Ветер низко завывал и трепал длинный плащ принца Гиса. Сам же некромант стоял на холме и рассматривал черные руины, больше напоминающие оскаленные зубы дракона. Луна была почти полной и заливала окрестности синим мертвенным светом.

— Чувствуешь, Моран?

Моран поднялся на холм и встал рядом с Гисом. Морт'аэн был облачен в полный доспех, а лицо его скрывала густая тьма. Поэтому выражение, с которым маг смотрел на то, что осталось от величественного замка, было скрыто от его господина.

— Да, мой принц, место и впрямь нехорошее.

— Этот неповторимый холодок, Моран, который пробирает до костей? Опасность манит.

Моран выразительно хмыкнул и уже сделал шаг в сторону руин.

Но принц остановил его повелительным жестом.

— Нет, друг мой. Идти туда должен я.

— Исключено. Там явно не чисто.

— Подожди, Моран. Не перечь! — принц состроил недовольную мину, хотя если бы он действительно гневался, то Морану бы не поздоровилось, — Ты останешься здесь, а потом, когда придет время, войдешь и сделаешь то, что должен.

— И когда же придет время?

— О, ты сразу же поймешь, что момент настал.

Моран кивнул. Он ни раз и ни два участвовал в авантюрах принца, поэтому знал, что тот при всей отчаянности, граничащей с безумием, всегда знал, о чем говорил. И раз он не считает нужным пускаться в долгие пояснения, значит, не стоит настаивать.

— Может быть, мой крик, тебе подскажет: пора, — Гис рассмеялся беззаботно и очень заразительно.

Морт'аэн не разделил его веселости, только тихо фыркнул.

И все-таки принц медлил, не спешил ринуться навстречу опасности. Ждал.

— Возможно, Моран, я очень пожалею, что пойду туда.

— Значит, точно нужно.

Некромант улыбнулся, блеснули белые зубы, но глаза остались серьезными.

— Что ж… магия всегда стоит риска. Тем более такая могущественная, — сказал он, легко сбежал с холма и двинулся в сторону развалин.

До замка оставалось шагов пятьдесят, когда Гис остановился и поддел носком сапога камень, лежащий на тропинке и с силой пнул его. Камень отскочил от невидимой глазу преграды и отлетел в сторону.

— Игры, — пробормотал принц и сотворил эффектный магический пасс.

Вокруг руин вспыхнуло зеленым пламенем кольцо. Языки рвались к небу. Но магия иссякла также быстро, как и возникла.

Моран оказался рядом с Гисом, готовый отразить любую опасность. Принц глянул на него с неудовольствием.

— Вполне себе знак, — сказал морт'аэн, словно оправдываясь.

— Чепуха. Это всего лишь приглашение. Такая мелочь может отвадить разве что совсем новичка. Ночь становится ярче и интереснее. Моран, с каких пор ты стал таким нервным.

Гис покачал головой и двинулся к цели.

На этот раз он достиг развалин без препятствий, шагнул через арку и оказался на круглой площадке, вымощенной ослепительно белым мрамором, который в призрачном свете луны искрился точно выпавший снег. Некромант медленно двинулся вдоль разрушенных стен. Моран повторял его путь только снаружи замка. Шаги принца отзывались гулким эхо, а морт'аэн двигался бесшумной тенью.

Облако набежало на луну, сделав все вокруг безжизненно серым. Принц Гис вышел в центр круга и откашлялся.

— Приветствую вас, благородная хозяйка Торана! — сказал Гис и отвесил изысканный поклон.

Облако сдвинулось в сторону, и свет вернулся, белизна пола вспыхнула с новой силой. В одном их полуразрушенных проемов стояла дама в пышном старомодном платье. У нее была очень белая кожа и очень черные глаза. Волосы спускались до земли, а лоб охватывал серебряный обруч с россыпью драгоценных красных камней, которые со стороны напоминали капли крови.

Она хлопнула в ладоши и площадка начала заполнятся людьми. Они возникали из воздуха и были… прозрачными, как неверный лунный свет. Бесшумно и невесомо придворные двинулись к принцу Гиса, окружая его плотным кольцом.

Ни один мускул не дрогнул на лице принца, он словно не замечал, надвигающуюся толпу призраков.

— Прошу простить мое опоздание на праздник. Я пришел с дарами.

Принц достал из кармана тяжелый старинный перстень и надел на мизинец.

— Приглашение… у него приглашение.

— Прости, милый гость, — голос у дамы оказался мелодичным и нежным, но он звучал как-будто издалека, — Я сразу не узнала тебя. Уже и не чаяла увидеть тебя.

— Да, слегка припозднился. Задержался в пути… — он описал рукой дугу, что должно было бы показать, как долго он добирался.

— И какие же дары ты мне принес? — спросила дама и голос ее дрогнул.

Гис достал длинные нити жемчуга, перепутанные в клубок. Жемчужины тускло сияли.

— Желаете ли примерить, госпожа?

Дама не двинулась с места, но как будто потеряла интерес с принцу. Теперь она смотрела куда-то поверх его головы.

— Зачем ты пришел?

— Поговорить, — уклончиво ответил принц.

Он слегка сжал ладонь, и жемчужины упруго перекатились. Этот звук оказался очень резким для мертвенной тишины, которая окружала руины замка.

— Так говори, что именно тебе нужно? Ты проник сюда обманом, хотя и раздобыл приглашение, которое предназначалось другому. Его я жду уже очень давно… Иногда мне кажется, что он забыл меня и не придет.

Она вздохнула, но потом ее черные глаза вспыхнули яростью:

— Да, теперь я вижу ясно. Ты вовсе не тот, кого я жду… Еще никто не являлся сюда с таким дерзким обманом.

Гис хмыкнул и покачал головой:

— Вы проницательны, хозяйка, даже находясь на грани, ваш разум все также остр и прозорлив. Я хотел бы узнать секрет одного вашего заклинания. Ритуал жизни — хараш-адар.

— Наглец! С чего мне тебе помогать? А может просто выпить твою никчемную жизнь?

Призраки снова пришли в движение.

— Нет, — решительно сказал принц Гис, — Это пустая угроза, благородная госпожа.

В непроглядных черных глазах дамы зажглись красные опасные огоньки.

— Сегодня ночь радости, ночь веселья, — продолжил Гис примирительно.

— Ты думаешь, что тебя защищает закон Луны?

Некромант пожал плечами, как будто извиняясь, что у кровожадного создания нету права напасть или натравить на него своих призраков.

— Но ни один закон не обязывает меня открывать свои тайны. Видно ты не очень-то хороший маг раз не дошел до сути хараш-адара.

По лицу принца скользнула тень, но он быстро взял себя в руки и улыбнулся.

— И снова вы не справедливы… к себе в первую очередь… Разве вы и ваш двор явились бы первому встречному? Разве обычный темный смог бы преодолеть границу?

Она все-таки сошла со своего места в проеме окна. Удивительно, но когда ее ноги коснулись пола, то раздался стук каблуков.

— Для чего тебе это заклинание? Я вижу, ты и так продвинулся в некромантии. Железо почти не причинит тебе вреда. Яд не убьет, а лишь вызовет небольшое несварение. Для чего еще хараш-адар?

Она приблизилась к Гису почти вплотную, пройдя сквозь призраков. Сейчас в лунном свете, загадочная дама выглядела живой, ее грудь вздымалась, как будто она дышала. И только в глазах плескалась тьма.

Некромант склонился к ней и прошептал:

— Магии всегда мало.

— Что ж… — сказала она, — Эта жажда мне знакома. Вот только ее мало, чтобы раскрыть тайну.

— И мне нужны гарантии…

Прекрасное нежное лицо приобрело хищное выражение. Губы исказила злая улыбка:

— Думаешь, ты первый за несколько сотен лет, кто приходит ко мне, прикрывшись законом Луны и просит открыть секрет?

Принц слегка вскинул подбородок.

— Думаю, а буду первым, кто получит желаемое.

— За пригоршню дрянного жемчуга?

— Нет.

Она отошла от него. Застучали звонко каблучки.

— Тогда что еще ты можешь предложить?

— Я могу… — он не успел сказать, что может предложить, потому что его перебили.

— Мне скучно, — пожаловалась дама, — Я хочу танцевать, веселиться.

Принц Гис ждал, едва сдерживая нетерпение.

— Пожалуй, я могла бы открыть тебе секрет, если бы ты… станцевал со мной.

Она невинно улыбнулась и прикрыла глаза, а затем начала отбивать ритм каблуками.

— Что? Ты согласен? Станцуй со мной, и я открою секрет, если…

— Если…? — некромант пристально смотрел на хозяйку руин.

— Если в процессе не присоединишься к моему двору, конечно же.

Ее глаза широко распахнулись, красные огоньки заполнили зрачки полностью.

— Так это цена?

— Испытание. Плата, как всегда жизнь. Рискнешь ли выйти из-под защиты закона Луны?

— Рискну.

— Тогда объяви об этом.

— Я, принц Гис, отказываюсь от защиты Луны в ночь трех великих огней, принимаю вызов хозяйки Торана. Да, будет сама жизнь залогом, Тьма нам свидетель.

Она глубоко вздохнула, хотя вряд ли ей был нужен воздух.

— Если упадешь или устанешь, то присоединишься к ним.

Принц снял плащ и бросил его в сторону. На нем оказался великолепный костюм, богато расшитый золотыми нитями и драгоценными камнями.

Некромант первым сделал шаг вперед, его глаза были прикованы к даме.

— Музыку! — приказала она и прищелкнула пальцами.

И музыка заиграла. Полилась медленная тягучая мелодия, которая по мере приближения дамы к принцу Гису, все ускорялась. Шаги хозяйки Торана были легки и грациозны, она касалась пола не каждый шаг, иногда просто парила. Ее платье стало меняться, оно сделалось красным, как свежая пролитая кровь. Длинные волосы, плавно скользящие по спине, точно полотно, стали извиваться и сами собой сплелись в прихотливую прическу.

Она улыбнулась принцу, теперь искры в ее глазах можно было бы принять за искры страсти.

Призраки разлетелись, освобождая пространство. Они разместились в проемах окон, у стен.

Дама вскинула вверх руки и закружилась.

Воздух наполнился не только музыкой, но шепотом, смехом и вздохами, как будто духи замка оживали.

Принц ударил каблуками об пол и тоже закружился, подхватил свою партнершу, их руки переплелись. Их движения становились все быстрее, они кружились и скользили по залу, а взгляды не отрывались друг от друга.

Принц Гис поморщился, точно от боли.

— Что? — с интересом спросила дама, — Желаешь остановиться? Хочешь передохнуть?

Вместо ответа принц закружил ее волчком.

Вот только на руке, которая освободилась от цепкого захвата руки дамы, остался синеватый след.

А танец продолжался. Невидимые музыканты не знали устали, темп сделался нестерпимым. С каждым новым кругом принц Гис бледнел, хотя, казалось такое было невозможно. А вот лицо дамы наоборот наливалось румянцем, а губы становились краснее.

— Скажи мне, в чем секрет заклинания?

— В очень большом желании жить, — она рассмеялась, и к музыке присоединился звон сотен колокольчиков.

Принц Гис почти отбросил ее от себя. Теперь устрашающего вида пятна были заметны на обеих его руках.

Дама рассмеялась.

— Разве тебе не весело? Наш танец только начался.

— Все дело в артефакте? — спросил Гис, он запыхался и тяжело дышал.

Вместо ответа хозяйка закружилась:

— И да, и нет. Артефакт, как ты понимаешь, приятная деталь, но не обязательная.

— Так он здесь? В замке?

— Танцуем! Хватит разговоров! — ее голос был удивительно твердый и настойчивый, — У нас еще много времени. Все время мира — наше!

Она снова оказалась рядом и заключила принца в объятия.

— И все-таки, прими мой подарок.

Каким-то немыслимым способом, некромант умудрился высвободить руку и набросить даме на шею одну из жемчужных нитей.

Музыка сделалась ровнее и спокойнее. Принц торжествующе улыбнулся.

— Как вам идет, моя прекрасная госпожа!

На ее лице появилось удивленное выражение.

— Неужели, вы устали? Желаете перевести дух? — в голосе принца звучала издевка.

Она закашлялась, и сильнее впилась в него.

Ожерелье начало светиться, как будто внутри каждой жемчужины разгорался свой огонек. Этот свет был теплым и резко контрастировал с холодным синим вокруг.

— Ты… — что ты…

— Я, моя догорая, позволил себе добавить в наш танец немного огня. Не вам же одной нарушать правила. Хотя ваша магия тлена — весьма болезненна и раздражающе отнимает силы.

Принц прищелкнул каблуками и исполнил несколько легких па, пока дама пыталась сорвать с себя ожерелье.

Подчиняясь беззвучной команде, призраки бросились на принца. Они навалились на него, в попытке задушить, но тут же отлетели, потому что принц принялся хлестать их другой ниткой жемчуга. На прозрачных телах оставались темные рубцы.

А потом Гис широким жестом разорвал нитку, и дал жемчужинам рассыпаться по полу. Они катились по мрамору и подпрыгивали. Музыка замолчала.

Призраки метались по площадке, а лежащие на полу жемчужины обращали их в дым, который устремлялся ввысь к луне.

Руины замка наполнились стонами… и тихими вздохами облегчения.

— Думаете невозможно убить уже мертвых? О, нет! Я это могу. Не зря же продвинулся в некромантии, — едко заметил он.

С хозяйкой было не так легко. Она не смогла снять ожерелье, каждая жемчужина вспыхнула огнем, но пламя не причиняло ей вреда.

— Думаешь, все предусмотрел?

Она больше не выглядела такой юной. Платье превратилось в лохмотья, а волосы вновь рассыпавшиеся по спине побелели.

Хозяйка замка вытянула руку вперед и атаковала. Это была очень темная магия, полная ненависти и смерти.

— У меня тоже есть кое-что в запасе. Как тебе такой подарок?

Принц с трудом успел сплести блокирующее заклинание. И все его внимание уходила на поддержание щита. Потому что магия хозяйки была везде: в виде черных стрел, которые падали сверху, в виде шипов, поднимающихся из пола.

— Мы продолжим танцевать, — хрипло сказала дама, добавляя еще сил.

Контрзаклятия и заклятия уничтожали друг друга так, что камни руин плавились. И в этот момент морт'аэн вошел на площадку.

— Сейчас, Моран! — крикнул принц Гис и послал в даму страшное заклинание.

Моран повторил заклинание принца.

Две черные молнии рванулись вперед и пронзили тело хозяйки Торана в районе сердца. Раздался страшный крик. Ураганный порыв ветра прошелся по руинам, сбив с ног Морана и Гиса, но оба мага быстро поднялись и бросились к своей сопернице.

На полу лежала ужасная высохшая старуха.

— Она мертва? — спросил Моран.

— Разумеется нет. Это весьма хитрая, капризная и теперь чересчур разумная нежить. Мой идеал, — принц потер руки и поморщился, — В смысле коварства и магического искусства.

Он стоял и смотрел на нее.

— Великая некромантка, пребывающая на грани, но я ее достал.

— О каком ритуале шла речь?

— Это был лишь предлог. Само заклинание я давно разгадал. Но вот артефакт…

Принц Гис опустился на колени перед хозяйкой Торана и принялся водить ладонью над ее корпусом.

— Немного ускорим время, — пояснил он.

Плоть исчезла с костей, а сами кости превратились в песок. Осталась только одна маленькая серебряная косточка. Принц бережно взял ее.

— Ну, какова, дама! — с восхищением воскликнул он, — Ты понимаешь, всю красоту задумки, Моран?

— Она поместила артефакт в свое тело?

— Именно!

— Многие и многие глупцы являлись сюда, думая, что могут заполучить главный секрет некромантии. А она забирала их жизни, просто ради веселья, — В его словах сквозило уважение.

— Так что, нет никакого ритуала? — удивился Моран.

— Есть, и я его проводил и не единожды. Но он не дает вечной жизни, как ни старайся. Все дело в одной маленькой детали.

— Может и не надо такой жизни? — вкрадчиво спросил морт'аэн.

— Не согласен. Она прекрасно сохранилась. И знаешь, если бы мы просто ушли, не прибрав артефакт, то она бы вновь вернулась, буквально собрала бы себя по крупицам. Разве это не мечта? Пребывать вне времени и презирать само пространство, завести себе двор призраков и иногда выпивать жизнь из молодых некромантов.

Моран хмыкнул.

— Нет? Ну ты и привередлив. А ты знаешь, что хозяйка Торана заполучила этот артефакт величайшим обманом. Ее супруг был королем, но он был так беспечен, что носил артефакт в медальоне, который так легко украсть…

Принц резко замолчал и потерял сознание.

Моран открыл портал.

На бледном лице принца Гиса играли отсветы зловещего лилового пламени, на котором медленно кипел алхимический тигель. Некромант полулежал в кресле и держал на коленях открытую колдовскую книгу. Моран добавлял в зелья ингредиенты, разложенные перед ним. Тут были редкие травы, стертые в цветные порошки, кости самых невероятных тварей, редкие минералы.

— Ты мало добавил зубов струга, — укорил его принц.

— Достаточно.

— А я говорю мало, — Гис прокатывал между пальцами артефакт, который достался ему с таким трудом, — Еще.

— Нет, — голос Морана был тверд, — Я готовлю лекарство, а не яд. Но если вы хотите быстрее увидеться с хозяйкой Торана, мой принц, то я положу еще зубов струга.

Принц с шумом выдохнул.

Моран продолжил колдовать над зельем.

— Она была хороша. Ты видел наш танец? Любого другого это бы убило.

— Да, я видел. Но защита сработала… не до конца.

— Это меня и восхитило. Сильная ведьма остается сильной ведьмой. Как думаешь, стоит ли установить на руинах памятник?

— Как будет угодно, ваше высочество.

— Тебе не слишком понравилась идея.

Моран нахмурился и бросил в зелье несколько кристалликов какого-то минерала. Синий густой пар окутал комнату. Запах был едкий почти нестерпимый.

— А ты был прав, — сказал Гис, делая глубокий вдох, — насчет зубов струга. В самый раз.

Моран перелил содержимое тигля в чашу и произнес заклинание, после чего подал принцу. Рука, принявшая лекарство, слегка дрожала и была покрыта серыми пятнами. Проклятие дамы действовало и отнимало силы у некроманта.

Гис вскинул чашу вверх, салютуя морт'аэну и выпил.

— Ну, вот… другое дело, — сказал он, отбрасывая пустой сосуд, — скоро я буду в порядке. Мне нужно придумать, как бы половчее использовать мою новую игрушку.

Он показал Морану серебряную косточку.

— Нет, нельзя быть таким беспечным, как этот простофиля-король. А пока хочу проведать другую мою игрушку.

Он поднялся и чуть пошатнулся.

— Возвращайся в свой замок Моран. Отдохни, друг мой.

Принцесса Клеа шарахнулась от окна, когда услышала, что в двери ее комнаты поворачивается ключ. Несколько часов она провела в попытках подточить решетку, но камень был слишком твердый и поддавался с трудом. Зато это занятие помогало принцессе скоротать время.

Она успела сесть в кресло и принять горделиво-равнодушный вид, когда на пороге возник принц Гис.

Он прошел в комнату и огляделся.

— Как вы устроились, ваше высочество. Не скучаете?

Каждый раз, когда Гис обращался к принцессе словами «ваше высочество», в его голосе сквозила издевка. Словно он не верил, что перед ним особа королевской крови.

Клеа чувствовала пренебрежение и от этого злилась.

— Вам ли не знать, как я устроилась. Сами же заперли меня в этой… — Клеа запнулась, — … комнате, с позволения сказать. И нет, не скучаю. Предпочитаю быть одной, чем в неподобающей компании.

— Снова дерзите, принцесса.

— Я требую вернуть мою подругу и фрейлину! — холодно сказала она.

— А, Магду, — кивнул принц, — Она находится в замке Морана. Или вы позабыли, что стали причиной ее перемещения.

— Ничего подобного! Это вы отдали ее своему ручному чудовищу.

Гис усмехнулся и смерил принцессу заинтересованным взглядом.

— «Ручное чудовище» — надо будет сказать об этом Морану, вот он посмеется, когда услышит, как вы его охарактеризовали.

— Можете ему передать.

Клеа поднялась и махнула рукой:

— А теперь уходите. Не желаю вас видеть.

Принц усмехнулся.

— Подойди сюда! — властно приказал он.

— Не стану я этого делать, — заупрямилась Клеа.

— Хорошо, как угодно. Стой на месте.

Пока Клеа решала, куда ей деться, принц Гис пересек в комнату и оттеснил принцессу точно загнал дичь. Она оказалась зажата между кроватью и стеной.

— Не подходи ко мне!

Но он надвигался. Его глаза были страшные и пустые.

Он оперся руками на стену, поймав Клеа в ловушку.

Их глаза встретились, и принц увидел перед собой растерянность и страх. Он улыбнулся и начал:

— Последние сутки я провел в компании одной дамы.

— Мне это не интересно, — Клея взяла себя в руки, — Отпустите меня.

Гис приложил палец к губам принцессы:

— Тс-с-ш, — сказал он.

И она замолчала.

— Так вот, я провел ночь в компании одной дамы. Не совсем безобидной нежити.

По лицу принцессы пробежала тень отвращения, но она ничего не сказала, хотя едкий комментарий был уже готов сорваться с губ.

— У меня был весьма изощренный план. Я раздобыл одну занятную вещицу — перстень, который принадлежал ее возлюбленному. Вы — женщины придаете такое значение любви. Не можете без нее. Без этих глупых страданий. Даже самые лучшие из вас.

Клеа отвернулась, чтобы не видеть безумных глаз принца.

— Так вот. Она ждала его… темные силы знают сколько лет, веков… Его образ должен был стереться из ее памяти. Однако мне не удалось ее провести. И это совершенно замечательно. Пришлось побороться. Ее магия была сильна. И конечно же, я получил от этого нашего общения то, что хотел. Но где-то между попыткой проклятия и заклинанием тлена, которое должно было превратить плоть на моих руках в дурнопахнущее месиво, мне в голову пришла блестящая мысль. Не желаете ли узнать, какая?

Принцесса все-таки ответила:

— Даже если я не желаю этого знать, вы все равно расскажете.

Гис кивнул.

— Я решил, что нам с вами стоит отобедать или отужинать. Мне не помешает общение с такой, как вы… ваше высочество.

Принц нежно коснулся щеки Клеа, она вздрогнула.

— Во всяком случае с той, у которой бьется сердце. Оно так прекрасно работает. Тук- тук. Тук-тук. Раз… и забилось быстрее! Поразительно! Вот об этом я и говорю! Без магии. Естественно и просто.

Некромант наконец-то отошел от Клеа и направился к выходу из комнаты.

— Жду вас, ваше высочество. И не заставляйте меня ждать, — в голосе зазвенел металл, — Тем более особенных занятий у вас нет.

— Мне не терпится рассказать, как хозяйка Торана, та ведьма, о которой я вам рассказывал провела своего мужа, чтобы быть вместе с бывшим хозяином кольца. Весьма запутанная история, которая учит нас не терять головы в любой ситуации.

Он продемонстрировал то самое кольцо на своем мизинце.

Больше еду в комнату принцессе не приносили. Так Клеа начала обедать и ужинать в компании принца. Она обрела некоторую свободу передвижение по замку. Иногда некромант не являлся и тогда девушка была предоставлена сама себе. Но один ужин отличался от других…

В большом зале вместо магических светильников горели восковые свечи, в огромном камине потрескивал живой огонь. В центре стоял длинный стол, поражающий воображение своим убранством: тончайший костяной фарфор, искристый хрусталь и серебряные приборы соседствовали с самым изысканным набором блюд. Тут был и жареный олень, поданный с овощами и соусом из лесных ягод, запеченные фазаны и кролики, копченая рыба и множество других деликатесов, не говоря уже о свежими фруктами и зелени.

Принцесса Клеа осмотрела все это великолепие с деланным равнодушием и села на стул, галантно отодвинутый самим принцем Гисом.

— Прошу, угощайтесь, ваше высочество.

— В честь чего такое торжество? — спросила Клеа.

В присутствии некроманта она обычно либо отмалчивалась, либо язвила, не особенно скрывая своего презрения к темному, но внезапный праздник ее удивил. Тем более кроме принца и Клеа в зале не было никого (не считать же слуг некроманта).

— Праздник жизни, моя дорогая.

Клеа поморщилась от столь фамильярного обращения.

— А я уж решила, что это прощальный ужин.

— Ах, вы про обмен и переговоры с вашим уважаемым батюшкой.

Принц Гис потянулся и сам взял кувшин, наполнил кубок.

— Нет. У меня на ваш счет совсем другие планы. Отведайте оленины.

Клеа сложила руки на груди и вперила не мигающий взгляд в лицо некроманта.

— И какие же? — спросила она.

— Я намерен с вашей помощью прекратить эту глупую войну между Светом и Тьмой.

— Думаю, это невозможно, — выдохнула Клеа.

— У меня возникла одна неплохая шутка, которая еще себя покажет. Эксперимент. Я вообще люблю узнавать новое.

Принцесса фыркнула.

— Нет, я уверен в успехе.

Внимание Клеа привлек нож, оставленный подле блюда с ломтиками кабанины. Лезвие выглядело острым… И как на нем плясали отсветы пламени…

Вот только сидела принцесса довольно далеко и не заметно стянуть нож не получится, Гис наверняка заметит, если она станет тянуться.

Но в голове девушки начал зреть план.

— Тогда расскажите мне об этом? — сказала она самым заинтересованным тоном, на который только была способна.

— О, — некромант хищно улыбнулся, — Отрадно слышать, как вы поддерживаете беседу, ваше высочество.

Клеа старалась не смотреть на нож. Она заставила себя съесть несколько кусочков оленины. Впрочем вкуса принцесса не чувствовала, да и смысл того, что излагал принц от нее ускользал, кровь шумела в ушах.

Пусть себе рассуждает про какой-то проклятый замок, затерянный в неизвестных землях… Она — Клеа будет той, которая убьет некроманта. Вот тогда можно будет говорить о том, что темные будут обезглавлены, и будут просить пощады.

Клеа сжала вилку так, что побелели костяшки пальцев. От таких мыслей даже начала чуть кружиться голова. Отец будет ей гордиться. И конечно же, она станет героиней и ей не придется выходить замуж…

— А вы весьма недурны собой.

Она моргнула и уставилась на принца, стараясь понять, в какой момент разговор свернул в новое русло.

— Ну, конечно, нельзя назвать красавицей, но в общем и целом… меня устраивает.

— Устраивает что? — с ледяной сдержанностью спросила Клеа.

Но Гис был слишком погружен в собственные рассуждения, чтобы обратить внимание на ее реплику.

— И потом после встречи с хозяйкой замка Торан… я осознал необходимость и даже неизбежность предстоящего брака. Наш союз с вами, ваше высочество, может положить конец войне.

— Союз?

— Естественно. А каким еще может быть брак.

Клеа вскочила со своего места.

— Немыслимо!

— Отнюдь. Весьма вероятно.

— Это невозможно!

— Формальности легко уладить. Если вы так привязаны к своим бессмысленным традициям, то я даже готов предоставить вам помолвочный браслет.

Клеа прошлась вдоль стола и остановилась напротив блюда с ломтиками кабанины, как будто невзначай оперлась на столешницу.

— Значит, даже помолвочный браслет… — пробормотала она.

— Почему бы и нет.

— Но сочетаться браком мы будем по темному обряду, — сказал Гис.

Рука Клеа медленно двинулась к ножу.

Со своего места некромант не мог этого видеть. Пальцы принцессы коснулись рукояти, которая была сделана из кости морского зверя.

— Вы побледнели.

— Просто это все так неожиданно.

— Разве забота о собственных подданных не первейший долг особы королевской крови?

— Да, — подтвердила Клеа, — И этот долг превыше всего.

Она перехватила нож и спрятала его лезвие в рукаве, сжимая рукоять.

Принц Гис расценил ее слова по-своему.

— Приятно видеть, что мы в чем-то согласны между собой.

Клеа усмехнулась.

— И это только начало. Представьте, ваше высочество, прекрасный мир, где Свет и Тьма едины?

Глаза принцессы блеснули. Она не желала представлять ничего подобного.

— Признаться, такое даже невообразимо.

Принц Гис поднялся и подошел к принцессе.

— Итак, каким будет ваш ответ?

Клеа сделала выпад. Так как ее учили. На ее стороне была внезапность. Нож вошел в плоть принца.

«Смертельный удар!» — пронеслось у нее в голове.

Девушка не думала, о том, что будет после того, как слуги обнаружат убитого принца.

«Я убила этого проклятого темного. Я убила».

Она отскочила, приготовившись наблюдать агонию.

Но некромант лишь досадливо поморщился и вытащил нож. Он вытер окровавленное лезвие о рукав.

— Так, — сказал он, — Что ж… очень доходчиво.

Он хлопнул в ладоши и в зал вошли умертвия.

— В темницу ее, — приказал Гис, голос его звучал тихо, но от этого становилось только страшнее, — В кандалы! На хлеб и воду.

Его приказание было исполнено.

— Чудовище! — закричала Клеа, когда ее схватили прислужники некроманта, — Будь ты проклят!

Ее крики еще долго разносились по всему замку.

— Да, да… — сказал принц Гис, но по побелевшим щекам, было ясно, что выходка принцессы задела его за живое.

Он наполнил кубок вином и опустился на стул, досадливо зашипев.

— И почему дамы на меня ополчились? — сказал он и рассмеялся, — Так и норовят попортить мне шкуру, пролить кровь.

Гис достал из кармана серебряную косточку — тот самый артефакт. В его руках серебро почернело, а потом вновь стало сверкающим и чистым.

— Неплохо… но не совершенно.

Принц снял с себя испорченный жилет и рубашку и бросил их в огонь. Рана уже затянулась и от нападения принцессы Клеа осталось воспоминание в виде очень тонкого белого шрама.

Он положил артефакт на стол и задумался.

— Пролить кровь…. — снова повторил принц, — Он должен стать моей кровью. Да, так и есть… Вот это будет интересное колдовство.

Некромант почти бегом отправился в свою лабораторию, о принцессе он и думать забыл… А слуги исполнили его приказание в точности.