— Апчхи!

Реальность вокруг звонко треснула, в очередной раз перенося меня в пространстве.

— Апчхи!

Новый водоворот, и легкая тошнота, поднявшаяся по пищеводу прямо к горлу.

Нет! Я больше не могу! С этой аллергией нужно срочно что-то делать! Я и так уже умчалась на кучу световых лет от дома, и теперь мне снова придется каким-то образом возвращаться обратно!

Опять! Пятый раз за год!

Не женственно растерев зудящий нос тыльной стороной ладошки, я невольно огляделась, пытаясь понять, куда меня вновь унесло.

Уютная прихожая, завешенная картина с немного эротическим содержанием, встречала теплом расставленных всюду свечей, оплавленных, но ярких. За симпатичной стойкой стояла женщина в облегающем платье, и смотрела на меня так, будто призрака увидела, но не очень-то испугалась. Скорее удивилась появившейся на пороге названной гостье.

— Добрый вечер, — бархатный голос рассыпался мурашками по коже.

О, если бы я могла так говорить! Наверняка женихи бы штабелями ложились, не устояв перед таким грудным контральто!

— Здравствуйте. А я где, не подскажете?

— Подскажу, — женщину улыбнулась, сверкнув слегка выдвинутыми и удлиненными клыками. — Вы в пятом поясе созвездия Лича.

— О, святые всех миров!..

Растерев лицо руками, попыталась прогнать давящее на виски ощущение безнадежности.

Все что я знала о поясах Лича, так это то, что народ здесь жил мало… прогрессивный, мягко говоря. И освещение в виде свеч и затопленного камина только подтверждали мои мысли, а значит, надеяться на легкий полет до дома в какой-нибудь капсуле не стоило. Придется искать другие пути отхода… Еще бы отцу сообщить, куда меня занесло из-за его наследственной аллергии!

— А немного конкретнее?

— Немного конкретнее — вы в доме первых свиданий госпожи Тотс. То есть, у меня в гостях.

— Доме первых свиданий? — недоумевающе сдвинув брови, огляделась куда внимательнее, осознавая, что любезная леди не врет.

Присмотревшись к картинам, поняла, что в общем то они не столько эротические, сколько романтические, и судя по разнообразию натурщиков — рисованы не из головы, а по очень даже реальному примеру.

Например, та девушка с синими волосами и открытой улыбкой, влюбленными глазами смотрящая на какого-то зеленого… гоблина? Пришельца?.. В любом случае, эмоции у нее были самые настоящие, так что или художник гений, или ему было чем вдохновиться на этот сюжет.

— Я устраиваю здесь первые свидания, подбирая самые подходящие кандидатуры, — не обращая внимания на то, как я пялюсь по сторонам, пояснила она. — Я сваха. Сваха с огромным талантом и наработанной годами репутацией.

— Госпожа Тотс? — женщина кивнула. — Интересно…

— Хотите попробовать? Возможно именно сегодня ваша судьба будет здесь.

Только фыркнула.

Моя судьба? Ну-ну, как же.

Мужики от меня шарахались, как от прокаженной. И ладно если бы я была страшилищем первоклассным, не имеющим средств на косметические процедуры способные исправить творение природы. Но нет! На личико я была вполне себе симпатичной, да и фигурой в маму фурию пошла — на зависть многим. А вот доставшиеся в наследство вместе с аллергией отравляющая любым прикосновением кожа мало способствовала построению любых романтических отношений. А да в принципе любых отношений…

Прикасаться я могла только к членам своей семьи, не опасаясь их отравить.

Так что о таком желанном родителями браке и речи быть не могло!

Собственно, не только родителями…

Ну, а что? Я девочка взрослая, два десятка с хвостиком десятка лет уже прожито, а я не то что не целовалась, так даже за ручки подержаться не могла, не говоря уже о чем-то большем.

А большего хотелось.

И по возрасту, и по гормонам, и по причине буйной фантазии, которая настигала меня за прочтением тайной матушкиной коллекции книг, с самым что ни на есть откровенным содержанием, откопанной в небольшом ларце в нашей скромной библиотеки.

— Может быть. Только сперва подскажите мне, как я могу связаться с третьим ореолом? Хотелось бы сообщить родным куда меня унесло.

— Фурия? — не в бровь, а в глаз, предположила моя собеседница, четко определив, кто явился на ее порог.

Оставалось только кивнуть.

Во мне, конечно, много кровей намешено, но все же природа фурий преобладала, подчеркнутая крайне соблазнительными формами и высоким ростом.

— Напишите мне, что хотите передать, и я отправлю послание. А вы пока каталог полистайте.

Указав рукой на толстенький журнал, лежащий на краю стойки, госпожа Тотс нырнула под стол, зашуршав бумажками.

«Найди свою любовь» — гласил заголовок, привлекая внимание разнообразием лиц на глянцевых страничках, с краткими анкетами.

«Не люблю ванну, но с тобой буду купаться вечность» — сообщал мето-слизень, с одним плавающим в субстанции своего тела глазом.

Бррр!

«Ищу скромную, без вредных привычек. Я тиран, и тебе это понравится! Разведенных просьба не беспокоить!» — не слишком то приятно представлялся смотрящий на меня со страницы бог, увитый мышцами так крепко, что казалось будто вот-вот треснет.

Так себе.

— Вот и бумага! Пишите. Сообщение будет доставлено сегодня же.

Кратко описав родне, куда меня вновь унесло, я передала сложенный вчетверо лист госпоже Тотс, которая щедро собрала ладонью зеленый порошок из стеклянной баночки и поспешила к камину.

Бросив его в огонь, женщина совершенно спокойно встретила позеленевшие языки пламени, и что-то прошептав, закинула мой листочек прямо в центр. Тот не стал тлеть и чернеть, а с хлопком испарился, отчего многоуважаемая леди вновь обернулась ко мне, сверкая улыбкой.

— Ну что, готовы попробовать?

— А сколько стоит?

— Двадцать тысяч сон. На ваши деньги — три миллиона ульм-валюты.

Не хило!

Невольно присвистнув, даже не успела подобрать слова для отказа, как она тут же поспешно добавила:

— Если с первого раза вы не найдете общий язык — платить не нужно.

Пробовать продолжить общение после не возбраняется, но уже на ваших условиях и вне моего дома.

— Как-то… щедро с вашей стороны, не находите?

Не совсем понимая отчего такая лояльность условий, я засомневалась.

— Я знаю, что делаю, и за свои ошибки плату не беру, — объяснила она. — Для первого свидания я предоставляю вам место, — женщина легко махнула ладонью на ведущую наверх широкую лестницу. — Помощников, чтобы подобрать образ и подготовить вас к встрече, и так же беру на себя расходы за еду, напитки и все, что может вам понадобиться. Время свидания — три дня.

— Ого!

— Не пугайтесь, три дня, если вам захочется. Прерваться можно в любой момент, когда вам покажется, что партнер не подходит, или напротив — чтобы продолжить, мой дом вам больше не нужен. Так как? Хотите попробовать?

Задумавшись, даже не заметила, что по-детски тру носком туфли пол, провалившись в обдумывание столь вкусного предложения.

С одной стороны, мне и вправду было любопытно, да и родители навряд ли смогут со мной связаться в самое ближайшее время, а занять себя чем-то нужно. С другой… А с другой, вдруг не понравлюсь я? Сколько раз уже было так, что узнав о моих особенностях парень бежал сломя голову, даже не пытаясь найти выход из ситуации! А он был!

Всего-то… нужно душу мне отдать. Не в прямом смысле, конечно! А по договору! Если бы душа избранника принадлежала мне, то он бы считался моей неотъемлемой частью, и яд кожи бы просто бы не понял подвоха. Только вот никто не торопился душу фурии отдавать…

— Давайте попробуем, — сдалась я, тяжело вздохнув.

— Отлично! Для такой красавицы я быстро найду жениха, или женихов… — в нос добавила она, роясь в бумагах на своем столе. — А вот и договор!

Присаживайтесь, ознакамливайтесь, я пока сделаю нам чего-нибудь освежающего.

Опустившись в чрезмерно мягкое кресло, я забросила ногу на ногу, и с природным вниманием к деталям принялась читать условия. Но даже через четверть часа, которую я потратила на поиски уловок и мелких шрифтов, мне не удалось найти в договоре что-то такое, чтобы могло подтолкнуть меня к отказу. Все чисто, прозрачно, без подводных камней. Хоть и конечно дорого. Три миллиона! Папа меня убьет!

Грустно хмыкнув от проблеска опрометчивой надежды, я лихо чиркнула свою подпись внизу листа, и словно выжидая за углом, из маленькой комнатки вернулась госпожа Тотс, неся в руках поднос с двумя бокалами лимонада.

— Все, вы закончили? Отлично, отлично… — проверив подписанные документы, она щелкнула пальцами, и листы в ее ладони вспыхнули, дымком впитавшись в потолок. — Сейчас я подберу вам помощницу или помощника, а они в свою очередь отведут вас наверх и помогут с выбором платья и макияжа.

— А жени… кандидат?

— Я уже уведомила распорядителя, — словно что-то скрыв, женщина лукаво стрельнула глазами. — Когда вы будете готовы, и выберете место, вас уже будут ждать. Теона, — обратившись ко мне по имени, прочитанному в подписи, сказала она. — Не трусьте. Я понимаю, что ядовитой фурии сложно найти партнера, но я смогла. И когда вы встретитесь — не думайте, что я ошиблась. Все будет именно так, как должно.

— Вы меня пугаете, — призналась я.

— О, нет! Ни в коем случае! — лучезарная улыбка все больше подчеркивала таинственность леди с благородными чертами лица, в которых пряталась капля чего-то явно нечеловеческого. — Моя задача найти ваше счастье, поэтому я только прошу доверять моему выбору. Как я уже говорила — ошибки обходятся мне дорого, поэтому я предпочитаю не ошибаться. У вас есть особые требования?

— Чтобы он не умер, когда поцелует мне пальцы при встрече? — не смело попросила я.

— Этого точно не произойдет! Я тщательно выбирала для вас компанию. Может, что-то передать вашим родителям, если свидание затянется?

Уверенность госпожи немного смущала.

Женщина словно не видела проблемы в моей личной катастрофе, и ни капли не сомневалась в своем решении. Откровенно говоря, мне уже было жутко любопытно познакомиться с ее выбором, поэтому я действительно задумалась о послании.

— Сообщите им, чтобы за мной прислали капсулу. И пополнили мою ульт-карту.

— Передам. А вот и ваша помощница — Игла.

Из крохотной искры на полу у камина, вырос настоящий пламенный столб, приобретший человеческие очертания. Появившаяся перед нами девушка заразительно улыбалась, и поправив черную косу с танцующими в прядях искрами, приветственно кивнула.

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, — пролепетала я, пытаясь понять, кто же передо мной.

От нее не веяло жизнью, но и смертью она не пахла — мой чувствительный нос просто не мог обманывать! Даже в момент обострения аллергии!

— Я Игла, — еще раз представилась она, сверкнув глазами с угольками в зрачках. — Вы готовы?

— Да в общем-то да, готова.

— Пойдемте?

Протянутая рука зависла в воздухе, как бы намекая на то, что я должна вложить в нее свои пальцы, но прожив всю жизнь неприкасаемой, я скептично приподняла брови.

— Не бойтесь. Я пепел, меня нельзя отравить. Ваши прикосновения для меня совершенно безопасны.

— Серьезно?

— Угу, — Игла весело кивнула, без тени сомнений. — Госпожа сплела меня из золы ее камина, и наделила разумом. Так что, вам ни о чем переживать, леди Энти-Морталис, я рядом с вами в полной безопасности!

— Идите, — подтолкнула госпожа Тотс, хитро прищурив глаза. — Удачи, Теона.

— Спасибо. Надеюсь, я не пожалею об этой авантюре, — поднявшись из мягкого и уютного кресла, нервно отряхнула юбку от складок и трусливо вложила пальцы в ладонь Иглы, которая ободряюще улыбнулась.

— Видите, совсем не страшно, — подтвердила она, не став захлебываться и плеваться пеной от моего яда. — Поторопимся, хочу поскорее показать вам нашу примерочную!

— Примерочную!? А, ой! — прокричала я, когда воздух дернулся и меня, как при чихании, перенесло в другое пространство.

— Здрасте, — выдохнула я, тем самым удержав очередной чих.

Как же достал меня этот аллергический проездной на экспресс-телепортацию! Чувство, словно надо мной вся Вселенная посмеялась. Эксперимент провела, сколько я продержусь.

Мужчина с болезненно бледной кожей, восседавший на красном диване, на секунду замер.

Вместе с ним замер хрустальный бокал в его руке. Тоже с чем-то красным.

Кулон на длинной цепочке тоже был красным.

Ешкины котята, да здесь все красное! Кроме эротического реквизита, занявшего полкомнаты. Он был черным и блестел от новизны.

— Так это ты? — прошелестел неестественно спокойный, в какой-то степени мертвый мужской голос.

— Нет, это не я, — пискнула растерянно, обведя взглядом не только острые углы красивого лица напротив, но и обнаженный аппетитный торс.

Сглотнула.

Я о таких мужчинах даже мечтать не смела. Если только во сне.

Он привстал, и я метнулась назад в поисках двери. Увы, комната оказалась без путей отхода. Даже окон не было. Видимо, часть любовной игры.

— Пугливая какая, — хмыкнул незнакомец и в мгновенье ока очутился возле меня.

Со скоростью света пронесся в пространстве. Оставив после себя лишь шлейф времени в виде быстро развеявшейся дымки.

Я спиной прижалась к стене и силой мысли попыталась просочиться сквозь нее. Зажмурилась, поднатужилась, постаралась чихнуть, но ничего не вышло.

Мужчина чуть склонил голову, с любопытством разглядывая меня, и облизнулся. Среди белоснежных ровных зубов я заметила острые как иглы клыки.

Вампир…

Фух, можно выдохнуть.

Бессердечные, бездушные, бессмертные существа. Он может не только притронуться ко мне, но и высосать всю мою кровь, вернее, сколько в глотку влезет, его это все равно не убьет. Максимум — получит несварение желудка.

Плотоядно оскалившись, этот хищник ладонью уперся в стену у моей головы, склонился и всего в сантиметре от меня принюхался своим ледяным носом к моей плоти.

— Что, все остальные очканули? — спросил ненавязчиво. — Тотс обещала, что это свидание я не забуду. Но я и представить не мог, какой сюрприз меня ждет.

В его безжизненных глазах что-то заискрило.

— Господин вампир… — замялась я.

Его вторая ладонь уперлась в стену с другой стороны. Я попала в капкан. Класс!

— Арад, — представился он, уже вкушая то, что собирался проделась со мной с набором для БДСМ за его спиной.

— Господин вампир Арад…

— Просто Арад.

— Просто Арад…

Он закатил глаза. Устал ждать, пока я сформулирую свою скользкую мысль.

Резко подхватил меня на руки, отчего я взвизгнула, закинул на свое крепкое плечо и понес на широкую кровать.

Бросив на холодную шелковую простыню, навис сверху и щелкнул языком. Не дав мне даже пискнуть, накрыл мой рот своими ледяными губами.

На секунду у меня язык к небу примерз и сердце остановилось, покрывшись тонкой коркой льда. Но едва вампир набрал ритм поцелуя, как по телу пополз жар. Как неомагма из Вулканической Галактики, которую отцу подарили в прошлом году. В комнату войти было невозможно, где находилась капсула с ней. Несло как от печки.

Никогда бы не подумала, что мертвецы так целуются. Хотя мне и сравнить-то не с чем. Но если этот господин вампир Арад такое вытворяет своим языком, то на что способны те, кто его превосходит?!

Все мысли из головы выветрились. Вмиг расхотелось объясняться, что я в его апартаментах совершенно случайно, и возможно, где-то там за замаскированной дверью на свидание с ним готовится настоящая кандидатка. А мне надо собираться на мое свидание.

Ох, и огребем же мы!

— Погодите… — Приставив ладонь к его твердой груди, заставила Арада оторваться от моих губ и приподняться.

— Ого, сколько в тебе силы, — улыбнулся он. — Выносливая.

Я еще и не то могу! Но об этом потом.

— Вы говорили про Тотс, — вернула его к ранее прерванной теме. — Значит, мы в доме первых свиданий. И раз вы здесь тоже клиент, то… вы девственник? — выговорила, изогнув бровь.

— Тебя это смущает?

Я завозилась под этой холодной тушей, выползла из-под нее и провалилась куда-то промеж подушек.

— Я здесь случайно оказалась, — вздохнула печально. — Я не ваша невес… кандидатка.

Он изящным движением пальцев зачесал назад свои густые черные волосы и обвел меня скептическим взглядом. Думал, играю.

— Понял. Расслабиться не можешь? — Он встал с кровати и медленно прошелся по комнате.

Разглядывая его со всех ракурсов, прикусила губу. Хорош. Все при нем. Задница тоже караул. Даже в обтягивающих брюках с ума сводит. Поцарапать бы своими коготками эту спину и ягодицы… М-м-м…

Зарядив кальян, он быстро раскурил его и поднес ко мне.

— Это придаст тебе уверенности, — вкрадчиво произнес, делясь угощением.

Мой отец отшлепал бы меня за такое! Но мне и правда не помешает расслабиться.

Под пристальным взглядом пары вампирских глаз я втянула в себя сладкий дымок и закашлялась. Как будто стенки глотки хреном натерли.

— Святые помидорки, что это?! — сквозь кашель и слезы выдавила я.

— Табак с ореховым вкусом…

— С ореховым?! — запаниковала я. — О-о-о… А… А… Ап… Апхчи!

М-да… Либо мое свидание пройдет дистанционно, либо к встрече с претендентом на мое внимание я научусь всему, о чем вчера даже в теории не знала.

Ну и где я теперь?

— Ух!

Охнули подо мной, когда ягодицы с силой рухнули на что-то твердое. Без капли лукавства — что-то каменное!

Едва не взвыв от силы удара, прислушалась к позвоночнику, боясь, что он все-таки осыпался в трусы, но тот, к моему счастью, все еще четко разделял спину на две половинки, будучи целым.

— Я не так представлять себе наша встреча, — пробасили рядом со странным акцентом и тяжестью, будто слова тяжело ворочались на языке. — Но мне нравится. Ты красивый.

— Красивая, — машинально поправила я, и наконец перестала жмуриться, встречаясь взглядом с яркими синими глазами, смотрящими на меня с нескрываемым теплом.

Лицо незнакомца напротив было таким… таким… идеальным, что под ложечкой затянуло! Его словно бы вылепили из глины мастерской рукой, и то, как он своей осторожно придерживал мою талию, опять же, не став плеваться отравленной пеной, наталкивало на определенные мысли.

Слишком красивый.

Плечи, в которые я невольно вцепилась, расслабленно качнулись под пальцами, дав почувствовать свой фактурный рельеф и каменную прочность. Мощная шея, державшая красивую блондинистую голову, только подчеркивала исполинское телосложение, все больше намекая, что мужик этот, не просто мужик, а самое настоящее творение талантливой руки скульптора.

Голем!

Бездушный кусок камня, с живыми глазами и бьющимся сердцем!

— Красивая, — исправился он, и пухлые губы дрогнули в несмелой улыбке.

— Красивая. Ты красивая.

— Прям настолько? — смутившись от того, как мужчина зациклился на этом слове, оглянулась.

Очередная комната для свиданий. Только без комплекта БДСМ.

Светлая, с фальшь окном вдоль одной стены, за которым открывался потрясающе ненастоящий вид на берег океана, лазурными волнами кусающий золотистый песок. Здесь даже пахло солью, возвращая во времена детства, когда родители возили меня на Лунтан — планету океанов, где земля крошками рассыпалась в морской поверхности, образуя крохотные островки.

Хорошо там было, спокойно…

— Больше, чем я ждать, — признался великан, и нерешительно, но твердо заправил выбившуюся из прически прядку, проводя подушечками сухих пальцев вдоль щеки. — Ты как свет, который я увидеть первый раз. Волосы — золото. Глаза — море. Мягкая, теплая, как глина.

Видимо, это должен был быть комплемент, но я как-то не сильно прониклась, мысленно провалившись в последствия своей телепортирующей аллергии.

Ладно, хотя бы Тотс не придется платить за сорванное свидание! Но все равно обидно… Я же правда губу раскатала, что встречу того самого, который не помрет, когда меня поцелует… Хотя…

Вернула взгляд обратно к идеальному лицу голема, который тут же поймал его, сверкнув синью радужки. Широкая ладонь на моей пояснице скользнула вверх, вызвав прилив отзывчивых мурашек от непривычных прикосновений, и качнувшиеся от расслабленности бедра неожиданно уперлись во что-то крепкое.

Заметив мой красноречивый испуганный взгляд незамысловатый голем пояснил:

— Мастер сделать таким, — каменная в прямом смысле плоть плотно прижалась к развилке ног, принимая удобное для себя положение. — Не падать.

Всегда крепко стоять.

— П-прям всегда?

— Всегда стоять, — подтвердил он, и неожиданно крепко вдавил меня в себя, прижимая к непробиваемой груди так тесно, что я пискнула. — Прости. Ты хрупкая, я очень ждать встреча, сложно терпеть.

— Очень ждал встречи, — поправила я опять, понимая, что это движение вперед отозвалось во мне требовательным теплом.

Не каждый день меня на такой палке удается посидеть! А желание оно такое, не в самый подходящий момент может прийти, особенно после долгого вынужденного воздержания!

Мысленно представив размерчик относительно телосложения, тихонечко всхлипнула, закусывая нижнюю губу. Булыжник расценил это по-своему, и жарко облизав меня взглядом от точки декольте до самого лба, потянулся вперед, затягивая в поцелуй.

Если учитывать, что мой опыт кончался сегодняшним днем и двумя попытками, то даже при самом невнимательном сравнении мужчины целовались по-разному.

Вампир, который своим кальяном организовал мне отлет, целовался дико, жадно, отнимая даже мизерные глотки дыхания на вдох, а голем напротив, неторопился, исследуя мои губы, считывая реакцию по выдохам и шипению, действуя методично и вдумчиво.

Видимо, убедившись, что сопротивления нет, и я с благодарностью принимаю легкие укусы и размашистые танцы языками, голем принялся странно вибрировать, слегка раскачивая меня в своих железных объятиях.

— Ч-что ты д-делаешь? — вздрагивая уточнила я, и мужчина уверенно пояснил.

— Знаю, что так удовольствие. Мастер после выпивка рассказывал, когда быть одиноко.

— А-а-а, — понимающе протянула я, совершенно не понимая, к чему он ведет, пока под силой вибрации не расслабила поджатые ноги.

Бедра ухнули вниз, член каменного мужика окончательно уперся мне в развилку ног, и жжение вибрации ударило по самой чувствительной точке, заставив зашипеть куда откровеннее.

О-о-о!

Будь я одуванчиком невинным, наверное, расплакалась бы от неоднозначности ощущений, но будучи девушкой начитанной мамиными романчиками, я прекрасно поняла, что происходит, жалобно всхлипнув.

Огромный вибро-булыжник массировал меня… собой. Целиком.

Я будто сидела на вибрирующем кресле с функцией точечного массажа для определенных мест, и сгорая от стыда под взглядом случайно забредшей уборщицы, не могла найти сил отнять эту штуку от себя.

Потому что приятно… Черт, как же приятно!..

— Сильнее? — уточнил ласковый бугай, и не дождавшись моего ответа загудел, звуком невыносимой вибрации заполняя комнату.

— О, да! — вскрикнула сама от себя не ожидая, и рухнула вспотевшим лбом в каменное плечо. — Еще… у-у-у-у…

— Получать удовольствие, моя красавица. Альдо может так долго, как ты захотеть.

— Альдо-о-о, — на вскрике простонала я, поджимая бедра.

Вот не думала, что мой первый оргазм с мужчиной будет таким… Не снимая трусов. Но судя по жадно рыскающему по моему лицу взгляду, Альдо это вовсе не смущало, скорее даже радовало. Ему видимо, страстно хотелось доказать мне и себе, что я могу кончить даже без проникновения, просто сидя в его руках.

А я могу… Вот еще секунда, и точно могу!

Рассыпавшись на сотню стонущих Теонок, я вздрогнула всем телом и вытянулась, не зная, куда деть тот жар, что лавой спустился вниз живота и взорвался там сверхновой. Растекаясь по своему каменному мужику, я бесшумно простонала, не в силах выразить весь спектр чувств, гудящей в голове наковальней.

Уловив момент моего взрыва, Альдо, слава богам, перестал без устали вибрировать, лишь с паузами в несколько секунд догонять меня короткими импульсами, словно в качестве поощрительной конфетки.

— Что ты такое, боги?

Булыжник рухнул на спину, вытягиваясь вдоль круглой кровати, и потянув меня за собой, уложил на свою широкую грудь, дав время на передышку и короткий рассказ:

— Голем. Мое тело — камень. Нет душа, только холод. Я искать тепло, скучать по нему. Ты горячая, как печь. Делишься щедро.

— А-а… А ты как?

Не знаю почему, но мне захотелось поинтересоваться.

Он конечно странненький, но все же, до оргазма меня довел даже юбку не помяв.

— Я большой, — расстроенно признался он. — Не поместиться в тебе. Надо осторожно, не сразу.

Не соврал.

Упирающаяся мне в промежность дубина красноречиво сообщала о своих размерах, не скупясь на точность. Такой палкой, да, проще убить, чем протиснуться, но стоило отдать должное — Альдо это понимал, трезво оценивая риски.

— Я купить подарок!

Неожиданно сев и дернув меня за собой, великан подскочил на ноги, так и не спустив мою мелкую, в сравнении с ним тушку на пол. Он совершенно спокойно позволил оплести себя ногами, спасаясь от страха упасть, и придерживая одной ладошкой за задницу, прошагал до туалетного столика, на котором стояла ваза со странными цветами.

Лепестки… Ну как стеклышки. Тонкие, прозрачные, и на вид ужасно хрупкие.

— Лилелии, — пояснил он. — Пахнуть как миндаль, я надеялся, моей избраннице нравится миндаль.

— Только не это, — простонала, уловив тонкий аромат, так удачно далеко стоявших все это время цветов. — А-а-а-а!.. Апчхи!

Из рук прекрасного, несуразного, но милого великана, меня выдрало со страшной силой, вновь куда-то телепортируя.

Ничего, Тотс говорила, что потом можно еще пообщаться, после свидания.

Я найду тебя, булыжничек! Обещаю! Ты очень даже ничего!

— Долой Тотс!!! — утробно закричал кто-то у меня над ухом.

— Снести бордель!!! — взорвалось с другой стороны.

— Вон с нашей территории!!!

Я стояла посреди беснующейся толпы всадников. Крича и размахивая транспарантами, митингующие плотным кольцом конницы окружили высокий каменный забор, за которым возвышался замок с броской вывеской «Дом первых свиданий Госпожи Тотс».

Опупеть!

Меня вынесло за периметр!

Тревожно оглядевшись, я поправила на себе смятую одежонку, распушила волосы и спрятала в них лицо. Пришлось даже избавиться от колец и браслетов из драгоценнейших металлов с редчайшими камнями из разных Галактик. Просто бросить их под ноги и втоптать в землю. Иначе эти дикари взяли бы меня в заложники. У них на лбах написано, что они готовы сжечь дом свиданий вместе со всеми тамошними гостями.

— Смерть разврату!!!

— Деловаров на виселицу!!!

— Свободу нашим братьям!!!

— Иго-го!!!

Осторожно косясь по сторонам, я попятилась назад, стараясь никого не задеть. То и дело приходилось уворачиваться. Уж слишком тесно тут было. И душно. И топот копыт оглушал. Голова шла кругом от фанатизма к старым устоям этих странных людей.

— Стоять! — прорычал некто мне в затылок.

Чья-то лапища больно схватила меня за плечо и развернула на сто восемьдесят.

Испуганно ахнув, я широко распахнула глаза и задрала голову повыше, чтобы разглядеть лицо очередного незнакомца. Рыжеволосый верзила с выбритыми висками, ярко-зелеными глазами и диагональным шрамом на щеке. Такой же озверевший, как все остальные в толпе. Одним лишь видом вынудил меня округлить глаза и прошептать:

— Мир?

Притянув меня к своему мощному торсу, зверюга запустил толстые пальцы в мои волосы у виска, открыл ухо и со скрипом зубов разглядел серьги. Вот же я балбесина, их тоже надо было снять!

— Можете забрать… Они дорого стоят…

Подхватив меня своими сильными ручищами под мышки, он с легкостью перекинул через свою голову и усадил меня на… себя!

Я взвизгнула, разглядев, что сижу верхом на самом настоящем кентавре. Да и вообще все вокруг были не разъяренными всадниками, а кентаврами. Теми самыми, которые по сей день не освоили космос, но которых давно колонизируют более развитые расы. Даже моему отцу предлагали тут фазенду за чисто символическую плату в валюте «Конь в пальто».

Поэтому рыжика и не убило от прикосновения ко мне. В жилах кентавров текла кровь двух сущностей. Это делало их более стойкими к ядам, проклятьям, даже к аномальным погодным явлениям. Никогда не слышала, чтобы у кентавра к дождю колено ныло.

— П-простите…

Я тихонько похлопала рыжее чудище по лошадиному боку, отчего он дернулся и встал на дыбы.

Пришлось цепко хвататься за него, чтобы не брякнуться на землю. Затопчут же и не заметят.

Мотнув головой, кентавр резко развернулся и галопом поскакал прочь, унося меня подальше от толпы и самого замка. С рекордной скоростью, от которой, казалось, у меня либо все волосы на голове повылетают вместе с луковицами, либо раздувающиеся щеки к концу нашего путешествия растянутся и повиснут, как уши спаниеля.

— Ку-у-уда вы-ы-ы, — отрывисто спросила я, скача на крепкой спине, чуть язык не прикусила, — меня-я-я везе-е-ете?

Не хотелось бы из роскошных апартаментов прямиком в конюшню. Там же солома, пыль. Да и антиперсперантами кентавры явно не пользуются. Воняют, как лошади. Опять расчихаюсь — и привет новым приключениям.

Затормозив на берегу реки так, что копыта снесли верхний слой земли, кентавр сбросил меня на кучу свежескошенной травы и молча спустился к водопою. Войдя в воду по самый пояс… Ну пот тот самый — человеческий, и скрыв конскую половину, он ладонями зачерпнул воды и полил ею голову. Один раз, второй, третий. Играя в свете солнца мускулами спины и рук, завораживал меня стекающими по бронзовой коже ручейками.

И почему я раньше не брала во внимание всех их? Вампир, голем, кентавр. Наверняка были и другие, с кем у меня могло бы что-то получиться. Главное — свыкнуться с их некоторыми особенностями. Например, воспринимать за норму то, что огненно-рыжие волосы кентавра дорожкой ершистой гривы спускались вдоль позвоночника и плавно терялись в конской шкуре. И что половой орган у него в два раза крупнее, чем у голема. Ведь он гордым шагом вышел из воды обратно на берег и, сам о том не догадываясь, продемонстрировал мне себя во всей красе.

Ну не-е-ет… Он же наполовину животное!

— О чем ты только думала, покидая стены замка? — грубо пробасил он, столбом встав надо мной. — Разве не слышала, что наше племя сорвало с себя оковы рабов и взбунтовалось? Тебе опасно здесь быть.

Я кое-как оторвала взгляд от его огромного достоинства и пожала плечами. Меня мало интересовали колонии. Да и в наших новостных сводках никогда не крутили плохие сообщения. Сенсации, достижения, открытия, но не инциденты.

— Откуда у вас этот шрам? — спросила я, поднимаясь с травы. Встала перед кентавром, подняла руку, подтянулась на носках и пальцем провела по рубцу на его щеке. — У нас есть лекарство — мазь, которая лечит такие увечья. Помогите мне вернуться в дом Тотс, и я распоряжусь, чтобы вам тоже помогли.

— Это не увечье, а память о том, что сделали с нашим народом рабовладельцы.

Похоже, договориться с кентаврами не так-то просто.

— К тому же от дома Тотс скоро останутся лишь руины, — уведомил он меня грозно. — Она накрыла свои владения Куполом Седьмого Измерения. Прибывающие к ней гости не видят истинной картины происходящего за периметром. Она показывает им радужные картинки, как кентавры, скованные цепями, трудятся на цветущих полях. Верит, что миротворцы из Межгалактического Интерпола скоро нас усмирят и вернут в клетки. Я помогу тебе вернуться в ваш бордель, но на моих условиях. Ты передашь кое-кому послание.

— Тотс?

Он хохотнул. По-человечески. Я даже удивилась. Почти забыла об его огромном лошадином заде.

— С ней нам не о чем разговаривать. Тотс всего лишь торговка. В замке сейчас находится центурион Дравен Хэл. Несколько лет назад он арестовал моего брата Армана и заточил в тюрьме. Пусть Дравен Хэл освободит его и снимет все обвинения. Тогда, и только тогда мы оставим в покое Тотс и всех остальных, кто держит бизнес на наших землях. Все-таки он привлекателен для туристов, а нам надо с чего-то начинать формирование свободного царства.

— Поняла, — кивнула я. — Дравен Хэл, Арман.

Кентавр чуть склонил голову, сузил глаза и дернул уголком рта:

— Взамен чего-нибудь хочешь?

Мой взгляд резко упал вниз.

Ой, зачем только! Он же только вверху привлекателен так, что слюнки текут. А внизу — просто зверюга. Нечто противоестественное даже моей природе.

Считав мои мысли, полуконь опять схватил меня в охапку и, задрав над землей, прижал к стволу толстого дерева. Едва воздух из легких не выбил. Но ощущение бешеной мощности в его руках отозвалось приятной дрожью в моем теле.

— Не кипишуй, соломинка, — запульсировал его голос рябью баритона. — Будешь добавки просить…

Запрокинул мои ноги на свои плечи, отодвинул ластовицу трусиков и, языком лизнув мою интимную наготу помутневшим взглядом, губами припал к промежности.

— Мамочки… — со стоном пискнула я и прикусила щеку.

Кентавр буквально посадил меня на свое лицо. Вогнав в краску и вытолкав из памяти собственное имя. Целовав мои девственные лепестки с таким порывом, с каким вампир недавно ласкал мои губы. С таким жаром, с каким голем восхищался моей красотой.

Рисовал языком узоры на каждой складке. Прошибал меня горячее разряда бластера. Окунал в бездну и питал меня своей энергией. Взорвал во мне сверхновую. Кольнул во что-то глубокое.

— Тебе хорошо, соломинка? — прошептал, обжигая меня своим дыханием.

Без лишних слов схватила его за шевелюру и толкнулась навстречу. Мне не просто хорошо, а потрясающе. И я не хотела, чтобы этот волшебный момент заканчивался.

Мое тело будто пело в тон теплому ветру. Источало наслаждение, которым я была готова поделиться со всем миром. Ради одного такого момента стоило рискнуть и договориться с центурионом об освобождении целой дюжины кентавров.

— Ты душистая, как пряные травы, — урчал мой случайный любовник, ускоряясь в своих движениях языком. — Сладкая, как яблоки... Пахнешь облаками… Да, соломинка, кричи…

Больше не в силах сдерживаться, я запрокинула голову и, прыгая на лице кентавра, взвыла от удовольствия. Каждую мышцу жалило экстазом. Ноги парализовало, но я чувствовала, как покалывает кончики пальцев. В голове разгулялся ветер, комкая все трезвые мысли. Я улетала в космос от сумасшедших ощущений. Чувствовала себя исключительной, желанной, превосходной. Утопала в блаженстве, отдаваясь во власть любви и страсти. И едва не задушила ногами кентавра, когда задрожала от обрушившегося на меня оргазма.

Ослепленная, расслабленная, дьявольски счастливая медленно сползла по стволу дерева и рухнула в сильные объятия. Под полуприкрытыми веками разглядела склонившееся надо мной лицо и улыбнулась:

— Как тебя зовут?

— Скажу при нашей следующей встрече, соломинка, — ответил он, и я услышала странный свист откуда-то сверху.

Сообразить не успела, как мне что-то стукнуло по лбу. Перед глазами все закружилось, и последнее, что я успела разглядеть, это дуб, к которому все это время меня прижимал кентавр. Значит, в лоб мне прилетел… сраный желудь!

— Апчхи!..

…мать вашу.

Не знаю, думала ли я тот момент о чем-то конкретном, но когда очередная аллергическая экспресс-доставка выбросила меня прямо под ноги двухметровому, сверкающему мраморностью кожи амбалу, думать я перестала совсем.

Просто внимала его величию.

Выточенное из камня лицо медленно, словно бы лениво, повернулось ко мне, удивленно приподнимая широкие брови, и от того, как они смешно взлетели вверх по лбу, мне стало не по себе.

У-у-у… Какой громила!

Из тех, кто в хорошем настроении еще страшнее, чем в гневе: кто знает, что такому весельчаку в голову взбредет в порыве эйфории?

Широкая квадратная челюсть при любом повороте головы казалась массивной, и от того тонкие, по-мужски суровые губы смотрелись еще более скульптурными. Образчик, не иначе! А тело! М-м-м… Слюнями можно изойти! И легкое одеяние наподобие тоги практически ничего не скрывало, оставляя немного темных пятен, где могла разгуляться фантазия.

Интересно, а под этой юбчонкой что-нибудь есть?

Темные длинные волосы, собранные в высокий хвост, настолько поражали своей послушностью и блестящей гладкостью, что мне как девочке стало ужасно любопытно, чем он их таким мажет. Тоже так хочу!

Только вот тип моего завистливого взгляда не разделял, пару раз хлопнув ресницами и видимо решив, что пора действовать, метнулся ко мне, вызвав прилив естественного желания сжаться. И, нет! О своем яде я тогда не думала!

Мне самой жить хотелось!

— Эй, красавица, — заметив мою реакцию, бархатно промурлыкал этот величественный мужик. — Не бойся ты, не укушу.

— Да кто тебя знает, уважаемый…

— Дравен Хэл, — представился он, и у меня над головой дзинькнула лампочка.

Я же как раз о нем подумала, когда чихнула!

Это что получается? Моя аллергия носит настраиваемый характер? Это можно контролировать? Супер! Научиться бы!

— Обещаю не кусать, — убеждал он, все так же величественно протягивая мне руку. — Пока сама не попросишь.

— А ты зубки покажи, уважаемый Дравен Хэл, — попросила я, и… он улыбнулся!

Зубы у него кстати, были нормальные, очень даже приличные, дантиста центурион посещал регулярно. Это не могло не радовать. Мужик храбрец и герой, каких свет не видывал! Сам зубы лечит!

— Красивые. Мне нравится.

— Я рад.

— А вас мне госпожа Тотс подобрала? — поинтересовалась, окончательно потерявшись в замыслах женщины, которые наверняка подпортило мое перемещающее чихание.

— Да. Мне пришла заявка от распорядителя, что подходящая кандидатка найдена и готова к встрече.

— А вы живой?

— В плане? — удивился амбал, и его брови вновь смешно сдвинулись к линии роста волос.

— Ну, живой? Душа есть?

— А что?

— Убить вас не хочу, вы мне по важному делу нужны.

Заинтересованно хлопнув длинными ресницами, мужчина окончательно растерялся. Он вряд ли мог предположить, что девушка, которую ему подобрали, чуть ли не открыто признается, что может убить, так еще с какими-то планами с ходу лезет.

— Заинтересовала. Только может сперва хотя бы представишься, красавица?

— Мое имя Теона Энти-Морталис.

— Энти-Морталис? Это не твой отец в прошлом году выиграл тендер на планету Зортакс?

— Он самый.

— Интересно. Я даже вел с ним дела когда-то, деятельный мужик, с таким приятно работать. Вот уж не думал, что его дочь станет моей предначертанной.

— Чего-сь?

Амбал слегка склонил голову к плечу и соизволил пояснить:

— Голову держишь прямо. Глаза не прячешь. В поклоне от моей ментальности не сгибаешься. Значит, ты та самая. Моя.

— М-минуточку! Уважаемый!..

— Зови меня Вен, — уличив момент моего возмущения, ушлый центурион ловко поймал мои висящие в воздухе пальцы, и потянул на себя, усаживая на широкое колено. — Давай ближе знакомиться, у нас всего день. Я, к сожалению, вынужден буду прекратить свидание раньше, работа, не обессудь.

— Да хоть бы день был…

Убедившись, что громила умирать не собирается, я заинтересованно его разглядывала, пытаясь понять в чем подвох. Я, конечно, не ревнивица, и не собственница, но то, что у, казалось бы, обычного, хоть и здоровенного мужчины нет души смущало. Неужели уже отдал кому-то?

— Нравлюсь?

— Бесспорно, — призналась я, заглянув в ухо с неприкрытым любопытством.

— Что-то потеряла?

— Душа где?

Почему-то, этот вопрос меня до жути интересовал. Прямо такое зудящее любопытство, которое все равно отблескивало зеленцой ревности, свербя затылок.

— Душа? А зачем тебе моя душа?

— Себе хочу, — фыркнула я, изнемогая от нетерпения. — Если уж я предначертанная, то извольте отдать. Мне надо. Я ядовитая фурия.

— Ах, вот в чем дело! — всплеснув широкой ладонью вблизи моего лица, вынудил невольно шарахнуться.

Зашибет ненароком своей лапищей.

— В общем, душа моя в сосуде. А сосуд в межмирье.

— И как его оттуда достать?

Честно? Полегчало.

Мысль о том, что он не посмел отдать свой дух какой-нибудь красотке с края галактики немного успокоила. Но все же звенящее желание заполучить ее продолжило зудеть в ладонях огненными муравьями.

Хочу! Хочу, и все тут!

— Стать моей женой, — улыбнулся тигриной улыбкой, и потянулся ко мне губами, расслабленно прикрывая глаза.

— Вот так сразу?

— А чего тянуть? Тотс в выборе не ошибается, я ей доверяю. Тем более ты такая…

— Какая? — любопытно вытянула голову навстречу, не до конца осознавая, почему так внимательно слушаю.

Было в его голосе что-то такое… Завораживающее. Хотелось, чтобы он продолжал говорить не останавливаясь, окутывая хриплой бархатностью тембра, и желательно голый.

Собственно, почему нет?

У меня сегодня слишком странный день, и уж если свезет на такого мужика голышом посмотреть, то я только за.

— Интригующая. Так какое у тебя ко мне дело?

— Уж если речь идет о свадьбе, то требую свой подарок на помолвку.

— Вот, как! — наигранно удивился он, и широкая ладонь скользнула от лопаток до поясницы, мягко намекая на то, что не прочь пощупать и ниже. — И что же ты хочешь, сокровище мое ненаглядное?

— Мелочь, сущий пустяк.

Повинуясь закипающей атмосфере и понизившимся в предвкушении голосам, я сама потянулась навстречу, сталкиваясь губами с мужским ртом, и закрывая глаза.

Божечки-кошечки! Как… как приятно!

Теплое, заражающее тепло, коснулось кончика языка в ответном жесте, и скатилось вниз по пищеводу, согревая все, что таилось под ребрами. Жадно впившись коготками в широкое плечо, я потянула центуриона на себя, и тот, поддавшись моему порыву, ловко подхватил меня под коленом, разворачивая к себе лицом, и прижимая бедра плотнее.

— Сущий пустяк, говоришь.

— Говорю, — прошептала я, оторвавшись на вдох, и теснее прижимаясь закованной корсетом грудью, от ноющей, требовательной боли в сосках, зашипев.

— Ерунда. Крохотный каприз. Ты даже не вспотеешь.

— Звучит обнадеживающе, — фыркнул он, и без лишних промедлений нырнул ладонью под юбку, тут же цепко хватаясь за тесемки белья, и жадно потянув его вниз.

До хруста и едва различимого треска, оставляя мне вместо трусиков комочек ткани.

Да и демон с ними! Надоели, честное слово!

— Но вспотеть я хочу, — признался он, окончательно располагая к себе.

— Я, это, — прошептала сдавлено, невольно всхлипнув, когда жесткие, но горячие подушечки пальцев прижались к влажным складкам. — Ни разу.

— Я понял, фурия моя ненаглядная. Буду аккуратнее.

Полегчало, правда.

Центурион, он же Вен, как попросил себя называть, целовался просто отменно. Мне казалось, что я вот-вон насыщусь, и захочу другого продолжения, но стоило оторваться, как жадность вспыхивала алым костром, возвращая меня к мужским губам.

Пляшущие по складкам пальцы, двигались в ритм с языком, затягивая под глубины этого молчаливого танца, и призывая двигаться еще, что я и делала, незаметно за себя закачав бедрами.

— Сисечки покажешь? — Облизнувшись, этот сексуальный магнит ошпарил коротким, но горячим поцелуем шею. — Уверен, они у тебя сладкие, с острыми сосочками.

Даже отвечать не стала, только увела руки за спину и потянула ленты корсета, развязывая тугой узел, державший моих стонущих от жажды прикосновений девочек. Только бы он их потрогал, только бы обласкал…

Оставив за мужчиной задачу окончательно меня раздеть, занялась своими не менее важными делами, стягивая с плеча петлю тоги, чтобы уже прочувствовать рельеф великолепного пресса, сокращающегося от касаний моих коготков.

Вкусный… Только трогать и трогать. Как можно остановиться вообще!?

Всхлип от очередного, но совершенно другого прикосновения, получился жалобным и по-женски требовательным. Широкая подушечка мужского пальца мягко нырнула между складок и надавила, проникая глубже, стремясь оказаться внутри.

Тут же исчезнув, через секунду появилась вновь, чуть более требовательнее надавливая и пачкаясь в вязких каплях сока, норовившего скатиться вниз по коже.

Никакого сопротивления — это я поняла уже тогда, когда костяшки мужской ладони стукнулись о внутреннюю часть бедер, и центурион подо мной удовлетворенно зашипел, усиливая толчок.

— Нравится? — прошептал искушающе, свободной рукой стягивая ткань корсета вниз и выпуская затосковавшую грудь на свободу. — О-о, мне точно нравится…

Округлую мягкость груди тут же смяли в жадном, порывистом жесте, остро погладив стоящий сосок, и окончательно осознав, что сейчас будет, я зарылась пальцами в темные волосы, притягивая мужскую голову ближе.

Вен немедля отозвался, втягивая вершинку в горячий рот, и слегка приподняв мои бедра, приставил пульсирующую плоть к раздвинутым складкам, которые запульсировали в ответ на этот жест.

— Так чего ты хочешь, душа моя?

— Я… я хочу, — мягко, повинуясь мужским рукам, я раскачивалась, все больше расслабляя бедра и опускаясь вниз на махину, что прятал под юбчонкой этот бог. — Я хочу, чтобы ты…

— Ну же, скажи.

— Чтобы, — прервалась шипением и храбро опустила бедра до упора, ощутив, как перед глазами помутнело от трещащей наполненности, и пьяного мужского взгляда напротив. — Отпустил из темницы Армана. Полуконя.

— М-м-м, — простонали мне в ответ, переваривая сказанное.

Несколько секунд потребовалось центуриону, чтобы осознать смысл сказанных мной слов. Его взгляд резко протрезвел, губы сжались, и выразительно сурово дрогнула венка у виска.

— Что, повтори?

— Отпустил, — по словам начала я, качнув тазом, и наслаждаясь новой пеленой туманности. — Из темницы, — вновь толчок. — Полуконя Армана. Говорю же — мелочь.

— Зачем? А-а-а…

Новый стон буквально вышиб из меня любое смущение и растерянность.

Вид того, как от такой огромный величественный мужик плавиться от твоей ласки, и на глазах дурнеет от взаимности, кружил голову. Мне потребовалось не только его душа, но и тело, и внимание целиком и полностью. Или он провалиться во мне, или я ему нос откушу в порыве страсти.

— Просто надо.

— Теона, — начал сурово он, но я ловко придвинулась еще ближе, вжимаясь пиками острых сосков в великолепный торс, и поджала бедра, порывисто качнувшись еще раз.

И еще раз… и еще раз…

Мучая неторопливой скоростью, но тесным и жадным проникновением, я потянула темные волосы назад, заставив мужчину запрокинуть голову, и необдуманно пошло прочертила кончиком языка линию от яремной ямки до самого подбородка, не упустив шанса вернуться к сладким губам.

Я, наверное, сдурела, но… Если бы можно было провести так всю жизнь, я бы не обдумывая согласилась никогда не вылезать из койки в доме свиданий госпожи Тотс, оставаясь припечатанной к этому красавчику.

Пообещавшему мне душу, между прочим.

— Ладно, твоя взяла. Хрен с ним с конем, — сдался этот великан, крепко сжимая мою талию своими широченными ладонями и перехватывая бразды правления. — Будет тебе Арман.

— Мне не надо. Просто отпусти и все, о большем не прошу.

— Будь по-твоему, но замуж ты за меня выйдешь, раз уж подарок на помолвку подарен.

— Без проблем! — храбро пообещала я.

Думал, я ломаться буду? Да ща-а-аз! Никуда этот экземпляр от меня не денется, закую кандалами долгого и крепкого брака, будет капризничать — детишек нарожаю!

Полностью заполучив власть, центурион без усилий приподнял меня в воздух и тут же с силой опустил вниз, вторгаясь своим членом до конца, и растягивая под себя с зазвеневшим в ушах удовольствием.

Закатив глаза, позволила губам отпустить с себя стон полный истомы, и доверилась мужчине, покорно позволяя подбрасывать себя вверх вновь и вновь. Пока перед глазами туман не ляжет, пока кровь в венах не закипит пеной, выворачивая наизнанку душу.

— Какие сиськи, — протянул на выдохе, возвращаясь к ним и покрывая горящими отметинами соски и белую мягкость, не оставляя даже кусочка не исцелованной кожи. — Как сладко подпрыгивают… О, да, красавица! Вот так!

Резко перевернувшись, Вен уложил меня на спину не выходя, и требовательно разведя дрогнувшие ноги, уложил их себе на бедра, подтягивая мои ближе.

Теперь он жадно разглядывал точку соединения наших тел, и словно в издевку хлопнул подушечками пальцев по клитору, запуская по телу импульс подобный зажженному фитилю.

Вот-вот, и рванет!

— Пошире ножки, моя девочка. Хочу видеть, как трахаю твою узкую дырочку.

Требовательный, испепеляющий властью голос сводил с ума, и натурально лишал сознания, потому что я податливо шире развела колени, и вновь протяжно всхлипнула от нового щелчка по гудящей точке.

— Вот так, да-а… Моя узенькая девочка. Моя ядовитая мечта. Да, Тотс никогда не ошибается, ты идеальная.

— Вот черт!

Только и вскрикнула, совершенно провалившись в пошлые словечки, и едва не соскочила с бьющего тараном члена, не контролируя вздрагивания собственного тела.

Не позволив мне увильнуть, центурион с жадным, обгладывающим аппетитом жрал глазами мой оргазм, натягивая на себя до упора и не сбиваясь с выбранного им ритма, проталкивая своего удава все глубже в ставшее податливым лоно.

— Как сладко кончила… С первого раза, — выдавил надрывно, опуская ресницы, и судя по лицу, прокручивая этот миг в голове. — Жаркая, ненасытная, отзывчивая моя фурия!

Кончал он бурно!

Слабо представляя себе мужское удовлетворение, я даже глаза открыла, поглощая взглядом то, как вздрагивает пронизанное мышцами и жилами мощное тело, как капли пота серебрятся на мраморной коже, и как дрожат ресницы на красивом, утопленном в возбуждении мужском лице.

Плоть во мне пульсировала, дрожала, изливаясь внутрь и заполняя меня семенем, кажется с напором гидранта.

Или он очень долго меня ждал, или определенно что-то трескает для обильности…

— Ты… просто космическая, — склонившись от бессилия, и нависнув надо мной, Вен коротко слизнул каплю пота у меня на шее, и шумно втянул воздух. — Надышаться тобой жизни не хватит.

— Угу…

— Завтра отправлю твоему отцу предложение. Ты согласишься, и уже на следующей неделе сыграем свадьбу, идет?

— У-угу… — устало протянула я, не в силах даже руку сдвинуть.

Ходить еще неделю не буду… Ноги не сойдутся!

— А сейчас пару минут передышки, и повторим.

— У-уг… Еще?

— А ты думала? — лукаво стрельнув темными глазами, Вен демонстративно толкнулся все еще не опавшим членом. — Я тебя долго ждал, и времени у нас всего сутки. Я планирую крепко тебя затрахать, всю исцеловать, и при возможности еще поиграть с твоими сисичками в игру «Соски, подъем!». Если останутся силы еще попробую твою сладкую дырочку на вкус, и предложу себя на пробу, как на это смотришь?

— Ты…. Ты трахарь!

Дравен рассмеялся, широко и басовито, рассыпая по телу сладкие мурашечки благоговения.

Ну, красивый мужик, сил нет! Такой весь теплый, не смотря на суровость, и уютный. Прямо вплелась бы в него ядовитым плющом и никогда не отлипала.

— Я не помешал?

Просочившийся из тени угла вампир, о котором, я честно признаться забыла, хмуро сдвинув брови к переносице стоял посреди комнаты, уперев руки в бока. На нем были только кожаные штаны, подчеркивающие стоящий зад и бледность поджарого пресса, которым он сверкал без стеснения.

— Помешал, — охреневая и явно начиная сердиться, ответил Вен.

— Я старался, — нагло выдал острозубый. — Это моя крошечка, мы не доиграли.

Покачивающиеся на петле его штанов наручники, ярко намекнули, что речь не про «крестики-нолики».

— Ты ошибся дверью, жмур? — в голосе Дравена мелькнули нотки раздражения.

В руке вампира откуда ни возьмись материализовался искрящийся свиток. Сдув с него огоньки, он с ленцой развернул рисовую бумагу и зачитал:

— Пункт третий: Арад Асмодей из клана достопочтенных ночных стражей по прозвищу Кинжал добровольно соглашается на свидание с Теоной Энти-Морталис, о чем упомянутая извещена должным образом… Бла-бла-бла… А, вот еще, заключение: договор вступает в силу с момента первой встречи Арада Асмодея и Теоны Энти-Морталис и прекращает действие через трое суток или по заявлению одной из сторон… Насколько мне известно, ни одна из сторон никаких заявлений Тотс не подавала. Следовательно, это мой леденец, уважаемый центурион Дравен Хэл.

Мне стало душно. Вен безусловно мужчина мечты. Я всерьез намерена выйти за него и из-под венца не убегу. Но с Арадом у меня случился первый поцелуй. Именно он зародил во мне веру, что я могу стать любимой. Впрочем, кого я обманываю? Я попросту хочу продолжить наше свидание. Даже после всех своих эротических приключений.

У дальней стены вдруг засветился полупрозрачный экран, по которому мелькнули бегущие строки на непонятном мне языке, сопровождаемые противным монотонным гудком.

— Как не вовремя! — выругался Вен, спешно одеваясь не в тогу, а в военную форму с орденами и нашивками. — Служба эта, пропади она пропадом! Обещаю, фурия, — с жаром поцеловал меня, попутно застегивая серебряные пуговицы на кителе, от которых вампир поморщился и немного отошел в сторону, — я вернусь к твоим сисечкам при первой же возможности. Дождись меня.

— Не забудь, о чем мы говорили, — напомнила я, обеими руками вцепившись в жесткий ремень его брюк.

— О свадьбе? Ни за что! Первым делом свяжусь с твоим отцом…

— Об Армане.

— О ком? А! — опомнился мой горячий любовник. — Тот конь! Помечу крестиком.

Сорвав с груди один из орденов, он острым углом выцарапал две пересекающиеся полоски на тыльной стороне ладони.

У меня мурашки по коже проскакали, а вампир голодно облизнулся, вдохнув уловимый его чутьем запах свежей крови.

— Даже не мечтай вгрызться мне в глотку, — предупредил его Вен. — Центурионы вакцинированы тем, что тебя отравит, едва капля моей крови попадет на твой язык.

— Я не дикарь какой-то, чтобы кидаться на кроликов, — усмехнулся Арад. — Банк крови не оставляет нас голодными. Пока что.

Вен поочередно поцеловал мои соски, рыкнул от удовольствия и в повелительном тоне бросил Араду:

— Головой за нее отвечаешь, пока что не голодный.

— Да хоть членом. Пока она со мной, с ней ничего не случится.

Ебушки-воробушки, как же охрененно такое слышать. Мужчины меня не избегают, а берегут.

Не задерживаясь, Дравен активировал портальную капсулу, вошел в сгусток света и исчез. Отправился на другую планету, а может, в другую галактику. Кто их знает, этих военных. Главное, что он влюблен в меня, как кот. Значит, обязательно вернется.

— Позволь проводить тебя в мои апартаменты, сахарная тросточка, — произнес Арад, указывая на дверь.

— Почему ты сразу не сказал, что у тебя свиданиесо мной? — возмутилась я, подскочив к нему в чем мать родила.

— Вообще-то, я сказал.

— Ты сказал, что ты девственник!

— Разве? — Он иронично сузил глаза. — Мне четыреста тридцать шесть лет, Теона. Я трахнул столько женщин, сколько твоему центуриону не снилось. Ты сама придумала для себя легенду про вампира-девственника. Я был уверен, что это часть игры, которую ты искусно начала, а потом испарилась.

Блин!

Я прикусила язык. Конечно же он воспринял мое странное поведение, как игру. У этого парня комната с орудиями сексуальных пыток. Ему в радость веселиться. Но с чего Тотс решила, что мне понравится жесткий секс? Она производила впечатление опытной свахи. На глаз определяла, кто о чем мечтает. Неужели она чувствовала во мне ту сторону, которую я сама в себе еще не открыла?

— Ты слишком много думаешь, Теона. Давай попробуем, а там уже решишь, что тебе по душе, — считав мои мысли, улыбнулся вампир и сгреб меня своими холодными ручищами в охапку.

Стрелой пронесся по коридорам-лабиринтам и вернул меня в свои красные апартаменты. Его скорость поражала воображение. Кажется, я даже моргнуть не успела. Но если это не глюк, мимоходом заметила госпожу Тотс, дающую интервью межгалактической прессе.

— Итак, — подытожил Арад мое исчезновение, — у тебя аллергия, вызывающая неконтролируемые передвижения в пространстве.

— Контролируемые, — поправила я его, медленно двигаясь ко комнате и водя ладонью по реквизиту. — В последний раз я перенеслась туда, куда хотела. А с чего такое любопытство?

Села на крутящийся стульчик и схватилась за две свисающие сверху цепи.

— Видишь ли, я доктор аномальных медицинских наук, — вкратце резюмировал вампир, обходя меня по кругу. — Мне весьма интересны такие случаи, как твой.

— Раз доктор, то я могу тебе доверять?

Он встал у меня за спиной и двумя легкими движениями защелкнул браслеты на моих руках, тем самым приковав к столбам. Вместе с этими щелчками бухнулось и мое сердце.

Холодные, но нежные пальцы вампира скользнули вниз по моим рукам. Легли на плечи и одним нажатием на ранее неведомые мне точки буквально обновили мои силы. Я ощутила такой небывалый прилив энергии, что даже бодро вскрикнула:

— Ух ты! Что ты сделал?!

— Дравен Хэл вымотал тебя, — шелестящим голосом проговорил Арад. — А мне нужна сильная девочка.

— Для чего? — напряглась я.

Он в мгновенье оказался передо мной, резко развел мои колени в стороны и шепнул мне в губы:

— Для секса, который ты никогда не забудешь, моя сосочка…

— Выбирай, колокольчик или стоп-слово?

— М? — испуганно моргнула.

— Если закроем твой рот кляпом, то у тебя должен быть шанс оповестить меня, когда все. Прям конкретно все.

Вампир показал мне кляп-шар на сбруе.

— Жесть какая, — констатировала я. — Давай стоп-слово.

Я перебрала в голове пару миллионов слов и пискнула:

— Банан?

Арад скептически хмыкнул. Согласна, неудачное слово. Я же в порыве страсти его член могу с бананом сравнить, а он возьмет и прекратит меня сладко мучить.

— Давай центурион? — предложил он.

— Почему центурион?

— Как только услышу о нем, возбуждение само по себе спадет.

Услышал бы такое Дравен Хэл, открутил бы вампиру голову.

— Договорились, — не стала спорить я.

На мужских ладонях заструилась атласная лента.

— Но глаза завяжем.

— Зачем? Я хочу видеть тебя, — закапризничала я.

— Так ощущения будут острее.

— Хоть брюки сними, прежде чем завязать, — попросила с мольбой, но он меня проигнорировал.

Повязал ленточку на глаза, погрузив меня в кромешную тьму.

— На него надо не смотреть, его надо трогать, — прошептал мне на ухо и растворился в пространстве. — И запомни, по условиям игры ты не знаешь моего имени.

Минуту прислушивалась к звукам. Льющаяся вода, тихий шорох, собственное дыхание, позвякивание цепей. Сгущаясь, они превращались в подобие музыки, делая мой слух восприимчивее.

Расслабившись, я аж вздрогнула, когда мягкая, как перо, кисточка коснулась моего позвоночника. Она скользнула вверх, потом вниз, снова вверх. Оставляя после себя тепло и дорожку из мурашек.

Протяжно застонав, я откинула назад голову и выгнулась, подставляя другие части тела для приятных щекочущих манипуляций.

— Ты знала, что испытать оргазм можно исключительно силой мысли? — урчаще спросил вампир, завораживая меня поглаживаниями кисточки.

Провел ею по груди, вздыбливая соски, по ребрам, по животу. Спустил кончик ниже и одарил лаской чувствительный треугольник.

— Колени не сводить, — рыкнул грозно, отчего я замерла, стиснув зубы.

Казалось, мое тело находится где-то в невесомости. Тонет в удовольствии. Я даже не сразу заметила, что мягкая кисточка в какой-то момент стала ершистой, щетинистой. Но уже не была против ее блуждания по моему телу. Наоборот, шире разводила колени, подставляя ей навстречу внутреннюю сторону бедер.

— О-о-о… Ара-а-ад…

— Я сказал, ты не знаешь моего имени! — напомнил он мне слишком поздно. Отстегнул одну мою руку и хищно приказал: — Мастурбируй.

— Что? — хрипнула я.

— Это твое наказание. Мастурбируй, пока я не остановлю тебя.

Капец какой-то…

Холод, который источал вампир, сменился теплом. Я предположила, что Арад отошел в сторону. Оттуда лучше видно, как мои пальцы неуверенно массируют складки.

— Не так быстро, карамелька. — Шорох снимаемых штанов, хруст кожаного кресла под тяжестью мужского тела. — Зажми клитор двумя пальчиками… Та-а-к… Потереби его…

Лаская саму себя, вдруг стала чувствовать, что снова возбуждаюсь. Еще и понимание, что вампир смотрит на все это во всех подробностях. Руководит. Властвует.

— А вдруг я описаюсь?

— Я только этого и жду…

Извращуга клыкастая!

— Введи одну фалангу в дырочку…

Покорно выполнила приказ и закусила губу, отрывисто простонав.

— Медленно вынь и снова введи… Еще разочек… Да, таблеточка от всех недугов… Работай пальчиком… Еще… Еще, мое медовое яблочко… Пососи этот пальчик…

С трепетом сглотнув, поднесла его к губам, лизнула кончиком языка и втянула ртом.

— Два пальчика, — скомандовал вампир. — Оближи их и введи в свою влажную щелку.

Я уже была готова на все. Арад будто бифштекс прожаривал. Сначала слегка с обеих сторон, потом до румяной корочки. Плавно вел этот процесс. Заставляя меня полюбить его пристрастие.

Ввела в себя два пальца и протяжно выдохнула от удовольствия. Дрожала под пристальным взглядом вампира. Сходила с ума, как от опиумного отвара.

Вдруг меня снова обдало прохладой. Вампир отстегнул мою вторую руку и вложил в нее что-то силиконовое, приятное наощупь, ребристое, в форме…

— Теперь игрушкой, — велел он, рывком перенеся меня со стульчика на кровать.

Я шлепнулась на спину и, не оттягивая время, подогнула и развела ноги. Была уверена, что Арад стоит прямо напротив. Любуется. Возможно, даже поглаживает свой… кинжал.

До самой глотки засунув в рот игрушку, смазала ее слюной и принялась выполнять приказ своего господина. Никогда бы не подумала, что моя спина способна так выгибаться. От кайфа я фактически встала на лопатки. Мастурбировать с завязанными глазами и правда было остро.

— Достаточно, — остановил меня вампир перед самым оргазмом.

— Но…

Он склонился надо мной, рукой вдавив матрас, сорвал с моих глаз ленточку и перевернул меня на живот.

Почувствовала, как его пальцы прошлись по моей промежности, размазывая соки похоти. Он хотел убедиться, что я не имитировала. Мог бы просто залезть в голову. Но читать мысли слишком просто. Тогда пропадает весь смысл в играх.

— В попку попробуем? — спросил шепотом, отодвинув волосы с моего уха.

Меня затрясло от сексуального голода. Хоть куда попробуем, только бы поскорее, пока я не взорвалась.

Подушечкой пальца помассировав тугое колечко, он ввел в него одну фалангу и дал мне секунду познакомиться с новыми ощущениями.

— Стоп-слово. Не забывай, — напомнил он, что в любой момент я могу прекратить эту муку.

Я лихорадочно покивала и подставила ему зад. Не медля, вампир притянул меня к себе. Одной рукой обхватил плечи, другой направил свой член в мой анус.

Панически пискнула, когда уши заложило, а перед глазами блеснули искры. Но уже в следующее мгновенье, по венам разлился дикий жар.

— Умоляю… — всхлипнула я. — Арад… Трахни уже меня…

Это была грань.

Дернувшись, вампир толкнулся вперед, заполняя собой мое нутро. Плавно вышел и толкнулся снова. Еще и еще. С таким энтузиазмом, будто пережил сто лет воздержания. Не зря у него прозвище Кинжал.

Переметнувшись с кровати на пол, подхватил меня под бедра и снова усадил на свой болт. Так стало даже удобнее.

Спиной трясь о его твердый торс, запрокинула голову ему на плечо и в полуобморочном состоянии поймала его губы своими.

— Быстрее, Арад, — прошептала с поцелуем. — Глубже… Жестче…

Он не отставал. Драл меня конкретно. До слез счастья, текущих по щекам. Не дав отдышаться даже во время накрывшего меня с головой оргазма, продолжал вторгаться в меня, как по заказу — чаще, глубже, жестче. Делая из моего оргазма целый праздник с фейерверками.

— Мне очень жаль, ириска, — хрипел, бешено орудуя членом, — но я еще не кончил.

— Так не останавливайся… — молитвенно попросила я и в полузабытье заметила материализовавшегося в углу комнаты Вена. — Центруион? — выкрикнула растерянно.

Вампир резко закончил толчки, и все вокруг замерло.

— О, нет, Арад, это было не стоп-слово!

— Увы… — тяжело дыша, произнес он мне на ухо.

— Но у тебя же до сих пор стоит!

— Желаешь продолжать? При нем?

Дравен, глядя на нас с плохо скрываемой ревностью, отложил оружие, снял китель, расстегнул ремень и, оголив эрегированный член, приблизился ко мне.

— Я кожей чувствую твои желания, фурия, — обдал мое лицо горячим дыханием и, впившись в губы, толкнулся в лоно.

Ахнула от новизны впечатлений.

Во мне было два члена!

Испугалась, конечно. Думала, порвусь. Но эти двое так ритмично раскачивали меня, что через минуту я сама подбрасывала себя в воздухе.

Чередовала свои поцелуи, одаривая ими то Арада, то Вена. Царапала шею своего центуриона. Дергала за волосы своего вампира. Стонала в унисон их хрипам. Любила их обоих и была любимой ими.

— Быстрее, мальчики! — постанывала, жаждая больше и ярче. — Я буду вашей… Навеки…

Кончила вместе с ними, застряв обессиленной куклой промеж сильных мужских тел. Улыбалась, чувствуя пульсацию их агрегатов, выжавших в меня все до капельки. Таяла и текла однородной массой. Никогда в жизни не была настолько счастливой.

— У меня для тебя подарок, — доложил Вен, выскальзывая из моего лона. — Тебе есть, во что одеться?

Арад осторожно опустил меня на край кровати и протянул свою рубашку:

— Сойдет?

— Смотря куда мы пойдем.

— Недалеко, — ответил Вен. — Сойдет.

Я надела рубашку вампира с готическим воротником, едва прикрывающую голую попу, и последовала за Дравеном в его капсулу телепортации. Пока перемещались в пункт назначения, он несколько раз успел помять мою грудь и ущипнуть за сосок. Шалунишка!

Нас вынесло к реке с дубом, у которого кое-кто подарил мне первый в моей жизни кунилингус. Хотя я его даже не просила.

Рыжеволосый кентавр стоял на краю берега, а в нескольких метрах напротив него двое космических стражей конвоировали арестанта с бейджиком на рубашке «Арман/72307564». Вот только в чем конфуз. Арман не был кентавром. Это был мужчина с головой коня!

У меня отвисла челюсть. Вот уж чудеса природы.

— Что это? — ошарашенно спросила у Вена.

— То, о чем ты просила.

— Но… Но…

Армана освободили. Не веря, что он вновь на воле, он медленно подошел к своему так называемому брату, и они крепко обнялись. После чего вошли в реку и с головами исчезли в бурном потоке.

— Они же утонут! — запаниковала я.

Напрасно.

Спустя несколько секунд полноценный мужик и полноценный конь поднялись на берег, стряхивая с себя воду.

— А… Э…

— Магия, — пояснил Вен. — Он немало погрешил в своей жизни. А когда спутался с ведьмой и бросил ее, она наказала его за все грешки. Наложила заклятие, смешав его с его же собственным конем.

— И кто же он?

Этот рыжик подошел ко мне, улыбнулся и представился:

— Арман. Принц этого прекрасного мира.

— Так это ты Арман? А твой брат всего лишь конь?

— Самый верный конь.

Тот весело заржал и закивал головой.

— Надеюсь, теперь ты утихомиришь свой народ, — сказал ему Вен.

— Можете положиться на меня, центурион, — с поклоном ответил Арман. — Кентавры оставят в покое мирные владения. Дом первых свиданий госпожи Тотс отныне неприкасаем. Мы вернемся восвояси. Но с этого дня никаких колоний, никакого рабства.

Он хитро подмигнул мне, и я смущенно улыбнулась. Хвала Великому Взрыву, сотворившему миры, оральный секс у меня был не с конем, а с заколдованным принцем.

— Берегите эту соломинку, — попросил он Вена. — Она заслуживает лучшего.

— Без тебя разберемся, — ответил мой жених и сиюминутно вернул нас в апартаменты вампира.

Не успела я облегченно выдохнуть, как увидела, что помимо Арада, нас ожидает еще кое-кто. Тот, для кого я до истерики красивая. Мой булыжничек. Мой голем.

— Камешек мой!

Не знаю почему, но я искренне обрадовалась!

Даже не смотря на цветы с тонким ароматом миндаля, которые унесли меня к черту на рога, у меня остались только самые теплые воспоминания о нашей встрече, и об Альдо в целом.

Раскинув руки в стороны, я бросилась ему навстречу, замечая, как расцветает улыбка на мужских губах.

Альдо резко поднялся, и подхватив меня с моим обнимательным порывом вместе, крепко прижал к себе, зарываясь крупными пальцами в волосы на затылке, и трогательно вжимаясь в них носом.

— Моя красавица, — с облегчением выдохнул он, проигнорировав напряженное фырканье за моей спиной. — Я скучать без тебя. Сильно.

— Скучал, — уже привычно поправив, поерзала, дав голему возможность аккуратно перехватить меня под задницей, чтобы окончательно устроиться в его руках. — Я тоже соскучилась. Прости, что так вышло…

— Моя ошибка. Альдо понять, что красавица не любить орехи, — признался он, с самым прискорбным видом. — Альдо понять, и запомнить. Больше не отпустить моя фурия.

Проникнувшись виноватым тоном, я мурлыкнула словно кошка, и кокетливо провела ладошкой по голым литым плечам.

Может, за время, что мы были не вместе я успела окончательно испортиться, в хорошем смысле этого слова, а может я правда истосковалась, почувствовав в этом камне родственную… душу, но… Мне страстно захотелось оказаться с ним в кровати, и еще разок, но уже со вкусом и расстановкой воспользоваться супер-пупер-вибро режимом. И каменным жезлом тоже! Хотя бы, чтоб доказать самой себе, что я могу обуздать этот… нефритовый стержень!

— Теона, — подал голос явно недовольный Арад. — Ничего не хочешь объяснить?

— Это… Это Альдо, — смилостивилась я, отлипнув наконец от разглядывания эротично мужественной шеи моего булыжничка. — Он мой.

— Вот так просто? — хмыкнул Вен.

— Угу. Ну мой он.

— Я — красавицы, — не остался в стороне Альдо, кивком головы подтверждая мои слова. — Альдо выбран кандидатом. Тотс одобрить меня для красавицы.

— Это я уже понял, — Арад раздраженно махнул рукой. — А делать то с тобой чего? Тут как бы очередь!

Обведя незабвенного себя, и лениво указав на центуриона, вампир выразительно развел ладони, требуя ответ. Альдо кажется вообще не слушал, вернувшись к разглядыванию моего лица огромными влюбленными глазищами, выдав только лаконичное:

— Подвинуться.

— Чего!?

— А он мне нравится, — хмыкнул Вен уважительно. — Ладно, будь по-твоему, фурия. Если хочешь этого в коллекцию — пусть будет.

— С какого перепугу!? — продолжал возмущаться Арад, но центуриону кажется было уже все равно.

За такими, как он, всегда было последнее слово, не поддающиеся критике, окончательно убедив меня в том, что все что произошло между мной и вампиром было только с согласия центуриона, которого это по какой-то причине не напрягало.

Вот и славненько! Потому что, что с зубастым, что с булыжничком я прощаться не хотела, вкусив собственный голод. Ну вот нужны мне они! Все! Не хочу ни с кем делиться! Мои!

— О-о, как глазки то загорелись. Моя кошечка проголодалась? — промурлыкал центурион и тут же закатил глаза. — Да ё-мое! Крошечка, прости, вызывают опять, — пожаловался он. — Не грусти, эти двое утолят твой голод, не зря же я оставил их в живых.

— Да с чего!?..

Вампир продолжал бесноваться, не понимая, почему должен на это подписываться, когда я согласно качнула головой, отпуская Вена по делам.

Тот послал мне воздушный поцелуй и шагнул в капсулу, вновь исчезая во вспышке света, и оставляя меня с недовольным, пышущим от возмущения вампиром, и молчаливым големом, который это недовольство равнодушно игнорировал.

— Арад…

— Что? — фыркнул он, складывая длинные поджарые руки на груди.

— Не дуйся.

— Я не дуюсь. Я крайне недоволен тем, что мне придется тобой делиться даже с этим, — палец напряженно устремился в стену, намекая на существование центуриона. — А теперь еще и этот! Какого демона, куколка? Тебе меня мало?

— Вовсе нет.

Без слов попросив спустить меня с рук, я, оказавшись на полу с позволения голема, сделала несмелый шаг навстречу зубастому, потянувшись пальцами к пуговкам на рубашке.

— Просто… это тоже мое, понимаешь? Это, как если бы тебе сказали выбирать между кровью и твоими предпочтениями в постели.

Вампир поморщился, но промолчал, бегло заглянув в открывающиеся декольте.

— Одно без другого никак, сам же знаешь. Вот и я без тебя, центуриона и Альдо не целая.

— Я не хочу делиться, — вредно выдохнул он, не сдвинувшись с места, но продолжая косо поглядывать в прорезь между полами рубашки, которые я не распахивала, оставив место для интриги.

— И не надо. Меня на всех хватит.

— Ты уже замуж собралась за Хэла! А как же я?!

— Скатаемся на Цинтру и заключим еще один брак, он будет таким же законным. Идет?

Мужчина думал, нервно постукивая носком черной лакированной туфли.

От того, какой он сейчас недовольный, злой и всклокоченный у меня почему-то потекли слюни, словно наталкивая на мысль, что вампир тут — я, только энергетический.

Сцапать бы его! Смять! Запрыгнуть, обвивая голыми ногами бедра! У-у-у!

— То есть, мое предложение руки и сердца ты принимаешь?

— Вроде того, — улыбнулась я. — Заставь меня прокричать тебе «да».

— Ты нарвалась, — злобно сверкнув глазами, прошипел вампир, звучно клацнув зубами.

Вновь красный коридор скорости, только короче, и я уже лежу на кровати, погребенная под вампиром, оседлавшим меня своим весом и внушительно склонившегося лицо к лицу.

— Надрать бы тебе задницу, Теона, — признался он. — Выпороть, до красных полос.

— Опять к своему инвентарю прибегнешь?

— Хуже, — вампир оскалился, нагоняя страху. — Я воспользуюсь им, как инструментом наказания. Для того, чтобы ты сказала «да», этого будет достаточно.

— Почему ты так уверен?

— У тебя же с ним ничего не было, — склонившись к уху, и обдав его прохладным дыханием, прошептал вампир. — В жизни не поверю, что ты не успела, козочка моя прыткая, значит причина в другом. И она выпирает у него из-под ширинки брюк. Эй, как там тебя!?

— Альдо, — напомнил голем, хмуро скрестив тяжелые руки на груди. — Не обижать красавица — сломать морда вампира.

— Брос-сь, — вновь зашипел Арад. — Никто не будет обижать нашу девочку, я, напротив, хочу, чтобы она кричала от удовольствия. Не желаешь поучаствовать?

— Альдо большой, — немного грустно пояснил он, отрицательно качнув головой. — Нельзя без подготовки. Фурии может быть больно.

— О, мы ее для тебя подготовим! Ух, как подготовим! Руки наверх, Теона! Это приказ!

Не смея ослушаться, я отбросила руки на спинку кровати, да так, что костяшки пальцев со звучным стуком прилипли к деревянной перекладине.

Даже не подумаю сопротивляться! Игра, что задумал вампир будила не хилое предвкушение.

— Запоминаем правила, детки, — с запалом коварного гения, начал он. — Теона ведет себя послушно и открывается свой чудесный ротик только чтобы согласиться на мое предложение. Ты поняла?

Кивнула. Молча.

— А ты громила каменная, слушаешь меня и все у нас получится чики-чики-пау-пау, ясно?

Альдо тоже кивнул, но скепсис с каменного лица никуда не пропал. Его можно было понять: если я еще хоть как-то представляла, что за забавы затеивает вампир, и что они в его духе, то голем идеи послушания не разделял, тем не менее любопытно взирая на то, как зубастый нетерпеливо распахивает полы рубашки, оголяя мою грудь.

— О, как я по ним скучал! Девочки мои сладкие, — нетерпеливое шипение слилось с легким пощипыванием обоих сосков сразу, вырывая стон, который я с трудом, но проглотила. — Сегодня мы с вами поиграем вдоволь. Ноги, Теона.

Шире!

Послушно разведя колени, с дрожью на руках проводила взглядом то, как вампир плавно скатился вниз, устраиваясь между раздвинутых ног.

А я между прочим, без трусов! Их Вен порвал!

— Нравится?

— Очень, — признался голем, тяжело сглотнув. — У красавицы очень красивая киска.

Киска! Он сказал «киска»!

От того, как умилительно это прозвучало из уст бездушного по сути, и каменного по натуре голема, я невольно смутилась, чувствуя, как покраснели вершинки щек.

— Согласен, — подтвердил Арад, прижимая пальцы к вершинке складок и немного небрежно прочертив по ним зигзаг. — Есть желание попробовать? Я, в прочем, могу и сам…

— Хочу! Но Альдо не уметь гладить киска…

— Ближе, булыжник! Дядя Арад тебя всему научит!

Наглая морда наконец-то потеплела, намекая, что быть учителем вампиру определенно по душе, а вот мне быть пособием… ну как-то так… Сомнительно.

— Накрываешь языком, а потом кончиком рисуешь кружок, вот здесь, — объяснял он, напрочь забыв, что я вообще-то слушаю. — Потом еще и еще, и снова плотно накрываешь языком. А потом зигзаги и полосы, и опять по новой, понял?

— Понял.

— Приступай. И жди, пока не станет мокро, очень мокро, потом скажешь.

— Я понял.

— Ну что, крошечка? — лениво хлопнувшись на локоть рядом со мной, Арад с видом умасленного кота растянул губы в улыбке. — Готова испытать свой экспонат из коллекции?

Кивнула.

Хрен у меня хоть слово вытянет!

— Моя покорная девочка, — опустив свободную ладонь на мягкость груди, вампир с выражением лица настоящего садиста, больно сжал сосок костяшками. — Такая сладкая, когда молчишь и не тащишь новых мужиков в кровать. Что тебя вообще в нем защепило?

Чуть не ответила стоном.

Теплый, но упругий язык голема коснулся складок, и скосив глаза вниз едва вновь не застонала, наблюдая, как светловолосая голова с интересом прижалась к развилке моих ног, увеличивая чувствительность.

Альдо старательно выполнял рекомендации вампира, и по собственному усмотрению подтянул мои бедра ближе, крепко обвивая их цепким захватом, сопровождая все это сочными звуками.

— Это же просто глыба каменная, — продолжал философствовать Арад, рисуя полосы у меня на ребрах, и внимательно наблюдая за действиями голема с учительским интересом. — Нет, Альдо! Рано! Только снаружи! Его еще учить и учить…

Только смято кивнула, закатывая глаза и вминая затылок в подушку.

Божечки… не знаю, чему его там Арад собрался учить, но щепетильность и талант Альдо определенно не нуждались в настройках. Голем со знанием дела продолжал свои игры с моей киской, и судя по расслабленным плечам — полностью погрузился в процесс.

Его сейчас и за уши не оттянуть!..

— Мокро, — хрипл выдохнул он, привлекая внимание упыря, и тот повелительно кивнул.

— Теперь добавляй пальцы. Не торопись, растяни удовольствие и тесноту нашей куколки. Или ты уже готова дать согласие, Теона?

Замотала головой, заставляя волосы взбиться в колтун.

Нифига! Мы не добрались до главного!

— Как хочешь. Может, обсудим свадьбу? Как ты смотришь, чтобы провести церемонию в моем клане? Они конечно кровососы те еще, но я готов спилить им клыки на время, — болтал вампир, пока я раз за разом вздрагивала, впуская в себя крупные фаланги.

Не сказала бы, что это было тяжело или трудно, но весомость пальцев все же ощущалась терпимым давлением, заставляя желать того, чтобы Альдо поднабрал скорости, ослушавшись вампира.

— И платье… Думаю, платье я подберу тебе сам. О-о-о… я придумал! Да, те цепочки на голое тело определенно будут обалденно на тебе смотреться…

Бесшумный выдох, и новый толчок отнимет свет в глазах, возвращая приятную, жгучую наполненность, чтобы вновь исчезнуть, вернувшись через секунду.

Дрожание ног уже мало получалось контролировать, а болтовня Арада на фоне так и вовсе превращалась в белый шум, оставляя значимым только скользящие по груди и шее подушечки пальцев, время от времени оставляющие щепки на стоящих сосках.

— Считаю, ты достаточно намокла, Теона, — возвращая меня в реальный мир, резюмировал вампир. — Ноги к груди! Покажи великану свою попку, пусть полюбуется.

Красная нить возбуждения, оплетшая тело не оставляла шансов на неповиновение, поэтому я послушно поджала ноги к груди, почувствовав, как капля смазки прочертила влажную полосу почти до самого копчика.

— Вот сюда тебе нельзя, — прижав подушечку пальца к тугому колечку, пояснил Арад. — Там еще очень узенько. Но осторожно потрахивать пальцем можно, ясно?

Даже не стала открывать глаза, примерно представляя, какую картину увижу. В конце концов, пособию слова не давали, таковы правила игры!

— Попробуй.

Повелительный тон схлестнулся с ощущением нового проникновения. Неторопливого, аккуратного и, черт, охренеть какого толстого! Это конечно ни в какое сравнение не шло с прошлым разом!

Если трахая меня пальцами, Вен и Арад не оставляли сомнений, что это пальцы, то пальцы лапы Альдо уже казалась мне нормальным таким, капитальным членом, тесно, но сладко вдавливающегося внутрь.

— Не торопись.

— Альдо может лучше, — выдал мой булыжник и… завибрировал!

Едва не заскулила от голода, взорвавшегося вулканом, своим жалобным хрипом привлекая внимание ненасытного на эмоции вампира, который вновь вернул все внимание ко мне.

— Нравится, крошечка? Или твоей киске пусто?

Не требуя ответа словами, Арад уверенно накрыл пальцами мокрые, гудящие складки, и принялся медленно разрисовывать их кругами.

— Пусто, я же вижу. Добавь второй, Альдо.

Великан неожиданно быстро отозвался, насаживая меня на свои пальцы всеми дырочками, и взвинчивая давление до предела.

— Не дай ей кончить. Она еще достаточно прониклась своим наказанием.

Садисты! Оба!

Альдо, словно присоединился к темным мыслям вампира и согласившись с ними, принялся то набирать мощь, то «выключать» свой режим вибрации, каждый раз, когда я оказывалась на краю.

Изнуряющая, бессердечная игра сводила с ума, выталкивая из ушей остатки мозгов, и превращая меня в тяжело дышащее нечто, не способное выражаться словами. Только дыханием и дрожью, в сопровождении сладких вздрагиваний.

— Готова сдаться? Попроси пощады, сладкая, — соблазняюще протянул Арад, и я уже хотела было капитулировать, размыкая губы, как меня тут же резко прервали. — Не словами, милая, но ртом, ты правильно поняла. Забрось ножки на плечи Альдо, малышка.

После недолгого шевеления сбоку, в раскрытые губы ткнулся горячий, полностью готовый к бою член, который я с жадным восторгом втянула внутрь, огладив языком.

Ответом мне стал тяжелый, полный истомы выдох, и специально открыв глаза, я с выразительным прищуром взглянула на вампира, перекинувшего ногу через мое плечо, и держащегося навесу над моей грудью.

— Тебе идет мой член, куколка, — прошипел он, на секунду зажмурившись.

— Как же хорошо… Первым бы не кончить.

Новость о том, что Арад так же балансирует на грани добавила энтузиазм, и расслабив горло, я позволила вампиру толкнуться глубже, вознагражденная новым иступленным стоном.

— Да, глубже, девочка, глубже, и я разрешу Альдо насадить тебя на член, — пообещал он, и я окончательно поплыла, потянувшись всеми фибрами души к обещанному. — Черт!..

Вампира хватило только на несколько минут, которые он закончил громким:

— Стоп! Пришло твое время, Альдо, ты достойно себя проявил, — тяжело дыша, произнес Арад, дав заметить, как темные волосы вздыбились, а венка на шее задрожала. — Приступим к вкусному немного иначе.

Свалившись с меня вбок, вампир махнул пальцами, подсказывая голему отнять руки, и убедившись, что проникновение нарушено, ловко дернул меня на себя, вынуждая встать в коленно-локтевую выпятив зад.

— Да, отличный вид, малышка, — прошипел он, проскользив взглядом по моему позвоночнику, и мягко, но требовательно притянув за волосы ближе к стоящему и блестящему от моей слюны члену. — Возьми его так глубоко, как сможешь, и я разрешу голему наконец-то тебя взять. О, да!.. Да, малышка… Альдо, приступай…

Широкие горячие ладони накрыли мои бедра, и слегка передвинули, подсказывая, что мой булыжничек не намерен отступать, и меня ждет самый толстый член из всех, что я видела, отличающийся перманентным стояком. Твердая головка мягко примкнула к лоснящимся от влаги складкам и надавила, проваливаясь внутрь.

В первую секунду мне захотелось застонать, потом — набрать больше воздуха, а затем кончить. Если бы не член вампира во рту, я может быть застонала бы вслух, но падая вниз, я только закатила глаза, завибрировав горлом.

Е-е-е-етить-колотить…

— Альдо аккуратно, красавица, — пообещал голем, не прекращая вторжение. — Альдо быть нежно, киска будет петь.

О, да! Петь она точно будет! Как целый оркестр скрипок с флейтами!

— Твою мать! Вид просто чумовой! Детка, я сейчас кончу!

Признание вампира белой вспышкой треснуло в голове. Цепкие пальцы кокетливо накрутили на себя пряди, а сам мужчина передо мной задрожал, дав увидеть рябь на точеном прессе, судорогой пробежавшись по фактурным мышцам.

— Ля-я-я-я-я….

Бурно кончая, Арад аж скатился по спинке кровати, заваливаясь на бок. Он дрожал и трясся, закатив глаза, и сладко вздрагивал, выплеснув мне на язык терпкое семя, которое я, не подумав, сглотнула.

— Как же жрать хочу, — отдышавшись, выдал он. — Ты из меня все силы высосала, кровожадная.

Не сдержала улыбки.

Ну а чего? Еще одно подтверждение, что вампир тут я, а он так, дегустатор.

— Еще пару минут, детки, — хриплый голос дрожал, но вампир уже открыл один глаз. — Пару минут, и я ненадолго оставлю вас одних. Очухаюсь только.

Но Альдо уже не слушал, и судя по тому, как он уверенно потянул меня за локти вверх — уже сбросил с себя любое влияние упыря, выставляя свои новые правила.

— В тебе хорошо, — прошептал он, прижимая мою голую спину к своей груди. — Нигде не быть так хорошо, как в тебе, красавица. Кончишь для Альдо?

— Да-а-а, — простонала я, чувствуя новый угол проникновения.

— Я достать тебе согласие на брак. А теперь валить отсюда. Альдо и красавица хотеть быть наедине.

— Премного благодарен, — фыркнул зубастый, и потянувшись ко мне, разжег короткий, но пылкий поцелуй на губах. — Слышала? А великан-то ничего. Пусть будет, красотка, я свое добро даю.

— Да-а-а, — протянула, словно заведенная, почувствовав легкий ветерок от скорости удалившегося вампира на горящих щеках. — Альдо…

— Альдо понравился вкус красавица. Ее киска сладкий, как мед, нежный, как цветы.

Широкие ладони требовательно смяли грудь, покрутив подушечками соски, и одна шкодливой плетью спустилась вниз, скользнув к натянутой до предела щелке, ударяя по сладко пульсирующей точке.

— Но Альдо хотеть, чтобы фурия кончить от лингам. На лингам. Мокро. Альдо хочет, чтобы было мокро в киске фурии.

Не дав и слова вставить в этом чудесно-пошлом диалоге, голем подхватил меня под коленями и опрокидывая себе на грудь, полностью перехватывая весь вес, и натягивая на себя с желаемой скоростью и глубиной.

Меня буквально насаживали на член, заставив провисать с широко расставленными ногами, и всхлипывая и вздрагивая, я жадно вскидывала руки наверх, хватаясь деревянными пальцами за белые пряди.

— Альдо… Я… Я сейчас…

— Альдо тоже близко. Но кончит в попку, — безапелляционно заявил он, и сдернув меня чуть выше, чем нужно, мягко намекнул, чтобы я сама подставилась под этот кол.

Даже не собираясь спорить, я нырнула рукой вниз, и обхватив дрожащими пальцами член, приставила его к тесному колечку, окончательно потеряв рассудок.

Где-то на краю сознания гремела красная мысль, что он меня нахрен порвет, но требующий долгожданный оргазм организм отказывался ее воспринимать, с легкой болью впуская крупную головку в тесную узость попки.

Мне хватило двух полу толчков, чтобы рассыпаться и бессильно повиснуть в руках голема, от сладко-острого спазма не чувствуя ничего ниже пояса, и только по гудящей во мне плоти понимая, что великан последовал за мной.

— Моя красавица сладка везде. Альдо благодарит тесные дырочки за рай. А фурию за нежность и бесстрашие, — прошептал он, замирая во мне, натянув только на одну треть. — Альдо не мечтать о такой, как фурия. Альдо обещать долго-долго любить красавица.

— Ох, Альдо, — сипло протянула я, с трудом открывая глаза и запрокидывая голову на каменное плечо. — Твое красноречие просто покоряет. Боги, я так устала…

Осторожно оставив мою задницу, голем аккуратно уложил меня на бочок, пристроившись со спины, и грея словно турбо-печь. Нежно погладив по волосам, и подтянув одеяло, он для удобства просунул свой неутомимый дрын мне между ног, поближе к сокровенному, и тихо прошептал:

— Спи, красавица. Ты сильная, но герою тоже нужно отдых.

— Как я тут оказалась?

Повертела головой, оценивая знакомую комнату, где еще недавно кропотливо изучала и подписывала договор с госпожой Тотс.

— Предполагаю, чихнула во сне, — улыбается мне сваха, сидя в широком кресле и массируя тонкую руку Иглы.

Девушка выглядела несколько болезненно и с собачьей верностью заглядывала в глаза своей хозяйки.

— Ты едва не угробила мою помощницу, Теона, — снисходительно произнесла госпожа Тотс, не прекращая массаж. — Дернула из нее немало энергии, когда перенеслась за периметр.

— Простите, — пискнула я. — Надеюсь, она поправится.

— Обязательно. — Госпожа Тотс опустила шелковый рукав платья на руку Иглы и подала ей мешочек с ароматными травами. — Ступай, деточка. Выпей это и поспи.

Легонько откланявшись, девушка упорхнула за дверь, и мы с самой элитной свахой целой Вселенной остались наедине.

По крайней мере, я так думала первые полминуты. Пока из тени угла не возник силуэт.

Это был принц Арман. В королевском одеянии. С собранными в хвост на затылке огненно-рыжими волосами. Держащий широкую ладонь на блестящей рукояти меча на поясе. В начищенных до ослепления сапогах.

Улыбнулся самой сногсшибательной улыбкой и взял со стола подписанную госпожой Тотс бумагу.

И хотя от этого мужчины мне скрывать уже особо нечего. После всего, что между нами было. Я все же убедилась, что моя грудь прикрыта свисающими волосами, а ноги сведены.

— Здравствуй, Теона, — произнес он без прежнего рычания, но с очевидной сталью в голосе. — Никак не хочешь со мной прощаться.

— Я? Да… Это как-то случайно вышло… Надеюсь, ваш конфликт исчерпан? — Изогнув бровь, вопросительно посмотрела сначала на него, потом на Тотс.

Женщина кивнула. Видимо, принц Арман не сильно ее ободрал, раз в ее глазах нет и тени паники.

Она изящным жестом протянула ему свою руку, которую он по-деловому пожал и сказал:

— С вами приятно иметь дело.

Подошел ко мне, осторожно взял мои пальцы, склонился и коснулся их губами. Совсем легонько. Чуточку щекотно. Поглядывая мне в глаза, шепнул:

— Я буду помнить тебя, соломинка.

Пригласить его в гарем, что ли? А не многовато ли мужчин я хапаю?

— Приезжайте в гости, — брякнула, так и не осмелившись решиться на большее.

Все-таки свидание с ним не входило в планы Тотс. Она сваха опытная. Знала бы, что у меня с ним что-то срастется, сама бы вписала его имя в договор.

— На свадьбу с центурионом Дравеном Хэлом? — хмыкнул он, по-прежнему испытывая к нему неприязнь. — Не держи зла, цветочек. Но вам будет лучше без меня.

Эх, ну да. Вен никогда не примет Армана. Мне остается лишь надеяться, что он еще найдет свою вторую половинку. А я буду вполне счастлива со своими тремя героями.

Кивнув Тотс на прощание, принц ушел.

Теперь мы с этой женщиной точно остались вдвоем.

— Что скажешь о своих свиданиях? — поинтересовалась она с заметным лукавством в голосе.

Целеустремленность, креативный подход к делу и ее обаяние заставляли меня чуточку завидовать ей. Но у меня все еще было впереди. Почерпнув из своих приключений все самое важное, я обязательно сделаю правильные выводы и выстрою свою жизнь всем в пример.

— Вы все очень хорошо продумали, госпожа, — честно ответила я, кутаясь в простынку, которой была накрыта. — Подобрали мне шикарных женихов.

Кандидатами их называть язык не поворачивался. Я же уже отдала им свое сердце, вверила саму жизнь.

— Кого-то выбрала?

— То есть? Разве я не могу сгрести всех троих?

— А выдержишь? — с игривостью спросила она. Взяла кувшин с низкого столика, плеснула что-то в два кубка и протянула один мне. — Пунш.

— Без орехов? — спросила я на всякий случай.

— Терпеть не могу орехи, — поморщилась Тотс. Как только я сделала глоток сладкого напитка, она задала несколько каверзный вопрос: — Так это ты встречалась с принцем Арманом?

— Случайно.

— Но смотрю, вы с ним подружились.

Я вспомнила, какой церемонией мы закрепили наш дружеский союз, и покраснела. Отхлебнула еще. Для храбрости.

— Мы подписали акт о заключении мира. Я должна отстегивать ему небольшой процент с доходов, и тогда он позволит моему дому продолжать работать на его земле. Это отличная сделка. Я была уверена, что мне придется эвакуироваться отсюда и все начинать с нуля. Рабовладельцы просто сбежали, кинули нас, мирных предпринимателей, на произвол судьбы. Так что ты не только обрела здесь шанс на счастье, но и всем нам дала этот шанс. Как знать, может быть, когда-нибудь сам принц Арман станет моим клиентом. Он все-таки пока еще холост.

— Долго он был… этим… ну?..

— Кентавром? — заменила Тотс полуконя на более цивилизованное слово. — Семь лет.

— Тогда он нескоро станет вашим клиентом. Сначала всех девушек в королевстве объездит. Есть же там подобные ему? Не все же женщины этого мира с лошадиными попами?

Госпожа Тотс рассмеялась.

А что я такого спросила? Всего лишь переживаю, как он будет один в стаде кентавров. Не потому что хочу еще одного жениха заграбастать, а чисто по-человечески жаль. Парень-то хороший.

— Не о том головка твоя должна греться, — прошелестела Тотс, протягивая мне свиток с искрящейся печатью.

— Но три дня еще не прошло…

— Хотите тут задержаться? Или поскорее заняться подготовкой к свадьбе? — Она заговорщицки выгнула бровь.

Священные титьки астероида! Конечно я хочу поскорее замуж!

Схватила свиток и подскочила с диванчика.

— А вы приедете на мою свадьбу?

— Если пригласишь, — улыбнулась Тотс. — Люблю свадьбы. Этот блеск, страсть, саму атмосферу, — мечтательно перечислила она, крутя кубок в руке. — Ты будешь красивой невестой.

— Надеюсь, и хорошей женой.

— Ты выстрадала свое счастье, Теона. Я не сомневаюсь, твои мужья никогда не пожалеют о своем выборе. Ты уже привязала их к себе. С каждым днем ваша связь лишь будет укрепляться. Поверь, девяносто девять процентов браков, заключенных после устроенных мной свиданий, не распадаются.

— Но один процент все же есть? — немножко испугалась я, обеими руками прижимая бумагу к груди.

— Тебя он не коснется, — увильнула она от ответа.

Хотя мне было достаточно этого заверения. А кто там делает поспешные выводы, а потом разочаровывается, меня не колышет. Единственное, о чем я могла думать, это о своих женихах.

— В зале телепортаций для вас уже приготовлен неф на четырех пассажиров, — оповестила меня Тотс. — Как только пожелаете покинуть мой дом, операторы зала вас сопроводят.

Мне было грустно прощаться с этой женщиной. Она воплотила в реальность мои самые заветные мечты и добавила вкусняшек сверху. Моего отца, конечно, хватит удар, когда моей руки у него попросят еще двое к тому, кто уже успел сообщить ему о своих намерениях. Но он обязательно благословит меня. И я стану самой счастливой женщиной в мире.

Эх, поскорее бы под венец! Да душу Вена…

Хотелось бы мне крепко-крепко обнять Тотс, но убью же одним прикосновением. Поэтому лишь со слезами на глазах прошептала:

— Спасибо вам, моя дорогая! С этого дня вы моя лучшая подруга!

— Жду приглашения на свадьбу… — улыбнулась она, подмигивая. — И пусть его доставит какой-нибудь очень симпатичный паренек со сладкими булками.

Я хихикнула. А Тотс оказалась шалуньей! Впрочем, жрица храма не держала бы подобное заведение. Только женщина, нуждающаяся в дикой энергии любви, способна держать в своих руках эту мощь.

— До свидания, — ответила я ей и со всех ног бросилась к своим женихам. — Мальчики!!! — Влетев в комнату, запрыгнула на кровать и принялась расталкивать Альдо. — Просыпайся! Нам пора!

Из бара вышел Арад, слизывающий кровь с уголка рта. Подкреплялся, значит, втихаря.

— Куда ты спешишь, сочный персик? — проурчал он.

— Вообще-то, замуж! Так что, кто не успел, — выставила ультиматум, чтобы придать им скорости, — тот опоздал!

Ох, ну вот и свадебка!

Меня трясло с самого утра, еще до прихода служанок, должных сделать мне макияж и запихнуть в ультра-откровенное платье, подчеркнувшее все изгибы. Сегодня мне хотелось блистать так, чтобы мои мужья раз и навсегда запомнили этот образ в своей голове, и каждый день помнили, на ком они женились.

На фурии. Жадной, ненасытной фурии, готовой совратить их прямо у алтаря.

Не знаю, каким чудом, шантажом или обещанием, но Араду удалось уговорить отца провести церемонию в его клане, в очень и очень тесном семейном кругу. А конкретно он, я, мой булыжничек и центурион, который не был в восторге от этой идеи, но проникшись моим обещанием фееричного появления, нехотя согласился. Госпожа Тотс пообещала приехать уже на громкое официальное торжество, как и родители и гости, которые не пылали желанием посещать дом вампирского клана и ждали основного торжества, к которому мы должны были отправиться сразу после клятв.

У алтаря меня ждали не только мои мужья, но и храмовник, который неприкрыто вытаращил глаза и гулко сглотнул, когда я появилась в дверях, заставляя всех присутствующих восторженно крякнуть.

Арад хотел цепочки на голое тело? Пусть получает!

Тонкие, переливающиеся своим плетением, они обвивали все мое тело, практически не пряча под собой голую, полыхающую жадным жаром кожу.

Тонкие полоски обвязывали меня от самой шеи до лодыжек, подчеркнув безупречную фигуру и сложными узорами прикрывая все стратегически важные места, оставляя совсем немного для фантазии.

— Соскучились? — мурлыкнула, послушно вкладывая пальчики в протянутую ладонь Вена, который хмуро насупил брови.

— Я тебя прямо здесь разложу, — тихо, но доходчиво признался он.

— Присоединяюсь, — добавил хлопнувший губами Арад. — До спальни не дотерплю.

— Альдо хотеть жарко брать фурия. Фурия… — голем на секунду задумался, подбирая правильное слово. — Делать твердый член еще тверже.

Закашлявшийся храмовник привлек к себе все внимание.

Бедный старик, не ожидавший такой страсти, шустро утер выступившие в уголках губ слюни и торопливо опустил взгляд на книгу, начиная церемонию и стараясь не обращать внимания на повышенный градус накалившейся обстановки.

— Клянетесь ли вы…

— Клянусь, — рыкнул центурион, без промедлений вешая мне на шею новую цепочку с полым кулоном в виде сердечка.

В самом центре сверкнула искра, и туманный водоворот чужой души заставил меня облегченно выдохнуть, не скрывая глупой улыбки на лице.

— Хотела душу? Бери. Она твоя, фурия, — заметив мою реакцию, Вен бережно поправил локон у моего лица, с трудом отрывая от него взгляд, откликаясь на голос храмовника.

— Клянетесь ли вы…

— Конечно, клянусь! Ты ее видел, Рамус!? — рявкнул Арад, отчего старик шарахнулся. — Она бомба! Секс-бомба с аппетитом похлеще, чем у меня! Я о такой всю жизнь мечтал! Слышишь, фурия?

Перехватив все внимание, вампир ловко развернул меня к себе, сжимая сильными пальцами тонкую шею и притягивая для плотоядного поцелуя, который выражал всю степень его голода.

Уже смирившийся со своим положением Рамус как-то кисло обратился к Альдо, словно заранее зная, что его обязательно перебьют:

— Клянешься, чудила?

— Я голем, — без тени сомнений исправил великан. — Я обещать фурии себя, свою жизнь и свою страсть. Без фурии Альдо не быть. Она — есть жизнь. Есть сердце. Есть любовь.

— Ну совет вам, да любовь!.. Че толку вам еще что-то говорить... — махнув рукой, храмовник правильно расценил обстановку, и захлопнув свою книжулечку, шустро смотался, посчитав дело сделанным. Только в дверях он на секунду замер, еще раз любопытно оглядев мой наряд, и облизнулся, плотно захлопнув дверь небольшой церемониальной комнаты с внушительным вампирским алтарем.

— А теперь, — хитро прищурившись, вампир дал мне вздохнуть. — Животом на стол.

— Некуда, — поморщилась я. — Там же посуда, свечки всякие.

— Нет тут ничего, — рявкнул Вен, и с внушительным грохотом без сожалений стянул скатерть со всем добром, смотав единый куль и бросив его в окно. — На стол, Теона, или я тебя покусаю.

— Покусай!

Хихикнув, отлепилась от Арада, с трудом вырвавшись из цепкого хвата, и игриво подпрыгнула, усаживаясь на край стола.

Какие красивые! Черт! У самой слюна бежит, только успевай подтирать! Как бы раньше времени не кончить от одного только взгляда!

Наблюдая за прищуренными взглядами, медленно, издеваясь, потянулась пальцами к тому месту, где должен был быть пояс платья, поймав тонкое колечко и под трещащий шорох вытянув одну из цепочек.

Как и было задумано, узкое подобие юбки рассыпалось на тянущуюся вниз бахрому их десятков тонких нитей. Теперь платье уже не стесняло движения, а даже напротив, позволяло подобраться ко мне поближе, чем я и планировала воспользоваться, демонстративно раздвинув колени в стороны.

Скользя ладонью вдоль прорезей на груди, я погладила ставшими твердыми соски и с голодной улыбкой потянулась ниже, высвобождая грудь и выставляя ее для лучшего обзора. Еще утром я сгорала от мыслей, представляя, как они увидят меня в этом наряде, невольно чувствуя, как низ живота пылает огнем.

Но сейчас, когда реальность стояла прямо передо мной, все оказалось куда чувствительнее, заставляя бедра поджиматься, соски стонать от желания, а клитор пульсировать от голода.

Все, только бы они всегда на меня так смотрели…

— Арад, — позвал Вен. — На тебе киска.

— От этого не откажусь, — кровожадно протянул вампир, почти зашипев.

— Альдо — твоя попка.

— Альдо займется попкой. С радостью и благодарностью, — пообещал булыжничек.

— А я, — Дравен дернул крыльями носа и сверкнул глазами, став похожим на настоящего хищника. — Беру на себя ротик и сисечки. Обожаю эти сиськи! Просто тащусь! Смена!

Даже хмыкнула, спрятав под этим смешок.

И когда только мой дорогой центурион успел подчинить себе этих двоих, командуя так, будто он глава семьи? Удивительный мужчина, ничего не скажешь, только вот на мне эти приемчики не работают…

— Ах! Альдо!

— Альдо заняться попкой, — пояснил голем, без усилий оторвав мою пятую точку от стола и заняв ее место, усадить меня сверху, сжав булки в широких ладонях. — Альдо мять и гладить. И помогать Араду.

— Мне твоя помощь, — фыркнул вампир, и так же по-звериному приближаясь, избавлялся от одной пуговицы на рубашке за другой. Словно одежда могла ему помешать. — На хер не упала. Киску, Теона! — скомандовал он, и не без помощи голема, не обратившего внимания на посыл, ноги послушно разъехались в стороны. — Я хотеть… Тьфу ты! Хочу твою киску! Этот камень меня заразил!

— Врет, — тихо шепнул Альдо, и я рассмеялась.

Ровно на мгновение, потому что в следующее мой дорогой, ненасытный вампир уже стоял на коленях, оглаживая языком открытые, доверчиво подставленные складочки. Он действовал смело и без колебаний, точно зная, как именно мне будет приятно, ударяя упругим кончиком языка по всем нервным окончаниям.

— Ну вот и я.

Вен, заставивший сфокусировать взгляд на себе, взял мое лицо в ладони, притягивая к себе. Центурион не мелочился в откровенности, искусав мне все губы, и когда убедился, что любое сопротивление будет подавлено — принялся то щипать, то покручивать соски, вырывая жадное шипение и безмолвные стоны.

— Обожаю их… Самые сладкие сиськи всех галактик…

Едва я готова была рассыпаться в оргазме, как меня ловко приподняли в воздух, мягко напомнив:

— На Альдо — попка.

Вечно готовый дрын мягко уперся мне меж ягодиц, которые обильно намокли благодаря языку вампира, добывавшего мои соки как шахтеры золото. Демонстративно утерев рот, Арад поднялся на ноги и упершись кулаками в край стола, с хищной улыбкой наблюдал за моим лицом, пока великан искал себе место в моей тесноте.

— А-а-а… — губы разомкнулись на бесшумном выдохе, и тут же передразнивший меня Арад сверкнул тенью глаз, дав увидеть свои огромные от возбуждения зрачки. — М-м-м…

— Хорошо на его члене, Теона? — немного ревниво спросил он, дождавшись пока центурион в очередной раз сомнет мои губы поцелуем, потянувшись к тесным, но так ему шедшим штанам. — Хорошо? Отвечай.

— Да-а…

— Тесно?

— Да-а… Ах!..

— А мой хочешь?

— Да!

Видимо, получилось слишком рьяно, потому как вампир даже шарахнуться не успел, как я притянула его за ворот рубахи, ловко впиваясь в ширинку брюк и дрожащими пальцами стягивая пояс вниз.

Дорогой, любимый член поймался ладонью с отзывчивой покорностью, позволяя вытащить его из тесноты наружу, и потянуть бедра его владельца на себя, вынуждая упереться меж мокрыми от стараний языка складками.

— Твою мать!.. — рыкнул Арад, закатывая глаза. — Твоя жадность мне крышу сносит! Центурион! Нашей малышке мало! Присоединяйся, черт тебя дери!

Выгнувшись от горячего двойного проникновения, я едва могла вздохнуть дрожащими легкими. Хотелось растечься по широкой и крепкой груди Альдо, проваливаясь в бездну желания, но появившийся перед лицом нежно-розовый член с толстой, аппетитной головкой вернул разум сознанию.

— Давай, сладкая, — горячо шепнул Арад, сжав мой подбородок пальцами, и разворачивая лицо к манившему органу. — Возьми глубоко, как ты умеешь.

Не надо просить меня дважды! Я вас на лоскутки порву! До инсульта затрахаю!

Не раздумывая ни секунды, позволила вампиру зафиксировать свою голову и с плотоядной жадностью разомкнула губы, впуская горячий член внутрь рта. Я сама тянулась навстречу, сама захлебывалась воздухом, жадно облизывая рельеф вен на идеальном органе. Закрывая глаза, прислушивалась к собственному поющему телу, которое словно запечатывало в себе их обещание быть со мной всю жизнь, и все глубже и глубже проваливалась в неконтролируемое блаженство.

Крыша… сорвалась…

Сердце ухнуло, треснуло, разлетелось стеклянной крошкой. Мышцы взорвались сладостным восторгом, заполняя вены колючими искрами вместо крови. В голове застучали барабаны, и позволив насадить свою голову в очередной раз, я болезненно заскребла ногтями по вампирской груди, кажется, сильно царапая кожу.

— Ох! Ля-я-ять! — зашипел Арад, и… начал кончать, содрогаясь всем телом, и впившись зубами мне в плечо, отчего уже я застонала, выпустив член центуриона из губ.

Продолжая вздрагивать, поняла, что вторая волна уже наступает мне на пятки, и участившийся темп Альдо неожиданно смешался с гулкой вибрацией, ввинчивая меня в небеса с новой силой.

— Альдо может кончить?

— Д-д-да-а-а, — простонала, не в силах даже глаза открыть от долбящей силы оргазма. Только пальцы продолжали вжиматься в кожу вампира, который продолжал меня пить, впрыснув в кровь свой яд.

— Альдо любить попка фурии, — шептал голем, делая толчки все более глубокими, буквально нанизывая меня на свой каменный член раз за разом. — Любить фурия. Любить, как фурия кончать на лингаме Альдо. Альдо кончать… прямо сейчас.

Вибрация на минуту стала такой сильной, что я даже взвизгнула, не в силах контролировать вытянувшиеся ноги и сжавшиеся на них пальчики.

— Моя очередь.

Центурион появился в фокусе зрения неожиданно, вновь вытягивая меня на поверхность. Не дав Альдо выйти самостоятельно, он подхватил меня под ягодицами, и дав повиснуть в воздухе заговорил:

— Ты должна кончить за один толчок, слышишь Теона? Один толчок, и ты даришь мне еще один оргазм, моя маленькая, чертовски сексуальная жена. Ясно?

— Да-а…

Это было уже даже не шепотом.

Голос пропал, поглощенный сжигающим удовольствием, но центурион услышал, прямо на вису приставив свой обласканный моим ртом член к распахнутым складкам.

— Сейчас, Теона. Кончай.

Медленный, слишком полный эмоций толчок, взвыл во мне бушующим пламенем, выворачивая кости наизнанку, и встряхивая в сильных руках огненным комком.

— Ты прекрасно сидишь на моем члене, — хмыкнул этот… этот трахарь! И набросив мои руки петлей на свою мощную шею, задвигался, разгоняя один толчок за другим все быстрее и быстрее.

Насаживая мои бедра на себя, Вен все ловил мои пьяные вздохи, губами собирая капельки пота на висках, и не обращая внимания на звон цепочек, который смешивался ритмом с влажными шлепками.

— Обожаю твои сиськи! Роди мне ребенка.

— Что? — едва собрав звуки в слово, я недоумевающе нахмурилась.

— Роди мне ребенка, — шлепки стали еще сочнее, размашистее. — Наследника, Теона. Малыша.

— Но…

— Ребенка хочу. От тебя, — продолжал давить он. — Нашего. Давай, девочка, кончи еще разок, и я за тобой. Сделаем тебя беременной прямо сейчас.

— Блин… Вен! Но…

— Кончай!

Под громкий, требовательный рык я послушно рассыпалась вновь, чувствуя, как дрожит под пальцами мужское тело, но толчки не замедляются, став еще более чувственными, на грани.

— Хрен с тобой… — прошептала потеряно, уткнувшись мокрым лбом в твердую грудь, когда движения смягчились, позволяя нам обоим остаться наедине с удовольствием. — Ребенок, так ребенок.

— Ну ты меня и подрала!

Возмущенный голос Арада совсем близко, вынудил поднять голову.

Вампир стоял буквально в шаге и разглядывал свою израненную грудь, усеянную кровавыми бороздами.

— Даже не думал, что моя боль может так меня же и завести, — улыбнулся он, и стерев подушечкой багровую каплю, сладко и развратно ее слизнул. — Прямо откровение.

— Ты меня вообще укусил, Арад.

На секунду его лицо изменилось, слегка побледнев.

— Ой…

— Что «Ой»? — не сняв меня с члена, Вен вновь преобразился, став собранным и злым.

На шею вампира опустилась тяжелая рука Альдо, который показательно сдавил пальцы, зажимая в них вампирскую шею.

— Сломать морда вампира…

— Ну че вы сразу! Ну «ой» и «ой»! Подумаешь, случайно подарил Теоне вечную жизнь…

— Ты ее вампиром сделал!?

— Да нет же! — фыркнул мужчина и, столкнувшись со мной взглядом пояснил, глядя влюбленно и впервые так искренне. — Это не так работает, бестолочи. Для вампиризма мне ее грохнуть надо было бы, а для вечной жизни…

— Что?

— Одновременно кончить. Это редкость, между прочим! Я и сам то не верил, что так бывает… больше похоже на пизд… на сказку, короче. А оно вон как, реально. Значит, ты с нами навечно, малышка.

— Прям совсем? — еще плохо соображая, переспросила я.

— Совсем. Голем каменюка голимая, он и так помирать не должен был. Центурион на специальным инфекциях сидит, хрен укокошишь, а я так вообще… давно жмур, — немного смутился он. — Теперь и ты навсегда с нами. Навсегда, Теона.

«Папа будет рад», — подумалось мне, но взглянув на своих мужей, я поняла, что желание, собственно, сбылось. Я с ними навсегда, вот так, влюбленной кошкой, которую любят в ответ. Только ради этого стоило жить столько лет в отречении, неприкасаемой, чтобы всю… всю-всю жизнь их трогать! Всегда! Везде!

— Люблю вас, — выдохнула с улыбкой. — Навсегда.

— Навечно, — хором ответили мои теперь уже мужья, на мгновение замирая в трогательном молчании.

Но первым его нарушил Арад, хлопнув в ладоши:

— На второй круг, семейство! Прожарка фурии недостаточная! Она еще может говорить!

Похоже, придется пропустить собственную свадьбу, но там и без нас хорошо погуляют!

Они все равно уже мои.

Это ли не счастье?

Конец.