Когда тебе не хватает красок в жизни, ты стремишься что-то изменить. Пытаясь что-то изменить, ты идёшь вперёд, смотря на то, что желаешь. Главное смотреть под ноги, чтобы не сорваться вниз.
Пресытившись тем, что имел, герой делает шаг вперёд навстречу новому, в которой он стремится получить то, что ему не хватало в жизни.
Аккуратно поднятая рука, удерживающая стакан с плещущейся в нём жидкостью. Уставший взгляд, направленный в окно — очередной стрим закончился уже более получаса назад, но это было лишь досадной мелочью. Тот был музыкально-разговорным, не настолько сильно выжигающим, как это было обычно… до последних минут оного. Ведь достаточно всего пары слов и нескольких минут, чтобы испортить настроение.
Я перевёл взгляд на свою руку. Этот месяц кончился для меня очередным провалом — я не получил то, к чему шёл уже который год. Уже с десяток лет, но… Ни одной главной роли. Всегда находился кто-то лучше, кто-то более нужный, кто-то более «более».
Это надоело уже давным-давно, но столь же давно это стало привычным. Я тяжело вздохнул и приложился к напитку в стакане… о котором я до этого забыл. Допив одним глотком этот «дюшес», или как там его называли, я открыл ящик стола и достал бутылку с виски. Старина-Джек всё также радовал своим оранжевым цветом, мерно колыхаясь в ёмкости. Плеснув себе в стакан, примерно на два пальца, я вновь откинулся в кресле, продолжая рефлексировать и вспоминать прошлое.
И всё же, с другой стороны, мне грех было жаловаться. На жизнь мне хватало — и на хлеб, и на масло, и даже на икорку… правда, в основном красную. Увы и ах, но ничего не поделать, каждый день бутерброды с чёрной мне не совсем по карману… ну, если питаться только ими, конечно.
Пригубив напитка, я невольно посмотрел на соседний ящик в столе, но некоторым усилием воли отогнал желание его открывать. Ещё не время, если можно так сказать. «Это на Новый Год», как сказали бы мои знакомые.
Взгляд сам собой прошёлся по квартире, выхватывая несколько старых, уже потрескавшихся от времени плакатов групп, которые мне раньше нравились, что соседствовали с относительно новой мебелью, после чего на несколько секунд задержавшийся на зеркале, что было встроено в шкаф. Из него на меня взирало уставшее, аккуратно выбритое лицо с потухшим взглядом серых глаз.
Прикоснувшись к своему лицу, я чуть-чуть поморщился и откинул прядь светлых волос, заметив проявляющиеся, едва заметные круги под глазами. График бодрствования и сна вновь вышел в окно, погибнув в неравной схватке с реалиями репетиций и стримов, которые просили всё чаще, и из-за этого же столь утомлявшие. Вздох вырвался сам собой, под ощущение подступавшего сквозняка.
К моей вящей радости, кроме едва заметных кругов под глазами не было никаких изъянов. Возраст, достаточный для морщин, меня уже догнал, но вот они уже отставали, позволяя мне сохранить весьма молодой вид. Ровный нос и высокий лоб — с последним пришлось поработать, подобрав подходящую причёску, но коль известный Леонардо мог быть красавцем с высоким лбом, то, чем я хуже?
Прохладный ветерок, шедший со стороны балкона, так и манил выйти. Сопротивляться уже этому соблазну я не стал — после долгого стрима хотелось вдохнуть свежего воздуха полной грудью. Вечерний город ещё не успел засиять всеми цветами, но постепенно разноцветные огни загорались, что в окнах, что на рекламных вывесках.
За последние полвека, если верить тому, что говорят отцы и деды, город изменился не слишком сильно. Всё те же высотки, только больше и пестрее, всё те же машины, только больше разных электромобилей, всё те же люди… и вот они как раз не менялись.
Что приезжие, что мигранты — столица пережёвывала всех без остатка, давая иллюзию шанса, за который хватались единицы из сотен тысяч, тогда как остальные либо падали на самое дно, либо бултыхались на его грани.
Есть две крайности — проигрыш и победа. У обоих этих крайностей также два варианта — полный или на грани. Конечно, большинство скажет, что я был не на стороне проигравших, но… я не испытывал удовлетворения.
Привычная к игре на гитаре рука сама, выработанным рефлексом, потянулась к карману чтобы вытащить пачку сигарет, но тот оказался пуст. Поморщившись, я вдохнул свежий воздух и облокотился на перила, смотря на уже много лет как известный мне пейзаж, наполненный неоновой рекламой.
В который раз я задумался о смысле жизни, карме, смысле добра и зла… чем дальше я жил, тем чаще обращался к этим вопросам. Попытки найти ответы не обернулись каким-либо успехом… но и усилий на это я потратил не столь много. Впрочем, более всего мне в этом понравился буддийский мотив. Мысль что «карма» может быть объяснена как прошлой жизнью, так и этой была интересна, но… я быстро утратил к этому интерес.
Видимо, я оказался слишком стар чтобы принимать в себя какую-то религию, и слишком молод чтобы её понять. Впрочем, этому есть и другое объяснение — очередные съёмки. Я соглашался на многие проекты, но я никогда не получал главную роль. В лучшем случае, один из самых знаменательных для меня моментов, я получил роль близкую к главной — постоянный спутник главного героя… который в итоге погиб.
Это было весьма забавно, пусть я и не могу сказать, что мне понравилась эта роль. Впрочем, тогда достойно платили — спасибо и на этом.
Однако, приятной отдушиной для меня стала музыка. Она давалась мне с детства, но, видимо, я выбрал не тот путь, решив стать тогда актёром, а не музыкантом. Но я старательно навёрстывал то, что не развивал раньше.
Практически продолжением меня была флейта — на ней я чаще всего и играл, делал каверы, да и сама она позволяла мне расслабиться. Больше я предпочитал поперечную, хотя и умел работать и с продольной. Гитара также не вызвала каких-то проблем. Большие проблемы возникли с экзотикой, которую я взялся изучить практически на спор. Это был сямисэн — щипковый инструмент, который шутки ради я иногда сравнивал с балалайкой. Любителей японщины это иногда прямо-таки задевало, и вызывало небольшие бурления в комментариях.
Барабаны мне не дались, но с этим ничего не поделать. Не мой инструмент, к сожалению. Понял я это практически сразу как взялся за барабанные палочки. Просто «не оно».
Но что это я всё о себе, да о себе?.. И правда, надо побольше. В конце концов, скромность — это не то, чем я богат.
Свой «скромный канал» на всем известной площадке я завёл лет пять как, неспешно набирая зрителей и слушателей. Как я говорил раньше, по большей части я делал каверы на чужие песни и музыку, изредка пытаясь родить что-то своё.
Но, увы, в плане песен успеха я не возымел, так как к стихосложению, даже песенному, не склонен… а вот с музыкой было лучше. Однако даже так, разница между сделанным кавером или своим творчеством была разительна — что по просмотрам, что по лайкам. Даже на стримах, когда я что-то играл, куда чаще приходили запросы, как с донатами так и без, «сыграй что-то из…». Увы и ах, но даже тут я оказывался «на втором плане» — созданное кем-то, а не мной, было популярнее.
На моём лице проскользнула усмешка, от накативших воспоминаний. Изредка я позволял себе делать ролики даже с косплеем… под музыку, разумеется. Самым забавным — в плане комментариев под ним — было видео, где я изображал Йорвета, с той же мелодией что он играл в игре. Как оказалось, у него было куда больше фанаток чем я ожидал, даже несмотря на то, насколько давно та игра вышла.
После одного из таких видео я и получил интересный вопрос в комментариях. «Не играл ли в капсульную версию Ведьмаков?».
Тогда, три с копейками года назад, я о капсулах слышал только что-то стандартное, из того, что любят лить в уши — «игры зло, игры в капсулах зло ещё большее, надо запретить, надо регулировать», да только всё как было, так и оставалось.
И первым моим удивлением было то, сколько капсулы стоили. Стоили они не просто «дорого», а ОЧЕНЬ дорого. Но это же и вызвало интерес — «что там было такого, за что просят такие деньги?».
Скепсис не сумел перевесить интерес, и… я взял капсулу в аренду. А вместе с ней несколько игрушек, «ремастеро-ремейков» того, что выходило чёрт-знает сколько лет назад, когда меня ещё даже в планах и не было, скорее всего. И… это и правда оказалось увлекательно. Реалистичные ощущения, около-идеальная детализация, и даже почти «живые» персонажи…
Пройдя три весьма старые игры, я понял, что «это оно», после чего начал выбирать себе капсулу.
Муки выбора были не слишком долгими, а автоматизированные консультанты помогли подобрать наиболее подходящую под мои запросы и критерии капсулу. Отказывать себе в каких-либо удовольствиях я не привык, а потому выбрал ту, что была из раздела «профессиональный гейминг», как имеющую наиболее широкий функционал, вплоть до медицинского полустационара.
Загрузив этому же ИИ-консультанту фотографию доступной комнаты, тот предложил варианты как уместить оную капсулу, которая занимала места даже больше, чем кровать класса «супер кинг сайз», не учитывая то, что она ещё и имела какую-никакую высоту.
Сама капсула была стандартного вида — овальный, яйцеобразный корпус с комфортной лежанкой для игрока и закрывающейся крышкой, из ударопрочного стекла, а также пусть и усечёнными, но функциями поддержания жизнеобеспечения вплоть до одной-двух недель. Нужные же для подачи питания и «кормления через вену» части были спрятаны внутри корпуса, открываясь лишь когда капсулу планировали использовать.
Переоборудовать одну из комнат в моей квартире под зал для капсулы не составило труда. Большая часть вещей была перенесена в другие комнаты, и большую часть проблем доставили книги. Пришлось под них делать отдельные полки — работу руками я принимаю, но не слишком люблю, так что просто нанял тех, кто это мне сделал.
С тех пор я понемногу позволял себе играть, проходя две-три игры в год. Время в играх зачастую могло варьироваться, как разработчик поставит, быстрее ли, медленнее ли, но некоторые это даже позволяли настраивать в определённых пределах. Всё же, если бы в игре день и ночь менялись за полчаса, как в некоторых старых играх… это было бы странно.
И с тех пор во мне, постепенно, начинало накапливаться всё больше разочарования. С одной стороны от реальности, а с другой уже от виртуальности.
В первой на «первом плане» я держался лишь у себя на канале — сложно быть на втором месте, когда ты единственный кто там есть. Во второй же… не чувствовалась столь большая «жизнь». Да, определённая граница вариативности была, но… таких игр были единицы.
Но примерно пару лет назад, ближе к середине-концу сорок восьмого, мне пришло интересное предложение. Как оказалось, даже мажорчики временами могут обратить свой взгляд на «плебс» … ну, или что-то в этом роде. Если же конкретнее — один из подписчиков спросил в письме, сколько стоит моё выступление. Это был не первый раз, вот только после ответа, обычно, вопрошающий исчезал. Этот же… согласился и сразу спросил, куда делать перевод.
Это как минимум вызвало интерес. Составив примитивную бумажку по шаблону, утрясая даты и прочее, он… просто сделал перевод. Не часть «авансом», а сразу всей суммы.
На самом же месте выступления всё было чинно и прилично. «Мажорчик» и правда был весьма молодым и слегка болезненно выглядящим парнем. Ещё большее удивление вызвало его отношение — оно было… адекватным. Таким, какое я, обычно, ожидал лишь «в идеале».
И, что интересно, он дал мне возможность получить то, что я хотел. Пусть и не настолько долго, но… я был в главной роли. Даже несмотря на то, что играл не только я. Именно я был ведущей рукой. Именно моя «скрипка» была ведущей. Именно мне принадлежало внимание в те моменты.
Это и послужило началом нашего… Я бы сказал «сотрудничества», которое со временем переросло в… наверное, «дружбу»? Я не уверен, как он меня воспринимал, так что с полной уверенностью сказать не мог.
В итоге он ещё не раз приглашал меня на различные свои мероприятия, и мы поддерживали какую-никакую связь. И от него я узнал уже об разных ММО, которые также могли работать через капсулы. Помешан он был, правда, на паре конкретных вещей, но ведь каждый имеет право на свои недостатки, не так ли?
Он буквально прожужжал мне уши рассказами о «Землях Меча и Магии», мол, там один из самых развитых ИИ, очень живые, едва ли отличимые от людей НПС… и в конце концов я махнул рукой, установив «Земли». Это было чуть больше года назад.
Сама игра была очень похожа на смесь третьих героев, дисайплесов и ещё чего-то своего, куда до кучи всыпали щепотку Подземелий и Драконов, после чего взбили в блендере и постарались придать более-менее опрятный вид. Получилось далеко не без огрехов, но в целом пристойно.
Первый свой «заход» я начал Светлым Рыцарем, Паладином Без Страха и Упрёка… и, как оказалось, он не слишком соврал. Да, мир был весьма живым. В нём чувствовалась некоторая искусственность, но границы, в отличии от сингловых игр, были более широкими. С другой стороны, здесь и сюжета не было… глобального. Ну, за исключением «выжить».
Я стартовал тогда на средней сложности. Локацию я занимал весьма неспешно, больше предаваясь расслаблению и удовольствию… и, что и следовало ожидать, продержался я весьма недолго. Спустя месяц со старта ко мне вторглась орда кочевников, жившая в соседнем квадрате. Пусть это были всего лишь боты, но противопоставить этой орде я смог что-то только в осаде. Но даже нанеся им какой-никакой ущерб я был выбит с моей стартовой локации.
Причин же унывать не было — всё равно я заходил расслабиться, что и получил. Весёлый поход по своим землям, служанки, вино, изредка какие-то подобия спаррингов и прочее-прочее… в целом, скрипел зубами я только от излишней религиозности замка. Уж не знаю, попался это мне такой НПС или все «светлые» церковники такие, но капал он мне на мозги стабильно.
Восприятие времени при этом не страдало — здесь разработчик решил лишний раз не напрягаться и просто установил соотношение времени идентичное реальности, один к одному.
Второй заход я предпринял спустя примерно четыре месяца — отчасти я решил проверить свои навыки и нервы. Выбрал ведь я тёмных эльфов, на высокой сложности, да ещё и будучи мужчиной… там же я и ознакомился со жречеством, как в своих руках, так и на себе лично.
Вы спросите «как лично?», а я отвечу — на алтаре. На семнадцатый день мои же юниты меня предали, положив на алтарь и принеся в жертву. Говоря коротко — бабы суки. Говоря длинно — бабы тёмных эльфов красивые, но Ллоситские суки. Даже если брать не покровительство Ллос.
Это уже заставило несколько опечалиться и сделать очередной перерыв на определённое время.
Третий заход был, пожалуй, самым удачным — взяв лесных эльфов с поддержкой полуросликов, на той же сложности, я сумел мало того, что развиться, так и выполнить сравнительно сложный квест, за который получил книжку зверолюдов. И вот уже они… как же было приятно смотреть за работой кентавров и минотавров с поддержкой медуз и ламий.
Лесные эльфы меня также весьма порадовали — стрелками они были практически непревзойдёнными, но очень уж были индивидуальны. Впрочем, в этом же они и выигрывали — один на один, в спаррингах, куда чаще побеждали именно они, как в стрельбе, так и в рукопашном бою.
Примерно тогда же я узнал о феномене «срыва», но не придал этому особого значения, продолжая спокойно играть.
Но и там всё было не слава богу — ко мне вновь пришли тёмные эльфы, но на этот раз уже от полноценного игрока-человека. Их разведка и следопыты, вместе с агентами, переиграли моих, и я потерял свой замок. Чуть позже мне даже удалось его отбить, контратаковав и пройдя в земли оппонента, но… к тому моменту вовремя прибыли его союзники-варвары, которые уже и пронесли меня до замка обратно и снесли до основания сам замок.
Было уже более обидно, но ничего не попишешь. В одного сложно отыграть против двоих, и я сделал то, что смог. Этот персонаж также отправился на удаление, хотя и было весьма обидно за книгу расы. Перенести её, к сожалению, я не мог.
А там… я вновь нырнул в реальную жизнь, постепенно приходя к тому, что есть сейчас. Очередные «роли второго плана», с отказами от главной роли, и… ещё одно выступление у, наверное, друга. Он всё также подкидывал мне за это деньги, хоть мы и не всегда составляли бумажки на это дело.
Он тогда был прямо взбудоражен новостями о «Землях», мол, там новое обновление, практически с осуществлением его мечты. Мне же оставалось только хмыкнуть, смотря на его воодушевлённость.
Однако я и сам постепенно начинал задумываться об осуществлении плана, что начал зреть сам собой, после того как я ощутил себя на первом плане. Нужно было только подготовиться как следует.
— Не самый плохой ведь выбор, не так ли? — бросил я свой вопрос в пустоту.
Взяв «отпуск» после завершения очередного контракта, я зарылся на разные форумы по «Землям», выкачивая и выписывая оттуда информацию. Замки, тактики, их работа, классы, эффекты книг и далее-далее… времени на это ушло достаточно.
И я начал вычёркивать то, что мне не подходило.
Практически сразу под нож ушли люди, что светлые, что тёмные. Туда же отправились и «классические» тёмные эльфы, на пару с демонами и некромантами. Скрипя зубами, я откинул и идею взять магов или гремлинов — те замки не просто так называли «лёгкими, но сложными». Зверолюди как основа… они были хорошим дополнением, но как основа они меня не слишком прельстили, плюс я слышал про частые проблемы с чудищами, которые шли к ним дополнением. Про взятие клаконов не было и речи, как и варвара с болотными жителями, да и кочевник, после знакомства с ним в первой «партии», не слишком привлекал.
После всего у меня осталось всего четыре варианта. Помимо Вольного города, бывшего фактически «надстройкой» над расовыми замками, вариантами были викинги, тёмный лес, эльфы лесные и… аналог тёмных эльфов, также называемый лунными.
Были они, по сути, теми же тёмными, но которые старались мирно сосуществовать с другими расами. Однако большинство из них всё ещё были «лунными в первом поколении», то есть являвшиеся беглецами, которые сохранили основные повадки обычных тёмных эльфов, пусть и считающиеся теперь «лунными».
В целом, их очень редко брали, в основном из-за сложности, но они обеспечивали лучшую мобильность и одни из лучших шпионских сетей. Викинги давали весьма лёгкий геймплей, но без особо сильных юнитов высших рангов, а с лесными эльфами я уже был знаком.
Тёмный лес был тёмной лошадкой… а потому я его и забраковал. Хотя весьма прельщала возможность нанимать ведьмаков, но, увы и ах. Представители этого замка были схожи по своей сути с стереотипными бриттами, то есть основной упор шёл на стрелков, а несколько меньший на кавалерию, при этом нередко являвшейся «чудовищной» — с ездовыми животными отличными от лошадей, а временами и вовсе монстрами. Наивысшее положение у них занимали друиды, но это же и был их единственный юнит-маг.
Читая форум, я натыкался на то, что у стартовавших за лунных эльфов система очень часто спавнит и обычных (лесных) эльфов на карте, для создания расово-религиозного конфликта, но не настолько тяжёлого как можно было бы представить.
Помимо этого, я придавал внимание «неочевидным» советам. Как пример — ролевой отыгрыш в момент создания персонажа, мол, следящие админы любят на это поглядеть… а ещё больше — когда они видят траты, подталкивая таких, «ролеплеящих» игроков, потратить ещё чуточку. И, как говорили неподтверждённые слухи, тем кто затаривался «как следует» нередко везло на старте даже чуть больше, чем должно… но прямых подтверждений этому не было.
Или иной совет — «вписать себя в лор», что могло дать какие-то дополнительные плюшки и другое отношение со стороны НПС-ов.
Про уровни сложности и тактики на них — в том числе, и на самых высоких.
Я тяжело вздохнул, смотря на неон вдалеке. В целом, решение я уже принял. Оставалось только морально и физически подготовиться к его выполнению, да и… перепроверить пару дел, которые остались незавершёнными.
Месяцем раньше, месяцем позже… времени, пока что, было в достатке. И за это же время я смогу лучше подготовиться, набить руку на каком-нибудь боевом симуляторе. Лучше изучить свой новый сценарий и роль.
Лучше… вжиться в роль.
День первый.
Спустя два месяца.
Я посмотрел на часы. Семь тридцать вечера. Я закончил стрим уже полтора часа как, вновь наполнив стакан и утонув где-то во времени. Тряхнув головой, я сделал глубокий вдох и выдох, после чего взял левой рукой планшет, в очередной раз проматывая историю, которую мне прислали ещё неделю назад. Финальный вариант, в котором автор учёл всё то, что я хотел видеть в предыстории.
Писателей, всё же, развелось как собак нерезаных. Забавно, но даже появление разного типа ИИ их не заглушило, как и художников. Что-то было такое в их работах, что выделяло их на фоне искусственного интеллекта. «Душа», наверное, или что-то вроде.
Я отправил файл на капсулу, после чего планшет отправился на стол, а я открыл самый нижний ящичек, достав оттуда старую, потёртую коробочку из металла. Открыв её, я достал оттуда одну из последних сигар, гильотинку и зажигалку.
Аккуратно проведя все манипуляции с сигарой — руки, несмотря на то что я давно этого не делал, всё ещё помнили — я неспешно закурил, вернувшись в кресло.
Мысли блуждали где-то вдалеке, вновь заставляя меня утонуть во времени, теряя себя в его потоке. Сигара и виски позволяли расслабиться, предаваясь приятным воспоминаниям… которые плавно перетекали в мысли о том, что я буду делать дальше. Неспешно, едва ли делая затяжку раз в минуту, совмещая аромат и вкус…
Даже несмотря на то, что я «завязал» с курением до этого, сигара дождалась моего «возвращения». И когда её жизнь была закончена в пепельнице… я встал, чуть покачнувшись. Мне предстояла новая, пожалуй, самая важная для меня роль, которую я сыграю.
Невольно я подошёл к флейте, проведя по ней рукой. Сегодня я играл именно на ней, отдавая ей дань памяти, как первому инструменту, на котором я научился играть. Но — пришло время идти дальше.
Забравшись внутрь капсулы, включив все системы, я прикрыл глаза. С одной стороны, это был продуманный план. С другой — даже так, я испытывал страх. Избавиться от него не получалось никак, да и, как известно, бесстрашными бывают лишь идиоты. Ведь страх — это один из базовых инстинктов человека, который может сподвигнуть его на очень разные вещи.
«Начнём, пожалуй.»
Стоило этой мысли пронестись, как я в очередной раз ощутил то самое свободное падение, которое было одной из фирменных особенностей входа в «Земли». Даже не открывая глаз, я дождался пока моё тело спланирует в жерло уже столь знакомого мне вулкана, пока я вновь не окажусь перед привратником… перед первым «зрителем».
Он вновь говорил старые, заготовленные фразы, а я выслушивал их, смотря сквозь него. Я понимал, что ещё могу отказаться, вернуться к тому, что было… к своей старой жизни. Просто сделать себе очередной «отпуск», создав новый замок, который я снова потеряю.
Но… его последняя фраза.
—
И это вызвало в моей голове взрыв воспоминаний. Они нахлынули мощной, непрекращающейся волной, затуманивая всё и заставляя меня пережить те мгновения, которые я тогда даже не слишком ценил.
Как рыцари, один за одним падали, защищая заклинательный покой и меня. Как один за одним они просили меня бежать, но я играл свою роль, оставаясь с ними до конца. Как ещё до этого я видел радость на лицах крестьян, кои радовались ярмаркам и праздникам, на которые я не скупился. Даже прелат, стоявший до конца… вредный, фанатичный старик, но не бросил ни замок, ни меня до конца.
Как я играл на лире среди эльфов, а позже и среди зверолюдов. Пирушки сатиров и полуросликов, в которых они пусть и редко, но затаскивали даже чопорных эльфов. Как жизнь била ключом в том замке — и в этом была своя прелесть. Просто не такая, как у людей. Более… свободная. Чистая. Незамутнённая.
Лишь на воспоминании об эльфах тёмных я позволил себе поморщиться, но даже среди них были скромные проблески чего-то светлого. Хотя, конечно, несравнимо меньше, чем у других.
Мой взгляд вновь обрёл осмысленность. Дракон столь же терпеливо, как и подобает программе, ждал ответ. Кем он был по истории этого мира? Я уже не мог упомнить, да и это практически никому не было нужно, ведь видели его лишь раз. Подняв свой взгляд и смотря ему в глаза, я ответил.
— Пожалуй, к этому я и готовился, владыка небес. Я пришёл забрать то, что было у меня отобрано. Я пришёл забрать то, что моё по праву!
— Прекрасно. Я слышу достойный ответ, — а эта фраза уже была не той шаблонной что я слышал ранее. — Назови своё имя, неумирающий.
Уже зная, что это имя будет занято, я его озвучил.
— Йорвет.
— В этом мире уже есть несколько эльфов с таким именем, неумирающий, — в его голосе прозвучала некоторая доля разочарования. Мне же оставалось поддержать скромную улыбку.
— Аэгнор, сын Финарфина.
Пауза была чуть более долгой, а взгляд дракона чуть переменился.
— Этот достойный эльф не единожды пал в бою, но ныне он здравствует, правя в своих землях. Это имя тоже занято, неумирающий.
— Раз так, пусть земли его будут наполнены миром. Моим же именем станет Мэйзар’Диирн, беглец из дома Оуссррет.
Дракон выпал из реальности на десяток секунд, смотря на меня чуть расфокусированным взглядом, показывая, что управление им действительно было перехвачено человеком. Когда же он «вернулся в мир», то на его чешуйчатой морде появилась чуть ехидная ухмылка.
— Я слышу, как прошлое взывает из твоих уст, неумирающий. И расой твоей будет тёмный эльф?
— Расой же моей будет эльфийский полукровка, что вместил в себя как шелест леса, так и тишину подземья. Танец мой был освящён Луной, под сенью чьей разнесётся наша мелодия и песнь. И град, что будет возведён сияньем под её — судьба велела Вольным быть ему.
И это, кажется, нанесло дракону ещё один удар. Он сначала замер на десяток секунд, после чего покачал головой, говоря предостерегающую фразу.
— Ведомо ли тебе, неумирающий, каково это — стоять между светом и тьмой? Твой путь всегда будет на этой грани. Качнувшись лишь раз, ты можешь пасть в бездну, в которую спустились твои предки…
— Я понимаю это, владыка небес. И я готов принять это.
— Но кроме того, не каждый лишь… — начал он было, но и так было ясно о чём речь. Этот вариант расы был платным, и требовался как минимум «золотой» аккаунт. Я же аккуратно провёл рукой по камню что стоял рядом со мной, благо, меню на него высветилось само. Несколько коротких нажатий кончиками пальцев и…
«Платина.»
Дракон уважительно кивнул, прервав свою речь.
— Да будет так. Пусть Луна благоволит тебе, юный полукровка. Желаешь ли ты изменить своё тело?
— Желаю, царь этого неба. И желаю я внести свою историю в этот мир, ту, что я понесу на своих плечах, как только выйду отсюда.
Я активировал загрузку файла, в древнейшем формате — ТХТ. Не из злости или желания издеваться, а лишь по причине того, что ворд меня яро ненавидел, отказываясь хоть как-то работать.
— Я ознакомлюсь с твоей историей, неумирающий.
И после этих слов он неподвижно замер. Мне же осталось подгрузить старый шаблон, который я использовал для своего прошлого персонажа, и доделать его под нынешние реалии.
«Всегда хотел примерить серебряные волосы.»
******
— Слушай, там никто в лесу не сдох, часом? — вернувшийся в реальный мир молодой админ посмотрел на своего коллегу. Где-то на фоне жужжал старый принтер.
— А что случилось-то? — уже видавший виды «дед», хотя скорее просто рано поседевший мужчина, отвлёкся от старой техники.
— Да ты как-то говорил, что у тебя эльфийка тёмная пошла. В Луну. С искусством что-то там, — молодой администратор покрутил рукой, мол, что-то такое или где-то около того.
Сидящий в кресле человек поморщился, вспоминая об этом как о зубной боли — приятного от ожидания в несколько часов он не испытывал ничего, как тогда та ему устроила.
— Было такое, да. И что? — глоток кофе он, однако, сделал весьма короткий, ибо мало ли что услышит.
— У меня теперь похожий. Лунных взять решил, да ещё с вольным городом… — он качнул головой и цокнул языком, мол, «геморроя набрал». — Я интереса ради пробил — актёр и музыкант. Играл, кстати, неплохо, я даже на его канал подписан, оказывается, — взгляд, брошенный на коллегу, был наполнен долей зависти, ибо его бесплатный кофе уже кончился, хотя смены была только середина.
— Мда, и тянет же их себе геморрой на голову брать.
— Но знаешь, играл он убедительно, эмоциями особенно. Лицо держал, — он чуть прищурился. — Хотя на прошлых своих «заходах» он так не играл.
— На прошлых?
— Ага. Четвёртый раз пошёл. И знаешь что? Платину сразу взял. Я даже договорить фразу о платности расы и полукровок не успел. И подгрузил историю, вот, читать буду… чтоб ему чихалось за этот проклятый формат.
— Ну, бывает, что сказать, — его коллега лишь пожал плечами. — И что дальше?
— Готов поспорить, что тоже пойдёт на «невозможный». Да ещё и закупится по полной.
— Что, и этого детство ударило по головушке?
— Чёрт его знает. Но я его оставил тело делать — выбор он, конечно, такой себе сделал. Твоей-то там нормально будет… — молодой прищурился, наклонив голову, но упавшая прядь волос на лицо сбила его прищур и заставила слегка чертыхнуться.
Ненадолго повисла пауза. Молодой администратор быстро читал присланную предысторию, а «старый» лишь вздохнул. «Ныряльщиков» не слишком любило как государство, так и начальство компании, каким бы оно ни было.
С одной стороны, каждый из «сорвавшихся» в игре становился новым объектом их финансирования и дотаций, но с другой, до сих пор не было чёткого установленных юридических границ того, как следует обращаться с «сорвавшимися». Граждане они, или нет? Право-дееспособны ли, и если нет, то в чём?.. И так далее.
— Расскажи хоть, что там с ним. За моей-то вон, скандалы, подвохи… — лицо старшего администратора дёрнулось, буквально показывая, что он сам не слишком рад вспоминать об этом. — Твой? Скандалы, убийства, расследования?
— Да нет, что странно. Просто везёт, но не совсем. Никогда не был на главной роли, лишь где-то на подтанцовке. В скандалах замешан даже поменьше нашей эстрады — бережётся, видать. От слишком хорошей репутации, видать, и не берут, — параллельно рассказу он листал распечатанную кипу бумажек, и с каждой страницей становясь более поникшим.
— Мда. Ты сказал, что он там на чём-то играл?
— Ага. Канал скинуть? — он загнул новую страницу, сразу зацепившись за одну из частей в тексте, зависнув на несколько секунд.
— Закидывай.
— Окей. И кстати, я тебя тогда прикрыл…
******
Слишком много времени процесс создания персонажа не занял. По большей части из-за того, что это время было потрачено в прошлые разы — что обычные, что тёмные эльфы имеют весьма схожую внешность… за исключением цвета кожи. Но даже так, внимание всем деталям уделить стоило.
Оставив свой «родной» цвет глаз, серый с лёгкими проблесками голубого, я переключился на основное тело. Сразу же я развернул тело к себе спиной.
В соответствии со своей предысторией я накидал на спину своего будущего аватара шрамы. Змеиный хлыст их оставляет крайне успешно, но даже так, в моих силах сложить их в узор.
Я оставил свой рост, но из-за эльфийского телосложения итоговый вес стал меньше. Но даже так, несмотря на некоторую поджарость, мой будущий аватар получился весьма… андрогинным, если это можно так назвать. Вспоминая же эльфов которых мне довелось видеть раньше… вздохнув, я чуть «замазал» мышцы, скрыв получившийся изначально рельеф.
Смотря же на это тело со стороны… в нём не ощущалась сколь либо большая сила, однако ловкости, даже просто смотря на фигуру, хватало, как и полагается эльфу. Когда же я закончил с телом и нажал «принять», то ощутил переход в созданное тело аватара… хотя, нет. Уже в своё тело.
Характеристики я распределил весьма просто — восемь отправил в силу, восемнадцать в ловкость, а десятку в выносливость. В ментальную выносливость ушло десять очков, как и в силу, а оставшиеся грустные четыре очка ушли в устойчивость к откату.
Сам выбор расы также был не случаен. Многие нечеловеческие расы получали постепенный прирост к каким-либо характеристикам, а у эльфов это был массивный прирост именно к ловкости каждые десять, а также по несколько единиц, в зависимости от божественного покровителя, каждые пять уровней.
Я потянулся, ощущая как это тело отзывается на мои действия, после чего сделал лёгкую разминку. Однако дракон продолжал ожидать, столь же недвижимый, как и ранее. Я, дабы не терять времени, обратился к редактору герба — это также было подготовлено, мне оставалось лишь добавить малые детали.
Основу знамени я избрал чёрного цвета, что должно было символизировать печаль и тьму тёмных эльфов, вместе с их упорством и твёрдостью. Верхнюю-левую часть знамени заняла серебряная луна, а остаток знамени разделили на четыре части меч, опущенный остриём вниз, и флейта, лежащая ближе к его верхней части, рядом с гардой.
— Нести же Вольный свет Луны я буду при помощи монет, несмотря на всё, что было мной пройдено, — проговорил я, заметив, что дракон вновь начал подавать признаки жизни.
— Достойный выбор, юный эльф. Уверен, ты уже знаком с особенностями своего класса.
Сам выбор был относительно тяжёлым. Если бы я брал класс родной для замка лунных, то взял бы «мастера меча», но будучи хозяином «Вольного города», у меня было несколько ветвей. Либо экономическая, либо тактико-стратегическая.
Я мог выбрать командора-корсара или полевого командира, чтобы улучшить либо морские способности моих подчинённых, либо их «проходимость» и инстинкт собирать и отдирать всё что не приколочено. Именно полевой командир и был моим фаворитом, пока я не начал считать.
Магнат же был экономическим классом — каждый его подкласс давал улучшение той или иной ветви экономики, но самый простой в реализации был «Олигарх». Его базовые бонусы крайне просты в описании — торговая гильдия по умолчанию имеет улучшенное отношение, с ними налажен какой-никакой условно-дружественный контакт, а также каждую неделю приходит некоторая сумма золота, зависящая от моего уровня. Поначалу — совсем немного, но чем дальше, тем больше.
Боевых навыков у него, к сожалению, не было никаких, но и ограничений на изучение оных он никаких не накладывал. В начале будет тяжелее, но потом, если доживу, смогу содержать небольшой отряд чисто за счёт класса, даже не имея замка.
Я чуть вздохнул, переходя к следующему пункту в разговоре.
— Я бы хотел сначала ознакомиться с тем, что я мог приобрести в своём пути на поверхность, до выбора знаний, с которыми мне предстоит продолжить путь.
Дракон в ответ лишь кивнул, чуть повернув голову в сторону едва заметного прохода. Шагнув в него, я очутился в малом зале, который был самым разным оружием, одеждой, снаряжением… ранее я сюда не заходил, из-за чего глаза начали разбегаться.
Донат шоп — святая святых этой игры. Возможность разработчика нажиться на счастливом или не очень клиенте, предлагавший выбор почти чего угодно… в рамках разумного. Для соблюдения иллюзии баланса были выставлены различные ограничения, не позволявшие купить вот-прямо-всё-и-сразу. Взял мощный артефакт? Прости, но дальше только обычное снаряжение, хорошее, но не магическое. Набрал несколько эликсиров и знание языков? Обойдёшься и без дополнительных навыков… и в подобном духе.
Однако взяв себя в руки, я подошёл к одному из сундуков, в котором было буквально свалено разнообразное оружие. Когда же я его коснулся, то открылось меню, которое предлагало на выбор то, что там лежало, дабы не затягивать процесс ручного перебора каждого из предметов.
Листая список, я заметил, что весьма большое количество предметов имели какие-то бонусы, связанные с нахождением в море. Трезубцы с бонусами к плаванию, короткие копья и сабли с топорами, способствовавшие выживанию и борьбе на палубе и прочее-прочее… видимо, с последним патчем они добавили целую пачку артефактов для профильных моряков.
Но, увы и ах, я «сухопутный» и даже больше, «подземный». Мне до моря… очень далеко, как и самой моей основной расе.
Постепенно я добрался до отдела с полуторными мечами — как раз то, что мне и было нужно. Выставив теги для сортировки, я принялся осматривать представленное оружие… которое практически сразу бросилось мне в глаза.
«Клинок разжигателя войны».
Это был клинок, изготовленный из серебристого, слегка поблёскивающего, металла. У него была «двойная гарда» — клыки оной смотрели вверх, готовые поймать чужое оружие. Будь его «пылающий» клинок чуточку длиннее, то его можно было бы отнести к двуручным мечам, однако сейчас он был именно в нужном мне разделе.
Сам же клинок, несмотря на свою особую форму, был узким — я не являюсь каким-то особым оружейным мастером, но мне он напоминал XVIIIe к которому добавили рикассо и клыки. Или что-то подобное, быть может, у датчан или ещё кого.
Его рукоятка кончалась оскаленной волчьей головой, а на «основной» гарде были изображены какие-то маленькие цветочки, от которых я чуть поморщился. Активировав небольшую настройку, я заменил их на маленькие луны. Сделав глубокий вдох, я опустил глаза на характеристики меча.
«Клинок разжигателя войны»; эпический, часть комплекта «Разжигатель войны»
+4 ловкости
+4 силы
+1 к Устрашению
+1 к владению мечами
+1 к владению средней бронёй
+1 к верховой езде»
Я прикусил губу, глядя на этот меч. Всё же, в нём действительно было что-то… особое. Проведя по нему рукой, сделав несколько пробных взмахов и поминая сначала «рыцарские» техники, а чуть дальше и эльфийские, я понял одно.
Это — моё.
Я забросил клинок за спину, чуть усмехнувшись этому рефлекторному действию. В реальности достать такой меч было бы практически невозможно, если не пытаться изобретать «особые» ножны, а здесь… это позволяло расслабиться. Хотя, возможно, лучше было повесить их на пояс, но об этом я думать уже буду потом.
Так как мой лимит артефактов был исчерпан, я перешёл к стенду с обычным снаряжением. Там выбор был куда более широк, но я точно знал, что мне нужно отсюда.
Моим выбором стал хауберк «отличного качества», как подсказала система, в комплекте со «съёмными» перчатками и капюшоном, вместе с поддоспешником и поясом с выемками под зелья. Сапоги также были в комплекте.
На фоне меча цену этой «кольчужки» даже погрешностью назвать было сложно.
К моему счастью, хауберк считался средней бронёй, хотя по защищённости он несколько превосходил кольчуги. Снаряжаться «полноценно», как это было бы уже в игре, не пришлось. Было достаточно нажать одну кнопку, и броня оказалась уже на теле.
Следом за ним пошли ножи — засапожник в сапог, мизерикордия и обычный кинжал на пояс и дагу для второй руки, если вдруг придётся использовать её. Слегка поколебавшись, спрашивая себя «зачем», добрал кастет — левой пятке не прикажешь, пусть и носить его уже мне. Комплект одежды также отправился в список покупок.
В слоты для зелий отправились базовые, не слишком эффективные зелья — их цена также была весьма скромна. Также я взял половину от меры еды — на всякий случай, так как никогда не знаешь где появишься.
А вот дальше настал момент трудного выбора… потому что я добрался до раздела с музыкальными инструментами. Ведь выбор любого инструмента — это крайне важный шаг, особенно если планируешь его использовать не редко.
Несмотря на то, что флейты здесь были только немагические, так как мой артефакт висел у меня за спиной, я оценивал звучание каждой из них. Сами собой подбирались мелодии к ним, но в итоге я остановился на варианте, который напомнил звучание флейты из палисандра. Выбор второй, из бамбука, был ощутимо быстрее.
Сямисэн, несмотря на то что я планировал брать не-азиатоподобную фракцию, я тоже взял. Выбор пал на инструмент из сандалового дерева.
И в этот момент время «недорогих» покупок закончилось. Настало время новой тяжёлой артиллерии в виде сумки, навыков, ездового зверя… и спутника.
Скрипя сердцем, которое всё ещё цеплялось за цены, я взял вместительную сумку героя — возможность изобразить обоз, особенно в самом начале, крайне облегчит жизнь. Следом отправился список стартового капитала начинающего лорда — ресурсы для постройки замка и первых построек будут ой как нужны.
Далее я добавил «знание языков» — возможность понимать кто и что мне говорит лишней также не будет никогда. Если с игроками можно было говорить за счёт встроенного переводчика, то вот далеко не с каждым НПС выйдет поговорить на языке, допустим, тёмных эльфов. Сверху добавилось одно заклинание.
В качестве активного навыка я взял активируемое умение «Лунный Клинок», которое принадлежало нескольким орденам лунных эльфов. Оно было похоже на заклинание паладина, которым тот незначительно увеличивал свой урон против всех и значительно — против нежити и демонов, а в особенности демонов «изначальных» тёмных эльфов.
Вместе с этим я купил «право на исполнение» сразу пачки песен, которые сам часто исполнял, чтобы иметь возможность их исполнить, или поделиться с кем-то из моих юнитов, если буду нанимать бардов, например. Платить приходилось даже за это — когда-то, видимо, владельцев игры наказывали за интеллектуальные права.
Про юнитов, которые должны были тебя сопровождать, надо было заявить дракону лично. Однако ездового зверя можно было выбрать уже самому, из заранее подобранного списка.
Откинув «обычных» зверей, я направился в «премиумную» часть, где цены заставляли содрогнуться ещё раз, и приступил к выбору.
Практически все, кого я видел, были полукровками — давать существ высокого ранга явно никто не стал бы на старте, ведь это бы решило слишком много проблем, да и «живые» существа должны были ещё неделю расти до состояния пригодности в бою или «под седло».
А сам выбор… Единорог, мантикора, грифон, дирижабль или даже маленький голем… список продолжался и продолжался. Я смотрел и смотрел, стараясь понять, кто будет мне полезнее.
Единорог отпал сразу — пусть он и был весьма подвижен, но в бою был слабоват, а учитывая, что зверьки должны ещё и расти какое-то время, то это было критично. Мантикора была более интересна, более ориентированная на бой, даже более-менее защищённая… но меня нервировал их очень дикий нрав. Даже если питомец будет абсолютно лоялен, то такой лояльности к моим подданным может не быть.
Я уже начал склоняться к попсовому, набившему оскомину всем дракону, но… на глаза мне попался щенок. Казалось бы — среди такого зверья, пусть и молодого, но щенок… и, оказалось, что я был не прав. Это был даже не полукровка, а квартерон Оками — огромного волка из азиатского региона, который отличался интеллектом и в некотором роде миролюбием, но при этом обладал незаурядной мудростью… как для зверя или подобного существа. Характеристики, на фоне дракончика, были слабее. Однако и цена тоже была ниже, да и…
Я взялся за противовес клинка, пальцами ощущая форму волчьей головы. Как будто намёк — «вот, бери, это то, что тебе нужно». Прикрыв глаза, я сделал тяжёлый вздох и сделал правильный выбор.
Поняв, что больше отсюда я ничего не унесу, а пытаться проверять границы допустимого это лишь гневить здешних владык, я закинул всё взятое, кроме волчонка и флейты, в сумку, которая отправилась на плечо.
Идя назад, я, для поддержания своей роли, в которую мне стоило начать вживаться уже сейчас, начал неспешно наигрывать на флейте одну из мелодий что были в моём «классическом» репертуаре. Отогнав наполненные печалью мысли, я начал играть вступительную мелодию старого сериала. С запозданием до меня дошёл общий символизм — выбранный меч, точнее его навершие, ездовой зверь, а теперь ещё и музыка…
Но прерывать себя посреди композиции — не самый хороший поступок, и, в первую очередь, по отношению к слушателю. А оный у меня был — дракон смотрел на меня из полуприкрытых глаз, показывая, что он весь во внимании.
— Тебе осталось выбрать навыки, неумирающий. Выбирай с умом.
Изобразив лёгкий поклон, не говоря лишних слов, продолжил игру. С бодрой, активной мелодии я перешёл на более задумчивую, неспешную, которую можно было назвать едва ли не гимном моря.
В процессе игры этой мелодии я вновь проматывал в мозгу, что мне необходимо для моей сборки, учитывая особенности здешней механики. К сожалению, «балансом классов» здесь не пахло даже иллюзорно, но делать с этим никто ничего и не планировал.
Маг, как и жрец или шаман, «страдал» в начале, буквально первые три дня, пока не находил себе первых юнитов для свиты, после чего уже уверенно кидался из-за их спин магией, в большинстве случаев позволявшей наносить крайне высокий урон, который был сравним лишь с критами у воина. В поздней же игре он, на фоне остальных, и вовсе уничтожал всё своим уроном по площади — ни воин, ни ассассин до такого показателя дойти не могли даже в теории.
Воин — ему было проще на старте, те же первые несколько дней, так как он мог более-менее уверенно выйти против противника первых двух-трёх тиров, но вот чтобы выйти против кого-то более сильного требовалась подготовка или особые условия.
Ассассин же… для меня был странным. Да, я понимаю хитрые обходы, шпионаж и тому подобное, но как таковой должен быть лидером представляю слабо. Лидер-маг стоит за спинами, лидер-воин — либо в строю со всеми, либо также за спинами.
Но всё это, кроме массового урона мага, нивелировалось одним — игрок был, чаще всего, откровенно слаб на фоне нанимаемых юнитов. Про это говорила сама «база» — игрок имел всего 60 единиц стартовых характеристик, что приравнивало его к юнитам второго тира, либо очень слабого юнита третьего тира. Конечно, отдельными способами внутри игры можно было добиться повышения всех характеристик, но это требовало просто неприличное количество времени.
В таких условиях актуальность была потеряна и у воина, и у ассассина, но вот маг ещё мог плюс-минус обеспечивать свой прямой вклад в боях за счёт более чем пристойного урона.
Я же создал подобие гибрида — более-менее пристойные физические характеристики, с более-менее приемлемыми магическими. Такие варианты тоже часто делали, но после этого очень часто игрок уходил в какую-то конкретную сторону — либо в магию, что было правильно, либо в физическую.
Достаточно большое количество даваемых на старте книг знаний позволяло хоть как-то сбалансировать пользу героя как «бафера» для солдат или экономики, пусть на старте оно и давало весьма скромные цифры прироста, если он не решал уйти в магию. Да и даже уходя в магию…
За этими мыслями и шла мелодия, которая, как и прошлая, завершилась. Теперь передо мной был выбор, какие книги знаний забрать с собой в этот заход.
Сразу же я взял две отрицательные книги, зная, что билд у меня получится несколько проблемным, с точки зрения баланса. Это стали первый Бюрократ и Миротворец. Следом за ними я побыстрее нажал на кнопку выбора книги за донат, ощутив, как снова ухнуло сердечко от цены, но цифра доступных очков изменилась, превратившись в четырнадцать.
Первой книгой автоматически стала книга знаний Вольных городов. Она позволяла создавать свою гвардию — можно сказать, элиту элит, особую ветку войск, которые надо было создавать из разумных других рас. Такие гвардейцы обладали не просто высокой, а крайне высокой лояльностью и у них было достаточно вариантов для выбора пути развития.
Первой расой и второй книгой знаний пошли полу-родные, для моего персонажа, тёмные эльфы, в «лунном» ответвлении. Без них мне — никуда. К сожалению, не все юниты из моего замка имели высокую полезность, как маги, например, бывшие кастрированными обрезками на фоне что лесных, что «классических» тёмных, но вот лучники и фехтовальщики были более-менее достойными. Два.
Третьей книгой я избрал «Мастера-стрелка». Стрелки у моей фракции были сравнительно недорогими для своего тира, но при этом лишь чуть-чуть уступали лесноэльфийским, которые на пятом ранге юнитов были одними из лучших. Три.
Четыре — «Агроном». В теории, конечно, тёмные эльфы себя прокормить могли, но запас еды карман тянуть не будет. Более того, это позволит устраивать некоторые праздники или нечто подобное, а народ, даже тёмные эльфы, это любят.
Пять — «Строитель». Более всего меня здесь прельщало то, что здания строились и быстрее и дешевле. Конечно, скорость сыграет не столь высокую роль — я выиграю целое одно здание в двадцать один день, при условии системной постройки… но точно также это улучшит и постройки, сделанные вручную. Да и экономить от пятидесяти до тысячи золотых со здания — это всегда приятно.
Книга Творца — это классика для всех, кто хочет кастомизировать юнитов и иметь минимум проблем с моралью у «новоприбывших». Ну, а при некоторой удаче — можно и поиграться с навыками, если при повышении уровня выпадет что-то нужное. Шесть.
Книга Предводителя Воров — где воры, там шпионы, где шпионы, там наёмники. Пусть и при некоторой удаче, но это возможность протянуть дополнительную сеть разведки как на моих территориях, так и закинуть их ещё дальше. Плюс к этому, это контрабанда и наёмники по заказу, хотя чем экзотичнее заказ, тем цена будет больше. Семь.
Восемь — Книга Казначея, потому что кто-то весь этот прекрасный банкет оплачивать был должен. Базовый прирост в пять процентов, особенно с учётом потери двух от бюрократии, был не слишком полезен, но вот первый же уровень навыка «эконом» или «наниматель» превращал эту книгу в нечто прекрасное.
Книга Оружейника — для получения более качественного оружия. Что забавно, зверолюди имели большую технологичность нежели эльфы, что тёмные, что лесные, но им не хватало буквально капельки чтобы сравняться в оной с людьми. Книга оружейника же эту разницу убирала, позволяя экипировать кентавров композитными луками, а минотавров куда более качественными лабрисами. Да и для тёмных эльфов более хорошие мечи лишними также никогда не будут. Девять.
Десятая — Толерантность, также не нуждается в излишних комментариях. Просто уменьшение возможных проблем, которые наверняка бы были из-за разницы в восприятии и поведении у разных рас.
Одиннадцатая — Известный. Эта книга хорошо сочеталась почти со всем, давая пусть и не самые мощные, но весьма полезные бонусы. Уменьшение падения морали от иных рас — рано или поздно ко мне наверняка прибьётся кто-то ещё, и я надеюсь, что это будут лесные эльфы. Меньше стоимость найма героя и наёмников, плюс на этом же можно сыграть при торге с ворами-шпионами. Да и сами навыки внутри книги, которые могли выпасть… возможность решить проблемы ещё до начала боя — это всегда приятно.
Предпоследним, занимающим два очка, стала книга расы зверолюдов. По умолчанию она должна была занять три очка, но из-за книги Вольных городов этот штраф был снят. Но сама раса… Я слишком хорошо помнил сколь сильны их кланы, и как хорошо они могут сыграть роль «мускулов». Помимо этого, сатиры обеспечат мне какую-никакую базовую экономику и добытчиков, так как с оными у всех эльфов было очень плохо, кроме лесных, к которым часто в комплекте шли полурослики.
Очень хотелось взять книгу Военачальника, но… мои сомнения пересилили возможные бонусы от этой книги. Да, она увеличивала лояльность юнитов, но этого можно было добиться и иными методами, а довести юнитов более чем третьего тира до возможности перейти на уровень «супер-элиты»… не говоря уже о пятом или не дай бог седьмом-десятом тире… это нужно пестовать юнита под два-три месяца, и это ещё очень оптимистичный прогноз. Учитывая же отсутствие возможности воскрешать погибших у большинства рас, это вложение становилось ещё более рискованным. Да и… не влезла уже эта книга по доступным очкам, учитывая, что я планировал быть гибридом.
Этот набор, в целом, позволит мне обыграть и от солдат, и от экономики, нанимая их столько же, но чуть более сильных и платя им чуть меньше, а также имея возможность и прокормить чуть большее число юнитов.
Последняя же книга…
— Твой музыкальный дар порадовал меня, Неумирающий, пусть был ты тут не столь долго.
— Коль владыка пожелает, я буду готов скрасить его бытие ещё в течении некоего срока, — я изобразил лёгкий поклон в сторону дракона. — Но ещё я уточню, что желал бы отправиться в путь не один, — на край стола лёг звякнувший мешочек, за шнур у горла которого я потянул, раскрывая его и этим движением одобряя транзакцию за всё набранное ранее.
— Здесь грустно и одиноко… — он замолчал, будто проверяя мой ответ.
— …но истории, боюсь, у меня нет. Однако, вместо слов для неё, я призову музыку.
И я начал играть. Ту самую мелодию, которой я завершил свой стрим, до того, как нырнул сюда. Я вкладывал душу в каждую ноту, каждый звук, исходящий из неё. Вместе с ней начало двигаться и тело, кружась в подобии лёгкого танца. Дракон же вновь прикрыл глаза, но дополнительно его выдавали подрагивающие крылья и хвост.
«Ранят нас глубоко-
Смерть найти так легко
Но запомни
Но запомни
Отступив, будем жить,
Эту боль не забыть
Просто помни…»
Когда я закончил играть, он всё также лежал с закрытыми глазами. Я скользнул в меню создания герба, добавив в него последнюю деталь — воющего на луну, из правого-нижнего угла, волка и добавив клинку лёгкую «пламенность», под стать той, что была у моего меча.
— Твоя музыка порадовала меня, Неумирающий. Будь моя воля, ты играл бы при мне день и ночь… — он ненадолго замолчал, поднимая своё тело. — За то, как ты сыграл, я дарую тебе то, что есть у немногих, но цена этого — величайшая, Невозможная сложность. Ты можешь отказаться от этого, если пожелаешь.
Я поднял взгляд на стол, на котором до этого лежали выбранные мной книги знаний. К всем выбранным мной книгам прибавилась ещё одна, последняя, корешок и обложку которой я узнал, но она отличалась от той, на которую я смотрел изначально.
«Жречество».
Изначально я думал об этой книге, вспоминая про царившую у лунных теократию, но отдельные детали меня смущали, такие как некоторые их ритуалы и, можно сказать, «раскованность» жречества. Но, если это предлагает здешний «владыка», то намёк более чем прозрачен. Я подтвердил выбор последней книги, после чего тут же установил процент «жертвуемой» маны на 70%, увеличивая объём моего будущего символа на пожертвованный объём маны, чтобы остались формальные 30% на какие-то мелочи.
— Я приму твой дар и вызов, Владыка Неба. И я благодарю тебя за него.
Мне осталось лишь склониться в поклоне, прикрыв глаза. Спустя десяток секунд я почувствовал, что моя поза изменилась, как и ощущения в теле, и открыл глаза.
На небе была видна луна, ярко освещавшая поляну с расположенными на ней руинами и могилами. Под боком у меня дремал щенок — маленький белесый комочек с едва заметными красными прожилками на своей шкуре. Но что более важно… я видел её.
Исполнявшая неспешные «па», практически полностью обнажённая тёмная эльфийка. Её движения были столь легки, что мне едва ли хватит слов на описание её действий. Но смотря на них, я начинал чувствовать ритм… ритм, который намекал о скорби.
Дотянувшись до флейты, я заметил, что брони на мне не оказалось, а я сам был чем-то перевязан, будто до этого был ранен. Спешный осмотр же показал — броня находилась в моей сумке, как и всё купленное ранее, кроме небольшого медальона на шее.
Аккуратно отодвинувшись от ещё маленького волка, я поднялся и пошёл навстречу эльфийке, которая заметила моё «оживление».
Вновь зазвучала флейта, а дева, не прерывая танец, начала столь знакомую мне песню, своим нежным голосом.
С каждым её словом мы всё сближались, и я ощущал, как она вовлекает меня в танец. Более того — я сам принимал навязываемую ею игру, особенно когда мы оказались на расстоянии вытянутой руки… и увидел отблеск лунного света, что был на её руках.
Поддавшись моменту, в момент, когда флейта замолчала, она перехватила её из моих рук, готовясь продолжать мелодию, всё ещё не прекращая танец. Мне же осталось лишь продолжить песню.
И мы продолжали. Пусть я и с трудом повторял движения что она провела до этого, но складывалось ощущение что это правильно. Что нужно именно так. И видя немое одобрение глазах игравшей на флейте жрицы, я не смел останавливаться.
Из-за света луны, который падал на место нашего танца подобно лучу прожектора, создавалось впечатление что в воздухе держалось подобие серебристой пыли, сквозь которую мы и двигались.
Но всё рано или поздно заканчивается. Так кончился и наш танец, во время которого мы оказались куда ближе, чем до этого.
— Мне казалось, что я не видел тебя уже целую вечность, сестра моя.
— Наш путь занял слишком много времени, брат мой, — и, не дожидаясь ответа, она прильнула к моей груди, от чего я буквально на секунду растерялся… после чего обнял её в ответ. — Прошу, не покидай меня столь надолго.
— Как пожелаешь.
Я не считал сколько времени мы так стояли, но она не спешила разрывать объятия. Мне осталось лишь прикоснуться губами к её макушке — это заставило её чуть вздрогнуть, после чего раздался лёгкое потявкивание, для привлечения внимания.
«Ты издавал красивые звуки. Вы похожи,» — раздался голос в моей голове. Практически детский голос, владельцем которого могло быть только одно существо.
Это и послужило сигналом для нашего «расставания». Я обернулся к малышу-квартерону, который уже уверенно стоял на ногах и осматривал окружение, стараясь принюхаться к чему-то.
— Ты таки проснулся, малыш. Можешь поприветствовать новый мир.
«А кто ты?»
— Я — твой старший компаньон, наставник… и, пожалуй, друг.
«А где мои родители?.. Это не вы?» — раздался его новый вопрос, который заставил меня на секунду впасть в ступор.
— Нет, малыш. Мы не твои родители, и где они я не знаю. Ты не помнишь о них что-то? Быть может, твоё имя? — я специально задал ему наводящий вопрос, специально провоцируя срабатывание скрытого квеста, о котором не раз писали на форумах.
«Я… я не помню. Ты дашь мне имя?»
— Если ты так хочешь… — я подошёл к нему, садясь на корточки и внимательно смотря в его мордашку, на которой красовалось несколько красноватых шерстинок. Рука сама, невольно, опустилась на его голову и погладила, вызвав у него тихое поскуливание. В его чистых, голубых глазах плескалась невинность и интерес, пусть и внутри была какая-то тоска. — Я назову тебя Хати. Когда-то жил такой великий волк, который своим видом внушал уважение и трепет. Он был загонщиком Луны, тем, кто должен был её догнать.
«А я?»
— А ты станешь тем, кто является защитником Луны. Как и он, когда-нибудь ты сумеешь её догнать, но не как охотник, а как друг.
«А на кого я тогда буду охотиться?»
— На тех, кто будет пытаться угрожать ей. Таких очень много и добычи будет в достатке.
«Мне нравится», — прозвучало после короткой паузы. — «Я стану им. Охотником Луны.»
— Молодец, — я погладил его, обратив внимание на мелькнувшее уведомление о скрытом задании. — Скоро мы пойдём в… ту сторону, — я показал направо от полуразрушенных ворот кладбища.
«Хорошо!»
Следом за этим я посмотрел на его характеристики, оставляя при себе надежду, что они будут расти лучше, чем у обычных юнитов.
Имя: Хати
Раса: белый волк
Интеллект: 5(45)
Сила: 5(50)
Ловкость: 6(55)
Выносливость: 5(50)
Сила магии: 3(25)
Устойчивость к откату: 1(10)
Ментальная выносливость: 1(10)
Здоровье: 160
Запас маны: 100
Устойчивость к Магии: 5 (45).
Умения:
Размер: крупный — недоступно, Устрашающий вой — недоступно, Перевозка грузов — недоступно, Регенерация (малая) — недоступно, Огненный шар — недоступно, Клыки крупные — недоступно, Когти крупные — недоступно, Прочная шкура — недоступно, Темновидение, Острый слух, Острый нюх, Уклонение, Прыжок
После этого я обернулся к эльфийке, что безмолвно смотрела на луну. Я скользнул взгядом на уведомления — в них действительно была запись, касавшаяся выполнения «скрытого квеста», наградой за который стало улучшение модели ИИ, контролировавшего волка. Но что важнее…
На мои губы легла лёгкая улыбка. Теперь… нужно приложить все силы. В конце концов, я уже сделал свою ставку «на зеро».
Не отвлекая свою спутницу, я достал из сумки свою броню, после чего начал облачаться в неё, заметив, что уведомление просигналило о получении навыка «Танцев». Спустя несколько минут я услышал комментарий.
— Без неё ты выглядел лучше, брат.
— Уж прости что лишаю тебя такого зрелища, сестра, — чуть отряхнувшись и поведя руками по очереди, проверяя как на мне сидит броня, я продолжил. — Но нам пришло время выдвигаться.
— Я понимаю. К сожалению, я не знаю этих земель, — она с некоторой грустью покачала головой. — Лишь обрывки воспоминаний о том, откуда мы бежали, до того, как нас сюда перенесли.
— Такова воля Луны, — оставалось признать мне это.
На самом деле, это было весьма ожидаемо. С учётом тех условий что были у нас, с этой предысторией, мы двигались здесь вслепую. Здесь нам уже могла действительно помочь лишь удача, но… это всегда так.
— Перед тем как мы отправимся, не могла бы ты напомнить мне, чем ты владеешь?
Та кивнула, открыв передо мной окно своих характеристик. Оные, в целом, были достаточно неплохи, особенно для старта. Снаряжение же её было куда скромнее — весьма свободная, едва ли оставляющая простор для фантазии, одежда жрицы, в комплекте с которой шёл прямой полуторный меч.
Имя: Ангнисс Оуссррет.
Уровень: 5.
Класс: Лунная танцовщица.
Жреческий ранг: послушница Луны (1)
Раса: тёмный эльф\лесной эльф.
Пол: женский.
Сила: 5 (5).
Выносливость: 5 (5).
Ловкость: 10+5+2+2+2 (21).
Сила магии: 23+3 (26).
Устойчивость к откату: 13+2 (15).
Ментальная выносливость: 17+2 (19).
Здоровье: 217
Запас маны: 190
Устойчивость к Магии: 60.
Расовые умения:
Темнозрение (1\2); Эльфийская ловкость; Лесная дорога (1\2); Левитация (15 минут\день), Сфера тьмы (1\день), Огонь фей (1\день).
Умения:
Маскировка (2), владение мечом (2), владение жезлами (2), танец (5), музицирование (4), привязанность (1).
Классовые навыки:
Кошачья грация, Жречество.
Книги знаний: Жречество, Бард, Ментальная подготовка, Известный, Верховный маг, Артефактор, Книга расы: Тайное откровение, Книга расы: Мудрость леса.
Книга Магии: есть.
Доступны заклинания: Звёздочка, Лунное серебро, Призыв лунного зверя, Медитация, Лунный облик.
Доступны заклинания барда: Нежные звуки, Мотив рождения.
Базовый арсенал достался ей более чем достойный. Характеристики были классические для жрицы Луны — очень скромная сила, весьма скромная выносливость, нормальная или чуть повышенная ловкость, высокая сила магии и ментальная выносливость.
Заклинание-молитва с невинным названием «Звёздочка» была очень мощным базовым заклинанием жрецов Луны — оно наносило пятнадцатикратный урон от силы магии, то есть в её случае это около трёх сотен урона. Весомый урон на первых уровнях, если так подумать, пусть и разделённый поровну между двумя типами — свет и тьма.
Лунное серебро было приличным бафом, который служил отличным костылём против юнитов со зверскими сопротивлениями к физическому урону. Ещё, конечно, оно замедляло регенерацию пострадавшего, но… против тех же троллей или ещё кого сойдёт. Но за пределами этого, к сожалению… весьма ситуативное заклинание.
А вот Лунный зверь был куда более интересным вариантом, так как это был именно что призыв дополнительного юнита. В её случае — на три с половиной минуты. Ну и, плюс, конкретно эта животинка могла порвать даже призрака, что показывало оную только с лучшей стороны.
Интерес также вызвали также и её мирные навыки — она, судя по ним, была более чем достойной танцовщицей… что, впрочем, вполне соответствовало направлению богини, как и музицирование. Навыки её как «барда» тоже были просты и отвечали, в основном, за лечение.
Имевшаяся же у неё «привязанность» не имела детального описания, оставляя вопросы… но, скорее всего, это что-то вроде базовой привязки приобретённого юнита.
После этого мы отправились в путь. Тусклое освещение, даруемое нам луной, позволяло без лишних проблем ориентироваться. Мы шли в весьма бодром темпе, проходя сквозь не слишком густой лес.
Однако сам лес нашёптывал — здесь что-то не так. Объяснялось же это одной очень простой приметой, которую люди изучили ещё во времена каменного века.
Не было звуков что сопутствовали лесу. Никаких.
«Тут странный запах» — раздалась мысль Хати. — «Мясо, но… гнилое, но не гнилое…»
Я замедлил шаг, потянув оружие из-за спины. Ангнисс сделала тоже самое, лишь взглядом спросив «что произошло».
— Рядом должна быть нежить. Зомби, возможно кто-то ещё.
Последовавший далее путь был не слишком долгим. Маленький волк со своим нюхом нас не подвёл — мы действительно наткнулись на группу бредущих, словно сомнамбулы, зомби и скелетов. Четыре зомби и семь скелетов. При том двое зомби казались совсем свежими — их кожа даже не успела посереть или облезть, а несколько скелетов были заляпаны свежей кровью.
Само же столкновение… едва ли можно было назвать сложным. Пока мертвецы нас не обнаружили, мы обменялись понимающими взглядами, и я взял свой меч за лезвие, благо, перчатки защищали меня от порезов. Скелетам было крайне плохо от дробящего урона, тогда как колющий они практически игнорировали, да и режущий обладал весьма посредственным эффектом.
Можно было бы использовать стандартную эльфийскую тактику, «хит-энд-ран на истощение», но это было бы многим дольше, да и какое истощение у нежити? Противник был не столь страшен — это юниты первого и второго тира, да ещё и без поводыря… который мог быть где-то рядом.
Пользуясь своим преимуществом в скорости, я атаковал шедших за зомби скелетов. Первый удар пришёлся ровно в затылок голого черепа, раскрошив его, тогда как следующим ударом я оттолкнул костяк в начавших разворачиваться зомби, из-за чего тот упал им под ноги. Третий повторил судьбу первого, с той лишь разницей что удар пришёлся ему в лоб.
И после этого начался достаточно скучный кайт. Фехтовать против трёх противников сразу, не имея щита — идея заведомо такая себе, поэтому оставалось их разделять, пользуясь их остаточными инстинктами и программой.
Выставляя их на пути друг у друга, нанося единичные удары, я сокращал поголовье скелетов, тогда как Ангнисс уколами терзала более стойких зомби, не спеша использовать жреческую магию.
Когда же остались только ожившие трупы, мы синхронизировали наши атаки. Один за одним они падали, упокоиваясь на этот раз окончательно. Нам хватило нескольких минут.
Как было не трудно догадаться, какой-либо достойной награды или имущества на них не было — чему быть-то у свеженьких трупов крестьян? Однако, этого хватило на получение чуть больше, чем половины шкалы опыта, что также весьма радовало.
Низкокачественные топорики, которые только на рубку дров и сгодились бы, да рваная одежда. Но… и от этого был толк, благодаря малышу. Он по очереди обнюхал убитых зомби, после чего долго принюхивался, пытаясь уловить подобный запах.
«Похожий запах, только живой, в той стороне!» — он завилял хвостом, указывая головой в сторону запаха. — «Там несколько человек с таким!»
— Там только
«Нет, там ещё и другие…» — чуть замешкался он, от чего у меня дёрнулась щека. — «Но до них совсем недалеко!»
— Он говорит, что там, — я указал в сторону куда показал Хати. — Есть как нежить, так и живые.
— И ты желаешь им помочь? — с какой-то непередаваемой интонацией проговорила она. Я чувствовал заинтересованность, одобрение, интерес… и как будто проверку.
Наше столкновение взглядов длилось недолго. Хати же в этот момент смотрел то на меня, то на неё, крутя головой, пока я заговорил.
— Да. Богиня говорила, что мы должны быть добры, кроме как в битве со злом. Это же — зло, на которое нельзя закрыть глаза. Это надругательство над порядком мира, циничная шутка над жизнью и посмертием.
На её лице появилась лёгкая улыбка и она прикрыла глаза, сделав небольшой кивок.
— Да будет так, брат мой. Пусть Луна ведёт нас в этом пути.
— Хати, будешь нас вести. Я побегу быстрее, так что… — я подхватил слегка опешившего от этого щенка и закинул его к себе на плечи, как эдакий «воротник», после чего мы сорвались на бег.
Темп был средний — да, нам бы стоило поспешить, но я учитывал, что выносливость, пока что, не самая сильная наша черта. Маленький волк периодически корректировал наше направление, предупреждая о возможных препятствиях и странных запахах.
И бежать нам пришлось весьма долго. Нюх у этого малыша и правда был очень острый, я бы даже сказал слишком острый. Уже спустя сорок минут лёгкого бега и два зелья выносливости появилось уведомление о повышении выносливости на +1. Это было чуть дольше чем я привык, будучи в роли человека — на двадцать процентов, с учётом того расстояния что мы преодолели ранее.
Учитывая же, что лес был весьма густым и периодически приходилось маневрировать, достаточно быстро должно было появиться такое же уведомление о ловкости, но пока его не было.
«Совсем рядом!» — просигналил малыш, а вдалеке, постепенно, стали различаться звуки боя.
Подав знак, что мы приближаемся, мы пожертвовали скоростью ради скрытности. Наше тёмное зрение давало нам до этого хороший бонус, благодаря которому мы видели до этого, но сейчас же это было и не нужно. Мы видели, что происходит и это совсем не радовало.
Под руководством какого-то магика, ещё живого, сражалась нежить и некоторое количество живых разумных. Противостояли же им постепенно редеющие ряды, в которых были люди, явно походившие на крестьян, сатиры и… пять эльфов в незнакомом мне снаряжении.
Сатиры старались закидывать противников дротиками, тогда как крестьяне держали иллюзию строя, используя вилы как копья, но… самой большой проблемой было то, что это поселение горело. По сути, им было некуда отступать и их продавливали назад.
Будь здесь только нежить, они могли бы разбежаться, так как зомби или скелету сложно кого-то догнать. Даже с учётом того, что люди и сатиры едва ли видят в темноте. Но тут были и живые юниты, которых я опознал как базовых пехотинцев рыцаря. И уже от них сбежать было бы куда более проблемно.
Поблизости находилось много уже изрубленных и просто сломанных трупов, в том числе нескольких многоруких рыцарей смерти и одно сравнительно свежее тело магика.
Эльфы постепенно сдавали позиции, медленно отступая назад от крупной нежити, напоминавшей мне раздутых и гниющих рыцарей. Пусть они и успешно работали своей группой, кружась в танце меча и копий, но эльфы не использовали даже ту магию, которая являлась для мечников дуба классической. И… произошло то, что сломало их картину боя.
В одного из мечников влетел заряд магии, выпущенный колдуньей, и этого хватило чтобы тот подкосился. Практически сразу после этого он оказался под ногами скелетов и большого зомби, чего пережить уже точно не смог бы.
Шикнув на Хати, чтобы тот и не думал пытаться геройствовать, я переглянулся с Ангнисс. Она чуть наклонила голову, будто соглашаясь, а я использовал навык, что был взят на старте. Мой клинок тускло засиял лунным светом, после чего я сорвался вперёд, влетая в тыл к заклинателю с парой пехотинцев.
Ментально отмахнулся от уведомления, что мной был освоен навык «скрытности» на первом уровне.
Я концентрируюсь на своём противнике и полуторный клинок аккуратно входит в спину магика, прорубая хламиду, вонзаясь в хребет и выходя из груди колдуна. Тот едва ли сумел выдавить из себя хоть какой-то звук, потянувшись руками к клинку, но он уже был обречён.
«Получен второй уровень!»
Я же отмахнулся от уведомления, так как времени на выбор навыка не было. Пехотинцы, с запозданием среагировавшие, вздрогнули увидев мою фигуру, но один из них уже замахнулся на меня весьма старым коротким мечом. Старый опыт подсказал мне траекторию удара его мечом, благодаря чему я успел перехватить дагу и отвести его клинок в сторону, открывая того для удара.
Остановка же для меня была бы подобна смерти — очков здоровья у меня не так много, как хотелось бы, потому я сместился в сторону атаковавшего меня, на ходу вырывая клинок из тела колдуна. Стоило клинку покинуть его тело, как он осел безвольным кулем.
В сторону же основного столпотворения нежити вылетело несколько снарядов из арсенала жрецов Луны — похожие на звёзды сгустки энергии, наносящие повышенный урон нежити.
Я же остался с двумя пехотинцами. В отличии от зомби они могли применять какую-никакую тактику, но давать им на это время я не планировал.
Отведя его клинок в сторону, я нанёс рубящий удар выше груди, попадая в его едва прикрытую кожаным «воротником» шею. Этот удар оказался не смертельным, но повесил на него дебаф «кровотечение», из-за которого он выронил своё оружие и рефлекторно попытался зажать шею.
Второй пехотинец попытался меня атаковать, но от его удара я уклонился, уйдя вправо. Я позволил себе с ним сблизиться, нанося удар уже кинжалом, снизу вверх, пробив его подчелюстную область и скорее рефлекторно провернув кинжал на девяносто градусов, после чего резким движением вырвал его обратно.
Эльфы, как только колдун пала, явно взяли инициативу в свои руки. Нежить, стоило магу погибнуть, тут же стала двигаться куда более вяло, едва ли не путаясь в своих ногах. Более того, потеряв «поводыря» у них остались только инстинкты, которые работали едва-едва.
Крупные противники, к счастью, были также сконцентрированы на эльфах, но заминка от потери их «предводителя» дала тем время на обезглавливание оставшихся сил нежити.
Однако, отказать себе в нарезании оставшейся нежити я не сумел. Опыт нам был более чем нужен, учитывая, что мы с Ангнисс были героями. И даже с учётом оставшейся толпы нежити… на второй подъём уровня опыта не хватило, так как часть опыта ушла тем, кому мы помогли.
Сейчас же мы стояли друг напротив друга, не спеша убирать оружие. Один из них что-то проговорил, но я разобрал лишь несколько слов из-за расстояния. Но сразу из-за этого мог сказать — это был не диалект лесных эльфов, либо какой-то очень уж специфичный.
Сатиры же с людьми спешно начали возвращаться в деревню, но… раздался очередной громкий звук, ознаменовавший то, что у какого-то из зданий догорели подпорки и оно развалилось. Это вызвало более чем просто слышимый стон, который издали люди. Сатиры же… были куда более эмоциональны, так как оставшиеся восемь зверолюдей буквально рухнули на колени, смотря на разваливающееся здание.
— Мы сожалеем о вашей утрате, — проговорил я, догадываясь что это за здание было. Оно по своей форме напоминало таверну-кабак сатиров, совмещённый с винокурней. Фактически, это было близко к храму для них.
— Годы труда… — раздался голос весьма старого сатира.
Один из эльфов хрипло откашлялся, привлекая к себе внимание. И только сейчас я заметил, насколько он был крупным. Мускулатура у него было ощутимо более развита, нежели у большинства лесных, да и был он как бы шире… помимо того, что возвышался над землёй на добрые почти два метра.
— Несмотря на благодарность, мы хотим знать, что здесь забыли тёмные. И тем более отступники.
— Ушли в свободное плавание, подальше от обожаемой родни, — я изобразил усмешку, пытаясь поймать хоть какую-то мимику этого эльфа. Пытаться идти на конфликт не имело смысла, да и шансов на победу также не было, из-за чего я вложил свой меч в ножны за спиной.
И практически с самого начала он начал меня напрягать. Лесные эльфы, да и тёмные, не использовали костяную броню. Да и настолько украшенную, при том едва ли не с выбитым рельефом… Что те, что другие, предпочитали кожу, изредка используя что-то из металла. Да и снаряжение… ветка копейщиков у лесных была весьма редким выбором, либо Дуба, либо Кипариса, а здесь… у этого было копьё. А вот у той, что стояла позади, перебинтовываясь, на плече лежал трезубец, помимо шлема с полумаской.
Цвет его волос был каким-то тёмным, я бы сравнил это с болотной тиной, да и цвет кожи… это была не светлая или обгоревшая кожа лесных или степных эльфов, не практически чёрная кожа тёмных, это было что-то среднее между. Я бы даже сказал «с лёгкой голубизной», отдалённо напоминающей обморожение.
— Моё имя Мэйзар’Диирн, скромный… путник, — я аккуратно, как бы невзначай, потёр левую руку. Воин это отметил.
— Талфель. Воин, — он чуть кивнул. — Удивлён что один из вас получил такой дар.
— Путь Луны и богинь неисповедим, — краем глаза я отметил, что Ангнисс тем временем начала беседу с людьми и сатирами. Хати, поняв, что всё закончилось, медленно побрёл ко мне.
Огонь же, тем временем, угасал. Несмотря на усилия крестьян и сатиров, здания спасти не удалось, из-за чего там остались только руины. Деревня была окончательно разрушена.
— И давно здесь бродит нежить? — придерживаясь несколько нейтрального тона спросил я.
— Нет, недавно. Несколько недель как, — этот эльф придерживался коротких, рубленых ответов. При этом он продолжал смотреть на меня, будто пытаясь что-то вспомнить или понять.
Причины этого были вполне объяснимы. Минусовая репутация на старте — это бич, который придётся преодолевать со скрипом и болью. Возможно, потяни я больше времени, появись в более удачный момент, когда их уже добивали бы, это могло бы сыграть мне на руку больше, чем сейчас, но… что есть, то есть.
Пока была пауза в диалоге, я открыл уведомление о повышении уровня. Повысилась ловкость — это было ожидаемо, а следом за ней мне предложили два навыка. Как будто иронизируя надо мной, система предложила «Ликвидацию» и «Боевую славу».
Улучшить только полученный навык скрытности и получить коварный удар, что дал бы гарантию крита в спину, это было приятно, но «боевая слава» давала один из немногих вариантов снижения морали противника. С другой стороны, тут, судя по всему, сидит нежить, иммунная к морали в любом виде… но среди них были и люди, если отталкиваться от тех, кто был тут, да и не нежитью единой, я надеюсь, мы будем тут живы.
Скрипя сердцем, выбираю «боевую славу». Всё же, я не ассассин, хотя умение лучше прятаться и максимально уверенно атаковать в спину наверняка бы могло помочь.
Когда я уже планировал было пойти к крестьянам и сатирам, эльф вновь начал говорить, будто дожидался момента, когда я закончу выбирать навык.
— Ответь мне, «путник», что ты здесь ищешь. Мне
И было ясно, что он этим ставит разграничивающую черту. Более того, тон, которым он это высказал… С такой интонацией говорят тогда, когда принимают решение «а что делать дальше».
— Мы с сестрой ищем место, где Луна даст своим детям возможность жить в мире. Где танец и песня принесут процветание и радость живущим там. Где такие как мы, они или вы смогут жить, не боясь того, что принесёт следующий день, — я прикрыл глаза, вспоминая нужные слова. — Наша богиня говорила: будьте всегда добры, кроме как в битве со злом; поощряйте счастье повсюду; продвигайте гармонию между расами. Оказывайте дружескую поддержку незнакомцам, защитите бездомных и накормите голодных.
— Интересно, — голос был тот же, но прозвучал он мягче, чем было до этого.
На краю взгляда появилось уведомление о повышении отношений, которое уже было в районе нуля, что для «тёмного», пусть и наполовину, это хороший прогресс.
Хати же, презрев страх, подошёл к Талфелю, после чего обнюхал его. Тот на маленького волка смотрел со скепсисом.
— Я слышал о некоторых проблемах в одном из ближайших городов тёмных эльфов. Там, можно сказать, случилось ужасное, — теперь уже я прищурился, ощущая влияние одной конкретной книги и предыстории. — Жертва не захотела приноситься и сбежала.
— У всех бывает плохой день в жизни, — как бы между прочим отметил я, изобразив улыбку. — И дверь, в которую заходить не стоит. К счастью, иногда бывает выбор.
— Хм, — он повернул голову в сторону Ангнисс, которая о чём-то говорила с со старым сатиром, после чего хмыкнул ещё раз. — Интересно.
— Тц, и зачем с этими отродьями… — начал было один из эльфов за его спиной, а моё лицо, на котором до этого была улыбка, окаменело. Талфель же обернулся, явно желая что-то сказать, но…
— Что. Ты. Сказал, — я чуть наклонил голову, удерживая всю ту же окаменевшую улыбку. Глаза прищурились сами по себе, выделяя особо говорливого эльфа.
Смотря на этого разумного, я старался отметить каждую деталь. Гладкое, чуть заострённое лицо, с несколькими царапинами, явно полученными в этом бою. Волосы у него были практически того же цвета что и у их лидера, а горящая в глазах ненависть как раз и выделялась. И это при том, что я просто был, не успев сделать что-то «не то» по отношению к ним.
Также я отметил, что назвать его «целым» не получилось бы. Ранен до этого он был весьма сильно, пусть в него и влили какое-то зелье. На его поясе висел один короткий меч.
— Я сказал, что с отродьями как вы оба можно иметь только одно дело, — он демонстративно, в нарушение любых правил приличий что были приняты у эльфов, сплюнул себе под ноги.
— Яхель… — прозвучал уже угрожающий голос его старшего товарища, но я чуть поднял руку, останавливая того.
— Пусть договорит. Мне даже стало интересно, — поддерживать правильную интонацию было несложно. Змеиный яд, смешок и ирония — это лучшее сочетание для раззадоривания «молодых». В конце концов, сам таким когда-то был.
— Именно от вашего рода, предателей, пошли все беды нашей расы, — из каждого его слова сочился яд. Он встал в полный рост, лишь немногим уступавший Талфелю и сделал шаг вперёд, прихрамывая на правую ногу и продолжая. — И даже вы двое, предавшие предатели… даже паучихе, под чей дланью вы были рождены, не сдержали свою верность. А сколько до этого жили под ней, скольких во имя её убили, скольких она, — он мотнул головой в сторону Ангнисс, которая в это момент замерла, явно слыша, что он говорит. — Заклала на алтаре?
— Это всё? — едкий смешок в голосе проявился сам собой, вызвав у того нервный тик. И правда, совсем он молодой.
— Ты… — он уже схватился за меч, но был остановлен вскинутой рукой куда более рассудительного эльфа.
— Яхель!
— Не утруждайся. Он всё равно уже сказал и показал достаточно, — я стянул с левой руки перчатку, после чего та коротким броском отправилась молодому под ноги. —
Глаза молодого эльфа сверкнули огнём, в котором было удовлетворение, тогда как от его старшего товарища раздался тяжёлый вздох. В конце концов, он явно был более настроен решить это «миром», на что внимание я обратил, но… если уж играю роль, то от начала, то до конца.
— Будь речь только обо мне, я бы пропустил всё это мимо ушей. На то что такие как он говорят мне плевать. Но, он задел то, за что я готов убить, — улыбка сходила с моего лица, а во взгляде появлялась кинжальная острота. — Dolle naa lost (пустоголовый), uvanimo (нечестивец). Не стоило тебе говорить о ней хоть что-то.
Интерлюдия.
Три месяца назад.
— Так, исправить это, это…
— Да. Постарайся сделать так, чтобы это читалось как напрямую, так и между строк. В остальном, в целом, выглядит более-менее неплохо. Последняя часть только обязательна?
— Да, так как, формально, характеристики на совсем другом уровне, а то, что будет иметься в начале… не слишком соответствует.
— Хорошо, тогда пусть будет. Сколько ещё времени надо?
— Думаю, к концу недели закончу.
— Буду ждать.
После этих слов сеанс связи с писателем закончился. Он постепенно дорабатывал ту предысторию, которую я планировал использовать в Землях. Увы и ах, но сам я не особо хорош в придумывании подобных вещей, поэтому приходилось обращаться к сторонним исполнителям, благо, даже такие были.
Цену этот человек не задирал, так как конкуренция, как и везде, была более чем жёсткая. Даже в такой сравнительно специфичной категории как «создание предыстории для персонажа».
Имея те вводные, что я ему дал, в плане выбора замка, класса, а также некоторой части закупа, он «родил» историю, которая мне скорее нравилась.
Два беглеца — брат и сестра, близнецы. Эльфийские полукровки — не просто смесь тёмного эльфа или лесного эльфа и человека, а именно что наполовину лесной эльф, а наполовину тёмный. Это позволяло сохранить некоторый баланс характеристик и способностей, между тёмным и лесным, а также добавить некоторое «смягчение» в плане репутационных проблем, которые были свойственны тёмным.
Я вновь начал примерять на себя эту роль. Как я сказал ранее, он описал обоих персонажей как «беглецов». Он же подарил нам по восемь с копейкой десятков лет — то есть, по меркам любых эльфов, мы едва-едва перешли с юношества на молодость. Впрочем, оценивая то, что он успел прописать из пережитого нами… этого было более чем достаточно.
Матерью была жрица Ллос, да и весьма титулованная, приближавшаяся к грани старшей жрицы, постепенно копившая влияние для становления верховной, но… потом случился наш «отец». Рейд на поверхность, очередная резня с эльфами лесными, новые порции рабов как для служения, так и для жертв и продажи куда-то далее. Просто бизнес, ничего более.
Однако её заинтересовал один из захваченных рабов — лесной эльф, который сражался особо хорошо. Тот был статен, вынослив, суров… у неё взыграла жадность, от чего она оставила его при себе. В конце концов, многие жрицы любят «играть», проверяя волю на прочность, в конце концов ломая свои игрушки и превращая их в что-то иное. Его же такая судьба и должна была постигнуть.
Но, волею судьбы, игрушка ей насолила. Нами.
Избавляться от детей в обществе тёмных эльфов не одобряется, а потому ей осталось только принять произошедшее за данность. Как минимум, рождённые дети всегда сойдут за жертву богине — та такое весьма любила.
Время шло, неспешно и неторопливо. После чего происходит главное событие — в этот мир приходим мы с моей «сестрой». Однако, это событие омрачается тем, что у жрицы просто не получилось принести нас в жертву.
Вполне очевидно, что это было связано отнюдь не с большой любовью — где Ллоситы, а где любовь, кроме как к себе? Всё было куда проще — богиня решила поиграть, не приняв жертву, шутки ради пошатнув эту жрицу. Её сослали куда подальше, а статус оной резко обрушился.
Попытки принести нас в жертву срывались трижды, с одними и теми же эффектами, после чего, скрипя зубами, было принято решение — они будут жить и станут теми, кто сумеет попрать спокойствие поверхности.
Их — то есть, нас — начали обучать и растить по всем традициям. За моим персонажем закрепилась роль весьма «тяжёлого» юнита, вплоть до того, что ему пророчили роль мерцающего, спустя годы работы, но говорили об этом уверенно. В магии я не преуспевал, в отличии от моей сестры.
«Семейной» любви мы, впрочем, испытали в достатке. Наказания как за проступки, так и просто по желанию, были для нас привычны. Это я и отобразил на спине моего аватара, нанеся туда вереницу шрамов, тогда как ей доставалось куда меньше.
Год за годом, десятилетие за десятилетием, но какой-то проблеск светлого оставался в нас обоих. Из-за этого же мы сблизились — в каком-то смысле, мы стали спиной к спине… фигурально.
И вместе с этим, чем дальше всё шло, тем больше мы приходили к мысли, что нам надо бежать. Нас начинали брать в рейды на поверхность, где мы уже эту поверхность видели… и ощущали к ней тягу. Играла кровь отца, из-за которой мы так и тянулись к лесам.
Во время одного из этих рейдов мы и сбежали. И оный побег был весьма звучен — мы ударили нашему же отряду в спину, сыграв с ними в лесу в «догонялки», где выживших было только двое.
Мы какое-то время скитались, пытаясь понять этот мир. Ощутить, каково это — быть частью иного, отличного от тёмных эльфов, бытия.
И, очевидно, с этим у нас были проблемы. Пусть мы и отличались от тёмных эльфов, наша кожа была несколько светлее, но опознать нас было более чем легко. Нам хотя бы не столь сильно мешало солнце.
В конце концов, мы оказались в одном из кругов друидов, рядом с которым часто проходила как как торговая гильдия, так и встречались тёмные эльфы, подобные нам. Это были последователи Луны — они, к нашему удивлению, отнеслись к нам доброжелательно.
Друиды приняли нас как гостей, обогрели… дали пищу и кров. От них же мы узнали и о том, насколько велик внешний мир, насколько он разнообразен… а многим позже туда же прибыл один из рыцарей людей. Прибыл он не воевать, а наоборот, приблизиться к природе и отдохнуть, несмотря на краткость жизни людей.
Он не рассказывал о себе многое, лишь изредка упоминая о своей более ранней, весьма насыщенной жизни и с кем ему приходилось столкнуться, но некоторые из жрецов с пониманием и сочувствием смотрели на него, когда видели на его руке кольцо-печатку. Особенно горевали по этому поводу проходившие люди из торговой гильдии, но из-за этого же они начали проявлять интерес и ко мне, как к тому, кому рыцарь раскрывался более всего. Один из них даже обещал что-то похожее на сотрудничество, выписав документ.
Ко мне, при этом, прибился один из зверьков храма — тут писака схитрил, специально не обозначая какого зверя я брал с собой.
Однако всему приходит конец, как и нашему мирному существованию. Видимо, наш уход столь разозлил нашу «мать», что она выслала на наши поиски достаточно большой отряд… который решил штурмовать этот круг-святилище. И мы, конечно, выступили на его стороне.
К сожалению, силы в итоге оказались неравны. В последние минуты нашего бытия там, рыцарь-человек передал мне его печатку, и стоило её взять в руки, как пришло понимание того, что это.
В последний момент, жрецы Луны решили дать нам шанс, открывая портал в новые земли. Столь наспех поставленный, ненадёжный и мерцающий портал не мог вести в какое-то благоустроенное место, но… выбора не было. Мы вступили в бой с последней волной, пока жрецы готовились к своему последнему ритуалу.
Отбившись от последней волны, едва живые от усталости, мы глядели в водоворот красок. Тот рыцарь, бывший паладином Единого, заслонил собой проход в залу, давая нам время. И в этот портал нырнули все, кто сумел — мы с сестрой и зверьком, державшиеся друг за друга, и иные. Мы слышали, как за нашими спинами начался бой, но… повлиять на это уже не могли.
Поставленный же столь наспех портал оказал на нас своё влияние — я потерял свою былую удаль, став бледной тенью себя прошлого… но предсмертный дар паладина Единого красовался на моей руке, и вместе с ним было понимание того, что перед нами открыта совершенно иная дорога в жизни. Совершенно иная и полная того, что у нас хотели отобрать.
Я вновь перечитывал присланную мне историю, примеряя её на себя. Эта роль должна была стать моей высшей точкой. Именно я должен буду стать там главным героем, первым лицом тех земель… и тем, кто не падёт как тот «паладин».
Писатель даже учёл то, что я ему рассказал о своём старом заходе, постаравшись вплести это в историю. Это было похвально, пусть тот аватар я и удалил после того, как его правление окончилось.
— Ну, теперь буду сам себе режиссёр и сценарист, — усмешка сама появилась на моём лице.
Осталось только слегка доработать предысторию, добавив больший акцент на моей будущей связи с «сестрой», а потом… потом останется только взять на себя эту последнюю, главную роль.
Наше время.
-
Одно короткое слово, но в нём было более чем достаточно смысла.
Разработчики постарались, когда вписывали в этот мир языки, начиная с эльфийского родом из Властелина Колец и Dungeon and Dragons и заканчивая какими-то акванами, едва ли не доходя до мурлочьего. Их тут были десятки, даже если не учитывать «основные», идущие с игровыми расами.
—
Страдальческое выражение лица Талфеля было легко читаемым, но даже несмотря на это он кинул оценивающие взгляды сначала на Яхеля, а потом и на меня. При том, внимательно осмотрев меня, в его глазах буквально возник вопрос немой вопрос, «зачем?».
Помимо этого, ко мне с беспокойством в глазах подходила Ангнисс, которая была готова что-то мне высказать… но я не дал ей даже начать, протянув руку и поправив прядь её волос, сопроводив это улыбкой. Но на этот раз не ядовитой, не издевательской, а наполненной теплом.
— Луна сегодня так прекрасна… — рука коснулась её щеки, медленно гладя её. — Ради неё не жаль и умереть.
— Я запрещаю… — её голос дрогнул. — Я запрещаю тебе умирать. Ведь Луна ещё не налюбовалась нашим танцем.
— Как пожелаешь, сестра моя… — я прикрыл глаза и чуть склонил голову, почувствовав её ладони у себя на щеках.
— И долго ещё ждать? Могу и обоих убить, мне жаль не будет.
От слов эльфа моё лицо дрогнуло, вновь превращаясь в холодную маску. Я отстранился от Ангнисс, доставая правой рукой клинок из ножен, а левой проводя по поясу, дабы нащупать и взять нужный мне предмет.
— Давно я не встречал столь спешащих на встречу со своими богами.
Трое эльфов отошли в сторону. Ангнисс также отошла, стоя отдельно от всех. Крестьяне и сатиры о чём-то перешёптывались, но не спешили вмешиваться в эту стычку.
Стойка этого эльфа была не такой. В его позе чувствовалось, что в левой руке у него должен быть щит, но при нём его не было. Из-за этого он чуть нервно шевелил рукой, не ощущая в ней привычной тяжести.
Клинок его также выглядел иначе. Короткий, напоминающий что-то вроде гладиуса, против классической для эльфов сабли. Но — у меня было преимущество за счёт длины оружия, которым главное было правильно распорядиться.
Сама же дуэль началась без какого-то особого сигнала. Мы просто двинулись навстречу, неспешно, без резких движений, как бы прощупывая стойки друг друга. Как и я, он был правшой.
Я удерживал стойку глупца, как бы показывая свою открытость. В ней была показательно опущена защита, буквально открывая всё тело, несмотря на выдвинутый снизу-спереди меч.
В какой-то момент я буквально ощутил укол, будто перед глазами пронеслось видение того, как этот эльф нанесёт удар. И он начал наносить удар — именно так, как я увидел.
Яхель сделал резкий шаг вперёд, опираясь на левую ногу, игнорируя возможную опасность от моего меча, делая быстрый колющий выпад, нацеленный мне в грудь.
Мне оставалось уклоняться и парировать — наши клинки соприкоснулись, когда я отвёл его удар в сторону, всё ещё поддерживая дистанцию, между нами. Это был не стандартный приём из эльфийской техники.
Более того, я ощутил его силу, превосходящую ту, которую я мог бы ожидать от эльфа. Да, он был крупнее чем я, но здесь обычно решали цифры… а сила среди основных эльфийских не значилась.
Далее атаку провёл я — аккуратный укол, из длинной стойки, пытаясь продолжить прощупывание оппонента, но тот продолжил свой натиск. Я это уже видел, готовясь к новому удару.
Отклонившись от моего клинка, двигаясь боком и прикрывая себя левой приподнятой рукой, будто в ней был щит, он пошёл на резкое сближение, планируя сделать тот же укол, который должен был закончить бой, но уклонился уже я, совершая контратаку.
Мы сошлись практически в упор друг к другу, пропустив оружие рядом с оппонентом, но он себя левой рукой пытался прикрыть, видимо старым, вбитым рефлексом, а я совершил новый удар левой рукой, в которой был зажат кастет.
Кулак с зажатой в нём железкой прилетел ровно в центр его лица, издав влажный звук и вспыхнув от использованной с мизерной дистанции «звёздочки», выбив его из равновесия и заставив пошатнуться. Довернув своим телом и заходя ему за спину, я провёл короткий рез по его корпусу, который не нанёс урона, одной рукой-то, однако оказавшись за его спиной я совершил короткий замах левой рукой, целя тому в затылок.
Я видел, как он уклоняется, и это было ожидаемо, но полностью на это ему не хватило скорости. Удар кастетом пришёлся в его ключицу левой руки, ровно сверху. Да, там была броня, но я услышал хруст, а тот кусок панциря покрылся трещинами.
Он не планировал разрывать дистанцию и более того, он попытался вновь меня атаковать, на этот раз с разворота. Это был уже не колющий, а рубящий удар. На разрыв пошёл я, но его скорость была выше — остриё его клинка распороло и хауберк и поддоспешник, оставив под ними кровавую борозду на области рёбер. К счастью, не смертельно.
Дистанция вновь была разорвана, и мы двигались полукругом. Левая рука его едва-едва слушалась — это было видно, как она буквально безжизненно висела плетью. На его лице читалась буря эмоций, даже несмотря на то, что оно почти всё было покрыто кровью после удара. Я чуть скосил взгляд на левую руку — кастет также был покрыт свежей кровью.
Я вновь перехватил клинок двумя руками, благо даже несмотря на кастет в левой ловкости пальцев мне хватало. Занимая стойку кабаньих клыков, я понимал, что рана на груди очень скоро даст о себе знать, и что время отнюдь не на моей стороне… хотя и его состояние вызывало вопросы, учитывая, что его должны были серьёзно потрепать и в бою до этого.
Шаг вперёд и чутьё молчит. Теперь он не бросается сходу в бой, и атаковать приходится мне. Ещё шаг. На его лице появляется прищур.
На третий шаг пришёлся длинный укол, практически на границе дистанции, от которого он отошёл, выходя из дистанции моей атаки. Я сразу же сделал ещё шаг вперёд, продолжая укол, и видя начало его движения, понимая, как он сейчас атакует.
Я вновь пытаюсь парировать его клинок, отводя в сторону, но вместо работы оружием он его выпускает и тот летит на землю. Яхель же… переходит на сверхблизкую дистанцию, а его кулак уже летит в моё лицо.
Отклонить тело я едва ли успел, но даже так, теперь уже его кулак влетел моё левое плечо. Броня едва ли помогла — показатель силы у этого эльфа явно был далёк от «нормального эльфийского».
С шипением я совершил обратное движение мечом — пока тот уходил в новый замах, в его челюсть врезалось навершие моего меча, вновь выбив из равновесия, а следом прилетел и апперкот, в который я вложил едва блеснувшую «звёздочку», который вновь его «отодвинул» от меня. Этот же удар, судя по всему, накинул на него ошеломление — я не видел, чтобы он начал новую атаку, поэтому продолжил натиск пока мог.
Пока у меня было преимущество во времени, я перехватил клинок за лезвие, скрипнув зубами от того, что левая руку чуть порезало, после чего нанёс финальный, размашистый, удар навершием.
«Челюсть — в труху…» — пролетела довольная мысль, когда этот «шкаф» рухнул на землю, отброшенный этим ударом. Как минимум он улетел в нокдаун, хотя, как мне кажется, это был скорее нокаут.
Перехватив оружие уже как положено, я двинулся к лежащему телу, но вперёд выступил Талфель, Он выставил своё оружие в сторону, как бы отграничивая меня и Яхеля.
— Достаточно. Он проиграл.
— Он оскорбил мою сестру. Так просто я это не оставлю, — я понимал, что второй бой я не выдержу, да и на этот раз он будет не один.
— Его
Он взял вину и ответственность Яхеля на себя, по сути, дав мне возможность ставить какие-никакие условия… в определённых рамках. И здесь же вставал вопрос — кто такой это Яхель, если за его шкуру вступается явно опытный командир?
Я тяжело выдохнул, опуская меч. Медленно повернув голову в сторону Ангнисс, я задал вопрос.
— Сестра моя, даруешь ли ты прощение этому юному и неразумному?
Она же чуть наклонила голову, с прищуром переводя взгляд с лежащего тела на Талфеля, а потом и на меня. И то, что при взгляде на меня она смягчилась — это факт.
— Пусть так. Богиня не велела таить зло и убивать тех, кто приходится дальним сородичем по крови.
— Тогда… твоей вирой, платой за его глупость, станет служба, — видя, как он вскинулся, я продолжил. — На неделю ты и твои люди встанете под моё знамя, и по окончании срока службы, вы будете вольны идти куда пожелаете.
— Неделя… — он сжал челюсть, что-то оценивая внутри себя.
— Я же обязуюсь достойно оплатить ваши услуги по окончании этой недели, и не отправлять вас в самоубийственные бои.
Его лицо сгладилось, так как помимо их обязанностей теперь появились обязанности и у меня. Более того, пусть и слегка вольно, но сформированные подобно договору, как того и должен был требовать взятый мною «Бюрократ».
— Да будет так, — он переложил свой меч в левую руку. Коротким движением он приложил лезвие к ладони правой руки, после чего чуть провёл, оставляя надрез и протягивая руку в мою сторону. — Но мы заберём нашего собрата для достойного захоронения.
Мне оставалось только повторить его действия, после чего закрыть уведомление о квесте «Укрощение строптивого», и принять в свою группу четверых эльфов и ощутить прилив сил — он использовал какое-то исцеляющее заклинание, от чего моё здоровье начало восполняться, а рана на груди стремительно затягиваться. Этот же момент ознаменовал моё второе, предельное на данный момент, повышение уровня, подарив мне одну единицу силы и предложив на выбор два навыка — лидерство и дипломатию.
Пусть эти навыки и стандартные, но оба крайне хороши. Конечно, для каких-то налётчиков дипломатия может быть спорным выбором, однако для меня сейчас она будет более чем достойным вариантом. Сердце, конечно, обливалось кровью, но проблем с моралью в ближайшее время быть не должно — рас у меня в подчинении будет, на данный момент, четыре, а взятая на старте «Толерантность» и «Известный» позволят как минимум отсрочить возможные проблемы. Всё же, эльфы, зверолюди и «светлые» люди, в комплекте с тёмными эльфами, это весьма гремучая смесь.
Однако это короткое размышление было прервано тем, что я ощутил, как ко мне сзади прижалась фигура Ангнисс.
— Не смей заставлять меня
— Уж прости, сестра моя… — но раскаяния в моём голосе не было, и это прекрасно понимали мы оба. — Но иначе было нельзя.
— Я понимаю, но радости мне это не доставляет, — её голос понизился до шёпота, и она продолжила. — Эти люди в смятении. Из-за этих пятерых они выдержали натиск нежити, но деревня сожжена. Я узнала про несколько деревень рядом, и они хотят отправиться туда, чтобы найти убежище и переждать бедствие.
— Грехом будет не помочь им, — удовлетворённо мурлыкнул я. — Богиня велит помогать нуждающимся и бездомным. И это же будет к пользе нашей.
Раздался её лёгкий смешок, после чего давление со спины исчезло. Я же, вложив клинок обратно в ножны и спрятав кастет двинулся в сторону небольшой толпы из людей и сатиров, которые на удивление деловито шевелились, собирая что могли и формируя подобие обоза.
На меня они косились, но без особо сильной вражды, ведь они также заметили наше влияние на то, что было в бою… да и дуэль между мной и молодым эльфом не прошла незаметно — где-то я даже уловил какой-то одобрительный взгляд.
Вперёд вышел весьма старый, на вид, сатир. Что волосы, что шерсть на ногах, что бородка на лице, были поседевшими. При этом в глазах, помимо обычного сатирского задора, ощущалось что-то большее.
— Ах, спаситель наш, рад вас видеть вас своими очами, — на его лице тут же появилась излишне добродушная улыбка, после которой он протянул мне руку. Пожимая её, он тут же начал её трясти, продолжая частить. — Меня Зеноном звать, и уж не знаю чтоб мы без вас делали, тяжело было, все справиться не могли, погибло бы ещё больше, если бы вообще кто выжил, но что поделать, жизнь такова, нам бы собраться, да ещё от помощи бы не отказались, да и вы как хороший человек выглядите, а уж ваша луноокая сестра, ух, был бы я моложе, да вот, жена была, не свезло, померла, но вы же тут, да и с вами эльфы те, да кроме того мы и сами можем, но с вами надёжнее, да только до соседей дойти бы, вместе ж лучше, так может, а, мы ведь не обидим, хорошие ведь сходятся, да и вы, как мы видели, честных кровей, несмотря…
— Так-так-так, отец, погоди, — я с некоторым трудом, внутри отметив, что этот сатир весьма не слаб, забрал руку обратно. — За помощь пожалуйста, но хоть слово-то дай вставить…
— Так ктож запретит, господарь, мы жешь со всем пониманием, что сказать хочется, уж о проклятых отродьях-то!.. — он пинком откинул в сторону кость, как бы показывая степень своего возмущения того, что произошло. — Виноградничек-то мой, родимый, пожгли! А как жить-то без такого?! Мы же народ простой, к нам с добром, так и мы по-доброму, но нет, не говоря ничего накинулись, жечь начали, а уж кабак-то наш, любимый, совсем сломали, уж жить-то теперь…
И он продолжил, говоря всё больше и больше. Слушать это было тяжело, а ещё сложнее — вставлять вопросы и комментарии.
Однако, уже из того, что он успел наговорить, желая того или нет, но он поведал о том, что есть в округе. Относительно далеко на северо-западе была деревенька, откуда, судя по всему, и пришла нежить. Жили там раньше люди, да вот, видимо, уже не живут. А вот на востоке было общее кладбище, откуда пришли уже мы, а ощутимо южнее была уже и лесопилка, на которой сидели феи, весьма добродушные, по его же словам, но только больно сильно шарахающие своими «звёздочками» за всякое. А ещё дальше на юг была другая деревенька, в которой жил несколько иной контингент и куда они хотели перебраться, раз их тут порушили, и тут вообще всякое ходит.
— То есть, поправь меня, ты хочешь, чтобы мы сопроводили вас до той деревни?
— Верно, всё так, господарь, да и мы бесполезны не будем, уж сами-то знаете, мы-то может… — начал он было, но я его прервал.
— Ты хочешь сказать, что готовы встать под моё знамя пока я вас сопровождаю?
Сатир открыл было рот, после чего тяжело вздохнул, посмотрев на меня другим взглядом. Речь же его стала куда менее бегающей, что резко заставило меня слушать его ещё внимательнее.
— Разглядел я твоё колечко, знакомое больно. Лорд новый. А потому, да, хотим. Выбора, потому что, нет — эльфов ты уже под себя забрал. Встретимся если с нечистью — не факт, что отобьёмся, а с вами хоть какие-то шансы есть. А коль всё хорошо будет — договоримся и о службе как следует, а не как сейчас, впопыхах. Как следует всё обговорим. Но пока могу посулить тебе деревню целую! — последние слова были с напускным пафосом, и он развернулся в пол оборота к руинам. — И уж если мы вернёмся сюда, после того как ты проблемы наши решишь, то знай — винограднички у тебя будут на загляденье.
На это задание мне оставалось только вздохнуть — игра
— Мы поможем вам добраться до этого Морковьево. Через сколько закончите разбирать то, что осталось?.. — я покосился на руины, которые уже заканчивали разбирать крестьяне.
— За полчаса-час управимся. Можете и сами пошерстить, если что найдёте — забирайте. Многого у нас всё равно не было, — сатир махнул на это рукой, после чего переключился на свой прежний темп. — Но вы уж знайте, нас там знают, мы повоёвывали иногда, но не поймите никак, мы-то за выпивку спорили, ведь они морковную гонят, а уж куда ему с нашим вином, а они ну ни в какую, да пробовали потом смешать, да только…
К счастью, это закончилось быстро. Дав мне краткий экскурс по истории их деревень, который я не просил, он отправился помогать собирать то, что осталось на руинах. Я же, морщась, направился к эльфам, которые уже в четыре головы стояли и выжидали, наблюдая за окружением.
— Мне нужны двое, собрать то, что осталось от… — я мотнул головой в сторону руин. — Они сами много вряд ли унесут, а я с собой могу забрать больше.
Талфель на это кивнул, глазами показав двум не представившимся эльфам чтобы они следовали за мной. Они беспрекословно подчинились, и мы уже вчетвером, так как Ангнисс присоединилась к нам, отправились на осмотр деревни.
И это принесло свои плоды — в одном из зданий, предположительно бывшем кузницей, мы нашли целую меру железа, уже переплавленную в слитки, которые отправились мне в сумку. Практически там же была мера камня — это запихнуть в почти-безразмерную-сумку было сложнее, но и с этим мы справились.
А вот следующее строение, бывшее, судя по всему, остатками амбара, встретило меня пушистой мордашкой, которая аппетитно хрустела ножкой, похожей на свиную.
«И здесь, кстати, много ещё осталось!» — ответил мне этот беглец, о котором я успел забыть. — «Только вы туда не пролезете, там узко… и придавлено всё.»
«Покажи хоть где.»
Тявкнув, он повёл нас кособоко засыпанному деревяшками и камнем месте, после разгребания которого мы нашли повреждённый и пробитый люк, в который этот мелкий пушистый и пролез. И уж там мы разгулялись.
Внутри был весьма прохладный погреб, в котором было достаточно много еды. И более того… Хати отдельно притащил меня к ящику.
«Из него едой не пахнет, но там что-то есть!»
И открыв мне было чему удивиться. Помимо погреба он обнаружил и маленькое сокровище — в сундуке лежали мешочки с золотыми монетами, которые я быстро закинул в эту же сумку, после чего увидел, что их было чуть больше полутора тысяч, что крайне радовало. После того как погладил его я сказал:
«Молодец, если вдруг найдёшь ещё что-то такое — обязательно показывай. Это нужная вещь, очень.»
Еды же в этом погребе нашлось почти на две меры, что было крайне хорошим знаком — голодать что мы, что люди, не начнём. Всё же, здесь была та же логика что и в реальном мире — еда это один из самых важных ресурсов… для живых рас.
После обхода остатков деревни, мы кое-как набрали меру дерева из руин, пока Хати продолжал жевать свой законный трофей. Видя же, что крестьяне и сатиры практически собрались, мы двинулись к основной группе.
Нас стало более двух десятков — из них восемь были сатирами, мы с сестрой и Хати, четыре эльфа и десяток оставшихся крестьян. Отряд уже выглядел весьма крупным, но… крестьяне и сатиры, юниты первого тира, едва ли способные за себя постоять…
Тряхнув головой, я отогнал от себя эти мысли. Крестьяне — ладно, а вот сатиры, учитывая, что они жили тут давно, наверняка знают местность.
Мы вышли на протоптанную дорогу — она сначала повела чуть на юг, а потом уже на восток. Двигаться по ней было намного проще нежели по той чаще, сквозь которую мы пробирались.
Во время самого передвижения не происходило практически ничего — мы просто спокойно двигались в сторону той точки, где мы появились. Учитывая, что это был пусть и спешный, но шаг, добрались мы туда за несколько часов, после чего были вынуждены сделать привал, чтобы люди и сатиры могли отдохнуть… что ознаменовало наше возвращение на кладбище.
Расставив эльфов на позициях, для охраны, я двинулся в сторону самого склепа. Конечно, это была начальная локация, и тут ничего такого быть не должно было, но… чем чёрт не шутит?
И как оказалось, зря я не решил осмотреть это место осмотреть. Здесь было почти пусто, лишь несколько восставших трупов вроде тех же зомби, и лишь в дальнем конце одного из склепов обнаружилось подобие каменного сундука, в котором лежали сапожки, посреди горки монет. И, при том, сапожки не простые, а редкие…
«Сапоги-скороходы; редкий.
+8% к скорости передвижения юнитов под командованием носителя.»
Однако самым главным подвохом стало то, что они… оказались мне не по размеру! Я просто не мог их надеть, а смысла от их наличия в таком случае было совсем мало. И даже если отдать их кому-то другому… по факту, здесь все под моим руководством, а значит и эффекта никакого бы не было. Отправив артефакт и деньги в сумку, мы двинулись обратно.
А снаружи, на территории кладбища, уже были разбиты палатки и часть людей отправлялась в непродолжительный сон. Их выносливость, всё же, была не столь велика… да и сам я тоже несколько устал. Если мы с сестрой держались за счёт того, что до этого выпили несколько зелий выносливости, то уж крестьяне и сатиры…
Найдя Талфеля и Зенона, я отдал им короткое распоряжение — обеспечить шестичасовой отдых, разбив сатиров и эльфов по сменам, дабы они могли хоть как-то отдохнуть.
После этого я позволил расслабиться и себе, усевшись у одного из надгробий и прикрыв глаза. Сон меня также сморил практически сразу.
******
Интерлюдия.
Высокий эльф смотрел на то, как сначала его «наниматель» сел, опираясь на надгробие, а чуть позже рядом с ним пристроились и сестра, и его мелкая собачонка. В них было что-то… странное, что заставляло его смотреть на них как с интересом, так и с некоторым подозрением.
Он жил в этих землях уже достаточно давно и примерно знал, что здесь можно ожидать. До него доходили шепотки о том, что где-то относительно неподалёку обосновались тёмные эльфы, что устроили знатную зачистку на своих территориях, особенно после какого-то тяжёлого для них события, однако это было на уровне отголосков чего-то несущественного.
Появление лунных, которые де-факто являлись теми же тёмными, позволяло без особых проблем сложить два плюс два. Более того, один из них был лордом, но то, как он им стал, заставляло его задуматься. Ведь большинство владельцев колец являлись неумирающими, пришедшими из-за грани…
При этом отношение этих двоих было иного уровня — к неумирающим зачастую относились как к лидерам, некоторые становились их спутниками, интересом… но тут было что-то иное. Он допускал что «брат и сестра» псевдонимы, либо обращение для публики, но его интуиция подсказывала что это не так. Да, некоторая скованность «брата» ощущалась, но это вполне естественно для мужчин тёмных — учитывая, в каких условиях им приходится жить.
Более того, они пусть и выглядели как тёмные… и цвет их кожи был далёк от цвета лесных… но они были «светлее» чем обычные тёмные эльфы. Возможно, полукровки, но задавать такой вопрос было тоном весьма дурным.
Однако он отметил и их совместную работу. Оная несколько хромала — «брат» явно рассчитывал на свои навыки больше, а «сестра» оказывала именно поддержку и не слишком спешила в бой. В целом, это было ожидаемо, особенно глядя на её магию… или, вернее сказать, жреческие навыки.
Но куда интереснее ему было наблюдать за той дуэлью, что развернулась между Яхелем и Мэйзаром — он мог примерно оценить физические возможности тёмного эльфа и тот был явственно слабее чем Яхель. Там даже по фигуре было видно — мускулатура у того была слабовата даже на фоне лесных, а оружие тяжеловато для его рук. Точнее, одной руки.
Владел он мечом… не слишком хорошо, по его оценке, хотя этого и хватит для сражения среди не самых опытных человеческих рыцарей. Это была именно человеческая школа меча, западная, при том именно тех людей, которые поклонялись «Единому» — когда-то давно он видел эльфов с прямыми мечами, и они работали иначе, как и один из живших здесь не совсем людей.
Талфель чуть кивнул своим мыслям, закрепляя у себя в разуме что это было либо непривычное для него оружие, либо, что более вероятно, с его телом что-то случилось, от чего оно слушалось его хуже, чем должно было. Всё же, неумирающие часто имели слабые тела… Однако, даже так, предчувствие тёмного эльфа заставляло немолодого эльфа уважительно покачать головой.
Мэйзар видел наперёд практически каждую атаку Яхеля, благодаря чему ушёл почти от всех его атак. Тот попытался его взять в захват, ведь в панкратионе он был весьма неплох, и именно в нём он мог своего соперника просто «задушить», но тот предвидел и это, ускользая от действий молодого эльфа, и даже контратаковав — Талфель поморщился, вспомнив последний апперкот, сделанный тёмным, и то, что тот как-то странно блеснул.
Ещё, конечно, Яхеля подводила травма ноги и отсутствие щита — он куда лучше работал именно с ним, в отличии от одного меча, но особым оправданием тому это не служило. Талфель сделал себе заметку — уделить больше внимания обучению этого «внучка», особенно в тех сферах, где он сдавал позиции. Да и то, что ему дали ранг «гастата» столь быстро заставляло его задуматься, дорос ли тот до оного.
Впрочем, самым важным моментом было то, что этот тёмный был готов идти на определённые компромиссы. Конечно, то, что он озвучил что за жизнь Яхеля он возьмёт их на службу на неделю, и после этого заплатит, было таким себе показателем, но предчувствие говорило Талфелю что это именно один из тех знаков, на которые надо обратить внимание.
При этом, несмотря на свою долгую жизнь, теперь неделя ему казалась чем-то куда более долгим, нежели раньше. Ведь тогда годы могли лететь в размеренности и покое, а неделя сейчас кажется чем-то куда большим.
Возможно, это может стать интересным вариантом для будущих договорённостей, но уже на более высоком уровне, если тот себе не свернёт шею по пути.
Его время караула заканчивалось — глаза надо было прикрыть хотя бы на пару часов, дабы иметь хоть какой-то запас прочности на следующий день. Передав эту работу своему сменщику, он также прикрыл глаза, вспоминая диалект тёмных эльфов. Когда же он сумел разобрать имя этого тёмного то усмехнулся сквозь подступавший сон.
«Если тебе его дали при рождении…»
******
Резким я своё пробуждение не назову. Меня аккуратно потрясли за плечо, вырывая из объятий Морфея.
Я вскинулся, но за оружие не схватился. Это был какой-то из сатиров — я с ним знаком не был точно, он что-то проблеял что «мы почти готовы» и ушёл продолжать собирать лагерь.
Далее уже я разбудил Ангнисс и Хати. Она поднималась с большей неохотой, а пушистый наглец потявкал, что хочет «покататься»… и пришлось идти у него на поводу — технику «грустных глазок» он, судя по всему, освоил уже на первый день своей жизни.
Уже у меня на плечах он начал посапывать, что было весьма очевидно. Ангнисс как-то странно покосилась в его сторону, но ничего не сказала, после чего мы, дождавшись пока лагерь будет свёрнут, направились на юг. Далеко в небе мне я увидел несколько точек, но разглядеть их из-за дистанции не сумел.
И как бы странно это ни было, но… на нас никто не нападал. Мы весьма спокойно и мирно шли. Нет, где-то вдалеке слышался вой, но по заверению Хати, который это расслышал, там не охотились, а как раз таки сбегали.
Вместе с этим я сделал заметку — судя по этому, мясо зомби для волков не подходит. Видимо, из-за воздействия некромантии оно для них едва ли съедобно, а драться или загонять то, что нельзя съесть, это просто лишняя трата сил.
Когда же мы добрались до весьма протоптанного перекрёстка, Зенон кашлянул.
— Налево пойдёшь, козлёночком станешь, направо пойдёшь, бревно поймаешь… — он покосился на меня, после чего продолжил. — Дорога налево короче, но если пойти направо, то там будет лесопилка, на которой феи сидят. Добрые они, не обидят. А вот те, что слева… — он поморщился, явно что-то вспоминая. — Злопамятные больно!
— Я даже боюсь спрашивать, что ты им сделал…
— Да шож я-то, господарь, мы-то всегда мимо ходим, со всеми почтениями, по добрососедовски, но… — он он вновь зачастил, пока мы повернули направо. И частил он долго… при этом умудрившись рассказать о том, что жили тут не только феи.
А жили здесь, помимо фей, люди. Не только те что с нами, но и далеко на востоке. Там тоже были сатиры, пусть и поменьше чем тут. Какой-то старый мужичок также владел там небольшим виноградником, в отдалении ото всех, и частенько гонял сатиров палкой от забора.
Но самым страшным из того, что он знал, то, как рассказывал уже его дед, здесь были «змеюки подлючие», что в воде жили. И жили при том давно, но на сушу не вылазили, разве что в самые голодные года. Рыбы, мол, им хватало, да и спали по большей части они, не видели их давно.
Правда, память подсказала, что если это не какой-то новый вид нейтрального зверья, а кто-то из одичавшей викингской братии, то это уже звучит как весомая проблема.
Благодаря грузу что мы несли, и я в том числе, система воспринимала это как подобие тренировки. Это подарило ещё одну единицу в выносливость, и, особо порадовавшая, единичка в силу.
Однако спустя ещё некоторое время Хати вновь встрепенулся, начав принюхиваться.
«Ты что-то почувствовал?»
Он не ответил, но теперь его мордашка перестала мотаться по сторонам, сосредотачиваясь на одном направлении. Талфель это заметил и копьё будто материализовалось в его руках.
— Кто-то поблизости?
«Далеко, едва чую… там пахнет странной кровью, не людей, и мёртвым мясом.»
— На лесопилке жили феи? — задал я вопрос Талфелю и подошедшему Зенону.
— Да, там их много было. Кроме те…
— Нежить их там жрёт, — не дал я разговориться сатиру, от чего тот аж встрепенулся. — Зомби.
— Какие будут приказы? — сдержанно произнёс эльф. При этом, несмотря на стоическое, непроницаемое лицо, создавалось отчётливое ощущение того, что он хочет им помочь.
Я тяжело вздохнул. Отказ наверняка снизит уровень отношений, да при том с ними всеми. Да и изображать «добренького» надо продолжать… так что ответ тут был однозначен. Да и феи, если подумать, всегда могут пригодиться.
— Зенон, собираешь сатиров. Вы охраняете людей и идёте в сторону лесопилки, поспешите, но будьте настороже, — тот хотел что-то сказать, но я повернулся к эльфу. — Талфель, бери всех и бегом к феям. Они нужны мне живыми и целыми. Мы с Ангнисс с вами, но наверняка отстанем — солнце слегка слепит.
Когда я закончил фразу то услышал облегчённый вздох сатира, а эльф коротко свистнул. Этого хватило чтобы оставшиеся эльфы сорвались буквально через пять секунд, скрывшись посреди деревьев вместе со своим командиром, а мы с Ангнисс переглянулись, после чего последовали за ними.
Это был очередной, практически получасовой забег. Хати поправлял нашу траекторию движения, стараясь удержаться у меня на плечах, и спустя некоторое время мы услышали звуки боя и команды на эльфийском. Когда же мы вышли на дистанцию видимости… посмотреть было на что.
Я не знаю какого некроманта здесь прорвало, но здесь было зомби. Очередные зомби, при том их число уже было совершенно ненормальным. Почти четыре, мать их, десятка, да и это при том, что часть из них уже была мертва окончательно! И они были по-разному снаряжены — среди них даже затесалась несколько лучников.
Внутри меня разбушевалось внутренняя жадность — это же практически уровень, при том, что мы и вдвоём, и ещё и другие эльфы есть… но до обновления лимита опыта оставалось ещё, по меньшей мере, часов шесть.
Выбора не было — эльфы уже вступили в бой, перетянув внимание с фей, которые летали над ними, на себя. И они вновь показывали совершенно другой стиль, в отличии от лесных.
Они были разбиты на пары, где мечник был впереди, прикрывая своего товарища с копьём. При этом они не стояли на месте, а маневрировали, но практически постоянно сохраняя своё построение. Но что интереснее — каждый их них уже успел где-то утянуть круглый щит, пусть и крайне погано выглядящий.
Феи, увидев нас, заверещали, но короткий окрик Талфеля их чуть успокоил, пока они продолжали летать над эльфами. А было их достаточно — аж шесть… живых. Два порванных трупика лежали чуть поодаль.
Ангнисс практически сразу начала зачитывать молитву, после которой из её рук вырвались магические снаряды, что она использовала и ранее, но далее её достал бич всех низкоуровневых магов — время отката. Я сбросил Хати рядом, шикнув на него чтобы он и не подумал лезть за нами.
Подобно нашим эльфам мы вдвоём придвинулись ближе к группе зомби, которая колыхалась, растягивалась и спутывалась, из-за отсутствия хоть какого-то поводыря. За нашими спинами пристроилось две феи — миникарта отмечала их как условно-нейтрально-дружественных.
И уже в три группы мы начали «жалить» это аморфное нечто, пользуясь их едва ли присутствующей иллюзией разума.
Мы с Ангнисс действовали как в первой стычке с зомби и скелетами — я был впереди, а она позади, отклоняя от нас удары и нанося их сам, также открывая для её ударов противника.
Эльфы же продолжили двигаться… я бы даже сказал — парить, разве что не в воздухе.
Несмотря на величественность и размеры их фигур, их движения не были приземлёнными и грузными. Даже более — всё ещё сохранялось ощущение того, что это ловкие эльфы… но отличающиеся куда большей силой.
Талфель, используя своё копьё, наносил короткие уколы, как бы примеряясь перед основной атакой, но всё ещё находясь чуть позади своего товарища. Синхронное движение — мечник делает шаг в сторону, а командир шаг вперёд, нанося выверенный удар в шею зомби, пробивая её, войдя ровно до ограничителя, после чего тем же одним движением копьё было извлечено, а зомби безвольно рухнул на землю.
Мечники также не отставали от своих товарищей, но в данный момент в основном удерживали на себе внимание основной массы зомби. Их главной целью было не завязнуть в толпе и заставить ту смешиваться, не давая действовать хоть сколько-то согласованно.
Я же умудрился ошибиться — в один из моментов я пропустил удар ржавым топором, который пришёлся практически в то место куда меня ранил Яхель. К счастью, топор был и стар, и ржавый, так что броня выдержала… но этого не выдержала Ангнисс — мертвеца буквально разорвало от попадания её жреческого заклинания.
В целом, эта тактика прекрасно себя показывала, ровно до одного момента… когда зомби уже практически кончились, с гомоном, с той стороны откуда мы прибыли, вылетела толпа из наших сатиров, которые тут же начали пытаться забрасывать остаток зомби дротиками. Всё было ясно и до них, но они всё-таки успели прибыть под самый конец.
Стоило последнему зомби пасть, как эльфы практически синхронно сбросили бывшую на их оружии кровь. Резкий взмах в сторону от мечников, от которого кровь просто слетела с их мечей, лишь дополнив залитое тёмной жидкостью поле. Копейщик практически повторил их действие, с поправкой на то, что у него было копьё с ограничителем, то ли похожее на протазан, то ли на крылатое копьё викингов.
Но что более важно — каждый из этих эльфов прихватил по новому щиту, помимо тех которые они достали в бою. Видимо, не питали слишком больших надежд на качество щитов что они могли здесь получить.
Феи же сбились в кучку и о чём-то тихо переговаривались, раз за разом бросая в нашу сторону сначала настороженные, а позже и заинтересованные взгляды. Мы с Ангнисс перебросились взглядами, после чего неспешно, убрав оружие, двинулись в сторону оставшихся в живых девушек.
Практически в этот же момент к ним подрулил Зенон, с какой-то особой улыбкой, будто из ниоткуда доставший несколько бокалов, начав заговаривать им зубы. Мы приблизились к ним буквально через полтора десятка секунд, а этот сатир уже умудрился влить в каждую из них по кружке вина, из баклажки, которая, как и кружки, до этого особо заметна видна не была.
— Ох, а это наш спаситель, Мэйзар, по матушке… — поймав наши взгляды он кашлянул. — Так вот, помог он нам, от напасти энтой же, да…
— Рад видеть вас живыми и здоровыми, леди, — я чуть наклонил голову. — Мы спешили как могли, и соболезнуем вашей потере, — я чуть прикрыл глаза, как бы вознося молитву за их упокой.
— Пусть Светлая богиня примет их в свои чертоги, — мелодично добавила Ангнисс, в молитвенном жесте сложив руки.
— Спасибо-спасибо-спасибо! — спешно заговорила одна из фей. — Вы очень вовремя пришли, без вас нам было бы хуже… но наши сёстры… — она чуть икнула, видимо, от сказавшегося вина, после чего продолжила. — Но вы же не будете на нас нападать?..
— Конечно нет, леди, что вы, — я подарим им самую обаятельную улыбку какую мог предложить, и, судя по всему, это удалось, так как она явно расслабилась. — Мы проходили мимо и хотели узнать, кто здесь проживает. Времена ведь, всё же, неспокойные…
— Ох, неспокойные! — горячо подтвердил сатир. — Вот месяц назад жили, не тужили, а сейчас вон, бежим с пепелища…
— На котором была сражена столь же богопротивная нежить, — покачал головой я. — Грустно осознавать, что здесь творится подобное.
— Вуф! — раздался голос Хати, который с опаской подошёл, глядя на фей.
— О, какой милашка! — на него тут же переключилось несколько девушек, до этого бывших с не слишком весёлыми лицами.
— Думаю, Хати будет рад вашему вниманию, — чуть улыбнулся я, понимая, что его сейчас начнут тискать. Главное — не до смерти.
Четвёрка фей и правда его тут же утянула в сторону, где он практически сразу начал млеть от их внимания, поглаживаний и прочих знаков внимания, а перед нами осталось лишь две девушки.
— Но, если возвращаться к делам нашим насущным, я бы хотел знать Ваше имя, леди, и кому принадлежит эта лесопилка.
-Меня зовут Сивелла, — гордо приосанилась она, но почти сразу сбросила это выражение. — Так нашей Лорелей лесопилка, главной из фей. Она самая старшая из нас, самая умная… наверное. Но она не здесь, она на нашей поляне обычно.
— Хотелось бы с ней поговорить, так как воевать мне совсем не хочется… в конце концов, со столь прекрасными созданиями, как вы, нужно жить в мире.
— Ну… она, думаю, поговорить не откажется… — задумалась та, а вторая, до сих пор молчавшая и не подававшая каких-либо признаков, чуть-чуть подёргала её за уголок платья. — Да-да, ты права…
Её личико насупилось, явно задумавшееся о чём-то важном, при том настолько, что она начала «ходить» по воздуху влево-вправо, не обращая на нас внимания. Зенон подсунул ей флягу, из которой она рефлекторно отпила, после чего закашлялась и затрясла головой, выведенная из этого транса.
— Мы спасибо вам сказать хотели, вот, — проговорила она, после чего сняла со своей головы цветок и протянула мне. — Вот, возьми.
Приняв от неё цветок, оказавшийся заколкой, я открыл характеристики данного предмета.
[Цветочная заколка феи: обычный
Сила магии +2]
— Мы с сестрой будем хранить её, — я чуть склонил голову и передал сестре заколку, после чего фея продолжила.
— А Лорелей любит новоприбывших. Хотя вот с ним что-то и не поделила… — она покосилась на сатира, который принял вид оскорблённой невинности. — Но нам надо тут оставаться, она нам велела быть здесь… но без нас она может не понять, что вы хотите…
— Мы можем прибыть к ней позже, — сказала Ангнисс. — Наш путь лежал на юг, по мосту, где…
— А нет моста уже, — огорошила нас фея. — Четыре дня назад змей буйствовал, мы улетали подальше, чтобы не до нас не добрался… и мост поломал. Он и так старенький был, но теперь там ничего нет.
— Вот зар-раза… — появился ещё один повод подготовиться к убийству этого змея. Если он будет даже раз в месяц ломать мост, то на починку не напасёшься ресурсов. Приручать же его почти бесполезно — тут нужны были викинги, да и конкретные.
— А вот со вторым мостом как раз наша поляна рядом! — в её глазах запылал огонёк, но через несколько секунд она как-то приуныла, но снова встряхнулась, снова приложившись к фляге, которая всё ещё была в её руках. — И… можете доставить наших… — она скосила взгляд на два трупа фей.
— Но, если мы повезём их трупы, это может стать поводом для её атаки… — озвучил я своё опасение.
— Тогда… — она что-то начала усиленно считать у себя в мозгу, после чего продолжила говорить. — Мы вчетвером останемся тут, дальше с деревом работать, а две из нас пойдут с вами. Они и предупредят что вы хорошие, и… ой, а оно всегда было красным?.. — она указала пальчиком на мою грудь.
Это отозвалась рана, которую я получил ещё на дуэли утром, а потом по ней скользнул топор одного из зомби, из-за чего оттуда с запозданием начала сочиться кровь.
— Вот зараза, — но фея, бывшая в тот момент за спиной говорившей, ткнула в меня пальцем, от чего я ощутил что рана начала сильно чесаться.
— Заживёт, быстро… — буркнула она в сторону.
— Спасибо, юная дева, — ответил я, внутри себя понимая, что рубаха испорчена, а из-за впитавшейся в поддоспешник крови я буду прямо-таки фонить ароматом крови, что полностью ставит крест на попытку перейти то место вброд.
— Снимай свои железки, — требовательным тоном произнесла Ангнисс, а в её руках материализовался, будто из ниоткуда, бинт. — Тебя надо перевязать.
— Да не стоит, вон, уже почти затянулось, я чувст…
— Снимай. Железку, — припечатала она, а мне оставалось только вздохнуть, бросив грустный взгляд в сторону сатира. Тот покачал головой, мол, «если женщина себе что-то вбила — это не вышибешь и кувалдой».
Пока же Ангнисс меня перевязывала, я продолжил беседу с феей. В итоге мы договорились на транспортировку двух трупов фей к ним домой, для захоронения, а они за это дают нам две меры обработанной древесины.
Когда я попытался задать вопрос, «а как вы, феи, обрабатываете дерево, не срубая его?» она лишь приложила свой кулачок к голове, высунула кончик языка и сказала лишь одно слово.
— Эхе~
Хати же тем временем начал ощущать, что он в куда более страшной ловушке. Его попытки сбежать пресекались, а попытки выйти со мной на связь пресекались уже самими феечками, так как они не давали ему нормально сконцентрироваться.
А я, как самый настоящий подлец, это проигнорировал.
Но всё хорошее кончается — меня перевязали, две меры дерева были загружены в мою сумку, а после этого представили двух фей, которые должны были нас сопроводить к их родной полянке.
В целом, путь был проделан не зря, но из-за обстоятельств придётся возвращаться назад, делая эдакий крюк. Зенон предлагал найти другое место, но не слишком на этом настаивал.
То, что мы проделали путь в эту сторону без особого смысла — весьма печалило, но дало понять, что в этих землях явно есть свой «босс», которого убить придётся. Знание что змей недавно сломал один из мостов, угнетало — это лишние расходы, а население рано или поздно запросит починку такой важной вещи,
Сейчас же мы двигались в противоположном направлении — нас взялось сопровождать две феи, а на лесопилке их осталось четверо. Что важнее, они сопровождали нас к своей небольшой базе, где, как посчитала «главная» феечка там с нами захотят поговорить.
Мы вновь выстроились и шли вперёд, несмотря на стремительно идущее к ночи время. Крестьяне оказались на удивление выносливыми и стоическими, но их признаки говорили о том, что это, всё же, юниты из простого человеческого замка, а не какие-то викинги. Слишком «цивильно» выглядят, да и без оружия. Сатиры также не выделялись чем-то особым, но вот само сочетание людей и сатиров наводило на определённые вопросы.
Но куда большие вопросы…
— Талфель, — обратился я к нему, двигаясь рядом.
— Я слушаю, — мерно и неспешно проговорил он, как будто специально подбирая слова.
— Я бы хотел увидеть то, что следовало оценить изначально. Будь добр, покажи свои характеристики.
— Это необходимо?
— Крайне желательно, так как я хочу понимать, с кем я работаю.
— Да будет так, — он чуть склонил голову, после чего я увидел его характеристики, навыки, владения… и это вызвало у меня достаточное удивление.
Помимо его имени, я увидел высокий уровень — ему не хватало трёх уровней до поднятия ранга «элиты», который начинался с пятидесятого. Это же и обеспечивало ему высокие характеристики — вся «физическая» тройка у него была на уровне семидесяти пяти единиц, тогда как магические характеристики были на значении в двадцать одну единицу, за исключением силы магии, которая была на уровне тридцати единиц.
Пара заклинаний — «попутное течение» и «живительная роса», в которые у «физического» юнита явно не будут иметь очень уж большой эффект, список навыков, от которого я едва не присвистнул — мечи, копья, средняя броня, щиты и метание, помимо более общих навыков и даже скрытности… и самое поразившее — раса и её особенности.
— Морской эльф… — здесь моя память уже давала сбой.
Да, я отчётливо помнил, что эльфы лесные делятся на дома, а кроме них есть высшие и «дикие», такие как степные или болотные, но про морских если и видел, то только пару строк… и, кажется, это были одни из самых последних строк — то есть, их ввели только недавно.
— Это проблема? — столь же ровно поинтересовался этот «великан».
А я вновь окинул его взглядом, пытаясь прикинуть, как использовать то, что у меня есть. Эти «морячки», будучи существами хорошо адаптирующимися, как я понял из списка его навыков и расовых особенностей, могли стать реально весомой силой. Если обычные лесные эльфы несколько хромали в плане чистой силы, то эти товарищи в борьбе могли их весьма смело «заломать». Да, маскировка у них хромала, да и профиль применения совсем другой — какая неожиданность! — но даже так… это были эльфы, которые предпочитали строй. Не те красивые, пусть и эффективные дуэли, а именно строевой бой.
— Нет. Для меня проблемами являются демоны и нежить, учитывая, что последняя здесь появилась. И её мне придётся вычищать, так или иначе, — подняв голову выше, чтобы смотреть ему в лицо, я добавил вопрос и усмехнулся. — Для тебя, надеюсь, это не проблема?
На это он хмыкнул, а я получил уведомление о повышении отношений с ним на пару очков.
— Думаю, в этом мы сойдёмся.
Пока же мы добирались до поляны, где жили феи, счётчик времени показывал, что время практически дошло до полуночи. Но, к всеобщему счастью, добрались мы без происшествий.
Увязавшиеся за нами феи полетели вперёд, дабы предупредить о нашем прибытии и вскоре вернулись назад, вновь активно вереща, на этот раз о том, что нас уже ждут.
Нас и правда ждали — на поляне уже летало куда большее количество феечек, а также там горело несколько факелов, что освещали поляну. Более того, одна из фей сидела на небольшом кресле с обивкой, которое смотрелось не слишком естественно в этой обстановке.
Рядом с этой же феей парила та парочка что сопровождала нас — одна «тихая» фея, бывшая до этого за спиной Сивеллы, а теперь уже и за Лорелей. Видимо, это была также её роль — быть позади, говорить более конкретно и коротко, в отличии от остальных фей.
Лорелей медленно кивала, слушая свою подчинённую. Изначально отмеченные как «нейтральные», сейчас они отображались как дружественные, что не могло не радовать. Их было немногим меньше, чем нас всего и далеко не факт, что при такой «лобовой» встрече мы вообще выживем.
Главная фея медленно, демонстративно, провела рукой перед собой и отводя её в сторону, показывая на поляну. При этом она осматривала каждого из нас, чуть переменившись в лице, когда увидела одного конкретного сатира. Прищур, несмотря на расстояние, читался отчётливо… но миникарта не отмечала её как враждебную. По крайней мере пока.
Переглянувшись и кивнув друг другу, мы с Ангнисс двинулись вперёд, а следом за нами и все остальные. Неспешно, едва ли не церемониально, мы приближались к лидеру фей, пока она сохраняла молчание.
Феи же летали по округе, держа нас «под прицелом».
Когда мы приблизились достаточно чтобы начать диалог… его начал я.
— Я приветствую прекрасную сирену, о чьей песне и прекрасных волосах не слышал лишь глухой и слепой, — я чуть наклонил голову, отмечая её положение как хозяйки места, но при этом не занижая свой статус. Уведомление о маленьком повышении отношений я прогнал с глаз долой.
— Я же приветствую своего гостя, что только прибыл в эти места, — разнёсся её мелодичный голос. — Но ты прибыл с горестной вестью.
— Не желал я, чтобы наша встреча началась с подобной ноты, — я начал играть голосом, делая его более глубоким и чуть более медленным, тягучим. — Но вынужден подтвердить и признать, что весть, несомая мною, печальна.
— Тяжела ноша того, кто весть несёт…
-…но столь же тяжела я для того, кто весть услышит, — закончил я фразу за неё.
— Наши сёстры не ждали, что случится подобное. Немёртвые в этих землях исчезли давно, — она качнула головой, а её волосы, как и следовало из её имени, колыхнулись, едва ли не завораживая этим.
— Но это свершилось. Не только до вас, но также и к ним, — я обернулся в пол оборота, показывая левой рукой на группу людей и сатиров за мной. — Нагрянула эта беда.
— Могу понять я их горе, ведь не только они потеряли друзей и детей, сестёр и мужей, — её взгляд вновь перетёк на людей, но стоило ей вновь увидеть Зенона как она продолжила. — Но понять не могу я, зачем приведено было сюда отродье сие?
Теперь уже на Зенона смотрел я, подняв бровь, но старательно удерживая «правильное» выражение лица, соответствовавшее моему диалогу с этой феей.
— Так это, давно же было, чего обижаться-то, отпустить пора бы, да понять-простить, чёж, первый раз что л… — и тут он осёкся от заряда сырой энергии, пронёсшегося мимо него.
— Ты обесчестил одну из моих сестёр, позже сбежав, подобно шелудивому псу — в её голосе уже читалась холодная ярость, но сатир при этом умудрялся как-то сохранять спокойствие.
— Виноград же собирать надо было! — тут же он ей ответил, начав распаляться. — И не сбежал, те искорки в порыве страсти были! Уж кому как не мне это понимать!
— Уж кому как не тебе… — в её руке вновь начал формироваться магический заряд, который на этот раз она явно планировала бросить не устрашения для.
— А она сказала-то, что уходила со мной повидаться?! — уже начал откровенно «гореть». — Так пяток дней назад она практически весь день!..
Магический заряд в руке феи начал медленно гаснуть, а она начала медленно поворачивать голову в сторону феечки, о которой явно шла речь. Та явно была не готова к такому повороту событий, стремительно превращаясь в горящий краснощёкий «факел».
— Не желаешь ли ты, дорогая… — не успела Лорелей договорить, как фея с писком стремительно полетела в сторону, а за ней погналось ещё несколько фей, явно ожидавших чего-то подобного и желавших услышать подробности этого события.
Раздался тяжёлый вздох хозяйки этого места, после чего она взглядом пообещала сатиру «мы с тобой ещё поговорим» и вновь переключила внимание на меня.
— Прошу простить меня за сие недоразумение, — она чуть наклонила голову вбок, едва-едва склонив её вниз.
— Вся наша жизнь состоит из недопониманий, так что нет нужды в подобном.
Но сама ситуация уже заставила меня похолодеть внутри — уж чего-чего, а того, что сатир полезет к феям я не ожидал. Там же женщин в деревне должно было хватать, а сюда ещё и бегать…
— Понимая горе сих людей, я предложу вам пробыть на нашей поляне, у нашего сада, до утра этого дня. Вы можете быть спокойны — вы наши гости, в этот миг.
— Смиренно благодарю, прекрасная сирена, — я вновь чуть наклонил голову, отметив ещё одно повышение, но уже на единичку. — Я не желаю поднимать иную тему, но… мы не смогли оставить тела ваших сестёр на поруганье зверью.
— Мы погребём их, как это принято у нас, — она прикрыла глаза, как бы принимая сказанное.
— Я знакома с ритуалами как Светлой богини, так и богини Луны, — аккуратно подбирая слова вклинилась Ангнисс в диалог. — Коль пожелаете Вы, могу провести их я, подобно жрице богинь.
Лорелей же благостно кивнула, принимая её предложение, а я получил уведомление о завершении скрытого квеста, по знакомству со здешними феями и сдаче тел их погибших сестёр. К моему счастью, время перевалило за полночь, так что эти пять сотен опыта в пустоту не ушли.
После получения разрешения, что люди, что сатиры начали располагаться на поляне, потихоньку устраивая временный лагерь. Ангнисс же, уведённая другими феями, начала готовить приготовления к погребению, делая поправки под те обычаи, которые были у фей.
Хати, к его ужасу, вновь оказался захвачен в плен. Под его сдавленный тявк, в котором читалось «помогите», его утянули, начав тут же играться с ним. Так как фей было больше, чем в прошлый раз, столь страшным подлецом я не стал… сказав, что он мне понадобиться чуть позже и пообещав ему, в мыслях, забрать его через пятнадцать минут.
Чуть позже ко мне обратился и Талфель, отведя немного в сторону.
— Прошу простить, но я хочу озвучить просьбу, — его тон был всё тем же — ровным, спокойным и уверенным.
— Я слушаю, — не спеша давать согласия проговорил я, с лёгким прищуром смотря на него.
— Так как мы будем находиться под Вашим знаменем ещё шесть дней, я прошу провести обряд похорон для нашего товарища. Он пал в бою и должно провести погребение так, как положено.
— У вас они проводятся как-то по-особому? — я чуть приподнял бровь, так как о «морячках» я знал чуть меньше, чем хотелось бы.
— Светлая богиня оставила нас у вод моря, и мы в них ушли, лишь потом вернувшись по зову её. Умирая же нашим телам следует вернуться в воду — туда, откуда наша душа вернётся к богине.
— Коль так… я не вижу в этом проблемы. Я попрошу её об этом, но желаю принять участие. Я был с ним в одном бою.
— Это… приемлемо, — с небольшой задержкой ответил он. — Мы будем вас ждать.
И он ушёл. Его отряд ждал его, а труп их товарища лежал на полотнище, практически обёрнутый в него. Ангнисс же завершала молитву среди фей, тела которых медленно растворялись в воздухе.
Когда я озвучил ей просьбу Талфеля, она с готовностью кивнула, после чего мы отправились к реке, что была совсем рядом. Там же и был совершён обряд — тело эльфа, после короткого прощания, под разносящуюся над рекой молитву, исходящую из уст Ангнисс, сначала немного проплыло вперёд, а после медленно ушло на дно.
Морские эльфы, поблагодарив нас, отправились обратно, оставив нас с Ангнисс на берегу. Луна безмолвно освещала безмолвную реку, пока не раздался вопрос.
— Ты доверяешь им, брат?
— Доверяю ли я… — проговорил я, подняв голову к небу, будто задавая этот вопрос миру. — Вспомни нашу жизнь, сестра моя.
— Смерть и боль, бег в тени и…
-…и пристанище, в котором нам дали хлеб и кров, несмотря на то, кто мы есть. В нас поверили.
— И ты…
— Да. Я готов им поверить. Сейчас, пока мы слабы, нам нужна любая помощь. И более того… мы с ними почти одной крови.
— Богиня велела быть открытыми ко всем, — проговорила Ангнисс. — Я верю твоему суждению, брат мой. Я поверю в них.
После этого мы вернулись обратно к феям, которые уже весьма вольготно чувствовали себя среди как людей, так и сатиров, как будто буквально полчаса назад не хоронили своих сестёр…
Какие-то из фей играли в догонялки, а несколько окружили пойманную раскрасневшуюся фею, которую закидывали вопросами о том, что там было и как, и зачем, а почему и так далее.
Я услышал шорох поблизости, резко повернув голову и увидев ползущего по пластунски Хати, который буквально вжался в землю и траву, чтобы его не было видно, и медленно приближался ко мне.
«Спаси меня!» — буквально кричал он в моих мыслях и отказать ему в этом я не смог. Подойдя к нему, я подхватил его на руки, после чего посадил к себе на плечи, после чего задал вопрос с каплей иронии.
«И каково тебе быть в окружении такого количества девушек, пушистый ловелас?»
«Девушки страшные! Они хватают, гладят, чешут… но много слишком! Сил нет!»
«Привыкай. Вот вырастешь, станешь большим, ещё более красивым, и вообще…»
«А можно я не буду расти?» — жалобно тявкнул он.
«Увы, никто не решает, расти ему или нет… так что привыкай. Вот подрастёшь и поймёшь всю прелесть быть таким красавцем.»
Не сдержавшись я слегка щёлкнул его по носу, на что он попытался играючи схватить меня за палец, что ему и удалось.
Но перед тем, как я позволил себе отдых, ко мне вновь обратился командир эльфов, попросив официально закрепить то, что они наняты мной до конца этой недели. На вопрос о том, на чём записывать, он достал бересту с уже записанным текстом, что буквально слово в слово повторял то, что что я ему сказал в той деревне.
Единственная правка, которую мы договорились внести — это стоимость их работы. Сказанное мной можно было трактовать очень вольно, так что мы пришли к сумме в тысячу золотых каждому из троицы, плюс самому Талфелю, за его опыт и содействие во всём что потребуется, тысячу и две сотни.
После того как бумага была согласована и записана во втором экземпляре, а также подписана морским эльфом, я приложил печатку сначала к одному, а потом и ко второму свитку, закрепив это как заключённый, не на словах, договор. Талфель довольно кивнул, передав мне один из экземпляров, а я отметил, что за это мне добавилось несколько сотен опыта от бюрократии, вызвав некоторое удовлетворение.
Завершение этих действий означало одно — я наконец-то смогу расслабиться. После того как я снял кольчугу и остался в одной только рубахе и штанах, да с флейтой в руках… В какой-то момент руки потянулись к сямисэну, но я его отложил до более подходящего момента. Сейчас нужна была другая мелодия, которую я также любил.
Феи, заинтересованные тем, что будет происходить, кружили вокруг. Ангнисс подготавливалась к очередному обряду восхваления Луны, уже практически обнажённая, пока я сидел, прислонившись к стволу дерева и смотря в небо.
Медленно перебирая ноты, создавая лёгкую, фоновую мелодию, я смотрел на то, что сумел получить уже сейчас.
Не самое плохое начало. Далёкое от идеала — в конце концов, я видел как-то упоминания о багоюзерах или особо везучих игроках, что умудрялись занять замок ещё будучи на первом дне, на максимальной сложности. Как они этого добивались я решительно не понимал, ведь минимальное расстояние перехода до замка, это сутки. То есть, минимум километров пятьдесят, зная куда идти и с учётом того, что по пути тебя никто не тронет, а охрана добровольно сдаст замок.
У меня же было только примерное представление куда двигаться — куда-то дальше на юг, так как даже с учётом карт что мне раскрыли, расположение было примерным. Я знал кто здесь является «большим боссом», которого обычно просто не трогали или и вовсе прикармливали, чтобы он не буянил.
Но… у меня уже было четыре эльфа. Это немного, но с этим уже можно работать. Потенциально у меня были сатиры — не самый худший стартовый вариант, да и крестьяне… жить можно. Если повезёт, и «сестра» отыграет как надо — быть может, даже пара фей появится.
И я продолжал смотреть в небо, провожая взглядом плывущую Луну. На лице невольно появилась лёгкая улыбка, да и вырвавшийся смешок был далёк от грустных мыслей. Пока что… пока что всё как надо. И я просто буду двигаться далее, вперёд. Самое главное — не остановиться, не застрять, сделать то, что я должен.
Не миру. Не им. Не кому-то там. То, что я должен
— Брат, — услышал я голос, который вывел меня из раздумий. — Всё готово.
— Да, конечно… Прости, я задумался, — я улыбнулся ей. — Лишь ты смогла меня отвлечь от великолепия Луны.
И ведь я не солгал — ко мне кроме неё никто не подходил, за исключением Хати, который также устроился у меня под боком и дремал. Посмотреть, впрочем, также было на что — Ангнисс выглядела прекрасно, как и в первый раз, когда я её увидел. И, как и в тот раз, одежды на ней практически не было. По крайней мере, считать те несчастные «верёвочки» одеждой, да и называть их так, я просто отказываюсь.
На мой ответ она как-то странно улыбнулась.
— Я уверена, что Луна отметит эту ночь. Ты же сыграешь для нас, верно? — в её голосе читалось что-то странное, вместо с уведомлением, но я лишь кивнул, от чего оно тут же пропало. — Спасибо, братец. И кстати… не мог бы ты снять рубаху? Хочу убедиться, что с раной всё нормально.
Пожав плечами, я стянул рубаху. На груди всё также была перевязь, что закрывала верхнюю её часть, но крови на этот раз не было. По сути, можно было снять, но… не мешает — и ладно.
— Спасибо, братец. Надеюсь, ты выберешь подходящую мелодию. У меня есть… — она на секунду замолчала, после чего я понял, что она сказала на другом языке. Лесных эльфов. — Second dream.
Я медленно кивнул, начав ощущать какой-то подвох, однако что-то подозревать было поздно. Она, словно бабочка, двинулась в сторону залитой луной полянки, где, в окружении, сидели как феи, так и люди с сатирами и эльфами. Их беседы как-то утихли, стоило ей ступить в центр поляны, а я… начал эту мелодию. Намёк был более чем прозрачен.
Она начала свой танец, на этот раз в одиночестве, кружась в лунном свете, единственная. Не было слышно даже дыхания других разумных — все их взгляды были прикованы к фигуре Ангнисс. Мелодия разлилась по всей поляне, всё набирая темп. Ведь…
This is what you are.
Её рука вознеслась, будто маня меня, а перед моими глазами была лишь ослепляющая вспышка света, из-за которого я видел только её протянутую руку. Кажется её… и единственное что я смог, так это двинуться вперёд, навстречу этой руке, не видя более ничего и ощущая всё большую лёгкость в каждом шаге.
******
Находившиеся на поляне видели, как залитая лунным светом фигура двинулась навстречу к жрице Луны. Они с трудом видели, что проходило в столбе лунного света, но как минимум двое эльфов увидели, как фигура медленно плыла, изменяя свою форму. Это не было похоже на магию чернокнижников, которые с её помощью заставляли тела мутировать… да и иллюзии, в которых разные маги или жрецы были хороши, это похоже не было. По крайней мере, предчувствие подсказывало Талфелю, что это не оно.
Когда же столб света развеялся, то он видел совершенно не то, что ожидал.
В танце, смешанном с мелодией, закружилось двое тёмных эльфов. Таких одновременно похожих и столь разных.
Первая — практически идеальная, хрупкая жрица с длинными белыми волосами. С чуть более светлой кожей чем обычно встречается у тёмных эльфов, с ярко сияющими глазами. На её коже не было ни единого изъяна — идеальная чистота, которой добиться было непросто.
Вторая — с более подтянутой фигурой, но всё ещё с ощущающейся хрупкостью, со столь же длинными волосами. Флейта в её руках издавала звуки, что заставляли душу трепетать, пусть её движения и были куда менее ловки и изящны чем у первой жрицы. Когда же её волосы взлетали вверх, то открывался вид её её спину — изрезанную шрамами, пусть частично и скрытые бинтами, которыми была перевязана грудь.
Вдвоём они казались не просто близнецами, но единым целым.
— Простой путник, да? — хмыкнул Талфель, едва шевеля губами. — Скорее, вымирающий вид.
Он поднял голову вверх, смотря на висевшую в небе Луну, после чего сделал глубокий вдох и выдох.
— Интересно, сколько ещё таких как ты. И… так открыто показать, что ты жрец… — он покачал головой. — Но… Вот кто ты.
Несколько месяцев назад.
Я стоял на балконе, смотря на неоновые вывески вдалеке. После недолгого ожидания мне ответили, но… результат был мной ожидаем. В голосе, слышимом из висящих на шее наушников, ощущалось самое что ни на есть лживое сочувствие.
— Простите, но, к сожалению, мы не можем принять Вас на эту роль.
— Могу ли я поинтересоваться о причине отказа? — ровно проговорил я, уже догадываясь о том, какой будет ответ.
— К сожалению, я не обладаю информацией о причинах и не имею права как-либо распространяться об этом. Прошу прощения.
— Я понимаю. Хорошего дня.
Я нажал на кнопку сброса звонка, после чего оттолкнулся от перил назад, и практически упал в кресло, утонув в его мягкости и тепле.
Рука вновь ощупывала нагрудный карман, в котором, как и до этого, было пусто. Сигареты я уже не брал давно, да и курить по факту бросил, но рефлекс во время таких моментов продолжал срабатывать, ища в этом спасательную соломинку.
Снова, опять… Очередной отказ, и снова, без каких-либо пояснений. Как будто я попал в какой-то чёрный список, или в день сурка, снова и снова слыша отказ о принятии на роль. Казалось, что это идеальный вариант — им требовался славянин, блондин, статный и с хорошим голосом… и я подходил по всем критериям.
Это должна была быть МОЯ роль! Это Я должен был её сыграть! Но нет…
И ведь начало было положено хорошее — мне ответили предварительным согласием, выслали сценарий, реплики и иные заметки с деталями, и, казалось, всё устраивает всех. Я наконец-то получу свою первую центральную роль, после всего того времени и ролей второго плана, а они получат того актёра, который был им нужен, но…
Опять. Как будто колесо Сансары вновь совершило оборот, и я вновь получил тот же результат, что и до этого. Снова и снова, раз за разом, будто проверяя мои пределы прочности.
Я поморщился от подступившей головной боли. Глушить её таблетками я не хотел, но и нырять в бутылку желания тоже было немного. Хотелось именно закурить, хотя бы пару сигарет, чтоб ощутить долгие затяжки… и как на зло, сосед с нижнего этажа закурил, а запах его дешёвых сигарет поднимался ко мне наверх. Я не сумел отказать себе в долгом вдохе и медленном выдохе, задумавшись, «а может?..».
Тряхнув головой, отгоняя эти мысли, я застонал — резкое движение головой, которое я сделал на автомате, лишь обострило боль, и я откинулся назад, закрыв глаза.
Спустя минут двадцать боль начала медленно угасать, позволяя хоть немного расслабиться. Рука, лёгшая на небольшой столик рядом с креслом, нащупала стопку бумаг.
Я вновь смотрел на присланный сценарий. Видимо, такова была моя судьба — стремиться к роли, которую я не могу получить. Ту самую центральную роль, «ведущую скрипку», вершину пьедестала… и раз за разом её упускать, без возможности за неё ухватиться и забрать себе.
Медленно поднявшись с кресла, я зашёл обратно в квартиру. Сценарий отправился в мусорную корзину, а я посмотрел на часы.
«Сколь медленно и сколь быстро» — промелькнула мысль, после чего я неспешно пошёл под душ. Нужно было немного освежиться, смыть разочарование перед стримом, а позже провести его. Не гастроли, конечно, но аудиторию собирал, на чём оной и спасибо.
Сегодня на очереди была флейта. Нужды в косплее, к счастью, сейчас не было, а значит одеться можно весьма вольно. Рубаху на голое тело?.. А в целом, почему бы и нет? Фигура мне это позволяло, да и покрасоваться было чем, так что этот вариант я и принял за основу.
Сам этот стрим был обычен, хотя овации и донаты летели стабильно, как и заказы на песни. Некоторые отмечали мою подавленность, но они тонули в потоке других комментариев, а я продолжал играть.
Несколько часов прошли как несколько минут, но время уже шло к ночи. Попрощавшись с аудиторией, я отключил трансляцию и позволил себе выдохнуть.
Кухня приветствовала меня уже приготовленной едой, которую мне было достаточно просто разогреть. Небольшое нарушение диеты — это важная её составляющая, ведь если быть слишком идеальным, то от неё придётся отказываться за ненадобностью.
Всё же, я не злодей, чтобы лишать человека, занимающегося моей диетой и занятиями платы.
Однако перед тем, как я лёг спать, раздался новый звонок, но уже не на телефон. Компьютер оповещал меня о том, что набирает нанятый несколько недель назад человек, который должен был создать мне историю.
В который раз помянув этих сов — и не важно, что я таковой являлся и лишь маскировался под журавля — я принял входящий вызов.
— Эй, начальник, шикарно отыграл! Я чутка припозднился, уж извиняй, да потом на стрим твой залип. Но так это, если к делу, то у меня ещё пара идей есть, послушаешь? Хочу кое-что утвердить перед распиской.
— Я слушаю, — нейтрально отозвался я. — Но позже пришли файл с заметками.
— Ага, пришлю, в твоём «блокнотике». Так вот…
И он начал рассказывать. Как будто он это делал не для кого-то вроде меня, а для себя — настолько взахлёб и погружаясь в детали, буквально пылая энтузиазмом, словно это его личная история.
Я не спрашивал, но по голосу слышал — он был молодым, моложе меня. Пока микрофон был отключен я грустно хмыкнул, вспоминая моменты, когда я и сам был моложе лет на десять и ещё не прошёл сквозь эти десятки, если не сотни, отказов и провалов.
Его энтузиазм заражал — даже я ближе к середине его рассказа приободрился, задавая отдельные вопросы касательно той предыстории что он мне расписывал… и поймал себя на мысли, что я снова иду на сцену. Только другого плана.
Ведь это — тоже роль, при том, именно та роль, которую я хотел. Центральная. Сюжетообразующая. Ключевая. Незаменимая.
Та самая.
В моём мозгу будто щёлкнул какой-то переключатель, словно поняв, что это именно то, что я искал всё это время. Это та идеальная роль, в которую я смогу вжиться. Это та идеальная роль, которая станет для меня финальной и важнейшей.
Ведь если ты не можешь стать главным героем в чужом фильме, то сними свой, где ты сам будешь и режиссёром, и сценаристом, и ведущей фигурой во всех направлениях.
— Слушай, а как на счёт… — и теперь его практически монолог превратился в наш диалог. Однако, куда важнее была моя финальная мысль.
Это будет мой финальный выход на сцену. Я не буду просить о том, чтобы сыграть чужую роль. Я создам свою роль сам.
Второй день.
Несмотря на то, что прошлый день был не слишком нагружен… произошедшее ночью выбило меня из колеи. Да и кого бы не выбило, говоря откровенно?
Такого «подарочка» от неё я никак не ожидал. И про существование подобного заклинания, обряда, не знаю, как это назвать, я тоже не знал. Про тот, что позволяет изменить внешность на другую, для жриц, я знал, но именно этот, меняющий именно тело аватара на аналог, — нет.
К моему счастью, длилось это не слишком долго — к моменту как я проснулся, всё было уже и в норме, и на месте. Всё-таки, менять свой аватар настолько я был не готов. Как минимум, морально.
Но даже опуская эти моменты, за эту ночь я получил какие-то ненормальные приросты в отношении ко мне. Ладно Ангнисс — она, всё-таки, юнит привязанный ко мне с самого старта и на все 200%, но остальные…
Даже больше — по чуть-чуть накапало отношений с фракциями целиком. Наибольший прирост был с морскими эльфами, что вполне очевидно, и эта цифра практически дошла до нейтральных значений, с изначального минуса.
Однако больше всего одновременно порадовало и насторожило последнее уведомление в списке.
До этого она, за простое музицирование, насыпала крохи к отношению, пусть и в плюс, но сейчас, особенно на фоне прошлых повышений, это был прямо-таки рывок вверх, который ещё и принёс несколько заклинаний за поднятый уровень отношения. Но вспоминая, за что именно…
Щёки невольно чуть покраснели… хотя в моём случае вернее сказать «пофиолетовели», после чего я сделал комплекс вдохов-выдохов для того, чтобы вернуть к себе самообладание и привести мысли в порядок.
Надо… двигаться дальше. Если верить карте, которую я получил как от фей, так и от эльфов с нашими сопровождаемыми, до той деревеньки куда надо было их доставить, было около двадцати пяти километров. Радовало то, что мост поблизости был точно цел далее вела протоптанная дорога, которая хоть как-то позволит держать направление.
По пути было озеро — в нём, как говорят, иногда находили разные цветные камушки и кристаллы, что позволяло задуматься о том, что там может быть что-то полезное и для нас. Но там, временами, встречались и иные добытчики, то есть, мы могли пересечься и с кем-то ещё… что, впрочем, будет нам на руку — даже несмотря на половинку от полученной шкалы опыта за завершение квеста по сопровождению фей, надо было достать ещё достаточно приличную цифру опыта для повышения уровня.
Опять же, не мне одному.
А дальше предстоит очередная болталогия — убедить эту деревеньку присоединиться, да ещё и мирным путём… это будет куда более проблемно. Впрочем, возможно, из-за того, что я приведу этих беженцев мне и капнет какой-никакой плюс…
При этом постепенно приходила одна из проблем, которыми страдает на старте каждый третий. Еда. Она кончалась.
Да, мы собрали несколько мер еды на руинах, ещё немного было у меня с собой, да и у каждого тут… но уже тем вечером мне пришлось слегка залезть в мою безразмерную сумку, чтобы достать оттуда четверть меры еды, дабы все могли наесться досыта, чтобы избежать дебафов от недоедания.
По сути, если мы сегодня не доберёмся, то на следующий день нам уже придётся голодать, что явно не слишком хорошо скажется как на морали, так и на отношении, которое было повышено.
Но всё хорошее кончается, как и кончилось «раннее утро». По нашему лагерю начало идти шевеление, а юниты начали подниматься, разбуженные будто по будильнику, но с минимальной разницей во времени.
Я и сам поднялся, потянувшись и начав осматривать лагерь. Сатиры явно сидели ночью дольше остальных, так как слегка покачивались, от недосыпа скорее всего, но при этом вполне довольные тем, что было.
Пока я смотрел в сторону куда нам предстояло идти, ко мне подошла Ангнисс, за которой увязалось три кружащие вокруг и о чём-то шушукающиеся феечки, бросавшие косые взгляды то на меня, то на неё.
— Мы, это… хотим с вами пойти! — пискнула самая смелая феечка, подлетев ко мне. — Нам очень понравилось то, что было ночью, поэтому мы хотим пойти с вами!
Я же с интересом взглянул на них. Феи — это хорошо… будь у меня лесные эльфы, а не зверолюди. Но это, потенциально, лекари и какая-никакая разведка.
Покосившись на Ангнисс, которая в этот момент мечтательно улыбалась, я чуть приподнял бровь, на что она слегка кивнула, то ли своим мыслям, то ли на то, что их стоит взять.
— В целом, я не против, — пожимаю плечами я. — Но вы же наверняка захотите пойти со мной официально, верно?
— Да-да-да! — защебетала другая, тут же подсовывая мне какие-то берестяные корочки. — Вот, мы даже сами написали!
А мне только и оставалось, что втянуть носом воздух и покачать головой. Бюрократ — страшная книга, которая даже таких невинных созданий превращает в подобие крючковоротов. Хорошо хоть я не взял двойную…
— Ну, дайте посмотреть…
Получив от них бумаги, я начал вглядываться в текст. Читался он без проблем, но написан был очень хаотично, едва ли структурированно, от чего где-то в глубине себя я кричал. Основные тезисы были стандартные и весьма упрощённые — нанимая их я обязуюсь обеспечить им довольство, оплату услуг, кормёжку и так далее… но каждый из этих пунктов был в разных частях документа…
— Можете принести мне дощечку и ещё такой свиток?
— А с нашим что-то не так? — с какой-то обидой произнесла уже третья, которая, судя по тону, и записывала это.
— Да нет, всё нормально, но понимаете, я экземпляр и для себя хочу, чтобы хранить на память… да и дописать дополнительно, вы тут кое-что не учли.
На самом деле я чуть хитрил, но в тексте действительно было несколько пунктов, которые меня связывали больше, чем хотелось бы. Получив же на руки кусок бересты, я достал инструмент для письма и начал аккуратно вписывать текст на эльфийском.
По сути, это получился просто более структурированный документ, но я добавил строку о возможном премировании, что вызвало довольное щебетание со стороны феечек, а также мягко обошёл пункт с тем, что не буду их использовать в каких-либо «злых целях», что было слишком уж скользким понятием. Кроме этого, пусть и под небольшой бубнёжь одной из них, я вписал что первая зарплата будет перенесена на конец первой недели работы, либо до захвата и укрепления замка, смотря что произойдёт раньше, дабы это не помешало моим возможным планам.
Ну и, говоря честно, написал я это более ровным почерком чем они. Не как профессиональный каллиграф, конечно, но всё-таки.
Отдав им грамотку, дабы они сами убедились в том, что их всё устраивает, я подготовился прикладывать к ней печать.
Когда феечки высказали своё согласие и поставили свои подписи этим же стилосом что я и писал текст. Я же, вместо работы этим инструментом, просто приложил к грамоте печатку — та блеснула, оставляя на бумажке оттиск, подтверждая то, что контракт заключён.
И сразу после этого я увидел уведомление о том, что получен опыт за совершение сего бюрократического действа, вместе с дополнением о том, что в моей армии на этот раз появилось аж три постоянных члена, в дополнении к четырём временно нанятым эльфам и тем, кого мы сопровождали.
Мысль о том, что дальнейшие события будут проходить в подобном ключе меня заставила поморщиться, но я понимал на что иду, когда брал эту книгу. Здесь же для себя я отметил — канцелярия будет одним из самых нужных зданий, плюс нужно будет запустить триггеры для получения таких пристроек как нотариат и юридическая зала, чтобы они обеспечили дополнительную страховку от не самых добросовестных чинуш.
И вместе с этим вновь приходили не самые приятные мысли — слишком много строений надо возводить, при том в крайне высоком темпе. Из-за взятых двух рас была необходимость вести сразу две ветви развития, но лунные эльфы позволяли слегка выдохнуть, так как даже их базовые юниты являлись пятым тиром, что является практически элитой у других рас. Зверолюды же… сатиры дадут мне неплохой отряд пельтастов, а гьюки сойдут как мясной щит. Было бы неплохо достать и кентавров, но главный приоритет, всё-таки, за минотаврами.
Учитывая, что у меня всего двадцать один день… уже двадцать. И ещё минимум один уйдёт на захват, в лучшем случае… и обязательной постройкой будет алтарь, первым…
В лучшем случае, системным способом, я смогу построить 21 здание. Задушив свою жабу, говоря, что это вложение в будущее, можно будет силами моих людей выстроить ещё зданий пять, пусть и в некоторый ущерб остальному… в натяг, но за это время должно получиться создать инфраструктуру. Плюс, если повезёт, найдётся форт или что-то подобное, где также можно будет кое-что выстроить…
Однако мне пришлось оборвать себя практически на середине мысли. Примерный план у меня есть, а вот остальное… Мечтать можно о многом, но это сначала необходимо найти и покорить. Не обязательно захватить, ведь вассалы — это тоже неплохой вариант, хотя оным я не настолько сильно доверяю.
К моменту как я закончил размышлять, лагерь уже свернулся. Снарядиться в поддоспешник и хауберк это дело быстрое, а вот прощание… На удивление, прощание с оставшимися феями было коротким — троицу феечек что пошли с нами провожали одновременно со слезами, радостным пищанием, просьбой возвращаться, рассказать, как оно будет, привезти гостинцев…
С Лорелей же мы попрощались на более спокойной ноте. Можно даже сказать на более деловой — она обещала рассмотреть возможность их присоединения ко мне, если замок будет захвачен в кратчайшие сроки… и они получат некоторые преференции. Их список мы не обсуждали, но предварительная договорённость о данном обсуждении была заключена.
— Выдвигаемся! Осталось немного.
— Как прикажешь… жрец, — морской эльф чуть склонился, но из-за лёгкой усмешки на лице Талфеля у меня чуть дёрнулось лицо.
Крестьяне, уже приноровившиеся к переходам за это время, выстроились в аккуратную колонну. Их окружали сатиры, как более умелые в военном плане и несущие на себе как дротики, так и подобранные ранее топорики. Пусть они в первую очередь были копьеметателями, но это уже хоть что-то.
Эльфы же разделились по двое — спереди и сзади колонны. Передняя двойка шла рядом со мной и Ангнисс, а Хати, явно отоспавшийся за это время, резвился, бегая туда-сюда и принюхиваясь к окружению.
Мы вновь двинулись вперёд, к нашей основной, на данный момент, цели — деревне Морковьево. Протоптанная дорога давала весьма отчётливый ориентир, по которому мы и следовали.
Временами я ощущал на себе странные взгляды, но мне оставалось лишь стоически их игнорировать. Каких же либо происшествий… в целом, не было, за исключением того, что Хати навёл нас на небольшое кабанье стадо. Это были не орочьи боевые монстры, а самые обычные кабанчики. Сделав небольшой крюк, мы обеспечили себя как минимум четырьмя мерами еды, или тремя если распотрошить их плохо.
Переход через мост также был ничем не выделяющимся, однако спустя несколько часов перехода, когда мы зашли в лес, Хати вновь подал голос, сигнализируя о том, что кто-то странный на границе его обоняния.
«Они пахнут мокрой землёй и тиной… холодные. Я их с трудом ощущаю.»
«Хорошо. Не отходи далеко и никуда не лезь.»
— Талфель, Хати почуял странных существ. Земля, тина, холод, слабый запах…
Тот замер буквально на полушаге, после чего резко обвёл взглядом окружение… и раздался его окрик, совмещённый со свистом стрел.
— Засада!
Он практически сразу совершил рывок, прикрывая нас с Ангнисс своим щитом и своим телом. Раздался хруст ломающейся доски, а чуть позади — подобие всхлипа, от вхождения дротика в тело… Хати?
«Они… в кустах… правее…» — раздалась гаснущая мысль, от которой невольно похолодело внутри.
Я бросил взгляд на маленького волка и содрогнулся — лишь одним попаданием ему выбили более 90% хп, отправив его, в лучшем случае, в нокдаун.
— Вперёд! В мечи их! — раздался крик Яхеля, что был с противоположно стороны. Он и второй эльф рванули вперёд, скрываясь в густых кустах, а следом за ними понеслось две феечки прикрытия.
Размашистым движением я вытянул меч, слыша, как в щит Талфеля врезается ещё несколько снарядов, которые он поймал, но после этого отбросил — тот ему уже мешал бы.
— Вперёд! Они справа! — я указал мечом на место, где они должны были быть, а морской эльф потянулся за коротким мечом и рывком ушёл вперёд, вытягивая из-за спины дополнительный щит. — Сатиры, люди, назад! Атака по возможности и заберите волка! Фея, за мной, Ангнисс, поддержка сзади!
За Талфелем метнулся последний из четвёрки эльфов, а уже за ними тем же рывком ушёл я. Чутьё позволило увернуться от одного из летящих дротиков, пропустив его мимо себя, и ворваться в бой.
И здесь уже была свалка, в которой силы были не слишком равны.
На двух эльфов уже наседало четыре не крупных ящеролюда, а последний колол из-за их спин. Чуть поодаль была похожая ситуация, но там ящеров было чуть больше и даже несмотря на пикирующих феечек, чудом избегающих попаданий дротиками, их начинали теснить.
Сквозь прищур я навёлся на одного из более крупных ящеров у Яхеля, после чего прошептал призыв заклинания, взмахом меча отправив из него блеснувшую звезду. Оная практически моментально достигла цели, вызвав у него вой от полученного урона, а следом на него спикировало две феи, выдав двойной разряд своих искр, после чего вновь взмыли вверх.
Эльфы же, воспользовавшись тем, что одного из их противника вывели из боя, выщелкнули одного из ящеров.
Мимо меня также пронеслась звезда, влетевшая в более защищённого ящера с моей стороны. Я же переключился уже на тех, кто был рядом, становясь рядом с моими эльфами. Изредка что рядом с нами, что рядом с другими эльфами пролетали топоры и дротики, но их точность была весьма сомнительна.
Ящеры пытались нас окружить, но Талфель со своим помощником понимали, что это за противники и сравнительно смело шли в размен, идя с оными на сближение. Они достаточно удачно ловили щитами копья ящеров с мелкой чешуёй, а даже если атаки из достигали, то соскальзывали с их костяной брони.
В моём же случае особых фехтовальных изысков не было. Мне приходилось отражать удары двух ящеров, уклоняясь и отводя их, пока один из них не решил сделать длинный выпад — в движениях ящера в тот момент была заминка, я чуть сместился вперёд, пропуская мимо себя копьё противника и буквально насаживая его на свой меч, используя уже едва живую тушу как щит…
И он попытался меня укусить своей пастью! Его зубы клацнули буквально в нескольких сантиметрах от моего лица, а я нанёс по нему удар лбом, что вырубило его окончательно, и сделал доворот с этим же телом, поймав копьё уже более крупного ящера в тело его сородича.
Этот противник уже ощущался иначе — укол, совершённый им, ощущался даже сквозь тело мёртвого ящера, заставив меня сдвинуться назад.
Я чуть отступал назад, как бы отманивая его, пока основная ударная сила отряда перемалывала остальной состав засады ящеров. Тот, скосив взгляд, на это не купился, что уже не мог стерпеть я.
— Твоя чешуя станет хорошим кошелём, уродливая тварь, — уже от этих слов на его морде что-то переменилось, и он сделал шаг вперёд, следуя за мной.
Полушипение-полурык, исходящие от него, не сулили мне ничего хорошего. Он сходу взял высокий темп, нанося один укол за другим, от которых уходить постепенно становилось всё сложнее. При этом он уходил в сторону, явно пытаясь загородиться мной как щитом, не забыв, как в одного из его товарищей прилетел магический заряд.
Однако спустя примерно двадцать секунд, в него влетел ещё один магический заряд, заставив его пошатнуться. Это дало мне шанс — пройдя на сближение и проскользнув мимо его копья, я нанёс колющий удар в область его шеи…
…и клинок проскользил по его чешуе, не нанося урона.
Он этим воспользовался, замахнувшись рукой для удара наотмашь, но спикировавшая на него феечка буквально приземлилась на его загривок и всадила в него зверский заряд своих искр, заставивший того задёргаться. Это дало мне шанс закончить начатое — на этот раз режущим движением, я вскрыл шею людоящера, заставив его забулькать и свалиться на землю.
Но бросив взгляд в сторону своей группы я понял, что всё уже практически закончилось. Эльфы добивали оставшихся ящеров с мелкой чешуёй, оставив лишь одного. Логично — допросить вполне стоит.
Бой был окончен. Прирост опыта был не слишком большим — чуть-чуть не дотянулся до трёх сотен на каждого из принимавших участие в бою. Видимо, сатиры практически не попадали, но это и не мудрено.
Я нервно посмотрел на меню, в котором отображалось состояние Хати… и с облегчением выдохнул. Его успели откачать и, пусть он был весьма плох, но всё ещё жив. Короткий окрик до ближайшей феи, с приказом долететь и залечить его раны, после чего начался ещё один важный этап, а именно — сбор трофеев.
Он также не занял много времени — противников было всего шестнадцать, учитывая оставшегося в живых и ожидающего допроса ящера, да и содрать с них что-то особо не получилось бы при всём желании. Основной частью их «наследия» оказались копья, как обычные, так и метательные, весьма сносного качества, да и у нескольких по кармашкам были рассованы небольшие кристаллы.
Допрос же… оказался очень коротким. Здесь оказала влияние резко сдувшаяся мораль ящера — во-первых, от поражения в бою, а во-вторых, от моего меча, имевшего такой пассивный бонус.
Они были разведывательно-собирательным отрядом, из болот на юго-западе, и большую часть времени просто разведывали территорию. В озерце же, находившемся рядом, они обнаружили ранее сброшенный груз кристаллов — целую меру, после чего их ныне мёртвый командир, с которым схлестнулся я, отдал команду начать его вытаскивать. И буквально через час появляемся мы, а запас еды у них был на исходе…
Не признав в эльфах — эльфов, они подумали, что это люди и сатиры, после чего встали в засаду. И если бы не нюх Хати, то они напали бы чуть позже, но случилось то, что случилось.
Большего он не знал, либо мы не сумели из него вытянуть, но он отправился следом за своими сородичами.
— Как думаешь, у озера там кто-то остался? — задал я вопрос смотря на труп ящера.
— Может быть, — ответил Талфель смотря в сторону, где было озеро. — Как я понимаю, вы захотите забрать эти кристаллы?
— Не буду отрицать. Да и люди сумеют отдохнуть.
— Как прикажете.
После окончания диалога я вернулся к Ангнисс, которая стояла рядом с одним из людей, что держал Хати на руках и осматривала его. Рядом также парила фея, которой я и приказал отправиться обратно и исцелить его.
Сейчас я мог сделать только одно — чуть погладить тяжело раненого щенка. Он чуть заскулил в ответ на это, не приходя в сознание.
Осталось только отдать короткое объявление о том, что мы отбились и теперь выступаем в сторону озера, где сделаем короткий привал. А уже после этого — финальный рывок до деревни, где, хотелось верить, нам окажут нормальный приём.
У озера уже не было никого — лишь остатки лагеря, ничуть не прикрытые, и частично вытащенная мера кристаллов, вместе со столом, на котором призывно лежал мешочек с деньгами. Видимо, это была выданная им мера золота на ближайшее время, как «аванс», но теперь он перетёк ко мне, порадовав двумя тысячами и пятью сотнями монет.
Дальнейший осмотр местности позволил выяснить что мы тут одни и на передышку время есть.
Крестьяне и сатиры, используя сделанные людоящерами заготовки, спешно развели несколько костров, после чего туши пойманных ранее кабанов отправились на вертелы — перекусить по пути не отказался бы никто.
Одна из фей всё также следила за состоянием Хати, который, к счастью, стабилизировался за это время.
А я, дабы не терять времени, переключился на «полезное времяпрепровождение» — если этот переход-марш позволял повысить выносливость, то вот силу или ловкость надо повышать другими способами. Один из самых простых способов — отжимания или подтягивания.
Эльфы приготовились к погружению и вскоре ушли на дно озера.
Время медленно текло. Упражнение относительно скоро начало отдаваться болью в мышцах, но я продолжал, не спеша притрагиваться к зельям выносливости.
Ничего сверх ожидаемого не происходило — сатиры и люди всё также жарили мясо, а несколько крестьян умудрились поймать несколько мелких рыбёшек, буквально на коленке смастерив удочки. Распространявшийся по округе запах заставил желудок намекнуть, что он также не отказался бы от перекуса… и из-за этого на лицо невольно вылезла усмешка.
Это забавно — здесь я могу питаться и получать от этого удовлетворение, заглушая позывы желудка, а тем временем капсула сама постепенно напитывает моё тело нужными веществами, благодаря питательным смесям.
Здесь я могу сражаться, ощущая азарт и адреналин, радость и печаль, горесть и тоску… и всё это — пока я в той-самой капсуле, что лишь воздействует на мой организм, периодически стимулируя мозг, создавая иллюзию реальности…
Но с другой стороны, что есть реальность?
Конечно, можно было бы вернуться к теории того, что даже наш, «реальный», мир — это иллюзия, а это ВРММО… «сон во сне». Но всё-таки, что для человека есть реальность?
Если я коснусь здесь пламени — я обожгусь. Да, это отнимет у меня какую-то часть пунктов здоровья… повесит дебаф. Если я сделаю тоже самое в реальном мире — будет всё тоже самое, но я не увижу потерю здоровья.
Главная разница — это смерть. Ведь здесь мы, игроки, это «неумирающие», те кто возвращаются раз за разом. Там же… жизнь конечна. Подобно «хардмодному» режиму в некоторых играх, где смерть удаляет сохранение… но из того, что я слышал — были зафиксированные случаи реинкарнации, так из-за чего волей-неволей зарождалась толика сомнений.
Пока я об этом размышлял, морские эльфы работали. Благодаря своим особенностям они могли находиться под водой многим дольше чем все остальные, постепенно вытаскивая кристаллы со дна.
Спустя полтора часа я получил уведомление о повышении силы, что и послужило точкой в окончании моей тренировки. К этому моменту трапезу уже заканчивали подготавливать, как и эльфы закончили вытаскивать меру кристаллов, которая отправилась в мою сумку.
Пока сатиры и люди с удовольствием вгрызались в мясо, морские эльфы отдали предпочтение рыбе, которую им и передали. Феи же, потупив взгляд, попросили у меня выделить им побольше фруктов и овощей, в чём я им не стал отказывать. Мы же с сестрой прикладывались как к мясу, так и к фруктам — из-за того, что мы полукровки, нам было одинаково приятно и приемлемо как мясо, так и «зелень».
К нашей с Ангнисс радости даже Хати очнулся, пусть и был весьма вялым. Ему отдали кабанью печень — со слов как одного из крестьян, так и подтвердившего это Зенона, — это позволяло улучшить его восстановление после потери крови.
Люди и сатиры переговаривались, а временами даже разносился смех от сальных шуток сатиров. Как мы, так и эльфы быль чуть в отдалении от этого «праздника жизни», пока феечки успевали побыть то тут, то там.
Это… вызывало внутри меня ощущение лёгкой грусти. С одной стороны, я был тем, кто вёл этих людей, сатиров, фей… но я был поодаль. Отстранённый от них. Но — первый из.
Но с другой — один. Для них я тот, кто их проведёт и спасёт, а после этого я для них могу и вовсе исчезнуть. Четверо эльфов — закреплены за мной контрактом, по истечении которого вольны уйти куда пожелают.
И в этот момент я ощутил, как ко мне на плечо легла голова Ангнисс, а рядом с моим боком улёгся Хати, закончивший есть и почти сразу заснувший.
Смешок вырвался сам собой. Да… сколь избирательная бывает слепота у человека… или, в данный момент, у эльфа.
Пусть то, что я получил и было дано мне лишь за деньги… пусть это и иллюзия, пусть это «сон во сне», но… всё-таки, я не один. По крайней мере сейчас.
******
Ангнисс смотрела на своего брата, чувствуя, как сердце сжимается в её груди.
Она в очередной раз возносила безмолвную молитву богине, моля её о милости. Не для неё — для её брата, что был так потерян с самого начала.
Ведь даже несмотря на то, что он делал, как он поставил свои цели и к чему решил идти, за тот малейший срок с их побега… она ощущала в нём зияющую пустоту. Как будто из него что-то вырвали, оставив лишь то, что она могла наблюдать прямо сейчас.
В её памяти он был похож на то, что она видела, но ощущение внутри неё, их связь, как брата и сестры, само сердце… говорило о том, что он опустошён.
Жрица перебирала в голове воспоминания, касавшиеся её брата. Он не был жесток и убивал лишь тех, кого приказывали убить напрямую. Он защищал её как мог, но сделать что-то среди тёмных эльфов Ллос он не мог, как и она.
Но, когда они сбежали и скрылись… когда их приняли эльфы Луны, он будто сбросил с себя оковы что их ограничивали. Он вдохнул полной грудью, и они спокойно жили, в достатке и мире. К ним даже прибился маленький волчок — милый, смышлёный, с небольшой хитрецой…
А потом пришёл паладин Единого, но… не карательным походом, а как и они, чтобы принять заслуженный отдых. Он был хорошим рассказчиком и приятным человеком, но, как и брат сейчас, он был опустошён. Он же и рассказал причину, так как знал её — он проиграл в этой жизни, проиграв свои земли и людей, без шанса на месть.
Ненужный и брошенный, оставшийся один, он с усмешкой продолжал рассказывать о том, сквозь что прошёл. Но несмотря на его голос, она видела его глаза — наполненные болью и пустотой.
Сейчас она наблюдала за тем же… пусть прошло и менее двух дней с их побега, но этот паладин будто отдал часть себя её брату, вместе со своим кольцом, приняв свой конец.
Их побег сильно отдался как по ней, так и по нему — она уже привыкла к слабости тела, на фоне того, что у неё было до этого, но по брату это ударило куда сильнее чем она ожидала. Он потерял сознание и весьма надолго — она, после того как они переместились, успела и перевязать его от полученных ран и провести пусть и краткое, но служение, танец под луной.
Когда же он очнулся… он был уже иным. Похожим, но куда более далёким, несмотря на слова и действия. Она это ощущала, эти изменения что с ним происходят, но не знала, как их выразить. Однако, он становился всё более и более живым… как будто увидев перед собой цель.
Пусть он и спас людей и сатиров из расчёта, но он, как и тогда, вступился за неё. Было несложно понять, что силы неравны, но он встал против морского эльфа и, более того, сумел победить, защитив то, что люди назвали бы «честью дамы». Такая мысль вызвала у неё малую долю смущения.
Однако дальнейшие размышления подводили её к тому, что у него есть какой-то план. И исполнение этого плана, путь по нему, всё больше и больше «оживлял» её брата, раскрывая в нём новые штрихи.
Тот же танец, что произошёл этой ночью, был и вовсе удивителен. Она не ожидала того, что богиня ниспошлёт свою милость, позволив ей использовать благословение, оказавшее подобный эффект, и ещё более удивительным было то, что её «брат» сумел присоединиться к ней в танце, на этот раз полноценно…
Её радовало, что богиня одарила не только её, но и его — пусть это и было ей не столь свойственно, но она дала ему этот особый шанс. И она знала, что пока она жива, у них всё будет хорошо. Они будут вдвоём, сливаясь в танце, и неся Волю и Слово Луны.
Всё будет так, как должно было случиться ещё при их рождении.
******
За время трапезы я вновь вернулся к размышлениям о том, как мне следует захватить мир… или, по крайней мере, эту область.
Самый банальный расчёт говорил, как и гайды, что если в течении пяти дней источник захвачен не был, то это практически гарантированный перезапуск. Да, может показаться что времени ещё хватит, но… это вечное «но».
Первые четыре строения будут строиться быстрее — по двенадцать часов вместо полных суток, если не учитывать прочие улучшения. Но при этом сам замок считается за первое строение, что уже подкашивало количество строений доступных для быстрой постройки.
Я же, будучи хозяином вольного замка, был вынужден начинать стройку с какой-то из взятых рас, лишь потом переходя к «гвардейской» ветке. Будучи эльфом луны, я и вовсе был практически обязан выстроить алтарь первой постройкой после замка. Стоило это счастье совсем немного, но отнимало время.
Следующим должен быть выстроен портал лунного света — это базовое строение для найма у лунных эльфов. Оттуда я получу своих первых юнитов, которые заменят «морячков», если те решат уйти. Если же они останутся, то костяк из восьми юниов пятого тира будет уже достаточно хорош. Но подвох был в том, что у лунных система с постройками многоступенчатая — нужна либо гильдия мечников, для рукопашных бойцов, либо скаутов для стрелков. Про более высокотировых юнитов я, пожалуй, умолчу.
Вместе с этим обязателен был колодец, но с ним можно было схитрить. Без него полную популяцию не нанять, только половину, однако его можно приказать выкопать вручную. С учётом того, что у меня есть крестьяне и сатиры, подкинув им немного денег и высказав пару ласковых или не очень слов, можно будет сэкономить время постройки.
Третьей постройкой должна стать либо гильдия скаутов, либо мечников, хотя я более склонен к скаутам. Стрелки они, всё-таки, более чем достойные, на уровне лесных собратьев, а возможность закончить бой ещё до вступления в ближний бой… радовала.
После этого надо будет отдать приказ о постройке Кабака, но вот как именно я не решил. Большой пак сатиров лишним не будет, как в сельском хозяйстве, так и в бою. Пусть они и первого тира, но дротики метают более-менее достойно… да и когда я получу новые шахты, кому-то на них работать надо будет. Не эльфов же туда посылать, с их численностью?
Расширение до Зала Воинов пойдёт уже силами нанятых сатиров, так как гьюки мне будут нужны только на первом этапе. И вместе с тем, это я буду уже идти с запозданием, но мне чертовски нужна кузница, которая должна будет перетечь в оружейную — только после этого я смогу прикоснуться к величию минотавров.
А для минотавров, по-хорошему, нужно построить и татуировщика — оный, особенно если был хорошо прокачан, позволял их ощутимо усилить, благодаря зачарованиям которые наносил на их шкуры.
Но что самое страшное, вот это всё нужно постараться успеть в первую же неделю! Конечно, с учётом того, что часть будет строиться руками, но… это же стоит ещё дороже чем системно! А деньги… богиня, деньги…
Проводя несложные расчёты, я понял, что только на строительство мне нужно будет слегка больше двенадцати тысяч, а ведь мне ещё придётся отстраивать деревню на севере… а это будет стоить порядка пары тысяч.
И в этот же момент меня как ударило по голове — бюрократ… канцелярия стоит две с половиной тысячи, но снимет ряд проблемных моментов в управлении. Но куда её впихнуть в очереди? А ведь ещё гильдия воров, ради наёмников и пользы которой я брал как расу с более высокой популяцией, так и книгу…
Я невольно закусил губу, пытаясь оценить масштаб проблем. И тут же получил второй гонг — еда.
Сейчас, пока нас мало, мы можем удержаться за счёт охоты и «подножного корма», но как только начнётся расселение, то сходу встанет проблема с едой. Тёмные эльфы и зверолюди способны прокормить себя, сохраняя маленький запас, но мне еда нужна будет сейчас и сразу! А ртов-то будет более чем много! И это означало, что нужны фермы… и далеко не одна ферма, а побольше.
Приблизительный расчёт уже вопил о том, что сумма подваливает к двадцати тысячам, помимо базовых ресурсов, которых надо будет по три-пять десятков, кроме железа, и не учитывая более специфичные…
С более специфичными, впрочем, было чуть проще. Пара мер драгоценных камней на канцелярию, да потом ещё по две меры всех редких на гильдию магов, которую ещё чёрт знает когда ставить… да и имеет ли смысл ставить сразу — тоже вопрос. Ведь маги у лунных… слабы, да и у меня основной упор идёт на жрецов. Впрочем, потом её ставить придётся в любом раскладе.
Отдельной головной болью отдавалось то, что придётся носом рыть всю карту в поисках лунных кристаллов — у лунных эльфов, чаще всего, в локации появлялась шахта с этим ресурсом, так как он был одним из основных для их высокоуровневых строений. Это же и было исключением — по умолчанию уникальные ресурсы на стартовых позициях не появляются, но тут разработчик извернулся так.
Все эти размышления я благополучно направил себе в раздел заметок, чтобы потом не вспоминать заново, сделав также и разметку по ресурсам, что нужно будет закупить при необходимости уровня «кровь из носа». Хотя понять это и так было легко — дерево и камень, самое базовое и самое нужное. И еда… много еды.
Когда же я закончил размышлять о делах столь великих, то ощутил, что у меня на плече лежит голова Ангнисс. Скорее рефлекторно, чем осознанно, я чуть потёрся щекой о её макушку… но она не отреагировала. Видимо, задремала.
А я, пока было время, начал осматривать интерфейсную карту. Благо, такая функция была даже в базовом аккаунте, не говоря уже о платиновом.
По очевидным причинам, большая часть карты была покрыта «туманом войны», но кое-что я уже мог разглядеть.
Во-первых, разрушенная деревня в которой мы в начале отметились. Она всё ещё отображалась как поселение, пусть и было примечание о том, что оно разрушено.
Во-вторых, это кладбище. Это был потенциальный источник опыта в будущем, главное только правильно его «приготовить». Благо, самоподнимается, обычно, нежить низкоуровневая, типа скелетов, зомби или около того, благодаря чему они, без управления со стороны, много вреда не нанесут… или пока их не соберётся слишком много.
В-третьих, это лесопилка. Пожалуй, не менее важно чем деревня — без дерева никакой замок далеко не уйдёт, а здесь… есть потенциал на развитие.
А вот четвёртый пункт, который не сразу бросился в глаза, это… логово монстров. Если же конкретнее — феи, у которых мы были до этого.
Увлечение дипломатией и витиеватостями неожиданно аукнулось — я не обратил внимание на индикатор миникарты, да и дополнительного уведомления об этом не было… но, к счастью, обошлось. По крайней мере, теперь я знаю где можно будет, если что, либо фармить опыт, если не договоримся, либо… присоединить их к себе.
Как бы забавно ни было, но феи — лучшие лесорубы в этой игре, по двум простым причинам. Во-первых, у них была одна из лучших скоростей добычи этого ресурса. А во-вторых, они… не рубили деревья. То есть, пока они сидели на лесопилке, она приносила законные меры дерева и быстро, и не истощала, по крайней мере столь сильно, ресурсы области.
Но и стоили эти лесорубы… четыре сотни за каждую! И даже если посадить их потом как «мирное население», что само по себе весьма смешно, то для идеальной работы лесопилки надо будет потратить от четырёх до пяти тысяч и шестисот монет. С другой стороны, это будет идеальный пример добычи ресурсов.
Подобные примеры «особо эффективной» добычи были у каждой фракции свои. Те же демоны, с их чертями, как не в себя добывали серу, а гремлины с их очумевшими ручками, превосходно «варили» ртуть, изготавливая её в столь же неприличных количествах.
Иметь идеальных добытчиков каждых ресурсов это, конечно, мечта… но тут даже со второй книгой толерантности и книгами рас будет слишком много проблем с моралью. Да и такое разнообразие скорее будет вредить — однородный «костяк» армии собрать будет проблемно, а разрозненные группки юнитов — это сложности в управлении.
Не говоря, разумеется, о такой «мелочи» как оплата деньгами и прокорм такой оравы.
Вспоминая же о прокорме, у меня вновь заскрипели зубы. Мы с Ангнисс, будучи полукровками, могли питаться чем угодно — как «травой», так и мясом, но вот обычные тёмные эльфы были мясоедами. Из «травы» они признавали только специи, для вкуса, а также грибы. Но животноводами, при этом, лунные были весьма посредственными, из-за чего вновь хотелось тихо кричать в пустоту… но здесь вновь меня выручат зверолюды с их дополнительными навыками — они были очень достойными животноводами, несмотря на чуть более слабый показатель сельского хозяйства нежели у людей.
Их катоблепасы — весьма здоровые, мясистые твари, которых можно использовать как для обоза, так и для того, чтобы просто пускать их на мясо. Само по себе это мясо весьма-таки средненькое, но даже чисто на этих тварях можно будет прокормить немало моих юнитов в будущем.
В целом, план сформировывался, да и особых огрехов в нём, своим весьма необъективным взглядом, не замечал… кроме необходимого количества дерева и камня. Но это классическая боль, которую можно было не учитывать.
Ангнисс, до этого лежавшая у меня на плече, шевельнулась, а я ей прошептал.
— Сестра моя, просыпайся. Скоро мы выдвигаемся дальше. Осталось не так далеко.
— Я бы хотела ещё полежать так… — с какой-то долей требования и жалости ответила она. Её слова меня чуть насторожили, но знание что она юнит мне абсолютно лояльный это сбросили почти сразу.
— Думаю, он нескольких минут проблем не будет.
— Брат мой… — проговорила она, прикрыв глаза. — Каким он будет?
— Кто?
— Наш дом. Пусть мы и беглецы…
— Наш дом… — повторил я её слова, потерявшись от такого вопроса и замолчав на некоторое время. — Это будет место, где примут нас и примем мы. Это будет город, живущий и ночью, город мечты… — в памяти всплыл один «Ночной город», от чего я слегка грустно улыбнулся. — И я постараюсь сделать так, чтобы наш дом стал для нас по настоящему родным.
— Город мечты… — её слова утихли, и она больше ничего не ответила, погрузившись уже в свои мысли.
Но спустя десять минут подниматься всё одно пришлось. Люди и сатиры отдохнули, да и эльфы с феями успели перекусить, так что мы могли двигаться дальше.
Построились мы точно также, за исключением того, что Хати нёс один из крестьян, а рядом парила фея. Две другие феи взмыли в воздух, чтобы пытаться хоть как-то отслеживать то, что есть в округе.
И мы вновь пошли.
В процессе сего действия у меня завязалась беседа с Талфелем, благодаря которой я дополнил свои предыдущие выводы… и отметки на карте. Он жил здесь куда дольше моего, и достаточно рассказал об этой земле, расчерчивая выведенную мной в реальность карту.
Самой главной же новостью, которая меня огорошила и заставила вывалиться из мира на несколько минут, стало то, что мы находимся… на островах. На крупных, но островах.
Не на «большой земле». Не на побережье. Не на полуострове.
На грёбанных островах, от которых я был готов бежать, так как лунные просто не предназначены для морского боя! Нет, они ещё могут показать образцовую мобильность если натыкают порталов и жриц по разным местам, но конкретно в мореходстве…
Я искренне поблагодарил себя, что не взял себе книгу «водобоязни», хотя в отдельных случаях гайдоделы её рекомендовали, особенно при игре за эльфов любого плана… кроме недавно введённых морских, как я понимаю.
С другой стороны, отсутствие книги «морехода» заставляло едва ли не плакать кровавыми слезами — исходя из слов Талфеля, связь с «большими» островами была, как тот же мост что мы прошли, но вот дальше было только море… и где-то там были другие острова. Без намёка на «большую землю».
В остальном же…
Талфель знал о течениях между островами — как он считал, на сравнительно небольшой галере, что была свойственна людям и зверолюдам, а также на шебеке или кайке морских эльфов, можно было там протиснуться, зная как и где плыть. Если же не знать или не ощущать течение — рифов и мелей было не просто много, а неприлично много.
Сейчас же мы находились на «центральном» острове, одном из четырёх, и при этом самом крупном. Тот с которого мы пришли, «северный», был наполнен, в основном, лесом и на удивление плодородной почвой, из-за которой сатиры с людьми там и устроились до этого. Также на северной части острова находился очень старый маяк — его никто не обслуживал, да и нужда в нём отпала достаточно давно.
Примерно в этот же момент к нам пристроился и Зенон, начавший в своей манере рассказывать об истории этой земли… и также делая отметки на карте.
Пустив несколько едких замечаний в сторону людей и сатиров с восточной части центрального острова, он отметил примерное расположение их деревни, упомянув что рядом был какой-то из вольных виноделов, но не из Сосновки.
А также он куда более точно отметил и местонахождение Морковьево, до которого, если верить его словам, осталось совсем немного. Ещё более важным стала другая информация — там также, как и на северном острове, жили… нет, не сатиры, но тоже зверолюди. Кентавры. Вот только какой-то не той породы — чуть мельче обычных, да куда более мирные.
Кроме них там была диаспора полуросликов, и на этих словах у меня загорелись глаза. Полурослики — это палочка-выручалочка, герои труда и сельского хозяйства, и даже имея просто некоторое количество этих коротышек, можно было обеспечить фруктами и овощами массу людей и нелюдей. В основном, правда, это была картошка, кукуруза, тыквы, кабачки, томаты… разработчики решили запихнуть им практически весь «американский» набор овощей и фруктов, не забыв, разумеется, о табаке. Да и с животноводством они проблем не испытывали, в целом, но… Но был у них и огромный минус — их явно писали с классических евреев, некоторым даже добавляя соответствующий акцент. И с ними нужно было торговаться всегда, стараясь давить всем чем можно и как только можно, иначе они мастерски садились на шею даже «родным» расам.
Особенно с бюрократом.
Особенно к не-родным расам.
Единственное что давало проблеск надежды, это то, что они жили по соседству с кентаврами — видимо, использовавшие их подобно «щиту», так как вояки они были аховые. Но даже так, это означало что у них есть некоторая терпимость, а уж с оной, быть может, у нас и получится кое-как договориться…
Однако завершить эти мысли мне уже было не суждено. Обе феечки, отправленные на разведку, прилетели вереща о том, что деревню штурмуют разбойники, пытаясь сделать самодельный таран, чтобы проломить их, под каким-то чёрным флагом, который они в подступавших сумерках разглядеть не сумели, а кроме них среди них была ещё и нежить. Не так много, как на лесопилке, но кроме них хватало и живых. Защищались же полурослики, заставляя тех периодически отступать от концентрированного огня пращников.
А вели их два, как они предположили, человека — один закованный практически в латы командир с топором, от одного упоминания которого феи вздрагивали, и закутанная в лохмотья магичка.
От этих новостей по лицу Зенона прошёлся целый ряд эмоций, а Талфель подобрался. Стоявшая за моей спиной Ангнисс стала рядом со мной.
— Каковы будут Ваши указания? — ровный голос командира эльфов в очередной раз говорил о том, что он хочет помочь находившимся там, но… был готов принять и отрицательный ответ.
— Им надо срочно помочь! — тут же начал тараторить Зенон. — Соседи же наши! Нельзя их бросить, пока мы рядом, да и мы вам подмогнём, мы жешь бойцы неплохие, кое-что може…
— Нет, — коротко ответил я ему. — Сейчас вы не бойцы.
Краем глаза я отметил чуть понизившееся отношение Зенона… и наоборот, повысившееся от Талфеля.
— Но если им не помочь… — начал он было снова, но увидев как моё лицо дёрнулось замолчал.
— Я не сказал, что мы им не поможем. Помочь ближнему своему — это благо, а против бандита и мертвеца, благо вдвойне… но у всего есть своя цена.
— Цена?.. — тут сатир уже запнулся, смотря непонимающим взглядом.
— Ты же хочешь, чтобы мы им помогли, верно? Поможем, — я усмехнулся. — Но за это ты представишь нас как следует… и поможешь с ними договориться потом.
— А… — сатир на несколько секунд завис, как бы пытаясь представить, что ответить, пока не выдал задумчивую фразу. — А может, подождать пару часов, что ли…
Я же только похлопал его по плечу.
— Придётся. Уж прости, но я наслышан о жадности и пронырливости полуросликов, так что… тебе придётся стать нашим жертвенным агнцем.
Феечки, слыша это, захихикали, и даже Талфель издал лёгкий смешок, пока Зенон это переваривал. В конце концов он тряхнул головой, сквозь зубы витиевато выругался на одном из диалектов сатиров, после чего сказал.
— Хорошо! Но тогда я пойду в бой с вами — у меня должен быть шанс избежать этой участи! — голос его был залихватский, с вызовом и даже долей «лихой придурковатости», но вот в глазах…
В глазах его сияла готовность. Видимо, эта деревня для него тоже кое-что значила, раз он так рвался вперёд. Я на его замечание медленно кивнул.
— Но ты не лезешь на рожон. Их там… сколько? — я повернулся к феечкам, которые начали загибать пальцы.
В итоге феечки несколько раз сбились, но из их пояснений мы поняли, что врагов больше четырёх десятков точно. То есть, больше нашей основной «боевой группы» в четыре раза точно, а то и больше.
Сестра же, до этого безмолвно стоящая, задала вопрос.
— На этой магичке было что-то кроме лохмотьев?
Феи, помявшись, не смогли дать ответ — единственное на что они обратили внимание, это на то, что посох в руках той был из мёртвой древесины. Куда больше их взгляд приковывал латник, несмотря на страх что они испытывали.
Последние указания крестьянам и оставшимся сатирам были розданы. Хати, до сих пор находившийся в спящем состоянии, был отдан им на попечение, а мы, сквозь мой скрип зубов, вновь приготовились к очередному недо-марафону, пока была возможность успеть к защите этой деревеньки.
Благословенная, всё-таки, это вещь — частокол.
А долгие забеги — проклятая.
******
То, что мы должны были пройти примерно за час, нам пришлось пробежать за пятнадцать минут. На это ушло ещё два зелья выносливости — по одному на меня и на Ангнисс, и осталось их ещё только на один подобный «заход». Зелья лечения, к счастью, ещё не были нами потрачены, но сама тенденция нервировала.
Возможно, стоило взять книгу Зельевара, но… все мы хороши задним умом.
Когда же мы добрались до места, не слишком спеша браво и отважно вылетать вперёд, то смогли сами узреть и убедиться в том, о чём говорили нам феи ранее.
Около десятка людей заканчивали мастерить ручной таран, подгоняемые парой других, снаряжённых получше, а лучники непрерывно бдели, наблюдая за деревенской оградой. Зомби занимались почти тем же самым, разве что, бродя туда-сюда, но не отдаляясь от области с другими солдатами.
Выделялись среди них всех как раз таки двое — ещё одна магичка, практически такая же как та, что была убита нами в прошлый день, и солдат которого я опознал без особых проблем.
Раубриттер.
Щека невольно дёрнулась — это был «антагонист» рыцаря, из замка отринувших Единого людей. Стиль того замка подразумевал грязь и работу почти с кем угодно, но конкретно у этих «рыцарей» этот навык был прокачан особо хорошо.
Неподалёку валялся труп его лошади — видимо, когда он красовался перед этим частоколом, выставляя ультиматумы и требования, какой-то особо удачливый полурослик запустил его лошадке камень промеж глаз, с крайне удачным, для него, исходом.
Учитывая, что раубриттер после этого наверняка скувыркнулся с лошади, да её и повалявшись на земле… гордыней они отличались отменной, даже большей нежели у обычных рыцарей, как бы пытаясь самоутвердиться, поставив чёткую линию между собой и всеми остальными. А после такого оскорбления… не слишком я завидую полуросликам — если он их просто распнёт, оставив воронам на съедение, то им повезло.
Командовавшая же обычными солдатами парочка была попроще — палач и костолом, при том второй явно ходивший в любимчиках, так как снаряжён он был, в целом, практически, как и палач.
— И всё-таки, их многовато… — шёпотом проговорил я, старательно скрываясь в кустах.
— Много. Но они сконцентрированы на пробитии стены и ворот, — Талфель на несколько секунд замолчал, после чего продолжил. — Но среди них мало хороших бойцов. Четверо, считая колдунью.
— Нам должно хватить сил, чтобы избавить мир от этой мерзости, — с прищуром и ядом в словах проговорила Ангнисс. — Брат…
— Поразить её издалека? В целом, как идея… — я чуть качнул головой.
— Мы же успеем добраться до лучников — рядом с ними лишь немного мертвецов, а наши рывки они не переживут.
— Тогда вы, — я кивнул феечкам. — «Развлечёте» зомби. Без колдуньи они не слишком разумны. Но постарайтесь не попасть под удар.
— А я приложу их своим фокусом, — задумчиво добавил Зенон, делая долгий глоток из своей фляги и удерживая что-то в своей левой руке.
— Только постарайся не умереть, — мой глаз чуть дёрнулся, ощущая какой-то подвох. — Ты ещё торговаться должен.
— Да помню, помню я… — заворчал он, а я разглядел край предмета что он удерживал. Какой-то камушек.
— Тогда… я займу раубриттера. Мне есть что ему сказать, — Талфель хотел что-то сказать, но раздался довольно звучный удар на приличной дистанции, ознаменовавший начало штурма. — Начинаем.
Получив утвердительные кивки, эльфы заняли позиции… и на далёкой от нормальной человеческой скорости рванули вперёд — вероятно, использовав один из своих навыков.
Мы же с Ангнисс сделали рывок куда более короткий и не ускоренный чем-либо — нам было необходимо прицелиться и дать сдвоенный залп в колдунью, которая начала разворачиваться в сторону наших эльфов.
Первым полетел её заряд «звёздочек», попавший вражеской магичке точно в грудь, а мой снаряд с минимальной задержкой отправился следом, дожигая в её груди дыру.
Всё-таки, магия — это, в некотором роде, имба.
Зомби, ощутив потерю поводыря, начали резко тупить, замирая и пытаясь понять, что происходит. Даже те что охраняли стрелков едва-едва среагировали на эльфов… которые в конце своего рывка синхронно использовали прыжки — практически подходя к рекордам и влетая в лучников, просто разрубая их на куски.
Феечки начали безнаказанную пикировку на зомби, шарахая тех электрошоком. Те с значительным опозданием махали своим едва ли пригодным оружием, но феи показывали чудеса пикирования и взлётов вверх, пусть и не всегда они имели достаточную точность.
Зенон же, не выходя из-за укрытия, вскинул руку… после чего кристалл в его руке сверкнул, а за его спиной на секунду мелькнула крупная фигура, совершившая взмах рукой, из которой вылетел шарик огня, устремившийся в двух помощников раубриттера.
Мне оставалось только спешно двинуться в сторону рыцаря-разбойника, выставив перед собой меч и выкрикнув тому как оскорбление, так и вызов.
— Ты посмотри, такого нищего и бесконного? Уж рыцарь явно позволил бы хоть что-то ездящее, — и эти слова привлекли внимание рыцаря, который перехватил свой тарч с полуторником. — Хотя нет, постой, так ты что, коня потерял здесь? На полурослях?
Возможно, мне показалось, но от того начал исходить рык и сгущаться какая-то недобрая аура. Глаз отметил, что его перчатки отличаются стилем от его брони, а я всё двигался ему навстречу, продолжая закидывать того насмешками.
— Но погоди, тебе пришлось ОСАЖДАТЬ этих полурослей? Тебя заставили подняться на их уровень, чтобы были хоть какие-то шансы? — я фыркнул, но сами слова достаточно громко разнеслись, чтобы это услышал не только раубриттер, но и какие-то из его людей. — О боже, я бы на месте твоего хозяина тебя до серва даже постеснялся бы разжаловать, такого бедолажку. Хотя на дыбу бы подвесил, да… — на этих словах он уже начал двигаться ко мне.
Его меч как-то странно поблёскивал, на что мне оставалось лишь использовать «Лунный Клинок», наполняя свой меч силой Луны. Пусть до неё ещё далеко, но… урон лишним не будет.
Теперь же главным было продержаться до тех пор, пока кто-то из эльфов не влетит тому в спину — да, не по правилам дуэли, но ведь это ею и не является в полной мере, не так ли?
По характеристикам он меня превосходил без каких-либо вопросов, но как они сражаются я примерно помнил. Этот, судя по тому, что щит не бросил, был больше привычен к защитному бою, а значит будет пытаться давить меня медленно и уве…
И я едва успел отшатнуться назад от его размашистой рубящей атаки — меня выручило то, что я готовился на симуляторах, которые давали похожих противников. От следующей атаки я также ушёл в сторону — его обратная атака была даже быстрее чем первая, а шаг стал как бы легче.
Здесь же я ещё лучше разглядел его руки и перчатки, но быстро переключился на его действия, а не снаряжение.
Это был отнюдь не новичок-эльф, а очень даже набравшийся опыта рыцарь, который совершал лишь минимально необходимые действия. Он был куда более выверенным.
Его глаза блеснули беспросветной тьмой, будто сама бездна глядела из него на меня. В груди похолодело, а по телу прошла лёгкая дрожь. Мне казалось, что от фигуры раубриттера исходила тьма, скрывая его тело, его движения…
С трудом поднимая клинок и чуть задеревеневшим телом я отвёл его колющий удар в сторону, и я углядел бледный цвет своего клинка. Свет луны, от которого я ощутил тёплый покой.
Новое движение прошло проще — наваждение как будто было снято, силой веры ли, или кончился эффект, но это было не важно. Я вновь ощущал своё тело, способный бороться в полную силу.
Из-за его щита я не мог пойти в полноценную атаку, так как мне будет достаточно одного пропущенного удара — я для него, по прочности, буду примерно, как его пехотинцы и мечники для моих эльфов. Если же учитывать и его латы, то ситуация становилась ещё более аховой, и мне оставалось лишь маневрировать вокруг него, старательно избегая его атак, до тех пор, пока…
В его спину влетел ещё один заряд «звёздочки», из-за которого он качнулся. Я сдержал свой порыв, понимая, что урона мне не хватит, но это был не единственный «снаряд», что прилетел в него.
На него буквально свалился один из морских эльфов, явно вновь использовавший и прыжок, и натиск. Опыт не подвёл рыцаря — щит он успел выставить, из-за чего клинок эльфа проломил его практически до руки, но на этом закончился весь урон, а оружие моего солдата там и застряло.
Я же увидел, что это был Яхель.
Рыцарь же направил клинок через выемку в щите, нанося колющий удар, от которого морской эльф едва успел отклониться, выпустив своё оружие, и здесь уже рискнул я.
Совершая рывок вперёд, я направил движение клинка снизу вверх, целя тому в область подмышки, так как шея у него была защищена будто приваренным куском железа.
И я преуспел… хотел бы я сказать, но нет. Остриё моего клинка действительно ткнулось ему в подмышку, прокалывая ряд колец и входя в его плоть, однако он прижал руку, зажимая мой меч! А учитывая нашу разницу в характеристиках… от удара его кулаком наотмашь я также не успел отклониться — слишком мала была дистанция, из-за чего я буквально отлетел в сторону, опрокинутый, но меч не выпустил, вырвав его обратно и пустив кровь рыцаря.
Обратным движением он ударил щитом отбросил эльфа в сторону, после чего резко развернулся в мою сторону. Отведя руку назад, для того чтобы добить меня, лежащего на земле, колющим ударом… но в его спину снова влетел заряд «звёздочки», вызвав уже отдавшийся эхом стон, заставив замешкаться на две секунды, но от удара это его не остановило, пусть он и потерял в точности, вместо центра груди попав в область между коленом и поясом.
Я же успел вскинуть меч, выдохнув последние слова:
— Гори в аду, ублюдок.
И с его острия сорвался магический заряд, старая-добрая «звёздочка», которую он не успел заблокировать, а я получил навык владения клинками.
После этого раздался ещё один хлопок, как от первого огненного шара что был отправлен Зеноном, на этот раз брошенный в область обычных солдат.
Это стало последней каплей — его вновь шатнуло, и он начал падать вперёд, из-за веса своей брони. Я успел откатиться в сторону, сцепив зубы он боли в ноге, из которой вышел меч и выдохнув. Яхель ухватился за свой меч, застрявший в щите, и рывком вырвал его обратно, после чего вновь ринулся в бой с людьми.
Уже приподнимаясь и понимая, что мне нужно исцеление, я влил в себя одно из припасённых зелий что почти остановило кровотечение и увидел, что творится в рядах остатков пехоты и зомби — эльфы позволили себе разгуляться, как до этого не делали.
Они избрали максимально агрессивную тактику в стиле «удар-отход», просто-напросто «выкалывая» ближайших к ним людей. Копьё и трезубец мелькали отнюдь не с той скоростью, которая была возможна для восприятия обычных людей, и уж тем более не для того состояния, в котором пребывала «живая» часть этого отряда.
Люди увидели, что их командир пал, а я приподнимаюсь, опираясь на свой клинок и глядя в их сторону. Раздался крик:
— Лорд Вальтер пал!
И на этом иллюзия боевого духа рухнула. Ранее пытавшиеся держать строй и отбиваться от жёсткого натиска эльфов, люди уже откровенно отшатывались, сбиваясь в толпу, которая просто тыкала железом и деревом во все стороны. Некоторые пытались бежать, но феи, понимая, что оставлять и позволять им уйти нельзя, просто приземлялись на спины паникующим беглецам, практически в упор и без промаха всаживая в них заряды искр, от чего те падали.
Мне было достаточно стоять рядом с трупом этого Вальтера, держа свой меч, чтобы эти остатки людей не могли собраться с силами. В какой-то момент я ощутил, как по жилам начало растекаться тепло… как от исцеления Талфеля раньше.
А потом раздалось улюлюканье и звук копыт.
Деревенские распахнули ворота, а вперёд помчались кентавры, укрытые наспех скреплёнными досками, что висели у них на груди, несущие вместо приличных копий заточенные оглобли, но из-за неожиданности своей атаки, успешно врезавшиеся в спину пехотинцев и мечников.
Полурослики, уже вовсю выглядывающие из-за забора, раскручивали и кидали камешки из своих пращей — не слишком умело, но всё же отвлекая противников.
По сути… этот бой был уже завершён. Столпившиеся мечники и пехотинцы пытались противостоять эльфам, но из-за того, что их командование было обезглавлено — как раубриттер, так и павшие к тому моменту палач с костоломом, — их сопротивление было быстро задавлено.
Про зомби можно и вовсе умолчать — их забили ещё быстрее.
Бой закончился… менее чем за пять минут.
Я тяжело вздохнул, глядя на труп раубриттера. Всё-таки, что-то с этим не так. Почему… почему я сам пошёл на него, а не направил того же Талфеля? С этим… с этим что-то не так.
Ко мне же на шею, обняв за неё, приземлилась Ангнисс, едва ли не повторив рывок морских эльфов на лучников — столь же быстро. Однако, вместо её причитаний я услышал другое.
— Посмеешь ещё раз что-то такое сделать — будешь
Подавив желание сглотнуть ком в горле, я стянул перчатку с левой руки и аккуратно провёл по её голове рукой, добавляя вызывающим тоном ей на ушко.
— Так может, я просто хочу таким образом добиться внимания своей милой сестры… или действительно быть
Это заставило её сначала замереть на секунду, после чего я ощутил, как её хватка стала сильнее.
— Не шути так, Мэйзар… я же могу понять буквально, — после чего она отстранилась от меня, не дав даже шанса ответить.
В голове пронеслась ровно одна мысль — «женщины», однако внимание почти в тот же момент переключилось на уведомление. Последнее из них было… повышением отношений с Ангнисс. Пусть на единицу, что есть ничто на фоне того, что было, но сам факт! Ей… это понравилось?..
Кроме этого, высветилось повышение уровня, которое привнесло мне +1 к устойчивости к откату, а также давшее вновь душераздирающий выбор навыков.
Известность — один из навыков, который, уже исходя из названия, увеличит мою известность… но главный его эффект в том, что с им ко мне с куда большей вероятностью придут куда более достойные герои или иные наёмники, когда я захвачу замок!
Казалось бы, бери сразу, но… в качестве альтернативы мне был предложен «Посол мира» — навык из книги миротворца, едва ли не единственный полезный из всей книги. Улучшение отношений при переговорах, при том, повышение отношений на целую ступень, пусть и с шансом…
Практически рыдая кровавыми слезами, выбираю «Посла мира». В теории, он может обеспечить примерно тоже самое что и известность… в теории… возможно…
Тряхнув головой, отгоняя эти мысли, я перевёл взгляд на рыцаря. Чуть напрягшись, я перевернул его на спину, после чего достал свой нож, которым перерезал его подбородочные ремни, просто скинув с него шлем.
Под ним было весьма молодое лицо, практически арийское, я бы сказал, с белобрысыми волосами и мёртвыми голубыми глазами, но сразу после этого я переключился на его руки, сбросив в сторону щит и его меч, после чего стянул перчатки.
[Перчатки Разжигателя Войны; эпическое; средняя броня;
+4 сила.
+4 выносливость.
Аура чудовищной силы (+50% к атаке и защите, +25% к пробиванию брони, 30 секунд, 2 раза/день).]
Коротким движением руки я стянул их, после чего оные нырнули ко мне в сумку. Откуда оно у него — вопрос отличный, но сейчас не столь важный, так как стремительно приближалось время переговоров, которые сейчас были важнее.
Эльфы сгруппировались возле меня, держа щиты наготове, да и феи тоже предпочли скрыться за нами. Лишь Зенон, выглядящий куда более старым и уставшим чем «до» этого столкновения, стоял не скрываясь. Он подобрал копьё одного из солдат и теперь опирался на него.
Кентавры же столпились у входа в деревню, с одной стороны, не решаясь как атаковать — что не мудрено, — а с другой не спешили подходить ближе. Полурослики на стенах при этом переговаривались, но также не спешили.
Сами же людокони выглядели отнюдь не так как я их помнил. Эти были не такими крупными, да и отсутствие нормального снаряжения говорило о том, что с ними что-то не так. Конечно, если отправить вояк «на мирную жизнь», то они могли своё снаряжение благополучно «растратить», либо оно станет для них непригодно — там, жирку наберут, влезать перестанут, — но настолько «сделанное на коленке», обычно, не использовали.
Сатир, понимая, что такое «стояние» может продолжаться долго, сказал одной из фей позвать оставшихся беженцев, после чего пошёл вперёд, опираясь на свою «трость», и подойдя к кентаврам ближе крикнул в их сторону.
— Фигня ваша морковная настойка, вот у нас в Виннице!..
В ответ на это раздался возмущённый гомон со стороны кентавров, да и полурослики на стенах как-то расслабились.
— А у вас вино разбавленное! — раздалось со стены.
— Не вино разбавленное, а вода, разбавленная вином! — с важностью подчеркнул Зенон. — И вообще, Гильдебранда зовите, гости пришли!
На стене началось шевеление. При том, далёкое от настороженного, ведь между оными коротышками началось противостояние на тему того, что действительно лучше, морковная настойка, вино из Винницы или Сосновки, или что-то новое.
Я подошёл к Зенону, запоздало задав вопрос, о котором стоило озаботиться ранее.
— А их Гильдебранд, он вообще?..
— Вояка тоже. Вытиран понячьих войск, ходил много раньше ещё, да потом тут осел. Барыжит так себе, зато любит самогонку гнать. Да и вообще… — он пошевелил пальцами в воздухе. — Нормальный мужик, но, когда выпьет.
Спустя пять минут из-за ворот показалась фигура хромающего полурослика, который опирался на трость. Вот уже он, в отличии от кентавров, был снаряжён как следует — нормальная броня, длинный лук за спиной, да и меч, который для его фигуры был скорее двуручным.
— Ну здрасте, «гостячки», — буркнул он, криво посмотрев на меня. — Давно вашу породу не видали.
— Не из той породы он, — отмахнулся Зенон. — Соседней. И вообще, ты чего как не родной? Мы же сколько уже…
— Я ещё не забыл, как ты две недели назад улепётывал, — он погразил кулаком сатиру. — А неделю назад копытник твой родился.
— Э-кхе… — сатир кашлянул.
— И вот за что тебя я не прощу, рогатый, так это за то, что я из-за тебя теперь дед! — и, весьма быстро для своей комплекции, перехватил трость и её концом ткнул Зенона в колено, от чего тот увернуться не успел.
— Да с кем не бывает-то, — сквозь зубы выдавил сатир. — Не так же стра… — и не успел договорить, как получил второй тычок.
— Мда, это, видать, и называют «седина в бороду — бес в ребро», — филосовски протянул я.
— Да у этого бес из-под ребра и не вылазит! — пробурчал полурослик.
— Но мы прибыли с другим делом, — перевёл я разговор в основное русло. — Винница… уничтожена.
После этой новости полурослик замер на несколько секунд, а его лицо стало куда мрачнее.
— Кто?
— Нежить. С какой-то магичкой.
— Тц, с-сучье племя… — лицо Гильдебранда дёрнулось. — Остался хоть кто-то кроме… — в этот момент начали выходить крестьяне и оставшиеся сатиры. — Это все?
— Их было много, — я чуть качнул головой, подавая знак эльфам приблизиться. — Да и кроме нежити тут и другие водятся.
— И вообще, Гильди, мог бы зятя уже погостить пригласить, — заявил Зенон.
На это полурослик дёрнулся, готовый сделать ещё один удар тростью, но сдержался, сделав глубокий вдох и выдох.
— Ну заходи,
— Мэйзар’Диирн, — я чуть ему кивнул, протянув руку в ответ и пожав её. Хватке у него оказалась удивительно крепкой для полурослика… и он чуть повернул руку, из-за чего моя ладонь оказалась сверху, а на указательном пальце блеснуло кольцо.
— Новый лорд, значит, — он взглянул на меня уже другим взглядом, отпуская руку. Я же в ответ на это вскинул бровь.
— Это проблема?
— Все вы, лорды, проблемные… — снова буркнул он, развернувшись и медленно поковыляв в сторону деревни. — Заходите, гостями будьте. В еде и крове не откажем, соседи как-никак.
Особого выбора и не было, и вся наша разношёрстная группа двинулась внутрь этой деревни, и лишь сатиры задержались. Морковьево же нас встретило… невозмутимостью и щебетом, как в самой обычной мирной деревне, будто их не штурмовали менее чем полчаса как.
Этот контраст заставил тряхнуть головой, но для полуросликов это, в целом, было чем-то нормальным. Они не имели привычки долго горевать или беспокоиться, живя легко.
При этом, это не было легкомысленностью — они умели и прекрасно считали, и учитывали как свой потенциал, так и последствия от их действий и решений, умело адаптируясь практически к любой ситуации.
Когда последний из крестьян прошёл через ворота, я получил уведомление о завершении квеста и о присоединении ко мне восьми сатиров, а также о повышении уровня — остатка опыта за этот квест хватило чтобы закрыть треть уровня.
Единичка в силу магии также порадовала, а ещё больше порадовала пассивная способность лунных эльфов, давшая мне ещё единицу к силе магии и ловкости, а из книг навыков на этот раз мне выпали «Мастер Стрелок» и снова из «Известный» — «быстрая стрельба» от первого и ещё один уровень «боевой славы» от второго.
Десять процентов скорострельности для всех стрелков — это очень вкусно, учитывая, что эльфы, благодаря своим характеристикам, и так били все рекорды реального мира — отправить в полёт стрел тридцать за минуту они могли без проблем, а уж для мастера-стрелка и такой результат был не предельным.
С другой стороны, дополнительный уровень устрашения и ещё большее снижение стоимости при найме нейтралов… Но и нанимать нейтралов — это, чаще всего, этап скорее ранний, как у меня сейчас, а вот дальше основной упор пойдёт скорее на юнитов из плодилен.
Я выбрал «быструю стрельбу» — это явно знак, что если и строить гильдию, то в первую очередь именно скаутов. Хорошие лучники станут ещё лучше, да и для метателей типа сатиров это также сработает.
Прошло всего несколько минут, но полурослики уже развели весьма бурную деятельность — в центре деревни уже появлялись длинные столы, кентавры выкатывали бочонки, да и в весьма крупной печке, стоявшей под открытым небом, начали разводить огонь…
В целом-то для полуросликов это было нормально, но… меня это всегда удивляло.
Вечер стремительно приближался, а по деревне уже ползли истории о том, как мы отбились от орды нежити, в которой было едва ли не тысяча зомби и скелетов, которыми руководили десяток колдунов, а по пути ещё и вырезали небольшую армию в пару сотен ящеров, которые оккупировали берег и угрожали выловить всю рыбку оттуда.
Отследить же источник этих слухов было не сложно — это были сатиры с их бравадой, но вот такие преувеличения пошли уже от самих полуросликов. Но, коль это не вредит… пусть болтают.
Правда, спустя некоторое время, я уже слышал о прекрасных танцах
Однако, покосившись на Ангнисс я чуть вздохнул, понимая, что подобного не избежать. Всё же, куда чаще именно у Лунной были жрицы, а не жрецы, а повышать свой ранг, как жреца, мне будет очень нужно. Придётся идти на компромисс — это будет меньшим злом, нежели те проблемы, которые будут в ином случае.
Мне осталось лишь принять этот крест — если два дня назад книга жречества казалась мне благом и подарком от админа, точнее возможность её взять и использовать, то теперь эта уверенность постепенно исчезала.
Уж о таком гайды не говорили точно.
******
Двое разумных молча сидели за столом.
Ругань Гильдербранда до этого была, скорее, наигранной. С Зеноном их объединяло достаточно многое, и отнюдь не то, что тот ему заделал внука — это, конечно, тоже важно, но не настолько.
Поболтав в стакане тёмно-оранжевую настойку, полурослик сделал весьма могучий глоток, едва поморщившись. Сидевший напротив него сатир пригубил из своей фляги.
— Что там было, рогатый? Только без ваших этих приукрас.
— Как будто мы начали болтать про тысячи… — хмыкнул он, поболтав во фляге остаток вина. — Не соврал эльф. Нежить была. И много — сотни полторы было точно.
— Откуда столько-то? Там же неоткуда мертвякам взяться, кладбище ведь освящали всего год назад.
— Так и не с той стороны пришли… — сатир поморщился, от чего морщины на его лбу стали особо сильно видны. — Они со стороны Старых Дубков пришли. Я даже парочку узнал, насколько лица сохранились.
— Зар-раза… — лицо полурослика скривилось, будто он зажевал целый лимон. — Думаешь, там всех?..
— Да… сам же знаешь, живые мертвякам не нужны.
— Как вы отбились хоть?
— Никак. Мертвяков слишком много было. Почти все погибли. Без эльфов — куда раньше и все, а сейчас бы вас штурмовали. Вместе с этими… — он поморщился. — А ведь по ту сторону другие люди были.
— Опять кто-то откололся… — процедил сквозь зубы процедил Гильдербранд. — Не сидится же им спокойно.
— Да… — сатир тяжело вздохнул. — А от этого хуже только нам. У вас тут-то что?
— Да так… — теперь уже поморщился полурослик, вытягивая из-за пояса весьма украшенную трубку и порцию табака. — Люди разные ходят. В балахонах. А теперь и эти.
— Значит, они по центральному мосту и прошли… — пробормотал сатир, прикидывая возможный маршрут по которому двигались мертвецы и люди. — Скорее всего, кто-то из мертвяков в воду булькнул, а там и ящер приплыл.
— Только не говори…
— Ага, нет там больше моста. Поломал.
— Ш-шваль подколодная… — полурослик добавил ещё несколько ругательств, после чего сделал долгий выдох и распалил трубку.
— Людей-то приютишь у себя ненадолго? — задал Зенон волновавший его вопрос. — Мы-то ладно, за лордом этим пойдём, обещался я. А этим идти некуда, покуда нежить тут шляется.
— Да приютим, — махнул полурослик рукой. — Меня твой лорд напрягает больше.
— Ага, забавный эльфик. Был бы девкой… — сатир подкрутил ус, а в глазах его блеснул огонёк. — Хотя чего «был бы», он жешь и был.
— Да брешешь, — ветеран выпустил облачко дыма изо рта. — Уж тут-то лозы свои мне на уши не вешай.
— Да виногра… — на середине слова сатир осёкся, вспомнив что виноградник и винокурня были сожжены. — Будущим виноградником клянусь! Сам не увидел — не поверил бы. Так нет же, девка складная…
— Так выглядит-то как мужик… ну, смазливый, как и всяк эльф, но…
— О… на такое надо смотреть, — покивал сатир предаваясь воспоминаниям о прошлой ночи. — Дай хоть зелья дымного своего, повспоминать охота…
— Тц… — недовольно бурча полурослик достал ещё одну трубку, куда менее украшенную, и положил перед сатиром на стол. — Только не пытайся умыкнуть табак и гнать на нём что-то.
— Что, попробовал уже? — получив утвердительный кивок сатир уточнил. — Что, погано?
— Передержал, — скривился Гильдербранд. — Идея хороша, да мерки надо выдержать.
— Экспериментатор… — покачал головой сатир.
— Сам такой, — хмыкнул калека. — Пошёл за левым лордом, да ещё и тёмным…
— Тёмный, да не совсем, — уже задумавшись проговорил Зенон. — В них обоих половина лесных. Феи говорят, что пахнут они так.
— Тц, они-то болтать…
— Лорелей сказала, — на этих словах его собеседник прервался, как бы уловив эту информацию.
— И что о нём скажешь-то?
— Мало ещё были с ним. Да только крестьян постоянно сзади держит, как и нас.
— Так тыж сам пообещался ему отдаться, коль доведёт сюда всех. Не дурак же он вас вперёд кидать, — ухмылка на лице полурослика была весьма похабной.
— Так-то оно так… да только не то что-то. Другое в нём я чую.
— Хо, и что же ты чуешь, гончий агнец?
— Ой, да иди ты… — махнул рукой на Гильдербранда Зенон. — Но он согласился нас восстановить.
— Так восстановит, а заселит эльфов небось…
— Восстановить НАС, — выделил последнее слово сатир, заставив своего собеседника выпустить колечко дыма.
— Даже так… — ветеран покачал культяпкой, что была у него вместо ноги ниже колена. — Думаешь, вытянет?
— Ставку бы я сделал, коль было бы ещё чем.
— Ну да… — Гильдербранд вновь пыхнул дымом из трубки, погрузившись в свои мысли.
******
А сатиры оказались теми ещё барахольщиками… за что им я решил выписать премию — слишком уж достойно и быстро они сработали, умудрившись привлечь к этому и эльфов.
Буквально за пару десятков минут, которые были ими потрачены снаружи Морковьево, они ободрали каждый труп что там лежал. Начиная от раубриттера и его лошади и заканчивая последним зомби — всё что имело хоть какую-то цену, разве что кроме внутренностей разумных, они собрали и, даже без особой ругани с полуросликами и кентаврами, отстояли за мной.
Как говорит большинство богачей, всё состоит из мелочей. И вот этими мелочами, если перевести всё в золото, они притащили немногим меньше тысячи. Если же говорить более детально — практически неповреждённая броня раубриттера, которую потом можно будет переплавить на руду или кому-то отдать, его меч, вполне пристойного качества и тарч, пусть почти доломанный, но распилить на пару досок можно. Практически полтора десятка кольчуг разной степени сохранности, да почти полсотни комплектов оружия, которое можно было как использовать самим, так и просто пустить на переработку.
Но самое главное — они стянули с коня, помимо седла и попоны, седельные сумки.
В этих сумках обнаружились мешочки с золотом, которое, судя по всему, было также предназначено для оплаты этим солдатам — это почти четыре тысячи золотых, но даже учитывая количество и качество солдат… этого бы им не хватило. Хотя, зомби денег не берут, так что…
Помимо денег, в седельной сумке обнаружился мешочек с драгоценными камнями, в основном красного цвета. Их было полтора десятка — как раз около одной меры.
Самым же интересным оказалось письмо, распечатанное и написанное крайне аккуратным почерком. Адресовано оно было Вальтеру, но имени отправителя не было, что меня несколько огорчило.
В этом письме были весьма детально описаны приказы для этого рыцаря. Самым главным было занять эту деревню, после чего двинуться на восток, для воссоединения с лояльными бандитами, подкрепление от которых было к нему также прибавлено, с дальнейшим занятием Сосновки, где его будет ждать ещё один рыцарь, направленный для укрепления позиций. Против кого, правда, уточнения не было, но вряд ли против Сосновки.
Кроме этого, было дано разрешение как покорить, так и убивать тех, кто, по его разумению, не принесёт пользы их величию.
Особо ярко, и наиболее жирным шрифтом, было выделено требование сохранить и лелеять перчатки что были ему даны, как символ того, что он является посланником и для большей «сговорчивости» всех, с кем ему придётся работать. Какие-либо кары за их утерю или повреждение указано не было, но сквозь строки читалось что в таком случае его будет ждать очень недолгая и грустная жизнь.
Несколько особо любопытных сатиров подглядывали из-за моих плеч, но я это проигнорировал. Ну, что сказать, этому раубриттеру не повезло… и повезло одновременно. Ему уж точно не придётся встречаться со своим господином, а значит, какую-либо кару он за утрату перчаток не получит.
— М-м, — я задумчиво цокнул языком. — Мне нужна доска и пара листов бересты.
Получив требуемое, я взялся за стилос, и начал аккуратно выводить буквы, составляя документ о премировании, во-первых, тех кто участвовал в бою, то есть всех морских эльфов, фей, Ангнисс и Зенона, а во-вторых, тех, кто обеспечил и организовал сбор трофеев, то есть семерых сатиров. По первому списку шла премия в размере ста и пятидесяти золотых на каждого, а по второму списку по сто.
Бумажку пришлось продублировать, для каждой из сторон.
После того как с ней все ознакомились, за исключением Ангнисс и Зенона, и выразили своё согласие на данную премию в таком объёме… были заторможены мной, с переносом подписания этой бумаги на завтра.
Для меня аргумент был очень прост — это очередная бюрократическая штука, которая даст мне каплю опыта, которую нежелательно терять. Каждый уровень требует всё больше, и я не уверен, что у меня получится поддерживать столь же высокий темп, учитывая, что уже сейчас времени не всегда хватает. Очень уж много времени уходило на самое базовое действие… а именно — переход до ближайшего боя.
Для них аргумент был более натянутым — сейчас будет пьянка, чтобы случайно не раскинуться деньгами, да и такое надо с утра, с хорошего настроения…
Сама новость о премировании неплохо повысила довольство всех. Это стоило мне чуть больше двух тысяч — половину из того, что было в седельной сумке, — но это также будет и показателем, что я не упускаю из виду чьи-либо заслуги.
Но время всё дальше и дальше клонилось к закату. За это время ко мне не раз успели подойти разные полурослики, перекинуться парой слов, побежать по своим делам дальше, и далее-далее…
Прогулка по деревне надолго не затянулась — весьма быстро я наткнулся на Зенона и Гильдербранда, которые вполне мирно сидели, потягивая как напитки, так и трубки с табаком, периодически что-то говоря.
Подпись Зенона мне была-таки нужна, для полновесности бумажки, так что я двинулся к ним. А если получится ещё и решить одну из проблем…
Когда сатир услышал о требуемом, то подмахнул бумажку едва бросив на неё взгляд. Также без особых проблем было получено разрешение на проведение религиозного обряда — пусть и формальность, но оно было соблюдено… а помимо этого я задал волновавший меня вопрос — нет ли у них башмачника.
В ответ на этот вопрос я был направлен к здешнему кожевнику, который работал как с одеждой, так и с обувью. Был он с противоположной стороны деревни, так что путь до него занял некоторое время, а потом ещё и объяснить, что требуется, на примере…
И тот, подхватив мои сапоги-скороходы, тут же сказал мне разуться, после чего подложил дощечку мне под ноги, быстро обведя те угольком и что-то прикинув у себя в голове, после чего озвучил цену.
— Пять сотен и к утру следующего дня будет как под тебя делали.
— А как?.. — кожевником я не был, так что мог лишь догадываться как он и что будет делать. На мой вопрос он махнул рукой.
— Тебе оно не надо. Так платишь или как?
Альтернативы на ближайшее время не было, так что я передал тому требуемую сумму, после чего меня выпроводили наружу. Оставалось лишь вздохнуть и начать готовиться к следующему танцу и мелодии. Придётся вновь скинуть броню, да перевязаться бинтами… и где-то найти гитару или что-то подобное.
Но я уже знал, кому я её посвящу эту мелодию и песню.
Ближе к полуночи все уже были готовы праздновать победу.
Длинные столы, за которыми сидели полурослики, а также стол, где могли сидеть вместе с ними. Удивительный такт — они расположили всех так, чтобы было «не обидно».
Гильдербранд сидел чуть поодаль, рассказывая самым молодым из полуросликов, в том числе и детишкам, какие-то истории. Когда я проходил рядом то чуть прислушался, и невольно отметил для себя, что он рассказывал отнюдь не что-то «мирное» и «детское», а историю что походила на байки ветерана о своей старой службе, а «детишки»… с интересом слушали и внимали практически каждому его слову!
Уловив же моё внимание, он чуть хмыкнул, но от рассказа не отвлёкся, явно планируя довести его до конца. При этом было заметно что он краем глаза следил за тем, что происходило за столами, как бы проверяя, всё ли так как он указал.
Рядом со мной и Ангнисс было больше мяса и рыбы, и рядом с нами были морские эльфы. Сатиров аккуратно разместили вблизи нас, но дав им больше «травы» и алкоголя, а вот сработать с феечками у них не получилось, так как они летали то тут, то там, чаще перехватывая что-то сладенькое, типа орешек в меду.
Даже Хати усадили рядом с нами, посчитав за полноценного спутника и члена отряда.
Полурослики и немногие кентавры поднимали кружки, восхваляя храбрость как кентавров, так и нас, не забывая отдать почести Гильдербранду, который всё и организовал.
Было видно, что они привыкли праздновать с размахом, не экономя и не жалея на праздник ничего. Складывалось ощущение, что тут собралась практически вся деревня — настолько много полуросликов тут было.
Но спустя какой-то время один из полуросликов — Гильдербранд — поднялся, и поднял кружку, привлекая к себе внимание.
— Сегодня был тяжёлый день. Мы узнали тяжёлую весть — Винница уничтожена, на этих землях вновь поднимаются немёртвые, а их слуги уже давно бродили недалеко от нас. Сегодня нас взяли в осаду и некоторые из нас погибли, хотя никто не верил, что такое может произойти, — он замолчал, стоя с поднятой кружкой. Весь гомон прекратился, а полурослики внимали каждому слову что тот говорил. — Мы были беспечны, и не приди к нам помощь, сегодня мы бы кормили вороньё, и это в лучшем случае. Мы могли бы восстать, как и те, кого привели под нашу стену… а ведь кто-то говорил, что это растрата… — он хмыкнул, но быстро вернулся к серьёзному тону. — И посему, я хочу поблагодарить тех, кто пришёл к нам на помощь, не прося ничего взамен. Я видел, как они сражались, каким был неравным бой, но как они победили. Я поднимаю эту кружку за наших спасителей, за Мэйзара и Ангнисс, тех, кто привели к нам помощь. Будьте здравы.
Звонкая тишина прерывалась лишь глотками, которые неспешно делал Гильдербранд. Складывалось ощущение, что он озвучил то, что предпочитали до этого не замечать.
С небольшим запозданием начали разноситься те же слова — пожелание здоровья и благодарность. С одной стороны, ощущалось смятение, смешанное с радостью и задумчивостью…
Однако оставлять такое без ответа было нельзя. Могут понять, но не оценят.
Я встал со своего места, привлекая внимание всех сидевших, после чего гомон вновь умолк, давая мне возможность говорить.
— Я благодарю вас за то, что вы приняли нас как гостей. Немногие готовы принять таких как мы с сестрой, тёмных, даже после такого.
Я ненадолго замолчал, подбирая следующие слова. Возможно, это цинично, так с ними играть, но…
— Мы давно скитались по земле, не зная, что такое настоящая «семья». Мы лишь недавно познали, что такое умиротворение, лишь тогда, когда смогли уйти от своей старой семьи… от своих старых корней.
Мне приходилось играть интонацией голоса, где надо, смягчая его, а где надо — делая более глубоким или приглушённым.
— Но даже там, где мы нашли умиротворение, «семья» нас нашла, вынудив бежать. Они забрали практически всё что было у нас, и жизни тех, кто нас приютил… и после этого мы оказались здесь, на этих островах.
Новая пауза, подчёркивающая завершённый отрывок. Ни единого звука — все слушали то, что я говорю, то, к чему я веду.
— Мы вновь пустились в наше странствие, надеясь найти место, где мы сумеем мирно жить. Мы не любим войну — она тяжела для всех, болезненна и разрушительна. Мы хотели найти место, где сумеем жить в мире… и мы вышли к Виннице, которую разоряли мертвецы и проклятые. Мы с сестрой не смогли пройти мимо — это зрелище болью отдавалось в нашей душе, — мой голос уже начал распаляться, и послышался скрип дерева, шедший от моей кружки, которую я слишком сильно сжал. — Мы знали, что будем чужими, но… нам дали шанс. Нам поверили, дав возможность спасти оставшиеся семьи, которые мы привели для спасения к вам. Но даже здесь, даже у вас… произошло почти тоже самое.
На этот раз появилось согласное бурчание, но без какого-то конкретного источника.
— Мы не могли взять и уйти, ведь жизнь превыше всего. Мы не смогли вас оставить, и вы приняли нас здесь, почти как семью… нормальную семью… — мой голос в этот момент стал чуть более приглушённым, как бы отсылая их к тому, что у тёмных эльфов понятие «семья» весьма отлично от их. — И я поднимаю этот тост за всех вас, тех, кто приняли нас здесь. Будьте здравы все вы.
После этого я вновь поднял кружку и приложился к её краю, делая медленные глотки.
Столы же… после этого практически взорвались. Где-то были слышны отклики и едва ли не клятвы в вечной дружбе, предложение о принятии в семью, остаться здесь, со всеми…
Но когда я опустил кружку, то наткнулся на взгляд Гильдербранда. В нём читался расчёт и оценка, будто измеряя мою ценность и то, что можно получить. Он чуть кивнул, как бы говоря, «пусть будет так».
— Но коль вы позволите, — начал вновь говорить я. — Мы с сестрой желаем сыграть песню и провести танец во имя Луны, под которой находимся все мы сейчас.
Под одобрительные восклицания и видимый хмык старосты, мы выдвинулись на заранее отгороженное место. Мне передали мой инструмент, после чего моя сестра начала танец под растущей луной, а мой голос начал вести новую песню.
Пусть Песнь о Бездне, но не о той, о которой изначально была речь… но именно эта песня подойдёт.
Когда же лунный луч вновь коснулся меня, вновь ослепляя и заставляя ощутить изменения глубоко внутри себя, я выдохнул, продолжая песню уже совершенно иным голосом.
Я бросил взгляд на Хати, который, кажется, начал что-то понимать. Быть может отблеск костра, быть может, просто показалось, но на его мордашке что-то блеснуло, а сам он поскуливал, будто понимая о ком была эта песнь.
Третий день.
Окончание ночи и начало утра было ознаменовано новой пачкой сообщений о повышении отношений. Вероятнее всего большую часть этого бонуса я получал благодаря тому, что ассистировал Ангнисс, однако бонусы всё равно были достаточно ощутимыми. Особенно важным было повышение у здешнего старосты-полурослика — его, видимо, также зацепила песня и музыка что были мной выбраны, так как иначе я не могу объяснить повышение почти до двадцати единиц.
С теми же с кем отношения были и так были на «высоком» уровне, это такой сильный эффект не возымело. Впрочем, учитывая, что эти повышения идут и не ограничиваются, это и так более чем достойный результат. Важнее было то, что продолжали расти отношения с моим покровителем, так как это, рано или поздно, но вполне может сыграть достаточную роль.
Ещё одной приятной новостью, помимо ещё одного заклинания, стало то, что принесли сапожки, которые я вечером оставил у сапожника. Они подозрительно пахли спиртом, но размер оказался ровно под мою ногу. Ответа на вопрос «а как» я не получил, но и задан он был исключительно из интереса.
Радоваться же обновке мне пришлось недолго — сие деяние прервал запыхавшийся полурослик, которой просил «срочно подойти к дому старосты, у него какой-то важный разговор».
После того как оный сбежал, я, чуть притопнув обновлёнными сапожками, проверяя действительно ли хорошо сидят, направился к дому, где вчера видел Зенона и Гильдербранда.
Сама же деревенька… была весьма сонной. Отмечали они вчерашнюю победу, как до нашего выступления, так и после, более чем активно и достойно — по моим прикидкам, они вытащили мер эдак пять еды и питья, да всё это и было съедено.
В памяти мелькнула одна из отрицательных книг знаний, «Гедонист», которую меня подбивало взять в начале. В целом, там были весьма достойные бонусы в том числе, но вот цена этих бонусов… слишком непомерная. Если прирост стоимости содержания ещё можно было скомпенсировать, то вот практически еженедельные празднества… там никаких ресурсов не напасёшься.
Эти же полурослики… глядя на то как они это «отмечали» — в них будто дух из этой книги вселился, который так и вытягивал из них как еду, так и питьё.
При том весьма-таки недурное питьё, смею отметить.
Ещё до выступления я успел отметить, что они позволяли себе пригубить оранжеватого напитка — это оказалась их фирменная «морковная». Вкус у неё был не слишком выдающийся, одновременно как с капелькой сладости, так и с горчинкой, но при этом она очень легко шла, а голова после неё не тяжелела. Куда больше была интересна их тыквенная настойка — оказавшаяся более сладкой, густой и менее креплёной. Уже из-за этого напитка я бы предложил переименовать деревню в «Тыкьево», но увы, название выбирал не я.
Последняя была грязно-коричневого цвета, оказавшаяся «табачной». Её я попробовал уже после выступления, но вот особого удовольствия она уже не принесла. Во вкусе было слишком много дыма, да фруктовые нотки были перебиты излишней концентрацией табачного привкуса. Табака, при том, крайне крепкого. Даже моя память подсказала — тот, что я обычно брал, как и тот, что я курил в последний раз, были куда более мягкими, но более пряными. Да и запах…
Я чуть поморщился от всколыхнувшейся памяти. Уже к тому времени я практически завязал с курением, позволив себе исключение перед «нырком», прощальное, если можно так выразиться. Сейчас же мозг тоненько подвывал — сигарку бы, с утра, самое оно… Но приходилось сдерживаться.
Память также подсказала что надо будет закончить выписку премии. Это я решил перенести на момент после разговора с Гильдербрантом, да и дать сатирам отоспаться — это святое. Эльфам же… некуда спешить с их сроком жизни.
Чуть усмехнувшись последней мысли, я добрался до дома старосты, после чего постучал в дверь. Услышав что-то на разрешающем, я зашёл внутрь, слегка пригнувшись из-за малого размера двери.
Сам дом был обставлен весьма скромно, можно даже сказать «слегка аскетично». На одной из стен висело несколько топоров, копьё и лук, но что-то мне подсказывало что это не декор.
Однако больше меня удивило то, что гостем я тут был… не первым. Высунувшийся из другой комнатушки Зенон кивнул мне, чуть качнув головой после этого назад, мол, заходи. Отказываться смысла не было — раз там сатир, то и хозяин дома наверняка будет там же.
Комнатой оказалась небольшая кухонька, где и сидела эта парочка. Гильдербранд медленно раскачивал остаток своей правой ноги, как бы разминая колено, а Зенон как-то мечтательно улыбался и смотрел в потолок, пока рядом с ним стояла небольшая, в сравнении с той, что была у него до этого, кружка.
— Ну здравствуй… лорд, — прищур у полурослика был достаточно суров и в нём читался серьёзный настрой. — Садись, в ногах правды нет, — он хмыкнул, продолжая разминать колено.
— Благодарю, — присев на стул я скользнул взглядом по сатиру, отметив, что жидкость в его ёмкости ещё есть.
— Я вот что хотел обсудить, — с места в карьер начал тот. — Мне тут одна… птичка… нашептала, — он хмыкнул, мазнув взглядом по своему первому собеседнику. — Что планов у тебя много, да амбициозных особенно.
— Птичка, значит… — я со скепсисом посмотрел на сатира, пока тот изображал оскорблённую невинность. — Ну, допустим. Планов хватало. Как минимум — сегодня планировал ещё поесть, а потом и погулять по округе.
— Погулять, хе… — полурослик хмыкнул. — Прогулки — это хорошо. Для здоровья полезно. Иногда, правда, и вредно, — он на несколько секунд выставил ногу, как бы демонстрируя «вредность», после чего перестал ею раскачивать.
— Так ходить надо, где тебя ждут, — ввернул колкость сатир. — Вон, сегодня меня ждали, так я и довольный, на утро даже целованный, — я услышал отчётливый скрип зубов, а глянув на сатира отметил у того на шее несколько засосов.
— Не нарывайся, рогатый, я же тебя ногой достану, — буркнул Гильдербранд. — Но ладно, — вздохнув, он вернул более серьёзный настрой. — Я, конечно, потянуть жилы люблю, но знаю, что вы, лорды, время очень уж цените. Видал когда-то такого. Так что давай к делу.
— Люблю практичный подход, — я кивнул, отметив, что шутливость и мечтательность с Зенона также слетели.
— Мы тут давно уж живём, а я и подавно. Но последние лет дцать свободно жили. Даже ледышки спокойно сидели, едой закупались.
— Ледышки? — я приподнял бровь.
— Викинги, ктож ещё обледенелый… путешественники потерявшиеся. На юго-востоке засели, поджали железку под себя. Но на еду меняют, когда нам инструменты какие нужны.
— Понял о ком речь, — я кивнул, поддерживая уверенность на лице, как будто про это знал. Ещё одна фракция на мою голову…
— Но вот людишки опять бузят, сам видел, — он поморщился, вспоминая вчерашний день и вечер. — И ладно бы нормальные, с ними поговорить можно…
— А эти так налетели, угрожая сразу, да?
— Так и есть. Да только не ждал он что мы вообще драться будем. То ли забыл о наших копытных, то ли за врагов не считал… — полурослик вздохнул. — Хотя как они снаряжены, это едва ли противник даже тому сброду.
— Я-то кентавров помню знатными бойцами, не хуже рыцарей…
— Да наши «обмирели», — Гильдербранд чертыхнулся. — Пахать им, видишь ли, любо. О том как оружие держать они вообще забыли, а детишек своих даже не учили толком. Уж как они вылетели… — его лицо скривилось, и было из-за чего. Деревяшки вместо брони — это, конечно, ход хитрый, но надёжным его едва ли назовёшь.
— Понимаю, — я покачал головой. — Негоже это, так делать.
— Так слушать не хотели… — он сделал долгий выдох. — Так и пропали. Несколько охотников было, но они ушли до атаки.
— Скорее всего, поохотились уже на них, — как бы между-прочим отметил сатир.
— Да о том и речь. Я знаю где они охотились — обычно западнее, между нами и болотами. Оттуда разную дичь таскали. В руины только не ходили — там раньше пара грифонов жила, но тех подкармливали даже.
— Руины?
— Старые. Пока дитём ещё я был, там замок стоял. Эльфячий вроде. Но потом что-то случилось, уже не помню по давности, и без хозяина остался. Люди на севере не лезли туда, ледышки тоже, а ящерки у себя в болотце спокойно сидели.
— Видать, там и сердце замка было…
— Наверное, чёрт его знает, — полурослик махнул рукой, но я заметил, что в его взгляде что-то мелькнуло. — Но речь не о нём. Знаю, что ты им обещался деревню отстроить снова, да и рогатую при том.
Я, приподняв бровь, вновь посмотрел на Зенона.
— Ну, допустим.
— Хотя лести о тебе он не разливал, — на мой очередной взгляд сатир развёл руками, мол, «так нечего и рассказывать-то, не было ещё ничего». — Но вот прям убеждал меня в тебя поверить… — на этот раз удивлённо смотрел на полурослика уже сатир.
— Что, прямо убеждал?
— Ага, рога свои ставил, — усмешка полурослика была весьма язвительной, как минимум для рогатого. — Но деревня одна у тебя, считай, уже есть. Если замок займёшь.
— Предпочёл бы две. А лучше три. Хотя от пяти тоже не откажусь — я не жадный, — полурослик фыркнул на мои слова. — Но да. А замок я понимаю, где искать. Надо только выбить тех, кто там есть.
— И после этого ты мечом пойдёшь…
— Чего же сразу мечом? — прервал я старосту. — Я эльф мирный, мухи не обижу… — его скептичный взгляд явно говорил о том, как он в это верит. — Про людей, особенно таких, я ничего не говорил. Как и о нежити.
— Ну допустим. Нам-то просто так сходить с места неохота, да и ссориться не с руки.
— И мне неохота заново деревню отстраивать, да людей-сатиров с нуля заселять, долго это…
— Да и настойки здешние терять негоже… — вставил свои пять копеек сатир.
— Но за одни ваши танцульки мы, конечно, не пойдём под крыло, — я пожал плечами, мол, «а как иначе?». Не будут же ко мне присоединяться просто за сам факт и улучшение отношений за танцы? — Но договорчик подписать можно. Предварительный.
— Ну, так тут не только за танцульки… — протянул я, покосившись в сторону окна, мол, «а вчерашняя осада?». — Но я заинтригован…
— Ага, есть такое… — полурослик поморщился, после чего цокнул языком и продолжил. — Коль ты станешь лордом до конца недели, мы согласимся пойти к тебе под крыло, но с условиями. Копытные явно под твоим крылом будут сидеть плотно, коль ты им такое обещаешь, но мы дело иное.
Видимо, система решила автоматически продвинуть квест по присоединению деревни. Скорее всего это из-за высокого отношения с полуросликом — конкретно с ним оно было на уровне 21 единицы, пробив этот «барьер».
Этой же системой он, видимо, и проверяет какие книги у меня есть, раз так смело рассуждает о «копытных».
— Воевать за тебя мы не будем, — чётко обозначил он эту позицию. — Пара наших шебутных может и пойдёт, но именно все — нет. Только для защиты нашей же деревни…
— И замка, — тут же добавил я. — Вам в этот же замок и бежать, если придёт кто-то слишком тяжёлый.
Его лицо чуть скривилось, но он кивнул.
— И замка, если мы там будем укрываться. Налоги мы платить можем, но не самые крупные, и лучше бы едой. С монетами на островах у нас тут беда.
— Приемлемо… — чуть кивнул я, ожидая что он ещё скажет.
— Но слишком большой налог мы не оплатим. Земля здесь такая, не мечта и идеал, но сойдёт. И нам нужны будут ремесленники.
— Кузнец? — наугад озвучил я.
— Он самый. Кентавры некованные, инструмент портится, гвоздей мало. На клее всё не сделаешь. Рыночек не помешает, если ледышки торговать приедут. Да и для езды между деревнями не лишний — будет где передержать их, — он качнул головой на Зенона. — Зверьё тягловое. Да и само зверьё надо — кентавры повозки не тягают…
— Есть на чём записать?
— Хм, есть, — полурослик хмыкнул, вытаскивая из-за спины свиток. — Грешно не иметь такое в хозяйстве.
— Ох, опять ты начинаешь, Гильди… — пробурчал Зенон, вот только глаза его выражали совсем другое. — Не трави своими бумажками.
— Травил, травлю и буду травить, рогатый.
— Ну, раз так… — я сложил пальцы рук вместе, после чего посмотрел сначала на сатира, а потом на полурослика. — Начнём, пожалуй.
После чего начались переговоры.
В отличии от своих иных сородичей, особенно тех, на которых максимально отыгрались стереотипы, он вёл торг коротко и сурово. Можно сказать, практически по-армейски — он обозначал позицию, под которой была аргументация, которую при этом всё ещё можно было «пошатнуть».
И в этом «расшатывании» как раз таки отличился Зенон. Он с Гильдербрандом был знаком многим более моего — или, по крайней мере, система это знакомство сгенерировала с определённым сроком, — в следствии чего с куда большей лёгкостью раскусывал его уловки и недомолвки, хотя отдельные из них выхватывал уже я.
Однако даже с подходом полурослика было кристально ясно — он запрашивал больше, чем ожидал получить. Постепенно его список требований снижался, но было отчётливо ясно, что это только начало…
Спустя чуть больше, чем час мы сформировали предварительное соглашение. Фактически, данная деревня, представляемая Гильдербрандом, обязу…
Выйдя из дома, я тряхнул головой, стараясь выкинуть из головы эти заумные юрико-дические формулировки, от которых постепенно начинали скрипеть зубы. Я понимал почему бюрократию не любят, но… угх, вот такие кадры, въедливые до последней буквы, именно они вытряхивают и протрясут всю душу, выедая при этом мозг ложечкой.
И, технически, остаются абсолютно в своём праве и правы.
Скорее рефлекторно я уселся на стул стоявший рядом. На столе было пусто, а деревня… жила своей жизнью. Спокойно и неспешно.
Зенон же, сравнительно довольный, вышел из дома спустя пяток минут, попыхивая трубкой. Не особо церемонясь, он уселся на соседний стул, после чего вытащил из-за пазухи небольшую флягу.
— Будешь, лорд?
— Чёрт с тобой, давай…
Приняв от него флягу, я сделал короткий глоток чуть поморщившись. Внутри было вино, не слишком креплёное, но достаточное чтобы меня чуть пробило на дрожь.
— Наше фирменное, — кивнул тот заметив мою реакцию. — Немного уже осталось, придётся у здешних брать.
Сатир продолжил мерно попыхивать трубкой, пока я переваривал ту информацию что получил во время торгов… а также после показа карты здешней местности — на пергаменте, но уже очень старой как минимум на вид. С неё я списал часть информации к себе, но, увы, особой точности не было.
А рассказали немного о Сосновке — не столь важно, хотя и полезно, но куда больше о центральной части этого острова, а также местным… «достопримечательностям».
Сравнительно недалеко отсюда — каких-то километров пятнадцать-двадцать, «всего-то» — была каменоломня, которая то так, то эдак, но переходила из рук в руки. Периодами туда заглядывали и сами полурослики, натаскать камней, либо наменять на еду, но слишком большой необходимости в камне у них не было.
На юго-западе был старый разрушенный сторожевой пост — его ещё лет пятьдесят назад сожрал один из морских змеев, оголодавший в то время настолько, что сам выполз на сушу и несмотря на всё дополз и соизволил отобедать теми, кто тогда там был.
Если же идти на запад — там уже был мост, да при том не простой. Там жил… тролль! Когда же я задал вопрос о том, нужно ли от него избавляться… на меня разве что руками не замахали. Он, со слов этой парочки, поддерживал мост в прекрасном состоянии, не требуя при этом какого-то слишком большой платы — соглашался чаще всего на еду или алкоголь, а большую часть времени и вовсе спал.
А за этим западным мостом было огромное болото… занимавшее едва ли не весь остров. И там, по крайней мере раньше, жили самые разные чешуйчатые — несколько племён людоящеров, да и какие-то из зверолюдей тоже, но куда менее заметные и встречающиеся.
На северо-восток был сравнительно небольшой горный массив, но это и всё что о нём знали, что Гильдербранд, что Зенон. Разве что упомянули, что там рядом с подножием были какие-то странные минералы, да парочка «отшельников» — один едва ли не аскет, а вот другой вполне-таки содержал свой небольшой виноградник.
Мозг зацепился за этот момент — уже не в первый раз упомянули этого владельца виноградника, а это явно намёк на какой-то будущий квест или что-то подобное.
Далеко на юго-востоке же сидели как раз «ледышки», какая-то потерявшаяся чёрт знает сколько лет назад экспедиция викингов, да и осевшая тут, в связи с потерей ориентира. Раньше они делали набеги на острова за пределами этой группы, но у них что-то весьма долго не ладилось. Они же и приватизировали железный рудник, металл с которого крайне редко продавали полуросликам.
Ровно же на юге, с их слов, был просто разделённый напополам остров, на котором какой-то особой ценности, за исключением полуразрушенного маяка, не было.
Но это всё округа, а самым важным было то, что находилось совсем рядом. Практически под носом, можно сказать. А именно — старое гнездо грифонов в руинах замка, который ныне, вероятнее всего, был занят людьми, направленности тёмной.
Там же, судя по тем ориентирам, которые мне отметили на карте в целом, и должно было находиться сердце замка. Те же около пятнадцати-двадцати километров, а если маршрута не знать, то все тридцать, пока правильно найдёшь путь. Это и было основной проблемой — само то место было окружено небольшими горами, которые возвышались вдали, что наводило на мысли о том, что ранее это был оплот гномов.
Куда больший скрежет зубов вызывало иное — сколько людей у сидящего на руинах противника я мог только догадываться. Если ориентироваться по тому письму что было у меня на руках — как минимум ещё одна подобная группа выдвинулась в другое место, но и оставаться в одиночку этот предводитель бы не стал. Негоже.
Хуже было то, что это должен был быть кто-то особый, и вариантов было много. Либо особо зажиревший раубриттер — уровня элиты или близкого к оному, что крайне повышает все его характеристики, либо тёмный рыцарь, это уже юнит седьмого тира, который ещё и владел магией тьмы до кучи. Да, не слишком хорошо, но это уже будет проблемой.
Куда хуже, если это окажется волчий князь — оборотень, шедший как альтернатива тёмного рыцаря. Он магией уже не владел, но делал больно по-другому — тем, что он никогда не бывает одним оборотнем в этой области, а вычищать такую заразу, это боль в чистейшем виде. Про его физические характеристики можно и вовсе умолчать — он мог уложить на лопатки рыцаря тьмы без особых проблем. Один на один.
Худшим же вариантом был бы даллахан… если это он, то это буквально знак «не твой сегодня день, иди на реролл». Забороть такую тварь базовым набором юнитов, которых реально собрать на старте, возможным не представляется — он в одиночку порвёт и рыцаря тьмы и волчьего князя, не слишком запыхавшись, а на сдачу небольшой отряд пехоты. В одиночку.
При этом, меня уже поджимают сроки — третий день начался, и за сегодня-завтра мне кровь из носа надо занять замок.
Под эти мысли я сделал ещё один глоток из фляги, уже не столь обращая внимание на вкус.
Но была и другая проблема. Пусть о присоединении этой деревни я, фактически, договорился… но даже на краткий срок я бы не взял отсюда как полуросликов, так и кентавров.
Полурослики здесь практически не бойцы — тут от силы десяток пращников, да спешно обученные кидаться камушками фермеры. Таких пытаться тащить в бой — только на убой их пускать.
Гильдербранд был странником, но он же был и калекой. Ему было весьма тяжело передвигаться куда-либо, да и покидать деревню он отказывался.
Здешние же кентавры… в момент мыслей о них я не смог удержаться от разочарованного вздоха. Это были какие-то «одомашненные», иначе я их назвать не могу. Они могли угрожающе выглядеть, но вот только как бойцы они были никакие. Это были едва ли не те же фермеры что и полурослики, разве что чуть более живучие и сильные.
Оставалось лишь ещё раз тяжело вздохнуть, горюя о несбывшихся мечтах. Получить ещё пяток юнитов тира эдак четвёртого, да с отсрочкой… это было бы прекрасно. Но жизнь распорядилась иначе.
— Зенон, собери сатиров, фей и эльфов, — с лёгкой долей усталости проговорил я.
Тот пожал плечами, мол, «как прикажешь», после чего неспешно двинулся за моими солдатами. Пришло время раздать обещанную вчера «премию», а то ещё недовольство поднимется, да и что-то, быть может, предложат толковое. Эльфы по крайней мере.
Спустя пять минут вся «боевая» группа собралась, ожидая, зачем их собрали. Эльфы поддерживали спокойный вид, большую часть времени молча, тогда как сатиры и феечки в полголоса переговаривались.
— Как я вчера и говорил, — начал я ровным голосом, не вставая из-за стола. — За тот бой, что прошёл вчера, а также за то, что было после, я обещал выделить часть, — достав из сумки обе бумажки, я положил их на стол, после чего приложил поочерёдно к каждой из них печатку, закрепив и утвердив их, а также получив порцию опыта. — Я от слов не отказываюсь. Подходите по одному.
Первыми в очереди оказались сатиры — каждый из них принимал стопку монет с довольным видом, ведь это была их практически двухнедельная зарплата, помимо той которая им причиталась в конце недели. Для остальных эта сумма была более скромной, но… кто откажется от премии, не так ли?
Каждую выдачу я сопровождал несколькими поощрительными словами — подобрать что-то общее несложно, но это также улучшало дух. Немного, чуть-чуть, но всё-таки. Тихонько скрипнула дверь дома, но я не обернулся, продолжая выдавать обещанное золото.
Когда очередь дошла до Зенона — он был последним среди сатиров — я проговорил уже больше.
— Твои навыки очень пригодились. Не ожидал что ты являешься хорошим магом, — передавая ему чуть большую стопку, как участвовавшему в бою, я добавил. — Надеюсь, я смогу рассчитывать на твои навыки и в дальнейшем.
— Ох, ну что вы, лорд, — он прямо-таки подбоченился, как будто его чувство собственной важности прямо сейчас гладили по пузику. — Это всего лишь фокусы старого сатира, чего уж там, да и то, скромненько так, мог бы и больше, да времени бы дали поболее, но там уж такое было, спешить надо…
Он ещё немного позаливался соловьём, но в итоге отошёл в сторону, уступая места феям и эльфам.
В словах феям я сделал больший акцент на их разведку, что именно благодаря им мы успели добраться до деревни и, отдельно, поблагодарил за помощь раненым и, в особенности, Хати.
Однако, когда очередь дошла до эльфов, пришло понимание, что отдельное слово придётся высказать и Яхелю и Талфелю, поскольку отметился каждый из них.
— Талфель, — с кивком передаю ему премию, которую он степенно принимает. — Хочу отметить твои навыки командования. Уверен, что в будущем они станут лишь лучше, как и твои навыки в бою.
«Гладиатор» с трезубцем была премирована за успехи в сражении с нежитью, а предпоследний, «безымянный», эльф был отмечен общими словами — молодец, везде и понемногу.
Последним же на получение премии выступал Яхель, и было видно, что ему не по себе. Учитывая то, что произошло буквально два дня назад — память-то у эльфов не столь коротка — он явно предполагал что-то «не то». Однако…
— Яхель, тебе же я хочу выразить благодарность за то, что ты вышел навстречу рыцарю, и внёс более чем весомый вклад в победу над ним. Без твоего стремительного натиска, уверен, всё произошло бы совершенно иначе.
Он на какой-то момент запнулся, после чего пробормотав благодарность принял премию и поспешил отойти в сторону, уступая место последнему члену отряда.
— Сестра моя, — на моём лице появилась улыбка, да и сам я почувствовал какую-то мягкость. — Ты поддерживаешь меня во всём, и ты прекрасно показывала себя во всём, что было до сего дня. Я благодарю богиню, что она даровала нам возможность быть вместе и идти вперёд.
Я взял её руку, чуть прикоснувшись губами к тыльной стороне её ладони. Со стороны сатиров стали слышны перешёптывания, но я их проигнорировал.
— Столь же рада и я, брат мой, что этот путь проходим мы вместе. Луна осветит наш путь.
Когда же премирование было окончено, что сатиры, что эльфы не спешили расходиться. Да и Гильдербранд за спиной курил свою трубку, явно о чём-то раздумывая… и лишь когда я заглянул в логи, то увидел, что его отношение за все эти премирования повышалось по +1 за каждого, а за Талфеля и Яхеля аж по +2.
— Знаешь, лорд, — заговорил он, выпуская колечки дыма изо рта. — Мне интересно, тебе трофеи те нужны? С людишек тех.
— Ну, деньги выручить можно и за это. А что? Хотел оттуда что-то?
— Хотел, луков попросить, да броней десяток-другой. Жить, знаешь, охота. Перешьём под себя.
Я же прикинул в мозгу, сколько это счастье будет стоить. Луки там были охотничьи — стоили они копейки, буквально по десятку монет штука. Брони, если кожа, то тоже по десятке, а вот кольчуги по двадцатке. После расчётов я махнул рукой.
— Бери все луки что там были, да пятнадцать кожанок. Не обеднею.
— Мечей бы ещё неплохо… — тут же добавил он, но увидев мою приподнятую бровь хмыкнул. — Ладно, четырёх мечей ещё хватит. Но есть у меня кое-что, что тебе интересным будет.
— И что же?
— Знаю как в замок забраться. Скалисто там, да по молодости лазил…
— Забраться?..
— Ага. Но за это я хочу просить другое, — несмотря на его голос, с весёлыми нотками, на лице читалась серьёзность, а глаза смотрели чётко на меня.
— Ну, попробуй удивить.
— Калекой быть больше не хочу, — он показательно покачал ногой, на которой уже был закреплён протез. — Найдёшь мне лекаря, что эту культяпку в ногу превратит… авансом скажу, как добраться. А после того, как исцелишь — весь твой буду.
— Идёт, — практически не раздумывая согласился я.
После моего согласия, выпустив ещё несколько колечек дыма, полурослик начал рассказ о том, как он по молодости лазил в центральные руины, скалистые, да от грифонов бегал.
Это же стало последней каплей, которая зародила план. План резкой атаки через тот скрытый тоннель. Всё-таки, лучше так, чем напрямую в лоб.
Перчатки, доселе висевшие на поясе, плавно оказались надеты на мои руки. К моему счастью, наши с раубриттером размеры рук были почти одинаковые — перчатки сели как влитые, после чего ладони несколько раз сжались и разжались.
— Значит, теперь это почти война, — проговорил я вслух, смотря в указанном направлении.
Хотя, как бы этот поход «через назад» не оказалось тем самым «в лоб».
******
Стоило лорду отбыть как Гильдербранд затушил трубку. Последние действия этого эльфа что-то задели внутри него — он ощутил что-то давно забытое, веющее молодостью, будоражащее кровь.
«Снова война» — пульсировало в его мысли, а сердце задало новый ритм, напоминая ему о прошлом, которое он помнил.
Пацанёнок, тот же что и принёс весточку лорду, был направлен уже к другим разумным, которые, пусть и не показали себя серьёзно в начале, но поучаствовали в ночном застолье.
В конце концов, он ни в чём не соврал лорду — здешние кентавры и правда были куда более мирными, да ещё и привыкшие к труду на полях, да к скотоводству… и не столь хороши как свои «степные» сородичи.
Тот к нему прибыл быстро — ждать что полурослик, что кентавр не любили, как и откладывать важные разговоры. Даже несмотря на большую фору во времени, такое стоило решить сразу. Всё же, от этого будет зависеть будущее.
— И что хотел, Гильд? — кентавр возвышался над полуросликом подобно скале.
— Хотел предложить тебе молодость вспомнить, Эгис. Давно в скачках не участвовал? — полурослик хмыкнул, бросив на того бодрый взгляд.
— Давно, лет двадцать как, — скорее рефлекторно человеческая часть двинулась, как бы разминая мышцы и кости. — Давно уж всё на слом ушло от стар’ости, — было слышно, что кентавр плохо проговаривает букву «р»,
— Так есть предложение прогуляться, — хмык Гильдербранда был воспринят кентавром куда более ярко. Тот громко втянул воздух ноздрями.
— Только не говори, что ты хочешь пойти за этим эльфом. Чужак же.
— Раз так, не говорю, — он вопросительно изогнул бровь. — И вещичек нам даже набрал. Тот не жадный оказался, отсыпал без вопросов.
— Что, в танцы влюбился? — усмехнулся кентавр, после чего на его лице появилась улыбка во все двадцать семь зубов.
— Нет, хотя, возможно, да, но не только, — Эгис чуть тряхнул головой от краткого словоблудия полурослика. — Он взялся и держится за сатиров. И не скуп на плату — тебе ли не знать, как жлобить лорды любят.
— Знать знаю, — улыбка с лица конелюда сошла, и он поморщился. — Хочешь, чтоб я вёл молодняк? Нас совсем мало.
— Вас мало, да только птички мне кое-что нашептали, — в этот момент взгляд кентавра стал куда более внимательным. — Лордишке хватит сил, если в замке будет половинка от тех, кто там есть. Может даже всех, если правильно отопрутся, убьют.
— А мы? — он опустил взгляд на свои руки, после чего начал загибать пальцы на одной из них, показав это полурослику. — Только столько можно. Остальных нельзя, не возьму. Слабые и упадут. Да и куда?
— Побегать под стенами, да щепками покидаться, — видя, как по человеческой части кентавра вновь прошла дрожь, как будто он испытывал предвкушение от того, что может быть, Гильдербранд продолжил. — А уж в восемь луков…
— Нас четыхе, — кентавр на секунду завис. — Ты что, хочешь…
— Мы лёгкие, вы вес даже не заметите…
— Седлать себя… — лицо кентавра скривилось.
— Но подумай сам, — голос полурослика приобрёл более льстивые нотки. — Насколько важнее вы станете, если принесёте нас в бой… ведь именно благодаря той силе, что в вас есть, вашему умению, мы будем жить и помогать…
— Мх-х… — внутри кентавра боролась гордыня и понимание, что зерно истины в словах Гильдербранда есть. Тот же не останавливался, заливая кентавра лестью, так и его навыки, пока тот не махнул рукой.
— Готовиться надо, вещьё не на нас, размер, — полурослик на это кивнул. — И луки…
— Есть на всех. Брони переделают за час-другой.
— Тогда я готовить своих. И да… знаешь, — полуконь замолчал, пытаюсь подобрать слова, после его щека чуть дёрнулась. — Наконец-то,
— Знал бы ты как я этому рад, Эгис, — Гильдербранд довольно улыбнулся. — И правда. Наконец-то,
******
Наше продвижение было крайне спешным. Ещё утром было понимание — времени в обрез, но получив последнюю долю информации, о старом ходе что вёл в руины крепости, пришлось сорваться как в последний раз.
Буквально в последний момент перед выходом я раздал эльфам и феям те зелья что приобрёл на старте, так как им они явно окажутся полезнее, если что-то пойдёт не так. Каждому из эльфов досталось по два зелья, а феям и нам с Ангнисс по одному.
Это был новый не марш, но бег — для эльфов это не вызвало никакой проблемы, благодаря их силе и выносливости, да и большинство сатиров вполне спокойно проходили через это, но вот нам с Ангнисс и Зеноном пришлось использовать последние зелья выносливости, что были мной закуплены до этого.
Система восприняла этот марш-бросок как очередную тренировку, благодаря чему я ближе к окончанию оного получил ещё одну единицу к выносливости.
Координаты, данные Гильдербрандом, были весьма точны, благодаря чему мы быстро обнаружили одно из особо иссохших и разломанных деревьев у возвышавшейся вверх скалы.
Последующий обыск этой скалы показал — в ней есть щели, из которых тянуло сыростью. Я сделал себе отметку — после захвата, если он будет успешен, этот путь надо будет либо перекрыть-изменить, либо и вовсе уничтожить. Рядом же нашлось и место сдвига каменной плиты — осталось лишь её подвинуть.
При помощи четырёх эльфийских и семи сатирских сил, изрядно кряхтя, плита была отодвинута достаточно чтобы мы могли протиснуться внутрь.
Внутри было темно, как и ожидалось, из-за чего сатирам и феям пришлось зажечь факелы и двигаться позади. Мы же с Ангнисс в таком источнике освещения не нуждались, как и морские эльфы.
Я ощущал как время утекает сквозь пальцы, но приходилось поддерживать высокий темп движения. Особо скрыться возможности не было, да и сатиры таким премудростям обучены не были.
Сам проход был не слишком широк, но достаточно высок — более-менее свободно в нём могли стоять лишь два морских эльфа, либо трое обычных, таких как я или Ангнисс. Вперёд выдвинулись Талфель с Яхелем, а позади них двое, так и оставшихся для меня безымянными, бойцов с древковым оружием.
Мы с Ангнисс шли рядом, рука об руку, готовые использовать магию — в таких условиях даже классовая способность мастера меча, которого я мог бы взять на старте, помогла бы не слишком сильно, так как для неё как раз лучше свободное пространство, но при этом наша же магия способна внести очень весомый разовый урон. Хати трусил рядом со мной, принюхиваясь к запахам впереди.
Буквально на шаг позади нас был Зенон, вертевший в руках тот же кристалл что и ранее, служивший для него магической фокусировкой. Феи находились ближе к потолку, пытаясь всматриваться вперёд, но не спеша лететь и проверять обстановку впереди. Оставшиеся сатиры были чуть позади, держа наготове дротики.
Я невольно задумался о том, в каких условиях у них проходят бои в условиях трюма или на палубах, но время для такого вопроса было явно неподходящим. Куда важнее было то, что мы будем делать в случае столкновения здесь и…
«Я чую запах людей!» — передал своё наблюдение Хати. — «Далеко, но я чувствую их.»
— Впереди люди. Достаточно далеко, — тихо озвучил я, на что Талфель оперативно среагировал, подав знак «двигаемся медленнее и тише».
Дало ли это какой эффект или нет я не знаю, но двигаться мы стали аккуратнее. Шум ощутимо снизился, хотя периодическое цоканье копыт сатиров заставляло лицо чуть дёргаться. Феи, несмотря на сложность задачи, сохраняли тишину — учитывая их непоседливый характер, это было не самым лёгким для них.
Постепенно вдали начали слышаться очень приглушённые голоса. Причина их приглушённости также была более чем ясна — нас разделяла ещё одна стена, на этот раз «входная» в замок. Ручек на ней не было, но получилось нащупать небольшие углубления. Прильнув к оной стали слышны переговоры за оной и спешные шаги и бег туда-сюда.
Самым же важным было то, что вход в долину, посреди которой лежал замок… штурмуют. По крайней мере, пытаются штурмовать. И, главное, кто — полурослики и кентавры!
— От сукин сын… — восхищённо пробормотал Зенон.
Когда голоса стихли, я посмотрел на Хати, что тоже превратился весь во внимание. Он некоторое время сидел, прислушиваясь и периодами принюхиваясь, после чего посмотрел на меня.
«Рядом никого нет, и я слышу запах самого… сильного человека. От него тяжёлый запах.»
— Рядом никого. Аккуратно сдвигайте, — я уступил место эльфам, которые ухватились за выемки в двери и начали куда аккуратнее сдвигать плиту.
— Дворфийская работа, — прокряхтел Талфель. — Но новодел…
Я же возносил молитву, искренне молясь на то, что противником будет не даллахан. Это единственный противник, шансов против которого не было, тогда как с волчьим лордом или тёмным рыцарем справиться ещё получится.
Стоило нам вывалиться в корридор, который был открыт эльфами, как факелы тут же были затушены. Освещения в коридорах было весьма тусклым, но его хватало. Нам осталось только выдвинуться в одну из двух сторон — либо туда, куда бежали те, кого учуял Хати, либо в противополо…
«Рядом!» — едва слышно тявкнул Хати, поняв, что мы не настолько хорошо слышим, но было слегка поздно.
— А?.. — со стороны поворота раздалось удивлённое восклицание, буквально через пять секунд превратившееся в сдавленный писк. Реакция эльфов была моментальной — с их превосходством в скорости, они скрутили несчастного пехотинца ещё до того, как он успел закричать.
— А теперь, малыш, ты расскажешь нам всё что знаешь.
Запугать явно не слишком давно нанятого пехотинца оказалось не слишком сложно — оказалось достаточным нависнуть над ним, чтобы он увидел меч и перчатки. Особенно перчатки.
От одного их вида его затрясло и он начал молить о том, чтобы его не убивали, что он всё расскажет… но никаких обещаний я ему не дал, только начал задавать вопросы, на которые нам были наиболее нужны ответы.
Одной из двух главных вещей было то, что их хозяин был с не-съёмной головой. Он не был даллаханом, что сразу сбросило с души тот ещё камень. Волчьего воя этот человек также не слышал, а значит это был либо тёмный рыцарь, либо ещё один раубриттер.
Второй важной вещью было то, что ловушек здесь нигде не расставлено и примерный план замка, вместе с последними приказами — чуть больше, чем половина от их отряда отправилась к руинам стены, где устроили своё представление «налётчики».
Это значило, что у нас есть шанс закончить противостояние двумя ударами.
Остальная информация, которую он нам выдал, едва ли имела какую ценность, но от обычного, буквально рядового служаки, иного ожидать и не получилось бы.
Чуть мотнув головой, дав знак удерживавшим его эльфам, я повернулся в сторону куда нам следовало идти. Раздался хруст — пехотинца убили без лишней жестокости, просто свернув ему шею.
После этого, коротко переглянувшись и сделав последние уточнения, мы рванули в сторону сердца замка, которое их главарь переоборудовал под свои вкусы. Под «тронный зал».
******
Мы ворвались в «тронный зал», в который и было переоборудовано сердце замка. В центре, прямо под ним, на весьма примитивном, практически сложенных из обвитых корнями кристаллов, сидел он, массивный, без шлема, истинно-арийской внешности. Тёмный рыцарь.
Рядом с его троном стояла глефа, а перед ним, на колене, стояло четверо тяжелоснаряжённых бойцов, бывших похожими на палачей и костоломов, а по двум краям зала стояли уже «простые работяги», в виде полудесятка пехотинцев и мечника на каждую сторону.
Раздался хлопок и перед нами в комнату вошёл огненный шар, приземлившись в стоявшую четвёрку и опрокинув их. Каждый из них покрылся огнём — сработал дебаф «горение», от чего те начали получать постепенный урон, помимо этого вынудивший их кататься по полу, пытаясь это пламя сбить.
Следом отправилось два снаряда — синхронная «звёздочка», от меня и от Ангнисс, выпущенная из священного символа у неё и из клинка у меня, устремлённая уже в сидевшего на троне рыцаря. Уклониться от них он бы не успел никак, но его рука уже метнулась к глефе, а взгляд сконцентрировался на мне.
Эльфы начали синхронный разгон и их цель была кристально ясна — одним резким рывком ворваться, обезглавить противника, после чего разобраться с остатками.
Первым в прыжок с наскока ушёл Яхель, явно желая взять долю славы на себя… и поплатился за это же.
Уже в подъёме с трона, уходя в сторону, его глефа взметнулась, встречая меч Яхеля сбоку и отводя его в сторону, после чего совершил следующее движение, уходя в сторону с разворотом, и уже задней частью древка отбрасывая молодого эльфа.
С минимальной разницей с молодым эльфом совершила натиск и эльфийка с трезубцем, но уже он был встречен ударом латного кулака в живот, где встретились его скорость и масса с силой тёмного рыцаря.
«Гладиатора» просто смело, под громкий хруст её сломанного костяного нагрудника.
— Вор-р… — буквально раздалось рычание изнутри брони. От длинного укола эльфа с протазаном он отклонился, а удар Талфеля был отведён его глефой.
Даже несмотря на то, что он отходил, его размашистые движения не давали эльфам приблизиться. И было видно, что сконцентрирован он не столько на них, воспринимая их лишь как условную угрозу. Его взгляд был направлен на меня.
Броски дротиков от сатиров пришлись в горящих солдат, но лишь несколько из них пробили, где кольчугу, а где вонзившись между пластинами брони. Отработанными движениями они потянулись за новыми снарядами — дротиками или топорами, — чуть быстрее чем можно было ожидать.
Пехотинцы и мечники с краёв зала двинулись на подмогу своему господину, но их внимание привлёк я.
— НА КОЛЕНИ, СМЕРДЫ! — я совершил не столь функциональный, сколько пафосный взмах меча, из-за чего на нём и сконцентрировалась внимание. На нём и на перчатках. Закравшаяся же в голос хрипотца лишь усилила эффект, на который я и делал ставку в начале.
Я видел, как пехотинцев начала бить дрожь. Они начали отшагивать назад, уже не в силах продолжать бой.
Если до этого их удерживал тот ужас, что в них вселял сам рыцарь, то теперь это было помножено на эффекты предметов моего комплекта — обе из имевшихся частей в комплекте устрашали тех, кто не являлся моим подчинённым, да ещё и дополненный эффектом от «боевой славы»….
Но тёмного рыцаря это лишь ещё больше разъярило.
Его движения стали быстрее, удары ещё более размашистыми, отгоняя эльфов, пока на одном из взмахов клинок его глефы не засияла странным цветом, что сигнализировало о том, что он использовал баф.
Опрокинутая в начале четвёрка начала с трудом сбила огонь и начала подниматься, но у них появилась другая проблема. В бой вернулся Яхель, и понимание что лежачих надо добивать у него оказалось.
Первый палач не успел среагировать, а костолом, умудрившийся с пола заблокировать его атаку, свалился замертво после того, как ему в затылок прилетел дротик от одного из сатира.
Вместе с этой четвёркой начал подниматься, пусть и с трудом, под звук рассыпающихся костяных пластин, «гладиатор». Хорошо ей явно не было, но она поднималась.
— Мы все здесь умрём! Бежим! — раздался истошный вопль одного из пехотинцев, который сбросил с них оцепенение, давая очень даже определённый настрой для их действий.
— Вперёд, собаки! — раздался уже приказ тёмного рыцаря. — ВЫ ОБЯЗАНЫ ВЫПОЛНИТЬ ПРИКАЗ! В АТАКУ!
И это сработало. Пусть и на деревянных, негнущихся ногах, практически как зомби, пехотинцы начали приближаться.
Я выступил вперёд, против четвёрки пехотинцев и мечника. Они даже не пытались держать строй, как будто вбитый в них навык просто отключился. Ангнисс отступила назад, готовясь использовать атакующий навык снова, а мой откат был практически в два раза дольше.
Против другой пятёрки выступил поднявшийся эльф, пока Яхель продолжал фехтовать с оставшейся парочкой прислужников рыцаря. Шансов на проигрыш у него не было…
Пока в него не влетела тёмная стрела рыцаря, из-за которой он пошатнулся, пропустив удар булавой. Удар топора он заблокировать сумел и тот соскользнул с его щита, но его ситуация ухудшилась.
Сатиры уже перешли на метательные топорики — те в их руках были куда менее эффективны нежели дротики, но вносили свой эффект. «Гладиатор» перешла в нападение, стремясь побыстрее разобраться со своей группой «мелочёвки», и с её характеристиками она могла себе это позволить, особенно после особо удачно попавшего в голову пехотинца топора — тот упал под ноги своим же товарищам, из-за чего те об него запнулись.
Мне было сложнее, так как сатиры, бросавшиеся в мою сторону, были менее удачливы. Я перехватил рукоятку меча двумя руками, для более уверенного хвата и более точных атак, после чего сделал шаг им навстречу.
Используя преимущество в длине меча, я наносил пусть и не слишком сильные, но достаточно быстрые удары с дистанции, кружа вокруг людей, пока один из пехотинцев не открылся и я сделал длинный выпад, попавший тому в горло.
Резким движением я выдернул клинок обратно, блокируя удар мечника, для устойчивости поддержав клинок рукой… и, предвидя атаки заходивших с боков пехотинцев отвожу его меч влево, доворачивая корпусом, после чего совершая рывок вперёд, толкая его своей массой. Пока он отшатывался мой клинок совершает обратное движение, делая широкий удар, на излёте достающий его подбородок, но лишь рассёкший кожу. В него же влетает ещё один топорик, но не наносит серьёзных повреждений.
Пользуясь инерцией удара, я перенаправляю его в пехотинца, всё также заторможенно реагировавшего. Он с трудом блокирует мой удар, но клинок остановился, направленный ровно в центр его груди, а мне осталось лишь надавить, лишая жизни ещё одного человека.
К этому моменту Яхель закончил со своей парочкой, переключившись на лидера противников.
Я услышал рык — скорее всего, это Ангнисс призвала лунного зверя, а судя по скрежету когтей по металлу, упал этот зверь на тёмного рыцаря.
Продолжая движения, к которым меня подводила система, позволяя отклоняться от атак, я постепенно теснил оставшуюся тройку. Однако, буквально спиной, и системой, ощутив неладное, я кинулся вбок… и увидел, как мимо меня пролетел вполне подлежащий опознанию объект — призванная пантера, влетевшая в двух пехотинцев. Она сгруппировалась быстрее чем попавшие под неё люди, начав их рвать, и отнюдь не безуспешно.
Последний оставшийся — недобитый мечник — сделал шаг назад, прикрываясь своим щитом, но давать ему фору я не стал. Стремительно заходя сбоку и заканчивая это столкновение.
К этому моменту у меня уже закончился откат «звёздочки», так что мне оставалось только прицелиться чтобы отправить её в тёмного рыцаря, который продолжал крутиться, отбиваясь от уже всей четвёрки морских эльфов.
Сатиры же бросались оставшимися топориками куда более вдумчиво, но из-за их общей слабости, на фоне что эльфов, что даже меня, это можно было назвать только «беспокоящим» огнём.
Однако, каждый постепенно совершает ошибки. Пантера, закончившая с парочкой пехотинцев, кинулась в ноги тёмному рыцарю, заставив его запнуться. Да, это стоило ей остатка жизни, так как уже падая он поразил её глефой, развеяв как пыль по ветру, но это и стало переломным моментом.
Уже в падении в него влетела «звёздочка» от Ангнисс, а морские эльфы слаженно атаковали потерявшего равновесие противника. Протазан вонзился в правую подмышку рыцаря, практически пригвождая его к земле, а трезубец вонзился в левую ладонь, заставив того выпустить своё оружие и также прижимая его руку к полу.
Этот момент стал роковым для него — он был уже на издыхании, исходящий кровью из нанесённых ран и повреждённый магией, но всё ещё живой.
Оставшиеся двое были наготове, но уступили возможность добить этого рыцаря, держа ситуацию под контролем. А я… а что я — мне грех было отказываться. Да и почувствовать себя злодеем, что не спешит расправляться с противником?.. Почему бы и да?
Я нарочито медленно приблизился к нему, держа меч одной рукой. Он же прожигал меня ненавидящим взглядом — в нём было что-то особое, что-то заставляющее хотеть видеть такое чаще, у большего числа людей…
— Проиграть эльфу… пха… — буквально выплюнул он последние слова.
— Но сражался ты неплохо. Жаль, не на той стороне, — я нарочито тяжело вздохнул. — Последние слова? — в его глазах мелькнуло что-то недоброе.
— Я… я отдаю се… — однако не успел он закончить фразу, как я вонзил меч в его распахнутый рот, после чего провернуть, буквально превращая всю его ротовую полость в фарш.
Этого хватило ему для окончательной смерти. Его тело обмякло, но самое главное, он не успел произнести главные слова.
«Я отдаю себя в услужение.»
Успей он это сказать, и началась бы вторая фаза боя, и уже отнюдь не с ним, а с даллаханом, чего я допустить не мог никак. Ведь любой тёмный рыцарь, что проиграл, мог стать достойной жертвой и вместилищем для этого монстра, и более того, сам тёмный рыцарь мог попытаться отдаться этой сущности.
Уже с запозданием на лбу выступил холодный пот от того, что могло произойти. Если тёмный рыцарь на четверть-треть превосходил этих эльфов, то уже даллахан превосходил тёмного рыцаря вполовину. Более того, из-за его особенностей… в отличии от рыцаря он не был настолько обделён в магии, но самой страшной его частью была именно аура разложения, что следовала за ним повсюду.
Эта аура наносила постоянный урон всем, кто был рядом, на расстоянии десяти-пятнадцати метров. Просто за сам факт того, что даллахан существует. И ладно бы урон был небольшим, но нет, рядом с ним я прожил бы от силы десяток секунд, после чего отправился на перерождение, а эльфы секунд тридцать в лучшем случае.
А ведь этот дух ещё и сам крайне агрессивно оборонялся бы — пусть глефа и не его профильное оружие, но просто прожить полминуты под всем нашим напором он бы сумел. Единственное что его упокоило бы, так это магия со святым уроном, которая была только у нас с Ангнисс… и времени на которую нам бы не хватило.
Призыв этого юнита в замке тёмного рыцаря — крайне эффективный ход, чаще всего стоящий свеч, но вот если он каким-то образом поднимется сам… в таком случае он куда чаще выходил из-под контроля игрока, но это разговор совершенно иной.
Мне оставалось кивнуть эльфам, после чего я приблизился к «трону», на котором до этого сидел тёмный рыцарь. Будто так и положено, я сел в него, оказавшись меж оплетённых кристаллов и прикрыв глаза. Практически сразу после этого ко мне на колени запрыгнул Хати, издав короткий победоносный вой. Моя левая рука, на которой сквозь перчатку проявилось кольцо, прикоснулась к подлокотнику трона, после чего меня ослепило вспышкой от пачки уведомлений о начале захвата источника.
Спустя несколько минут, показавшихся мне секундами, высветилось системное поздравление, что мной был занят источник магии, вместе с уведомлением о завершении задания и повышении уровня, уведомившее о повышении ловкости и предложившее на выбор очередные два навыка.
«Вселяющий разум» из книги Творца и «Мастерство владения» из книги Оружейника.
Более умные подчинённые или больший шанс на срабатывание критов и особенностей оружия для всех солдат? Очередной тяжёлый выбор?..
Плюсы что в одном, что во втором случае были ощутимы лишь очень «относительно». Частота срабатывания эффектов полезна, но я не встречал расчётов, в которых пытались проверить такую частоту, да и криты были весьма спорным понятием.
Чуть большая разумность была более ясна, нанятые юниты становились более смекалистыми, получая энную прибавку к интеллекту в процентах, и уже это более читалось в характеристиках.
Затормозив на последней мысли, я выбрал «Вселяющего разум» — это будет дополнительный, пусть и весьма скромный, процент для моих юнитов, который я смогу использовать при их модернизации «Творцом».
После того как меню повышения уровня пропало, я внимательно вгляделся в то, что попало в мои руки, а именно — сам замок… оказавшийся, в прошлом, эльфийским. Только эльфы здесь были лесные, а в качестве поддержки с ними были гномы — в списке построек были отмечены руины их нескольких зданий.
Однако, к моему сожалению, это был не мой родной замок. Поэтому вариантов решения не было, за исключением…
«Снести всё.»
Земля под ногами чуть дрогнула, а в стороне материализовались ресурсы, которые ранее были потрачены на эту крепость. Не так много, как хотелось, но система подсказала — там было под три тысячи золота и по четыре меры камня и дерева, а также две меры кристаллов и одну драгоценных камней, видимо, лежавших на складе до этого.
Сразу после этого я кликнул на «построить замок», выбрав вариант «гибридного», расположенного частично на земле, а частично под землёй и что обозначило начало «стройки века». По умолчанию «вольный город» наземный, но если есть подземная раса, то функция гибридного замка остаётся.
Появившееся дерево и камень тут же исчезли, также вытянув по одной мере дерева и камня из моей сумки, а также часть появившегося здесь золота. Закинув остаток в свою сумку, я глянул на нашу группу.
Сатиры устало собирали свои метательные снаряды, так как для них тяжело дался что переход, что эта стычка. Понять это я мог — всё же, они были больше земледельцами, нежели вояками. Каждый из них, конечно, поднял по два уровня сразу за этот бой, да и до этого поднимали, но их стоило оставить отдохнуть… и заняться чем-то полезным.
В этом был и более личный интерес — они занимали слоты юнитов, и опыт делился в том числе и на них, что затрудняло уже нашу прокачку.
Эльфы же подлечивали друг друга — магией владел только Талфель, но остальные перебинтовывались… но не спешили использовать зелья, за что заслужили моё внутреннее одобрение. Экономия — наше всё.
Ангнисс тоже запыхалась, но быстро приходила в себя. Переглянувшись с ней, я получил кивок, мол, «я готова», после чего я откашлялся.
— Талфель, выдвигаемся через две минуты. Не стоит слишком долго затягивать нахождение наших… товарищей в столкновении.
— Приказ ясен, — он вытянулся по стойке смирно, после чего отдал несколько коротких команд и оставшиеся эльф зашевелились, приводя себя в порядок окончательно.
— Зенон, ты с сатирами, Хати и одной из фей остаётесь здесь. Соберите всё что пригодно для продажи, всё ценное что найдёте, складируйте здесь. Действуйте аккуратно, если кого встретите — оценивайте свои силы.
— Понял, сделаем… — он потянулся, как бы разминая свои мышцы. — А это, если вино найдём?..
— Тащите сюда же, делёжкой не обделю, — получив кивок что и он всё понял я обратился уже к Хати. — Помогай им, обозначай если там кого найдёте, ты их нюх и уши, понял?
Получив столь порадовавшее их объявление, сатиры активно зашевелились, а Хати издал утвердительный «вуф». Пусть феи и не слишком живучие, но уж нескольких пехотинцев они точно сумеют своими искрами забить насмерть.
Когда эльфы были готовы, снарядившись ещё по копью каждый, мы выдвинулись в обратном направлении — нас ждала ещё одна группа противников, которых до этого развлекали полурослики с кентаврами.
«Одомашненные», ага, как же…
******
Я не могу назвать последовавшую за этим стычку чем-то тяжёлым или даже вызывавшим опасения.
Мы преодолели дистанцию между замком, очертания которого уже начали меняться, и рукотворно выстроенной стеной, что была на достаточном отдалении, примерно за пятнадцать минут бега. Единственное что вызвало удивление — носящийся по открытому пространству конь тёмного рыцаря, который понимал, что что-то не так.
Несчастную животину мы упокоили, после чего направились в сторону стен.
Сам бой описывать также не придётся слишком долго — атаки со спины этот отряд людей не ожидал. Даже несмотря на наличие двух магов, которые, судя по всему, на тот момент были «на откате», мы успешно врезались в их тыл.
Копья, которые эльфы прихватили с собой, были использованы для бросков — пусть это и не специально сделанные для метания копья, но эффект они оказали, избавив нас от одного из магов, а второго сбили уже мы с Ангнисс.
Бывший у них офицером раубриттер был убит одним из первых, когда в их отряд влетела вся тройка эльфов, с их фирменного наскока, а Ангнисс в целом не приближалась, на пару с феей отправляя заклинания с дистанции.
Яхель, явно красуясь, прорвался к ближе к стене и прыжком взмахнул наверх, начав вырезать стрелков, которые не успели скооперироваться.
Моё присутствие и смерти магов с их командиром противника деморализовали, особенно с учётом устраивавших резню морских эльфов. Простая человеческая пехота, всё же, не соперник эльфийской даже в теории.
Всё-таки, против живых врагов страх — это крайне эффективная вещь.
Когда последний из противников был добит, я тут же глянул на шкалу опыта. Системный отчёт говорил — нами всеми было получено чуть больше одиннадцати тысяч опыта, то есть примерно по тысяче и шесть сотен на каждого. И если фее этого бы хватило, то уж мне не хватало ещё несколько сотен…
Лицо чуть дёрнулось — уйти из замка не получится, а значит, придётся снова настрочить бумажек, чтобы добить остаток опыта за день, благо, идеи как это реализовать были.
Но даже так, сейчас было кое-что более важное. Гости за стенами.
Я начал подниматься по лестнице, подняв вверх остриём меч. Подойдя к одной из бойниц, я взглянул вниз, увидев под стенами отчаянную — иное слово я не подберу — штурмовую группу.
Четыре кентавра, на спинах которых сидела четвёрка полуросликов, у каждого из которых были подозрительно знакомые луки, а на них всех — столь же знакомые кожаные брони. А у одной парочки и даже кольчужки… натянутые поверх кожанок.
Лучащееся довольством лицо Гильдербранда было видно даже с такой высоты.
— Открывай, хозяин, гость пришёл! — раздался его выкрик. Крайне довольный.
— А гость с гостинцами, иль как? — подыграв ему ответил я.
— Гостинцев мы уж накидали! Набросали бы ещё, да твой молодой всех со стены собрал!
— Ну раз гостинцев накидали, то заходите, с новосельем поздравите, — развернувшись назад я крикнул. — Открывай ворота!
Эльфы завозились со створками ворот, так как механизм открывания здесь явно был сломан. Запирались они засовом, который сделали поверх всего.
Со скрипом ворота открылись, после чего к нам неспешно въехали кентавры с полуросликами. Вид при том у них взбудораженный, не только у Гильдербранда, но и у остальных, пусть и не в той же мере.
— Как жаль, что не повеселились мы и здесь, — сказал он, оглядев ту горку трупов, что осталась после нашего налёта.
— Ну, что сказать, нас тут не ждали.
— Никогда не думал, что увижу, как на кентавре кто-то ездит… — проговорил Яхель своему соседу, но кентавр, на котором был Гильдербранд, на это ответил.
— Это не он едет на мне, — чётко разделяя слова, как бы отрубая возможный ответ, начал он. — А я везу его. Мы везём их, а не они едут на нас.
Молодой морской эльф на это хотел как-то возникнуть, но его остановила лёгшая на его плечо рука Талфеля, что понимал, что в этот раз ему может не-повезти ещё больше.
Но даже так, этот «отряд поддержки» был отнюдь не лишним, сумев отвлечь на себя несколько десятков юнитов. Впрочем, повезло им также изрядно — стрелков, помимо магов, тут было едва ли полтора десятка, а из-за скорости и манёвренности конелюдей они не слишком пострадали.
Впрочем, стоило их разглядеть поближе, как становилось ясно что снаряжение переделывали наспех, и оно явно было хуже, чем «типовое» примеры.
Начали приходить уведомления о том, что на мои войска напали. Это означало, что сатиры на кого-то наткнулись, но, вероятнее всего, обошлось без особо тяжёлых проблем. По крайней мере мне хотелось в это верить. Всё же, тёмного рыцаря мы убили…
Ну не будет же здесь сотни солдат, правда?..
— Осмотрите что тут осталось, самое ценное заберём, остальное потом заберём. Надо побыстрее вернуться обратно.
Получив подтверждение от эльфов, которые приступили к спешному обшариванию погибших, я бросил взгляд на Гильдербранда.
— Часть трофеев не хочешь? — я вопросительно поднял бровь, поймав его довольную ухмылку.
— Помимо десятины с этих? — у меня аж перехватило дыхание от его наглости, что он уже «отжал» десять процентов, так ещё и поверх…
— Ещё двадцатую часть и доставите весь здешний скарб внутрь, — тот деланно задумался, после чего с хмыком помотал головой.
— Не, маловато будет. Вот за пятую часть всего…
— Не жмись, шестая от всего что тут лежит, и приглашение на пир от на… — я не успел договорить, как полурослик вытащил практически из воздуха бумажку, которую сунул мне, заставив на него посмотреть совсем другим взглядом.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно, лорд, ведь как без договорённости-то? — его широкая улыбка заставила меня даже чуть заскрипеть зубами, после чего я переключился на чтение текста… В котором не были указаны цифры. То есть, он просто дал мне бумажку куда я бы мог вписать то, сколько они получат.
И ведь его подпись там уже стояла, как бы показывая, что он рассчитывает на честность.
В самом тексте был прописан момент, что при необходимости трофеи могут быть пересчитаны или перераспределены в зависимости от нужд сторон, что отсылало на разные ресурсы, если они тут вдруг окажутся… но каких-либо иных подтекстов я в бумажке не уловил.
Вписав ту цифру, на которой мы сошлись, я приложил печать, после чего полурослики в едином порыве спрыгнули с кентавров и принялись мастерски сдирать с трупов всё что на них было, а я получил ещё небольшой кусочек опыта.
— Дай им полчаса, и они всё упакуют как следует, — Гильдербранд довольно взглянул на троих полуросликов, которые могли дать эльфам ту ещё фору.
Он не соврал — буквально за полчаса они содрали всё что было можно с трупов, при том, что ещё и кое-как, но рассортировали, а также стянули трупы в одно место.
— Нежити много. Сжечь бы сразу, чтоб не встали сами, — предводитель отвлекающего отряда покосился на меня.
— А кости уж потом куда-нибудь забросим, — по сути подтвердил я его предложение, после чего была извлечена пара ёмкостей с чем-то горючим, отдалённо похожим на масло, и тела были подожжены.
Оставалось лишь поморщиться и выдвинуться обратно. Очень уж реалистично запахли эти трупы, стоило их поджечь.
За всё это время я получил ещё уведомление о ещё одном нападении, что говорило о том, что живые в замке ещё оставались.
К моменту, когда мы добрались до зала, там уже готовились начать отмечать сатиры. Не знаю откуда они достали стол, но там уже начинали появляться лёгкие закуски, которые они, вероятно, обнаружили в здешних окрестностях и руинах.
Наше появление было встречено ликованием, что, мол, мы принесли ещё одну победу, и на этот раз окончательную.
Зенон, когда я отошёл в сторону, принялся отчитываться как в нашу первую встречу — сколько чего было собрано, куда всё сложили, что непригодно, что распито, что перекушено, что нашли…
И особо он похвалил Хати, за его нюх, так как склад с едой, почему-то не разрушившийся и не перенёсший еду в главный зал, был замаскирован весьма неплохо.
За это, с его же слов, маленькому волку была выписана, на месте, премия в виде ещё одной хороших размеров ножки, предположительно принадлежавшей какой-то крупной животине.
Про стычку он упомянул вскользь, сказав, что их здесь немного погоняли, но благодаря феям многих проблем удалось избежать, в том числе и с ранами, которые несколько сатиров получили.
Полурослики присоединились к сатирам, сгружая с кентавров наши трофеи, и отделяя то, что перепало им. Но дальнейшее дело предстояло мне с Гильдербрандом, а именно, запрос на гонца в виде кентавра…
Я предпочту, чтобы крестьяне прибыли уже утром или к полудню, и занялись работой над колодцем. Чем раньше прибудут и сделают, тем лучше мне, а для скорости… я наспех набросал бумагу, в соответствии с которой, если они будут согласны на их найм, то получат недельную оплату на каждого. Помимо того, что питание включено.
Условия для них более чем приемлемые, учитывая, что эти же деньги для них потом будут и «подъёмными», когда они вернутся на земли своей родной деревни, а какое-то время они будут нуждаться в еде, да и налоги…
Сразу поставив печать, так как особо торговаться я намерен не был, я уточнил у Зенона, он ли в ответе был за людей, но получил отрицательный ответ. Представитель человеческой части их деревни погиб при штурме, а сами по себе они его могли выбрать, но про это не особо упоминали.
Договориться же с Гильдербрандом и одним из кентавров было также просто — ему, четырёхногому, смотаться туда-обратно трусцой это дело одного-двух часов, да и он точно будет знать где и кого найти.
Отсыпав тому двадцать золотых за эту услугу, и передав бумагу, я уже через несколько минут наблюдал как тот умчался выполнять задание.
Сатиры и полурослики же продолжали готовиться к празднованию и этой победы, даже сложив небольшую псевдо-печку, которую божились что потом разберут обратно.
Чуть меньше, чем через час, когда я получил ещё одно уведомление о получении опыта от бюрократа, и этого хватило на второй подъём уровня, что буквально сняло камень с моей души.
Мне дало +1 к силе магии и выбор между очередными двумя навыками, на этот раз из книг «Предводителя Воров» и «Жречества». Первая предложила «Чёрный рынок» — доступ к особому рынку гильдии воров, что могло включать в себя практически всё, начиная от ресурсов, бывшими уникальными для отдельных фракций, и заканчивая живым товаром самого разного качества, и речь не только об элитных наёмниках.
Вторая — «Предводителя жрецов», который просто повысил бы получаемый жрецами опыт на 5%. Таковых, за исключением Ангнисс, которая могла и не совсем пройти по этому критерию — в первую очередь она, всё-таки, герой, а уже потом жрица — у меня в армии не было, а появятся они в лучшем случае к излёту второй недели.
К тому же, из того, что я высмотрел на форуме, практически каждый навык из книги «Предводителя Воров» повышал шанс появления и прибытия ко двору представителей этой гильдии, что делало мой выбор очевидным.
Но постепенно время подходило к вечеру, и медленно подходило к приёму пищи, да и сатиры уже весьма осмелели, вскрыв бочонок вина под моим начальствующим взором.
И на этот раз застолье ощущалось по-другому.
Здесь были собраны не все, кого только смогли собрать, а только те, кто внесли тот или иной вклад в захват и штурм этого места.
Мы с Ангнисс во главе стала, четвёрка морских эльфов, восемь сатиров, три феи и последние присоединившиеся к нам две четвёрки — полурослики и кентавры.
Здесь не было той роскоши и разгула, что мы могли позволить себе во время нахождения в деревне в прошлый вечер. Лишь сравнительно немного вина, по меркам сатиров, да весьма простая пища, которую можно было приготовить буквально на костре.
Однако ощущение было иным, потому что это сделали своими руками. Мы все начали менять судьбу этого места, этих островов,
Разговоров, несмотря на более раннюю разговорчивость сатиров, было мало. Однако, время постепенно подходило к ночи. Я встал, удерживая в руке один из трофейных кубков, что принесли сатиры. Это привлекло внимание, как и должно быть.
— Мы сделали первый шаг. И несмотря на то, как он был сложен, это только самое начало, — я замолчал на десяток секунд, после чего продолжил. — Несмотря на разницу, между нами, всеми, мы объединились для того, чтобы защитить и сделать наше будущее лучше. Этот кубок я поднимаю за всех нас, за то, чего мы добились… и за то, что нам предстоит.
После опустошения кубков раздался голос одного из сатиров.
— Но ведь мы добились того, к чему ты шёл, лорд. Замок твой. Есть ли необходимость куда-то спешить дальше? Ведь это может быть тихая, мирная жизнь… — его в этот момент толкнул сосет локтём, заставив замолчать, но ответить на это было нужно.
— Да… — я откинулся на спинку кресла, чуть прикрыв глаза и улыбнувшись, после чего вздохнул. — Я бы хотел, чтобы это было так. Чтобы каждый мог жить в своё удовольствие, никуда не спеша, делая то, к чему у него лежит душа… — но с каждым словом улыбка становилась всё более и более блеклой, пока вовсе не исчезла. — Но этот мир таков, что такие как мы, живущие вдалеке от империй, едва ли могут мечтать о тихой и спокойной жизни, — я подвинул кубок чуть вперёд, как бы намекая что его стоит наполнить. — Посмотри вокруг. Что произошло за эти три дня?
— Ну…
И на минуту после этого повисла тишина.
— Скорее всего, этого рыцаря откуда-то изгнали, — начал я издалека. — А и его, и его оруженосцев, которых было уже двое и ещё один относительно неподалёку. Стал он еретиком, или изначально тяготел ко тьме, я не знаю, но и он и его люди поднимали мертвецов. Четверо магов, это уже немалая сила, и наверняка с последним из них есть ещё один. Я не говорю про обычных людей что шли за ним, но сколько их было? Уже более семи десятков, не учитывая мертвецов, что они поднимали.
— Да… — раздался тяжёлый вздох со стороны сатиров, так как именно они плотнее всего пересеклись с нежитью, как и феи.
— Их изгнали, а он по пути набрал себе людей. Быть может, из той деревни что должна была быть северо-западнее ваше, но их было много. Им хватило времени и сил дойти сюда. По пути разослав людей в разные места — к Виннице, Морковьево, Сосновке… останься они или пойти одним стальным кулаком, то почти наверняка смели бы почти любую силу, что могла тут быть.
Когда мне подлили вина, я вновь взялся за кубок, вдохнув аромат вина. Чуть тёрпкое, но яркое, оставляющее долгое послевкусие… практически как настоящее. Хотя, быть может, для меня оно скоро и станет самым что ни на есть «настоящим».
— Но нам повезло, что он захотел захватить сразу много. Да, мы можем остановиться на том, чего добились сейчас, едва ли расширяясь… — я пожал плечами, как бы принимая такой вариант. — Однако кто здесь ещё живёт? Викинги, которые известны как грабители? Ящеры, которые едва ли будут лучше, чем они? И, скорее всего, люди, которые захотят узнать, что случилось с одной из деревень, которая была с ними связана. Помимо гор, в которых даже неизвестно кто живёт, — я снова пожал плечами. — Без проблем. Викинги обложат данью или будут делать набеги, как и ящеры, а люди рано или поздно придут, чтобы захватить, если с гор не спустится что-нибудь похуже…
Вновь повисла тишина. Я заметил, как эльфов практически передёрнуло от того, когда я упомянул викингов, а Гильдербранда перекосило при упоминании ящеров.
— Я не люблю войну, — продолжил я соответствовать взятой книге «Миротворца». — Но если я откажусь от неё, то этим самым я убью всех вас и ваше будущее. И на это я… не могу пойти.
Я вновь поднял кубок, акцентируя внимание на том, что сейчас будет новый тост.
— И этот кубок я хочу поднять за будущее этих земель. За то будущее, что выстроим мы, для всех, кто пойдёт за нами. За будущее, которое будет у города, что мы заложили сегодня. За Лометириос (Lometirios - Ночной город), Ночной Город… и Город Мечты.
Этот тост был поддержан всеми, но я заметил лёгкую усмешку со стороны Гильдербранда, а также на внимательный взгляд Талфеля и кентавра, на котором до этого ехал лидер полуросликов.
Система подсказывала, что эти тосты и речи вызвали лишь одобрение со стороны всех бывших здесь, а также я надеялся, что это более развяжет мне руки для последующих действий.
Из-за «Миротворца» мне куда сложнее поднимать моих юнитов… хотя, нет. Моих людей. Их куда сложнее поднять на завоевательную войну. Сейчас мы были теми, на кого напали, а потому никаких штрафов не было… и не будет вплоть до момента, пока мы не дойдём до Сосновки. Там осталась последняя часть варбанды этого тёмного рыцаря, а следом за ней мы так или иначе присоединим и эту деревню.
Но вот викинги, ящеры и люди… с этим придётся что-то делать, и хорошо, если они нападут первыми. Если же нет, то придётся работать тоньше.
Однако то, как они приняли название города, меня порадовало. Они не могли знать, откуда я взял это название, учитывая, что система помогла мне перевести его на квенья, но я прекрасно это знал и помнил. Оставалось только сделать свой «Найт сити», который был бы лучше оригинального.
Пока они говорили, я ощущал как мою левую руку держит Ангнисс. Тёплая, мягкая… и я понимал, что моя. Стоящая уже за моей спиной, а не передо мной, не забирающая всё на себя…
Чуть повернув голову в её сторону, я тихо, чтобы слышала только она, нараспев проговорил:
— We lost everything…
— We had to pay the price, — продолжила она, как бы прикрыв глаза и соглашаясь с моим выбором песни на эту ночь.
Да и к тому же… луна всё ещё была высоко, что позволяло провести ещё одно служение Луне. В конце концов… Луна была ещё так молода.
Четвёртый день .
— Приветствую Вас, господин, — склонилась передо мной тёмная эльфийка, за которой выстроились также склонившиеся тёмные эльфы. — Мы прибыли на Ваш зов и готовы служить, — но тон её, всё же, был слегка прохладен. Проклятый матриархат.
Это была одна из самых первых сцен, что встретила меня этим утром, ведь произошло едва ли не самое важное событие в этот день. Первые три строения замка — сердце, заклинательный покой и склад ресурсов, были готовы, а сразу следом в очередь отправился Портал Лунного Света.
В комплекте к сердцу шли ещё несколько пристроек, доставшиеся мне «просто так», вместе с достаточно большой группой слуг… но, очевидно, «просто так» — это за уровень аккаунта. «Платина» стоила как добротный отпуск в пятизвёздочном отеле, где-то на курорте, и давала соответствующий уровень обслуги.
Эти слуги всегда были лояльны именно тому, кто выстроил замок, и им даже не требовалась плата, за исключением кормёжки. Единственным ограничением, которое на них было наложено, являлось то, что они не могли слишком далеко отдаляться от сердца замка — обычно, они могли передвигаться в радиусе выстраиваемого городка. Также, чаще всего, они были около-бесполезны в боях, соответствуя по характеристикам слабейшим представителям расы, но…
Самым базовым представителем расы тёмных эльфов был юнит пятого тира. Даже с учётом тех штрафов что на них накладывали, они могли сработать как «последний барьер». К сожалению, смысла в «поздней» игре это практически не имело, но вот в самом начале они могли гонять юнитов от первого до третьего тира.
Да и особые навыки у них в том числе попадались, наиболее соответствующие расе. У кого — знание трав, а с ними зелий и ядов, у кого — умение растить кристаллы и особые сорта камня, для декора…
— Рад и я видеть, что Луна не оставила нас без поддержки, — та чуть по-другому склонила голову, как бы отмечая мои слова. — Представься.
— Моё имя Джаэлькира, — она выпрямилась, прямо смотря на меня своими ярко-красными глазами. — Я отвечаю за тех, кто будет служить Вам в Вашем доме.
Она перевела взгляд на Ангнисс, из-за чего между ними произошло небольшое противостояние взглядов, в котором служанка уступила, опустив взгляд и поклонилась уже ей.
— Прекрасно, — я кивнул, отметив, как система перевела её имя. — Моё имя ты знаешь, а рядом со мной Ангнисс, моя сестра, жрица Луны. Её приказы для вас будут столь же весомы, сколь и мои.
Пусть это было и не обязательно, но… для поддержания роли такой приказ отдать было нужно, благо, это также повысило отношение Ангнисс на три единицы.
— Как прикажете, — на этот раз в её словах мелькнуло больше уважения.
Всё же, пока та не осведомлена что я, как и Ангнисс, отношусь к жречеству… я, официально, отвечаю только за «мирскую» жизнь. Жрецы априори стоят выше меня, но, слава дракону, я таковым являлся.
— Назови Дом, из которого ты была ушла, — прозвучал наполненный льдом голос сестры.
Это буквально на секунду парализовало служанку, от чего на её виске даже выступила капелька пота, медленно покатившаяся вниз.
— Наш Дом был мал и уничт…
— Назови. Свой. Дом, — буквально впечатала она её словами.
Это же заставило меня совсем по-другому взглянуть на мою первую спутницу. До этого она показывала себя отнюдь не с такой стороны, а уж такая жёсткость и холод… разве что, когда она задала вопрос про мага, перед защитой деревни, но даже там не было такого.
— Деррет, — выдавила из себя служанка.
— Ваш Дом процветал, живя неподалёку… — в её голосе уже ощущалась капля яда.
— Несколько месяцев назад он был уничтожен домом Оуссррет, — медленно проговорила она. — Мы сбежали, приняв впоследствии покровительство Луны.
— Значит, тебя не обрадует то, что мы дети матриарха этого дома. Правда, у нас к матери уже есть свои счёты, — моя улыбка была весьма кривовата.
Система и тут решила отличиться, всё ещё отсылаясь на ту предысторию, чтобы мной загружена в самом начале. Домов тёмных эльфов множество, и чтобы выпал именно тот, который уничтожил дом, из которого вышли мы с Ангнисс — это за пределами каких-то вероятностей, и иначе как подтасовкой системы не назвать.
— Даже если это так, это не повлияет на мою верность вам, — припечатала Джаэлькира, прикрыв глаза. Было при этом заметно, что желваки на её скулах чуть вздрагивают, отображая тяжесть этого осознания. — Мы под сенью одной Луны.
— Хочу в это верить, — отозвалась Ангнисс, но стоило мне положить руку ей на плечо, как её ядовитость куда-то испарилась.
— Надолго, к сожалению, мы не задержимся. Нас уже заждались на каменоломне, которая сама себя не захватит. В лучшем случае мы прибудем к ночи, либо на следующий день, — увидев очередной поклон, мол, она поняла, я продолжил. — Вам предстоит навести здесь порядок и встретить группу людей, но перед этим было бы неплохо поесть.
Далее уже пошли конкретные указания — встретить крестьян, которые должны будут начать работы над колодцем, при необходимости обеспечить им кормёжку, но без особой роскоши — в конце концов, они просто наёмные рабочие «на один раз», — навести порядок на прилежащей территории, проконтролировать работы, а также… накормить нас всех перед отправкой и снарядить запас провианта на два дня на группу которая будет с нами.
А брать я, по причине «дефицита опыта», решил уже не всех. Без четвёрки морских эльфов я никуда бы не отправился, так как они выступали нашим основным костяком, да и фей оставить нельзя… а вот всех оставшихся сатиров, за исключением Зенона, можно было и оставить здесь. Они помогут крестьянам с колодцем, уж с этим они точно справятся, да и базовую охрану источника обеспечат.
Пока наша пища готовилась, я запросил у Джаэлькиры пару листов и инструмент для письма, после чего принялся записывать новый контракт… который, как я надеялся, на этот раз сработает. Параллельно с этим я перенаправил почти все ресурсы из сумки на склад, обналичивая свиток стартового капитала — благо, система позволила это сделать, а также заглянул в Сердце Замка, где был стол с выведенной картой. Системно призвав Талфеля туда, я нанёс на обе карты дополнительные детали, которые он мне озвучивал ранее, но с большей точностью, а также поставил там точку возрождения.
Прислуга же расстаралась — пусть и не пир, но уже куда более достойные блюда, нежели мы могли приготовить на простом костерке, да в котле. Нежное мясо, немного вина, и, что самое удивительное — десерт. Не представляю, где они нашли что-то сладкое, но пирог с виноградом и чем-то ещё, за такой короткий срок, вызывал удивление.
Уже под конец трапезы, я передал одному из слуг свёрнутый свиток и кивнул в сторону полурослика с кентавром. Тот понял без слов, передав им бумагу, которую первый тут же развернул… и хмыкнул глядя на содержание.
— Что, лорд, уже не терпится старую бумажку выкинуть? — ухмылка у него была весёлой, да только взгляд говорил о другом. Кентавр, смотря с высоты своего роста. Чуть поморщился.
— Разве выкинуть? Я же не призываю деревню под копьё, для войны. Совсем наоборот.
— Ты нас нанять хочешь, иль бумажку перепутал? — его прищур стал уже.
— Хочу. Хочу нанять свободных полурослика и кентавра, для сопровождения отряда в роли следопытов, с предусмотренной возможностью вступления в бой, которая будет оплачена по иному счёту.
Полурослик же хмыкнул и вытащил первый свиток. Тот самый договор с Морковьево, который подписывался раньше, и начал их сверять, пытаясь найти несоответствие.
— Тц, подкопал-таки, ушастый, — Гильдербранд хрустнул шеей, после чего повернул голову к Эгису. — А ты мой друг копытный, что скажешь?
— Я скажу тоже, что сказал тебе раньше.
— Раз так… — полурослик достал из-за пазухи стилос, которым поставил широкую роспись на листе. — Будут у тебя следопыты, лорд. По крайней мере, пока.
После окончания завтрака я сделал последнюю проверку и глянул на список ресурсов, что отобразила мне система. Всё было не так плохо, как могло бы показаться, но… было тяжело.
Чуть более чем десять мер железа и дерева, практически испарившийся камень, которого осталось всего пять мер, а также всего от двух до четырёх мер четвёрки редких ресурсов. Заполировано же это было оставшимися пятью с половиной тысячами золота — стройка замка и портала сходу отъела три с половиной тысячи, да и шесть сотен уйдёт на колодец.
А ведь четвёрке эльфов, феям, сатирам и теперь уже парочке моих «следопытов» предстоит заплатить в очень даже полной мере… но, к счастью, до этого момента у меня есть ещё три дня.
Отдав приказ быть готовыми выступать и дождавшись, когда все будут готовы, наша уменьшившаяся группа выдвинулась к каменоломне — камень сам себя не захватит и не добудет.
******
Спешный марш до каменоломни не был омрачён какими-либо неприятными событиями. А вот само прибытие к каменоломне — было.
Что и следовало ожидать, занята та уже была, но, на удивление, не тёмным рыцарем или кем-то из их слуг, а зеленокожими. Орки, гоблины с несколькими варгами и один-единственный огр, видимо, бывший у них за главаря.
Орки, в отличии от людей, были существами более сильными — самый обычный зеленокожий мог без особых проблем настучать по голове человеческому мечнику и уйти живым, из-за чего против них не стоило выходить лоб в лоб.
С другой стороны, что орки, что гоблины, без влияния со стороны игроков, редко придерживались какой-то особой тактики. Чаще всего это была именно орда, которая брала числом и грубой силой.
Лучшими разведчиками, как и ожидалось, оказались феи, подлетевшие и пронаблюдавшие какое-то время за орками, не будучи при этом обнаруженными. Точное их число установить не получилось, учитывая, что часть зеленокожих была и внутри каменоломни.
Сам склон каменоломни уходила вниз, образовывая карьер, в котором также был спуск в пещеру внизу. По большей части кирками махали гоблины, которых феи насчитали явно больше десятка. Сами же орки по большей части наблюдали за гоблинами, временами переругиваясь, либо скрываясь от солнца в примитивных хижинах что ставили рядом.
Куда более неприятным фактом было наличие у них варгов — оные нежились на солнышке, и их феи сосчитали точно, вместе с гоблинами, которые за ними ухаживали. Несмотря на то, что оные были сравнительно низкоранговыми существами, это давало гоблинам псевдо-кавалерию, что уже не столь хорошо звучит для нас… даже с учётом того, что оный кавалерия была и у нас.
И уже на основе этого…
Выслушивая доклад фей, я смотрел на сработавшуюся пару. Поймав мой взгляд, полурослик ухмыльнулся, чуть наклонив голову.
Огр же редко выглядывал из другого здания, из которого, по словам фей, даже издалека были слышны стоны и крики. Их характер, правда, феи описывать не стали, что-то бормоча и краснея.
— Эгис, Гильдербранд, — мой голос был переполнен официозом, специально напускным. — Не желаете ли вы съездить к нашим друзьям и пригласить их к нам в гости?
— И передать елово-берёзовые весточки? — полурослик с кентавром переглянулись.
— Могут не дойти, — рублено сказал кентавр. — Головы есть.
— Тогда самую важную голову стоит и прострелить, — сделал я логичное заключение, после чего добавил. — Если за гоблинами следят орки, то сорвать голову орка что следит. Уж погоняться за одним кентавром гоблины не откажутся, а за ними…
Кентавр со скепсисом посмотрел в сторону каменоломни, после чего задумчиво покачал головой.
— Может. Может нет.
— Если доведёте их до нас, то дальше уже мы их примем. И все зайдём в гости к оставшимся после этого.
Кентавр фыркнул, но после этого кивнул. Иных вопросов не возникло ни у кого — тактика, если это можно так назвать, была более чем классической. Приманка и привод в засаду — что может быть более обыденно?
Когда сдвоенная приманка неспешно выдвинулась, мы заняли места на деревьях. Назвать это чудо какими навыками скрытности не получилось бы при всём желании, но, благо, этот навык был у всех, кроме Зенона с парой его сатиров и фей, которых отвели чуть в сторону. Да и первому в целом не стоило колдовать — с его привязкой к духу огня подпалить лес было бы проще простого.
Ждать долго не пришлось — уже издалека стал слышен вой, который Хати, заброшенный также на дерево с нами, перевёл как указания «загоняй», «заходи справа», «отрезай»…
Следом за варговым воем стал слышен гоблинский гомон — даже малой группой, они умудрялись издавать удивительное количество шума.
Кентавр с полуросликом ломились напролом, и отстреливался в основном полурослик, которому не было нужды следить за маршрутом. Уж для такого действа ему ноги были не нужны, чем он и пользовался.
Звук спущенной тетивы хлестнул по ушам, а на один гоблинский голос стало меньше.
Наша «кавалерия» пролетела рядом с деревьями, на которых мы засели, а буквально через секунды после этого показались варги с гоблинами, на которых провели атаку уже мы.
Я был одним из тех, кто успешно приземлился на противника сверху, из-за чего раздался хруст хребта варга, а гоблина располовинил мой клинок. Следующим движением я добил ездового зверя.
Ситуация повторилась ещё четыре раза — на этот раз расстарались морские эльфы, и результат во всех случаях был такой же что и у меня. В некоторых случаях и более успешный — они все были массивнее меня, а выдержать падение снаряда весом под сто десять килограмм мог не каждый зверь.
Убедившись, что выживших нет, мы двинулись вперёд, но, как оказалось, нас опередили. Раздалось новое верещание, обозначавшее, что гоблины рванули следом за своей «кавалерией», а с ними наверняка будет и несколько орков.
И… это столкновение оказалось немногим дольше, чем-то, что было до этого. Первыми на нас вылетела четвёрка орков, которых эльфы приняли в мечи, заблокировав их. Превосходство эльфов при этом начало проявляться практически сразу, как во владении оружием, так и в физических характеристиках — они смело могли принимать удары в блок, практически сразу перейдя в агрессивный вариант действий.
Однако более «подлым» оказалось то, что феи, до этого находившиеся позади, без какого-либо приказа переместились и пикировали на орков, засыпая их своими искрами.
Раздался ещё один хлёсткий удар тетивы, последствием которого стала буквально лопнувшая голова одного из орков, а также хруст дерева, вперемешку с руганью, исходившей от кентавра.
Эльф, лишившийся соперника, хотел было переключиться на помощь своему соратнику, но в этот момент нас догнала основная волна противников — гоблины. Пусть и примитивные, но понимающие что к чему, они ринулись на помощь своим «большим братьям».
Мимо меня пронеслась ещё одна стрела, но на этот раз от полурослика. Она влетела в одного из коротышек, привлекая внимание оных к стрелку, но на их пути уже оказался я.
— Ну давай, рискни… — соответствуя «роли» я медленно пошёл на гоблинов. Храбрившиеся буквально несколько секунд назад коротышки буквально застыли на месте от перепада боевого духа, ведь никто не отменял эффекты моего снаряжения. —
Последние слова уже были сказаны на их языке, взбудоражив эту толпу. Однако, пока они ещё не определились, храбриться и кидаться вновь, вперёд рванул уже я, пробивая грудь первого гоблина, что вызвало новое верещание.
Скинув труп со своего оружия, я ударил наотмашь, скорее отгоняя от себя зелёных коротышек, которые начали отступать, но всё ещё окружая меня полукругом.
—
К этому моменту эльфы успели расправиться с орками-бойцами и врезались в толпу гоблинов, что привело к окончательному слому их боевого духа, от чего те начали в панике разбегаться.
Догонять и добивать оных взялся уже Гильдербранд с Эгисом, и к последнему как раз у меня и был вопрос.
Оказавшийся хруст принадлежал его почившему луку, который не выдержал зарядку общего для всех кентавров навыка — мощного выстрела — и просто разломился напополам сразу после того, как выстрел был совершён. Стрелок теперь у нас остался один, а запасной лук взять кентавр не догадался… но хотя бы не забыл взять копьё — хоть что-то.
Когда мы вновь собрались в одну группу, то двинулись напрямую к каменоломне, до которой было рукой подать, и где должны были остаться последние из орков и огр.
Так и оказалось — к нашему прибытию уже снаряжённый огр, в окружении шести орков и ещё нескольких гоблинов. Заревев что-то подобное словам «в атаку», на нас ринулись сначала орки, а следом за ними и сам огр. Гоблины промедлили…
— Все в огра! — отдал я короткий приказ, после чего раздался хлопок взрыва огненного шара, вылетевшего из-за наших спин от Зенона.
Почти сразу после этого на огре вспыхнула какая-то метка, в которую мы с Ангнисс также не поскупились отправить заряды наших «звёздочек».
Однако трое эльфов восприняли приказ максимально буквально, начав разгон и использовав натиск, после чего, на его излёте, применили прыжки.
Эта троица практически перелетела орков и двое из них врезались своими короткими мечами в плечи огра, из-за чего они практически завязли в нём, нанося этим страшные раны… но «гладиатор», совершившая прыжок буквально на несколько мгновений позже, влетела ровно в корпус огра, а её трезубец вонзился в голову огра, пробивая её, и вгоняя оружие глубоко внутрь черепа лидера зеленокожих.
Четвёртый эльф своим натиском просто смёл орка, как и кентавр своим натиском, сломав в противнике копьё после чего уходя на манёвр, позволяя полурослику обстреливать орков.
Тройка эльфов соскочила с падающей туши огра, перехватывая запасное оружие, пока туша огра медленно падала на землю.
И это сыграло важный аккорд в короткой стычке — дрогнули уже и орки, чьё численное преимущество так и не реализовалось, из-за гоблинов, что сбежали вглубь пещеры в каменоломне.
Бой на этом был закончен — оказать сколь-либо достойное сопротивление они были не в состоянии.
— Перекройте выход в пещеру, — отдал я приказ эльфам, а сам двинулся к более «презентабельному» строению.
Зайдя в него, я бросил взгляд на тех, кто был в этом строении. Смотреть же… было на что.
Лежащие на соломенных тюфаках, голые, практически порванные, в бессознательном сознании, орчанки. Огр явно любил «культурно провести досуг в компании», из-за чего я поморщился.
Всё же, в некоторых моментах эта игра была излишне реалистична.
В теории, они могли бы и выжить после этого. Оправятся, переживут недельку на «подножных кормах», а там уж найдут какого орка и уже дети появятся — такие процессы, как беременность и размножение, в игре были ускорены многократно, особенно у зеленокожих, имевших крайне высокую плодовитость.
Спасать их или помогать им мне не было никакого резона — будь это любые из эльфов, да, смысл бы имелся… но даже если я их выхожу, они не поймут. И уж тем более не примут веру в Луну — для рас варварского замка это была слишком далёкая материя, которую практически никто из них не горел желанием понимать.
Оставлять их в живых тоже будет мне не с руки — уж что-то, а от трёх до десяти орков через неделю-другую мне на землях явно будут не нужны. Да и более того, эти орчанки — это те же орки, четвёртый тир, несколько сотен опыт с каждой… без каких-либо усилий.
— В некотором роде, это милосердие, — тихо сказал я, сделав шаг вперёд. Поднять меч было тяжело, так как я всё ещё видел это как что-то… неправильное.
Но — я сделал выбор, и мне осталось лишь ему следовать, пусть я и выходил из своей роли. Да, я жрец. Да, я должен быть милосерден. Да, стоило бы рассмотреть и другие варианты… но — нет. У меня сейчас нет права на лишний риск.
Одну за одной, я перерезал шеи орчанкам, ещё до того, как они приходили в сознание. На третьей пришло уведомление о повышении уровня, а в углу обнаружилась ещё одна забившаяся женщина. Но — теперь уже человек и в сознании.
— Тёмный… — практически выплюнула она, вжимаясь в стену, а я поднял на неё утомлённый взгляд.
Светловолосая, с простыми чертами лица. Длинные волосы, спутанные и слипшиеся от разных жидкостей. И глаза — голубые, со злостью, пусть и с бессилием в них.
— Норманн? — не получив иного ответа, кроме как загнанного взгляда, я вздохнул. — Не ответишь — отправишься за ними.
— Да.
— Значит, какое-то время будешь жить, — увидев её сморщившееся от этой новости лицо я вздохнул. — Прикройся и на выход. Глупостей делать не советую… — смотря на её попытки встать и пошевелиться я махнул рукой. — Лежи и жди.
Выходя из этой хижины, я испытывал весьма поганое ощущение, которое мне принесли эти очки опыта, принёсшие мне уровень. Делить опыт с них мне не пришлось ни с кем, а это было практически полторы тысячи единиц.
Единица в выносливость, что означало что до тридцатых уровней я повышения выносливости он взятия нового уровня я не увижу, а также выбор между общим навыком «Орлиный взгляд», который для меня, как жреца, был практически бесполезен, и… внезапно, для меня, вылезшая книга расы зверолюдов, подкинувшая выбор между разными сортами «Предводителя».
Говоря честно, я был бы куда более рад «Предводителю» из моих эльфов, но увы, дарёному зверолюду в зубы не глядят.
Этот навык из книги автоматически увеличивал прирост, повышал лояльность как уже нанятых, так и нанимаемых существ в будущем, слегка увеличивая их характеристики и делая владельца этого навыка более «родственным», или «привлекательным», в плане службы, для этих солдат.
Предлагали же сразу все виды и расы — начиная от сатиров и заканчивая ламиями. Но большая часть отсекалась сразу, по причине того, что я не планировал их использовать как костяк.
Клан Клыков и Когтей, как и все их представители, сразу отправились «отдыхать», хотя анубы всё также и манили. Медузы и Ламии были бы не лишними, но использовать их как основной малый клан я не планировал. В связи с открывшимися обстоятельствами, а именно нахождением на острове, интересным вариантом были нереи, обитатели вод… но мысль об их приросте в два юнита в неделю ставила на них крест. Нереиды выглядели привлекательнее, но они также были привязаны к морю, плюс были «полу-мирным» юнитом.
В итоге выбор сужался и приходил ровно к одному юниту, из-за которого я со столь большим интересом и смотрел на зверолюдов — к минотаврам. Они были достаточно сильны, у них был не худший прирост, да и как тяжёлая пехота они являлись более чем достойным вариантом. Даже несмотря на то, что мы были на островах — как штурмовики на судне они вполне достойно сработают, несмотря на копыта.
Единственным их недостатком, на фоне всех остальных зверолюдов пятого тира, было отсутствие регенерации, но уже это мог компенсировать татуировщик позже, когда наработает соответствующий опыт.
Выбрав этот навык и бросив взгляд на перегруппировавшихся эльфов и фей, а также с ободранных орков и огра. Гильдербранд как раз заканчивал сортировку предметов. Фея, что умела лечить, была направлена в хижину, с указанием «если что-то не так — защищайся так, как посчитаешь нужным.»
Ангнисс, уловив моё состояние, вопросительно посмотрела, но в ответ я только покачал головой, мол, «ничего такого». По её насторожившемуся виду стало ясно что она мне не поверила, но что-либо спрашивать не стала.
Из шахты же доносился гоблинский гомон. Видимо, далеко продолбить пещеру они не успели, и просто, на инстинкте, забились в место, которое для них было «домом».
— Выстроиться по двое. Впереди мы с Талфелем. В центре маги и Хати. Зенон, Эгис, Гильд, вы снаружи, следите за окружением и соберите что получится поблизости.
Получив подтверждение, что приказ учтён, мы выстроились в это построение, и… это мало отличалось от того, что было у меня несколько минут назад.
Оказать сопротивления эти гоблины не смогли — их было около двух десятков, но это были либо самые что ни на есть примитивные бойцы, либо того хуже — рабочие… у гоблинов, впрочем, это были смежные категории юнитов, если не сказать «одна и та же». Какая-то градация у них начиналась только с ростом уровня, но откуда здешним зеленокожим этот опыт было набрать?
Большую часть опыта забрали мы с Талфелем, но назвать это иначе как «резнёй» не получится.
Последовавший обыск пещеры показал — гоблины складировали камень тут же, и работать их заставляли практически на износ. Три меры камня были этому подтверждением, и они же перекочевали в мою сумку.
К общему удивлению, среди гоблинов даже нашлось немного золота — скромные пять сотен, но это был прекрасный показатель того, что они умеют прятать и воровать из-под носа у надзирателей.
Во избежание выживания даже одного гоблина, каждое тело было ещё как минимум раз «убито», путём нанесения дополнительных травм несовместимых с жизнью.
После этого, возвращаясь, я коснулся перстнем входа в шахту, после чего получил уведомление о переходе каменоломни под моё управление, а также об отсутствии на ней рабочих.
Выйдя наружу, мы уже могли наблюдать как над норманнкой мельтешили две феи и Зенон. Та уже была одета пусть и в рваную, но одежду, а увидев выходящих со мной морских эльфов на несколько секунд застыла.
Лицо её после этого, правда, скривилось. Говорить, впрочем, она ничего не стала — понимание, что она сейчас в крайне подвешенном состоянии, заставляло задуматься о цене возражений. Однако когда она увидела волчонка, её взгляд чуть смягчился, пусть колкость из него и не ушла.
— Зенон, Гильд, что-нибудь нашлось? — бросил я короткий вопрос.
— По мелочи, достойного едва ли что, — полурослик бодро ковылял в мою сторону, держа в руках потрёпанный то ли пояс, то ли какую-то кожу, вместе с мешочком. — Огр вынослив был, да только не самолично. Держи, лорд, авось пригодится.
Мешочек с деньгами отправился в сумку, которая просигнализировала о получении ещё двух с половиной тысяч золотом, а я вгляделся в характеристики переданного мне артефакта.
[Пояс граничной выносливости; редкое.
+2 единицы выносливости.
Автоматическое восстановление 10% запаса сил при исчерпании; 1 раз в день.]
На самом деле, не самая плохая штука. С запасом выносливости обычно проблем не бывало… у всех, кроме эльфов, у героев которых эта характеристика качалась едва-едва и со скрипом.
— Молодцы, — кивнул я, пытаясь заменить свой старый пояс на этот новый. Получалось весьма посредственно, но спустя минуту у меня удалось его зафиксировать, сохранив функциональность.
Правда, то, что вокруг пришлось сделать не один, а три оборота — мелочь.
— Норманнку, как погляжу, тоже подлатали, — этот вопрос уже был обращён к фее что её лечила, на что та активно закивала. — И как звать тебя, чудо северное?
— Гейра, — она бросила затравленный взгляд, продолжая ожидать какой-то подвох.
— Хорошее имя, мне нравится. Так вот, скажи мне, Гейра…
— Я ничего тебе не скажу, тёмное отродье! — её реакция стала даже ещё более яркой чем до этого. Видимо, набралась сил и в себя поверила.
Мне же осталось только бросить страдальческий взгляд в сторону Ангнисс, которая развела руками с лицом, выражавшим «что поделать», а при повороте головы я также зацепился глазами за Яхеля, который кашлянул и отвернулся.
— Богиня, дай мне терпения… — мне осталось только тяжело вздохнуть. — Зенон, ты у нас дамский угодник, объясни, погово…
Не успел я договорить свою фразу, как он уже материализовался рядом с ней, приобняв за плечо, а горлышко его фирменной фляги успело проскользнуть ей в рот, из-за чего в неё влилось сколько-то вина, которое она скорее рефлекторно проглотила.
Он же начал ей что-то говорить, но быстро и не слишком разборчиво, от чего та сначала опешила, потом попыталась было оттолкнуть сатира, а потом начала как-то млеть, уже не показывая столь яркие признаки сопротивления и даже начав что-то говорить в ответ.
От этих его действий остались в шоке все — начиная от меня, ибо я не ожидал что он даже просто сумеет что-то с ней обговорить, а он…
А он сатир.
Встретившись взглядами с Гильдербрандом, он тяжело вздохнул, подняв на меня уставший взгляд.
Ну да, ведь полурослик-то стал дедом благодаря одному рогатому, который уже умудрялся флиртовать с норманнкой.
Когда он в очередной раз наклонился к её уху, что-то нашёптывая, её лицо дрогнуло, а глаза стрельнули в нашу сторону, после чего её рука метнулась к топорику что висел на поясе Зенона.
Удар нанести она успела.
Среагировать сатир тоже успел, но удар лезвием топора прилетел в его живот, прикрытый трофейной кожаной бронёй, хотя целилась она, судя по всему, ниже.
Итог сего действа был прост — эльфы скрутили её, после чего увидев мой кивок, связали руки у неё за спиной и усадили на землю.
— Не повезло, ну бывает, но ведь как горяча! — даже несмотря на полученный удар, чуть согнувшись от ощущений, сатир подкрутил свои усы. — Когда-то я бывал у них в деревеньке, когда в другом месте стояли, так они там…
Махнув на него рукой, вместо того чтобы слушать продолжение его рассказов, я сел на корточки рядом с ней, куда более прохладно смотря в её лицо.
— А я ведь просто хотел спросить, где тебя оставить чтобы тебя подобрали твои сородичи. Я, знаешь, очень добрый, — увидев, что она планирует снова высказать что-то далёкое от разумного, я приложил указательный палец к её губам. — И очень милосердный. Никого не мучаю. А если пытаюсь помочь — даю второй шанс. Иногда. Так что думай, что будешь говорить, так как ты свой первый шанс потратила, — после чего убрал палец в перчатке от её губ.
— А тех женщин не пожалел… — буквально выплюнула она эти слова.
— Не пощадил, — подтвердил я. — Возможно, они бы даже выжили. Или долго мучились исходя кровью. Я не лекарь — не скажу. Скажу честно — не будь ты отдельно от них, прирезал бы и тебя. Чтобы не мучилась. Но если эта зелёнка, их родня, на меня нападала, то твои ещё ничего не сделали. Потому ты сейчас и жива. Ты вытянула счастливый билет, девочка.
Она открыла было рот, порываясь что-то снова высказать, но по зрелом размышлении закрыла его.
— Разумно. А теперь я просто спрошу, где тебя оставить, чтобы ты доковыляла до своих. Тебя уже успели подлатать, так что дойдёшь.
Она замолчала, насупившись. Я тяжело вздохнул начав подниматься, понимая, что её придётся либо таскать с собой, либо отпустить здесь же, либо здесь же и закопать… но она опровергла мои ожидания.
— Речка северо-восточнее… мелкая. У скал и леса. Оттуда доберусь.
— Хоть что-то нормальное, — буркнул я, поднявшись на ноги. — Гильд, Эгис, знаете то место?
— Как не знать, по той речушке иногда лодками до нас возили железки… и мы им еду сплавляли. Но дальше тех мест к ним не приходили.
— Тогда ведёте. Если найдёте кабанчиков на еду — можете нагнать на нас.
— Твой указ, логд, — ответил уже кентавр, взяв в руки копьё и щит. Приемлемых луков у гоблинов не нашлось.
Ко мне подошёл Хати, потеревшись боком о мою ногу. Я снова наклонился, на этот раз чтобы потрепать его по макушке и снова закинуть к себе на плечи — тот довольно тявкнул.
— Твой волк… — снова подала голос Гейра. — Почему за тобой следует потомок великих волков?
— Почему? — я задумался. — Хати, почему ты за мной следуешь?
«Я у тебя учусь. Ты меня кормишь. Ты меня не ругаешь. Ты сказал, что я стану защитником луны. Ты хороший.»
Для остальных это выглядело так, будто он просто несколько раз снова тявкнул.
— Он сказал, что я хороший. Поднимайся, мы тут задерживаться не будем.
— А что, руки не развяжете? — с каким-то ядом добавила она.
— Нет. Ты буйная, как берсерки. На сатиров кидаешься, — невозмутимо ответил я, что вызвало несколько смешков у сатира и эльфов что были рядом с нами.
******
Кабанчиков Эгис с Гильдербрандом нашли. Небольшое стадо, чуть больше чем на десяток голов, которых в итоге мои спутники достаточно спешно приговорили, а мясо, уже квалифицировавшееся как еда, отправилось ко мне в сумку, ждать последующего приготовления.
Наша новая спутница, однако, не спешила радовать нас своим красноречием. Просто шла в центре, односложно отвечая даже феечкам, которые вокруг неё периодически вились.
Скалы и речушку мы нашли быстро, да и спуск по ней также не составил особого труда — берег был достаточно широким чтобы мы могли спокойно идти рядом с течением, чтобы это не вызывало проблем даже у Эгиса.
Однако, спустя некоторое время «следопыты» вернулись с докладом. А судя по их обеспокоенности — доклада крайне срочного, и значившего, что мы… скоро будем не одни.
По этой же реке поднимались викинги, и при том весьма спешно, и отряд был достаточно хорошего размера. Их, вроде как, не заметили, но…
Раздался звук боевого рога, который заставил эльфов тут же сбиться в строй и прикрыться щитами, оттеснив всех назад. Хати также был «сброшен» на бренную землю, отбежав назад.
— Ну что же, тогда работаем с тем, что есть. Талфель, командуешь, если что пойдёт не так. Гейру ко мне.
К моменту как я вытащил клинок и упёр его острием в землю норманнку вытолкнули ко мне, а я аккуратно положил ей свою левую ладонь на заднюю часть шеи, чуть подталкивая перед собой.
— Вот и познакомишь меня со своими, соседушка, — хмыкнул я.
Она сквозь зубы выругалась, но чего-то нового я не узнал. Старые-добрые ругательства, но уже на северном диалекте.
Спустя две минуты из-за деревьев начали появляться вполне ожидаемые фигуры. Большая часть выходящих была в кожаной броне, тогда как где-то пятая часть была в кольчугах. И ровно один викинг в тяжёлой, ламеллярной, броне.
Бороду он отрастить ещё не успел, благодаря чему я прекрасно видел его мимику. Чуть дёргающееся лицо, явно размышляющее о том, что сейчас нужно сделать. А судя по тому, что сходу они не атакуют — девка-то важная…
— Переговоры? — я не сумел сдержать лёгкий смешок, когда это говорил.
Пауза затянулась, пока хускарл, а именно он вёл этот отряд из почти трёх десятков викингов, не сплюнул.
— Переговоры, — процедил он сквозь зубы, и, закинув топор на пояс, начал медленно идти вперёд. Один.
Чуть подвинув норманнку уже назад, ближе к моим солдатам, я повторил действия викинга, закинув меч в ножны.
— Ну здравствуй, сосед. Давно живёте здесь? — с напускным радушием начал я разговор.
— Подольше твоего, тёмный. Отдай её нам и скройся, — его тон ничуть не изменился.
— Вечно вы, люди, куда-то спешите. Как же поговорить о погоде, о традициях, о делах наших грешных? — я с тяжестью вздохнул, видя, как он накаляется. — Впрочем, с вашим, человеческим, веком и не мудрено. Только ты не подумал о том, что хочу я.
— Жить ты явно хочешь… — прорычал он, но я медленно поднял левую руку, на которой, сквозь полулатную перчатку, блеснуло кольцо лорда.
— Я буду жить в любом случае. А вот тебе стоило бы быть повежливее.
— Тёмные отродья как ты и твои подводные ублюдки… — на этот раз рык уже переходил сквозь какие-то особые ноты. Рука сама легла на рукоять меча.
— А я ведь, будь ты хорошим мальчиком, отдал бы её вам так. Зря, что ли, после огра откачивали, — в моё голос невольно проскальзывал яд, чем ещё больше взъярял викинга. — Но ты меня обидел. Хех, — хмыкнув, я сделал шаг назад, раскинув руки в стороны. — В свидетели всех призываю, он косо на меня посмотрел и оскорбил мою честь! Я вызываю тебя на хольмганг, если ты, конечно, не из
Викинг, услышав это, оторопел. Да и его люди тоже замолчали, явно не ждавшие такого заявления от эльфа. Уж от кого, а от эльфа такое услышать — это верх оскорбления.
— Я повешу твою голову у себя в доме, — прорычал он, развернувшись и пойдя к своим людям. — Здесь же.
— Поспеши, человек. Твой век короток, — с издёвкой добавил я, пойдя обратно к к своим рядам.
Там же меня ждал Талфель, который крайне сдержанно выбирая выражения озвучил, что я совершил крайне недальновидный поступок, выходя на дуэль лично, а не выставив своего представителя. Мне же оставалось только принять его словесное и сестринское бессловесное осуждение со взглядом, который обещал крайне многое.
— Щит, — коротко озвучил я, после чего на меня с ощутимым удивлением посмотрели, казалось, все мои солдаты… но щит выдали, один из запасных, круглых. — Так надо.
Без особого удобства, но щит лёг на левую руку, удерживаемый ремнями.
Развернувшись, я увидел, что двое викингов очертили достаточно большой круг, радиусом метров десять, между нашими отрядами, на край которого уже встал хускарл, удерживая в левой руке щит, а в правой топор.
Как и он, я встал на край круга. Наши взгляды пересеклись, и между нами вспыхнула искра — в основном, правда, с его стороны — искра ненависти и ярости, которую уже было не погасить ничем. Мне же осталось, перед началом, сделать ровно одну вещь.
С презрением посмотрев сначала на викинга, потом на свой щит, я просунул клинок между рукой и щитом, просто срезая ремни, от чего щит свалился на землю, более непригодный для ношения. Я же, продолжая движение, повёл плечами, одновременно с этим разминая мышцы на спине и смотря на хускарла с насмешкой.
Тот с рёвом повторил моё движение, выкинув щит за пределы поля и выхватил второй топор с пояса.
— Бой до смерти, своим оружием, — выплюнул он, смотря на меня наливающимися кровью глазами.
— Пусть так… Будут последние слова? — с иронией протянул я.
— ВАЛЬ-ГАЛ-ЛА! — раздался рёв и викинга, и он помчался вперёд, куда быстрее чем можно было ожидать.
Эти движения мне тут же напомнили движения морских эльфов — фирменный натиск, который они, судя по всему, позаимствовали у викингов.
Мне же осталось следовать тому, как меня вёл опыт против викингов, и того, что я увидел от морских эльфов — едва успевая, я ушёл вправо, но ощутил весьма болезненный удар в спину, так как увернуться от брошенного топорика я не успел, но броня меня спасла.
К счастью, дальше всё пошло проще.
Он превосходил меня как по силе, так и по ловкости, но разрыв был уже не столь катастрофический, как в моей первой дуэли с Яхелем. Если тому я уступал в два раза, то здесь его ловкость превосходила мою лишь процентов на двадцать пять. Разрыв в выносливости был уже совершенно на другом уровне, так что время, к сожалению, работало против меня.
Его натиск казался бесконечным, но я старательно уходил от атак, изредка совершая уколы, когда между нами разрывалась дистанция. Моей целью были руки и в меньшей степени ноги противника — у его брони, всё же, была небольшая «юбка», частично закрывавшая ноги, не говоря уже о корпусе.
Шея была частично открыта, но шансы в неё попасть были весьма удручающие.
Спустя несколько минут боя рукава и руки викинга были исполосованы и с них стекала кровь, но он это игнорировал, лишь ещё больше разъяряясь. К кругу приближались «болельщики» с обеих сторон, как с нашей, так и с викингов, и раздавались подбадривающие крики.
— Сражайся как мужчина! — раздался его рык после очередного промаха и моего ухода в сторону и нового реза на его руках. — Ты сам бьёшься как эрги!
— Но дырявый пока только ты, — с той же издёвкой ответил я, но на долю секунды замедлился, переходя в длинную стойку и готовясь к уколу, для проведения комбинации ударов.
Он это отметил, готовясь к защите, чтобы я не оставил новый рез на его руках, но мой прицел на этот раз был именно в шею. С близкой к предельной — для меня — дистанции я нанёс длинный укол, который он попытался отвести скрещенными топорами, приняв удар на их топорища, но мне именно это и было нужно.
Перехватывая противовес своего оружия и активируя способность перчаток, я перевожу инерцию удара в поворот, из-за чего клинок выскакивает из его блока и выводит удар в рубящий справа, по нижней дуге, шедший ровно в его левую руку.
Моё оружие вошло в его руку на половину её толщины, после чего я потянул меч на себя, распиливая клинком плоть и оставляя страшные раны, но…
Превозмогая боль, он выпустил топорик из левой руки и ухватился ладонью за моё оружие. На его ладони выступила кровь, но он уже вошёл в состояние исступления, потянув моё оружие, вместе со мной, на себя.
Перенаправить этот укол в шею я бы не смог, а предчувствие сигналило, что одного его особо удачного удара хватит чтобы отправить меня на перерождение, и поэтому я пошёл на авантюру… впрочем, не более авантюрную чем эта дуэль в целом.
Вместо сопротивления я не просто поддался — я сам подался вперёд, толкая клинок ему в грудь, и… смещая свой вес вниз, уходя в подобие подката, превращая колющий удар в практически бесполезный «секущий», если бы не одно «но».
Благодаря тому ускорению что мне поддала его тяга, я проскользнул между ног викинга, а меч прошёл в одно из «сочленений» его бронированной юбки, практически упершись лезвием в его пах.
Короткий рез с приложением всей силы что у меня была, вместе с тем, что он удерживал меч эти секунды.
Приглушённый «ах», вместе с полившейся по моему оружию кровью, и я ощущаю как оружие выпустили… и раздался запоздавший крик боли и разочарования от того, какую рану я ему нанёс.
Хускарл свалился на колени, обеими руками хватаясь за пах, а я поднялся на ноги, тяжело дыша и повернувшись к его фигуре.
Обойдя его полукругом, я увидел, как он пытается подниматься, опираясь на левую ногу, правой рукой взявшись за топор. В его глазах уже практически потух весь огонь что был, да и сами его движения потеряли былую резкость.
Два шага и замах справа налево — я ставлю завершающую точку в этой дуэли, отрубая голову хускарла. Как его голова, так и его тело, упали на землю. Скорее рефлекторным движением я взмахнул мечом, стряхивая с него кровь, после чего повернулся к группе викингов, что затихла.
— А теперь, я хочу говорить с тем, кто умеет блюсти вежество.
Один из викингов, прокашлявшись, вышел вперёд. Рыжий, с морщинками на лице и аккуратной бородой, что была заплетена в косички. За его спиной был виден длинный лук, что уже выделяло его из числа викингов, что не слишком любили пользоваться стрелковым оружием. Чаще всего такими были скальды.
— Моё имя Гунрёд, и я возьму на себя смелость говорить от имени… — он на секунду запнулся. — Ярла Рэндалфра Рагнарссона, Охотника на Проклятых, что победил легионы нежити, Волчьего Странника, ведомого тенью Фенрира и Хранителя Жизни, несущего в себе свет самой Фрейи. С кем я имею честь говорить? — он приосанился, явно готовый к долгим пикировкам.
— Моё же имя Мэйзар’Диирн, странник внешних земель, Защитник Луны, — на последнем «титуле» скальд заново посмотрел на меня. — Я лорд центральных земель, и хотел передать благие пожелания ближайшим соседям. К сожалению, не все склонны к… приятной беседе, — я покосился на лежащий труп.
— К сожалению, — медленно покивал скальд, тоже посмотрев на тело хускарла и снова глядя на меня. — Я услышал Вас, ярл Мэйзар.
— И я хотел поговорить о передаче найденной и спасённой нами женщины из, предполагаю, ваших земель.
— Что Вы хотите, за её освобождение?
— Она не в плену, — уловив его чуть скептичный взгляд, учитывая, что руки её были связаны, я продолжил. — И я бы передал её вам без каких-либо условий, коль мы бы говорили так с самого начала. Однако, моя честь была задета, за что обидчик поплатился. Но теперь, у меня есть требование.
— Я слушаю… — медленно протянул скальд, глядя на меня прищуренным взглядом.
— Я желаю, чтобы ты передал своему ярлу моё настоятельное предложение о встрече в завтрашний день. Я хочу лично увидеть столь прославленного ярла, особенно в связи с его успехами на поприще сражений с немёртвым воинством, кое восставало на севере. И в закрепление этого — твою клятву, что ты передашь моё послание ему без искажений.
— Клянусь Фрейей, что передам ваше послание моему ярлу, не утаив и не солгав ему и словом, — с суровым лицом произнёс он, а я отметил, что он поклялся именно ей, а не каким-то из других «боевых» божеств.
— Тогда это всё, — лицо скальда чуть дрогнуло, так как он явно ожидал продолжение требований. — Эгис, подведи Гейру.
Кентавр с полуросликом медленно подвели к нам «гостью», верёвки на руках которой я перерезал, а она спешно скрылась за скальдом.
Я протянул руку к кентавру, глазами показав на одно из копий что у него были, и он передал его мне, а уже я показательно протянул его женщине.
— Не теряй своё копьё и имя. Последний подарок, — когда копьё у меня забрали, я добавил. — И да, дам дружеский совет. Будь с ней аккуратнее, Гунрёд, — она, думается мне, берсерк, так как чуть не убила одного из моих людей, когда он пытался с ней поговорить.
— Я запомню это, — его улыбка была с некоторой долей довольства — всё же, то, что она почти кого-то убила, это достойно. Для них. — Мой ярл не откажется от встречи с достойным и честным соседом, на этой же земле.
Он протянул мне руку для рукопожатия, в чём я ему не отказал. После этого он с женщиной ушли к своему отряду, и… они ушли. Тихо, мерно и полностью забыв об убиенном хускарле.
Выдохнув, я взглянул на уведомление о получении шести сотен опыта, а также уведомление, которое отнюдь не ожидал увидеть.
[Получен активный навык: «Вызов на дуэль». При активации разумному бросается вызов на дуэль по обозначенным правилам; в случае отказа возможно понижение морали какой-либо из сторон. Юниты победившей стороны получают повышение боевого духа, если это возможно.]
— Достойная дуэль, — коротко отозвался Талфель, с пренебрежением глядя на труп викинга. — Вы хотите обезглавить их при встрече?
— Нет. Для начала, я хочу с ними поговорить.
Несмотря на бедную мимику Талфеля… мои слова оказали другое влияние уже на Яхеля — тот вскинулся, но его «успокоил» гладиатор, что-то едва слышно ему высказав. На удивление, молодой эльф притих, просто бросая неприязненные взгляды на труп викинга.
— Зачем Вам говорить с этими варварами? — с лёгким прищуром задал новый вопрос лидер морских эльфов. — Они занимают земли, что могут быть заняты на… -шими сородичами, что избрали жизнь под луной, — запинка была очень короткой.
— Я же крайне мирный лорд, ты не забыл? — моя чуть кривая улыбка была им отмечена, на что он прикрыл глаза. — Но я
— Да будет так, — проговорил он, чуть склонив голову.
— Мутишь ты водичку, ушастый, — как бы между прочим добавил полурослик. — Ваш брат редко ходит, но новых видим иногда. Да и северяне захаживали с миром. Не поделили что-то?
— Простое любопытство, — коротко ответил он, отсекая дальнейшие расспросы.
Полурослик пожал плечами, и, после моего кивка, начал командовать парочкой сатиров, которые начали весьма эффективно разбирать всё снаряжение хускарла прямо на глазах.
Я же получил уведомление о начавшемся квесте, у которого просто не было пункта «отказаться».
Спасибо, система. Это за то, что я брал дипломата, да? Или просто из желания подкинуть очередную дилемму?
Впрочем, ладно. Моментальный выбор не требуется, но присматривать за этой четвёркой придётся чуть больше чем в вполглаза. Они себя зарекомендовали более чем достойно, но теперь у меня было стойкое ощущение, что в этом всём есть какой-то очень уж большой подвох.
За этой мыслью я не заметил, как к моей спине прижалась знакомая фигура, а у моего уха раздался шёпот, от которого я ощутил, как по позвонку пополз холодок.
— И не смей пытаться сбежать, когда мы вернёмся
«Это ведь правда простая „привязанность“, правда?» — пронеслась у меня в голове мысль о её навыке, что я увидел практически в самом начале.
— Так, Эгис, Гильд, что в этих землях? Мы сильно отклонились от маршрута к бандитам и Сосновке?
— Нет, лорд, не сильно. Мест куда они заползти могут немного, а точнее три — сама Сосновка и пара шахт.
— Шахт? — интерес в моём голосе был неподдельный, так как если они так близко…
— Старые уже шахты. В одной даже золотишко когда-то добывали, да истощилась чёрт знает сколько назад. Иногда там вытаскивали всякое, но то редкость скорее.
— А вторая?
— А ту какие-то идиоты копали, — хмыкнул полурослик. — Хотели до «корней гор» докопаться, да только померли быстро. Завалило.
— И где бы ты засел, будь бандитом?
— Ясен чёрт в золотой. Она расположена удобнее. И мало ли, вдруг какой везунчик раскопает там что-то дорогое?
— Тогда… как далеко туда добираться?
— Час-другой пешим, неспешно. Если побыстрее, чутка помельче часу.
— Тогда выдвигаемся. Вы впереди.
— И кстати, лорд, хускарл твой почти нищий оказался. Чутка денег, да снаряга нормальная, — поймав брошенный мне мешочек с деньгами, я сразу закинул его в свою сумку, вместе с тем, что мне закинули поверх. Две сотни — это тоже деньги.
После этого мы выдвинулись вперёд. Не отвлекаясь на разбитие лагеря, мы на ходу перекусили, благо, запасов не требующей готовки еды в сумке, помимо недавно убиенных кабанчиков, хватало. Сушёное мясо, да несколько фруктов — сил добавило.
Спустя сорок пять минут мы добрались предгорья, откуда тянулся дымок, как от одного небольшого костра… и вскоре вернулись мои разведчики, доложившие о том, что впереди лагерь противника. Был.
Сейчас же там было трое гуманоидов, укутанных в плащи, и, цокнув языком, полурослик добавил, что они их заметили. Но, что важнее… они их пригласили. То есть, они всё также спокойно сидели у костерка, будто зная, что помимо этой парочки идёт отряд, и один из них помахал рукой, мол, «приходите».
Определить расу этих разумных они не смогли, что не мудрено. Но… отказываться от предложения «зайти в гости» я не собирался. Более того, у меня складывалось представление о том, кто это может быть. Слишком уж «царское» поведение для нейтрального места.
Мы двинулись на встречу этим гуманоидам, что неспешно готовили чьё-то мясо.
******
Кроме тройки, которая была описана парочкой следопытов, появилась ещё одна тройка, но стоящая уже за одной из фигур.
— Вечер в хату, бродяги, — скинув капюшон на меня смотрело искорёженное лицо тёмного эльфа. — Падайте, в ногах правды нет.
— И в ваш дом мир, — не особо прибедняясь, я подошёл к этой тройке и уселся на одно из поленьев, как и те на которых они сидели.
— Разрешите поинтересоваться, что в наших хоромах такое начальство забыло?
— Да вот, доходяги рядом сидят. Задолжали.
— А, шерстянка рядом? Знаем, видали. И что, сильно косячат?
— На вышку наработали.
— Плавали, знаем, — его хмык был весьма показательным, после чего он качнул головой в сторону фигуры слева от меня. — С твоим владычеством ей говорить.
Под капюшоном оказалась женщина, этой же расы. На её шее был виден символ — Луна, что давало некоторую надежду на более конструктивный диалог.
— Ты задержался, лорд. Хеллара, — она едва заметно кивнула, представляясь.
— Тёмный рыцарь — немалая дичь, — в тон ей ответил я. — Мэйзар’Диирн.
— Добиваешь остатки?
— Так и есть. Скоро решать дела придётся, — от слова «дела» первого говорившего чуть дёрнуло. — А там уж и на север. Или юг. Земли много.
— С юго-запада на тебя облизываются уже, начальник, — хмыкнул эльф. — Чешуйки полируют, отметиться хотят. Мясца не хватало.
— Ящеры?
— Да ктож ещё, не обморозки же, — ухмылка делала его лицо ещё более неприятным.
— И посему, я желаю предложить тебе помощь, от имени Луны. Одного места мало для нашей жизни, а посему, тебе будет даровано право открыть новое. Вместе с этим, уважаемый Белглот обеспечит небольшое содействие, дабы на твои земли не вторгся сильный противник.
— Но ктож сказал, что за просто так, — эльфийка подняла глаза к небу, пока тот продолжал ухмыляться. — Пару дел решишь…
— Пока что слушаю.
— Денег надо, знаешь ли. Пятёрик. За это подкинем чё-куда и забудь о чешуйчатых на полторы недели.
— Допустим, — я слегка наклонил голову, с прищуром глядя на «блатного» эльфа.
— А дальше хата братве нужна, да без нар. С комфортами, знаешь. А там не обидим, ты старого заинтересовал.
— Жить надоело, доходяга? Себя обидь, пока старшой тебя не укоротил.
— Зря быканул, обоснованию внял, — в его глазах заблестела озорная искра. — Но хату надо. А там подгоним, как заточек, так и ещё чего. Уважаемым начальникам.
— Будет хата, но не сразу. Простой не терпит.
— Тогда делишки другие наши там и обкашляем. Но про чешую не забудь, а то, часом, подойдут.
— Не забуду, — моё левая часть лица чуть дёрнулась, в понимании, что деньги практически испарились. Моментально и внезапно. — До завтра терпит?
— Не, мнеж добраться надо, вестку кинуть. День уйдёт. А там как бы чешуя не приплыла.
— Кстати о чешуе. Есть инфа про змейку в лужице по центру?
— О, старая мать. Есть. Коль деньги дашь сейчас — есть слушки и по нему.
— Мать его… — я покачал головой. — Камнями принимаешь? Наличка в брони.
— Косарь за меру и без торга, — он хмыкнул, а красные глаза довольно блеснули. Ещё бы, при рыночной цене в полторы тысячи…
— Три куска, — из моей сумки был извлечён мешок, набитый монетами, который эльф тщательно взвесил в руках. — Две меры, — следом уже были два куда более скромных мешочка с необработанными драгоценными камнями.
— От это понимаю, навар хорош, — он удовлетворённо кивнул, вытянув из-за спины уже свою сумку и неспешно ссыпав туда монеты, слоями, для равномерности. Мешочки с драгоценными камнями он тщательно перешнуровал и положил сверху, после чего защелкнул сумку. — О чешуе не беспокойся, а твоим служкам завтра привезут инфу по старухе. А пока звиняйте, но чалиться мне надо не тут. Малой, погнали, — встав с пенька он дождался пока его спутник, так и не сбросивший капюшон, поднимется. — Бывай, начальник. Как достроишь хату — зайду в гости.
Не дожидаясь моего ответа, они пошли вправо, в сторону леса и скал.
— Старый наглец, — чертыхнулась эльфийка, когда тот скрылся из виду, после чего вернула внимание мне. — Есть ли у тебя жрицы, лорд?
— Сестра моя, прошу к столу, — после моих слов она подошла и села напротив Хеллары.
— Рада видеть, что с тобой есть пусть и юная, но жрица, — она смерила её взглядом. — В этих землях ранее проживали отличные от нас эльфы и гномы, но что-то послужило причиной их исчезновения. Ящеры в то время не собирались, подобно кулаку, посему не в них дело. Люди в то время также не были активны — их городок не слишком велик даже сейчас.
— Вы хотите, чтобы мы узнали причину исчезновения? — холодно поинтересовалась Ангнисс.
— Именно так, юная жрица. И, при необходимости, обеспечили исчезновение уже этой причине, во благо этих земель, — она проигнорировала её тональность.
— Должны ли мы знать что-то ещё? — холода в её голосе прибавлялось всё больше и больше, а я из диалога будто и выпал.
— Жители близлежащей деревни весьма раздражены своими невольными соседями. Южнее же были дети севера, и где-то неподалёку от них… — она чуть повернула голову в сторону стоявших за моей спиной морских эльфов. — Но многого о них я не скажу. В горах жили…
— Тогда нам не стоит терять времени и двигаться дальше. Сколько было прислужников в пещерах?
— Тебе стоит выбирать слова правильнее,
— Как и тебе стоит более правильные слова, — уже не скрывая яд проговорила Ангнисс. — Говоря с
— Семейная связь затмевает твои глаза, юная жри… — когда я поднял руку она дёрнулась, как и схватившиеся фигуры за её спиной, будто ожидая нападения, но чуть успокоилась, увидев, что я потянулся к своей шее.
И вытянул из-под кольчуги священный символ, сжав челюсти, но, несмотря на это, лёгкая ухмылка прослеживалась на моём лице.
— Быть может, но ты забыла, что сейчас ты лишь
— Это невозможно! — яро воскликнула она, но от этого моя ухмылка стала лишь шире.
— Пути богов неисповедимы, сестра в вере. Но магом ночи я не являюсь, — заправив символ веры обратно, я повторил вопрос. — Сколько прислужников зла в пещерах?
— Достойных упоминания — трое, остальных несколько десятков, — скорее автоматически ответила она. — Но я не верю…
— Твоё право. Но… нам пора, — я встал с полена, а вместе со мной и Ангнисс, всё также сверлившая холодным взглядом жрицу. — Мне, кроме службы богине, ещё необходимо сделать эти места пригодными для нашего народа.
— Можешь идти, — оставила за собой последнее слово вскочившая жрица, после чего развернулась и пошла в том же направлении что и отбывший до этого представитель воровской гильдии.
— Эта змея попортит нам кровь, — процедила Ангнисс, всё ещё смотря в сторону ушедшей жрицы, чуть расслабившись лишь после того, как я положил руку ей на плечо.
— К сожалению, не нам выбирать с кем работать. Думаю, что-то с ней решим… — когда она выдохнула я развернулся к своему отряду. — Талфель, Зенон, двигаем. Эгис, Гильд, вы впереди.
— Как скажешь, лорд, — отозвался полурослик, который уже осматривал трупы, сброшенные в кучу. — Убиты аккуратно. И обшарены также… — цокнул языком он одновременно и недовольно, и уважительно. — Но, кое-что… а, зар-раза, — когда он поднял какую-то брошку, от неё протянулась верёвочка в горку трупов. — Подарок тебе, лорд.
Оказалось же это письмом, да ещё и написанном на перемешанном с «блатным» диалектом тёмных эльфов.
«Коль нашёл, не лох. Жрица та ещё соседка, я бы придушил. Если понадобится убрать — маякни, на неё скидка. Брошь в подарок. Старику беседу изложу — надеюсь, мы разошлись миром.»
Прочитав эти строки, я фыркнул, после чего посмотрел на характеристики той броши… и, очевидно, выдающегося ничего не было — её единственным свойством была прибавка одной единицы к устойчивости к откату. Брошь я передал Ангнисс — для неё это полезнее чем мне.
[Брошь просчитанного взгляда: обычная.
Устойчивость к откату +1]
Наше продвижение ничем не выделилось — мы не уходили ни в какую из сторон, вскоре добравшись до места, с которого был виден небольшой частокол с закрытыми воротами и небольшое количество дозорных… некоторые из которых просто дремали.
Время постепенно клонилось к вечеру, а таймер в игре подсказывал, что сейчас было практически семнадцать часов. Буквально час-другой и постройка будет закончена.
— Эгис, ты сумеешь снять дозорного? — не поворачиваясь, продолжая смотреть на этот частокол, спросил я.
— Если попаду, — коротко ответил он.
— Талфель, вы умеете маскироваться… подойти и прыжком с опоры перемахнуть через стену?
— Мы не здесь обучены скрываться, но… — он чуть поморщился, оценивая расстояние. — Можем попытаться.
— Тогда вы двигаетесь первыми. Эгис страхует, лук у нас ещё был. Если вас заметят — он убивает дозорного, а после этого вы врываетесь на стены. Мы с Ангнисс за вами. Со слов Хеллары там было «трое достойных упоминания» — скорее всего, как и у первого раубриттера, один или два палача под рукой. Сатиры — следом за нами, но в прямой бой постарайтесь не вступать, кроме Зенона. Если что — кидай огненный шар туда, где врагов больше. Или в раубриттера.
— Как прикажешь, — Талфель чуть склонил голову, после чего четвёрка морских эльфов начала короткую подготовку, а сатиры засуетились, явно что-то решив доработать в моём приказе.
Спустя десятку минут, они были замаскированы под подобие кустов или травы, но они явно куда больше они рассчитывали на то, что противник их просто проморгает, по усталости или сонливости.
Гильдербранд что-то выговаривал Эгису, пока тот морщился от его рекомендаций.
-…и если сломаешь, то одним мерином в деревне станет больше, — бурчал полурослик, поглядывая на то, как кентавр оценивал лук. — Это же мой трофейный, с кочевников достал…
— Помолчи, половинчик, — буркнул он. — Хороший лук. Не должен сломаться.
И после этого, с моей отмашки, когда дозорный вновь пошёл по стенке, эльфы медленно выдвинулись вперёд. Я знал, как их высмотреть, но вот со стороны… чёрт знает.
Они постепенно приближались к стене, пока дозорный не развернулся и не пошёл обратно. Эльфы в этот момент замерли, пока тот шёл, но постепенно его шаги замедлялись, и он внимательнее всматривался в сторону новых «кустиков».
— Эгис… — коротко отозвался я, и раздался щелчок тетивы… следом за которым в дозорного влетела стрела, в центр груди.
После этого эльфы сорвались на бег, наплевав на маскировку. Первой к стене приблизился «гладиатор», совершившая короткий замах и вонзивший свой трезубец в деревянную стену на уровне пояса и тут же отпрянул в сторону, уступив место остальным.
Они же, будто это было отработанное действие, использовали эту опору и совершили подъём по стене — резким прыжком, ухватываясь за край стены и перемахивая через неё.
Мы с Ангнисс также рванули следом, добравшись до опоры уже после того, как последний из четвёрки запрыгнул наверх, и, понимая, что это у нас уже вызовет трудности, свесился со стены, протянув руку.
Внизу уже завязался бой, в котором, за счёт неожиданности, одерживали верх эльфы, уже разменяв более половины десятка расслабившихся до этого пехотинцев. В их командира — палача, как и ожидалось, — с наскока ворвался Яхель, разрубив ключицу, даже несмотря на полулаты.
Из пещеры начали подтягиваться подкрепления, ведомые уже более властным голосом, владелец которого также появился, находясь чуть позади своих людей.
Ангнисс предпочла остаться на стене, тогда как я спрыгнул и, пока путь был свободен, рванул к воротам, буквально спихнув с креплений оказавшийся там засов, после чего потянул створку на себя. Этого уже было достаточно, после чего я развернулся и ринулся к четвёрке эльфов, вступая в бой вместе с ними.
Эффекты комплекта начали работать — строй людей дрогнул, и они начали пятиться назад, даже несмотря на окрики рыцаря.
Рыцарь выкрикивал приказы, а вместе с тем ему вторил второй палач. Это оказывало влияние на пехотинцев и редких мечников, но… этому помешал огненный шар, влетевший в их ряды.
Крики подожжённых людей и запах палёной плоти резко ударили в нос, но мы не сбавили напор, практически добравшись до раубриттера… когда в него влетела стрела, явно выпущенная кентавром.
Раздался хруст древесины, буквально отколовшей от щита раубриттера кусок, и инерцией откинувший его руку в сторону. Этого хватило уже Ангнисс — в его грудь врезалась «звёздочка», после чего мы лишь добавили усердия с морскими эльфами.
Однако бой едва ли продлился после этого сколь-либо долго. Ряды пехоты дрогнули… и это превратилось в резню, принёсшую в конце мне ещё один уровень.
Пока мои солдаты занимались самым святым, что только могло быть — сбором трофеев — я был вновь награждён выбором между навыками, а также одной единицей к устойчивости к откату.
На этот раз мне предложили «Зоркость», из общих навыков, а также «Пропагандиста» из книги Бюрократа. Увы, «Зоркость» было практически невозможно реализовать в здешних реалиях, делая его одним из самых малополезных навыков.
«Пропагандист» же требовал от меня больше игры, как бы забавно это не звучало. Реальная пропаганда, с медалями и премиями… а также снижение стоимости содержания чиновников, которых у меня нет, но лишь «пока».
Мой выбор пал на второй навык — его я смогу реализовать с большей эффективностью, учитывая, что недостаток обзора, особенно у расы с летающими юнитами, редкость.
Трофеи же были собраны и переданы мне — в их числе, по большей части, было золото, почти три тысячи, плюс снаряжение разного качества. Три лука сразу же были отданы Эгису, а Гильдербранд отобрал у того свой лук, начав его едва ли не баюкать.
К моему удивлению, при раубриттере также была ещё одна мера драгоценных камней, как и у прошлых, а также письмо с приказами от почившего тёмного рыцаря, включавшими в себя захват Сосновки и раскопки этой шахты.
Хати, всё это время ходивший рядом с нами, постоянно принюхивался.
«Кажется, тут есть ещё люди и сатиры» — услышал я его мысль. — «Глубже.»
— Ищите внимательнее, где-то здесь должны быть пленные или рабочие. Ищите.
Реакция на мои слова отличалась — если у эльфов она была, скорее, «исполнительной», то вот Зенон и Гильдербранд с Эгисом задвигались куда активнее, хотя последнему было не слишком комфортно в условиях этой шахты.
Невольно после этого я взглянул на свои перчатки, грустно вздохнув от того, что ещё одной части эпического комплекта у рыцаря не было. Впрочем, говоря прямо, это было бы слишком жирно. Сам же эффект комплекта тонко намекал – «война это ты», настоятельно рекомендуя быть со своими людьми вместе, в самой гуще боя.
[Эффект от 3 частей комплекта:
«Пробуждение конфликта»
Аура агрессии: Союзники в радиусе 15 метров получают +10% к урону и +10% к скорости атаки. Эффект активен только во время боя и если рядом находятся два или более врагов третьего тира или выше.
Предвестник войны: любые эффекты понижения морали и боевого духа воздействующие на противника усиливаются на 25%.
Эффект от 5 частей комплекта: «Закалённые битвой»
Щит против слабости: Союзники в радиусе 15 метров получают +15% к сопротивлению урону, если их здоровье падает ниже 75%.
Вдохновлённый конфликтом: после смерти противника третьего тира или выше в радиусе 15 метров, союзники в этом же радиусе восстанавливают 5% здоровья, 5% выносливости и 5% маны.
Эффект от 7 частей комплекта: «Повелитель Войны»
Аура битвы: В радиусе 15 метров союзники получают +10% к урону и +10% к скорости передвижения, а противники получают штраф на -10% к скорости атаки и передвижения.
Клич повелителя войны: При активации усиливает союзников на 30 секунд: союзники получают +10% к урону, скорости атаки, передвижения и иммунитет к психологическим эффектам. Противники теряют 10% урона, скорости атаки, передвижения и получают -10 к боевому духу.]
Оставалось лишь присвистнуть, оценивая эти эффекты, пока мы продолжали осмотр и поиски чего-либо ценного.
Когда же мы заглянули в самые глубины шахты, то обнаружили там… с десяток людей и чуть меньшее количество сатиров, которые неохотно работали кирками, поддерживая, скорее, иллюзию деятельности.
— Братцы, подмога прибыла! — предводитель сатиров принял героическую позу, поставив копыто на один из валунов и вскинув кулак к потолку.
— Ба, старый, тебя-то куда потянуло? — тут же отозвался один из работавших сатиров, тут же откинув кирку.
— Молодость вспомнить решил! Бес под ребро попал, вот и пошёл гулять…
— Как вижу, ты знакомых уже нашёл, — проговорил я, подняв бровь. — Можете заканчивать работы. Раубриттер мёртв.
— А… — на меня обратили внимание с ощутимым запозданием, но мой вид сыграл свою роль. — Тёмный эльф?.. Зенон, ты…
— А, не кидайтесь кирпичами, братцы, лорд это. А вот Винницы нет уже… — чуть погрустневшим голосом проговорил он, после чего потряс рукой. — Но скоро снова появится, да лучше, чем была!
— Будет, будет, — подтвердил я, осматривая пленных. — Зенон и Гильдербранд вам расскажут, что было за последние несколько дней. Если среди вас нет раненых, то мы будем ждать вас снаружи.
— Эм… Уважаемый… — один из людей запнулся. — Лорд. Вы же сопроводите нас до деревни нашей, верно?..
— Верно. И мне надо будет переговорить с вашим старостой.
— Х-хорошо, от… он найдёт время, я уверен, — молодой блондин, сравнительно щуплого телосложения, чуть поёжился, отводя взгляд.
— К вам мы пришли с миром… хотя, мы ко всем приходим с миром, — я хмыкнул, после чего развернулся. — Молодец, Хати. Пойдём.
Маленький волк тявкнул, после чего мы двинулись на выход. Зенон и Гильд остались с бывшими пленными, что-то им говоря, а я слегка поморщился. Складывалось ощущение, что всё идёт слишком хорошо, слишком легко, особенно учитывая тот уровень сложности что был мною выбран в начале. Подвох ощущался всеми фибрами души.
Но думал я об этом уже стоя вне шахты, с прищуром смотря на медленно садящееся солнце. Оставшиеся сатиры сортировали трофеи с трупов, пока эльфы несли дозор у входа.
Спустя несколько минут тилинькнуло уведомление системы — портал был достроен и функционален, и что очередь постройки свободна. Недолго думая, я отдал системный приказ на постройку Лунного Алтаря — через двенадцать часов у меня должны будут начать появляться около-элитные бойцы и маги моей фракции.
В этом была одна из особенностей, являвшихся как достоинством, так и недостатком, лунных, да и любых иных, эльфов. За редким исключением их базовая пехота начиналась лишь с пятого тира, который для иных фракций являлся уже претензией на около-элиту.
Отличался, пожалуй, только один из замков тёмных эльфов, в котором на раннем этапе могли использовать полукровок, но они, как и я, были изгоями. Только куда более агрессивными.
А я же куда более мирный и добрый. Спроси любого — подтвердят.
Также я надеялся, что оставшиеся в замке крестьяне и сатиры, даром что их целых пятнадцать, сумеют в стахановском темпе разобраться с «колодезной проблемой».
******
Сам путь до Сосновки занял чуть меньше двух часов. За это время не произошло ровным счётом ничего — Зенон всё также был с жителями этой деревни, которые поглядывали на меня уже не с таким опасением, а Гильд и Эгис всё также проверяли местность.
Деревня же встретила нас частоколом. Когда мы показались в зоне их видимости, стали слышны удары по металлу. Среагировали они быстро, что говорит лишь в их пользу, но это битьё в набат было излишним. По крайней мере, на данный момент.
На стенах начали появляться фигуры с метательными снарядами в руках, в основном копьями или дротиками. Я поднял левую руку, согнутую в локте, вверх, останавливая наше шествие.
Морские эльфы остановились за моей спиной, удерживая щиты, готовые принять удар на себя, если это потребуется, но, когда за нами начали появляться жители их же деревни, соседи и друзья, на стене пошли шепотки.
— Мы пришли с миром, — озвучил я подобие стандартного приветствия, от которого голоса на стене смолкли. — И я хочу говорить с вашим старостой.
Весть об этом постепенно пошла по людям и сатирам, спускаясь вглубь деревни. Спустя несколько минут ворота едва-едва приоткрылись, после чего из них вышел немолодой мужчина.
Даже с того расстояния что было, между нами, была видна его рыжая, пусть и украшенная сединой, борода, заплетённая в несколько косичек. Но вот походка и снаряжение выдавало в нём воина — на левой руке висел круглый щит, украшенный изображением волчьей головы, а на поясе было видно несколько топоров.
— Если меня здесь убьют, — начал говорить я, чуть наклонив голову влево, чтобы Талфель меня слышал. — Можете вырезать здесь всех до единого.
— Твой приказ, — коротко проговорил он, после чего мы с человеком медленно пошли навстречу друг к другу.
Он выглядел уверенно, смотря прямо на меня и не отводя взгляд. Было ясно — он наметил цель, и шёл к ней, а вот как всё решится, ему придётся разбираться на месте. Мне оставалось лишь соответствовать ему — двигаться вперёд, до момента встречи с этим старостой.
— Кто таков, откуда будешь? — в его голосе отчётливо ощущался бас.
— Лорд замка. Сосед, — на моём лице появилась кривоватая ухмылка, после чего уже я задал два вопроса. — Кто таков, как тут давно?
— Пф, — его прищур стал острее, после чего он ответил. — Стейн. Сколь жив, столь тут и живу, — практически в каждом произнесённом им слове чувствовался нарастающий гул. — Назовись по имени, эльф. И скажи, что хочешь.
— Мэйзад’Диирн. А хочу я вернуть твоих людей к тебе и говорить.
— Ты говоришь уже сейчас, — его взгляд стал тяжелее. — А за людей благодарим.
— Ты понимаешь о чём я говорю, староста.
— И чем же ты свои слова подкрепишь? — тон его голоса стал более скрежещущим.
— Я бы мог сказать «мечами, что уничтожили тёмного рыцаря», но я скажу иначе. Винницей и Морковьево. Они теперь под моим крылом.
— Весомо, — он чуть пожевал губами, как бы взвешивая все «за» и «против». — Но помимо тебя здесь есть и наши, Фенрирцы.
— С которыми я буду говорить завтра, после полудня, — по его лицу будто прошлась волна, но выражение его лица осталось невозмутимым. — И посему, я хочу просить о крове на эту ночь.
Раздался его тяжёлый вздох.
— Будь посему. По закону гостеприимства, я приглашаю тебя и твоих людей к нашему столу. Ты принёс благую весть и помог нашим сородичам.
— Смиренно принимаю твоё приглашение, и рассчитываю на продолжение нашей беседы.
Он кивнул, после чего развернулся и медленно пошёл в сторону ворот. Мне оставалось сделать тоже самое, но по отношению к своим.
— Нас пригласили погостить, и мы останемся там на ночь. Прекрасный повод наладить отношения, — переведя взгляд на переминавшихся позади людей и сатиров, я махнул рукой. — Вы дома.
Ворота к тому моменту отворились, позволив как спасённым нами крестьянам зайти в деревню, так и нам, начав осматриваться.
И посмотреть было на что — если в Виннице архитектура была больше европейской, схожей с замком светлого рыцаря, в Морковьево были как обычные дома, так и землянки полуросликов, помимо больших домов для кентавров, а здесь… были крайне длинные дома, свойственные именно скандинавам — их мало с чем перепутаешь, зная основные особенности.
Это же и вызывало вопросы, как эта тройка деревень не враждовала, учитывая, что единственным объединяющим их фактором были зверолюды. И это отнюдь не плюс — разные расы сами по себе плохо уживаются вместе, за редкими исключениями, а данный случай таковым не являлся.
Хати же, следовавший за мной, вызывал очень большой интерес у человеческой части этого поселения, из-за чего не рисковал далеко отходить от меня, в итоге задав волновавший его вопрос.
«А почему у того человека на щите был волк?»
«Скорее всего, он из тех, кто почитает великих волков. Он назвал встреченных нами ранее „Фенрирцами“ — он, думается мне, у них в большом почёте.»
«А почему?» — я в этот момент сел на одну из скамеек, что были вынесены и стояли рядом со стеной. Хати запрыгнул на неё и устроился у меня под боком, а я начал его рефлекторно гладить.
«Он — тот, кто, по их легенде, начнёт Рагнарёк, большую войну. Многие норманы, или викинги, живут войной. Умершие, по их преданиям, попадают в Вальгаллу, и там ждут, когда начнётся Рагнарёк, чтобы выйти на свой последний бой.»
«Понятно… но кто такие великие волки?» — маленький волк осматривал деревню, но я ощущал, что он хочет это знать.
«Как я тебе рассказывал, это величайшие и известнейшие волки мира. Один из них — Фенрир, волк, что был выращен асами и будет одним из тех, кто примет участие в Рагнарёке. Он столь велик, что лишь один из богов скандинавов осмеливался его кормить.»
«А почему его боялись, если он рос с ними?»
«Он стал слишком силён, и он был ребёнком Локи, от чего в него было мало веры. И его сковали цепью… что порвать он сможет лишь когда начнётся Рагнарёк.
«Но почему они тогда его не убили? Ведь тогда бы не было проблемы» — задал маленький волк неожиданно циничный вопрос для его нежного возраста.
«Он, всё же, был их гостем. Убить же гостя — нарушить закон гостеприимства, за который тебя карает сам мир.»
«Это странно…» — проговорил он.
«Это странно. Но мы здесь гости.»
После этого он сидел со мной, думая о чём-то своём, изредка задавая уточняющие вопросы о викингах. Пусть он сам и не был скандинавским волком, но потомком «великого волка» его назвать было можно.
В конце концов он спросил, можно ли тут гулять и, получив разрешение, спрыгнул со скамейки, после чего отправился бродить по деревне.
Тем временем, предыдущая настороженность сменилась радостью воссоединения «потеряшек» с родными, по чуть-чуть, практически за каждого, повышало отношения с этим поселением, выведя их в небольшой плюс.
Данное воссоединение грозило перерасти в небольшой стихийный праздник, чему что мои сатиры, что сатиры отсюда весьма способствовали, тогда как Зенон и Гильдербранд взяли Стейна в оборот.
Эгис, освобождённый от своего спутника, стал рядом со мной, а через несколько минут подошёл и Талфель — эльфы и сами знали, что делать,
— Ми’гно, — проронил кентавр, смотря на то, что происходит.
— Мы принесли им этот мир, пусть и с кровью на мечах, — откинувшись назад и упершись спиной в стену проговорил я.
— Они близки с другими скандинавами, — с показным равнодушием бросил Талфель. — Считаете что стоит?..
— Стоит, — коротко кивнул я. — Я не мясник, — левая часть лица чуть дёрнулась, напомнив об орчанках ранее. — И не хочу убивать всех, кто у меня на пути. Более того, Зенон и Гильдербранд явно давно знакомы с этим Стейном.
— Давно, — медленно кивнул Эгис. — Он неновый воин. Не молодой.
— Он ходил в походы порядка тридцати лет назад, — равнодушно отозвался морской эльф. — Хорош в работе с топорами. Неплох с копьём. Был хольдом, ушёл.
— Весомо, — кивнул я, вновь поблагодарив систему за перевод. «Хольд» — это один из ветеранов, который ещё и малым командиром мог быть.
Тем временем уже выставлялись столы и разжигался большой костёр — скандинавы и сатиры явно понимали, что для празднования в длинном доме людей слишком много, а уж снаружи места хватит всем точно.
Сатиры благополучно выкатывали бочонки, в которых оказывались как эль, так и вино. И даже больше, тут был какой-то особый сорт медовухи, которую иначе как «сосновой» не называли.
Я же, примерно понимая специфику викингов, приготовился сыграть ставшую, для них, практически классическую песню, которая устойчиво с ними ассоциировалась.
Беседу касательно их присоединения стоит перенести на утро — к тому моменту и пройдут практически все фокусы, что улучшат отношение и могут склонить переговоры на мою пользу.
Время же будто начало течь быстрее, подгоняя события к вечернему пиру. Что северяне, что сатиры уже начинали откупоривать алкоголь и готовить мясо, навевая воспоминания о том, как похожее происходило в Морковьево.
Спустя несколько тостов, очередь произнести оный дошла и до меня. Перехватив кружку с медовым напитком, я на несколько секунд застыл.
— Я благодарю вас за оказанное гостеприимство, за разделённую еду и кров. Поднимаю же этот прекрасный напиток я за будущее, в котором будет лишь то, что будет вызывать лишь такие же пиры и радость на лицах. Я поднимаю этот напиток за вас.
Несмотря на то, что этот тост был слабее чем тот, что я произносил в Морковьево, его встретили овациями. Я сделал заметку для себя — для подобных застолий нужно ещё несколько шаблонных тостов, которые можно будет чередовать или комбинировать… но это было ещё не всё.
— Теперь же, после прекрасного напитка, дозволит ли хозяин дома мне сыграть? — повернув голову к Стейну и получив его кивок, я переглянулся с Ангнисс, после чего началась новая мелодия и песня. А уж потом… будут танцы.
Someday I would buy…
Пятый день.
Утро началось даже раньше, чем я предполагал. Несмотря на весьма задержавшееся застолье, в процессе которого я получил официально закреплённый навык музицирования, уже к шести утра практически все были на ногах, и я уже вёл беседу со Стейном, незадолго до этого отдав системный указ на постройку последнего ускоренного здания — гильдии скаутов.
Расположен к переговорам он был куда больше, чем прошлым вечером. Сыграло роль то, что использовал я песни, по большей части, около-северного настроя и мотива, что было вполне применимо для зверолюдей, и, особенно, для викингов. Да и служение луне, которое также было проведено, весьма неплохо подняло отношения.
Зенон с Гильдербрандом его также неплохо обработали за вчерашний вечер, и чуть позже тоже присоединились к разговору.
Система подсказывала что отношение перевалило чуть больше чем за двадцать пять единиц, чего было достаточно для разговора о присоединении оных ко мне.
Нами был составлен уже почти «типовой» договор о том, что они переходят под моё управление, сделанный по типу того, что был заключён с полуросликом ранее. Не слишком высокий налог, возможность его чуть позже повысить, и выплата, по большей части, продуктами питания — так проще и им, и нам. Вот только пунктов об отсутствии призыва их в качестве ополчения уже не было, на что полурослик чуть усмехнулся.
От этого же старосты я получил и информацию о ближайшей округе, которая включала в себя достаточно интересные факты.
Первый — очередное упоминание отдельной винодельни с особнячком, где жил старый, как минимум на вид, но весьма активный мужчина, а с ним десяток его слуг. Со слов Стейна он был каким-то ветераном, но чего-то конкретного о нём он рассказать не мог.
Следующей заметкой было то, что сравнительно недалеко от этого же особнячка, старик-алхимик, гнавший как ядрёное пойло, которое не слишком рисковали пить даже сатиры, так и ртуть, которую иногда продавал, если к нему кто-то за ней приходил. Раньше он служил владельцу источника, но когда тот сгинул, то просто продолжил жить как раньше.
Третьим же фактом стало население гор, которые были северо-западнее. Забраться со стороны Сосновки на них едва ли получится, слишком крутые склоны, но если сделать крюк, то в том месте имелся плюс-минус удобный спуск, позволявший без особых проблем подняться туда. И что там жили… очередные зверолюды. Но на этот раз не сатиры или кентавры, а гарпии и, как рассказывал уже дед Стейна, когда-то там встречали минотавров.
Он сам, правда, их не видел, да и люди из его деревни тоже не встречали их.
Когда переговоры были окончены, и мы ударили по рукам, подписав бумаги, я получил первую порцию капнувшего за день опыта. При том, цифра была чуть больше чем в случае с Морковьево — видимо, сказались более выгодные, для меня, условия.
Вскоре после этого, получив в нагрузку одну меру еды, мы отправились по сравнительно протоптанной дороге на северо-запад, в сторону особняка этого «ветерана».
Сам путь не был интересен абсолютно ничем — это были достаточно открытые поля, с которых, пусть и вдалеке, но уже была видна «большая вода». Это вызывало во мне тоску, ведь море было отнюдь не той стихией, куда мне хотелось попасть.
Видимо, не всегда удача будет повёрнута ко мне лицом — как выбираться из этой ситуации я пока что не представлял, но… викинги и эти морские эльфы тут явно неспроста.
По крайней мере, мне оставалось надеяться на то, что хоть кого-то из них я сумею полноценно забрать к себе, и на их основе создать корабли. Хотя… зверолюды тоже умели в оное. Главное — найти подходящее место для верфи, выстроить её, а уж там как-то разберёмся.
За мыслями о будущем путь прошёл почти незаметно, и этот особняк, точнее его ограждение, выросло прямо перед носом.
Это была каменная стенка высотой в полтора моих роста, с двустворчатыми воротами окованными железом. Долго стоять перед ними мы не стали, обозначив своё присутствие стуком в них. Не прошло и минуты, как едва заметная щёлка в воротах отодвинулась, после чего раздался голос.
— Вы кто такие? Чего надобно?
— Говорить с твоим хозяином хотим, — ответил тому я. — Поздороваться с соседями.
— Господин изволит почивать, зайдите попо…
— И гости на этот раз важные, так что рад такого и подняться можно, — не дал я служке договорить, скорее рефлекторно положив руку на рукоятку меча.
— Х-хорошо… — раздался из-за ворот чуть дрожащий голос, а далее последовали удаляющиеся шаги.
— Думаешь, приведёт? — с сомнением спросил Зенон.
— Куда денется, — ответил я. — Подождём немного.
Ждать же пришлось чуть больше десяти минут, после чего ворота медленно отворились, а за ними стояло три человека, двое из которых были явно одеты как слуги. Третий же, стоявший по центру, был одет в украшенный кафтан, а на его поясе, с одной стороны, красовались ножны с мечом, а на другой — цепь.
В глаза сразу бросалась его седина, если не сказать белизна, а также весьма поджарая фигура, вместе с худым лицом. И что-то в его лице заставляло насторожиться, будто было что-то неправильное, не человеческое…
— С кем имею честь? — коротко и не слишком громко задал он вопрос.
— Мэйзар’Диирн, лорд и хозяин магического источника.
— Рейнальд, — он хмыкнул. — Барон.
Мы смотрели друг на друга. Я пытался понять кто он, как и он оценивал меня, не слишком смотря на тех, кто был за моей спиной, будто не считая их весомой угрозой.
— Корво Бьянко? — задал я вопрос, на что получил усмешку.
— Чаччи Белло.
— О, а винцо у вас таки было ничего, не наше, но всё-таки… — не сумел сдержаться Зенон, чем перетянул на себя его внимание.
— А вот ваш брат только дрыном и гонять, наглые больно, — беззлобно отметил он.
— Но так что, сосед, — вернул я внимание к себе, на этот раз смотря на ему в глаза и видя отнюдь не человеческий зрачок. — Делать будем?
— Хм, вопрос хороший. Роджер, с какой ноги я сегодня встал?
— С правой, господин.
— Значит, сражаться сегодня не хочу. На бутылочку не приглашу — вино дозреет только к следующей неделе.
— А без вина дела не делаются, — вздохнул я, получив его довольную усмешку.
— Верно. Чуть подрасти, поднабери влияния, а потом поговорим. Под винцо. Если договоримся и понравится — пришлю бочку тебе ко двору, — тональность была шутливой, угрозы от неё я не ощущал, но… желания нарываться на ненужный бой не было.
— Тогда хорошего дня, барон. Думаю, нам будет о чём поговорить.
Он молча на это кивнул и развернулся, направившись в сторону своего особняка, а ворота начали медленно закрываться. Мне же осталось цокнуть языком и развернуться к своим людям.
— Двигаем к алхимику. Думаю, там результат будет получше.
— Кто это был? — задал вопрос Яхель. — Он не выглядел опасным, так почему?..
— Это ведьмак. Видимо, решивший отдохнуть от охоты, — лицо молодого морского эльфа переменилось, так как об оных он явно слышал.
— Далеко он от своих забрался, — отозвался Талфель, развернувшись и двинув в указанном направлении. — Их брат редкость.
— Вымирающий вид, реликт старых времён… — я хмыкнул, вспоминая историю вселенной Ведьмака. — Который вытащили обратно. Забавно.
За время что мы двигались до алхимика я прикидывал время, которое нам потребуется чтобы добраться до места встречи с викингами. В целом, времени пока что было в достатке, но… стоило двигаться быстрее.
Небольшая лаборатория, буквально входящая внутрь скалы, с небольшим подлеском рядом, встречала нас молчанием. Никакой охраны, что уже заставляло насторожиться… но, с другой стороны, ведьмак под боком агрессивное зверьё бы сам и убил.
Стук ничего не дал, и мы открыли незапертую дверь, заходя внутрь. Гильдербранд и Эгис от данной чести отказались, предпочтя разведать округу, пока мы будем разбираться с тем, что внутри.
Повсюду валялось алхимическое оборудование, при том далеко не всегда целое, разбрызганное нечто по стенам… это наводило на два варианта — либо это творческий беспорядок, либо эту лабораторию недавно разгромили.
Хати внимательно принюхивался ко всему, но едва ли мог что-то сказать из-за того, сколько тут всего было перемешано, начиная от какого-то разлитого пойла, заканчивая остатками ртути.
Спустя полтора десятка минут поисков по лаборатории, которая оказалась намного больше, чем могло показаться снаружи, мы-таки нашли искомого алхимика. Тот спал мертвецким сном, в обнимку с каким-то бочонком. Я мотнул головой Зенону, мол, приведи его в чувство.
Тот пробежался взглядом по лаборатории, принюхался, бросив взгляд на ряд колбочек на шкафу, после чего взялся за одну из них и принюхался, практически сразу после этого закашлявшись.
Эта же колба была поднесена к носу алхимика, от чего тот заворочался, а спустя десяток секунд сделал долгую затяжку этого запаха.
— Кхе-кхе… — чуть закашлялся он, просыпаясь. — А, вы ещё кто?.. — пробормотал он, мотая головой.
— Новый лорд.
— А, шо, уже снова заняли замок?.. Чтож так быстро-то?.. — начал бурчать дед. — Что, тоже ртуть хочешь?
— Хочу. Меру в день, как и полагается.
— Бумажку корябай. И помощники нужны будут — сам я её мало бодяжу. Еды на меня подвози, да на помощников, и будет тебе ртуть, — он покосился взглядом на сатиров из моего отряда. — Если будут сатиры — может, ещё чего пришлю. Они в пойле толк знают.
— Хорошо…
Набросать указанные требования было несложно — по факту, он и был производителем, который банально откажется менять место жительства, но через помощников, которые будут ему помогать, обеспечивая выработку этой ртути.
После того как он поставил подпись, а после и я прижал печать сначала к бумаге, а потом и к столу, то система зафиксировала захват этого места.
— А пока, я снова спать… и да, тут какие-то рядом ходили… — махнул он рукой, зевая. — И колбу верни, рогатый!
— А кто ходил?
— Да чёрт знает, не приглядывался… коротышки какие-то… А-ах… — он зевнул и… просто отключился, вернувшись ко сну в той же позе и в обнимку с тем же бочонком.
Большего от него было не добиться, и мы пошли на выход. Снаружи нас ждало чуть посуровевшее небо, без палящего солнца, но без явных намёков на дождь.
— Есть идеи о ком он говорил?
— Не знаю. Таких здесь я не помню, — покачал Талфель головой.
— Ещё и эта напасть… — цокнул я языком, оглядывая окружение и разворачивая. — Ладно, сделаем небольшой крюк, после чего идём на вст…
Щелчок.
Мимо моего лица, буквально с секундной задержкой, пролетел арбалетный болт, вошедший в лоб одному из сатиров, пробивший и практически отбросивший его назад.
Следующие несколько болтов был заблокированы щитом Талфеля, который моментально перехватил свой щит, прикрывая меня. Остальные также перехватили щиты, ловя в них начавшие уже куда боле массово лететь снаряды.
Второй залп произошёл уже под грохот механизма, что вылетел из этого же подлеска — крупный, размером с лошадь, скорпион в окружении нескольких низкорослых гуманоидов понёсся в нашу сторону, под воинственные выкрики оных.
— Яхель, ваша двойка! — Талфель махнул мечом чуть в сторону того места откуда летели болты. — Атака!
Сам же эльф-командир, используя натиск, как и последний из четвёрки, рванули на мчавшуюся в нашу сторону группу. Я последовал за ними — уж что-то, а сейчас я поддержать их смогу, уже не первый уровень ведь!
И с противоположной от нас стороны раздался хлёсткий удар тетивы, ознаменовавший выстрел Эгиса. Стрела пробила пластинчатую броню одного из гномоподобных существ, заставив того споткнуться и и упасть… после чего он уже пополз.
В кустах же стали слышны крики — Яхель и гладиатор добрались до стрелков, заставив тех вступить в ближний бой.
Те же с кем Талфель и последний из эльфов столкнулись оказали им… равное сопротивление. У них начался танец мечей и щитов, который прерывался роботом, старательно, но весьма предсказуемо, хотя его резкие выпады хвостом и заставляли командира эльфов уделять куда большее внимание уклонению.
Я старался подгадать момент, и в один из них мне повезло — в открывшуюся брешь в защите гнома влетела моя «звёздочка», нанеся ему достаточно весомый урон, дополнительно отвлёкшая его, что дало эльфам преимущество.
Феи пикировали на робота, закидывая его искрами, однако тот их стоически игнорировал, стараясь зацепить Талфеля, до момента, пока не раздался ещё один хлёсткий удар тетивы, а стрела уже вошла в центр корпуса робота, заставив того задёргаться, потеряв концентрацию на своей цели, подобно засбоившему механизму.
Раздался хрип уползавшего гнома, который был до сих пор жив, и скорпион замер, пока мы втроём дожимали оставшихся рукопашников.
Это было уже делом техники — эльфы, явно бывшие «на опыте», не давали тем расслабиться и это было лишь вопросом времени, пока те не погибнут. Я развернулся в сторону места куда умчались Яхель с гладиатором, бросив взгляд на лежавшего посреди этого пути гнома и… увидел его озлобленную ухмылку и едва слышный приказ.
— Полный залп.
Я не успел среагировать — скорпион, до этого лежавший так, будто его срок «жизни» был окончен, дёрнулся в последний раз, разрядив в меня пачку арбалетных болтов со своего хвоста, нацеленных мне в грудь.
Небо было серым. Я чуть скосил взгляд вниз, смотря на шесть болтов торчавших из моей грудной клетки, с запозданием ощутив вспыхнувшую боль, под крик Ангнисс… и мир изменился.
— Добро пожаловать домой, господин. Желаете отдохнуть, поесть или что-то иное? — раздался абсолютно спокойный голос Джаэлькиры, будто не произошло ничего необычного.
Я же на несколько десятков секунд завис, то ли от её невозмутимости, то ли от того, что я всё-таки умер.
— Вот же чёрт… — я выругался сквозь зубы, после чего бросил взгляд на ожидавшую приказов эльфийку. — Принеси самую подходящую одежду и снаряжение на меня, кольчугу и полуторный меч.
— Слушаюсь, — она поклонилась, после чего вышла из зала.
Долгий вдох и не менее долгий выдох. Только спокойствие… я прекрасно понимал, что я рано или поздно умру… не до конца, но умру, но не так же позорно! Подставиться в выигрышном бою, в последний момент!
Снова выругавшись, выждав примерно полторы минуты и убрав уведомление о получении навыка средней брони, я использовал одно из общих системных заклинаний, которые были у всех игроков — простейшая связь одним из моих подчинённых, наподобие телепатии.
«Талфель, я жив, всё в порядке. Что у вас?»
«Мы живы. Погибло двое сатиров. Зенон жив,» — в этот момент раздался истошный вопль.
«Что там происходит?!»
«Ваша сестра пожелала переговорить с тем, кто отдал приказ на выстрел в Вас. Смею предположить, что её не стоит беспокоить ближайшие… полчаса.»
«Я не буду спрашивать, что она делает…» — от последовавшего крика вновь внутри меня что-то сжалось. — «Приказ и маршрут неизменен, единственное, забери моё снаряжение и сожгите мой труп. Встречаемся неподалёку от того места, где мы встретились с викингами.»
«Ваш приказ. Выступим в кратчайшие сроки.»
На этом связь с Талфелем оборвалась. Меня подмывало связаться с Ангнисс, но…
Впрочем, какие могут быть «но»? Верно, никаких, главное просто не использовать осмотр местности через её глаза…
«Ангнисс, я жив,» — связался я уже с ней. — «Всё в порядке. Не беспокойся.»
«Ах, брат мой…» — пусть это были мысли, но я будто ощутил облегчение в её словах. — «Как же ты так подставился…»
«Всё может случиться, сестра моя… меня подвели рефлексы. В следующий раз этого не повторится.»
«Когда мы останемся наедине…» — я почувствовал лёгкое мурлыканье в её голосе. — «Мы поговорим с тобой об этом.
«Хорошо… следуйте нашему намеченному маршруту, когда будете готовы.»
Получив подтверждение и от неё, я выдохнул. Хати я отправил короткую мысль, чтобы он слушался Ангнисс или Талфеля… Но предчувствие вопило о том, что я попал в самую что ни на есть засаду, пусть я и плохо понимал, в чём она будет выражена. Но… не будет же проблем от самого преданного мне разумного, верно?
— Ваше снаряжение, господин, — прибывшая Джаэлькира отвлекла меня от тяжёлых мыслей.
— Благодарю. Что с колодцем? Иные строения?
— Мне пришлось указать не самым разумным из этих людей, что работать стоит на совесть, — сдержанно ответила она. — Сам колодец был завершён незадолго до Вашего появления. Также…
Пока она продолжала рассказывать о тех немногих новостях, что происходили здесь, я облачался в снаряжение. Было оно не в пример хуже моего — если всё что было на мне там было «отличного» качества, то всё это в лучшем случае было «нормальным», да и не под меня.
— На этом всё, господин. Более не произошло ничего.
— Отлично. Ты молодец, — я на несколько секунд завис, после чего добавил. — Если вдруг придёт «гость» в виде тёмного эльфа, что говорит странными понятиями, то это нужный человек. Он должен принести информацию о змее. Также может прийти жрица с сопровождением… и, если оная придёт, ни под каким предлогом не пускай её к сердцу замка.
— Поняла Вас, — она склонилась в поклоне. — Есть ли ещё какие-либо указания?
— Нет. Я отправлюсь призвать наших собратьев, после чего… мы вновь отправимся в путь.
— Как пожелаете, — она поклонилась и отошла в сторону, пропуская меня к выходу.
Мой же путь лежал к недавно выстроенному лунному порталу, в котором мне предстояло нанять моё первое недельное пополнение. Пара бестий, пара мечников и как вишенка на торте — послушница, которая и станет нашим будущим «тараном».
Само строение было в подземной части замка, которая только-только начинало вырисовываться. Особо много времени на подготовку у меня не было, но не использовать «Творца» сейчас было бы грешно.
Встав перед порталом на колено и уперев остриё меча в землю, я вознёс молитву богине Луны — пусть это и формальность, но мелькал непроверенный слух, что если сделать подобным образом, то можно было повысить шанс на появление более уникальных юнитов.
Мечникам характеристики отправились больше в физическую сторону, сделав их сильнее, выносливее и быстрее, ценой небольшой потери магических характеристик, бестиям я дал более-менее равный прирост в ловкость, силу магии и выносливость, а вот жрицам, я всё что мог направил в магическое усиление, остаток отправив в выносливость и ловкость.
К моменту окончания молитвы я нажал на «принять», после чего портал вспыхнул, а их него вышли те, кого я и призывал… а со счёта списалось немногим меньше пяти тысяч монет, заставив с запозданием задуматься о том, кто потом будет оплачивать этот «банкет».
— Приветствую прибывших в Лометириос, — сказал я, поднимаясь с колена. — Можете чувствовать себя как дома.
Отряд стоял в уже готовом к бою построении — жрица в окружении оставшейся четвёрки, осматривающиеся по сторонам.
— И ты здрав будь, лорд замка, — ответила мне призванная послушница. — Но вижу я, что до «дома» этому месту ещё далеко.
— Путь не близкий, и только начатый, — подтвердил я. — Но нам необходимо выступать, так как близится время встречи с северянами.
— Северяне? Эти… варвары? — поморщившись произнесла послушница.
— Эти варвары. А что с ними будет — зависит от того, как пройдёт встреча. По пути же мы встретимся с моими людьми, которые придут с другого направления.
— Да будет так, — кивнула жрица. — Приказывай, как военачальник на войне.
Моё же лицо от этих слов чуть дёрнулось. Очередная жрица… но ничего не попишешь. Потом. Всё потом.
Когда я системно призвал двух сатиров, отдав приказ третьему занять место у колодца, чисто на всякий случай, то увидел недовольную гримасу тёмной эльфийки. Ну, чего и следовало ожидать, ведь даже лунные в той или иной мере расисты.
Наш отряд, состоящий из восьми разумных, выдвинулся к месту встречи с нашими основными силами… хотя, кто теперь был «основной силой» — вопрос более чем открытый, учитывая магическую мощь послушницы.
Всё же, маг седьмого тира — это не шутка.
******
Ближе к семнадцатому часу наши два отряда встретились. Ни с нашей, ни с их стороны не было каких-либо происшествий — оба отряда добрались без боёв, если не считать того, в котором меня впервые убило.
За время пути я более детально ознакомился с возможностями призванных юнитов — опять же, заклинания у них были случайными, кроме тех, что были в амулетах у жриц. Пусть и базовая «Звёздочка», но даже так, это значило что у неё будут и другие заклинания.
Одна из бестий также имела в арсенале «Звёздочку», тогда как второй досталось «Лунное серебро», которое давало несколько иное усиление, нежели то заклинание что было у меня.
Мечники же особо не выделялись, изображая самых что ни на есть болванчиков. Подозрения они не вызывали… пока что. Всё же, тёмные эльфы, даже мужчины, не будут вызывать подозрений полностью только тогда, когда они абсолютно точно мертвы.
Женщины — будут оные вызывать даже в подобном состоянии.
Мы прибыли на место чуть позже первого отряда, а после встречи мне сразу были переданы мой меч и перчатки, а также пояс и талисман, висевший до этого у меня на шее. Более того — эльфы, как оказалось, осмотрели ближайшее окружение, и нашли две меры ртути, запечатанные ими в одной большой ёмкости.
Преподнесённая обратно кольчуга настрой чуть подпортила, так как центральную часть оной разворотило, но ничего не поделаешь. Такое — только в ремонт или на переплавку.
Сапоги же, как я заметил, были на Ангнисс, и за счёт них, видимо, отряд добрался быстрее чем мы — восемь процентов скорости кое-что меняют.
Далее же последовал доклад со стороны первого отряда… и вести они принесли не самые утешительные.
Отряд, с которым мы встретились, был простой разведгруппой, вышедшей из гор, до которых мы чуть-чуть не дошли. Точнее, они из подземья вышли в горы, а уже с них спустились вниз.
Однако раса, которой являлись они, заставила меня удивиться. Это были… цверги.
Если «гномов» ещё можно было очень условно, но перенести на сторону «добра», то вот цверги, их альтернативная версия, была на стороне «зла», причём являлись они вполне договороспособными… по отношению к иным «злым» расам.
Но они, как и гномы, не жаловали морские области. Они были исключительно подземными жителями, и на поверхность выходит не любили, так как очень страдали от солнечного света… и когда я задал вопрос, почему они не дождались ночи, мне передали одну из сохранившихся пар очков. Похожих на дайверские, с затемнённым стеклом, которые явно заглушали как минимум часть их проблем со зрением.
Далее последовала более конкретная информация — примерная численность, причины их выхода на поверхность… и это уже заставило заскрипеть зубами.
На юго-западе были ящеры, набиравшие силу, ориентировочно на северо-западе городок людей, на юго-востоке поселение викингов, а на северо-востоке, в горах и под ними, уже обосновались цверги, которые при этом стремительно захватывали влияние в оных.
Самым же важным было то, неподалёку от них, в тех же горах, жила группа гарпий, а они сами имели рабов… столь нужной мне расы.
Минотавры.
Рассказы Стейна подтвердились — минотавры действительно когда-то там жили, но их давно не видели… по причине того, что их захватили и начали использовать как рабов.
Меня вновь начало тянуть в горы, но мы слишком приблизились к встрече с северянами, чтобы от оной отказываться. Надо было так или иначе разобраться с этой проблемой.
Приняв командование над уже весьма массивным отрядом, численность которого совсем немного не дотягивала до двадцати голов, мы отправились навстречу судьбе.
«Снова гнилью пахнет» — пронеслась мысль Хати, которую я и перевёл для всего отряда, который подобрался, готовый к новому столкновению.
А чьей судьбе — вопрос более чем открытый.
******
— Да сколько вас здесь! — воскликнул я, с трудом парируя очередной удар ржавого меча.
— Не жмись, эльфёнок, прорвёмся! — буквально проорал рядом викинг, налетая на моего противника сбоку, врезавшись в него своим щитом. — Добивай!
Мой клинок, сияющий лунным светом, вошёл в шею заревевшей от этого нежити. С силой дёрнув свой меч обратно, я отступил назад, услышав, как над полем буквально зазвенела мелодия, от которой усталость в мышцах начала отступать назад.
— Вперёд! Отправим их обратно в Хельхейм!
Отряд викингов взревел, лишь усилив напор на мертвецов, оттесняя от них даже моих эльфов, которые, впрочем, и сами предпочли отойти на задний план.
До сыгранной мелодии и нашего вмешательства бой шёл примерно наравне — норманны, несмотря на внешнее варварство, действовали более чем слаженно, тогда как нежить пусть и имела преимущество в числе, но не имела как такового лидера.
Мы с русым викингом добили одного из драугров, после чего, переглянувшись и не сговариваясь, ринулись на следующего, ведь их было более чем в достатке, не говоря уже об «обычной», пусть и несколько более похожей на скандинавов, нежити.
Он снова влетел в немёртвого скандинава, заставив того пошатнуться, пока я обходил того сбоку. Викинг на удивление хорошо принимал удары на щит, делая редкие колющие выпады, пока заторможенный драугр атаковал его мечом.
Я же обошёл того сбоку, после чего совершил рубящий удар под колено здоровенной мёртвой туши, из-за чего у того подкосилась нога и он упал на колено, взревев от ощущения святой энергии.
Русый викинг усилил напор, совершим удар щитом тому по голове, вновь привлекая внимание к себе, и давая мне время для ещё одного размашистого удара — на этот раз в область шеи, всё также со спины.
Тот умудрился сгорбиться, из-за чего клинок пусть и задел оную, но столь критичного ущерба не нанёс.
Скандинавы держали стену щитов, оттягивая на себя большую часть внимания, а мои эльфы начали уходить в сторону, обходя немёртвых сбоку. Очередной хлёсткий удар тетивы, который был сопровождён хрустом дерева — Эгис не щадил трофейные луки, используя свой навык так часто как мог.
Стрела вонзилась в голову драугра, которого мы с русым викингом дожимали, прервав нежизнь оного.
Когда тот пал, я отскочил назад, вновь пересекаясь взглядом со скандинавом, после чего рванул в сторону своих солдат, готовясь к столкновению с тылом нежити. Зайти такому неповоротливому противнику в тыл — что ещё хотеть?
— ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! ДАВИ! — раздался выкрик русого командира, который вклинился в строй своих солдат, входя в первые ряды.
Когда мы обошли нежить, готовые атаковать, уже я отдал короткий приказ.
— Немёртвых не жалеть. Себя — беречь.
И после этого уже мои эльфы врезались в спины нежити, начав массовую резню.
Если четвёрка морских эльфов действовала более схоже с викингами, держась рядом, практически в строю, встав в центр, то вот лунные действовали иначе. Бестии и мечники, каждый из этой четвёрки превратился в смертоносный вихрь, который наносил множество ран всем, кто оказывался поблизости.
Особенно выделялись бестии, которые, разделившись по одной на каждую из сторон, начали свою жатву, разрубая одного немёртвого скандинава за другим.
Мечники же прикрывали бестий, держась рядом с ними и лишь немногим уступая тем по смертоносности, но позволяя им сиять.
Обе жрицы отряда, оставшиеся позади, безмолвно наблюдали за полем. Они экономили энергию веры — накопление оной процесс не быстрый, а использовать слишком много было крайне нежелательно.
Ангнисс использовала две «звёздочки» чтобы прикрыть меня, когда я встречался лоб-в-лоб с драуграми. Другая жрица также использовала всего два основных атакующих заклинания, но каждое из них буквально испепеляло крупного немёртвого скандинава.
Мне же оставалось рубить мертвецов, пока был активен лунный клинок — эффект против нежити он оказывал более чем достойный.
Спустя двадцать минут бой был завершён, ознаменованный тем, что я получил повышение уровня за него — как процент от командования, так и содействие в убийстве нескольких драугров сыграло свою роль.
Мы отошли в сторону от той горы трупов, что осталась после этого побоища, как и скандинавы. На короткое время воцарилась патово-молчаливая ситуация, когда обе стороны были в напряжении, несмотря на совместную работу до этого.
На время этой заминки я кратко посмотрел на уведомление, в котором значилось крупное повышение характеристик — как за уровень, давший мне единицу силы, так и эльфийские бонусы, давшие ещё одну единицу в силу, пять в ловкость и одну в устойчивость к откату.
Предложенный же выбор навыков был прост — «Избранный» из книги жреца и «Стрельба в движении» из книги мастера-стрелка.
Стрельба в движении была обязательной для кочевников и эльфов, которые ориентировались на подвижность и стрельбу. Лунные же ездовыми существами особо не баловались, несмотря на то что у них и была особая порода лошадей, хотя и слишком уж замагиченная. Конечно, можно вспомнить про зверьё, которое закупали вольные города, но до этого слишком далеко.
«Избранный» увеличивал как повышение набора репутации, так и её понижение, что, соответственно, влияло на вероятность получения заданий от божества.
Но, что было куда более символично, для меня, жрецы своего замка начинали обращать внимание на то, что их лорд становился «Избранным». Видимо, система им подсказывала, что в фаворе, или немилости, именно этот разумный.
А я же, будучи ещё и мужчиной… хмыкнув, я сделал очевидный выбор. Стать «Избранным» у богини Луны — почему бы и да?
Кроме того, были уведомления и о повышении отношений, но детально просмотреть их я не успел, так как к этому моменту из строя викингов вышла знакомая мне фигура. У него в руках был уже только щит — несмотря на то, что мы сражались плечом к плечу, иметь возможность защититься от шального болта или стрелы была не лишней.
— Нужна ли его жизнь? — раздался тихий голос жрицы.
— Сейчас — нужна. Мы были на одной стороне, — ответил я, после чего, как и скандинав, вышел вперёд, отправив свой меч обратно в ножны.
Пока мы приближались друг к другу, то видели состояние солдат, стоящих напротив. Викинги всё ещё сжимали оружие, с напряжением глядя в нашу сторону… да и мои эльфы, я практически уверен, выглядели похоже.
Когда между нами осталось около пяти метров, мы синхронно, не сговариваясь, остановились. Возникла пауза, во время которой мы оба оценивающе смотрели друг на друга.
Он был светло-русым, почти золотистым, и волосы его, выбивавшиеся из-под шлема, были заплетены в несколько аккуратных косичек. Каждая из них украшена мелкими амулетами и костяными бусинами, которые тихо звенели при движении, словно обереги, защищающие своего носителя. Лицо его было молодым и открытым — он явно не разменял третий десяток лет, но густая борода придавала ему зрелость и внушительность. Борода, удивительно ухоженная даже после боя, была заплетена в две боковые косы, каждая перевязана тонкими кожаными ремешками. Столь аккуратная, она подчеркивала его статус и внимание к своему облику.
Шлем, покрытый следами времени и боя, довершал его образ, а взгляд голубых глаз, полный решимости и постепенно затихавшей ярости, выдавал в нём не просто воина, но уже признанного лидера среди своих людей.
Я сделал шаг вперёд и протянул ему правую руку, что он, чуть поколебавшись, повторил, пожимая её, после чего громко произнёс.
— Heil og sæl, эльф.
— И ты будь здрав и счастлив, норманн, — я мысленно поблагодарил автоматический переводчик, который и позволил понять мне его слова и в тон ответить.
— Моё имя Рэндалфр Рагнарссон из клана Фенрира, и я ярл восточных земель, — он отпустил мою руку.
— Моё имя Мэйзар’Диирн, и я лорд центральных, северных с части восточных земель,
— Ты неплохо сражался… для эльфа, — он ухмыльнулся.
— Для человека ты тоже был не так уж и плох, — я ответил ему подобной же ухмылкой. — Рад что Гунрёд сдержал своё слово и передал мои слова.
— Он верный человек, — размеренно ответил ярл. — Он передал мне о твоём желании встречи, и вот, мы здесь. Что желал ты обсудить?
— Не сложно догадаться, ярл.
— У вас, неумирающих, один интерес. Захват.
— Не без этого. От жадности я далёк, но на этой земле, что была выбрана Луной, может быть только один лорд.
— Хочешь конунгом стать, значит, — его хмык был весьма громким. — Тогда тебе стоило напасть на нас пока мы сражались с отродьями Хельхейма, лунопоклонник.
— Я, может, и тёмный, но только отчасти, — в моих словах скользила неприкрытая ирония. — К тому же, как я мог отказать себе во встрече с Охотником на Проклятых?
— Тц, — его глаз чуть дёрнулся. — Немёртвые идут за мной по пятам, с самого рождения. Но ещё ни один из них не сразил меня в бою.
— На северных землях также было множество немёртвых, как и тех, кто их поднял. Впрочем, они вряд ли кого-то побеспокоят.
— Достойно, — он покивал. — Наверняка это был достойный бой.
— Достойный. Но недолгий.
Между нами вновь повисла пауза, а воины за его спиной, стоявшие поодаль, лишь ещё крепче сжимали оружие.
— Ты не хочешь этого сражения, — сбавив голос на несколько тонов произнёс я, чтобы это было не слышно для стоявших что моих, что его людей.
— Как и ты, раз не напал сам, — ответил он, прищурившись. — Это не наш последний бой.
— Мы оба знаем, к чему приведёт наше столкновение, — он чуть кивнул, поморщившись. — А потому, я хочу предложить налёт.
— У меня нет людей для похода, — проговорил он, но интерес в его глазах промелькнул. — Мы пришли сюда за другим.
Я чуть мотнул головой в сторону горы трупов нежити, в ответ на что он вновь кивнул.
— Мы нашли место откуда погань Хельхейма приходит в наш мир и намеревались запечатать его.
— Враг моего врага — мой друг, — философски отметил я. — Демонопоклонники и нарушающие покой мёртвых, как и восставшие мертвецы, не станут моими союзниками. И менее всего я бы желал, чтобы немёртвые вновь бродили по обжитым местам.
— И что же ты тогда предлагаешь?
—
— И где гарантии, что вы, тёмные, не ударите нам в спину? — со скепсисом проговорил он, приподняв бровь, но интерес в его глазах уже был виден.
— И где гарантии что вы, налётчики, не совершите
— Я готов поклясться именем своего предка, богини Фрейи, что мои люди будут блюсти данное мной слово.
— Я же готов принести клятву как лорд под сенью Луны, закрепив это печатью, — сквозь перчатку вновь стал виден перстень лорда.
— Но потом… — он замолчал, глядя на меня.
— На севере проснулись низкорослые бородачи, — ответил ему я. — И мы их встретили недалеко от Сосновки. Вероятно, после неё они пошли бы к вам.
— И ты хочешь совершить налёт на них? — в его голосе уже стали ощущаться нотки интереса.
— Именно так, и, более того… — я хмыкнул. — Третий ярл на этой земле уж будет лишним.
— Хм-м, — правой рукой он пригладил бороду, взвешивая «за» и «против». — Кроме них у нас есть несколько незавершённых дел… в том числе с твоими, — он перевёл взгляд мне за спину. — Здесь не так много воды для двух кланов.
— Для двух кланов, говоришь… знаком я с некоторыми из них, — его щека чуть дёрнулась. — Но мне даже интересно, что вы с ними не поделили.
— Это тема не для этого разговора, — обрубил он мои дальнейшие вопросы, но заметку для себя я сделал.
— Коль так… осталось созвать наших людей и искоренить немёртвое зло с этих земель.
— Гунрёд! — рявкнул Рэндалфр и его скальд тут же, будто тут и стоял, подскочил к нему.
— Ангнисс, будь добра, — куда спокойнее и мягче проговорил я, после чего и она подошла к нам.
Когда Рэндалфр увидел бумаги в моих руках, то из его горла разнёсся страдальческий стон, который был мною проигнорирован, пока я делал краткий набросок документа.
Соглашение о ненападении, совмещённое с общей целью в виде уничтожения логова монстров, с разделением трофеев в равном соотношении, без учёта личных трофеев каждого из солдат. Видя его тяжелеющий взгляд, я не стал расписывать всё слишком детально, передав бумагу, которую за ярла осмотрел его скальд.
Получив от того кивок, лидер скандинавов просто, без лишних слов, стянул перчатку и сделал на пальце небольшой надрез, приложив его к бумаге и проговорив.
— Именем моей прародительницы, Фрейи, клянусь, я буду соблюдать наше соглашение, до тех пор, пока оно не окончится или пока ты его не нарушишь, — во всеуслышанье проговорил ярл.
— Клянусь милостью Луны, как лорд, избранный ей, что не нарушу наше соглашение до тех пор, пока не нарушишь его ты или оно не окончится, — после чего я повторил его действие, сделав такой же надрез и капнул на бумагу, после чего приложил к тому месту перстень лорда, который оставил там кровавый отпечаток.
— Да будут боги нам свидетелями, — кивнул на это Рэндалфр, после чего протянул мне руку, которую уже я пожал.
— Да будет так.
После этого начались уже технические детали — делёжка трофеев от этого боя, а также получение информации о немёртвых, что были неподалёку.
Стоит ли говорить, что это оказалось куда большей проблемой, чем я ожидал?
******
Путь был не столь долог, и вёл немногим восточнее — мы постепенно углублялись в лесной массив, в котором лунные ощущали себя куда более спокойно чем на открытых пространствах.
Однако, чем дальше мы двигались, то по всё более неестественно промёрзшей земле мы шли, а оттуда начинало ещё сильнее и сильнее тянуть могильным холодом. Впрочем, скрывать и не имело смысла — это действительно было ещё одно захоронение, только куда более крупное, нежели стоило ожидать.
Куда более крупное и уходящее под землю — на первый взгляд это был слегка подмёрзший курган, однако слишком уж большой.
Нас приветствовал завывающий в подземелье ветер, несущий завывания, доносящиеся из подземных глубин. Очередная нежить и много — именно на это подписал я как себя, так и своих людей.
Наши отряды шли рядом, но между ними находились мы, оба предводителя. И мы же взирали на широкий вход, который так и предлагал войти внутрь.
— Хэй, ярл, — я постарался вглядеться в узоры, которые были на колоннах у спуска вниз.
— Что, лорд? — он с ленцой едва повернул голову ко мне.
— Хочешь об заклад побиться? — теперь уже я с той же ленцой повернул к нему голову, ухмыльнувшись.
— Я слушаю, — его глаза как-то блеснули, будто я что-то в нём задел.
— Кто больше мертвяков порвёт. Ты и я. Иль можно отрядами.
— Хо-о, — протянул он. — Думаешь, что угонишься за мной, эльф?
— Куда ж тебе спешить, человече? — фыркнул я. — Хотя да, за эльфьей статью не поспеть — усилия приложить придётся.
— На что заклад? — он уже полностью повернулся ко мне, как и я к нему, пока отряды за нашими спинами переговаривались меж собой.
— Десять тысяч золотых, вперемешку с сотней камней, — я чуть прищурился, глядя на него. — С такой мелочи, считаю, можно начать.
— Ха, неплох, неплох, — он степенно покивал головой. — Но такой заклад уж слишком прост. Банален.
— Немного есть, — согласился я с ним. — Но раз не то…
— Быть может, что попроще и изящнее… — я со нескрываемым скепсисом посмотрел на него, потому что уж кому говорить про «изящество»?
— Хм, коль так… — я чуть потёр подбородок. — Три услуги в рамках разумного. Без отказа от чести и достоинства, без отказа от богов и своих земель… — я покрутил рукой, мол, «и всё такое прочее». — А уж там, каждый выберет своё «изящество».
— На такое, с эльфом спорить…
— И кто мне об этом говорит? Но коль не веришь в свои силы, то кто я, чтоб тебя заставлять? — я пожал плечами. — Мельчают люди.
— Тц, проклятый эльф. Гунрёд! — на этот раз он не столь громогласно его призвал, да и тот сам по себе был рядом. — Сложишь балладу о том, как моя удаль обошла эльфью.
— Как пожелаешь, ярл, — он на его слова кивнул, отходя в сторону, пока я протянул русому скандинаву руку.
— Заклад.
— Заклад, — он вцепился в неё, сжав со всей силой что у него была, что я сумел ощутить даже сквозь броню. — Готовься проиграть, эльф.
Я на это ничего не ответил, лишь шире усмехнувшись, после чего каждый из нас пододвинулся к своим людям, отдать указания.
— Талфель, — достаточно тихо, на эльфийском, обратился я к нему. — Ты всё слышал?
— Кристально ясно, — он едва заметно кивнул.
— Я сделал
— Желаете разобраться с будущей проблемой сразу?
— Руками этой же проблемы, — его обозначение улыбки стало ещё чуть более явным. — Подыграешь так, чтобы у меня было больше убитых. Любыми способами.
— Как пожелаете, — он кивнул, после чего отдал короткий приказ на другом диалекте.
— Эгис, Гильдербранд, следите за ними лучше. С нежитью мы разберёмся и так.
— Твой приказ, лорд.
Я перевёл взгляд на лунных эльфов, после чего жрица чуть кивнула, мол, мы указания понимаем.
— Выступаем! — уже на общем языке громко озвучил я. — Мертвецы ждать могут сколь угодно долго, но у нас столько времени нет. А у людей — уж тем более, — со стороны скандинавов раздался свист и воинственные выкрики, в стиле «да мы вас!..», что распалило уже их.
Первыми же шагнувшими внутрь были мы — эльф-полукровка и потомок богов.
И это стало начальной точкой нашего спуска в этот подземный «комплекс».
Некоторое время наш спуск проходил без каких-либо происшествий. Не было никого — ни нежити, не считая завываний где-то вдали, ни крыс, ничего. Скандинавы шли даже не пытаясь скрываться, тогда как эльфы и сатиры пытались хоть как-то приглушать звук своих шагов, скорее рефлекторно.
Смысла это, впрочем, особого не имело — с шумом от викингов и светом от их факелов, без которых они, как и несколько моих солдат, явно не смогли бы сделать ничего.
В некоторых местах из стен торчали выемки под факелы, которые скандинавы оставляли без какого-либо зазрения совести, оставляя проход назад видимым.
«Недалеко пахнет сильной гнилью… и костями.»
Хати, всё это время благополучно скрывавшийся посреди рядов моих людей, подал мне очередной мысленный сигнал, который я озвучил своим эльфам, и кратко кинул Рэндалфру:
— Враги совсем рядом.
Тот молча кивнул, после чего мы двинулись лишь быстрее, навстречу немёртвым… и встречать нас было кому.
Буквально через пять минут нас встречали поднятые зомби, отдалённо похожие на скандинавов, но не являвшиеся драуграми. Не вышли «лицами» — слишком малы размером, да и снаряжение не то.
Поначалу всё было просто — мы врезались в разрозненных зомби, что лишь спустя некоторое время начали сбиваться в строй, но какого-то эффекта это не оказывало.
Наш, эльфийский, фланг прошёл вперёд куда успешнее нежели викинги — сказывалась разница в характеристиках. И это же позволяло мне больше сконцентрироваться на добивании мертвецов, наиболее показательном и видимом в том числе со стороны скандинавов.
— Вперёд! — раздался крик, начавший разноситься эхом по подземью. — Во имя Фрейи, очистим наши земли! ВПЕРЁД!
Викинги, усилившие напор, начали сокращать разницу в количестве убитых противников, постепенно приближаясь к нам… и на их зов пришли уже куда более опасные противники.
Раздался повторный рёв, но уже из глубины — точно такой же издавали драугры на поверхности, а также раздалось бряцанье костей и металла.
Вдалеке начали проявляться силуэты почти десятка драугров и трёх костяных многоруких рыцарей, облачённых в массивные латы. И уже это заставило меня чуть вздрогнуть, от одного их вида, так как представлять, что они могут сделать сразу четырьмя мечами, я не хотел.
Добив очередного зомби, я развернул голову в сторону жрицы и Ангнисс, после чего махнул мечом в сторону быстро приближавшихся к нам противников, которых сопровождали и обычные зомби.
— ПЕРВЫМИ РЫЦАРЕЙ! СЕЙЧАС!
Жрица, подняв вверх свой символ, использовала «звёздочку», которая влетела в одного из рыцарей, буквально испарив того из нашего мира.
— Замедляемся! Держать строй! — Ангнисс с одной из бестий также использовали свои звёздочки, которые попали в другого рыцаря, но их урона уже было недостаточно.
Раздался повторный рёв, после которого драурги начали набирать разгон, избрав нас как основную цель. Я провёл ладонью по клинку, активируя «лунный клинок».
— ВПЕРЁД! — викинги же наоборот, рвались вперёд, практически пылая яростью. Особо выделилась фигура Рэндалфра, что вскинул руки к потолку, после этого восклицания.
Следом за этим восклицанием послышался шелест листвы и, казалось, лёгкий шёпот, а на какую-то долю секунды за викингом будто был виден силуэт женщины, что провела рукой по его фигуре, которая после этого начала стремительно расти.
— ЗА ПРЕДКОВ! НАС ВСЕХ ЖДУТ САДЫ ФРЕЙИ, ВАЛЬГАЛЛА И РАГНАРЁК! — и этого хватило, чтобы по подземью разнёсся новый одобрительный рёв викингов.
К моменту как до нас добрались драугры, жрица успела уничтожить ещё одного рыцаря, но третий успел добраться до центра в виде четвёрки морских эльфов. Я же, как находившийся чуть ближе к краю своего ряда, вновь оказался с Рэндалфром бок о бок, но на этот раз расклад был иной.
Он, сравнявшийся по размерам и силе с драуграми, мог позволить себе теперь не просто держать их удар, но и входить в клинч, идя в размен ударами. Я же… действовал, как и в прошлый раз.
Обход сбоку, удар под колено и тут уж кто будет быстрее — либо я, либо скандинав. Он сильнее, но на моей стороне урон светом, к которому немёртвые куда как более уязвимы, чем к физическому.
Жрица продолжила использовать «звёздочку», но целясь уже в драугров — в отличии от меня, Ангнисс и бестий, у неё она восстанавливалась едва ли пять секунд, а по смертоносности превосходила даже нас всех вместе взятых.
Костяной рыцарь, не добитый магией света, постепенно продавливал четверых эльфов, которые с трудом находили возможность атаковать, находясь под напором других противников. Бестии, как и мечники, также углубились в бой, но на этот раз связывая им драугров — не без успеха, но и не имея моментального эффекта.
Зайдя вновь за спину драугра, нанеся тот же удар, сваливший того на колено, я, вместо попытки его добить, резко развернулся, после чего отправил «звёздочку» в рыцаря уже сам и этого, к счастью, хватило, чтобы тот начал заваливаться вперёд, устранённый из мира сего.
Рэндалфр же в этот момент размозжил голову драугра, за которым я был скрыт.
— Уже устал, эльф? — пророкотал его голос.
— Просто дал тебе фору, человече, — ответил я тому, переключившись на следующего противника.
Жрица, на мгновение замершая, тут же бросилась в сторону, отправив звёздочку куда-то вглубь пещеры, откуда вновь послышался скрежет костей, а из пустоты вылетела пепельно-серая магическая стрела.
Среди нежити магов было совсем немного, и это…
— Лич!
Ярл же воспринял это как вызов. Ухватившись за драугра и использовав того, как щит, он понёсся вглубь, вперёд, банально расталкивая более мелкую нежить.
Его смерть — по крайней мере, такая скорая, — не входила в мои планы, потому я отдал системный приказ ближайшей ко мне бестии — «за мной» и жрице «дави его». Бестия беспрекословно кинулась за мной, а уже я — за скандинавом, пока проложенный им тоннель не был занят другими зомби.
И после этого начался танец на восьмерых — помимо лича и нас, там оказались ещё два костяных рыцаря, стоявших позади немёртвого мага, и притащенный Рэндалфром драугр.
Из рук лича сорвалось ещё одно заклинание — на этот раз полупрозрачная стрела, вошедшая в грудь ярла, от чего я вздрогнул. Как и жрица, лич был магом седьмого тира.
Оная вышибла дух из викинга, заставив того отступить назад, и тут уже мне пришлось встрять между ним и двинувшимся вперёд костяным рыцарем.
Парировать его атаки было практически невозможно… и я с этим не справлялся. Он, будто играя, наносил резаные раны, но ни одна из них не была сколь-либо значимой. Он показывал свой уровень и мой — несравнимый.
Бестия с трудом удерживала другого костяного рыцаря, тогда как викинг, до сих пор пребывавший в полу-вменяемом состоянии, принимал удары меча драугра на свой щит.
Это продолжалось до момента, пока в рыцаря не попала ещё одна звёздочка жрицы, заставив его кости рассыпаться пеплом… а лича — поднять его посох.
— Звезда! — буквально выкрикнул я, отправляя с острия меча откатившийся навык в лича, как и бестия, понявшая важность этого.
Оба снаряда успели попасть в немёртвого волшебника, заставив того замереть и начать оседать. Костяной же рыцарь, до этого атаковавший бестию, начал заваливаться на неё, так как утратил прямое управление своего немёртвого кукловода.
Я нырнул за спину драугра, который к своему хозяину был не столь прикован, совершая уже привычные атаки, и, на этот раз, отсек тому голову.
Остались лишь незначительные силы немёртвых, которые скандинавы и мои эльфы добили без особых проблем.
Викинг, начавший постепенно уменьшаться, осел на землю.
Подойдя к костяному рыцарю, из-под которого бестия уже благополучно выбралась, я нанёс последний, завершающий удар, который отсёк его череп от хребта, и получил уведомление о получении нового уровня.
Сила магии и выбор между «быстрой стрельбой», которая у меня уже была, а также «нанимателем», который пришёлся как нельзя вовремя.
Стоит ли говорить, что 10% скидки при выплате этой и последующих зарплат всем нанятым мной юнитам явно перекроют 7,5% к скорости стрельбы?
******
Разбор трофеев был не долгим. Многого нежить накопить не успела… хотя говорю это я с той стороны, что нам пришлось делить полученные трофеи пополам.
В общем и целом, не учитывая «личные трофеи», которые были отложены отдельно, выходило примерно по три с половиной тысячи монет на каждого из лидеров. Более интересным был разбор ресурсов, которые лич где-то успел раздобыть за это время, пусть и не в слишком уж великих масштабах.
У того было три меры камня, четыре меры дерева, котелок ртути и по три меры драгоценных камней и кристаллов, при виде которых викинги весьма оживились. Сторговаться было не сложно — я забрал семь мер обычных ресурсов и одну меру ртути, а позже, прикинув «за» и «против», часть трофеев в виде оружия, доспехов и так далее, отошла викингам в обмен на меру кристаллов.
Каких-то артефактов, к моему сожалению, за личом не наблюдалось, хотя это и было странно. Магом же он был, как никак, но увы, оказался пустышкой.
В процессе этого раздела трофеев я отдал системный приказ на постройку кабака — место призыва сатиров мне будет очень нужно, так как надо срочно налаживать производство всех тех ресурсов, что я успел занять, а именно камня, ртути и дерева… пусть с последним и могут возникнуть вопросы.
А также еда. И восстановление Винницы.
Незадолго до вечера шестого моего дня в этом мире постройка будет завершена, и я успею выслать юнитов для добычи, а также дозора, в той или иной мере.
— Ну что же, а теперь… — когда мы вновь сошлись с ярлом викингов, то я потёр руки. — Сколько?
— Пятнадцать зомби, пять драугров, — с лёгкой гордостью он отметил.
— Достойно… — я покивал, после чего усмехнулся. — Для такого молодого человека.
— Сам-то будто стар, эльф. Сколько?
— Восемнадцать зомби, четыре драугра, костяной рыцарь… — я хмыкнул. — И лич.
— Рыцарь не в счёт, он отключился… — буркнул скандинав.
— Даже без него, у меня больше. Заклад мой.
— Тц, чёрт с тобой. Твоя взяла. Что ты хочешь?
— О, поверь… — протянул я усмехаясь. — Тебе это понра-авится.
— Ох, не к добру это…
— И первая же из них — уж пригласи к себе, завершить это дело, — я обвёл рукой пустующие внутренности кургана-некрополя. — За хорошей чаркой мёда, помянуть ушедших в Вальгаллу и в сады Фрейи и выпить с тем, кто бился с тобой бок о бок.
— Ха, а и правда, такое мне по нраву! — он громко фыркнул, после чего его голос разнёсся по округе, во всеуслышанье. — Засим я приглашаю наших друзей, что сражались с нами, на праздник! Как только мы дойдём до нашего дома — накрывайте на стол, тащите бочки с мёдом и это гулянье будет до утра!
К довольному рёву викингов присоединилось и трое сатиров, которые благополучно уже шныряли между скандинавов, стремительно опустошая свои бурдюки, которые были наполнены явно не водой.
Завершив приготовления, мы направились к их поселению.
Само же поселение было укреплено добротно — чуть лучше, чем Морковьево. Также имелся частокол, дома внутри были достаточно опрятны, и уже исключительно в стиле северян.
Весть о возвращении их предводителя с победой стремительно разнеслась по деревеньке, как и то, что их ярл нашёл достойного союзника, с которым бок о бок сражался с нежитью, а также что там он взял достойную добычу.
Были зажжены костры, на улице появились столы — это напоминало то, как нас привечали в Сосновке. Впрочем, это было и логично — там также наблюдались северяне, пусть и в смеси со зверолюдьми.
Немалой частью выставляемой пищи было мясо и рыба. К моему удивлению, я увидел у них караваи серо-тёмного хлеба, да и овощей они выставили приличное количество… хотя и не слишком разнообразное — в основном капуста, да лук с горохом и блюда из них.
Главной же сладостью был мёд, предварительно разделённый на небольшие квадратики-соты, чтобы его можно было сравнительно аккуратно взять, а также «сосновый мёд», как в Сосновке, бывший, фактически, очень сильно загустевшим вареньем с хорошей долей мёда.
Гомон, начавший подниматься, вместе с довольным смехом и разговорами ни о чём, показывал, что даже потери викингов в этом «походе» не были поводом для печали, и даже больше, такая «зачистка» была настоящим триумфом, завершением которого и был этот пир.
А сам пир обещал затянуться действительно до утра, учитывая, что мы прибыли туда ближе к ночи… и после полуночи, пока луна сияла на небосводе, Рэндалфр встал из-за главенствующего места за столом, подняв кружку с мёдом.
— Прошлым днём мы очистили наши земли от скверны мертвецов. Не каждый сумел вернуться живым, но их смерти не будут забыты. Они будут ждать нас в Садах Фрейи и Валгалле, вплоть до Рагнарёка, что станет общим для всех. Наш же Рагнарёк ещё не настал, а потому, братья, поднимем кружки за достойных и достойный бой! СКОЛ!
После произнесённого тоста завершился и квест на уничтожение нежити, накинув мне добрую часть уровня, что вызвало у меня лёгкую улыбку.
Наш отряд также поднял кружки, хотя более всех налегали на мёд и вино сатиры. Зенон и вовсе пристроился к какому-то деду, что-то активно с ним обсуждая, что для него было не слишком свойственно.
Талфель будто ждал приказа, на что я покачал головой, мол, не сейчас. Это на пару единиц понизило его отношение, но было не столь критично.
Когда скандинавы уже слегка захмелели, я поднял тот же вопрос что и в Сосновке — служение моих жриц, на что каких-то протестов высказано не было, и, более того, они с некоторым интересом наблюдали за сим действием.
На этот раз выступавших жриц было две — на безмолвное предложение Ангнисс я покачал головой, мол, сейчас не тот момент. Но свою лепту я внёс, аккомпанировав им, для задания атмосферы и, смею заметить, весьма успешно.
— Сестра у тебя ничего такая, — уже подвыпивший ярл уселся рядом, держа кружку в левой руке.
— Она более чем красива, — степенно ответил я. — Под сенью Луны она красивейшая из тех, кого я видел по прибытии в этот мир.
— Но, всё же, худовата, да… — он покивал, как бы не заметив мои слова. — Всё же, женщина должна быть не только красива, но и сильна, не находишь?
— Без сомнений, — приняв его манеру разговора согласился я. — Но ты не видел её силу, так что не суди по оболочке.
— Но всё же, всё же… — он покачал головой, что-то прикидывая. — А каких женщин ты предпочтёшь, эльф?
— Даже не знаю… — протянул я, на что он отмахнулся.
— Да не шути ты так. Такое имя, как у тебя, о чём-то да говорит.
— Ты знаешь темноэльфийский? — я приподнял бровь, ощутив, как по спине покатилась капелька пота. Эльфийские языки были достаточно схожи, а значит, он мог понимать и что-то другое.
— Приходилось с вашим братом сталкиваться, давно правда. Так что по женщинам, Серебряный Любовничек? — его ухмылка была более чем наглая.
Я не сумел удержать смешок, после чего ярко засмеялся, вспоминая как писака ругался, когда составлял моё имя. Зато какой он смысл в него вложил!
— А, раз моя тайна раскрыта, — я повернулся к нему, протянув кружку. Он тут же плеснул в неё из кувшина, стоявшего на столе, а я её опрокинул в себя. — Грудь большую не люблю, хотя иногда подержаться за такое и можно, — он покачал головой, что-то прикидывая, чуть поморщившись, а я продолжил. — Живот поплоще, но можно с рельефом. Волосы подлиннее, да блондинисто-белые, — на это он уже довольно покивал. — Но главное — ноги и откуда они растут. Покрепче, да поболе… — и в этот момент он с особым довольством, медленно кивнул.
— Как я тебя понимаю, эльф, вот что не говори, а вкус у тебя есть. Повыше, пониже?
— Хм-м… а тут уж без особой разницы. Хотя тех, кто повыше, у меня и не было, на памяти.
— Эх, помню, жила вдалеке, на малой горе за проливом, валькирия… — он цокнул языком, издав мечтательное «м-м-м». — Почти как ты описал. Живёт она там не столь давно, но что-то ждёт.
— И что, вам не говорит?
— Нет… — он чуть поморщился, хлебнув из кружки. — Говорит, что «вы ещё не готовы», «не едины в море». Ненавижу такие загадки.
— Женщины… — протянул я.
— Женщины… — теперь уже повторил он, задумчиво кивая.
— Ещё по одной?
— Подставляй. За что?
— За женщин, — хмыкнул я, после чего раздался звук стукнувшихся кружек.
Под конец, я исполнил одну из песен, которые у меня очень-очень давно заказывали в качестве кавера. Был человек, что крайне любил скандинавов, но, к сожалению, он не столь многое заказал.
Я незначительно изменил текст, так как я сам скандинавом не был, но в успехе был практически уверен. Чуть прокашлявшись, набрав грудью воздух, я начал бодрую песню, добавив тяжести в свой голос.
Спали оковы с рек и морей, близится время сражения дней,
Принесены все жертвы богам, драккары скользят вдаль по волнам,
Что уготовано нашей судьбой — быстро расскажет нам первый бой,
И если мы завтра не встретим рассвет, значит, богов таков был ответ.
Постепенно нестройный викингский хор начал подпевать, в такт начав барабанить по столу, что заменял барабан. Самой же стройной частью было…
Скол! За ваших павших братьев!
Скол! В Вальгалле будет пир!
Скол! И Хель вас не дождётся!
Скол! Благоволит вам Тир!
И если от выступления жриц отношение повысилось, пусть и не столь сильно как в Сосновке, то вот от этой песни оно взлетело едва ли не до небес. Но, что важнее, в системном меню отобразилось повышение не только с фракцией, поселениями и отдельными представителями этого поселения…
Но и с Девой Битвы, имя которой было скрыто.
Шестой день.
Утро же началось с рассказа Зенона, которого после которого мне хотелось его если не расцеловать, то как минимум выразить благодарность, при том куда большую, нежели прошлая премия.
Этот мимикрировавший под деда сатир разговорил одного из дедов что были здесь. У сатира был более чем намётанный взгляд, вино, а также мёд и иные методы ведения разговоров, особенно таких как старческое брюзжание на молодёжь.
Что же такого сатир умудрился узнать? Как бы странно ни было — а «старых-добрых временах», а именно том, что происходило тут более шести десятков лет.
В эти времена, разумеется, и трава была зеленее, и девки слаще, да набеги куда как лучше, да и окружающие богаче… всё было лучше, а нынче всё мельчает — классическое старческое брюзжание, что ещё ждать?
Однако, сатира заинтересовало совершенно иное. Этот дедок, несмотря на всё это, был… слишком здоровым. Да, конечно, бывают здоровые старики, но столь идеальная форма Зенона слишком заинтересовала, и он начал его расспрашивать.
Бенгт — так звали того норманна — обменялся с Зеноном воспоминаниями не только о временах, но и о лидерах, которые были. Поцокал языком на нынешнего ярла, мол, только с нежитью и сражался, а в хорошие набеги не ходил, но хотя бы не как его отец, что скончался от «мёртвого глаза» — то ли проклятия, то ли болезни, будучи даже более молодым чем Рэндалфр… не то, что дед нынешнего ярла, который, пусть и якшался со всякими, достаточно давно сгинул, пусть и по дурости, доверчивой.
Когда же Зенон попытался у него узнать, «по какой дурости», тот сначала помялся, а после ушёл в отрицание — мол, думает он, что было что-то, да и исчез тот внезапно, единственный, после чего всё как-то пошло не так и эдак…
Сама их беседа в тот момент ушла в другую сторону, но когда Зенон попытался расспросить и других, то не узнал ничего. Абсолютно. О деде Рэндалфра помнили единицы, но, скорее, как о том, кто был велик в прошлом.
На вопрос «знает ли где этот Бенгт находится» сатир ответил положительно — тот был, уже со слов остальных, несколько более отрешённым и находился на отшибе, тратя своё время на изготовление разных игрушек да фигурок.
На вопросительно изогнутую бровь он извлёк небольшую фигурку, схематично изображавшую фигуру скандинава-воина. Не слишком детальную, далёкую от идеала, но, в ней было что-то особенное.
Пока мы двигались в сторону дома этого «старика», за нами увязался Хати, который начинал напоминать уже небольшого колобка. Когда ночью скандинавы поняли, что он не «простой» волк, то к нему каждый старался как-то прикоснуться, подкормить или погладить, но не столь навязчиво, как это делали феи.
А отказаться от вкусного мяса ему было слегка сложно…
Обнажённая по пояс фигура скандинава была видна уже издалека — не будь на нём копны седых волос, я бы и не поверил, что он старик — и он уже с утра колол дрова, ловко орудуя топором. Куда больше выделялись его руки — кроме ожидаемых мышц, они были покрыты рунной вязью, от запястий до надплечий, а некоторые даже заходили на шею.
— Ну здрав будь, старик, — залихватски начал Зенон.
— И ты не чихай, рогатый. Не замёрз? — он лишь чуть повернул голову, не слишком отвлекаясь от своего дела. — Вижу, ушастого привёл. Чего надо?
— При всём уважении…
— И ты нахер иди, черныш. Чего хотел? — он хмыкнул, чуть прищурившись.
— Да так, заливал мне один рогатый, что тут развалюха живёт, что создание мира помнит. Решил зайти полюбоваться на экспонат, — норманн фыркнул, после чего снова разрубил деревяшку, но уже вонзив её в пень, служивший аналогом колоды.
— Ну, полюбовался? — он повернулся корпусом ко мне, хрустнув шеей. — Или попозировать, как твои водоныры любят?
— А что, они из любителей ваять статуи?
— Да, видал давненько. Нормально режут, да только мягко слишком. Не как мы, — он повёл плечом, разминая левую руку.
— Видел твои поделки. Они выглядят весьма просто, — он на это ухмыльнулся.
— Сила в простоте, ушастый. Вы, долгожители, любите усложнять. Дотачивать до идеала, который не существует.
— Идеал у каждого свой, — отметил я. — Но в простоте и правда что-то есть. Но я хотел спросить не то.
— Ну так выкладывай уже, эльф. Я не… — он на секунду запнулся. — Бессмертный.
Эта запинка в его словах и приковала моё внимание, заставив взглянуть на него совершенно иным взглядом, нежели до этого.
«Он очень старый» — пронеслась в моей голове мысль Хати, который принюхался. — «От него веет тленом и прахом, как от пыли с мертвецов.»
— Не бессмертный… — протянул я, прищурившись. — А не подскажешь, сколь зим уже отжил, старик?
— Не твоё дело, черныш. Я живу до тех пор, пока меня не призовут в Вальгаллу, — огрызнулся он, а его лицо дёрнулось.
— И каково это, не мочь отправиться туда, так как достойного врага нет?
— Грх… — его лицо скривилось. — Мой Рагнарёк ещё не настал. Я ещё не выполнил то, что на меня возложили.
— И каково это, жить, пока твоя задача всё ждёт и ждёт? — я сделал шаг вперёд, а в мой голос начали вплетаться новые нотки, делая его всё более и более вкрадчивым. — Сколь много лет ты ждёшь, сколь долго наблюдаешь за ним? Ведь он постепенно близится к моменту… — его глаза начали чуть затуманиваться, погружая его в воспоминания, пока я продолжал лить в его уши мёд и яд. — Сколь долго ты по-настоящему не сражался, не ощущал тот азарт, то желание встретить судьбу… сколь давно ты желал встретиться именно с
— Замолчи! Ты никогда этого не поймёшь, и как лорд, и как те водолазки, — буквально зарычал он, сжимая топорик так, что его костяшки пальцев побелели.
— Не пойму, — подтвердил я, делая шаг назад и начав говорить нормальным голосом. — Но что, если я скажу, что могу тебе помочь?
— Как будто ты сумеешь призвать моего ярла… — на последнем слове он осёкся, а на моём лице появилась лёгкая улыбка. Приманка была проглочена, и теперь я знал, что ему было нужно.
— Дед Рэндалфра, — он чуть прикрыл глаза, выругавшись.
— Альвгейр… — протянул он. — Мой ярл… копьеносец, что был способен поразить морского змея с трёх ударов. Мой ярл… носитель крови Фрейи, покоритель дальних земель. Мой ярл… — он замолчал, опустив голову. — Объединитель народов. И я… тот, кто не смог выполнить ни один из его приказов.
На его шее и предплечьях вспыхнули руны, от которых буквально начало нести холодом, а он задрожал, сдерживая боль. Мышцы на его теле заходили ходуном, после чего он начал усыхать. Бывший образцом сурового, северного мужчины, едва ли не эйнхерием во плоти, он… усох.
В нём всё ещё виднелась та сила, что схлынула после обронённых им слов, но теперь это было лишь её отголоском.
— Всё же, ты признал.
— Пусть так, но я продолжу нести память о нём, — сквозь зубы прошипел Бенгт. — О моём вожде.
— Хати, будь добр… приведи Талфеля, — когда я озвучил имя лицо викинга едва заметно дёрнулось, а волчок метнулся выполнять данное ему указание.
— Что, ушастый жив ещё? — проскрипел уже постаревшим голосом норманн, поставив чурку, но не спеша её разрубать.
— Жив, здоров, да мечом-копьём успешно машет, — я чуть прищурился. — Был знаком?
— В нескольких рейдах встречались… — неохотно ответил он. — Умеют они цепляться за дно, хрен найдёшь.
— Строй держат не хуже вас, а то и получше…
— Ну не уж лучше, — пробурчал викинг. — Кое-что они умеют, но пыла того нет, огня в душе. От возраста это, вы, эльфы, свой огонь теряете.
— От возраста, говоришь… — задумчиво протянул я, после чего повисла небольшая пауза. Вскоре Хати примчался, а следом не торопясь шёл Талфель.
— Ага, за вашим братом такое есть, — молчавший до этого Зенон заговорил, уже извлекая флягу. — Вы уставшие. Если наша жизнь что скромная свеча нищего, то вы, долгожители, как пузатые свечи толстосумов, — он сделал короткий глоток, после чего продолжил. — За то время что мы сгораем, вы едва ли проживаете десятую часть своего срока. На наших местах уже третья иль четвёртая подобные свечи — вы лишь тогда задумываетесь о том, чем серьёзно заняться в жизни.
— В чём-то ты прав, сатир, — раздался голос морского эльфа. — У нас есть время поразмыслить над тем, что вам приходится делать сразу из-за скоротечности жизни. Лорд, — он кивнул, переведя взгляд на норманна. — Бенгт.
— Надо же, узнал-запомнил, — ухмылка уверенно проявилась на лице викинга. — Не напомнишь, копьё или топорик?
— Копьё. Ты мне проломил щит, — ровно ответил Талфель. — Молодо выглядишь. Для человека.
— А было это лет… — викинг запнулся, пока мы с сатиром наблюдали за этой парой.
— Восемьдесят три с половиной года назад, — чётко проговорил эльф. — Долгая жизнь учит запоминать.
— Так тебе уже за сотню должно быть! — сдержать удивления Зенон не сумел, от чего его голос был куда громче чем до этого.
— Ему уже за сто двадцать должно быть, — равнодушно пожал плечами морской эльф. — Он уже тогда был далёк от молодости.
— Уж не наговаривай, я пылал молодостью и пылом, — пробурчал человек. — В отличии от тебя.
— Ты что-то хотел, лорд? — шпильку он проигнорировал, переключив внимание на меня, а я коротко кивнул, переводя взгляд с одного моряка на другого.
— Хотел. От вас обоих, — после этих слов я ощутил, как Талфель подобрался, будто готовый к удару. Его прищур также говорил о том, что он ожидает чего-то крайне неприятного.
— С ярлом, быть может, ты и на короткой ноге, но лобзаться с ним я не буду, — ухмыльнулся викинг, но напряжение в его теле также было видно.
— Я бы мог долго кружить вокруг да около, но у меня на это нет лишнего времени, — мой голос стал тяжелеть, начав давить на них обоих, а рука скорее рефлекторно легла на фигурку волка на мече. — Я желаю знать, почему между
— Да на рейде пересеклись, о чём ты… — начал было викинг, но осёкся на полуслове, когда взглянул в мои глаза.
— Мне нужно об этом говорить? — в его голосе появился лёд. Невысказанное вслух недовольство, не будь оповещения, едва ли ощущалось бы, в сравнении с обычным его поведением.
— Я требую, — чуть кивнул я, встретившись с его взглядом и увидев ещё одно оповещение о понижении отношений.
Молчание продлилось чуть более минуты. После этого он повернулся к Бенгту, с немым вопросом, после чего тот едва заметно наклонил голову.
— Как пожелаешь, лорд.
Рассказ был не столь долог, но вынести из него новую информацию получилось с лихвой.
Морские эльфы прибыли сюда… абсолютно случайно. Как, впрочем, и викинги, и события эти были связаны в своей сути — что первые, что вторые, отправились в дальний поход за добычей, но попали во внезапно возникший водоворот.
Я слегка поморщился, в очередной раз столкнувшись с теми реалиями, в которых я и оказался. Водоворот — один из способов перемещения на дальние и сверхдальние расстояния, аналог портала, но в котором ты практически наверняка потеряешь часть войска, если ты не профильный моряк.
Как, например, викинги или кто-то из фракции вольных городов.
Какое-то время викинги и эльфы работали совместно, но со временем они отдалялись друг от друга. Основной причиной послужила их разница восприятия — эльфы пытались найти путь обратно, так как их было немного, тогда как викинги, наоборот, сделали упор на выживание и обустройство на новом месте жизни.
Это было бы мелочью, если бы попытки эльфов не занимали, как отметил Талфель, десятки лет. Для них это было чем-то мимолётным, тогда как за это время успевало смениться одно, а позже и второе поколение северян, из-за чего рассказы о эльфах-моряках для них стали чем-то похожим на легенды.
Этим же и было нарушено одно из обещаний, что их объединяли, заставив их отдалиться ещё сильнее.
Но жизнь продолжалась и эльфам в том числе пришлось обосноваться на этой земле. Они не были земледельцами, да и животноводы из них были аховые, но на жизнь им хватало. Из этого и вышла одна из традиций — выход малых отрядов на вольные хлеба, чтобы и им набраться опыта, и снизить нагрузку на тех, кто был занят хозяйством.
Отправлять же одну молодёжь было весьма безрассудно, потому с ними почти всегда отправлялся кто-то из старших, и в случае этой группы это был Талфель.
Около восьмидесяти лет назад в таком отряде была одна из дочерей командира морских эльфов, что здесь жили, и они вошли в плотный контакт с викингами. При том, контакт был весьма плодотворным, как для одних, так и для других, но… он был слишком скоротечен для того, что она хотела.
У Аллира продолжала тлеть обида на этот клан. Выходить же на переговоры ему самому было недостойно — он, по своему старому титулу, был выше, и быть инициатором было… недостойно. Не в такой ситуации.
Однако, дочь его была иного мнения. И сближение началось.
Набеги, исследования близлежащих земель на юге и западе… это могло ознаменовать новую главу в отношениях этих двух народов, но жизнь, а также несколько разумных, распорядились иначе.
В этот момент, перехватив инициативу, в рассказ вклинился Бенгт, разъяснив о том, кто был против с их стороны.
Один из последних оставшихся жрецов, чьим покровителем была Хель, всячески выступал против, в том числе и контактов с эльфами вообще. Богоугодным он называл войну с ними, дабы остался лишь один выживший, сильнейший, но конкретно это разделяли уже далеко не все.
Он же был и самым долгожителем из всех, просто пережившим остальных. Знаком это было дурным, но изменить это не представлялось возможным. Как волхвов, так и жрецов, более не появлялось, и прямо сейчас это место пустовало.
Спустя чуть меньше, чем десять лет и произошло то событие — как эльфийка, так и ярл, решили уйти. Та уже не была столь молодой как до этого, уже перешагнув порог «эльфийского подросткового возраста», так и ярл был уже не столь молод, и мог передать бразды правления своему сыну, чья мать скончалась при родах.
После этого момента повисло молчание. Я же прикидывал, насколько иногда может завернуться «сюжет жизни» у тех, кто появляется в этом мире, тем или иным способом. Если не учитывать чирикающих птиц, то висела почти полная тишина и молчание, которые, в итоге, прервал Зенон.
— Так что дальше-то было? Больно хорошо рассказываете, чтоб правдой было.
— Аллир был против, но его дочь уже как сражалась, так и получила право решать за себя, — Талфель поморщился. — Он отдал ей, на прощание, несколько оберегов и, в качестве приданого, отдал своё копьё, памятуя о навыках ярла.
— Альвгейр ушёл молча. У него было малое судно, которым он мог управлять один, магией, — Бенгт, говоря об этом, стал мрачнее. — Я был тем, кто провожал его в этот путь. Я ощущал магию, что исходила от судна, но… — его кулаки сжались. — Я тогда не понимал от чего она исходит.
— Дай угадаю… — начал я, но договорить мне не дали.
— Я своими руками оторвал голову этому предателю, — тяжёлым голосом продолжил он. — Его проклятие привело моего ярла к смерти.
— А морской змей, что его убил, уже тогда был достаточно близок к тому, чтобы зваться аспидом, — довершил Талфель.
— У нас гости, дедушка? — раздался знакомый голос, на который мы и обернулись.
Фигура девушки была мне знакома слишком хорошо. Когда же и она разглядела кто говорит с её дедом, то лицо её крайне изменилось.
— Гости, внучка. Растопи печь, у меня поясницу заломило.
— Как скажешь, дедушка… — проговорила она, пройдясь по всем нам подозрительным взглядом, но скрывшись в доме.
— Я дал клятву, эльф. И не одну. Мои гейсы не дают мне умереть, но смерть мне будет лишь милосердием.
Я посмотрел в его глаза, которые он не отводил от меня. Когда-то в этих глазах горел огонь, и даже сейчас было видно, как в них что-то тлеет, но… куда больше там было старого праха и тлена.
— И что ты хочешь, норманн?
— Я должен отомстить последнему, из-за кого погиб мой ярл. Я должен лично схлестнуться с ним в бою и умереть, забрав его с собой.
— И ты даже не планируешь выжить? — с необычной для него иронией спросил Талфель.
— Я проводил в последний путь пятерых сыновей, трёх внуков и невестку. Я чуть не потерял свою последнюю внучку, и её спасителем были вы, длинноухие. Из-за этого я с вами вообще говорил.
— Не будет ли безответственно оставить эту-самую внучку одну? — в этот момент мне хотелось одёрнуть Талфеля, но я не успел.
— Я нашёл ей наставницу, которая дала клятву обучить её так, как я не смогу никогда. Но я должен свершить то, что было обещано мной ранее.
— И после того, как ты отомстишь, ты… — сатир не успел договорить.
— У меня только один исход. Иного не дано, да и я искать его не буду.
— Раз так, то, считай, у тебя остался последний шанс, — мне оставалось лишь слегка пожать плечами. — Этому змею осталось жить едва ли несколько дней.
— Что, он болен? — дёрнулся норманн. — Нет чести добивать такого…
— Абсолютно здоров, думается мне. Мост недавно сломать ему ничего не помешало.
— Ты…
— Я. Этот змей — угроза для моих людей, и я от неё избавлюсь. Но я уважаю данные клятвы, и вас, северян, я могу понять. Я не буду уговаривать или просить. Я лишь один раз предложу — помоги мне, и я помогу тебе исполнить твою клятву.
Полыхнувший взгляд Талфеля заставил меня покачать головой и показать глазами в сторону, мол, не сейчас. Удовлетворения в его прищуре не было, но он промолчал.
— И какую же помощь ты хочешь? — медленно произнёс Бенгт.
— Время уже стало неспокойным, норманн, — я слегка потёр подбородок левой рукой, акцентируя внимание на перстне лорда. — И ты сам понимаешь, что ничто в этом мире не вечно. Всё движется вперёд.
— Говори уже прямо, у меня уши вянут от твоего локийского говора, — несмотря не недовольный голос и сморщившееся лицо викинга, отношение не уменьшилось. — Коротко и прямо.
— Раз так… Талфель, сколько вас, морских, осталось? — от этого вопроса на его лице появилась сначала непонимающая мина.
— При всём уважении, лорд, но… — я поднял руку, прерывая его.
— Мне это, в целом, и не важно. Ты сам это знаешь и оценишь. Сколько здесь живёт викингов я увидел, если, конечно, здесь нет их других поселений, в чём я сомневаюсь. Мы же находимся на островах, — на последнем слове я выделил особый акцент. — Мой народ отнюдь не лучшие мореплаватели, а мне нужен флот. И я его получу, так или иначе.
— Так ты хочешь, чтобы я…
— Поспособствовал в принятии нынешним ярлом правильного решения, — переведя взгляд на Талфеля я добавил. — И к тебе, Талфель, это относится также. Но уже по отношению к твоему народу.
— Длинноухий, ты… — руки викинга сжались на колуне, а на лице заиграли желваки. — Ты предлагаешь мне предать свой народ? Чтобы они легли под тебя?
— Предать? — мои брови взлетели вверх. — Если объединение или союз для тебя предательство…
— Как будто вы, неумирающие, удовлетворитесь таким!
— Уж я свои аппетиты прекрасно знаю, Бенгт. И в них входят все острова здесь, и за пределами этой области, на один или два перехода в каждую из сторон, — на мой ответ он даже удивлённо наклонил голову. — И в моих планах есть место как для вас, викингов, так и для морских эльфов. И я не хочу терять ни одного союзника, ни другого.
— Как будто вы, длинноухие, сдержите слово. Клятвы вам… — уловив взгляд Талфеля он прервался, а вот я решил копнуть чуть глубже.
— А что, много клятв встречать пришлось? Иль эльфов иных видал?
— На мне клятв как на блохастой псине, но каждую я принял по своей воле и не откажусь ни от одной из них. А ваш род видал, давно. Чернее тебя, а волосами белее. С пауками. Далеко на юго-востоке… и уж им честное слово не знакомо.
— Ну, с нами он договорился полюбовно, — отметил Зенон разницу между мной и другими тёмными эльфами. — Да и с полурослями-соседями тоже честно сыграл.
Повисла пауза, во время которой чувствовалось повисшее в воздухе напряжение. Тальфель же молчал, задумчиво наклонив голову. Борьба внутри него была видна невооружённым взглядом, как и его попытки оценить все «за» и «против», пока он наконец не проговорил.
— Нас осталось мало, лорд. Я помогу тебе поговорить с нашим легатом. Меня, одному из… — он на секунду замолчал, но не озвучил свой ранг. — Он выслушает.
На слова Талфеля я кивнул, сделав зацепку на слове «легат», после чего повернулся к викингу.
— Можешь не соглашаться. Продолжай жить, в конце концов это не худший исход, верно? — я пожал плечами, как бы невзначай. — В конце концов, тихая жизнь или смерть в лучах славы… это выбор каждого. Станешь одним из самых старых викингов что жили и, быть может, дождёшься… ах, да. В Вальгаллу попадают только те, кто падут в бою. А ты… — сквозь прищур я вновь окинул его тело взглядом. — Сколько боёв осталось тебе, Бенгт? Два, три?
— Последний… — буквально прорычал он, а мышцы на его теле вновь заходили ходуном. — Я смогу вступить лишь в один, в мой последний, самый достойный бой. Иначе Хельхейм станет лучшим пристанищем.
Он опустил взгляд, выравнивая дыхание, а я покачал головой. В его словах не ощущался страх, но, если он называет Хельхейм лучшим пристанищем… пожалуй, я лучше не буду представлять, что его ждёт в случае неисполнения клятвы.
— А клятв на тебе полно. Сколько из них будут нарушены, если ты потратишь свой последний бой на иное? Хотя, не удивлюсь, если была клятва и на это.
Он молчал, напряжённо смотря перед собой, сквозь меня, в какие-то дали, которые видны лишь ему. Однако, бывшее на нём ранее напряжение постепенно спадало, а напряжённые до этого мышцы рук расслаблялись.
— Твой ответ, воин? — прервал я его задумчивость, из-за чего тот слегка вздрогнул.
— Я присоединюсь к тебе, эльф, — он тяжело выдохнул, как перед шагом в бездну. — И, если тебе потребуется моё слово, чтобы убедить потомка моего ярла, я выскажусь за тебя.
— Клятва? — он дёрнулся, как будто его окатило кипятком.
— Пусть так, — прорычал он. — Это будет последняя клятва что я приношу. Один, Фрея и Ньёрд, призываю вас в свидетели…
Он поднял взгляд к небу, после чего вновь проговорил обещанное и сделал рез на руке. В небе что-то мелькнуло, а викинг выдохнул. На его шее, полностью опоясав оную, появилась рунная вязь, соединившая и замкнувшая клятвы на обоих его руках.
— Я буду ждать твоего призыва, Мэйзар, — на моё лёгкое удивление он криво ухмыльнулся. — Мне нужно завершить несколько дел, а времени у меня, теперь, многим меньше, чем у тебя.
— Будь здрав и ты, Бенгт.
Распрощавшись с викингом, наша малая группа ушла. Вдалеке был слышен голос норманна, что заговорил с выглянувшей внучкой, но для нас это уже было мелочью. Талфель был задумчив, но становилось ясно, что теперь от реально оценил те условия, что начали окружать не только его и его отряд. Зенон благополучно потерялся, уйдя за чем-то своим, и мы с морским эльфом остались наедине.
На самом деле, будь он настоящим, или более продвинутой моделью, либо с большим опытом, то сумел бы оценить это и раньше. Сейчас же я, судя по всему, активировал у него ряд мыслей.
Из-за всё ещё высокого уровня сложившихся отношений я мог рассчитывать, что он будет мне как минимум лоялен, а как максимум… прикидывая возможный «максимум» я улыбнулся, понимая, что если правильно разыграю свои карты, то получу отличный костяк воинов.
Правда, улыбка тут же исчезла, стоило прикинуть вариант, в котором обе фракции от этого отказываются, и я завязаю в натянутых, в лучшем случае, отношениях с обеими. Конечно, с викингами можно попытаться сойтись, но вот морские…
От северян я знал, что можно ждать, а вот от этих — нет.
— Мне нужно отправить своего человека, — прервал молчание Талфель. — Я передам послание и приглашение на разговор.
— И какой он, твой легат? — я подавил желание расспросить его о том какие они, «морские эльфы», ограничиваясь только самым необходимым сейчас.
— Он был весьма прозорлив… и быстр на решения, несмотря на возраст.
— Стар?
— Весьма. Только в отличии от людей, не терял остроту ума.
— А добычу как, любил? — хмыкнул я, догадываясь об ответе.
— Не настолько сильно. Его куда больше волновали потери среди своих людей.
— Даже так… — пусть это и было не то, что я ожидал, но это уже хоть что-то.
— Не беспокойся, лорд. Он не откажет в разговоре. Дальше же всё будет зависеть только от тебя.
— Надо только согласовать место, а это…
— Холмы на соседнем острове. Достаточно будет переправиться на другую сторону, а здесь были небольшие мостки, и там уже можно будет с ним говорить. Это… были нейтральные земли для переговоров. Между нами.
— Даже так… а что там сейчас?
— Запустение. Была небольшая гора, но мы туда не приближались. В остальном… Возможно, ещё орки или кто-то подобные. Раньше было небольшое племя.
— Племя? Они же и каменоломню занимали, наверное, — я поморщился, вспомнив об оной. — А гонца-то они не поймают по пути?
— Её не поймают, — с ухмылкой сказал Талфель. — А исчезновению зеленокожих, думаю, рады будут, как и они… так и мы.
— Сделаю вид, что я понял намёк, — хмыкнул я в ответ. Он же, смотря на меня, как-то слегка изменился лицом, скользнув взглядом по сторонам. Кроме раздавшегося где-то вдалеке короткого чириканья какой-то птицы ничего не было.
— И я хотел указать ещё на кое-что, лорд. Касающееся тебя.
— Что-то не так?
— Не совсем. Когда тебя сразили на севере мы справились с противником, однако после этого, во время допроса, твоя сестра показала… выдающиеся навыки.
— Так… — я чуть помрачнел лицом и наклонил голову.
— Я не имею ничего против, лорд, но пыточных дел мастер не должен упиваться своим делом. Для него это не должно быть личным.
— То есть, ты хочешь сказать, что она…
— Уже после того, как пленённый цверг рассказал всё что мог, она продолжила его пытать, вплоть до момента пока он не потерял рассудок. Я знаю, что подобные навыки для вашего народа не являются чем-то необычным, но… — он замолчал.
— О наличии таковых навыков у неё я не был осведомлён, — ставшим куда более тихим голосом проговорил я. — Что-то ещё?
— После того, как ты связался с ней, она стала спокойнее. Также она не позволила никому из нас взяться за твой меч. Не будь она твоей сестрой… — он запнулся и мотнул головой. — Не важно. Более ничего необычного не было, лорд.
— Я запомню это. Спасибо, — я кивнул, а мы продолжили идти.
Поселение медленно оживало. Люди начинали мельтешить, занимаясь каждый своим делом, но довольство от ночного пиршества было видно невооружённым взглядом. Мои подчинённые также занялись своей рутиной, но предпочтя находиться в одной группе, не разбредаясь по поселению викингов, за исключением полурослика и зверолюдов.
Спустя пятнадцать минут один из морских эльфов, наиболее похожий на «гладиатора», принял от Талфеля небольшой тубус, после чего, получив мой подтверждающий кивок, бывший скорее формальностью, отправился в путь.
Ярл же, явно свободный от каких-либо дел, спокойно сидел на пороге дома, обстругивая ножом какую-то деревяшку, периодически осматривая получающийся результат.
«Даже интересно, это просто скрипт, или он действительно пытается развивать этот навык?»
Смотрел я на него несколько минут, прикидывая как попытаться подвести его к идее рейда на морского змея, но в итоге пришёл к одному выводу — и проще и эффективнее будет просто кинуть предложение в лоб, а если потребуется, то поддавить прошлым спором.
— Занято?
— Свободно. Падай, Серебрянка.
— Ну спасибо, Шерстяной.
В ответ он хмыкнул, не отвлекаясь от своего дела, а я сел рядом, откинувшись назад и упершись в стену дома спиной.
Его поделка получалась достаточно топорной, простой, грубой. В ней прослеживался волчий мотив — это была достаточно угловатая, чуть согнутая волчья лапа, вероятно задняя.
Хати тем временем подошёл ко мне и уселся рядом, смотря то на викинга, то на меня, но не озвучивая никаких мыслей.
— Даже не знаю, есть ли смысл спрашивать, где такого взял, — кивнул викинг в сторону маленького волка. — Но знаешь, иронично.
— Что именно?
— Мы, клан Фенрира, Великого Волка… и мы давно потеряли своих волков. Ещё до того, как наши предки попали сюда. И тут всплываешь ты.
— Тёмный с волком? — хмык был с изрядной долей иронии. — Бывают в жизни совпадения.
— Ага. Понравился он моим, — на его лице появилась усмешка. — Жаль только, что у нас таких нет.
— А таких и не будет. Он — один из детей великого волка, пусть и не того самого, — я потянулся к нему рукой, слегка потрепав по холке, после чего почесал за ушком. — Разве что…
— Разве что?
— Найти его родню где-то. Правда, я не знаю где их можно искать.
— Тяжело… — протянул тот, откладывая свою поделку.
— Тяжело, — подтвердил я. — Но есть у меня интересное дело, да полегче в достижении.
— И что же?
— Сапоги уже поизносились, да и сумка на ладан дышит. А я слышал при этом, что из змеиной кожи делают много хороших штук.
— Змеиной? — бровь Рэндалфра иронично изогнулась.
— Ага. И тут как раз змейка недалеко плавала… и мост мне рядом с замком снесла.
— Помню, слышал про эту…
— И кстати, Бенгт не прочь размять косточки.
— Что? Он? — нотки удивления были отнюдь не прикрытые. — Он ведь в последний раз сражался… — ярл запнулся, что-то считая. — Лет пятнадцать назад, он последний раз из рейда вернулся. Я тогда молод совсем был, но запомнил.
— Ага. Говорил с ним чуть раньше, обо всяком… -прислонив затылок к стене я прикрыл глаза. — Забавный дедуля. Интересный собеседник.
— Старик ворчлив. Да и старое поминает постоянно.
— Ну, все мы вспоминаем наше лучшее время. Когда трава, знаешь, была зеленее, — мой голос стал более ворчливым, скрипящим, похожим на старческий. — Девки слаще, а солнце ярче… а уж косточки тогда не болели…
— Ох, уж не тебе прибедняться, Серебрянка. Я ни разу не видел старого эльфа.
— Охо-хо-хо, внучек… — я тяжело покачал головой, после чего резко переключился на нормальный голос. — Но кроме змейки, мне было ещё что предложить.
— Сначала надо на змей посмотреть, но я уже заинтересован.
— Я скажу так — потенциал и добыча. Но сначала и правда надо разобраться со змеёй.
— Если Бенгт действительно решил выйти на бой, то это даже будет скучно. В конце концов, он был более чем просто силён.
— Я чувствую в этом какой-то подвох, если ты так говоришь. Когда так говорят, подвох появляется всегда, а потери практически неизбежны.
— Звучишь как паникёр, эльф. Не подменили ль тебя? — капнул он иронии. — Негоже тому, кто известен, даже думать о такой мелочи.
— Молодой ты ещё, — я поморщился, ощутив, как он, используя какое-то «системное понимание», ткнул меня во взятую книгу знаний. — Известны те, кто переживают, а не те, кто просто гибнут.
— Справедливо, — с некоторой заминкой согласился он. — И что, когда планируешь к змею заглянуть?
— Сегодня и планирую, — на этот раз скандинав посмотрел на меня удивлённо. — Этот монстр покусился на моё, а терпеть это я не стану. Более того, он помешает хождению кораблей, а этого я терпеть не стану вдвойне.
— А что, у тебя уже есть флот? — не вставить шпильку он не мог.
— Нет, но будет. Кое-что в море мы, всё же, понимаем.
— До нас-то вам… — неспешно он проговорил, кивая, как бы подчёркивая важность своих слов и то, что они очевидно лучше.
— Не спорю, не спорю. Рейдеры вы одни из лучших, особенно в таких проливах, — согласился я, добавив в голос немного мёда. — У тебя-то, как у ярла, наверняка есть свои корабли.
— Конечно есть, — подбоченился он. — Два хороших драккара, достойно идущих по воде. На них хоть куда.
— Тогда, может, подбросишь нас к этим змейкам? На кораблях-то быстрее будет чем пешком. Да и заглянуть нам в одно место до этого надо будет.
— В целом-то я и не против, но…
— Но?
— Бенгт. Он действительно решил пойти в бой? Даже когда его внучку похитили, он порывался, но, в итоге, не сумел пойти.
— Думаю, он сам тебе расскажет… но кое-что скажу. Это касается твоего деда, — он тут же навострился, будто волк почуявший давно потерянный след. — В конце концов, некоторые вещи лучше услышать от конкретного человека, не так ли? — я слегка криво улыбнулся, от чего он поморщился.
— Тц… будь по-твоему, Серебрянка, — он отложил свою поделку в сторону. — Мы будем готовы выступить, в момент, который ты обозначишь.
Утрясти моменты, когда и где они нас подхватят на корабли, было не слишком тяжело. Я поставил несколько меток на своей карте, уточнив некоторые детали… и получив предостережение о том, чтобы мы не поднимались на небольшую гору, которая находилась на соседней стороне пролива.
Собрать же нашу группу было делом менее чем десятка минут, после чего мы направились южнее, к мосту.
Первые двадцать минут пути ничем не выделялись. Эльфы изредка переговаривались между собой, но основной интерес был направлен к морским. Для моих «родных», тёмных эльфов, этот морской «подвид» казался чем-то новым и не до конца ясным. Если о лесных представление имели даже люди, пусть и очень общее, то вот эти — куда более редкая рыба.
Однако на середине моста меня догнало уведомление — «ваш замок атакован».
— Стоп! — я вскинул руку, и все остановились, резко вскинув оружие и начав буквально сканировать окружение, а я тут же отправил требование разговора и показа в замок.
С минимальной задержкой перед моими глазами появилась картина того, что там творилось. И если я ожидал вторжения, рейда ящеров или ещё чего…
…то вместо этого меня встречала скучающая фигура уже знакомого «криминального» тёмного эльфа, который аккуратно протирал тряпицей стилет.
— Рада приветствовать Вас, господин, — судя по её движениям, она сделала классическое приветствие, даже несмотря на то, что меня рядом не было. — Не беспокойтесь, происшествий никаких.
«Я получил уведомление об атаке.»
— Именно так, мы и рассчитывали на то, что Вы не оставите замок и нас без присмотра. Спешу уверить Вас что всё в порядке, и рана была нанесена мне, руками сего эльфа, дабы Вы могли обсудить с ним то, что я не в праве решать.
— Ну здарова, лорд. С прошлой встречи знатно ты похорошел, — его ухмыляющаяся морда заставила уже моё лицо дёрнуться. — Я мимо проходил, да птички по пути мне кой-чего успели нашептать. К змейке если решишь идти так скоро, то аккуратнее там будь, на сушу они ой как не любят лазить, кроме как за жратвой, если припрёт.
«Передавай ему дословно то, что я произнесу.»
— Дальнейшие слова я передаю слово в слово, — обозначила она этому эльфу моё указание. — «Хорошие у тебя, видать, пташки. Себе таких бы хотел. Но да, змей сегодня должно не стать.»
— На корабле попрёшь — там же и оставишь банду, пожмёт тебя чешуйчатый. А нырять умеют только твои нырялы… или северяне. Но и тем не по нраву будет бодаться со змейкой в водице.
— «Тебе есть что предложить или просто хочешь предостеречь?»
— Каждое моё слово стоит золота, тебе ль не знать, — он снова довольно ухмыльнулся. — И посему, кое-что я предложить могу. Тебе искать долго, а мне кой-чего и сплавить надо. Ту тухлять я не поем, да и лесные побрезгуют, а вот змейке в радость будет. Да за такой сладостью и на сушу сползать можно.
Внутри себя я выругался, не передавая данные мысли Джаэлькире, после чего продолжил.
— «Не успели первое дельце довершить, так уже предлагаешь второе?»
— То дельце в процессе, а уж это тебе надо не менее срочно. Недорого возьму, по-братски, ведь уже почти нары делили, — он криво подмигнул. — Полторашечка золотом, иль чего подобное, и будет тебе счастье и как минимум одна змейка на берегу.
— «В чём подвох?»
— Не, хозяин, и так сболтнул лишка. Так что, пишем расход, иль растасовываемся?
— «Чёрт с тобой. Пять сотенных золотом и мера кристаллов.»
— Приятно иметь дело, начальник. Змейка дамка, и сколько-там назад нерестилась. Сколько потрохов выкинула — уж сам узнай, но больше одного. И кстати, её логово оттуда совсем недалеко будет. И уж тебе, — его усмешка приобрела новый уровень поганости. — Будет там что поискать.
— «Уже хоть что-то. Ещё что-то что мне нужно знать?»
— Из того, что нужно — всё, начальник. Из того что не нужно — твоя большая цыпа, что на волчицу целит, скоро будет тут и не факт, что будет рада твоим успехам.
— «Коль пройдёт всё гладко — с меня благ чутка поверх. Хорошее забывать не привык.»
— Ловлю на слове, барин. Утром деньги — вечером трупы.
«Джаэлькира, передай ему обещанное. И хвалю тебя за находчивость.»
«Благодарю за Вашу похвалу, господин.»
После этого я разорвал ментальную связь. Пришлось потрясти головой чтобы сфокусировать зрение — переход был слишком резким, но с этим ничего не поделать. Разве что как-то привыкать и адаптироваться.
— Брат? — раздался голос Ангнисс.
— Всё в порядке. Мне передали дополнительную информацию о… змеях. И предложили сделку, от которой я не стал отказываться.
— Сделку?
— Морских змеев больше, чем один. И ближе к ночи на берегу появится приманка, чтобы вытащить их на сушу.
— Если это так, то подобное значительно облегчит битву.
— И, кроме того… надо будет найти их гнездо. Не думаю, что что-то ценное будет там долго нас ждать, учитывая, что про это также упомянули.
Дополнительных расспросов не последовало, а информация о прибытии жрицы была уже не столь критична для остальных. Понимания что с ней делать пока что не было, особенно учитывая, что даже попытка её подставить под смерть будет воспринята… мягко говоря, плохо.
С другой стороны, можно попытаться использовать её как источник материальной прибыли. И, очевидно, не со стороны ресурсов обыкновенных… а со стороны ресурсов человеческих.
Да, я бы мог сделать упор на основных жителей в виде зверолюдов, но мой замок, по большей части, темноэльфийский. Мне нужны мирные жители, а они и являются одной из главных проблем всех эльфов без исключения. Их… нет. Нас слишком мало.
Пока мы продвигались вперёд, Эгис и Гильдербранд обеспечивали разведку, которая, на данный момент, сбоев не давала. Да и орки, чаще всего, не отличались навыками скрытности, куда чаще отдавая предпочтение простому, силовому, решению всех вопросов.
Орочий лагерь же был виден издалека — скрывать его они нужды не видели. Видавший виды частокол, несколько криво-вкось стоящих башенок из грубо сколоченных брёвен и досок.
Однако, самым важным стало то, что эти орки… занимались животноводством! И речь шла отнюдь не о варгах, которых в лагере на данный момент не было, а о катоблебасах, которые, по идее, принадлежали как раз таки зверолюдам. Если то небольшое стадо что они держали отбить и забрать… это будет ощутимая экономия моих ресурсов в будущем.
Общая численность орков, с одной стороны, радовала — их было около двух десятков, включая шамана, который иногда выглядывал из своего отдельного шатра. Но помимо копошащихся то тут, то там гоблинов, куда большую опасность представляла парочка огров, которые… играли в шашки?
По тому как Гильдербранд описал их действия, это наиболее походило именно на это. Они сидели в отдалённом уголке лагеря, друг напротив друга, и, используя поленья, двигали их по начерченному на земле же полю.
Правда, в итоге это кончалось тем, что кто-то из них «выигрывал» или «проигрывал», а другой бил его оставшимся поленом по голове, что полено, разумеется, не выдерживало. Однако вместо драки, они снова начинали играть в свою игру, а замену полена им приносил какой-то из гоблинов, спешно убегая после этого.
В целом, этот лагерь выглядел более усложнённой версией лагеря на каменоломне. Скорее всего, если мы возьмём пленных и допросим их, то окажется что на каменоломню они пришли отсюда, а где-то наверняка есть плоты или что-то вроде.
Тактика была проста — нужно было избавиться от огров, которых, по идее, прекрасно могла бы уничтожить жрица ещё на подходе. Каждому из них будет попадания двух звёздочек, которые перекроют их показатель здоровья с запасом. В идеале, ещё избавиться от шамана, так или эдак.
На этом, правда, эффект от жрицы будет закончен — её запасы энергии стоило беречь как ресурс для уничтожения морских змеев, ведь восстановить их получится лишь после полуночи, когда луна вновь будет на небе.
В запасе у жрицы около двух с половиной десятков использования базовой звёздочки, а морскому змею должно хватить, примерно, десяти попаданий. Плюс, помимо неё, жреческие способности есть и у бестий.
Здесь мне оставалось только поскрипеть зубами — атакующий потенциал, прямой, у моей фракции, в отличии от базовых тёмных эльфов, был куда более скромный. Оная «звёздочка» — по крайней мере на момент написания актуальных гайдов — была едва ли не апогеем прямого урона в одну цель от лунных эльфов, а соседствовал с оной лишь «звездопад», открывавшийся аж на четвёртом уровне, и тот наносил меньший урона в одну цель, но бывший массовым заклинанием.
В остальном же… вопросы, скорее, вызывало то, как избавиться от гоблинов, так как возиться с их отловом желания не было абсолютно.
От орков можно было ожидать прямую атаку на первого противника, которого они увидят и, в целом, нас это полностью устроит — что бестии, что морские эльфы с мечниками, как-то сумеют выдержать натиск. Да и Зенон наверняка сумеет какую-то магию использовать — шаман он, или кто?
Однако, кое-что пошло не по плану. Когда мы уже заняли позицию, готовые ворваться внутрь лагеря, Эгис вскинул лук и, прежде чем что-то сказать, выстрелил. Раздался хруст от очередного павшего в неравном бою, с навыком кентавра, лука.
Стрела, будто в замедленной съёмке, пролетела сквозь весь лагерь, после чего легла в шейный отдел позвоночника шамана, моментально его убив.
Кентавр с трудом сдержал отдачу от выстрела, пошатнувшись и сделав шаг назад, но на его лице была более чем довольная улыбка.
— Вперёд! Не щадить никого!
Стрелы полурослика и болты из арбалетов, что были у мечников, попали в гоблинов, бывших на сторожевой башенке. Послушница, несмотря на сан, физической статью обделена не была, и оттолкнувшись сначала от земли, а после и частокола, буквально подтянулась наверх, высунувшись и пробормотав активирующее слово, метнула звёздочку в ещё не понявшего что произошло огра. Для повторного произнесения заклинания ей потребовалось менее трёх секунд, после чего один из огров отправился в лучший мир, так и не встав со своего места, а она сдвинулась в сторону, чтобы в неё не прилетело что-то метательное.
Орки, несмотря на внезапность нашего нападения, достаточно быстро сориентировались. Мы успели убить шестерых орков, горло одного из которых успешно пробил я, после чего основная масса орков ринулась на нас, похватав ближайшее к ним оружие или что-либо оное напоминающее.
Особой бронированностью противники не отличались, от чего мечники и бестии могли проявить себя во всей красе — пусть в реальности бой двумя клинками мог быть, в теории, эффективен только в боях один на один, то здесь он позволял зачищать сразу большое количество незащищённых врагов.
Правда, это же и обламывалось о суровые реалии баланса — при столкновении с тяжёлобронированной пехотой или кавалерией, но как «открывашка» для такого у моих эльфов были юниты высоких тиров, то есть либо жрицы, либо монстры, такие как лунные драконы.
В целом, для этого же могли послужить и бестии, бывшие гибридом мечников и жриц, если смотреть по механике, особенно если переснарядить их с парного оружия на прямые мечи, но даже так, эффект они какой-никакой показать могли.
Какой-то из орков затрубил в рог, но в него влетело сразу три звёздочки — от одной из бестий, от Ангнисс и от меня, не дав ему закончить сигнал.
Второй огр пал спустя пятнадцать секунд, половину из которых послушница потратила на передислокацию. После этого она спокойным, прогулочным шагом, направилась за нами. В её холодном виде была уверенность, что всё будет как надо, но меч она предпочла удерживать в руке. Рядом с ней пристроился и Хати — уж с ней, бывшей нашей «тяжёлой артиллерией», он явно мог чувствовать себя в безопасности.
А вот гоблины, которые стали разбегаться практически сразу, стали жертвой «кавалерии». Наученный своим горьким опытом, Эгис носил с собой более чем один лук, а сидевший на его спине Гильдербранд и сам благополучно отправлял стрелы одну за другой. Вдвоём же они практически не оставляли шансов на побег… до момента, когда раздался вой.
Видимо, «кавалерия» зеленокожих, или её остатки, были где-то неподалёку, но не в лагере. Звук рога их привлёк, но число оных было невелико — шесть варгов, на двух из которых сидели орк и гоблин, явно бывшие теми, кто направлял зверьё куда было необходимо.
Они рванули в лагерь, целя моим силам в спину, но раздался очередной хруст дерева — Эгис вновь выронил обломки лука, покачнувшись, но стрела вошла орку в подмышку, погрузившись на всю длину внутрь него, от чего тот обмяк и практически сразу был сброшен варгом.
Гильдербранд успел выпустить две стрелы, поразившие одного из четвёрки варгов, до момента столкновения двух варгов и кентавра, из-за чего они завалились в одну куча-малу, где варги начали пытаться их растащить и начать рвать.
Оставшаяся тройка, во главе с варгом на котором восседал гоблин, ринулась на жрицу. Вырвавшийся вперёд варг, который до этого потерял всадника, взметнулся в прыжке, но жрица успела вильнуть в сторону, при этом совершим глубокую колющую атаку в зверя, убив его одним ударом, но вот сдвоенный рывок варгов её опрокинул.
Жрица успела прикрыться руками, в которые варги и вцепились, а гоблин ликующе вознёс свой кривой и полусгнивший клинок в воздух, но в него, с разбегу, в прыжке, врезался Хати, выбив того из седла на варге.
Я же, до этого оттеснённый от основного столкновения, рванул обратно, надеясь успеть к жрице. Три десятка метров — так немного, но не когда под ногами трупы.
Отправив через руку ещё один заряд «звездочки», который попал в варга, заставив того на какую-то долю секунды ослабить хватку. Этого хватило жрице чтобы толкнуть его и ухватиться за ближайший камень, после чего нанести удар второму варгу в висок, нокаутировав того.
К этому моменту успел подскочить уже и я, добив первого. Раздалось приглушённое бульканье — Хати умудрился перегрызть горло гоблина, а я тем временем помог жрице отпихнуть труп варга и протянул ей руку, чтобы помочь подняться.
Она помедлила несколько секунд, но всё же приняла мою руку чтобы подняться.
— Я бы справилась и сама. Но… спасибо, лорд.
— Я знаю. Не за что, — коротко ответил ей я, а она взялась за свой меч, торчавший из туши третьего варга. По спине прошёл холодок, будто кто-то прожёг мне спину взглядом.
Эгис и Гильдербранд уже поднимались на ноги, а в тех двух варгах торчала весомая пачка кинжалов и короткий меч.
Тем временем, звуки боя в самом лагере затихали. Я обвёл взглядом трупы варгов и поднявшихся полурослика с кентавром, и как второй помогал первому забраться к себе на спину. Короткие окрики со стороны лагеря, показывавшие что всё хорошо. Я махнул рукой, показав, что направляемся внутрь. Времени разобраться что и как там явно будет достаточно.
«Я всё правильно сделал?» — раздалась мысль от волчонка.
«Более чем, ты молодец. Практически спас жрицу, а это дорогого стоит» — я потрепал его по холке, от чего он довольно тявкнул.
Я же смотрел на уведомление о повышенном уровне. Единица в ментальную выносливость была приятна, но вот выбор из навыков, что предстал перед моими глазами, был ощутимо более тяжёлым, нежели простое принятие роста характеристик.
«Дипломатия», появившаяся вновь, сулила ещё более успешное ведение переговоров, большие скидки при торгах, а также большую лояльность если я кому-то начну что-то заливать в уши.
Второй же навык… был из книги расы тёмных эльфов. Более того, это был раздел «адаптации» — выбор у расовых книг всегда был более разветвлённый нежели у обычных, по умолчанию.
Первые два были весьма просты — либо усиление скрытности и диверсий, либо больший упор на питомцев, то вот третий и четвёртый заставили поскрипеть мозгами.
«Существа света» — привитие новым нанятым тёмным эльфам дополнительных сопротивлений, а также возможность получения новых навыков, связанных с этой стороной магии… или «Связь с богиней», которая обещала изменение поведения оных, делая власть игрока более прочной, укрепляя положение в жреческой иерархии если таковое было, чем точнее он следовал догматам богини, как бы ещё больше выделяя правителя, и делая его более желанным для прибывающих героев-жрецов… и обеспечивая постоянное усиление всем сколь-либо задействованным в жречестве юнитам в виде бонусного уровня в жреческой магии. В моём случае это были бестии и жрицы.
Самым безопасным — и не слишком полезным, на первый взгляд — было бы взять улучшение питомцев. Мелочь, приятная, небольшое потенциальное усиление всем гуманоидам за счёт животинки.
Более меняющим планы, но дающим хорошие усиления — скрытность и «подлая» война, но там была обратная сторона, которая ухудшала юнитов в прямых боях.
«Существа света» были особо спорными, так как примера навыков, которые юниты могут получить, игра не предоставляла, помимо того, что эти «сопротивления» могли быть получены какими-либо «нестандартными» способами. Лунная богиня, конечно, не паучья, но…
«Связь с богиней» выглядела как сравнительно безопасный вариант, который я и выбрал. Соблюдать её догматы было в моих планах и так, из-за сравнительно шаткого положения меня как мужчины в около-матриархальной жреческой системе.
Краем глаза я заметил, что послушница на меня как-то странно взглянула, но ничего не сказала.
Уже наученные, эльфы собирали трофеи, из тех, что можно было перетащить силами одного разумного. Зенон, почти не потративший магию в этом бою, шустро сортировал то, что было нами отвоёвано, а спустя минуту к нему присоединился Гильдербранд, и дело пошло ещё более споро.
Итогом стало почти четыре с половиной тысячи золотых, несколько мер еды, и, что важнее, ресурсы. Орки явно переправляли камень из каменоломни к себе, так как тут нашлось аж четыре меры обработанных булыжников, две меры дерева и дурно пахнущий котелок, который был опознан как мера ртути.
Несколько трофейных луков, найденных внутри шатров, были отданы Эгису. Большая часть оружия, которое было у орков, годилось бы разве что на переплавку… куда позже и отправится, когда я ближе к вечеру отдам приказ на системную постройку кузни. Пусть и немного, но пригодиться может каждая копейка.
Однако от примерного расчёта того, сколько металла можно вытянуть из этого металлолома, меня отвлёк Талфель.
— Лорд, легат прибыл. Он снаружи и готов говорить.
По какой-то причине сердце будто пропустило удар, после чего всеми силами постаралось это компенсировать. На краю лба выступила капля пота, медленно скатившаяся вниз, а внутри всё похолодело.
Накатившая волна беспокойства заставила меня сделать долгий вдох и не менее долгий выдох, для приведения себя в чувство.
Что-то подобное в рамках Земель мне приходилось испытывать лишь раз, во время своей третьей попытки, когда мне пришлось оказаться между троллем и драуком, которых окружали ауры страха и ужаса.
Тогда я также ощутил подобный холод внутри, но он был вполне объясним и понятен, ведь оба существа, говоря мягко, были отнюдь не самыми приятными для встречи. Но здесь…
Я его даже не видел, но это мерзкое, тягучее ощущение страха засело внутри меня.
— Не напомнишь, насколько стар был легат? — задал я Талфелю вопрос, удерживая ровный, холодный голос.
— Он стар, — повторил он сказанное ранее в поселении викингов. — По эльфийским мерам, — и вот это дополнение уже дало понимание что не так.
Стар — это три, четыре сотни лет, которые могли быть у него за плечами. Формально. Но «стар по эльфийским мерам» — это можно смело умножать на полтора, а то и на два… и, более того, это означало что даже если он не-герой, то за ним закреплён куда более продвинутый ИИ, выводящий его на иной уровень. Да и уровень сам по себе наверняка завышенный, для каких-либо специальных условий.
— Он будет не один?
— Разумеется. С ним будет двое сопровождающих… не считая тех, кто позади.
— Благодарю за пояснение, Талфель. Ты и Ангнисс пойдёте со мной, — чуть замешкавшись, я кивнул и жрице, мол, ты с нами.
На языке так и вертелся один вопрос, который мне хотелось задать эльфу-ветерану.
«Если что-то пойдёт не так, то на чьей стороне будешь ты?»
Но ответ напрашивался сам собой, и он меня не радовал, даже с учётом того уровня отношений, что был, между нами, выстроен.
Слишком очевидно, что он выберет сторону своего народа. В конце концов, где я — пусть и хороший, но наниматель, а где его народ и, более того, его прямой командир?
Спустя минуту мы пошли на выход, а я собрал все свои силы для поддержания лица… потому что пакостное ощущение внутри меня никуда не исчезало, и, чем ближе мы приближались, тем большее ощущение угрозы собиралось у меня в груди.
Три фигуры, стоящие на небольшом возвышении, одним своим видом заставляли ощутить своё величие. Все трое были эльфами, всё из того же вида морских, но выглядели они совершенно иначе.
Двое стоявших позади были снаряжены в кольчуги, которые спускались ниже их пояса. Каждый из них держал каплевидный щит, а за спиной виднелись древки копий. Подойдя ближе, я разглядел и ножны для мечей — все трое носили ножны на правом боку.
Легат от своего сопровождение, как и следовало ожидать, отличался.
В глаза сразу же бросалась его броня — анатомическая, с полным изображением более чем достойного рельефа мышц. Он не нёс с собой щит, а из оружия был виден только короткий меч справа. Кожаная «юбка», спускавшаяся практически до его колен, была из чего-то среднего между кожей и чешуей, украшенная на концах металлической частью.
Лицо легата было словно высечено из мрамора, столь невозмутимо и монументально он выглядел. Высокие скулы и чётко прослеживающаяся линия челюсти это лишь подчёркивали. О возрасте говорили морщины — морщины! — на лице этого эльфа, вместе с сединой, что начала брать своё от срока его жизни.
В глазах зелёного цвета не было видно ничего. Ни злости, ни радости, ничего кроме пустоты и ожидания. Его взгляд был направлен на меня, но он смотрел как бы сквозь.
Узкие же губы были плотно сжаты, из-за чего казалось, что он даже не дышит, напоминая ожившую античную статую.
Мысли о величии Рима, а также о том, что это, по сути, практически полная с них калька, впечатались в моё сознание. Поминая же его возраст — как бы не «старый Рим» вовсе.
Когда мы поднялись на эту же возвышенность, встав перед ними, Талфель сделал шаг вперёд, приложив сжатый кулак к левой части груди.
— Ave, — он кивнул. — Рад приветствовать, легат.
— Ave, — взгляд предводителя морских эльфов медленно перешёл на Талфеля. — От тебя долго не было вестей, примипил.
— Приношу свои извинения, я был связан обстоятельствами, что не позволяли мне доложить о ситуации.
В ответ на его слова офицер кивнул, после чего его взгляд вновь вернулся ко мне. Я же сделал ещё одну заметку — «немногословен» это будет преуменьшением.
— Salve. Я хочу знать, с кем я говорю.
— Salve, — повторил я его приветствие. — Моё имя Мэйзар’Диирн и я лорд магического источника.
— Аллир’дет, легат девятого легиона. Я слушаю.
Ощущение не отступало, а его мимика, точнее её отсутствие, лишь усиливали эффект беспокойства. Морской эльф лишь изредка моргал, не сводя с меня зелёные глаза, будто оценивая.
— Помимо желания узнать соседей, я хотел переговорить о возможности потенциального сотрудничества между нами.
Аллир снова слегка повернул голову в сторону Талфеля, но тот лишь отвёл взгляд. Он вновь повернулся ко мне.
— В данный момент мы не заинтересованы в каких-либо взаимодействиях с Вашим народом.
— Понимаю. Тогда я сделаю более конкретное предложение, — уголок его левого глаза едва заметно дёрнулся. — Я хочу предложить совместную операцию по уничтожению морских змеев, что находятся здесь и будут мешать судоходству.
— Мы не заинтересованы.
— Эти змеи наверняка потопили множество судов… — начал было я, а уголок его глаза вновь дёрнулся. — И, могу предположить, что на одном из судов были Ваши зять и дочь.
Изменение в его взгляде я ощутил всем телом. Если до этого на меня смотрели как на формальность, то теперь проходила оценка того, какой из способов моего умерщвления будет наиболее эффективным, а давление, создаваемое его взглядом, стало лишь сильнее.
— Продолжай, — одно слово, но тональность голоса была совершенно иной.
— Из имеющейся у меня информации, в достаточно давнее время…
— Коротко.
Я вздохнул. Ощущение давления всё ещё оставалось, но… было чувство, что я подцепил его на крючок. Что теперь он меня будет слушать… пусть и «коротко».
— Морской змей. Самка. Потопила судно, давно. Между островами. Есть меньшие морские змеи. Позже, ближе к вечеру, будет рейд на оных.
Морской эльф замолчал. Его взгляд был всё таким же, будто разделывающий меня на куски, после чего раскладывающий по полочкам, как экспонат на обозрение.
Его правая рука медленно передвинулась на навершие, аккуратно проводя по этому кругляшу большим пальцем, стирая с него несуществующую пыль.
Стоявшие за его спиной легионеры — иначе их назвать язык не поворачивался — при этом не шелохнулись. Словно две безмолвные статуи, с которыми их было и немудрено бы спутать… в другом месте.
На середине очередного движения он остановился.
— Твоя выгода?
— Мне нужны безопасные земли для тех, кто пойдёт под моё крыло. Эти змеи способны выползти наружу — этой угрозы мне уже достаточно, — чуть помедлив, я добавил. — Помимо этого, у этих змей есть кое-что, что интересует меня.
Прищур Аллира стал уже.
— Моя выгода?
— Убедиться в смерти дочери. Свершить отмщение. Укрепить свои позиции.
На этот раз он чуть поморщился. При том, именно в момент, когда я сказал о мести, а не том, чтобы убедиться.
— У тебя нет кораблей.
— Мы прибудем на кораблях скандинавов.
Его глаз снова едва заметно дёрнулся.
— Без северян.
— Они обеспечат доставку моих солдат.
— Они не союзник, — с нажимом продолжил Аллир.
— Для вас они им были, — поминая рассказанное Бенгтом сказал я. — И более того, там был союз, который ты одобрил.
— И жалею.
— Не будь того сопротивления, что оказал как ты, так и норманнский жрец, всё было бы иначе.
— Ты… — начал было он, но я начал говорить раньше.
— Не понимаю, да? — в моём голосе прорезалась нотка иронии. — Быть может. В конце концов, это был твой ребёнок, твоё решение и последствия, которые ты получил.
Левая скула легата дёрнулась, и на этот раз более заметно. Он сделал неспешный вдох, слегка прикрыв глаза.
— Это всё что ты хотел предложить? — тональность была всё та же, но ощущение тревожности стало чуть меньше.
— На данный момент — да. Глядя в будущее — нет.
— М-м, — он промолчал.
Его голова чуть повернулась в сторону, где, ориентировочно, должны были быть змеи. Перекрёсток течений там знатный, и место, пожалуй, для таких существ наиболее подходящее.
Однако надолго молчание не задержалось.
— Мы вступим в этот бой. На твоей стороне.
Я медленно кивнул, принимая его ответ.
— Мы заберём то, что принадлежало нам.
— Это будет справедливо, — ответил я, догадываясь что речь может идти о приданом. — Мы договорились?
Вместе ответа легат протянул мне открытую руку, показывая, что у него в ней нет оружия. Я же в ответ снял перчатку и протянул свою правую руку к нему.
Хватка морского эльфа оказалась по настоящему стальной, и моё предплечье, за которое он ухватился, это на себе оценило в полной мере. Я повторил его действие — видимо, это был их аналог рукопожатия, — а спустя несколько секунд он отпустил мою руку.
— Vale, Мэйзар’Диирн. Будь здрав.
— Vale, Аллир’дет. Будь здрав и ты.
Талфелю он лишь кивнул, после чего развернулся и пошёл в противоположном от нас направлении. К нам начала приближаться фигура «гладиатора» — гонец действительно был невредим.
Чем дальше легат уходил, тем меньшее давление я ощущал. Когда он скрылся из виду, давление наконец-то пропало, и я смог позволить себе долгий выдох, из-за которого у меня по плечам разошлась дрожь.
— Талфель, сколько таких как он у вас вообще?.. — усталость в моём голосе была более чем читаема.
— Каждый третий из тех, кто так долго живёт. Ты неплохо держался, лорд.
Когда же я посмотрел в сторону Ангнисс и жрицы то… крайне удивился.
Они обе стояли, практически как соляные столбы, и всё что они делали, это дышали. На то чтобы привести их в себя потребовалось несколько минут… и, что интересно, раньше пришла в себя именно Ангнисс.
В уведомлениях появился квест с неизвестными как вводными, так и наградой, но с ожидаемым названием. «Девятый легион».
После возвращения внутрь лагеря, я отметил это место на карте, как подлежащее разбору в будущем. Всё же, это была не системная постройка, так что щелчком пальцев разобрать её не получится… а извлечь пару-тройку мер дерева, в итоге, может и получиться.
Дальнейшие действия были просты — вернуться к викингам, корабли которых мы и планировали использовать как транспорт. Как раз и пройдут эти несколько часов в пути пешком.
Промелькнула мысль — «скорее бы уже Хати вырос»… чтобы не ходить самому.
В небе же, на далёкой высоте, мелькала какая-то точка…
******
К нашему возвращению скандинавы были более чем готовы. Уже с нашей стороны берега было видно два судна, которые приводили в готовность находившиеся рядом северяне, что-то загружавшие на них и что-то делавшие с парусами.
Когда мы перешли мост, навстречу к нам вышли Рэндалфр и Бенгт. Каждый из них был уже при полном параде — ярл был в украшенной ламеллярной броне, на которой были видны серебрённые заклёпки. Топорик, висевший на поясе, был всё также знаком и явно был слишком ему привычен, а щит висел за спиной.
А вот Бенгт… его броня казалось едва ли не лучшей, нежели у правителя. Она была такой же, ламеллярной, но как будто зачарованной, плюс он не постеснялся сразу одеть шлем. Из оружия при нём было видно лишь копьё, которое также чем-то приковывало взгляд. Форма клинка казалась обычной, но она была какой-то… излишне длинной, кроме того, что на нём было какое-то подобие ограничителя.
— А я уж думал, что ты и не появишься, ушастый, — в своей манере поприветствовал меня ярл.
— Разминка физическая закончилась разминкой моральной, — моя ухмылка была чуть кривоватой.
— Трупов среди вас не вижу, так что проблем и нет. Мы практически готовы отплывать, последние люди готовятся.
— Ты ходил не только за этим, эльф, — Бенгт перевёл взгляд на Талфеля.
— Не отрицаю, — я повёл плечом, невольно поморщившись. — Луна привела к встрече, а от разговора грех отказаться.
— Мне это уже не нравится, — прищур викинга был неодобрительным.
— Мило побеседовал с тестем твоего деда, — видеть удивление на лице ярла того стоило. — Добрый такой дедушка, но серьёзный. Седой слегка уже, но что поделать, возраст не тот.
Бенгт в ответ на это фыркнул, как будто я рассказал смешную шутку.
— И что хотят?.. — светловолосый скандинав неопределённо пошевелил пальцами, пытаясь подобрать слово, которым описать морских эльфов.
— В целом, кроме славы… у них тот же интерес, что и у твоего старика.
— Кроме славы… — Рэндалфр на несколько секунд завис. — На нас троих добычи будет уже слишком мало. Не в ней дело. Что?
— О, Бенгт промолчал… ну, тогда скажу я, — седой скандинав вскинулся, на что я качнул головой. — Аллир, старый эльф, хочет отомстить за свою дочь. Ей пришлось столкнуться со змеем в море, и бой этот она не пережила.
— А… — он хотел было начать говорить, но я приложил палец к своим губам, мол, не нужно. — Понимаю. Они встретят нас по пути?
— Верно.
В дальнейшем мы обговорили основные детали плана — в основном, это касалось того, как мы будем убивать змеев, если их окажется больше, чем два. В беседу включился и Талфель, который был способен дать совет на основе своего опыта, который явно был оличен от того, что был у скандинавов.
Бенгт, стоявший рядом, больше молчал. Основное что он сказал, так это то, что «самого большого — беру на себя».
Рэндалфр, прекрасно понимавший что таких существ, как морские змеи, убивать можно либо магией, либо существами хотя бы равного размера, прямо сказал, что они смогут только отвлечь одного змея. Если им крайне сильно повезёт — они сумеют кое-как его забороть, но это весьма маловероятно.
Основной фокус внимания сместился на нашу сторону, которая как раз таки и имела один из таких аргументов. Послушница — это главный козырь, который мы не могли никак потерять и подставлять под удар, так как без неё план был практически обречён на поражение.
Даже имея всего одно атакующее заклинание, с самым что ни на есть базовым уроном, она могла легко опередить по итоговому урону любого из находившихся здесь… разве что Бенгт, в теории, мог бы её догнать в своём пике, но поддерживать тот же темп он не сможет достаточно долго.
Что смогут предоставить морские эльфы Талфель ответить не смог, или, вернее, не посчитал нужным, но уточнил, что они смогут очень долго удерживать на себе внимание любого из змеев что мы сможем встретить.
Основная же тактика заключалась в том, что скандинавы организуют змеям «развлечение», отвлекая их от жрицы, которая должна будет и внести основную массу урона, и уже по возможности нанесут какую-никакую долю урона.
Про то, что бестии также могут внести энную долю урона магией, я умолчал.
Зафиксировав и согласовав более мелкие детали, на что много времени не ушло, мы погрузились на суда, после чего под звучный окрик стоявшего у кормы, после чего корабль отчалил, а знакомый рыжий скальд начал отдавать корректирующие указания голосом, в соответствии с которым простые скандинавы начали работать вёслами.
Как в итоге я заметил, на корабле с Рэндалфром и Бенгтом оказались мы с Талфелем и «гладиатором», тогда как вся остальная группа была на другом судне.
На протяжении плавания мы втроём поддерживали беседу на общие темы, но при этом я заметил кое-что, до этого не бросавшееся мне в глаза.
«Гладиатор», до сего момента крайне редко снимавшая шлем, лишь по необходимости, находилась рядом с нами… и была без него. И более того, она находилась именно рядом с Рэндалфром, с которым они, периодически, перебрасывались взглядами.
Вскоре, по левому борту, показался корабль морских эльфов. Он будто выплыл из тумана, что возник из ниоткуда, и начал идти по тому же курсу что и мы. Что же приковывало взгляд, так это сравнительно небольшая баллиста, стоявшая на их судне.
На носу их судна, даже несмотря на расстояние, легко можно было углядеть фигуру Аллира. Раздался звук горна, шедший от их корабля, на который ярл отдал указ ответить таким же.
Вот уж что встроенный переводчик не переводил, так это тональность сигналов. В теории, я бы мог попытаться его повторить, но не зная значение… это дело бессмысленное.
Перемещение по воде, по крайней мере сейчас, было куда более быстрым, нежели наш пеший поход. То расстояние, которое мы преодолели пешком за три с копейками часа, на викингском драккаре мы миновали едва ли за час, и, по словам светловолосого скандинава, это они «плыли весьма расслабленно», то есть не выжимая из себя всё что можно.
Корабль эльфов, со стороны, двигался по воде почти сам по себе, учитывая, что ветер был не слишком сильный… однако волны, по какой-то причине, всячески угождали их кораблю. Тальфель пояснил — это одно из самых базовых заклинаний школы воды и ветра, для попутного как ветра, так и течения. С его слов, с сильным магом, что знал эти заклинания, практически любое судно могло стать крайне быстрым, а хорошее судно — практически неуловимым на морской глади.
Однако время шло, и мы приближались к главной точке. Разговор постепенно стих, и мы начали вглядываться вдаль, высматривая наши цели…
Разочарованы мы не были — вдалеке уже виднелись две огромные туши, ползавшие рядом, на суше, и спорившие за что-то между ними. Подтвердились слова «братка», что змея была отнюдь не одна, а покрасневшая чешуя на теле одной из них как раз говорила о большем возрасте. Бенгт, как только увидел их вдали, не отводил от них взгляд.
— Поддайте ходу! — раздался приказ Рэндалфра, а что продублировал скальд и движения людей изменились. Гребцы взяли больший темп, а драккар начал разгоняться.
Змеи на берегу продолжали свой спор за какой-то сравнительно небольшой объект, вчистую игнорируя наше существование. Раздался лёгкий гул рога, после которого корабль скандинавов чуть развернулся, чтобы причалить в небольшом отдалении, дабы не рисковать кораблями.
Эльфы же придерживались своего курса, проигнорировав наш сигнал. Только баллиста начала поворачиваться, вместе подготовкой к её зарядке.
Бенгт тяжело вздохнул, отходя от носа и перемещаясь к левому борту и корме, всё также смотря на двух морских тварей. Он уже удерживал в руках своё копьё, желая врезаться в противника, но ему приходилось ждать… и это было самое тяжёлое ожидание — того, что было в твоих мыслях, желаниях, мечтах, и так много лет.
Раздался новый гул, но… из глубины. И отнюдь не горна.
Как в замедленной съёмке, ярл отпрянул от носа судна. В тот же момент из-под воды вылетает раскрытая морда морского змея, которая тут же падает на корабль, заставляя тот качнуться, от чего даже корма слегка поднялась над водой.
Один из гребцов тут же скрылся внутри пасти, проглоченный монстром, а остальные отпрянули от вёсел, хватаясь за оружие… и лишь стоявший на корме Бенгт бессильно смотрел на этого змея.
С болью в глазах он качал головой, едва заметно шевеля губами, и даже с такого расстояния было понятно, что он говорил.
«Это не мой бой.»
Пока скандинавы оборачивались, ожидая указа ярла, выхваченный мною меч вознёсся к небу, загораясь белесым, лунным сиянием.
— Сыны севера, настал достойный бой! — раздался мой голос сквозь хруст дерева, тогда как змей начал оборачиваться вокруг судна, не ощущая от нас даже подобия угрозы. — И это шанс попасть в сады Фрейи и Вальгаллу, пройдя свой Рагнарёк! — змей сделал ещё один рывок, почти ухватив одного из воителей, но тот чудом отскочил. — Луна осветит ваш путь! В САДЫ И ВАЛЬГАЛЛУ!
Разум подсказывал — для этих людей нужен пример, простые кличи не окажут никакого эффекта. Разгон взятый буквально за два шага и упор на бортик, от которого я отталкиваюсь, молясь на эльфийское чутьё, и то, что мне хватит силы в ногах.
Змей, вильнувший головой, позволил мне приземлиться на правую часть его огромной головы, вонзив клинок в его тушу, но не нанеся этим сколь либо ощутимый урон, так как ранение и размер этой туши были несопоставимы.
Однако куда важнее было иное — сквозь клинок, используя его в качестве контактной зоны, я выпустил «звёздочку», которая, в таком случае, не промахнулась бы.
Мой пример оказал эффект — на этот раз барабан скальда начал отбивать ритм, а Гунрёд, бывший на нашем судне, затянул песню о доблести предков, что поднимались на свой последний бой, на свой Рагнарёк.
— Вальгалла! — раздался ответный рёв, и викинги перегруппировались.
Раздалось подобие волчьего то ли воя, то ли рыка, и на этот раз в другую часть туши змея влетела куда более массивная фигура, которая продолжала расти. Рэндалфр использовал свой тот же навык что и в пещере, увеличиваясь в размерах, и цепляясь за тушу змеи.
Он отбросил свой щит, после чего в тушу змеи врезался второй топор, которым он пытался тупо проломить её чешую, чтобы добраться до мягкого нутра.
Удерживаясь на этом змее, я сквозь меч ощущал, как ходят ходуном его мышцы, но столь же отчётливо я понимал, что всего этого недостаточно. Викинги сбились в плотный строй, но даже хирдманы, что были впереди, могли лишь удерживать его на расстоянии, пытаясь наносить колющие удары копьями, пока сильнейший на этом корабле бессильно смотрел на происходящее.
— Труби поворот! — крикнул я в сторону, видя, что Рэндалфр вконец вошёл в режим берсерка… умудрившись каким-то чудом проломить чешую монстра.
Змей постепенно оттеснял скандинавов к корме. Раздался звук горна, в ответ на который раздался повторный и второй драккар начал стремительный разворот. Следом за ним последовал другой — совершенно другой — сигнал, который я не знал, после чего над гладью воды раздался хлёсткий удар.
С устрашающим свистом, над водой пронёсся выпущенный из эльфийской баллисты снаряд, вошедший в тело змея, подобно ножу в масло… и, вероятно мне показалось, но я услышал хруст дерева.
Сразу после этого Талфель и «гладиатор», использовав спины викингов как трамплин, перемахнули через весь строй, приземляясь уже на голову змея. Гладиатор также выделилась — её трезубец вонзился в глаз змея, заставив того биться из стороны в сторону, но он не сдвигался с места, лишь ещё сильнее раскачивая судно.
Второй драккар приближался, а на его носу уже стояла жрица, окружённая остальными эльфами, которые, скорее, следили за её безопасностью на корабле. Символ богини Луны, зажатый в её руках, был вознесён к небу, после чего из него, одна за другой, полетели «звёздочки».
Раздался новый звук, с которым прилетело первое копьё, и второй снаряд не заставил себя ждать, пронзив уже середину туши змея.
Змей шипел, пытаясь сбросить нас, его четверых «наездников», так и пытаясь отцепиться от судна, к которому его прибил первый снаряд. Он не мог не ощущать и магические снаряды, отправляемые в него послушницей, и в целом, он был прав, не считая угрозой нас.
Проблема была в том, что угроза подобралась с другой стороны.
Пятый, шестой… на седьмой «звёздочке» змей дёрнулся в последний раз, обмякнув всем телом. Талфель тут же спрыгнул в воду, после чего снова раздался деревянный хруст, а кусок снаряда, что был в змее, исчез.
Рэндалфр же, выйдя из ярости, но всё ещё сохраняя свой немалый размер, взялся за змея, пытаясь его столкнуть.
— Навались! И быстрее к суше!
Наши драккары начали стремительно отдаляться от дрейфующего трупа морского змея, но его сородичи на берегу зашевелились, явно привлечённые тем, что происходило в водах, но шевеление вокруг приманки продолжили.
На полной скорости корабли приближались к берегу, пока днища обоих судов не заскрежетали по песку, а экипаж оных начал спускаться на сушу.
Бенгт, спустившийся первым, в левой руке удерживал, помимо копья, пару дротиков и ещё один был в его правой руке. Было слышно, как дрожит его дыхание, но отнюдь не от страха, а от желания, от того, что он добрался до своего последнего боя.
— Красный — мой, — коротко сказал он, начав шагать вперёд и с каждым шагом набирая скорость.
— КЛАН! — раздался рёв Рэндалфра. — НАСТАЛО ВРЕМЯ СЛАВНОГО БОЯ!
Раздался гул от остальных скандинавов, пока ярл проговаривал свою речь, распаляя дух в своих людях. Мы же, сгруппировавшиеся в стороне, перекинулись лишь несколькими словами, которых было более чем достаточно.
Прикрывать и защищать — жрицу. Не подставляться. Наша жизнь — важнее. И, самое важное, никакого лишнего геройства.
Ведь герои — очень даже смертны.
******
Щелчок.
Тело змея вновь извернулось, а хвост оного щёлкнул, врезавшись в нескольких скандинавов. Успевший прикрыться щитом отлетел на десяток метров, и было ясно что он счастливчик — несмотря на расколовшийся щит и множественные переломы, он был жив… в теории… тогда как от другого осталась буквально кровавая пыль — он исчез, и лишь кровь на песке говорила о его существовании.
Большинство викингов мельтешило перед мордой змея, периодически запуская то топор, то дротик в оного, пусть и без какого-то эффекта, за исключением раздражения для этого существа, и отвлечения внимания от готовящейся жрицы.
Возвышавшийся над всеми Рэндалфр отдавал краткие, зычные команды, маневрируя своими скандинавами как частью самого себя, но змей понемногу откусывал от их строя по несколько существ.
Когда змей был отведён подальше от берега, уже я отдал приказ жрице и Ангнисс начинать. Рядом с ней осталось двое мечников, обеспечивать её защиту, а также стрельбу из арбалетов что были при них, тогда как остальная часть нашей группы пошла вперёд, атаковать змея сбоку.
Морские эльфы, что могли позволить себе сорваться вперёд, используя рывок и натиск одновременно, буквально влетели в тушу змея, проламывая чешую оного и вцепляясь в него подобно клещам, которые наносят не самый сильный, но неприятный урон.
Вновь раздался звук горна с корабля эльфов — новое копьё пронеслось, попадая в тушу змея и застревая в ней. Из-за этого змей дёрнулся, начав разворачиваться в сторону полученного урона, и уже жрица с Ангнисс начали творить свою магию — сначала строенная с моей «звёздочка», но мы с ней ушли на перезарядку навыка, тогда как жрица продолжала посылать одну за другой, которые наносили устрашающий урон монстру.
Раздался рык Рэндалфра, который, стоило змею свернуть в сторону, влетел в корпус существа, как и в первый раз начав буквально молотить по чешуе, дабы пробить оную… и, когда он это сделал, упёрся всеми силами, замедляя движение слабеющей змеи, а в тот же момент одна из бестий использовала «Соринку» — это заставило змея замотать головой, из-за пострадавшего зрения.
Остальные скандинавы последовали примеру своего лидера, но уже их хлестанул удар хвостом, опрокинув часть из них.
Жрица же продолжала метать одно заклинание за другим, практически прожигая в монстре дымящиеся, от сочетания светлой и тёмной энергии, дыры.
Шестое заклинание — змей ринулся из остатков сил к жрице, но в этот момент вторая бестия использовала свою «звёздочку», следом за которой влетели и наши с Ангнисс и последняя, седьмая, от жрицы.
Тело змея, по инерции, проползло ещё несколько метров, картинно остановившись перед послушницей, которая ни единым мускулом не дрогнула, просто отойдя после этого в сторону, переведя взгляд на последнего оставшегося змея.
Рэндалфр медленно «сдувался» — его бывший до этого крупный размер вновь стал около-человеческим, но он отнюдь не спешил вмешиваться в разворачивавшийся совсем рядом бой.
— Не хочешь помочь старику? — задал я ему вопрос когда он поравнялся с нами.
— Это его бой, а не мой. Будет бесчестно вмешаться в него.
— Вмешаться в бой с тварью — бесчестно? — прозвучал пропитанный ядом голос жрицы.
— Тебе, женщина, не понять. Для нас честь и клятва — не пустой звук, и он их блюдёт.
Послушница цокнула языком, недовольно посмотрев на викинга, но ничего не ответила. Я же отправил ей ментальный вопрос — «сколько ещё заклинаний ты можешь сотворить».
Ответ был не самый радующий — семь, и этого могло не хватить, даже с учётом поддержки со стороны моря.
Я подошёл к ним с Ангнисс ближе, после чего вытащил висевший до этого у меня амулет на шее и передал его послушнице, под её ошарашенный взгляд.
— Он не слишком хорош, но в нём почти два заряда. Не сломай и верни после этого боя.
— Ты… Богиня тебя отметила, но чтобы ты был жрецом?.. — пробормотала она.
—
Теперь у неё было почти десять или одиннадцать возможностей использовать заклинания, плюс наши остатки энергии веры и оные же у одной из бестий, что давало какую-никакую уверенность. После этого я развернулся, вновь встав рядом с контактными бойцами, и… вгляделся в бой между змеем и скандинавом.
Несмотря на тяжёлую броню, Бенгт умело маневрировал, уходя от прямых укусов змея и его попыток ударить хвостом. Его движения были далеки от человеческого уровня — не каждый эльф мог похвастаться подобной, как бы странно это не звучало, грацией.
Удары его копья были редки, но каждый из них достигал цели, оставляя глубокие зарубки на красной чешуе. Когда же он попадал сквозь чешуйки, каждый раз проступала красная кровь монстра.
Создавалось ощущение, что вокруг него собирается какая-то божественная аура. Он словно светился изнутри, благословлённый каким-то божеством, но здесь и не сложно было догадаться, кто мог ему благоволить. Либо Один, либо Тор.
Каждое движение было выверенным, точным, как в красиво поставленном бою. Он продолжал удерживать внимание этого старого змея, аспида, на себе… ровно до момента, пока свечение вокруг него не исчезло.
Змей извернулся, раздался щелчок, и удар монструозного хвоста просто смёл подобного эйнхерию бойца. Он отлетел, а змей помчался за ним… и раздался последний клич обречённого скандинава.
— ВАЛЬ-ГАЛ-ЛА!
И практически сорвавшись с земли, он понёсся в самоубийственную атаку на аспида, лоб в лоб, даже не пытаясь уклониться или выжить. Это была его судьба, к которой он стремился.
Фигура Бенгта скрылась в пасти монстра, под стон скандинавов, но вперёд вышел, словно зачарованный, Рэндалфр. Топор в его руке начал светиться, источая подозрительно знакомую энергию, а морской змей увидел новую цель — молодого ярла.
Его же люди, подобно парализованным, смотрели на это, не смея останавливать его. Лишь музыка Гунрёда, которую он, наверняка, играл даже не осознавая этого, сопровождала движение ярла и, казалось, этот же паралич распространился на моих эльфов тоже… но не на меня. Будто это был выбор, который следовало совершить мне.
Я находился «по две стороны моря», и на этот выбор у меня были считанные секунды… выбор, который я откладывал.
Уже более-менее знакомый скандинав и его поселение, либо почти неизвестные морские эльфы, дрейфующие в стороне.
Да, я знал Талфеля, я видел Яхеля, я не забыл про оставшуюся пару эльфов, но… я видел и их предводителя, в котором я не был столь уверен. Он был монолитен, однако… он слишком сильно давил. Скажу прямо — он пугал.
Сглотнув, я сделал выбор. Я практически видел, как проскользит змей, смяв фигуру ярла, если того не столкнуть… на что я и пошёл, ринувшись вперёд, наперерез Рэндалфру, под его начавшийся клич.
— ФРЕ!.. — его тело начало вновь увеличиваться, а расстояние между ним и змеем стремительно сокращалось.
И моё тело влетает в него сбоку, снеся его тело, и выставив уже меня основной целью для аспида. Я едва успеваю перехватить меч двумя руками, после чего, уже видя распахнутую пасть, в глубине которой были видны остатки древка и ноги убитого эйнхерия.
Хотелось продолжить клич викинга, но негоже взывать к чужому пантеону. В момент, когда я выбросил руки вперёд, нанося укол вглубь пасти монстра, мои губы тихо прошептали:
— Богиня, прошу, помоги…
Отвратительный смрад из глотки змея ударил мне в лицо, нёбо монстра приблизилось и после этого настала тьма.
******
Ангнисс видела, как её брат рванул наперерез этому скандинаву, что решил повторить дурной поступок своего соплеменника. Мэйзар почему-то потворствовал желанию первого умереть об змея, и её бы это не слишком волновало, — хотя вопрос «зачем», всё же, был интересен, — но сейчас он сделал то, что она не понимала.
Зачем?.. Зачем он вновь разрывал ей сердце, но на этот раз не просто рискуя собой, а просто жертвуя вместо какого-то там человека?!
Ведь… откуда ему знать, действительно ли он стал неумирающим? Что мог тот человек-рыцарь ему передать вместе с кольцом? Да, он воскрес… один раз… но ведь то могла быть воля Богини. Ведь он её
Но сейчас! Сейчас он просто подставил себя!
И… и что, если он не оживёт?.. Ведь это будет конец. Не просто для всех собравшихся здесь, ведь у каждого из них была своя жизнь. Скандинавы уйдут к себе, а остальные лунные смогут уйти за той жрицей…
Это будет конец для неё. Жизнь утратит даже иллюзию смысла, которая появилась лишь после того, как они сбежали от их народа, став лунными изгоями.
Видя, как фигура её брата исчезает внутри пасти аспида, её сердце пропустило удар, а тело словно задеревенело, вместе с эмоциями, которые исчезли. Осталось лишь одно желание — отомстить.
Сначала — убившему её брата существу.
После — людям, по вине которых они ввязались в это.
Далее — морским эльфам, что не оказали им большую помощь.
— Уничтожьте эту тварь, — мёртвым голосом и с пустым взглядом проговорила жрица Луны, лёгким движением руки отправляя «звёздочку» в морского змея. — Любой целой. Как угодно.
— В атаку! На него! — раздалось указание Талфеля, которому подчинились остальные эльфы, посчитавшие его за командира.
Жрица начала отправлять заклинания в монстра, и даже в ней чувствовалась доля гнева. Раздался новый трубный сигнал, и ещё один снаряд с эльфийского корабля отправился в полёт, попадая в тушу змея и застревая в ней.
Рэндалфр, выпавший из зоны видимости змея, неподвижно лежал, смотря в небо. Этот толчок был для него похож на удар в спину, ведь у него отобрали ЕГО Рагнарёк! Его достойный бой, благодаря которому он мог вознестись в Сады Фрейи или Вальгаллу! И это сделал именно тот эльф, которому он решил довериться…
Он слышал звуки боя, но он уже ощущал, что это не его бой. Это бой сестры того эльфа, это её месть, это её справедливость. Он не мог её ни на каплю осудить — его кровь также взывала к отмщению, но сам момент… Бенгт сражался за его деда, за своего ярла, но он, Рэндалфр? Была ли это его месть за деда, если он того даже не знал?..
Но его мыслям было не суждено найти конец. Глаза скандинава зацепились за точку в небе, которая стремительно пикировала в их сторону. Золотые крылья, крылатый шлем и копьё не давали вариантов за исключением одного — дева битвы спустилась из своего жилища, чтобы помочь… им? После её отказов?
Ощутив надвигающуюся часть туши, скандинав перекатился в сторону, тут же подскочив на ноги. Со стороны его людей, что увидели их «восставшего» лидера. Раздался боевой клич, который вскоре подхватили все, начав рваться в бой со змеем.
Рэндалфр же понял: где-то здесь было то, что он упустил. Если служительница его прародительницы, Фрейи, спустилась со своего места, чтобы помочь им, значит, он был на верном пути. На том, что предречён потомку богов, которым он и являлся.
Боевой клич сам рвался из груди, и он не стел сдерживаться, вознеся топор к небу.
— Во имя Фрейи! Мы очистим эти земли! — его фигура вновь начала раздуваться, а ярость, клокотавшая в крови, на этот раз не застилала глаза столь сильно.
Эльфы отчаянно маневрировали вокруг аспида, но тот понимал, кто главный противник и главная цель. Он целенаправленно полз в сторону послушницы, магия которой работала на нём куда слабее, нежели на двух предыдущих, выдавая в нём куда более умудрённого противника.
Она отходила назад, старательно используя часть местности, а в особенности прикрываясь скандинавами и трупом другого морского змея… пока аспид не решил рвануть напролом.
Раздался новый звук с корабля морских эльфов… и новый снаряд вновь вонзился в тело змея, но на этот раз пробивая того вплоть до туши убитого ранее, и сковывая их вместе, заставив ещё живого застрять на месте.
Она продолжила использовать единственное боевое заклинание что она имела, но с неба спикировала сияющая золотом фигура, буквально врезавшись в голову змея и вонзив туда своё копьё, но даже этого монстру было недостаточно. Она давила всё сильнее, пока не раздались её слова.
— ГЕРОИ! НЕ! УМИРАЮТ!
Золотое сияние, исходившее из её крыльев, полыхнуло на, казалось, всё поле боя, на какое-то мгновение ослепляя послушницу. Однако, куда большее удивление вызвало иное.
Из глотки змея пробился запоминающийся меч волнистой формы, а она поспешила вновь использовать «звёздочку», вытягивая энергию уже из священных символов, что ей даровали жрецы Луны.
В конце концов, это был приказ, который она была отнюдь не против использовать. Ведь показали они себя… не так чтобы и плохо.
******
Паника.
Вокруг была темнота, но я мог мыслить. Я уже умирал, до этой попытки, но в них я не чувствовал ничего подобного. Внутри билась мысль, которую я никак не мог подавить — «а что, если я останусь тут навсегда?!».
Я знал, что нужно подождать всего минуту и я вновь буду в замке, в одном исподнем перед главной служанкой, но… но что, если нет? Что если эта темнота — конец? Если я более не воскресну?..
И тело делает вдох, будто после удара дефибриллятором. Я пытаюсь сделать вдох, но в рот попадает какая-то мерзкая жижа, а воздуха катастрофически не хватает. Я едва мог разогнуться, зажатый со всех сторон, и всё, что я сумел, так это надавить на свой клинок всем своим весом.
Я не знаю, кто или что меня воскресили, но… я искренне этому благодарен.
Движения туши, в которой я застрял, постепенно прекращались, и она, в итоге, остановилась. Правда, меня это, кажется, скоро перестанет волновать, так как сознание…
И я вижу свет. Под могучим ударом топора кусок плоти рядом с мечом, который я вытолкнул сквозь тушу аспида, расходится в стороны, а моё тело делает истошный вдох, вбирая живительный кислород.
Солнце, постепенно спускающееся вниз, зелень окружения, жёлто-красный песок и лица как людей, так и эльфов…
— Как… красиво… — пробормотал я, едва не теряя сознание.
Моё тело вытащили и спустя несколько минут ко мне начала возвращаться жизнь в полной мере — мысли были уже куда более связанные, я нормально дышал… и ощутил, как ко мне, слева, прижалась Ангнисс.
— Кхе… прости… кажется, я снова тебя напугал… — пробормотал я, но она промолчала.
Подошедшая послушница присела на колено, склонив голову и передавая нам с сестрой наши священные символы, за которые я ей благодарно кивнул.
С запозданием я заметил новое действующее лицо, а именно деву битвы, что мирно стояла в стороне, чего-то ожидая. Рэндалфр нервно ходил поблизости как от нас, так и от змея, периодически дёргаясь, вплоть до удара уже по трупу аспида, кидая на меня сверлящие взгляды, в которых были вопросы, вместе с постепенно угасающей яростью скандинава. И, кажется, мне предстоял разбор полётов… хочу я того, или нет.
Корабль морских эльфов нарочито-медленно приближался к берегу, как бы давая нам время на что-то… и ярл дал знак, что хочет поговорить наедине.
Когда мы отошли в сторону, он сначала помолчал, как бы подбирая слова. Уже находясь рядом, я слышал его дыхание — хриплое, словно у загнанного коня, а также вздутую, покрасневшую вену на шее. Молчание и сдержанность за ним были не слишком свойственны, как и эта пауза, что ощущалось отлично от того, что могло быть раньше… после чего он, на выдохе, сказал ровно одно слово.
— Почему?
В этом хрипе было куда больше чем просто вопрос. Ещё больше было в его светло-голубых глазах — грань между холодной и пылающей яростью, давая понимание что от ответа многое может измениться… вплоть до моментального изменения в виде атаки.
Пытаться сказать, что я выбрал его из-за квеста — дурная, в самом зародыше, идея, которая наверняка приведёт к далёким от приятных последствиям.
— В момент, когда ты ринулся на аспида, — начал я импровизировать и тянуть время многословием. — Я будто увидел иное будущее. Нечёткое и очень далекое, но связанное с тобой и твоим кланом, — ненадолго замолчав, подбирая следующие слова, я продолжил. — Я увидел запустение, которое последует за твоей смертью. Я увидел не Рагнарёк с достойным боем, а лишь пустое поле Хельхейма, на котором видно лишь страдание твоих людей. И там же я увидел иной проблеск, который будто сиял золотом, подобно свежей пшенице и солнцу, но лишь с твоей жизнью. Ты стоял в этом поле, смотря в небо и ожидая свой, достойный, Рагнарёк.
— Ты хочешь сказать, что бой против морского змея — недостойный бой? — медленно проговорил он.
— Это достойный бой… но не для тебя, — он дёрнулся, словно получив пощёчину, а я продолжил. — Даже сразись с ним в достойном бою, сейчас бы ты погиб, оставив свой клан. Оставив своих людей… — я прищурился. — И не только. Ты бы погиб как воин, но не как ярл.
— Несмотря на свой вид, он говорит верные вещи, — проговорила медленно подошедшая дева битвы. — Он понял то, как ярл должен вести своих людей.
— Но он также ринулся вперёд, пожертвовав собой, — парировал это Рэндалфр.
— Такие как он восстают, сколько бы их не убивали. Но он поступил достойно, чем и заслужил воскрешение, спасая не столько тебя, сколько твоих людей, молодой ярл.
— Вот как… пусть будет по твоему, Алфхилд. Надеюсь, в тебе говорит не твоё имя, — проговорил ярл, после чего, не получив от неё ответ, кивнул сначала мне, а потом ей. — Прибыли морячки, лорд. Думаю, с тобой захотят поговорить.
Словно поджидая момент, корабль морских эльфов пристал к берегу, а с него неторопливо спустился Аллир, которого сопровождало практически два десятка бойцов… не учитывая тех, что остались стоять у машинерии на их судне.
Как на подбор, они выстроились в две линии по десять человек, а перед ними стоял их предводитель. Все они были снаряжены одинаково — кольчуги, каплевидные щиты, которые они удерживали и копья за спинами, вместе с короткими мечами на поясе. Их будто всех отштамповали, не оставив даже иллюзии эльфийской индивидуальности.
Действительно, это выглядело будто отголосок и осколок римского легиона, который явился в этот мир.
Скандинавы, от этого зрелища, невольно сбились в одну группу, также приняв около-боевое построение, а мои эльфы поспешили отойти в сторону от обеих фракций.
Аллир поднял согнутую в локте левую руку, давая знак своим людям остановиться, после чего один пошёл вперёд, явно не опасаясь возможной атаки… либо понимая, что им сейчас ни мы, ни викинги, особо ничего не противопоставим.
— Salve, Мэйзар’Диирн. Мы выполнили обещанное и желаем забрать то, что принадлежало нам, — его аура не ощущалась столь тяжело, как в первый раз, но он всё ещё давил своим присутствием.
— Salve, Аллир’дет. Ты так и не сказал, что принадлежит вам, из того, что было у этого монстра.
— Копьё, что я даровал его предку. Он его утратил в бою.
— Ты? Даровал моему предку? — Рэндалфра же аура, судя по всему, давила не столь сильно. — И за что же, позволь спросить?
— Приданое за дочь, — отрубил он, смерив скандинава пустым взглядом. — Как и предок.
— Это будет справедливо, за оказанную помощь, — поспешил отметить я, за что поймал прищур от ярла. — Но разделка монстра займёт время.
— Мы примем в этом участие, — сказано это было так, словно мы не можем отказаться.
Впрочем, мы и правда не могли от этого отказаться.
Разделка монстров заняла достаточно неплохое время, даже несмотря на общие усилия более чем пятидесяти разумных. Морские эльфы сконцентрировались на разделке именно аспида, тогда как мои эльфы и скандинавы, в основном, занимались разделкой более младших змеев, одного из которых, на буксире, в итоге вытащил на берег драккар.
Итогом разделки стало крайне большое количество змеиного мяса, шкуры, несколько извлечённых трупов, в том числе и Бенгта, а также два копья. Первое было сломано и в руках умершего скандинава, а вот другое было в глубине змея, и оно было особенным.
Серебрёное, окованное, с крыльями, в классическом для скандинавов виде, но при этом сделанное с эльфийским изяществом. Даже несмотря на всё прошедшее время оно сияло, стоило его лишь протереть, а древко даже не начало гнить.
Аллир держал это копьё в вытянутой руке, а на его лице впервые проступила эмоция. Не краткий её отголосок, такой как чуть дёрнувшийся глаз, а именно полноценное выражение лица и выраженное в нём чувство.
Печаль.
Печаль о том, что он потерял, по своей или чужой воле.
От старого легата раздался вздох, когда он опустил копьё, не выпуская его из рук. «Гладиатор», до этого стоявшая вдали, как-то незаметно оказалась рядом с нами, стоя на полшага позади нас.
Старый эльф повернул голову к ней и сказал:
— Я буду ждать тебя через полтора дня, дочь.
Она наклонила голову, сжав кулаки, после чего резко вскинула её, смотря на Аллира пылающим взглядом.
— Нет, отец. Я уже решила, что останусь на этой стороне. Мы с Рэндалфром уже говорили и всё решили.
Аура вокруг легата начала сгущаться, начиная давить всех окружавших его, заставляя испытывать не просто страх, а откровенную панику. Этот старый эльф казался страшнее всех трёх морских змеев вместе взятых, в одном месте и в один момент.
— Что ты сказала? — ровным, ледяным, кинжально-острым тоном спросил он.
— Она сказала, старик, что мы останемся вдвоём. Даже если ты этого не хочешь, — сделал шаг вперёд скандинав, будто игнорируя всё давление эльфа.
— Я потерял одну дочь, когда доверился вашему роду, — столь же ровно продолжил легат.
— Ты её потерял из-за своего упрямства! — раздался голос его дочери. — Не отрицай столь долго её решение, она могла бы быть жива!
— Могла бы… — в ровный до этого голос проскользнула нотка застаревшей боли, будто с его старой раны содрали корку. — Но она мертва.
— В словах… в её словах есть зерно истины, — я чуть запнулся, так как до сих пор не знал имени этой эльфийки. Она никак не выделялась, и уж откуда мне было знать, что она столь важна? И, если это она столь важна, то кто Яхель, за которого пёкся Талфель?.. — Однако сейчас, когда нет противников сего союза, возможно, есть смысл о нём задуматься?
Аллир перевёл взгляд на меня, будто ища в моих словах что-то, за что можно уцепиться. Я же старался выдержать его взгляд, заставляющий моё сердце опуститься до пяток.
— Норманские жрецы были против, — медленно проговорил он, но валькирия, до сего момента молчавшая, вступила в разговор.
— Фрейя не против сего союза, и всегда была на стороне как Альвгейра, так и на стороне Амаэн, — лицо эльфа чуть дёрнулось, но на этот раз не столь от раздражения, сколько от неожиданности. — Этот союз был бы благословлён богиней.
— Более того, — добавил я, надеясь в верности своей догадки. — Можно провести обряд обручения, заручившись благословением как Фрейи, так и Светлой богини, в храме богини Луны…
Со стороны легата раздался неожиданный звук. Он хмыкнул, вновь вознеся копьё вверх и смотря на него, как бы взвешивая «за» и «против».
Все находившиеся рядом молчали, боясь как-то помешать мыслям старого эльфа. Это и было понятно — чревато, учитывая силу как его, так и его солдат… но и то, что именно он в итоге решит судьбу сего союза.
Вместо ответа он просто кинул копьё Рэндалфру, после чего просто развернулся к нам спиной, но не успел сделать первый шаг, как ему в спину попал вопрос от его дочери.
— Отец! Ты… не пойдёшь с нами?
— Там нет места для таких как я. Празднуйте, дети.
— Ну что же вы, батюшка, так расстраиваете дочь? — раздался с новой долей наглости голос скандинава. — Она же наверняка хочет, чтобы вы увидели, как три богини, — он стрельнул взглядом в меня. — Благословляют наш союз.
— И мой замок будет способен вместить всех, кто туда прибудет, — добавил уже я.
Раздался вздох со стороны легата, после чего он поднял левую руку в локте и опустил её вниз. Его люди восприняли его приказ и… начали собирать распотрошённых змей.
— Ребята! Собирайте змеек, мы идём праздновать! — раздался зычный голос ярла, а его невеста, чьё имя я так и не узнал, благодарно на меня взглянула.
Я же, догадываясь чем это будет грозить, отправил сигнал Джаэлькире, и, когда она со мной соединилась, то без лишних предисловий «обрадовал» её тем, что у нас будет более полусотни гостей, не считая наших людей. И что мы принесём крайне много весьма специфичного мяса.
Не выразив ни единого протеста, она лишь уточнила, сколько у неё есть времени на подготовку до нашего прибытия. Узнав, что до этого прекрасного момента чуть больше трёх часов, она ненадолго замолчала, после чего я вновь услышал её спокойное «как прикажете, господин».
Хати, проснувшийся и вылезший из драккара, медленно подходил к нам, отчаянно зевая… после чего настороженно посмотрел на разрушенную сторожевую башню, что стояла в нескольких сотнях метров от нас, и в которую явно когда-то наведывался змей.
Его чутьё указало на эту башню как на очередное сборище нежити, в которое, пока змеев заканчивали собирать, и наведалась моя темноэльфийская группа.
И… это оказалось низкоуровневое подземелье, боссом которого оказался ослабленный печатями лич. Награда же, слишком достойная для такого низкоуровнего подземелья, говорила о том, что именно сюда я должен был наведаться сразу после захвата замка, либо незадолго перед оным.
Пять мер дерева и столько же мер камня, вкупе с двумя с половиной тысячами золота, нырнули в мою сумку как законная награда, кроме того, что был обнаружен спуск в более глубокую часть, исследование которой мы отложили на «попозже».
К моменту как мы вернулись, змеи уже был собраны, и мы были готовы выдвинуться… пожалуй, для меня теперь это можно назвать «домом».
Мы отправились домой.
******
Во время нашего пути назад викинги активно переговаривались, а убиение змеев уже начинало приобретать особые масштабы. Особенно в этом выделялся Гунрёд, который постепенно складывал об этом сагу, в которой было несколько основных действующих лиц.
Практически в начале этого процесса был достроен кабак, и я отдал указание на постройку кузни, дабы сразу после этого потом начать её улучшение до оружейной. Очень помогала книга «Строителя» — я уже выиграл пять часов строительства, и буквально через полтора-два дня смогу начать набор своей основной тяжёлой пехоты, тогда как гибридная у меня уже есть в наличии.
Когда мы прибыли к уже подросшему в размерах «поселению», которое на данный момент представляло всего несколько строений, находящихся на поверхности, помимо отдельно очерченной поляны, были видны выставленные столы, часть из которых выглядела сколоченными наспех, рядом с которыми уже мельтешили оставшиеся сатиры, люди… и полурослики?
Несколько коротышек катили бочку, которая была едва ли не больше их вместе взятых, после чего со стороны главного здания вылетел кентавр, груженный провиантом, а следом за ним мчался что-то кричащий сатир.
За всем этим наблюдала главная служанка, отдававшая короткие указания и которую слушались все присутствующие здесь. Когда же мы достаточно приблизились, она вышла вперёд, поклонившись мне.
— Рада приветствовать Вас, господин. Как вы и приказали, мы подготавливаем место для пира. Я имела смелость привлечь к этому некоторых жителей близлежащей деревни.
— Прекрасно. Хвалю тебя вновь, Джаэлькира, — она вновь поклонилась, после чего отправилась руководить процессом подготовки и дальше.
Её же помощниками было получено змеиное мясо, которое практически сразу отправилось в около-кухонные помещения, и буквально через несколько минут начал прослеживаться запах этого мяса.
Скандинавы, не слишком стеснённые приличиями, сделали несколько костров и, из части мяса что у них осталась, начали уже свою готовку, на месте, дыбы время просто так не терять.
Морские эльфы же, поначалу, просто стояли в ожидании, подобно наблюдателям, но после короткой фразы Аллира расслабились, начав медленно расходиться по полю или действуя относительно схоже со скандинавами.
Я же посмотрел на небо. Дождя не предвиделось, да и облаков было совсем немного. Держать своих людей в напряжении смысла не было и, отдав тем указание «отдыхайте, сегодня все заслужили», я отправился в свои покои.
Мне хотелось сначала скинуть там своё снаряжение, после чего отправиться в купальню — уж что-что, а они тут должны были быть, вместе с банщиком или кем-то подобным. Возможно, даже с бассейном или ещё чем… в конце концов, эти услуги были вполне ожидаемы в, пусть и небольшом, но «замке» подобного типа.
Внутри замка практически везде был полумрак, разгоняемый редкими лампами, которые давали совсем немного света. Благодаря идеальному порядку здесь мог спокойно двигаться даже человек, не говоря уже о тёмных эльфах, коим я и являлся, пусть и наполовину.
Добравшись до своих покоев, я принялся снимать броню и прочее снаряжение — это оказалось делом недолгим. Оставшись лишь в обычной одежде, я остановился у зеркала, осматривая себя. Пока никого не было рядом, я мог расслабиться, сделать выдох, скинув с себя любую браваду, смелость и импровизацию.
Присмотревшись ближе, я увидел чуть потемневшую кожу под глазами — признак, что я недосыпал. Эта же усталость отразилась и в глазах.
— Хотя бы седины нет, — с усмешкой проговорил я, глядя на и без того традиционно-белые волосы для тёмных эльфов.
Я выдохнул, покосившись на стул, на котором было скинуто всё снаряжение, вместе с мечом, после чего услышал скрип двери. Рука невольно метнулась в сторону меча, а тело начало разворот, но я увидел кто зашёл.
— Это я, брат мой, — Ангнисс смотрела на мои действия с лёгкой улыбкой, пока дверь за ней закрывалась. Руки её также были за спиной.
— Стоит стучаться, сестра моя, — ответил я, выдохнув, после чего вновь повернулся к зеркалу, протерев лицо ладонью и возвращаясь в свою роль.
— Забавная традиция, — мягко ответила она, начав медленно подходить ко мне. — Я вижу по твоему лицу что ты устал, брат мой. Не взваливаешь ли ты на себя слишком многое?
— Я делаю лишь то, что должно, как брату и жрецу нашей богини, — ответил я, чуть наклонив голову. — Не должно мне, как правителю, быть уставшим пред теми, кого я веду.
— Можешь быть спокоен рядом со мной, брат мой, — несмотря на мягкость её слов и плавность движений, я ощутил какой-то подвох, который почти всегда следует за женщинами. Особенно в подобные моменты.
Её руки всё также были за спиной, но, приглядевшись, я увидел усталость подобную той, что я разглядел в зеркале. Лишь глаза выделялись — они будто тлели в полумраке комнаты.
Я же ждал её приближения, не спуская с неё взгляд. Медленно и грациозно, подобно кошке, она приближалась ко мне… ровно до момента, пока не совершила на меня короткий рывок.
У моего горла оказался кинжал, а наши глаза были едва ли на расстоянии ладони, и вместо тления я видел в них уже огонь, что пылал с особой силой.
— Почему… почему ты делаешь это? — раздался её тихий голос, в котором читалось едва ли не страдание. — Почему ты продолжаешь рисковать собой ради непонятно чего?
— Потому что таков путь, который мне указала Луна, — отвечаю я, стараясь игнорировать ощущение стали у своего горла. — И я следую ему, в меру своих сил.
— Но зачем… — её рука дрогнула. — Зачем ты так подставляешь себя, брат? Ты… ты не понимаешь, каково это, видеть тебя в опасности каждый раз, когда ты можешь погибнуть… — её рука снова дрогнула, сделав на моей шее небольшой надрез, из-за чего на моей шее проступила кровь.
— Такова судьба каждого воина и правителя, что ведёт свой народ, — ответил я. — И более того, смерть…
— Ты не понимаешь, каково это, видеть, как ТЫ умираешь, Мэйзар! — в её глазах, которые она с меня не сводила, промелькнула… слеза?
Передо мной стоял уже не сопровождающий герой, не жрица Луны… передо мной стояла, по сути, едва ли пролетевшая подростковый возраст девочка, у которой, кроме брата, и не было семьи.
Кроме брата, чьё место занял я, и который до этого был очень смертен.
Кольцо лорда, что было у меня на руке, едва ли было для неё аргументом что я не умру… точнее, что я смогу возродиться. Она всё ещё видела во мне своего смертного брата, который уже дважды умирал у неё на глазах.
— Ангнисс… — моя левая рука коснулась её щеки, смахивая её слезу. — Клянусь тебе, я не оставлю тебя. Даже если я погибну… — кинжал снова дрогнул и по нему потекла тоненькая струйка крови. — Я вновь вернусь к тебе. Любой ценой.
Постепенно давление кинжала на мою шею ослабевало, пока её рука с оружием не опустилась, а я её обнял. Раздалось несколько коротких всхлипов, а я начал чуть покачиваться из стороны в сторону, шепча ей успокаивающие фразы.
Стоит отдать ей должное — её слабость и открытость были минутными. Она мягким, но настойчивым движением отстранилась от меня, убрав кинжал. Внешне она вновь была спокойна и даже холодна — как снаружи, со всеми остальными.
— Сегодня прекрасная Луна, брат мой. Я бы хотела, чтобы ты составил мне пару в танце во время служения.
— Буду этому только рад, сестра моя. И более того, я бы хотел, чтобы ты помогла мне воззвать к богине, дабы даровать благословение нашим двум гостям.
— Пусть будет так, брат мой, — она чуть кивнула. — Через сколько тебя ожидать?
— Я бы хотел сполоснуть своё тело после наших странствий, сестра моя. Быть может час, если, конечно, не желаешь составить мне компанию.
— Пожалуй, желаю, — она чуть наклонила голову. — Мы слишком долго были в пути.
После этого мы проследовали в купальню. Какого-либо стеснения не было, ни перед друг другом, ни перед немногословными банщиками, которые сделали лишь несколько уточнений о продолжительности и интенсивности мытья.
Описать их действия я могу лишь двумя словами — невероятный профессионализм, так как помимо мытья нам обеспечили короткие сеансы массажа, после которого тело ощущалось совершенно свежим и новым, не чета тому состоянию что было до этого.
Когда мы вышли наружу, пир был близок к началу.
Рэндалфр о чём-то ворковал со своей избранницей, пока остальные скандинавы, уже частично смешавшиеся с морскими эльфами, занимали места у столов. Талфель же стоял чуть поодаль ото всех, как и Аллир, смотря на это всё со стороны. Кивнув Ангнисс, я пошёл по направлению к нему, а она в сторону столов.
— Не сидится вместе со всеми?
— За подобным интереснее наблюдать со стороны, лорд. Особенно за теми, кто стоит выше.
— Боюсь спросить, когда у вас было последнее подобное застолье.
— Давно. Не было причин, а легат… расчётлив.
— Он неожиданно легко согласился…
— Верно. Эйлела его средняя дочь. Старшая погибла, но… это было давно.
— А кем тогда ему приходится Яхель? Ты заступался за него.
— Он его племянник. При том, младший, и на которого он возлагал определённые надежды.
— Неожиданно много родственников в одной группе…
— Так и есть, — он тоном показал, что лучше не продолжать в этом направлении. — Но у тебя умелые слуги, лорд.
— Ты прав, — я перевёл взгляд на столы, которые уже постепенно начинали ломиться от яств, а также обратил внимание, что количество полуросликов стало куда больше, чем я видел до этого. — Луна скоро взойдёт на небосвод, так что…
— Легат ждёт, лорд. Надеюсь, твоя богиня не откажет тебе в благословении молодых.
— Конечно, — я чуть хмыкнул. — Думаю, она не откажет.
После недолгого разговора я направился к столам, перебрав песни и готовясь взывать к богине Луны. Более того, я морально готовился к танцу — представителей всех рас здесь теперь было куда больше, чем раньше было, и уж тем более таких важных разумных.
Первый этап застолья был прост — практически все что-то перехватили, дабы сбить ощущение голода, но не сбить аппетит, после чего население плавно перетекло в сторону полянки, которая и считалась нашим алтарём и храмом по совместительству.
— Богиня! — раздался наш с Ангнисс синхронный голос. — Просим тебя, яви свою милость пред всеми собравшимися, и благослови союз пришедших душ…
Луна, до этого просто поднимавшаяся на небосвод, сменяя заходящее солнце, полыхнула, и от неё упал столб света, охвативший область, где стояли мы и молодожёны.
— Светлая богиня, богиня всех из расы тел’квессир, яви свою милость…
От заходившее солнца также был виден всполох, бросивший последние лучи заходящего солнца на нашу поляну, в тоже место.
Выступившая вперёд дева битвы вознесла руки к небу, а её золотые крылья полыхнули.
— Фрейя, богиня любви, ниспошли милость и благословение потомку своему, что проявил себя! Благослови их союз!
В ответ на её не столь просьбу, сколь требование, от ветра пронёсся особый шелест, а под ноги молодожёнам упал распустившийся цветок.
— Богини явили свою милость к этому союзу! — провозгласил я, вознеся руки к небу. — Как море и ветер нашли друг друга, так пусть ваша жизнь будет единой дорогой и пусть ни одна буря не разлучит вас! Живите, как два меча, закалённые в одном огне и пусть ваш союз будет столь же крепок и непобедим. И да будет свет Луны на ясном небе ориентиром, что всегда поможет найти путь к вашему дому, где ваши сердца будут согреты.
Когда я закончил речь и пожелания, викинги взорвались ликующими воплями, к которым даже присоединились некоторые морские эльфы.
Я же отметил, что не одна Луноликая отметила это деяние, но и Светлая… вместе с норманнскими богинями.
Старый эльф грустно смотрел на это, но в его выражении лица читалось и понимание. Его дочь уже выросла, и упорхнула из родного гнезда… и уже не в его силах было это изменить, не навлекая на себя её ненависть.
Его устрашающая аура уже не ощущалась. Лишь старость и усталость, которые так долго тлели внутри него, пока он удерживал всё в своих руках.
Когда все вновь переместились за столы, дабы уже полноценно отпраздновать, я подтолкнул Гунрёда, шепнув тому, чтобы он помог сыграть мне подобранную песню. Он, на несколько секунд зависнув, принял моё предложение, а спустя десяток минут начали играть ноты, под которые я, начал своё выступление.
Вместе с Ангнисс и Гунрёдом, уже слегка принявшим на грудь зрителям, мы начали петь выбранную мной песню.
Наши с Ангнисс голоса заставили застолье утихнуть на всё время, что длилась песня. Немногим менее десяти минут, но после того, как мы закончили, тишина продолжалась ещё с десяток секунд… из-за чего во мне начали проявляться нотки беспокойства.
К счастью, оно оказалось излишним, и слушатели взорвались аплодисментами, и даже Аллир сделал несколько хлопков, после чего застолье продолжилось, под очередные звуки тостов за молодых.
[Завершён скрытый квест: Омываемый двумя морями.
Получена награда: получен опыт; значительное повышение отношений от фракций викингов и морских эльфов; повышение отношений с персонажами Аллир’дет, Талфель, Яхель, Рэндалфр, Алфхилд, Гунрёд, Белглот, Ангнисс; вы привлекли внимание младшей богини Луны, Светлой богини и богини Фрейи; частота Ваших пиров привлекла внимание бога празднеств.]
Повышен уровень! +1 к ловкости.
Появившееся упоминание о ещё одном боге заставило слегка напрячься, но, вроде бы, чего-то негативного оно не несло.
Выбор навыков, представший в этот момент, был слишком очевиден. Садовод — прирост получаемых с садов и ферм растительной культуры, либо Архитектор — ускорение и удешевление построек. Выбрав архитектора, я закрыл меню, удовлетворённо выдохнув, ведь уровень я успел поднять до окончания дня.
Однако, время постепенно подходило к полуночи. Поймав взгляд Ангнисс, я кивнул, после чего я, она и послушница отправились к храмовой поляне, под понимающие взгляды видевших это ранее. Интерес у новоприбывших эльфов и скандинавов был, так что они последовали за нами.
Я же постарался отрешиться своим разумом, чтобы легче воспринять будущий ритуал. С этого дня мне нужно будет ещё вернее следовать догмам богини Луны… Делать всё правильнее, вернее, с оглядкой на всё это…
И я ощутил знакомую вспышку, после которой уже мы втроём закружились в танце, в котором мы восславляли Луну, её милость, и пожелание мира всем, кто был рядом.
Когда же ритуал был окончен, под немое восхищение находящихся тут, раздался свист, как от падения чего-то большого и быстрого, после чего прозвучал хруст дерева.
Когда же я пробился ближе к месту куда что-то упало, то увидел там то, что не ожидал увидеть.
Раненая, в полубессознательном состоянии, гарпия.
Седьмой день.
Пир, плавно перетёкший в ночь, продолжился без особых происшествий.
Новую «гостью» спешно унесли внутрь донжона, где Джаэлькира передала её в руки лекаря, который практически не выходил из помещений замка.
Стоило танцу закончиться, я увидел уведомление о двух репутационных способностях, которые мне достались за поднятый выше двадцати единиц уровень. «Праведную охоту» и «Малый портальный маяк». Первая срабатывала почти как ярость, но ключевым требованием было серьёзное ранение жрицы или кого-то подобного, а второе просто позволяло стать мне маяком для некоторых типов портала.
Когда эффект наложенного Ангнисс заклинания окончился, я заметил на себе странный взгляд Рэндалфра, но дальше оных ничего, по крайней мере пока, не пошло.
Сами же скандинавы, как и положено будущим жителям Вальгаллы, засыпали за столом. Вместо мяса бесконечного вепря было мясо морских змеев, а вот мёд был заменён вином, которое парочка сатиров едва успевала подкатывать из выстроенного кабака.
Морские эльфы, к моему удивлению, имели при себе полный комплект снаряжения — они буквально за пятнадцать минут обустроили небольшой лагерь с палатками, а часть оных была расставлена как патрульные.
Я же, перед тем как отправиться ко сну, провёл транзакцию, которая заставила меня поморщиться. Для сохранения темпа мне были нужны деньги, ведь, как известно, для войны нужны деньги, деньги и ещё раз деньги. За них берётся абсолютно всё… особенно здесь.
В сумку капнула круглая, для старта, сумма, которая должна будет покрыть зарплаты всем нанятым и тем, кто будет нанят после того, как я вновь проснусь.
Спальня встретила меня большой и мягкой кроватью. Какой-либо особый этикет уже не требовался — на один из стульев была сброшена вся оставшаяся одежда, а я, в одном исподнем, забрался в оную, впервые за всё это время ощутив настоящий комфорт.
Конечно, в Морковьево, Сосновке или у норманнов мы спали отнюдь не на полу и не в спальных мешках, но… такого комфорта не было.
Из-за этого я провалился в сон практически моментально.
Утро же было ознаменовано сразу несколькими событиями.
Первое — в постели оказался уже я не один. Обнимая меня, рядом со мной лежала Ангнисс, не спеша при этом просыпаться.
Второе — рядом с кроватью стояла Джаэлькира, ожидая момент, когда я полностью приду в сознание. По её лицу было сложно понять, что она считает и думает касательно того, что видит, но то, что у неё были какие-то новости — явно факт.
— Доброе утро, господин, — её голос был тихим, явно чтобы не разбудить Ангнисс, но при этом было крайне ощутимо изменение её отношения, особенно в сравнении с первой встречей. — За эту ночь и утро произошло несколько событий, требующих Вашего внимания.
— Дай я выберусь… — аккуратно, практически как уж, я выполз из объятий сестры, в которые попала подушка, после чего я кинул взгляд на стул куда я скинул одежду… и не увидел её там.
— Ваша одежда и снаряжение в соседней комнате, — поняла она мою заминку. — Прошу за мной.
К моменту как я закончил одеваться и снаряжаться, я уже полностью проснулся, после чего окинул её не сонным взором. Увиденное же мне не очень понравилось.
Круги под глазами, некоторая вялость движений, а также чуть осунувшееся лицо. Недосып — более чем наглядный и показательный.
— Я слушаю, — ответил я, поправляя ножны и меч.
— Ваша новая гостья, явившаяся после восславления Богини, находится в стабильном состоянии. Благодаря помощи одного из Ваших спутников и его магии, её травмы затягивались достаточно быстро. Несколько наконечников арбалетных болтов также были извлечены из её тела и раны обработаны. В сознание она придёт, по моей оценке, через час или два.
— Хорошо, потому что вопросов к ней будет достаточно. Что-то ещё?
— Да, господин, — её лицо застыло, что можно было назвать «недовольством». — У Вас просил личной аудиенции вчерашний… — она на секунду запнулась. — Гость.
— А… понял. Поговорю с ним, — представитель гильдии ко мне зачастил, если не сказать иначе. И ощущение что он хочет набрать побольше именно для себя — оставалось.
— Кроме того, ранее к нам прибыла жрица со своими спутниками, незадолго до вашего прибытия, но они не поднимались на поверхность, предпочтя остаться в уединении. Их предводительница также крайне настоятельно требовала встречи с Вами, и, как могу предположить, они всё ещё там.
— Почему-то мне кажется, что проще сказать кто со мной поговорить не-хотел… — выдохнул я, на что она кивнула.
— Вы правы, господин. Лидеры сатиров, полуросликов и кентавров также желали говорить с Вами, и на данный момент они находятся в столовой. Помимо этого, предводитель морских эльфов просил уведомить его, когда Вы будете свободны для разговора с ним и его зятем. Также, из менее важного, своё почтение просил передать владелец питейного зала что был построен, а также оставшиеся люди просили спросить, когда их отправят обратно на их земли.
Мне же осталось только вздохнуть. Насколько же было проще до этого — просто берёшь и рубишь того, кто перед тобой, и кто не твой союзник. Но нет, потащился я править…
— Это всё? — она на это молча кивнула. — Хорошо. Благодарю за столь достойную службу, — она тут же вскинулась, будто ожидая что сейчас произойдёт что-то крайне неприятное. — Тебе следует отдохнуть. Также я сделаю запись о премировании.
— Не стоит, господи… — лёгкого движения руки хватило чтобы её прервать, после чего она поклонилась. — Благодарю Вас, господин. Я отдам последние указания слугам и отправлюсь отдыхать, как Вы и приказали.
После того как она ушла я вздохнул, внутренним чутьём ощущая, что тут кто-то есть. Как пристальный взгляд, который не отводят.
— Белглот, я знаю, что ты был здесь, — озвучил я свою мысль.
— Хороший взгляд, лорд. Или слух. И память, — из тени, будто материализуясь, вышел уже знакомый эльф, сияя кривой ухмылкой. — Имя раз услышал.
— Как я понимаю, ты снова с крайне выгодным предложением, которое надо решить здесь, сейчас, на месте? — спросил я с изрядной долей иронии.
— Почти, начальник. Хотел тебе напомнить о хате для нашего брата… а также том, что старшой тобой доволен и хочет поговорить. После хаты.
— После, говоришь… — я хмыкнул, но это вызвало у меня настороженность, ведь это становилось всё больше похоже на… просьбу, а не предложение. — От слова я не виляю, ты знаешь, — он качнул головой в сторону, взглянув на потолок, как бы вспоминая, после чего кивнул. — Но на носу у меня большая шумиха, так что только к концу следующей недели хату смогу начать ваять.
— Тц, — цок языком был с долей разочарования. — Нам бы, начальник, побыстрее. Может, скостишь как-то нам срок, а? Мы же сколь раз уже по-братски работали. Вон, змеек своих как уработал-то, а? — он попытался надавить тем, как вовремя подтащил ту приманку, из-за которой змеи остались на суше.
— Так-то оно так, но… — я покачал головой, хотя примерно представлял, как можно включить их в очередь… но слишком легко соглашаться, особенно для таких, это почти как показ слабости. — Мне здоровяки нужны. Что в горах, думаю, знаешь и сам.
— Да чё не знать, они и сцепились… — и тут он осёкся, а я понял, что это то, что надо.
— Сцепились с прошлыми хозяевами источника, да?
— С ними, светлячками. Тц… давай так, лорд, — задор, который у него был в начале пропал, а осталась лишь холодная серьёзность. — Нам нужна хата. Край — в четыре дня. Цыплята спалились, старшой их покрыл, но пошёл шухер. На северо-западе пошёл шмон, что только во времени вопрос. Свалить мы можем всегда, да только больно привыкли тут.
— И что, даже связь с властью, — на этом моменте он хмыкнул, но прищур стал уже. — Не смущает?
— Да не особо, лорд. Бывали и похуже, — его руки рефлекторно сделали какой-то жест, который я не смог опознать.
— Допустим, — теперь уже я с прищуром смотрел на него. — Но за ящеров мог и скидку сделать, ведь вам отсрочку и давало.
— Шмон — шмоном, а навар по расписанию, — довольно хмыкнул он. — Считай, залог соседства.
— И что старшой готов предложить за скорое рассмотрение?
— Не жмись, лорд. Почти по-братски — дашь нам хату, мы дадим людей. Немного.
— Так что «почти» по-братски, раньше же по-братски было в полную меру, — на мою вновь изогнутую бровь он снова цокнул языком.
— Сходу много не дадим. Малину перевезти — дело тяжкое, даже если новую поставишь. Время надо. А позже… — он потёр пальцы в интернациональном жесте. — Глаза и уши есть везде. Да всякое найти сможем… как и всяких. Мужиков по профилю, коль надо, найти сумеем. Со временем.
— А люди?
— Для тебя… — он как бы оценивающе на меня посмотрел, от пяток до макушки, после чего продолжил. — Как обустроимся — шпики-цыплята, не вояки, но всё же. Налётчиков мало и не сразу, но братва хороша. Мокрушники, при том нашей породы — умельцы. Медвежатников тоже найдём, они последнее время вообще разленились… и тенёчков ещё. Иллюзий дадут с достатком.
— Хм… — теперь уже я смерил его таким же взглядом. — Ну как уж по-братски не помочь, а? Будет вам новая малина, на… третий день.
— Тогда… — он стрельнул взглядом в сторону выхода. — Твоя волчица тобой не сильно довольна. Но ставку даёт царскую. Горы шмонать тебе придётся, с черномазыми и их механистикой. Птичек те подтравить решили, судя по твоей гостье. Позже маляву закину.
— Уловил. По-братски.
Вор на это чуть кивнул, после чего развернулся и пошёл в сторону выхода, но уже подходя к нему обернулся с наглой ухмылкой.
— И бацать, кстати, ты могёшь. С твоей младшой у вас хорош дуэт, — и, не давая мне времени на ответ, вынырнул из помещения.
Оставалось только выдохнуть и принять то, что придётся к подобному привыкать. Пока что — насмешки и ирония, но потом, когда я закреплюсь… это уже перестанет ими быть.
Ближайшим пунктом назначения после этого разговора была столовая — по идее, указанные разумные оттуда не успели бы уйти, а уж после этого можно будет заглянуть и к жрице с морячками. По-хорошему, конечно, надо сначала зайти к жрице, но… мой желудок был иного мнения.
Ещё издалека я услышал смех, а также приглушённые обсуждения чего-то, бывшие в зале. Зайдя же в оный, мне передо мной предстала вполне ожидаемая сцена — описанные Джаэлькирой разумные, что позволили себе весьма плотный завтрак, который, скорее, можно было бы назвать «ранним обедом», особенно судя по его объёму, а также мельтешащие слуги, среди которых была пара весьма опрятных молодых сатирок.
— О, лорд, ты вовремя! — помахал мне рукой Зенон, удерживая в другой кружку. Рядом с ним сидел другой сатир, но тоже немалого возраста.
Также раздался довольный тяфк, сопряжённый с звуками жевания мяса, исходивший откуда-то из-под стола. Хати принял свой выбор — дела-делами, а вот покушать — по расписанию.
— И правда вовремя, лорд. Поговорить хотели, — слегка задумавшись протянул Гильдербранд, а Эгис, стоявший рядом, молча кивнул.
— А я как раз хотел немного перекусить. А уж за едой и поговорить можно.
Немолодой сатир, сидевший рядом с Зеноном, только чуть повёл взглядом, как половые тут же подготовили место во главе стола, а также там, будто из воздуха, появился серебристый кубок, уже наполненный вином.
— И поговорить о важном хотели, лорд, — Зенон дождался пока я что-то перехвачу из еды и сделаю глоток из кубка. — Неделя, вишь, кончается, а меня земля прям зовёт, винограднички в сердце прям отдают, слёзы их слышу, от невыращенности… а время такое, хорошее для урожая, как уж его пропускать, здесь каждый день неделю кормить будет, а мы, пусть и нужное делаем, но… Эх! — он в сердцах махнул рукой, вернувшись к своему старому стилю главы деревни. — Но вишь, лорд, друже мой старый пришёл, а он…
— Я сам скажу, Зенон, — медленно проговорил сидевший рядом с ним сатир. — Я давний друг Зенона, Киссос. К сожалению, вчера мне не довелось поприветствовать тебя как следует, так как ваш праздник был в разгаре. Но свою руку приложил, как и вино.
— Ах, понимаю… — я покивал. — Значит, кабаком заведовать будешь ты.
— Кристально верно, лорд, — его кивок был столь же неспешен, из-за чего он казался более заторможенным на фоне Зенона. — Буду рад тебе услужить, а также буду рад видеть в моём скромном заведении.
— Говоря о твоём заведении, на оное у меня были некоторые планы… — он выпрямился, сжав зубы, и как бы ожидая какую-то неприятную новость. — Видишь ли, я хочу сделать определённые вложения, которые, я искренне надеюсь, ты сумеешь использовать по назначению.
— Коли так, то… — в этот момент я перехватил ревностный взгляд Зенона, на что чуть покачал головой. — Я слушаю, лорд.
— Видишь ли, сегодня прибудет три десятка сатиров, десять из которых останутся тут на полтора дня, помимо тех, кто были тут, а мне вот срочно как нужен зал воинов.
— Думаю, это не станет проблемой, лорд. Много рук — быстрее дело.
— И да, лорд, наша деревня-то! — Зенон вклинился в беседу, перетягивая внимание на себя. — Коль говоришь, что три десятка будет, то отлично, ещё столько же, и будет кем деревню отстроить, только деревяшек с денюжкой бы добавить…
— Вот, про это и хотел проговорить. Десяток отправится на каменоломню — инструмент там был, плюс земля рядом была более-менее приличной, немного сумеют высадить, для прокорма. Ещё десяток отправятся к тому алхимику — авось, сумеют сообразить, что набодяжить нового, помимо ртути, лишь бы не потравились… — эмоции на лице сатира тускнели с каждым моим словом. — А вот те, кто останутся тут, как отстроят зал воинов и с момента, когда пойдёт стройка зала славы, то я снаряжу их для возрождения Винницы.
— О-о-о, вот это ты дело говоришь, лорд, это дело! Авось к серединке следующей недели мы и пойдём туда, и…
— А в начале следующей недели, в зависимости от того, что будет сегодня, я доберу ещё сатиров, чтобы там было десятка три разумных, для начала. А потом, быть может, и ещё… — бывший староста деревни нырнул в свои мечтания.
— И касательно нас, лорд, — теперь уже Гильдербранд взял слово. — Как уговорено, мы с тобой до конца этой недели, но потом мы возвращаемся к себе. Несколько дней без меня они проживут, но их держать надо, чтоб не расслаблялись.
— Ты, — коротко поправил его Эгис.
— А ты?.. — уже это стало для полурослика неожиданностью.
— Я остаюсь, — сказал кентавр. — Кровь горит. Я хочу ещё.
— Наконец-то война, хех… — с грустью хмыкнул староста Морковьево. — И правда. Но я тебе не указ, Эгис. Значит, вернусь к себе сам.
— Я помню про наш уговор, Гильдербранд. Лекаря я найду, но сам понимаешь, нужно время.
— Буду верить, лорд.
— Но сегодня нам предстоит вояж по старым местам, — начал уже я свою «песню». — Надо решить вопрос с Лорелей, потому что дерева надо не просто много, а очень много.
— Эй, лорд, но ты-то с ней, это, полегче бы… — тут же вскинулся Зенон, а я хмыкнул, вспоминая как его гоняли по той полянке.
— А тут уже, дорогой мой
— Но по расстоянию-то до Гильда даже чуть-чуть поближее будет! — попытался он перекинуть хотя бы часть ответственности, а я с улыбкой повернул голову к полурослику.
И теперь один староста взирал на другого с немым, но очень ощутимым осуждением.
— Ты, рогатый, не попутал ли берега часом? Она ведь с твоего берега, а не с моего, да и мы с ними не так часто…
— Не-не-не, Гильди, мы же все тут под одним небом, под одним солнцем, луной, вот, так что давай, не отнекивайся, жаль помочь что ли? И вообще, неужто зятю там сложно помочь в столь важном деле? — сатир пустил слезу, которая медленно, картинно скатилась по его щеке.
— А… — я чуть приподнял палец левой руки, желая напомнить сатиру о его гуляньях у фей в том числе, от чего тот посмотрел на меня уже с небольшой долей ужаса.
Правда, ужаса от осознания, что полурослик получит прямое подтверждение его ходках уже после его дочурки…
— Ну, по профессиональной солидарности… — переменил я риторику, вызвав явное облегчение со стороны Зенона. — Да и, к тому же, можете попробовать договориться с ней о пристройстве феечек к изготовлению ваших фирменных…
— Фей? К такому? — здесь уже подскочили оба старосты, так как их явно задело за живое. — Так они же в этом ничего не понимают!
— Ну так научите, а там уже взгляд новый будет. К тому же, они же с цветами возятся, а там, авось, новое винцо или чего покрепче с цветочным послевкусием, а?
— А… — и в этот момент оба старосты как-то подзависли, задумавшись о потенциале, а Киссос уважительно покивал. Первым заговорил полурослик. — Идея-то неплохая… — он потёр подбородок.
— Вот и будет вам обоим повод с ними договориться. Но в первую очередь — древесина.
— Да мы с понимаем, лорд, с пониманием… — закивал Зенон, стараясь поскорее закрепить ещё и на Гильдербранда уговоры Лорелей. — Для домов, там, для бочек и всего такого! Куда жешь без этого. Верно, Гильди? — и пока тот не успел что-то ответить, только открыв рот, тут же продолжил. — Вот и хорошо! Поговорим сёдня с феечкой…
И теперь уже основной разговор пошёл между двумя старостами. Эгис, подобно невозмутимому индейцу стоял между ними, продолжая завтрак, как и я, так как всё что от меня требовалось я уже сделал… или так мне казалось.
— Я бы хотел получить бумагу от тебя, лорд, на утверждение постройки зала воинов в качестве пристройки к моему заведению, — столь же неторопливо проговорил Киссос, увидев, что я закончил есть. — Не по нраву мне подобная формальность, но мне необходимо получить прямое указание.
Я же поморщился. Зверолюды не любили бюрократию, и в их замках её никогда нет и быть не может, но у меня не их замок, а вольный город, в котором это уже возможно. Довольства подобное им не добавляет, хотя и их свободолюбие позволяет обходиться чуть меньшей кровью, чем было бы в иных случаях.
— Мне бы бумагу и… — сатир-трактирщик мотнул глазами, и блюда что были передо мной исчезли, а спустя минуту появилась бумага, которую его половые тут же приложили. — Мне даже интересно, где ты нашёл таких… работников.
— Детишки любят свою работу, как и чаевые что получают, — чуть улыбнувшись отметил владелец недавно построенного кабака.
Я же накидал краткую версию указа о постройке Зала Воинов, на которую отправятся десять сатиров, десять крестьян и необходимые ресурсы, в виде восьми мер дерева и чуть менее чем полутора тысяч золотых.
Прочитав текст, сравнительно по-канцелярски составленный, я поморщился и приложил печатку к бумаге, получив уведомление о получении опыта за бюрократические действия. Передав документ сатиру, я поднялся из-за стола, после чего обратился к Киссосу.
— Минут через десять у тебя будет тридцать гостей в кабаке, готовься принимать. И отберёшь сразу тех, кто поможет строить. Десятерых.
— Хорошо, лорд. Сделаю, — он кивнул, чуть задержав голову, отмечая подобие поклона.
Следующим пунктом назначения был храм, а вернее его подземная часть. Конечно, заставлять ждать легата было не совсем правильно, но для них у меня был отдельный фокус. Не зря же брался один из навыков, не так ли?
Спустившись под землю, я ощутил какое-то накатившее спокойствие, будто оказался в чём-то похожим на родное место. Темнота же, бывшая для меня, скорее, полумраком, казалась более чем естественной и приятной, комфортной…
Я мотнул головой, откидывая эту излишнюю расслабленность, собираясь к тяжёлой беседе с жрицей.
Уже на подходе я увидел, как жрицы недвижимо сидят, словно находясь в состоянии транса. Мои шаги их не побеспокоили, я же не хотел помешать. Спустя несколько минут Хеллара открыла глаза, поворачивая голову в мою сторону.
— Ты не спешил, лорд.
— Легат меня всё ещё ждёт, так что прибыл как смог.
Её взгляд на меня был наполнен недовольством, но сделать что-то она не могла — формально, «в гостях» находилась именно она. Мой же статус «Избранника», который лишь ещё больше был акцентирован из-за взятой «Связи с богиней», явно мозолил ей глаза.
— Ты неожиданно миролюбив, для мужчины, — сцедив толику яда проговорила жрица. — Собрать под сенью Луны зверолюдей, норманнов, морских эльфов, полуросликов и фей, что пусть и не восхвалили Богиню, но были восхищены обрядом во имя Её… — она замолчала. — И, как известно мне, получить благоволение Богини для венчания…
— Я не из тех, кто будет лишь сражаться. Моя цель — жить в гармонии с теми, кто добр к нам. Более того, я желаю объединить все эти острова под сенью Богини Луны, вместе с теми, кто был близок к нам.
— Увиливаешь. Это хорошо, — кивнула она своим мыслям. — Ты узнал истинную причину исчезновения прошлых владельцев этого источника?
— Цверги, что оживились в горах. Они же начали истреблять и порабощать всё что есть в горах, после чего двинутся сюда.
— И выдвинуться могут как по земле, так и под ней, — на последнее замечание я поморщился, понимая, что подземные коммуникации я даже не начинал исследовать, полностью сконцентрировавшись на поверхности. — Но как ты знаешь, многие тоннели обрушены, — в этот момент я поморщился, чуть покачав головой.
— Не все. Они уже начали их разбирать, помимо рейдов на поверхность, — про разбор обвалов я блефовал, но вот про рейды не соврал. — Уже пришлось с ними встреться.
— Это плохо, — однако в её словах не было никаких эмоций, подтверждавших бы это утверждение. — Но вместе с этим, у них есть то, что нужно нам.
— У них есть земля и место для жизни, и они объявили мне войну.
— Объявили? — подняла бровь жрица.
— Всей грудью ощутил, — с иронией в голосе отметил я. — Я не заставлю их страдать, ведь как говорит догма Богини, «
— Раз ты так хорошо помнишь догмы богини, и если ты им следуешь, то для тебя есть задание,
Передо мной возникло новое задание, что с одной стороны порадовало, а с другой… навесило на меня ох какой груз.
Я поднял на неё взгляд, чуть изогнув бровь.
— Коль так будет угодно Богине, избранный Ею
— Ты слишком много хочешь,
— Я не прошу воинов, жрица. Я не прошу помощи совета. Я не прошу ресурсов от них, взвалив это всё на себя, — наши взгляды с Хелларой пересеклись, а мой прищур стал уже, приобретя кинжальную остроту. — Пусть я и мужчина, но я уже не раз принял участие в танце во имя Её, наравне с другими жрицами. И я терплю твоё отсутствие манер и грубость, позволяя находиться в моём
Рука в перчатке скорее рефлекторно легла на навершие клинка, невольно заставив жрицу вильнуть взглядом.
— Хотел же я только одного — чтобы тот народ, частью которого я являюсь, скорее мог прибыть в новый дом. Начать новую, спокойную жизнь, вдали от вечного бега и гонений. Я хотел, чтобы до них добралось сообщение Богини —
На её лице отразилось раздражение, источник которого был более чем очевиден. Я с трудом подавил желание чуть улыбнуться… а уже моя жрица с бестиями, что находились чуть в стороне, крайне внимательно прислушивались к этому диалогу.
— Мужчина, способный лишь на мерянье своими чреслами. Печальное зрелище.
— Не более печальное, чем «жрица», избегающая своих обязанностей, — из-за своей спины я услышал голос Ангнисс, слыша её приглушённые шаги. — Я не видела тебя на обряде,
— Тц… — Хеллара цокнула языком, но парировать ей было нечем. — Церемонии важны, но состояние меня и моих людей было в тот момент важнее.
— Ты же воспользовалась и благами нашего дома… — начал я.
-…и не явила ни толики уважения к хозяину этого дома, что являлся жрецом и сам… — продолжила за меня Ангнисс.
— Теперь же ты говоришь о меньшей важности церемоний, на которых Богиня способна явить свою милость… что она и совершила этим вечером, благословив иных наших гостей.
— И теперь ты ставишь условия нам, ударяя по протянутой в желании помочь нашим собратьям под небом руке, — теперь уже в голосе Ангнисс чувствовался скепсис.
Мне осталось только тяжело вздохнуть, прежде чем продолжить свою речь.
— Я преисполнен разочарования, но я не могу противиться воле Богини. Я
— С угрозой в виде двух морских разбойников? — уже куда более вяло огрызнулась она. — С цвергами, что в горах и ящерами на юго-западных болотах, не говоря о людях с северо-запада?
Теперь уже на моём лице появилась добрая и мягкая улыбка, которая, однако, не несла в себе никакой даже иллюзии доброты. Я ощутил от Ангнисс, что встала рядом со мной, какое-то особое удовлетворение и довольство, будто одну из её конкуренток опустили вниз.
— Цверги уже объявили
— Морские разбойники… — начала было она, но я продолжил со всё тем же, сладким тоном.
— Вскоре станут теми, кто примут не сожительство, но совместное восславление Богини, тем более что одни из них наши, пусть и дальние, но родичи, что восславляют патрона нашей госпожи…
Аргументы ли, тональность ли, но Хеллара начала колебаться, чуть повернув голову, сжав губы, после чего я продолжил.
— Но даже так, для меня не несёт важности, прибудут ли они сейчас, прибудут ли они позже. Я — здесь я уже жёстко подчеркнул это слово. — Дам им новый дом, не всем, но тем, кто пожелает прийти. От приобретения нового дома их остановят не «морские разбойники», что являются моими гостями, не цверги, что покусились на жизнь меня и моей сестры, не ящеры, что желали пожрать нас и тех, кого мы взяли под защиту, и даже не люди с севера. Их останавливаешь… — я на несколько секунд замолчал, смотря на «чужую» жрицу. — Лишь ты, Хеллара, и твоя гордыня.
Противившаяся жрица дёрнулась, как от удара, но промолчала. Одна из «её» бестий, что сопровождали оную всю дорогу, внимательно смотрела на меня, но пока что не проронила ни слова.
— Пусть так, — проговорила она. — Новые жители прибудут к тебе в ночь с этого дня на следующий. Те, кто должны были прибыть в новое поселение, прибудут только туда.
— Я рад, что мы…
— Но прибывают они не для войны, а для жизни, — теперь уже в голосе Хеллары появилась сталь. — Никто из них не должен быть привлечён к сражениям, кроме как за их жизнь, на пороге их дома, минимум десять дней.
-…сумели найти понимание в словах друг друга, — как ни в чём ни бывало продолжил я. — Привлекать же мирных жителей к войне я не имел и мысли, ведь, как я и сказал, я желаю дать им
Высветившееся формальное окошко о том, что «предложен новый квест» я подтвердил почти не глядя, так как там была, скорее, формальность — присутствовать на ритуале в этот период времени, а также не привлекать оных к боевым действиям, за исключением их самообороны в случае нападения на сам замок. Следом за ним я подтвердил и первый квест — захват форта цвергов.
— Да будет так… лорд-жрец, — вторую часть она добавила нехотя, но особого выбора ей не оставалось. — Мы останемся здесь. Нам необходимо подготовиться к седьмой ночи.
После этих слов она потеряла к нам хоть какой-то интерес. Иных вопросов к ней у меня пока что не было, после чего, бросив взгляд на уже мою жрицу и бестий, которые увидев это сделали лёгкие поклоны, я отправился обратно, наверх. Ангнисс последовала за мной.
— Спасибо что помогла, — проговорил я, когда мы отдалились достаточно далеко от алтаря.
— Не за что, брат мой. Твои слова были верны, — мягким голосом ответила она. — Но у тебя ещё много дел.
Когда мы поднялись на поверхность, скандинавы начинали постепенно приходить в себя после ночных возлияний. Мы проскользнули обратно в донжон, где, получив направление от одной из младших служанок, направились в переоборудованное под лазарет помещение.
В оном же месте уже вовсю расхаживал Зенон, что-то декларируя лежащей гарпии, которая крутила головой.
— О, лорд!.. Луноликая сестра, — сатир склонился в поклоне, с каким-то заговорщицким выражением лица.
— Негоже приставать к раненым, Зенон, — с каплей иронии отметил я. — А то появятся когда-нибудь ещё гарпии с копытцами…
— Лорд, да как так можно! — однако взгляд он отвёл, предпочтя не комментировать это.
Гарпия же всем своим видом колебалась. Она была темноволосой и весьма молодой, а каким-либо сокрытий эмоций даже не думала промышлять, переводя взгляд своих золотых глаз с меня на Зенона, а следом на Ангнисс.
Выглядела она, однако, вполне здоровой — Джаэлькира не соврала, что лечение, которое обеспечил, вероятно, Талфель, было более чем эффективно. Выглядела та весьма худощавой, что, учитывая её вид, вполне оправдано.
Под конец своих рассуждений на её лице мелькнуло какое-то подобие решительности, после чего мы услышали её голос.
— А… — на удивление у неё был весьма тоненький голосок. — Фелксиопа просит помочь! На нас напали! — без каких-то предисловий выпалила она, напомнив мне попугайчика, что заучил сообщение. — Фелксиопа просит лорда зверолюдов помочь спастись и обещает свою верность! Злые коротышки с… с… метателями! — когда она закончила «передавать сообщение», то снова перевела взгляд с меня на Зенона и обратно. — Помогите… пожалуйста… — это же, судя по всему, было уже её словами, а не «записанным сообщением».
У меня же складывалась не самая приятная картина в мозгу. Цверги, судя по их деятельности, решили устроить вполне-таки массовую зачистку, и начали с бывших к ним ближе всех гарпий.
Под землёй, как я надеюсь, завалы остались, а вместе с ними и фора во времени. Если их форт в горах, на земле… целью будет тяжёлой. А если под горами, в подземельях…
Это ещё вопрос, что из этого будет хуже.
Как она расценила моё молчание я могу лишь догадываться, но она снова начала активно вертеть головой, переводя взгляд с меня на Зенона и Ангнисс и обратно.
— И… как долго на вас уже нападают? — прервал я молчание.
— Два… три солнца! — с небольшой запинкой ответила она. — Они нас ищут! Мы долго не умеем прятаться, они найдут, а если найдут, то всех убьют! — при этих словах она активно жестикулировала, размахивая своими крыльями.
При этом у меня высветилось очередное задание — на этот раз на спасение гарпий. И уже оно радовало куда меньше чем-то, что мне предложила жрица…
— Спокойнее, спокойнее… — попытался успокоить я её, разглядывая предложенное мне задания и начиная понимать, что проблемы будут достаточно весомыми. — Как тебя зовут? Можешь ещё что-то рассказать?
— Я Элло, а коротышкам мы ничего не делали, но они на нас напали! Мою сестрёнку убили стрелялой, когда мы летели… — от этого воспоминания у неё на глазах практически сразу навернулись слёзы. — И меня, пока я летела, чуть не убили! Фелксиопа дала зелье, я успела выпить… а потом не помню…
Несмотря на своё птичье происхождение, эта гарпия явно понимала, как надо смотреть, чтобы тебе хотели помочь.
Игра снова, по факту, отобрала у меня возможность отказаться от этого задания, и «всучила» мне клан гарпий. И если рога и копыта я ещё вполне планировал брать, из-за минотавров, сатиров и, пока не знал, что мы на островах, кентавров… то теперь я был в сомнениях.
Учитывая, что мы на островах, клан жабр и плавников, с их нереями и нереидами, был бы куда более актуален, пусть их и сравнительно мало доступно для найма, а вот гарпии… с другой стороны, гарпии — это авиация среднего тира, разведчики, наблюдатели и, при некотором обучении, юнит для метания снарядов с воздуха. Не дирижабль гремлинов, конечно, но…
Сирены же были бардами. По факту, они являлись достойными баферами и могли слегка постоять за себя за счёт магии, плюс были куда умнее чем другие крылатые девы зверолюдов.
Нереи были отчаянными танками, но их, с одной стороны, губило то, что они не использовали оружие. Учить их владеть им было долго и далеко не всегда оправдывало себя по времени. Нереиды были куда более «домашними» юнитами, которые могли постоять за себя… но им нужна была вода. А я не знаю, будет ли у меня в достаточной близости место постройки и вода для этого.
Вздох я сдержал, после чего ответил гарпии согласием.
— Мы поможем вашему клану, но, я надеюсь, Фелксиопа сдержит своё слово.
— Она честная, правда! — гарпия начала было хлопать крыльями, но Зенон успел перехватить её «взлёт». — Права… она тоже не хочет умирать, но долго думала…
— О чём? — аккуратно попытался подцепить я эту ниточку диалога.
— О… — она замолчала, как-то напрягшись, будто вспоминая сказанное её вожаком. — О том, что лорд зверолюдов не зверолюд… — и тут в её глазах пришло какое-то понимание.
— А как давно она об этом говорила? — мягким голосом, словно говорю с ребёнком, продолжил я.
— Четыре солнца назад… — ставшим тише голосом ответила она.
— Вот как… — а в моей памяти всплыли точки в небе, которые я видел с первого дня прибытия на эти острова. — Хорошее у неё зрение. И чутьё, — сделав небольшую паузу я продолжил. — Мы отправимся в горы через один или два дня и поможем твоему клану. А тебе стоит пока что отдохнуть и набираться сил.
— А… но ты не из нашего вида… — пробормотала гарпия, с одной стороны неуверенная в том что я не солгал, а с другой… выбора, кроме как надеяться, у неё не было.
— Думаю, Зенон тебе кое-что может рассказать. А нам сейчас надо идти… и да, — я повернул голову уже к сатиру, который навострил уши. — Ты мне будешь нужен через полчаса, но можешь подойти и раньше. Я поговорю с ярлом и легатом.
— Как скажешь, лорд. Я надеюсь…
— Да. Можешь подготовиться.
— Так вот, а потом… — тут же переключился Зенон на Элло, начав рассказывать о том, что мы успели за эту неделю пройти.
Ангнисс, молчавшая всё это время, чуть подбодрила меня, сказав о том, что решение было правильным, и помощь ближнему своему воздастся… но ощущение вероятно потерянного потенциала меня всё равно слегка гложило.
Однако сейчас наступал другой момент, который, будь моя воля, я бы предпочёл избежать, так как от разговоров уже успел устать, но отказаться от которого я бы не смог, даже если бы захотел.
Рэндалфр и Аллир. Ярл и легат. Два правителя, пусть и местячковых… как, в принципе, и я. Но эти двое были уже привычны к жизни что была тут, а я… несмотря на бытие «миротворцем», я старался поддерживать высокий темп экспансии, который сдавать нельзя ни в коем случае.
Даже этот день, которые мне стоило бы потратить на подготовку к завоеваниям на следующей неделе, а особенно «войне» с цвергами, мне надо продолжить использовать с максимальной эффективностью. А оная…
Северный остров ещё не полностью под моим контролем, а из оговорок Зенона было более чем ясно, что где-то на северной или западной части этого острова был ещё один пост противников, от которых избавиться не просто нужно, а необходимо, иначе разрушение Винницы повторится вновь.
За время этих размышлений, пока я неспешно шёл, я сделал два шаблона для улучшенных сатиров, которых я в дальнейшем бы нанимал. Первые чуть более выносливые и сильные, и которые из-за таких характеристик с куда большей вероятностью будут мужчинами, а также других, половчее, с которыми ситуация была бы обратной.
Увеличение стоимости тридцати сатиров стоило копейки — один из плюсов «мирных» существ низких рангов, и они уложились в две тысячи и две сотни монет за всех.
Неприятно, конечно, что из-за особенностей механики придётся им буквально завтра платить их же стоимость ещё раз как зарплату, но… увы, работяги мне нужны были уже сейчас.
Саму кнопку «нанять» я нажму чуть позже, для создания массовки в нужный мне момент.
Выйдя на утренний свет, я направился в сторону двух наиболее примечательных разумных из всей морской братии… которые уже были не одни — помимо Рэндалфра и Аллира с ними были и ближняя родня эльфа, в виде дочери и племянника, а также Талфель, а со стороны скандинава — дева битвы.
Нас с Ангнисс заметили, чуть разойдясь, освободив место.
— Уже в работе с утра, лорд, — хмыкнул скандинав со своей ухмылкой.
— В ней, родимой, — вздохнул я. — А ведь скоро ещё и за бумаги.
— Salve, — кинул мне легат.
— Salve, — не заставил себя ждать мой ответ, а Талфель просто кивнул.
— Ты неплохо так усложнил нам жизнь, звёздочка. Раньше-то жить было ой как просто, — несмотря на выражение лица, серьёзность того, о чём идёт речь, ощущалась. — Теперь уже больших сил стало больше.
— Стало больше, — медленно кивнул я, повернувшись к легату. — Об этом вы хотели говорить?
— Верно, — коротко ответил лидер морских эльфов. — Мы слишком долго ждали. О нас забыли.
Эта риторика заставила меня напрячься. Было несложно догадаться что они имеют в виду, особенно вспоминая, что одна из старых, уже несуществующих, стран, была весьма похожа как тактикой, титулами, так и речью…
— Раз так, то времени удачнее и не подобрать, — пусть и блефуя, но ответил я, так как полностью к этому готов не был. — Скрывать что-то от вас… нет смысла. Мы на одной стороне.
— Верно молвишь, серебрянка, — как ни в чём не бывало кивнул ярл. — Старые мертвецы, да и змей, что сразил моего деда…
— И то, что он открыл тебе глаза, — отстранённо произнесла дева битвы. — В ином случае ты бы сейчас пировал со своим дедом в Вальгалле.
— Тоже не худший исход… но да, — тут уже он чуть поморщился, как бы нехотя признавая последний аргумент. — Более того, я помню, что наш заклад в силе, ушастый.
— Месть свершилась, — кратко кивнул легат.
— Однако, возникла новая угроза, что может угрожать всем нам, — в этот момент Талфель чуть встряхнулся, вспомнив момент у предгорья. — Цверги, что выходят из гор.
— Они не способны выйти за нами в море, — с долей самодовольства ответил Рэндалфр, тогда как Аллир внимательно слушал.
— Не способны. Однако они и не будут гнаться за вами в море — они захотят выгнать вас с суши. А прибыть они способны не только по земле, но и под ней.
— Рядом с нами нет спу… — и в этот момент он осёкся.
— Есть, — кивнул я. — А уж продолбить туннель они сумеют. Особенно учитывая, что здесь, под землёй, есть ходы.
— Тц… — цокнул языком скандинав. Его новообретённая жена что-то ему шепнула, от чего он что-то прикинул, но промолчал.
— Кроме них ещё есть ящеры.
— Сталкивались, — как и обычно коротко ответил легат.
— Бывали чешуйчатые, били их, но давно. Их русичи за радость считали поколотить.
— Пока что они не сунутся в эти земли, но… они тоже уже отправляли разведчиков, и мы с ними виделись.
— Малый отряд, их не хватятся ещё долго, — добавил Талфель.
— А потому, я хочу предложить объединить наши усилия.
Конечно, я бы мог пытаться подвести их к этому медленно и плавно, но… мы все трое — мужчины. Уж тем более, они оба — воины, а Аллир ещё и солдат. Они — не жрицы, с которыми нужно играть по тонким правилам, балансируя на острие ножа.
— Что, хочешь сделать налёт на коротышек? — приподнял бровь ярл.
— Нет. Я хочу предложить убрать с этих островов одну из сил, — и теперь на меня смотрели уже оба предводителя.
— Вы, лунники, те ещё миролюбы. Твои-то согласятся идти воевать? — со скепсисом проговорил Рэндалфр. — Да и ваших тут…
— Согласятся ли? Конечно, — в моей улыбке и прищуре читалась хитринка. — На следующий день прибудут новые бойцы, а ещё через полтора дня… — на моём лице проступила довольная улыбка. — Прибудут те, с кем штурм будет одним удовольствием. А уж с их топорами и молотами…
— Минотавры. Весомо, — отметил легат.
— Всегда хотел побороться, да больших рогачей тут не водилось, — с долей разочарования произнёс Рэндалфр.
— Я бы на этот счёт поспорил… — покачав головой ответил я. — Но не в этом суть. Суть в том, что я предлагаю союз.
Легат и ярл переглянусь, как бы оценивая саму идею.
— Выгода? — снова тот же короткий вопрос, практически повторявший ситуацию со змеем. Только в отличии от того случая давления не было.
— Помимо добычи… это безопасность. Быть может я и ближе всех к ним если идти по земле, однако тоже самое не сказать в случае движения под землёй. У них есть форт, а значит, каждому из нас по отдельности они не по зубам… в краткие сроки. Если же смотреть вдаль, то… — это предложение я оставил без окончания, но на него легат чуть кивнул.
— А их оружие может быть вполне и нам под руку… — протянул скандинав. — В добыче мы заинтересованы.
— Оружие и инструмент скоро смогу предложить и я сам. Если будет материал.
— Намёк уловил, — раздумья ярла были завершены, после которых он протянул мне руку, которую я крепко пожал. — Мы, клан Фенрира, присоединимся к тебе в походе на горный народ.
Аллир же не спешил выражать согласие, более внимательно оценивая это предложение.
— Дядя, — впервые подал голос Яхель, до сей поры стоявший у него за спиной. — Я хочу отправиться в этот поход.
И уже это заставило меня удивлённо посмотреть на стоявшего за спиной молодого эльфа.
Да, за эту неделю в нём проявились изменения — начиная от принятия того, что он проиграл бой «тёмному отродью» и вынужден работать на него, вместе с другими, не-эльфийскими расами… и как менялось его отношение, сначала к Зенону, а постепенно и ко мне, хоть последнее я видел больше по цифровым значениям, которые периодически проверял.
— Отец, — продолжила теперь Эйлела. — Я также не стану отсиживаться в доме.
Легат коротко выдохнул, но его состояние было видно невооружённым взглядом. С одной стороны, он не мог напрямую запретить ни одному, ни другой, но опасение за родню у него всё ещё оставалось.
Внутри себя я отметил эту его «болевую точку», но лишний раз давить на неё, лично мне, явно не стоило. Один раз, так сказать, уже воспользовался… надо сначала подождать.
— Талфель, — со вздохом произнёс он, чуть повернув голову к своему подчинённому. — Возьмёшь с собой ещё троих и Яхеля.
— Слушаю, легат, — кивнул он.
— Ты представитель с нашей стороны. Можешь действовать по своему усмотрению, примипил, — замолчав на несколько секунд, он вновь повернулся ко мне, после чего продолжил, протянув руку. — Девятый легион присоединится к этому соглашению после подписания договора.
От этого упоминания мне очень хотелось поморщиться, но выбора не было. Он прав — бюрократ я, или где?.. Но этим надо будет заняться в ближайшие сроки, особенно получением своего бюрократического штата.
Рукопожатие легата отличалось от ярла, да и его хватка ощущалась совершенно иначе.
— Бумаги будут готовы к следующему дню, — ответил я, получив его кивок. — И я буду ждать вас на подписание оных.
— Мы прибудем, — ответил легат.
— Тебе лучше бы поспешить, лорд, — хрустнул костяшками скандинав. — А то мы соберёмся и сами в поход пойдём, не дожидаясь вас.
— Уж потерпи, ярл, и найдётся хороший бой. К тому же, быть может, посмотрим на новый заклад? — я иронично приподнял бровь смотря на него, на что он издал смешок.
— Посмотрим, эльф. Но коль заклад будет добрым…
Дальнейшая беседа была формальной, после которой мы откланялись. Я заметил, что Аллир проводил взглядом Ангнисс, что не проронила ни слова, стоя рядом со мной будто призрак.
Мне же оставалось выдвинуться обратно… и призвать отряд сатиров, который не пригодился. Беседа пошла не так, как было мне нужно, и их «фоновое» наличие роли не сыграло бы.
Из кабака начали потихоньку выходить козлоногие и рогатые разумные, разминаясь, будто у них затекли руки и ноги. Вместе с ними из кабака вышел и Зенон, который, видимо, после бесед с нашей раненой гостьей пошёл зарядиться в сие питейное заведение.
Обрабатывать он их начал сразу, а они практически сразу начали внимать своему «старшему товарищу», тогда как некоторые из них буквально с первых слов воспылали… а спустя некоторое количество объяснений стихли, и раздался разочарованный стон.
Десятка сатиров отделилась от группы, после чего отправилась обратно в кабак, а после этого начала курсировать между уже появившимся зданиями.
Два других десятка занялись подготовкой к выходу на «общественно полезные добровольно-принудительные работы», сиречь, на поход к каменоломне и к ртутной мастерской.
Однако прикинув все «за» и «против», я направился к Зенону, который уже начал набивать трубку табаком.
— Зенон, — он вскинулся и сделал небольшой поклон, обозначив для обычных сатиров кто здесь главный. — Планы немного меняются.
— Чтой-то не так, лорд? Дела какие появились, не идём в поход, иль сразу деревн…
— Нет. Тех, кто должен был идти за ртутью, направим к орочьему лагерю. Помнишь?
— Ах, точно, зверьё же там… — закивал он. — А ртутник?
— Цверги. Не хочу, чтобы кто-то умирал просто так, или, ещё хуже, попал к ним в рабство, — с некоторой долей пафоса, вероятно даже излишней, произнёс я. — А вам в деревню и животина будет, и орочий лагерь они разобрать смогут, дерево привезти.
— А отличная мысля, мясо-то к вину всегда лучше будет, да ещё и деревяшек для деревни, а ртуть-то и потом, пусть там и алхимарь… хотя что-то делал… — на несколько секунд сарейшина сатиров завис, после чего окликнул одного из своих сородичей. — Дими, ты слышал, вам на юг!
— Как скажешь, старик, но не забудь про местечко в деревне! — крикнул ему достаточно молодой сатир, после чего они продолжили сборы.
— А ты, Зенон, готовься. Мы скоро выдвигаемся.
На несколько секунд старый рогоносец завис, а выражение его лица стало чуть кислее. Видимо, он надеялся под шумок отправиться с каким-то из этих двух десятков, а сейчас этот план пошёл крахом.
— Эх, как скажешь, лорд.
Остальная круговерть была стандартной — я разослал своим солдатам приказы на сбор, после чего осталось лишь дождаться оного. Буквально через пятнадцать минут наш прежний отряд в виде одного сатира, полурослика с кентавром, двух бестий и двух мечников со жрицей, трёх фей, Талфеля и его эльфов, которых переснарядили по их «классической моде», а также нас с Ангнисс, был готов к движению обратно на север, в сторону фейской поляны, где нас принимала Лорелей.
Наш выход остался сравнительно незамеченным, пока скандинавы и оставшиеся морские эльфы разбирались с последствиями ночных посиделок… которые грозились перейти в новый загул, учитывая, что сатиры явно будут делать перерывы на работе.
******
Молодой эльф смотрел на удаляющуюся фигуру своего всё-ещё-нанимателя.
Конечно, формально сегодня был его последний день найма, после которого он был бы свободен и отдан сам себе, но… это было что-то новое.
Жизнь, что была до этого дня, казалась чем-то покрытым туманом. Да, он мог вспомнить те события что с ним происходили до этого, он мог вспомнить как столкновения со скандинавами, так и ящерами, работу с людьми и даже другими, отличными от викингов и рыцарей.
Больше всего он вспоминал столкновения с тёмными — уже здесь в памяти будто появлялись белые пятна, так как он не мог точно вспомнить когда и где. Он помнил их корабли — униремы и галеры с прямыми парусами, с прикованными к вёслам рабами и надзирательницы с плетьми.
В мыслях Яхеля было две крайности — неприятие рабства, как минимум в подобной форме, а с другой — общее безразличие к большинству других рас, что не были эльфами.
Однако с прибытием этого тёмного, Мэйзара, что-то начало меняться.
Он, как и его сестра, были тёмными… на первый взгляд. Однако смотря глубже, он видел там свет. Не ослепительный, пылающий свет людских паладинов и жрецов, но мягкой и более бледный, не обжигающий от одного взгляда на него.
Молодому морскому эльфу хотелось списать это на наследие одного из их родителей — то, что они частично лесные, они даже не особо скрывали, но даже так, они выглядели чем-то странным и ненормальным, особенно на фоне тех тёмных эльфов что он помнил.
Что Мэйзар, что Ангнисс не дистанцировались от тех, кто был рядом с ними — да, разница была, но та же что у него с Талфелем или иным из командиров что он мог вспомнить. Они не казались ему столь нетерпимыми к иным расам как их сородичи, и, более того, они старались их примирить, создав какой-то… баланс?
Как и Талфель с Аллиром, он весьма скептично относился к викингам, ведь те были людьми. Ведь у людей всегда была короткая память — то, что было пару десятков лет назад, они уже плохо помнят, то, что было полста лет назад имеют склонность забывать, а события бывшие более ста лет назад у них из памяти и вовсе могли стереться, оставив о тех событиях лишь легенды и сказки…
Практически как и произошло с Альвгейром, о котором он слышал от Талфеля. О нём помнили, и помнили, как о великом вожде, но забывали, как он этого добился.
Лишь старый викинг, павший в бою, и дева битвы помнили о том, как всего этого добивался их старый ярл. Более никто из скандинавов, бывших тут, об этом не задумывался… кроме их лидера, что был сейчас. Но даже он, до недавних пор, не слишком об этом задумывался.
Стоит ли говорить о том, что их память на какие-либо обещания была столь же коротка? А ведь слово — это то, что имеет ценность что у человека, что у эльфа… что у кого ещё.
Мэйзар же данные им слова — по крайней мере, пока — держал. Отрицать этого Яхель не мог. Конечно, был шанс что он нарушит обещанное неделю назад, но из такой мелочи как оплата их службы нарушать своё слово… это слишком мелочно.
Куда более важным было то, что этот тёмный… этот лорд, он двигался вперёд. Он не погряз в привычной для эльфов неторопливости и размеренности, а наоборот, рвался вперёд, действуя так, как обычно вели себя люди, у которых столь коротка жизнь. Ведь что вообще можно успеть за их жалкий, иначе не сказать, срок жизни?
Ведь сколько жили скандинавы или жители центральных земель? От четырёх до восьми десятков лет с единичными случаями большего?
Тот же скандинав, что сражался с морским змеем, был связан клятвами, обетами, и жил за их счёт, тогда как обычные люди могли лишь мечтать о том, сколько он прожил… и, что важнее, в каком состоянии.
Сестра Мэйзара, Ангнисс, также была «быстрее» чем обычные эльфы, но, в целом, тоже не отличалась особо высокой активностью, скорее находясь за спиной своего брата, стараясь находиться в схожем темпе.
Но куда большее удивление вызывало то, какую роль он занимал в этом тандеме. У них чаще правили мужчины, у их лесных собратьев лидерами одинаково часто бывали как мужчины, так и женщины, но вот у тёмных наоборот, куда как чаще правили женщины, что у обычных тёмных, что и у тех, кто поднялся на поверхность. У них же правили и жрецы, хотя куда, вернее сказать, «жрицы», так как мужчины там едва ли выживали, если их вообще допускали до этой роли. Среди вернувшихся на поверхность тёмных также правили жрицы, хотя и куда менее жёсткой рукой, но о мужчинах-жрецах он не слышал.
Здесь же он видел то, чего не должно было существовать — мужчина-жрец, проводящий ритуалы служения богине Луны, и, более того, являющийся «старшим» в их паре.
Однако то, как он принимал участие в ритуалах и обрядах служения богини, заставляло его в удивлении смотреть на приверженность Мэйзара к его вере, и, более того, рядом с ним ощущалась некое подобие… благодати? Как будто пусть и краем глаза, но за ним наблюдали свыше.
Наблюдая же за этим лордом, за его действиями, решениями и тем, что он говорил… Яхель принял для себя решение — он последует за этим лордом.
Он не ставил под сомнение свою верность Легиону, точнее тому, что от оного осталось… но если действия этого лорда-жреца способны возродить их легион, дав им шанс возродиться словно фениксу из пепла, то стоит рискнуть.
«Мы слишком долго ждали. О нас забыли,» — пронеслись слова Аллира в его голове, которые он дополнил. — «И если о нас забыли, то настало время напомнить о себе и возвыситься.»
******
Буквально перед выходом я накидал короткую бумажку, закрепив её печаткой, что как только кузня будет возведена, то отправить туда всё низкокачественное или негодное металлическое снаряжение на переплавку, для получения железа. Прямого доступа к источнику железа у меня не было — всё же, он пока что оставался под контролем скандинавов, — и выкручиваться приходилось хоть как-то.
Фактически, конечно, железа мне нужно было не слишком много, но это только временно. Позже появится какой-никакой спрос, кузнец начнёт ковать не только оружие, но и инструмент, у него появятся подмастерья и далее-далее…
Движение в сторону фей было достаточно быстрым — здесь стоило высказать отдельную благодарность какому-то мертвецу с кладбища, благодаря чьим сапожкам наш отряд имел более чем достойную скорость, а учитывая, что Зенон попросил сделать крюк, дабы зайти на руины его деревни, после переговоров с Лорелей.
Единственное что обрадовало по пути, на фоне тяжёлых мыслей об объёмах необходимых ресурсов и сжатости сроков, так это уведомление о повышении выносливости — ещё одна единица, пусть её я заметил и с ощутимым запозданием.
Переход до моста и через него, а также последовавший путь до столь знакомой поляны был столь пресен, что это вызвало беспокойство… в том смысле, что «а где мне брать опыт для прокачки?», ведь если его по пути не будет, то я всё равно что пропустил день, что не может хоть как-то радовать.
Но даже так, этот вопрос был слишком важен. Если морские эльфы и викинги могли быть именно союзниками, то вот заключать союз с феями… они были слишком «небольшим» игроком на имеющейся арене, и выходов я видел только два.
Подчинение или уничтожение.
Конечно, это не слишком хорошо будет смотреться на фоне как «миролюбства», так и с жреческой части, но иного не дано. Если сила на моей земле есть, то она либо будет подчиняться мне, либо… останется только вознести молитву за их посмертие.
Память кольнуло при воспоминании о ведьмаке и его небольшой винодельне, но я предпочёл пока что отогнать это из своей головы. Сейчас перед глазами была иная цель.
За время пути Зенон и Гильдербранд переговаривались, готовясь обрабатывать фею. Краем уха я услышал отдельные заметки, вроде того, что феи и сами по себе иногда летали по окрестностям, или что они иногда и сами подряжались подготовить что одним, что другим, древесину…
А чуть позже вокруг них закрутились феечки и понеслась целая туча не слишком связанных фактов, которые касались как самой Лорелей, так и того, что она делала, по их памяти, до того, как они улетели.
Полянка фей нас встретила без враждебности, что не могло не радовать. Тройка наших фей смешалась со своими подругами и сёстрами, тогда как Лорелей не спешила появляться.
Причина этого была проста — оная фея просто спала, сидя в своём же роскошном кресле. Оное с нашей последней встречи несколько изменилось, став более «живым», если его можно так назвать. Кресло было оплетено вьюнками самых разных цветов, часть из которых, как мне показалось, тянулись к самой Лорелей, слегка укрывая и скрывая спящую деву.
Так как время пока позволяло, вместе с пассивной работой «трёх агентов» в рядах жительниц поляны, её не будили, а в итоге к агитации подключились и Зенон с Гильдербрандом.
Но сатир, что было весьма очевидно, говорил куда больше, вскоре собрав вокруг себя целую стайку крылатых девушек.
Примерно через пятнадцать минут, сама по себе, проснулась и Лорелей — она чуть поморщилась, когда она увидела незваных гостей в нашем лице, однако быстро взяла себя в руки и перешла на деловой лад, пока остальные её подопечные занимались чем угодно, но не подготовкой к каким-либо неприятностям.
— Как и было уговорено, прекрасная сирена, я прибыл. Источник мой, как и земли что на востоке от него… и те, что будут на сём острове.
— Боюсь, что ты опоздал, гость из прошлого, — её голос был неожиданно тихим и уставшим. — Земля, что ты желал, на грани поругания, что идёт из дальней части острова.
— Значит, снова нежить… — я вздохнул, понимая, что оная явно принесёт новые проблемы.
— Нет… — покачала она головой, после чего подняла левую руку и чуть повернулась, не сходя с кресла.
Когда вьюнок перестал её прикрывать я увидел одну из причин её усталости и истощённости — ожоги. Её левая рука превратилась практически в цельный ожог, а на боку, сквозь прожжённую ткань, был виден и пострадавший бок девушки.
— Время, проведённое в мире, было недолгим. Через четыре дня после вашего ухода прибыли… иные. Прикрытые иллюзиями, под покровом тьмы прибыли серные создания. Их было немного, но… — она прервалась, сжав зубы, а левая рука невольно задрожала. — Не все из них были низшими созданиями.
Феи, что были позади, также притихли. Для них, хаотичных существ, это было давно — целых два дня назад, ведь сколько новых событий уже произошло, а то уже прошло. Зенон и Гильдербранд также безмолвствовали, пока Лорелей продолжала свой рассказ.
На них напали демоны, среди которых было несколько адских псов, бесы и один суккуб. Лорелей повезло, что её обожгло едва-едва, тогда как нескольким другим феям повезло куда меньше.
Усилиями тех фей что были на поляне в тот момент они отбились, но теперь их было меньше. И, более того, на Лорелей явно было наложено какой-то длительное ослабление, что шло с обжёгшим её пламенем.
— Посему, я предупредила тебя, гость издалека. Не ты один претендуешь на этот остров.
— Значит, пришло время очистить этот остров от остатков этих захватчиков, — я повернул голову в сторону руин деревни, после чего вздохнул. — И благодарю тебя за предупреждение, прекрасная дева. Но…
— Ты пришёл не только за этим, — как-то грустно улыбнулась она, а те феи что были рядом сбились в кучку, что парила за спиной старшей из них. — Мне было приятно говорить с тобой, гость издалека… — я поднял левую руку, останавливая её слова.
— Я не хочу сражаться с вами, — я покачал головой, как бы отрицая саму идею битвы с ними. — Мы делили пищу и кров, пусть всего раз, но вы не прогнали нас, когда мы были путниками без ничего.
— Я не могу отдать это место просто так, — не открывая глаз проговорила фея. — Таков закон мира и цена должна быть уплачена.
— Но цена может быть и иной, — вступил в диалог Зенон, выйдя чуь вперёд и попав под прицел фей. — Ты же знаешь, что кровопролитие — это последний шаг.
— Я уже устала, сатир, — в её голосе продолжала ощущаться усталость. — И я слабею. Твой хозяин — неумирающий, один из лордов, что ведут нас всех на смерть. Я не хочу видеть, как умирают дети лесов и цветов.
— Ты права, златовласая сирена. Я — один из неумирающих, и я веду тех, кто присоединился ко мне, вперёд. В сражения или в иную жизнь — это знают только боги. Но я не из тех, кто бросит любого на смерть просто так.
— Ах… сколь сладко… — она подняла голову, с всё также прикрытыми глазами.
— Мы можем поручиться за него, фея, — практически отрубил Гильдербранд. — Он не единожды умер сам, спасая других.
— В этом и есть прелесть бытия неумирающим? Знать, что ты возродишься? — она тихо выдохнула, вновь посмотрев на меня своими ярко-голубыми глазами, в которых не читалась обычная фейская хаотичность.
— Смерть болезненная, Лорелей, — проговорил я, вспоминая как сначала мою грудную клетку пробил залп из болтов, а позже я был заживо проглочен морским змеем. — И я не всегда жил подобно им, — Ангнисс в этот момент подошла ко мне со спины, практически прижавшись ко мне. — Я не знаю когда благодать Богини завершится, и я не знаю, какая жизнь станет последней. Я не хочу умирать… но я не хочу, чтобы умирал кто-то другой, если этого можно избежать.
— Ты всё же назвал меня по имени, юный лорд, — на её лице появилась блеклая улыбка. — Я готова говорить.
После её этих слов феи дружно расслабились, вновь заверещав и начав заниматься своими фейскими делами. Напряжение с моих людей тоже спало, и они позволили себе сделать небольшой перерыв, расположившись на перекус, благо, змеиного мяса хватит ещё ой как надолго.
В разговор плотно встроился Гильдербранд, который и поработал «ручным бюрократом», собирая пункты составляемой бумаги и приводя формулировки к однозначности. Несмотря на общую вялость феи, она твёрдо стояла на условиях, которые касались возможного призыва фей в войска, а также того, в каком статусе что нанятые, что присоединившиеся сейчас, будут находиться впоследствии.
Речь также шла и о лесопилке, так как, формально, она находилась под управлением Лорелей.
Главные условия старшей феи были просты — феи не должны быть использованы в заведомо самоубийственных заданиях, не должны приноситься в жертву при ритуалах или обрядах, не должны притесняться по каким-либо иным причинам… и что нанимать я смогу только двух в неделю с их поляны, и лишь в две недели месяца сразу трёх.
Удержание на службе, оплата работ и далее-далее — всё это было весьма стандартно, за исключением того, что всё это было более чем связно и упорядоченно, в том числе и то, что именно феи будут заниматься основной добычей дерева.
Когда бумага была составлена, и мы с ней ознакомились, Лорелей вместо подписи оставила на нижней части листа чуть зеленоватый отпечаток губ — тонкий и едва заметный, но слегка вспыхнувший после того, как она передала листок мне.
Я чуть помедлил, смотря на неё, после чего приложил печатку к бумаге, на которой та проявилась и зафиксировалась.
— Теперь это место принадлежит тебе… Мэйзар’Диирн. Надеюсь, ты столь честен, как о тебе говорят следующие за тобой, — она вздохнула, явно утомлённая, хотя никаких активных действий она не предпринимала. — Я же вернусь ко сну. Время — лечит… иногда… — её глаза начали сами по себе закрываться, а вьюнок вновь потянулся к ней.
А я, смотря на это, вспоминал старые романы о благородных рыцарях, проклятых девах и злых драконах… моя память пыталась вспомнить, где я видел что-то подобное, но увы, результата она не дала. Посему же, мне осталось сделать то, что было бы более свойственно светлому рыцарю.
Припав перед её креслом на колено, я взял её правую руку и прикоснулся к ней губами, после чего проговорил совершенно не свойственное тёмным эльфам.
— Клянусь, прекрасная Лорелей, что я сниму проклятие, поразившее тебя, и верну краски в твою жизнь.
Она не ответила, но мне показалось, что я увидел тень улыбки на её лице и получил уведомление о принятии двух квестов — на её исцеление… и выслеживание демонов, что совершили набег сюда.
Вместе с повышением уровня репутации как у Лорелей, так и у Светлой богини.
Всего на две единички, но сам факт…
Однако после этого надолго на этой поляне мы не задержались. Вместо прямого пути мы свернули в сторону лесопилки, где, после уведомления уже знакомых нам фей о том, что теперь они, как и феи с той поляны, являются «мирным населением», которое теперь относится к моим землям.
И уже после того, как собранные ими шесть мер дерева были получены, мы двинулись в сторону Винницы.
******
Винница встретила нас затишьем. Руины давно потухли, но запах дыма, несмотря на прошедшее время, всё ещё ощущался. Хати, стоило нам начать приближаться к руинам, начал принюхиваться, а шерсть на его загривке начала вставать дыбом.
«Тут плохие псы! Серные!» — после этой пронёсшейся мысли волчонок завыл, как будто его что-то просто вынудило это сделать.
— Заса!.. — не успел я выкрикнуть, как раздался вскрик жрицы, что рухнула на землю, а из её носа потекла кровь.
Из руин, подобно стае поганых птиц, поднялась туча бесов, что тут же ринулись в нашу сторону, вереща что-то на своём инфернальном языке, подозрительно похожем на латынь. Из-за руин здания показался предводитель этих бесов, демон-разоритель верхом на цербере, во главе своего ударного отряда… в виде стаи гончих, посреди которых стояло ещё два разорителя, что ждали только одного.
— Порвать их, — рыкнул он уже куда более внятно, в отличии от бесов, и щёлкнул кнутом, что был зажат в его левой руке.
Первые бесы уже долетели до нас, начав пытаться хоть как-то терзать и налетать на мой отряд, но их можно было назвать только двумя названиями — «смазка для клинка» и «отвлечение», а также нейтрализация нашей «авиации» — феи, что нас сопровождали, начали активно маневрировать, рассыпая искры и золотистую пыль, тягаясь с бесами.
С воем стая адских псов и разорителей сорвалась, дождавшись команды и лучшего, для себя, момента.
— СТРОЙ! — раздался окрик Талфеля на эльфийском, после которого четвёрка морских эльфов выстроилась рядом с ним, сделав небольшой полукруг, ощетинившийся пятью протазанами и прикрытый щитами, что подготовились к натиску гончих.
Бестии же начали своё «веселье», начав кружиться в своём эльфийском танце с саблями, для которого каждый из налетавших бесов был едва ли угрозой. Мечники спешно разрядили арбалеты в одну цель — получившая сначала один, а потом и второй болт, гончая завалилась, а через неё перепрыгнула другая.
Кентавр с полуросликом кружили, отбиваясь от стайки бесов, постепенно чуть отдаляясь от нас.
Когда гончие приблизились практически на расстояние удара, раздался ещё один щелчок, и куда более громкий топот, так как разгон, следом за своими сородичами, начал и цербер.
Услышав этот щелчок, гончие поджались… после чего в длиннейшем прыжке перемахнули через полукруг морских эльфов. Не все — три протазана поймали свои цели, распоров «летягам» животы.
Видя приближение гончей, я едва успел выставить перед собой клинок, на который она влетела всей своей массой, сминая и погребая меня под своим уже мёртвым телом.
Ангнисс с трудом успела вскинуть свой клинок, через который в зверя попало заклинание, и именно это её спасло. Пусть она и была также погребена, но…
В мозгу что-то щёлкнуло, а глаза начала застилать неестественная белизна, словно я увидел то, что не должно происходить. То, что невместно. То, что иначе как «праведной охотой», что преследовала бы грешника, не назвать.
Зенон чудом ускользнул от прыжка гончей, и с этой тройкой начали танцевать уже мечники, начавшие наносить выверенные и стремительные удары, не позволяя гончим приблизиться ни к кому-то из нас, ни к послушнице, ни к Зенону.
Полукруг эльфов сошёлся в бою с двумя разорителями, начав истощать их ударами с большей дистанции — длина протазанов им позволяла, как и меньший, по сравнению с демонами, размер, в комплекте с большей скоростью. Вскоре они разделились, и на каждого из демонов было по два морских эльфа.
Со злостью откинув от себя труп гончей, я отдал короткий приказ, указав засиявшим лунным светом клинком на разорителя верхом на цербере.
— СПЕШИТЬ! — это был уже не столько голос, сколько рык, на которой тут же среагировало сразу несколько являвшихся около-стрелками.
В цербера влетела сначала одна, а потом и другая стрела со стороны кентавра с полуросликом, а следом за ними, из-за моей спины, прилетел огненный шар, попавший в разорителя и взорвавшийся как маленькая граната, выбив из трёхглавого пса остатки его живучести.
Туша демона слетела с разогнавшегося зверя, и ещё в полёте прилетела «звёздочка» от одной из бестий, а я неспешно шёл вперёд, на оную, пока тот поднимался.
Демон резко вскинул голову, поймав взглядом Талфеля, от чего тот отшатнулся и тоже начал заваливаться на спину, а я, не обращая внимания на гомонящих бесов, которых уже добивали бестии, медленно шёл к нему, после чего в него попала ещё одна «звёздочка».
Я вскинул левую руку, показывая, чтобы они не вмешивалась, после чего мой голос, говорящий на чужом для всех не-демонов языке.
— Демонической мрази должно сгинуть из мира сего, — после чего активировался навык, что вызывал отдельного юнита на дуэль. — И я стану тем, кто изгонит тебя прочь.
Демон, кряхтя, поднялся, после чего последовал его ответ.
— Я убью тебя и сожру твою душу перед тем как вернусь обратно! — и с места рванул вперёд, на меня, таранной атакой.
Я видел, как он несётся, но было несложно понять, как будет нанесён его удар. Перчатки тускло сверкнули, подпитывая мой гнев и давая больше силы. Я делаю шаг в сторону и наклоняю корпус — его удар проносится мимо меня, тогда как мой, освящённый луной клинок оставляет на его боку длинную борозду, прожигая плоть демона и вызвав его рёв.
Под его удар клинком с разворота я поднырнул, оставив ещё одну борозду на его руке… и уходя вперёд, под удар его кулака, совершая рубящий удар в эту же руку, сквозь которую клинок прошёл как нож сквозь масло.
Конечность демона упала на землю, под шипящий звук, словно его рука была деликатесом, шкварчащим на сковороде.
Следующие его атаки были куда более хаотичны, но клинок, что был в его руках, был рассчитан больше под две руки, либо под верховой бой, итогом чего стало то, что я подобно своему третьему удару, поднырнул под его рукой, отрубив уже его ведущую руку и, на останавливаясь, нанёс нисходящий удар по его ноге, также рассекая и обрубая её, заставив демона упасть на землю.
— Какая же ты живучая тварь, — прошипел я, идя за пытающимся оттолкнуться от земли телом с одной ногой. — Сдохни ты уже!
Я с размаху всадил клинок остриём между лопатками демон, практически пригвоздив его к земле, но он продолжал пытаться оттолкнуться.
— Мои братья… — выплюнул он свою кровь, едва способный повернуть голову. — В сей же день они отомстят… вы все станете рабами, а ты будешь игрушкой своей матери и Христа, что будет мечтать умереть! Мы придём снова, с новым ритуалом на костях!
Видя движения его мышц и как он начал поворачивать голову, я понял, что у него завершился откат заклинания… и я сместился в противоположную сторону, сделав шаг вперёд и вдавив его голову в землю.
— Передавай привет хозяину, падаль, — рыкнул я напоследок, выпустив ему в затылок «звёздочку», после которой его тело окончательно обмякло, а пелена, что застилала мой взгляд, будто спала с глаз, и я отшатнулся, сделав шаг назад, и увидев уведомление о завершении одного квеста.
Тряхнув головой, я сделал шаг вперёд, ухватившись за рукоятку меча и вырвал его из плоти демона с чавкающим звуком, только сейчас обратив внимание на то, что уровень был повышен, принеся +1 в силу магии и весьма ироничный выбор навыков.
«Родная бюрократия» от бюрократа или «Атаман» от предводителя воров.
Бандит или честный бандит — оба навыка были нужны, и весьма сильно. Навык бюрократа ощутимо облегчил бы мне жизнь в будущем, даже очень, но… он пришёл слишком рано. Приди он на несколько уровней позже!.. Но либо сейчас, либо неизвестно когда.
Навык же из ветки воров дал бы мне нужные улучшения сейчас и на будущее, а также ещё немного улучшив отношения с гильдией воров, позволив вытягивать из них более хороших бойцов и не только.
Щека чуть дёрнулась после того, как я сделал выбор, став честным бандитом — Атаманом.
— Это было… сильно, лорд, — поддерживая нейтральный голос проговорил Талфель. — Остальные противники уничтожены.
— Да… что-то… нашло на меня, — пробормотал я, смотря на медленно гаснущий клинок. — Соберите трофеи, если у них хоть что-то было, и заверните их оружие в тряпки… — я на секунду завис, после чего дёрнулся. — Послушница, они жива?
— Все выжили, лорд, но… — лидер морских эльфов поморщился. — Это был разоритель-псарь. Его магия разума… болезненна.
Я обвёл взглядом следовавших за мной разумных. Пусть все и были живы, но… феям повезло — из-за массовости их искр, бесенята почти не могли с ними справиться. Бестии, которые вырезали большую часть бесов и приложились к убиению разорителей, также практически не пострадали, тогда как оба мечника были не слишком сильно, но покусаны.
Кентавр и полурослик отделались лёгкими колотыми ранами, которые уже перебинтовали, но я видел взгляды, которые на меня бросал кентавр. В них было не просто одобрение, в них было пламя, будто он уверился в чём-то.
Хуже всего пришлось как раз двоим — лидеру морских эльфов и послушнице, которые приняли на себя ментальные удары демона. И если Талфель сумел подняться после этого сам, пусть и не продолжил бой, то жрица приходила в сознание очень медленно.
Морской эльф прикоснулся к лунной эльфийке, что-то прошептав, после чего я увидел, как жрица вяло зашевелилась. Талфель ведь и до этого когда-то использовал исцеление, пусть и редко.
— Выпей, — проговорил он, вливая в жрицу зелье лечения, что я отдал ему ещё до штурма источника. — Станет легче.
«И ведь хранил он это зелье с того момента, так и не потратил…» — пронеслась в моей голове мысль.
И уже после зелья жрица зашевелилась куда более активно, даже порываясь встать на ноги, и что ей не дали сделать, но позволили опереться спиной о сохранившуюся стену одного из зданий.
— Лорд… — она хотела было что-то сказать, с выражением стыда на лице, в ответ на что я поднял левую руку.
— Не стоит, — после чего повернулся к собравшемуся отряду, который указание о сборе трофеев выполнил. — Эта тварь, выползшая из своей бездны, своим языком дала нам информацию. На этом острове есть ещё демоны, и, что хуже… тёмные эльфы, — если на первую часть новости реакция была равнодушной, то вот на вторую реакция у части отряда была куда более неоднозначная. — Он угрожал, что они вернутся, после ритуала на костях… — я поморщился, окинув взглядом руины этой деревни.
— Э-э… Лорд, я, это… — пробормотал Зенон, смотря в сторону. — А я, кажись, знаю где этот их ритуал может быть…
— Что? — задал я вопрос, но без какой-либо интонации, просто вперив взгляд в сатира.
— Ну, так это, я жешь рассказывал раньше, что деревень тут было, и вот, давненько как-то приходим мы, значит, далеко…
— Коротко, — обрубил я его нервное словоблудие, от чего тот тряхнул головой. — Без историй.
— Когда вы нас первый раз спасли, к нам нежить шла. Это из Старых Дубков. Деревня на северо-западе острова. Я узнал несколько трупов.
— На костях, значит… — я вздохнул. — Сколько туда идти?
— Неспешно часов пять… — потёр он затылок. — А если побыстрее, то часа за три-четыре домчать можно.
Я повернул голову к кентавру, у которого уже горели глаза от предвкушения. И даже больше — он нетерпеливо скрёб копытом землю.
— Эгис?
— Хоть сейчас туда, вождь. Только дай приказ… — он с дрожью выдохнул, сжимая в руках свой лук, который, к счастью, ещё не сломался.
Пройдясь взглядом по отряду, я вновь остановился на жрице, которая вновь зашевелилась, порываясь встать, и ей снова не дали это сделать.
— Эгис, ты сможешь помочь даме в беде? — я чуть покосился на послушницу, а в неё вперился взглядом кентавр. — Её не оставить тут, а прибыть туда нам бы побыстрее…
— С-с-с… ладно, — он тряхнул головой, явно переборов свою гордость. — Я буду везти её, а не она поедет на мне. Но потом слезет и обратно пойдёт сама.
— Вот и славно. И ждать нас будет… славное место, — моя ухмылка была кривой, но кентавр её оценил.
— Лорд, вы уверены… — начал было Талфель, но прервал сам себя. — Не важно. Я уверен в Вашей оценке. К выходу!
От его окрика вздрогнули даже мои лунные, дёрнувшиеся чтобы пристроиться к морским эльфам, но вовремя остановившиеся. Я быстро сгрёб трофеи, среди которых единственной ценностью, не считая трофейные инфернальные мечи, было золото с седельных сумок цербера, в размере пары тысяч монет.
Трезубцы бесов были из столь паршивого металла, что его не вышло бы пустить даже в переплавку, а потому, мы спешно выдвинулись в сторону Старых Дубков.
******
Марш.
На этот раз мы не просто «быстро двигались», как до этого.
Направление нужного нам пути знала практически половина нашего отряда, хотя в деталях его понимала лишь тройка — Зенон, Гильдебранд и Эгис. Этого, впрочем, было более чем достаточно.
И в этот момент, когда мы в очередной раз делали столь длинный переход, я начал улавливать забытую мной эльфийскую проблему — низкую выносливость у героев и сложность её улучшения, на фоне иных рас.
Спустя сорок минут этого полу-бега, я ощутил, как моя выносливость меня постепенно покидает. Даже полученная ещё одна единица выносливости ситуацию не исправляла — дыхание начинало сбиваться, а активация пояса становилась всё ближе, а тратить его способность лучше было бы в бою.
— По… помедленнее… — Ангнисс уже начало шатать из стороны в сторону.
Этот темп оказался для неё слишком тяжёлым. Я же прикинул время, которое у меня осталось до конца дня… и пришло понимание, что времени очень даже в обрез.
Наш отряд остановился, пока все, а особенно мы с Ангнисс и Зеноном, переводили дух, готовясь к продолжению этого марша.
Самыми хитрыми оказались феи и Хати — феи позволяли себе приземляться на спины морских эльфов, что отличались куда большей силой, нежели мы все, а Хати с одной из оных спин даже не слазил.
Послушница, бывшая всё это время на спине кентавра, спрыгнула с неё. Её вид был уже куда более живым, нежели в руинах деревни. Глаз отличил её лёгкую бледность, что, не будь я сам из тёмных эльфов, пусть и не полностью, я вряд ли бы заметил.
— Я могу двигаться сама, лорд, — её голос был ровным, почти ничего не выражавшим. — Твоей сестре лучше занять моё место.
— Я не согла… — лицо Эгиса недовольно дёрнулось, после чего он перевёл взгляд с меня на Ангнисс и обратно. — Вождь, я…
— Я не буду приказывать, — прервал я его. — Но я попрошу.
— Лох’т… — проскрипел его голос.
— Что делает табун, если ему угрожает опасность? — вкрадчивым голосом продолжил я. — Бросает тех, кто отстал?
Кентавр молча смотрел, понимая, что я пытаюсь в нём задеть. На его лице отражалась борьба со своей гордыней, а я продолжил.
— Мы же выступаем как те, кто защищают весь табун. Быть может, эти демоны расползутся по этой земле, затаившись. Сколь многие тогда погибнут? Иль быть может, они выждут, когда мы будет в бою с цвергами, вырезав всех, кто останется в замке… — я повёл рукой, мол, что уж там. — Вот Зенон, каковы шансы у сатиров продержаться денёк против демонов, когда мы вернёмся?
— Ну лорд, о чём ты… — рогатый махнул рукой, даже не ответив.
— Бес с тобой… — буркнул кентавр. — Только их.
— Тогда… мы с Зеноном отдышимся и двигаем дальше.
Слава всем богам и героям, что стояли у истоков этого мира — выносливость возвращалась куда быстрее, после чего мы вновь ринулись в сторону уже разрушенной деревни.
По пути пришло уведомление о том, что строительство кузни было завершено, а следом за ней отправилась на постройку оружейная — последний, по сути, шаг перед минотаврами.
Чем дальше мы продвигались, тем тише становилось окружение. Постепенно исчезали обычные звуки леса — мы перестали видеть мелких зверьков, птицы прекращали щебетать… да и появлялся ощутимый запах серы.
«Далеко очень много серы,» — в очередной раз предупредил маленький волк, тихонько тявкнув.
Мы замедлились, начав двигаться куда более скрытно. Полученный навык «атамана» распространялся и на ближайших ко мне бойцов, позволяя тем куда лучше использовать местность для маскировки.
Чем ближе мы подбирались к деревне, тем более пустынной выглядела область. За разведку уже в основном брались мечники, чуть отдаляясь от нас. Самой же большой проблемой был… Эгис. Рассчитывавший на новый, прямой бой, и вынужденный прятаться в самом большом кусте что мы нашли, пригибаясь и скорчившись в три погибели.
Окружённая пожжённым частоколом деревня могла бы выглядеть заброшенной… если бы не звуки гомона, что доносились изнутри. Догадаться кто это был не составило труда — столько шума, из живой силы, могли вносить либо празднующие сатиры, либо бесы.
До частокола мы добрались без проблем, после чего один из мечников, к зрению которого я подключился, прильнул к небольшой щели в заборе, всматриваясь вовнутрь деревни.
Посмотреть же там было на что. Деревня была выстроена в «грушевидной» форме, где в центре оставалось пустое пространство, как для торжища, так для чего-либо иного. Сейчас же там было нечто совершенно иное — помимо мельтешащих бесов, там была ослепительной красоты женщина, как-то особо любовно прильнувшая к закованному в латы рыцарю, что стоял, уперев меч в землю. Позади них стояло два разорителя — таких же демонов, как мы видели раньше.
Ещё в этом же месте были три другие фигуры, прикрытые балахонами и двое из которых чертили какую-то фигуру, но глаз мечника уловил важную часть — цвет кожи. Тёмный, как и у него.
С этого расстояния он мог разглядеть, что женщина, висевшая на рыцаре, периодически что-то говорила, чуть поводя рукой в воздухе, как бы повторяя формы начертанной фигуры, но с такого расстояния было невозможно понять, о чём между ними шла речь.
Отключившись от его зрения, я жестами показал, что двигаемся за стенами, ближе к области ритуала, чтобы его, впоследствии, прервать. Кентавр с полуросликом, стоявшие «в засаде», медленно двинулись к нам, стараясь не вызвать слишком много шума.
Когда мы приблизились, я отдал краткие распоряжения, очертив расположение противников.
— Первой необходимо убрать фигуру, что ничего не делала. После неё — женщину и рыцаря, вместе с двумя фигурами что чертили ритуальную фигуру.
Мечники перехватили свои арбалеты, а жрица, несмотря на всё ещё имеющуюся некоторую бледность, кивнула, принимая указание. Бестии, обе, подготовились также использовать доступные им заклинания.
Эльфы подготовились к тому же трюку, что и был использован при штурме орков.
Подцепившись за края частокола, и получив сигнал, я вместе с пятерыми лунными эльфами резко подтянулись, и в общем гаме бесов прошёл сдвоенный звук спущенной тетивы, после чего оба мечника тут же нырнули вниз, чтобы спешно перезарядить свои арбалеты.
Арбалетные болты вонзились в чертившую на земле знаки фигуру, тогда как «звёздочка» от жрицы попала в бездействовавшую фигуру в балахоне, вокруг которой тут же вспыхнул барьер тёмного цвета, но фигура обмякла, упав лицом вперёд.
Я вместе с бестиями направили свои заклинания в женщину, что была рядом с рыцарем — та начала трясти головой и пытаться протереть глаза, будто в них что-то попало, а её внешность слегка поплыла.
Рыцарь тут же сделал шаг вперёд, прикрывая свою спутницу, а из его вскинутой руки вылетел… ледяной дротик?
Он врезался в жрицу, заставив её дёрнуться, но она ещё была жива, после чего уже в рыцаря отправилась ещё одна «звёздочка», от которой он отшатнулся, всё ещё прикрывая свою спутницу.
В этот же момент через стену перемахнула пятёрка морских эльфов, и, стоило им приземлиться, как они отправили в полёт имевшиеся у них дротики, после чего ринулись вперёд, не давая времени противникам перегруппироваться. Следом за ними рванули и бестии.
Мечники, вновь подтянувшиеся, разрядили свои выстрелы в ту же фигуру, после чего перемахнули через забор, также обнажив клинки. Раненая скинула свой плащ и вытянула парные сабли.
Бестия.
Феи парили рядом со жрицей, готовые охранять её от начавших взлетать бесов, а я отправился следом за мечниками… и уже приземлившись понял фатальность нашей ошибки.
Фигура что завалилась, упала вперёд. Небольшое движение её руки было не столь заметно — оно легло ровно на вычерченные линии на земле, которые сразу после этого вспыхнули.
— ДОБИТЬ ЛЕЖА!.. — но мой голос утонул в чавкающем звуке, который издало существо, что начало вылезать из центра магического круга. — ВСЕ НАЗАД! ОТСТУПИТЬ!
Морские эльфы, несмотря на свой рывок, остановились как вкопанные, после чего начали достаточно быстро пятиться назад, выставив свои щиты, тогда как бестии и мечники сделали это с ощутимой задержкой.
Из магического круга выползала огромная фигура йеркхола, тягучая, зелёная тянущаяся масса, бывшая одним из двух страшнейших монстров тёмных эльфов паучихи.
Его призыв был не быстрым, и каждый мог разглядеть это отвратительное существо, принимавшее недо-гуманоидную форму, которая ни на секунду не переставала менять свои очертания, сохраняя лишь общий вид фигуры.
Раздался звук пробиваемого частокола, в который врезался удерживавший щит кентавр, своей таранной атакой, после чего бросил ненужный ему предмет и потянулся за луком.
Раздался щелчок лука от полурослика, что с запозданием понял, кого призвали сюда, а кентавр лишь вскинул лук, стрела из которого, к моему счастью, врезалась в лежавшую фигуру, вокруг которой снова полыхнул щит… но она перестала шевелиться.
Раздалось ржание адского коня, который подскочил к своему хозяину, и на которого одним движением вскочил рыцарь.
Со стороны послушницы вновь полетели «звёздочки» — её энергия была на исходе, но одна из бестий, понимавшая что шансов без магии у нас мало, также отступила за морских эльфов, начав с куда большими, нежели у послушницы паузами, отправлять «звёздочки» в монстра.
Мечники вновь достали свои арбалеты — вот честно, им явно надо было становиться скаутами, — и также далеко ушли за строй морских эльфов.
Бестии паучихи ушли в самоубийственную атаку — они понимали, что без своей жрицы они тут никому не нужны, и станут для демонов лишь игрушкой, да и вернувшись к себе их вряд ли бы простили.
Йеркхол быстро, особенно для своих размеров, растворяя почти всё что попадало под его фигуру и двигался в сторону морских эльфов, выпустив вперёд себя облако яда, полетевшее в них ещё быстрее чем он. В него влетело ещё две «звёздочки» от жрицы и одна от бестии… после чего в него на нём взорвался и огненный шар, отправленный Зеноном из-за наших спин.
— В СТОРОНЫ, ОТ ОБЛАКА! НАЗАД! — повторил я приказ, отправив в монстра и свой заряд магии, имевший куда более скромный эффект и, по сути, сбегая в проулки между домами, уходя с линии ядовитого облака.
Ни капли стыда или чего-то подобного — йеркхол был лишь на одну ступень ниже драконов и архангелов, и любая его атака, да даже просто нахождение рядом с ним, станет для меня или Ангнисс, как и для жрицы, смертельным.
Раздался звук падения одной из стен, мимо которой прополз демон паучихи.
В щель в стене просочились оба мечника, а следом за ними и бестии, одна из которых, вместе со жрицей, отправили ещё по заряду магии в демона, после чего начали движение, вместе с Зеноном и Ангнисс, за пределами частокола, в сторону.
Морские эльфы… ушли в сторону, в эти же проулки. Они не просочились за лунными, а ушли в сторону, оттягивая внимание демона на себя, пока тот пытался попасть своими ядовито-кислотными снарядами по ним.
Самое не-живучее звено ринулось в сторону, обходя периметр деревни и готовясь войти в неё снова.
Я слышал звук копыт позади — Эгис с Гильдербрандом также верно оценили потенциал проблем, двигаясь за мной… и за рёвом демона я едва услышал звук других копыт.
Лишь из-за удачи и спешки рыцаря я сумел избежать таранной атаки копьём, но меня грудью сбила демоническая лошадь, встав надо мной на дыбы. От удара копытами я уклонился, откатившись в сторону, но рыцарь занёс своё копьё, и от него я уже не успевал увернуться.
Но раздался новый боевой клич — Эгис, вылетевший следом за мной, совершал тоже самое, что и рыцарь до этого. Копьё кентавра, что тот второй раз на моей памяти использовал, вонзилось в лошадь рыцаря, пробивая её корпус, но кентавр на этом не остановился.
Его туша влетела в начавшего хрипеть демонического коня, просто откидывая его вместе с рыцарем от меня, а в грудь кентавра врезался, на этот раз, шар огня, отправленный падающим рыцарем.
Однако это кентавра только взбесило.
Гильдербранд, несмотря на тряску, сумел выпустить стрелу в голову коня рыцаря, добив того, но вот кентавр, получив урон магией, рассвирепел. Придавленный тушей кошмара рыцарь попытался было выбраться, но через него перемахнул кентавр, после чего началось избиение.
Он начал колотить его копытами по груди и шлему, пока рыцарь пытался прикрыться руками, но постепенно тот ослабевал, пока его тело не обмякло.
Поблизости раздался булькающий рёв призванного демона и вполне отличимый выкрикнутый приказ Талфеля:
— В атаку! Пленных не брать!
После этого всё завертелось как в карусели.
Феи гоняли паниковавших бесов, которые не могли им составить конкуренцию в воздухе, а бестии приняли смерть в ближней стычке с морскими эльфами, которые просто зажали их в клещи. Разорители, оставшиеся без командира, также ринулись в самоубийственную атаку — уж им-то особо терять было нечего.
Опасный момент был для Яхеля — женщина, оказавшаяся суккубом, использовала против него ментальный удар, схожий с тем, что в прошлой деревне использовал демон, но суккуба добила уже бестия, сначала вошедшая с ней в дистанцию ближнего боя… а позже просто в упор использовавшая «звёздочку» — это развоплотило демона.
А йеркхол, как я узнал лишь немногим позже, был добит всё той же бестией с её «звёздочкой», так как в тот момент он был уже на издыхании.
Выживший был только один — оглушённый Эгисом рыцарь, которого обезоружили, обезбронили и связали.
Невозвратных потерь не было — слегка опалённые и поколотые бесами феи и прожжённые ядом и кислотой морские эльфы проводили стандартную — для них — помощь раненым, в ряды которых попали и мечники, умудрившиеся как-то поймать по кислотному плевку, да и Эгис, который пусть и был обожжён пламенем рыцаря, но и являлся самым довольным из всех находившихся здесь.
Пришло уведомление о закрытии второго этапа квеста Лорелей, связанного с демонами. Вопрос был только в другом… как они сюда, чёрт возьми, попали? И как демонологи договорились с тёмными эльфами?
******
Информация, полученная из допроса, откровенно не радовала. Христ, пленённый рыцарь, оказался сторонником того тёмного рыцаря, что занимал ныне мой источник, но обратившийся, в итоге, к другим силам.
Те проявили больший интерес к использованию нежити, тогда как этот тяготел к демонологии… и сумел призвать, отколовшись от остальных, сначала нескольких демонов, а чуть позже, использовав иные жертвы, призвал и куда больший отряд.
Позже, будто взявшиеся из ниоткуда, с ним вышли его «единомышленницы», как он считал, оказавшиеся той самой жрицей паучихи и двумя бестиями. Они сделали ему интересное предложение, от которого тот не смог отказаться, а его спутница это лишь одобрила.
Помимо иной информации, самым важным из полученного нами было то, что он был не последним. Ещё несколько агентов ушли на запад — в людской городок, и что с ними, он сказать не мог.
Оставлять его в живых не было какого-либо смысла. Пытаться его переучить — тоже. Я добил его, пожелав оказаться где-нибудь в геене, где ему наверняка будут рады.
Обыск деревни на предмет ресурсов и трофеев подарил мне некоторую радость, так как тут был неплохой склад с деревом и камнем, содержавший по пять мер каждого из этих двух ресурсов, а в особо большом доме, предположительно бывшим домом старосты, был обнаружен ещё и тайник с четырьмя тысячами золота, что перекочевал в мою сумку.
Однако, существуют и трофеи, которые очень легко могут не то, что порадовать, а расстроить от их наличия. Точнее, то, чьими они являлись.
Я бы и не обратил особого внимания на ту мелочёвку что с них сняли — у жрицы с собой была скромная тысяча золотых и горстка драгоценных камней, помимо украшений, но Ангнисс, увидев их, буквально вцепилась в оные, смотря столь шокировано и удивлённо, что мне пришлось её чуть потрясти за плечо.
Ответ добавил угнетённости и мне — я искренне надеялся, что ничего подобного не будет, но… это были украшения одного из домов тёмных эльфов. Дома, который я надеялся не встретить, либо встретить крайне нескоро.
Оуссррет. Наследники Пустоты.
Дом, из которого мы бежали. Дом, который если до нас доберётся, то лучшее на что мы сможем рассчитывать — это война на уничтожение.
И, что хуже, они были готовы сотрудничать с демонами, как и те с ними… по крайней мере, мне хотелось надеяться, что это лишь такой уникальный случай.
Угнетённость, помимо «трофеев» с тёмных эльфиек, вызывало только одно — времени на возвращение домой было уже не впритык. Его не хватало. Я тяжело вздохнул.
— Лорд? — задал вопрос Талфель, бывший это время рядом.
— Талфель, ты умеешь телепортироваться? — задал я вопрос, заранее зная ответ.
— Боюсь, что нет, лорд, — с небольшой паузой ответил тот.
— А надо, чтобы мог… — я грустно хмыкнул, понимая невозможность своего требования. — Мне нужно обратно в замок.
— Если позволите, лорд… — прокашлялся он. — Здешние жители явно промышляли рыболовством. На одном из складов есть сложенное судно.
— И?
— Мы можем доставить его до ближайшего пролива, а оттуда сплавиться по течению.
— Мы сэкономим силы, но ско… — я увидел чуть приподнятые уголки губ Талфеля. — Ты можешь.
— Я могу, лорд, — кивнул он. — Течения вод всегда благоволят нашему народу.
— Тогда собираемся. В то судёнышко поместимся мы все?
— Боюсь, что нашему четырёхногому спутнику будет некомфортно, но… если ужаться — все.
— Тогда… — я обвёл взглядом свой отряд. — Несём судно до воды, и сплавляемся. Нужно успеть до ночи. Луна… — я, чуть поморщившись, поднялся. — Благоволит нам.
******
Судно, которое они нашли, оказалось каким-то вариантом дау, большой рыбацкой лодки, с чуть более широким и длинным корпусом и двумя небольшими мачтами, а также наличием нескольких мест под вёсла.
Потеснившись, из-за размеров Эгиса, который резко занервничал, когда пришло время подниматься на судно, мы кое-как уместились на этом судёнышке. Четвёрка морских эльфов села за вёсла, а Талфель переместился ближе к корме, после чего мы отчалили.
«Начало флота Луны положено» — пронеслась ироничная мысль.
Гильдербранд сидел рядом с кентавром, а Хати устроился прямо под боком у Эгиса, угревшись и заснув. Одного из мечников загнали на верхушку мачты — наблюдать за окружением… хотя, по факту, это было просто для экономии места. А эльф — перетерпит, и вообще, задача эта была крайне важной.
Морские эльфы взяли удобный для них темп, и с учётом ветра могли потенциально разогнать очень достойную скорость, с которой мы добрались бы до дома на пару часов быстрее, чем если бы рванули обратно пешком…
Однако, когда мы вышли на середину пролива между островами, Талфель сконцентрировался, произнося заклинание. Стоило ему закончить, как вода будто изменила своё течение, от чего корабль начал постепенно ускоряться, набирая всё большую и большую скорость.
Когда мы достигли, с учётом скорости от вёсел и лёгкого ветерка, вкупе с этой магией, скорости хорошего такого, быстрого бега человека, я с нескрываемым удивлением посмотрел на Талфеля.
— Среди каждой команды корабля есть минимум один из тех, кто владеет столь базовым заклинанием, — как ни в чём ни бывало ответил он на невысказанный вопрос. — Если же подобным заклинанием владеет теург, звездочёт, либо океанос… то, что есть сейчас, не назвать даже дешёвым фокусом.
Мне осталось только кивнуть на его слова, принимая подобный ответ. Он был более чем логичен — коль они морские, и упор на море, будет не удивительно что подобное заклинание для них что-то базовое, примитивное и распространённое.
Помимо этих мыслей, я оглядывал места, рядом с которыми мы проплывали, но чем-то особым они не выделялись. Лишь один раз, когда мы уже подплывали к «морскому перекрёстку», мой взгляд зацепился за странный сад на чужом берегу, рядом с котором были крайне старые руины. Сделав отметку на карте, я сделал заметку уже для себя — это как раз был остров, что, по идее, был под властью людей, которые сейчас должны были схлестнуться с ящерами…
Приближаясь к перекрёстку, течение начало чуть вилять, и на новый взгляд Талфель пояснил, что тут много скал что скрыты под толщей воды, но он с этими местами достаточно знаком.
Проплыв северный перекрёсток, мы добрались до руин моста, о котором нам говорили, казалось, едва ли не в прошлой жизни — тот действительно был обрушен грубой силой, и единственной таковой могли быть разве что почившие змеи.
Местность рядом становилась всё более и более знакомой — я понимал, что по левую руку, в нескольких километрах, будет та самая лесопилка, у которой мы уже сегодня были, а проплыв ещё дальше, мы приблизимся к мосту неподалёку от поляны Лорелей.
Мы причалили в достаточно густых зарослях, сняв мачты и закрепив кораблик на месте. Занял же весь этот путь… меньше двух часов, против часов эдак шести-семи только до моста!
— А заклинание на драккаре ты не использовал, чтобы не слишком облегчать скандинавам жизнь? — с лёгкой иронией спросил я, когда мы спустились на сушу.
— Я не мог быть уверен, в каком статусе мы окажемся после, — отозвался Талфель.
Эгис с огромным облегчением вернулся на землю, после чего полурослик вновь устроился на нём, и мы направились уже в сторону замка… и самым главным было то, что теперь мы успевали добраться до него.
Эта же часть пути, как и ранее, не выделилась ничем, кроме того, что мечники, исполнявшие роль псевдо-скаутов, подстрелили несколько кабанчиков, которые также были забраны как полезный, и очень кончающийся, ресурс.
А события внутри моего постепенно растущего поселения… крутились своим чередом.
Сатиры, под руководством трактирщика, работали над его кабаком, пока он ещё успевал отпускать вино скандинавам, некоторые из которых даже периодически помогали сатирам с переноской, беря в оплату скромную кружечку вина или пива. Морские эльфы, при этом, стояли в стороне.
Наше возвращение не было встречено, по сути, никак. Вернулись и вернулись, чего бухтеть-то?.. Однако на пороге донжона меня уже встречала Джаэлькира, выглядевшая куда более «живой» нежели этим утром.
— Рада приветствовать Вас в Вашем доме, мой лорд.
— И я тоже рад вернуться, ты не представляешь как… — вздохнул я. — Надеюсь, ты сумела отдохнуть, потому что работы будет очень много.
— Я внемлю Вашим приказам, — склонилась она в поклоне.
А мне осталось отдать ещё один приказ, о подготовке ещё одного, на этот раз ещё большего, пира… так как буквально через несколько часов нас станет многим больше. И это надо будет дополнительно отмечать и проконтролировать расход пищи и не только…
Она стоически приняла весь список указаний и, уточнив, нет ли каких-то дополнительных, удалилась. После этого незаметное население донжона зашевелилось, и работа внутри закипела.
Я сгрузил все полученные в этом заходе материалы на склад и, сев за стол в нём, призвал своих первых и, по сути, главных наёмников, на плечах которых я и поднялся, захватив ту часть территорий, что нас окружала. С небольшой паузой после этого я отправил тот же призыв феям и Эгису с Гильдербрандом, так как с ними всеми стоило расплатиться заранее. Фей и Эгиса чуть позже я переведу в «основной состав», выведя их из ранга наёмников, а вот все остальные…
Понемногу я извлекал мешочки с деньгами, группируя их на столе в той же очереди, что и нанимал разумных к себе. В самом начале рука чуть дрогнула, но я сказал себе — «так надо». В конце концов, сделано было куда больше, чем я рассчитывал, а высказать благодарность проще всего именно таким образом.
К тому же, раздавать зарплату посреди будущего события будет не самым лучшим решением, а её выдача на следующий день — уже нарушением, чего я хотел избежать.
Я набросал три однотипные бюрократические бумажки о премировании, скрепив их печаткой — требовалось лишь получить три подписи, чтобы мне капнул опыт. Девять мешочков с золотом лежали на столе, дожидаясь своих будущих владельцев. Они же и постепенно прибывали — первыми, как и ожидалось, явились эльфы и феи, а следом, неспешно, прибыли и кентавр с полуросликом.
— Ждём приказ, лорд, — отчеканил Талфель, за которым стояла изначальная тройка. Феечки, парившие рядом, также что-то пробубнили, но не более того.
— Первый приказ — расслабьтесь, — я хмыкнул, видя понимающий взгляд морского эльфа. — А второй — принимайте заслуженную награду. Талфель… — я указал на четыре отдельно стоявших на столе мешочка. — Это ваше.
Лидер группы морских эльфов взял мешочки, после чего его взгляд тут же метнулся в мою сторону.
— Тут больше, чем было уговорено, лорд.
— Больше, — кивнул я. — Это моя благодарность за то, что вы были с самого начала, не нарушили уговор ни словом, ни делом, и показали себя исключительно с лучшей стороны, — я встал со скрипнувшего стула, после чего продолжил. — Будь все, как вы — я обвёл рукой эту комнату, как бы отмечая каждого кто здесь был. — Мир был бы лучше. Не каждый способен на честность, не каждый способен на такую самоотверженность. Пусть не со всеми здесь наши встречи были просты или мирны, но мы сумели пройти сквозь всё, что нам предначертала судьба до этого момента. И поэтому… я настаиваю, Талфель.
Тот кивнул, взяв мешочки с деньгами и поставил закорючку, после чего передал их своим товарищам. Я отметил повысившийся уровень отношений как от него и Яхеля, так и от Эгиса с Гильдербрандом, пусть у тех и в меньшем объёме.
— Леди, — провёл я рукой в сторону трёх мешочков. — Вы также показали себя исключительно хорошо, пусть мы и не столь часто говорили с вами. Но я не мог не отметить ваши старания, и потому там также несколько большая сумма, нежели было уговорено.
Феечки поставили закорючку и ухватились за причитающуюся им награду, вразнобой поблагодарив меня, а я перевёл взгляд уже на оставшуюся парочку, что терпеливо ждала своей очереди.
— Гильдербранд, Эгис… ваши старания также сложно переоценить. Как в бою, так и вне его — я рад, что мы с вами на одной стороне. В последней же деревне… — я покачал головой. — Если бы не ты, Эгис, меня бы убили.
— Моя служба, вождь, — кратко проговорил он, но едва заметная тень улыбки на его лице читалась. Ему было приятно.
— В конце концов, для того мы с тобой и пошли. Ты и сам себя показал неплохо, лорд, — полурослик чуть повёл плечом, подойдя и поставив подпись за себя и Эгиса. — Потому буду рад сотрудничать и дальше, но уж не на поле боя. Староват я стал для этого.
— Я понимаю, — после того как они забрали причитавшееся им золото, я продолжил. — Однако у нас с вами ещё длинный путь впереди. Леди, Эгис… со следующего дня, я предлагаю вам перейти под мой флаг, не как наёмникам.
— Мы согласны! — озвучила Сивелла их общее решение, а кентавр просто молча кивнул.
— Прекрасно. Раз так… то я не смею вас более задерживать. В конце концов, совсем немного осталось до восхода Луны… — проговорил я, невольно подняв взгляд вверх, несмотря на наличие потолка.
Надолго задерживаться они не стали, да и мне следовало отметиться у жрицы, что я здесь и закрыть квест, получив остаток опыта для уровня. С учётом всей той волокиты, демонов, пары пусть и мелких, но этапов квеста… я поморщился, понимая, что войну с цвергами придётся начинать не просто быстро, а ОЧЕНЬ быстро. Опыта уже начинало не хватать.
На всякий случай призвав Ангнисс, я отправился к подземной части алтаря. Мои бестии и жрица находились там же — им ещё предстояло продолжить привыкать к мультирасовости моего замка, но на данный момент они предпочитали подземное уединение у алтаря.
Хеллара, как и ожидалось, также была у алтаря. На этот раз она уже была в молитве, которую мы с Ангнисс не прерывали, поминая сокровенность данного действа, и сами склонились в короткой молитве перед богиней.
— Ты вернулся, лорд, — констатировала она с некоторым неудовольствием.
— Вернулся, Хеллара. Если я говорю, что что-то сделаю — я это делаю.
— Я сделаю обещанное. Поселенцы прибудут к тебе сразу после ритуала, но ты, как я понимаю, никуда уже не выдвинешься.
— Именно так. Луна обещает быть особенно красива, и негоже будет пропустить восславление её.
— Я буду ждать твоего выступления, лорд… жрец, — после небольшой паузы добавила она. — Увижу своими глазами благодать богини.
— Да будет так, Хеллара. После того как явятся переселенцы, мы все воздадим хвалу нашей богине, и этот момент станет новой страницей для этих мест.
На её лице появилась чуть горькая усмешка, но на это она ничего не ответила.
— Я бы желала остаться одна, в молитве богине, — произнесла она спустя десяток секунд. — Если позволишь… жрец.
В ответ на её просьбу я только кивнул, после чего мы с Ангнисс удалились. Окончание этого диалога принесло закрытие квеста и порцию опыта, которой хватило для повышения уровня, что дало мне по единице в устойчивость к откату, ловкость и ментальную выносливость, а также выбор между зачастившим «предводителем воров» и, на этот раз, «мастером-стрелком». Выбор между «Мастером шпионажа» и «Стрельбой в движении» был более чем очевиден — первый мне пригодится очень скоро, а вот стрельба в движении… когда-нибудь, но не прямо сейчас.
Примерно полчаса я уделил последующему написанию тройственного союза — слава тем, кто дал возможность делать шаблонные документы и автоматически их заполнять.
Остальная же подготовка к вечеру шла своим чередом — слуги из донжона шныряли туда-сюда, столы постепенно накрывались, а скандинавы и морские эльфы готовились ко второму акту. На этот раз приготовлено было больше, особенно с расчётом на тех переселенцев что прибудут.
Пока время тянулось, я присоединился к относительно молчаливой компании легата и ярла. Уже втроём мы наблюдали за этим шевелением, и это вызывало что-то тёплое где-то в глубине души.
Не только то, что мы управляем, не то, что мы на верхушке… а скорее то, что есть из-за чего нам стремиться ввысь.
Мы медленно потягивали вино, а хворост, который собирали в огромный костёр, постепенно рос, как и небольшие подмостки для выступления. Джаэлькира двигалась, раздавая указания более младшим слугам и сатирам что попадались ей под руку, и один раз прилетело даже Зенону, от чего тот поспешил ретироваться.
Но время, к сожалению, течёт не переставая — приближалась полночь и время прибытия. Я подал несколько знаков и указов как Джаэлькире, так и нескольким другим разумным, после чего я направился к этим подмосткам.
Пиршество началось, и вместе с ним поднялся небольшой гомон. Скандинавы оному были только и рады, как и сатиры, тогда как морские и лунные эльфы сохраняли подобие нейтральности и сдержанности.
К этому моменту Хеллара и её сопровождающие в виде бестии и скаута поднялись наверх, держась от всех отстранённо. Некоторое время понаблюдав за окружающими, они направились к порталу лунного света — именно ей предстояло активировать его, для прибытия новых поселенцев.
Я в последний раз в этом дне отпил вина из чаши, после чего сделал долгие вдох и выдох, готовясь к произнесению речи, и призывая Хати и Ангнисс. За сегодня это будет уже второе использование «пропагандиста», при том, за весьма короткий срок. Премии — это, конечно, не награждение медалями, но всё же.
А сейчас и вовсе, нужно сделать речь, которая подойдёт и морским, и лунным, и зверолюдам, и скандинавам… пусть и большинство и так настроены ко мне достаточно положительно. Но коль есть возможность, то почему бы и да?
Пока Хеллара активировала портал, мы медленно поднимались на подмостки. Не заметить это было сложно, от чего гомон несколько уменьшился, и внимание перенеслось на нас с маленьким волком. Оставалось совсем немного времени.
К моменту, когда мы встали в центре, портал вспыхнул, и из него начали медленно выходить новые лунные эльфы, что говорило о наступлении нового, уже восьмого, дня. Я активировал и свой призыв — из кабака начали также выходить три десятка сатиров, которые начинали понимать, что их призвали на празднество, и начали активно приближаться к столам, а из портала, следом за мирными жителями, вышел ещё десяток лунных эльфов, но на этот раз уже моих.
— Я хочу поднять эту чашу и воздать хвалу Богине за то, что она позволила нам всем собраться здесь, — начал я, вздымая кубок. — За то, что мы сумели объединиться и стать больше чем просто временными союзниками.
Какие-либо звуки затихли. Взоры переселенцев, лунных эльфов, сатиров и тех, кто уже был за столами, устремились на меня, пока я говорил.
— Каждый из нас уникален, у каждого свои обряды, истории, традиции, гордость… и далеко не всегда наши предки и мы сами жили в мире, но сейчас всё иначе. Даже боги благословили наши усилия, когда прошлой ночью ниспослали нам знамение, — я протянул левую ладонь в сторону Рэндалфра и Эйлелы. Начал подниматься одобрительный гул от скандинавов, тут же прервавшийся как я продолжил говорить. — Но даже против такого могут выступить глупцы, что живут в горах, — мой взгляд увидел среди сатиров пернатую фигуру, в сторону которой я повернул руку. — Цверги, злобный подгорный народ, что сломил тех, кто раньше жил здесь. Они вновь подняли голову, они атаковали НАС, и они не желают жить в мире и спокойствии, и более того, они пожелают истребить или поработить всех, кто этому попытается воспротивиться. Они уже начали войну — не только со мной, но и с теми, кто живёт на этом острове — они пытались добраться до Сосновки, совершают набеги на племя гарпий и пытаются пройти под землёй, чтобы добраться до нас.
Теперь уже гомон поднимался более воинственный, также исходивший от скандинавов и, на этот раз, сатиров. Пара мечников, что были со мной с момента их призыва, также присоединились к этому.
— Объединившись в один кулак, мы сумеем сломить их! И этим мы дадим этим местам то, что они и все находящиеся, живущие здесь, заслуживают — МИРНУЮ ЖИЗНЬ ДЛЯ НАШИХ ПОТОМКОВ!
Рёв за столами всё нарастал, и даже морские эльфы, пусть и оглядываясь на своего легата, постепенно присоединялись к этому. Я же продолжал повышать голос, чтобы перекрывать рёв этой толпы.
— Каждый из нас несёт ответственность за тех, кто находится за его спиной, за своих людей, за своих родных, за свой народ, за землю, на которой он жил! — в моём голосе появлялось всё больше огня, противиться которому я уже не мог… и не хотел. — Но мы уже сделали первый шаг, сплотившись вместе, и взяв ответственность за тех, кто рядом! Мы — щит и меч, что способны сразить и защитить тех, кто за нами!
Луна, выходившая из-за облаков, начала падать на подмостки на которых я стоял, выделяя мою фигуру, речь которой было уже не остановить, хоть я и ощутил какую-то вспышку чуть позади себя.
— Посмотрите на тех, кто рядом с вами! Эльф ли это, скандинав иль зверолюд — это уже не важно! Мы все здесь, на одной стороне, и если мы пойдём вперёд, плечом к плечу, то все угрозы, что здесь есть, падут пред нами! — вознеся кубок вверх, я дополнил это последними словами. — И потому, я призываю вас, ни шагу назад! Мы защитим наши земли, наших родных и нашу свободу… — набрав в грудь воздуха я издал последний призыв. — И пусть наши имена запомнят навеки, как тех, кто вознёс эти земли!
Мои последние слова утонули в одобряющем рёве, казалось, всех кто находился здесь… и более того, за моей спиной раздался вой, который я так долго ждал. Вой белого волка, который скандинавы поддержали особо рьяно.
— Ты не представляешь, как долго я ждал, — Хати сделал шаг вперёд, и мы с Ангнисс положили ему руки на голову, коротко погладив.
— И теперь, уже я смогу защитить вас, — с лёгким рыком раздался его голос, и на этот раз не в моей голове, а вслух.
Я же перевёл взгляд на переселенцев, что в крайней степени удивления взирали на то, что сейчас было. Мне осталось только повести рукой в сторону столов, мол, «наш стол — ваш стол», что подействовало и они постепенно начали отходить от удивления и присоединяться к пиру.
С лёгким ужасом я отметил количество уведомлений о повышении уровня отношений, и там я заметил даже имя Белглота, не говоря уже о тех, кто присутствовал здесь не скрываясь.
Однако вместе с этим, особо ярко пылали уведомления от всей троицы богинь, которые в едином порыве оценили то, что было мной сказано.
Спустившись с подмостков, морально уставший, но воодушевлённый, я столкнулся с Хелларой, что неслышно приблизилась к нам.
— Это была… неплохая речь, лорд-жрец, — проговорила она.
— Благодарю, сестра под Луной, — чуть кивнул я. — Свой жреческий долг я отдам после того, как они хоть сколько-то насытятся… и я сыграю песню, что нужна в этот момент.
Несмотря на поднятую бровь жрицы, та кивнул, отступив, но не спуская с меня взгляд, а я вытащил из сумки инструмент, после чего над пирующими начала слышаться песня, которой аккомпанировала Ангнисс.
Last kiss for a burned man
Dark child of the outlands
My heavy heart will take this last goodbye
Brave souls for a last stand
Spilled blood on my charred hands
A sacrifice to know you’ll stay alive.
When the fire has come
I will die to protect you
Light a candle for me
On this winter’s day
My queen, don’t cry tonight
There’s a dream left to cling to
I will rest in ash
To leave you safe, I pray…
Когда речь заходила о королеве, я совершал лёгкий реверанс в сторону Ангнисс, но это ни на йоту не сбило её с мелодии. Стоило песни завершиться, буквально через несколько секунд, раздались аплодисменты, а мне оставалось лишь раскланяться и уйти в сторону вместе с сестрой. За столами нам были более чем рады, а один из новоприбывших лунных эльфов слегка подмигнув подвинул мне звякнувший мешочек с небольшим свитком, в котором были поздравления от торговой гильдии. И этот же эльф… успел где-то затеряться.
Уже после этого я обратил внимание на новоприобретённые заклинания, которые богиня даровала мне и иронично хмыкнул. Всё же, возможность самому перевоплотиться для священнослужения… была не лишней.
Луна, что была на чистом, ныне, небе, ярко сияла. Большой костёр, сложенный поблизости, запылал, призывая лунных эльфов и тех, кто пожелает, преподнести молитвы и хвалу богине Луны.
— Да чтоб тебя! — в сердцах воскликнул ответственный за наблюдением программист. — Какой гений додумался делать ТАКИЕ настройки этому ИИ?
— Уволился он чёрт знает сколько времени назад, — ответил его старший, куда более флегматичный товарищ, занятый просмотром других логов и перекусом. — Но не ты первый кто кроет его матом. Что там опять?
— Да ты видел, ЧТО этот темноэльфийский ИИ творит? — возмущение молодого человека было столь яркое, что его старший товарищ даже приподнял бровь.
— Не, дай гляну…
На некоторое время повисла пауза, после во время которой изредка было слышно, как пережёвывались сухарики. Под конец более опытный программист даже присвистнул от увиденного.
— Моё почтение, это было хитро. Ну, земля бетоном бедолаге, если они так сумели договориться. Сам виноват, что подвязал такие детали к предыстории. Генератор любит это выкручивать.
— Хэй, но он-то и вкинулся неплохо, — молодой парень чуть прикусил нижнюю губу, будто нервничая от ответа старшего. — Жалко его как-то, да и…
— Что? Очередной ныряльщик?
— Типа да. Скорее всего либо на грани, либо уже перешагнул. Учитывая, что у него там набрано… особенно с предысторией… готовился он знатно.
— Знаешь же, что вмешиваться не положено.
— Но так и ИИ не положено ТАКОЕ творить! А уж с таким сочетанием навыков — тем более!
— Эх… — человек отложил почти закончившуюся пачку с сухариками, после чего развернулся к своему молодому коллеге. — Что, работёнка надоела уже? Знаешь же, что повод для увольнения. Или взыскания.
— Да вот, только не всех за это ставят… — он чуть понизил голос. — Видел я как другому тоже подкручивали, при том, КАК… да и донатерам тоже… плюс, в тесте лунных я видал одну штуку, которую как раз им в обнове хотели давать…
— Хм… — на этот раз хмык был более задумчивым, а взгляд скользнул по компьютеру. — И что ты хочешь?
— Смотри… слегка изменим тег вот у неё, чуть изменим цифру, и…
— Ну, так-то если не искать целенаправленно, то… сойдёт. Разве что впихни это в более старый лог, подменив дату.
— Окей, начальник, заполируем! — молодой программист поправил очки, потирая ладони. — Без шума и пыли.
Техническая информация:
Описание и характеристики нестандартных юнитов и героя, присутствующих в книге.
Герои :
Мэйзар'Диирн, Оуссррет.
Уровень: 15.
Класс: Магнат.
Жреческий ранг: жрец Луны (3).
Раса: тёмный эльф\лесной эльф.
Пол: мужской.
Сила: 12+4+4 (20)
Выносливость: 16+4+2 (22)
Ловкость: 28+4+2 (34)
Сила магии: 15
Устойчивость к откату: 7
Ментальная выносливость: 12
Здоровье: 532
Запас маны: 36(120-70%(84)=36)
Запас энергии веры: 284(84+200)
Устойчивость к Магии: 34.
Расовые умения:
Темнозрение(1\2); Эльфийская ловкость; Лесная дорога(1\2); Левитация(15 минут\день), Сфера тьмы(1\день), Огонь фей(1\день).
Умения:
«Вызов на дуэль», «Лунный Клинок», Скрытность 1, Владение мечами 1(+2), Музицирование 1, Танцы 1, Ношение средней брони 1(+1), «Праведная охота», «Малый портальный маяк».
Классовые навыки:
Олигарх.
Книги знаний:
Тёмные эльфы, Зверолюды, Мастер стрелок, Творец, Предводитель воров, Казначей, Оружейник, Толерантность, Известный, Жрец, Строитель, Агроном, Бюрократ, Миротворец.
Навыки книг знаний:
Боевая слава, Дипломатия, Посол Мира, Быстрая стрельба, Вселяющий разум, Чёрный рынок, Предводитель: минотавры, Пропагандист, Избранный, Наниматель, Связь с Богиней, Архитектор, Атаман, Мастер шпионажа.
Книга Магии: есть.
Доступные заклинания:
Артефакты:
Клинок разжигателя войны; эпическое.
+4 ловкости.
+4 силы.
+1 к Устрашению.
+1 к владению мечами.
+1 к владению средней бронёй.
+1 к верховой езде.
Перчатки разжигателя войны; эпическое.
+4 сила.
+4 выносливость.
+1 к владению мечами.
Аура чудовищной силы (+50% к атаке и защите, +25% к пробиванию брони, 30 сек 2 раза/день).
Пояс граничной выносливости; редкое.
+2 единицы выносливости.
Автоматическое восстановление 10% запаса сил при исчерпании; 1 раз в день.
Сапоги-скороходы; редкое.
Скорость передвижения отряда +8%.
Артефакты союзников:
Брошь просчитанного взгляда: обычная.
Устойчивость к откату +1.
Цветочная заколка феи: обычный
Сила магии +2
Юниты:
1. Гастат.
Описание:
Основа армии морских эльфов. Сильные и выносливые бойцы, пусть и менее одарённые магией в сравнении со своими лесными собратьями, привыкшие атаковать из-под воды или в плотном строю на судне или земле, способные сделать бросок дротиков перед началом основного боя. В отличии от лесных эльфов, они отдают большее предпочтение металлу, который был обработан в их мастерских, для повышенной защиты от коррозии в море.
Кроме того, многие из них любят и порыбачить – из-за своего большего, в сравнении с обычными эльфами, размера, они не прочь лишний раз перекусить. Снаряжены кольчугами из обработанного против коррозии (от морской воды) металла, каплевидными щитами, протазанами и короткими мечами для боя в строю.
Некоторые из гастатов, получив боевой опыт, могут отдать предпочтение роли гладиатора, бойца против монструозных существ.
Доступно для найма 4 Гастата еженедельно. Стоимость – 770 монет.
Ранг – 5
Интеллект - 50
Параметры:
Сила – 55
Ловкость – 55
Выносливость – 55
Сила магии – 20
Устойчивость к откату – 10
Ментальная выносливость – 10
Навыки:
Рыбалка (5), Маскировка 3 (15), Метание 2 (10), Средняя броня 4 (20), Знание моря 2 (10), Владение мечом 5 (25), Владение копьем 5 (25), Владение щитом 4 (20), Скрытность 1 (10), Плавание (5), Глубинное зрение (5), Первая помощь (10), Разбитие лагеря (5), Военная подготовка (10), Строевая подготовка (10), Морская подготовка (10), Подводное дыхание (20), Уклонение 2 (20), Морская походка 1 (5), Легионер (10), Прыжок (10), Стена Щитов (25), Натиск (25), Магия материи 1 (Вода) (75).
При найме имеют:
Хор. Короткий меч (25), Хор. протазан (30), Каплевидный щит (15), Эльфийская длинная кольчуга (50), 2 дротика (10)
2. Велит.
Описание:
Основной стрелок армии морских эльфов. Способны понимать морское течение и хорошо ориентируются в море.
В отличии от гастатов, снаряжены в более лёгкую броню, кожаную, и имеют при себе высококачественные композитные луки.
Доступно для найма 2 Велита еженедельно. Стоимость – 765 монет.
Ранг – 5
Интеллект - 50
Параметры:
Сила – 40
Ловкость – 55
Выносливость – 40
Сила магии – 15
Устойчивость к откату – 10
Ментальная выносливость – 15
Навыки:
Маскировка 4 (20), Владение луком 5 (25), Легкая броня 2 (10), Следопытство (Море) 3 (15), Знание моря 3 (15), Стрельба 5 (25), Владение мечом 2 (10), Глубинное зрение (5), Плавание (5), Меткость 4 (40), Быстрая стрельба 3 (30), Зоркость (10), Военная подготовка 1 (10), Уклонение 1 (10), Подводное дыхание (20), Морская подготовка (10), Скрытность 2 (20), Эльфийская ловкость (25), Выстрел из засады (25), Подводный выстрел (25), Магия материи (Вода) 1 (75).
При найме имеют:
Хор. Композитный лук - (50), эльфийская кожаная броня (40), короткий меч (20)
3. Драугр.
Описание:
Потревоженные, проклятые или нарушившие свою клятву скандинавы, что поднялись из своих могил. Кто-то из них пришёл из Хельхейма, кто-то был поднят усилиями некромантов. Их объединяет одно – всепоглощающая злоба и голод.
В логове драугров доступно для найма 4 драугра еженедельно. Стоимость – 650 монет.
Ранг – 5
Интеллект - 35
Параметры:
Сила – 50
Ловкость – 30
Выносливость – 55
Сила магии – 20
Устойчивость к откату – 20
Ментальная выносливость – 20
Навыки:
Владение мечом/топором 4 (40), Владение щитом 4 (20), Владение тяжёлой бронёй 3 (15), Метание 2 (10), Крупный (2.5-4 метра) (20), Разбитие лагеря (5), Темновидение (5), Клыки небольшие (5), Крепость тела (20), Жажда крови (15), Пожирание (10), Последний вздох (30), Стена щитов (25), Гнев (25), Устрашающий крик (25), Нежить (0).
По умолчанию имеют:
Боевой топор (15), короткий меч (20), метательные топоры х3 (30), круглый щит (15), ламеллярная броня (70).