у меня правда получилось?
Я… смогла?
И всё-таки визг. А потом и прыжок к этому неприветливому, затянутому плотным дымом небу.
— Ну вот, а говоришь проблемы, — хмыкнул Дайтарон, возникая рядом. Наонграс и Олтаринус тоже телепортировались, тоже пришли.
— Отлично получилось, — кивнул Олт. — Чё раньше-то не получалось?
Я смотрела на мальчишек огромными шокированными глазами и не могла ответить.
— А может наставник что-то упускал? — предположил Дайтарон. — С ними бывает. Подразумевают одно, а излагают так, что понимаешь вообще другое. Ну и действуешь, соответственно, неправильно.
— Давайте проверим? — добавил Наонграс. — Ева, телепортируйся… да хоть к тому озеру! — и парень вновь махнул рукой.
Я подумала, и решила закрепить успех. Рисковать так рисковать!
Алентор, лорд Огня
За пару часов до полуночи меня посетило уже знакомое чувство тревоги. Оно было до того сильным, что я едва не призвал телепорт.
Спас разум. Умом я понимал, что занимаюсь самообманом — подсознательно ищу лишний повод увидеться с Евой, присутствия которой мне не хватает. Но бежать к ней, потакая сиюминутным импульсам? Как мальчишка? Нет и ещё раз нет.
Впрочем, в отличие от предыдущих подобных вспышек, эта была хотя бы объяснима. Я хорошо понимал, что именно меня встревожило, почему мои нервы напоминают взведённый арбалет.
Письмо…
Невзирая на жёсткую репутацию Лордов, на наше нежелание вести лишние переговоры с человеческими королевствами, и мне, и Сильвусу с Камелиусом, регулярно поступали горы корреспонденции. В большинстве своём это были прошения, прошения и ещё раз прошения. Все они оседали на нижних уровнях канцелярии, барьер в лице мелких клерков не способен преодолеть практически никто.
Тем удивительней было то, что случилось сегодня. Одно из посланий проскочило не только через клерков, оно обошло даже самый сложный фильтр — мою помощницу Летерию.
Заглянув вечером в кабинет, я был застигнут врасплох нетипичной просьбой:
— Ваша милость, — обратилась ко мне Летерия. Она явно караулила, не желая откладывать дело на потом. — Простите за беспокойство, но тут такое послание… Мне кажется, вам нужно взглянуть.
После этого мне протянули лист бумаги и приложенный к нему уже вскрытый конверт.
— Что там? — буркнул я.
— Письмо, касательно одной из новоявленных магесс, — сказала Летерия. На лице читалось плохо скрытое беспокойство.
Я сразу посмурнел, предчувствуя недоброе, а Летерия поспешила объяснить:
— Впервые получаем подобное. Пишет опекун, появление метки стало для семьи настоящей трагедией.
— А нам-то какое дело? — Слово «опекун» мне ой как не понравилось. Да и «новоявленных магесс» у нас не так много. Дайте-ка угадаю, о ком пойдёт речь!
Короткий взгляд на конверт, и предчувствие подтвердилось. Местом отправления значился «Истем».
Посмурнев ещё больше, я развернул лист и начал читать.
Проситель и впрямь называл себя опекуном, а история, которую он изливал, была способна тронуть даже самое чёрствое сердце. Мол, произошла ужасная ошибка. Много лет назад дальняя родственница просителя погибла при страшных обстоятельствах, и лишь недавно стало известно о том, что у молодой женщины была внебрачная дочь.
Погибшая была очень дорога просителю, они вместе росли, и ещё детьми поклялись всегда заботиться друг о друге. Но смерть разлучила их, мужчина был убит горем многие годы, корил себя за то, что не уберёг…
И вот в окружающем его мраке, забрезжил свет. О девочке, которая чудом выжила в той трагедии, он узнал случайно. Принял эту новость не сразу, а когда понял, воспылал горячим желанием отыскать бедняжку и подарить ей лучшую жизнь.
Поиски длились недолго — в ход пошли личные связи, были наняты лучшие сыщики. Эти сыщики и выяснили невероятную подробность. Оказалось, что всё это время малышка находилась рядом, проситель даже не догадывался, что одна из воспитанниц монастырской школы в подконтрольной ему части Истема — дочь родственницы, о которой он так скорбит.
Узнав, что девочка воспитывалась в приюте, тот впал в самую чёрную меланхолию — ведь что такое приют? Это голод, холод и лишения. Всё то, чего малышка могла избежать.
Проситель уже приказал готовить для неё лучшую комнату в своём замке, предупредил портниху и нанял педагогов, чтобы помочь девочке превратиться из серой гусыни в настоящего лебедя.
И тут новое событие — у будущей подопечной проявился магический дар.
Появление огненной метки стало для опекуна и радостью и печалью. Радостью потому что магия — это сила, а печалью… Магия отнимала у него ту, кого он только что обрёл. Да и сама «малышка» скорбела, ведь ей так хотелось оказаться под крылом старого друга матери. Хотя желание было «неявным».
«Я не успел объяснить ей всё! — писал проситель. — Я просто не успел…»
Дальше шли слова о душевных муках и непреодолимой боли. О том, что магия в семье погибшей никогда не пробуждалась, а значит нет причин полагать, будто девочка сможет развить свой дар.
«Печально сознавать, но совершенно очевидно, что в скором времени она угаснет, — писал проситель. — И я прошу, умоляю Вас, лорд Алентор… Я знаю, обычно вы оставляете угасших при себе, ради неких нужд, но на коленях молю вернуть мне Еву…»
Мольбы занимали ещё полстраницы, и состояли из таких оборотов, что я сам едва не поверил в искренность этих слов. Не удивительно, что клерки и Летерия отреагировали — мы не звери, и сострадание нам не чуждо. Вот только…
— Она не угаснет, — сказал я, переводя заледеневший взгляд с письма на помощницу.
Та вздрогнула и приоткрыла рот, словно не в силах озвучить свои вопросы.
— Она не угаснет, а этот человек, — я тряхнул бумагой, — претендует на очень тесный разговор со мной. Мне известно это имя, и то, что я слышал, мне очень не понравилось.
Летерия наконец взяла себя в руки и посмотрела с сомнением.
— Хотите сказать он лжёт? Но кто осмелится лгать самому Лорду?
— Тот, кто уверен, что Лорду нет никакого дела до простых монашек.
Пауза, и помощница сообщила:
— Кроме письма он прислал очень щедрые дары, ваша милость.
— Засуньте эти дары ему… Впрочем, нет.
Я замер, нахмурился и велел:
— Продайте всё, а деньги передайте мне.
— Вам? — искренне удивилась Летерия.
Она впервые получала подобный приказ. Зачем Лорду деньги, если он распоряжается всей казной? Для меня богатые дары какого-то наместника — это так, семечек купить у торгующей под окнами своего дома бабки.
— Да, лорд Алентор, — запоздало исправилась Летерия. — Как скажете.
Я же смял письмо и отбросил на стол.
А покидая кабинет велел:
— Письмо не выкидывать. Пусть лежит.
— Да, ваша милость, — донёсся вслед напряжённый голос помощницы. Отличной, между прочим, магессы.
Но неважно. Всё неважно. Я направлялся на встречу с Камелиусом и Сильвусом. Немного развеяться, поиграть в карты и поговорить о своём.
Едва совершив переход и очутившись в просторной гостиной, поймал весёлый взгляд Камелиуса:
— О, а вот и Алентор. С настроением твоим, как понимаю, снова «всё в порядке»?
— Конечно, — отозвался я. — Лучше не бывает.
Оглядевшись, увидел два пустых кресла и задал встречный вопрос:
— Где Сильвус?
Камелиус махнул рукой.
— Он предпочёл нашей компании кое-что поинтереснее.
Я не стал расспрашивать, и так ясно. Разумеется, Сильвус, чья метка жребия ослабла настолько, что считай не действует, отправился домой.
Хмыкнув, я приблизился к столику, на котором стоял графин с «обжигающей жижей» — так хозяин гостиной называл свой любимый напиток, — и бокалами. Налил себе приличную порцию и, упав в кресло, потянулся к карточной колоде.
— Сыграем?
— С удовольствием. — Камелиус тоже взял бокал.
А за два часа до полуночи… Ну да, пришло беспокойство. Бешеное желание бросить всё и мчаться к Еве. Ну и мысли о наместнике Свэрге с его посланием.
Тот факт, что этот человек желает вернуть Еву так сильно, что осмелился писать Лорду, мне очень не нравился. Особенно на фоне рассказов Тэлии и Харта. С наместником нужно разобраться.
Разумеется, Свэрг далеко, и не представляет для монашки никакой угрозы, но кто знает? Жизнь имеет свойство преподносить неприятные сюрпризы, и в данном случае проще подстраховаться. Уничтожить и забыть.
Но прежде выяснить, что ему известно о родителях Евы. Вдруг Свэрг не лжёт насчёт знакомства с матерью? Что если именно с происхождением Евы и связан его истинный интерес?
Ева
Я освоила телепорт! А-а-а!!! Морти сдохнет от зависти, когда узнает! Пока же дохла я — от пережитого стресса и напряжения меня буквально трясло.
Парни отнеслись к моей реакции с доброй насмешкой, Наонграс даже пробормотал: «Девчонки, что с них взять? Они всегда нервные».
Обратно к дому меня переместили уже огневики, они же помогли взойти на террасу. Усадили в кресло и подлили в чашку странный, но очень даже бодрящий чай.
Я опять была на адреналине, а мои приятели прямо-таки раздувались от гордости. Уверовав в высокий уровень своего наставничества, даже принялись сыпать новыми инструкциями — мол, силы надо вливать чуть меньше, а между переходами обязательно отдыхать.
Я слушала, благодарно кивала, но ровно до тех пор, пока Дайтарон не сказал:
— На всякий случай: ты ведь понимаешь, что этот способ только для внутреннего перемещения? Наверх, даже если есть чёткая визуализация или координаты, лезть не пытайся.
Эм… Куда-куда?
— Ага, — поддакнул Олтаринус. — Туда только стационарными или через пламя, иначе выйдешь непонятно где или вообще застрянешь.
Я ничего не поняла, но таки решилась подыграть.
— Наверх? — фыркнула пренебрежительно. — Да что я там забыла?
Ответ убил:
— Ну, анса Алентора например.
Хорошо, что я уже допила чай, иначе бы точно подавилась. Особенно на фоне их посерьёзневших лиц.
— А что? Ты же не просто так приняла его подарок, — заявил Наонграс, кивнув на кулон.
Я давно возвратила плащ, и теперь во всю сверкала и кулоном, и неправильного цвета волосами. Реакция на упоминание Лорда тоже вышла заметная — у меня сильно округлились глаза.
— Ладно, — хмыкнул Дайтарон. — Не прикидывайся. Мы просто не сразу заметили в узоре личное клеймо анса. Ты побочная ветвь, верно? Не имей ты никакого отношения к клану, он бы не подарил тебе хранилище с клановыми символами.
— Зато теперь понятно, почему ты не торопишься выбирать себе пару, — добавил Наонграс. — Хочешь дождаться Алентора?
Мои глаза стали ещё больше, а мальчишки захмыкали с этаким превосходством. С видом детективов, разгадавших великую тайну.
Олтаринус даже повторил:
— Ты относишься к одной из младших ветвей, поэтому мы тебя и не узнали. Ну и клан ваш… Вы прячете своих женщин от чужаков, да и все мужчины стремятся жениться на своих. Закрытая система, призванная усиливать саму себя.
Так. У меня сейчас голова лопнет.
Из сказанного я поняла многое, но сфокусировалась на важном: из-за кулона меня посчитали «возлюбленной» Алентора, который где-то «наверху», и к которому обычным порталом не пройти.
Там, где Алентор, можно очутиться воспользовавшись стационарным порталом или через пламя. Уж не о подземном ли пламени речь? А разве через него можно «ходить»?
— А пройти через пламя… — аккуратно закинула удочку я.
Наонграс, Олтаринус и Дайтарон прямо-таки расплылись, услышав «подтверждение» своей теории.
— Тут мы бессильны, мы сами никогда не ходили. Да и точку выхода нужно знать, — сказал Наонграс. — К тому же элементали могут напасть, они сейчас какие-то буйные. Рыщут везде, словно кого-то выискивают. То есть нужна охрана.
Стало дурно.
— Наверх, если очень хочется, может сопроводить Сильвус, — произнёс Дайтарон задумчиво. — Но лучше не надо. Если уже отдала своё сердце Алентору, не нужно дразнить дядю. Да и клан, как понимаю, не одобрит, хотя Сильвус точно в клан сунется — вон как у него глаза горели.
В эту секунду я поняла, что нужно импровизировать. Нельзя сидеть изумлённым тушканчиком! В конце концов, это моя репутация и моя жизнь.
— Алентор? — Я устало качнула головой, давая понять, что уж кто, а этот мужчина, по моим представлениям, совершенно безнадёжен. За ним не то что в опасное пламя, а даже на борт фешенебельного круизного лайнера ступать нельзя.
Собеседники не поверили, и тогда я добавила:
— У меня даже в мыслях не было к нему ходить. Да и не обрадуется он.
Тут моя фантазия сделала стойку и подкинула чудную картину… Восточный разлом, кипящая лава, которая вдруг поднимается гигантской волной, и… из этой лавы, как ни в чём не бывало, выхожу я. С самым безмятежным видом ступаю на твёрдую землю, оказываясь ровно перед стоящим на этой самой земле Алентором.
Я представила, и… Не-ет. Ни за что в жизни! Он же меня прямо там и испепелит!
— Ладно, — сдался Наонграс. — Проехали.
Отличная формулировка!
Я кивнула, а потом бессовестно зевнула — который сейчас час? Я вообще успею поспать?
— Устала? — догадался Олтаринус.
— Да. Мне уже пора. — Я отодвинула пустую чашку и поднялась из кресла. — Благодарю вас за приглашение, и за спектакль. Только очень прошу… не выдёргивайте меня так внезапно.
При мысли о том, что меня снова могут принудительно телепортировать, стало нехорошо.
— Ну ты тогда хотя бы канал для вестников открой, — заявил на это Наонграс. — А то тебе даже не написать. Телепатически, кстати, тоже не связаться, а мы пробовали!
Я мысленно застонала. О, Пресветлый, во что я вляпалась!
Но вслух сказала иначе:
— Хорошо, я подумаю. Сделаю, если… клан позволит.
И снова в яблочко! Парни уставились с сочувствием. Зато дальше случилась заминка — мне предложили вернуться домой с помощью собственного телепорта, без помощи телепортационного столба.
Я ответила, что слишком устала, да и сегодняшние успехи в телепортации пока нельзя назвать стабильными, а раз так, то домой я отправлюсь с помощью портала в заброшенном поместье.
Меня проводили, помахали на прощание, только Дайтарон смотрел при этом как-то чересчур пристально. Но у меня просто не оставалось сил, чтобы разгадывать новые ребусы прямо сейчас.
Я перешла в состояние концентрации, прикоснулась к сияющей линии и очутилась в залитом ночным мраком холле. Тишина и пустота, глаза начали слипаться раз в десять сильней.
Потянувшись, я сделала шаг вперёд, и аж подпрыгнула, когда из-за колонны вышел разгневанный огненный котяра.
— Ш-ш-ш! — сказал Огонёк. Как и в прошлый раз, он ждал моего возвращения и был предельно недоволен.
— Сама в шоке, — выдохнула я… ну, собственно, в шоке и пребывая.
Огонёк окинул внимательным взглядом, а убедившись, что с хозяйкой всё в порядке, развернулся и начал делать характерные движения передними лапами. Те самые, которыми обычно заканчивается посещение лотка.
Огненный кот закапывал… меня? Как какую-то… фекалию? Ну, знаете!
— Офигеть, — мой изумлённый шёпот. — Ты на что намекаешь?
Кошак резко ускорился, уже не намекая, а прямо-таки сообщая прямым текстом.
— Ну, знаешь!
Возмущению моему не было предела. Чисто инстинктивно я призвала искру и пульнула этому хаму прямо под хвост.
Попала. Огонёк сиганул вверх на добрых полтора метра, ловко разворачиваясь прямо в полёте, а я сделала угрожающий шаг вперёд — ну, сейчас кто-то попляшет!
Упавший на лапы зверь, тут же уловил смену настроения и дал дёру. Даже не пытаясь взлететь, упитанной мохнатой тушкой он помчался к лестнице, а злющая я — за ним.
— Прибью! — обещала вслух. — Придушу!
Я была полна такой решимости, что и бульдозером не подвинешь. Но расправы всё равно не произошло — во-первых, бежать было далеко и долго, злость успела подрастеряться. Во-вторых, очутившись у двери комнаты, сквозь которую страж попросту просочился, я столкнулась с проблемой…
Наученная опытом всякого рода визитов, я всегда запиралась. В миг, когда меня выдернули из комнаты, ключ был вставлен в замок с внутренней стороны.
То есть сейчас мне оставалось либо целовать пропитанные огнеупорной магией доски, либо, будучи уже совсем без сил, экспериментировать с новообретённой способностью к телепортам. Либо ложиться спать прямо под дверью — а тут ведь даже коврика нет! Четвёртый вариант был самым сомнительным, зато максимально безопасным.
Выдохнув и призвав себя к спокойствию, я отправила стражу ментальный импульс. Позвала ласково:
«Огонёк… Огонёчек…»
В ответ тишина.
«Огонёк, — продолжила я. — Будь лаской… Тут, в двери, ключ. Можешь его покрутить?»
Теперь мне ответили этаким надутым недовольством.
«Ну, пожалуйста. Я ведь не нарочно, не по собственной воле исчезла! Меня выдернули принудительным порталом, представляешь?»
Ответом стала тонна обиженного презрения, разлитого на ментальном плане.
«Котик… — угу, я перешла к лести. — Хороший мой… А я тебе за ушком почешу. И искрами накормлю… Вкусными-вкусными!»
Страж был неголоден, но минут через пять, когда я уже решила рискнуть и телепортироваться, всё-таки внял. К моей великой радости, пусть и не сразу, но огненному кошаку удалось повернуть ключ в нужную сторону, и дверь открылась. Я благополучно вернулась в комнату.
Из неприятного — на сон оставалась всего пара часов. Впрочем, это лучше, чем ничего.
Два часа в постели и полчаса укутавшись в плащ, сидя в парке под раскидистым деревом… Да, я решила не стесняться и использовать любую возможность — пока эрс бегал и нюхал я благополучно спала.
Потом волк разбудил, ткнувшись в щёку горячим носом, и мы вернулись в замок. Невзирая на моё отчаянное желание поспать ещё хотя бы минутку, начался новый день.
За завтраком я была сонная и неразговорчивая, на первой лекции тоже. Морти косился подозрительно, а я сидела и размышляла о своём.
«Наверх» — это слово не давало покоя. Ведь мальчишки не могли ошибиться, они отлично знали о чём говорят. Раз так, то возможно ли такое, что обиталище огненных магов не имеет отношения к Дымной туманности? Что я ошиблась, выстраивая свою теорию? Что в действительности огневики живут… под землёй?
Та часть меня, которая воспитывалась в монастырской школе Истема, верить в подобное отказывалась. Ведь об обитаемых подземных недрах никто никогда не слышал — и это лишь первая из множества причин.
Но «другая я» отметать подобный вариант не спешила. В мире, где существует магия, возможно всякое. Так почему бы не существовать некой отдельной цивилизации, которая поселилась там, внизу?
Под землёй нет солнца, которое является главным источником тепла и света, но тепло могут давать реки подземного пламени. Источник света может быть альтернативным — кто знает, что за теми плотными «облаками»? Вдруг там скрыта некая излучающая свет горная порода? Или растёт некий особый «фосфоресцирующий» мох?
Второй важный источник жизни — вода, но её под землёй как раз достаточно. Кислород? На поверхности его синтезируют растения, но кто сказал, что способных к синтезу растений не может быть и внизу?
Пустоты, в которых находятся обитаемые огневиками земли? Уверена, что если задаться целью, то найдётся объяснение и этому. А может там вообще какое-то завязанное на магии подпространство? Даже не подземелье, а некий кусок параллельного мира — почему бы нет?
В теории возможно всё, но моего шока это, конечно, не отменяло.
Ещё больше удивляли слова об Аленторе — по всему выходило, что наш Лорд уроженец тех мест. Причём Алентора мальчишки не только знали, но и называли ансом — это какое-то звание?
Сильвус же являлся агсом… Интересно, а кто из них главней?
А что означали слова о том, что Алентор однажды вернётся? Разве Лорды не вечны? Они ведь никуда не уходят, просто перерождаются в подземном пламени и возвращаются к нам.
Ещё один момент — слова о телепортах. Наонграс и компания утверждали, будто с помощью метода, которому меня обучили, нельзя перемещаться «наверх».
Только слова «невозможно» при этом не звучало, речь шла именно о рисках. Но из ванной-то меня выдернули с помощью именно такого телепорта. Получается, мне повезло выжить? Ведь я могла не телепортироваться, а застрять непойми где.
Вот тебе, Ева, и приглашение в театр!
Со стационарным порталом тоже интересно… Тот факт, что активация возможна только со стороны школы, выглядел странно. Я активировала портал при первом переходе и теперь могла использовать его без ограничений, в обе стороны. А для моих приятелей портал оказался закрыт.
И как это понимать? Почему блок?
Я попробовала вообразить как Наонграс, Олтаринус и Дайтарон, с их сильнейшей магией, появляются в стенах этого замка, но запнулась. Из размышлений выдернул неприятный, отлично знакомый по прошлой жизни вопрос:
— Ева! — громко окликнул магистр Тослер. — О чём вы так увлечённо думаете?
— Эм… — промямлила я.
— Поделитесь с нами, — потребовал Тослер.
Мои глаза стали испуганными и круглыми. С недосыпу соображалось ну очень плохо.
— Ну же, — подтолкнули меня.
— Простите, магистр, я… думала о порталах. О том, как здорово уметь мгновенно перемещаться в пространстве.
Тослер фыркнул.
Он махнул на меня рукой, словно признав неинтересной и даже безнадёжной. А я вдруг набралась наглости и спросила:
— Магистр, подскажите, а когда мы начнём их осваивать?
Преподаватель обидно рассмеялся.
— Во второй половине третьего курса, адептка. Поэтому мечтать можете, но постарайтесь делать это не так явно — мечты ваши всё равно бесполезны. Раньше третьего курса ваши внутренние магические потоки не успеют вызреть и стать достаточно стабильными.
Понятия не имею, как мне удалось сохранить более-менее приличное лицо.
Какой третий курс? Я ведь буквально несколько часов назад… Впрочем, стоп. А вдруг метод, которому научили мальчишки, «на поверхности» не работает?
— Хотя, — магистр неожиданно задумался, — возможно у вашего потока получится и раньше, например в конце второго года. Ведь вы, желанием лорда Алентора, познакомились с подземным пламенем практически в первые дни.
Теперь вспомнились подвал, разлом и тот пышущий злобой элементаль. По спине побежали мурашки.
— В любом случае, прямо сейчас чуда не произойдёт. Освоить портальные перемещения спустя пару недель после начала занятий невозможно. Поэтому будьте добры… — Слова адресовались всем, но смотрел магистр на меня. — Сосредоточьтесь на теории.
Я кивнула, а сама подумала — может феномен моего успеха в том, что лорд Алентор поделился когда-то толикой своей силы? А если так, то почему бы ему не поделиться со всеми? Ведь чем больше хороших огневиков, тем проще контролировать пламя, и тем безопасней наш мир.
Как бы там ни было, мне всё равно пришлось забыть о постороннем и сосредоточиться на лекции. Особенно с учётом того, что конспект я вела за себя и за Морти — мой бритоголовый друг этого пока не умел.
Зато после «препирательств» с Тослером внимание Морти к моей скромной персоне стало более пристальным, и в перерыве я услышала:
— Евка? Ни о чём не хочешь мне рассказать? — Парень намекающе придвинулся.
Я хотела. Только мысли пока не формулировались — начну говорить, и будет не рассказ, а невнятное блеяние. Так что нет, не сегодня. Сначала я должна обдумать всё сама.
Занятия у магистра Занакаса и магистра Рои пролетели как один миг. Мне таки удалось задвинуть подальше все посторонние мысли и сосредоточиться на учёбе.
Правда при этом я неустанно зевала, чем подстёгивала хмурый интерес Морти. Однако парень держался и лишних вопросов не задавал.
Практикум у Дарктэса прошёл чуть сложней. Сначала я растерялась и выпустила несколько постыдно слабых искр, но потом выдохнула и, вспомнив вчерашнюю науку Лорда, создала огненный шар, который насквозь пробил мишень и врезался в невидимую прежде защитную стену. Воздух в месте соприкосновения с шаром заискрился, а сам магический снаряд разлетелся на сотни пылающих осколков.
— Та-ак, — протянул на это магистр. — А ну-ка повтори.
Общая тренировка резко прекратилась, все сокурсники уставились на меня. Я немного смутилась, но смысл скрывать то, что умеешь?
Я ударила опять, и на площадке стало ещё одной мишенью меньше. Мой огненный шар врезался в барьер.
— Отлично, Ева, — в голосе Дарктэса прозвучало одобрение. — Очень хорошо. А сможешь выпустить серию шаров?
Я неуверенно кивнула и принялась пробовать — под личным присмотром Дарктэса и уже без мишеней. Получилось почти сразу, и это зрелище тоже приостановило тренировку. Сокурсники смотрели во все глаза.
После занятия я внезапно оказалась в кольце — меня обступил десяток парней во главе с нашими «старожилами», они потребовали ответа:
— Как ты это сделала?
— Не знаю. Оно само. Просто расслабилась и вот, получилось.
— Что ты такое говоришь? Просто расслабиться — мало! — возмутился Транк.
Я пожала плечами. Ну а что тут сказать?
Посыпались новые вопросы — о технике, о принципе концентрации, о том, как именно я обращаюсь к источнику своей магии. Только сказать что-то новое я не могла, ведь принцип оставался ровно таким, какой нам озвучивали на занятиях.
— Ладно, — так и не удовлетворив любопытство бросил Транк. Сокурсники очень неохотно разошлись.
Отступили все, кроме одного — того самого с кем нам сейчас предстояло заниматься письмом и чтением.
— Ну что? Идём? — спросила я.
Верзила подчинился. Уже когда оказались в аудитории, не выдержал:
— А теперь-то расскажешь? — произнёс Морти требовательно. — И чем ты вообще занималась этой ночью, что зеваешь весь день?
Буквы не то чтоб были забыты, но к занятию Морти был совершенно не расположен. Пришлось придвинуться и сказать в полголоса:
— Я снова была в том странном месте.
— В Дымной туманности? — уточнил верзила.
Я отрицательно качнула головой:
— Очень похоже на то, что земли огневиков находится не в туманности.
— А где тогда? — парень нахмурился, а я принялась пусть и без лишних подробностей рассказывать обо всём что случилось.
— Да ладно! Да быть не может! — выслушав, озвучил выводы он.
И конечно тотчас вцепился в тему порталов:
— Давай. Покажи!
Я по-прежнему клевала носом и с большим удовольствием проспала бы эти пару часов, но куда деваться? Да и попробовать действительно хотелось, а одной было немного страшно. Как будто Морти, в случае чего, сможет подстраховать.
Покосившись на вынутые из сумки учебники, я встала из-за парты и переместилась в проход.
— Если меня расщепит, то… — начала я.
— Если тебя расщепит, то я тебе голову откручу, — неожиданно перебил Морти, с видом агрессивной, но очень заботливой няньки.
Фыркнув на бритоголового, я сосредоточилась на островке пространства справа от кафедры. Вновь отбросила лишние мысли, вообразила «трубу» и, влив немного силы, шагнула в возникший прямо передо мной огненный овал.
Р-раз, и…
— Да! — Выдохнула я победно, но тихо.
А Морти вскочил. Нет, его буквально подбросило! После минутной немоты парень выпалил:
— Евка! Евка, у тебя получилось! Нет, серьёзно!
Это были шок и экстаз. Чтение с письмом оказались окончательно забыты — вернуть Морти на стезю учёбы было нереально. Вместо этого пришлось объяснять принцип создания порталов, а потом уговаривать не пробовать телепортацию прямо сейчас.
К моей великой радости, у парня всё равно не получалось — думаю исключительно поэтому мы обошлись без травм и расщеплений. Правда от эмоционального вихря это не спасало:
— Евка, ну ты… ну ты вообще! Да ты ж талантище! — громким шёпотом вещал парень. — Обязательно меня научишь! Это ведь такие возможности, Евка!
Возможности. Угу.
Как итог, мы провозились все два часа отведённого перерыва, я даже не успела проверить питомцев. А в начале факультатива у магистра Эртона произошло ровно то же, что вчера — меня забрали. Явился Алентор и, под прицелом пристальных взглядов, увёл.
Сначала мы вышли в коридор, затем возник овал портала, который перенёс в беседку у моря. Стоило развернуться и посмотреть на Алентора, как моё любопытство встало на дыбы. На языке завертелась добрая сотня вопросов — все те «как», «когда» и «почему», которые я отодвигала весь день.
Вот только как его спрашивать? Прямо в лоб? Взять и заявить: меня тут телепортировало пару раз, и увиденное не очень-то сходится с официальной картиной мира. Может вы объясните? И кстати, лорд Алентор, почему одна только мысль о вашем клане так пугает моих новых друзей?
Или начать с более простого? Например, спросить кто такой анс? Или уточнить не знаком ли Алентор с неким Сильвусом?
Пусть изначально я вообще не собиралась всё это обсуждать, но здесь и сейчас вопросы буквально рвались с языка. Впрочем, сказать что-либо я не успела.
— Как прошёл твой день? — опередив, вежливо поинтересовался Алентор.
— Хорошо, ваша милость, — пробормотала я.
— Отлично. Значит займёмся магией?
Я вздрогнула. Почему-то вспомнились слова про «малюсенькую такую метку», с помощью которой меня сегодня ночью и выдернули. А ещё о том, что на мне нет какой-то там защиты.
Может такую защиту у Алентора и попросить?
Впрочем нет. Не прямо сейчас. Для подобных разговоров нужно быть более собранной и трезвой.
— Тослер сказал, ты сегодня спрашивала про порталы. Хочешь попробуем?
— А разве не рано? — выдавила я поражённо.
Спокойный, даже безапелляционный ответ Лорда, убил:
— Тебе нет.
Да что же это такое! Как же это всё понимать!
И я не сдержалась:
— Потому что во мне частица вашей силы? Верно?
Хозяин огня заломил бровь и попросил объяснить, и я, конечно, сказала. И едва не присела прямо на пол, услышав снисходительное:
— Любая магическая подпитка имеет краткосрочный эффект. Сделать бездарного мага талантливым невозможно никакими способами, с талантом нужно родиться.
— То есть я…
— Очень талантлива, — подтвердил он. — Сама по себе, без всякой помощи.
— Но почему?
Вспомнилось моё угасание. Разве с талантливыми такое бывает? Я была убеждена, что я наоборот худший маг.
— Бывает и не такое, — выслушав мои сбивчивые слова отозвался Алентор. — В магии, как и в любом деле, главное не сдаваться.
Я смотрела изумлённо, и никак не могла принять мысль о том, что я оказывается уникум. Причём «таланту» моему никто не помогал.
Этот момент выбил из колеи, а Алентор повторил, возвращая к теме:
— Так что, будем пробовать порталы?
— Но мне ведь нельзя покидать школу, — напомнила я. — Зачем они мне? Всё равно же не смогу применять.
Хмыкнул.
— Будешь телепортироваться внутри школы.
Тут вспомнился ещё один момент из разговора с Наонграсом и компанией.
— А я могу научиться отправлять огненных вестников? — в итоге выпалила я.
Лорд недоуменно заломил бровь.
— То есть телепортироваться тебе нельзя, а переписываться можно? — Какая-то дурацкая вышла шутка.
Или он не шутил? Я смотрела на этого красноволосого мужчину в простой одежде и не понимала.
— Так кому собралась писать? — без тени веселья спросил Алентор.
— Мм-м…
А вообще это недосып виноват! Потому что в следующую секунду с губ слетело:
— Вам.
Мы замерли, уставившись друг на друга как два не очень умных человека. Я была шокирована тем, что сказала, а он явно не знал, как относиться. Зато в итоге произнёс:
— Хорошо, можем попробовать. Для того чтобы отправлять и принимать вестников нужно создать канал.
Я осторожно кивнула — именно про канал мне и говорили парни.
— Присаживайся. — Алентор указал на одну из лавок.
А вот дальше… Кто бы знал, что «почтовые каналы» создают именно так!
Лорд опустился рядом и требовательно протянул руку. Он хотел, чтобы я прикоснулась к его ладони, и меня накрыл неуместным мандраж. Стало неловко и жарко, только деваться было некуда. Я подчинилась, и в первые секунды кровь словно превратилась в пламя.
Ощущение быстро схлынуло, но его отголосок остался. Меня внутренне потряхивало, зато Хозяин огня, кажется, был абсолютно невозмутим.
— Закрой глаза, — велел он.
А мне почему-то вспомнились украденные трусики.
— Закрывай глаза и входи в концентрацию, — повторил требовательно.
Миг, и его рука полностью завладела моей. Лорд даже пальцы наши переплёл — и как тут концентрироваться?
— Представь, будто из твоей ауры выходит тонкая огненная нить и устремляется в пространство.
Мне всё-таки пришлось закрыть глаза и сделать то, что он сказал.
Нить вообразилась на удивление быстро, а потом с ней начало происходить что-то нереальное. Она вдруг ожила и потянулась куда-то вдаль. Ненадолго мною завладело видение как эта нить вытягивается, вибрирует и ловко вплетается в некий далёкий узор из таких же нитей. Все эти метаморфозы происходили не сами по себе, нитью управлял Лорд.
— Добавь немного магии, — приказал он. — Пусти по каналу магическую искру.
Теперь возникла ассоциация с проводами и электрическими импульсами. Второй ассоциацией из прошлой жизни было подключение к сети. А Алентор у нас, значит, монтёр? Или сисадмин?
— Выдохни, Ева. — Новый приказ.
Хватанув ртом воздух, я открыла глаза и уставилась на собеседника. Тот по-прежнему держал мою руку и отпускать не спешил.
Новая бесконечная секунда, и Хозяин огня сказал:
— Сейчас научу создавать вестников. Существует два типа: материальный и исключительно магический. У тебя есть лист бумаги?
При том, что меня забрали с занятий, у меня было вообще всё. Только залезть в сумку, когда одна твоя рука фактически заблокирована, было сложно.
Я попыталась освободиться, но не тут-то было — Алентор не пустил. Более того, он как будто и не заметил моей попытки.
А я упрямая! Я продолжила! Только дёргалась зря — меня по-прежнему держали, а я почему-то так и не решилась сказать о проблеме ртом.
В итоге пришлось изловчиться и использовать свободную руку, чтобы вытащить тетрадь и карандаш. Процесс был неудобным и долгим.
— Напиши что-нибудь, — сказал Алентор, поглаживая большим пальцем внутреннюю часть моей ладони. Наши пальцы оставались переплетёнными, руке было очень горячо.
Я кое-как выдернула из тетради лист и черкнула короткое: «Привет. Меня зовут Ева».
Лист перекочевал к Алентору, и тот принялся объяснять систему передачи. Она состояла из трёх относительно простых действий. В теории всё было понятно, а в том, что касается практики — сначала Алентор отправил это послание сам. Перекинул мне.
Лист преобразился, превратившись в небольшой квадрат, и исчез, растворившись в воздухе. Через несколько секунд появился передо мной.
Квадрат окружало тусклое огненное свечение, а едва я протянула руку и взяла, свечение развеялось. В моём распоряжении оказалась обыкновенная записка.
— Теперь пробуй ты, — велел Лорд.
Я послушно повторила все действия, однако на последнем сбилась. Меня опять подвёл недосып.
А ещё смущение! Потому что сидеть бок о бок с Алентором, ощущая жар его ладони, и видеть удивительные глаза так близко… В общем, это было нервно!
В итоге, в качестве адресата я вообразила не Алентора, а Морти.
Квадрат вестника послушно исчез, и…
— И где? — поинтересовался Алентор через пару секунд.
Послание всё-таки появилось, только упало мне на колени. Повисла колючая пауза, а потом я услышала:
— Ну и кому ты его отправила, если адресат не найден?
Не найден? Так вот что значит этот «возврат».
— Морти, — потупившись, призналась я. — Случайно.
Хозяин огня неодобрительно прищурился, а я поспешила исправиться. Вторая попытка была удачной, только настроение Лорда не улучшилось. Тот факт, что я перепутала его с Морти, Алентор не оценил.
Отпустив мою руку, он сказал:
— Второй вариант вестников разберём позже. Для начала освойся с этим.
— Благодарю вас, — ответила отодвигаясь. Я действительно была очень ему благодарна.
При этом мелькнула мысль, что оттачивать умение на столь важном человеке как Лорд Огня как-то неправильно. Для опытов разумнее использовать кого-нибудь ещё.
Пока я размышляла, Лорд смотрел в упор — проникновенно и пристально. А потом мне внезапно протянули узкий браслет с закреплённой на нём подвеской. Подвеска сверкнула рубинами.
— Хранилище для твоего стража, — пояснил Алентор.
— А…
Я помнила о своей просьбе. Кстати, реакция Наонграса, Олтаринуса и Дайтарона на первый кулон тоже не забылась.
Поэтому, забирая браслет, я сначала поинтересовалась символами. Где тут какие-то клановые загогулины? А личное клеймо анса? Только ничего не обнаружилось — кулон был гладок и чист.
Он выглядел так, словно изготовлен только что. Никакой загадочности или древности — просто украшение.
— Благодарю, — снова выдохнула я.
И уже открыла рот, чтобы спросить про первый, только не успела. Прямо из воздуха Алентор вытащил пухлую книгу, которую и передал мне.
— Что это? — удивилась я.
— Ты ведь хотела поработать? Вот. В этой книге ценные материалы, многие в единственном экземпляре. Их нужно продублировать.
Мои брови поползли вверх.
— Хотите, чтобы я переписала всю книгу?
— Сколько сможешь, — отозвался Алентор. — Переписывай постранично. Одна страница — один золотой.
Мои глаза стали ещё больше, речь точно шла о благотворительности. Никто не платит такие деньги за простое переписывание.
Я была убеждена в этом ровно до тех пор, пока не открыла книгу и не увидела текст.
Тут мне поплохело… Символы были непонятны и знакомы — точно такие, как в брошюре про эрсов, которую вручил Наонграс.
— Нужно сделать дубликат, — повторил Алентор. — И это, как видишь, непросто.
— А что за язык?
— Древний. — Он пожал плечами и мимолётно улыбнулся. Настроение Алентора заметно улучшилось. Радуется, что дал мне такое мозговыносящее задание? Вот гад.
Но один золотой — это много, а финансовой независимости по-прежнему хотелось. Поэтому я поблагодарила Лорда в третий раз и прижала книгу к груди.
— Отлично, — произнес он. — Если у тебя нет больше вопросов, то на сегодня всё.
Вопросов было много, однако я по-прежнему не знала, как к ним подступиться. Поэтому кивнула, но тут же поймала встречное:
— Как твой блок? Не забыла? Пробуешь его пробить?
Я разумеется помнила, но с попытками было пока туго. Вот поужинаю сейчас, вернусь в комнату, и займусь.
Однако вслух сказала иначе:
— Пробую, ваша милость. Пока ничего.
— Ясно.
И Лорд создал портал. А за секунду до того, как я вошла в свечение, прозвучало:
— Завтра утром отведу тебя кое-куда. Тебя и эрса. Думаю вам понравится.
Да, этот разговор я тоже припоминала. Раз утром нужно быть в форме, значит этой ночью буду спать, спать, ещё раз спать.
Спать, ага. Весь ужин я думала исключительно о книге, которая лежала теперь в сумке. А в промежутках отмахивалась от пасмурных взглядов Морти, которые закончились отведением меня в сторону и вопросом в лоб:
— Чё там у вас на занятиях? Он к тебе не пристаёт?
Прозвучало враждебно, но дальше — больше:
— Если пристаёт — скажи. Пока не знаю как, но помогу. Что угодно сделаю. Даже на таких как Лорд найдётся управа.
Та-ак…
— Морти, надеюсь ты в меня не влюбился? — я спросила раньше, чем успела осознать и прикусить язык.
Глупый вопрос, неправильный! Но реакция бритоголового верзилы была ещё «неправильней» — он отмахнулся.
— Скажешь тоже. Ну какая любовь, Евка? Ты ж мне как сестра!
После этого меня попытались обнять, причём весьма бесцеремонно. Я в последний момент вывернулась. Уставилась на сокурсника большими глазами, а тот снова отмахнулся — словно ничего не произошло.
— Так как занятия? — повторил Морти.
— Неплохо.
Парень удовлетворился, но потряс указательным пальцем и заявил:
— Если что-то не так, сразу говори.
Защитник, ага. Вздохнув, я отправилась в комнату. Там обнаружила относительный порядок и две скучающие мохнато-огненные моськи.
Обласкав Огонька с Дикарём и поблагодарив их за хорошее поведение, я достала книгу. Символы, которыми она была написана, понятнее за это время не стали, зато, вытащив с дальней полки брошюру, я убедилась, что это один и тот же язык.
Так, а что с кулоном? С тем, который так впечатлил «подземных жителей»?
Я сняла украшение с шеи и принялась рассматривать. Только ничего, что лично я могла бы идентифицировать как клеймо анса, так и не нашла.
Какие из многочисленных символов являются символами клана тоже не поняла.
Однако некоторые закорючки на кулоне совпадали с закорючками в обеих книгах, что не удивило, но внезапно напомнило про другой элемент.
Браслет. Большой, массивный, который был подарен мне самим пламенем в день совершеннолетия. Бесполезная штука, пустышка, которая, тем не менее, очень пригодилась при раздавливании плодов пепельного дерева и забивании гвоздей.
Вытащив браслет из ящика стола, я уставилась на него совершенно другим взглядом. Понятнее мне не стало, зато теперь я видела, что браслет тоже «оттуда». Несколько символов с браслета совпадали с символами на кулоне, и это заставило мозги вскипеть.
Словно в качестве издевательства, воздух над столом вдруг заискрился. Передо мной возник квадрат вестника — небольшой, объятый магическим свечением листок.
Я потянулась и сразу поймала эффект узнавания. В процессе обучения я внимания не обратила, а сейчас поняла — мне не нужно открывать записку чтобы узнать отправителя. Понимание кто именно пишет, пришло на ментальном уровне в момент прикосновения к листку. Магическое свечение явно несло в себе некий ментальный заряд.
Сердце пропустило удар и забилось чуть быстрее, послание было от Алентора.
Развернув лист, я увидела не текст, а три вопросительных знака, и не смогла сдержать улыбку. Это намёк, верно? Спрашивает, почему, научившись отправлять вестников, молчу?
Это оказалось неожиданно приятно, а ещё я поняла, что опять скучаю.
Мне не хватило этого урока. Я скучаю, хотя расстались мы всего пару часов назад.
— Та-ак… — протянула вслух и, усилием воли, задвинула неуместные эмоции подальше.
Подхватив карандаш, я написала на той же бумажке:
«Здравствуйте, лорд Алентор. Занимаюсь изучением вашей книги. Пытаюсь понять, как её лучше копировать.»
Подумала и добавила: «Ещё раз благодарю за помощь в отправке вестников.» После этого я применила новый навык, и квадрат послания исчез.
Ну а я вернулась к браслету, брошюре и книге. Смотрела на них и понимала, что тянуть больше нельзя. Хватит секретов и неразрешимых вопросов. Нужно просто подойти к Алентору и спросить — сожрать меня он вроде бы не должен.
Словно в ответ на эту мысль, воздух опять заискрился, выдавая нового вестника.
Развернув бумагу, я прочла: «Даже не сомневаюсь, что ты справишься. С твоим-то талантом!».
Опять улыбка. Очень приятно, до мурашек. Но он мог бы меня не отвлекать?
Постучав пальцами по обложке книги, я переключилась на другое. На ещё одно приобретение этого вечера — рубиновую подвеску, которая украшала застёгнутый на моём запястье браслет.
Осмотрев подвеску, я повернулась к Огоньку.
Лоснящийся магией кошак сидел посередине кровати и деловито вылизывал шёрстку. Почувствовав мой взгляд, он вскинул морду — в полыхающих пламенем глазах отразилось закономерное: «Что?»
— Алентор дал ещё одно мобильное хранилище, — пояснила я.
Страж заинтересовался. Бросив своё занятие, он спрыгнул с кровати и подошёл вплотную, а я протянула руку, позволяя обнюхать подвеску.
— Попробуешь? — предложила я.
Оказалось — зря.
Очередная, пусть и непредсказуемая, ошибка. Огонёк с готовностью откликнулся на предложение, но упаковаться в хранилище не смог. Как и в случае с каменным яйцом, задняя часть туловища осталась снаружи.
Застрял! И одно дело, когда вот такое богатство торчит из большой каменной штуки, стоящей на столе, и совсем другое, когда практически из твоей руки.
Я перепугалась до немоты, и тут Дикарь пришёл на помощь. В миг, когда волк ухватил стража зубами за хвост, из кулона донёсся такой звук, что я подпрыгнула до потолка.
Вот только деваться было некуда. Пришлось собраться с силами и подбодрить эрса:
— Молодец! Вытягивай!
Эрс подчинился.
— Фрмяюрмяу! — возопил на это Огонёк.
Кот протестовал как не в себя, а я мысленно стонала о том, что Алентор пожадничал и дал слишком маленькое хранилище.
Едва страж оказался на свободе, его возмущение перешло в новую стадию. Упав на пол, кошак резко развернулся и ринулся на волка. Момент начала драки я упустила, а дальше… ну да, пришлось разнимать.
Крик в комнате стоял такой, что стены дрожали. В воздух полетели несколько выдранных из серой шкуры клочков.
Эта шкура тут же стала огненной, и…
— Да прекратите же вы! — орала я. Бегала за ними в попытке схватить хоть кого-нибудь, и сама едва не отхватила кошачьей «ласки». Уровень адреналина взлетел до небес.
Закончилось всё созданием временной коалиции — мы с Дикарём признали себя невинно обиженными. Мы же спасали застрявшего засранца, а он…
— В следующий раз оставим тебя как есть, — буркнула я.
В ментальном поле тут же прозвучало негодование. В общем, не питомец, а сплошная неблагодарность. А ведь в самом начале был таким хорошим, таким отзывчивым! Когда и, главное, чем я успела его испортить?
Может хватит с него искр? И может дело не в размере хранилища, а в том, что кто-то слишком много ест?
Словно вишенка на торте — воздух заискрился в третий раз. Мне опять прислали вопросительные знаки. Будучи на адреналине, я написала в ответ много нервного, посвятив несколько абзацев тому, что именно думаю о наглых котах.
Но в последний момент смяла лист и взяла другой…
«Простите, ваша милость, завтра учебный день, я делаю домашку и готовлюсь лечь спать. Хочется отдохнуть, прежде чем приступать к учёбе.»
В ответ пришло шедевральное:
«Ясно. В следующий раз трижды подумаю, прежде чем чему-то тебя учить.»
Обиделся? Или шутит? Или… О, Пресветлый, только этого мне сейчас не хватало!
Я снова принялась сочинять записку — хотелось написать ему что-то приятное и остроумное, но увы. Я слишком устала, мысли путались, да ещё зверинец мой… В общем, новое послание Лорд так и не получил.
Ну и спать мы в итоге улеглись поздно! Словно отклик на негативные эмоции, вызванные дракой и скандалом, ночью меня посетил кошмар. Привиделось, будто стою в какой-то затемнённой комнате, а рядом Свэрг и директриса Иллария. Они опять заключают сделку, и Иллария говорит:
— Ева, прости, но так будет лучше. Ты пока не понимаешь, но поверь, Свэрг — самый безопасный для тебя вариант.
Моё утро началось рано и не очень типично. Кроме душа я помыла голову, высушила волосы и заплела косы. А потом нанесла макияж.
Брови, в отличие от прошлого раза, подвела не рыжим карандашом, а коричневым. Накрасила глаза, уделив большое внимание ресницам. Надела лучшее из платьев и, осмотрев себя в зеркале, невольно вспомнила Иргиль — помощница Тариуса мной бы сейчас гордилась. Очень хорошо, что её тут нет.
В том, что касается меня — я всё-таки смущалась. Понимала, что хочу понравиться Алентору, и этот момент вызывал мандраж.
Это казалось неуместным. Невзирая на все его слова и взгляды, на индивидуальные занятия и прочие проявления внимания, в сказку про Золушку не верилось.
Ведь самый главный вопрос по-прежнему оставался открытым — кто он, и кто я?
Мне потребовалось ещё полчаса, чтобы собраться с силами и, шагнув к двери, поманить за собой эрса. Волк к этому моменту прямо-таки извёлся — он вскакивал на лапы каждую минуту в надежде, что вот сейчас-то точно пойдём гулять.
Дождался.
А в коридоре, возле несчастного подоконника, стоял лорд Алентор в привычной белой рубахе. Впрочем, нет — мне не показалось, что в этот раз рубаха была белее обычного… Да и вообще.
Волосы выглядели как-то очень ухожено, чёрные штаны были отглажены, а высокие сапоги начищены до блеска. Словно он тоже готовился к этой встрече. Словно тоже провёл перед зеркалом добрых полчаса.
— Здравствуйте, — выдохнула я.
Хозяин огня улыбнулся.
Потом сделал короткий пасс рукой, создавая портал.
Стараясь не думать о том, какие именно мурашки бегают по моему телу в моменты вот таких встреч, я кивнула Дикарю и уверенно шагнула в свечение. Миг, и я очутилась в каком-то парке, рядом тут же возник эрс.
Вслед за Дикарём появился и Алентор, а я поспешила уточнить:
— Где мы, ваша милость?
Поморщился.
— Для тебя просто Алентор.
Вспомнились мальчишки с их немного нездоровым отношением к сокращениям имени. Интересно, что будет, если назвать Алентора — Ал?
Но вместо нервного вопроса с губ слетело:
— Благодарю.
Теперь он посмотрел странно. Зато мне наконец-то объяснили:
— Это угодья неподалёку от города.
Мм-м… А для чего они нужны?
Тут воздух прорезала ослепительная алая вспышка. Ещё секунда, и в паре метров от нас возник огромный огненный волчара. Действительно огромный — в холке как полторы меня.
Я нервно охнула и вспомнила что уже видела эту махину. Но тогда она была призрачной, эфемерной.
— Эрс, — шокировано выдохнула я.
Алентор хмыкнул, а Дикарь, который выглядел на фоне этого волка то ли карликом, то ли детёнышем, застыл истуканом. Он уставился на собрата с изумлением и восторгом.
Огромный волк тоже удивился, будто второй эрс — последнее, что он рассчитывал здесь обнаружить. А понюхав воздух, посмотрел уже снисходительно и растянул в клыкастой улыбке огромную пасть.
— Да, всё верно, — подтвердил Алентор. — Только это самка. Самки приручаются хуже и реже. Очень уж не любят подчиняться.
Повеяло этаким хвастовством.
— Её зовут Эйнира, — добавил Лорд.
— А тогда, в замке…
— Тогда была только проекция. Я не подпускаю Эйниру к адептам, это не опасно, но бессмысленно. Эрсы — идеальные помощники в бою, но им нечего делать в мирной жизни.
Я пребывала в шоке, а мой собственный волк внезапно припал на брюхо. Он коснулся земли, затем выпрямился и дёрнулся в сторону, предлагая Эйнире поиграть. Но волчица посмотрела на Дикаря с такой насмешкой, что стало обидно.
Тоже мне фифа. Что она о себе возомнила? Чем ей не понравился мой волк?
Кстати, у меня наконец появилась возможность прояснить один момент:
— А зачем эрсам прогулки? У них ведь нет обычных животных потребностей.
— Не совсем. У эрсов две формы — магическая и материальная, и обе требуют движения. Эрсы порождения подземного пламени, а оно не бывает статичным. В естественной среде обитания эрсы постоянно двигаются, в противном случае их кровь может застыть.
Мне, конечно, вспомнилось поместье Наонграса и питомник. А ещё тот факт, что бегающий по округе эрс, по крайней мере дикий, большая беда.
Но может в питомнике этих зверей выгуливают как-то иначе?
— А стражи? — задала новый вопрос я. — Они ведь тоже порождения подземного пламени?
— Да. Но другая форма.
Алентор задумался и вдруг добавил:
— Эрсы — слуги и помощники, а стражи — скорее паразиты. Они могут быть полезны, но в целом довольно нестабильны. С эрсами не сравнить.
У меня логично округлились глаза.
Когда у меня только-только появился Огонёк, я слышала о стражах совершенно другое. В тот момент именно стражей называли помощниками, соратниками и всячески восхваляли. Появление у меня личного стража вызвало фурор.
Алентор, кажется, понял ход моих мыслей.
— Всё познаётся в сравнении, — сказал он. И повторил: — Стражи — это ненадёжно и примитивно, но за неимением лучшего восхищают.
Я невольно надулась. Даже с учётом наших регулярных разборок, я не желала признавать Огонька паразитом. Характер у него, конечно, не сахарный, но страж всё равно мой сладкий пирожок.
Пока мы беседовали, Дикарь гордо шагнул к волчице, а та попятилась, как от чего-то неприятного. Я заметила и надулась ещё больше, и тогда вмешался Алентор:
— Эйнира, покажи нашему гостю угодья.
Волчица забурчала, как сломанный водопроводный кран.
Только Лорд был неумолим:
— Не спорь. Вперёд.
Всё так же бурча, Эйнира подчинилась. Она развернулась и устремилась куда-то вглубь укрытого утренним сумраком парка. Мой волк поспешил за ней.
Мы остались наедине, и те самые смущающие мурашки побежали по коже. Пришлось призвать себя к порядку и вернуться к важному:
— То есть то, что эрс целыми днями сидит в моей комнате, а гуляет всего один раз в сутки, ему вредит?
Оказалось не совсем. Выяснилось, что, как и в случае со стражем, выходом из ситуации является хранилище. Только вот новость, в хранилище и эрс, и страж находятся в этаком спящем режиме.
— А этот режим? Он для них безопасен? — уточнила я.
Алентор кивнул, а я, повинуясь новому жесту Лорда, зашагала по едва заметной тропинке. Несколько минут мы шли молча, а потом он сказал:
— Ева, я вижу твоё отношение к эрсу, и видел, как ты контактируешь со стражем. Полагаю тут нужно объяснить… Это не друзья. Речь о хозяевах и слугах. Стражи так и вовсе низшие создания. Они… — а тут он замолчал.
Я помнила, как Алентор обошёлся с Огоньком при первой встрече. Тот факт, что у самих Лордов стражей вообще не бывает, тоже не забылся. Кажется, теперь я знаю почему — низшие создания недостойны служить таким важным персонам.
— Пожалуйста, продолжайте, — недружелюбно подтолкнула я.
— Нет, не важно. — И он перескочил: — По поводу угодий… Они абсолютно безопасные. Если хочешь, можешь использовать их для выгула своего эрса. Можешь даже оставлять его тут на весь день.
Оставлять? Одного?
— А вдруг с ним что-то случится?
— Я же сказал, угодья совершенно безопасны.
Ну, посмотрим.
— А как насчёт стража? Они с эрсом могут подружиться?
Шагавший рядом Алентор улыбнулся как человек, который с трудом сдержал смех.
— Они слишком разные, Ева, — сказал после паузы. — Хоть и вышли из одного пламени. Это всё равно что дружба кошки с собакой.
Какое, однако, точное сравнение.
— А как за ними ухаживать? За обоими?
Этот вопрос частично поставил Алентора в тупик.
— За эрсами просто, как за обыкновенной собакой. Ему необходимы внимание, ласка, регулярные прогулки. Иногда еда. Чем он питается, ты уже знаешь, но кормить без меня не смей.
— А как я пойму, что он голоден?
— Сам подскажет. Тем более ваша ментальная связь, как вижу, уже налажена. — В этой реплике послышалась лёгкая насмешка, словно от меня не ожидали, а я опять удивила.
— А Огонёк? Ну то есть…
Лорд вдруг закатил глаза.
— Ты всё-таки дала стражу имя? — прозвучало неодобрительно, с интонацией «так и знал, что будут проблемы».
— А что такого?
— Ничего хорошего. Так называемые стражи — паразиты, и они неразумны. Давая имя, ты, в какой-то степени, упорядочиваешь хаотичность этого создания. Даришь крупицу разума.
— Разве разум — это плохо? — усомнилась я.
— Бывают случаи, когда наличие разума способно привести к катастрофе.
Странная фраза и странная убеждённость.
— Ни за что не поверю, что я единственная. Что никто из огненных магов никогда не давал своему стражу имя. Это ведь так естественно.
Алентор поморщился.
— Есть разница. Одно дело, когда имя даёт какой-нибудь Харт, и совсем другое если речь об… очень талантливой магессе. — Он даже остановился и уставился на меня.
Только претензию я по-прежнему не понимала. Я сильнее Харта? Моё слово значит больше? Оно может повлиять на стража неким особенным образом?
— Стражи не опасны, когда являются неразумным, неупорядоченным сгустком стихии. При наличии разума они превращаются в прожорливых, очень хитрых монстров. Им нельзя давать имена, и… — Алентор посмотрел косо, — ни в коем случае нельзя кормить.
Вот теперь я окончательно запуталась. В смысле нельзя кормить? Говорили же, что наоборот нужно!
Лорд смотрел очень пристально и явно угадывал мои мысли. Впрочем, нестыковка была слишком очевидной, тут любой догадается.
Наконец собеседник сказал:
— Ева, твоя магия отличается от магии большинства. Ты действительно особенная. Стражу ни в коем случае нельзя пробовать твой огонь. Тебе в принципе нежелательно контактировать со стражами. В идеале этого «Огонька» надо бы убить.
Что? Убить моего кота?
— Но, если настаиваешь, я готов пойти навстречу и подождать. Позволить стражу умереть естественной смертью. Опять же, пока он в хранилище, в спящем состоянии, развиться и нанести вред не может. Он ведь в хранилище, Ева?
— Естественно! — делая самые честные глаза, воскликнула я.
А у самой голова пошла кругом. Что вообще происходит? Что за кровожадность? И что за «естественная смерть»? Это от голода что ли?
— Со временем, в случае неуместной подпитки, стражи превращаются в очень сильных, очень хитрых чудовищ, — повторил Алентор. — Один такой хищник способен вырезать целую армию огненных магов. И их невозможно контролировать, они уже не слушаются приказов хозяина.
Прозвучало убедительно. Но стоило вспомнить умильную мохнатую мордочку, как меня обуял дичайший скепсис. Зачем моему Огоньку кого-то убивать?
— Откуда вы об этом знаете? — мой хмурый вопрос.
— Из очень старых исторических хроник.
— А можно их почитать?
Мне вновь вспомнилась прошлая жизнь и крайне необходимый в той реальности навык критического мышления.
Всё нужно проверять! Особенно когда речь о важном.
— Боюсь ты не сможешь. Они написаны на древнем языке.
Та-ак…
Значит проверить не могу, но Огонька, будь добра, убей? А не много ли он на себя берёт?
— Мой страж — самое безобидное создание во всём мире. А составители хроник могли и ошибиться.
Лорд посмотрел как на дурочку, и это была последняя капля.
Разумеется, Алентор старше и опытнее, и знает о магической составляющей гораздо больше, но и я не тупица. Мне можно объяснить внятно и с доказательствами, а не смотреть вот так. Словно я совсем уж без мозгов.
В этот раз мне удалось сохранить внешнее спокойствие, но внутри словно взорвался вулкан. Я разозлилась так сильно, что аж заклокотало.
— Хм, солнце взошло, — заявил вдруг Лорд.
Пробует переключить разговор на нейтральную тему? Или сомневается в моей способности самостоятельно определить местоположение небесного светила?
Впрочем, не важно. Похоже я всё-таки ошиблась, уверовав в его нормальность. Человек, который готов вот так, с ходу, без поводов и доказательств, убить моего питомца, симпатии точно не стоит.
Мужчина, который относится к девушке как к безмозглой кукле, которая должна заглядывать в рот и верить с полуслова, тоже не вариант.
Алентор, лорд Огня
Свидание с Евой прошло не так хорошо, как я рассчитывал. Сначала Эйнира со своими повадками альфа-самки, потом этот специфичный разговор.
Монашка притворялась, будто всё в порядке, но я видел её напряжение. И чего она так прицепилась к этому «стражу»? Впрочем, девушки часто относятся с нелогичным трепетом к разного рода бесполезным существам.
Особенно здесь, на поверхности — и сейчас речь не о «магических помощниках». В первые годы своей ссылки, когда сошла на нет тоска по жизни, которой меня лишили, я довольно пристально изучал повадки людей.
Что-то казалось приемлемым, что-то странным, что-то необъяснимым или недопустимым. Что-то удалось понять и принять, что-то искоренить — пусть только на собственной территории, но всё же. А тягу человеческих женщин к паразитам я не пойму никогда.
Мне рассказывали о невероятных вещах — когда мужчина пьёт, бьёт, тащит из дома ценности и вещи, а женщина всё равно «любит». Держится за него, как за последний лучик света. Как за соломинку. Как за последний шанс!
Казалось бы тут и думать нечего, а она… Говорю же — тяга к бесполезным существам и паразитам. Ева, невзирая на уникальность её магии, воспитывалась в человеческом обществе, видимо отсюда и такие взгляды.
Я мог продолжить тему «стража». Объяснить или вообще надавить, ведь я несопоставимо сильнее. Или завести разговор о том, что мир устроен немного не так, как считает одна адептка.
Мог. Но давить было глупо. Касательно разговора — я пока не видел причин вдаваться в такие подробности. И у меня не получалось просчитать что будет, когда заговорю.
Да и что сказать?
Дорогая Ева, видишь ли, мы имеем дело с некоторым намеренным искажением фактов. Не было никакого перерождения «храбрейшего огненного мага» в подземном пламени. Всё произошло вообще не так.
Ваш мир действительно погибал. Подземное пламя вырвалось из глубин и остановить его люди были неспособны. Мы же, истинные повелители огненной стихии, жили себе и никого не трогали — нам нет и не было дела до того, что происходит наверху.
Нам плевать. Мы с вами даже не соседи. Мир на поверхности не имеет к нам никакого отношения. Но!
Ты никогда не задумывалась о самой сути магии? Ева, можно смеяться, но магия разумна. Ещё смешнее то, что магия, невзирая на всё своё могущество, подчинена другой силе — божественной. Вы называете эту силу Пресветлым.
Так вот…
Когда часть мира, расположенного на поверхности, начала погибать, вмешался Пресветлый. Он велел нам, огненному народу, защитить людей от огня. А мы были так глупы и беспечны, что поспешили отказать! И тогда нам продемонстрировали насколько мы слабые.
Наша магия перестала откликаться. В один миг, в одну секунду! Мы стали абсолютно бессильны — была магия, и нет.
Эта демонстрация продлилась недолго, но нам хватило. Только высшим силам было мало, и теперь от нас потребовали защищать людей всегда. Сначала божественный жребий выбрал только одного из нас — он и стал Первым Лордом.
Когда он вышел на поверхность, явившись из подземного пламени, его перепутали с магом, который погиб в этом пламени несколько минут назад.
Люди сами придумали историю про перерождение — они не могли объяснить изменение внешности и умений как-то иначе. Тот факт, что храбрец «позабыл» и собственное имя, и родной язык, иному объяснению тоже не поддавался.
Да-да, ваш язык мы узнали и изучили всего пару тысячелетий назад!
Ну а дальше… Магия пришла к выводу, что одного Лорда недостаточно, и ещё у двоих появились метки жребия. Нас принудили служить вам и защищать. И это только начало истории. Ну как тебе такой поворот?
Я прикрыл глаза, воображая реакцию Евы на подобный рассказ, и мотнул головой, признавая — глупость.
Зачем ей это? Для чего?
Конечно однажды нам придётся коснуться этой темы — когда буду объяснять, чем магия Евы отличается от магии прочих. Но куда торопиться?
Вывалить на Еву информацию просто так, без поводов? Нет. Не поймёт.
Более того, она, судя по всему, вообще не осознаёт — я ведь несколько минут назад сказал о разнице её магии и магии Харта. Но Ева даже ухом не повела. Даже не переспросила о том, что это значит.
Вчера, когда говорил, что её способности уникальны, тоже ничего не спросила. Не поинтересовалась почему.
Она либо не понимает, либо не готова вникнуть. Значит, торопиться действительно не стоит. Особенно при том, что, в отношении магии Евы, я и сам понимаю далеко не всё.
Как итог, я заговорил о ерунде. Мы вышли к озеру, прогулялись вдоль берега и даже не приблизились к беседке, в которой нас ожидал завтрак. При этом я, как обычно, ощущал её ауру и довольно быстро пьянел.
Рядом с Евой было слишком хорошо. Настолько, что не хотелось спорить или портить это утро неправильными словами. Я не знал, с какого края подступиться к вопросу — к этой манящей загадке. Я чувствовал себя мальчишкой, и в какой-то момент начал запинаться. Очень сложно сохранять спокойствие, когда рядом настолько притягательная леди. Вот и я сохранить не смог.
В финале этой встречи я научил Еву специальному свисту. Свист совмещал реальный звук и ментальный зов.
Для эрсов с их тончайшим слухом и острым ментальным восприятием, каждый такой зов звучал уникально — зов собственного хозяина эрс не перепутает ни с чем.
Звери явились быстро, Эйнира при этом держалась в стороне, всячески выражая недовольство. Эрс Евы был, с её точки зрения, слишком мелок и молод — не тот самец, которому можно подарить благосклонный взгляд.
Этот момент Ева тоже отметила и не обрадовалась. Пришлось отвлекать новым подарком — правда подарить его было чуть сложнее, чем браслет или кулон.
Чтобы я смог подарить подарок, нам пришлось вернуться в коридор жилого крыла — Эйнира, разумеется, осталась в угодьях. Я подвёл Еву к стене, расположенной напротив двери её комнаты, и попросил:
— Войди в концентрацию.
Девушка подчинилась и недоумённо заломила бровь. Потом сказала:
— Вчера здесь этого не было.
— Конечно, — подтвердил я. Сейчас она видела на стене сияющий прямоугольник. — Я создал портал сегодня, он настроен на тебя и твоего волка. Можете переходить в мои угодья когда захочется. И повторюсь — ты можешь отпускать эрса одного, там ему никто не навредит.
На последних словах я хмыкнул — навредить эрсу та ещё задачка. Особенно для тех, чья магическая сила гораздо проще и слабее чем у нас. Впрочем, дома, под землёй, навредить эрсу тоже нелегко.
— Благодарю, ваша милость, — пробормотала Ева.
А потом я услышал:
— Правильно ли понимаю, что когда эрс находится в хранилище, то пребывает в спящем состоянии и не развивается? Как и страж.
— Да. Но для эрсов это не критично. Они в любом случае развиваются очень быстро.
— А ваша волчица?
Я не сдержал улыбки.
— Эйнира со мной очень давно. Достичь её уровня сложно.
Ева кивнула и неожиданно прибегла к чисто женскому приёму. Адептка вскинула голову, сделала большие глаза и спросила дрогнувшим голосом:
— Поможете мне развить эрса, лорд Алентор?
В горле резко пересохло, и я смог только кивнуть.
Я застыл как истукан, и из этого окаменелого состояния наблюдал за тем, как Ева уходит в комнату. Она обернулась и улыбнулась на прощание, а на закрытую дверь я таращился ещё несколько минут.
Потом тряхнул головой и заставил себя телепортироваться во дворец.
Ева. С этим надо что-то делать.
Вот только что?
Устроить новое свидание, но чтобы без споров и накладок? Или снять монашку с занятий, полностью переключив обучение на себя?
Хм… А я выдержу? Тут всего час вместе, и голова уже кружится. А что будет, если стану проводить с ней больше времени? Увы, сорвусь.
Не сдержусь. Сойду с ума и наделаю глупостей.
А может не наделаю? Может пора просто пойти на штурм?
Ева
В комнату я вернулась в очень неоднозначных чувствах и сразу огорошила Огонька объятиями. Страж не ожидал, что его поймают, прижмут к груди, а потом начнут тискать.
Сначала пребывал в шоке, затем начал вырываться, но я была непреклонна — даже не испугалась огненных когтей.
Через пару минут Огонёк смирился, а я… гладила его, почёсывала, прижимала к себе и ловила недовольные взгляды эрса. Мои мысли точно просачивались в ментальное поле, и в какой-то момент оба зверя резко замерли. Это был не страх, а очень сильная настороженность. Мол, хозяйка, у нас беда?
— У нас всё хорошо, — буркнула я вслух. — Никто нам ничего не сделает.
Я не позволю. Если Огонёк в самом деле слишком опасен, надо найти способ разорвать нашу связь и отпустить его на свободу — туда, где он не сможет причинить вред, и где ему самому будет хорошо.
Ведь сколько есть хищников? Опасных тварей бесчётное количество, и многие из них обитают в настолько труднодоступных местах, что никак на них не нарвёшься. Почему бы не найти такое место и для стража? Уверена, что оно есть.
Вот только у кого спросить?
Задать вопрос Алентору? Учитывая его непреклонную позицию, не очень-то хочется.
Спросить у Наонграса и компании? Это ещё сложнее — есть подозрение, что в подземном мире стражей называют совсем не так. То есть меня не поймут, а заодно удивятся, ведь «аборигенка» из какого-то важного клана, не может не знать таких простых вещей.
Третий вариант… Он заставил меня замереть в задумчивости. Ведь если Алентор «оттуда», то двое других Лордов тоже не простые смертные. Получается, они все пришли к нам то ли из туманности, то ли из подземных глубин?
Я остановилась и захлопала глазами. Потом выдохнула и повторила непреклонно:
— Всё будет хорошо!
И продолжила тискать вреднючее огненное создание. Тот факт, что за всеми этими делами пропускаю завтрак, значения уже не имел.
Это действительно было неважно, а вот вопрос, с которым изначально собиралась обратиться к Алентору, из головы выходить отказывался.
Тот спектакль и сегодняшний сон не давали покоя. По телу бежала неприятная дрожь, я вспоминала девушек, которых погубил Свэрг. Я вспоминала себя — в кабинете директрисы Илларии, под хищным взглядом наместника. У меня не было шансов выжить, а ведь я не единственная. И я не должна, не имею права, оставлять всё как есть.
Раньше я была никем — обыкновенной бессильной воспитанницей монастырской школы. Сейчас я по-прежнему никто, и до настоящей магессы мне как до луны. Но у меня есть эрс!
Есть способность выстраивать телепорты. Есть… возможность попросить о помощи?
Я хотела обратиться к Алентору, но наш утренний разговор вышел настолько кривым, что я не сказала. Кто знает, как поведёт себя этот неоднозначный мужчина? Вдруг, выслушав мою просьбу, не поможет, а наоборот высмеет и запретит?
Пойти одной, пусть и в сопровождении эрса? Я не настолько отчаянная.
Пригласить Морти? Парень точно согласиться, но его магия в зачаточном состоянии, а кулаки бесполезны против охраны, которой в замке наместника наверняка полно.
Мне нужна помощь кого-то достаточно сильного и отзывчивого. Кого-то, кому не плевать на судьбы невинных девушек. Кого-то, кто умеет рисковать.
Именно с этой мыслью я выпустила из рук разомлевшего стража и, подхватив собранную с вечера сумку, отправилась на занятия.
Я шла и прокручивала в голове варианты действий. Я ещё не пробовала телепортироваться в место, которое находится вне поля моего зрения. Но полагаю, что настроиться всё-таки смогу.
Второй вариант телепортации — настроиться на образ человека. Однако его мне даже не объясняли. При этом мне известно, как выглядит Свэрг, но я плохо представляю, как выглядит его замок. Значит придётся телепортироваться в приют, и уже оттуда или на каком-то транспорте, или мелкими телепортационными скачками, добираться до владений наместника. Это не так быстро как разовая телепортация, но лучше, чем ничего.
Задумчивая, я шагала по коридору и смотрела под ноги. В результате едва не врезалась в магистра Дарктэса — отреагировала в последний момент.
А он словно проверял, даже не подумал уклониться.
— Доброе утро, — произнесла я, испытав неловкость.
Преподаватель кивнул, а меня вдруг посетила новая идея — а может попросить помощи у него?
Дарктэс сильный, пугающий, умный! Такой как он и без всякой магии сотрёт сального толстяка в порошок.
А ещё Дарктэс не Лорд. Пока не понимаю, насколько менталитет обычных людей отличается от менталитета таких как Алентор, но думаю, что найти общий язык с магистром Дарктэсом проще. Ведь до появления метки он был таким же, как и все мы.
Я даже открыла рот, чтобы спросить, но сбилась. Просто вспомнилось вдруг, что, кроме прочего, мне запрещено покидать замок. Да и в принципе — страшновато просить столь важных людей.
Наверное нет.
А может всё-таки да?
Изобразив учтивую улыбку, и так и не приняв решение, я продолжила путь. В аудитории сразу напоролась на Морти, который был обеспокоен моим отсутствием в столовой.
Когда уселась рядом, случилось чудесное:
— Евка, ты чё? — спросил верзила.
Я пожала плечами, и тогда Морти, пихнув меня локтем в бок, передал завёрнутый в салфетку огромный бутерброд.
Это было так неожиданно и так приятно, что я засияла. Липкие мысли о Свэрге из головы тут же выдуло, а я поняла, что очень хочу есть.
Мне повезло, я успела. Правда бутерброд пришлось не жевать, а прямо-таки всасывать. Едва я стряхнула крошки с пальцев, в аудитории объявился магистр Тослер.
— Так, ну что? Все готовы? — произнёс препод, который явно был сегодня не в духе.
Пришлось сосредоточиться на занятии. На информации, которую активно и очень системно загружали в наши мозги.
Лекция была ёмкой, динамичной, напряжённой. А вот занятие у магистра Занакаса вышло проще — мы расслабились, кто-то даже осмеливался зевать.
Вот тут-то и приключилась некоторая неоднозначность… Занакас, стоявший за кафедрой, задал вопрос и взял паузу, ожидая кто из нас решится ответить. Ровно в эту минуту, воздух передо мной заискрился, выплёвывая квадрат вестника. Тишина достигла какой-то особенной, потрясённой глубины.
Мои глаза округлились, но рука уже тянулась за посланием. В следующий миг глаза стали ещё больше — ментальный импульс подсказал от кого именно письмо.
Вестника прислал Дайтарон. Парень, который «как и я», являлся представителем одного из «древних» кланов…
— Хм, — произнёс Занакас. — Ева, ты открыла канал для вестников?
Кажется, у меня щёки порозовели.
— Да, магистр. Мне помог лорд Алентор.
Занакас не удивился и кивнул.
— Для тех, кто не в курсе: одной только помощи его милости недостаточно. В настройке — возможно, однако канал открывает сам маг. Это не так уж легко, обычно адепты осваивают открытие канала к концу первого курса.
Теперь на меня уставились с таким интересом, что хоть под стол прячься. И только магистр смотрел не столько на меня, сколько на послание — причём пристально и с каким-то подтекстом.
Невольно вспомнилась прошлая жизнь. Условный, но всё-таки запрет на пользование телефоном во время занятий. Пиликнуть-то телефон может, но если ты, при вот таком, направленном на тебя взгляде, полезешь смотреть что там, то втык гарантирован. Кажется сейчас меня ждало тоже самое.
Поэтому я выдохнула и сунула записку в карман!
Теперь она буквально жгла — к счастью, лишь в переносном смысле. Я пыталась не ёрзать, а магистр очень внимательно за мною следил. Он ждал, что не выдержу, открою вестника, и вот тогда… Но я держалась!
Возможности поехидничать и поиздеваться, я Занакасу не дала.
Ну а едва наступил перерыв, вокруг меня столпились буквально все — вся аудитория. Морти вцепился в рукав первым:
— Евка, ну ты вообще! Как тебе удалось?
Следом посыпались другие вопросы, более прикладного характера — меня просили объяснить технологию и как это вообще было.
Я что-то мямлила, что-то объясняла, старательно избегая прямых упоминаний Лорда. Это длилось до тех пор, пока Морти не надоело и он не разогнал воодушевлённый событием народ.
Потом тот же Морти подвинулся и шепнул весело:
— Послание от Алентора, верно?
Я, учитывая количество навострённых ушей рядом, не сказала.
— А, понятно! — ещё больше развеселился парень. Он отодвинулся, а я…
Записка по-прежнему жгла карман! Магистр Рои уже вошёл в аудиторию! Но просидеть ещё час в неведении означало сдохнуть от любопытства. Поэтому я вытащила вестника и развернула.
И обречённо вздохнула… Что же мне спокойно-то не жилось?
Несоответствие было настолько же очевидным, насколько непонятным. Ведь я общалась с парнями, мы говорили на одном языке.
А если язык один, то и письменность должна совпадать! Только она не совпадала, в записке была та же абракадабра, что в брошюре и в книге, выданной Алентором. Причём сам Алентор называл язык книги «древним».
Так древний он или нет?
От этого противоречия даже голова разболелась. Пришлось отложить записку и убедить себя в том, что позже я в этой теме обязательно разберусь. Любопытство при этом никуда не делось — я по-прежнему очень хотела знать содержание вестника.
Вопрос номер два — а что будет, если отправить в ответ собственное послание, написанное привычным образом? В котором попросить Дайтарона перевести текст на понятный мне язык?
Впрочем, это так, нервы и ирония. Отправлять что-либо я не собиралась — просто выдохнула и вновь погрузилась в учебный процесс. При этом продолжала обдумывать ситуацию со Свэргом — что я ему скажу, когда мы встретимся?
Имеет ли вообще смысл задавать вопросы про Лорию, Сисиль и ту третью девушку, которая якобы расторгла контракт? И про труп в овраге близ замка, который предположительно принадлежал ей?
Ответит ли наместник? Не соврёт ли? И хочу ли я в действительности знать эту правду? Увы, память прошлой жизни подсказывала, что там могут всплыть такие подробности, о которых лучше не знать.
Именно в размышлениях о Свэрге я отправлялась в столовую. Шагавший рядом Морти пытался что-то рассказывать, а я не слушала — всё пыталась составить план.
Ну а в столовой мне улыбнулась удача — за дальним столом сидела троица огневиков-старшекурсников во главе с Хартом. Увидав их, я прихватила Морти за рукав и сказала:
— Прости, я сегодня с ними.
Парень не обрадовался, но и возражать не стал.
Наполнив поднос, я отправилась к компании моих спасителей. Меня встретили с этакой позитивной настороженностью.
— Привет, — сказал Лотерик. Харт улыбнулся, как и Корн.
Старшекурсники перестали есть, а я села и сразу потянулась к супу. Только съев пару ложек поняла, что обедать под этими взглядами не смогу.
— Я по делу, — призналась я.
Мне ответил Корн:
— Мы почему-то так и подумали.
Я громко и тяжело вздохнула. Потом отодвинула поднос и спросила в лоб:
— Помните того мужчину, который был в кабинете со мной и директрисой, когда вы меня забирали?
Лица парней исказились. Да, они помнили.
— Мерзкий тип, — прокомментировал Харт. — Но почему ты спрашиваешь? Только не говори, что он в самом деле обратился к Лорду и выбил компенсацию за сожжение того контракта.
Я нахмурилась — вообще забыла про этот момент.
— Нет. В смысле, не знаю. Я по другому поводу.
Парни подобрались.
Корн не выдержал и всё-таки начал жевать кусок колбасы, остальные тоже немного расслабились, потянулись к подносам. К еде не притрагивалась только я — не очень-то удобно жевать и одновременно говорить.
— Этого мужчину зовут Свэрг, он наместник в Истеме. Истем герцогство небольшое, это не самые привлекательные земли, но власть… — Я замолчала, понимая, что нервничаю и меня уносит куда-то не туда. — В общем, он плохой человек. Он причинил много зла. То есть я думаю, что причинил.
— И? — подтолкнул Лотерик.
— И я хочу в этом разобраться.
Сбивчивая речь, никто ничего не понял. Но высказывать просьбу как есть, прямо, было страшно. Уф!
— Две девушки из нашей монастырской школы угодили к Свэргу и пропали. Одна покончила с собой, вторая вроде как сбежала с любовником, но мы не верим. Есть все основания считать, что он их убил.
Аппетит парней сразу поутих, а настороженности наоборот прибавилось.
— Я немного похожа на этих девушек, тот же типаж, именно поэтому Свэрг меня и выбрал. Именно поэтому хотел выкупить мой контракт.
— Мм-м… — протянул Корн.
— Думаешь наместник — извращенец? — спросил Харт.
— Думаю он мучитель и убийца. Я не знаю, что он собирался делать со мною, но смотрел так, что вздрагиваю до сих пор.
Пауза, и вопросительное:
— И?..
Огневики перестали жевать и уставились пристально.
— Я хочу разобраться. Теперь у меня есть магия, и я не могу оставить это просто так.
Я ждала напоминаний о том, что мне запрещено покидать школу, и что Алентор точно не обрадуется, если мы четверо снова куда-то пойдём. Но вместо этого я услышала стон и усталое:
— Ну вот. Опять.
— Что «опять»? — не поняла я.
Мне объяснили:
— Опять молодой маг, ну в данном случае магесса, обретя силу, лезет разбираться с врагами. Конечно, ведь там, дома, было столько несправедливости. А теперь-то он, ну вернее она, может покарать всех!
Прозвучало так себе. Я напряглась и парировала:
— А не должен?
Парни закатили глаза, и я поспешила повторить:
— Свэрг убийца. Это пока не доказано, но я убеждена. Власти бездействуют, и если не разобраться, если не остановить, он навредит кому-нибудь ещё.
Сочувствие во взглядах огневиков было… ну таким, своеобразным. На меня смотрели как на больную паникёршу, и я опять не выдержала:
— Я теперь магесса! Пусть слабая и необученная, но ведь я могу что-то сделать. Особенно если найдутся те, кто готов поддержать.
Сказала и поняла — хорошо, что не пошла к Алентору. Если уж эти трое, которые сами всего четыре года назад были обыкновенными мальчишкам, причём явно не голубых кровей с присущей аристократам вседозволенностью, не понимают, то Лорд не поймёт тем более.
— Ладно. — Я отодвинулась. — Ясно.
— Да что тебе ясно, Ева? — возмутился Харт. — Ева, огненные все горячие, это закономерная черта нашего характера. Мы все стремимся к справедливости и хотим изничтожать врагов. Но кроме наших желаний есть здравый смысл! Нельзя вломиться на человеческие территории и творить что вздумается. Даже если мы тысячу раз правы.
Отвечать я не стала, обижаться тоже, просто переключила внимание на суп и второе. Пусть с аппетитом было не очень, но лучше грустить на полный желудок, чем на пустой.
— Ева, Ева. — Корн со вздохом покачал головой.
Да, я — Ева. В том же, что касается вас троих…
— Я не в претензии, я всё понимаю. Тем более это двойной риск, и кроме наместника есть ещё Алентор, который точно будет зол, если узнает. Но спасибо, что выслушали.
Огневики переглянулись, и Лотерик сказал:
— Мне не нравится выражение твоего лица, Ева.
— Так не смотри, — огрызнулась я, не выдержав.
Хмыкнул. И мы все сосредоточились на еде.
Занятие у Дарктэса пролетело стремительно, а на «частном уроке» с Морти я подверглась закономерному допросу. Верзила аж ёрзал от любопытства, однако, прежде чем рассказывать, я заставила его уделить время чтению и письму.
Лишь после того, как мы позанимались, я показала вестника. Парень развернул листок и уставился на него, как баран. Потом прокомментировал:
— Ээ-э…
— Да не старайся прочесть, — смилостивилась я. — Это другой язык.
Он выпучился, а я принялась рассказывать о странном отличие разговорного языка от письменности, и про книгу, выданную вчера Лордом. Про один золотой за переписанную страницу тоже сказала, от чего верзила окончательно прибалдел.
— Слушай, а может я тоже попереписываю? — поборов шок, предложил он. — Ведь страниц-то там много? А я внимательный! Заодно и руку потренирую, ты ж сама говоришь, что мне надо.
Я улыбнулась. Копирование — это хорошо, но почерки-то у нас совсем разные. Интересно, как отреагирует Алентор, если узнает, что я привлекла компаньона? На месте Морти я бы не стала так рисковать.
Впрочем, можно предложить Морти переписывать за нас двоих. Он делает, а я беру процент за сделку — но это, конечно, из разряда шутки. Такая афера невозможна, не той породы я человек.
Мы ещё раз обсудили вероятность существования «подземной жизни», и разошлись. Меня ждал короткий отдых и очередной индивидуальный урок с Алентором — он пролетел тоже быстро.
Лорд был сосредоточен на чём-то своём. Пока я, по его указанию, тренировала череду огненных шаров, смотрел на меня расфокусированным взглядом.
Зато в самом конце занятия Алентор сказал:
— Ну и почему не пишешь мне? За весь день ни одного вестника не прислала.
Я растерялась.
Ответить было нечего, а Лорд…
— Завтра чтобы написала два.
Я испытала острое желание провалиться под землю. Жаль, что среди моих умений подобного нет.
Зато у меня теперь были порталы! И я едва не забылась — едва не открыла портал прямо при Аленторе. Ведь он не знает, что я умею. Если же начну объяснять кто учитель, то… даже не знаю, что произойдёт.
Я пока не готова к этому разговору. Просто не готова. Ну и трушу, конечно.
Обязательно нужно собраться с силами и признаться, потому что Алентор — мой лорд и скрывать от него всё-таки нельзя. К тому же, раз ждёт писем, то убивать точно не будет.
Но всё равно неловко и жутковато. Особенно при мысли о закономерном вопросе, который обязательно прозвучит:
— Почему не рассказала раньше?
Вот что на такое отвечать?
Беседку у моря я покинула через портал, созданный Алентором, а очутившись на нужном этаже второго жилого крыла, недоумённо застыла. Возле моей комнаты в расслабленных позах ожидали трое… И это были не сокурсники, которые пожелали ещё раз прослушать рассказ о механике создания каналов для вестника — нет!
Харт, Корн и Лотерик. Парни были одеты в знакомую форму с алыми плащами. Выглядели красиво и внушительно. И так, словно куда-то собрались.
— Отлично, — увидав меня, сказал Харт. — Ты освободилась, значит можем отправляться.
— Куда? — переспросила я тупо.
— Здрасте приехали, — фыркнул главарь этой небольшой банды. — К убийце твоему, разумеется.
Я вновь превратилась в статую. Шутка?
Пока я стояла и не верила, Корн объяснил:
— Ева, да чему ты удивляешься? Мы же помним этого Свэрга, и прекрасно видели, как он на тебя смотрел. Хотелось испепелить его ещё тогда и, как понимаешь, не из ревности.
— Но в столовой-то вы отказались!
Корн кивнул.
— Во-первых, там было много свидетелей. Во-вторых, хотели посмотреть на твою реакцию.
— И какая у меня была реакция?
— Да закономерная. Ты ведь не отбросила эту идею. Мы поняли, что если не поддержим, то ты поступишь в лучших традициях горячих одарённых идио… хм… первогодок. Не успокоишься, а пойдёшь к Свэргу сама.
Я не смутилась. Но после отказа действительно размышляла над таким вариантом. По-прежнему считала его нереальным, и ломиться к наместнику самолично не собиралась, но не рассматривать не могла.
— Давай, — вновь подал голос Харт. — Сколько времени тебе нужно на сборы?
— Четверть часа дадите?
Ответом стал кивок и дружный усталый вздох.
Думаю, именно этот вздох и подвёл, огневики сами сглазили. В смысле, четвертью часа не обошлось.
Времени ушло гораздо больше, хотя лично мои сборы были почти мгновенными. Львиная доля «просрочки» пришлась на обсуждение — для этого я пригласила парней в комнату, предварительно спрятав Огонька.
Так как страж не помещался ни в одно хранилище, я засунула его в кулон эрса. Дикарь на это оскалился, но возражать всё-таки не стал.
Едва мой ну очень упитанный кот исчез, я распахнула дверь и пригласила старшекурсников, которые, для начала, дружно залипли на волка. Для них зверушка была уникальной, проигнорировать они, разумеется, не могли.
Затем посыпались вопросы, на часть которых я даже ответила. Заодно объяснила, что эрс подчиняется моим приказам и очень опасен для тех, кто желает причинить мне вред.
Вот тут в полный рост встал другой вопрос — тот, который я держала в голове, но чёткого ответа на который по-прежнему не было. Как всё-таки быть со Свэргом? Мы, безусловно, устроим допрос и сделаем всё, чтобы услышать правду.
И если он виноват, то…
— Это не очень-то законно, Ева, — сказал Харт посерьёзнев. — Ты точно готова?
Готова я не была, но…
— Я отдам приказ эрсу.
— Но ты понимаешь, что эрс будет лишь исполнителем?
Я понимала. Мне не нравился этот шаг, эта ответственность, но и бездействовать я не могла.
Дальше пришлось обговорить второй скользкий момент — действовать необходимо быстро и тайно. Подданные Лорда, в общем-то, не имеют права вмешиваться в дела людей — это негласное правило. И да, Алентор, если узнает, точно не похвалит. Причём за всё! А за нарушение прямого запрета покидать школу мне вообще ужас что грозит.
— А как он может узнать? — мой новый вопрос.
— Люди Свэрга могут отправить ноту протеста в канцелярию, — пожал плечами Лотерик.
— Но это в том случае, если они сами не обрадуются его внезапной гибели, — добавил Корн, и я выдохнула. Значит шансы сделать всё тайно есть.
Парни подумали ещё, и…
— Ну и канцелярия не очень-то любит тревожить Лорда. А письма идут и рассматриваются медленно. За это время можно как-то подготовиться.
— Как? — не поняла я.
На меня посмотрели весело, с намёком, и я этот намёк даже уловила!
Но Корн всё равно озвучил:
— Ты в близких отношениях с Алентором. Значит, можешь на него повлиять.
Следующая реплика принадлежала уже Лотерику:
— И мы не очень понимаем, почему ты обратилась к нам, а не к нему.
— Потому что отношения не настолько уж близкие, — парировала я хмуро. — Там вообще не то, о чём можно подумать.
Пауза, и Харт всё же поддел:
— А о чём можно подумать, Ева?
Я развивать тему не стала. Вот просто не стала. Зачем объяснять этим троим, что у нас не отношения, а чёрт пойми что? Он мне вроде и симпатизирует, однако шагов, которые прояснили бы ситуацию, не предпринимает. Возможно всё вообще не так, как кажется, и Алентор — банальный фетишист, заточенный на мой запах. Инче почему украл и не вернул трусы?
— Ладно, — оборвал весь этот разговор Харт. — Идёмте.
Мы дружно встали, Дикарь тоже вскочил на лапы.
— Без моего приказа не нападать, — напутствовала зверя я. — Без приказа только пугать!
И мы совершили переход.
Телепорт делал Харт, это была иная технология — без огненных овалов. Как и в самый первый раз, мы шагнули к Харту, и нас всех потащило сквозь пространство. При этом переходили мы не в приют…
Парни видели Свэрга, и Харт настроился сразу на его образ. Мы должны были столкнуться с наместником тут же, на выходе из телепорта. И Свэрга мы действительно увидели, только толстяк был не один.
В небольшом, мрачного вида помещении, было душно и очень жарко. Всего пара тусклых ламп, но освещения хватало, чтобы увидеть развешанные по стенам орудия пыток и пятна крови на полу.
А ещё там была девушка в изодранном платье, которая тихо всхлипывала, вжавшись в стену. Было ясно, что её только что, буквально несколько минут назад, вырвали из лап мучителя.
Вид девушки ужаснул, но самым убийственным оказалось другое…
Свэрг действительно был здесь. Он висел — прихваченный за горло и поднятый над полом сильной рукой мощного красноволосого мужчины. Очень злого мужчины. Настолько злого, что все мы невольно отступили на полшага, одновременно понимая, что нас это не спасёт.
Бесконечно долгая пауза, и лорд Алентор повернул голову. Глаза при виде нашей четвёрки вспыхнули пламенем! Харт простонал какое-то ругательство и, кажется, собрался использовать магию. Но…
— Стоять! — рявкнул Лорд.
Мы не то что остановились — мы дышать перестали! Свэрг же задёргался и заскулил в тщетной попытке освободиться.
— Стоять, — повторил наш господин.
И мы… дружно отступили ещё на полшага. А Дикарь, который выпрыгнул из портала с угрожающим рыком матёрого убийцы, спрятался за мою юбку. И я не могла его осуждать!
Я бы сейчас тоже с удовольствием куда-нибудь спряталась. Куда угодно. Хоть в кулон-хранилище, хоть в дымоходную трубу, которой тут, увы, не имелось. На растворение в воздухе я тоже была согласна! Но опять это «но».
Миг, и мечты Свэрга сбылись, его отпустили. Наместник с громким неприятным шлепком рухнул на пол, но тут же оказался в новом капкане — Алентор сотворил силовые кольца, которые приковали толстяка к камню, не позволяя встать.
Тут-то и настала наша очередь… Не знаю как парни, а я похолодела и испытала такой приступ паники, что голова закружилась. А Алентор приблизился и, остановившись в паре шагов, процедил:
— И как это понимать?
— Ээ-э, — отозвался Харт.
— Мм-м, — поддержал друга Лотерик.
Корн наоборот молчал, глядя на сюзерена прямо-таки огромными глазами. Такими, что ещё немного и старшекурсника точно хватит удар.
Я сама пребывала на грани обморока и чётко понимала — парням, как и мне, крышка. Свою ответственность тоже сознавала, и всё это было очень неправильно. С самого начала знала, что подставляю эту банду, но и помыслить не могла, какой поворот нас ждёт.
Судорожный вдох, и я капитулировала:
— Ваша милость, они не виноваты. Это только моя ответственность и моя идея.
Алентор прямо-таки протаранил взглядом, и я продолжила:
— Они не виноваты. Я шантажировала. Сказала, что если не помогут, то пойду к Свэргу сама.
Огневики закивали. Это было немного неожиданно, но логично. Зато Лорд отмахнулся от слов, как от полудохлой мухи. Парировал едко:
— Чушь! Как бы ты «пошла сама»?
Намёк на неспособность добраться в далёкий Истем? Ну…
Себя было уже не жаль, а вот парней — очень! Именно поэтому я открыла портал. От страха мне удалось сотворить огненный овал не в поле зрения, а за спиной. Я чувствовала его! И даже качнулась в его сторону, желая продемонстрировать Алентору, что портал — не блеф, что он в самом деле работает. Что я сейчас р-раз, и всё-таки исчезну. Прыгну максимально далеко.
— Стоять! — новый рык его огненной, жутко злой милости.
Я застыла. Старшекурсники, которые тоже начали пятиться к порталу, издали дружный придушенный стон.
Ну а Алентор… Он не просто не впечатлился — во взгляде мелькнуло нечто, что прочлось как: «Всё, Ева. Теперь ты точно доигралась!»
Я втянула голову в плечи, готовая к расплате, и тут случилось худшее. Не мгновенная смерть, когда даже испугаться толком не успеешь, а растянутый во времени процесс:
— В холл второго жилого крыла, — процедил Алентор. — Быстро! И упаси вас Пламя, если я приду, а вас там не будет. Если вас не будет, то…
Мы не стали ждать окончания его угроз.
Вот просто не стали. А смысл? У нас же приказ — идти и сидеть в холле. Вот мы и телепортировались! Вернее Харт, чьи навыки пространственных переходов были несопоставимо лучше моих, переместил всю нашу дрожащую компанию. Эрс тоже перешёл.
Правда с конечной точкой телепорта вышло не очень — огневик перепутал и закинул нас в другой зал.
Пришлось бежать. Очень быстро! Распугивая по дороге всех встречных адептов. На нас смотрели ошалело, а трое рослых мордоворотов в компании хлипкой первокурсницы летели так, словно за ними гонится сама смерть.
Ну и главное — впереди бежал эрс! Красивый, мощный, в своей огненной ипостаси, но абсолютно запуганный.
Хорошо, что нам не встретился ни один препод, иначе пришлось бы объяснять, что мы вообще творим.
А сил на разговоры не было! Даже ворвавшись в холл, мы сначала дышали и ошалело молчали. Я очнулась первой — прикоснулась к кулону и дала мысленную команду Дикарю.
Кулон сверкнул, эрс исчез. Мы остались вчетвером, в просторном мрачноватом помещении. Среди серого камня и колонн.
— Простите меня, — выдохнула я. — Простите, что втянула.
А в ответ…
— Зато теперь понятно, почему Лорд расспрашивал про Свэрга, — заявил Харт.
Я опешила.
— А он расспрашивал?
— Да. Про ту ситуацию с твоим обнаружением, ну и про наместника.
— Почему вы не сказали?
— Мы думали, что это ничего не значит, — пожал плечами Харт. — Обычно Лордам нет дела до проблем людей.
— Он спрашивал об этом после того, как… В общем, мы сами не видели, но ходят слухи, будто он привёл какую-то девушку. Обычную, без дара. Она работает теперь в булочной на центральной улице.
Я поняла, что у меня взрывается мозг.
— Какая девушка? Зачем? При чём тут это?
— Говорят, что эта девушка — подруга одной адептки. А адептка, чью подругу Лорд мог привезти… Ну получается, что только ты.
— Мы не знаем, связаны ли эти события, — вмешался Корн, — но всё случилось одновременно. Сначала девушка, что очень странно и нетипично, а потом Лорд расспрашивал об этом Свэрге.
— А теперь вот, — кивнул Харт. — Лорд Алентор пошёл убивать.
Я мотнула головой. По-прежнему не понимала при чём тут какая-то девушка. Вмешательство Лорда тоже воспринималось как что-то нереальное. Зато я сознавала, что парни скрыли важнейшую информацию! Знай я, что Алентор интересовался гадом, мы бы сегодня не попались.
Мы бы вообще не попались! Я бы закрыла глаза на его надменность и желание убить моего стража, и пошла с этим вопросом к Алентору. А не к этим сорвиголовам.
— Он нас убьёт, — добавил вдруг позитива Лотерик. Прозвучало обречённо.
Повисла жуткая пауза. Я сжала кулаки и выпалила:
— Всё будет в порядке. Всегда нужно верить в лучшее!
— Будет, как же, — пробормотал Корн, а Харт невесело улыбнулся.
Пришлось повторить, хотя я сама тоже не очень-то верила:
— Всё будет хорошо.
Ждать пришлось так долго, что это походило на умышленное издевательство. Миновал целый час, и за это время я успела придумать столько вариантов нашей бесславной гибели от рук Алентора, что хватило бы на большой справочник палача.
Впрочем, дальше ещё хуже. Когда Лорд таки явился, я вдруг поняла, что ждать его было не так уж плохо. Что ожидание смерти, вопреки поговорке, самой смерти не хуже.
Или это только с Алентором? А в других случаях поговорка актуальна и работает как часы?
В любом случае, радости от появления Лорда мы не испытали. Он успел переодеться и кажется принять душ. Но на настроение это не повлияло — Алентор был всё так же зол, и когда вышел из вспыхнувшего в центре холла огненного овала, повеяло даже не неприятностями, а катастрофой.
Парни, которые в этот момент сидели на полу, повскакивали и вытянулись по струнке. Я тоже выпрямилась и пугливо прикусила губу.
Хозяин огня приблизился к нам, а потом прозвучало:
— Ну, поздравляю, адепты.
Слова были обращены к старшекурсникам, которым протянули три тонких стальных Браслета. При взгляде на эти браслеты лица огневиков стали предельно жалобными, а Алентор продолжил:
— Ограничение вашей силы будет действовать месяц. Задачу по поиску и переброске новичков я с вас снимаю. Скажете Тариусу, чтобы нашёл вам замену.
Повисла пауза, на парней было страшно смотреть. Лотерик посерел, Харт захлебнулся воздухом. Корн точно готов был плюхнуться на колени, но видел, что бесполезно, поэтому и стоял.
— Браслеты! — подтолкнул Лорд властно. Лишь теперь Харт потянулся и забрал ограничители.
От звука, с которым защёлкнулись эти «украшения», по коже побежал мороз.
— На этом всё, — сказал Лорд. — Свободны.
Парни попятились, потом развернулись и чуть ли не бегом бросились прочь. В этот момент они меньше всего напоминали пафосных героев-красавцев, какими виделись простым смертным все подданные Лорда.
Уходили они, конечно, позорно, но я им всё равно завидовала. Ведь их пытка закончилась, а моя ещё даже не началась.
Мы с Лордом остались один на один, и моя голова как-то сама собой втянулась в плечи. А ещё вспомнилось вдруг, что я — девушка, а значит можно пустить горючую, жалобную слезу.
Но мимолётный взгляд на Алентора подсказал — не поможет. Хоть плачь, хоть не плачь, всё равно конец.
Словно подтверждая вывод, Лорд зловеще улыбнулся и протянул ладонь, требуя мою руку. Едва я подчинилась, перед нами вспыхнул портал, а визави произнёс:
— Ну, пойдём.
Секунда. Мощный удар сердца, и я осознала себя в неожиданном месте. Теперь мы стояли на широком балконе, внизу простирался город, подсвеченный множеством огней. Ночь уже вступила в свои права, луна была яркой, а эти огни навеяли воспоминания о моём прошлом воплощении.
На долю секунды я перенеслась мыслями в шумный мегаполис. На смотровую площадку небоскрёба, откуда когда-то бесконечно давно вот так же глядела вниз.
Воспоминание о моменте смерти тоже пришло внезапно. Визг тормозов, удар, боль и стремительный полёт моей души. И стекло. Я снова врезалась в стекло, и оно опять не пустило.
— Очень рад тебя видеть, — отвлекая от внезапных видений-ощущений, сказал Лорд.
Прозвучало не злобно, а насмешливо.
Я вздрогнула и уставилась на Алентора в оба глаза, а он неожиданно подмигнул.
— Присаживайся, Ева. — Мужчина отпустил мою руку и указал куда-то вбок.
Обернувшись, я поняла, что всё ещё хуже, чем ожидалось. Прямо тут, на балконе, был накрыл романтичного вида стол.
— Присаживайся, — повторил Лорд.
— М… может не надо? — выдохнула я.
Но аргументы не принимались, и Алентор продолжал насмехаться. Он был котом, который, наконец-то, выловил юркую, ускользавшую всё это время мышь.
Покорившись судьбе, я направилась к столу.
Алентор не отступал ни на шаг и лично отодвинул для меня стул, затем устроился напротив. Он налил в наши бокалы рубинового цвета напиток и предложил чокнуться. И заулыбался ещё шире, видя, как дрожит моя рука.
— Ну а теперь рассказывай, — едва я сделала глоток, велел Лорд. — Что ты освоила телепортацию, я понял. Что ещё? О чём ещё я не знаю?
Он подчеркнул последнюю фразу голосом. Интуиция шепнула, что врать нельзя.
Впрочем, я ведь и так собиралась всё ему объяснить. Только новостей было слишком много, я не представляла как он среагирует и не знала с чего начать.
— Ева? — подтолкнул Лорд.
Я шумно вздохнула и решила, что начинать нужно с эрса.
— Вы не знаете о том, что… эрс появился не из разлома.
Улыбка, озарявшая лицо его милости, резко погасла. А я опустила глаза и продолжила:
— Дикарь… ну, можно сказать, что он из питомника.
— Та-ак, — зловеще протянул Лорд.
Смотреть на него было страшно, поэтому я продолжила, глядя в скатерть:
— Дело в том, что несколько дней назад я увидела в холле второго жилого крыла одну штуку… Я тогда не знала, даже мыслей не было, но это оказался портал. Там такой силовой контур на стене… я прикоснулась, и меня перенесло. Переместило в странное место, где серая трава и затянутое дымом небо.
— Та-ак… — Лорд аж привстал.
— Там трава, дым, — торопливо добавила я, — и ещё я познакомилась с подростками. Хорошие ребята. Они не поняли кто я такая и пригласили в гости в своё поместье.
— Имена у этих «хороших ребят» есть? — теперь Алентор шипел.
Разыгрывать амнезию было сложно и опасно, поэтому я призналась:
— Одного зовут Наонграс. Наонграс из клана Третьих. Это было поместье его семьи, и вот когда мы пили чай, то из питомника вырвался пойманный накануне дикий эрс. Он сам пришёл ко мне, он меня выбрал.
Скатерть, в которую я смотрела, начала смещаться — её тянули на себя и, видимо, сминали. Впрочем, это движение быстро прекратилось, а я поспешила продолжить рассказ.
Вернее не рассказ, а перечисление «грехов»
— Ещё вы не знаете о том, что тот выброс силы, который случился ночью на тренировочной площадке, был… В общем, его спровоцировал плод пепельного дерева, который я съела.
Как ни странно, это признание Лорда не взволновало.
— Кто научил тебя обращению с порталами? — отчеканил его милость.
— Так Наонграс и научил, — пробормотала я.
— Где, когда, при каких обстоятельствах?
— Это произошло во время моего второго визита в его поместье. Когда меня выдернули принудительным телепортом. Парни сказали у меня нет какой-то защиты.
Алентор застонал.
А я не знала как быть и что говорить, и начала объяснять про метку из-за которой стала возможной эта принудительная телепортация. Даже осмелилась поднять глаза чтобы увидеть, как Алентор прикладывает пальцы к вискам.
При том, что говорила я сбивчиво, он всё понимал. Даже не так: он понимал гораздо больше, чем я! Это было очевидно.
— Ева! — прорычал в какой-то момент Лорд.
А что я? Что я могла?
— Ваша милость, я… — Я хотела ещё раз подчеркнуть, что всё это ненарочно. Что все события случайны! Но едва открыла рот, случилось то, чего не должно было произойти.
Реальность дрогнула, в глазах потемнело, а через секунду я плюхнулась на попу, потому что стул вдруг испарился.
Вместе со стулом исчезли балкон, стол и Алентор. От темноты, усыпанной яркими звёздами, тоже не осталось и следа. Зато появилось затянутое дымом нечто — то ли небо, то ли бесконечно далёкий подземный потолок.
— Ау! — ударяясь о твёрдую землю, воскликнула я.
Меня тут же подняли. Потом зазвучали извинения:
— Ева, прости. Прости…
— Мы не хотели тебя выдёргивать. Мы… — И что-то ещё, какие-то сбивчивые слова.
Я не слышала, воспринимать речь мешал накативший шок. Я смотрела в лица мальчишек-огневиков и понимала, что теперь-то мне точно крышка.
Меня выдернули! Телепортировали! Опять!
Захотелось то ли взвыть, то ли истерически рассмеяться. Просто ситуация вошла в категорию максимально абсурдных! Исчезнуть прямо из-под носа «анса» Алентора, в момент «разбора полётов»? Он меня убьёт!
Наконец до сознания всё-таки начали доходить слова…
— Ева, ты прости. Мы телепортировали тебя по старой метке, потому что ты не отвечала. Мы послали тебе вестника, а ты молчишь. А тут ведь такие дела!
— Такая возможность… — подхватил Олтаринус.
— Понятно, что твой клан практически всемогущ, — вклинился Дайтарон, — но мы подумали — вдруг тебе будет интересно?
— Мы сегодня знаешь куда идём? — опять Наонграс. — К Колыбели пламени!
Вот тут я всё-таки перешла на вой.
Мальчишки перепугались и даже отскочили, а я…
— Вы даже не представляете, чем я занималась в момент телепортации. Я разговаривала с… наставником. Он выволочку устроил. Собирался прибить меня на месте! И только «побега» мне в этот момент не хватало!
Парни очень удивились. Посмотрели как на сумасшедшую. Дайтарон даже переспросил:
— Прибить? Тебя?
— А в правящем клане разрешено бить женщин? — Наонграс.
Я застонала ещё громче, но объяснила:
— Фигурально выражаясь!
— Да даже если фигурально, — все трое вдруг набычились. — Что за дела, Ева? Правящие нарушают законы? Такого не должно быть. Бить и отчитывать женщин не позволено никому.
— Если над тобой издеваются, — Дайтарон выпятил грудь и шагнул вперёд, — только скажи. Мы найдём способ тебя защитить. Мы сообщим своим кланам, мы поднимем Совет. Да мы всех поднимем!
Я всё слышала, всё понимала, но времени офигевать не было. Я представляла себя на месте Алентора, и всё чётче понимала какими неприятностями грозит этот переход.
— Мне нужно вернуться домой. Срочно! — сказала я.
В ответ услышала неожиданное:
— Но Колыбель пламени… Это же… Для твоего эрса так вообще!
Я, которая уже повернулась к далёким деревьям, которые отделяли территорию поместья семьи Наонграса от другого, заброшенного, резко застыла. И всё-таки спросила:
— Что для эрса?
На меня уставились так, словно у одной «леди» выросла вторая голова.
Мальчишки молчали долго, а потом Олтаринус пояснил с осторожностью и сомнением:
— Возможность значительно поднять уровень силы, подпитаться из самого чистого источника. Колыбель, Ева. Ты нас разыгрываешь? Ты ведь не можешь не знать таких вещей.
Ну вот. И здесь прокололась. Что за день сегодня такой?
— Да я просто не заморачивалась ещё эрсами.
Мне не поверили. Вообще. Ни на грамм!
В глазах парней было столько скепсиса, что я успокоилась. Даже ситуация с исчезновением из-под носа Алентора перестала казаться настолько катастрофичной. Вероятно, здесь и сейчас я влипала гораздо сильней.
Но… Надо было что-то делать, что-то говорить.
— Вы просто не понимаете, — сказала я. — Мой наставник… Бить, конечно, не будет, но он сейчас в ярости. Мне нужно вернуться. Незамедлительно. А что касается Колыбели… Может вы возьмёте моего эрса с собой? Без меня?
Я прикоснулась к кулону, и лишь в этот момент вспомнила об Огоньке, которого посадила в хранилище перед вылазкой к Свэргу. Раньше, обращаясь к кулону, я чувствовала только одну энергию, а сейчас это было две структуры, которые переплелись в один клубок.
— Как зовут твоего наставника? — спросил Наонграс.
Более неудобного вопроса и придумать нельзя.
— Какая разница? — буркнула я, сосредотачиваясь на хранилище. Как извлечь оттуда именно эрса? Без стража?
Подчинившись порыву, я позвала мысленно: «Дикарь! Ты мне нужен!»
Сверкнуло, и спустя миг на серую траву выпал всклокоченный эрс. Мне снова захотелось стонать, потому что выглядел питомец помятым и даже подранным. Когда он выплюнул клок огненной шерсти, которая тут же растаяла, мне стало совсем нехорошо.
Подрались? Устроили потасовку, невзирая на то, что питомец, помещённый в хранилище, должен находиться в спящем состоянии?
Я надеюсь, это последняя неприятность на сегодня? Ещё одной я просто не переживу!
— Дикарь, — сказала я, стараясь удержать голос, — эти прекрасные мужчины отведут тебя к самому сильному источнику. Слушайся их во всём, ладно?
Это вслух. А беззвучно, на ментальном уровне, добавила:
«Возможность уникальная! Ты сможешь подпитаться и стать сильнее. Твоя подруга, — тут я послала ему образ Эйниры, — будет в шоке. Сходи! Но если возникнет хотя бы малейшая опасность, сразу перемещайся ко мне. Сможешь?»
Раздражение, которым фонило от эрса на ментальном уровне, начало сглаживаться. Волк задумался, через пару секунд я уловила ментальное «да».
Да.
А вот мальчишки…
Наонграс и компания пребывали в шоке от моего самоуправства. Я тоже поразилась собственной наглости, но что сделано, то сделано. «Лишняя сила» моему эрсу действительно нужна.
— Ева… лантана, — произнёс Дайтарон, явно собираясь засыпать новыми каверзными вопросами.
Я перебила:
— Простите! Сегодня действительно не могу! Наставник голову снимет! Встретимся завтра, в это же время, на этом же месте!
— Ева! — воскликнул уже Олтаринус.
Но я уже сотворила телепорт.
Я отлично помнила слова про особенности перемещения между «верхом» и «низом», и поэтому не рискнула. Огненный овал перекинул меня к колонне стационарного телепорта — вот с помощью колонны я и ушла.
Когда пришло ощущение распада на атомы и протаскивания этой массы частиц через пространство, меня накрыло новой волной паники. Единственное о чём не переживала — Дикарь.
У меня не было ни малейших сомнений в том, что причинить вред моему зверю не смогут. И что волк, в случае чего, без всяких проблем прыгнет ко мне.
С эрсом всё будет хорошо! А вот лорд Алентор… Надеюсь за те несколько минут, что я отсутствовала, Лорд не успел вынести мне смертный приговор?
Алентор, лорд Огня
Я сидел, смотрел на Еву, и пребывал в абсолютном шоке от её откровений. Я-то был убеждён, что знаю и понимаю практически всё, а тут вскрывались настолько неожиданные обстоятельства, что я онемел.
Уму непостижимо. Этой бедовой девушке удалось побывать на исконных территориях? Да ещё притвориться одной из нас? Обрести эрса? Научиться телепортации и заполучить маячок, по которому её принудительно телепортировали с поверхности?
Принудительно! С поверхности! Это же чудо, что она не пострадала!
Она… она…
— Ева! — прорычал я не в силах сдержаться.
И тут случилось то, чего я никак не мог ожидать.
Миг, и Ева растаяла в воздухе. Вот мы сидим, вот она признаётся в том, от чего у меня волосы на голове шевелятся, а вот исчезает. И это при том, что человеческие маги на такие фокусы неспособны. При том, что я ещё не успел обнаружить и снять этот проклятый маячок.
Мою личную адептку украли! И кто? Какие-то мальчишки? Выдернули, подвергая огромному риску неправильного перехода.
Наонграс? Из клана Третьих?
— Р-р-р! Убью!
Только сконцентрироваться на образе Евы и прыгнуть за ней я не мог.
Лорды всемогущи во всём, что не касается перехода и пребывания в исконных землях. Мы жёстко привязаны к поверхности, к миру людей.
Механизм привязки, что совсем уж неприятно, находится за гранью нашего понимания — за минувшие века нам так и не удалось приблизиться к разгадке. Наша ограниченность служила напоминанием о том, что существуют силы куда более могущественные — силы, которым вынуждены подчиняться даже мы.
— Р-р-р! — новый рык вырвался неосознанно.
В голове взрывались фейерверки, и я подошёл к парапету, чтобы продышаться. Наонграс из клана Третьих и его пока неведомые мне дружки. Ну всё, сопляки. Вам конец.
Если Еве опять повезло, если она жива и здорова, я буду счастлив. Но если с монашкой что-то случилось, сотру в порошок все причастные кланы. И никакие божественные ограничения их не спасут.
Новый глубокий вдох, и я телепортировался в самый защищённый из подвалов своего дворца. Туда, где находился небольшой разлом с кипящей лавой и где располагалась арка стационарного портала. Именно та, через которую и полагается совершать переход.
Я перешёл.
Учитывая, что Лордом я стал не так давно, сопротивление в момент телепортации было бешеным, поверхность меня не отпускала. Вместо секунды переход занял целую вечность. Мне приходилось рваться вперёд, как дикому кабану.
А потом — всё, дышать стало легче. Я оказался в большом зале Дома Совета кланов — именно здесь находилась точка выхода всех стационарных порталов. Всех рабочих, учтённых порталов, созданных Лордами и для Лордов! А не той кустарной ереси, которую сотворил самый первый из нас!
Тут же сработало оповещение.
Не успел я расправить плечи, как в зал вбежал какой-то клерк и, узнав меня, согнулся в поклоне.
Пауза, и он сказал потрясённо:
— Анс Алентор? Безмерно рад вас видеть. Но…
Договорить я не дал.
Я, конечно, в своеобразном изгнании и вынужден служить людям, но мой статус от этого не изменился. Я по-прежнему являюсь представителем Правящего клана и первым наследником, и имею право на любой приказ.
— Информация, — рявкнул я. — Клан Третьих, мальчишка по имени Наонграс.
— Что именно интересует уважаемого анса? — Клерк вздрогнул и согнулся ещё ниже.
— Местоположение поместья.
Я сказал, а сам прикрыл глаза, вызывая в памяти образ Евы. Возможно информация не понадобится, возможно я найду этого Наонграса сам.
Если Еву выдернули не мальчишки, а кто-то другой, то найду этого другого. Ведь тут, внизу, я в перемещениях не ограничен. Готовься, милая. Я иду!
Я возродил в памяти её прекрасное лицо, тёмные глаза, волосы цвета каштана, к которым так хочется прикоснуться. Потянулся к этому образу, чтобы обозначить точку выхода из портала, и неожиданно провалился в пустоту.
Положение Евы не определялось. Это говорило о том, что девушки в исконных землях нет.
То есть она не дошла? Застряла при неправильной телепортации? Или уже прыгнула обратно? Наверх?
— Р-р-р!
Я выдохнул, и тут в зал вошли уже двое. Виденный ранее клерк и невысокий полноватый мужчина, которого я не знал.
— Анс Алентор, прошу прощения, — сказал клерк, — но позвольте представить вам арга Нэйтроса. Он из клана Третьих.
Я посмотрел остро.
А потом ещё острее, потому Нэйтрос поклонился и объяснил:
— Наонграс — мой сын.
Сын. Сын!
Нэйтрос выглядел обеспокоенным и явно хотел услышать пояснения. При других обстоятельствах я бы, безусловно, повёл разговор иначе, но только не сейчас.
— Мне необходимо увидеть Наонграса. Немедленно.
— Простите, он… что-то натворил? — всё-таки не сдержался Нэйтрос.
— Безусловно. И я желаю побеседовать с ним лично!
Собеседник растерялся, но продлилась его оторопь недолго.
— В таком случае, позволите предложить вам портал в наше поместье? Сын должен быть сейчас там.
Вопрос был риторическим. Нэйтрос сотворил портал раньше, чем я сказал «да».
Мы перешли вместе, и то, что произошло дальше…
Ну, для начала я увидел очень знакомого эрса. Затем — вытянутые лица троих сопляков. Меня, разумеется, узнали и, судя по реакции, причина моего внезапного визита тоже была известна. Неприятно, что одним из мальчишек оказался Дайтарон.
Неприятно, но не критично.
— Где? — рявкнул я.
Меня поняли с полуслова. Трусоватый эрс моей монашки исполнил привычный трюк — забежал за спины людей. Ну а сопляки…
— Ушла, уважаемый анс. Почти сразу и ушла. Сказала, что её ждёт наставник.
Я с огромным трудом сдержал ругательство и уточнил вкрадчиво:
— А как именно ушла?
— Так порталом, — произнёс стремительно бледнеющий мальчуган, имя которого было мне неизвестно. Может тот самый Наонграс, а может и нет.
У меня аж в глазах потемнело, но тут вмешался Дайтарон:
— Возможно она ушла не простым, а стационарным. Мы не знаем. В прошлый раз она именно стационарным уходила.
Так. Отлично. Неужели племянничек Сильвуса догадался? Понял, что с Евой не всё так просто? Неужели до скудного сознания наконец дошло, что у истинных огневичек не бывает такого цвета волос?
К тому же цвет не единственный признак. Да как они вообще могли принять Еву за местную?
— Стационарным, — повторил я.
Посмотрел в упор и спросил:
— Почему эрс остался?
— Ну…
— Впрочем, не важно. — Я клацнул зубами и продолжил: — Если ещё раз, хоть на шаг, приблизитесь к этой леди, последствия будут самыми печальными.
И уже не им, а эрсу, сопровождая команду ментальным импульсом:
— Ты! Брысь к хозяйке!
Жаль, что волк не «страж». Принудительно отправить его в хранилище я никак не мог. Но меня точно услышали. Надеюсь, хотя бы у эрса хватит мозгов не спорить и сделать так, как я сказал?
— Анс Алентор, — осторожно подал голос Нэйтрос, — вы могли бы объя…
— Эти объяснят. — Я кивнул на перепуганных мальчишек.
Самому было уже не до разговоров.
Евы в исконных землях нет. Остаётся надеяться, что она действительно ушла через стационарный портал и что мы скоро встретимся. Но не прямо сейчас. Раз уж я спустился сюда, нужно пообщаться с одной сумасшедшей старухой и заглянуть в сокровищницу. Для полноценной защиты одной невыносимой девушки нужен особенный артефакт.
Ева
Перейдя в школу, я вызвала в памяти образ балкона и снова телепортировалась. Всё прошло настолько легко и точно, словно практикую телепортацию лет сто.
Жаль на этом хорошие новости и закончились. Стол был на месте, бокалы тоже, а вот лорд Алентор отсутствовал. Судорожно вздохнув, я позвала:
— Алентор? Алентор, вы здесь?
Тишина стала мне ответом. Я нервно прикусила губу.
Следующие пару минут я провела в ожидании и мольбах Пресветлому. Очень хотелось чуда! Чтобы Лорд вышел из стеклянных дверей, отделявших балкон от покоев, и прорычал: «Ева! Опять?»
Но увы. Алентор не появился, и это было очень плохо. В миг моего исчезновения Лорд пребывал в таком состоянии, что вполне мог отправиться на поиски одной внезапно ускользнувшей адептки.
Причём сделать это даже не потому, что я ему нужна, а чтобы прибить!
Настроение моё сдохло и воскрешению уже не подлежало. По-прежнему не желая верить в худшее, я сама направилась к дверям. Створки были приоткрыты, и я проскользнула в просторное, выполненное в бело-алых тонах помещение… Это была гостиная. Из нескольких увиденных здесь дверей я выбрала самую дальнюю — так началось моё путешествие по этажу.
Этаж был жилым, но, судя по всему, обитал тут один-единственный человек — лорд Алентор. Разглядывая бесконечную стильную роскошь с преобладанием в декоре красных оттенков, я всё так же верила в чудо, но увы.
Лорд отсутствовал. Царящая вокруг пустота будила панику, но в какой-то момент меня осенило: если Алентор действительно отправился на поиски, можно прислать ему вестника. Так он, по крайней мере, будет знать где я нахожусь.
Цель резко изменилась — я заозиралась в поисках писчих принадлежностей и бумаги. Одна комната, вторая, третья… И вот мне наконец повезло.
Бумагу не нашла, зато встретила пожилого слугу, который уставился на меня огромными глазами.
— Добрый вечер, — выдохнула я. — Простите, я тут… Ну, в общем, так получилось.
Собраться с силами, выпрямиться, вспомнить о том, что все огневики очень смелые…
— Мы с лордом Алентором ужинали на балконе. Потом кое-что случилось. Мне очень нужно отправить ему вестника. Вы могли бы помочь?
Слуга встрепенулся и, сбросив оторопь, окинул меня взглядом с головы до ног. Потом прозвучало:
— Прошу простить, уважаемая леди. Я верно понимаю, что вы…
— Ева, — торопливо представилась я, и добавила: — Адептка. То есть ученица. То есть… учусь в школе огня, на первом курсе. Лорд Алентор пожелал…
Мои откровения остановили жестом.
— Я понял. — Слуга склонил голову набок. — Конечно нужно отправить вестника.
Я обрадовалась, готовая получить всё необходимое для послания, но у слуги имелось собственное мнение.
— Лорд Алентор редко читает послания от посторонних. Будет лучше, если вестника отправит его помощница, Летерия. — И почти приказ: — Присаживайтесь, леди. В этой гостиной лорд Алентор обычно принимает важных визитёров, здесь находиться позволительно.
Прямое указание на то, что в других комнатах находиться нельзя?
Тон слуги был таким, что захотелось поёжиться. Я послушно присела в ближайшее кресло, на самый его край.
— Ждите, леди. — А вот теперь мне именно приказали, и я почувствовала себя совсем уж неловко. О, Пресветлый!
Вряд ли Лорд докладывает слугам о своих делах, включая странности в отношениях с некоторыми ученицами. Судя по взглядам и тону, меня вообще приняли за дурочку, которая ищет расположения хозяина. Из кожи вон лезет, чтобы его захомутать.
— Прошу вас оставаться здесь, — добавил слуга твёрдым голосом. — В противном случае могут быть проблемы.
Он развернулся, а я так и не решилась предложить не вмешивать никакую Летерию. Заодно испытала к этой женщине острую неприязнь.
Кто она такая? Нет, я слышала про некую помощницу, но какого чёрта? Как она выглядит? Молодая или старая? В каких отношениях находится с Алентором? Почему ему вообще помогает женщина? Неужели среди огневиков ни одного образованного мужчины не нашлось?
Лишь когда слуга скрылся, обернувшись напоследок и смерив новым строгим взглядом, я поняла, что ревную. И это не простая вспышка эмоций — у меня словно искры вышибало из глаз.
Усидеть на месте было практически невозможно. Хотелось вскочить, и… А вот что дальше я не знала. Глупейшее состояние. Худшее из всех возможных.
Я взревновала так, словно мы с Алентором давно женаты, имеем троих детей, двух котов и большую мохнатую собаку. Словно у нас собственный идеальный мирок, в который нагло вторглась какая-то ушлая красотка с ногами от ушей.
Я понимала всю нелогичность, но остановить разгон эмоций не получалось. Меня накрыло лавиной, и в какой-то момент в комнате запахло горелым — это я кресло подожгла.
Ладони, которые лежали на подлокотниках, вспыхнули огнём, и обивка не выдержала. Жаль, что даже этот эпизод не отрезвил. Как укушенная я взвилась на ноги. Кого прикончить первым, Алентора или Летерию — вот в чём вопрос!
В груди начался пожар, и весьма знакомый. Я знала, что если раскинуть руки и вскинуть голову, то из меня вырвется столп огня. Точь-в-точь как тогда, на тренировочной площадке, только в этот раз я никаких запрещённых плодов не ела.
Я… я…
Я резко успокоилась, когда пространство гостиной озарила алая вспышка.
Портал. Перемещение. Вот только…
— Эй, Алентор! — возопил кто-то. Голос был радостным, громким, мужским и незнакомым. — Алентор, ты дома? Как насчёт партии в…
Вопль оборвался. Мужчина осёкся, увидав застывшую в нескольких шагах меня. А второй из визитёров — угу, их было двое, — даже рта открыть не успел.
Он держался за плечо первого, и до этой секунды обоим было очень весело. Прямо сейчас веселье сменилось удивлением, а я окаменела. Не обязательно закончить школу огня, получить диплом, принести присягу и пройти четыре практики, чтобы понять, кто перед тобой стоит.
Этот цвет волос, печать власти на лицах и удивительная стать, не оставляли никакого простора для фантазии. Лорды! Повелители пламени! Те, кто наравне с Алентором хранят наш мир от всепожирающего подземного огня.
Лорды… Именно они ввалились в гостиную, где «Алентор обычно принимает важных визитёров».
Только сам факт визита был мелочью в сравнении с тем, что одного из этих мужчин я знала. И вот теперь, стоя в этих роскошных апартаментах, я наконец вспомнила, где слышала его имя. Сильвус — это же один из трёх повелителей огня.
Алентор, Камелиус и Сильвус. О, Небо! Как я могла упустить? Как не догадалась сразу?
— Мм-м, — произнёс тот, кого я определила как Камелиуса.
Сильвус убрал руку с его плеча и промолчал.
Он смотрел так, что хотелось как в глубоком детстве — закрыть лицо ладонями и объявить, что я спряталась. К сожалению, дядя Дайтарона тоже меня узнал.
— Мм-м, — повторил Камелиус. — Девушка? В личных покоях Алентора? Как интересно.
Камелиус уже не удивлялся — снова веселился и был заинтригован.
— Поразительно, — продолжил он. — И как же вас, прелестница, зовут?
Шах и мат. Я очутилась в положении, какое и врагу не пожелаешь. Причём бежать было уже поздно, а отпираться бессмысленно. Всё бессмысленно. Как говорили в моей прошлой жизни — фарш не провернуть назад.
Но я молчала. Более того, у меня подкосились ноги, в результате я упала обратно в кресло — не очень-то прилично, учитывая статус собеседников.
— Да уж, — поддержал Сильвус. Хмыкнул и тоже вдруг расслабился. На его губах заиграла улыбка — вроде добрая, но стало не по себе.
— Так как зовут? — повторил вопрос Камелиус.
— Ева, — выдохнула я, мечтая исчезнуть.
Вот чего мне на балконе не сиделось? Зачем вообще отправилась на поиски? И как умудрилась прогневать высшие силы настолько, что они подкинули такой сюрприз?
На фоне остальных событий этого вечера встреча с Лордами была даже не вишенкой, а чем-то совсем уж запредельным. Я понятия не имела как себя вести!
Зато изначальная растерянность мужчин растаяла, как мираж над пустыней. Они направились к креслам, тоже сели. Потом Камелиус подхватил с низкого столика колокольчик и позвонил, вызывая слугу.
Позвонил и снова уставился на меня:
— Ну что ж, Ева. Неожиданно и приятно!
Он качнулся вперёд и втянул ноздрями воздух. Даже при том, что нас разделял тот самый низкий столик, стало не по себе.
— Мм-м… — Камелиус слегка нахмурился. — Сильвус, ты чувствуешь какая приятная у неё аура?
Я невольно вжалась в кресло.
А вот дядя Дайтарона остался абсолютно спокоен:
— Конечно чувствую. Удивительная аура для простой… магессы.
В следующий миг в гостиную влетел слуга.
Тот же самый — пожилой, в пурпурной ливрее. Однако теперь на его лице была смесь подобострастия и паники. К Лордам он относился совсем иначе, нежели к непонятной девице, посмевшей ходить по вверенной ему территории и что-то там искать.
— Доброй ночи, многоуважаемые Лорды, — произнёс слуга, сгибаясь до самого пола.
Его не удостоили даже взглядом.
— Напитки и закуски подай, — не повернув головы, распорядился Камелиус.
Слуга исчез.
А я…
Я мысленно взвыла и, опять-таки мысленно, побилась головой об обгорелый подлокотник. Потом вспомнила, что все огневики очень храбрые. Храбрость и безрассудство — наше второе имя. Ну а раз так…
Сжав волю в кулак, я сказала:
— Я ждала лорда Алентора, но он где-то задерживается. Не хочу мешать великим Лордам, — тут я приложила руку к груди и благоговейно поклонилась, — поэтому, с вашего позволения…
Я начала вставать в намерении закончить эту оправдательно-извинительную речь, создать портал и смыться. Но увы.
— Даже не думай, — перебил порыв Камелиус. — Мы тебя не отпускаем.
Прозвучало мягко, но перечить было нельзя.
Я села обратно и, не выдержав, посмотрела жалобно. Камелиус на это улыбнулся, а Сильвус так и вовсе подмигнул. Последний не пытался делать вид, будто всё хорошо — я чётко понимала, что меня узнали, а неудобных вопросов не задают по каким-то своим причинам.
— И часто вы с Алентором вот так встречаетесь? — задал новый вопрос Камелиус.
— Ну… иногда.
Отвечая, я почему-то ожидала от Сильвуса некой вспышки. Окаменелости лица, хмурого взгляда или чего-то ещё. Но Лорд даже бровью не повёл — ему было совершенно плевать на моё знакомство с Алентором. Как, кажется, и на моё проникновение в «подземный мир».
Я помнила, как отреагировал на эти новости Алентор — его же едва не взорвало, а Сильвус держался так, словно всё в порядке.
Что творится в голове у этого Лорда? И почему мне так хочется призвать огонь и выставить его в качестве щита?
— «Ну, иногда» — отличная периодичность, — весело усмехнулся Камелиус. — А как давно ты стала магессой, драгоценная Ева?
Тут я немного зависла. Просто казалось, что прошла целая вечность, а ведь по факту всего несколько недель.
— Я… недавно. — Угу, говорилось с трудом, слова застревали в горле.
— Ещё интереснее, — произнёс Камелиус. — Значит твоя магия только набирает силу? И аура раскрылась ещё не полностью?
Я точно не гений, но сразу догадалась, о чём речь. Алентор замирал рядом со мной и словно не мог надышаться. Камелиус несколько минут назад тоже втягивал воздух, и опять-таки упоминал ауру — она явно производила на Лордов некий особый эффект.
Сейчас эффект был не полный. Он будет усиливаться по мере стабилизации и развития моего дара.
От этих мыслей стало не по себе.
Я поёжилась, а пространство озарилось новой вспышкой. Я снова не выдержала и вскочила, и с великим трудом удержалась от того, чтобы броситься к Алентору. Хотелось то ли повиснуть у него на шее, то ли спрятаться за спину — главное, чтобы поближе. Чтобы защитил!
Он выглядел не просто суровым — этакая скала в бурю. Не будь рядом двух других Лордов, я бы испугалась, а так — нет.
Гости стали для Алентора неожиданностью. Он застыл, и почти сразу суровость сменилась подчёркнутым спокойствием.
— Доброго вечера, — произнёс Алентор.
— Доброго, доброго. — Камелиус по-прежнему оставался самым разговорчивым. — Ничего, что мы без приглашения?
В этой фразе был прямо-таки жирнющий намёк.
То, что монашка во мне упала в обморок — это ладно, это ожидаемо. Парадокс в том, что другая, более продвинутая часть меня, тоже смутилась до состояния «больше не могу!».
— Ничего, — ровно отозвался Алентор. — Но лучше всё-таки предупреждать.
Прозвучало буднично, и Камелиус рассмеялся. Сильвус отреагировал улыбкой — может зря я нервничала? Может изначальный интерес, проявленный к «Евалантане», погас?
Если так, то это был повод выдохнуть, однако расслабляться я не спешила. Вместо этого сделала книксен и обратилась к Алентору:
— Мой Лорд…
Сказала и осеклась. Просто он вдруг посмотрел с такой жадностью, словно я произнесла нечто важное и интимное.
Глупость какая. Я опустила голову и, уставившись в пол, повторила:
— Мой Лорд, я прошу прощения, но раз вы заняты и у вас гости, я могу идти?
— Не мо… — вновь попытался удержать меня Камелиус, только главным в этом дворце, да и на всех этих землях был всё-таки Алентор.
— Иди, — громко сказал Лорд. — Позже побеседуем.
С этими словами он создал огненный овал.
Уже в прыжке к порталу я услышала новую реплику Камелиуса: «Побеседуем? Теперь это так называется?» Пошлость, вдумываться в которую я не стала. Просто влетела в телепорт, и всё.
Я очутилась на своём этаже, перед родной дверью, и это было так прекрасно. Пусть моя комната — не крепость, но как же я рада оказаться в этих стенах!
Отперев замок, я скользнула внутрь и плавно осела на пол. Жуткий день получился. Как я его вообще пережила?
Впрочем, а пережила ли? Что если главные события, упаси Пресветлый, ещё впереди?
Алентор, лорд Огня
Лорды. Только этого не хватало. Худшего момента для визита они и придумать не могли!
Но демонстрировать досаду было нельзя, поэтому я привычно нацепил на лицо маску спокойствия. Молчаливо порадовался тому, что Ева тоже не горит желанием общаться с «великими и ужасными». Но, когда монашка скрылась в портале, испытал острый приступ тревоги — что если снова во что-то вляпается? Её же нельзя оставлять одну ни на миг!
Стараясь не думать о плохом, я упал в кресло, а через секунду появился слуга с закусками и напитками. Пока он сервировал стол, мы сидели в тишине, а потом Камелиус спросил:
— Ну и что это было?
— Ты про девушку? Адептка.
— Что адептка — понятно. Я про другое.
Вопрос был ясен, но я пожал плечами. Какая разница что именно? Зачем это обсуждать?
— Неужели ты наконец решил попробовать? — продолжил Камелиус весело. — Перестал строить из себя великого сына великого клана, который ну никак не может опуститься до простых человечек? Понятно, что уровень желания к ним другой, но… Как она в постели, кстати? Умеет хоть что-то? А то внешне похожа на неуклюжую девственницу.
А вот теперь захотелось убить.
Слова о легкомысленной сексуальной связи с Евой были неуместны. Они оскорбляли не меня, а девушку, которую никто не имеет права оскорблять.
Это взбесило.
Но самое отвратительное — я не мог открыто осадить Камелиуса. Подобная реакция привлечёт слишком много внимания к персоне моей адептки, что тоже недопустимо. Поэтому я использовал другой, но тоже веский повод:
— Строю? — переспросил тихо. — Великого сына?
Всю весёлость с Камелиуса смело.
Тут, на поверхности, всё было несколько проще.
Изгнание и изоляция накладывают свой отпечаток. Здесь нет привычного круга общения и обязанностей, каждый из нас — просто Лорд.
Это размывает старые связи, в какой-то степени уравнивает, но у любого «равенства» есть пределы. Сейчас Камелиус сильно ошибся. Он посмеялся над Правящим кланом и над тем, кто я в действительности есть.
Великий? Громкое слово, но в целом да. Я не просто так стал первым наследником, я заслужил этот статус. В том, что касается клана, его могущество не в словах или древних бумажках — за Правящими такая мощь, что открыть рот может только идиот.
Камелиус, разумеется, понял. Последствия нанесённого оскорбления тоже просчитал и, вскочив, тут же упал на одно колено.
— Прошу прощения, анс Алентор, — прикладывая руку к груди и склоняя голову, произнёс Лорд. — Я забылся.
Повисла пауза. Моя магия встала на дыбы.
Разрушительная мощь разломов? Да. Но истинная сила первых сынов Правящего клана ещё страшнее. Именно поэтому мы обходимся лишь частью своей магии. Сейчас моя магия отказывалась соблюдать баланс.
— Анс Алентор, больше не повторится, — добавил Камелиус, не смея поднять глаз.
Я молчал. Сильвус, кажется, заледенел, но не важно.
Прошла вечность прежде, чем я процедил:
— Забыли.
Послышался едва различимый облегчённый вздох.
Выждав немного, Камелиус медленно поднялся и вернулся в кресло. Он попробовал улыбнуться, а я откинулся назад и прикрыл глаза.
Ураган, бушевавший внутри, постепенно сходил на нет, и прямо сейчас я думал не о Лорде с его выходкой, а о двух других неприятностях, одна из которых была поистине критична.
Во-первых, я не смог увидеться с леди Данаралией. Чокнутая старуха объявила обет молчания и временно отрешилась от мира, запершись в своём поместье. Будь это мужчина, я бы прорвался. Но нарушить покой леди не смел даже я — законы, увы, созданы не для того, чтобы их нарушать.
Во-вторых…
А во-вторых, я не обнаружил в сокровищнице артефакта. Шкатулка, в которой лежал последний из браслетов ближнего круга, оказалась пуста. Браслет исчез, и я понятия не имел, как такое могло случиться.
Пройти в мою сокровищницу невозможно, она защищена личной печатью. Похитить браслет ближнего круга невозможно тем более — я единственный, кто способен прикоснуться и к шкатулке, и к браслету. Единственный, кто способен кому-то этот браслет предать.
Но артефакта не было. Просто не было. Это не укладывалось в голове, вызывало растерянность и злило.
Причём злила не только пропажа, но и тот факт, что браслет — лучшая защита для Евы. А мне пришлось выбрать защиту послабей.
Самый обычный клановый браслет — тонкий, испещрённый символами, сейчас лежал в кармане моих штанов, и я прямо-таки жаждал надеть его на запястье адептки. Не идеал, но хоть что-то.
Ещё я хотел задать девушке вопросы, а вместо этого просиживал с Лордами. Ошибка Камелиуса — отличный повод выгнать обоих, но будучи сыном своего клана я не мог. Подданные должны увидеть, что я вернулся в состояние равновесия, усмирил свою неуёмную силу. Что я в состоянии держать себя в руках.
В итоге я спросил:
— Так зачем вы пришли?
Камелиус ответить не решился, зато сказал Сильвус:
— Ерунда, анс Алентор. Перекинуться в карты.
— Тогда давайте ваши карты, — распорядился я, а сам вновь прикрыл глаза. В этот раз для того, чтобы активировать ментальный канал с Эйнирой.
Пока на Еве нет браслета, можно приставить к ней волчицу. Пусть Эйнира сидит в коридоре и охраняет ото всех. Так будет спокойнее.
И я действительно успокоился. Даже выиграл девять из десяти партий, оставив Лордов в некотором неудовольствии. Но к середине ночи, когда Камелиус с Сильвусом, наконец, соизволили откланяться, неудовольствие испытал уже я.
Просто Камелиус ушёл, а Сильвус наоборот задержался. Дождавшись, когда останемся одни, агс сказал:
— Алентор, отдай её мне?
— Кого? — Скривил губы я.
— Адептку.
— Зачем?
— У неё необычная аура, хочу изучить.
Всепожирающее пламя… Значит, заметил.
— Я сам изучу.
Сильвус покачал головой:
— Тебе нельзя. Ты ведь взбесился вовсе не потому, что Камелиус сказал о клане. Ты вышел из себя из-за Евы. Если эта девушка останется рядом, это может привести к печальным последствиям и для тебя, и для человеческих территорий. Если ты сорвёшься и уничтожишь хотя бы часть надземного мира, наш обет о защите будет нарушен, вмешаются высшие силы. Все пострадают, Алентор. Как первый наследник Правящего клана, ты не можешь этого не понимать.
— Не взбешусь, — отозвался я.
Но Сильвус не верил. Он смотрел прямо, спокойно, с неодолимой убеждённостью. Действительно полагал, что могу сорваться, и верил, что разум возьмёт верх?
Он ждал, что я выполню его просьбу, но…
— Нет.
— Подумайте, анс, — не смутился Сильвус.
Он низко поклонился и ушёл, а я нахмурился. Интерес Лорда к моей Еве был в высшей степени неприятен. Ну и кое-что ещё — а знает ли Сильвус, что его племянник тоже с этой девушкой знаком?
Ева
Не скажу, что меня трясло, но перенервничала я сильно. Когда очутилась в комнате, за закрытой дверью, стало чуть легче, но до спокойствия было далеко.
Я посетила ванную, умылась, переоделась в ночную рубашку и обратилась к хранилищу. Зажмурившись, вызвала из кулона Огонька.
Как и ожидалось, огненный кот вылетел оттуда пулей. Он выглядел потрёпанным, немного пожёванным и был ужас как возмущён. Вопреки обычной молчаливости, Огонёк даже звуки сейчас издавал — нечто среднее между мяуканьем и рычанием.
Я конечно раскаялась:
— Прости, мой хороший, — сказала жалобно. — Но иначе было нельзя.
Я подхватила Огонька на руки и начала гладить по блестящей огненный шёрстке. Как и в прошлый раз, страж поначалу вырывался, но быстро затих.
Усевшись на кровать, я посвятила всю себя прекрасному, успокаивающему занятию в виде почёсываний и поглаживаний мохнатой шкурки.
— Мрмфр, — бурчало это создание. — Мррр… ф!
Сколько мы так просидели — не знаю, но не меньше получаса точно. В итоге потрёпанный Огонёк уснул, а я переложила его на покрывало и завистливо вздохнула. Увы, у меня сна не было ни в одном глазу.
И причина была уже не в Лордах, меня терзало беспокойство за Дикаря — куда мой эрс запропастился? Я даже хотела отправить ему ментальный импульс, но в последний момент удержалась. С ним точно всё в порядке! Но мне нужно дождаться возвращения, без этого не усну.
После новой нервной прогулки по комнате я решила убить время при помощи книги. Вытащила фолиант, отданный мне Алентором, и несколько чистых листов.
Вооружившись пером, принялась копировать первую страницу — возникло подозрение, что это либо введение, либо обращение автора, которое вряд ли имеет какую-то ценность. Но ведь Огненный лорд велел переписывать всё?
Я старательно выводила незнакомые иероглифы, но получалось криво. Ошибки тоже были неизбежны, и где-то на половине страницы я пришла к выводу, что один золотой — весьма справедливая цена.
Первый блин оказался комом. Я сделала слишком много помарок, и страницу пришлось переписывать заново. Увы, второй раз тоже вышло не очень.
То ли усталость сказывалась, то ли сложность символов — не знаю. Однако второй лист тоже оказался запорот, и я захлопнула фолиант. Зато вспомнила про браслет — достала его и, после недолгого разглядывания, стала обмазывать чернилами. Я хотела сделать оттиск на листке, чтобы получше изучить узор.
Нормальный оттиск получился с третьего раза, а браслет пришлось отмывать с мылом и щёткой. В процессе отмывания я заметила, что один из крючков для полотенец болтается — гвоздь, которым он был прибит, частично вылез из стены.
Учитывая прошлый опыт, я снова применила браслет в качестве молотка — в таких ситуациях подарок, сделанный мне самой огненной магией, был не так уж бесполезен.
Удовлетворившись, я закинула браслет обратно в ящик стола и опять принялась мерить шагами пол. Небо к этому моменту посерело, предвещая скорый рассвет, а моё сердце обеспокоенно сжалось.
Наконец случилось чудо — воздух прорезала алая молния, и из неё вывалился мой волчара. Живой, здоровый, с похожим на тряпочку языком.
— Дикарь, — выдохнула я.
Тут же метнулась к нему, мне ответили радостным, клыкастым оскалом. Эрс тоже ринулся навстречу, подставляю лобастую голову, мол — давай, гладь!
Я, конечно, погладила. А ещё обняла за шею и потискала, и только убедившись, что волк мне не мерещится, спросила шёпотом:
— Ну ты как? Понравился источник? Всё в порядке?
Ответ, который пришёл по ментальной связи, был поразительно ёмким. Не просто эмоции или одно короткое слово, как раньше, а целый калейдоскоп.
Я увидела образы — огромную природную чашу, наполненную раскалённой лавой, восхищённые лица Наонграса, Олтаринуса и Дайтарона, ощутила как по моим венам течёт чистая сила, а сердце наполняется восторгом. Это было так прекрасно!
Но обнаружилось среди переданных образов-ощущений кое-что ещё…
Я увидела Алентора, который рычит, шипит и ругается. А заодно не услышала, а скорее почувствовала его слова о том, что… Вернуться к хозяйке! Немедленно! И это был приказ.
Вот только приказывать моему эрсу, как когда-то приказал стражу, Лорд не мог — решение оставалось за волком. И Дикарь ослушался. Он предпочёл выполнить моё пожелание и отправился с мальчишками.
Последние, кстати, после встречи с Алентором, стали нервными. Успокоились лишь в тот момент, когда достигли источника.
А ещё я увидела отца Наонграса, который устроил всем троим допрос.
К счастью, допрос, как и появление Алентора в подземном мире, не лишил их возможности совершить путешествие. Визит к источнику был уникальной возможностью, от такого не отказываются, даже если вмешался Правящий клан.
— Правящий клан, — простонала я, вновь запуская пальцы в густую шерсть, и пытаясь переварить полученную по ментальной связи информацию.
Выходит, что когда я исчезла, Лорд отправился за мной?
У-у-у…
— Он сказал мальчишкам кто я?
Ответом эрса стало короткое «нет».
В общем, кошмар. Ужас и засада. Зато мой волк посетил какой-то очень полезный для себя источник и стал сильней.
Эту силу я опять-таки чувствовала. Она была не явной, а какой-то скрытой — словно энергия, которая теплится в готовом к пробуждению семени. С Дикарём что-то происходило, причём прямо сейчас.
И происходило, как оказалось, во всех смыслах. В какой-то момент волк отстранился, выскользнул из моих объятий и уставился на дверь.
— Что там? — насторожилась я.
— Рррф, — отозвался волк. Прозвучало, в целом, спокойно.
— Там, в коридоре, Алентор? — Тут я хотела испугаться, но страха не было. В голосе наоборот прозвучала какая-то надежда. Я опять соскучилась?
Волк отрицательно дёрнул головой.
Я могла бы заморочиться, но усталость накатила с невероятной силой. На меня словно чугунная плита рухнула. Как встать на занятия, если спать осталось пару часов?
— Разбудишь меня? — спросила у эрса.
Тот послал по ментальной связи что-то невразумительное, но мне было уже безразлично. Просто доползти до кровати и упасть лицом в подушку, не потревожив при этом Огонька.
Всё, не могу больше. Все мои живы-здоровы, и это главное. Теперь спать. Остальное подождёт.
Когда я открыла глаза, комната была наполнена ярким солнечным светом. Стрелки подаренного Иргиль будильника показывали десять утра, и это был крах.
Я проспала. Опоздала. Вот тебе и адептка первого курса.
Осознав который сейчас час, я бессильно уронила голову обратно на подушку. Интересно, какое наказание положено за прогулы? Насколько сильно мне влетит?
Следовало срочно спрыгнуть с кровати, одеться и бежать в аудиторию, но, подскочив во второй раз, я зависла. Внезапно обнаружила два момента: во-первых, Огонёк и Дикарь сидели посреди комнаты, друг напротив на друга, и беззвучно о чём-то беседовали. Во-вторых, Дикарь заметно изменился — он стал крупней.
Второе конечно удивило, но после трансформации стража, подобная метаморфоза была всё-таки ожидаемой. Зато беседа взволновала не на шутку — питомцы были серьёзными, сосредоточенными, и даже не собирались друг друга кусать.
Скорее интуитивно, чем осознанно, я потянулась к ним, пытаясь вклиниться в эту беседу на ментальном уровне, но меня не пустили. Я напоролась на незримую стену, а Дикарь и Огонёк повернули недоумённые морды.
— С добрым утром, — хмуро произнесла я.
Эрс совсем не по-волчьи вильнул хвостом, а страж прищурил глаза — ох уж мне эти кошачьи повадки!
— Кто-нибудь объяснит, что происходит?
Увы, не объяснили. Более того оба притворились, будто мне померещился этот диалог.
Дикарь ринулся ко мне, принялся тереться головой о колени и радостно порыкивать. Ну а страж притворился, что вся эта ерунда его вообще не интересует — гордо задрав хвост, залетел на шкаф и расположился там.
Кот снова смотрел на мир с огромным таким презрением, а я задавалась единственным вопросом — что эти двое задумали? Что за сговор?
Может обсуждали план спасения одной «монашки» из лап ушлых Лордов? Или совместное путешествие в подземный мир, где оба могут набраться сил?
— Тоже мне партизаны, — прокомментировала я и очень горько вздохнула. Моего катастрофического опоздания диалог питомцев, увы, не отменял.
Я всё-таки отпихнула Дикаря, встала и принялась собираться. Торопилась, но уже не паниковала — а смысл?
Но когда эрс подошёл к входной двери, сел напротив неё и уставился в пространство, я всё-таки задумалась. Он реагировал на дверь даже ярче, чем вчера, и это стало поводом для вопроса:
— Что там?
Волк рыкнул и не сказал.
В общем, плохой из меня воспитатель и дрессировщик, совсем мои животные распустились. Глядя на серую шкуру, я приняла волевое решение — прикоснулась к кулону и послала ментальный сигнал стражу. Лишь запихнув огненного кошака в хранилище, я открыла дверь.
И вот сюрприз — там, в коридоре, опираясь на подоконник единственного окна и попивая кофе из белоснежной чашки, ждал Алентор.
Я не удивилась, но испытала смешанные чувства. Понимала, что мы встретимся, и довольно скоро — наш вчерашний разговор не окончен, да и вообще. Там есть о чём поговорить и спросить, но как же не хотелось подвергаться допросу прямо сейчас! У меня же занятия, на которые я и так опоздала.
— Мм-м, — произнесла вместо приветствия.
— Выспалась? — ответил на это Лорд.
Прозвучало мягко, с этаким позитивом. Если на меня и злились, то острая стадия уже прошла.
— Простите, ваша милость, — я опустила глаза. — Не смогла встать вовремя. Больше такого не повторится.
— Так выспалась или нет? — улыбнулся он.
Следовало сказать что-то корректное, а я не пробормотала:
— Не очень.
Алентор вдруг фыркнул:
— Ничего, сегодня ночью отоспишься.
Я не поняла.
Я не поняла, а он велел:
— Руку дай.
Насторожилась. Но Хозяин огня ждал, пришлось подчиниться. Миг, и на моём запястье защёлкнулся тонкий испещрённый уже знакомыми символами браслет.
Символы были как в книге, то есть древние, имеющие непосредственное отношение к огненному народу.
— Что это, ваша милость?
— Алентор, — поправил он. — Для тебя просто Алентор.
Запахло… обольщением?
Невольно вспомнились похищенные трусики, и мои щёки порозовели.
— Так что это за браслет? — повторила осторожно.
— Защита. С этого момента никто не сможет тебя телепортировать, а в случае исчезновения, Правящий клан сможет сразу определить твоё местоположение.
Правящий клан? Ы-ы-ы…
Я могла спросить, но решила не торопиться. А собеседник выдал новое распоряжение:
— Бери эрса, и пойдём.
— Куда?
У меня же занятия, на которые и так опоздала. Я не могу. Я…
— Ева, давай хотя бы сегодня обойдёмся без споров?
И что на это сказать?
Закрыть дверь комнаты я не успела, и сейчас обернулась, чтобы позвать волка. В коридор высунулась сначала серая морда, затем весьма внушительное тело. Кажется, или за последние несколько минут Дикарь стал ещё мощней?
Но не важно. Куда примечательнее то, что выражение лица Алентора изменилось. На нём отразилась высшая степень страдания — Лорд даже посмотрел в потолок и что-то простонал.
— Что не так? — напряглась я.
Мужчина перевёл испепеляющий взгляд на эрса.
— Я же велел тебе возвращаться к хозяйке, — сурово произнес он.
Ага, теперь понятно. Его милости не понравилось увеличение в размерах и непокорность.
— Простите, — сказала я дипломатично.
И, собственно, всё.
Простите. Так уж вышло. Мы не виноваты. Ну ослушался и ослушался. Что теперь? Он ведь не ваш подданный.
— Ева! — снова страдание, опять стон.
Однако Алентор быстро взял себя в руки и открыл портал. Заперев комнату на ключ и ухватив волка за загривок, я шагнула в свечение. Мы очутились в знакомом парке, возле озера. Справа, чуть в глубине, виднелась белоснежная беседка — она чем-то напоминала ту беседку у моря, у меня возникло чувство дежавю.
— Эйнира! — едва мы телепортировались, громко крикнул Лорд.
Гигантская волчица выскочила словно из воздуха. Мой Дикарь моментально поплыл, а эта фифа мазнула по нему насмешливым взглядом и уже хотела отвернуться, но застыла в удивлении.
Заметила изменение уровня силы? Ну-ну.
— Прогуляйтесь, — велел Алентор.
Эйнира скривила морду, а я возмутилась. Опять? Ну, знаете! Не очень-то нам и нужна эта невеста. Да через пару лет за моим волком половина этого вашего дымно-подземного царства бегать будет! А ты локти свои мохнатые искусаешь за то, что упустила такого мужика.
Кажется, я подумала слишком громко — теперь и на меня посмотрели презрительно. Затем развернулись и, выполняя пожелание Лорда, повели моего эрса прочь.
Звери потрусили по дорожке, огибавшей озеро, а мне указали на беседку. Я послушно зашагала рядом с Алентором и сильно удивилась, обнаружив в беседке вчерашнего слугу.
Ещё тут был накрытый белой скатертью стол, и пожилой мужчина как раз заканчивал выставлять на него тарелки. Сегодня на меня отреагировали почтительно — слуга поклонился и зачем-то приложил руку к груди.
— Всё, иди, — отпустил его Алентор.
Я же услышала весёлое:
— Ну что, продолжим? Как поразительно наш ужин перетёк в завтрак.
Ы-ы-ы.
— Ваша милость… Алентор… У меня же занятия, я должна…
— Нет, Ева, — огорошил он. — Твои занятия закончились. В школе огня ты учиться больше не будешь.
Сердце ухнуло куда-то в пятки.
— Вы меня исключаете?
— За прогул неполного дня и нарушение пары негласных правил? — Лорд фыркнул. — Разумеется нет. Всё проще — система обучения, принятая в школе, для тебя бесполезна. Так зачем тратить время?
Сердце провалилось ещё глубже, хотя казалось бы!
— Так я что? Останусь неучем?
— Ну почему же, — Алентор посмотрел снисходительно. — Ты будешь учиться у лучшего из всех педагогов.
Я почему-то подумала о Дарктэсе.
— Думаете он согласится?
— А куда ему деваться? — весело отозвался Лорд.
С этими словами он отодвинул стул, и до одной адептки вдруг дошло. Когда поняла, что речь о самом Аленторе, по коже побежали мурашки. Уровень смущения взлетел к небесам и тут же ухнул обратно. Учиться у Лорда не эпизодически, не час в день, а на постоянной основе — это, конечно, почётно, но какова плата?
— Что случилось? Почему ты так напряглась? — легко прочёл выражение моего лица Алентор.
— Я не очень понимаю с чего такая милость, и какова цена.
Насчёт «милости», конечно, лукавила. Он уже говорил, да и я не дурочка, чтобы не признать — моя магия отличается. Но подробности были неизвестны, как и причины. В качестве причины на ум приходила только моя странная смерть.
Вернее, тот полёт к свету, в процессе которого меня поймали и потащили в неизвестном направлении, как на аркане. Это единственное, что по-настоящему отличало меня от остальных.
Ну как мне кажется. Я ведь не могу знать точно. Может тут половина школы страдает такого рода видениями-ощущениями, но благоразумно молчит?
— Это не милость. — Алентор подхватил кофейник и принялся наполнять чашки. — Речь скорее о закономерности. Нет причин учить тебя в школе, разве что общим, развивающим предметам.
Пауза, и он продолжил:
— Цена… Хороший вопрос, но ответа я не знаю.
Слова и очень пристальный, проникающий в самую душу взгляд.
Внутри всё перевернулось, сердце подскочило к горлу. Очень хотелось прикинуться ничего не понимающей монашкой, но Лорд точно говорил про близкую связь. Про отношения мужчины и женщины. Он намекал на такое, что должно было возмутить и превратить меня в закипающий чайник — а я почему-то не вскипела.
Наоборот — я ощутила, как за спиной вырастают два пусть маленьких, пусть общипанных, но крылышка. Я обрадовалась. Я… Очень по нему скучаю. Каждый день. Каждый час.
Осознав, что происходит, я решила сосредоточиться на кофе. Завтрак тоже был не лишним — живот уже скручивало, да и вообще.
— Приятного аппетита, Ева, — пожелал Лорд искренне, и я кивнула.
— Вам тоже приятного аппетита… Алентор.
— Тебе, — поправил Лорд. — С этого момента мы на ты.
Алентор, лорд Огня
Ночь выдалась нервная. Утро, до определённого момента, тоже было отвратным. Во-первых, я не спал и даже не пытался. Во-вторых, получил новости, которых не ждал.
Новость номер один: приставленная присматривать за монашкой Эйнира сообщила, что в комнате девушки происходит «что-то странное». После этого известия я озверел и едва не сорвался в школу, чтобы лично превратить в горстку пепла Морти, Харта, или кто там посмел явиться к моей адептке!
Да, я подумал именно об этом, других вариантов в голове не было. От экстренной телепортации удержала уточняющая мысль Эйниры:
«Это шар-р-рмиз. Сильная энергия шар-р-рмиза,» — прорычала она.
Миг, и я выдохнул, хотя желание испепелить никуда не делось. Про шармиза или, как их здесь называли стража, я знал.
Тот факт, что паразит окреп, тоже был известен, но это была мелочь в сравнении с тем, как трепетно Ева к нему относится. В данный момент я просто не мог явиться и решить вопрос со «стражем» раз и навсегда.
Пришлось расслабиться и телепортироваться в школу уже после того, как попрощался с Лордами. Очутившись возле нужной двери, я расслабился, позволяя себе ощутить всю окружающую энергию, и неприязненно поморщился — шармиз, чьё присутствие я чувствовал не так остро, как Эйнира, действительно был силён.
Не критично, но неприятно.
Ладно, позже разберусь. К тому же от нападения таких тварей клановый браслет тоже защищает. Жаль только, что сигнал о нападении, если оно состоится, отправится не только мне.
Убедившись, что всё не так уж плохо, я потрепал Эйниру по голове и удалился. Вернулся во дворец, чтобы через пару минут получить вестника. Это была новость номер два.
Тоже, на первый взгляд, не критичная, но интуиция отреагировала остро. Писал один из соглядатаев, приставленных мною к монастырской школе и Илларии. Сообщал о ночном визите неких «странных людей».
Суть ситуации — после полуночи к воротам школы подъехал небольшой отряд без опознавательных знаков. Они едва ли не силой проникли на территорию, причём двое остались в качестве охраны у ворот. Спустя час гости ушли, при этом свет в кабинете директрисы практически сразу погас, однако сама Иллария ещё долго стояла у окна, словно не в силах пошевелиться.
Двое из моей группы отправились за визитёрами в намерении выяснить кто такие и кому служат. Информации от них пока нет.
Вроде ничего особенного, а вероятность того, что посещение как-то связано с моей адепткой, почти нулевая. Объективно у меня не было веских причин следить за Илларией — если ей и известна тайна рождения Евы, то вряд ли эта тайна вскроется прямо сейчас.
Тут следовало махнуть рукой. Возможно даже забыть и расслабиться, но я желал знать больше.
Мог ли ночной визит касаться моей адептки? И да, и тысячу раз нет.
Если б не интуиция, я бы выбросил этот эпизод из головы в ту же секунду. Но донесение превратилась в занозу, не размышлять о которой я не мог.
А ещё этот Свэрг — да упокоится он без мира и прощения. В ходе нашего недолгого, но крайне болезненного для наместника разговора, я выяснил, что между ним и Илларией не было прямого сговора. Директриса опасалась толстяка, но тот пел соловьём, уверяя её в чистоте своих намерений.
— О, я был очень убедителен… — корёжась от боли, прохрипел мне Свэрг.
Вторая причина её согласия — большие деньги, которые были крайне необходимы школе. В случае с той же Евой, Иллария сопротивлялась до последнего. Но передумала в какой-то момент.
Почему она поменяла решение Свэрг не знал, но в ходе всё того же «разговора» заявил, что согласие пожилой женщины стало для него неожиданным. Она будто чего-то испугалась. Пришла в такой ужас, что согласилась рискнуть.
— Испугалась и по этой причине отдала воспитанницу извращённому убийце, — вслух произнёс я и снова задумался.
Вот какого Всепожирающего пламени Иллария дала эту клятву? Не будь клятвы, я бы давно выяснил что к чему.
А так…
— Р-р-р, — тихий рык как символ моей несдержанности.
Что ж, ситуация всё равно под контролем. Здесь, на моих землях и под моей охраной, вреда Еве никто не причинит.
А потом наступил рассвет, и я вновь отправился в школу. Знал, что Ева легла поздно, но был убеждён — адептка проснётся вовремя и отправиться выгуливать эрса. Она проснётся, а тут я.
Но Ева не вышла. Пять минут ожидания, десять, полчаса… Я отправился за кофе. Позже было ещё две чашки, а Эйниру я отпустил.
Сидел в коридоре и ждал, когда монашка проснётся — словно какой-то малолетний, восторженный поклонник.
Впрочем, в случае с Евой, я таким и был.
Я горел, плавился, рассыпался пеплом! Особенно в те моменты, когда не испытывал страстного желания эту бедовую девицу придушить. Всего несколько недель в школе огня, несколько недель с обретённым магическим даром — а натворила столько, что и за год не разобраться.
Но и этого ей мало, у неё ведь ещё и «секретики». Вон, шармиз этот проклятый, уже наделённый именем. Случайное проникновение на исконные территории. Приятельские отношения с мальчишками из низших кланов и с Дайтароном.
Элементали опять-таки. Почему элементали на её взъелись? Что, когда и главное почему, пошло не так?
Наконец, в абсолютной тишине самого пустынного из коридоров замка послышались приглушённые звуки. Они доносились из-за двери нужной мне комнаты, и я постарался принять самый беспечный вид.
Мол сижу здесь без особых причин, скорее от скуки, чем по необходимости. А то, что сразу выпрямился, поправил волосы и послал слуге ментальный приказ накрыть стол для завтрака — не в счёт.
Наконец дверь распахнулась. Ева вышла — и что же я увидел? Только смущение и никакого раскаяния. А ещё этот волк…
Эрс ослушался! Остался на исконных территориях вопреки моему приказу. Почему так окреп? Ходил к Изначальному источнику. Р-р-р, обоих следует прибить.
Зато ощущение присутствия шармиза прошло, из чего я сделал вывод, что «страж» в хранилище. Ну хоть какие-то зачатки разума! Хоть тут мои слова не прошли мимо ушей.
Потом я застегнул на запястье Евы клановый браслет, и стало полегче. Затем был переход в мои угодья, лёгкое недоумение Эйниры при виде Дикаря и сервированный к завтраку стол.
Усадив Еву и самолично налив ей кофе, я объявил о своём решении снять адептку с занятий — девушка посмотрела ну очень круглыми глазами.
Кстати, почему при всей силе своей магии она не рыжеет? Дополнительная аномалия или что?
Но тоже неважно. Здесь и сейчас всё стало очень второстепенным. Значение имел лишь тот факт, что она рядом — сидит напротив и думает исключительно обо мне. О моих намерениях и желаниях. О цене, которую придётся заплатить за то, что обучать её будет самый сильный и искусный из магов.
Я знал какую плату хочу, но просить о таком, конечно, не осмеливался. Да и смысл? Любовь не продаётся и не возникает по щелчку пальцев. А я хотел именно любви.
«Полюби меня», — сказал мысленно. Ева, конечно, не услышала.
Зато, наконец, обратила внимание на блинчики, сдобные булочки и поданные к завтраку джемы. Правильно. Нужно поесть, прежде чем продолжить прерванный вчера разговор.
Ева
Увы, завтрак не может длиться вечно. В смысле, та его часть, в процессе которой напихиваешь в себя еду, рано или поздно подходит к концу.
Я очень сожалела, что мой желудок не бездонный, что отложить назревший разговор не получится. Не то чтоб я этого разговора боялась или мечтала избежать, но всё равно было жутковато. Особенно под внимательным взглядом Алентора, с которым мы так внезапно перешли на ты.
Я ёжилась, смотрела жалобными глазами, но неизбежное всё равно случилось. В миг, когда я в последний раз промокнула губы салфеткой, Огненный лорд сказал:
— Ну, Ева, продолжим. Какие ещё сюрпризы ты для меня приготовила? Что ещё мне необходимо знать?
Уф…
— Там, в подземном мире, я встретилась с Сильвусом.
Лицо Лорда не дрогнуло, но глаза… Он словно молчаливо упал в обморок.
— Хм, — произнёс Алентор после паузы. — И как именно это случилось?
Я сглотнула и объяснила, что мальчишки пригласили в театр. Что именно там, в театре, я с одним из Лордов и столкнулась. Правда в тот момент я его не узнала, и даже имя не сопоставила.
— С кем познакомилась, я поняла только вчера, когда Лорды явились в ваш дворец.
Алентор опять-таки не дрогнул, но смотреть на него было страшно. Меня словно бы мысленно душили.
— Как Сильвус отреагировал на вашу вторую встречу?
— Никак. Притворился, будто видит в первый раз.
Алентор откинулся на спинку стула и вздохнул — это было нервное. Попытка успокоиться, которая прошла довольно успешно.
— Отлично, — пронёс после паузы. — Что дальше? Что ещё?
Я потупилась. Ещё был Огонёк, сказать про которого язык не повернулся. Про второй, а вернее первый, браслет я вообще не вспомнила — совершенно вылетело из головы.
Поэтому я сказала:
— Да вроде всё.
— Не верю. — Отозвался Лорд без улыбки.
Он словно ждал какой-то феерии. Неких дополнительных новостей, от которых у любого нормального человека начнётся нервный тик на оба глаза.
Но я при всём желании не могла ничего добавить, и Алентор в итоге поверил.
— Ладно, — пробормотал он. — Допустим. А ты? Хочешь о чём-нибудь спросить?
Спросить я хотела обо всём! Вопросов была тьма! А начала я с главного:
— То место, куда я попала через портал, действительно находится под землёй?
— А где ещё ему находиться? — удивился собеседник.
— Ну, изначально я решила, что это Дымная туманность.
Он заломил бровь и посмотрел как на странную.
— Есть такое место на карте, — принялась объяснить я. — Оно не изучено. Затянуто дымом и, учитывая небо, которое я видела, я решила…
Алентор отрицательно качнул головой.
— Я знаю, что это за место. Оно необитаемо, там очень высокая активность подземного пламени, множество разломов. Дым очень плотный, он наглухо закрывает небо и мешает проникновению солнечных лучей. Там нет растительности, нет животных, ничего.
— А под землёй с солнечным светом лучше? — не удержалась от иронии я.
— Там другой источник, — ответил Алентор спокойно, будто речь о чём-то очевидном. — Жизнь на исконных территориях сформировалась и развилась очень давно.
Я не сразу поняла, что под «исконными территориями» подразумевается то самое «подземное царство». Ну ладно, пусть так. Пожалуй, нет смысла вдаваться в физику прямо сейчас. Изучу позже.
— Мы действительно живём под землёй, — сказал Лорд. — И мы другие. Мы отличаемся от людей.
И так прозвучало, что я поразилась:
— То есть вы не люди?
— У нас много сходного с обитателями поверхности. Вероятно, мы произошли от одного предка. Наше главное отличие — магия. Наша магия иная, у нас совершенно другой огонь.
— Ваша магия сильней? — задала новый вопрос я.
Он кивнул и сказал то, о чём я уже знала:
— Твоя магия тоже отличается от обычной, Ева. Хоть ты и чистокровный человек.
Алентор помолчал и добавил:
— Твоя магия очень близка к нашей. Мне интересно выяснить почему.
Ясно. Видимо поэтому Наонграс и компания приняли меня за местную, и даже цветом волос не смутились. А ещё они представить не могли, что незнакомка явилась с поверхности.
— Ваш мир, ваши территории, полностью закрыты для людей?
Алентор опять кивнул.
— Ты первая, кому удалось переместиться. Как ты обнаружила портал мне понятно — у тебя высокий уровень концентрации, ты видишь скрытое лучше многих. Неясно другое — где ты взяла столько удачи, чтобы выжить, воспользовавшись старым порталом. Тебя могло выбросить где угодно. Портал вообще мог не сработать. Ты имела все шансы застрять в пространстве, то есть умереть.
По спине побежал холодок, но педалировать этот страх я не стала. Отмахнулась от него — было и было. Хорошо, что выжила и благополучно вернулась домой.
— А когда меня телепортировали принудительно…
Собеседник посуровел:
— Это тоже был риск. Колоссальный. Но больше такого не повторится.
Я заёрзала, осматривая себя. За всеми заботами я так и не удосужилась поискать поставленный на меня маячок. Ведь если у меня хорошее магическое зрение, я его точно отыщу.
Лорд словно мысли прочёл:
— Можно стереть маячок или оставить, это уже не важно. Браслет, — Алентор кивнул на моё запястье, — очень хорошая защита. Он заблокирует любую попытку тебя переместить.
— Заблокирует, и всё? — я сама не поняла почему спросила.
— Нет, конечно. Он ещё отправит сигнальный импульс — мне и боевому подразделению Правящего клана.
От таких новостей в глазах потемнело. Я не знала какие последствия влечёт подобная «отправка импульса», но чуялось, что это очень нехорошо.
— Если что, они сами виноваты, — снова угадал мысли Алентор. — Подобные фокусы под запретом. Твоим приятелям прекрасно известно, что поступать так нельзя.
— А то, что я на поверхности, а клан внизу, роли для импульса не сыграет?
— Вот заодно и проверим, — сказал Алентор хищно.
За мальчишек стало страшно. Но за себя ещё страшнее! Опять это неприятное название — «Правящий клан».
— А вы… Ну в смысле ты… — заблеяла я, не зная, как сформулировать.
Настроение Алентора внезапно улучшилось, а я собралась и всё-таки произнесла:
— Ты из Правящего клана?
Он кивнул, а потом фыркнул весело:
— Что с лицом, Ева?
С лицом была беда. Я просто не знала, как относиться к этой его принадлежности. Ведь мы говорим о некоем подобии королевского дома?
С другой стороны, клан — не семья, там ух сколько вариантов. Может он из какой-то младшей, очень незначительной ветви? Этакий недоплемянник через тридцать три колена? Внук двоюродной прапрабабушки четырёхюродного брата короля?
— А твой статус в клане? — всё-таки рискнула я.
— Первый наследник, — с улыбкой и точно не без удовольствия отозвался он.
Я мысленно взвыла.
— Но здесь, на поверхности, в изгнании, мой статус не имеет особого значения, — добавил Алентор.
— В изгнании? — изумилась я.
— Все Лорды, включая меня, находятся здесь не от хорошей жизни.
— Что вы натворили?
— Ничего. На нас пал жребий.
Алентор отставил чашку, улыбнулся и, глядя в мои широко распахнутые глаза, начал говорить об удивительных вещах.
Его слова противоречили и легендам, и тому, что нам рассказывали в школе. Это было странно и невероятно! Зато снимало те вопросы, которые возникли после того, как я узнала про «подземный мир».
Лорды не люди. Никакого перерождения нет и не было. Они «пришельцы», на которых указала сама магия. Они те, кто призван нас оберегать.
Их магия не просто сильней — она другая, рождённая в самом подземном пламени. Отсюда их особая власть над этой стихией, а ещё они «привязаны» к поверхности — не могут посещать исконные территории слишком часто и перейти на эти территории им очень нелегко.
Лорды отрезаны от привычной жизни, от кланов. Они чужие среди своих, и срок их «служения» измеряется столетиями.
В том же, что касается жребия — он не делает поправку на чины и звания. Он выбирает того, кого посчитает нужным. И стремится взять тех, кто сильней.
Чем дольше Алентор говорил, тем больше было желание откинуться в кресле и прикрыть глаза, переваривая эту, с одной стороны, логичную, а с другой — совершенно невозможную информацию.
Они не люди, и с их точки зрения пребывание здесь — это изгнание. Ссылка, которая длится века!
— Когда Наонграс, Олтаринус и Дайтарон увидели на мне ваш… то есть твой кулон, то решили, будто я намерена дождаться тебя из этой ссылки.
Алентор очень удивился.
— Они дураки? — Пауза, и Лорд продолжил: — Впрочем, чего ещё ждать от детей? Верят в сказки. Но на деле, ни одна леди на подобное не пойдёт. И ни один клан не позволит своей дочери ждать.
— Почему?
— Жребий всегда выбирает тех, кто не женат, — пояснили мне. — Кстати, это главная причина, почему многие из нас так торопятся с выбором пары. Жребий берёт неженатых, а ждать слишком долго, Ева. Это в высшей степени неразумно, ведь мы тоже не бессмертные.
— А если любовь? — Вопрос прозвучал странно, но тем не менее.
— Случаев, чтобы жребий падал на того, кто сильно влюблён, тоже ещё не бывало.
Я поняла, что в моей картине мира снова что-то не сходится.
— Но ведь леди, если из двоих влюблена именно она, может последовать за любимым? Ваше изгнание не так уж ужасно. — Я даже осмотрелась, отмечая красивую обстановку. Пусть сейчас мы были в парковой беседке, но я прекрасно помнила дворец. Лорды устроились очень неплохо. Почему бы вслед за ними не прийти другим?
Ответ нашёлся и на это:
— Представителям огненного народа сложно находиться на поверхности долго. Это мы привязаны и имеем особую подпитку, а остальным не хватает силы подземного пламени. Они просто не выживут на этих землях.
Сила пламени? То есть Лорды, как и эрсы, подпитываются при помощи подземного огня?
— Они могут ходить к разломам, — скорее предположила, чем заявила я.
Алентор отрицательно качнул головой.
— Смысл? Да и что это за жизнь? Бегать по несколько раз на дню к разломам? Дома проще.
Я подумала и согласилась. Замолчала на несколько минут, сознавая услышанное. То есть обычным представителям огненного народа долго на поверхности не выжить. А ещё получается, что у Алентора, Сильвуса и Камелиуса нет даже невест.
Не очень этично, но последнее стало поводом для облегчённого вздоха. То есть я знала, что сердце нашего Лорда свободно, но, учитывая сколько моих изначальных знаний не совпало с реальностью, засомневалась. Вдруг некая невеста или великая любовь всё же есть?
Какая-нибудь девушка из Правящего клана, который, со слов моих приятелей, является закрытой системой, призванной усиливать саму себя. Но невесты не было, и этот факт каким-то очень нелогичным образом подвёл к поразительному выводу… Кажется, я влюбилась. Кажется, я скучаю по ансу Алентору не просто так.
Осознание было подобно удару молнии, и мне опять потребовалось время, чтобы собраться с силами и мыслями.
Алентор не торопил, но явно решил, что моя оторопь связана с его рассказом — великий Лорд и понятия не имел, почему я так потрясённо молчу!
Но в итоге я всё-таки собралась и перешла к следующему вопросу:
— Почему мы с вами говорим на одном языке, а письменность разная?
— О, это интересный момент. — Улыбнулся он. — Языков, разумеется, два: наш исконный и ваш человеческий. Когда Первый Лорд был вынужден подняться на поверхность, ему пришлось освоить и ваш язык. Он передал эти знания огненному народу, и оказалось, что человеческий язык гораздо проще, постепенно он начал вытеснять исконный. Остановить это вытеснение было невозможно, и в какой-то момент Совету кланов пришлось принять решение. Они утвердили человеческий язык как второй, но оставили исконный как обязательный для официальных мероприятий. Также, чтобы исконный язык не забылся окончательно, обязали использовать его во всех письменных документах и в книгах. В остальных случаях применение человеческой письменности разрешено, но считается моветоном. Воспитанные агсы и ансы его не используют.
Ну ничего ж себе.
— Не используют, но всё-таки понимают? — уточнила я.
— Разумеется. — Пауза и продолжение: — Послания мне можешь писать на человеческом, я не сочту это за бескультурье.
Шутка? Он ведь знает, что я не способна написать на «древнем» при всём желании.
Впрочем, интереснее другое:
— Как Первый Лорд сумел передать язык, если почти не мог бывать внизу, а жители исконных территорий с трудом находятся здесь? Когда успел кого-то обучить?
Ответ оказался и прост, и одновременно сложен:
— У нас есть разные способы передачи знаний.
— Например?
Алентор посмотрел пристально, с неким сомнением. Но в итоге прикрыл глаза и начал совершать какие-то пассы рукой — словно кружево плести. Я смотрела внимательно и заворожённо, а через пару минут в руке Лорда появился этакий силовой сгусток.
Просто кусок какой-то огненной энергии, которую несколько неожиданно протянули мне.
— Вот, — сказал Алентор. — Возьми и прими.
Так взять или принять? Но уточнять вслух я не стала.
Потянулась, забрала эту невесомую, неощутимую, но совершенно материальную штуку.
— Теперь прими, — повторил Алентор. — Просто позволь этой энергии стать частью тебя.
Не самое однозначное предложение. Делать частью себя кусок чужой магии — немного пугающе и странно. Воображение сразу взбодрилось, подтянуло за собой паранойю. Вдруг я сейчас заражусь чем-то неприятным? Вдруг сгусток принесёт мне какой-то вред?
Но Алентор ждал, и не был похож на человека, который станет вредить собственной адептке. Особенно при том, что испытывает к ней явный интерес.
И я рискнула. Это получилось почти инстинктивно — я выдохнула, расслабилась и дала мысленное согласие. В следующую секунду сгусток впитался в ладонь, а перед глазами заплясал целый калейдоскоп.
Это были кадры на миллисекунды, но суть я улавливала чётко. Каскад огненных шаров.
С принципом создания огненного шара я была знакома, да и сам каскад пробовала, но одно дело теория, и совсем другое — отточенные навыки. Сейчас в моём сознании и теле отпечатывались именно они.
Прописывались! Как какая-то программа, которая внедряется и в цифровую часть, и в «железо».
Я сидела шокированная, изумлённая, с приоткрытым ртом. В процессе «загрузки» я не знала, что сказать, зато, когда всё завершилось, с языка слетело:
— А можно ещё?
Прозвучало жадно, с придыханием, и Лорд рассмеялся.
— К сожалению, нет. Передавать магические навыки подобным способом, в общем-то, запрещено. Можно передавать другую информацию, и то не всю.
— Почему?
— Если молодые маги будут получать на блюдечке весь набор навыков опытного мага, они, во-первых, никогда не научатся труду. Во-вторых, возомнят себя всемогущими, ведь они сразу перейдут с нижней ступени на высокую. В-третьих, то, что даётся просто так, без усилий, не ценится. Можно привести и другие причины, но полагаю и этого достаточно.
Я медленно кивнула. Логично, но моя жадность униматься не желала.
— А можно выучить ваш язык?
Снова рассмеялся, и это было «нет».
Стало неловко и одновременно обидно. Просто к этому моменту я успела размечтаться, что Алентор тоже немного в меня влюблён. А влюблённые готовы на многое, ведь так?
Ну а чем ещё объяснить тот эпизод в кабинете? А его зависания в моём присутствии? Всё это повышенное внимание, романтический ужин, а теперь и завтрак.
— Я прошу прощения за свою наглость, — пробормотала потупившись.
— Ничего, я всё понимаю. Я бы и сам поступил так же. Возможно, какие-то знания действительно буду передавать тебе таким способом, но не прямо сейчас.
Я смутилась ещё больше, даже уши запылали.
Но потом вспомнился ещё один эпизод, про который хотелось спросить. Тема была неприятная, нервная, но обойти её я не могла.
— Наместник Свэрг, — выдохнула как выплюнула.
Алентор посерьёзнел. Он ждал уточнений, и я, невзирая на то, что при одной только мысли о Свэрге, по спине бежали ледяные мурашки, сказала:
— Что ты делал в его замке? Почему ты там оказался? И… чем закончился ваш «разговор»?
Алентор даже придвинулся, а взгляд стал жёстким. Да и мускулы под белой рубахой словно закаменели.
— Ну чем он мог закончился? — последовал встречный вопрос.
Я поняла и испытала целую смесь эмоций — от ужаса до радости. Речь шла об убийстве, это не могло не пугать. Я и сама шла к Свэргу для этого… Не знала как решусь, но понимала, что у меня нет иных вариантов.
— Ева, мне безразличны дела людей, — подтверждая моё собственное мнение, сказал Алентор. — Но есть вещи, которые находятся за гранью даже моего понимания. Этот человек был недостоин второго шанса и прощения.
Я ответила коротким кивком. Недостоин, всё верно. Особенно после того, что мы увидели в той пропитанной запахом смерти и мучений комнате. После того, как увидели ту девушку. Я не хочу думать о том, сколько людей прошли через руки Свэрга. Просто не хочу.
— А что я там делал… — Взгляд Лорда переключился с меня на листву ближайшего дерева. — Просто решил побеседовать. Знаешь ли, взыграло во мне любопытство.
В моей груди закрутился огненный смерч. Он был не разрушительным, а другим. Тёплым, окрыляющим, дающим надежду.
Алентор узнал про Свэрга и решил вмешаться. Как бы ни был ужасен Лорд, ему не всё равно.
— А та девушка?
— Я перенёс её в монастырь. Не в ваш, а в другой. Думаю, там ей помогут.
Я кивнула и, вспомнив разговор с парнями-старшекурсниками, сказала:
— Говорят есть ещё одна девушка, которую вы… то есть ты привёл сюда. Девушка без огненного дара.
Алентор перестал напоминать каменную статую и слегка расслабился.
— Есть. Её зовут Тэлия.
Мои брови взлетели на середину лба.
— Я забрал её из твоей монастырской школы, — продолжил Лорд. — Собственно в этот момент и узнал про Свэрга.
Теперь уже я заледенела. Какое отношение наместник мог иметь к Тэлии? Она не в его вкусе. Совершенно другой типаж.
— При чём тут Тэлия? — выдохнула я.
— При том же, при чём и ты, — подтвердил худшие опасения Лорд. — Свэрг выкупил её контракт.
— Как выкупил? Когда? Зачем? — глупые вопросы, но что делать?
— Перед моим посещением вашей школы. Так совпало. Совпало, что Тэлия пришла к кабинету директрисы в момент, когда мы с Илларией вели… некоторую беседу.
Беседа? Какая ещё беседа? Эмоции хлестали через край, и я совсем запуталась.
— Тэлия сказала, что является твоей подругой. Она же объяснила про Свэрга. После её рассказа я и захотел познакомиться с этим человеком поближе.
Я не знала, что сказать.
Когда оторопь прошла, я спросила:
— А зачем ты встречался с Илларией?
Губы Лорда тронула лёгкая улыбка.
— Информация, Ева. Мне крайне интересно узнать, как так вышло, что обычная девушка обладает магией, сходной с магией огненного народа. Конечно, я захотел встретиться с той, кто, вероятно, знает тайну твоего рождения.
Тут у меня ещё и голова закружилась.
— Иллария не может знать. Меня подкинули к стенам монастыря, когда мне было несколько недель от роду.
— Что-то ей точно известно, Ева, — возразил на это Лорд. Об убеждённость, прозвучавшую в его голосе, можно было колоть лёд.
Иллария знает. Иллария…
Я приготовилась услышать что-то важное, а сердце болезненно сжалось. Я выросла в приюте, никогда не знала своих родителей, и пусть я редко об этом думала, но мне хотелось понять почему меня бросили. Кто и почему!
— Я не смог выяснить. Директриса дала кровную клятву, которую не обойти даже с моими возможностями. Я оказался бессилен.
Всё, надежда сдулась, как воздушный шарик.
А я сдулась вместе с ней и, стараясь заглушить эмоции, потянулась к кофе. Один глоток, второй, третий… Мне просто нужно время, чтобы всё это пережить.
Мы молчали. Я смотрела в одну точку, а Алентор не торопил, проявляя милосердие, которого, по слухам, у Огненных лордов и не бывает. Наконец, я отмерла:
— Я могу увидеться с Тэлией?
— Конечно.
О, хвала тебе, Пресветлый.
— А Харт, Корн и Лотерик? Ты ведь понимаешь, что парни не виноваты? Что они согласились на визит к Свэргу исключительно потому, что…
— Так, так, — перебил Алентор. — Подожди!
Наш повелитель нахмурился, и даже руки на груди сложил, но глаза смеялись. Он смеялся надо мной, и я не понимала почему.
Но мне объяснили:
— Пользоваться моей симпатией в личных целях, разумеется, можно. Но не слишком часто, и не тогда, когда речь о заслуженном наказании. Они нарушили сразу несколько правил, и ограничение магии — это ещё мягко. Я даже не подумаю менять своё решение.
Теперь у меня вспыхнули не только уши, а вообще всё. Симпатия? В личных целях? Да я, я…
— Так я тоже, получается, нарушила. Меня тоже нужно наказать.
— Нужно, — неожиданно согласился Лорд. — Но о твоём наказании я подумаю позже.
И вроде обычно прозвучало, но в моём воображении нарисовалась до того непристойная картина, что я зажмурилась. Теперь щёки пылали так, что хотелось приложить лёд.
— Думаю на этом и закончим, — сказал Алентор. — Можешь вернуться в комнату чтобы собрать вещи. В школе ты больше не учишься, сегодня же переедешь во дворец.
— Подожди. Я не согласна с переселением!
Я действительно была не согласна, и причин было много. Но я попробовала объяснить мягко:
— Во-первых, это неприлично. Двусмысленно.
У Алентора вытянулась лицо.
Глядя на вот эту физиогномическую вертикаль, я продолжила:
— Во-вторых, у меня есть обязательства. Например, я помогаю Морти. Он простой, плохо образованный парень, и…
— Стоп-стоп, — вновь перебили меня.
Я мысленно прижала уши, и не зря:
— О каких приличиях речь? Разве я переселяю тебя в свою спальню?
О, Небо! Спаси меня от подобной прямоты! Зачем же так явно?
— Я, к слову, твой Лорд. Более того с твоей магией нечего делать в школе. Школа для тебя бесполезна. Ну и потом, это не предложение, Ева. Ты переселяешься, — тут он вздохнул, — и это приказ.
Ох, кажется, за всеми этими разговорами о симпатиях, я совершенно забыла о субординации.
Я конечно потупилась, но…
— Подвести Морти я не могу. Он мой друг.
— Ещё один друг? — возмутился Алентор. Причём возмутился с таким видом, будто понятия не имел о существования этого парня. Будто Морти выпрыгнул как чёрт из коробочки. — Ева, может хватит?
В воздухе запахло чем-то очень похожим на ревность, но меня заботило другое.
— Я помогаю Морти, и не могу его оставить.
— А я не могу оставить тебя в школе, ты переезжаешь.
— Но можно мне хотя бы посещать школу, чтобы видеться с Морти?
Алентор едва не зарычал.
Я же сидела и молчала, всем своим видом показывая, что не смирюсь. Для меня это важно. Если переезд ещё возможен, то касательно запрета на встречи — я всё равно буду пытаться его обойти.
Алентор смотрел так, что хотелось накрыться скатертью. Но в итоге, после очень долгого молчания, процедил:
— Ладно. Сколько времени тебе нужно на этого Морти?
— Три часа в день. — По прошлой жизни я помнила, что если хочешь получить хоть что-то, нужно просить больше.
— Сколько? — возмутился Лорд. — Один час!
Я не расстроилась.
— Два. — Встречное предложение.
— Полтора, — сквозь зубы процедил он.
Нелогично, но от этого тона стало так приятно, так тепло на душе. Неужели он в самом деле меня ревнует?
Вряд ли. Очень вряд ли. Но ведь можно помечтать?
Я кивнула и, поблагодарив за завтрак, встала из-за стола. Призывать Дикаря не стала — волк сможет вернуться ко мне сам, если захочет.
Пусть побегает со своей фифой, это для него полезнее. В том же, что касается вещей — а собирать-то мне, считай, и нечего. Но это не повод оставаться здесь.
Сотворив портал, я перешла в школу. Время уже успело перевалить за полдень, впереди был обед, занятие у Дарктэса и двухчасовой перерыв. Но сначала следовало собрать свои пожитки — только как это сделать в отсутствии сумки или чемодана?
А как поступить с несвежим постельным бельём? Ведь убирать за мною вряд ли кто придёт.
После недолгих раздумий я собрала всё, кроме простыни, и отнесла в хозяйственную комнату, в стиралку. Простынь же пришлось использовать не по назначению — я сложила в неё всё имущество, включая почти все книги, и завязала узлом. Узел получился объёмным, невзирая на минимум вещей.
На письменном столе осталось каменное яйцо-хранилище — эту тяжеленную и, в общем-то, бесполезную штуку я собиралась перенести отдельно.
Осмотревшись ещё раз, я вызвала Огонька. Объяснила этому нахохленному созданию ситуацию и принялась за уборку. Я протёрла полы, мебель, вымыла сантехнику… Потом сняла со стены карту разломов, подаренную Морти и, свернув её в трубочку, положила рядом с каменным яйцом.
— Ну, кажется, с этим закончили, — промокнув рукавом влажный лоб, резюмировала я.
Убедительно попросив стража спокойно посидеть в комнате, я подхватила любимую котомку и отправилась на тренировочную площадку. Знала, что практикум Дарктэса вот-вот закончится, и собиралась выцепить Морти. Нам нужно, во-первых, поговорить, а во-вторых, позаниматься чтением и письмом. Ну и математикой, конечно, хотя с цифрами у здоровяка дела обстояли получше. Считать он любил.
Я шла, не ожидая подвоха, но, когда спустилась на первый этаж и покинула второе жилое крыло, напоролась на сюрприз. Целая группа высоких, плечистых, рыжеволосых, и совершенно незнакомых огневиков.
Парни тут же заметили меня, и…
— Эй, привет! — воскликнул самый симпатичный. — Ты новенькая? А чего не на занятиях?
— Да ладно! — фыркнул другой. — Первокурсница, а уже прогуливает? Вот наглая пошла молодёжь.
Я не успела опомниться, как меня взяли в кольцо. Я словно очутилась в лесу — высоком таком, рыжем и нахальном. С улыбочками, блестящими любопытством глазами и явным желанием поговорить.
Стушевавшись, я вообще не поняла, откуда эти старшекурсники взялись — ведь до окончания каникул ещё целый месяц, а может и больше.
Видимо вопрос был написан на лице. А может об этом все спрашивали, вот мне и объяснили:
— Лорд Алентор распорядился. Велел начать этот учебный год раньше. Не нравится ему, что первогодки уже учатся, а мы нет, — пояснил кто-то третий. — Лорд сказал, это не обучение, а бардак.
А-а…
Вот теперь я поняла и тоже решила поздороваться:
— Доброго дня.
— Доброго, доброго, — отозвался симпатичный.
— Пропустите, пожалуйста. Я опаздываю к магистру Дарктэсу.
— Да чтобы мы так легко отпустили красивую девчонку? А как же выкуп? Что насчёт поцелуев?
Это была шутка — туповатая и не обидная. В отличие от прошлого раза, когда меня так же брали в кольцо, страха не было, даже наоборот.
Я улыбнулась и сказала:
— Со мной лучше не целоваться.
— А то что? — пуще прежнего развеселился самый симпатичный, видимо предводитель этой компании.
— А то прилетит мой страж и прожжёт пару лишних дырок в ваших головах.
Огневики хотели отмахнуться и посмеяться, но на лицах вдруг стало проступать осознание. После недолгой паузы я услышала:
— Хм… страж? А тебя случайно не Евой зовут?
— Да, я — Ева.
Парни тут же отступили. Теперь они смотрели чуть иначе, и интерес стал другим. Не просто любопытство, наполненное флиртом и шутками, а именно интерес.
— Мы слышали про новенькую, к которой прилетел страж, — сказал четвёртый, самый на вид серьёзный. — Как у тебя получилось?
— Да так же, как сейчас, — не сдержала уже собственного веселья я. — Меня обступили наглющие огневики, хотели поиздеваться, и тут страж.
Парни отодвинулись ещё дальше.
— Мы, если что, не наглющие. И не издеваемся. Мы просто познакомиться. Интересно же. А девчонок в школе мало. — Старшекурсник оправдывался и уже не веселился.
— Понимаю. — Я подарила улыбку. — Но прямо сейчас я действительно спешу.
— Ладно, как скажешь, — кивнул серьёзный. — Но позже-то встретимся? Поговорим?
— Конечно. Почему бы нет, — с лёгкостью согласилась я.
Мне в принципе стало как-то очень легко. Легко, спокойно, приятно и в удовольствие. Вся моя напряжённость и нервозность по поводу будущего куда-то подевалась. Прямо сейчас мне было просто хорошо.
— Отлично. Но… Так! — Парень огляделся, после чего мне, совершенно неожиданно, выдали троих сопровождающих.
Почему не отказалась — не знаю. И да, я очень быстро разобралась, для чего эти сопровождающие нужны.
В школу действительно возвращались старшекурсники. Замок, который прежде был пустым и безжизненным, наполнился людьми. Опять-таки наглыми, любопытными и испытывающими большой интерес к новичкам — особенно к девчонкам.
Без провожатых, которые играючи отбивали любую атаку, я бы добиралась до тренировочной площадки часа три.
А так действительно дошла.
Когда мы оказались на улице, в нескольких шагах от пускавших огненные шары первогодок, один из огневиков спросил вполголоса:
— Слушай, а это правда, что наш Лорд проявляет к тебе повышенный интерес?
Увы, на сей раз не смутиться я не смогла. Но, конечно, попыталась спрятать эмоции. А потом задала встречный вопрос:
— Кто вам это сказал?
— Ну а кто разносит по школе все важные сплетни? Иргиль, конечно.
Пфф. Ожидаемо, но всё равно как-то… ну так.
— Про интерес не знаю, — ответила я, выпрямляясь и горделиво задирая подбородок, — но лорд Алентор преподаёт мне магию в частном порядке.
Огневики застыли в шоке. Потом один не выдержал:
— А только магию, или…
Договорить он не смог. Другой парень болезненно пихнул в бок, заставив замолчать.
Ещё секунда, и парни ушли. Никаких гримас или неприязни на лицах не отразилось, только интерес и удивление. А ещё мелькнуло нечто похожее на уважение — словно эти трое и помыслить не могли, будто Алентора можно заинтересовать «через постель».
Вероятно после переезда во дворец отношение ко мне изменится, но какая разница? Здесь и сейчас меня интересовало мнение лишь одного человека, и на смену недавнему спокойствию пришёл мандраж.
Если здоровяк-Морти меня осудит, будет очень неприятно. Очень.
Судорожно вздохнув, я повернулась и зашагала к первокурсникам. Меня, конечно, заметили, а я… неуместно отвлеклась.
Сама не поняла, когда успела провалиться в концентрацию и приклеиться взглядом к зелёной слизи на лице сурового магистра. Угу, я снова на него пялилась. Дошло до того, что я, не отдавая себе отчёта, приблизилась к Дарктэсу и остановилась напротив него.
Убегать магистр, конечно, не стал. Он наоборот принял демонстративную позу, позволяя мне как следует насмотреться на его шрамы. После короткого молчания всё-таки одёрнул:
— Ну и долго мы будем так стоять?
Я очнулась. Вздрогнула и пробормотала:
— Простите, я…
— Забылась, — подсказал Дарктэс. Меня с головой накрыло чувство неловкости.
Но дальше ещё неуютнее:
— Всё? Учёба закончилась? Переезжаешь?
— Откуда вы знаете? — снова бормотание. И тут же догадка: — Иргиль рассказала?
Фыркнул.
— Иргиль ещё не в курсе. Меня предупредил Алентор.
И опять…
Как и в случае со старшекурсниками, прозвучало спокойно, без грязных намёков и издёвки. Речи о каком-то страхе перед Алентором, которому может не понравиться «неправильный тон», тоже не шло.
Я не знала, что на это ответить, поэтому просто кивнула. А Дарктэс повернулся к адептам и крикнул громко:
— Занятие окончено. Все свободны.
Народ дружно выдохнул и продолжил коситься на меня.
Мой прогул, разумеется, заметили, а вот про остальное ученики первого курса, в отличие от магистра, пока не знали. Я не собиралась им объяснять, меня по-прежнему интересовал только Морти. Ему-то я и махнула рукой.
Но парень и без всяких жестов уже спешил ко мне.
— И чё? Где пропадала? — спросил он приблизившись.
Я мотнула головой, предлагая переместиться в замок и найти свободную аудиторию. И уже там, в аудитории, рассказала другу про переезд.
Что бы ни говорил Алентор, а со стороны ситуация выглядела неприлично. Когда юная девушка переезжает во дворец к зрелому мужчине, в последнюю очередь подумаешь про её магический талант.
Подозрения возникнут независимо от степени испорченности, и я действительно переживала. Но реакция Морти оказалась неожиданной:
— Ну чё, всё правильно. Такие как ты… ну, у вас же на роду написана всякая роскошь. Вы в бедноте просто не приживаетесь.
Я обалдела.
— Ты вообще о чём?
Верзила потупился. Потом почесал затылок и выдал:
— Ну так это… На роду на вашем.
— Каком ещё роду? — Я придвинулась к другу и приготовилась вцепиться в него мёртвой хваткой. Мне не чудилось. Это была не оговорка, Морти точно знал, о чём говорит.
На меня посмотрели жалобно.
— Я ж это… из герцогства Шерм. Ведь слышала о таком?
Я отрицательно качнула головой.
— Это на востоке королевства Катаманис. Богатое герцогство. Леса там, поля всякие. Папка мой кузнецом при герцогских конюшнях, и я вырос считай в замке. Видел всех — и господ, и даже портреты…
Мне стало нехорошо. И дело было не в том, к чему вёл Морти — в моей голове словно что-то подвинулось. Свет словно померк, а я очутилась перед тем самым стеклом.
Перед барьером, который отделял кусок моей памяти. Не пускал к одному из ключевых воспоминаний. Я привычно, почти не задумываясь, ударила по нему кулаком и вдруг обнаружила, что стекло стало мягче. Оно не рассыпалось, не поддалось, но точно стало другим.
— И портреты, и господ, — повторил тем временем Морти. — Там сильная кровь. Порода! И черты родовые… Не скажу, что какие-то особенные, но знаешь, есть у герцога младшая сестра. Леди Анарика. Добрая такая, улыбчивая… Так вот, ты ж прям она.
Я застыла, не понимая, как реагировать, а Морти…
— Ты очень похожа. И на неё, и на всех… ну этих, родственников по мужской линии. Я сразу не признал, ты же при нашей встрече растрёпанная была, в платье этом дурацком. Смотрю — вроде оно, а уверенности не было. Зато потом, как ты причесалась и переоделась, тут-то всё и встало на свои места.
Я не выдержала:
— Хочешь сказать, что я… — Я осеклась. — А что ты хочешь сказать?
— Так то и говорю, что ты урождённая Шермская, а род у вас богатый, и богатство словно само липнет. Вот и к тебе прилипло. Вместе с Лордом.
— Подожди!
Я пребывала в шоке, мысли путались. То есть, по мнению Морти, я…
— То есть я бастард?
Парень, опять-таки неожиданно, возмутился:
— Какой ещё бастард? Род маленький, герцог — единственный сын своего отца. У самого же герцога бастардов и быть не может. Он за своей женой три года ухаживал и до сих пор на руках носит, какие уж тут измены? Нет, Евка. Я долго думал, и понял, что вариант тут только один. Была у их светлостей старшая дочь. Потом-то другие народились, а вот старшая…
— Что с ней? — выдохнула я.
Морти помолчал, прежде чем сказать:
— Ну, в общем, слабенькая родилась, совсем болезненная. Герцог в отъезде был, герцогиня сама билась, ночей не спала. Принимала всех докторов, а потом младенец вдруг выздоровел. Только герцогиня не обрадовалась, а позже увезла дочь в столицу. Там девочка вроде и померла.
— Вроде? Это как?
— Ну, понимаешь… — Морти аж сжался. — Моя бабка по материнской линии, лучшая повитуха — она роды и принимала. Потом при роженице осталась — она ж ещё и травами лечила, вот и помогала чем могла. На людях бабка помалкивала, а нам однажды сказала, мол, младенчик тот еле дышал, того и гляди душа отлетит, и ничего не помогало. Но потом явился один доктор. Что делал бабка не видела, там всех из спальни выгнали, но девочка ожила. И такая вдруг стала… Другая! Как огонёк!
По коже побежал мороз. Я впервые слышала эту историю, но она казалась знакомой.
— Что дальше?
— А что? — горько фыркнул парень. — Герцогиня вместо того, чтоб радоваться забеспокоилась. Заметалась, а спустя пару месяцев рванула в столицу — мол, а вдруг опять что неладное? Надо быть поближе к хорошим докторам. Долго герцогиня в столице пробыла, а вернулась уже без дочери. Сказала, что болезнь всё-таки взяла своё. Вот только… Знаешь, бабка-то моя не поверила. Уж слишком живая та девочка была, такие по своей воле не помирают.
— То есть её… убили?
Морти зажмурился, говорить ему было тяжело.
— Бабка моя считала, что сама герцогиня и сдушегубила. Злилась на неё аж до ненависти. Так её светлость и не простила, так с камнем на сердце и померла.
Жуткая история, но…
— А при чём тут я?
— Да ровно при том, что всё сходится. И время, и лицо твоё… А бабка, хоть и ненавидела герцогиню, а всё равно сомневалась, что та способна младенца погубить. Я тоже не верю — герцогиня у нас добрая, конфетами на праздники угощает, детей своих любит.
Тут мне стало совсем нехорошо.
Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя.
Про герцогство Шерм я слышала впервые, а королевство Катамарис, конечно, знала. Только находилось оно слишком далеко от Истема. Да и вся история была как вилами по воде.
Это был повод отмахнуться, забыть, но почему-то не получалось. Я вновь, неосознанно, обратилась к тому стеклу, оно стало ещё гибче, как горячая резина.
— Почему ты раньше не рассказал?
Здоровяк в очередной раз потупился.
— Ну, а чё тут? Ты ж вроде живёшь, всё у тебя хорошо, Лорд вон клинья подбивает. Магия опять-таки прёт. Так зачем? Зачем тут я, да с такими новостями?
Действительно.
Тут возникла ещё одна догадка:
— Ты поэтому принялся меня опекать?
Морти первым из всех начал разговаривать со мной, и поддерживал, и в компанию свою пригласил, и на тренировки. Плодами пепельного дерева поделился.
— Ну да. — Теперь у сокурсника щёки порозовели. — Ты ж своя. А я может и не служу больше в замке, но отец твой всегда был добр к моей семье. Да и матушка твоя никогда нас не обижала.
Я не выдержала:
— Может и не матушка, может и не моя.
Мы оба замолчали. В повисшей тишине были слышны возгласы проходивших мимо аудитории адептов. А ещё гулкие удары по подоконнику — за окном начинался дождь.
Я сидела, смотрела в печальные глаза бритоголового верзилы, и понимала — занятия сегодня не получится. И да, я понятия не имела что делать с этой историей.
Зато хорошо помнила, что есть кое-кто, кого тоже интересует тайна моего рождения. Поддавшись порыву, я вытащила из тетради лист и, подхватив перо, написала: «Нужно поговорить. Срочно».
Вестник улетел не сразу, и получился каким-то кривым.
А через пару минут посреди аудитории возник Лорд. На нём был красивый, усыпанный рубинами камзол — Алентор выглядел так, словно его выдернули с какой-то важной встречи.
— Что случилось? — хмурый вопрос и прямо-таки испепеляющий взгляд в адрес сидящего рядом со мной Морти. Нет, это всё же ревность.
Сам парень тоже вздрогнул.
— Прости, — сказала я. — Если ты занят, то это подождёт.
— Я не настолько занят. Зачем ты меня звала? Что произошло?
Я встала, быстро запихивая в сумку учебники, тетради и листки, на которых были написаны буквы и слоги.
— Возможно ничего, но у Морти есть история, которую тебе нужно услышать.
Бедный сокурсник аж позеленел от такой подставы, но у меня не было моральных сил, чтобы рассказать всё самой. Откладывать разговор тоже не хотелось — в моём случае это то же самое, что плодить секреты, а я и от предыдущих с трудом избавилась.
Остаться с этими двумя, чтобы прослушать историю ещё раз? На это сил тоже не было.
— Простите меня, — сказала, обращаясь к обоим. — Не могу больше, нужно закончить с переездом. — И уже Алентору: — Морти сам тебе всё расскажет.
И я сбежала. Искренне надеясь, что друг меня не проклянёт!
Я знала, что наш замок как маленькая деревня, но скорость распространения слухов всё равно поражала. В коридоре, под дверью комнаты, меня уже ждали. Иргиль!
Рыжая выглядела… ну так. На лице подобие улыбки, но поза напряжённая, а взгляд как куст терновника.
— Привет. — Я попробовала забыть услышанное несколько минут назад и изобразить беспечность. Кажется получилось.
Но вместо ответа прозвучало:
— Это правда? Ты действительно переезжаешь?
Я кивнула:
— Да. Лорд Алентор распорядился.
— Вот ты шустрая! — не выдержав, воскликнула она.
Я испытала смешанные чувства, и окончательно утвердилась в мысли — нет, подругами мы не будем.
Иргиль вроде и радовалась, да и реплика кажется по делу, но чувствовалась в её реакции некая фальшь. То ли досада, то ли зависть, то ли всё вместе. Если бы не тот случай с моим спасением, я бы вообще не стала с ней разговаривать.
— Поздравляю, — продолжила рыжая. — Это, конечно, невероятное событие. Кто бы знал, что такая простушка может покорить самого Лорда?
— Я переезжаю не поэтому, — попыталась оправдаться я.
Мне не поверили. Это был тот самый случай, о котором я переживала: магический талант — последнее, о чём подумают при переезде юной девушки на территорию зрелого мужчины.
— Молодец! — продолжила Иргиль. — Так держать! Отлично!
Ну что на это скажешь? И как войдёшь в комнату при посторонней, если там, вместо компактного огненного шарика, сидит сладкий пушистый пирожок?
Мне пришлось выскальзывать из цепких рук, говорить о ерунде, шутить улыбаться. Иргиль занималась тем же, но в итоге всё-таки озвучила то, ради чего пришла:
— Ты только подруг не забывай. В гости не напрашиваюсь, но ты-то заходи, если отпустят. Буду держать за тебя кулаки, чтобы всё у вас получилось. Ну, имею в виду с магией. Но если и с лордом Алентором что-то выгорит… Впрочем, кого я учу? Ты, похоже, умнее нас всех!
Все шпильки я пропустила мимо ушей и сказала вежливо:
— Конечно не забуду.
Это была ложь. Мне хотелось забыть Иргиль прямо сейчас. Даже невзирая на ту помощь. Невзирая ни на что!
Есть такие люди — вроде вежливые, в меру тактичные, дружелюбные. Их не в чем обвинить, а ощущения после соприкосновения мерзкие. Словно изваляли в грязи.
Распрощавшись наконец с помощницей Тариуса, я отперла дверь. Состояние после встречи было нервным, поэтому, вместо того чтобы сразу сотворить портал, я позвала:
— Кыс-кыс-кыс.
Огонёк посмотрел как на дурочку, но подошёл, а я… поймала и принялась тискать мохнатую тушку. Как ни крути, а это самое успокаивающее занятие. Прямо сейчас почёсывания и поглаживания были нужнее мне, чем самому Огоньку.
Страж снова млел, почти не вырывался, а когда я насладилась процессом и подкормила его искрами, с трудом удалился в кулон-хранилище. Отправляя его «в домик эрса», я всё-таки надеялась, что насчёт «анабиоза» Алентор преувеличил. Что страж не застынет там в безвременье, а просто поспит.
Ну и да, в итоге я всё-таки создала портал — после перехода вновь очутилась на знакомом балконе. Я просто не знала другой точки выхода, поэтому телепортировалась куда смогла. Причём сделала это дважды — сначала перетащила баул из простыни, а потом тяжеленную каменную дуру, выданную когда-то кладовщицей.
Зато повторять вчерашний подвиг, то есть гулять по покоям Лорда не рискнула. Мне ой как не хотелось снова встретить Сильвуса или Камелиуса. Да и вообще!
Я уселась на мягкую скамейку, которой вчера тут не было, и принялась ждать — почему-то думалось, что меня обязательно обнаружат. Что мои переходы не являются секретом. Что вот-вот явится кто-то и меня заберёт.
Но ничего не происходило — я просто сидела и «любовалась» на сложенные в простыню пожитки. Когда стало ясно, что сидеть так можно до самого вечера, я рискнула. Снова вытащила из тетради лист, написала короткое послание, а потом сосредоточилась, вызвав в памяти образ слуги.
Я очень надеялась, что он тоже маг, и что ему можно написать. Мой вестник действительно исчез, что подарило дополнительную надежду. А спустя несколько минут, на балкон явился слуга — удивлённый, но почтительный, как и утром.
— Леди Ева, — сказал старик с поклоном.
Я вскочила ещё в тот миг, когда он возник в дверях, а теперь сделала книксен.
— Нет-нет, не нужно, — пробормотал слуга, глядя на мою вежливость огромными, перепуганными глазами. — Прошу прощения, что заставил вас ждать. Пожалуйста следуйте за мной.
Тут он подхватил баул, причём сделал это легко, и направился вглубь покоев. Я, в свою очередь, хотела схватить каменное яйцо, но оно было слишком тяжёлым. Поколебавшись, я махнула на бесполезную штуку рукой.
Пусть будет подарком для Алентора — вряд ли ему часто что-то дарят, да и в интерьер балкона яйцо вписывается отлично. В крайнем случае Лорд может принести яйцо лично. Даже спину, в отличие от меня, не надорвёт.
И я поспешила за слугой, причём идти пришлось недолго…
— Это личный этаж его милости, — пояснил по дороге старик. — Но здесь есть обособленные покои, лорд Алентор велел поселить вас в них.
То есть я буду жить на одном этаже с Лордом? Ох, только этого не хватало. Уши резко порозовели — ситуация была щекотливой.
С одной стороны, неловко — порядочные девушки не должны на такое соглашаться. С другой — я вдруг поняла, что старания сестёр и директрисы Илларии прошли даром. Я не настолько порядочная, чтобы просить меня переселить.
Я не возразила потому, что мне стало очень интересно посмотреть, что из этого получится.
Если дело снова дойдёт до воровства трусиков, то… Впрочем, нет. Стоп. Эти мысли с какой-то поразительной быстротой перетекают в мечты.
Алентор.
А… лентор.
Мне вдруг представилось, что снова сижу на столе в каком-то кабинете. Алентор стоит напротив, прижимаясь бёдрами к моим коленям, а его руки лежат на моих ягодицах и обжигают через ткань.
И этот жар не просто будоражит, он возносит на вершину блаженства. Я таю, в груди разливается лава. Я тянусь, обвиваю его шею руками, прижимаюсь теснее… Ощущаю сладкое дыхание, предвкушаю такой пьянящий, такой невероятный поцелуй, и…
Я упрямо тряхнула головой. Но на губах всё равно осталась неадекватная улыбка! Провожатый улыбку заметил, и посмотрел с этаким пониманием. Словно говоря — а как ещё можно реагировать на такого мужчину, как наш господин?
— Ваши покои, леди Ева, — сказал слуга, распахивает одну из дверей. Эта дверь выходила в подобие внутреннего коридора, а сами покои располагались в дальней части этажа и никак не пересекались с той злополучной «общественной» гостиной.
Но я подумала о другом:
— Я не леди, — поправила старика.
Меня окинули долгим взглядом и сообщили без тени иронии:
— Лорд Алентор считает иначе. — Для слуги это был железобетонный аргумент.
Леди, и всё. Я, девчонка из сиротского приюта, чья магия едва не угасла и чьи волосы до сих пор не порыжели — леди. Кто бы мог подумать?
Невероятный поворот судьбы, и будь я действительно только «монашкой», я бы наверняка свихнулась. Просто не выдержала такой перемены, уж слишком резкой она была.
К счастью, кроме памяти нынешней жизни, у меня было кое-что ещё — опыт прошлой и… ворох проблем, которые не позволяли расслабиться.
Вот и теперь… Едва оказавшись в комнате и выслушав сообщение о том, что сейчас ко мне придёт служанка, я переключилась на одну из этих проблем — вновь обратилась к тому самому стеклу.
Оно не изменилось, по-прежнему было горячим и мягким. Я попыталась сначала продавить, а после растянуть и разорвать этот барьер.
Увы. Барьер стал мягче, податливей, однако пускать меня к закрытой части воспоминаний он всё ещё отказывался. Зато такая реакция то ли наложенной защиты, то ли собственной психики, чётко указывала — история, рассказанная Морти, не пустой звук.
— Это не просто так, это не совпадение. — Сказала я вслух, и сердце сжалось.
К счастью, именно в этот момент в комнату постучали, а после моего «войдите!» в покои проскользнула служанка.
Ну что, опять готовимся краснеть? В этот раз за свои нищенские пожитки?
— Доброго дня, леди Ева, — сказала девушка кланяясь.
— Доброго, — ответила я вежливо. И добавила: — Вещей у меня немного, я разберу их сама, и…
— Что вы! Что вы! — перебила служанка. — Как можно? Нет леди Ева, ни в коем случае!
Я могла бы поспорить, но поняла — смысла в этом нет. Я переехала во дворец, здесь другие правила и свои порядки. Бороться с ними всё равно что плевать против ветра — нужна ли мне такая борьба?
Я смирилась. А заодно подумала: раз уж я урождённая маркиза, то может вся эта роскошь тоже как-то повлияет на барьер? Ведь должен он когда-нибудь рухнуть.
Только не уверена, что действительно желаю знать, что скрывает стекло. Не зря говорят, что чем меньше знаешь, тем крепче спишь.
Алентор, лорд Огня
Мор-р-ти. Само это имя вызывало неприязнь, что было, безусловно, неправильно. Неправильно по многим причинам, главная из которых — он юный маг и ученик школы, а я — Огненный лорд. Моя задача учить и, до определённого момента, защищать. Для меня все должны быть равны! Но… Мор-рти.
— Что такого важного ты можешь рассказать? — спросил я сурово, едва дверь за Евой закрылась.
Парень побледнел ещё больше, нервно сглотнул и начал говорить.
Рассказ был сбивчивым, путанным, но чем дальше, тем внимательнее я слушал. Когда адепт закончил, я принялся задавать вопросы — много вопросов! Мне была интересна каждая деталь.
Я желал услышать всё — от фактов, до логических изысканий при помощи которых Морти пришёл к своим выводам. Картина получалась стройная и одновременно непонятная. Что такого особенного могло произойти при исцелении младенца, что так обеспокоило герцогиню Шермскую? Почему она — предположительно! — избавилась от дочери, сдав ребёнка в приют?
А сам герцог? Всё это время он находился в отъезде, но неужели у него не возникло сомнений при возвращении? Он не мог отнестись к исчезновению ребёнка как к чему-то обыденному. Точно не мог.
Его жена искусная лгунья? Или он настолько влюблён, что готов поверить во всё, что она говорит? Она его убедила? Обворожила?
Непонятно.
— Может там имел место иной обман? — вслух предположил я. — Может ребёнка, например, выкрали, а герцогиню убедили, будто он мёртв?
Морти, которому явно хотелось сбежать, пожал на это плечами.
— Женщины после родов не всегда мыслят здраво, — продолжил я. — У них бывают искажения сознания, и они в целом очень уязвимы.
Затем вспомнилось вчерашнее донесение от приставленных к монастырской школе соглядатаев… Некие люди, которые явились к Илларии. Зачем? Для чего?
— А что если… — начал я, и осёкся. Обсуждать подобное с каким-то учеником не имело смысла.
Но что если Еву в этом приюте не бросили, а спрятали? Иначе для чего лгать о возрасте воспитанницы? И зачем врать о том, что девочку нашли в нищенских вещах?
Я прикрыл глаза, припоминая тот разговор с директрисой — она ведь подчёркивала бедность вещей. Повторила то ли два, то ли три раза. При этом лгала. Иллария очень много лгала, потому что дала клятву…
Допустим я прав, и Еву действительно таким чудовищным образом пытались спрятать. Но тогда новый вопрос — от кого?
— Ты свободен, — наконец произнёс я те слова, которых очень ждал Морти.
Парень тут же подорвался и поспешил к выходу, но…
— Стой! — я остановил его уже в дверях.
Когда адепт неохотно развернулся, я веско погрозил ему пальцем. Мои глаза испепеляли.
— Да что вы, ваша милость. — Морти пригнул бритую голову. — Да ни в коем разе и ни в коем смысле! Она ж для меня… ну как госпожа, понимаете? Моя семья семь поколений Шермским служит, какие тут любовные притязания? Никаких!
Я молчал, а он…
— Ева… ну это ж почти святое. Я ни за что! Даже если сама попросит.
Тут я поперхнулся. Вот наглец! Кажется, не зря говорят, что огневики наглые.
— А если вдруг увижу, что кто-то другой клинья подбивает, — продолжил парень, — так я ему по шее. Вот клянусь. Бо́шку сразу откручу!
Заботливый какой. Тоже мне подлиза.
— Если святое, — подал голос я, — то почему ты, на том занятии, спрашивал про свадьбу с маркизой?
Морти аж уши прижал. Пробормотал:
— А вы запомнили?
— Ещё как! — оскалился я.
Парень побледнел, позеленел, снова побледнел… И оказался полным дурнем, потому что признался:
— Я спрашивал на случай, если вдруг Евку защищать придётся. Если понадобится… ну там брак какой, чтоб никто не приставал. Вы ж сами запрещаете к бракованным… ну то есть к замужним приставать. Вот. Значит и сами свои же правила не нарушите.
— То есть ты собирался защитить её таким образом от меня? — Вопрос был риторическим.
Теперь несчастный малограмотный друг моей Евы присел. Хотелось прибить на месте — превратить в мокрое пятнышко, а потом испарить эту жидкость. Но сегодня я был добрый.
— Кыш отсюда, — сказал адепту и открыл портал.
Морти ушёл через дверь, я телепортировался. Причём переместился не к Камелиусу, со встречи с которым сорвался, а в собственный кабинет.
Недолго думая, я отправил Камелиусу вестника с извинениями — Лорд в данный момент общался со своими же чиновниками, а меня просил присутствовать, чтобы послушать и выразить мнение. Но заниматься такими мелочами я сейчас не мог.
Я мерил шагами кабинет, вновь и вновь прокручивая в голове услышанную историю. В какой-то момент в воздухе сверкнула короткая вспышка — очередной вестник, знать бы ещё от кого.
Прикоснувшись к посланию, я определил отправителя и заинтересовался. Это снова были новости от группы, которая присматривала за монастырской школой и Илларией.
Тем двоим, кто отправился за отрядом неизвестных, удалось определить кому те служат. Когда отряд остановился на постоялом дворе, подчинённые мне бойцы прокрались к лошадям и седельным сумкам. Обыскали. Они нашли несколько вещей с символикой королевского дома Виорт.
То есть след вёл в Наарию и, вероятно, к самому королю — Хоргсу… не знаю какой он там по счёту.
— Очень интересно, — процедил я.
Ещё интереснее то, что Хоргса я помнил. И Хоргса, и его отца, и даже деда — увы, люди живут не так долго, как мы.
Король Наарии отличался тем, что не спешил лебезить. Собственно, Хоргс был единственным, кто держался со мной без лишнего подобострастия, и чуть менее почтительно, нежели остальные.
Тогда это не трогало, а сейчас вдруг задело. Почему не лебезит-то?
И при чём тут этот проклятый монастырь?
Ещё я помнил, что Наария находится в одном из самых сложных в плане активности пламени районов. Король платил за защиту больше, нежели остальные, но, опять-таки, не роптал.
Если предположить, что его люди искали в истемской монастырской школе Еву, то… Впрочем, нет. Не сходится. Слишком мало данных, одни загадки.
Но!
— Рано или поздно я всё равно эти загадки разгадаю.
С этими словами я сдёрнул с себя камзол и отправился инспектировать отряд, который стоял на разломе близ Наарии. Что-то давно я в тех краях не бывал. Нужно посмотреть!
Ева
Это были именно покои — несколько комнат, объединённые друг с другом и отделённые от остального пространства. По обстановке они ничем не отличались от прочего этажа.
Первая моя ассоциация — уголок для любовницы. Мгновенно проснулась ревность, и вспышка была такой, что меня аж тряхнуло. Было очевидно, что комнаты возникли не сегодня. Вдруг в них кто-то даже жил?
Но тут вспомнились слова Иргиль о том, что женщины Лорду неинтересны, и утренний разговор в парке. Ни у кого из наших Лордов нет жён или даже невест.
Добрачным целомудрием от Алентора не пахло, тут я иллюзий не питала. Но стоило ли ревновать? Особенно к прошлому?
Разум говорил что нет, и в этот раз я к нему прислушалась. Выдохнула и переключилась на служанку, которая тщетно пыталась сузить свои широко распахнутые от удивления глаза.
Мой гардероб и набор вещей её всё-таки поразили. Однако лезть с советами, как это делала Иргиль, девушка не стала. А я не стала заморачиваться! Зато спросила, хотя вопрос был, в целом, не по адресу:
— Лорд Алентор говорил, что я могу встретиться с подругой, которую он забрал из Истема. Ты случайно не знаешь, мне разрешено покидать дворец?
Конечно, об этом следовало говорить с самим Лордом, но охота была пуще неволи.
— Не знаю, леди. Но можно обратиться к помощнице его милости, она скорее всего в курсе.
Ну вот. Опять.
Опять меня накрыло лавиной очень нехороших эмоций. Эта проклятая ревность выскочила, как чудовище из темноты.
— А помощница…
— Летерия, — подсказала служанка. — Я могу проводить в её кабинет.
— Наверное это неудобно, — пробормотала я. Но желание посмотреть на Летерию было слишком сильным. До зубного скрежета.
Какая она? Как выглядит? И чего от неё ждать?
И мы действительно пошли — глупое решение, но всё же. Я подсознательно рассчитывала познакомиться с этакой надменной леди. Сногсшибательно красивой, ухоженной, тщательно накрашенной и с неприличным декольте.
Но реальность оказалась бесконечно далека от ожиданий. В кабинете, расположенном несколькими этажами ниже, обнаружилась очень немолодая худосочная женщина в брючном костюме и в застёгнутой под горло рубашке.
— Госпожа Летерия, — робко окликнула женщину служанка.
Та подняла голову, отрываясь от кипы документов, и уставилась на меня.
Взгляд был цепким, точным, пронзительным. Несколько секунд, и уголки её губ приподнялись.
— Вы Ева? Верно?
— Ну… — растерянно пробормотала я.
— Очень приятно. — Женщина тут же встала и направилась ко мне. — Я Летерия. Помогаю его милости по разным вопросам. — И мне отвесили короткий поклон.
Я, недолго думая, присела в реверансе.
— Леди Ева хотела спросить про свою подругу, — видя мою растерянность, сообщила служанка.
Сказать, что всё отменяется, что я подожду до прихода Алентора, я не успела.
— Вы про ту девушку без дара? — отозвалась Летерия бодро. — Одну минуту, я уточню.
Как уточню? У кого? И тут она создала вестника… Причём сделала это совершенно не так, как делала, например, я.
Это был следующий, более высокий уровень. Летерия прикрыла глаза, произвела некий заковыристый пасс, после чего в воздухе мелькнуло и растаяло нечто алое. Спустя несколько секунд, в воздухе опять мелькнуло, и женщина подхватила возникший сгусток огненной энергии.
Вновь прикрыв глаза, она резюмировала:
— Лорд Алентор не против. Я вас провожу.
Я растерялась, ситуация была сюрреалистичной. Зачем помощнице Лорда лично вести меня к подруге? Ведь это мелочь, которую можно перепоручить кому-нибудь ещё.
Но Летерия действительно, без шуток, бросила дела и потащила меня в город. Причём мы ушли не телепортом — о, нет.
Мы спустились по лестнице, миновали несколько залов и добрались до одного из боковых выходов. Там дождались коляску, в которую и сели.
— Твоя подруга работает в булочной, — сказала Летерия. — Возможно её рабочий день ещё не закончен, но с хозяином мы договоримся. Без проблем.
Она сказала, а я подумала о том, как сильно упрощается жизнь, если у тебя высокий статус. Ясно, что статус — это не только привилегии, но и ответственность, но всё равно.
— Благодарю вас.
— Рано благодарить, — весело отмахнулась та. — Да и не за что.
Тут на меня снова посмотрели пристально, и я не выдержала:
— На что вы намекаете?
— А на что тут можно намекать?
Речь шла, безусловно, об Аленторе и его отношении. Я ещё ничего не сделала, а мне уже позволено больше, чем любому из огневиков. Этот момент по-прежнему смущал.
Выдохнув, я сосредоточилась на предстоящей встрече, а ещё на самом городе. Я должна была побывать тут вместе с Хартом и компанией, а вышло иначе — я ехала в коляске, в сопровождении личной помощницы Лорда. Неудивительно, что на нас таращились. Посмотреть на странную особу хотели все.
Пока прохожие смотрели на меня, я разглядывала дома и всё, что только могла. За свою нынешнюю жизнь я видела лишь один город — тот, что располагался неподалёку от нашего монастыря. Но он был типичным, обычным для этого мира. Владения Лорда отличались как небо и земля.
Всё иначе. Чистые, вымощенные камнем улицы, красивые дома, никаких зловонных канав и попрошаек. Ничего такого, что заставляет ёжиться и втягивать голову в плечи. Город, в котором… хочется жить?
Понятия не имею, как обстоят дела во владениях Сильвуса и Камелиуса, но Алентор создал для себя этакую утопию. Если город выстроен по образу и подобию подземных, то тут нужно снять шляпу и признать их цивилизацию как более развитую.
Кстати, а вот и театр…
Мы проехали мимо огромного здания, украшенного витиеватой вывеской, и я чуть шею себе не свернула, а Летерия тихо рассмеялась.
— Да, наш город подчас поражает, — сказала она.
Я всё-таки не стала комментировать. Не стала объяснять, что видела города и покруче. Да что там — я видела такое, что местным и не снилось. Чего стоят одни только небоскрёбы из железа и стекла?
Прикусив язык, я вновь сосредоточилась на предстоящей встрече, а когда в воздухе вспыхнул аромат свежей выпечки, на глаза навернулись слёзы. Тэлия. Объективно мы не были подругами — просто соседки. Но как же мне хотелось её обнять!
Встреча превратилась в поток слёз и рыданий. Рыдали обе. Сначала Тэлия, обнаружившая меня перед прилавком, а потом и я.
Когда она начала объяснять про Свэрга, когда выложила всю эту историю, меня пробила настоящая истерика — все те чувства, которые я себе запрещала, наконец вырвались. Даже тот факт, что наместника больше нет, что он уже не причинит вред кому-либо, успокоить не мог.
Касательно Летерии — какое-то время она держалась рядом. Потом усадила нас с Тэлией в кафе и удалилась. Правда снаружи, за витринными идеально-чистыми окнами, теперь маячило несколько плечистых огневиков при оружии. Я не сразу сообразила, что это охрана, и что охраняют меня.
Мы с Тэлией говорили обо всём — вспоминали детство, девчонок, сестёр, наш приютский быт и директрису Илларию. Тэлия трижды рассказала о своём спасении и раз сто вознесла хвалу Пресветлому и Лорду.
— Он не обязан был забирать меня сюда, понимаешь? — горячо шептала девушка. — Не должен был уводить в это прекрасное место. А он забрал!
К слову, «он» к нам тоже заглянул…
Когда стемнело, колокольчик над входной дверью брякнул, и весь мир словно замер. Все посетители, весь персонал кафе, да кажется сам воздух — застыли в этаком изумлённом благоговении.
Алентор же постоял, посмотрел на нас с Тэлией несколько секунд, а убедившись, что всё в порядке, ушёл. Я сама была в таком шоке, что даже не успела его пригласить.
Во дворец я возвращалась поздно, в той же коляске, в сопровождении отряда. Это было так странно и так… пугающе! К чему мне охрана в таком безопасном городе? Особенно в свете того, что я сама магесса и у меня есть эрс.
Ещё одно «кстати» — про эрса.
Волк не спешил возвращаться, кажется угодья Алентора ему действительно понравились. Зверюга объявился лишь после усиленного ментального зова, и…
— И-и-и! — отреагировала на это я.
Я вызвала его, будучи уже в покоях. После того, как извлекла из хранилища сонного, презрительно взирающего на мир Огонька.
Волк явился, и… Ну, собственно, «И-и-и!»
Вместо более-менее компактного животного, рядом нарисовалась этакая туша. До того массивная, что я искренне порадовалась своему переезду — в комнату в общежитии он бы, считай, не влез.
За последние сутки Дикарь увеличился раза в два, и это поражало. Причём боевая мощь была последним, о чём я подумала — первая моя мысль посвящалась Эйнире. Ну что, съела, зазнайка? И это только начало! Настоящее развитие моего волка ещё впереди.
— Ты ж мой хороший, — справившись с эмоциями, выдохнула я.
Волк тут же приблизился и сунул голову — мол, раз хороший, то гладь. Я, конечно, погладила. Потом обняла крепко-крепко и шепнула:
— Ну что? У нас начинается новая жизнь?
— Хрум-хрум-хрум, — ответил на это Дикарь.
Тот факт, что всё действительно изменилось, я осознала лишь утром. Впервые за последние несколько дней я выспалась, а потом мне принесли завтрак — не в постель, но почти.
Та самая служанка заглянула в спальню и сообщила, что стол накрыт. Вместе с её появлением по покоям поплыл пленительный аромат кофе.
К моей великой радости, в момент посещения служанкой спальни, Огонёк мирно дрых под моим одеялом, и нежелательной встречи не случилось. А я поняла, что минусы у переезда тоже есть.
Я теперь не одна — в том смысле, что появились слоги, которые могут проникнуть в любую часть моего пространства. Значит, секретов уже не будет. Впрочем, их у меня и не осталось, кроме одного.
Мой сладкий Пирожок. Что с ним делать? Я помнила слова Алентора об опасности, которую несут в себе стражи, и действительно собиралась разобраться. Но не прямо сейчас.
Как итог, Огоньку было сделано строгое внушение. Прежде чем выйти к завтраку, я разбудила кошака и провела беседу на тему нашего пребывания во дворце.
Я не стала пугать животину пересказом разговора с Лордом, но сообщила, что пока не всё понятно, высовываться крайне нежелательно.
— Мне нужно хотя бы пару дней, чтобы освоиться и разобраться в некоторых деталях, — прошептала я зверю. — Сможешь в это время не попадаться на глаза посторонним? Или лучше спрятать тебя в хранилище?
В хранилище Огонёк не хотел.
Он резко нахохлился и даже зашипел, а потом спрыгнул на пол и забрался под кровать, напоминая, что прятаться он-таки умеет.
— Хорошо. — Я кивнула.
Лорд в эти комнаты точно не зайдёт, а слуги не так уж страшны.
С этой мыслью я оделась и покинула спальню. А сразу после завтрака получила вестника — записка была написана красивым ровным почерком. «Ты готова к занятиям?» — вопрошал Огненный лорд.
Я готова не была, но куда деваться?
Раньше, чем успела ответить на послание, посреди гостиной вспыхнул портал. Подхватив сумку, где лежали только тетради и писчие принадлежности, я шагнула в огненный овал.
В этот раз никаких беседок и романтических трапез — я оказалась в просторном светлом помещении. Большой камин без огня, пара кресел, низкий не очень-то приспособленный для написания конспектов стол.
В одном из этих кресел, закинув ногу на ногу, сидел Алентор и пил воду из хрустального бокала. Увидев меня, Лорд поднялся и отвесил короткий поклон. Я ответила тем же, затем вспомнила о реверансах. Уголки мужских губ дрогнули, мне указали на кресло и велели:
— Присаживайся, Ева.
Я поспешила к нему.
Едва уселась, Алентор сказал:
— Ну что? Немного теории для начала?
По спине побежали неожиданно приятные мурашки. Такие, что я с тоской подумала о магистрах Тослере, Ровзе и Транке — на этих преподавателей я реагировала куда как спокойнее. Я точно смогу усвоить хоть какой-нибудь материал?
Нелогично, но показалось что Алентор думает о том же. А через несколько минут сомнения развелись, потому что речь зашла о действительно интересных вещах.
Лорд вдруг начал рассказывать об устройстве подземного общества — о кланах, об основных законах и порядках. Об иерархии, союзах, коалициях и прочем. В чём-то эти слова откликались — я слышала нечто подобное на уроках истории в прошлой жизни. В чём-то материал был совершенно новым. И стол пока не пригождался — я просто не успевала писать.
Алентор говорил, а я невольно подвигалась всё ближе. Я впитывала каждое слово, а когда речь зашла о Первом Лорде, и вовсе превратилась в слух.
Оказалось клан Первого Лорда истреблён — после того, как самого главу отправили на поверхность, всё пошло не так. Сначала клан проиграл несколько стычек за территории, затем оказался втянут в опасный заговор. С этого началась целая череда ошибок, которые и привели к тому, что клана больше нет.
Первый Лорд ничего не мог изменить — он был слишком далеко, и слишком жёстко привязан к поверхности. Когда вернулся, от клана остался пепел. Пепел и немногочисленные потомки.
— Выжили, в основном, женщины, — пояснил Алентор. — Женщин убивать нельзя.
И так он в этот момент поморщился, что с языка вдруг слетело:
— Есть что-то ещё?
Хмыкнул.
— И да, и нет. — Тяжёлый вздох, и Алентор добавил: — Одна крайне интересная леди. Её зовут Данаралия. Очень хочу с ней побеседовать, но пока не получается.
Лучше бы не спрашивала. Болезненный укус ревности не заставил себя ждать.
Данаралия? Надеюсь, она не слишком красивая?
А если красивая, то… надеюсь не в его вкусе?
А если всё-таки во вкусе, то… Стоп.
Я тоже сделала глубокий вдох, а потом вспомнилось поместье. То самое, разрушенное, расположенное по соседству с поместьем семьи Наонграса. Ведь если портал, который перенёс меня в подземный мир, создан Первым Лордом, то и поместье должно принадлежать ему?
А ещё подумалось вот о чём:
— Ты из Правящего клана. Твой клан не может пострадать от того, что ты находишься здесь? Ну, как пострадал клан Первого Лорда?
Алентор отрицательно качнул головой.
— Для клана моё отсутствие неприятно, но терпимо. Разумеется, меня уговаривали передать жребий кому-то другому, но…
— А его можно передать? — изумилась я.
— Можно. — Собеседник кивнул. — Можно было передать тогда, можно и сейчас, но я не желаю играть с высшими силами. И не хочу обрекать одного из сильных соклановцев на изгнание. Жребий указал на меня, значит мне здесь и быть.
Благородно? В теории да. Разумно? А вот насчёт разумности можно поспорить. Однако вступать в философские и околополитические дебаты я не стала. К тому же время, отведённое под теорию, подошло к концу.
Наступила пора практики, для чего Лорд телепортировал нас во двор — на площадку возле одной из казарменных построек. Тут стояли потрёпанные, видавшие виды мишени.
— Как насчёт каскада огненных шаров? — хмыкнув, спросил Алентор.
Он предлагал проверить полученный вчера навык. Мне тоже было интересно, потому что после той необычной передачи знаний, я чувствовала себя специфично.
Стоило подумать о каскаде, как внутри появлялась этакая стальная уверенность. Мне очень хотелось попробовать заклинание в деле. Обманывают ощущения или всё-таки нет?
— Ну, давай.
Выдох, кивок, и тело само перетекло в нетипичную для меня стойку. Я непроизвольно расслабилась и, обратившись внутрь себя, призвала пламя. Огненные шары начали срываться с ладоней с невероятной скоростью, и это действительно был каскад.
Поток, лавина, нескончаемый шквал!
Первую мишень снесло. Вторую — тоже. В процессе уничтожения третьей из казармы вывалилась толпа стражников, а Лорд скомандовал:
— Довольно.
Я, конечно, остановилась. Но!
Небо, как же это круто! Как невероятно здорово иметь вот такой навык!
Стражники тоже впечатлились — лица сильно вытянулись. Я же развернулась к Алентору в намерении вцепиться мёртвой хваткой и потребовать — ещё!
Ещё знаний. Ещё навыков. А то, что у огненного народа запрещено использовать такой метод для обучения магии, роли не играет. Ведь мы не внизу, а на поверхности — так какой смысл что-то там соблюдать?
Мне очень нужно научиться! Я должна! Я…
— Даже не мечтай, — легко прочёл мои мысли Алентор. Прочёл и рассмеялся.
Его милости очень польстила моя реакция, он выглядел сейчас до того довольным, что возникло желание стукнуть.
Но я, конечно, сдержалась. А может просто не успела? Ведь стоило Лорду успокоиться, как я услышала:
— Отлично. Теперь объясню тебе азы огненного лезвия.
И началось…
Никаких тебе сгустков магии, никакой закачки информации сразу в мозг и тело, а лишь старый добрый метод «самостоятельной работы». Короткая теория, первая неудачная проба, вторая, третья… Уже не вытянутые, а очень даже весёлые лица стражников, и огненные лезвия, которые напоминают скорее леску, чем клинок.
До мишени ни одно из моих лезвий не долетело. А Лорд в какой-то момент привычно завис и выпал из этой реальности. Он просто стоял рядом и дышал… Дышал мной?
Я не сдавалась. Вновь и вновь воспроизводила нечто абсолютно непохожее на огненную сталь и швыряла в сторону раскрашенных щитов. Наконец, Алентору надоело.
— Занимайся, Ева. Практикуйся. Пробуй, — сказал он хриплым голосом. А сам отступил и шагнул в телепорт.
Я осталась одна, в компании десятка стражей. Минут через десять мужчины устали наблюдать за моими потугами и приблизились, чтобы помочь.
На меня снова вывалили теорию, затем пошли ценные указания как именно надо делать, но толку всё равно не было.
— Практика, леди Ева, — повторяя напутствие Алентора, в итоге сказал самый старший. — Вам поможет только практика.
Угу. Я уже поняла.
Обедала я опять-таки у себя, в своих покоях. Ела под щебетание служанки, которая говорила о полезных, в общем-то, вещах.
Но я сглазила. Ну либо в моём случае «Иргиль» — это не столько человек, сколько некий метафизический образ, который послан за грехи мои тяжкие. Карма, от которой не убежишь.
Служанка, как и помощница Тариуса в своё время, была глубоко шокирована моим гардеробом. Теперь она пыталась тактично в этом вопросе помочь.
Речь шла о необходимости вызвать портниху и сапожника. И пусть вопрос личных денег по-прежнему оставался открытым, а сидеть на шее у Лорда не хотелось по многим причинам, артачиться я не стала. Просто моё желание независимости начало переходить в степень абсурда, и я это поняла.
Алентор не виноват, что я стукнутая, а краснеть за мой внешний вид придётся всё-таки ему, ведь он господин и светоч.
Неприятно, но я решила так: однажды, когда стану настоящей магессой, я все эти затраты отработаю. А сейчас, как ни печально, придётся пожить в долг.
Стоило подумать о деньгах, как вспомнилась и книга — после обеда я села за переписывание «старинного фолианта». Символы по-прежнему были чуждыми и сложными для восприятия, но я старалась. А в процессе письма, словно в качестве насмешки, воздух передо мной вспыхнул, и из него выплыл квадрат вестника.
Послание зависло перед самым носом, а я потянулась и взяла.
Первое прикосновение позволило считать отправителя — им оказался Олтаринус. Только разобрать текст я, разумеется, не смогла.
Письменность огненного народа оставалась недоступна, а любопытство грызло. К тому же невежливо игнорировать второе письмо подряд, и раз так…
Взяв новый лист, я написала на нашем, на человечьем: «Олтаринус, привет. К сожалению, плохо разбираюсь в исконной письменности. Ты мог бы написать на другом языке?»
Несколько секунд, и вестник улетел по нужному адресу. Потом браслет, выданный Алентором, неожиданно потеплел, но тут же остыл.
Я уставилась на тонкую стальную полоску в непонимании — это что сейчас было? Неужели меня снова пытались телепортировать, но напоролись на защиту?
Не успела я вернуться к копированию листа, как перед носом вновь завис вестник. Я взяла его, и…
«В смысле не разбираешься в исконной письменности⁈» — это была не строчка, а крик!
— Мм-м, — протянула я вслух. Моё признание явно удивило.
Но дальше — больше: «Хочешь сказать, анс запрещает тебе изучать исконную письменность? Ева, как такое возможно? Что вообще происходит? Как ты? Где ты? С тобою всё хорошо?»
— Мм-м…
Подхватив перо, я написала на том же листе: «Всё отлично. Анс Алентор ничего мне не запрещает, он замечательный. Просто так вышло, что…» Тут я сбилась, не зная, как продолжить.
Выдумать некий удар по голове, который вызвал частичную амнезию? Или редкую особенность головного мозга, которая сильно усложняет обучение? Или приплести какие-нибудь бунтарские принципы? Ну, из числа тех, что позволяют мне «красить волосы» в «неестественный» цвет?
Только я не знала, насколько это логично с точки зрения огненного народа, да и врать не хотелось. Поэтому поступила проще — решила с неудобной темы соскочить.
Я продолжила:
«Неважно почему так вышло. Я сейчас восстанавливаю этот навык, но на человеческом общаться проще. Кстати, спасибо вам огромное за эрса! Он так напитался и так подрос! Я…» — и я добавила несколько строк о ерунде. Писала общие, позитивные, но ничего не значащие фразы.
В конце поинтересовалась: «Я знаю, что анс приходил в поместье к родителям Наонграса, надеюсь у вас всё в порядке? Он не сильно злился?»
Ответом на это послание стало: «Ясно. Рады, что всё у тебя хорошо, но мы беспокоимся, Ева».
И уже другим почерком, хотя отправителем значился всё тот же Олтаринус: «Мы понимаем, что Правящий клан всемогущ, но если нужна помощь — скажи».
От такого заявления я прибалдела. Пришлось повторить: «У меня правда всё хорошо, обращаются отлично. Просто, когда я исчезла прямо с занятия, все занервничали. Надеюсь, скоро будет возможность встретиться с вами снова, не нарушая дисциплину. Мне самой почти не влетело за тот случай. Анс Алентор, как обычно, был добр и справедлив».
На этом переписка закончилась, однако вернуться к копированию книги так и не получилось. Внезапное беспокойство мальчишек оказалось заразительным, моя паранойя тоже заёрзала — кажется или эти парни вообще не видят берегов?
Судя по мыслеобразам, которые передал эрс, Алентор в момент общения с подростками был, мягко говоря, страшен. После такого у троицы должно было отбить всякую охоту общаться с непонятными девицами «из Правящего клана», а они наоборот.
Ещё и беспокоятся.
Парни говорили, что стационарный портал, установленный в заброшенном поместье, активируется только с этой стороны. Но вдруг эти трое, в силу возраста и горячности, всё-таки сумеют включить и «обратную активацию»? Что если, в поисках меня, явятся в школу? Или выкинут какой-нибудь другой финт?
Стоп. А что, если дядя Дайтарона объяснит юным огневикам, кто я в действительности такая?
Как они отреагируют, если узнают, что «Евалантана» — чужачка, которая водила их за нос? Что тогда?
Настроение резко испортилось.
Вторым поводом нахмуриться было воспоминание о Сильвусе. Я непроизвольно задумалась о том, насколько непонятно повёл себя этот Лорд.
Он видел меня внизу, в подземном мире, в компании своего племянника. Затем встретил здесь, попутно выяснив, что я обычный человек. При этом притворился, будто ничего не произошло.
Зачем Сильвус это сделал? Почему?
Ну и главный вопрос — а чего от Сильвуса, учитывая вот такое странное поведение, вообще ждать?
Теперь моя паранойя прямо-таки разбушевалась, и переписывание стало совсем уж невозможным. Захлопнув книгу, я отправилась к зеркалу… Затем подхватила сумку и телепортировалась в щколу — время занятия у Дарктэса как раз подходило к концу.
Точкой выхода из портала я назначила тренировочную площадку, и едва не получила в лоб огненным шаром, а народ… В общем, я угодила из огня да в полымя — как говорили в прошлой жизни. Моё появление вышло слишком эффектным, я и не вспомнила, что о моей способности строить порталы известно только Морти. Для остальных это была внезапность и шок.
Добавить сюда переезд во дворец и перевод на индивидуальное обучение у самого Лорда… В общем, когда дружная оторопь спала, шаром мне всё-таки прилетело. Кто-то не выдержал и «наградил».
Боли не было, ожогов и подавно, но внутри всколыхнулась обида.
Кажется, меня признали выскочкой. Кажется, хорошим отношениям с однокурсниками конец.
Зато тут же прозвучало приятное:
— Эй! Харэ! Я щас сам кого-нибудь швырну! Так швырну, что…
— Морти, успокойся, — рявкнул на это Дарктэс.
Друг, конечно, замолчал, но успокоиться не смог — у него аж вены на шее вздулись. Дарктэс, глядя на это, поморщился. Потом обратился ко мне.
Магистр стоял в десятке шагов. Он заговорил о том, что нельзя появляться так внезапно, тем более на траектории полёта магических снарядов. Логично, разумно, только я, считай, не слышала. Меня опять переклинило на эту его слизь.
Я не вошла, меня буквально вышибло в состояние концентрации. А дальше — как во сне.
Вот я подхожу к Дарктэсу, а тот, видя моё неадекватное состояние, замолкает. Смотрит хмуро, спокойно, но с долей обязательной для преподавателей надменности. Мол, ваше «близкое знакомство» с Лордом не даёт никаких преимуществ, для меня это ерунда.
Он замолкает, а я не выдерживаю! Ещё и слизь эта… она же словно копошится! Раньше я не замечала, а теперь вижу этот момент очень чётко. Моя рука тянется к его лицу, а потом я касаюсь изуродованной кожи, хватаю слизь и тяну на себя.
Субстанция неприятная, вязкая, только сопротивляться моему намерению она не может. Я снимаю первый кусок — тот, что был на лице, — и испепеляю призванной огненной искрой. Всего одна искра, и эта штука вспыхивает, как горстка тополиного пуха — раз, и нет.
Глаза Дарктэса становятся очень круглыми. Только опомниться он не успевает — моя рука опускается ниже и буквально впивается в его бок. Там рана больше и глубже, она скрыта слоями одежды, но для меня эта зелёная гадость прямо на поверхности.
Я сдёргиваю её и снова сжигаю — в этот раз приходится отступить, чтобы магистра не задело вспышкой огня.
И вот когда этот второй, чрезвычайно большой сгусток невидимой обычным зрением слизи сгорел, меня отпустило. При этом шатнуло так, что я едва не упала, а где-то рядом прозвучал голос Морти:
— Евка! Держись! Я иду!
А следом ещё одно:
— Стой, адепт. Я сам. — И голос не очень-то приятный.
Лишь когда меня, уже не падающую, подхватили сильные руки, я осознала кто именно это сказал.
Сильвус.
Сильвус здесь?
Сам факт появления «чужого» Лорда на территории нашей школы вызвал целый шквал нехороших эмоций. Я попыталась вывернуться, но мужчина оказался невероятно сильным.
— Лорд Сильвус, — пришёл на выручку Дарктэс. Голос магистра прозвучал сдавленно. — Благодарю за помощь, но это лишнее. Лорд Алентор будет здесь с минуты на минуты, вам лучше… отпустить его личную ученицу.
— Тебя не спросил, — отмахнулся Лорд.
Я понимала, что Дарктэс сейчас не в лучшем состоянии, но преподаватель держался. Адепты пребывали в ещё большей растерянности. Сначала моё резкое появление, затем ситуация с Дарктэсом, а теперь ещё и взявшийся непойти откуда «чужой» Лорд.
Впрочем, лично мне это «непойми откуда» объяснили:
— Как я удачно зашёл, — шепнул Сильвус в ухо. — Надеялся встретить тебя в школе, и вот, встретил. Удача ко мне благосклонна.
Удача благосклонна, а я — нет.
Я снова попыталась вырваться. Сильвус был слишком близко, я ощущала тяжёлый аромат его парфюма и жар мужского тела, который мне не нравился. Очень не нравился! Категорически! И я, словно утопающий, вцепилась в слова Дарктэса о том, что вот-вот здесь появится Алентор.
Впрочем, первым на помощь пришёл кое-кто другой.
Яркая алая молния, прорезавшая пространство, и на брусчатку выпрыгнула серая мохнатая громадина с оскаленной пастью. Услыхавший мой ментальный вопль Дикарь, был не в духе. Пасть и глаза зверя резко наполнились огнём.
Бедные адепты отскочили — все, кроме одного. Морти, остановленный возгласом Сильвуса, стоял сейчас в неестественной позе. Словно раздумывал что всё-таки делать — бежать ко мне, чтобы поддержать, или поверить инстинкту самосохранения и отступить.
— Р-р-р! — сказал Дикарь, и руки Сильвуса разжались.
Лишь теперь я заметила, что браслет Алентора снова стал тёплым.
— Р-р-р! — эрс прыгнул вперёд. Не нападая, но пугая, и давая понять, что нападение очень даже возможно.
— Тш-ш, — отозвался Сильвус, поднимая руки. — Спокойно. Ты ведь знаешь, что я сильней.
Всё, я не выдержала:
— Вы сильнее, но Дикарь может призвать Эйниру. — Конечно я блефовала. Я понятия не имела, способны ли эрсы общаться друг с другом, и есть ли дело той фифе до моих проблем.
Но, кажется, сработало.
Впрочем, со стороны Сильвуса это был не страх — скорее благоразумие. Зачем вступать в схватку, если можно её избежать?
Тут подумалось — что если Сильвус сильнее не только моего эрса, но и волчицы Алентора? Или причина спокойствия в том, что у дяди Дайтарона тоже есть эрс, которого можно призвать?
Как бы там ни было, битва закончилась. Перебранка вроде тоже.
Сильвус отступил ещё дальше и, коротко поклонившись, сказал:
— Прошу прощения, леди Ева. Я оказался здесь случайно и не хотел вас пугать. Мои намерения были самыми добрыми. Уверен Алентор меня не осудит.
— Я…
Я не успела сказать, Огненный лорд просто исчез. А через секунду я поняла, что была не единственной, кто блефовал — Дарктэс тоже слукавил.
Магистр выглядел так, словно его огрели чем-то тяжёлым, даже на ногах держался с трудом. Он сделал сложный пасс, подобный тому, что я видела в исполнении Летерии, и в пространство улетел вестник. Именно после этого вестника вспыхнул телепорт и появился Алентор.
— Что случилось? — сурово бросил он.
— Ну… — выдохнул Дарктэс. — Как тебе сказать…
Алентор, лорд Огня
Моя интуиция снова сошла с ума, и опять невовремя. Я попытался заглушить чувства, но это не помогло.
Тогда я поднял ладонь, останавливая доклад офицера, который говорил о ситуации на малом южном разломе и, откинувшись в кресле, принялся анализировать.
Как показала практика, прошлые «вспышки» были отнюдь не беспочвенны. Пока я отмахивался от внутренних ощущений, одна ученица влипала в самые невероятные авантюры. А что теперь?
Белый день за окном. Ева должна быть либо во дворце, либо в школе. Всё. Куда-либо ещё она не сунется. Точно не сунется! Не настолько глупая, чтобы не понимать — прибью!
Она должна быть в безопасности. Плюс браслет, который блокирует принудительные телепорты и разного рода воздействия. Артефакт подаст сигнал, если жизни и здоровью Евы будет что-то угрожать.
Но артефакт молчал, а значит причин для беспокойства не было. Это говорила логика. Душа наоборот металась, требовала немедленно, прямо сейчас, перейти к Еве и убедиться, что с девушкой всё хорошо.
И я хотел, но стоило вспомнить её глаза, волосы, губы, как меня накрыло горячей волной желания. Того самого, почти непреодолимого, от которого я фактически сбежал утром. Личная ученица — это очень приятно, но находиться рядом с монашкой долго я не мог.
Я терял контроль. Впадал в ненормальное состояние. Единственное чего мне хотелось — прижать её крепче и целовать до тех пор, пока не скажет «да».
Впрочем нет, слова меня не устраивали. Мне требовалось «да» в виде протяжного хриплого стона. Такого, после которого разум окончательно отключается, причём у обоих. Я жаждал видеть Еву в том же состоянии безумия, в котором перманентно находился сам.
Но адептка всегда держалась спокойно, а я наоборот плавился. И я не успел отойти от последнего раза. Бежать к ней? Да я просто не сдержусь! Я…
Мои сомнения оборвал вестник от Дарктэса. Короткая вспышка, сгусток магии, прикоснувшись к которому я уже без раздумий применил телепортацию. Секунда и переход.
Я настраивался на образ Дарка. Меня ожидаемо выбросило в школе, но то, что я там увидел…
— Что случилось? — рявкнул я.
— Ну, как тебе сказать… — отозвался Дарк.
Объяснения были очень нужны, но и без них кровь резко вскипела. Тренировочная площадка, толпа первокурсников, Ева и злющий до полыхающей пасти эрс.
— Что, пламя вас всех пожри, здесь произошло! — уже не прорычал, а пророкотал я.
Миг, и вместо ответа послышалось властное, от Дарктэса:
— Адепты, свободны. Бегом отсюда!
Первокурсники замерли статуями. Пришлось и мне добавить:
— Вы что оглохли?
Вот теперь ученики вняли. Очень скоро на площадке не осталось никого лишнего, если не считать одну сильно раздражающую меня персону.
— Мор-рти, — прошипел я. — Тебе нужно особое приглашение?
Крепыш-увалень потряс головой и заявил:
— Я никуда не пойду.
Что значит не пойдёт? Что значит…
И тут за парня заступилась Ева. Заступилась в буквальном смысле — загородила собой.
— Да что здесь… — ещё больше разозлился я, но осёкся, ощутив нечто странное на магическом плане.
Концентрация, быстрый взгляд по сторонам, и я замер в ошеломлении.
Дарктэс. Его искорёженная, изорванная аура выпрямлялась. Жёсткие блоки, которые находились в левой половине тела, исчезали буквально на глазах. Уровень магической силы плавно, но неумолимо возрастал. Дарк восстанавливается. И это, учитывая уровень ранений, было невозможно.
— Как? — мой новый, адресованный магистру вопрос.
А вместо ответа короткий кивок на Еву.
— Та-ак… — Я понял, что ещё немного, и у меня мозг взорвётся.
Монашка пожала плечами.
— Там была такая штука… — сбивчиво сказала она. — Очень неприятная, она меня раздражала. Я не знаю, что на меня нашло, я просто не выдержала.
— Что ты сделала?
— Убрала эту штуку. — Ева потупилась и сжалась, словно ожидая что её будут ругать.
То есть не поняла, что сделала? Что ж объясню… когда сам разберусь.
— Что за штука?
— Слизь, — сказала адептка едва слышно.
— Подробнее!
И она действительно принялась объяснять.
Это звучало невероятно, прежде я с таким не сталкивался. Ранение, проклятие, которое я видел, как разрывы и узлы, предстало перед Евой в совершенно ином виде.
Слизь. Надо же. Но самое удивительное — она смогла это проклятие убрать.
Я сделал шаг к девушке, потом ещё один. Смотрел, и никак не мог поверить.
Впрочем, ситуация с проклятием оказалась не единственной, и на этом хорошие новости закончились.
— Хм, — прокашлялся Дарктэс, который пребывал в ещё более ошеломлённом состоянии, чем я. — Тут лорд Сильвус приходил…
Я замер. Что?
— Что? — вопрос уже вслух.
— Лорд Сильвус, — повторил магистр.
Я взял паузу чтобы осмыслить, внутри резко поднялась буря. Вопроса «зачем он явился» не возникло. У меня был другой — какого всепожирающего пламени он пришёл?
У нас нет запретов на перемещения. Нет запретов на посещение территорий друг друга. Более того, до недавнего времени нам было нечего делить! И до недавнего времени мы не вваливались в чужие школы, кстати. Но теперь…
Сильвус искал встречи с Евой, и делал это на моей территории, хорошо понимая, что мне это не понравится. Понимал, но явился! Воспользовавшись тем, что не нарушает никакой закон.
Он ничего не нарушил, и мне даже предъявить ему нечего. Но Сильвус должен понимать, что в случае повторного вторжения, мы очень сильно поссоримся. Очень. Спустить сегодняшнюю выходку я ещё могу, но следующую — нет.
— Яс-сно… — я опять перешёл на шипение. — Ева! — Крутой разворот и попытка не утонуть в её глазах. — Во дворец, немедленно.
И да, тот факт, что клановый браслет не сработал, тоже понятен. Сильвус не хотел и не пытался причинить девушке вред.
— Во дворец, — повторил я.
И наткнулся на неожиданную преграду:
— Прошу прощения, ваша милость, но у нас занятие. — Девица опустила голову.
Что? Опять?
Лишь Первородному огню известно, каких сил мне стоило усмирить себя. Я перешёл в очень опасное, очень шаткое состояние потери равновесия.
Но сделал глубокий вдох, перебесился и нашёл неожиданный выход:
— Напомни-ка, чему ты учишь Морти?
Парень стал красным, как спелое яблоко, а Ева продолжила разглядывать свои ботинки. Дарк, в свою очередь, удивился — о том, что у парня какие-то проблемы, он не знал.
— Грамоте учу, — пробормотала Ева. — Чтению, письму и счёту.
— Для тебя это важно? — уточнил я на всякий случай.
— Конечно, — ответила девушка. — Я обещала и должна помочь.
Ясно. Что ж. Чтение, письмо и счёт. Я призвал магию.
Что именно я сейчас делаю, поняла только моя леди. Она очень удивилась — до невозможности! Даже приоткрыла рот в явном намерении остановить, но я был неумолим.
Долгая напряжённая пауза, косой взгляд на Морти, кое-какое дополнение, и в увальня полетел сгусток чистейший магической энергии.
— Возьми и прими, — приказал я. Глаза парня превратились в два пятака.
Он починился, протянул руку… Как и в случае с Евой мне пришлось повторить:
— Прими. Просто прими.
— Я принимаю, — дрожащим голосом пробормотал адепт, и магия растворилась в теле.
Проверки здесь не требовалось, но я хотел продемонстрировать Еве, что всё хорошо и в её помощи уже не нуждаются:
— Есть какая-нибудь книга?
Книга нашлась. Следующим моим приказом, обращённым к Мори, стало:
— Читай.
И он, конечно, прочитал. Выглядел при этом так, словно череп распирает сильное давление, и глаза вот-вот выскочат наружу. Адепт не верил. Дарктэс, который сталкивался с подобным методом обучения впервые — тоже. А вот Ева неожиданно загрустила… Только не говорите, что в случае этого увальня её интересовал не результат, а процесс!
Что она огорчена тем, что причина мотаться в школу исчезла. Что ежедневные встречи с Морти важнее, чем… Впрочем хватит о плохом.
Новый очень глубокий вдох — справиться с приступом ревности было тяжелее, чем с нестабильностью магии. С этим пора заканчивать.
— Сейчас возвращаемся во дворец, — обращаясь к монашке, распорядился я. — А о вашей дружбе поговорим позже.
Девушке хватило ума кивнуть и, вынув из рук изумлённого Морти учебник, подойти ко мне.
Следующая моя реплика адресовалась Дарку:
— Вечером зайдёшь. Посмотрим, что там с твоей магией.
Магистр низко поклонился, и мы расстались. Я увёл эту ходячую катастрофу в безопасное место, осыпая безмолвными проклятиями всех и вся.
Ева уникальна, поразительна, и уже стала лакомым кусочком. Сильвус знает, что Ева спускалась на исконные территории, изначально принял её за одну из нас. Но мне не сказал! Не задал ни одного вопроса, а сегодня, значит, искал встречи.
Это плохая ситуация — очень плохая. Я должен разобраться в тайнах адептки как можно скорее. И завоевать её сердце, потому что… собственное сердце уже потерял.
Ева
Невзирая на пережитый стресс, во дворец я вернулась в состоянии абсолютного спокойствия. Я выдохнула, расслабилась, и пришла к выводу, что всё, в общем-то, хорошо.
Проблемы конечно есть, и Сильвус этот непонятный, но причины для паники отсутствуют. Вон, даже Морти грамоте обучился — теперь, после такого-то вмешательства, придётся ему быть отличником. Иначе никак.
Дикарь телепортировался вместе со мной и, провожаемые строгим взглядом Алентора, мы проследовали в покои.
Затем я аккуратно выгнала служанку и, добравшись до спальни, рухнула на кровать. Эрс устроился на полу, его пасть и глаза стали нормальными. Непойми откуда выпрыгнул бухтящий Огонёк — страж присоединился к нашей компании. Только пол ему не нравился, поэтому огненный кошак развалился рядом со мной.
Так мы и лежали. Каждый думал о своём, а я так вообще уснула. Проснулась от аккуратного стука и оклика сквозь дверь:
— Леди Ева, ужин через полчаса.
Я была убеждена, что всё повторится. Что ужинать буду в одиночестве, под щебет служанки, но стоило выйти в гостиную, как я удостоилась пристального взгляда и предложения:
— Позвольте я сделаю вам причёску?
— Зачем? — Я удивилась.
Вот тут-то и выяснилось, что есть буду не одна.
В этот раз стол накрыли на другом балконе — он располагался ближе к моим комнатам, и совсем уж далеко от той злосчастной гостиной. В момент моего появления, Алентор стоял у парапета — я увидела широкие плечи, красивый профиль и гриву огненно-рыжих волос.
Меня почувствовали. Обернулись и подарили улыбку.
— Добрый вечер, — сказал Лорд, и моё сердце подпрыгнуло. — Проголодалась?
Вопрос сложный.
И да, и нет. Есть мне не хотелось, а проголодалась я в другом смысле — очень соскучилась по Алентору. Мой голод был связан с дистанцией, которая между нами была.
— Позволишь? — Алентор подошёл к столу и отодвинул для меня стул. Эта его галантность стала почти привычной.
Но жест всё равно вогнал в краску, а ноги начали стремительно слабеть. Я приблизилась, села. Огненный лорд устроился напротив и наполнил наши бокалы чем-то тёмным и фруктовым.
— Что тебе положить? — Он кивнул на многочисленные тарелки и блюда.
— Да я сама…
— Нет.
Итог? Выбор делал Алентор, и он оказался очень даже интересным. На моей тарелке появилась горстка салата, несколько ломтиков жареной рыбы, печёные овощи и что-то ещё.
— Я столько не съем. — Это было кокетство. И, главное, глупое — я вообще не поняла, зачем это сказала.
Но ответ Алентора был в том же непонятно-нелогичном духе. Ну как мне показалось:
— Магия огня требует много сил. Ешь.
И мы приступили к трапезе. Сначала молчали, сосредоточившись каждый на своей тарелке. Я не выдерживала и бросала на Лорда короткие взгляды, но и он занимался тем же. Когда наши взгляды пересекались, хотелось то ли зажмуриться и не видеть, то ли отрастить крылья и взлететь.
Когда первый, отсутствовавший в моём случае, аппетит был удовлетворён, Лорд заговорил, и тема оказалась, в общем-то, ожидаемой.
— Ты уже поняла, почему Сильвус проявляет к тебе такой интерес? — спросил этот будоражащий мою душу мужчина.
— Удивился тому, что я была на исконных территориях, а теперь здесь? Не понял, как так получилось?
Собеседник отрицательно качнул головой.
— Это тоже, но главное — твоя магия слишком похожа на нашу. Именно поэтому Сильвус не узнал в тебе человека при первой встрече.
— Но при чём тут интерес? — не поняла я.
— Знаешь, почему у Лордов нет спутниц? Почему мы редко интересуемся человеческими женщинами? Почему большую часть своей жизни мы… ну можно сказать, соблюдаем воздержание.
Кончики моих ушей вспыхнули.
— Нет, не знаю.
Объяснение оказалось специфичным.
— Потому что не тянет. Здесь, на поверхности, много красавиц, но эта красота не имеет ценности, не вызывает отклика, потому что нет магии. А твоя магия настолько созвучна нашей, что не заметить тебя просто нельзя.
Я отвела глаза, сознавая сказанное, и наполнилась противоречивыми чувствами. С одной стороны, мне сделали комплимент и намекнули, что Сильвус не единственный, кто меня «заметил», а с другой…
— В поле и жук мясо?
— Что? — не понял Лорд.
— Есть такое выражение. Не важно, — отмахнулась я.
Алентор прищурился, а я прикусила губу, чтобы справиться с собой. Я сейчас на правах «единственной девушки в мире»? А будь нас больше, обо мне бы вообще вспомнили?
И если на интерес Сильвуса плевать, то внимание Алентора… Оно для меня важно.
— Почему загрустила? Я сказал что-то неприятное?
Я подчёркнуто улыбнулась и тряхнула головой.
Я не собиралась загоняться — нет и ещё раз нет. И вообще не о том думаю. У меня тут магия, созвучная магии самих Лордов, а я о каких-то симпатиях.
Впрочем, всё равно следует прояснить:
— То есть я понравилась Сильвусу как женщина?
— Скорее всего. Камелиуса тоже зацепило, но он ещё не понял.
Алентор выразительно замолчал, а я, усилием воли, выбросила из головы эту тему. Мысли вообще перепрыгнули на абсурдное:
— Получается в теории я могу претендовать на роль четвёртого Лорда? Ну то есть Леди?
Лицо собеседника вытянулось. А через миг он широко улыбнулся:
— В теории можешь. Но уверена, что тебе это нужно?
Быть правительницей вообще-то не хотелось, но…
— А почему бы нет?
Вот теперь Лорд захохотал — не оскорбительно, а очень даже весело. Я понимала причину этого веселья, править пусть небольшим, но народом — то ещё удовольствие. Это море времени и сил. А ещё нужны ресурсы, компетенции, умение выстраивать команду и так далее. А уж если добавить сюда разломы и прочие вспышки подземного пламени, за которыми нужно присматривать…
— Ладно, — сказала я примирительно. — Шучу. Я человек, а мы живём куда меньше, чем вы. Я просто не успею достигнуть вашего уровня магии. Состарюсь и умру гораздо раньше.
Лорд веселиться перестал.
— Тут ты ошибаешься. Продолжительность нашей жизни обеспечивает именно магия. Те представители огненного народа, чей уровень магии минимален, живут немногим дольше, чем люди.
— Хочешь сказать, что я почти бессмертна? — это было открытие открытий.
— О бессмертии речи не идёт, но, судя по всему, ты проживёшь не меньше, чем я.
Любопытно. Я пригубила бокал с соком, переваривая информацию.
Это что же получается? Я погибла в своём мире и возродилась здесь с шансом прожить очень долгую жизнь? Интересно зачем. Может это какое-то предназначение свыше?
— Более того, — продолжил Алентор. — То, что произошло сегодня с Дарктэсом… Ева, я очень сильный маг и повидать успел многое, но тот уровень исцеления, который ты показала, уникален. Он говорит о таком потенциале, который, вероятно, не снился даже Правящему клану.
Поразительные слова. Я задумалась, но ответить было нечего.
Зато имелся вопрос про магистра:
— Та слизь как-то плохо на него влияла?
Алентор отодвинулся и подарил пристальный взгляд.
— Ты сама не поняла, что сделала, — сказал он. — Ты исцелила неисцеляемое. Я встречался с Дарком полчаса назад, его магия, от которой из-за ранения остались крохи, стремительно восстанавливается. Ты вернула в строй очень сильного бойца. До ранения Дарк был одним из командующих моими отрядами. Он был одним из лучших!
Я снова не знала что сказать.
— У меня есть предположения о природе твоей силы, — продолжил Алентор. — Но информации очень мало, и я желаю разобраться. Завтра я собираюсь посетить герцогство Шерм, Ева. Если хочешь, я готов взять тебя с собой.
Ну вот, у меня снова закружилась голова. Опять привиделся барьер, который оставался всё таким же тугим и горячим. Говорить, что барьер изменился, я не стала — не посчитала это важным.
В том же, что касалось герцогства и моих предполагаемых родителей, я, в действительности, не хотела с ними видеться, не хотела выяснять, но…
— Разумеется, я пойду.
Лорд словно почувствовал мои сомнения. Он кивнул очень медленно, словно размышляя не стоит ли забрать предложение обратно.
Мы снова вернулись к еде, и лишь теперь я обратила внимание на одну деталь. Нога Алентора. Всё это время она прижималась к моей ноге под столом.
Этот момент вызвал шквал эмоций. Я даже покраснела — и Лорд точно это видел. Он вдруг расслабился, его улыбка заиграла иначе. Мне вежливо подлили сока, затем подложили на тарелку очередной ломтик рыбы.
А потом прозвучало совсем уж неожиданное:
— Кстати, о деньгах. Незадолго до моего знакомства со Свэргом, мне поступило письмо и богатые подарки — как выкуп за одну девушку, которую очень просили вернуть «опекуну». Речь шла о тебе.
— Но у меня нет опекунов, — опешив, пробормотала я.
— Не важно. Выкуп прислал Свэрг.
Я удивилась ещё больше, а Алентор добавил:
— Я велел продать эти дары, сумма получилась внушительная. Это твои деньги, Ева. Сегодня вечером тебе занесут сундук.
Что?
Я уставилась изумлённо. В голове вообще не укладывалось. Потом вспомнился Морти с его словами про богатство, которое липнет, а ещё… Ещё Тэлия, директриса Иллария и приютские девчонки.
Я понятия не имела, о какой именно сумме речь и по-прежнему очень хотела обзавестись собственными деньгами, но всё-таки не таким образом. Если Свэрг что-то посылал в намерении исполнить угрозу и забрать меня у Огненного лорда, то…
— Я могу передать эти деньги приюту?
Алентор поднял на меня недоумённый взгляд.
Видимо вспомнил о том, как я выпросила себе подработку у Тариуса, как объясняла про финансовую независимость и прочее. На этом фоне отказываться от денег было действительно странно.
Но!
— Так можно? — с нажимом уточнила я.
— Разумеется. Но я не очень понимаю.
— Иллария хотела продать меня Свэргу, чтобы починить крышу, купить дров и приготовиться к зиме. Пусть девочки… Им нужнее. — Я выдохнула и добавила: — Не хочу, чтобы у Илларии были причины отдавать других воспитанниц на сомнительные работы. Пусть, заключая контракты, она думает не о деньгах, а о девчонках.
— Думаешь это сработает? — помолчав, спросил Лорд.
Уверенности не было, но я кивнула. Сколько бы ни было в том сундуке, приюту это нужнее. Уж в чём, а в растратах нашу директрису заподозрить невозможно. Так пусть распорядится этой внезапной прибылью.
— Хорошо, Ева. Я передам.
Невзирая на всё напряжение и пугающие новости, прозвучавшие за ужином, в комнату я вернулась с неадекватной улыбкой. Я пыталась не смеяться и не строить иллюзий, но это было выше моих сил.
Просто, когда серьёзные темы закончились, Алентор начал говорить о ерунде. Он шутил, смотрел пристально, а его нога под столом не просто не отлипала от моей, а прижималась вплотную. Я же, невзирая на подсознательное желание казаться приличной, даже не пыталась этих прикосновений избежать.
Я просто сидела и делала вид, что ничего не происходит. Улыбалась Алентору даже вопреки тому признанию, которое расстроило полчаса назад.
Ну да, я единственная «подходящая» девушка в округе. Да что там в округе — на всей земной поверхности!
Но ведь подходящая. К тому же — а с чего я всё-таки взяла, что меня бы не заметили, окажись рядом другие? Когда у Алентора появилась метка жребия, у него не было ни невесты, ни даже возлюбленной. А ведь он жил всё это время внизу — там, где «подходящих леди» полно.
У него был огромный выбор, я не первая, кого он встретил, и раз так…
Впрочем, тоже не важно. В этот вечер интересовало лишь то, что меня аккуратно, тактично, но обольщали. А после ужина проводили до дверей покоев, поцеловали руку и сказали хрипло:
— До завтра, Ева.
Прозвучало так, что в голову закралась совсем уж неприличная мысль.
Мы живём на одном этаже, и Алентор, в отличие от меня, вряд ли запирает дверь своей спальни. Так что если мне прийти к нему, и… А вот дальше то самое «И-и-и!» и алые щёки. И мысли о том, какая я, оказывается, пошлая. Особенно учитывая тот факт, что у меня не было опыта интимных отношений даже в прошлой жизни.
Да, я была странной по меркам своего времени. Многие подруги меняли парней как перчатки, и к постели относились как к чему-то обыденному, а я не могла.
Брезговала. Не считала нужным. Всё ждала того мужчину, при взгляде на которого мои внутренние барьеры рухнут, и всё станет неважным. Человека, которому захочу отдаться, не думая ни о чём.
И вот этот мужчина в мою жизнь пришёл.
Но я не знала, как он отнесётся и… да, боялась. Я пришикнула на себя, запихнула эту смелость подальше, и стала готовиться ко сну.
Перед тем как лечь, переписала несколько абзацев книги, а когда забралась-таки под одеяло, из воздуха вынырнул вестник. Я была убеждена, что это от мальчишек-огневиков, но реальность оказалась потрясающей.
Прикосновение к огненному квадрату, и я аж подпрыгнула:
— Морти?
Схватив вестника, я развернула бумагу, а там…
Алентор, лорд Огня
Герцогство Шерм, ну что ж.
Я ждал Еву в коридоре, возле двери её покоев. Стоял и бездумно разглядывал стены. Наконец послышался щелчок.
Дверь открылась, а моё сердце на мгновенье замерло — монашка не стала излишне прихорашиваться ради встречи с предполагаемыми родителями, она выглядела как обычно, и была прекрасна.
Сколько девушек я повидал за свою жизнь, но такой притягательной не видел никогда.
— Доброе, — горло перехватило короткой внезапной судорогой, голос резко охрип, — утро.
— Доброе, ваша милость, — отозвалась Ева, приседая в реверансе.
— Мы снова на вы? — удивился я.
Девушка отрицательно качнула головой. Невзирая на внешнее спокойствие, она нервничала, что неудивительно. Но это стало поводом для вопроса:
— Ты точно хочешь пойти в Шерм? Может я сам?
Она заявила, что пойдёт обязательно. При этом смутилась и уточнила не найдётся ли для неё плаща.
Плащ. Такая мелочь! Простейшая деталь гардероба. Почему Еве до сих пор не вызвали портниху, ведь я распорядился? И почему она, будучи ещё адепткой школы огня и зная о возможностях, не заказала себе ничего?
Ах да, у неё же странное отношение к деньгам. Наивная девчонка полагает, будто способна разорить самого Лорда — вот же фантазия!
Или думает, что я могу выставить некий счёт за эти траты? Заявить, что девушка мне что-то должна?
Если последнее, то где и когда я успел заработать репутацию мелочного жмота? Что-то не припомню, как и с кого просил что-то взамен.
Приблизившись к Еве, я навис над ней, и адептка пробормотала:
— А может и не надо плаща.
Но нужная вещь, конечно, нашлась. Пурпурный шёлковый плащ одолжили у Летерии, на это ушло ещё несколько минут — пока слуги бегали в приёмную.
Всё это время я стоял максимально близко к Еве и размышлял о её вчерашних словах про равнозначность нашей магии и то, во что это, в теории, могло бы вылиться.
Три Лорда и одна Леди. Вчера я посмеялся, подобное показалось глупостью, ибо управлять землями и людьми — это не цветочки нюхать. Такого «счастья» я хрупкой девушке не пожелаю. Но, если забыть про вот такие административные сложности, то да, вероятнее всего.
Опять вспомнилась чокнутая Данаралия со своим заявлением. «Однажды среди людей появится тот, кто сможет управлять подземным пламенем наравне с нами…» Ну, собственно, вот. Появилась! И я только за. Поделиться властью — не проблема. Но по-прежнему хочется понять, как именно это произошло.
— Готова? — едва моя леди застегнула плащ и накинула капюшон, вопросил я.
Ева кивнула.
После этого я возродил в памяти полученные от Летерии координаты герцогского замка, и сотворил портал.
Переход. Мы очутились на мощёной дороге, перед опущенным подъездным мостом. Увидели высокую оборонительную стену и многочисленные вычурные башни. Замок был выстроен в поздние эпохи — не просто укрепление с узкими бойницами, как защита от врага, но и дворцовая эстетика. Было видно, что на резиденцию Шермских никто никогда не нападал.
У моста дежурили стражники и, увидав нас, сначала растерялись.
Минутой позже, когда рассмотрели мою одежду, когда начали догадываться кто именно явился «в гости», растерялись ещё больше. Среди вояк началась паника. Я же положил руку на плечо Евы и скомандовал:
— Ждём.
Разумеется, гостям вроде нас не обязательно, да и не положено стоять на входе, но я не слишком гордый, по крайней мере сегодня. Пусть опомнятся, позовут хозяина, а уж потом окажут все почести. Мы не спешим.
К тому же это ожидание было отличным поводом продолжить общение с одной слишком притягательной леди.
— Ты сегодня как-то особенно задумчивая, — сказал я. — Беспокоишься из-за этой встречи?
Ответ был немного неожиданным:
— Да, но не только.
— Что ещё?
Ева, которая старалась спрятать под капюшоном лицо, хмыкнула. А потом прозвучало:
— Ты передал Морти больше знаний, чем я думала.
Я нахмурился.
— Чтение, письмо, счёт и создание вестников. Что ещё?
Знание о вестниках, с одновременным знанием о способе создания канала, я вложил в дурную голову адепта для того, чтобы Ева не бегала к нему по любому поводу. Пусть лучше переписываются. Их дружба меня, конечно, бесит, но глупо лишать Еву возможности общения. Для неё важен этот бритоголовый здоровяк.
Ева вздёрнула подбородок и ответила:
— Язык огненного народа.
Я напрягся. В каком смысле? Причём тут…
Миг, и до меня дошло. Исконный язык родной для меня, первостепенный, я не разделяю его с человеческим. При передаче знаний даже не задумался, что нужно как-то выделить человеческую часть. Я передал всё.
Я посмурнел, а Ева… Моя леди смотрела с претензией. Девушка, которая отказывалась заказать для себя лишнее платье, хотела знаний. Ну что? Молодец. Платья изнашиваются, а знания остаются.
— И тебя научу, — попытался не рассмеяться я. — Обязательно.
— Когда?
Я пожал плечами, даже не скрывая намёка. Во мне таки проснулась жадность, я молчаливо спрашивал — а что получу взамен?
— Алентор…
Новая, уже менее удачная попытка сдержать смех. Платьев не надо, а знание исконного она прямо-таки требует? Ну всё, я распознал твою слабость, Ева!
— Я не собирался обучать Морти исконному, но раз так вышло, буду считать это знаком свыше.
Ева поджала губы, сверкнула глазами, и я снова спросил:
— Что?
Ответ опять-таки удивил. Вместо нового требования обучить её языку, Ева рассказала о неугомонности своего друга. Оказывается, тот факт, что ему теперь известен язык огненного народа, Морти обнаружил в момент, когда проходил через большой зал.
Там колонны, испещрённые символами — они стоят со времён Первого Лорда. Читая слова, выбитые на колоннах, Морти вспомнил тот случай с низшим элементалем и, пользуясь тем, что язык элементалей, в общем-то, является производной от того же исконного, расшифровал сказанное тогда в подвалах.
В силу абсолютного скудоумия — не иначе! — адепт поспешил поделиться открытием с подругой.
— Элементаль сказал, что я враг и подлежу полному уничтожению, — хмурясь, выдала Ева. — И это не просто «убить», речь шла о том, что уничтожена должна быть сама душа.
Врать, утверждая, что всё вообще не так, я не стал. Просто вздохнул и уже собрался объяснить, что нет причин бояться, что Ева под защитой, у элементалей нет шансов.
Но не успел:
— Ты злился, что у меня были от тебя секреты, но сам не лучше.
Странное обвинение. Вообще-то я — Огненный лорд, правитель, а она просто ученица. У меня нет причин делиться такой информацией, это же очевидно.
Поэтому я ответил:
— Это другое, Ева.
Она аж подпрыгнула. Словно на больную мозоль наступил.
— Ева, — позвал я ласково. Не улыбаться не мог, она возмущалась так мило. К тому же был во всём происходящем этакий элемент мести. Так и подмывало спросить: теперь понимаешь, насколько неприятно было мне?
— Ева, я сильнее и опытнее тебя. Я знаю, что делаю. Мои тайны — это действительно другое.
Умом она это явно понимала, а вот сердцем…
Зато я нашёл вторую слабость моей адептки — любопытство. Ещё один крючок, за который можно её зацепить.
От увлекательного исследования этой укутанной в пурпурный плащ девушки меня отвлекло движение у замковых ворот — к нам спешили. Быстро, периодически спотыкаясь, к нам шагал высокий плечистый мужчина в дорогом камзоле, и одного только взгляда хватило, чтобы определить кто это такой.
Герцог Шермский. Морти не наврал, когда сказал о сходстве — оно было поразительным.
Ева натянула капюшон ещё ниже, а я придвинулся и обнял адептку за плечи. Собственное тело отреагировало на это прикосновение бурно, но задело другое — Ева дрожала. Её колотило, и я понимал почему.
Она росла в приюте, считала себя сиротой, а тут живые, здоровые родители, которые от неё отказались. И сделали это не из нужды, не из бедности. Не уверен, что найдётся причина, способная их оправдать.
Впрочем, лично я оправданий не искал. Мне требовалась информация, и только.
А Ева… Утешу. Укрою и спрячу от всего мира. Если понадобится, если она попросит, сотру в порошок и Шерм, и Истем, и весь континент.
Ева
Я понимала, что не имею права предъявлять претензии Лорду, но сдержаться не получилось. Нет, я-то и без всяких подсказок догадывалась, что элементали жаждут моей смерти, но контекст заставил содрогнуться. С некоторых пор меня в принципе очень задевала тема «душ».
А ещё язык этот исконный… Когда Морти написал, что понимает какие-то странные символы, меня аж подбросило. После этого я переслала ему скопированный лист книги, и парень его перевёл.
Мы обменивались вестниками до самой полуночи, а в финале я отправила ему отпечатки узоров браслета — может расшифрует? Сам браслет тоже достала и осмотрела… Здесь, во дворце, я хранила его в прикроватной тумбочке, вместе с дневником.
Помнится когда-то дневник был для меня великой ценностью, а теперь я к нему не прикасалась. Но когда полезла за браслетом, невольно пролистала и зависла над записями ещё на пару часов.
В дневнике было так мало, и так много. Утром мне предстояла встреча с людьми, которые, вероятно, являются моими родителями, и меня била дрожь.
Я смогла успокоиться, но уже тут, в Шерме, когда из замковых ворот вышел статный мужчина в дорогой одежде, меня словно лавиной накрыло. Не будь рядом Алентора, который обнял за плечи, я бы точно сошла с ума.
Мужчина шёл очень быстро, постоянно спотыкался. Лицо было бледным и красивым, и таким, что тест ДНК нервно отдыхал в стороне.
Отец. Вот только мой ли? Или этого биологического тела?
Я по-прежнему не была уверена, что хочу знать всю подноготную, но твёрдо решила пройти этот путь до конца.
— Ваша… — выдохнул мужчина приблизившись, — … милость.
Он согнулся в глубоком поклоне, а Алентор даже не кивнул.
— Герцог Шермский, как понимаю? — вопрос Лорда прозвучал прохладно.
— Всё верно, ваша милость, — отозвался мужчина. — Ройм Тирн Шермский. Я бесконечно польщён вашим визитом. Позвольте пригласить вас в замок и предложить своё гостеприимство?
— Позволяю, — по тону Алентора было ясно, что о попытке произвести хорошее впечатление речи тут не идёт. — Мы ненадолго. И нам бы хотелось познакомиться с вашей семьёй.
Герцог побледнел ещё больше, бросил короткий взгляд на меня — хвала капюшону, этим его интерес и ограничился. Но непонимание, которое испытывал Ройм, было почти осязаемым.
— Пожалуйста, прошу вас, — он указал на мост.
Нам предстояла довольно долгая прогулка. Я не понимала, почему Алентор, при его-то возможностях и статусе, телепортировался к замку — мы могли сразу оказаться внутри, для магии это не проблема.
Впрочем сейчас, шагая сначала по мосту, а затем по узким проходам и через мощёный булыжником двор, я была благодарна. Это была передышка, которая помогала прийти в себя.
Шермский, что логично, нервничал. Огненные лорды не проявляют интереса к простым смертным, даже если это короли. Подобный визит был нонсенсом, герцог не понимал, как относиться и что думать.
Он благоразумно молчал, но в какой-то момент не выдержал:
— Великий Лорд, прошу прощения, могу ли я узнать причину вашего визита?
— Позже, — отмахнулся Алентор. Как ни странно, но в эти минуты он занимался исключительно мной.
За плечи уже не обнимал, но крепко держал за руку. Поглаживал мою ладонь большим пальцем, словно убеждая — всё будет хорошо.
Это действительно успокаивало, только внутри всё равно бушевал шторм. Я вновь и вновь возвращалась к вопросу об «отцовстве». Если я родилась в этом теле, то всё очевидно — Шермский отец и никак иначе. А если речь о подселении, могу ли его обвинять?
Я не знала. Разум ворчал что-то невразумительное, а душа упрямо твердила — как бы там ни было, а эти люди избавились от младенца, и это неправильно. Неправильно обрекать маленького, беззащитного человека на такую жизнь.
Приют — это приют, а семью никто не заменит. Думать о том, что меня бросили, тоже не хотелось. Но я не могла.
Уже в дверях самого замка, когда поднимались по ступеням парадной лестницы, я повернула голову и заметила кое-кого ещё. Здесь, во дворе, собралась челядь, которая прослышала о важном госте — в столь закрытом пространстве новости разлетаются в момент.
Люди жались к стенам, стараясь не привлекать лишнего внимания, но этот мужчина был слишком колоритным. Огромный, в простой тёмной рубахе, с обритой налысо головой. Здоровяк с бычьей шеей и такими знакомыми глазами… Тест ДНК вновь отошёл в сторону, признавая, что здесь справятся и без него.
Отец Морти буквально пожирал Лорда глазами. Смотрел так, что я даже дёрнула Алентора за руку и кивком указала на здоровяка. Огненный Лорд увидел, и… страдальчески закатил глаза.
То, как он это сделал, заставило улыбнуться, а вот сам Алентор… Я, признаться, не ожидала.
— Подождите, — сказал Лорд, обращаясь к Шермскому.
И тут же крикнул к здоровяку:
— С ним всё хорошо. Ваш сын обучается магии, делает успехи. Уже освоил грамоту, готовится стать лучшим учеником на курсе. И всё сам, всё сам. — В последней фразе прозвучало столько ехидства, что захотелось пихнуть Лорда в бок.
Зато отец Морти этих оттенков не заметил и расцвёл невероятной улыбкой.
— Благодарю, ваша милость! — крикнул в ответ. — Да продлит Пресветлый ваши дни! Да дарует вам великое счастье! И хорошую жену!
— Угу, — буркнул Алентор, и мы продолжили путь.
Едва переступили порог и очутились в холле, ноздрей коснулся запах, который показался знакомым. Эти стены, эта в меру строгая и одновременно роскошная обстановка… у меня закружилась голова.
Остатки сомнений развеялись прахом — помнить раннее детство кажется невозможно, но в этом месте я точно бывала.
Несколько минут суеты, забегавшие слуги, и нас повели в парадную гостиную. Она была просторной, нарядной, с изумительными гобеленами по стенам.
Я по-прежнему прятала лицо, зато Шермский немного отошёл от шока и заинтересовался моей персоной. Впрочем, сложно не замечать девушку, которую держит за руку сам Лорд.
— Прошу, присаживайтесь, где вам удобно, — предложил герцог.
Алентор выбрал диван, где можно устроиться вдвоём — моя рука так и осталась в его ладони.
— Позволите предложить напитки, закуски? — демонстрируя радушие, спросил Ройм.
В этот раз Алентор отказал. Зато напомнил о своём желании увидеть семью, и его заверили, что домочадцы уже спешат. При этом герцог напрягся ещё больше.
Переживает? Разумно. Тут даже камень занервничает, не то что человек.
Дополнительный повод дёргаться — отсутствие светских разговоров. Когда Ройм попробовал заговорить о чём-то незначительном, Алентор, не церемонясь, попросил замолчать.
Мы сидели в тишине. Ждали. А потом в гостиную вошли две юные девушки и двое мальчишек, все дети — маленькие копии Ройма. Последней шагала изящная светловолосая женщина, при взгляде на которую моё сердце превратилось в бьющий по наковальне молот.
Я потеряла связь с реальностью, звуки исчезли, свет померк, а я вновь оказалась перед барьером. Потянулась к нему, даже не сомневаясь, что именно сейчас случится. И действительно — то, что совсем недавно было тугой горячей резиной, превратилось в мыльный пузырь.
Одно касание, и плёнка лопнула, а меня закружило словно в водовороте. Меня вновь, будто на аркане, тянуло сквозь пространство. Но теперь я слышала звуки:
— Спасите мою девочку, доктор. Умоляю, спасите Эву, — шептала какая-то женщина.
— Не волнуйтесь, маркиза. Всё будет хорошо.
— Моя девочка… Она не дышит…
— Не мешайте, маркиза. Это сложная магия.
— Магия? Какая магия? Разве…
— Это уникальная методика, посланная нам самим Пресветлым. Замолчите. Я должен сосредоточиться.
И маркиза — видимо в тот момент у четы Шермских был другой статус, — действительно замолчала. Ну а я…
Я ощутила удар. Меня буквально швырнуло в нечто тёплое, но уже остывающее. Тело?
— Моя дочь, — уже не слова, а похожий на шелест ветра шёпот.
— Ваша дочь будет жить. — И уже мне: — Ну же. Живи!
Миг, и ощущения поменялись. Я почувствовала боль. По глазам ударил свет, включились рефлексы — но я не могла совладать с этой плотью, руки и ноги не слушались. Не в привычном смысле.
Вдруг где-то очень близко заплакал младенец, и все прочие звуки смолкли. А я не сразу признала, что младенец — это я.
— Моя дочь… Эва…
— Ваша, — произнёс мужчина, которого я видела очень смутно. Я различала только свет и тень, мужчина был тёмным пятном. — Душа не успела отойти от тела. Нам удалось её вернуть.
Он врал, причём осознанно!
Я различила эту фальшь. Даже не помни я момент аварии и то, как меня поймали, я каждой клеточкой ощущала, что это тело чужое. Не моё. И я здесь одна, нет никакой другой души.
Всё-таки не зря меня то и дело терзали подозрения о подселении — я не ошиблась. Каким-то образом мою душу поместили в тело умершего несколько минут назад младенца.
— О, доктор, вы смогли совершить невозможное, — прошептала женщина.
— Вы даже не представляете, насколько это было невозможно, — хмыкнул он.
Прозвучало жёстко, надменно, а меня подхватили на руки. Само тело ещё помнило запах матери, я ощутила волну тепла, только легче всё равно не стало.
Я продолжала кричать, но даже сквозь крик расслышала разговор:
— Я выполнил свою часть сделки, теперь вы. Поклянитесь, маркиза. Вы так и не дали кровную клятву.
— Я не нарушу своё слово. Я выполню всё, что вы скажете.
— Поклянитесь.
— Клянусь!
— Не так.
Странная беседа.
Тем не менее, мне удалось понять о чём говорят, и в чём проблема. Мужчина требовал за спасение младенца особую цену, выполнение некоего условия — при этом само условие он озвучивать не стал. А маркиза, невзирая на все потрясения, не спешила обещать незнакомцу непойми что. То есть она обещала, но кровную клятву не дала.
Маг приступил к спасению жизни до того, как маркиза поклялась — ребёнок умирал, время истекало. Но теперь она тем более отказывалась произносить слова, которые нерушимы. А он нервничал и, видимо, не зря.
Наконец он не выдержал и всё-таки выдвинул условие:
— Я спас вашу дочь, но через пятнадцать лет я её заберу.
— Что? — выдохнула женщина ошеломлённо.
— Я даю вам пятнадцать лет. Это не так уж мало, учитывая, что она должна была умереть сегодня. Когда ей исполнится пятнадцать, я вернусь. Ваша дочь будет жить в другом месте и, уверяю, её доле позавидуют многие. Мой хозяин, я… мы подарим ей такое могущество, о котором не могут мечтать даже короли.
Прозвучало страшно. Очень страшно.
— Но…
— Молчите! — перебил он жёстко. — Я спас, и теперь она наша. Мы заберём её в любом случае, поэтому не делайте глупостей. Наслаждайтесь материнством, у вас достаточно времени.
На этом разговор оборвался, странный «доктор» обратился к кому-то другому:
— Ты! Собери здесь всё.
Послышались звуки возни. Умей я различать что-то кроме света и тени, я бы решила, что кто-то собирает вещи, использованные для ритуала.
Меня прижали к груди. Я ощущала биение сердца маркизы Шермской и её тихую панику. Когда посторонние покинули спальню, а мы остались одни, паника не прекратилась.
Что происходит? Куда я попала? Ещё несколько минут, и восприятие начало притупляться, память о прошлой жизни по-прежнему была со мной, но…
Моя душа уверенно сливалась с этим крошечным, новорожденным телом. Кто такой младенец? Маленький человек, которому только предстоит стать большим. Неразвитая нервная система, незрелый мозг, неумение держать голову, хаотичные движения.
Абсолютная беспомощность.
Чистые инстинкты.
Я понимала, что скоро забуду и своё прошлое воплощение и этот, услышанный случайно разговор.
Наверное так и происходят реинкарнации. Душа приходит в новое тело и со временем забывает всё, что знала. Вот только… Я пришла в это тело не добровольно — меня притащили и привязали. Принудительно подарили новую жизнь. А когда мне, вернее этому телу, исполнится пятнадцать лет…
Я не видела мужчину. Не могла считывать его жесты и мимику, но, когда он говорил о могуществе, в комнате витало что-то очень нехорошее. Опасное. Злое!
Маркиза тоже это почувствовала.
— Не бойся, Эва, — прошептала она. — Не бойся, маленькая. Никому я тебя не отдам.
Алентор, лорд Огня
И всё-таки она почувствовала. Стоило герцогине Шермской переступить порог гостиной, как её взгляд приковался к Еве, и… ну, собственно, всё.
Невзирая на капюшон, который, объективно, скрывал не так уж много, леди всё поняла. Сильно побледнев, она приложила руку к сердцу и начала оседать на пол. Женщину вовремя поддержала одна из дочерей, и уже потом подскочил герцог.
Ну что ж, отлично. Лишнее доказательство тому, что версия Морти верна.
Ева тоже потерялась — к счастью, ненадолго. В то время, когда герцогиню усаживали в кресло, несли воду и обмахивали веером, моя «монашка» сидела в оцепенении. Я крепче сжал её руку, а когда Ева отмерла, посмотрел вопросительно. Адептка отрицательно качнула головой. Что ж, после поговорим.
И я обратил всё внимание на герцогиню.
— Полагаю, детей можно отпустить, — произнёс спокойно. — Я увидел достаточно.
Двое девушек и двое мальчишек тут же покинули помещение. Они были обеспокоены, но неважно.
— Я хочу знать, что случилось восемнадцать лет назад.
Леди судорожно вздохнула, герцог встал за её спиной, положив руку на плечо в качестве поддержки. А я добавил:
— Настоятельно рекомендую говорить правду.
Но лгать мне не собирались. Клятв, запрещающих говорить, никто из этих двоих тоже не давал.
Герцог был в курсе всего, но слово взяла герцогиня. Для начала она признала, что восемнадцать лет назад, в этом замке, у супружеской четы родилась дочь.
Старый герцог находился в отъезде. Ройм, который на тот момент носил титул маркиза, тоже. Молодая мать осталась один на один со своей бедой — младенец был слаб, по всему выходило, что он не выживет. Она стала приглашать докторов. Слушала каждого, кто обещал помочь.
Но доктора оказались бессильны, маркиза впала в отчаяние, и тогда на пороге замка появился странный мужчина. Он был неприятным и пугающим, но молодая мать согласилась пообщаться и с ним.
Этот человек появился в критический момент, маркиза поняла, что терять ей уже нечего. В качестве платы незнакомец попросил некую услугу, которую объявит позже, и требовал кровную клятву, но молодой женщине удалось этой клятвы избежать.
Младенец умирал, и тогда мужчина провёл странный ритуал…
— Он расставил по всей комнате какие-то кристаллы и стал что-то шептать, делал что-то руками, — объясняла герцогиня, — и позже назвал это магией. Но я такой магии прежде не видела. Я знаю магию огня, воды, воздуха, а вот такое… Это было что-то странное, что-то не то.
Зато в результате ребёнок ожил. Незнакомец продолжил настаивать на кровной клятве, но женщина чувствовала, что это неправильно — она так и не поддалась на уговоры. Тогда странный доктор объявил, что через пятнадцать лет вернётся и заберёт Эву — так назвали девочку.
— Если б вы слышали, как это прозвучало! — воскликнула женщина. — Если б вы видели в этот момент его глаза!
Незнакомец ушёл, а герцогиня решила не паниковать, дождаться мужа. Но с каждым днём ей становилось всё страшнее, она понимала — мужчина не лгал.
Он действительно вернётся и действительно заберёт. В слова про некое могущество для дочери герцогиня не поверила, она была убеждена, что ребёнку грозит страшная опасность. И что не будет никаких пятнадцати лет, ребёнка могут отнять в любой момент.
— Я до сих пор леденею, когда вспоминаю об этом, — голос герцогини охрип, её душили слёзы. — Это был страшный человек! Очень страшный! И я приняла решение…
— Избавиться от ребёнка? — не выдержав уточнил я.
Герцогиня дрогнула, Ева тоже. Да и герцог покачнулся — судя по всему, то решение жены застигло его врасплох.
— Не избавиться, а спрятать, — подтверждая одну из моих версий, ответила леди. — Ради того, чтобы спасти её жизнь. Я не могла позволить, чтобы её забрали. Только не этот человек, не его Хозяин. Ей грозила смертельная опасность. Я должна была…
Голос леди дрожал, плечи тоже. Мать Евы находилась на грани истерики, но сочувствовать ей я не спешил.
Я желал разобраться. Могущество говорите? Какой-то хозяин?
В том же, что касается «магии» — мне очень не понравился описанный ритуал. Даже при том, что «живых» схем я не видел.
— Они бы её нашли и забрали, если б я не спрятала, — повторила герцогиня. — Я была вынуждена… Я…
— И вы отнесли ребёнка в Истем? В приют при монастыре?
— Куда? — на лице женщины отразился испуг.
Я напрягся, ожидая новой тайны — будто их и так на мою голову мало.
— Истем? Приют? Я была убеждена, что её отдали в хорошую зажиточную семью.
Отлично. Прелестно. То есть она не знала? Но как такое возможно?
— Понимаете, я… Я не знала, — подтвердила леди. — Не хотела, знать, чтобы не выдать ненароком убежище Эвы. Я боялась, что меня будут преследовать. Что за мной следят. Опасалась плена и допросов.
Я снова не выдержал, но в этот раз обратился к Ройму:
— Следили? Преследовали?
К моей полной неожиданности герцог Шермский кивнул.
— После того, как о смерти дочери стало известно, к нам приходили. Все эти годы за нами ведётся слежка. Мы вынуждены тщательно охранять всех своих детей.
Хм…
— Они поверили, что Эва умерла, — пробормотала герцогиня. — Но за нами всё равно наблюдают. Это очень могущественные люди.
— Мне даже пришлось обратиться к нашему монарху с просьбой о защите, — добавил герцог. Это была не жалоба, не обвинение, просто констатация факта.
Мне же вспомнился король Наарии. Он могущественный? По меркам людей — вполне.
— Хорошо. Но как тогда младенец оказался в Истеме? — спросил я. — Как именно вы его «прятали»?
— О… — герцогиня отвела взгляд.
Оказалось, уже будучи в столице, молодая женщина отправилась в храм Пресветлого в надежде на чудо. Она просила Создателя о помощи, и тот услышал. В храме она познакомилась с женщиной, которая и предложила спрятать ребенка так, что никто не найдёт. Речь шла о другой семье.
Тут-то маркизе и вспомнились настоятельные требования кровной клятвы от неведомого «доктора». Прежде, чем заплатить огромные деньги за услугу, она взяла с этой женщины клятву. И обязала её получить клятву с тех, кому будет передан ребёнок.
По возвращении мужа, маркиза рассказала ему обо всём. Правду о «смерти» наследницы знали лишь эти двое.
Под конец рассказа герцогиня разрыдалась, Ройм тоже утирал слёзы. А я сжимал руку Евы, пытаясь хоть как-то её поддержать.
Моя леди была спокойна, но я подозревал что всё ещё впереди. Слишком тяжёлые новости. В том же, что касается остального… Похоже за Евой действительно охотятся, только это мало что объясняет.
Причины. Догадки уже есть, но причины по-прежнему не ясны.
— Есть что-то ещё, верно? Что-то, о чём вы умолчали? — требовательно вопросил я.
Герцогиня перестала плакать и посмотрела затравленно. Сначала на меня, потом на Еву. Адептка так и не сняла капюшона, словно отгораживаясь от трудного разговора, но герцогиня хотела видеть… Очень хотела. Ева словно почувствовала. Сделав глубокий вдох, она наконец стянула с головы шёлк.
В эту секунду захотелось выставить барьер между нами и четой Шермских. Семейная драма, пронесённая сквозь годы. Не люблю такие моменты — все эти слёзы, горечь и боль.
Особенно при том, что ничего уже не изменить. Было и прошло. Нужно жить дальше.
Только чтобы моя Ева жила счастливо, необходимо знать, о чём недоговаривает герцогиня.
— Это важно для её будущего, — продолжил я. — Как понимаете, я могу защитить вашу дочь от любых преследователей. Но я должен знать всё.
Очень долгая пауза. Герцогиня снова рыдала. Сидела, закрыв лицо руками и поливая слезами расшитую золотом ткань.
— Говорите, — требовательно повторил я.
— Эва, девочка моя… Моя. Я…
И мы наконец узнали:
— Через несколько дней после того, как Эву вылечили, я стала замечать странное. Я не говорила никому, даже Ройму сказала не сразу. Долгое время я считала это каким-то сумасшествием, помутнением рассудка, но клянусь, после той «магии» Эва изменилась. Она стала другой. Я смотрела на неё и понимала, что это не моя дочь. Подмены быть не могло, всё происходило при мне, но… как будто другой человек. Понимаете? Словно саму душу подменили.
— Другая душа? — переспросил я.
Женщина кивнула. Но её мнение было уже не важным — головоломка сошлась.
Это было, с одной стороны, невозможно, а с другой — совершенно реально. Я снова уставился на адептку, читая ответ в её глазах.
Ева не удивилась. Ева знала. Откуда — не понятно, но прямо сейчас интереснее другое. Драгоценная монашка, от запаха которой я пьянею, уверяла, будто секреты закончились. Неужели не удержалась и припрятала ещё один?
Но вслух я, конечно, сказал о другом:
— С тобой всё хорошо?
— Да. Но я хочу уйти.
Я поднялся первым, увлекая девушку за собой.
Наше намерение было понятно, и герцогиня тоже вскочила. Воскликнула:
— Эва!
— Теперь меня называют Евой, — тихо возразила та.
Говорила спокойно, без слёз, упрёков и истерик.
— Благодарю за то, что… — Она осеклась и перефразировала: — Благодарю за всё.
— Эва. — Герцог тоже сделал шаг вперёд.
Но Ева отрицательно качнула головой:
— Не сейчас. Позже. Может когда-нибудь, но точно не сейчас. Я благодарю вас за всё, но нам пора.
Я активировал портал. Мне остро хотелось вернуться во дворец и спрятать Еву от всего мира.
Вернее, от двух миров, потому что упомянутая «странная магия» не имела никакого отношения к поверхности. Речь шла о запрещённой ныне технологии, которой владели лишь два клана. Правящий и… кое-кто ещё.
Ева
Ну вот и всё. Вот и поговори. Я покинула Шерм с большим облегчением. Я была рада тому, что узнала, не считая лишь воспоминания о «докторе» — от них по коже бежал мороз.
Герцог и герцогиня — родители этого физического тела, не больше. И герцогиня, невзирая ни на что, пыталась меня спасти. Уж как могла.
Преследование семьи… Я им, конечно, сочувствую. Очень рада, что всё обошлось только слежкой, что «доктор» не стал мстить.
Касательно меня — я нахожусь под защитой самого Огненного лорда, значит могу не опасаться. Здесь, на поверхности, нет силы, способной его победить.
Раз так, то всё. История закончилась.
Вот только…
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Алентор, едва мы очутились во дворце.
Лорд телепортировал нас на балкон — на тот, что примыкал к его личным покоям.
— Замечательно.
Миг, и меня поймали за талию, притягивая ближе. Это было внезапно.
Следом прозвучало хриплое:
— Поговорим?
По телу прокатилась волна тепла, и я бы точно потеряла голову, если б не почудилось в словах Алентора нечто насмешливо-изобличительное.
— Как твой барьер? — новый вкрадчивый вопрос.
Я кашлянула и подняла на Лорда глаза. Понятия не имею почему, но так хотелось соврать! Вот только выяснилось, что врать я всё-таки не умею. Вернее, я-то может и умею, а глаза — нет.
— Ты что-то вспомнила? — новый вопрос, причём с подвохом. Уж слишком внимательно он следил за моими реакциями.
— Да. То же самое, о чём говорила герцогиня.
— Только это?
Я шумно вздохнула и попятилась, отстраняясь. Отодвигаясь от такого приятного тепла.
— Не только. Я вспомнила… как мою душу поймали и поместили в тело младенца. В тело Эвы. Ну и кое-что из прошлой жизни.
Алентор кивнул. Причём сделал это так просто, так буднично, а я лишь сейчас поняла, что тогда, в гостиной, он не очень-то удивился.
Стоп.
— Ты что-то знаешь об этом? Ты знаешь о такой магии?
Лорд промолчал, а я…
— Но ведь переселение душ невозможно!
Сказала и осеклась, вспомнив сколько всего «невозможного» узнала за последние несколько недель.
Пауза, и Алентор указал на мягкую скамейку. Затем щёлкнул пальцами, и буквально через минуту на балконе появился слуга.
— Кофе принеси, — велел Лорд. — И поесть.
Слуга исчез, а мы остались.
— Ты действительно что-то об этом знаешь? — повторила я, усаживаясь. Алентор расположился рядом, его колено прижалось к моей ноге, и отстраниться я даже не пыталась.
— Конечно. Есть такая магическая технология. Но она запрещена, а её использование карается смертью. Причём в этом случае даже леди наказания не избежать.
Я конечно заметила последнее уточнение, но сейчас интересовало другое:
— Что за технология? Для чего она применяется?
Собеседник поморщился. Неприятный вопрос?
— Этим знанием владеют всего два клана. Когда-то эта технология использовалась для усиления.
— Усиление? В каком смысле?
— Ева, ты помнишь, по какой причине магия выбирает в ком именно проявиться?
— Ну, у вас, под землёй, она проявляется у всех, — с сомнением парировала я.
Он согласился:
— Под землёй — да. А у людей?
Я вздохнула и сказала:
— Говорят, её выбор зависит от… — тут я невольно запнулась, — качеств души.
— Душа, характер, магия… всё связано, — кивнул на это Алентор. — В частности, огонь проявляется у самых смелых и сильных духом. Так говорят. Это гипотеза. Но в том, что касается людей, она верна.
— А в том, что касается огненного народа?
— В целом аналогично. Только тут речь не наличии магии, на исконных территориях магия есть у всех. Здесь мы говорим о силе огненного дара. Сила дара зависит от качества души. Душа имеет огромное значение, Ева, и когда-то, очень давно, представители двух кланов научились ловить души из других миров.
Меня словно током ударило. Что-о?
— Души бывают разными, есть способ поймать сильные. Когда-то такие пойманные души помещали в драгоценные камни, и те служили дополнительными источниками магической мощи. Усиливали тех, кто слаб.
Я дёрнулась, посмотрела непонимающе, а Алентор продолжил:
— Проблема заключалась в том, что подобные камни были недолговечными. Маги пришли к выводу, что проблема в чужеродности — души, не привязанные к нашему миру, истощались слишком легко. Но тут тоже нашёлся способ, пойманные души стали помещать в живые тела для «вынашивания». За несколько лет пребывания в живом теле, душа привыкала к нашему миру, её опять извлекали и помещали в камень. Такие камни служили гораздо дольше.
По коже побежал холодок.
— Серьёзно? — не выдержала я. — Ловить души, держать в физическом теле, потом извлекать? Это…
— Неправильно, — согласился Алентор. Его согласие стало неожиданностью.
— Вы поэтому запретили технологию?
Увы, всё оказалось прозаичнее. Про этику речи не шло:
— Огонь взбунтовался. Начались такие выбросы, что наш народ едва не погиб. Магия, как ты знаешь, тоже обладает некоторым разумом, и подобные вещи ей не нравились. К сожалению, мы не сразу определили причины бешенства Подземного пламени, это были трудные времена.
Тут он неожиданно замолчал и уставился на меня пристально.
— Что? — мой новый растерянный вопрос.
— Бунт подземного пламени, Ева. Помнишь, как бушевали разломы в момент твоего появления?
Я нахмурилась — а ведь действительно. Ещё было резкое увеличение количества новорожденных магов. Впрочем, всплеск «рождаемости» — это как раз реакция на активность подземного огня, разве нет?
— Думаешь поведение разломов может быть связано со мной?
Алентор прищурился.
— Я знаю, что огонь успокоился ровно после того, как у тебя появилась метка и ты перебралась в школу. Странное совпадение.
Странное. Но, как по мне, это не так уж важно. Здесь и сейчас куда больше задевало другое:
— Получается меня растили на убой?
Алентору слова не понравились. Очень! Аж желваки на скулах проявились.
— Не обязательно.
Лорд отодвинулся и прикрыл глаза. Ровно в этот момент появился слуга с тележкой. Старик принялся быстро накрывать на стол, а я по-прежнему ждала ответа.
Наконец, когда слуга удалился, Алентор сказал:
— Происходи всё внизу, на исконных территориях, я бы сказал «да». Но так как речь о поверхности… Понимаешь, тут есть некоторые нюансы. Не хочу вдаваться в детали, но одна сумасшедшая леди, которая, кроме прочего, имеет личные претензии к жребию Лордов, к самому факту нашего служения людям, однажды сказала, что наступит время, и на поверхности появятся люди способные заменить нас. Тогда я значения не придал, но теперь, зная о тебе…
— Появятся те, кто равен вам по силе? — уточнила я.
А после утвердительного кивка, озвучила второй мучивший меня вопрос:
— А эта леди… Она из какого клана?
Алентор посмурнел.
— Из того самого.
Очень интересно.
— Видишь ли, магия огня действительно любит души из других миров — среди них попадаются такие, которые наделены особым опытом и силой. Не удивительно, что магия тебя выбрала. Не удивительно, что к тебе в первый же день явился страж, да и появление эрса, в таком случае закономерно. А главное, — он хмыкнул, — теперь понятно, почему твоя магия несопоставима с той, которая проявляется в людях. Ты другая, у тебя другая душа.
Ну вот, новый скользкий момент. Я, в каком-то смысле, иномирянка, правда Алентор говорит об этом как о чём-то банальном.
— Тебя не смущает то, что я чужачка? Что души вроде моей обычно заключают в камни?
Оу, на меня посмотрели та-ак… Это был даже не взгляд, а безмолвный рык! Из числа — как тебе пришла в голову такая глупость?
Но ответ прозвучал почти спокойно:
— Абсолютно не смущает. И не заключают, а заключали. Когда-то. Очень давно.
Я выдохнула и кивнула, а Алентор продолжил:
— Герцогиня упоминала хозяина и могущество, которое предполагалось для Эвы. Раз так, то возможно тебя растили не ради «усилителя», который не вечен, а чтобы превратить в подконтрольную хозяину магессу.
— В этакого карманного Лорда? — уточнила я.
Собеседник посмотрел косо, слово «карманный» ему точно не понравилось. Но кивнул, и я продолжила:
— Если так, то зачем меня оставили герцогине? Почему собирались забрать лишь после того, как мне исполнится пятнадцать лет?
— Пятнадцать-восемнадцать лет — это срок, который нужен для того, чтобы душа полностью привыкла к миру. Люди, которые поймали твою душу, знали и об этом. Но тут я соглашусь с опасениями леди Шермской — тебя могли забрать и раньше. Просто не стали об этом предупреждать.
— А ты уверен, что меня поймал человек? Вдруг тот «доктор» был из огненного народа?
— Полагаешь герцогиня бы не отличила?
Риторический вопрос. Представители огненного народа другие — не столько внешне, сколько по ощущениям.
Вот только…
— Если технология принадлежит огненному народу, значит завязана на огненной магии? Значит тот мужчина был огневиком?
— Не обязательно. — Очередной неожиданный ответ. — Эта технология универсальна, не связана со стихией. При правильном подходе с ней справится маг любой специализации. А подход там явно объяснили.
Новый вздох, и меня увлекли к столу.
Самолично налили кофе, подвинули тарелку, переложили на неё пару аппетитных бутербродов.
— Значит, сделать мог кто угодно? — повторила я, и задумалась.
Что-то всё равно не сходилось.
— Ну, допустим. Допустим я живу, взрослею, моя душа всё больше привязывается к этому миру. А огненная магия настолько любит такие души, что появление магической метки — вопрос времени. Но что дальше? Ведь после того, как появляется метка, за магом сразу приходит твои подданные. Меня бы в любом случае изъяли.
— Полагаю, если людям известна сложнейшая технология переселения душ, то уж такую мелочь, как способ спрятать новорожденного мага от Лорда, они знают тем более.
— А он существует?
— Конечно.
Я вновь задумалась. Ну, допустим. Поймали, вселили, вырастили, сделали сильным магом. Но ещё одно «но»:
— А зачем связываться с аристократией? Не проще ли вселить душу в ребёнка какого-нибудь простолюдина? Человека, который не сможет дать отпор. У которого нет покровителя в лице короля?
Алентор помолчал, прежде чем объяснить:
— Переселение в живое тело — это не так просто. Там многоуровневые расчёты и множество факторов, которые должны совпасть. Переселение происходит не по щелчку, и не каждое тело способно принять чужую душу.
— А вы? — я всё-таки дрогнула. — То есть огненный народ, те два клана, вы тоже вселяли чужие души в своих младенцев?
С моей точки зрения, вопрос был кощунственным, с точки зрения Лорда — тоже.
Алентор подарил очень пристальный взгляд, а потом сказал:
— Не буду спрашивать, откуда в твоей голове настолько странные мысли. Кажется, теперь я это знаю. — Пауза и… — Разумеется нет, Ева. Это слишком. Сделать такое никто бы не посмел.
С одной стороны я расслабилась, а с другой возник новый вопрос:
— Тогда куда вы переселяли души?
— В тела животных. Также был один эксперимент с низшим элементалем.
Вспомнился тот уродец, и ненависть в его глазах. Впрочем, элементали ненавидели всех, включая представителей огненного народа.
Ну это так, к слову и не важно. Не суть.
Я отпила кофе, покосилась на бутерброд и озвучила самый, пожалуй, важный вопрос:
— Что теперь будет?
— С тобой? — уточнил Алентор.
Ну, конечно. Конечно, меня интересовала я. Что будет? Чего ожидать? В том числе от Алентора. Вдруг мой недавний оптимизм был преждевременным, и Лорд, выяснив, что я этакая подопытная свинка, сам меня и прихлопнет?
— А что может быть? Твоя душа пришла из другого мира, но какое это имеет значение? Ты выросла здесь, ты обладаешь магией. И судя по всему, магия огня категорически не хочет, чтобы кто-то причинил тебе вред.
Я растерялась, в сердце разлилось тепло, но…
— А ты?
— Что я? — Лорд в самом деле не понял.
А когда дошло, подарил очередной излишне пристальный взгляд.
— В твоей голове действительно рождаются странные мысли. Ты ещё не поняла, что я готов перегрызть горло любому, кто к тебе прикоснётся?
О, Пресветлый! Как выключить улыбку? Как вернуть себе нормальное лицо?
Задача оказалась настолько сложной, что я уткнулась в тарелку. Внутри всё пело и танцевало. Невзирая на все сложности этого дня, хотелось летать.
Алентор понял моё смущение, вероятно поэтому вернул разговор в прежнее русло. Он подтвердил мои собственные выводы:
— Неважно кто это сделал и для чего, он в любом случае проиграл. Но я всё равно должен разобраться откуда у людей запрещённые знания. Выяснить от кого они эти знания получили и, разумеется, наказать всех виновных.
— Ты подозреваешь ту «сумасшедшую» леди, верно?
Алентор кивнул.
Алентор, лорд Огня
Ева. Неожиданно, зато объяснимо.
Теперь понятно, почему архивы школы Огня и тайная библиотека, к которым я обращался изначально, оказались бесполезны. Ева — это нонсенс, удивительный прецедент.
Кто это сделал я, безусловно, выясню. Вопрос «зачем» для меня, в общем-то, закрыт. Могущество, власть — два элемента которые правят миром и ради обладания которыми люди готовы на многое. Да и не только люди.
В том, что знания об отлове и подселении душ передала именно Данаралия, я не сомневался. Кроме самого знания у Данаралии был очень веский мотив.
Леди — прямой потомок Первого Лорда, их клан был уничтожен в том числе потому, что глава находился на поверхности. Будучи здесь, он не смог защитить соклановцев, и Данаралия люто ненавидела всю эту ситуацию. И людей.
После падения клана её мать оказались под опекой Пятых. Вышла замуж, родила Данаралию и привила ей нелюбовь ко всему, что касается жребия. Болтали, что эта леди всегда была немного чокнутой, и вот.
Незаконный и весьма неоднозначный поступок. В чём-то благородный, но закон есть закон. Как представитель Правящего клана я не могу закрыть на это глаза, я обязан вмешаться и наказать виновных.
Люди, которым она передала закрытые знания, однозначно не выживут. Да и саму Данаралию вряд ли пощадят.
В том же, что касается Евы… Я сидел напротив, пил кофе и наслаждался. Наконец-то моя голова не взрывалась от бесконечных «что», «как» и «почему».
Впрочем, пара вопросов ещё осталась:
— Воспоминание о том, как твою душу поймали, пришло только сегодня?
Щёки монашки порозовели, и это был лучший ответ.
— Нет, — опустив глаза, призналась она. — Но я не сказала, потому что посчитала это не важным.
Какая прелесть.
Я подался вперёд, украдкой вдыхая её аромат, впитывая очарование ауры. Наслаждался, но удержаться от иронии не смог:
— Что ещё кажется тебе не важным? О чём ещё ты молчишь?
Её глаза пусть на миг, но забегали. Ну, понятно!
— Вот теперь точно всё, — заявила эта особа.
Дразнит? Ох, Ева. Что же ты творишь?
— Точно?
Она закивала, а я решил не давить — всё равно поймаю. Всё равно выясню. Да и хуже уже не будет. Хуже невозможно.
— Помнишь что-то из своей прошлой жизни?
— Да, немного.
Я выразительно прищурился, и тогда она призналась:
— Ладно, я помню практически всё.
Понятно. Я расплылся в улыбке и спросил:
— Когда-нибудь, поздним уютным вечером, когда нам будет нечем заняться, расскажешь?
Я сам не заметил, как мой голос охрип. О том, что слова прозвучат как не самый приличный намёк, не подумал — а сообразив, не пожалел. Ева с порозовевшими щеками притягивала ещё больше.
Впрочем, здесь и сейчас с притяжением был перебор — я по-прежнему не мог находиться в компании монашки слишком долго. Привычно пьянел и начинал терять контроль.
Кажется, я снова выпал из этой реальности, и не знаю сколько это длилось. Потом пришлось попрощаться — Ева удалилась к себе.
Мне же хотелось получить ещё один, последний ответ в этой истории. Поэтому я телепортировался в кабинет, подхватил сундук с деньгами Свэрга и перешёл в Истем. В тот самый негостеприимный школьный двор.
Солнце стояло высоко, погода была неплохой и, учитывая прошлый раз, не было никаких поводов для визгов. Я уже приходил, ничего плохого не сделал — так зачем орать?
Но…
Снова истошные вопли! Затем гром колокола, коллективная паника разновозрастных девиц и моё досадливое рычание:
— Вот ведь… монашки.
Все успокоились лишь после того, как на крики явилась Иллария. Увидав меня, директриса не обрадовалась, стала бледнее праздничный скатерти. Визг сменился глухой, всепоглощающей тишиной.
— Великий Лорд. — Иллария учтиво поклонилась.
Хотела продолжить, но я перебил:
— Нужно поговорить.
Затем я тряхнул сундуком. Он был небольшим, но тяжёлым.
— Это от Евы. Деньги. Очень много.
Тишина стала прямо-таки замогильной.
— Да? — выдохнула директриса. — Но откуда у Евы… она же… как же…
От попытки выяснить источник денег я отмахнулся. Я пришёл не для того, чтобы удовлетворять чужое любопытство — я желал удовлетворить своё.
— Я желаю поговорить, — повторил я.
Директриса медленно кивнула и указала на лестницу. Мы прошли уже знакомым маршрутом, а когда очутились в кабинете, я водрузил сундук на стол, повернулся и сказал:
— Я выяснил, кто такая Ева, но у меня остался вопрос, ответ на который я желаю знать даже ценой вашей жизни.
Директриса вздрогнула и покачнулась.
— Почему вы, понимая, что Свэрг последняя тварь, решились отдать ему Еву?
— Он не тварь, — выдохнула Иллария. — То есть был… Он был… Вы, наверное, не знаете, но Свэрг умер…
Собеседница осеклась — моя улыбка сказала всё.
Не знаю о смерти наместника? Ну да, конечно. И никак к этому событию не причастен.
— Он был сумасшедшим, — отрезал я.
— Нет, — прошептала собеседница. — Не без странностей, но ведь… не зверь?
Голос директрисы упал до шёпота — она не утверждала, она сомневалась. Выходит наместнику действительно удалось убедить эту курицу в своей правоте?
И пропажа других девушек её не смутила? И искалеченный труп, найденный в овраге возле замка? И тот факт, что Ева попадает в столь любимый Свэргом типаж?
— Если вы не понимали умом, то хотя бы сердцем? Хотя бы сердцем чуяли?
Директриса медленно кивнула.
— Так почему?
Я перешёл в состояние концентрации и увидел, как вспыхнул один из узлов в ауре Илларии. Та самая кровная клятва, которую не обойти.
Мой вопрос был незначительным, не связанным с этой клятвой напрямую, там не должно быть жёсткого запрета, а значит сказать она может.
— Вам лучше признаться. — Это была угроза.
— Я поклялась защищать, — просипела Иллария. — Я понимала, что Свэрг опасен, но те, другие, гораздо хуже. Они догадались, что можно поменять дату рождения… Искали девушку… Подобрались так близко… А Свэрг… Он ведь наместник. У него стража, покровители, власть.
Она захрипела, согнулась пополам, сгусток в ауре стал ослепительно-ярким.
Я отступил. Что ж, ясно.
— Вы… — Иллария начала оседать на пол. Не умирала, но находилась на грани нарушения запрета. Подошла слишком близко. — Вы защитите?
— Еву?
Смысла отвечать не было, ведь тут и без слов ясно. Но я всё-таки сказал:
— Разумеется.
Иллария каркнула что-то ещё, но я уже не слышал. Просто активировал портал.
Вернувшись во дворец, я сбросил плащ, камзол, и ослабил шнуровку рубахи. И выдохнул, понимая, что всё в порядке, причин для напряжения больше нет.
Ева — иномирная душа? И что? Может потому я и влюбился. Ева — особенная. Что если все эти годы я ждал именно её — такую притягательную и непонятную? Очень непохожую на леди, которых столь настойчиво предлагал в своё время клан.
Я ждал её. Личную ученицу.
Хрупкую, робкую, а в какие-то моменты наоборот слишком решительную. Сильную. Мою!
Она появилась, и я пропал. Теперь мне предстоит научить Еву бесчисленным тонкостям нашей магии, пониманию собственной силы и самой стихии, боевым и бытовым приёмам. Это будет интересно.
Очень интересно.
Особенно для меня!
Я улыбнулся, вообразив, какие возможности открывает любопытство моей адептки, но погрузиться в фантазии не вышло. Воздух прорезала яркая вспышка, передо мной возник вестник. И даже прикасаться не нужно, чтобы определить кто прислал.
— Хм… — я насторожился.
А едва протянул руку, прямо в голове зазвучал голос отца:
'Алентор? Объяснишь?
Клану предъявили претензию о вопиющем нарушении закона — мол, мы проявляем недопустимое поведение к некой Евалантане. Удерживаем силой, не позволяем даже временно покидать территорию клана, не обеспечиваем достойного образования. Запугиваем! Издеваемся! И Всепожирающий огонь знает что ещё!
В Совет обратились сразу несколько кланов. Есть свидетели, которые утверждают, будто ты лично преследуешь леди. Вплоть до того, что перешёл с поверхности на исконные земли, чтобы найти её и вернуть в клан'.
Я замер, не веря себе.
'Сын, объясни! Мои слова о том, что у Правящих нет леди с таким именем, Совет не устроили. Дошло до абсурда — поползли слухи, будто ты похитил дочь одного из диких кланов, и она у тебя в заточении. На поверхности!
Алентор, ты действительно держишь в заточении какую-то девицу? Я понимаю, что это невозможно и ты последний кто на такое пойдёт, но я должен знать. Я требую объяснений. Жду тебя через час'.
Голос отца стих, а я даже застонать не смог — до такой степени это было невероятно.
Я понял, откуда растут ноги. Догадался, какие именно кланы инициировали скандал, и на каких примерно основаниях они пришли к таким выводам. Выводы были, в общем-то, логичными. На их месте я бы, вероятно, и сам так подумал. Но всё равно!
Через час? Явиться к отцу?
Додумать я опять-таки не успел, новое незапланированное событие — я получил ментальный вызов. Как ни странно, это был Сильвус. Лорд просил о встрече и, судя по переданному мыслеобразу, уже находился прямо здесь, во дворце.
— Р-р-р.
Я сразу направился в гостиную, где мы обычно встречались. О том, что Сильвус может столкнуться с Евой, не волновался — мою леди очень вымотало посещение герцогства, сейчас она должна отдыхать.
А вот Сильвус… Ну и зачем его принесло? Хочет подлить масла в огонь? Сыграть на возникшем благодаря его клану скандале?
Впрочем, клан Сильвуса, скорее всего, отношения как раз не имеет. Они умные и хитрые, предпочитают помалкивать. В отличие от мелких кланов, вроде клана Наонграса, которые, если уж открыли рот, то вопят громче всех.
Прежде, чем войти в гостиную, я нацепил на лицо привычную маску равнодушия.
Короткий выдох, шаг, и Лорд, который стоял спиной, обернулся — почувствовал, что я вошёл.
Губы Сильвуса дрогнули в улыбке.
— Здравствуй, Алентор.
Я вежливо кивнул.
— Какими судьбами? По какому поводу?
— Ну, про повод ты наверняка догадываешься.
— Понятия не имею, — ответил я спокойно.
Сильвус улыбнулся шире и озвучил:
— Ева. Хочу поговорить об этой милой, но весьма неоднозначной девушке.
— А мы разве не обсудили? — Я заломил бровь.
Собеседник не испугался. Оглядевшись, он присел на диван, приглашая к более обстоятельному разговору. Что ж, торопиться мне некуда. В исконные земли я, в любом случае, не пойду.
Я тоже сел и, закинув руки за голову, приготовился слушать.
— Видишь ли, Алентор, я много размышлял о том, что увидел. Магия твоей, — тут он поморщился, — личной ученицы, очевидно созвучна нашей. Это странно, и в этом желательно разобраться. Но я пришёл за другим.
Взгляд Сильвуса стал жёстким, а я наоборот расслабился. Впрочем, эта расслабленность не отменяла готовности испепелить всё и вся.
— Я уже говорил, — продолжил Лорд. — Я хочу узнать Еву ближе. Мне она интересна. И раз ты не желаешь отдать её просто так, предлагаю сделку. Час в хранилище моего клана.
Моя бровь снова приподнялась.
В этот раз я не злился — пребывал в недоумении. У каждого клана есть секреты — особые знания, методики, магические технологии и прочее, а хранилище, в котором прячут не только золото — святая святых.
В случае откупов или сделок клан скорее снимет последнюю рубашку, чем пустит в хранилище. Доступ к знаниям клана — слишком высокая цена.
— Хочешь спросить почему я так щедр? — ухмыльнулся Сильвус.
Я не хотел. Но раз он решил объяснить, то почему бы не послушать?
— Ты слишком богат. Твой клан слишком богат. Меньшим тебя не заинтересовать.
Верно. Но это не весь ответ. Почему Сильвус готов заплатить так много за Еву?
— Зачем тебе Ева? Что ты планируешь с ней делать?
— А ты? — поступил встречный вопрос.
Сказать я конечно мог, но…
— Я не обязан отвечать.
Сильвус недобро прищурился. Потом повторил:
— Эта человечка мне интересна.
— Настолько, что ты готов заплатить за неё немыслимую цену?
Сильвус, помедлив, кивнул.
— И всё-таки, для чего она тебе?
С моей стороны это был даже не вопрос, а возможность убедиться в собственных выводах. Зная Сильвуса, его повадки и взгляды, я примерно понимал.
И не ошибся.
— Она не наша, — повторил он. — Она человечка. Мой срок скоро заканчивается, и я хочу забрать её в исконные земли. Она мне понравилась, Алентор. Жениться на такой нельзя, но в качестве наложницы она будет идеальна.
Не знаю, почему я не вскипел.
— Я её хочу, — повторил Сильвус. Прозвучало фанатично. — Продай её мне, и забудем.
— Я не торгую своими людьми.
Я хмыкнул и скривил губы. Показывать истинное отношение к Еве было нежелательно, это личное. Зато с языка сорвалось насмешливое:
— А ты собрался взять в наложницы монашку? Которую воспитывали в целомудрии и боязни мужчин?
— Не важно. Разберусь. Научу всему, чему нужно научить.
А вот этот ответ взбесил, моя магия взбунтовалась. Чтобы не допустить вспышки ярости, я лично открыл Сильвусу портал в его дворец.
— Ты не понял, — выдохнул тот. — Она действительно мне очень нравится. Слишком!
Невольно вспомнился Свэрг с его жаждой. Стоило убить одного извращенца, как появился второй?
— Уходи. Прочь, пока я не разозлился.
— Два часа в хранилище.
Я указал на портал, из последних сил сдерживая рвущееся изнутри пламя.
— Алентор.
Всё, сейчас от кого-то останутся угольки.
Сильвус, наконец, понял. Он поднялся, сделал два шага к огненному овалу, а в последний момент обернулся. Жажда в его глаза сменилась холодным спокойствием:
— Хорошо. Я понял. Забыли. — Усмешка и продолжение: — Значит, раз на поверхности водятся настолько интересные девушки, придётся мне найти собственную.
И Сильвус исчез.
Овал портала тоже испарился, а я тряхнул головой — то ли магия Евы завораживает сильнее, чем я думал, то ли сородич в самом деле повредился рассудком.
Я хотел осмыслить это, хотел понять, но день выдался какой-то запредельный. Я снова не успел. Меня отвлекли и в третий раз!
Причём теперь всё было гораздо и гораздо хуже. Вестник от отца и визит Сильвуса оказались мелочью, абсолютной ерундой в сравнении с… В общем, из-за дивана, на котором минуту назад сидел Сильвус, торчал пушистый огненный хвост.
Я застыл, инстинкты опомнились и забили тревогу. Шармиз. Крупный, откормленный, лоснящийся от магии шармиз. Непредсказуемая и крайне жестокая зверюга.
Я начал очень медленно вставать.
Пальцы уже выплетали огненную петлю, рассчитанную именно на таких тварей. Отличное заклинание. Очень эффективное в случаях, когда есть возможность подкрасться к шармизу незаметно — застигнуть хищника врасплох.
Но если тварь готова к атаке или обороне, никакая петля не спасёт. В этом случае исход поединка решают удача и сила.
Моей силы достаточно, но я рискую разнести дворец, который мне очень дорог. Да и Еву не хочется этими разрушениями напугать.
Я ощутил покалывание на кончиках пальцев, в ладони появилась тонкая нить невероятной прочности. Беззвучный шаг, ещё один… а огненный хвост вдруг ускользнул.
Он скрылся за диваном, а я… Мысленно застонал!
Шармиз заметил? Почуял? Понял, что находится на грани смерти?
Прятаться было уже бессмысленно, и я прыгнул. Мы оказались друг напротив друга, в нескольких шагах. Шармиз моргнул, резко развернулся и рванул прочь.
Он помчался как стрела, а я гаркнул:
— Стой!
Конечно, без толку.
Миг, и я сорвался в погоню. Бежал, перепрыгивая через мебель, всё ещё пытаясь удержать в пальцах уже бесполезную огненную петлю.
Концентрацию в итоге потерял. Я видел лишь толстый зад и прижатые к голове уши. Огненный монстр бежал к комнатам хозяйки и двигался гораздо быстрее. У комнат он оказался первым, тут же просочился сквозь стену.
Я выругался, а дверь покоев вдруг распахнулась и на пороге возникла Ева.
Ещё секунда и, вместо того чтобы отступить, пропуская меня в покои, леди выскочила в коридор. Ева захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, выставляя себя в качестве живого щита.
Я добежал. Остановился. Навис над монашкой, испепеляя взглядом.
Я ведь запретил кормить! Я предупреждал! Я…
— Ой, какая у тебя рубашка красивая, — пролепетала вдруг эта бедовая девица и подняла на меня огромные, умопомрачительные глаза.
Я застыл истуканом, абсолютно в её взгляде потерявшись. Шармиз, дворец, да весь мир, перестали существовать.
Осталась только она. Ева. Такая хрупкая, такая стройная и такая… бессовестная. Я ведь предупреждал, что «стражам» нельзя соприкасаться с нашей магией. Наша магия, в отличие от человеческой, действует на них не так.
— Очень красивая рубашка, — повторила Ева, и её пальцы потянулись к ослабленной шнуровке. Коснулись сначала тесьмы, а затем, будто случайно, соскользнули на кожу.
Прикосновение длилось меньше секунды, но мозги мне отшибло полностью. Я наклонился к её губам, ощутил их сладкий аромат и понял, что пропал.
Сдержанность? Нет, это выше моих сил. Да и какой смысл? Какой смысл… Я накрыл губы Евы поцелуем. И уже падая в омут признал, что купился на самую простую, самую банальную провокацию. Настолько обыкновенную, что даже неприлично — только противостоять я не мог.
Когда руки Евы оплелись вокруг моей шеи, когда адептка привстала на цыпочки, чтобы прижаться теснее, остатки разума благополучно превратились в пепел.
Ева… Монашка моя любимая… Что ты творишь?
Ева
Что я творю? — мысль, которая стала этаким лейтмотивом.
Впрочем, произошло это не сразу — сначала был прозвучавший на ментальном плане вопль!
«Хозяйка! Спаси!»
Я подскочила как ужаленная, выронив записку от Морти, которую читала. Пользуясь свалившимся на него знанием исконного языка, парень пытался расшифровать и интерпретировать символы с первого браслета. Утверждал, что там не слова и не буквы, а некая производная.
Я хотела вникнуть, и вдруг… ну, собственно, вот.
Я подскочила. Дремавший на полу эрс, тоже подорвался. Но к двери я бросилась первая — уже выскальзывая в коридор, заметила пролетевшего сквозь стену Огонька.
Сладкий пирожок пребывал в панике и, стоило оказаться снаружи, как сразу стала ясна причина. Алентор. Лорд гнался за моим питомцем, и выражение его лица предвещало беду.
Конечно, я загородила проход собой. Конечно, прижалась спиной к закрытой двери. Огненный Лорд подлетел ко мне и замер в тихой ярости — весь его вид буквально кричал о том, что стражу конец.
Позволить прибить моего кота? Допустить, чтобы Огоньку причинили вред? Нет и ещё раз нет.
Впрочем, это я понимала сердцем, а плана действий не было. В мыслях царила зияющая пустота, и тогда на помощь пришло тело. Правда не уверена, что единственная причина такой его реакции — страж.
Скорее всего тут сыграло и другое. То убийственное напряжение, которое копилось во мне последние несколько недель. Не в силах смотреть на Алентора, я уставилась на его грудь — широкую, мощную, с выразительным таким рельефом.
Повисшая между нами тишина давила, и тогда я брякнула:
— Ой, какая у тебя рубашка красивая.
Сказала, и всё-таки осмелилась поднять на него взгляд.
Мы замерли. Он кипел и молчал, а я плавилась. В голове стало совсем уж пусто. А ещё Алентор… Он нестерпимо манил.
— Очень красивая рубашка. — Мои пальцы сами потянулись к нему. К ослабленной шнуровке и к коже.
Лишь прикоснувшись к открытому участку его тела, я очнулась и отдёрнула пальцы. Наверное, это хамство. Наверное, такого позволять нельзя.
Новый взгляд снизу вверх, и меня вдруг закружило ураганом. Алентор наклонился и впился в мои губы, как оголодавший зверь. Обжигающее прикосновение, от которого подогнулись ноги, а в груди начался такой пожар, что не усмирить и тысяче огненных магов.
Я не могла терпеть. Не могла остаться спокойной. Я ответила на поцелуй.
Мои руки обвились вокруг мужской шеи, а я привстала на цыпочках и прижалась теснее. Я-монашка никогда не целовалась. У Евы «из прошлой жизни» опыт поцелуев всё-таки был.
Небольшой. Даже скудный. Не тот, что способен впечатлить мужчину, но Лорд не отстранялся. Мои огрехи он, кажется, вообще не замечал. Его губы и язык творили какую-то особую магию — нечто запредельное. То, от чего я дрожала и плавилась. Медленно сходила с ума.
А ещё я могла трогать… Шею, плечи, волосы… Я могла ласкать его тело, и чутьё подсказывало, что даже если перешагну все грани приличий меня не осудят и не остановят. Только потрогать его всего, везде где хочется, это было бы слишком. В этом вопросе внутренняя «монашка» всё-таки брала верх.
Сколько это длилось? Вечность, не меньше. Когда Алентор отпустил, мои губы горели огнём.
Я понятия не имела, куда девать глаза. Едва мы отлепились друг от друга, снова уставилась на шнуровку, а потом и вовсе зажмурилась.
Заодно вспомнила про Огонька. Я нарушила все правила обращения со стражем, верно? Но… можно сделать вид, будто ничего не произошло?
Кажется, Алентор размышлял о том же, а боялась. Очень! Думала, что вот-вот услышу приговор питомцу и готовилась вступить в битву. Но…
— Будешь целовать меня каждый день, — хрипло приказал Лорд.
Что?
— Каждый день, слышишь?
— А…
— Я не трогаю твоего зверя, а ты целуешь меня каждый день.
Ух, вот это сделка.
— Но не корми его больше. Просто не корми. Я придумаю, что можно сделать.
С этими словами меня отпустили и отступили на полшага. Сразу стало прохладно и неуютно — в объятиях Лорда было слишком хорошо.
Я могла бы расстроиться, но то, как Лорд уходил, пролилось бальзамом на женское самолюбие. Алентор шёл медленно, и его заметно штормило. Хозяин Огня был немного не в себе, и точно из-за меня.
Да, он ушёл.
Я постояла у двери, а потом просочилась обратно в комнату и тут же осела на пол. Рядом нарисовались две мохнатые морды — одна мелкая, а вторая очень даже внушительная.
Звери смотрели обеспокоенно, на ментальном плане звучали вопросы. «Ну что?», «Ну как?», «Чего нам ждать?».
Говорить было сложно и вообще не хотелось, но я сказала:
— Всё в порядке. Нас не тронут.
— Ву? — Волк склонил голову набок.
— Всё хорошо, — повторила я.
Раскрывать подробности «переговоров» не стала, но на лице цвела идиотская улыбка. Ежедневно целовать Алентора ради того, чтобы не трогал стража? Жаль, что Лорд не жадный. Я бы целовала его каждый час.
Наш ужин прошёл спокойно, мирно, без происшествий. Мы сидели в гостиной, а за стеклянными панорамными окнами лил дождь.
Мощный, сильный, он словно смывал остатки недосказанностей, которые были между нами когда-то. Мы сказали друг другу всё, ну или почти всё — видимо поэтому в основном молчали.
Алентор дарил обжигающие взгляды, а я плавилась. В какой-то момент не выдержала и всё-таки спросила про его настроение — оно казалось странным.
— Возникло недопонимание между Правящим кланом и всеми остальными, — объяснил Лорд. — Отец требовал, чтобы я явился, но я отделался письмом.
Я удивилась, а собеседник улыбнулся:
— Отцу это не понравилось, но всё в порядке, ситуация даже забавная. Чуть позже я, так и быть, схожу в исконные земли.
— А почему не сейчас?
Алентор помедлил, прежде чем ответить:
— Не хочу оставлять поверхность.
В груди вспыхнуло. Это ведь из-за меня? Ну пожалуйста, пусть из-за меня.
Ещё, при упоминании исконных земель и кланов, вспомнился Сильвус. Тогда я решилась на второй вопрос:
— Не понимаю, как Сильвус оказался тогда на площадке в школе. Он появился в такой интересный момент… Да ещё прямо рядом со мной.
Лорд посмурнел и произнёс:
— Надеюсь такого не повторится, но на всякий случай нужно научить тебя одному полезному в таких случаях заклинанию.
Я сразу приободрилась. Если учить будут при помощи «плазмы», то я готова. Вот прямо сейчас готова. Бросаем ужин и идём!
Увидав мою реакцию, Лорд резко повеселел, но на этом всё и закончилось. Потом была прогулка до дверей моих покоев и несостоявшийся поцелуй.
Мы тянулись друг к другу. Он гипнотизировал мои губы, я ждала что вот-вот поцелует, но Алентор, по всей видимости, хотел, чтобы я сама проявила инициативу. Но это было слишком, вешаться на шею я, конечно, не стала. Тем не менее засыпала с улыбкой ушибленной в голову дурочки, а по телу разливалось приятное тепло.
Пробуждение наоборот вышло необычным. Я проснулась от хмурого посапывания на ментальном плане и, уставившись в потолок, спросила:
— Что?
«Ментальное сопение» усилилось — это был Дикарь. Отголоски настроений Огонька тоже присутствовали, но они были куда спокойнее.
После моего более внятного «что случилось?», пришёл столь же внятный ответ: «барьер».
О чём речь я поняла не сразу. Вначале вообще не представляла, что за барьер, и где его искать. В итоге, по подсказке эрса, выглянула в окно и обнаружила в небе полупрозрачную алую плёнку.
Истинные масштабы произошедшего выяснились уже на завтраке — взволнованная служанка была в курсе и поделилась со мной:
— Ночью лорд Алентор выставил купол, который накрыл весь город. Для чего это нужно нам, разумеется, не сказывали, а на вопрос Летерии он ответил — пусть пока стоит.
— А этот купол… он вообще что такое? — осторожно спросила я.
— Защита.
— От кого?
Служанка пожала плечами.
— Знаю только, что мы под колпаком. Во дворец, да и сам город, проникнуть теперь невозможно. Даже вестники не прилетают.
Последнее заставило мои брови подпрыгнуть. А как тогда держать связь с боевыми отрядами, которые контролируют разломы и прочие очаги пламени? Связь со школой огня тоже временно оборвалась?
Пока я думала о письмах, служанка беспокоилась о другом:
— Вы представляете какая у его милости силища!
Угу. Для такого купола явно требовалась прорва магии. Вот на утреннем занятии об этом и спрошу.
Когда прилетел вестник от Лорда — а тут, внутри купола, проблем с магической корреспонденцией не было, — я подпрыгнула. Затем возник овал портала, и я перешла в «учебный класс».
Приблизившись, упала в одно из кресел и, конечно, задала вопрос о куполе.
— Не поверишь, — фыркнул Лорд. — Спокойствия захотелось.
Эм… Как интересно. Это он про Сильвуса с его внезапным появлением и неоднозначным шёпотом мне в ухо?
— Думаешь купол поможет?
Алентор пожал плечами.
— Просто хочу передышку, — повторил он.
Отлично. И новое «но»:
— А как же связь с отрядами? Вдруг беда на каком-то разломе?
— Согласно данным от разведчиков и прогнозистов, активности пламени в ближайшее время не ожидается. Но вообще это на твоей совести.
— Что-что?
Тут выяснилось, что разговаривать ртом Алентор не умеет, зато он мастер пристальных взглядов. И что я, объясните пожалуйста, должна в его глазах прочитать?
Возможно, ответ был очевиден, но не мне. Поэтому я спросила:
— При чём тут моя совесть?
— Не знаю. Наверное дело в том, что мне хочется побыть наедине с тобой.
Вспышка. Щёки стали пунцовыми — лучше бы я не знала.
— А… занятия? — начала я неуверенно.
Алентор рассмеялся и, кажется, пробормотал что-то на тему монашества. Я и без того чувствовала себя глупо, но, как и вчера, вешаться ему на шею не желала. Мужчина он или кто?
Пусть проявляет инициативу сам. Пусть…
И вот тут снова началась лекция про подземный мир, и от материала, который на меня вывалили, аж рот приоткрылся. Алентор стал рассказывать о положении женщины в огненно-магическом обществе. Выяснилось, что там вообще не как у нас.
— Магия, Ева, — произнёс Алентор. — Вся соль, как ты уже поняла, в ней. Магия передаётся по материнской линии, одарённость потомства зависит от женщины. Более того, наследственность тесно связана с желанием самой женщины быть в паре и в клане. Поэтому женщин мы очень бережём.
Именно женщина выбирает пару, и никак иначе. Мужчина может отказаться, если леди не интересна, но не более того. Нам запрещено давить на избранницу, запрещено принуждать или брать штурмом, как это принято здесь, на поверхности. Насилие тем более недопустимо. Женщина сродни священному пламени. Её желания — закон.
Теперь запылали не только щёки, а всё лицо, и даже шея. Слова совершенно не вязались с привычной реальностью — особенно реальностью этого мира, где тот же принудительный брак был в порядке вещей.
А Алентор продолжал:
— Женщину нужно ублажить, расслабить, наполнить наслаждением…
А-а-а! Что происходит!
— И это первый, самый главный наш закон.
Он рассказывал что-то ещё, но мои уши словно забило ватой. С учётом услышанного и увиденного ранее, речь шла не про матриархат, а про некий его элемент. Своеобразный копчик социального устройства. Рудимент, но функциональный — ведь магия передаётся по материнской линии.
Вспомнилось поведение мальчишек-огневиков и то, как реагировал Сильвус при первой встрече. Лорд, принявший меня за истинную огневичку, не смел перечить. Даже не настоял на том, чтобы проводить в поместье.
Поведение самого Алентора тоже стало чуть более понятным — «принуждать» меня не собираются. То есть ждать какой-то «патриархальной» инициативы бесполезно? Нужно действовать самой?
Я представила себя атакующей Алентора и поняла, что наши культурные слои не совмещаются. Ну не могу я. Не приучена! Опыт прошлой жизни тоже здесь бесполезен. Приставать к мужчинам — не мой формат.
— Ну и магия, — ворвалась в сознание новая фраза. — Она достаточно разумна, чтобы определить, является симпатия леди истинной, или это результат искусной игры на её тайных потребностях. В этом случае тоже ничего не выйдет.
О, Пресветлый, как всё сложно.
Кстати…
— А разводы у вас есть?
Алентор вдруг замер. Задумался, словно вспоминая значение этого редкого даже для людей слова, а потом отрезал:
— Для тебя — нет.
У-у-у… бедные мои щёки. Кожа полыхала так, что хоть спички подноси.
Теперь ещё и Иргиль вспомнилась — уж она бы на моём месте не растерялась. Не сидела бы сейчас в соседнем кресле, хлопая ресницами, а сразу ринулась в бой.
Когда теоретическая часть наших занятий закончилась, наступила пора практики. Мы переместились на площадку перед казармами, где уже поджидали любопытные стражники. Учитывая поставленный купол, мы с Алентором рисковали стать единственным их развлечением на ближайшие дни.
Стражники ждали зрелища, но…
— Давайте-ка, — Лорд сделал небрежное движение рукой.
Несколько секунд, и огневики испарились, а я подобралась и приготовилась.
— Ну что? Изучим заклинание на случай нежелательных «объятий»? — Алентор хотел пошутить, но самого в итоге передёрнуло.
— А учить будем обычным способом? — уточнила аккуратно.
Увы, здесь не повезло. Надежда на дармовой навык рассыпалась прахом. Впрочем, нашлась в процессе обучения и приятная сторона.
Чтобы объяснить, Алентор брал мои руки, самолично сгибал мои пальцы, вновь и вновь объяснял форму визуализации. Это было так обыкновенно, но до того интимно, что щёки продолжали пылать.
А мой учитель вновь начал «подвисать», и я уже не сомневалась, что причина во мне — в его особенном интересе к личной ученице. Ай-яй, как непедагогично. Эти замирания выглядели очень заманчиво, но…
Обедали мы тоже вместе. Расстались на час, а потом встретились на балконе, и Алентор принялся рассказывать о том, как стал Лордом. Как впервые явился на «поверхность» и начал познавать наш мир.
Он говорил, а я слушала и ела.
В конце были чай и десерт, а потом…
— Ты ни о чём не забыла? — спросил Алентор, когда я уже собралась уходить.
Если он о поцелуе, то…
— Это единственное, что может временно примирить меня с присутствием стража, — легко угадав мысли, добавил Лорд.
Сердце пропустило удар. Добровольно, сама, я бы про поцелуй всё же не напомнила. Разве что вечером. Вот только… Он серьёзно? Может хватит смущать «монашку»? Не проще ли взять инициативу в свои руки?
Однако Лорд и не собирался. Просто, как и я, поднялся из-за стола и ждал.
А мне что? Подойти и поцеловать? Вот так? Самой? При свете дня взять и прикоснуться губами к губам самого Огненного лорда?
Я бы ни за что не решилась, но страж слишком ценен, я не могла его подвести.
Поборов смущение, я всё-таки приблизилась к его милости и привстала на цыпочки. Руки очень неловко легли на мужские плечи, а Алентор замер, как истукан.
— Хотя бы голову наклони, — прошелестела я. — Не дотянусь.
Он нервно сглотнул и подчинился.
Полагаю со стороны мы выглядели как два идиота. «Изнутри», впрочем, тоже.
— Может ты всё-таки сам меня поцелу… — а договорить я не смогла.
Не успела, потому что он впился, как голодная пиранья. Его губы пошли в стремительное наступление, совершили властный захват. Вот вам и матриархат. Вот вам и власть женщины. Я сдалась — приняла его напор с радостью и облегчением. Ответила, растворяясь в этом поцелуе на несколько бесконечных секунд.
Или минут?
Скорее всё-таки последнее. Мы угодили в восьмёрку бесконечности, в упоительную временную петлю.
По моему телу бежали щекотные мурашки, кожа Алентора стала нестерпимо горячей. Между нами происходила какая-то совсем уж особенная магия — ну либо мне просто хотелось, чтобы это было так.
Ощущение магии не исчезло и после того, как мы отстранились друг от друга — замерли, тяжело глотая воздух.
Следовало что-то сказать, или наоборот промолчать и продолжить.
Но я всё-таки струсила, и…
— До вечера?
— Да, конечно, — нетрезво ответил он. — До вечера.
И мою руку потянули к губам…
Алентор, лорд Огня
Свэрг, затем Сильвус. До этого ещё Харт со своими лоботрясами. Морти. И мальчишки из огненных кланов. А теперь — Дарктэс и мой собственный отец!
Первый пылал желанием пообщаться с Евой, чтобы выразить благодарность за исцеление, а второго ну очень интересовала девица, из-за которой поднялась такая шумиха.
Вишенкой на торте — король Наарии и его люди. В том, что Хоргс, как там его по номеру, связан с историей подселения души, я уже не сомневался. Даже планировал нагрянуть к монарху лично, но не прямо сейчас.
Пауза. Она была необходима как воздух. Как столь важный для некоторых форм горения кислород.
Я хотел спокойствия — ненадолго, всего на несколько дней, поэтому и воздвиг купол. Второе моё желание было не совсем этичным — я мечтал, чтобы Ева сорвалась. Потеряла контроль.
Между нами полыхал пожар, но адептка контролировала свои желания с поразительным упрямством. Она точно огневичка? Больше напоминает кремень!
Я сам держался из последних сил. Находился в полушаге от того, чтобы плюнуть на правила и взять дело в свои руки. Схватить, прижать, склонить к куда более интересным поцелуям и не только. Завладеть и объявить своей парой. Моя и только моя.
Ещё и трусики эти… Они лежали в ящике прикроватной тумбочки немым укором. Я не смел прикасаться к этому кружеву — лишь иногда открывал ящик и смотрел.
— Ева, — произнёс вслух.
Потом прорычал это имя, как какой-то дикарь.
Ева. Хуже самого защищённого бастиона, честное слово.
Но я добьюсь. Заставлю её огонь разгореться так, что никто не сможет удержать.
Последнее, что удивляло — за всеми этими проблемами мне стало совершенно плевать на шармиза. Ну обитает в моём дворце опаснейшая зверюга, и что?
Более того, на фоне всего остального, этот «кот» стал восприниматься как меньшее из зол — вопреки логике, я вспоминал наше последнее столкновение с улыбкой. А учитывая, чем именно эта встреча закончилась, готов был самолично бросить в шармиза пару вкусных искр.
Ева
Я понимала, что Огненный лорд коварен, но не знала, что настолько. Мне-то думалось, что купол подарит спокойствие — и он его действительно подарил, только не мне.
Спокоен был Лорд! Я же превратилась в заряженную частицу, запертую в ограниченном пространстве.
Меня дразнили! Провоцировали! Читали лекции и обучали магии такими способами, что хоть на стенку лезь!
И лекции ещё ладно, а вот практика… Все эти прикосновения, хрипловатый голос, которым мне рассказывали про правильные визуализации, все эти долгие взгляды… Алентор смотрел так, что хотелось прыгнуть в ледяную воду. Что угодно, лишь бы протрезветь.
На третий день, когда я, наконец, добралась до дворцового парка и случайно обнаружила большой фонтан, я в этот фонтан едва не окунулась. Просто других идей как справиться с эмоциями не нашлось.
Единственное, что хоть немного спасало — поцелуи. Через них я сбрасывала часть напряжения, но далеко не всё.
Я даже научилась целовать Лорда сама! И хотя он отвечал на мои ласки очень активно, ситуация всё равно оставалась неловкой. В итоге, день примерно на пятый, я не выдержала — поняла, что это пора прекращать.
Мы повисли в какой-то неопределённости. Он придерживался не слишком понятных традиций огненного народа, а я сходила с ума и хотела перевести этот роман в более адекватную плоскость. Не горизонтальную! В человеческую!
Можем ли мы, как нормальные люди, просто поговорить?
Мысль родилась, а к концу недели я решилась. Вечер — точно не время для подобных вопросов, поэтому я отправилась к Алентору с утра.
Я надела самое скромное из новых, сшитых для меня платьев, подколола волосы и отправила Лорду вестника. Полагаю, именно тут я и просчиталась — не сообразив, что лучше встретиться в гостиной, попросила разрешения зайти к нему.
Ответ прилетел мгновенно, и тут пришлось обратиться к стражу. Мой питомец, осознав, что убивать его пока не собираются, сильно за это время обнаглел. Он почти не скрываясь исследовал этаж и, в отличие от меня, точно знал, где располагаются покои Лорда.
Вот Огонёк меня к той злополучной двери и проводил.
Я постучала, дверь мгновенно распахнулась.
За ней обнаружилось неоднозначное — Алентор был полуголым, в одних штанах.
— Проходи, — хрипло произнёс он.
Мысль о том, что следует извиниться и зайти позже, когда он оденется, мелькнула и смылась с места преступления вместе со стражем. Как зачарованная, я переступила порог.
На языке вертелась первая, очень здравая фраза. В целом, я собиралась предложить Алентору найти альтернативу поцелуям, потому что всё это не совсем прилично и зашло слишком далеко.
Я готовилась! Я придумала логичное обоснование! Но стоило увидеть Лорда вот таким, да ещё с влажными после душа волосами, как в голове стало очень пусто.
Итог? Вместо заготовленной фразы я выдохнула:
— Пришла поцеловать тебя, а то сегодня ещё не целовала.
Слова и… ну, собственно, всё.
Шаг к нему, ещё один, и мои руки обвились вокруг мужской шеи. Лёгкое, почти невесомое, прикосновение к губам, и меня унесло. Я всё-таки окунулась в воду — только не холодную, а совсем наоборот, погрузилась в тёплое ласковое море.
— Ева, — тихо простонал его милость.
Я прижалась теснее и поцеловала опять.
Мои пальцы рисовали узоры на обнажённой коже, а сердце стучало слишком быстро. Кровь привычно превратилась в лаву, я разучилась дышать. Я упивалась этой близостью и даже не мяукнула, когда Алентор подхватил на руки и понёс в спальню. Я хотела продолжения. Я хотела…
Мягкое падение на кровать, и Лорд оказался сверху. Удерживая свой вес на руках, он продолжал целовать. Я отвечала на поцелуи, терзала его губы и тихо стонала, стоило Алентору отстраниться.
Первая попытка справиться с застёжками моего платья тоже вызвала стон.
Всё происходило так быстро и так медленно. Я сгорала и плавилась, а Лорд воевал. С пуговицами, со шнурками, с застёжками моих туфель. Зато, когда дело дошло до чулок и нижней сорочки, справился мгновенно.
Как и когда он избавился от собственной одежды, я не поняла.
Последним барьером стали мои кружевные трусики. Алентор не спешил, стягивал их плавно, с каким-то особым удовольствием.
А потом спросил:
— Ты будешь моей парой?
Я не знала что сказать.
У меня не было ни ответа, ни желания о чём-то думать. Поэтому я потянулась и вновь прижалась к его губам. Вопросы сразу закончились, а то, что началось… Это было горячо и так остро! Слишком откровенно и так правильно. Легко.
Губы Алентора на моих губах, шее, подбородке… Его пальцы, очень ловко ласкающие грудь… Очередная длинная дорожка из поцелуев, которая потянулась от впадинки за ухом и вниз, до первой вершины. Когда губы Огненного лорда сомкнулись на моём соске, я окончательно сошла с ума.
Стон? Да.
Моё движение вперёд, навстречу этому невероятному мужчине? Оно было почти неприличным.
Я жаждала продолжения, а Лорд не отказывал. Как там у них, у исконных? Расслабить женщину и выполнить любой её каприз?
Я не капризничала. Пока. Но и повода для капризов мне не давали, предугадывая каждое желание. Алентор дразнил, дарил наслаждение и не собирался отступать.
Его руки раздвинули мои бёдра, и я ощущала твёрдую мужскую плоть, которая коснулась самого сокровенного. Не выдержав, я прошептала:
— Ещё.
Лорд подчинился, упруго подался вперёд. Его проникновение было плавным, плотным и настойчивым. Немного болезненным, но за собственным пожаром я не замечала эту боль.
— Ещё…
Алентор начал двигаться — аккуратно, неторопливо, погружаясь с каждым разом всё глубже. Когда проник полностью, меня накрыла истовая волна.
Я выгнулась, тут же поймала новый короткий поцелуй, после которого меня прижали к постели. Бёдра Алентора снова пришли в движение — сначала медленно, но чем дальше, тем больше нарастал темп.
Молчать было невозможно, да и зачем? Я стонала, впивалась ногтями в широкую мужскую спину, чувствовала его внутри и понимала, что хочу больше. Чтобы он входил снова и снова. Чтобы продолжал.
Как хорошо, что серьёзного разговора не получилось… Как хорошо, что мы начали утро с поцелуя… Целовать, стремиться навстречу, двигаться вместе, входить в резонанс и снова сливаться. До тех пор, пока перед глазами не начнут плясать звёзды, а тело не рухнет без сил.
Со звёздами так и вышло — в какой-то момент сознание взорвалось, а я ощутила волну тягучего нестерпимого жара, разлитого по телу. Мой крик ловили губами — пили, словно драгоценный нектар.
Пульсация твёрдой плоти внутри принесла особое удовольствие. Это был второй пик, после которого пришло понимание — я не зря ждала две жизни. Алентор — единственный мужчина во всех мирах, с кем я хотела бы разделить этот момент.
Алентор… Да, я влюбилась. По уши. По самую макушку.
Мне бы хотелось разделить с ним не только это утро — хочу, чтобы каждое утро было таким!
И утро, и вечер, и день — каждый миг в его обжигающих объятиях.
Кстати, а что там было про пару?
Впрочем, можно позже? Можно не сейчас? Сейчас мне слишком хорошо, не хочу упускать этот момент.
Когда всё закончилось, меня накрыла сильная слабость. Я попыталась засмущаться — перевернуться на живот и уткнуться головой в подушку, но Алентор не дал.
Лорд прикрыл прохладной шёлковой простынёй и обнял, притягивая ближе. Он гладил и перебирал мои волосы, касался подушечками пальцев моей коже и что-то шептал. Я не сразу заметила, что шепчет на исконном языке.
Звучало красиво, но невольно вспомнился Морти. Вот как же так? Другу повезло, и окажись он сейчас на моём месте, он бы всё понимал, а я — нет.
Я уже собралась обратиться к Алентору — попросить его зашептать на человечьем, но воздух вдруг прорезала алая вспышка. Вестник.
Лорд посмотрел на магический сгусток недобро и точно хотел отмахнуться. Но после недолгих колебаний чувство долга взяло верх — ведь очевидно, что никто не станет беспокоить Хозяина огня по пустякам.
Когда Алентор прикоснулся к сгустку, никаких конвертов-квадратов не выпало. Вестник исчез, словно впитавшись в пальцы, а брови Лорда медленно приподнялись.
— Что-то случилось? — спросила я.
Алентор ответил не сразу.
Впрочем, ответ вышел специфичным:
— Мм-м… Странно. Ты… отдохни пока. — И подтащил простынь повыше, укрывая мою обнажённую грудь.
Сам же неторопливо поднялся с постели и огляделся. Я не без смущения любовалась мужским телом — а ведь было на что посмотреть. Широкие плечи, развитая мускулатура, узкие бёдра, длинные ноги. Он был сложен идеально.
На внутренней стороне левой руки отчётливо виднелись две метки. Первая — та, что сродни моей, признак обладания огненной магией. Вторая — метка жребия. Того самого, из-за которого Алентор покинул исконные земли и очутился здесь.
Но метки — это ладно, есть и есть. А что всё-таки случилось? Вестник внутренний, другие сейчас не долетают. Что-то в городе? Или во дворце?
Алентор опять заколебался, но в итоге отправился к дальней двери — за ней оказалась гардеробная.
Стало немного обидно, что меня бросают. Впрочем, любопытство оказалось сильнее обид.
— Что произошло? — повторила я.
Он обернулся.
— Пока не знаю, но нечто интересное. — Прозвучало хмуро. То есть хорошего действительно не ждём.
Мне не хотелось допытываться, не хотелось лезть! Я даже заставила себя промолчать, и тут Лорд всё-таки сказал:
— Вестник от Летерии. Город накрыт куполом, в него не проникнуть. При этом, как ты когда-то правильно заметила, мы без связи, нам не поступают донесения, и давать распоряжения своим отрядам я тоже не могу.
— И что это значит? — забеспокоилась я.
— Границы моих территорий не охраняются, в этом нет смысла, никто не сунется к Огненному лорду, а если и сунется, то быстро превратится в пепел. За последнюю тысячу лет было лишь одно самовольное пересечение границы, а сейчас к городу подошёл вооружённый отряд.
Моя расслабленность испарилась, я села на постели. Поразительное событие.
— Отряд самоубийц?
— Возможно. Если бы речь шла о ком-то другом, я бы решил, что «гости» хотели попросить разрешения, но не смогли связаться, так как город заблокирован.
Странная фраза.
— О ком-то другом? А о ком речь сейчас?
Алентор, который уже надевал рубаху, остановился и посмотрел странно. Снова колебался, раздумывая стоит ли говорить.
— Летерии сообщила городская стража. Стражники находятся по эту сторону барьера, видимость снижена, но они опознали флаг Наарии.
Я нахмурилась. Наария — одно из королевств, и при чём тут это? В чём опасность?
— Не понимаю.
Лорд отмахнулся:
— Не важно. Есть кое-какие подозрения.
Подозрения? Стоп. Алентор хочет сказать, что у него есть враги? Здесь? Среди людей?
Да он же сильнее в миллионы раз! Сильнее любого из магов! Кто рискнёт с ним враждовать?
— Что ты будешь делать? — новый немного неуместный вопрос.
— Пойду посмотрю на них. Выйду за купол. Встречусь… — Последнее слово прозвучало совсем уж недобро.
Моё любопытство смешалось с тревогой, а с языка вдруг слетело:
— Можно пойти с тобой?
Глупо. И понятно, что «нет», но Лорд снова обернулся. Он посмотрел до того пристально, что я плотнее закуталась в простыню. Намотала её до самых ушей, а потом зачем-то напомнила:
— У вас же, у огненных, слово женщины… ну как бы закон?
Алентор улыбнулся, а через миг рассмеялся.
— Что? — нахохлилась я.
— Не до такой степени.
Ну вот. Впрочем ладно.
Он опять задумался, а в итоге…
— Одевайся. Всё правильно, тебе тоже нужно на это посмотреть.
Я испытала недоумение, но задавать новых вопросов не стала. Алентор объяснил сам — уже после того, как я оделась и была готова шагнуть в портал.
— Люди короля Наарии интересовались твоим приютом, они запугали директрису Илларию.
Этого было достаточно. Осознав, что это значит, я немного о своём любопытстве пожалела. По телу побежали мурашки, и я даже испытала желание остаться во дворце, но, если король Наарии действительно связан с историей переселения моей души, мне действительно нужно на него взглянуть.
После недолгих колебаний я задала уже звучавший когда-то вопрос:
— У тебя найдётся лишний плащ с капюшоном?
Плащ нашёлся — он принадлежал самому Лорду и был слишком длинным, но лишнюю длину Алентор срезал, призвав огненное лезвие.
Едва я разобралась с завязками, Лорд приобнял за талию и перенёс нас к городским воротам — барьер проходил по городской стене.
Сами ворота были распахнуты, внутри словно натянута пурпурная плёнка. Алентор сделал пасс рукой, прорезая этот барьер.
Едва мы прошли сквозь защиту, порез затянулся. Купол вновь превратился в этакий полупрозрачный монолит. А впереди, шагах в пятидесяти от нас, прямо на подъездной дороге, действительно стоял отряд…
Конники. Около тридцати человек. Все в броне, но без признаков агрессии. «Гости» давно спешились, и сейчас внимательно смотрели на нас.
Короткая пауза, и король — а венец на голове не давал усомниться в его статусе, — направился в нашу сторону. Вслед за ним от толпы отделился мужчина в длинном тёмном балахоне, при взгляде на которого внутри шевельнулось нехорошее чувство. Я натянула ниже капюшон собственного плаща.
Не сказать, что пряталась, но, учитывая моё сходство с герцогом Шермским, решила не торопиться. Увы, чем ближе подходили эти двое, тем неприятнее становилось внутри.
Они остановились шагах в пяти, и король Наарии воскликнул:
— Ваша милость, лорд Алентор! Прошу простить за вторжение!
Король поклонился Лорду, только жест получился не слишком почтительным. Он выказывал уважение, но не более. Никакого подобострастия. Очевидного превосходства Огненного лорда наариец точно не признавал.
— Что вам нужно? — отозвался Алентор сухо.
Король поклонился опять, а на лице мелькнула странная улыбка.
Я невольно поёжилась. Если люди наарийца интересовались приютом, значит они же следили за Шермскими. Слежка, со слов герцога, не прекратилась и по сей день, а значит… король Наарии пришёл за мной?
— Ваша милость, я явился с самыми добрыми намерениями, — заявил «гость». — Уверен, что мои слова, моё предложение, доставят вам удовольствие.
На лице Алентора не дрогнул ни один мускул. Вообще никакой реакции, но наарийца это не смутило.
— Для начала позвольте представиться. Я — Хоргс Третий, король славного королевства Наария. Я, как и прочие короли, многие века выплачиваю вам дань.
— К делу, — перебил Алентор, в его голосе прозвучала сталь.
Хоргс заметно дёрнулся — явно не привык к подобному обращению и тону. Но проглотил и продолжил:
— Я пришёл освободить вас от вашего служения людям. Мне известно кто вы. Я знаю, что легенды про перерождение Лордов — сказки. Так же мне известно, что вы, многоуважаемый Алентор, как и остальные, находитесь здесь в своего рода заточении. Но я готов избавить вас от этого бремени.
Ну надо же. Вот это он сказал!
Я замерла, ошарашенная заявлением Хоргса, а Алентор тихо хмыкнул. Затем прищурился, словно пытаясь разглядеть в короле Наарии нечто особенное, и я поняла.
Переход в состояние концентрации, взгляд на Хоргса, и… а ничего. Если судить по ауре, король был самым обыкновенным. Зато его спутник заставил внутренне дрогнуть.
Прежде я не видела магов других стихий. Не представляла как они выглядят, но опознала сразу. Аура укутанного в длинный балахон мужчины словно состояла из бесчисленных воздушных потоков. Они наслаивались друг на друга, колыхались, а над головой вращался небольшой вихрь.
Даже без подсказок было ясно, что воздушник силён, но зацепило другое. Стоило посмотреть на него из состояния концентрации, как по телу прошла такая волна дрожи, что я с трудом удержалась на ногах.
Узнавание напомнило удар. Я с самого начала подозревала, но всё-таки надеялась на лучшее. Увы, надежды не оправдались, передо мной стоял «доктор».
Разум отказывался понимать и вспоминать, зато душа помнила всё.
Тот самый человек. Именно он «поймал» меня, и он же навязал свои услуги герцогине. Самое отвратительное — он тоже меня узнал.
Когда наши взгляды встретились, я заледенела. Моя магия никуда не делась, но страх парализовал.
— И каким же образом вы собрались избавить меня от «бремени»? — вопросил тем временем Алентор.
Возможно он подумал о том же, о чём и я. «Умершая» дочь Шермских найдена, значит её можно использовать как инструмент. Вопрос лишь в том, будут они извлекать душу или придумали что-то другое — нечто, что обеспечит полное моё подчинение?
Но всё оказалось вообще не так.
Хоргс вздёрнул подбородок и ловко расстегнул застёжку плаща. Тот упал, обнажая висящий на груди наарийца массивный амулет. Одного взгляда на амулет хватило, чтобы понять — он не имеет отношения к поверхности.
— Хм, блокиратор? — уточнил Алентор.
Вопрос был риторическим, но Хоргс ответил:
— Верно.
Алентор поморщился и повернулся ко мне.
— Этот амулет блокирует силу, — пояснил он. — Заодно и маскирует — если сила заблокирована, её нельзя увидеть, аура становится бледной. Подобные амулеты надевают в редких случаях, как правило их носят заключённые.
Короткая пауза и резюме:
— Перед нами полноценный маг огня.
Но маг оказался не просто «полноценным». Когда Хоргс расстегнул цепочку, позволив амулету упасть вслед за плащом, у меня в глазах зарябило. Аура наарийца была слишком тугой и яркой.
— Хм… Ясно. — Прокомментировал Лорд.
Король Наарии в который раз поклонился. Потом сказал:
— Я не хотел тревожить вас раньше времени.
— Поэтому устроил сюрприз? — парировал Алентор скептично.
Теперь они мерялись взглядами, буквально буравили друг друга.
А я не знала куда деваться. Зря пришла! Здесь какая-то запредельная игра, не для посторонних. И я со своим особенным даром явно не при чём.
Уж не знаю как, но Хоргс справился без меня. «Потерянная» дочь Шермских на его планы не повлияла.
— Не сюрприз. Просто всему своё время. — И наариец повторил: — Не хотел тревожить вас раньше времени. Не знал, как отнесётесь.
— Отнесусь к чему? — бросил Лорд.
— Ваша милость, я знаю о беде вашего народа, и готов избавить вас от служения людям. Стараниями моих наставников, я достаточно силён и могу принять ваш жребий. Способ передачи жребия вам известен, претензий от высших сил быть не может. Я готов.
Передать жребий! Да, Алентор упоминал о таком, и теперь мне стало страшно. Лорд не пожелал отдать жребий одному из соклановцев, посчитав это слишком жестоким, а причин жалеть Хоргса у Алентора нет.
Лорд может отдать, и… собственно всё. Он уйдёт. Вернётся в исконные земли, где станет жить долго и счастливо.
Очень заманчивое предложение. Слишком!
Вот только…
— Как ты получил эту силу? — прозвучало спокойно.
Наариец заметно расслабился, а потом расстегнул несколько пуговиц рубашки — он продемонстрировал большой рубин. Камень был вживлён прямо в тело и тускло светился. Выглядело неприятно, я быстро отвела глаза.
Зато Алентор отреагировал ровно:
— Там одарённая душа?
— Одной души мало. — Хоргс отрицательно качнул головой. — Моим магам пришлось постараться.
— Если не одна, то сколько?
— Одиннадцать, — помедлив сказал король.
Теперь взгляд Лорда упал на воздушника. Затем и на меня.
Алентор не сказал, но я без слов поняла, что должна была стать двенадцатой. Значит, не марионетка — мы были слишком оптимистичны, когда предположили, что из меня желали вырастить ручную магессу.
Увы, всё оказалось проще, «по обычной схеме» — меня собирались использовать как усилитель магии огня.
Собирались, но я, стараниями герцогини Шермской, ускользнула.
Кому-то повезло меньше и, при мысли об этих беднягах, меня пробила дрожь.
Я не выдержала:
— Но, чтобы применить усилитель, нужно быть магом. Необходимо изначально обладать магией огня, разве нет?
Вот теперь меня заметил не только «доктор», но и сам король. Я стянула с головы капюшон, потому что прятаться было уже бесполезно.
Благодаря фамильному сходству, Хоргс меня, конечно, узнал, но удивление было каким-то ленивым.
— Ах, маркиза… — произнёс он.
Я отрицательно качнула головой. Однако объяснять, что отказываюсь признавать себя потомком аристократического рода, не стала.
Меня интересовал ответ на мой вопрос, и я его получила.
— Обладать магией необязательно. При правильном подходе, после слияния с усилителем, огонь проявится сам. Не может не проявиться.
— Кто? — перебил наш диалог Лорд.
Я вопроса не поняла, а Хоргс оказался сообразительней:
— Она просила не раскрывать своего имени.
Она — это наставница? Леди, которая научила Хоргса и его людей способу отлова душ?
Король попытался скрыть, но Алентор это имя знал.
— Данаралия, — произнёс он.
И всё бы хорошо, но прозвучало слишком уж ровно. Настолько, что стало жутко. И подумалось: объективно у Алентора нет причин оставаться на поверхности, он действительно может отдать свой жребий. В том же, что касается нарушения закона, который запрещает отлов душ — на него можно закрыть глаза.
Ведь какая разница кто и что нарушил, если огненный народ освободится от обязанности защищать людей? Они смогут жить своей жизнью, а мы… ну люди и люди. Какое огненным дело?
Да и самому Алентору какое дело? Для него пребывание здесь — повинность.
Но…
— Я услышал тебя. — Алентор посмотрел на наарийца пренебрежительно. — Я не согласен.
— Что? — у короля вытянулось лицо.
Он не поверил. Просто не поверил. Маг-воздушник отреагировал столь же бурно — вытаращился так, что едва не лопнули глаза.
— Я не согласен, — повторил Лорд. — Ход интересный, но нет.
— Почему? — Хоргс непонимающе нахмурился.
— Причин несколько, я не собираюсь их озвучивать.
Король и маг переглянулись, а Алентор добавил:
— Соваться к Карнелиусу и Сильвусу тоже не советую. Я против, и этого достаточно.
Шок, в глазах Хоргса, сменился злостью. Король поджал губы и качнулся вперёд. Зыркнул на меня, а потом вдруг расслабился.
— Признаться мы не ожидали такого поворота. Учитывая, что поверхность для вас всё равно что тюрьма.
— Не твоё дело.
— Но Данаралия… — вновь попытался возразить король.
На кончиках пальцев Алентора вспыхнул огонь, и это было опасно.
Даже не так. Лорд не собирался отпускать тех, кто вломился в его земли — нет, и ещё раз нет.
— Вот как? — Хоргс, конечно, понял. Подобрался, глаза сверкнули ещё злее.
Но ведь они несопоставимы по силе, и уж тем более по мастерству. Это очевидно. Король Наарии должен понимать, что спорить бесполезно.
Огонь охватил всю ладонь Лорда, а наариец воскликнул:
— Стой! Ты не понимаешь. Это предложение касается не кого-то одного, я могу заменить всех. Всех троих.
Бровь Алентора всё-таки дрогнула, приподнялась. Любопытство тоже проснулось:
— С чего такая уверенность? Данаралия сказала? — Судя по тону, уважения к этой леди у представителя Правящего клана не осталось.
— Это хорошая сделка, — отчеканил Хоргс. — Отличная.
— Отлов душ вне закона.
Король неожиданно парировал:
— Вне закона у вас, внизу. Но не здесь.
Диалог не имел смысла. Точно не имел, потому что Алентор уже всё решил. Но Хоргс не оставлял надежды договориться.
— Отдай жребий, — его фамильярность резанула по ушам. — Если отдашь, то я, так и быть, оставлю тебе девчонку.
Что? При чём здесь я?
Алентор тоже заинтересовался, одарил противника надменно-вопросительным взглядом.
— Она моя, — заявил король Наарии. — В артефакте осталось место для её души. Последняя ячейка. Девчонка — моя.
Король опять зыркнул на мага-воздушника, а когда Алентор отрицательно качнул головой, что-то случилось. Воздушник отпрыгнул, одновременно выхватывая из складок одежды странного вида штуку — этакий скипетр со стеклянным шаром на конце.
— Даже не думай, — прорычал Алентор. По его лицу скользнула очень нехорошая тень.
Но Лорда отвлекли. Он не успел сказать, не успел крикнуть — только оттолкнуть меня в сторону. Поток огня, который вырвался из вживлённого в грудь наарийца камня, буквально снёс Алентора, впечатав того в городскую стену и барьер.
Я видела это краем зрения… Заметила за миг до того, как стало нестерпимо больно в груди.
Это отдалённо напоминало аварию — без визга шин, но с ощущением парения. Душа… она неохотно, но отделялась от тела. Её выдирали, а я не могла противостоять.
Всё. Конец. Свет меркнет.
Но после яростного вопля и огненной вспышки боль ушла. Меня прямо-таки вдавило обратно. Припечатало. Ввинтило в тело.
Зрение вернулось, и я увидела воздушника — та смертоносная огненная вспышка предназначалась ему.
Но маг, что странно, выжил. Его отбросило на несколько метров, он потерял концентрацию и, вероятно, повредил артефакт.
Для чего нужен скипетр было ясно — с его помощью из тел вынимали души. Артефакт следовало разбить. Немедленно. Но…
— Ева, уходи! — рявкнул Лорд.
У-у-у… Между нами было много всего, но так на меня ещё не рычали.
— Быстро. В телепорт и подальше отсюда!
Я видела, как воздушник подхватывает скипетр, как начинает подниматься с земли, и в груди опять зашевелилась боль.
Как поступить? У меня было несколько вариантов.
До меня вдруг дошло, что Хоргс убеждён, будто может заменить всех троих. А то, как Алентора припечатало огнём, было слишком красноречиво. Кажется наариец сильнее, чем я предполагала, а значит Лорду нужна помощь. Мне лучше остаться. К тому же я столько раз нарушала правила, что прямо сейчас сам Пресветлый велел. Вот только…
Нет.
Я подчинилась.
Просто подчинилась.
Он мой Лорд и знает лучше.
Когда боль в груди усилилась, я послушно возродила в памяти самую далёкую из известных мне точек пространства и призвала магию.
Я буквально рухнула в огненный овал, и лишь совершив переход осознала, что это место, вероятно, не лучший вариант.
Алентор, лорд Огня
Ушла. Хвала Первородному пламени.
Мне всерьёз опасался, что Ева упрётся и придётся тратить драгоценные секунды на самоличное запихивание леди в портал.
Но она подчинилась. Вопреки всем сомнениям, моя ученица не так уж безнадёжна. Хочется верить, что клановый браслет среагирует на столь специфическую угрозу, как вытягивание души, и Еву подхватят наши. Я бы тоже мог призвать соклановцев, но нет.
Просить о помощи в битве с человеком — это слишком. Что этот королёк вообще творит? Что он о себе возомнил?
Данаралия помогла ему обрести неслыханную силу? Снабдила уникальными артефактами? Что ж, я это исправлю.
Это мой бой. Только мой.
Понаблюдав бегство Евы, я повернулся к Хоргсу. Моя одежда дымилась, на лице — что неслыханно! — были ожоги. Я не смог отразить удар, он был слишком мощным, искусным и внезапным. Я просто не ожидал.
Даже предположить не мог, что чокнутая Данарайя передаст человеку не только силу, но и знания. Навыки и умения, которые недоступны ни одному человеческому магу. Запредельный поступок. Впрочем, вполне логичный — какой смысл в силе, если не умеешь ею управлять?
Хоргс умел. Он воспользовался заминкой с бегством Евы для новой атаки, но я успел выставить щит. Атака рассыпалась в искры. Но, судя по тому, что видел, магии мне не хватит — нужно снимать купол, возвращая энергию себе.
Я отскочил и сосредоточился на силе купола — в этот миг в меня полетели зачарованные стрелы. Отряд наарийца… Всепожирающее пламя! Как всё оказывается непросто. Ну Данаралия, подожди немного. Разделаюсь с твоим выкормышем и до тебя тоже доберусь.
И я ринулся в бой. Обрушил огонь. Главной точкой приложения силы стал воздушник с его проклятым уловителем. При следующем ударе в эпицентре оказались конники.
За спиной, на городских стенах, суетилась стража. Однако, зная меня, в драку не лезли — ждали приказ. Который я не собирался отдавать.
Как и в случае с соклановцами — нет. Сам. Только сам.
После второго удара воздушник сдох. Отряд приложило так, что пропитанное магией оружие стало бесполезным.
Наконец я смог сосредоточиться на наарийце.
Убью. Разотру в пепел и пыль.
А в том, что касалось его вопросов, у моего «нет» было две причины. Первую я уже озвучил — закон. Однако тут толкование двояко, ведь запрет на отлов душ действительно существует лишь внизу. На поверхности свои законы, которые не имеют отношения к нашим. Формально речи о нарушении вроде и нет. Это открытый вопрос.
Вторая причина была проще и одновременно сложнее. Пожалуй, будь у меня время задуматься, я бы и сам удивился. А может и нет.
Причину звали Ева. Я не готов передать свой жребий и вернуться на исконные земли, потому что не уверен, что Ева в этих землях выживет. Более того, прямо сейчас меня устраивало абсолютно всё — в моей жизни впервые появилось равновесие, я не желал рисковать и что-то рушить.
Третья причина косвенная, она лежала в плоскости эмоций — уж слишком нагло повёл себя Хоргс.
И я ударил опять. И ещё. Стычка, которая изначально должна была напоминать убийство, превратилась в поединок. Я с удивлением признал, что Хорсг действительно сильнее. Мы сравняемся лишь в том случае, если я позволю пробудиться внутреннему пламени. Но это слишком опасно. После такого от города останется выжженная земля.
Хорошо, что кроме голой силы, которой у наарийца в избытке, и кроме навыков, существует мастерство. Его не передашь и не купишь.
На мастерство я сейчас и уповал.
Впрочем, было кое-что ещё — моральное право на силу. У Хоргса это право отсутствовало. Камень, вживлённый в его тело, был результатом многократных преступлений, противных самой магии. Даже учитывая неоднозначность законов, я не мог, не имел права, эти преступления спускать.
Снова удар. Переход в защиту, выдох и новая атака. Не успело моё пламя погаснуть, как в меня полетел новый поток огня.
Это злило. Выбешивало. Но я продолжал методично двигаться к цели.
Мог призвать Эйниру, только Хоргс был для волчицы слишком опасен. Снова всё сам.
А в голове крутилось — Данаралия, которая затеяла всё это, хотела как лучше. И, равно как наариец, не ожидала моего «нет». Отдать жребий — это правильно и логично. Это нормальный выбор нормального Лорда.
Но не мой.
В следующую секунду король Наарии ударил с такой мощью, что снова сбил меня с ног…
Ева
Я вывалилась из портала и рухнула на колени. Выдохнула, понимая, что всё получилось — я в безопасности, «доктора» с его скипетром, как и короля Наарии, рядом нет.
Но стоило поднять глаза, осмотреться, как из груди вырвался стон — в момент создания портала я не очень-то соображала, куда перемещаюсь. Приказ Алентора выполнила почти бездумно, а точкой выхода сделала Большой Восточный разлом.
Я очутилась ровно там, куда когда-то перенёс Харт. Впереди виделся обрыв и провал, на дне которого плескалась лава, а слева, в отдалении, шатры постоянного лагеря.
Как и в прошлый раз, телепортацию заметили. Несколько огневиков сейчас стояли и раздумывали бежать навстречу или не бежать. Ровно в этот момент в голову пришла отличная мысль — Алентор сейчас один, сражается с врагом, который гораздо сильнее. Ему не до отправки вестников, а отряды, которые находятся в городе, не могут прийти на помощь, их сдерживает барьер.
Зато отряду, который базируется здесь, на разломе, ничего не мешает. Нужно просто сказать! Объяснить!
Ноги после пережитого были ватными, но я встала. Повернулась к шатрам и уже приготовилась сорваться в забег, но увы.
Вспыхнуло, и в десятке шагов возникла массивная мужская фигура. Я охнула и отшатнулась. Вот только этого не хватало.
Как он здесь оказался? Как его сюда занесло?
Кажется объективных причин не было, но я испугалась. Почувствовала себя истеричкой, но всё-таки сделала шаг назад.
Потом выдохнула:
— Лорд Сильвус?
Огненный растянул губы в улыбке.
— Ева, какая встреча, — начал он, будто мы столкнулись случайно, на каком-то светском рауте.
Прозвучало так, что я купилась, но только на секунду.
— Как вы здесь оказались? — спросила хмуро.
Сильвус лишь насмешливо фыркнул, и остатки замешательства растаяли.
— Как вы тут оказались? Как узнали, что я здесь?
Он мог рассмеяться и заявить, что я много о себе возомнила. Что у него, великого, нет поводов отслеживать перемещения какой-то девчонки. Да что угодно. Масса вариантов. Однако Лорд предпочёл сказать, как есть:
— По метке Дайтарона, разумеется. Странно, что Алентор до сих пор её не снял, но низкий ему за это поклон.
Прозвучало издевательски, но задело другое — Сильвус действительно за мной следил. Всего несколько минут назад я находилась в столице, под защитой барьера и была недоступна.
Всего несколько минут назад!
— Зачем? — выдохнула я. Стало жутко.
Невзирая на приветливое выражение красивого лица, в добрые намерения Лорда не верилось. Блеск его глаз пугал.
— Ну а почему нет? Каждый борется за своё счастье как может.
Я опешила.
— В смысле?
— Не притворяйся. Ты прекрасно всё понимаешь, Ева. Очевидно, что ты мне понравилась. Но у Алентора собственные планы, и он…
Я замотала головой.
Я видела, что из лагеря к нам спешат маги — история повторялась. У меня не было ни сил, ни желания вести какие-то разговоры с Лордом, нам правда не о чем говорить.
Поэтому я призналась:
— Мне очень льстит ваше внимание, я благодарна вам за симпатию, но у меня тоже есть планы.
— Даже не сомневался, — хмыкнул он насмешливо.
Тогда я поспешила объяснить:
— Я люблю Алентора.
— Глупости, — отмахнулся Сильвус. — Ты просто не пробовала других.
Сказал и вдруг прищурился, одаривая меня пристальным внимательным взглядом.
А потом прозвучало:
— Ты спала с Алентором? — Это был вопрос.
Я не собиралась отвечать. Это личное и уж кого, а Сильвуса вообще не касается.
— Лорд Сильвус…
— Спала. — Теперь это было утверждение.
Я не смутилась, а он внезапно разозлился. Даже прорычал угрожающе:
— Ева!
Что? Меня зовут Евой уже вторую жизнь подряд.
— Я его люблю.
— Нет, — отрезал Сильвус. — Не любишь. Ты просто не понимаешь…
— Люблю. Будь я одной из вас, я бы назвала его своей парой. — Объяснять, что подобное предложение от Алентора уже звучало, я посчитала неправильным.
— Дура. Ну какая пара? Какая…
Он осёкся, глядя в мои глаза.
Взгляд сказал всё, и Сильвус пришёл в ярость. В воздухе запахло такой опасностью, что в коленях появилась дрожь.
Я помнила рассказ Алентора об отношении к женщинам, но кажется в случае второго Лорда, меня все эти «привилегии» не касались.
— Глупая человеческая девчонка.
— Я… — Хотела объяснить. Возможно как-то сгладить. Но…
Вспышка ярости была резкой и невероятно сильной. Лорда буквально перекосило, и я услышала вердикт, от которого стало нехорошо.
— Значит убью. Убью. Ты мне понравилась. Возможно впервые в жизни мне по-настоящему интересна женщина, но то, что ты сделала…
В голове мелькнуло: а что я сделала? Влюбилась в другого? В этом я виновата?
— Алентор — щенок. Малолетка, который возомнил себя достойным сыном клана. Он не умеет беречь — ничего не умеет. Даже уследить за своей «возлюбленной» не смог.
Теперь меня закрутил водоворот. Мысли запрыгали, стремительно меняя друг друга.
Сильвус не знает почему я здесь. Понятия не имеет, чем сейчас занят Алентор, а если поймёт, то не факт, что поможет. Ему плевать на сородича, а моя ситуация безнадёжна. Или нет? Ведь рядом целый отряд огневиков!
Понятно, что Лорд сильнее всех, но вдруг? Вдруг получится?
Плюс у меня защитный браслет от Алентора, может он тоже сработает?
И как жаль, что из-за барьера нельзя призвать эрса — та защита непреодолима.
Только расстроиться по поводу эрса я не успела, меня отвлекло резкое ощущение опасности. Дрогнув, я посмотрела на разлом — как и в прошлый раз, там поднималась волна.
О, нет. Только не элементали… Впрочем может это не они? Может другое?
— Вы не посмеете, — возвращаясь к Лорду, выдохнула я. — Вы…
— Кажется девочка не понимает расклад сил! — рявкнул он.
Щелчок пальцами, и группа магов, спешивших к нам, застыла на месте. Они находились далеко, но я сумела понять, что именно произошло.
Их магия будто застыла, заморозилась, окаменела. И причиной тому был… да, Сильвус.
— Вы что творите? — пробормотала я, понимая, что всё. Конец.
Браслет, который молчал в момент извлечения из меня души, резко нагрелся. Я не знала, чем это поможет, да и не надеялась уже ни на что.
Надежд на мысленный вопль, адресованный эрсу, тоже не возлагала — ведь эрс во дворце, за барьером сквозь который не пробиться.
Но волк вдруг появился. Выпрыгнул из пространства и оскалил пасть, впечатляя размерами тела и остротой зубов. Кажется он опять подрос.
Сильвус замер, заломил бровь. Но тут явился кое-кто ещё…
Огонёк. Он вывалился из огненной вспышки, прорезавшей пространство, и плюхнулся на лапы. Мог полететь, но почему-то именно побежал — да, прямо ко мне.
Глупость. На фоне всех событий кот был мелочью, но Сильвус вдруг напрягся. Уставился на Пирожка, как на монстра.
Когда кот оказался рядом, я заметила нетипичное украшение. Тот самый бесполезный браслет, подаренный когда-то самой огненной магией — Огонёк умудрился просунуть в него голову и надеть браслет на манер ошейника. Браслет точно предназначался мне.
Конечно я наклонилась, конечно забрала. Тут же надела украшение на руку и ощутила, что металл вибрирует.
В следующую секунду произошли сразу два события. Во-первых, со стороны разлома раздалось рычание, и я, обернувшись, увидела группу элементалей. Во-вторых, Сильвус побледнел и отступил.
Освободившийся от артефакта Огонёк, вдруг ударил по земле хвостом. Зашипев, он медленно повернулся к Лорду.
— Нет, — выдохнул Сильвус. — Да нет. Быть такого не может.
Но быть, видимо, могло — кот изогнулся другой. Он сделал несколько шагов в сторону сильнейшего из магов, а на ментальном плане прозвучало:
«Уничтожу. Убью.»
Это что? Это мой Пирожок? Он умом повредился?
— Огонёчек, милый, — прошептала я изумлённо. — Стой. Спасайся.
Да его же сейчас размажет!
Но «кота» было не остановить.
Он ринулся в бой, и на лице Сильвуса отразился ужас. Лорд готов был исчезнуть, сбежать с поля боя самым позорным образом. Отступить под напором агрессивного, но всё-таки мелкого существа.
Великий маг передумал в последний момент. Его страх сменился злостью, и он призвал пламя. Сильвус атаковал первым, а я завизжала. Не сразу поняла что к чему.
Маленький, но невероятно злой кот подскочил и бросился, целясь когтями в лицо и шею. Пламя Лорда оказалось бессильно, его магия не могла противостоять.
Да что магия! Даже огневников, чью силу Лорд словно бы заморозил, отпустило. Здесь и сейчас Сильвус полностью утратил власть.
А Огонёк кромсал и шипел, и щадить не собирался. На ментальном плане звучало всё тоже лаконичное «уничтожу, убью!».
Он уничтожал. Я не знала что такое возможно, и глазам не верила. Ошарашенная, я перевела взгляд на элементалей — смертоносные монстры застыли в том же шоке что и я. Они смотрели на битву так странно, так непонятно…
Элементали дали слабину? Видимо мне следовало воспользоваться паузой, чтобы подготовиться к новому бою.
Но увы. Я отлично понимала, что шансов по-прежнему нет. Моя сила бесполезна без знаний, а единственное заклинание, которым владею в совершенстве, здесь не поможет. Каскад огненных шаров точно не спасёт.
Это было слишком. Чрезмерно! И судьба, видимо, решила сжалиться…
Первый из моих браслетов нагрелся так сильно, что я едва не закричала. А второй завибрировал с невероятной частотой. В разломе поднялась ещё одна волна лавы, качнулась к берегу и отступила. Она выбросила на сушу группу очень напряжённых мужчин.
Тест ДНК опять оказался посрамлён — сходство предводителя группы с Алентором было очевидно.
Гости из подземного мира застыли, оторопело глядя на бой между Сильвусом и стражем. Потом заметили элементалей, и лица вытянулись ещё больше. Наконец, постаревшая копия нашего Лорда сосредоточилась на мне.
Я растерялась, и… О, Пресветлый! Да что тут вообще…
Не выдержав, я закрыла лицо руками. Пожалуй, вовремя — послышался жутчайший вопль. Фигуру Сильвуса объяло пламя, в котором скрылся и Огонёк. Это пламя заметалось по площадке, продолжая… даже не кричать. Это было что-то другое, запредельное.
Звук оборвался резко, его словно выключили. Я всё-таки посмотрела, и тихо выдохнула, обнаружив, что страж жив. Он был потрёпанным, напоминал одну сплошную мышцу, а Сильвус… Тот, кто совсем недавно грозил мне смертью, превратился в чёрную обугленную глыбу.
При первом же порыве ветра эта глыба рассыпалась в пыль.
Огневики, наблюдавшие это, дружно отступили, и лишь теперь я поняла, почему Алентор так протестовал против стража. Вот та самая опасность, о которой он говорил.
Закончив с Сильвусом, Огонёк повернулся к элементалям и тяжело направился в их сторону. Я застыла в ожидании развязки. Думала, кот снова бросится, но сможет ли победить пятерых?
Причём низших здесь не было. Я не могла оценить силу элементалей, но было ясно — они не многим слабее уничтоженного только что Лорда. Да и слабее ли?
Я сжала кулаки, но всё сложилось вообще не так — монстры рухнули на колени в неподдельном благоговении. Смотрели на стража как на божество, а на ментальном плане вдруг прозвучало:
«Хозяйка! Не трогать!»
И дальше — нечто непонятное, кажется на древнем языке. А ведь кое-кто утверждал, будто стражи не умеют говорить!
«Хозяйка! Не трогать!» — повторил Огонёк злее, и монстры задрожали.
Один из них заклокотал. Это напоминало речь того, первого уродца, который вышел когда-то из разлома в школе, и я опять-таки не понимала. Эх, мне бы сейчас такой же навык, как у Морти! Только Алентор этот навык зажал.
Зато огневики язык знали, и их лица стали ещё более изумленными. Пока все таращились на сцену поклонения стражу, отец Алентора внимательно изучал меня.
Короткий разговор, непонятные слова, и всё. Элементали ухнули в лаву, как синхронистки в воду. Вот были монстры, и вот их нет. Скрылись. Исчезли.
Я не ожидала такого исхода. Вообще! А Огонёк… смерив мужчин презрительным взглядом, он направился ко мне. Взлетел, чтобы буквально врезаться в мои руки. А врезавшись замурчал, как настоящий кот.
Я, конечно, подхватила. Погладила между ушей, почесала шейку. Масштаб произошедшего в голове пока не укладывался, и я очень порадовалась, когда к боку прижался ещё и Дикарь.
Все свои.
Вот так мы и замерли, я и питомцы. Волк и кот уже не ругались, не ворчали друг на друга — кажется успели стать командой. Уж не эту ли грозящую мне опасность в виде элементалей они так увлечённо «обсуждали» в прошлый раз?
Напротив стояла группа представителей Правящего клана, а в отдалении — люди-маги. Подданные Алентора успели добежать и всё видели. Их шок был сопоставим с моим.
Быстрее всех очнулись жители исконных земель. Отец Алентора прочистил горло, а потом прищурился и склонил голову на бок.
— Та-ак, — протянул он. — Дай-ка угадаю твоё имя. Неужели та самая Евалантана?
Та самая? Ох ты ж… Да нет, уже не Пресветлый, а блин!
Блин, откуда он знает? Ведь вряд ли этот статный воин знаком с троицей тощих мальчишек.
— Я… просто Ева, — ответила в итоге. — Вот такое короткое имя.
Огонёк, от поглаживаний которого я в этот момент отвлеклась, выразительно заворчал.
Огневики дрогнули — все, кроме предводителя. Тот посмотрел с любопытством и задал новый вопрос:
— Что за конфликт с Сильвусом? Почему он на тебя напал?
Я пожала плечами:
— Разозлился из-за того, что предпочла Алентора.
Лицо главного огневика стало предельно заинтригованным.
— Что? Он даже не испугался того, что ты из ближнего круга?
— Какого ещё круга? — не поняла я.
— Твой браслет.
Он кивнул, указывая подбородком, и возникло одно подозрение. Просто этот кивок… В общем, речь точно шла о браслете, который подарил сам огонь.
— Я даже не знаю, что сказать.
— А что тут говорить? — улыбнулся предводитель. — Разве Алентор не объяснил, когда надевал его на тебя?
Алентор? Ы… Вообще-то он тут не при чём. Я этим браслетом гвозди заколачивала.
Но о гвоздях решила умолчать — зачем этим грозным красноволосым дядькам такие подробности? Про надевание тоже не сказала. Уверены, что это сделал Алентор — так тому и быть.
Более того, я вдруг вспомнила о том, чем сейчас занят Лорд, и меня пробрал страх. От главного выражение моего лица не укрылось:
— Что с тобой?
Пауза, и новый вопрос:
— И кстати, почему ты одна? Где мой сын?
Люди-маги, которых никто словно не замечал, расслышали, и лица стали совсем уж обалделыми. Но мне было не до этого.
— Его сейчас убивают.
Главный очень удивился.
— Как? — И уже с иронией: — Кто этот отчаянный? Кто посмел?
Объяснять было долго, поэтому я тряхнула головой.
— Вы знаете, где находится город? Столица Алентора? Сможете телепортироваться к воротам?
На меня посмотрели как на странную.
— Откуда? Мы бываем на поверхности раз в сто лет и, конечно, не знакомы с географией.
Ясно. Значит, придётся иначе!
Я посмотрела на изумлённых людей. Ведь среди них много высококлассных магов, способных помочь.
— Так что с Алентором? — бахнул другой огневик. — Если его убивают, то он должен был прислать вызов.
— Алентор не призывал ближний круг, — подтвердил другой.
Уф. Пусть я мало знаю про огненных, но что такое ближний круг догадалась. И это что же получается? Сама магия вписала меня в число тех, кто сосредоточен вокруг Лорда и стоит за него горой?
— Порталы создавать умеешь? — спросил главный. — Перемести нас.
Страха в его голосе не было, только любопытство.
— У меня мало опыта. Я ещё не создавала порталы для других… — я запнулась, но закончила: — людей.
Огневики поморщились, к людям они себя не причисляли. Не дрогнул только главный, он и приказал:
— Делай.
— А вдруг ошибусь? Вдруг…
— Делай, Ева. — Во мне сомневались примерно в той же степени, что и в Аленторе. То есть ничуть.
— А если вас расщепит? — пыталась быть разумной я. — А если застрянете?
Но главный только посмеялся.
— Делай, Ева, — повторил он, и я разозлилась.
Ну, раз вы настолько на голову отбитые, что желаете рискнуть, то почему бы нет.
Я отступила и визуализировала точку выхода. Затем призвала магию, влив гораздо больше, чем обычно — рядом вспыхнул огненный овал. Жители подземного мира шагнули в него один за другим, и действительно без страха.
А последний — огромный детина в кожаной жилетке, покрытый татуировками, — оглянулся и объяснил:
— Не волнуйся. Если Алентор пригласил тебя в ближний круг, ты достаточно хороша.
Шаг, и всё. Они исчезли, а я осталась. В компании питомцев и замерших неподалёку людей.
Магам было о чём спросить! Там уже созрела тысяча вопросов! Но…
— Простите, — пробормотала я, и тоже бросилась к порталу. Шаг, и меня привычно поволокло сквозь пространство. Без всяких видений, без флэш-бэков из прошлой жизни. Обычный переход.
Почему закончились флэш-бэки? Полагаю, дело не только в том, что я всё уже вспомнила. Я настолько слилась с этой жизнью, с этим телом и реальностью, что воспоминания о прошлом утратили остроту.
Они были во мне, оставались частью личности, но душа стремилась вперёд. Не желала горевать о прошлом. Не желала рефлексировать. Вся эта философия… Философствовать буду позже. Если повезёт, то в глубокой старости, сидя у камина с бокалом вина.
Ну а сейчас…
Я вывалилась из портала. Огонька при этом держала на руках, а эрс прыгнул за мною. Мы едва не врезались в того самого огневика-верзилу, а потом нашим взглядам предстала удивительная картина. Алентор был изранен, подпален и подран, а Хоргс, столь же израненный, пленён.
Король Наарии лежал на брусчатке подъездной дороги, его держала толстая огненная цепь, он дёргался и не верил. Кричал что-то о покровительнице и справедливости, о том, что Алентор не может так поступить.
Но Алентор мог. Появление сородичей он воспринял спокойно, а меня встретил улыбкой. Правда, заметив Огонька всё-таки поморщился, и я поспешила крепче прижать животинку к груди.
Вмешиваться мы не могли. Тут была особая битва, и никто из пришедших не проронил ни слова. Лорд мазнул по нам взглядом и вернулся к пленнику, который продолжал вопить.
До нашего появления здесь вёлся некий диалог, который явно подходил к финалу.
— Я избранный, — возопил Хоргс. — Ты не понимаешь!
Алентор фыркнул.
— Не понимаю? Ну да.
И после паузы:
— Если ты избранный, если твои деяния благословенны, то может обратимся к высшим силам? К тому, кто стоит над самой магией?
Глупость. Если Лорд имеет в виду Пресветлого, то какое ему дело? Слишком мелкий вопрос для сущности такого масштаба.
Похоже, что Хоргс считал так же, но Лорд не шутил.
Он отступил и всё же обратился к сородичам:
— Видите камень у него в груди? — Алентор указал на пленника. — Там души. Ему передали технологию и научили нашей магии. Он собрался избавить нас от бремени, освободить Лордов от их жребия. Но не смог принять мой отказ.
Бровь главы Правящего клана приподнялась.
— М-да, интересно тут у вас, — прокомментировал он.
— Не то слово, — согласился Алентор.
Лорду действительно досталось. И ему, и городской стене, которая частично обрушилась… Зато и «доктор», и сопровождавший Хоргса отряд превратились в кучки пепла. Битва точно была непростой.
— Ты знаешь кто его научил? — спросил у Алентора главный.
— Разумеется. — На изодранном и подкопчённом лице Лорда белозубая улыбка выглядела жутковато.
Главный кивнул, и разговор иссяк. Алентору явно дали право на любые действия. Впрочем, здесь, на поверхности, он этим правом обладал и так.
Я знала и понимала многое, но то, что произошло дальше… это были легенды.
Невозможное. Немыслимое! Здесь, с нами, случиться подобного ну точно не могло.
Отступив от скрученного цепью Хоргса, Алентор вскинул руки к небу и воскликнул:
— О, Пресветлый! Ты обязал нас беречь людей от подземного пламени! Мы выполняем твою волю! Подай же знак, угодно ли тебе то, что здесь происходит? Достоин ли силы этот человек?
Три удара моего несчастного сердца, и Пресветлый этот знак действительно подал.
Белый день, идеальное небо без единого облачка, и тут с небес ударила молния. Она прошила вовсе не Алентора — молния ударила чётко в камень, вживлённый в бледную грудь.
Раздался отчётливый многоголосый стон, и мы увидели, как из расколотого артефакта вылетают белёсые тени — это были души. Много. Не одна и не две, целый десяток. Видимо все одиннадцать. Кажется король Наарии не соврал, называя число.
Души плавно потянулись вверх — к солнцу и свету. А потом растаяли. Освободились. Я не смогла сдержать слёз.
В миг, когда молния разрушила камень, воздух рядом дрогнул. Открылся очередной портал — в этот раз принесло Камелиуса. Видимо его кто-то вызвал, но ничего не объяснил.
Камелиус замер как и все мы, а я во все глаза смотрела на Хоргса. Король не выжил, удар божественного огня человека не пощадил. Мог ли Пресветлый подать более чёткое знамение? Точно нет.
Повисло молчание. Долгое. Потрясённое. Алентор при этом смотрел только на меня.
Он смотрел, а браслет — ну тот, первый, который как бы бесполезный, — подрагивал. Кажется нам предстоит новое объяснение.
А ещё Огонёк… Прямо сейчас огненный кот словно издевался. То так тушку свою повернёт, то эдак. То пузико под почёс подставит, то голову, и всё это на глазах того, кто обещал его убить.
Наконец молчание разбилось о тихий вопрос пропустившего всё «веселье» Камелиуса:
— Прошу прощения, но кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?
Угу. А ведь поговорить было о чём.
— Что происходит? — переспросил Алентор. — Да ничего особенного. Просто Пресветлый дал знак, что отлов душ ему по-прежнему неугоден.
Камелиус окаменел.
— Отлов душ?
Алентор указал на Хоргса, однако на этом объяснения закончились.
Вместо этого Лорд направился ко мне. Приблизился, остановился в нескольких шагах и подарил новую улыбку.
— Ну что? — произнёс он. — Данаралия оказалась права?
Я не поняла.
— Она точно чокнутая, — продолжил Лорд, — но капля разума в её фантазиях всё-таки имелась. Думаю, я понял, что именно происходило всё это время и что произошло сейчас.
— Ты понял, а с нами поделишься? — встрял глава огненных.
Алентор кивнул.
Но он по-прежнему обращался лично ко мне:
— Очевидно, что все эти игры с душами, которые начались не вчера, запустили особый процесс. Они изменили привычную расстановку сил, и человек, способный повелевать пламенем наравне с нами, действительно появился. Магия в определённой степени разумна, но у неё своя логика. Зная закономерности этой логики, я готов утверждать…
Магия видела и чуяла, что происходит нечто неправильное — для неё, всепроникающей, действия Хоргса и Данаралии не являлись секретом. Поэтому, в определённый момент, магия начала искать звенья этой цепочки — души, которые Хоргс собирался забрать. Когда ситуация оказалась на пике, когда Хоргсу осталось присвоить последнюю, двенадцатую душу, она взбунтовалась.
В течение нескольких месяцев магия искала потенциальных носителей иномирной души и щедро раздавала огненные метки. Именно поэтому у нас случился неслыханный всплеск огненных инициаций. А когда магия, наконец, отыскала тебя и поставила метку, когда ты очутилась в школе, всё успокоилось. Магия и сам Огонь угомонились. Даже разломы уснули, они тоже бесились из-за тебя.
Школа Огня была единственным безопасным местом, впрочем и этого показалось мало. Для сохранения миропорядка, тебя требовалось защитить ещё лучше. Поэтому тебе послали стража, — он всё-таки покосился на Огонька, причём снова недобро. — Затем эрса. А после… Я пока не понимаю как, но мой браслет, пропавший из хранилища, тоже оказался у тебя.
Лорд замолчал, а я, не выдержав, покраснела. Опять вспомнились гвозди. А ещё плоды пепельного дерева — браслет был идеален для их раздавливания, пускания сока.
— Из того, что я увидел дальше, после знакомства с тобой… — продолжил Алентор, — ты действительно Леди. Нужно лишь обучить, и ты легко заменишь одного из нас. Или вообще всех. При должных навыках и правильной поддержке ты сможешь всё.
Последний вывод был как бы ожидаемым, но я всё равно смутилась. Главарь огненных хмыкнул, а у Камелиуса приоткрылся рот.
— Данаралия была не единственной, кто мечтал избавить огненный народ от его бремени, — добавил Алентор, — и Пресветлый, судя по всему, услышал. Ты человек, Ева, но ты равная. Вероятно, однажды потребность в Лордах, в том виде, в котором она есть сейчас, действительно отпадёт.
Я не знала, что сказать — стояла и молчала.
Значит, я всё-таки Леди? А если вспомнить про смерть Сильвуса, то… приступать к обязанностям могу прямо сейчас?
Вот только…
— Ауч! — воскликнул вдруг Камелиус, хватаясь за предплечье. Лицо исказила боль.
— Что там? — рявкнул глава Правящего клана.
Камелиус рывком задрал рукав шёлковой рубашки и уставился на побледневшую кожу. Я вытянула шею, чтобы разглядеть две метки — знак самой магии и жребия, — но метка была одна.
Тут и Алентор… не закричал, но зашипел.
От его одежды мало что осталось, рукава так и вовсе отсутствовали. Он повернул руку, и все увидели, как метка жребия исчезает.
— Та-ак… — протянул глава клана.
Все нахмурились, напряглись. Неужели эпоха Лордов закончится не когда-нибудь, а прямо сейчас?
— Ева, — бахнул главный. — Покажи-ка руку.
Я показала. Если кто-то ждал, что теперь у меня появится новая метка, то нет, не появилась. Она по-прежнему была одна, зато сам рисунок преобразился.
Вместо разрозненных линий на коже теперь красовались несколько концентрических кругов, а «нарисованное» пламя словно колыхалось.
— Ух ты, — пробасил кто-то.
Огненные придвинулись, чтобы рассмотреть получше. Не испугались даже грозного Огонька.
Снова молчание, и вновь его нарушил Камелиус.
— Дышать тяжело, — заявил вдруг он. Дёрнул ворот рубахи, разрывая ткань, и добавил: — Поверхность словно отвергает.
Теперь все замерли.
Стоп.
Огненным в принципе тяжело находиться у нас, спокойно «поверхность» переносят только Лорды. Но и Алентора, и Камелиуса только что «разжаловали», а значит…
— Ты меня покинешь? — я в ужасе уставилась на Алентора.
Он напрягся и застыл.
Точно хотел что-то сказать, но слов не было. Лорд просто стоял, переваривал новую проблему и хмурился.
— Алентор, так ты, получается, тоже теперь свободен, — подал голос отец.
— Я никуда не пойду.
Очередная пауза, и кто-то аккуратно заметил:
— Но поверхность тебя отвергает, как и всех нас.
Бывший Лорд замер, словно прислушиваясь к ощущениям. А потом не без удивления сообщил:
— Ничего не чувствую. Никакого отвержения. Всё как и прежде.
А вот с Камелиусом было наоборот. Его почти выворачивало — он даже скрючился, пытаясь совладать с магией и телом.
Второго Лорда не просто «отвергало» — его буквально выпихивало с человеческих территорий. Выпихивало даже активнее, чем пришедший на помощь Правящий клан.
— Так, я… Мне нужно пламя! Я вниз, — прохрипел Камелиус и исчез в телепорте.
Он ушёл, а на нас с Алентором уставились с непониманием. Наконец главарь огненных произнёс:
— Я пока не знаю всего, но уже понял, что Ева, по своей магии, равна нам. Я не ошибусь, если скажу, что вы тянетесь друг к другу и леди готова признать тебя парой?
Мои щёки порозовели, а Алентор прищурился:
— Думаешь, поверхность поэтому меня не отвергает?
Огненный дёрнул плечами.
— Леди нужна помощь, она не справится со всем этим одна, а ты как раз способен. К тому же ты очевидно влюблён. Так зачем тебя выгонять?
Но Алентор зацепился за другое — до него с запозданием дошло. Повернувшись ко мне, он посмотрел очень пристально, словно заглядывая в саму душу.
Взгляд был таким, что даже страж не выдержал. Спрыгнул на землю и отошёл прочь. Как и волк.
— Ты действительно согласна признать меня своей парой?
Я ответила раньше, чем успела подумать:
— Да.
Я поторопилась. Даже паузы не выдержала! Видимо поэтому прозвучало совершенно не торжественно. А ведь такие слова нужно говорить с особенной интонацией, в какой-то особенной обстановке. Среди цветочных гирлянд, под звуки арф…
Только Алентору арфы и гирлянды были не нужны. На его лице появилась этакая потрясённая улыбка.
— Серьёзно? — переспросил он.
— Абсолютно, — подтвердила я, и все свидетели вдруг исчезли.
Тут, на подъездной дороге, стояли огневики из Правящего клана. На уцелевших фрагментах стен и в провалах замерли стражники и горожане. Огромнейшая толпа!
Но для меня они превратились в невидимок. Стены города, далёкая махина дворца, дорожная пыль, зелень травы и небесная синь — всё куда-то подевалось. Остался только мой Лорд, Алентор.
Я сделала неосознанный шаг навстречу, он — тоже. Ещё шаг, и… К счастью, инициативы от меня больше не требовали. Этот поцелуй инициировал сам Алентор, и это был чистый патриархат.
Его руки, губы, язык… Его огонь, от которого по телу побежали невероятные мурашки. Страсть, нежность и жажда, смешанные в едином коктейле. В хмельном и многослойном, который я с таким упоением пила.
Я тонула в этом поцелуе и не могла остановиться. Задыхалась, когда Лорд, пусть на мгновение, но отрывался от моих губ. Я хотела ещё… и ещё… и не только поцелуев. Весь остальной мир стал лишним.
В какой-то момент мы с Алентором тоже исчезли. Остались только две сплетённые вместе души…
Назвать парой — одно, а узаконить союз — совсем другое. Нам пришлось пройти аж две церемонии, наверху и внизу.
Причём «подземная часть» была первой и состоялась спустя всего неделю после всех событий. Алентор не желал ждать, даже скандал вокруг появления «человечки» с созвучной магией, его не остановил.
А подземный народ бурлил, и мнения неожиданно разделились. Кто-то поддержал, искренне обрадованный тем, что времена «жребиев» миновали. Кто-то наоборот воспринял моё появление как покушение на святая святых. Им не понравилось, что сила, доступная только «исконным», проснулась в ком-то ещё.
Нашлись и те, кто возмутился самому факту моего существования. Моё рождение посчитали неестественным, ведь я — чужачка, подселённая душа.
Аргументов «за» и «против» было достаточно. Среди претензий встречались и абсурдные, включая например то, что в момент выбора пары я была знакома только с Алентором, значит не могла сделать правильный выбор. Мол, для начала покажите леди всех женихов.
До меня дошли лишь отголоски волнений, но и этого было достаточно, чтобы оценить насколько выгодно дружить с Правящим кланом. Правящие были непреклонны и смели всех.
Церемония была долгой, непривычной, проходила возле источника подземного пламени. Со стороны невесты почётными гостями стали Наонграс, Олтаринус, Дайтарон и ещё трое… Дикарь, пугавший всех Огонёк и колоритный бритоголовой человек-огневик.
Угу. Узнав, что я делилась с Морти практически всеми своими открытиями, Алентор сначала принялся стонать, а затем разрешил посвящать друга и дальше. В конце концов я — Леди Огня, правительница, и мне нужна свита. Так почему бы в мой собственный ближний круг не войти тому, кто всегда был на моей стороне?
Уже после церемонии состоялся судебный процесс над леди Данаралией. Он был закрытым — участие в слушаниях принимали только Правящие, клан обвиняемой и Совет.
Меня это тоже касалось, но я не хотела, и Правящий клан пошёл навстречу. Из нас двоих на слушаниях присутствовал только Алентор — впрочем, без него бы всё равно не обошлось, ведь обвинения предъявлял именно он.
Спустя несколько дней, которые ушли на выяснение всех обстоятельств, мой Лорд поделился парой неизвестных подробностей. Во-первых, обучение Хоргса — там использовался тот же принцип, по которому я выучила каскад огненных шаров.
Леди передавала знания напрямую, при помощи «плазмы», без всяких учебников. В том, что касается самого факта их сделки… Данаралия сделала выбор на основе дневников Первого Лорда — в нём Лорд описывал королевства и повадки людей.
Она отыскала то из королевств, которое страдало от Подземного пламени больше и чаще других. В какой-то момент поднялась на поверхность и, продемонстрировав пару фокусов, потребовала встречи с правителем.
Огневичка приходила в Наарию много раз, но визиты, по понятным причинам, были короткими. Сам диалог начался не вчера, и первым, с кем говорила леди, стал прадед Хоргса. На подготовку к отлову душ и прочее ушло несколько десятков лет.
На время своего отсутствия в подземном мире Данаралия объявляла дни уединения. Якобы запиралась в поместье и, согласно правилам, никто потревожить не мог.
Да и не собирался тревожить, ведь у огневиков и мысли не возникало, что Данаралия занимается чем-то незаконным. Даже её клан ни о чём не подозревал.
Теперь же, невзирая на неоднозначность законов и отсутствие прямого запрета на отлов душ на поверхности, её ждало заточение в каком-то ужасном месте.
Услышав всё это, я лишний раз порадовалась, что пропустила суд.
Алентор взял на себя и то, что было связано с надземными делами и наследством двух других Лордов. Переговоры с отрядами огневиков и человеческими правителями в том числе.
К моей силе прилагалась огромная ответственность — включая ответственность за земли и подданных. За поиск и обучение новых огненных магов. За проявления Подземного огня.
В один миг, словно по щелчку пальцев, из обычной девчонки я превратилась едва ли не в повелительницу всего мира. Тот факт, что рядом со мной есть настоящий, опытный правитель, стал счастьем. Но это уже совсем другая история — в момент снятия «жребиев» она только началась.
Масштаб проблем я поняла быстро, и чокнуться мне вслед за Данаралией, но Алентор не позволил. Он окружил любовью и заботой. Стал для меня каменной стеной.
Я осторожно улыбалась, точно зная, что всё получится. Я обязательно освою все тонкости огненной магии, постепенно войду в курс дел. И пусть Алентор больше не обязан служить людям, он навсегда останется Лордом. Всю свою власть я разделю с ним.
Алентора такая участь ничуть не пугала. С момента, как у меня закончились секреты, он вообще стал очень спокойным — даже принял, наконец, моего «кота».
Я почему-то была убеждена, что после сражения с Сильвусом и усмирения элементалей Огонёк уйдёт, но страж, а точнее шармиз, меня не бросил. Алентор объяснил его поведение тем, что меня всё ещё нужно защищать.
Огонёк освоился во дворце и, к полному изумлению Лорда, стал всеобщим любимцем. Даже при том, что про опаснейшую природу питомца знали все — такое шило в мешке не утаишь.
Дикаря, который был куда безобиднее и вообще душка, боялись гораздо больше. Вероятно из-за размеров — он медленно, но неуклонно рос.
Спустя три месяца волк заматерел так, что даже вреднючка-Эйнира прониклась. К радости моего эрса, между ними всё-таки завязался роман.
Наблюдая за любовью волков, Лорд хохотал. Я одёргивала его как могла, а сама… готовилась ко второй, к «человеческой» свадьбе. Её планировалось провести здесь, в городе, во владениях Алентора. Вернее, как бы моих владениях, но всё-таки его.
Я очень нервничала, и за пару дней до церемонии меня пробило на разговоры. Я вспоминала всё, что с нами случилось, и в какой-то момент признала, что есть в моём понимании ситуации ощутимый такой пробел.
Допустим магия действительно меня искала, а обнаружив решила защитить — при помощи метки, стража и эрса. Но если так, если я настолько ценна, то почему элементали — эти порождения самого огня, — признали меня врагом и решили убить?
Что это вообще было? С элементалями?
— Элементали действительно порождения пламени, но не сам огонь, — ответил на это Алентор. — У них своя воля и другая логика. Огонь не может им приказать.
Прозвучало неубедительно.
Огонёк, который присутствовал при разговоре, нахально фыркнул. А потом на ментальном плане прозвучало:
«Ближний круг».
Я сначала не поняла и даже переспросила, чтобы через миг уставиться недоумённо. Стоп-стоп. Элементали возненавидели меня из-за Алентора?
«Правящий клан — смертельные враги. Ты — слабое звено», — подтвердил Огонёк.
Ну, отлично. То есть Алентор о получении мною браслета даже не догадывался, а элементали узнали сразу?
«Другое восприятие», — протранслировал Огонёк, чем добил.
Прекрасно. Значит и о новом мире мне известно далеко не всё. Мне ещё учиться и учиться!
— Что там? — буркнул Алентор, который наши ментальные разговоры не слышал.
— Ничего важного. Позже расскажу, — отмахнулась я.
А вот о чём я намеревалась молчать максимально долго — так это о бесчинствах с его браслетом. Для такой истории точно требовался очень особенный момент.
Впрочем, вру. Про «приключения» браслета я молчала больше из вредности, это была маленькая месть за украденные когда-то трусики. Невзирая на все старания, Алентор категорически отказывался раскрывать мотивы того поступка и судьбу украденного белья.
Вот и я молчала! Так что у нас всё-таки появилось по одному секрету друг от друга. Приведут ли эти секреты к чему-нибудь интересному? Как знать.
Но нет, было кое-что ещё. Крошечный момент, говорить о котором я пока не решалась.
В рабочем кабинете Алентора, в одном из ящиков стола, лежал пропитанный магией шарик, который очень меня манил.
Я обнаружила его случайно, когда посмотрела на этот стол из состояния глубокой концентрации. При этом шарик ощущался как нечто знакомое. В голове в тот момент родилась глупая, необоснованная ассоциация — ключ.
Элементали, трусики, ключ… Я думала обо всём и сразу, мысли скакали как блохи. Но это было нервное — способ отвлечься от того, что волновало больше всего. От вопроса детей.
Огневики — не люди. Мы с Алентором относимся к разным биологическим видам. Что если у нас не получится? А мне очень хотелось. Я не мечтала, а просто хотела. Детей. От него.
Только от него. Двоих. Или больше — как уж сложится.
А сложится ли?
Разум ворчал и сомневался, а интуиция шептала — да.
Да. Но всему своё время. Зачем забегать вперёд, если можно просто жить и любить? Друг друга. Мир, который нас окружает. Родных, друзей и соратников. Тех, кто рядом и тех, кто на нашей стороне.
Всё будет, но, опять-таки, всему своё время. Как однажды пришло время для этой нереальной, с точки зрения логики, любви.
Мне пришлось умереть и возродиться в другом мире, чтобы встретить своего Лорда. Мужчину, которому покоряется самая опасная стихия. Мужчину, который покорил и меня.
Покорил мой личный, своенравный и очень недоверчивый Огонь.
Конец.