<p>Дара Лайм</p> <p>Укрощение истинной. Непокорная для дракона</p>

— согласен ли ты, Эдвин Драгор, взять в жены Айрис Хордан?

Я услышала слова словно сквозь толщу воды. Силуэты вокруг только приобретали свои

формы, а в ушах стоял гул. Картинка пока еще расплывалась перед глазами, а я

старательно пыталась отыскать нужный фокус. Перед взором мелькали черные и красные

мушки, но и сними я смогла разглядеть высокого черноволосого мужчину. От него веяло

силой и властью. С таким уж точно нельзя было спорить.

— Согласен, — коротко бросил он и впился в меня немигающим взглядом.

— Согласна ли ты, Айрис Хордан, взять в мужья Эдвина Драгора?

Мороз пробежал по коже, когда я поняла, что это обращались ко мне.

— Нет, — еле- еле шевеля губами, выдала я, оглядываясь по сторонам.

Мы находились в большом зале с несколькими свидетелями. Тут же был алтарь, за

которым стоял седовласый старый жрец в красной мантии с капюшоном. Пока в моей

голове складывался только один вариант происходящего: меня выкрали, одурманили и

притащили на сектантскую свадьбу, в которой я была жертвенным агнцем, то есть

невестой.

Женщина в зале ахнула и попятилась назад, кажется, планируя разыграть обморок, но ее

подхватил мужчина и бережно уложил на одну из лавок, перед которыми они стояли.

— Айрис, — грозно произнес “жених”, сверля меня взглядом. — Сейчас не время

показывать характер. У нас нет выбора.

ЕГО жесткие слова не произвели на меня должного впечатления, только помогли быстрее

прийти в себя. Девушки двадцать первого века не дают себя в обиду!

— Выбор есть всегда! Это розыгрыш?

— Дорогая, — мягко проговорил мужчина, который до этого помог женщине не упасть. —

Все уже оговорено и решено, ты и наследник Драгоров должны пожениться. Ты жила этой

мыслью с самой колыбели и всегда знала свое предназначение.

Не знаю, о чем он толковал, вот только в моем мире истина проста: повзрослеть, окончить

универ, выйти замуж и на работу, а затем родить по большой любви пару карапузов, отдав долг родине.

— Не понимаю, о чем вы. — Я отступила назад, стараясь отдалиться от "жениха".

Он был очень недоволен. Буквально кипел яростью. Казалось, что вот-вот взорвется, но

это было совершенно неважно, когда более явственно была угроза моей свободе и

жизни. Я не знала, кто этот мужик и иже с ним, не собиралась замуж ни сейчас, ни в

дальнейшем, разве что по большой “той самой" любви, я не.

— Иди сюда. — Мужчина схватил меня за локоть, не обращая внимания ни на мой стон

боли, ни на оханья собравшихся свидетелей.

— Что вы себе позволяете!

Попыталась вырвать руку, но, разумеется, безрезультатно.

— Значит, так, это не надо ни мне, ни тебе, но сейчас не время устраивать представление.

Сегодня ты станешь моей женой, а затем, исполнив свой долг, можешь делать всё, что

захочешь, — буквально прорычал он мне в лицо.

Было неприятно. Мурашки страха пробежали по телу, а горло сдавило судорогой. С ним

нельзя было спорить.

— Вы готовы продолжить церемонию? — нашу битву взглядов прервал голос жреца.

— готовы. Правда, любовь моя? — процедил мужчина, прищурив глаза.

Я не могла вымолвить ни слова, но кивнула, нервно сглотнув.

— Согласен ли ты, Эдвин Драгор, взять в жены Айрис Хордан? — вновь задал вопрос

священник в красном балахоне.

— Согласен. Давайте поскорей покончим с этим. — Тут уже все не сводили с нас

внимательных взглядов.

— Согласна ли ты, Айрис Хордан, взять в мужья Эдвина Драгора?

А был ли выбор? Я только и успела бросить беглый взгляд на "жениха". Мороз снова

прошел по коже. Даже думать не хотелось, что он сделает, если я сейчас воспротивлюсь

его воле.

— Д-да. — Это было самое сложное решение в моей жизни.

Все дружно облегченно выдохнули и утерли пот со лба.

— Объявляю вас мужем и женой, можете скрепить союз поцелуем, — радостно объявил

жрец, и присутствующие зааплодировали.

Мой... муж окинул меня придирчивым взглядом, но все же склонился и быстро прижался

ко мне горячими губами. Я даже не успела почувствовать вкус этого поцелуя, да и не

хотела этого. Казалось, что если я сейчас шевельнусь — непременно упаду.

Мужчина отстранился, но рук не убрал. Я пошатнулась. Все вокруг начало плыть, а внутри

разгорался пожар, который туманил разум и заставлял сердце учащенно биться. Я

пыталась сделать вдох, но ничего не получалось. Грудь сдавило, в глазах совсем

потемнело, а затем я провалилась в темноту, накрывшую меня с головой.

— Что с ней?

Я смотрел на девушку. Ее каштановые волосы разметались по постели. Сейчас она

выглядела почти ребенком: маленькая, беззащитная и бледная. Мне было даже жаль, что

все так вышло.

— скорее всего, она не выдержала инициации, — спокойно произнес гросс Фиц.

Может, оно и к лучшему. Мало какая женщина была способна пережить брачный обряд.

Это были не просто клятвы и согласие на брак, сами боги соединяли судьбы и сплетали

нити жизни, чтобы продолжить род драконов.

— Мы можем аннулировать брак? — вдруг предложил без особой надежды на успех.

Я знал, что это почти невозможно, но оставалась надежда на хоть малейший шанс

обратить обряд вспять.

— Увы, мой друг, но процесс запущен, и обратно ничего не вернуть.

В голосе Фица слышалось сожаление, а я не понимал, как так могло произойти. Еще

двадцать лет назад мой отец заключил договор с Хорданами, обменялся с ними кровью, чтобы впоследствии они могли родить себе наследников. По договору одна из их

дочерей, если такая появится на свет, должна будет стать женой его наследника, то есть

моей.

— Если умрет, позовите меня, — бросил через плечо и поспешил удалиться.

Это была не первая “жена”. Отец знал, что делал, обручая меня с тремя претендентами.

Двоих уже не было в живых. Они не пережили и минуты нашего брака. Оставался

крошечный шанс, что в третий раз повезет, но сейчас и эта надежда угасала на глазах

вместе с жизнью в этой миниатюрной человечке.

Айрис... Это имя отлично подходило сильной девушке, но и она не оправдала моих

ожиданий. Хотя к браку я не стремился, разве что ради наследников.

Я спустился вниз, чтобы плеснуть себе в стакан чего-нибудь крепкого и выпить. Замок

словно затих, как будто бы люди чувствовали скорую смерть одного из своих

соплеменников. Но и тут не было покоя.

— Как она? — Я обернулся и увидел обеспокоенное лицо отца новоиспеченной жены.

Грегор выглядел осунувшимся. он прекрасно знал, что эта ночь расставит все по своим

местам: быть его дочери женой главы горного клана драконов или умереть. Я не понимал

отцов, готовых пожертвовать своим ребенком, которого так долго ждали.

Старейшины выбирали именно тех, у кого годами не получалось обзавестись

наследниками, прежде чем отправить к ним дракона. В результате смешения крови пара

получала возможность иметь здоровое потомство, а мы — невесту, идеально

подходящую для того, чтобы выдержать ритуал. Почти идеально подходящую.

— Все еще дышит. — Я приучил себя не думать о боли, которую могут испытывать родные

и близкие “невест”.

Это было ненужное чувство. Оно говорило о слабости.

— Можем ли мы что-то сделать? — его голос звучал слабо, неуверенно, отражался от стен

и растворялся в пустоте.

— Молиться богам, — коротко бросил я и поспешил покинуть просторный холл замка.

Уже на улице я вдохнул полной грудью и прикрыл глаза. Сейчас бы на тренировочное

поле, чтобы размяться и молодняк погонять. Лучший способ забыться — погрузиться с

головой в любимое занятие, то, что помогало не одну тысячу лет выжить моему народу.

Отточенные движения, техника, впитанная каждой клеточкой тела, — все то, что

приносило желанную разрядку и расслабление.

— Запрягай, — дал распоряжение мальчишке, помощнику конюха.

Он послушно кивнул и бросился к привязи, чтобы исполнить приказ. Я посмотрел на

замок, слегка прищурившись. Это была последняя невеста, других вариантов не

оставалось. И если она умрет, то род драконов еще не скоро будет продолжен, если

вообще будет.

— Очнулась — раздался крик с башни, и я обернулся.

Боги смилостивились и подарили шанс этому браку. Нестерпимо захотелось броситься и

лично убедиться, что с женой все хорошо, но я переборол это чувство, которое говорило о

слабости моего духа, и просто кивнул, а затем зашагал к Ворону. Конь был уже готов и

стремился пуститься вскачь.

Сейчас Айрис требовался отдых, а затем я вернусь, и мы отправимся в ее новый дом, откуда она уже не вернется на родину.

— Где я? — простонала, поморщившись от стука маленьких молоточков в голове.

Они били прямо по нервам, вызывая сильнейшую боль в висках и приступ тошноты.

Сглотнув скопившуюся слюну, я постаралась приоткрыть один глаз, но стук только

усилился, пришлось вновь расслабиться, замерев.

Духота стояла жуткая, дыхание и без того было затруднено, а так и вовсе было не

продохнуть. Спустя пару минут, я предприняла новую попытку вернуться в сознание и, отважившись, открыла глаза.

На улице пели птицы, и вроде бы нужно порадоваться новому дню, но ничего вокруг я не

узнавала. Это была не моя съемная однушка на окраине пыльного городка, а целые

хоромы. Впрочем, сейчас это было неважно.

Чуть приподнявшись на локтях, я попыталась осмотреться поосновательнее. В комнате

никого не было. Убранство было странным. В просторных покоях у стены стояла огромная

кровать, рассчитанная по меньшей мере на четверых: мягкие подушечки, пушистый плед, легкий балдахин, скрывавший меня от всего мира. По углам расставлены кресла с

причудливыми ножками, а прямо напротив — огромное зеркало, по обеим сторонам

которого были неприметные двери. Что за ними скрывалось? Надеюсь, не тайная комната

с трупами любопытных жен, как в известной сказке.

— Кто-то тут прямо-таки затейник в эротических играх, — резюмировала я, с трудом

поднявшись с кровати.

Мой взгляд метался по комнате, чтобы хоть как-то собрать мысли в кучу. Глянув в сторону

двери, я охнула от неожиданности.

— Не знал, что у Хорданов юным девам дается настолько подробное и всестороннее

образование, — донеслось мне в ответ.

Я застыла с открытым ртом, стук молоточков вернулся и бил четко по вискам, но это не

могло отвлечь от человека в проеме.

Это был тот самый суровый мужчина с синими глазами из моего сна. Кажется, там я стала

его женой. Интересный был сон. Но он ли?

— Кто вы? — Я вытянулась в струнку и напряглась, несмотря на молоточки в моей голове, которые сменились набатом.

Боль была почти нестерпимо, но давать слабину перед этим мужчиной было нельзя. Я не

знала его, а значит, он был опасен.

По крайней мере, все в его движениях и ауре, окружающей его, говорило об этом.

Больше всего меня привлекали его глаза, которые переливались на свету, переходя из

синевы в бирюзу, а потом темнели и становились черными, как сама ночь.

— Я твой муж. — Он сделал шаг вперед, заставив меня попятиться.

Каждое его слово вызывало дрожь во всем теле. Ему хотелось противостоять... или

сдаться?

— вы меня, наверное, с кем-то спутали...

— Айрис, у меня нет времени, чтобы играть в твои игры. Еще до твоего рождения ты стала

моей невестой, чтобы три дня назад стать моей женой.

Из груди рвался истерический смех, который я старательно пыталась скрыть. Это ж надо

же, какая бурная фантазия, но что-то в его взгляде говорило, что он не лжет — просто не

умеет. Ему хотелось верить, но это было невозможно.

— Послушайте, мужчина.

— Эдвин, — поправил он меня.

— Эдвин, я урывками помню происходящее на нашей с вами свадьбе, но уверяю вас, что

я не узнавала никого из того зала.

Мне кажется, что все происходящее вокруг — просто сон. очень страшный сон.

Мужчина сверкнул синевой глаз, и я решила не торопиться выдавать все, что думаю о

происходящем вокруг. Фарс. Шоу.

Розыгрыш. Сумасшествие?

Но "муж" ничего не сказал. Просто кивнул и, круто развернувшись, покинул комнату, громко хлопнув дверью. струна, которая все это время держала мою спину прямо, лопнула, а я рухнула на колени посреди комнаты, не понимая, то ли плакать мне, то ли

смеяться

Эдвин Драгор

— это не моя невеста! — Я ворвался в кабинет гросса Фица, открывая дверь с ноги.

Друг вскочил со своего места, опрокидывая стул.

— Что ты имеешь в виду? Они подменили девушку после обряда?

— Нет, я только сейчас понял, что и там была не Айрис Хордан.

Это был обман тысячелетия. Еще на церемонии меня смущало что-то, какое-то

непреодолимое чувство, кричащее, что именно эта девушка никак не может быть моей

невестой. Все девы в роду Хордан отличались одной замечательной чертой — они были

как бессловесные рабыни с потухшими глазами, приученные к молчанию и повиновению

мужчинам. Невозможно было, чтобы одна-единственная, которая наречена мне в жены, отличалась такими глазами, в которых я видел свет.

— Они бы не решились подсунуть тебе другую девчонку! Она прошла инициацию и

пережила обряд! — Фиц в ужасе взъерошил волосы и начал расхаживать по кабинету. —

Я был у них и именно эту девушку осматривал на невинность. Еще год назад они

показывали ее мне, а потом и за сутки перед свадьбой.

О, да. Это был тщательно разработанный, а затем и реализованный план, который

исполнялся годами.

— это вообще возможно?

Фиц остановился и поправил очки на носу. Прошла секунда. Его глаза расширились от

осознания, и он бросился к полкам с сотнями книг.

— сейчас-сейчас. — Его пальцы бегали по корешкам в поисках нужного томика.

С учетом количества книг, тут ему поисков на неделю точно, но меня очень интересовало, что все таки пришло ему в голову и как человеческая семья могла обвести вокруг пальца

целый драконий клан.

Не в силах больше ждать, я сел за стол на мягкий стул и закинул ногу на ногу. Пальцы

отбивали дробь по столешнице, пока я нервно перебирал варианты. В голове никак не

укладывалось, как такое возможно.

— Вот оно! — ликующе выкрикнул друг, вновь поправив очки на переносице.

Я все еще не понимал, о чем он, но был весь внимание.

— Что там?

Книга листалась с огромной скоростью, пока Фиц не замер.

— Вот. Есть ритуал по призыву иномирного создания, который тут именуется клоном. Он

почти полностью идентичен внешности призывающего, но имеет свой разум и

воспоминания. По сути, он живет в параллельной реальности или мире, независимо от

своего «близнеца». Призыв возможен только один раз и в обратную сторону не работает.

Это единственный возможный вариант, о котором известно.

Я нахмурился. То есть получалось, что еще год назад Грегор планировал выдать свою дочь

за меня, но вдруг перед свадьбой…

— О, нашел. Есть еще кое-что.

— не томи! — уже почти рычал я.

— Еще возможно призвать клона, а затем поменять их души местами.

Легче от этого не стало. Даже не верилось, что столь сложная схема могла прийти кому-то

в голову. Не укладывалось в голове, что вообще кто-то мог знать, что такое можно

провернуть тем более под носом у драконов.

— Итак, ты хочешь сказать, что Хордан все время показывал нам нужную невесту. Потом

на свадьбе к нам вышла настоящая АЙрис, в то время, как где-то пряталась эта девица, возможно одурманенная, а прямо во время церемонии кто-то поменял их души местами?

Друг достал пузатую бутыль из нижнего ящика стола и пару стаканов из тонкого стекла.

— А у тебя есть другие варианты? — Он разлил на двоих и поднял стакан вверх, чтобы

полюбоваться игрой золота на свету, о чем-то размышляя

Нет, других вариантов у меня не было. Пока не было.

Отступать было некуда. Невеста принята кровью драконов и инициирована. Теперь по

закону она моя жена, и от этого никуда не деться.

Айрис.

— И почему он такой грозный? — спросила я собственное отражение в зеркале, понимая, что это совершеннейшая глупость, но сейчас меня занимало только одно — мой муж.

Было страшно даже подумать об этом, не то что произнести вслух.

Оставшись наедине с собой, я не знала, что делать. Нужно было бежать, но знать бы еще

куда. Одна в неизвестном мире я была не способна выжить, но и оставаться здесь было

неразумно, как и верить в то, что происходящее действительно реально.

Доверять незнакомому человеку, который утверждал, что он мой муж, было так же

неосмотрительно.

В любом случае мне жутко хотелось исследовать все тут: залезть в каждый уголок, узнать

все тайны, но самое главное —понять, каким образом я очутилась тут. Это было самым

важным вопросом, и я очень надеялась, что Эдвин даст мне все жизненно необходимые

ответы.

Запахнув полы халата, я чуть приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Горизонт был

чист, значит, можно было двигаться дальше. На искательницу приключений я мало

походила, но любопытство и адреналин пересилили осторожность.

Двигаясь вдоль стеночки, я старалась держаться ровно. Ноги все еще дрожали от

слабости. Силы быстро покидали меня, но сила воли и жажда победы играли свою роль.

— Госпожа, вам помочь? — остановил меня голос хрупкой девчушки в белом передничке.

Ее длинные волосы были заплетены в тоненькие косички, а огромные голубые глазищи

горели огнем восторга.

— Было бы неплохо, — проговорила я, слабея и оседая на пол.

— Я вам помогу. — Она присела рядом со мной на коленки.

— Что с ней? — позади раздался размеренный стук сапог по полу и грозный голос, от

которого тут же холод пробежал по позвоночнику. — Позовите Фица.

Девочка тут же подскочила и бросилась бежать, сверкая босыми пятками.

— я в норме, — запротестовала, когда мужчина подхватил меня на руки и зашагал в том

направлении, откуда я и пришла. —Вот увидите, я могу и сама идти.

— Нисколько не сомневаюсь, — хмурясь, выдал Эдвин. — Но свою жену я предпочитаю

сам нести на руках.

— своя ноша не тянет? — припомнила я

— что-то вроде того. В тебе хотя бы пятьдесят кило есть?

— Пятьдесят пять, — поправила “мужа” я. — Подобные вопросы неприлично задавать

женщинам.

Он удивленно выгнул бровь, и даже показалось в какой-то миг, что уголки его губ

дрогнули, а потом Эдвин вспомнил, что серьезные люди даже себе в зеркале не

улыбаются, и вновь стал суровым.

— Я должен знать абсолютно все о тебе.

0б0 мне было особо нечего рассказывать, а то, что могла, для него могло прозвучать не

слишком убедительно.

Мы добрались до отведенной мне спальни. Мужчина толкнул дверь ногой, и мы

оказались внутри. Он осторожно опустил меня на кровать и поправил халат, прикрывая

все стратегически важные места тканью.

— Вы все равно не поверите ни единому моему слову, так к чему сотрясать воздух?

— Сегодня я готов поверить в любую чушь, которую услышу. Но это предложение

ограничено по времени, на твоем месте я бы поспешил воспользоваться им.

М-да, отличная акция

— Меня зовут.

— Айрис. Теперь тебя зовут Айрис Драгор, — поправил он меня.

Я неуверенно кивнула, соглашаясь, что так будет даже лучше.

— я не знаю, каким образом тут оказалась. У меня была вполне нормальная жизнь дома.

Работа, курсы — всё как у всех. —Пожала плечами.

Было бы глупо биться в истерике и с пеной у рта доказывать ему что-то. Стоило либо

смириться с новой реальностью, либо биться головой о стену. Если я как-то попала сюда, то, вероятно, есть и выход в обратную сторону. Возможно, Эдвин мог бы мне помочь.

— Тогда мне стоит рассказать тебе об этом мире. Мы доподлинно не знаем, как ты тут

оказалась, есть только предположения.

Я пока не стану раскрывать всех карт, но ничего не изменить. Твое тело приняло дар

драконов, и теперь ты моя жена. Не могу обещать, что будет просто, но если ты будешь

послушной женой, то мы поладим.

Меня начал раздирать истерический смех. Это надо же! Мы поладим!

— Не хочу показаться грубой, но не могу не напомнить: вы мне никто, как и я вам. — У

меня словно второе дыхание открылось. Сразу же появились силы для продолжения

спора.

И правда, сейчас был самый подходящий момент для обсуждения.

— ошибаешься, прелесть моя. Теперь я твой муж, а ты моя жена. я твой господин, а ты…

— Твоя покорная раба? — Кулаки сжались так сильно, что пальцы больно впивались

ногтями в ладони, оставляя лунки отметин.

Мужчина скрипнул зубами и, казалось, зарычал. Ему явно не нравился наш разговор, но

мне было наплевать. Это я оказалась на неизвестных землях другого мира. И пока моя

душа не была готова отпустить тоску по родным просторам.

— Не стоит играть словами, жена, — грозно проговорил муж, издав утробный рык. — Ты

обязана быть рядом, делить со мной крови ложе, чтобы подарить этому роду

наследников.

Я дернулась от этих слов, словно от пощечины. Как такое возможно — тащить в постель

незнакомца, понимать это и плевать на чувства?

— Наследников? — Брови удивленно поползли вверх.

— Разумеется, мне нужно много наследников. Крепких сыновей для увеличения силы

рода и дочерей для укрепления внешних связей.

— Тогда смею разочаровать — не имею привычки спать с первыми встречными, —

практически выплюнула ему в лицо.

Эдвин вскочил и вылетел из комнаты, напоследок выдав:

— я не разочарован. Эту ночь даю, чтобы примириться со своей судьбой и принять

неизбежное, а завтра я приду к тебе в спальню и возьму то, что мне принадлежит по

праву.

Как бы не так! Вот только сил на побег было явно недостаточно, но, возможно, к

следующей ночи что-то изменится, потому что сидеть сложа ручки в ожидании

уготованной мне участи я была не готова.

Откинувшись на подушки, я прикрыла глаза, стараясь успокоиться и унять бешеный стук

сердца. Из мыслей все никак не шел Эдвин.

Каков наглец!

Эдвин Драгор

— Ты был у нее? — Безопасность и здоровье идеальной жены для драконьего клана

сейчас меня интересовали больше всего.

Гросс Фиц замер в нерешительности у самой двери моего кабинета. Скорее всего, он не

одобрял мой подход к браку, но разве было это важным?

Я прекрасно обходился все эти годы без постоянной партнерши, поэтому брак нужен был

только ради наследников. Драконы вымирали, и мне было больно видеть, как

собственный род мельчал и грозил вовсе исчезнуть. Айрис была рождена для

единственной цели — стать женой дракона и продолжить его род. Идеальная пара, которая была способна впитывать излишки магии ящера без вреда для окружающих и

себя.

— Ты свинья, — выдал Фиц говорящий явно под действием эмоций, которые впитал от

подставной жены.

Даже представить себе не мог, что он столь чувствителен к женским слезам и стенаниям.

— Так будет лучше для нас всех. Никаких чувств и эмоций.

— однажды ты пожалеешь, что обошелся с ней так грубо, — продолжил свои нравоучения

Фиц. — Одумайся, пока не поздно.

Айрис заслуживает особого внимания. Все же от нее зависит, будет ли продлен наш род.

Останется ли наш мир таким же, как вчера, или же мы просто будем стерты из истории.

Таких философских мыслей от него я никак не ожидал. Но Фиц продолжал сверлить меня

взглядом, буквально прожигая дыру в голове.

— На этот счет не стоит переживать. Я объяснил девчонке, как себя следует вести

покладистой жене. Не позже, чем через год, в этом замке раздастся детский крик, —

пообещал я то ли другу, то ли самому себе.

Гроссу не нравился мой план. Ну и ладно. Я глава этого клана, и только мне решать, кому

и как жить.

Посчитав разговор завершенным, Фиц бросил на меня очередной убийственный взгляд и

вышел из кабинета, оставив меня наедине с собственными неутешительными мыслями.

Прошлая Айрис была темной лошадкой, всегда молчаливая и прекрасная, она внушала

восхищение нежностью и грацией, покорностью и смирением, но этому не было доверия.

Тихая женщина —ловушка для дурака. На ее счету меня были опасения, но семейство

Хордан решило все за меня.

С одной стороны, необходимо было предпринять действия, чтобы они не остались

безнаказанными, но, с другой — если я подниму шумиху, то ничего хорошего нас не ждет.

Некоторые в клане могут засомневаться в законности моих будущих сыновей, а это нам

ни к чему.

Мысли вновь вернулись к чудесному видению, которое грозило начать плеваться ядом, словно самая опасная змея в мире.

Ее хотелось укротить, но не сломать. Такой характер выдавал сильную женщину, способную подарить клану здоровое потомство.

Я уже представлял ее с младенцем на руках.. Мягкие каштановые кудри, едва

прикрывающие грудь, нежная улыбка на губах... Мне казалось, что она станет отличной

матерью нашим детям.

Но не было ничего прекраснее, чем мысли, что тому будет предшествовать. Пылкие ночи

страсти, когда весь мир замрет за стенами спальни, а мы станем единым целым, тогда

дракон возьмет свою законную добычу, а я утолю свой голод.

Внезапно я понял, что нужно немедленно увидеть Айрис. Это было сродни инстинкту —

проверить свое сокровище, но пришлось остановиться. Не сегодня. Она должна была

отдохнуть и прийти в себя, чтобы встретить меня завтра в ночи чтобы не поддаться

соблазну, я поднялся с места и направился к открытым стеклянным дверям балкона.

Свежий воздух ни капли не охлаждал разгоряченный разум.

Быстро избавившись от сюртука и шейного платка, я рванул на груди рубашку, запоздало

поняв, что отец непременно пожурил бы меня за подобную расточительность. Только

именно он когда-то решил мою судьбу, когда переплел ее с Айрис.

Оставшись в одних брюках и кожаных сапогах, взобрался на перила. Увидел бы кто-то со

стороны не на землях драконов, посчитал бы, что я собираюсь свести счеты с жизнью, а

мне просто нравилось чувствовать легкое движение ветра. Он всегда помогал раскрыть

крылья.

Сделав глубокий вдох, я сделал шаг в пустоту. Одно мгновение, и воздух подхватил меня, чтобы поднять высоко над землей.

Магия текла по телу, не позволяя сложить крылья. Она давала силы и очищала разум от

лишних мыслей.

Массивное черное тело было практически незаметно на фоне ночного неба, лишь

переливалось, когда на него падал лунный свет.

Но сегодня был явно не мой день. Мысли все время возвращались к непокорной жене.

Белизна ее кожи, синеватая венка на шее, которая часто-часто билась от одного только

взгляда на меня, спелые вишни-тубы, созданные для поцелуев, которые манили

испробовать их на вкус

Я и не заметил, как приземлился прямо под окнами спальни Айрис. Слух улавливал

движение в комнате, но нельзя было рисковать, чтобы она заметила меня. Это случится

не сегодня. Пока стоило придержать эту информацию, чтобы жена не схлопотала приступ

т избытка впечатлений

Шаги затихли, и свет погас, а я понял, что она легла спать. Только одним глазком взглянуть

на нее... Искушение было весьма велико. Я отвесил себе мысленную оплеуху, напоминая,

что она только средство для достижения цели, но инстинкты дракона настойчиво

твердили, что она и есть идеальная пара. Истинная жена для дракона.

Время пролетело быстро. Весь день я смотрела в окно, наблюдая, как движется солнце по

небу и как быстро утекает время сквозь пальцы. Приближался час икс, когда Эдвин

должен был прийти для исполнения супружеского долга, повешенного на меня

совершенно другой женщиной

Все как в реальной жизни. Больше было похоже на работу мошенников.

— Ждала? — его голос застал меня стоящей у окна.

Пару предыдущих часов мне пришлось вытерпеть процедуры по наведению красоты: баня, массаж, расслабляющий чай.

Все слуги старались, словно от этого зависела жизнь целого мира.

— Ты ведь знаешь ответ. — Осознала, что голос звучал ровно и безжизненно.

Я не была готова смириться со своей участью, но и сил бороться не было никаких.

— Ты прекрасна, — комплимент звучал сомнительно, с учетом того, что он собирался

сделать со мной.

Мужчина

медленно

приблизился.

Плавные

движения

были

хорошо

скоординированными, похожими на грациозную походку хищника, готовящегося к

смертельному броску.

— Не надо. — отвернулась, чтобы не видеть блеска его глаз.

Эдвин был уже совсем близко. Так что я чувствовала его терпкий хвойно-древесный запах.

Он щекотал не только ноздри, но и нервы. Хотелось уткнуться носом в широкую грудь и

впитать в себя его, но я быстро прогнала эту искушающую мысль. Я слишком долго была

одна, а этот человек был силен и притягателен. Теперь я поняла, что чувствует мотылек.

— Не сопротивляйся. — Он взял меня за руку и потянул к себе.

Я затаила дыхание. Сердце билось, словно птица в клетке.

ЕГО рука скользнула по моей талии, поднимаясь выше. Движения были уверенными, как

будто бы он сдерживался, но в них не было ни капли нежности. Только звериный голод в

глазах выдавал его истинные намерения.

Я постаралась успокоиться. Сейчас было самое время кричать и звать на помощь, но кто

мог помочь? Здесь я была не просто чужестранкой, а иномирянкой. Без права голоса.

Жаркие губы поймали мои. Они были настойчивыми, требуя раскрыться. Сопротивление

было бесполезным. Я выставила руку вперед, желая оттолкнуть Эдвина, но он стоял, словно скала, которую невозможно сдвинуть с места. Поймав мою руку, он замер на миг, чтобы поцеловать венку на запястье.

Меня словно ударило электрошоком. Все тело вмиг парализовало. Нет, мне не нравилось

насилие, и я не была практикующей любительницей экстремальных забав, но что-то в

этом было. Что-то запретное, от чего мурашки табуном бегали по коже.

— Остановись.

— Не могу и не хочу, — прохрипел мне на ухо Эдвин.

Даже это вызывало дрожь в коленях. Я была готова вот-вот упасть в обморок. Еще

никогда близость мужчины не оказывала на меня подобного действия.

— Мне нужно время, — почти простонала я.

— У нас его нет. — Он вновь приник к моим губам глубоким поцелуем.

Я потеряла счет времени, парализованная его натиском. Весь мир кружился, стук сердца

не позволял даже думать связно.

Эдвин подхватил мое тело на руки и в пару шагов оказался у кровати. Осторожно он

уложил меня на мягкое ложе.

Он медленно развязал тесемки у горловины и стащил рубашку через голову. В свете луны

его тело казалось сотканным из миллионов сияющих чешуек, покрывающих кожу.

Невольно я залюбовалась ими. Удивительно, что может творить воображение в минуты

стресса.

Он буквально навис надо мной, как скала, коснулся моего колена, затем опустил ладонь

ниже, к подолу ночной сорочки, и потянул ее вверх, задирая.

Прохладный воздух проникал сквозь приоткрытое окно. Ноги покрылись гусиной кожей. я

постаралась отрешиться, словно наблюдая со стороны за происходящим, стараясь не

издать ни звука. Закрыв глаза, начала думать о чем-то, кроме его глаз, пламенный взгляд

которых сводил сума.

Мысли вращались вокруг происходящего. Как могло такое случиться со мною? А может, это все просто плод моего воспаленного воображения, и я просто брежу? Тогда, возможно, стоило провести одну-единственную ночь с мужчиной, к которому тянуло. Но

это было невозможно. Я не могла уступить. Это было неправильно. В основе любых

отношений должны лежать глубокие чувства, которых у нас не было.

Поцелуи оставляли влажные дорожки на коже, вызывая новые волны мурашек. Было

трудно держаться отрешенно. Я сжала руками простыню по обе стороны от себя, стараясь

действовать незаметно для Эдвина, и прикусила губу, чтобы ни звука не вырвалось из

моей груди. сдерживать эмоции было все труднее. Уже начал чувствоваться солоновато-металлический вкус на губах.

— Зачем ты это делаешь? — раздался голос у самого уха.

Я открыла глаза и посмотрела на Эдвина. Часто заморгала, не сразу сообразив, о чем он

толкует.

— Что? — ничего не поняла я.

— Неважно. Что-то сегодня у меня нет настроения, — рыкнул он, отстраняясь от меня.

Эдвин сделал несколько шагов от кровати, не сводя огненного взгляда с меня. Я не

понимала, что происходило.

Вот он пылал страстью и готовился исполнить супружеский долг и в следующую минуту

уже смотрит на меня, словно я совершила смертный грех.

Не говоря больше ни слова, муж поднял с пола рубашку и быстрым шагом направился к

двери. Казалось, что только после того, как она закрылась, я снова начала дышать.

Эдвин Драгор

Встав на рассвете, я понял, что спал всего пару часов. Крепко выпив в кабинете, я не

помнил, как добрался до собственной спальни. Еще сложнее было прийти на поле утром, чтобы начать тренировки. В голове кружились обрывки воспоминаний прошедшей ночи.

Зажмуренные глаза, закушенная губа, лихорадочный румянец на щеках. Айрис старалась

ничем не выдать своих желаний, но было прекрасно видно, что она была способна

ответить жаром на страсть, которую сама же в себе тушила.

Зачем она это делала, было непонятно. Чего ей нужно было? Огромный замок на краю

утеса. Высокие горы вокруг, хранящие мир на наших землях. Заботливый, насколько это

возможно, муж, готовый на все ради сохранения собственного рода.

Ночь выдалась не из легких, особенно, когда стало понятно, что жена решила изображать

из себя труп в постели. Поначалу мне верилось, что она вот-вот растает и отдастся

инстинктам, но ее воля оказалась гораздо сильнее.

Нормальный мужчина бы продолжил, стараясь и доводя до пика свою супругу, но я не

был зеленым юнцом, чтобы стараться биться головой о лед. Буду приходить к ней каждую

ночь, пока она не изволит ответить взаимностью и исполнить свой супружеский долг.

— Друг мой, — противный голос зануды Гросса застал меня врасплох. — На тебе лица нет.

Не ожидал, что столь рано смогу застать тебя на тренировочном поле.

Я поморщился от шума клинков, которые Фиц доставал из своего ящика с оружием.

Любой звук выше шепота сейчас казался крайне болезненным

— Тренировки никто не отменял, — угрюмо рыкнул на друга, оголяя свое оружие.

— Ты уже сообщил молодой супруге о своих особенностях?

— О чем это ты?

— Она в курсе, что вышла замуж за дракона?

Точно. А я ведь планировал, что после вчерашней ночи я смогу рассказать ей об этом. Но, возможно, оно и к лучшему. Никто не сможет предугадать реакцию девушки на такую

весть.

— сомневаюсь, что ей нужно это знать. Пока достаточно того, что она должна быть

примерной женой.

— Твои родители были героями в глазах подданных не только благодаря правильной

политике, но и славились своим крепким союзом, который был нерушим до самого конца.

Они были примером для всех нас. Нет ничего удивительного, что ты: хочешь подобных

отношений, — пожал плечами Гросс, занимая позицию напротив меня.

Что ж, он захотел поговорить о чувствах — ладно, но только глядя в небо на лопатках.

Я бросился вперед, нанося удар за ударом. Искры летели во все стороны и оседали на

песке площадки. Лязг металла о металл разносился далеко вокруг. Было неудивительно, когда всего через пару минут вокруг нас собралась толпа. Бойцы смотрели на нас во все

глаза и что-то обсуждали, а я все думал о прекрасных теплых глазах, волнах каштановых

волос и медовых губах.

Гросс прав. Родители любили друг друга, но я не был таким. Они были мечтателями, которые родили одного ребенка. Их союз был счастливым для них, но род драконов

угасал. А мне требовалось стать первым из тех, кому было плевать на глупую любовь.

Я хотел мира и процветания для всех нас.

На секунду замешкавшись, я не смог отбить удар Фица. Клинок вылетел из рук. Вот только

проигрывать я не собирался.

Кувырок — и оружие вновь у меня в руках. Но им я бы не успел воспользоваться ни при

каких условиях.

в честном бою я уже видел поражение. Сделав последний рывок, заметил, что противник

замедлился, и я нанес удар. Острие клинка оказалось у живота Фица, но готов был

поклясться, что он намеренно проиграл бой.

— Вот и все, — улыбнулся друг. — Признаю поражение.

Он бросил клинок на песок и поднял руки вверх, сдаваясь. Я бросил на него прищуренный

взгляд. Было невозможно победить. Он подыграл мне, чтобы не опозорить при

собравшихся зрителях.

НО в ответ меня взяла еще большая злость. Никому бы не понравилось, если бы кто-то

мог читать его, словно открытую книгу. нечестный выигрыш гораздо омерзительнее

унизительного проигрыша

— Реванш?

— Я думаю, что тебе на сегодня хватит. Это совет как твоего друга, так и твоего лекаря.

Сходи к жене. Возможно, утром она в лучшем расположении духа, чем ты.

Фиц развернулся и зашагал в сторону собравшихся.

Но я не мог последовать его совету. Просто не знал, о чем можно говорить с Айрис. Мне

не хотелось с ней сближаться. У каждого из нас своя роль на этом свете, и стоит

придерживаться этого. Ничего личного. Никаких лишних эмоций.

Я сбросил рубашку и поманил к себе следующего. Победив еще пару противников, стало

понятно, что облегчения бой не приносил. И если схватка с Гроссом была сложной и

интересной, то последующие бойцы были просто щенками, брошенными в воду. Никто из

них пока еще не мог думать и бить одновременно. Победа над ними тоже не принесла

удовлетворения.

Мне хотелось большего. Я жаждал настоящего боя. Или же постельной схватки.

Уложив клинок на место, оставил его на попечение оруженосца. Парнишка был

достаточно сообразительным, чтобы очистить его от песка и липкого пота на рукоятке. А

мне захотелось увидеть жену. Немедленно.

Когда я вошел к ней в спальню, то застыл от удивления.

Нежная и хрупкая, она лежала под белой простыней. Было слишком жарко, чтобы

укрываться одеялами и пледами. Через тонкую ткань был виден каждый изгиб изящного

тела с аппетитными выпуклостями.

Было плевать, что я был грязным, мокрым и потным, Скинув с себя брюки, я забрался к

ней в постель.

АЙрис только сонно потянулась, словно кошка, выгнув спину, и повернулась ко мне

спиной. Обхватив тонкую талию одной рукой, прижал ее к своей груди и зарылся носом в

волосы. Я был слишком голоден, чтобы аромат женского тела вмиг не вскружил мне

голову, оседая возбуждением в нужных местах. Но сейчас мне хотелось понять, как мои

родители всю совместную жизнь проспали в одной постели, никогда не разлучаясь даже

на сутки. Возможно, в этом было что-то сакральное, что мне было пока непонятно.

Моя рука осторожно переместилась на бедро девушки и начала вырисовывать круги

сквозь тонкую ткань. Айрис что-то промычала во сне, но глаз не открыла.

Одурманенный, но успокоенный ее близостью, я и не заметил, как задремал. А снилась

мне другая, горячая Айрис, которая кричала и выгибалась в порыве страсти.

Айрис

Сонно потянувшись, я открыла глаза. Отчего-то настроение было прекрасным. Птицы пели

громко, радуясь последним теплым денькам. Осень вступала в свои права и вскоре

должна была развернуться в полную силу. Местный климат мало чем отличался от

привычного мне.

Полная позитивных мыслей, я перевернулась на другой бок и едва не завизжала от

удивления и шока.

— зашибись! — Все, что пришло на ум.

Прямо перед моим лицом, на соседней подушке спал мой вынужденный муж. И если

поначалу хотелось возмутиться и столкнуть его с ложа, то потом любопытство

пересилило. Я не заметила, как стала рассматривать черты его лица, которые уже не

виделись мне такими суровыми и угрюмыми. Больше не чувствовалось никакой угрозы, и

он даже казался дьявольски привлекательным, как сам грех.

Рука потянулась, чтобы провести пальцем по тонкому шраму, начинающемуся над бровью

и скрывающимся в волосах, который до этого был незаметен

— Старая рана, — донеслось до меня, когда рука оказалась перехвачена за запястье, и я

взвизгнула.

— Что ты тут делаешь? — кое-как совладав с собой, возмутилась я.

— Разве не заметно? Сплю.

Да он издевался, не иначе.

— Но почему тут?

— это мой замок, где хочу, там и сплю, — поморщился Эдвин и укрылся с головой

пушистым одеялом.

Поняв, что спорить с ним бесполезно, я скатилась с кровати и скрестила руки на груди, чтобы выглядеть максимально серьезной и грозной.

— Нам следует поговорить, — начала я, но была остановлена хмурым взглядом одного

глаза, выглянувшего из своего укрытия.

— Я предлагал тебе ночью переговоры, которые ты отвергла. Следующего раза не будет.

И это он называл переговорами? Скорее, попытка соблазнения. Вполне себе была бы

удачной, если бы не его твердолобость и мое упрямство, но иметь связь с посторонними

мужчинами было не просто не в моем стиле, но и сомнительно для репутации.

Один раз испачкаешься, потом век не отмоешься.

— Это было скверное предложение. Я не готова без чувств ложиться с кем попало.

— То есть ты не готова разделить постель с мужем? Законным мужем! — взревел Эдвин, сбрасывая одеяло.

Буквально миг, и он уже стоял передо мной в одних брюжах. Накачанные бугрящиеся

мышцы говорили о долгих годах тренировок. Мимо такого мужчины было трудно пройти, ноя старалась держать себя в руках.

Было нечто странное, что меня так сильно тянуло к нему. обычно я не заглядывалась на

опасных абыюзеров. Меня всегда привлекали спокойные мужчины с чувством юмора. Но, видимо, вместе с моим перемещением в этот сумасшедший мир что-то во мне

перемкнуло.

— Но я не настоящая тебе жена!

— Это легко поправить, — зарычал муж и приник к моим губам, склонившись.

Волна удовольствия была подавлена из последних сил.

— Пусти! — Я куснула его за губу и отскочила в сторону, но тут же была вновь поймана

огромными лапищами этого опасного хищника.

— Вот еще! Ты моя жена, запомни, сердце мое.

ЕГО губы снова вжались в мои, подавляя всяческое сопротивление и опрокидывая меня

на мягкий матрас. Выгнув спину, словно кошка, я попыталась вдохнуть полной грудью, но

тяжесть мужского тела мешала это сделать.

Втянув воздух носом, почувствовала странный сладковато-терпкий пьянящий запах, пробирающийся внутрь и вызывающий внутри целую бурю. Рядом с ним было

невозможно оставаться равнодушной. Эдвин был столь противоречив, что мне хотелось

одновременно придушить его и отдаться этим трепещущим естество эмоциям.

Жадные губы требовали большего, сцепив мои руки над головой своей широкой

ладонью. Вторая же отправилась в путешествие по моему телу, задирая выше сорочку, не

давая шанса на сопротивление.

— Эдвин, — почти всхлипнула я в панике.

— Чья ты жена? — донеслось сквозь туман в голове.

Что? Жена?

Не было у меня никогда мужа. Не было. И пусть тут все иначе, но я не могла позволить

своим устоям разбиться о новую реальность.

— Ничья, — выдохнула ему в губы.

Недовольно рыкнув, этот искуситель переместился к моей шее, оставляя огненную

дорожку поцелуев, которая не имела ничего общего с нежностью и лаской. Он хотел

подчинения и готов был причинять боль, если не будет капитуляции.

— Я никогда не брал чужого, но от своего никогда не отказывался. Чья ты жена? — его тон

говорил о том, что ответ нужен немедленно и непременно правильный, а иначе…

Айрис

— это будет самой большой ошибкой в твоей жизни, — буквально выплюнула в лицо

Эдвину, сцепляя остатки сорочки на груди и сползая с кровати.

Кого я в этом пыталась убедить? Скорее всего, только себя.

Мужчина метнул в меня острый, как кинжал, взгляд, но ничего не сказал. Да и зачем? Без

слов было понятно, что он в бешенстве.

— я бы советовал тебе подумать о своем поведении, — отчеканил он и, подняв с пола

рубашку, вышел вон, оставив меня наедине со своими горькими мыслями.

Я чувствовала себя одновременно радостной, что удалось отстоять свою честь, но в то же

время брошенной.

Спрятав лицо в ладонях, я просто разрыдалась, не в силах больше сдерживать эмоции.

Еще никогда в жизни мне не было так плохо и одиноко. Если кто-то и мог вляпаться в

подобную ситуацию, то только я.

Может, стоило бы перестать сопротивляться и покориться этому властному негодяю, от

одного вида которого у меня перехватывало дыхание и мурашки плясали на коже? Но

останусь ли я после этого собой?

— Госпожа? — Дверь приоткрылась, и показалась голова молодой служанки. — Велено

подать вам воду.

Шмыгнув носом, я утерла остатки слез и поднялась.

— это было бы чудесно. Спасибо.

— Тилма, — подсказала она свое имя.

Я прекрасно знала, кто дал подобное распоряжение, и была благодарна ему за это. Как

Эдвин мог быть таким жестоким и чутким одновременно? Складывалось впечатление, что

в нем уживалось две сущности, словно братья близнецы, при этом полные

противоположности друг другу по характеру. Один старался предугадывать опасения и

разговаривать, второй только и делал, что рычал и выдвигал требования. И если с первым

можно было договориться, то по второму плакала дубинка и темный переулок.

Мне претила сама мысль, что нужно раздеваться при постороннем человеке, поэтому, поблагодарив, отправила девушку восвояси, чтобы принять ванну самостоятельно в

одиночестве, как делала это долгие годы до сего дня.

Служанка хотела запротестовать, но покорилась.

Теплая вода смывала горечь и обиду, принося душевное спокойствие. На меня накатила

такая усталость, будто бы я в одиночку разгрузила вагон с углем. Поддавшись

соблазнительной неге, я прикрыла глаза и даже задремала, но сознание мое продолжало

работать, прокручивая кусочки воспоминаний.

До уха доносились обрывки фраз, но, открыв глаза, я никого не увидела, кроме служанки.

— совсем ослабли от болезни, — покачала головой Тилма. — Давайте я помогу вам

вымыться.

— Не стоит, спохватилась я. — Я сама.

Девушка кивнула, решив не спорить, но далеко не ушла, а просто отвернулась, чтобы

приготовить мне наряд.

Лежа в воде, я наблюдала, как она расправляет смятое постельное белье и заправляет

кровать, поправляет балдахин и вытаскивает из большого сундука в изножье ворох

тканей. Как оказалось, это было платье. Оно состояло из множества элементов, которые я

не понимала, как между собой скрепляются, но догадывалась, что скоро узнаю.

— Ну вот и всё, — улыбнулась Тилма. — Давайте хоть помогу голову вымыть?

Вода начала остывать, поэтому нужно было завершать купание.

— Я сама

— Вы еще слишком слабы.

Бесспорно.

Согласно кивнув, я откинула голову и позволила опытным рукам заняться делом. Мягкие

массажные движения вконец расслабили меня, но ушат ледяной воды быстро привел в

себя.

Взвизгнув, я подпрыгнула от холода

— за что?

— Тогда они будут крепкими и блестящими, — пояснила служанка.

Вероятно, про менингит, простуду и прочие заболевания, которыми меня пугали в

детстве, здесь не слышали.

С сомнением покосившись на деревянное ведро, я приняла пушистое полотенце и

замоталась в него.

— Вы выглядите посвежевшей, — заметила Тилма. — Супруг будет доволен.

Меня меньше всего интересовало, будет ли Эдвин доволен, но хотелось верить, что он

забудет дорогу в эту спальню.

— спасибо.

— А теперь пора наряжаться, чтобы к ужину вы могли спуститься и занять свое место в

общей зале возле мужа.

— Я, пожалуй, воздержусь. Мне все еще нездоровится, — сделала “щенячьи" глазки, чтобы выглядеть убедительной.

Служанка сочувственно посмотрела на меня и помогла облачиться в сорочку и халат, затем уложила в постель.

— Я принесу вам бульон и немного хлеба. Силы скоро вновь вернутся к вам, — пообещала

она и вышла

Кажется, поверила.

Но радость была недолгой. Кто бы сомневался.

Эдвин Драгор

— Почему мы не видим твоей молодой супруги? — сверкнул глазами Фиц, делая глоток

красного.

Мне и самому было это интересно.

Немного остыв, я решил, что Айрис нужно сменить обстановку, и, возможно, тогда она

станет покладистее и сговорчивее, приняв новый мир и действительность. Чтобы

расположить к себе эту женщину, нужно было делать небольшие поблажки, принимая во

внимание ее воспитание и принадлежность другому миру, даже если я считал, это

излишним.

А сегодня добрых дел было достаточно. Дальше следовало ждать от молодой жены если

не благодарственных речей и ночи страсти, то хотя бы простой вежливости и совместного

ужина. К тому же это отличный способ познакомить ее с большей частью клана горцев.

Все были предупреждены: ни одним словом не обмолвиться о нашей небольшой

особенности, которую вскоре будет трудно скрыть от постоянно проживающей здесь

новой хозяйки

— она спустится позже.

— Уверен? — не поверил мне товарищ. — Я бы на ее месте запер дверь и

забаррикадировался.

Ему было явно весело, а я в очередной раз убедился, что слишком многое позволял своим

людям. Нужно будет ввести больше тренировок или вообще затеять учебный поход.

— Вне всяких. — не успел я закончить фразу, как ко мне подбежала дочка

управительницы, которую ранее я приставил к жене.

Кивнув девице, я бросил взгляд на дверь, ожидая, что жена вот-вот появится.

— Вашей супруге нездоровится. Она пожелала остаться в своих покоях, — тихо шепнула

служанка.

Ладонь сжалась в кулак. Выступившие когти влились в кожу, глубоко вонзаясь в плоть.

— Все настолько плохо, что она не в состоянии спуститься, чтобы поприветствовать свою

новую семью?

Девушка попятилась от моего рыка. Все в трапезной притихли, чувствуя угрозу. И они не

ошибались.

— Хозяйка бледна и... — заикаясь, попыталась проблеять служанка, пятясь на безопасное

расстояние.

Я резко поднялся, опрокидывая резной высокий стул. Казалось, все перестали даже

дышать.

— За мной, — скомандовал я Гроссу.

Если Он у нас за врача — так пусть лечит эту симулянтку.

Гнев клокотал во мне, требуя крови. Драконья сущность взывала образумиться. Впервые.

Обычно ящер рвался в бой, но сейчас ему требовалось защитить свою избранницу.

Быстрым шагом покинув трапезную, я взлетел по лестнице, преодолел коридор и

оказался у двери, которая тут же отлетела, ударившись о стену.

Девушка замерла и побледнела. Она выглядела словно загнанный в угол зверек: такие же

огромные и испуганные глаза.

— Как ты чувствуешь себя, дорогая? — прорычал.

Сейчас она действительно казалась не совсем здоровой, но я готов был поклясться, что

она симулировала, чтобы не спускаться к ужину .

И если бы это была просто трапеза для двоих, я вполне мог отпустить ситуацию, но

позорить меня при всех было ее ошибкой.

— Лучше, — прикрывая грудь под тонкой сорочкой, проговорила жена.

— Рад это слышать, — оскалился я и обернулся. Позади стоял такой же бледный гросс. —

А я привел к тебе доктора.

— Не стоило беспокоиться. — Она сверкнула гневным взором.

Страх прошел, явив мне разъяренную кошку.

— Я тоже так подумал, но служанка была слишком озабочена твоим состоянием, а я не

мог проигнорировать ее беспокойство. — Меня обдало теплой волной в груди, которая

говорила: я на грани обращения. — Фиц, осмотри ее. Жду доклад утром.

Оставив товарища на растерзание жены, я ретировался так быстро, насколько это было

возможно, чтобы она даже из окна не смогла увидеть меня.

Уже в саду, пробираясь через заросли невысоких горных кустов, я понял, что реакция

была слишком бурной и можно было бы обойтись без разборок при свидетелях, но, когда

видел Айрис, во мне просыпалась неведомая сила, толкающая совершать безумства. Мне

самому было это противно, но с инстинктом ничего поделать было нельзя. Разве что

просить Фица изготовить какое-нибудь варево, способное погрузить меня в глубокий сон.

Добравшись до края утеса, я наконец вздохнул полной грудью, разрывая на груди

рубашку. Треск ткани сопровождался начавшейся трансформацией. Боль пронзила все

мое тело. Слезы брызнули из глаз. Еще никогда мне не было так мучительно трудно это

делать.

Черная чешуя преображала кожу, буквально выжигая каждую клетку. Пламя рвалось из

груди, разливаясь по всему телу.

Рухнув на колени, я осознал, что обратиться до конца не получилось.

Непонимание и ужас охватили меня. Как такое возможно?

Каждый дракон знал с малых лет, что трансформация должна быть завершена. В

противном случае пограничное состояние оставалось вечным проклятием.

Я взглянул на свои ладони: на указательном и среднем пальцах красовались когти. На

руках отливала синевой черная чешуя.

Лучшим решением было бы прыгнуть вниз с утеса, но я не мог предать своих людей, которые нуждались во мне.

Несмотря на мирное время, если не удастся вернуться в исходное состояние, любой дурак

сможет попытаться захватить мой утес и народ. Не зря говорили, что дракон должен

полностью контролировать свой взрывной характер.

Ночь была длинной, и невозможно было не попытаться обратиться обратно. В противном

случае весь клан ждали большие перемены и серьезная опасность.

Айрис

Я смотрела на молодого человека, которого тут называли гроссом, и ждала, когда он

предпримет какие-то действия

Мужчина не торопился. Было видно, что ему неловко находиться наедине с чужой

"женой".

— я не кусаюсь, — устав от ожидания, обронила я. — Прошу простить нас за эту сцену. Мы

с мужем пока не можем прийти к согласию.

Мне и правда было стыдно.

— Мне жаль.

— Не подумайте, я не истеричка. Просто в моей жизни произошли кардинальные

перемены, от которых голова идет кругом, —постаралась оправдаться.

— Понимаю. Эдвин — не злой дракон. — Гросс медленно прошел в комнату и встал

прямо напротив меня в нескольких шагах, стараясь держаться на приличном расстоянии.

— Он точно так же, как и все, нуждается в любви и понимании. Хотя сам никогда не

признает этого.

Сейчас совсем не хотелось говорить об этом сумасшедшем мужчине, но, вероятно, взгляд

со стороны мог помочь мне прийти к согласию с собой и мужем. Разумеется, открывать

душу перед первым встречным я не собиралась, но, не имея тут никого, кто мог бы меня

поддержать или хотя бы выслушать, это казалось неплохим вариантом, пусть и

ненадежным. Хоть у меня и не было ни малейших сомнений, что он непременно доложит

обо всем Эдвину.

— очень точное сравнение. Именно так мне иногда кажется: злой огнедышащий дракон,

— улыбнулась я, усаживаясь на край кровати и запахивая плотнее полы халата.

— Вам стоит смириться. В нашем мире женщина зависит от мужа, отца или иного опекуна

мужского пола. Вы одна в этом незнакомом мире не сможете выжить. Примите Эдвина, и

он станет тем, кого бы вы хотели видеть рядом с собой. Поверьте моему опыту — ласка и

доброе слово способны сотворить чудо.

Гросс говорил тихо, но я внимала каждому его слову. Он был прав. Не имея никакой

поддержки здесь, я была никому не нужна, а не имея знаний могла запросто погибнуть. И

совсем не важно, где я находилась — мир везде одинаково жесток.

— Спасибо за совет. Я обязательно подумаю над этим... Вы знаете, что я не отсюда?

Мужчина только загадочно кивнул, оставив мой вопрос без ответа. Неужели Эдвин ему

рассказал, или об этом здесь знала каждая собака?

— А теперь давайте поговорим о вашем здоровье. Как вы себя чувствуете? Есть ли

слабость или, наоборот, нервное перенапряжение?

Он это серьезно?

— Эмоциональные качели, на которых любит катать ваш главарь, сводят меня с ума и

выжимают все соки. Я чувствую постоянную усталость и желание придушить его.

Гросс не смог сдержать смешок и немного покраснел. Я не видела в нем угрозы. он по-настоящему располагал к себе и был интересным собеседником. Среди местных пока

таких мне не встречалось.

— я могу вас осмотреть?

Я немного напряглась. Врачей я не любила никогда, и всегда было мукой записаться на

прием, пройдя все круги ада голосового помощника поликлиники, а потом еще

помариноваться, сидя в очереди, несмотря на назначенное в талоне время.

Вишенкой на торте было, когда горе-врачеватель на второй минуте приема прощался, так

толком и не послушав, зато выписав, лекарств на ползарплаты

— это так необходимо?

— Да. Прошу вас, прилягте и закройте глаза, — терпеливо проговорил он.

Ладно, ему я верила. Он хотя бы не гаркал, как сотрудницы в белых халатах из

поликлиники выполнив его просьбу, я крепко зажмурилась, стараясь отвлечься. Нечасто

меня осматривали мужчинь-врачи.

По телу расползалась теплая волна мурашек. И это было очень необычно, потому что

прикосновений не чувствовалось совсем.

Я приоткрыла один глаз. А затем оба расширились от удивления. Из рук гросса, которыми

он водил надо мной, шло теплое свечение.

— Как? — ахнула я.

— Я же просил не открывать глаз, — вздохнул он. — Не бойтесь, я не причиню вам вреда.

Это просто магия. Но, думаю, что об этом должен был рассказать Эдвин.

Ага. Должен был бы, но, вероятно, ему было не до этого, пока он гонялся за мной со

своим требованием первой брачной ночи. Разумеется, об этом не стоило говорить его

другу.

— Конечно, — с запинкой произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Но одно дело

знать и другое — видеть.

— Что ж, верно. Именно поэтому я гросс — маг-целитель.

Я попыталась не выглядеть удивленной, но в голове крутилась тысяча вопросов. Одно

было ясно — Эдвин так не мог. Он не был гроссом.

— Мне нужно получше узнать обычаи и традиции вашего народа.

— Уверен, что этим вопросом займутся в ближайшее время, — кивнул гросс. — Кстати, меня зовут Фиц. Можете так называть меня.

—А меня... Айрис. — Если даже Эдвин не хотел знать моего настоящего имени, то и его

другу не следовало.

— Рад знакомству. — Мужчина поклонился, улыбаясь. — А теперь мне пора. Спокойной

ночи, хозяйка сердца дракона.

Он ушел, подмигнув на прощание и оставив меня одну, терзаться вопросами.

Тьма уже сгустилась за окном, но мне не спалось. Магия... Подумать только! Это было

словно в сказке.

Я села на подоконник и устремила взор в ночное небо. Звезды мерцали точно так же, как

и на родине. Можно было даже угадывать знакомые созвездия. А может, мне просто

казалось, что они похожи?

Послышался шорох внизу, и я перевела взгляд на узкую, едва просматриваемую

тропинку, которая вела откуда-то прямо к замку. По ней крался кто-то. Я пригляделась.

Это был Эдвин. Его высокую крупную фигуру было трудно спутать с какой-то другой. В

руках у него была какая-то тряпка, а сам он был обнажен по пояс: Неужели, не получив от меня прелестей брачной ночи, он отправился искать

наслаждений где-то на стороне? Неприятный укол ревности пронзил сердце.

Айрис

Мне хотелось сразу расставить все точки над и, с тем, кто мнил себя моим мужем, а затем

устраивал ночные вылазки по любовницам.

Когда Фиц выходил, то запер дверь. Я отчетливо слышала, как щелкнул засов. Значит, таким образом мне было не выбраться.

Пока мне не давали возможности исследовать замок, познакомиться со всеми ходами и

выходами, если не считать сегодняшнего приглашения на ужин, которое я

проигнорировала. Взгляд метнулся в поисках решения.

Вспомнилось, что ночью Эдвин вылетал из моей спальни через одну из дверей у зеркала.

Возможно, какая-то из них вела в соседнюю комнату или в коридор и вполне могла быть

не заперта.

И если за одной была уборная, то логика подсказывала, что за второй можно было

обрести свободу. Я прислонилась к ней ухом и прислушалась. Тишина. Толкнув, очутилась

в темном помещении. Вокруг почти ничего не было видно, только узкая полоска лунного

света падала на ковер посреди комнаты. Здесь было достаточно прохладно. Зябко

поежившись, я набралась смелости.

— ЕСТЬ тут кто? — осторожно проговорила я.

Никто не ответил. Я уже было засобиралась обратно, как услышала что-то. Дыхание.

— Эдвин?

БЫЛ ЛИ это он, неизвестно, но интуиция буквально кричала, что это Эдвин.

— Можешь молчать. Все равно знаю, что ты здесь. — Я сделала шаг вперед, а затем еще

один, и ступила на ковер. — Тебе прекрасно известно, что я не Айрис. Если в вашем мире

является нормой изменять своим женам, то в моем мире, однажды поклявшись в

верности и любви, предавать недопустимо. Ни о каком настоящем браке речи быть не

может, пока там, за стенами, у тебя кто-то есть.

— И что же ты сделаешь? — донесся рык в ответ, чем Эдвин выдал себя с потрохами

— А вот не надо на меня рычать! Я тебе не…

— Не жена? — перебил он меня.

— Не настоящая жена. Это все ошибка.

— самая большая ошибка, что я был терпелив с тобой, моя дорогая Айрис.

Он буквально выплевывал хлесткие слова. Мне это было неприятно. Вероятно, Эдвин был

не в настроении, но и я не лыком шита.

— Мы можем сыграть в пару, если тебе так сильно этого хочется, — повысила голос я, пятясь. — Но я не позволю тебе вытирать ноги о себя. Если у тебя есть связь на стороне —

пожалуйста! Только сделай так, чтобы я ничего об этом не знала!

Прояви каплю уважения к людям, которые тебя окружают.

Раздался скрип отодвигаемой мебели, можно было предположить, что это был стул. Глаза

все еще не могли разглядеть всю обстановку этой комнаты.

— Айриссс. Глупая, наивная Айрис, я был слишком терпелив. — Он оказался рядом, но

лицо все еще оставалось в тени.

Свет падал только на его обнаженную грудь, вырисовывая странные узоры, похожие на

маленькие чешуйки. Каждый кубик отчетливо просматривался на его плоском животе, привлекая внимание к узкой полосочке тонких волосков, спускающихся от пупка вниз.

Я сделала еще один шаг назад, почувствовав опасность.

— Эдвин. — Набрала полные легкие воздуха, чтобы выдать что-то гениальное, но

осеклась, когда он ступил еще на полшага вперед.

Это не была игрой света на его теле. Это была реальная чешуя. Она частично покрывала

его тело. Лица все еще не был видно, но я уже знала, что передо мной монстр. Может

быть, я все еще не проснулась?

— Ущипни меня, — тихо проблеяла я.

— Раз ты так просишь.

Эдвин встал практически вплотную ко мне. Так, что я чувствовала его дыхание, шевелящее волосы на макушке. Я хотела запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в

глаза, но страх сковывал льдом сердце.

Я уже и так угодила в другой мир в тело незнакомой мне девушки, чему было удивляться, если Эдвин вдруг оказался бы не вполне человеком?

— АЙ! БОЛЬНО!

— Ты сама просила. — Его жаркое дыхание опалило мне шею, когда мужчина склонился

ко мне. — Закрой глаза.

И я почему-то решила не спорить.

Влажные губы, легкие движения — он делал все, чтобы расслабить меня и соблазнить.

Немыслимо было, как этот мужчина мог рычать и нападать на меня, а спустя минуту

жадно целовать. В моей голове это просто не укладывалось.

Весь решительный настрой, с которым я пришла сюда, таял на глазах, оставляя только

томление и жажду большего.

10.

Эдвин Драгор

Я не хотел напугать ее своим видом, но вместе с тем желание было столь велико, что не

мог сдержать порыва. Прижав Айрис к себе, я впитывал ее запах, и мою душу заполнил

восторг от этой возможности, когда уже не ожидал. От каждого стона и всхлипа дракон

внутри меня ликовал, наслаждаясь победой.

Уже под утро Айрис уснула. Она была бледна, но на губах блуждала улыбка. Даже во сне

она была прекрасна, как никакая другая девушка. Ни о ком больше думать было

невозможно. Сейчас все мои мысли были заняты только ей.

Откатившись немного в сторону, я любовался игрой лучей восходящего солнца на

рыжевато-каштановых волосах избранницы.

— Моя, — проговорил я, целуя мягкий локон, лежащий на ее груди.

Мне не хотелось уходить, но нужно было решать вопросы с моим обликом. Страшно было

представить, какой крик могла поднять жена, когда увидит мое лицо не в полумраке

спальни, а при свете дня.

Собравшись с силами, я покинул постель и спальню, плотно прикрыв дверь. Нужно было

срочно наведаться к гроссу. Он должен был найти что-то, что может спасти мой брак и

клан.

Я постучал в его комнату, когда оказался на первом этаже замка. Друг открыл дверь и

замер. Тень пробежала по его лицу и застыла тревожной складкой между бровей.

— от этого недуга у меня нет лекарства, — вместо приветствия проговорил он. — Это не

по моей специальности.

— Брось, Фиц, — ответил ему, проходя в комнату. — Ты лучший врачеватель во всех

королевствах, можешь лечить людей и драконов, кошек и кур, неужели в твоем арсенале

не найдется средства от этого проклятия?

Я старался говорить с энтузиазмом, хотя понимал, что шансов практически никаких нет. Не

зря этим пугали драконий молодняк с самых пеленок.

— Располагайся. — Он указал на кресло. — Мне нужно тебя осмотреть.

Сняв рубашку, я разместился и откинул голову. Сейчас Фиц был моей единственной

надеждой.

Гросс распахнул тяжелые шторы на окнах, впуская рассветные лучи солнца, затем

закопался в одном из сундуков и приблизился. Вид у него был озадаченный, что не

вселяло оптимизма.

— Все так плохо?

— Времена, когда полуоборотный дракон должен был покинуть клан, давно канули в

лету. Ты можешь остаться и

— Айрис не принимала меня нормальным, а теперь уж и подавно в панике сбежит при

первой же возможности, — прервал его я, чтобы сразу понимал, как обстоят дела.

Друг замолчал и принялся делать пассы надо мной. свечение из его ладоней согревало, но не дарило покоя израненной душе.

Она не примет меня такого... Она заслуживала лучшего, чем брак с чудовищем.

— Я должен подумать, — проговорил гросс себе под нос, закончив маневры.

Он отошел к огромному стеллажу, точно такому же, как и в его кабинете, и принялся

изучать корешки книг. Я не мешал ему в этом, Если на тренировочном поле мне не было

равных, то в своей стихии Фиц был как рыба в воде. Ему не стоило мешать.

Солнце уже поднялось высоко в небе, когда друг оторвался от книг и посмотрел на меня

внимательным вдумчивым взглядом.

— Что ты нашел?

— Не хочу тебя обнадеживать.

— Говори уже, — рыкнул на него.

— В книгах говорится, что это проклятие на голову несдержанным драконам, которые не

способны справиться со своим драконом. Это необратимо. Мне жаль, — горько выдохнул

он.

— но…

— Но в одном из трактатов сказано, что только гармония внутри полуоборотного сына

дракона способна вернуть ему полный человеческий вид, — пояснил друг.

— И как это понимать?

Фиц захлопнул толстую книгу и поставил ее на место. Это показалось целой вечностью.

Мне нужны были ответы прямо сейчас и желательно с пояснениями.

— Я не знаю.

Этого я и боялся. Гросс знал все и всегда. Он давал мудрые советы по делу и оставался

для меня голосом разума, который мне частенько туманили амбиции и гордыня. Если

Фиц не знал ответа на этот вопрос — значит, что шансов нет.

— Эд? — окликнул меня гросс. — Ты изменился.

— Изменился? Нет — это Айрис изменила меня навсегда.

Кивнув на прощание другу, я погрузился в мысли о грядущем будущем. оно не было

радужным, скорее пугающим.

Обретя истинную жену, я должен потерять ее из-за собственной неуравновешенности.

Гармония мне была неведома. Шансов обрести ее тоже не было. А ведь еще предстояло

объясниться с женой и наконец рассказать ей о драконах. Если я уйду, то она должна

знать, среди кого ей предстоит жить.

Вернувшись в спальню к Айрис, я поправил одеяло на ее плече, прикрыв наготу, и лег

рядом.

Она не должна знать о моих настоящих чувствах, которые проснулись инстинктивно

вместе с истинностью.

— Эдвин, — пробормотала она мое имя во сне и причмокнула губами, как ребенок. — Ты

совсем не страшный, когда не рычишь.

Я улыбнулся. Нужно было сразу с ней поговорить, успокоив страхи.

Еще вчера я готов был завладеть ею силой и сделать навсегда своей. Меня не пугало

ничего. Даже то, что потом могла остаться только оболочка — сломанная кукла. Сейчас же

я готов был свою жизнь положить ради одной только улыбки этого хрупкого создания.

Но что станет с ней, когда я уйду? Айрис останется одна и без защиты. Уязвимая и

одинокая в чужом мире.

Я прекрасно знал, что клан позаботится о ней, если мне придется уйти, но как же мне

этого не хотелось допустить.

Решение было непростым, но верным. Я должен покинуть жену ради ее же блага.

11.

Айрис

— Я пленница? — потребовала ответ у негодяя, который отказывался выпускать меня из

спальни Эдвина и представился местным стражником.

— Нет, госпожа, — без всяких эмоций проговорил он, но даже с места не сдвинулся.

— Тогда почему мне нельзя покинуть эту комнату?

— Глава клана распорядился вас охранять.

Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, о ком он говорил. Неужели

ночные приключения убедили черноволосого дьявола держать меня взаперти?

Это было очень низко с его стороны и нечестно по отношению ко мне. Неужели нельзя

было просто поговорить спокойно и найти способ решить наши вопросы или вернуть меня

домой? Пусть на родине не все было гладко, но с таким отношением здесь мне уж точно

делать было нечего.

— Тогда я хочу видеть его. И немедленно! — надменно, насколько это было возможно, выдала я.

— это невозможно. Утром он отбыл в учебный поход с небольшим отрядом и неизвестно, когда вернется.

Арифметика была простой: если мой муж — предводитель клана варваров и дикарей, то я

была вторым лицом этого балагана, а это значило, что стражник должен был подчиняться

и моему слову.

— Но мне нужно с ним срочно переговорить, — возмущенно засопела я, пытаясь

протиснуться мимо охранника.

— Лорд придет сам, когда вернется, — все так же безучастно отчеканил мужчина с

каменным лицом.

Скрипнув зубами, я хлопнула дверью прямо перед его носом, возвращаясь в мертвую

тишину спальни.

Как же меня бесило все, что тут находилось. Хотелось перебить все, что было доступно и

по силам.

Схватив вазу с комода, я швырнула ее на пол. Раздался звук бьющейся керамики, но

внезапно пришел и азарт.

Я швыряла все, что могла поднять, сорвала покрывало и принялась топтать его ногами, вымещая свое бессилие.

— Что здесь происходит! — воскликнул кто-то позади, и я обернулась, испуганно прижав к

груди разорванную простыню.

— я ждала не вас, но... — Отшвырнула ткань и с вызовом взглянула на гросса. — я требую

свободы! Вы не имеете права держать меня взаперти!

Мужчина не повел и бровью на мой истерический выпад, а лишь расслабленно оперся на

дверной косяк. Позади него с интересом сновали случайные свидетели моего срыва.

— Вас никто не держит, — спокойно пояснил он. — Вы могли тихо улизнуть в соседнюю

дверь. Но я отдаю должное вашему упрямству. Вы истинная жена дракона.

— Дракона? Вы все время говорите загадками, но... — Перед глазами встала картина

нашей ночной встречи с Эдвином. Его лицо, покрытое чешуей, его поцелуи, опаляющие

своим жаром... Подсознательно я ведь уже догадывалась, что он не человек. —Он ведь и

правда дракон?

Фиц промолчал, но по его глазам было понятно, что я попала в точку.

— Он сбежал от меня? — собственно говоря, я ни к кому не обращалась, скорее, размышляла вслух.

— он сбежал от себя. Вы ему дороги, и он пока еще не до конца принял свою судьбу, но

дайте ему время, и он вернется, чтобы быть рядом.

Дать время? Отчего же он не дал его мне, чтобы я приняла этот мир и его законы?

— Могу я выйти? — задумчиво проговорила я, все еще блуждая в лабиринтах

собственных мыслей.

— Нет. Вам нужно пройти в свою спальню и прилично одеться. Я вызову служанку, чтобы

помогла подобрать наряд и навела тут порядок.

Что ж, с этим я была согласна. Совершенно позабыла, что ночная сорочка на нагое тело —

недостаточно торжественная одежда для первого выхода в люди.

И почему с Фицем можно было спокойно разговаривать, а от общения с Эдвином искры

сыпались из глаз от возмущения?

— Эдвин скоро вернется?

— Как знать, возможно, намного раньше, чем мы предполагаем.

Я кивнула и отправилась в свою комнату через смежную дверь, которая разделяла

супружеские спальни. Тут уже меня ждала Тилма, сия радостной улыбкой.

Мне бы ее оптимизм.

— Доброе утро, хозяйка. Сейчас водные процедуры с массажем, затем завтрак и прогулка

на свежем воздухе, —протараторила она.

— Тилма, — жалобно простонала я, желая уже сейчас сбежать от нее на свежий воздух.

Стены уже давили на меня, вызывая приступы раздражения и головной боли. Разумеется, ванную нельзя было пропустить, но как же хотелось ощутить себя свободной, чтобы

избавиться от навязчивых мыслей об Эдвине.

Я опустила подробности, что после ночи с мужем чувствовала себя белкой, перекрученной через мясорубку, но, думаю, догадливая служанка и так все прекрасно

понимала.

— 0, нет. Ни в коем случае. Сегодня вы предстанете перед своими людьми — нужно

выглядеть достойно.

Кого она пытается обмануть? Кому я тут нужна? Женщина — это просто дополнение к

Эдвину.

Эдвин Драгор

— Командир. — Я услышал голос одного из своих бойцов. — Нам нужно возвращаться.

Кто-то зажег сигнальный огонь на башне замка. Если это нападение, то придется лететь.

Лететь? А если Айрис увидит отряд крылатых драконов в небе, спускающихся на крышу

или тренировочное поле, будет ли она бояться нас после этого?

выбора не было. Она была в смертельной опасности, как и все находящиеся в замке.

Я кивнул и последовал за бойцом.

Мы были всего в сутках пешего пути от замка. На острове нельзя было уйти на достаточно

далекое расстояние, чтобы заглушить в себе эмоции Айрис. Официально наш отряд

отправился в учебно-тренировочный поход для отработки боевых навыков и умений, но

это было не так.

Нас не было трое суток. С каждым днем все больше хотелось вернуться к жене, чтобы

прижать ее стройное хрупкое тело к своему. Ощутить вкус ее поцелуев и мягкость волос.

Вдохнуть сладкий запах и раствориться в объятиях. Но все это было невозможно, пока я

не постигну гармонии с самим собой. Чем мы были дальше, тем острее я ощущал пустоту

внутри себя.

Оставив за старшего Фица, надеялся только, что он сможет позаботиться об Айрис. Даже

приставил к ней охрану, чтобы она была в безопасности. Не хотелось ее пугать, но иного

выхода не было. Пока меня не было в замке, кто-то должен присматривать за женой, так

пусть это будут те, кому я мог доверять.

Фиц советовал не бежать. В тот момент казалось, что поход был отличным поводом не

появляться перед глазами Айрис, а ей предоставить желаемую свободу действий. Я

прекрасно знал, как она скучала по прогулкам. Все, что она чувствовала, ощущали я. Это

передавалось через связь, образованную после брачной церемонии. Меня

предупреждали: если обряд пройдет правильно, и дева окажется той самой, то первое

время это будет сводить меня с ума, но кто бы знал, как сильно шалили эмоции.

Жене пока было трудно приспособиться к этому. Даже драконы не сразу понимали, что

значила эта связь и как она работала, но именно поэтому Айрис сначала жарко спорила со

мной, а затем встречала с той же страстью мои жадные губы. Она чувствовала в тот

момент то же, что и я.

— Стройся, — громко выкрикнул отряду. — Сворачиваем лагерь и отправляемся в путь.

Молодые драконы отряда растерянно переглянулись, но спорить не стали. Любой из них

знал, что со мной полемика была бесполезна.

— выдвигаемся домой, — громко проговорил я, выйдя перед отрядом. — Наш дом в

опасности, и лучшее учение — это практика. Будем сразу оттачивать боевые навыки.

Взлетаем с обрыва и двигаемся на север.

— А как же лагерь? — выкрикнул кто-то из парней.

— Нельзя терять времени. Каждая минута промедления — это одна жизнь вашего

близкого!

— Но как же ты, командир?

Я …

Волнение настолько охватило меня, что я и забыл о невозможности полного оборота в

дракона.

— Я готов послужить ездовым, — выкрикнул другой парнишка, который только-только

встал на крыло.

С сомнением посмотрев на него, понял, что иного выхода не было. А если все же

попытаться вновь?

Трудно было признаться, но я страшился этого момента, однако если замок и мой народ

были в опасности, то ничего иного не оставалось. Уязвимый глава клана был только

обузой собственному отряду. И если пока они только переглядывались между собой, но

ничего не говорили вслух, то рано или поздно наступит день, когда начнут выступать

громогласно против меня. Кто же тогда займет мое место? Единственный сын правителей

земель, не имеющий наследника — отличная цель для любого амбициозного

половозрелого дракона.

Зеленый юный боец не мог удержать седока, как бы ни старался выглядеть важным и

полезным.

Я посмотрел с обрыва на утес, где находился наш дом. Он казался спокойным, только

яркое синее пламя в сигнальном фонаре говорило об опасности, которая застигла спящий

замок.

Внутри все обрывалось от беспокойства. Первой целью для нападающих была жена главы

клана — Айрис. За ней придут сразу, чтобы уничтожить вероятность появления

возможного следующего наследника этих земель.

— Всем на крыло! — выкрикнул я, отходя на метры от обрыва.

БЫЛ ТОЛЬКО ОДИН ВЫХОД доказать всем и себе, что я все еще мог стоять во главе. Пусть

и рискованный. Шанс на выживание был тоже один. Либо я смогу, либо нет. Либо мой

народ выживет, либо нет.

Разбежавшись, я бросился с высоты не менее пяти десятков метров над морем.

12.

Айрис

— А еще у нас есть сигнальная башня. На ней всегда дежурит караульный, но хозяин

любит просто смотреть оттуда вниз и наблюдать за островом, — рассказывал Фиц, пока

мы бродили по песчаному берегу.

Звезды сверкали, отражаясь в синеве вечернего моря. Это было чудесное место, откуда

совсем не хотелось уходить.

— Могу ли я подняться?

— Вы хозяйка этих земель — можете, — кивнул он и свистнул, видимо, подавая сигнал

наверх.

Я была рада предоставленной возможности. Был ли шанс, что я стану чуточку ближе к

пониманию поступков Эдвина?

Мы поднялись по железной винтовой лестнице, которая местами поскрипывала от

старости. Вид отсюда был еще прекраснее. Казалось, что весь мир можно обнять руками.

— Тут чудесно, — выдохнула я восторженно. — Как же подается сигнал бедствия?

Караульный удивленно выпучил глаза и посмотрел на Фица, а тот лишь ухмыльнулся, словно ожидал подобного вопроса.

— Нужно просто дыхнуть на факел, и из любой точки острова жители будут видеть знак.

Как это было интересно. На ум пришла одна идея, по головке за это меня не погладят, но…

Я подошла чуть ближе к факелу в центре башни и постаралась под видом изучения сей

достопримечательности незаметно подышать на него — ничего не изменилось. Нахмурив

брови, я, уже не скрываясь, набрала в грудь побольше воздуха и подула на него. И вновь

ничего.

— Как же так? — сокрушенно пробормотала я. — Почему не получается?

— Нужно родиться с особой кровью, — с улыбкой проговорил Фиц.

Я смущенно отвела глаза. Он знал, что мое любопытство будет сильнее доводов рассудка.

— Хотела просто проверить. — Пожала плечами, размышляя о том, как много для них

значила кровь и наследники.

— Верю, но теперь нам пора. — Он указал на выход.

Вздохнув, я бросила взгляд на сигнальную установку и похлопала по ней.

— Вы ведь не знаете, почему я оказалась тут?

Гросс отлично понял, что я имею в виду. Находясь здесь, я старалась не думать о том, каким образом очутилась в этом мире, но знала, что однажды наступит момент, когда

должна попытаться все выяснить. И если уж Эдвин решил сбежать от меня наутро после

проведенной вместе ночи, значит, я была ему не нужна, и меня ничего тут не держало.

— Мы можем лишь догадываться. Есть предположение, что Грегор Хордан призвал

иномирного клона, чтобы заменить свою дочь на брачном обряде, — смущенно произнес

Фиц, отводя взгляд.

— Зачем же ему это понадобилось? Неужели он знал, что Эдвин окажется кошмарным

мужем для его дочери?

Гросс спрятал понимающую улыбку в кулак и подал мне руку, помогая преодолеть

последнюю ступеньку на лестнице.

— Невест было трое, а женой стала одна. Вам не стоит об этом думать, но, думаю, что он

просто боялся за жизнь своей дочери, — пояснил мужчина. — Как отца его можно понять.

Но, опять-таки, это только наше предположение.

Невест было трое? Очень интересно. Что же Эдвин забыл упомянуть об этом?

— Гросс, — донеслось сверху, и мы подняли головы. — Факел загорелся!

Фиц замер, пораженный этим.

— На нас нападают? — удивленно спросила я

Мужчина перевел на меня озадаченный взгляд и нахмурился. Что-то было не так.

— Нет. Загорелся этот факел, и это сделал не караульный.

— А кто же тогда? — Терпеть не могла, когда со мной разговаривали загадками.

— Это сделали вы?

Я? Каким же образом, если во мне не было их крови, или и в этом меня ввели в

заблуждение?

— Невозможно, — убежденно заявила я. — Вы же знаете, я прибыла из другого мира и не

могу иметь с вами ничего общего, кроме.

— Эдвин, — словно что-то понял гросс.

А я предполагала, что всему и всегда виной этот несносный тип, и вот вновь убедилась.

— Он зажег огонь на расстоянии? — предположила, основываясь на догадках, потому что

толком ничего путного Фиц сказать не мог. — Он тоже маг?

Покачав головой, гросс вновь посмотрел вверх. Синее пламя играло над крышей башни, словно маяк. Яркий свет устремлялся лучом в ночное небо.

— Лучше, — прервал мои мысли Фиц. — Эдвин передал вам часть своей силы. Ваша связь

совсем окрепла, а инициация полностью завершена.

И что это могло значить?

— НО если подан сигнал бедствия, то...

— То вскоре здесь окажутся наши лучшие бойцы со всего острова.

— И Эдвин? — Я ведь знала, что он отправился на учения.

— И Эдвин, — покачал головой Фиц. — Уверен, он очень удивится.

Вот как раз в последнем я ничуть не сомневалась.

13.

Айрис.

Ночь давно опустилась на остров, а я так и стояла, устремив напряженный взгляд в небо

через открытое окно. Рядом сновали слуги, где-то поблизости Фиц разливал по бокалам

красное и о чем-то рассказывал. Слушать его не получалось. Я ждала Эдвина.

Мне хотелось взглянуть в его наглые глаза и как следует наорать. Это все нервы, пыталась

успокоить себя я.

— Госпожа, вам стоит отдохнуть, — услышала я слова Тилмы, но лишь покачала головой, даже не обернувшись.

— А если сними что-то случилось? — нервно сглотнув, проговорила я.

— На острове последнюю тысячу лет было безопасно, — вдруг оживился Фиц. — Уверен, что ничего не изменилось и сегодня.

Вина?

— 0, нет. Благодарю, — отмахнулась я.

Я отрешенно наблюдала за происходящим за окном, но так ничего и не могла заметить.

Когда уже надежда покинула меня, а беспокойство достигло своего предела, увидела

черные тени, кружащие над нами.

Забыв обо всем, я хотела было уже броситься вниз, во внутренний дворик, чтобы первой

повстречать Эдвина, но застыла, обернувшись.

Синие, как сама ночь, глаза в упор смотрели на меня

— Эдвин, — расплываясь в улыбке, выдохнула я.

Не обращая внимания на свидетелей, муж шагнул вперед, а я смогла как следует

рассмотреть его. Сильные руки, напряженные бугры мышц и блестящий от пота торс:

— Ты вернулся.

Он оказался совсем близко. Его рука скользнула по моей талии, притягивая к себе.

Впервые с момента нашего расставания я почувствовала тепло и защиту. то-то

изменилось в нем. Что-то изменилось в нас.

— С тобой все в порядке?

— Мы, пожалуй, покинем вас, — услышала я Фица, но не смогла оторвать взгляда от глаз

Эдвина.

Не в силах ВЫМОЛВИТЬ И СЛОВА, я просто привстала на цыпочки и прижалась к его губам

своими.

Головокружительный вихрь чувств и эмоций подхватил нас. Сердце то учащенно стучало, то замирало в страхе быть отвергнутой. Но когда вместо грубого жгучего поцелуя, я

почувствовала ту нежность, которой никогда не было, мир рассыпался осколками и

перестал существовать, как и всё, кроме нас двоих.

Муж оторвался от меня, но не выпустил из своих объятий.

— Именно так должна встречать настоящая жена своего мужа, — улыбнувшись, проговорил Эдвин.

— Я думаю, что нам придется смириться с моей неидеальностью, — улыбнулась я в ответ.

Муж подхватил меня на руки, так и не разрывая зрительного контакта. В этом взгляде

читалось так много, что никакие слова были не нужны.

Широким шагом он направился в свою спальню, открывая с ноги двери. Встреченные

нами по пути слуги и другие обитатели замка в замешательстве рассыпались в стороны, уступая дорогу.

— кто ты? — выдохнула я ему в губы, когда мы упали на мягкую перину постели, которую

освещал лишь лунный свет.

На его губах играла плутовская улыбка, а в глазах веселились смешинки. Меня даже

немного пугала столь разительная перемена в нем.

— Я твой муж.

0, не это мне хотелось услышать, и он это отлично знал.

— Ты же знаешь, что я не об этом. — Надула губы.

Я провела указательным пальцем по щеке мужчины, которая тут же покрылась мелкими

темными чешуйками. Показалось даже, что все происходящее вокруг было нереально, если бы я не чувствовала тепла его тела и гулкого биения сердца. Было немного обидно, что Эдвин недостаточно доверял мне, чтобы признаться в том, о чем я и так

догадывалась.

Муж немного отстранился от меня и посмотрел мне в глаза.

— Сегодня прекрасная ночь для знакомства с местными красотами, — загадочно

проговорил он, поднимаясь и протягивая мне раскрытую ладонь.

Ничего не понимая, я приняла ее. Муж повел меня к распахнутым стеклянным дверям

балкона. Бросая недоуменные взгляды на него, я все пыталась понять, зачем вдруг он

решил показать мне внутренний двор замка, если я его уже неоднократно видела.

Больше всего поразило, когда Эдвин выпустил мою руку и медленно начал отступать к

самому краю.

— Осторожно, — вырвалось у меня

— Не бойся. Я не хочу тебя напугать. Просто доверься мне.

Довериться? А что еще оставалось, когда он стоял на самом краю.

Перекинув одну ногу через перила, он бросил на меня синий взгляд из-под ресниц и

наклонился вперед.

— Эдвин! — вскрикнула я, когда этот сумасшедший полетел вниз.

Стук сердца, казалось, раздавался в голове, взрывая мозг пульсирующей мыслью: Только

бы остался жив. Я бросилась к перилам и перегнулась, а затем отшатнулась. Не рассчитав, упала на пятую точку и прижала руку к груди. Глаза расширились в удивлении, крик

застрял в горле.

— кто ты? — только и смогла выдавить из себя, когда прямо надо мной завис огромный

крылатый ящер.

Черная чешуя переливалась в свете луны, делая его похожим на самый жуткий ночной

кошмар, но в нем было что-то знакомое.

— Дракон, — выдохнула я, когда он схватил меня в свои когтистые лапы и широкими

взмахами перепончатых крыльев поднялся выше.

Мир закрутился под нами, голова закружилась, а сознание отказывалось отключаться. Это

была смесь страха и восторга, которые бурлили во мне в сумасшедшем коктейле эмоций.

Поднявшись чуть выше крыши, он немного спустился и выпустил меня из когтей.

Приземление было не самым мягким, но я тут же вскочила на ноги и отошла на несколько

шагов.

Пока в голове пытались выстроиться в логический ряд мысли, я и не заметила, как передо

мной уже стоял муж.

— Эдвин! — выкрикнула я, бросившись к нему. — Как ты меня напугал!

Я молотила кулаками его в грудь и заливалась слезами. Он даже не представлял себе, что

я почувствовала, когда он бросился вниз с балкона.

— Тише-тише. Это был я.

Слезы никак не прекращались. Нежные поцелуи осушали мои щеки и глаза. Скорее всего, сейчас я выглядела малопривлекательной, но остановиться никак не могла. Трепетные

касания становились все настойчивее, а ночная прохлада осеннего вечера больше не

могла унять жара наших тел.

14.

Эдвин Драгор

Когда обессиленная Айрис уснула, я еще до самого утра любовался ею. Разметавшиеся по

подушке мягкие локоны источали легкий лимонный аромат, которым я был готов дышать

весь остаток жизни.

Как только первые петухи прокричали, я осторожно выбрался из постели, чтобы не

потревожить жену.

Удивительная штука — истинность. До сих пор не верилось, что она могла так быстро

изменить меня. привыкший к полному контролю и подчинению, я сам начинал бояться

перемен, произошедших со мной.

Внизу уже кипела работа. Слуги вставали с первыми рассветными лучами, чтобы привести

в порядок замок и подготовить его к новому дню. Среди сновавших женщин я нашел

взглядом Тилму и отдал распоряжения на счет Айрис. Она могла храбриться, но ей нужно

было время, чтобы восстановить свои силы. Быть женой дракона — то еще испытание, особенно длячеловечки из безмагического мира.

— Уже на ногах? — гросс постучал в дверь и, не дожидаясь дозволения, вошел. — Рано

ты.

— Нужно разобраться с некоторыми вопросами.

— Молодоженам положено не выходить из спальни как минимум месяц, — хохотнул он, усаживаясь напротив меня.

— Женишься, тогда посмотрим, как ты будешь игнорировать рабочие вопросы. — Я

оторвался от записей секретаря и посмотрел на друга. — Лучше позови вчерашнего

ночного караульного.

Фиц громко рассмеялся, чем немало меня озадачил.

— это твоя жена зажгла сигнальный факел.

Я откинулся на спинку стула и не поверил своим ушам. Каким образом моя юная супруга

могла это сделать? Чтобы зажечь его, требовалось родиться драконом. Только наше

дыхание было способно вызвать синее пламя, которое служило для всех знаком

опасности.

— Как? В ней нети капли крови драконов.

— Я и сам понятия не имею, как так случилось. Всю ночь, пока вы резвились, пугая

летучих мышей по двору, я штудировал десяток книг, и ни в одной не было точного

объяснения этому феномену. Еще ни одной женщине это не удавалось. В летописях даже

есть записи, что тысячу лет назад на замок напали захватчики. Жена того правителя

пыталась зажечь факел, но в итоге их разграбили, а ее убили, пока муж развлекался

ночными полетами, — пояснил друг. — Возможно, все дело в том, что она пришла из

другого мира

— Или впитала излишки моей магии, — предположил я.

Фиц кивнул.

— Как ты смог обратиться в дракона? — сменил тему он.

Я и сам не знал, как так произошло. Возможно, мне помогла вера в свои силы, а может, обрел гармонию с собой, признав чувства к Айрис.

— Это останется моим секретом, — ухмыльнулся, не желая распространяться.

— Но я обязан записать это в летопись. Кому-то могут понадобиться эти знания, —

возмутился друг.

Я прекрасно знал, как он любил свои книги, но стоило чуть больше времени уделять своей

жизни и меньше ворошить чужие летописи.

— Эту тайну я раскрою только на смертном одре, — поспешил отшутиться.

Фиц прищурился, но улыбнулся.

— А что ты будешь делать с Хорданами? Их семья нарушила договор и подсунула тебе

человечку из другого мира. — гросс, сощурив глаза, внимательно следил за моей

реакцией.

А что я мог сними сделать?

— Пусть это останется на их совести.

— Ты никогда не был тем, кто прощает оскорбления, — удивленно вздернул бровь Фиц.

Так оно и было. Но я не держал на них зла. Они были в курсе, что две невесты скончались

еще во время ритуала. Жрец едва успел закончить свою речь, как одна из них упала

замертво, а вторая — прямо во время поцелуя, завершающего обряд.

Отчаявшийся отец искал способ спасения собственного дитя. Это ли не естественная

реакция любящего родителя?

У меня не было особой надежды, что Айрис переживет нашу свадьбу, но эта девушка

была настоящим сюрпризом. Мало того что полностью прошла инициацию и оказалась

истинной, что было настоящей редкостью, так к тому же смогла разбудить сигнальный

факел, и я чувствовал, что вскоре порадует меня отличной новостью.

— Отправляйся к Грегору, — задумчиво проговорил я. — Не говори напрямую, что мы

знаем о подмене, лишь намекни.

— А потом? — Друг поднялся со своего места, готовый тут же выполнить мое поручение.

— А потом выбери любую понравившуюся девицу и забери ее с собой.

Я посмотрел на удивленного друга. Он застыл, не понимая к чему мне еще одна Хордан.

— ты же не собираешься ее брать себе в наложницы? — с сомнением в голосе

проговорил Фиц.

Я растянул губы в торжествующей улыбке. 0, нет. Мне не нужна была ни наложница, ни

любовница. Айрис мне с головой будет хватать всю оставшуюся жизнь. Но я знал того, кому было слишком скучно, раз он торчал в книгах ночами.

— Выбери самую строптивую, — только и произнес я, не желая сразу сдавать карты.

Если сказал бы, что девица станет его женой, он выбрал бы безвольную серую мышку, с

которой можно было утопиться со скуки.

Растерянный Фиц вышел из кабинета, кивнув на прощание, а я вернулся к мыслям о

своем непокорном счастье, выпавшем так нечаянно.

ЭПИЛОГ

Айрис

С замиранием сердца я наблюдала, как в небе кружил черный дракон. Широкие взмахи

перепончатых крыльев бросали тень на полуденный сад. Прекрасный вид моего супруга

никогда не перестанет меня восхищать. Сегодня, казалось, я любила его еще больше, чем

вчера. На губах блуждала глуповатая влюбленная улыбка, а сердце трепетно сжалось, когда он начал посадку.

Крепко зажмурившись, чтобы не видеть, как его тело меняет форму и размер, я замерла

— Ты прекрасно выучила, как быть хорошей женой, — услышала я совсем близко.

Не успела и глаз открыть, как горячие губы накрыли мои. Из головы вылетели все мысли, оставив место только нежности.

Его рука скользнула по талии, прижимая меня к своей обнаженной груди.

— ты усвоил главное правило хорошего мужа, — поддела его, оторвавшись.

Я не могла поверить счастью: вынужденный брак со случайно свалившимся на голову

мужчиной стал настоящим счастьем.

— И какое же? — удивленно вздернул бровь Эдвин.

— Примерное поведение, — рассмеялась я, уворачиваясь от его загребущих рук. — Тише, не шуми. Разбудишь.

Муж тут же изменился в лице и просиял. Так происходило каждый раз, когда он видел

сыновей.

Уже год, как я обживалась в новом мире. Моментами тоска по родине возвращалась, но

теперь мой дом был там, где моя семья: муж и сыновья. Я не мыслила своей жизни без

этой троицы.

Эйдан опустился на колено перед корзинкой переноской, в которой мирно посапывали

близнецы: Марк и Олис. Муж с любовью смотрел на спящих детей и поправил пушистые

вязаные пледики.

— Ты сделала меня самым счастливым из всех мужчин, — восторженно прошептал Эдвин

— Я не забыла, как сильно ты желал наследников, — рассмеялась я, целуя его в колючую

щеку.

— осталось дело за малым, — весело подмигнул он. — Нам нужна дочь.

— Дочь? Для укрепления межклановых связей?

Что-то я сомневалась, что, будучи таким жутким собственником, он к ней подпустит кого-нибудь на пушечный выстрел.

— Чтобы была отдушиной для папы, когда проказливые мальчишки будут громить наш

замок.

Мое сердце переполняла нежность к этому сильному мужчине, который ради нашей

любви изменил свою жизнь и отношение к ней. Он, не стесняясь, обнимал меня на глазах

у всех обитателей дома, стараясь в любую выпавшую свободную минуту быть рядом.

Даже когда пришло время рожать, он пытался выломать дверь в попытках ворваться, чтобы пройти это испытание вместе. Пришлось отвлечься и выставить его за дверь

грозным окриком, так как Тилма сама не справлялась. Гросса же Эдвин не допустил ко

мне в комнату, внезапно воспылав жгучей ревностью.

ЕГО даже не остановило, что у Фица разыгрывалась собственная драма на личном фронте

и моя скромная персона его нисколько не интересовала.

Я помнила те сияющие глаза и вспотевший от тревоги лоб, когда отца допустили все таки

к нам. Сначала ему подали Марка, и я думала, что никогда еще не видела его настолько

счастливым, но затем Тилма подала второй сверток. Удивление на лице Эдвина нужно

было видеть.

— Их двое? — осипшим вдруг голосом проговорил муж.

— Двое, — кивнула я.

— НО как? — Его глаза заблестели от переполняющей гордости и радости

— Магия? — поддразнила его я.

— Не иначе, — согласился Эдвин.

Сейчас же, когда с того дня прошла всего пара месяцев, муж не переставал меня

удивлять. Он отказался от услуг нянь и кормилиц, изменил расписание, передав часть дел

управляющему и секретарю, чтобы освободить место для семьи. К слову, он почти всегда

вставал сам по ночам, давая мне возможность выспаться.

Из грозного и почти всегда рычащего дракона, Эдвин превратился в чуткого, заботливого

и любящего мужа.

— Я люблю тебя, — прошептал он, прижав меня к своей широкой груди.

Я вдыхала запах его тела и не могла сдержать слез счастья, ведь наша история началась

очень странным образом, но впереди ждали еще долгие годы любви и согласия.

— А я люблю тебя, мой нежный дракон.