Татьяна Олейник Пропавшая

Глава 1

Я пришла в сознание, в незнакомом месте и не сразу сообразила, что произошло.

Но вспомнив последние события, резко села и стала оглядываться по сторонам.

Полумрак, царивший вокруг, не давал, как следует разглядеть помещение, в которое меня непонятным образом занесло.

Всматриваясь в нечеткие силуэты, с ужасом понимаю то, что копошащаяся серая масса рядом со мной — люди. Кто-то лежит без сознания, кто – то сидит на полу, так же как и я, оглядываясь по сторонам, а кто-то и вовсе ползает возле стен в поисках выхода.

Пока я в замешательстве пытаюсь понять, что же все-таки происходит, рядом что-то или кто-то шевелится, слышится тихий всхлип. Поворачиваюсь на звук и вижу девочку двенадцати лет. Обхватив колени, она лежит в позе эмбриона и вызывает у меня чувство жалости.

Подползаю к ней ближе и осторожно касаюсь плеча.

— Эй, ты в порядке? — тихо шепчу, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Не знаю, — еле слышный ответ.

— Как тебя зовут? — решаю наладить с ней контакт и успокоить.

— Оля, — она поворачивает в мою сторону личико, бледнеющее в полумраке.

— А меня Ира, очень приятно познакомиться, — протягиваю руку. Оля неуверенно прикасается к ней.

— Вы не знаете, куда мы попали? — через некоторое время осмеливается спросить и подсаживается ближе.

— Нет, я только что пришла в себя и еще не успела разобраться в происходящем, — продолжаю говорить шепотом. — А ты давно тут? И как сюда попала?

— Я тоже недавно проснулась, а попала, когда шла домой, через парк. Увидела голубой свет и уснула. А вы?

— Ехала встречать мужа, у машины посреди дороги спустило колесо, а когда я его накачивала, тоже увидела голубой свет и потеряла сознание.

— Нас, наверное, инопланетяне похитили, — Оля тихо всхлипывает. С чувством жалости обнимаю и прижимаю ее к себе: «Бедный ребенок, не знаю, кто нас похитил, но они точно звери бессердечные».

— Я уверена в том, что всему есть объяснение. Мы обязательно во всем разберемся и выберемся отсюда. Наверняка, нас уже ищут, — пытаюсь утешить ее и заодно успокоить себя.

— Моя мама будет сильно волноваться, — девочка сильней прижимается ко мне в поисках поддержки и защиты. Знала бы она о том, что мне самой сейчас хочется спрятаться за чью-нибудь широкую и надежную спину, то не жалась бы ко мне так доверчиво.

Общаться дальше желания нет, и мы просто сидим молча. Я поглаживаю ее по спутанным волосам, а она постепенно засыпает.

Помещение, в котором нас заперли неизвестные похитители, ужасно душное, и мне приходится снять куртку. Подстелив ее на пол, уложила Олю, пусть спит в подобии комфорта, все же не на голом полу.

Примерно через два часа обстановка по-прежнему не меняется. К нам никто так и не зашел, чтобы объяснить происходящее или выдвинуть требования. Как бы ни было страшно, все равно хочется маломальской определенности, неизвестность пугает гораздо сильнее.

Время тянется невыносимо долго, все кто прежде находился в бессознательном состоянии давно пришли в себя.

Многие дезориентированы и растерянно озираются по сторонам, а те, кто очнулся первыми, осмелились завести разговор с товарищами по несчастью.

Я больше ни с кем не разговариваю, но внимательно прислушиваюсь к тому, что люди рассказывают друг другу. У всех оказались разные истории: кого-то похитили днем, кого-то ночью, кто-то возвращался с работы, а кто-то, наоборот, шел на нее. Одни были на даче, другие вышли на балкон покурить или в магазин за продуктами, но всех объединяет одно — перед тем, как попасть сюда, они видели голубой свет.

Постепенно большинство пленников расслабилось, видимо, устали находиться в постоянном напряжении, некоторые начали знакомиться друг с другом. Но были среди нас и такие, кто также как и я, угрюмо молчал в сторонке от общей массы.

Несколько человек даже пытались выбраться из западни. Практически у всех с собой оказались телефоны, но дозвониться до службы спасения так и не удалось, толстые металлические стены хорошо блокировали связь, сделав гаджеты бесполезными побрякушками. Складывалось ощущение, что нас заперли в каком-то бункере, глубоко под землей.

Несколько человек ощупывали все поверхности в поисках дверей. К сожалению, их так и не удалось обнаружить, никакого намека на выход. Глухие стены и никаких зазоров. Даже пол и потолок обследовали в поисках люка, подсвечивая фонариками на телефонах.

— Не может быть такого, — не хочет верить самый активный мужчина. В тусклом свете могу разглядеть лишь его высокий, темный силуэт.

— Божечки, мы все умрем! — визгливо причитает какая-то женщина.

— Не накаляйте обстановку, и без вашей истерики тошно, — грубо обрывает ее нытье другая пленница.

— А вам все равно, что с нами сделают? — все никак не унимается истеричная дама.

— Мне не все равно, но нытье тут точно не поможет! Так что захлопните рот, или я сама его закрою! — переходит к угрозам неизвестная.

— А ты мне рот не закрывай, хабалка! — истерику как рукой сняло, обе женщины нашли на ком сорвать злость.

— Дамы, успокойтесь! Мы и так в полной заднице, еще скандалов не хватало в довесок! — встревает в перепалку мужской голос.

Скандал грозит перерасти в натуральную драку, так как «дамы» полностью игнорируют замечание и успокаиваться не собираются.

Неожиданная вибрация стен и пола прерывает склочниц, и в наступившей тишине раздается странный гул, он нарастает с каждой секундой, а потом и вовсе становится оглушительным.

Оля, проснувшаяся от женской ругани, в ужасе зажмуривается и зажимает уши.

Через несколько минут тряска и шум становятся тише и вовсе прекращаются. Никто не успевает расслабиться, новые неприятности приходят в виде шипения и голубоватого, светящегося дыма.

Люди испуганно закрывают рты и носы, но неизвестный газ все равно с легкостью проникает в легкие.

Горло саднит, я не могу сдержать кашель, от которого на глазах выступают слезы. Тело теряет чувствительность, происходящее вокруг становится безразлично.

Напоследок мелькнула мысль о газовых камерах и я уплыла в небытие

Глава 2

Голова гудит и жутко тошнит. Прислоняюсь к стене, пытаясь прийти в себя, после пробуждения.

В глазах двоится, все плывет, не могу ничего разглядеть. Постепенно состояние улучшается, и я понимаю, что в помещении стало светлее.

Под потолком на стенах появились светящиеся полосы, они излучали такой же голубоватый свет, какой я видела перед похищением.

Все пленники, постепенно приходят в себя.

Я почему-то проснулась самая первая и примерно полчаса находилась в одиночестве, созерцая помещение, пол которого был усыпан спящими человеческими телами. Рядом со мной лежала Оля, она еле дышала и была холодной, но, к счастью, живой.

«Кто же всё-таки нас похитил? И какую цель они преследуют? Может, это какой-то эксперимент?» - смятение и страх, вот что я испытываю. Страшно даже представить то, что нас ждет дальше.

«Бедный Максим, он, наверняка, замерз, ожидая меня, пока не понял, что я за ним так и не приеду.

А родители не дождались звонка. Они, наверное, сейчас все вместе пишут заявление в полицию. Бедная моя Снежа, я ведь обещала ей, что скоро приеду. А сама сижу неизвестно где».

Запоздалые слезы навернулись на глазах и потекли по щекам. Спрятав лицо в ладонях, уткнулась в колени и дала волю истерике. Плакала долго и никак не могла успокоиться.

Неожиданно кто-то тронул меня за плечо. Подняла заплаканные глаза и увидела Ольгу. Я до того увлеклась жалостью к самой себе, что не заметила, как она очнулась.

Устыдившись своей слабости, вытерла слезы и обняла девочку. Так мы и сидели, прижавшись друг к другу.

Через какое-то время отстраняюсь от Оли и заглядываю ей в глаза.

— Как ты себя чувствуешь? — осматриваю и осторожно ощупываю ее. — Мне кажется, ты похудела, пока спала.

— Вы тоже сильно исхудали, — и, действительно, осматривая себя, вижу, что одежда висит на мне словно мешок. Килограмм десять точно ушло.

После родов долго пыталась похудеть, но ничего не получалось. Потом Максим сказал, чтобы перестала над собой издеваться, и я забросила это дело.

«Что же с нами делают? Как такое вообще возможно?» — теряясь в догадках, даже приблизительно не могу предположить, в какую передрягу мы угодили.

Помимо того, что нас похитили и удерживают долгое время в неизвестности, еще достаточно много странностей. Например, то, что я не ощущаю ни голода, ни жажды, и еще ни разу не захотела в туалет. Остальные тоже не проявляют таких потребностей, теперь вот похудение.

Практически все пленники удивленно осматривали себя, обнаружив внезапную потерю веса.

Неожиданно стены вновь начинают вибрировать, раздается громкий гул, нас сильно трясет, как в самолете во время турбулентности. Мои челюсти непроизвольно клацают, и я крепче хватаюсь за Олю. Те, кто стоял, тут же падают на пол, а сидящие, цепляются друг за друга и стены.

Тряска быстро заканчивается, и все с облегчением выдыхают.

— Что это было? — спрашивает один из мужчин, но никто не может ответить на этот вопрос, только пожимают плечами, переглядываясь друг с другом.

В дальнем от меня конце комнаты неожиданно раздается звук работающего механизма и в стене появляется просвет высотой примерно в два с половиной метра, он постепенно расширяется и превращается в полноценный проход. Все смотрят на него с удивлением и ожиданием. А потом и с ужасом. Ольга взвизгивает и хватает меня за руку, а я неотрывно смотрю на происходящее и не могу издать и звука, от страха в горле встал ком.

В помещение вошли два, наверное, человека ростом около двух метров. Облаченные во что-то, отдалено напоминающее скафандры черного цвета с металлическим отливом и шлемы, плотно облегающие головы, в которых не видно лица, только голубые глаза светились как у роботов из фантастических фильмов.

Дверь закрывается сразу же, как только похитители переступают порог. В руках они держат непонятные приборы отдаленно похожие на пистолеты, возможно, это и есть оружие.

Я с содроганием и ощущением нереальности происходящего наблюдаю, как людей хватают по очереди и зачем-то прикладывают пистолеты к шее. Все в панике с криком разбегаются в разные стороны, но эти существа все равно быстро ловят очередную жертву, и грубо удерживая за горло, что-то вкалывают в организм.

В критической ситуации мозг судорожно начинает работать в ускоренном темпе, и я понимаю, что это оружие является подобием автоматических шприцов. Те кто, побывал в руках пришельцев, остались живы и только с болезненным выражением на лице потирают место инъекции. А всех, кто сопротивляется, успокаивают ударами в живот или в челюсть, не делая различий между мужчинами и женщинами. Ни с кем не церемонятся и грубо принуждают к подчинению, даже самые молодые и здоровые из мужчин понимают, в чьих руках сила и больше не совершают попыток дать отпор.

Я малодушно радуюсь тому, что мы находимся в самом дальнем углу, и есть время оценить обстановку и выбрать правильную тактику поведения. Когда очередь все-таки доходит до нас, один из монстров направляется к Ольге и хочет схватить, но я быстро загораживаю девочку собой и подставляю шею, предлагая первой уколоть себя.

Пришелец, на некоторое время замирает на месте, словно обдумывая дальнейшие действия, потом нажимает на невидимую кнопку на шлеме, и моим испуганным глазам открывается его лицо.

Это однозначно мужчина, и Ольга была права, когда говорила, что нас похитили инопланетяне.

Его внешность нехарактерна для землян. В довесок к высокому росту прилагаются острые черты лица, выступающие скулы, квадратный подбородок, и черные короткие волосы ежиком. Мужчину даже можно было бы назвать привлекательным, если бы не глаза, миндалевидной формы, с практически черной радужкой. Они смотрят на меня с интересом и, вроде бы, с удивлением.

Я смело делаю шаг вперед и наклоняю голову в бок, чтобы объяснить ему, чего я хочу. Держать себя в руках и не удариться в панику мне стоит титанических усилий.

Мужчина издает непонятный гортанный звук, на удивление, осторожно берет меня за плечо и делает укол.

Процедура оказывается неприятной, но и не такой уж болезненной, чтобы визжать, как ненормальная, поэтому, я, всё терплю молча. Потом поворачиваюсь к девочке, беру ее за руку и подвожу к похитителю. В этой ситуации, разумнее вести себя покорно, чтобы получить больше шансов на выживание. В любом случае, они сделают то, зачем пришли, так зачем усложнять себе жизнь, она и так может в любой момент оборваться.

Черноглазый мужчина так же, аккуратно делает укол девочке и, одарив меня странным взглядом, уходит к своему напарнику.

Я облегченно выдыхаю и обнимаю подругу по несчастью. Оля утыкается мне в грудь и тихо всхлипывает. Мне безумно жалко девочку, но помочь ей кроме моральной поддержки, ничем не могу.

Дальше начинается сущий ужас.

Когда экзекуторы ушли, все было расслабились, но не прошло и пары минут, как они вернулись, уже с какими-то другими приборами.

Начиная с тех, кто находится ближе к выходу, неизвестные существа заставляют всех раздеться. Большинство пленных сопротивляются. Пришельцы, недолго думая и больше никого не спрашивая, направляют на людей неизвестные приборы, и облучаю красным светом, после чего, одежда распадается в пыль, а следом за ней и волосы.

Женщины и мужчины кричат от страха и шарахаются в разные стороны, но от лучей, сжигающих одежду, не спастись.

И опять очередь доходит до нас. Похититель, сделавший нам инъекцию, приближается ко мне вплотную. Между нами остается лишь пару сантиметров. Он жестом указывает на одежду.

— Снимай. Волосы потом не вырастут. Девчонка может остаться в одежде, — неожиданно для себя понимаю все, что он говорит, хотя русских слов не услышала, но больше всего меня поражает его лояльное отношение к нашей парочке: «Неужели не зря проявила покорность?»

Тем временем пришелец стоит и пристально за мной наблюдает, не торопит, но и глаз не сводит, словно пытается уловить каждую эмоцию на моем лице.

— Оленька, отвернись, пожалуйста, — прошу девочку и дрожащими руками быстро раздеваюсь. Остаться лысой на всю жизнь не хочется, даже, если она будет короткой, в чем я твердо уверенна.

Скидываю одежду на пол и оставляю только нижнее белье.

— Всю, — терпеливо требует мужчина, жадно пожирая меня глазами.

Покраснев от кончиков ушей до самых пят, неуверенно стягиваю бюстгальтер, а потом и плавки. Изо всех сил стараюсь перебороть чувство стыда, гордо выпрямляю спину и смотрю в непроницаемые глаза захватчика. «В нашем положении не до истерик и стеснений!» — пытаюсь убедить себя.

В ответ на свое поведение получаю то ли улыбку, то ли ухмылку одним уголком рта, затем нас на время оставляют в покое.

— Вы такая смелая, — шепчет Оля, дрожащим голосом.

— Нет, я просто очень хочу жить, — на самом деле я далеко не смелая и с огромным трудом сдерживаюсь, чтобы не грохнуться в обморок, хотя очень хочется, причем насовсем.

На этом неприятности не заканчиваются.

Перед дверями снова начинается движение. Похитители выстраивают всех в ряд, грубо толкая и пиная зазевавшихся и медлительных. Все очень напуганы: женщины плачут, а мужчины, не в силах смотреть на пришельцев, опускают глаза в пол и стараются не смотреть на обнаженных женщин.

Я решаю опять подчиниться добровольно. Тяну Ольгу за собой и встаю предпоследней.

Дальше наш новый знакомый, подходит к пленникам и прикасается ко лбу непонятным датчиком, издающим противный пищащий звук. От контакта с первым человеком, прибор излучает оранжевое сияние.

— Рудники, — недовольно кривит лицо проверяющий и направляется к следующему. А несчастного под руки выводят из временной тюрьмы.

У второго загорелся красный сигнал.

— Ликвидировать, — от услышанного приговора мороз бежит по коже. Не надо иметь семь пядей во лбу для того, чтобы понять значение приказа.

Сотрясаясь от страха, я готова молить всех известных и неизвестных богов о том, чтобы непонятное приспособление не приговорило меня к подобной участи. Тем временем еще троих уводят за первым пленником.

Большинство людей попали в число рудокопов, а когда у одного из мужчин засветился зеленый, пришелец довольно улыбнулся.

— Одобрено. В лабораторию, — коротко бросает он напарнику.

И вот подходит моя очередь. Держать себя в руках оказалось сложно, практически невозможно. Стараясь не впасть в истерику, я через силу смотрю в глаза обследующего. В ответ он не отводит от меня взгляда, пока прибор проводит анализ, затем противный писк сообщает о завершении процедуры. Мы оба смотрим на зеленый экран. Захватчик с удивлением, а я с облегчением. И не важно, что лаборатория звучит страшнее рудников, главное - что не ликвидация.

— Женщина?! — удивленно спрашивает он непонятно кого.

— Да, — на всякий случай отвечаю едва слышно.

— Повторить, — пропуская мимо ушей мой ответ, отдает команду прибору и вновь прикасается к моему лбу. Результат тот же. — В лабораторию, — подталкивает меня к двери.

Вместо того чтобы пойти к выходу, я хватая Ольгу за руку и с мольбой смотрю на инопланетянина.

— Пожалуйста, — шепчу одними губами.

Нахмурив брови, он поворачивается к своему товарищу.

— Девчонке стереть память и вернуть на Землю, — на радостях чуть не расцеловала его в благодарность, но вовремя одернула себя, вспомнив о том, что именно он является виновником неприятностей.

— Спасибо, — все же благодарю очень тихо, но достаточно, чтобы он услышал. Его кивок подтверждает, что благодарность принята.

На прощание кидаю последний взгляд на девочку. Радуясь ее возращению домой, сожалею лишь о том, что она ничего не вспомнит и не сможет рассказать о моей судьбе.

«Так, стоп! Что он там сказал по Землю?!» страшная догадка заставляет душу похолодеть от ужаса.

Несмотря на благородный жест гуманоида, мне с трудом вериться в то, что у них все-таки есть маломальские моральные принципы и нас оставят в живых.

«Надежда умирает последней!» — пытаюсь успокоиться и направляюсь к выходу.

В длинном коридоре меня уже ждут два конвоира. Они словно роботы стоят по стойке смирно. Непроницаемые шлемы надежно скрывают их лица.

Стоило мне появиться из дверного проема, как один из черных исполинов встал впереди, а второй грубо надавив мне на затылок, принудил опустить голову и пошел позади.

Оказать сопротивление даже в мыслях нет. Поэтому я покорно иду, стыдливо прикрывая грудь руками.

Ступая босыми ногами по металлическому ребристому полу, слушаю громыхающую поступь сопровождающих. Сначала хочу запомнить дорогу и сосчитать количество шагов, чтобы при возможности сбежать, но меня все время сбивает с толка навязчивая мысль о том, что идущий сзади мужчина свободно разглядывает мои прелести. Я буквально чувствую его взгляд на своей пятой точке. И даже попытка успокоить себя тем, что это разыгралось воображение, не помогает.

Когда мои ступни озябли от соприкосновения с холодным полом, раздался шипящий звук. Не сдержала любопытства и подняла голову: перед нами открылась автоматическая дверь. Ее форма и толщина впечатляли и наталкивали на мысль, что это шлюз.

— Голову опусти, — меня грубо толкают в спину. От прикосновения на коже остается неприятный холодок.

Мысленно сжавшись, поспешила выполнить приказ, чтобы не нарываться на неприятности.

Прежде чем добраться до пункта назначения, нам пришлось пройти еще с десяток таких дверей. И для меня было полной неожиданностью, когда впереди идущий сделал шаг в сторону. Он пропустил меня вперед и сильно толкнул в спину. Я буквально влетела в небольшое помещение, а за спиной с шипением закрылся шлюз, лишив возможности сбежать.

Помимо меня в камере оказались три голых мужчины. При проверке у них тоже загорелся зеленый индикатор.

Я словно загнанная мышь, забиваюсь в дальний угол и пытаюсь сжаться, как можно плотнее, чтобы прикрыть все интимные места. Страшно даже глаза поднять, поэтому закрываю их, стараясь убедить себя в том, что моим сокамерникам сейчас не до женских прелестей, и они даже не пытаются их разглядеть.

Постепенно холод пробирается до самых костей, а тело непроизвольно сотрясается в попытке согреться, явный признак переохлаждения, еще чуть-чуть и начнет клонить в сон.

Находясь на грани жизни и смерти, слышу, как открывается дверь, и кто-то входит, неся с собой тепло. С трудом поднимаю веки, и пока они открыты, сквозь пелену различаю четыре силуэта.

— Встань! — кто-то обращается ко мне, но я не могу выполнить приказ, ноги не слушаются.

Тогда чьи-то горячие ладони берут меня под руки, буквально обжигая кожу. Я словно мотылек, летящий на свет, тянусь к желанному теплу. Со стоном наслаждения прижимаюсь к чему-то теплому и большому, даже не открывая глаза. Но блаженство быстро заканчивается. Спина вдруг оказывается прижатой к ледяной стене. Холод словно острые иглы пронзают кожу, вынуждая вновь открыть глаза.

Уже знакомый черноглазый гуманоид удерживает меня, пока мои руки и ноги охватывают кандалы. Они с жужжащим звуком выдвигаются из стены и автоматически защелкиваются на запястьях и щиколотках. Голова и талия тоже попадают в плен. Затем непонятно откуда появляется стеклянная куполообразная крышка и замуровывает меня наглухо. Холод усиливается и становится просто убийственным, меня буквально подбрасывает от дрожи.

Все тело окончательно занемело, а на задворках сознания промелькнуло чувство страха, но я даже осознать его, толком не успела. Сердце замедлило биение и, кажется, совсем остановилось.

Глава 3

Опять я проснулась непонятно где. Первое время лежала, бессмысленно уставившись в потолок. Если б не его странное строение и цвет, точно бы уснула от слабости.

Стоило осознать себя, память услужливо предоставила информацию о последних событиях. Сердцебиение с дыханием участились. Попыталась сесть, но резкое головокружение на корню обломало всё желание двигаться.

Вынужденно опустила веки и попыталась успокоиться, стало только хуже. Пришлось смотреть в потолок до тех пор, пока он не перестал вращаться вокруг своей оси.

Но даже когда мир встал на место, я все равно боялась шевелиться, поэтому скосила вбок только глаза. Маленький радиус обзора позволил рассмотреть только серые стены, ряд металлических столов с неизвестными приборами и мониторами. С другой от меня стороны стоял хирургический столик. На нем лежали медицинские инструменты, ампулы с лекарствами, а так же несколько непонятных приспособлений, назначение которых оставалось загадкой – разгадывать ее не было совершенно никакого энтузиазма, даже наоборот надеялась, что никогда об этом не узнаю.

Проанализировав обстановку и осторожно пошевелив конечностями, поняла, что лежу на операционном столе. Если б не кружилась голова, я все равно не смогла бы встать – руки и ноги надежно зафиксировали ремнями или чем-то подобным.

Паника накрыла меня мгновенно. Я лежала и билась в истерике, как припадочная, тщетно пытаясь освободиться. А когда выбилась из сил, просто уставилась невидящим взглядом перед собой, по щекам катились крупные слезы, они скатывались и противно холодили кожу, добавляя дискомфорт.

«Я хочу жить! Неужели, это конец? Мои органы заберут и продадут на черном рынке, а я больше никогда не увижу родных и близких!» Истерика накатила с новой силой.

— Нет, нет, нет! Этого не может быть! Это просто дурной сон! — не вытерпев, завыла в голос.

Шипящий звук, открывающихся дверей, тут же заставил замолчать. Раздались шаги, и через мгновенье надо мной нависли двое мужчин. Один был в сером комбинезоне, светловолосый и худощавый, с угловатыми чертами лица, черными глазами и голубоватым оттенком кожи. Он держал в руках тонкий планшет, в котором что-то читал, бегая глазами поп экрану. Вторым оказался мой старый знакомец, он некоторое время разглядывал меня молча. От такого интереса почувствовала себя подопытной крысой, которую вот-вот препарируют.

— Я провел тщательный анализ, готов выдать заключение, – первым заговорил белобрысый, бросив взгляд на собеседника.

— Докладывай, — лаконично, словно машина, разрешил похититель. Их явно не волновало то, что я в сознании, все слышу и понимаю.

— Вам удалось заполучить отличный образец. Несмотря на половую принадлежность, у нее идеальный генетический код. Не вижу причин снимать ее кандидатуру. Я лично займусь подготовкой. Это будет любопытно, — я не разделяла его воодушевления.

— Даю разрешение. Начинайте подготовку. Обо всех результатах немедленно докладывать мне.

— Понял, — каждое слово этих нелюдей, было сказано четко и скупо, никаких отвлечённых дополнений и рассуждений, казалось, что они вообще не испытывают эмоций. — Разрешите добавить? — спросил мужчина в серой одежде.

— Слушаю.

— Женщина уже рожала один раз. Судя по всему, детеныш выжил. Если все пройдет удачно, думаю, стоит проверить его, может, нам повезет, и он унаследовал генетический набор матери.

«Нет, нет, нет! Только не Снежу! Делайте со мной все, что угодно, только дочку не трогайте!!» - от того, что моя малышка может пострадать, стало дико страшно. Я была готова сделать все, что угодно, лишь бы она избежала этой участи.

— Если она выживет, тогда и проверим, а пока рано об этом говорить. Приступайте к своим обязанностям, — командующий пришелец, развернулся и вышел из лаборатории.

А я лежала и была готова отдать богу душу прямо сейчас, чтобы у этих тварей даже в мыслях не было похитить еще и моего ребенка. Я хотела доказать, что не гожусь для их целей, и не важно, что для этого придется умереть.

Белобрысый подошел к столу с кучей приборов и погрузился в работу. Его руки быстро и ловко летали над всевозможными сенсорными кнопками. Мне, с трудом, удавалось разглядеть его действия, но страх не позволял отвести взгляд от спины лаборанта.

Судя по обстановке и разговорам гуманоидов, я попала в лабораторию, а мужчина скорее всего ученый.

Шипение двери оповестило о новом посетителе. Им оказался практически такой же мужчина в сером комбинезоне. Присмотревшись внимательней, заметила, что его кожа слегка другого голубого оттенка, и он немного ниже первого и шире в плечах. А в остальном они были очень похожи.

— Проведи анализ состояния и подготовь образец к введению препаратов, — дал указания ученый. Он даже не оглянулся на вновь прибывшего. Наверное, это его помощник.

Пришелец подошел ко мне и провел надо мной небольшим прибором. Получив результат, удовлетворенно кивнул и повернулся к манипуляционному столику с инструментами.

От ужаса мои глаза непроизвольно расширились. Я с содроганием ждала того, что органы начнут вырезать, и молилась, чтобы в этот момент сознание отключилось.

Закончив возиться с инструментами, лаборант поднес к моей шее автоматический шприц. Холодный металл коснулся кожи, и раздался щелчок. Почувствовала, как игла глубоко вошла в мышцы. От укола их свело судорогой, затем они расслабились. Сознание стало спутанным, меня как будто охватила апатия. И если бы я даже захотела, то все равно не смогла бы сосредоточиться и подумать о чем-то конкретно.

— Объект готов к введению основных препаратов, психоэмоциональное состояние стабильно.

— Начинай введение.

Дальше, последовало бесчисленное число уколов. К руке присоединили какие–то трубки, похожие на капельницы. По всему телу прикрепили присоски и электроды. Словно муха, попавшая в паутину, я была опутана всевозможными трубками и проводами. Ни одна из манипуляций не вызвала абсолютно никаких эмоций. Я флегматично и как будто со стороны наблюдала за действиями пришельцев.

«Хотя бы не чувствую боли» — мысли лениво текли сами собой.

Не знаю, сколько пролежала на столе и как долго надо мной экспериментировали, но все закончилось тем, что я уснула.

Мне снился дом, Снежа и Максим. Они стояли в дверях квартиры и просили меня не уходить. Потом появлялся темноволосый похититель и куда–то уносил меня, закинув на плечо. Я плакала, кричала и пыталась вырваться, чтобы вернуться к семье.

Странный свист вырвал меня из забытья. Резко сев, поняла, что могу шевелиться. От страшного сна на душе остался неприятный осадок и тоска. Бессильно уткнулась в ладони. Оказывается, я плакала на самом деле, и все лицо было мокрое от слез.

«Даже не знаю радоваться или нет тому, что до сих пор жива»,

Все это время я лежала на кровати – полке, прикрепленной к стене в комнате с белыми стенами. Их матовая поверхность смотрелась неестественно и раздражала, но одна из них напротив кровати отличалась глянцевым блеском.

Осторожно спустила босые ноги на металлический пол. Набралась смелости и медленно подошла к глянцевой стене. Ее поверхность отразила фигуру в зеленых шортиках и майке на тонких бретельках. В первое мгновение не узнала себя и вздрогнула, а потом долго разглядывала отражение и не могла поверить в то, что это действительно я.

Я очень сильно похудела. При росте в сто шестьдесят сантиметров вес сейчас был не больше сорока килограмм, если не меньше. Осмотрев руки и ноги, поняла, что на коже исчезли все родинки и даже шрамы, оставшиеся после хулиганских похождений детства. Даже рубец после Кесарева сечения растаял без следа. Так же на теле пропали все волоски, лишь на голове была по-прежнему густая шевелюра. Я на всякий случай провела по ней рукой, чтобы убедиться в ее реальности.

Картина, где люди лишаются всей одежды и растительности, навечно отпечаталась в памяти. Хотя подозреваю самые страшные впечатления еще впереди.

Все, что осталось от меня, это черты лица и глаза, остальное стало, будто не мое.

Засмотревшись на отражение, не заметила, как в камеру кто–то вошел.

— Образец два пять семь, отойдите от транслятора, — раздался мужской голос позади меня.

Вздрогнув от неожиданности, резко развернулась и встретилась с черными глазами похитителя. По спине пробежал мерзкий холодок страха.

— Кто вы? — пропищала едва слышно.

— Для тебя это не имеет значения, — получила ответ совершенно безэмоциональным голосом.

— Что вы со мной делаете? — попробовала зайти с другой стороны.

— Это тоже неважно, скоро ты все забудешь.

— Тогда зачем вы сейчас пришли? — добавив голосу громкости, старалась не выдавать волнения и надеялась на то, что хотя бы на один вопрос он ответит.

Похититель молча подошел к стене возле кровати, нажал на неприметную панель, после чего из нее выдвинулась полочка со стопкой одежды и странного вида ботинками.

— Надевай.

Послушно подошла к одежде, чтобы осмотреть ее. Взяла в руки темно-зеленый комбинезон и неуверенно посмотрела на похитителя.

— Может, вы выйдите или хотя бы отвернетесь?

— Нет, — он даже глазом не моргнул.

Вздохнув, повернулась к нему спиной и стала натягивать комбинезон прямо на шорты. Потом всунула босые ноги в ботинки, после чего заклепки сами собой застегнулись, а размер обуви отрегулировался, подстроившись под мои стопы.

В новой одежде было очень удобно, она не сковывала движений и приятно прилегала к телу.

— Следуй за мной, — мужчина вышел из камеры, уверенный в том, что я не ослушаюсь.

Решила так и сделать. Раз уж умереть не получилось, значит, буду пытаться другим способом уберечь Снежу от похищения. Для этого придется вести себя тихо и покорно, чтобы узнать, как можно больше информации, может удаться сбежать.

Задумав побег, я даже не подозревала, как сильно заблуждаюсь.

Едва поспевая за черноглазым, на ходу пыталась подобрать правильные слова, чтобы спросить, как к нему обращаться. Узнав его имя, будет легче втереться в доверие и усыпить бдительность. Хочется на это надеяться.

В какой-то момент в сознании что-то перемкнуло, и я перестала бояться за себя. Смерть больше не пугала. Не знаю, что это было. Но теперь казалось, что погибнуть во время опытов или от рук инопланетных существ будет самым лучшим вариантом. А если меня не собираются отправлять на тот свет, тогда придется изворачиваться и приспосабливаться. И биться мое сердце заставляли только мысли о дочери. Я любым возможным и невозможным способом сделаю все, чтобы обезопасить ее. Материнская любовь даст мне силы справиться.

— Простите! — ускорив шаг, постаралась поравняться с ним, широкий коридор позволял идти рядом. — Как к вам можно обращаться?

— Скоро все объясню, — бросил он коротко, даже не взглянув в мою сторону.

Мы быстро шли по длинным коридорам, каждый раз сворачивая на развилках то налево, то направо. На пути часто попадались двери, я даже пыталась сосчитать их, но сбилась, когда одна из них открылась. Двое мужчин, вышедших нам на встречу, показались похожими друг на друга как две капли воды. Они даже одеты были в одинаковые серые комбинезоны. Нелюди подождали, когда мы пройдем мимо, и только потом отправились по своим делам.

Все, кто дальше встречался на пути, вели себя точно так же. И были они как на подбор. Только цвет кожи варьировался от едва заметного голубого до синюшного. Ну, комплекция иногда тоже различалась. А черты лица, бесцветные волосы и черные глаза были неразличимы, словно у инкубаторских. Единственный, кто кардинально от всех отличался, это был мой сопровождающий.

Свернув в очередное ответвление коридора, мы остановились у двери. Мужчина провел рукой у считывающего устройства, и нам открылся путь на улицу.

Я обрадовалась возможности хотя бы приблизительно определить, где нахожусь.

Как начала радоваться, так и перестала, потому что поняла — чтобы попасть домой мне необходимо совершить невозможное. А если не получится, придется остаться тут навсегда.

Глава 4

На небе сияло двойное солнце и беспощадно пекло, нагревая наши неприкрытые головы.

Обливаясь потом и едва не задыхаясь, я бежала из последних сил. Крепко сжав челюсть, не позволяла себе даже мысли о передышке. Я просто не могла потерпеть поражение, ведь наградой за победу будет частичная свобода.

На взлетной площадке размером в два футбольных поля, собрали всех подопытных. Среди них я была единственной женщиной. Нас заставили бежать двадцать кругов, пообещав тому, кто финиширует первый, свободный доступ в некоторые отсеки подземной лаборатории. Для мужчин этот стимул, может, и был не ахти какой, а для меня — это шанс.

Сначала тридцать человек бодро бежали, пытаясь обогнать друг друга. Через несколько кругов энтузиазм поубавился, а потом мужчины начали падать один за другим. К обессиленным людям тут же подлетали два небольших робота — сферы с руками манипуляторами, сканировали пострадавших и под руки волоком утаскивали. С каждым кругом выбывших из гонки становилось больше.

Не понимая, откуда берутся силы, я продолжала бежать до тех пор, пока не осталась последней. И все же осилить двадцать кругов не смогла и даже сама не поняла, как ноги подкосились. Я упала на твердую поверхность, содрав в кровь кожу на ладонях и лице.

Голова закружилась, стало трудно дышать. Встать не смогла, с трудом перевернулась на спину. В попытке сделать вдох, рот непроизвольно открывался как у рыбы на суше. Да и под палящим солнцем чувствовала я себя точно так же.

Переутомление взяло свое, и я на время отключилась.

Пришла в себя уже на койке в лаборатории, подключенная к датчикам и системе капельного вливания.

Рядом с кроватью стоял лаборант и что-то внимательно изучал на тонком сенсорном планшете. Закрыла глаза, пока он не заметил моего пробуждения.

Лежать в таком положении скоро надоело, и я хотела уже встать, когда в палату кто-то вошел. По безжизненному голосу узнала единственного брюнета.

— Доложите о состоянии.

— Образец два пять семь в удовлетворительном состоянии. Пятеро подопытных скончались. Остальные в норме. Следующая нагрузка через два цикла, — отчеканил ученый.

— Продолжайте отбор. Следующую нагрузку через цикл. Верховный совет требует результатов, — его команда отдавала сталью и осталась для меня непонятной.

— Но, командующий, в таком темпе мы можем потерять большую часть образцов, а к завершающему этапу дойдут только единицы, — в отличие от меня ученый все понял и даже осмелился возразить.

— Мне нужен всего один, самый лучший. Возражения не принимаются.

На этом разговор закончился. Командующий ушел.

— И куда так торопиться. Итак время упущено. На цикл раньше, на цикл позже, роли никакой не сыграет, — пробормотал лаборант.

Дверь снова зашипела. Решила, что у нас опять гости, но тишина говорила об обратном.

Приоткрыла глаза, действительно, никого нет.

Вынув из вены эластичную, полимерную иглу и отцепив от висков электроды, попыталась выйти. Автоматические двери ни в какую не хотели меня выпускать, как бы я не танцевала перед ними: «Хоть лбом бейся – бесполезно!»

Плюнув на бессмысленную затею, села на кровать. И как по заказу ученый вернулся, будто наблюдал за мной, хотя, возможно, так оно и было.

— Поразительная скорость регенерации! — сходу заявил он. В глазах блестел неподдельный интерес.

«Ну, хоть кто-то среди них может проявлять эмоции».

— Подскажите, пожалуйста, мне еще долго тут сидеть? — вежливо улыбнулась, притворившись паинькой.

— Нет. Я сделаю пару тестов, и тебя проводят в твою камеру, — инопланетянин улыбнулся в ответ.

Не так уж и сильно они от нас отличаются. Да и не страшные вовсе, просто непонятные. А человек испокон веков боялся всего неизведанного.

— В камеру? Я в тюрьме? За что? — наивно захлопала глазками и попыталась выдавить слезу.

— Как же сложно работать с женщинами! Всегда приходиться учитывать вашу излишнюю эмоциональность на фоне гормональных особенностей, — вздохнул ученый, будто на самом деле часто встречался с женскими истериками. — Вовсе нет. Тебя держат в камере для безопасности. В незнакомой среде ты можешь себе навредить. Но как только освоишься и пройдешь курс адаптации, непременно получишь свободный доступ во многие отсеки лаборатории, а после подготовки вообще покинешь эту планету.

Полученная информация очень обрадовала, и я чуть не подпрыгнула на месте, но вовремя себя осадила.

— А как к вам можно обращаться?

— Доктор Шивари будет достаточно, — он взял планшет. — Так и укажем: объект идет на контакт; скорость восстановления на десять процентов выше нормы; предполагаемый срок адаптации – десять циклов. Замечательно! Командующий будет доволен, — Шивари так и светился от счастья, только я не понимала, радоваться вместе с ним или наоборот.

— Позвольте еще поинтересоваться? Как можно обращаться к командующему? — не смогла сдержать любопытства. Интересно, как зовут эту бесчувственную машину.

— Оу, думаю, ему не понравится, если вы обратитесь к нему. Не любит он общаться с землянами, — ученый обломал мои надежды.

— А вы часто сталкиваетесь с землянами? — я затаила дыхание. Возможно, это запретная тема, и мне не положено знать ее.

— Да постоянно. На протяжении двадцати периодов, — Шивари подошел к манипуляционному столику и, повернувшись ко мне спиной, с чем-то возился.

— А вам можно об этом рассказывать?

— Почему нет? Не думаю, что это повредит процессу. Просто до тебя никто не интересовался. Правда, с женщинами я ни разу не работал по этой программе. Им обычно сразу стирают память и личностные особенности для лучшей адаптации и снижения стрессовой нагрузки. Так им легче освоиться в новых условиях жизни и выполнить поставленные цели, — ученый меня конкретно озадачил.

Фантазия услужливо предоставила несколько вариантов, для каких целей нужны землянки более развитой цивилизации. И эти варианты были из ряда вон неприличные. Не смогла я поверить, что им нужна женская раб сила. На эту роль больше подходят мужчины и роботы. Но спрашивать в открытую не рискнула.

— Что ж, как бы я ни хотел продолжить нашу занятную беседу, а работать надо, — Шивари повернулся ко мне со шприцом в руках. — Пару инъекций, и на сегодня ты от меня свободна, — он, не спросив, взял мою руку и сделал болезненный укол в плечо, затем еще один в другую руку.

— Может, все-таки скажите, как обращаться к командующему? А я обещаю, что никогда не буду устраивать вам женских истерик, — я не сдержалась и все же сморщилась от боли в мышцах.

— Договорились, только не вздумай с ним разговаривать, если не хочешь неприятностей, — согласно кивнула в ответ. — Командующий Гора. А теперь можешь идти, тебя уже ждут.

В коридоре меня встретил молчаливый гуманоид. Его униформа говорила о том, что это не просто лаборант, а самый настоящий солдат. В таком же костюме я в первый раз увидела командующего. Только этот вариант был более легким и без шлема.

От одного взгляда на его высокий рост, внушительную мышечную массу и широкие плечи стало страшно: «Это чем же их тут кормят? А я уже и не помню, когда последний раз ела, и сколько времени прошло с момента похищения!»

На душе как-то разом стало тоскливо, будто до этого мои эмоции блокировали тяжелыми антидепрессантами. «Как там Снежа и Максим? Мама, папа?» - по щеке непроизвольно скатилась одинокая слеза, и глаза моментально высохли. Я даже не успела удивиться, как вновь переключила внимание на маршрут до камеры.

Может, это и к лучшему. Сейчас не время и не место, чтобы отвлекаться на душевные страдания. Холодный рассудок и ясные мысли сейчас как нельзя были кстати.

Моя камера временного содержания: «Прям, как в СИЗО или КПЗ!» - оказалась неподалеку. Я сначала решила, что это другая, но внутри обстановка была такая же, как и в первый раз.

«Хотя… нет! Двери!»

Обнаружив новые детали интерьера, осторожно заглянула за первую дверь и обнаружила маленькую коморку два на два. Все те же белые стены, яркое освещение, а на полу подобие слива. Решила, что это душевая кабина.

Быстро разделась, сложила одежду аккуратной стопкой на пол возле двери и пошла разбираться, как пользоваться местным аналогом душа.

Искать, как включать воду, не пришлось. Стоило мне встать по центру кабинки, она сама полилась на меня со всех сторон одновременно. От неожиданности непроизвольно вздрогнула, но потом быстро сообразила, что к чему.

После теплой воды, пошли струи мелкой пены, а потом вновь теплая вода. Я только и успевала натираться. Вся процедура заняла не больше трех минут. Ну, а напоследок были теплые струи воздуха, которые высушили меня моментально.

Смыв грязь после изнурительной пробежки, я вышла из душа и не нашла свои грязные вещи, зато на кровати лежал чистый комплект нижнего белья, точно такой же, что был до этого. А рядом с кроватью из стены вдвинулся столик. На нем стояла металлическая миска, стакан воды и ложка.

Поспешила надеть белье, не хватало еще, чтобы за мной подглядывали. Потом заглянула в миску.

«Что это за гадость?» - осторожно поддела ложкой непонятную жижу болотного цвета и понюхала, а потом и лизнула: ни запаха, ни цвета. «Это вообще можно есть?»

Закрались подозрения, что в эту баланду могут быть подмешаны какие-нибудь препараты. Отставила странную мерзость в сторону и посмотрела на воду. Аппетита и жажды не было, поэтом решила не экспериментировать и легла на кровать.

Но стоило мне это сделать, как белое освещение сменилось раздражающим красным мерцанием и противным пищащим звуком.

— Образец два пять семи, немедленно завершите прием пищи! — раздался голос командующего непонятно откуда.

Не знаю, какая сила заставила меня впихнуть в себя непонятную субстанцию, но я это сделала под красную цветомузыку. Ощущения были такими, будто ешь картон, а вот вода оказалась самой обычной.

Когда миска и стакан опустели, издевательства над моими органами чувств мгновенно прекратились.

— А теперь отбой, — пожелал спокойной ночи все тот же нелюдь.

Свет погас, и меня окутала непроглядная тьма. Ничего не оставалось, как выполнить приказ. Стоило телу принять горизонтальное положение, глаза сами собой закрылись, а мозг отключился. Но в подсознании успел промелькнуть страх превратиться в покорного раба.

Глава 5

Три миллиона лет до нашей эры

Звездная система Альфа Центавра. Система звезды Плеяды. Планета Хирон.

Собрание верховного совета

— Прошу тишины! Уважаемые альтавры, возьмите себя в руки! — Верховный советник Анум повысил голос. — Я понимаю, ситуация критическая. Но не время для паники! Необходимо решить, сколько экспедиций мы сможем отправить в глубокий космос в случае провала первого плана, — Анум передал слово министру наук, и устало потер переносицу.

— Коллеги, мы в безвыходном положении. Рождаемость снизилась до десяти альтавров один раз в двадцать периодов Плеяды. Это недопустимо, к тому же из десяти новорожденных только одна девочка. Я думаю никому из вас не надо объяснять, чем это грозит, — министр наук Набу окинул присутствующих суровым взглядом черных глаз.

— Позвольте возразить, министр Набу, — министр космической обороны Нингирсу медленно встал из-за стола. — Я считаю, что нецелесообразно тратить драгоценные ресурсы на сомнительный проект. Вы ведь не можете гарантировать на сто процентов его положительный результат. К тому же война закончена, мы победили. И я не вижу ничего страшного в том, что рождаемость снизилась.

— Вы не правы, — уголок рта ученого нервно дернулся. — Победа далась нам большой ценой. Вы, как никто другой, должны это понимать. Наше население сократилось вдвое. Моя группа ученых провела анализ, их выводы не утешительны. Через сто периодов прирост населения составит ноль процентов. Так что ваши возмущения сейчас неуместны.

— Это ваша вина. Это все ваша генная инженерия и эксперименты! — в очередной раз с полуоборота разъярился вспыльчивый Нингирсу.

— Генная инженерия подарила нам вечную жизнь, и мы смогли выиграть войну благодаря усовершенствованным солдатам. К сожалению, бессмертие не спасает от смертельных травм. И если не найти выхода из сложившейся ситуации, нас может постигнуть страшная участь исчезновения, — Набу еще долго говорил и убеждал совет в необходимости отправить несколько научных экспедиций в неисследованный космос. Им полностью завладела идея найти схожую разумную жизнь и использовать ее в качестве донора.

Многие члены совета были против неслыханного расточительства, к тому же длительная война истощила ресурсы планеты, и было необходимо все восстанавливать. Поэтому совет принял решение не тратить время и средства на сомнительные мероприятия.

Но министр Набу не стал мириться с недальновидностью коллег. Он считал, что их глупость может привести к краху цивилизации. Тайно собрав единомышленников, ученому удалось организовать экспедицию за свой счет.

Снарядив большой космический корабль – лабораторию и небольшую группу сопровождения из пяти военных крейсеров, заговорщики отправили десять лучших ученных альтавров в неизведанные глубины космоса к самой ближайшей неисследованной галактике Млечный путь.

По мнению министра наук, в одной из солнечных систем могла находиться молодая цивилизация разумных существ, оставалось надеяться на то, что они хотя бы немного схожи с жителями Альфа Центавра.

Наши дни. Безымянная планета – полигон. Солнечная система Плеяды.

Пробуждение было не самым приятным. Я буквально подскочила с кровати от громкого свиста: «Ну и будильник тут! Я быстрее умру от инфаркта, чем от непонятных опытов!»

Механический голос из невидимого громкоговорителя сообщил о том, что у меня десять минут на гигиенические процедуры и прием пищи.

Не знаю почему, но желание спорить или не подчиниться, не возникло. Я покорно приняла душ, съела зеленую бурду и выпила стакан чистой воды. Затем нашла на стене панель, выдвинула полку с униформой и вышла в коридор на построение.

По соседству с моей камерой была еще одна. Из нее вышло двадцать четыре мужчины, узнала в них товарищей по несчастью. Пока смотрела на ровный строй, в который они встали по стойке смирно, мне стало обидно от того, что их держат вместе, а меня отдельно. Эта мысль немного разбудила мозг от странной апатии и нехарактерной для меня покорности.

Я будто по-другому взглянула на мир. Мужчины стояли прямо, не двигались, смотрели перед собой отсутствующим взглядом и казались бездушными машинами.

Стало страшно потерять себя и превратиться во что-то подобное, поэтому я заставила себя думать, анализировать и постоянно прокручивать, словно кадры из фильма, моменты из прошлой жизни, лица близких и родных людей, момент похищения и то, как собираюсь отсюда выбираться. А самое главное то, как обниму Снежанну.

От мыслей о доме на глазах навернулись слезы. И все бы ничего, но в этом момент, командующий Гора прошелся вдоль ровного ряда невольников и остановился напротив меня.

Мне хватило ума изобразить отсутствующий взгляд и уставиться прямо перед собой, но одинокая слеза все же скатилась по щеке.

Я понимала, что нас чем-то пичкают, чтобы сделать покорными и даже страшно представить, что будет, если Гора поймет, что на меня их препараты не действуют: «Надеюсь, что не действуют!»

Командующий окинул меня пристальным взглядом, но, ничего не сказав, вернулся в начало строя. Затем нас вывели на улицу.

Встав в три шеренги: первая в пять человек и две по десять, мы слушали проникновенную речь коменданта Эннуги. Имена иноземных существ казалась совершенно дикими, они резали слух, а произнести их даже мысленно, язык не поворачивался.

— Люди! — громко обратил на себя внимание комендант в броне и прозрачном шлеме. Хотя этого и не требовалось, все итак стояли и не сводили с него глаз. — Вам выпала великая честь - служить одной из древнейших рас, именуемой альтавры. Благодаря нашим научным и техническим достижениям, вы станете физически сильными и выносливыми. Вы больше никогда не будете болеть, чувствовать боль и усталость. Цените оказанное вам доверие и те блага, что достанутся вам после завершения обучения, — он сделал паузу, чтобы сказанное дошло до людей.

Все стояли молча, лица мужчин не выражали абсолютно никаких эмоций. Даже не знаю, слышат они коменданта или нет.

— Не каждый низший, получает такую возможность. Теперь вы будите жить по строгому режиму, — нелюдь, заложив руки за спину, ходил вдоль рядов. — А теперь направо, бегом марш, вокруг взлетной площадки, двадцать кругов.

Следуя примеру товарищей, я побежала легкой трусцой.

Площадка была просто огромной, и мне казалось, что двадцать кругов - это не реальная задача.

Эннуги куда–то ушел, оставив нас выполнять приказ. Подумала, что это глупо с его стороны бросать пленных без присмотра, но, подняв голову вверх, заметила небольшие летающие сферы. За нами следили на расстоянии.

Первые десять кругов, на удивление, оказалось легко преодолеть. Я мысленно отсчитывала оставшиеся круги, ориентируясь на звездолеты, которые стояли с краю взлетной площадки. На пятнадцатом мужчины стали замедляться, а я, не чувствуя усталости, опередила их и вырвалась вперед.

Когда закончила, мои товарищи по несчастью бежали только семнадцатый круг, а я, не зная, чем заняться, села в тени, одной из летающих машин и стала разглядывать местный ландшафт.

Возможно, эта планета не заселена, или мы находимся в глухой местности. Вокруг асфальтированного пространства, пустынные степи, уходящие за горизонт, желтая трава, сохнет под палящими светилами и ничего яркого, за, что мог бы зацепиться взгляд, только небольшой металлический короб с дверьми, ведущими в подземную лабораторию.

«Интересно, это какая-то военная база, или они все живут под землей?» - не успела, как следует поразмышлять над этим вопросом, потому что ко мне подошел комендант.

Не знаю, почему все альтавры кроме командующего выходили на поверхность в скафандрах и прозрачных шлемах, а люди были в обычной униформе: «Наверное, они не могут дышать местным воздухом? Но Гора выходит без защиты!»

Я запуталась в догадках. Из всех альтавров командующий был единственным брюнетом и с относительно нормальным цветом кожи, это могло быть причиной его возможности свободно выходить на поверхность.

— Образец два пять семь, почему не выполняешь поставленную задачу? — комендант громко гаркнул, сверкая злыми глазами.

— Я выполнила ее! — нехотя встала.

— Знаю. Но команды отдыхать не было! Еще десять кругов! – Эннуги указал рукой в сторону бегунов. — Остальным отдыхать.

Я не стала спорить и побежала. Тело ни сколько не устало, наталкивая на мысли о том, что время, проведенное в лаборатории, не прошло даром. Такие способности не могли появиться сами собой.

«Но почему тогда в отличие от меня мужчины устали?» - пробегая мимо, заметила, как тяжело они дышали, и пот, мелкими бусинками, блестел на лбах, дав понять, что пробежка далась им нелегко.

А для меня дополнительные круги показались развлечением, подарив возможность без помех обдумать все обстоятельства пребывания на инопланетной базе.

Во-первых, я жива и скорее всего не умру насильственной смертью. Во-вторых, нас приняли на службу какой-то высшей расе, чтобы это не значило, но это дает призрачный шанс на побег.

За размышлениями не заметила, как десять кругов быстро закончились.

— Всем строится! — комендант стоял, заложив руки за спину, и внимательно разглядывал новобранцев. — Теперь, каждое утро будет начинаться с пробежки, затем прием пищи, после этого силовые нагрузки, снова прием пищи, потом изучение техники и практики рукопашного боя, вечерний прием пищи, гигиенические процедуры и отбой. Один раз в неделю осмотр в лабораторном блоке.

После утренней пробежки нас действительно отвели в столовую. Она представляла собой просторное помещение с длинными рядами столов, на десять мест каждый. Они были странного вида, больше похожие на металлические коробы с выемками для ног. Вдоль столов стояли скамейки из того же металла.

По команде наша группа зашла и заняла место за первыми двумя столами. Сев с краю, я с удивлением наблюдала, как за нами заходили люди в оранжевых костюмах. Когда они проходили мимо, заметила, как некоторые бросают завистливее взгляды в нашу сторону. Удивилась и не смогла понять, что в нашем положении могло вызвать такую реакцию.

После того как последнее свободное место было занято, раздался сигнал, и в столе напротив каждого человека появились отверстия, из которых выдвинулись подставки.

На каждой из них стояла миска болотной жижи, стакан воды и ложка.

Не обращая ни на кого внимания, быстро проглотила эту гадость и выпила воду. Сейчас бы с удовольствием съела большой кусок жареного мяса и хрустящую корочку свежего хлеба.

После завтрака нас увели в подобие тренажерного зала, и заставили качать мышцы — ничего интересного и примечательного, потом опять была зеленая каша и вода.

А вот занятие по рукопашному бою мне понравились, точнее, там было гораздо интересней. В этот раз нами занимался командующий.

Сначала нас отвели в лабораторию, где сделали кучу инъекций с непонятными препаратами. Уколы были довольно болезненными, но с каждым разом становилось все легче их переносить.

Как-то попробовала спросить, для чего нужна эта процедура, но мне ничего не ответили. Полностью проигнорировав мой вопрос, лаборант продолжил свою работу.

Вообще, нам мало что рассказывали, не знаю почему, может, считали, что для будущих солдат неважно было разбираться в происходящем. Но все выглядело пугающе.

После инъекций мы шли в зал с тренажерами, где делали разминку, и только после этого начинались занятия по рукопашному бою.

На удивление, все запоминалось легко, даже получалось повторить изученные приемы.

— Ваша задача запомнить и повторить, — пояснял командующий, проходя вдоль ряда будущих солдат. — На данном этапе нет надобности, вкладывать в удар силу. Наблюдаете за мной, запоминаете, а потом отрабатываете до автоматизма.

Не знаю почему, но для демонстрации приемов он выбрал меня. Сначала его близость смущала и нервировала, а потом я втянулась, и мне даже стало нравиться.

Временами, казалось, что Гора странно смотрит на меня, как мужчина на женщину. Но я каждый раз отгоняла эту мысль, говоря себе, что это все от стресса. Хотя назвать стрессом мое нынешнее состояние было очень сложно — самочувствие на высоте, особенно физическое. Депрессии тоже нет, я, конечно, тосковала по семье, в особенности по дочке, но это где-то глубоко, как будто все отодвинулось на задний план.

Поведение светлокожего альтавра можно объяснить отсутствием на базе женщин, хотя в столовой я видела пару землянок в оранжевых комбинезонах, но в остальное время их было не видно. А вот женщин инопланетянок, я ни разу не видела, только мужчины двухметрового роста.

После занятий с командующим мы шли на ужин, затем нас отводили в камеры – меня в одиночную, мужчин в общую. Дальше по строгому графику шли гигиенические процедуры и отбой.

Через две недели привыкла к такому режиму, отчего стало казаться, будто я всегда так жила.

Поначалу, пыталась собрать информацию о существах, которые нас похитили, и о месте, куда мы попали. Но ничего не удалось узнать больше того, что нам уже сказали.

Через месяц такой жизни, я начала терять себя, может, все дело было в препаратах, которыми нас пичкали, может, в самом месте и режиме жизни, сложно сказать. Я практически перестала думать даже перед сном, что совсем на меня не походило. Ведь перед сном, когда появлялось свободное время, мне в голову всегда лезли разные мысли. Но их больше не было, точнее, я мгновенно засыпала, стоило голове коснуться подушки, как по команде. Даже снов не видела.

Глава 6

Сегодня ночью первый раз за все время мне приснилась дочка. Я смотрела на нее, как будто из зеркала, она звала меня, а я стучала кулаком по стеклу и кричала: «Я здесь! Я слышу тебя». Но Снежа все время проходила мимо, не замечая меня. В очередной раз, подойдя к зеркалу, она, наконец-то, остановила взгляд на мне.

— Мама, ты забыла меня! — обиженно прошептала дочка и заплакала.

Я проснулась от собственного крика. Сидя на постели, поняла, что, действительно, начала забывать семью.

С этой ночи все изменилось. Я стала каждую минуту думать о родных. Вспоминала все хорошее и плохое, что было в моей жизни, начиная с самого детства. Особенно часто вспоминала свадьбу, беременность и роды. Как в первый раз увидела Снежу, первые ее зубки, первые шаги, первый смех и первое слово. Старалась вспомнить каждую мелочь, каждую деталь.

Это стало помогать, и я вновь начала мыслить. Заметила, что мужчины, находящиеся со мной в одной группе, походили на марионеток. Все действия они выполняли на автомате с отсутствующим видом. В столовой обратила внимание на другие группы людей, но с ними в этом плане было все в порядке, они даже умудрялись переговариваться между собой.

На пробежке и занятиях решила не выделяться и старалась изобразить отсутствующий вид и безразличие к происходящему.

Изображать покорную и безразличную ко всем куклу оказалось довольно сложно, и я едва не выдала себя. Во время демонстрации приемов рукопашного боя случайно встретилась взглядом с командующим. Быстро опустив глаза, постаралась скрыть испуг. Но не смогла удержаться и до окончания занятия пару раз исподтишка пыталась за ним наблюдать, но снова натыкалась на пристальный взгляд черных глаз.

«Похоже, я попалась! Плохая из меня актриса».

До самого отбоя ничего не происходило. Казалось, что все обойдется, и Гора не придал значения моему осознанному взгляду.

И все-таки это случилось, когда я пошла мыться.

Я уже закончила вечерний туалет и на выходе из душевой кабинки наткнулась на командующего. Растерявшись, кое-как прикрыла наготу руками.

— Значит, мне не показалось, — он задумчиво смотрел на меня.

— Вы… вы о чем?!

— На тебя не действуют адаптирующие сыворотки, точнее действуют, но не так, как надо, — он обвел мое тело нечитаемым взглядом. — Если б действовали, то тебе сейчас было бы все равно, что я смотрю на тебя. Одевайся, — и стоит, смотрит.

— А, может, вы выйдите?

— Нет, — даже не шелохнулся.

— Что значит нет? — возмутилась. Раз меня раскрыли, смысл дальше притворятся овечкой. — Выйдите, я не буду при вас одеваться!

— Тогда пойдешь голой. Мне без разницы, поверь, — и ведь ни один мускул не дрогнул на лице. Только глаза подозрительно заблестели.

Не придумав ничего лучше, попыталась вытолкнуть командующего альтавра правой рукой, прикрыв грудь левой: «Откуда только взялась такая смелость?»

Но не успела даже коснуться его, он перехватил мою руку, а потом взял вторую и разогнул ее так, что все мои прелести оказались на виду. Потом подтянул к себе и приподнял над полом до уровня своего лица.

— Образец два пять семь, очень опрометчивый поступок с твоей стороны, — казалось, что на его лице появились эмоции, вот только понять их я не смогла.

— Меня зовут Ира, – зло выплюнула. — Отпусти, немедленно!

Он поставил меня на пол, потом развернулся и, не сказав и слова, покинул камеру.

«И что это сейчас было!?» - пребывая в полном замешательстве, поспешила натянуть нижнее белье, легла на кровать и облегченно вздохнула.

«Может, все обойдется?»

В ожидании возвращения Гора я долго не могла уснуть. Все казалось, что сейчас ко мне ворвется толпа гуманоидов и, скрутив в бараний рог, уволокут в лабораторию на опыты.

Потом мысли плавно вернулись к семье, заставив слезы течь по щекам, словно полноводные реки. Их было так много, что подушка и постельное белье насквозь промокли.

А когда плакать уже не хотелось, я все равно не смогла остановиться, как будто у крана сорвало резьбу, а сантехник долго не идет, и беспомощная женщина не знает, что делать.

Не в силах понять, почему так происходит, я начала паниковать. Встать с кровати не рискнула, чтобы не привлекать внимания невидимых наблюдателей, но слегка приподняться все же пришлось. Кисло-горькие слезы затекали в нос, усилилось слюноотделение, и я испугалась, что сейчас захлебнусь. Свесилась с кровати лицом вниз, позволив странной жидкости свободно стекать на пол. Необъяснимое состояние продолжалось долго, но потом поток постепенно уменьшился и совсем прекратился.

И только после этого я поняла то, что мой разум прояснился. Как будто с глаз спала пелена, показав мне истинное положение дел. С горько-кислыми слезами и слюной вышли препараты, превращавшие меня в бездушную машину.

Потрясенная и морально истощенная, я откинулась на мокрую подушку и провалилась в беспокойный сон.

А утром меня ждал очередной сюрприз.

— Ты проспала подъем, — надо мной возвышался командующий.

Я подскочила, словно ужаленная, и хотела уже надеть униформу, но Гора припечатал мне обратно к постели.

— Успокойся, — на его лице промелькнуло человеческое сочувствие. «А нет, показалось» - я тряхнула головой, согнав наваждение. Альтавр снова стал холодным и отстраненным, точно робот. — Не бойся, мне нужно с тобой кое-что обсудить, — эта фраза меня ошарашила.

— С чего это вдруг не бояться? — недоверчиво посмотрела на него, теряясь в догадках.

— То, что ты реагируешь на препараты адаптации не так, как надо, останется нашим маленьким секретом.

— Зачем вам это надо? — мне не верилось, что он это чисто из альтруистических побуждений, но в то же время в душе зародилась маленькая надежда.

— Скажем так. У меня свой интерес. Научный, — обломал он надежду на стадии зародыша.

— И что я должна делать, чтобы вы и дальше хранили наш секрет? — как-то странно все это.

— Вести себя аккуратно, чтобы комендант и лаборанты не заподозрили, что все идет не по плану.

— Можно спросить?

— Нет, это не твое дело! — резко и поспешно отказал брюнет.

— Больно надо! — фыркнула, мгновенно рассердившись.

— Принимай гигиенические процедуры. У тебя сегодня индивидуальный режим, образец два пять семь, — он встал с кровати и направился к выходу.

— Меня зовут Ира! — бросила ему в спину.

— Ира, — немного задержавшись на пороге, повторил командующий и вышел, оставив меня в недоумении.

Три тысячи лет до нашей эры. Исследовательская космическая лаборатория «Дильмун» на пути к галактике «Млечный путь»

— Капитан! — штурман Таммуз встал по стойке смирно.

— Говори, — Лугальбанда повернулся лицом к подчиненному, оставив за спиной иллюминатор.

— Разведывательный корвет* вернулся, — штурман сделал паузу, будто не хотел сообщать плохие новости. — Мы потеряли трех членов экипажа, а корвет сильно поврежден, — с каждым словом его голос становился все тише, а потом и вовсе сник.

— Полный доклад в базу данных дредноута**, я сам все посмотрю, и перекачайте память бортового компьютера с разведчика, — выражение лица капитана стало непроницаемым, что говорило о высшей степени недовольства и тревоги.

Подавляющая аура Лугальбанды угнетала Таммуза, причиняя дискомфорт. Он чересчур ретиво поспешил выполнить приказ, чтобы быстрее избавиться от неприятных ощущений.

Капитан развернулся к иллюминатору и продолжил смотреть невидящим взглядом на космическую бездну. Он еще долго стоял словно часовой, а его мысли были за сотни парсеков от капитанского мостика.

Четыре тысячи световых лет пройдено всего за один период Плеяды***, а он, сам Лугальбанда, уже потерял троих альтавров — неслыханный провал. Это недопустимо и необходимо любым способом предотвратить дальнейшие потери. Выход только один — сворачивать экспедицию.

Но все же сомнения не давали принять окончательное решение. С одной стороны на кону будущее альтаврийской цивилизации, а с другой – жизни его команды. Сейчас каждый альтавр на счету. Их осталось катастрофически мало, и он не имеет права рисковать, не имея сто процентной гарантии на успех.

Выйдя из оцепенения, Лугальбанда отправился в кают-компанию просматривать результаты разведки.

Данные собранные разведывательным корветом оказались неоднозначными и вызвали много вопросов и противоречивых чувств.

— Энсаг, обеспечь защищенный канал и свяжи меня с министром Набу, — распорядился капитан и откинулся на спину сидения. Задумавшись, он едва не пропустил момент, когда на мониторе бортового компьютера появилось лицо главного организатора экспедиции.

— Лугаль, не ожидал от тебя новостей так скоро, — Набу перешел на доверительный тон. Несмотря на то, что альтавры предпочитали деловое и холодное общение, капитан дредноута «Дильмун» и министр наук были давними и близкими друзьями. Поэтому Лугальбанда не обратил внимания на панибратский тон.

— Набу, у меня плохие новости, — он скомкано подготовил друга к неприятным известиям. — Вы были правы. В галактике «Млечный Путь» мы обнаружили желтый карлик класса «Г два В». В ее системе восемь планет и две из них класса «М» в зеленой зоне.

— Так разве это плохие новости? — советник счастливо улыбнулся.

— Подожди, сначала дослушай, — осадил его друг. — Есть еще две новости – плохая и хорошая.

— Говори же, не тяни. Иначе я заподозрю тебя в намерении довести мой мозг до стадии распада, — Набу занервничал.

— Четвертая планета заселена развитой и агрессивной цивилизацией. Они еще не вышли в дальний космос, но пределы своей звездной системы достаточно хорошо освоили и могут дать отпор. Эта раса не подходит нам по генотипу.

— А вот это, действительно, неприятно.

— Это еще не все. На третьей планете есть полу-разумная жизнь. Эти существа близки нам, но им не дают развиться представители четвертой планеты. Они организовали там что-то вроде полигона, разводят крупных, хищных животных и добывают природные ресурсы. Наша разведывательная группа была атакована, и три альтавра погибли, — Лугальбанда и Набу некоторое время молчали, тем самым выражая скорбь о безвозвратно потерянных душах.

— Ты же понимаешь, я не могу рисковать. Нам не одолеть их, даже несмотря на то, что мы технически и физически гораздо сильнее и умнее. У них многочисленный звездный флот. Нас просто задавят числом.

— Я тебя понял, — советник на мгновение задумался. — Будь на безопасном расстоянии. У меня есть кое-какие наработки. Нужно время чтобы завершить расчеты, и, возможно, мы сможем все исправить.

— Сколько потребуется ждать?

— Возможно, два периода, возможно, меньше. Не могу сказать точно.

— Хорошо, я буду ждать, но не больше пяти периодов.

— Я постараюсь закончить раньше. Держись, дружище.

Корвет* - самый маленький корабль пятого ранга. Предназначен для охраны и ближнего сопровождения. Благодаря маневренности и скорости часто используется в разведке на малых расстояниях.

Дредноут** - он же «суперлинкор» первого ранга. Один из самых больших космических кораблей. Способен длительное время функционировать автономно. Большие размеры и мощь позволяют транспортировать тяжелую наземную технику, сотни звездолетов пятого и шестого ранга. Оборудован жилыми комплексами, многофункциональной лабораторией и искусственной биосферой (так сказать миниатюрная планета). Так же имеет прочную броню и обладает внушительной боевой мощью.

Один период Плеяды равен ста земным годам***

Наши дни. Безымянная планета – полигон. Солнечная система Плеяды.

С момента моего разоблачения прошла неделя. Теперь все занятия и тренировки у меня проходили индивидуально. Любые контакты с землянами сократили до ноля.

Все мое внимание было приковано к командующему. Он словно специально занял все личное пространство и время, чтобы довести до белого каления. Просто невыносимый гуманоид.

Гора заставлял меня выполнять нереальные упражнения. Все физические нагрузки были на пределе человеческих возможностей. Но каждый раз, когда мне казалось, что я вот-вот замертво упаду от переутомления, непонятно откуда брались силы, чтобы продолжать выполнять зверские приказы.

Как я и обещала сама себе, каждую ночь вспоминала семью. Но в памяти родные лица почему-то выцвели и размылись, как бы я не старалась, все равно не могла четко представить образы родителей и мужа. Что уж говорить о друзьях. Единственным спасением стала доченька. Она каждую ночь являлась ко мне во сне. Снежанна была моим кошмаром – до щемящей боли в душе, но от этого не менее желанным сном. И только благодаря ей я все еще не потеряла себя.

Очередное утро началось так же, как и все предыдущие. Я уже давно сбилась со счета и не представляла, сколько времени прошло: пару недель, месяц, полгода, год, а, может, вообще несколько лет. Я гнала эти мысли, боясь представить, что дома все уже давно меня похоронили.

Умылась, потом позавтракала как обычно зеленой бурдой и в одиночестве. Жаль, конечно, что меня изолировали от группы. А, может, это и к лучшему, я бы не хотела видеть пустые и бесчувственные лица своих земляков. И без этого хватает физиономии командующего.

Он сегодня почему-то задержался. Очень не похоже на пунктуального до тошноты командующего: «Может, они все вымерли? Было бы не плохо».

Мои надежды, конечно же, не оправдались. Гуманоид явился в мрачном расположении духа, испортив в моих глазах свой образ монолитной скалы. «Это ж кем надо быть, чтобы вывести из равновесия Гора?» - неизвестный явно обладал особым талантом.

— Сегодня работаешь с двойной нагрузкой. Комбинезон сними, будет мешать, — буркнул громила и уставился на меня. От него исходили флюиды недовольства, даже можно сказать – бешенства. Не знаю каким образом, но я чувствовала, как в нем клокочет ярость, и она вот-вот выплеснется наружу. В этот момент желательно находиться как можно дальше, иначе мало не покажется. От греха подальше не стала настаивать на том, чтобы он отвернулся. Не хватало стать последней каплей.

Молча сняла униформу, надела спортивные шортики и топ, в которых обычно занималась в малом тренажерном зале.

«Даже глаз не отвел, вуайерист хренов!» - внешне спокойная я мысленно возмущалась и материлась от души.

Пока переодевалась, эмоциональное состояние командующего немного нормализовалось: «Точно маньяк! Насмотрелся и успокоился!» Казалось бы, давно уже должна перестать обращать внимание на его странности, но к такому невозможно привыкнуть, да и не собиралась я делать этого.

Первым делом мы вышли на поверхность. Гора точно коршун наблюдал затем, как я бегаю вокруг посадочной площадки.

Прежние тридцать кругов уже не казались непосильной задачей, я даже умудрялась украдкой разглядывать звездолеты. Уверенна в том, что это именно они. Необычная обтекаемая конструкция и впечатляющие размеры подтверждали мои догадки: «Вот только как в него проникнуть, а потом еще и разобраться в управлении?!»

Когда впервые их увидела, у меня сразу же возникла сумасшедшая идея – угнать звездолет и добраться до Земли. Но я мало того, что не знаю, как заставить его взлететь, так, для начала, даже не представляю, как в него попасть. Ведь ни трапа, ни лестницы, хотя бы веревочной, у него нет. Остается надеяться на то, что меня обучат этому в рамках эксперимента или чем они тут занимаются.

Пока думала, успела пробежать положенную ежедневную норму, но Гора не спешил меня останавливать, лишь махнул рукой, дав знак продолжать пробежку. Добегалась до того, что ноги начали гудеть, икроножные мышцы свело судорогой, и я упала на колени. Только после этого командующий соизволил дать команду на короткий отдых.

А отдыхом у нас назывался поход в лабораторию, куча инъекций, которые я переносила, даже не поморщившись, и быстрый перекус баландой.

В тренажерном зале Гора вновь надо мной издевался до тех пор, пока не довел до изнеможения. И опять куча инъекций, но на этом издевательства не закончились. Меня погнали в большой спортивный зал. Там я зачем-то тягала толстенные канаты из прочного материала, а потом повторяла все приемы рукопашки, которые знала на зубок.

— Теперь устроим спарринг. В этот раз ты должна в удар вложить всю силу, на которую способна, — Гора на полном серьезе принял боевую стойку и приготовился отражать мои удары.

— Какая сила после стольких издевательств? — не выдержала и возмутилась.

— Благодаря усовершенствованию генетического набора твой организм восстанавливается гораздо быстрее. Скоро ты сможешь одолеть практически любого альтавра, — снизошел до пояснения командующий.

— Кто такие альтавры?

— Мы, — на долю секунд его губ коснулась кривая усмешка.

— Но зачем вам существо сильнее альтавров, — в мыслях пронеслась буря эмоций: радость, надежда, сомнение и недоверие. Мне очень хотелось верить в то, что благодаря новым способностям, смогу легко вернуться домой, но здравый смысл подсказывал, что не все так просто, и Гора что-то недоговаривает.

— Хватит болтать, — рявкнул командующий, подтвердив мои подозрения.

«Ну, что ж, сам напросился!»

Я без предупреждения бросилась на него с намерением убить, и то, что он на три головы выше и в четыре раза шире, меня совсем не смущало.

Но как бы я не старалась достать его, он все равно блокировал каждый удар, хоть и слегка пошатывался от отдачи.

— Неплохо! Даже очень хорошо! — от входа раздался ехидный голос коменданта.

Я запаниковала, но быстро взяла себя в руки и встала по стойке смирно, приняв безразличное выражение лица с отсутствующим взглядом.

— Зачем пришел? — командующий был сама невозмутимость, но я все равно уловила в его голосе нотки неприязни.

— Разве тебе отец не сообщил о том, что образец два пять семь переходит под мое руководство? — Эннуги буквально светился от чувства превосходства.

— Сказал, — Гора по-прежнему был спокоен.

— Так почему же ты нарушаешь его волю?

— Официального приказа не было. Пока совет его подпишет и заверит, пройдет три цикла. Вот тогда и приходи, — командующий отвернулся от Эннуги, и тому пришлось уйти.

— Я доложу отцу, и он снимет тебя с должности, — напоследок пригрозил комендант. Гора никак не отреагировал.

А я стояла и понимала, что альтавры открылись для меня с новой стороны. Оказывается, они не так уж и сильно отличаются от нас в моральном плане.

— Образец два пять семь, ты оглохла! — задумавшись, пропустила мимо ушей все, что мне сказали. — На сегодня ты свободна, возвращайся в жилой отсек.

Хотела возмутиться, что до отбоя еще далеко, но вовремя прикусила язык. Не стоит отказываться от возможности отдохнуть.

В камеру меня отвел молчаливый солдат. После того как я вошла, автоматическая дверь закрылась, а чтобы открыть ее, надо было иметь особый доступ: «Жаль, у меня его нет!»

Свободное время, так неожиданно нарисовавшееся, меня совсем не обрадовало. В нынешнем положении сложно придумать себе занятие, да и обстановка совсем не располагающая.

Смыв с себя пыль чужой планеты, надела чистый комбинезон на голое тело, потому что сменное белье еще не появилось. Я вообще не представляла, откуда оно берется, просто каждый раз после ужина, когда я моюсь, кто-то или что-то оставляет его на кровати.

Размышлять над такими мелочами в принципе не хотелось. И что бы там не говорил командующий о быстром восстановлении, а усталость все же взяла свое. Я тупо завалилась спать.

— Ира… — что-то теплое коснулось моей руки. Я вздрогнула и резко открыла глаза.

Передо мной стоял Гора.

— Пойдем, — он протянул руку. Я настолько была шокирована, от чего не сразу сообразила, что мне предлагают взяться за эту здоровенную ладонь.

— Пойдем, говорю! — губы недовольно скривились, окончательно добив меня нереальностью происходящего.

— Это сон, — сказала сама себе, не веря в то, что командующий на самом деле может так себя вести.

— Ты испытываешь мое терпение? — задал он риторический вопрос, схватил меня за руку и стащил с кровати.

Опомнилась я только у выхода на поверхность.

— И куда ты меня тащишь? — окончательно придя в себя, не постеснялась спросить.

— Сейчас сама все увидишь.

Глава 7

«Обалдеть!» - не нашла другого слова, чтобы выразить восхищение чужому ночному небу.

От одного вида дух захватывало и одновременно становилось жутко.

Полнеба заняла планета. Она была настолько близка, что можно было разглядеть огоньки городов и снующие туда-сюда космические корабли размером с горошину. Оставшуюся часть неба усыпали мириады звезд, местами они образовывали яркие скопления, словно россыпь крупных бриллиантов.

Я как дитя малое, задрала голову и с открытым ртом надолго залипла на это фантастическое зрелище.

— Насмотрелась? — Гора дернул меня за руку. — Пойдем.

Продолжая смотреть на небо и спотыкаясь на каждом шагу, я покорно поплелась следом, как овца на закланье. А когда обзор закрыло что-то большое и черное, вздохнула, решив, что звездное представление окончено. Разочарование быстро сменилось новым восторгом, когда я поняла, что это звездолет, и сейчас я окажусь на борту.

Гора отпустил мою руку и поднес свою ладонь к едва приметной считывающей панели. Раздался тихий писк, и в корпусе корабля с шипящим звуком появился вход, а затем и выдвинулся трап.

Моему счастью не было предела. «Сейчас мне покажут, как управлять этой махиной!» - я чуть ли не вприпрыжку поднялась по трапу.

«Мдааа!!! С этим придется повозиться!»

Одно движение руки командующего, и голубой свет разогнал полумрак. В носовой части корабля засветилась сенсорная панель и еще куча непонятных кнопок и рычажков.

— Это межпланетный бриг**. Название говорит само за себя. И он не предназначен для дальних космических странствий, — Гора будто знал, о чем я думаю. — Его система управления настроена индивидуально. Так что угнать его не выйдет. Это на случай, если ты задумала глупости.

«Сегодня прям день неожиданных открытий!» - энтузиазма у меня, конечно, поубавилось, но любопытство никуда не делось.

Альтавр продолжил производить непонятные манипуляции, и из центра потолка выдвинулась металлическая лестница. Он поднялся по ней, открыл люк и скрылся на крыше.

— Чего застыла? — его лицо на мгновенье появилось в овальном проеме.

С трудом заставила себя оторвать взгляд от приборной панели и подняться по лестнице. Желание изучить, как следует каждую кнопку чудо техники, настойчиво требовало вернуться вниз.

Гора уселся на плоскую поверхность корпуса, согнув ноги в коленях и положив на них локти.

«Не верю своим глазам! Что происходит?!» - было очень странно и непривычно наблюдать, как грозный и холоднокровный альтавр любуется пейзажем, который, действительно, был восхитительным, особенно с высоты корабля.

— Садись рядом, я не кусаюсь, — бросил он не глядя.

Не знаю, сколько мы так сидели, но мне надоело молчать. Вопросы настойчиво требовали ответов, и сейчас был самый удачный момент, чтобы задать их, ведь вряд ли такая возможность появится еще раз. Скорее всего это была единовременная акция, и послаблений больше не будет.

— Можно спросить?

— Сейчас, да, — он повернулся ко мне лицом. Звезды и свет планеты отразились в его черных глазах. По моей коже пробежали мурашки, и где-то что-то екнуло.

— Что происходит? — быстро спросила, согнав наваждение. А спросить хотела совсем другое.

— Уже через два цикла мы с тобой больше не увидимся, — ответ был не тот.

— Я имела ввиду, что вы с нами делаете? Зачем похитили? — его слова смутили меня. Что это еще за сантименты? Неужели он привел меня сюда для того, чтобы попрощаться?

«Нееет! Нет же?! Этого не может быть! Да ну, бред какой-то!»

— Вы средство для выживания, — видно было, что эта тема не нравится командующему. Но короткий ответ меня не устроил.

— А что вам мешает выжить без нас? Вы же высокоразвитая, древняя раса, как я поняла. У вас такие технологии и медицина, о которых люди даже мечтать не смеют.

— Да. Все верно. Но за бессмертие пришлось дорого заплатить, — Гора задумчиво помолчал, а я выпала в осадок «Бессмертие? Серьезно!?»

— Тем более! Зачем вам мы, если вы бессмертны? — и, действительно, о каком выживании может быть речь, если ты бессмертен!?

— А затем, что бессмертие не спасает от ран несовместимых с жизнью. Несколько миллионов лет назад по вашему летоисчислению, у нас была война. Погибло много альтавров. Чтобы восполнить потери, ученные вмешались в генетический код, запрограммировав наших женщин на рождение мальчиков. На девочек оставили лишь небольшой процент. Мы одержали победу в войне, все было хорошо, пока не выяснилось, что с каждым периодом процент рожденных девочек снижается.

— Я поняла, к чему ты клонишь. А земные мужчины вам для чего, — многое встало на свои места. Но мне все равно было непонятны некоторые моменты.

— Из них мы готовим солдат. Использовать альтавров в качестве боевой силы – непозволительная роскошь, — командующий разошелся на откровенности и засыпал меня информацией.

— Понятно. Одним словом – пушечное мясо. Ну, а я? Я ведь не мужчина! — на этот вопрос я получила немой ответ. Альтавр категорически отказался раскрывать это секрет.

— Наши вечные враги, в отличие от нас, быстро плодятся. По структуре тела они похожи на ваших слизней или улиток. Они менее развиты, но берут верх своим количеством. Чтобы прокормить быстро растущее население слизням необходимо много ресурсов. Они, словно ваша саранча, поглощают природные ресурсы каждой живой планеты, которую найдут, — альтавр специально сменил тему.

— Неужели вы не можете истребить их полностью?

— Ты просто не понимаешь, о чем говоришь. Нам удается сдерживать их и не подпускать к своим границам, но полностью уничтожить еще ни разу не удавалось.

— Так все-таки, причем тут я? — вернулась к неудобному вопросу. Ведь меня явно не как инкубатор будут использовать.

— Скоро сама все узнаешь. Пора возвращаться, — он неожиданно встал.

«Ну вот! Зачем я настаивала? Теперь вообще больше ничего не узнаю!» - я расстроилась, а потом внезапно схватила его за руку.

— Гора! — альтавр остановился и удивленно посмотрел на меня. — Пожалуйста, верни меня домой! — и так стало жалко себя – хоть плачь.

Черные глаза смотрели на меня долго и задумчиво. Казалось, прошла вечность, прежде чем он заговорил.

— Я попробую, но ничего не обещаю.

Два дня я не видела Гора. Моими тренировками занимался синекожий незнакомый альтавр, но спросить его о командующем я не решилась.

Хорошо, что все сотрудники подземной лаборатории думали, что я как машина, просто исполняю приказы, и до всего остального мне нет никакого дела. Поэтому разговаривали при мне свободно. Оказывается, Гора в ту же ночь улетел на планету Хирон, которую я видела в ночном небе.

На утро третьего дня ко мне явился довольный комендант.

— Образец два пять семь, в расписании изменения. Сейчас ты пойдешь со мной в лабораторию, — Эннуги довольно осклабился, а мне с трудом удалось сдержаться, чтобы не дать реакцию на его противную рожу.

«Жаль, что Гора улетел!» Я успела привыкнуть к его вечной невозмутимости, а эмоции белобрысого коменданта раздражали, и, вообще, этот тип вызывал антипатию.

Внеплановый поход в лабораторию насторожил. И как оказалось, я не зря беспокоилась. После стандартных инъекций в предплечье, мне сделали дополнительный укол в шею.

Тело резко обмякло. Я даже пискнуть не успела, как меня уложили на каталку и куда-то повезли.

Сознание уплывало медленно. Я успела запомнить операционный стол, кучу трубок и проводков, а перед тем как окончательно отключиться, услышала спор Гора и Эннуги****.

— Мы не можем использовать женщину для этих целей! — командующий говорил на повышенных тонах.

— Отец дал разрешение. К тому же она идеально подходит, — в голосе коменданта чувствовалось превосходство. Как будто этих двоих связывает давняя вражда.

— Он ошибается!

— Ты уже попытался его убедить в этом, а теперь отойди в сторону и не мешай! Или землянка для тебя дороже всей альтаврийской цивилизации? Хотя я не удивлюсь, если это так. Весь в свою мамашу.

Я отключилась, не успев дослушать, чем закончится спор.

— Прости.… держись.… ради дочери… — где-то далеко прозвучал голос Гора.

Время – беспристрастное существо, уничтожающее все на своем пути. Бороться с ним бесполезно, остается лишь покориться его беспощадному влиянию и ждать, когда оно заберет твою жизнь. Даже бессмертные альтавры подвластны времени. Оно незаметно влияет на них, медленно и верно сокращая численность альтаврийской цивилизации.

Но что делать, если для тебя время остановилось? Ты - словно слепая зона для него, и так же безразлично наблюдаешь за течением жизни. Все вокруг меняется, но ты остаешься неизменной. Нет ни прошлого, ни настоящего, ни будущего. И если бы не вялые мысли, ты бы превратилась в ничто…

Не знаю, с какой периодичностью я прихожу в сознание, но каждый раз открывая глаза, вижу зеленоватое стекло. Иногда чувствую, что изо рта торчит трубка, а в легкие вместо воздуха проникает жидкость, да и ощущения такие, будто я под водой.

Сквозь мутную толщу можно разглядеть лаборантов в серой униформе. Они проходят мимо и не обращают на меня внимания. Зато Гора часто приходит, подолгу стоит и разглядывает меня. Но до него мне нет абсолютно никакого дела…

Внезапно по телу прошел электрический разряд, а мышцы скрутило болезненной судорогой. Меня сильно тряхнуло, затем было чувство полета, и я оказалась на полу.

Желудок скрутило спазмом, изо рта и носа полилась гелеобразная субстанция. Я еще долго не могла сделать вдох, но почему-то так и не задохнулась.

Когда воздух со свистом начал проникать в легкие, меня подняли под руки и усадили в кресло. Запястья и щиколотки туго зафиксировали массивными браслетами.

— Приступайте к третьему этапу, — я была дезориентирована, но голос доктора Шиварий узнала.

После его команды вокруг закипела работа: последовала серия инъекций в шею, потом мою голову облепили электродами, звучали непонятные слова и распоряжения. Я не понимала что происходит, но боли и страха не было.

— Полная очистка памяти и личности?

— Нет, личностные характеристики оставьте, — я, наконец-то, осознала, что происходит.

Страх забыть Снежу пробрал до мозга костей и заставил действовать. Натужно рыча, освободила правую руку, вырвав с корнем массивный браслет из подлокотника.

— Запускай установку, быстрее!!! — заверещал один из лаборантов.

Оставалось лишь освободить вторую ногу, но я не успела и упала, как подкошенная.

ИДЕТ УСТАНОВКА БАЗЫ ДАННЫХ! ПОДОЖДИТЕ…

Три тысячи лет до нашей эры. Исследовательская космическая лаборатория «Дильмун» галактика «Млечный путь»

— Я не ослышался?! — Лугальбанда пребывал в смятении и недоумении. — Ты же понимаешь, что это большой риск?

— Понимаю. Но новости с последнего кордона неутешительны. Разведка обнаружила большое гнездо доцерусов*, — Набу разделял опасения друга, но обстоятельства сложились не в их пользу. Настало время решительных мер, иначе они рискуют исчезнуть, как вид.

— Но даже если мне удастся захватить контроль над обитаемыми планетами, сбор образцов и внедрение нашего генотипа займет слишком много времени. К тому же нет гарантии, что все пройдет удачно. Это неоправданный риск.

— Ты прав, друг. Но у меня есть сумасшедшая идея, — министр наук довольно улыбнулся. — Я не один десяток периодов занимался исследованием черной дыры в галактике Млечный путь. Так вот, именно эта, имеет свою особенность. Ее горизонт событий вращается против часовой стрелки. Проведя расчеты, я получил ошеломительные результаты.

— Хватит ходить вокруг да около! Ты можешь четко сказать, в чем заключается твоя идея? — Лугальбанда грубо перебил друга, не выдержав утомительных разъяснений.

— Да. Ты должен попасть в прошлое, тогда у нас будет время на все исследования и внедрение генотипа.

— Ты с ума сошел! Это невозможно! Ты хочешь отправить меня на верную смерть? — капитан не поверил своим ушам.

— Это единственный выход. Нам итак пришел конец. Было большой ошибкой недооценивать доцерусов. У нас недостаточно ресурсов для того, чтобы противостоять им, — не дав другу в очередной раз перебить себя, Набу начал быстро объяснять все тонкости путешествия через черную дыру.

— Мои расчеты надежны. Если ты будешь следовать строго разработанной схеме, то все закончится удачно. Необходимо на максимальной скорости войти в зону гравитационного влияния дыры, четко по центру и совершить гипер-прыжок. Я вычислил нужную скорость и точку выхода. Тебе останется только запрограммировать систему навигации дредноута.

— Я никуда не полечу. Если только ты не присоединишься. Это мое последнее слово!

— Хорошо, — ответил советник после короткого раздумья. — Так будет даже лучше.

— Подожди, а как же временной парадокс? Мы ведь своим вмешательством создадим другую ветвь реальности. Альтавры, оставшиеся здесь, все равно погибнут.

— Ты прав. Дай мне немного времени. Я попробую убедить совет, в необходимости всем альтаврам отправится с нами.

Следующий разговор друзей состоялся через тридцать циклов**. Альтаврийский совет не поддержал идею министра наук. Но внезапное нападение врага, которого, как они считали, удалось победить, изменило мнение советников.

Доцерусов было так много, что они мгновенно снесли оборону планеты Хирон. Уцелеть удалось только советникам и небольшой горстке альтавров. Они успели эвакуироваться еще до начала атаки.

Помимо руководящего состава, спасали только самое ценное оборудование, припасы и женщин.

План Набу оказался единственным шансом на спасение.

Доцерусы* - раса разумных, слизней гермафродитов. Из-за репродуктивной особенности обладают высокой скоростью размножения. Устойчивы к неблагоприятным условиям обитания. В еде неприхотливы и способны переваривать даже метал. Их кожные покровы обильно выделяют защитную слизь, которая является высокотоксичной для других существ.

Один цикл равен семидесяти земным часам**.

Межпланетный бриг***— небольшой, легкий корабль. Предназначен для индивидуальных, межпланетных перелетов. В армии не используется.

Имена альтаврийцев не склоняются, и во всех случаях произносится в именительном падеже****

Глава 8

Наши дни. Безымянная планета – полигон. Солнечная система Плеяды.

— Она и есть решение наших проблем?! — Нингирсу с сомнением разглядывал результант работы военной лаборатории. — Неужели человек, действительно, поможет уничтожить доцерусов?

— Так точно, господин советник! Ее организм перенес все модификации генетического кода и усовершенствования опорно-двигательного аппарата. Так же мы активировали восемьдесят процентов возможностей головного мозга и вживили в него контроллеры, — доктор Шивари подробно описал все манипуляции, проведенные над образцом «два пять семь».

— Но она не выглядит опасной, — министр военных дел никак не мог поверить в то, что обычная земная женщина способна превзойти по боевой мощи всю альтаврийскую армию. Даже, несмотря на ее физические отличия от других женщин, используемых для выведения потомства.

Да, ее рост увеличили на несколько сантиметров, но она все равно не дотягивает до среднестатистического альтавра. Да, ее мышцы хорошо развиты и видно как под кожей они перекатываются тугими валиками, но с трудом верится, что она может справиться хотя бы с одним замученным доцерусом.

— Это обманчивое впечатление. Образец два пять семь, режим боевой готовности! — Шивари дал команду и довольно улыбнулся, представив, как сейчас удивится советник.

До этого стоявшая истуканом девушка пришла в движение, ее тело начало стремительно меняться.

Нингирсу заворожено наблюдал за пластичной трансформацией.

— Это же… — удивленно прошептал он и запнулся.

— Да. Это вещество нейтронной звезды, довольно редкое, прочное и невероятно тяжелое, — ученый так и сиял самодовольством.

— Но как? — советник потерял дар речи и не мог подобрать слова, чтобы задать вопросы.

— По счастливой случайности, нам удалось обнаружить микрочастицу после взрыва сверхновой. Путем многолетних опытов мы разжали спрессованные частицы и сформировали из них пластинки толщиной в один нанометр. В итоге мы получили миллиарды микроскопических, высокопрочных чешуек.

— А как вы внедрили этот материал в тело человека?

— Видите на запястьях браслеты? Они вживлены в тело и содержат в себе несколько сотен тысяч наноботов. Такие же браслеты на щиколотках, а на затылке капсула с ботами. Мы снабдили их панцирем из материала нейтронной звезды. Роботы подчиняются подопытной, и при необходимости, формируют защитный каркас на теле. Заметьте, что вес такой брони около пятидесяти килограмм. Так же они укрепляют скелет и имеют высокую пластичность.

— Броня способна выдержать воздействие слизи доцерусов? — пока альтавры разговаривали, женщина полностью трансформировалась и теперь стояла в ожидании дальнейших распоряжений.

— Разрушающее свойство слизи не способно причинить ей никакого вреда, — Шивари не терпелось наконец-то провести испытания непосредственно на ядовитых слизнях.

К сожалению, пленных они никогда не брали, да и держать их у себя было бы верхом безрассудства. Эти мерзкие существа могут выбраться из тюрьмы, сожрав стены из любого материала. По этой причине полностью роботизированные солдаты оказались малоэффективными.

К счастью, генная инженерия творит чудеса. Расшифровав генетический код слизней, ученые смогли наделить людей маломальской устойчивостью к слизи живучих тварей. А в комплексе с биоинженерией из земных мужчин получились отличные солдаты, которых не жалко отправлять в горячие точки. Конечно, они тоже погибают в больших количествах, но Земля стабильно снабжает альтавров новыми воинами.

Шивари долго искал человека способного пережить внедрение новых разработок биоинженерии и никак не ожидал, что им окажется женщина.

— Потрясающе, — Нингирсу не мог оторвать глаз от удивительного творения их рук. — Совершенство. Но что будет, если она выйдет из-под контроля?

— Это исключено. Контроллеры, установленные на головной мозг практически невозможно вывести из строя.

— А если предположить такую возможность, вы предусмотрели способ для экстренной ликвидации? — советник привык просчитывать все возможные ситуации.

— Поймите, ее броня выдержит любые воздействия. Я ее создавал не для того чтобы уничтожать, — Шивари возмутило недоверие министра обороны.

— И все же, будет лучше, если вы придумаете, как ее нейтрализовать в случае необходимости. Это приказ.

— Я вас понял, — ученый недовольно скривился, но возражать не посмел. К тому же Нингирсу прав. — Как бы вы хотели назвать ее? — сменил он неприятную тему.

— Альфа, в честь нашей галактики. Думаю, ей подходит. Через цикл собрание совета. Вы должны присутствовать, проведете демонстрацию и передадите управление Альфой моему сыну.

— Гора сейчас в разведке, но как только он вернется, я проведу все необходимые процедуры.

— А он нам сейчас и не нужен. Я имел в виду Эннуги. Командованием наступательной операцией займется он.

Эта неприятная новость расстроила Шивари. Кандидатура младшего сына министра обороны казалась для него неподходящей. К тому же Эннуги был настолько недалеким и самовлюбленным альтавром, каких еще поискать.

А когда Гора узнает о том, что его сместили, он будет в ярости. Несмотря на то, что этот альтавр обладал крайне редкой способностью самоконтроля, Эннуги мог легко вывести его из себя.

Старший сын министра имел много особенностей. Унаследовав от матери особый состав крови, он мог спокойно дышать длительное время воздухом с содержанием кислорода менее тридцати процентов. Это преимущество ему дала кровь красного цвета, в состав которой входит микроэлемент – железо. У остальных альтавров кровь голубая за счет микроэлемента – меди, она менее активна и хуже связывает кислород. Хотя альтаврийская кровь обладает большими преимуществами в плане регенерации.

С помощью современных медицинских и научных достижений Гора мог изменить состав крови, но он гордо отказался, чем заслужил постоянные насмешки Эннуги.

Шивари надеялся на то, что совет не поддержит выбранную кандидатуру, и Гора возглавит наступление. К тому же будет нечестно отстранять его, не предупредив об этом. Хотя если учесть взаимоотношения с братом, все же лучше промолчать. Сложно предугадать его реакцию и то, как она отразиться на разведывательной операции.

Но ученный никак не мог смириться с тем, что его творение попадет не в те руки. Он и его команда работали над проектом много периодов не для того, чтобы все пошло прахом из-за амбиций незрелого мальчишки. Наверняка он добился разрешения отца обманным путем, а стремление Эннуги быть во всем лучше брата и уязвить его как можно сильнее, может отрицательно сказаться на ходе войны.

Шивари дождался, когда Нингирсу улетит на Хирон и связался с командующим.

— У тебя что-то срочное? — внимательный взгляд Гора уловил тревожную мимику руководителя военной лабораторий.

— Завтра собрание совета, — ученого на мгновение одолело сомнение. — И ваш отец собрался выйти с предложением о назначении Эннуги командующим наступательной операцией, — на одном дыхании сообщил Шивари.

— Спасибо, что предупредил, — лицо командующего мгновенно стало непроницаемо, но если бы ученый заранее знал, чем обернется его поспешное решение, он бы поступил иначе.

Прервав сеанс связи, Гора с трудом сдержал порыв связаться с отцом и предъявить претензии. Вместо этого он довел до конца разведывательную компанию, досконально изучил возможности врага и отчитался о проделанной работе перед министром обороны Хирона.

Только после этого он позволили себе перейти на неформальное общение с отцом и высказать все, что думает по поводу незапланированной рокировки.

— Не хочу ничего слышать, — Нингирсу был настроен категорически. — Совет поддержал мое предложение. Решение принято окончательно.

— Но, отец, Эннуги не готов. Он слишком молод и ставит свои интересы превыше всего, — Гора пылал праведным гневом, но не мог позволить себе показать истинные эмоции отцу.

— А ты? Ты привязался к этой женщине. Эннуги мне все рассказал. Я понимаю, твои чувства. Альфа напомнила тебе мать, и ты пожалел ее, но нельзя поддаваться чувствам, когда идет речь о выживании альтавров.

— Ах, вон оно что! Эннуги, значит, рассказал. Вот только он выставил все так, как ему это выгодно. Ты же знаешь его, — теперь все встало на свои места. — Отец, ты же должен понимать, он не справится.

— Поэтому ты будешь рядом и поможешь ему, — Нингирсу любил старшего сына, но он был не только его гордостью, но еще и болью, напоминанием о слабости перед чувствами.

Когда человеческая женщина родила первенца, советник был счастлив до тех пор, пока ему не показали младенца. Кроме черных глаз у сына ничего не было от альтавров. Но ликвидировать дефектного ребенка у Нингирсу не хватило духа.

Он впервые за много сотен периодов держал в руках частичку себя – своего наследника и не мог вот так просто взять и отказаться от нее. Это было его право - сохранить жизнь сыну. Но видеть каждый день живое воплощение собственной неудачи, оказалось выше сил, поэтому первенца отдали на воспитание матери.

Несмотря на то, что до совершеннолетия Гора находился под влиянием человеческой женщины, из него получился отличный альтавр. Мало кто мог превзойти его в силе и интеллекте. Старший сын заслужил уважение многих высокопоставленных альтавров.

Убедить совет заменить Гора удалость, только доказав его личную заинтересованность и привязанность к Альфе.

Эннуги предоставил запись с наблюдательных дронов, где Гора водит подопытную на прогулку, их разговор тоже был записан.

— Я не буду унижаться перед братом. Он этого и добивался. И ты не заставишь меня, — впервые сын воспротивился воле отца.

— Тогда я снимаю тебя с должности! — вспыльчивый Нингирсу мгновенно пришел в ярость. — Будишь вечно сидеть на полигоне в службе безопасности!

— Как скажешь, — Гора резко развернулся и покинул личный кабинет советника. Охрана, стоявшая на выходе, не посмела его задержать. Стоило только заглянуть в глаза бывшему командующему, сразу же становилось ясно, что лучше не лезть под горячую руку.

Эннуги внутренне ликовал, разглядывая Альфу. Вот он – его шанс доказать всем, что он не хуже человеческого выкормыша, которого и братом-то называть противно!

Он искренне недоумевал, почему отец оставил дефектного сына, мог бы хотя бы сослать куда подальше. Вместо этого он им гордился и поставил на высокую должность, тем самым унизив своего идеального сына, настоящего альтавра.

Но так просто сдаваться Эннуги не собирался, теперь, когда в его руках есть преимущество, он покажет, что таким как Гора не место у власти.

— Кому еще она подчинятся?

— В первую очередь верховному советнику, второй по значимости - ваш отец, а во время наступления она будет непосредственно подчиняться вам, так же вышестоящие могут отменить любой ваш приказ, — Шивари, скрепя сердце, инструктировал Эннуги. Его одолевали сомнения и нехорошие предчувствия.

— А в обычном состоянии она чем занимается? Чем питается?

— Так как мы сохранили ей личностные качества, Альфа довольно любознательная. Она изучает файлы с информацией, которую мы ей не загрузили в базу данных. Особенно любит изучать историю и наш социальный строй. Режим питания такой же, как и был во время подготовки к изменениям. Дополнительное питание необходимо только после применения боевого режима. Но при необходимости она может генерировать энергию от излучения ближайшей звезды.

— Если она израсходует всю энергию и не пополнит ее, то выйдет из строя? Я правильно понял?

— Нет, она просто перейдет в экономный режим, замедлит все процессы и будет использовать остатки энергии только для поддержания основных функций жизнедеятельности. Но такой исход маловероятен. Альфа может использовать излучение звезды, находясь от нее за много тысяч парсеков, хотя на преобразование света в энергию уйдет гораздо больше времени, — о своем творении ученый мог говорить часами. Он до сих пор сам удивлялся, насколько живучее существо им удалось создать. Даже если Альфе не удастся вовремя восполнить дефицит энергии, она может находиться в анабиозе несколько миллионов лет.

Шивари сожалел лишь о том, что такой силой не мог одарить свой народ. Генетические испытания и модификации на альтаврах запрещены уже довольно давно. Возможно в далеком будущем, когда им удастся исправить демографическую ситуацию, он сможет осуществить свою мечту и сделать альтавров неуязвимыми.

— Каким видом оружия она пользуется? — Эннуги не унимался и старался выяснить все досконально.

— Она обладает навыками использования любого известного оружия, но скорее всего оно ей не понадобится, — ученый загадочно улыбнулся. — Дело в том, что у нее несколько видов наноботов. Одни формируют защитную броню, вторые трансформируются в лазерное или плазменное оружие. Так же, благодаря частичкам нейтронной звезды, Альфа может управлять гравитацией, использовать ее точечно или захватывать радиус вокруг себя.

— Потрясающе, вы превзошли самого себя! Жаль, что она не может дать потомства, — новый командующий был готов стать подопытным и попробовать получить наследника отсовершенного создания. Его глаза горели как у мальчишки увидевшего новую интересную игрушку. И делиться с кем-то у него не было совершенно никакого желания.

— Почему же не может? Мы сохранили ей все репродуктивные функции, — Шивари, сам того не желая, подогрел собственнические замашки Эннуги.

Накануне начала масштабных военных действий совет провел контрольное совещание. Было решено нанести превентивный удар, чтобы не дать противнику изменить баланс сил в свою пользу. Никто не хотел рисковать, даже не смотря на очевидное преимущество.

Спустя семьдесят часов космическая армада планеты Хирон, оставив галактику без защиты, выдвинулась в сторону звездной системы, оккупированной доцерусами.

Эти существа давно забыли свою родину и даже примерно не знали, где она когда-то находилась. Они, словно стая саранчи, перелетали от одной планеты к другой, поглощали все ресурсы и оставляли после себя безжизненную пустыню. Разумные слизни разительно отличались от альтавров и людей. Со стороны было сложно назвать их разумными, но наличие развитых технологий говорило об обратном.

Интеллект, невероятно высокая плодовитость, огромная потребность в пище и способность к межзвездным путешествиям сделали из доцерусов космическую чуму. Они не знали ни пощады, ни жалости. Все военнопленные становились закуской, а в голодные годы слабое и болезненное потомство они поглощали без зазрения совести. Да и была ли у них совесть, большой вопрос.

Альтавры предприняли отчаянную попытку выжечь эту заразу раз и навсегда. Им удалось застать врагов врасплох. Это была не война, а натуральная бойня.

Сами альтавры не учувствовали в сражении. Эннуги руководил операцией на безопасном расстоянии, а верховный совет и все население Хирона наблюдали, находясь дома.

Первой волной атаки были снесены все защитные кордоны слизней. Бой быстро перешел на поверхность планеты. Альфа превзошла самые смелые ожидания ученых и буквально сносила все на своем пути. Модифицированные солдаты шли следом и добивали уцелевших, даже не пришлось посылать роботов.

Со стороны альтавров потери были минимальными, хотя это мало кого волновало. Они всегда могут восполнить численность солдат.

Последней волной была зачистка кладок с яйцами. Несколько яиц оставили для исследования, а остальное безжалостно уничтожалось.

И если бы Эннуги не был охвачен триумфом и ликованием, он бы заметил, как со спутника планеты взлетел причудливый космический корабль. Это был эвакуационный ковчег, с большим количеством незрелых яиц и взрослых доцерусов – носителей качественного генофонда.

На пути к галактике «Млечный путь» к ним присоединилось еще два ковчега в сопровождении десятка боевых кораблей.

Живучие дроцерусы предусмотрели и подготовили все для выживания вида. От запаса провизии до шахтерского оборудования для добычи полезных ископаемых. Теперь им нужно было, как можно скорее найти планету пригодную для жизни.

Слизни отправились в сторону, где еще ни разу не были, к тому же грех было не воспользоваться случаем и не проскочить мимо Альфа Центавра, оставленного без защиты.

После триумфальной победы, Эннуги встретили как героя, хотя большой его заслуги не было. Все сделала Альфа. Но альтавры не брали это в расчет, ведь для них она была просто оружием в умелых руках – средством для достижения цели.

В круглом зале совета собралась вся верхушка альтаврийской цивилизации. А для простых граждан Хирона торжественное собрание транслировалось по всем каналам связи.

После оглашения результатов боя и подсчетов захваченных трофеев, верховный советник Анум объявил о награждении.

— Эннуги, сын Нингирсу, за заслуги перед народом тебе предоставляется право продлить свой род вне очереди, и выбрать для вынашивания потомства любую женщину, созревшую для этого, — по залу пронесся шепот одобрительных голосов.

— Я горжусь предоставленной честью и готов озвучить свой выбор матери наследника… — Эннуги встал с места, оглядел всех присутствующих, посмотрел на Гора и при этом многозначительно улыбнулся. — Я хочу, чтобы матерью моего ребенка стала Альфа!

Альтавры удивленно переглядывались друг с другом.

— Разве это возможно? — Анум обратился к Шивари.

— Да, господин верховный советник. Мы сохранили ей репродуктивные функции, — голос ученого дрогнул. Ему эта затея не понравилась, но и соврать он уже не мог и жалел о том, что не сделал этого, когда заносчивый мальчишка задавал вопросы.

— Ну что ж. Раз враг повержен и острой необходимости в боевых способностях Альфы нет, я даю согласие на ее участие в демографическом проекте.

Эннуги одарил Гора победным взглядом – он то знал, как брат относился к человечке. А возможность получить сильное и здоровое потомство, да еще при этом причинить боль сопернику, тешила самолюбие и возвышала Эннуги до небес.

В виду этических соображений оплодотворение Альфы произошло искусственным путем. В большинстве случаев альтавры предпочитали естественный процесс зачатия. Потому что вероятность рождения здорового потомства гораздо больше, ведь до женской половой клетки добирается только самая быстрая и сильная мужская половая клетка.

А проводя визуальный отбор генетического материала отца, невозможно сделать сто процентный правильный выбор. Но Эннуги отказался от прямого контакта с Альфой.

Так же он настоял на том, чтобы доктор Шивари непосредственно участвовал в этом необычном эксперименте. А так как созревание плода длится довольно долго, пришлось все процедуры проводить в военной лаборатории.

Ї Ну что ж, можно вас поздравить. Имплантация зародыша прошла успешно. Будущая мать чувствует себя отлично. Мы на всякий случай ее усыпили. Она придет в себя через пару часов. Хотите с ней увидеться? Ї Шивари натянуто улыбнулся.

Ї Нет. Я улетаю домой и вернусь не скоро. Думаю, в моем присутствии нет необходимости. Будете докладывать обо всем по видеосвязи, Ї Эннуги не горел желанием наблюдать процесс вынашивания на близком расстоянии. К тому же у него есть дела важнее, чем сюсюкаться с человечкой. Получив желаемое, он полностью утратил к ней интерес. Осталось только дождаться результатов. Сейчас его больше волнует предстоящая женитьба.

Помимо внеочерёдного продления рода ему предоставили возможность жениться на дочери министра здравоохранения.

Несмотря на то, что альтаврийки стали рождаться чаще, благодаря использованию земных женщин, их все равно было слишком мало, а проблема бесплодия так и не решилась.

Для того, чтобы жениться надо было ждать своей очереди не одну сотню периодов. Эннуги даже не предполагал, что с победой ему предоставят такие привилегии. А ведь если б он не подставил брата, то именно Гора получил бы все это.

Глава 9

Мне казалось, что я умерла. А может, это была кома?

Открыв глаза, увидела белый потолок и стены. Обстановка напоминала больничную палату.

«Что произошло? Где я? Кто я?» - мысли хаотично метались в голове и сконцентрироваться на чем-то одном, оказалось невозможно.

Казалось, ответ лежит на поверхности, и я вот-вот все вспомню. Но как бы я не напрягалась, а вспомнить хотя бы имя не смогла.

«Может, действительно, в коме была, и у меня сейчас временная амнезия? Ведь способность мыслить я не утратила, да и не помню только то, что касается конкретно меня».

От усердных размышлений отвлекло тихое шипение. В палату вошел мужчина необычной внешности.

«Где-то я его уже видела!»

Ї С пробуждением, Альфа. Как ты себя чувствуешь? Ї «Наверно это врач, только какой-то странный!» Мое имя прозвучало знакомо, но почему-то оно мне не понравилось.

Ї Нормально, Ї рефлекторно ответила.

Ї Замечательно. Тогда я сейчас проведу небольшой осмотр, а потом можно сходить на поверхность, Ї врач ласково улыбнулся, достал из кармана маленький прибор и провел им над моей головой.

Раздался писк, и мужчина нахмурил бесцветные брови.

Ї Тебя точно ничего не беспокоит?

Ї Точно, Ї почему-то врач не вызывал доверия, и на вопросы я отвечала с большой неохотой.

Ї Альфа, проведи анализ исправности, Ї непонятная фраза прозвучала как команда.

На мгновенье меня будто перемкнуло.

Ї Система исправна на сто процентов, Ї ответила не своим голосом и испугалась.

Вместо того, чтобы спросить, что тут происходит, я молча уставилась на мужчину.

Ї Что ж, это хорошо. Позже дам тебе новый распорядок дня, а сейчас можешь пойти прогуляться. Или хочешь доступ к базе данных архива изучить что-то новое?

Ї Прогуляюсь, Ї я окончательно растерялась, хотя судя по всему, врач этого не заметил. Он удовлетворенно кивнул и вышел, оставив меня наедине с кучей вопросов. И, похоже, идти прогуливаться мне придется самой.

«Странно! Все странно! Ведет себя так, будто я здесь уже давно, и знаю где выход! И почему у него голубая кожа?»

Я осторожно встала с постели. Самочувствие, действительно, отличное. После комы такого не бывает.

Помещение оказалось без окна, поэтому решила воспользоваться разрешением. Дверь автоматически открылась и выпустила меня в длинный коридор.

«По-моему я здесь уже была».

Пошла прямо. Несколько раз встретила мужчин похожих на моего доктора, такие же странные.

Выход нашла чисто интуитивно: «Наверное!»

Уже приготовилась пристать к прохожим с расспросами, но не тут-то было. Лестница вывела меня на совершенно пустую заасфальтированную площадку посреди бескрайней равнины.

Вроде все знакомо, но в то же время необычно. Логика подсказывала, что два солнца – это ненормально.

Пока я озиралась, на поверхность вышел кто-то еще.

Ї Подскажите, где мы находимся? Ї хотела завалить вновь прибывшего еще кучей вопросов. Но они так и остались незаданными, когда я встретилась с внимательным взглядом черных глаз.

Он сильно отличался от тех, кого я встретила, хотя и сходство тоже было.

Высокий брюнет с нормальным цветом кожи смотрел на меня так, что мурашки бежали по коже.

Ї Ира? Ї спросил он осторожно и будто бы с надеждой.

«Ира? Ира… Ира! Точно!»

Ї Вы меня знаете?! Ї теперь я с надеждой уставилась на смутно знакомого незнакомца.

Но вместо ответа неожиданно угодила в крепкие объятия.

Поняв, что сделал что-то не так, мужчина отпустил меня, нервно огляделся по сторонам и прошептал одними губами:

Ї Не подавай вида, что ты вернула контроль.

Ї Не понимаю, о чем вы?

Ї Не важно. Просто веди себя как бесчувственный робот. Поверь мне, это для твоего же блага. А я придумаю, как все исправить. Остальное объясню, когда это будет безопасно.

Выражение его лица стало холодным, и он ушел, как будто только что ничего не произошло.

Я немного прогулялась по площадке и, не найдя ничего интересного, вернулась в палату.

Разговор с брюнетом все никак не выходил из головы. А то, что он меня знал, вселяло надежду на возможность вспомнить прошлое, хотя бы частично.

Ї Ира – это Я, Ї повторила свое имя несколько раз. Оно теплом отдалось в душе, напомнив что-то родное.

Я легла на кровать, застеленную идеально белым постельным бельем, уставилась в потолок и прислушалась к своим ощущениям.

«Странно, нигде не колет, ничего не болит и не ломит! Разве такое возможно?» - происходящее казалось кучей логических нестыковок.

Ощупала живот, все в порядке. Потом села, осмотрела руки и ноги. На запястьях и щиколотках обнаружила странные металлические браслеты. Они как будто росли прямо из кожи.

Ї Что за фигня? Ї подергав, убедилась, что так оно и есть.

Иссиня-черные браслеты выпирали из кожи, словно Т-образные наросты. Шляпка буквы Т обхватывала запястья, а ее ножка расположилась вдоль тыльной стороны предплечья. На ногах была та же ситуация.

Дернув еще несколько раз, поняла, что ошиблась, эти штуковины растут из кости.

Ї Ничего не понимаю! Что там врач говорил? Альфа, проведи анализ исправности…

Стоило повторить эти слова, меня вновь перемкнуло.

Ї В доступе отказано, Ї услышала свой же безжизненный голос со стороны.

«Ну, все понятно, теперь все сходится! Я сошла с ума! Значит, меня напичкали психотропными препаратами, и поэтому я ничего не помню».

Ї Боже! И как меня так угораздило?

Шипение двери сообщило о посетителе.

Ї Альфа, как и обещал, я принес тебе новый распорядок дня, Ї врач довольно улыбнулся и подошел ко мне. Ї А теперь повернись, я загружу данные.

Против воли встала с кровати и повернулась к нему спиной. Он убрал мои волосы с затылка и прикоснулся чем-то холодным.

Я надолго выпала из реальности, а пришла в себя уже в смутно-знакомой лаборатории.

Ї Что ж, все идет отлично. Имплантация давно завершилась, и количество гормонов растет. Так что теперь у тебя много свободного времени. Можешь использовать его на свое усмотрение, Ї все тот же врач разговаривал со мной, и его не особо волновало, поняла я сказанное или нет.

Ї Доктор Шивари, Ї к нам влетел взволнованный мужчина. Ї Бриг командующего Эннуги совершил посадку.

Ї Опять этот мальчишка без предупреждения, Ї Шивари недовольно скривился. Ї Надеюсь, он тут долго не задержится. Никуда не уходи, а я пойду встречу будущего папашу.

Из всего сказанного я поняла только то, что прилетел кто-то важный, и он скоро, а, может, и нескоро, станет папой.

Дверь снова открылась и впустила незнакомого мужчину. Он, как и все здесь, имел бесцветную шевелюру и голубю кожу. Отличие было лишь в комплекции, он был выше и шире всех, кого я видела кроме брюнета, что назвал мое имя.

Ї Все идет по плану, Ї следом вошел доктор. Ї Никаких отклонений. Вам не о чем беспокоиться.

Ї А я и не беспокоюсь. Это отец настоял на моем визите. Видите ли, невеста должна видеть то, что я забочусь о своем потомстве и ни на кого не перекладываю ответственность. А еще Гора надо лично пригласить на церемонию заключения союза, Ї Эннуги капризно скривил губы и показался мне до жути неприятным типом.

«Бедная невеста, не повезло ей с женишком».

Ї Кстати, где Гора?

Ї Начальник службы безопасности сейчас проводит тренировочные занятия с личным составом, Ї Шивари стоял позади Эннуги и смотрел на него с явной неприязнью.

Ї Как это типично для человеческого выкормыша возиться с себе подобными, Ї брезгливо выплюнул командующий и отправился на поиски Гора.

Ї Как хорошо, что его генетический материал оказался непригодным, Ї буркнул доктор себе под нос. Ї Альфа, можешь быть свободна, Ї это уже мне.

Я, молча, вышла в коридор и на автомате добралась до своей палаты.

Ї Нет, это не психиатрическая больница. Это какой-то бред! Таких людей не бывает!

Паника подкралась незаметно, и я решила сбежать.

Притворившись, что неспешно иду по своим делам, направилась к выходу. На меня никто не обратил внимания, все просто проходили мимо, как будто, так и надо.

Ї Я не приду, Ї за очередным поворотом послышался знакомый голос.

Ї Отец настаивает на твоем присутствии. Ты не можешь пропустить церемонию, Ї Эннуги явно не расстроил отказ брата. Его тон давал понять, что он делает все чисто из формальности.

Ї Я все сказал. Разговор окончен.

«Если брюнет брат этому смурфику, то помощи от него не стоит ждать!» - ассоциация с персонажем из детского мультика всплыла внезапно. «Может, память начинает возвращаться?»

Недослушав разговор, я проскочила мимо поворота и, припустив трусцой, добежала до выхода.

На поверхности было безлюдно, как и в прошлый раз, зато появился новый объект похожий на космический корабль.

Пользуясь тем, что меня никто не видит, помчалась на противоположный край площадки размером с два футбольных поля.

Бежала так, как будто за мной гонятся, а стоило ноге ступить на не заасфальтированную поверхность, меня тут же оглушил сигнал тревоги…

Планета Хирон. Собрание малого совета.

Ї Как такое возможно? Ї Анум нервно барабанил длинными пальцами по гладкой поверхности стола.

Ї Понятия не имею. Возможно, резкий гормональный скачек способствовал частичной утрате контроля над личностью, Ї Шивари разводит руками. Он, действительно, не знал, в чем дело.

Ї Она опасна. Вы должны прекратить эксперимент и деактивировать ее, Ї высказал свое мнение министр обороны.

Ї Поддерживаю. Если Альфа ведет себя так на начальном этапе вынашивания, страшно представить, что может случиться в середине беременности. Необходимо решать эту проблему пока не стало слишком поздно, Ї согласился министр наук Набу.

У Шивари было много аргументов в пользу продолжения эксперимента, но его просто не стали слушать. Единогласным решением совета было принято законсервировать проект Альфа в буквальном смысле слова. Ей прикажут встать в режим ожидания и замуруют в саркофаг, непроницаемый для любого источника энергии.

Ї Для вынашивания потомства Эннуги будет предоставлена другая женщина на его выбор, Ї Анум подвел итог совещания. Ї А вы, Шивари, немедленно приступайте к нейтрализации Альфы.

Ученому ничего не оставалось, как вернуться на полигон и выполнить приказ. Его душе претила сама мысль о том, что придется собственными руками избавиться от величайшего труда всей его жизни. Альфа – его детище и гордость. Она уникальна, и второй такой уже никогда не будет.

Ї Гора, у меня важный разговор. Переключись на защищенный канал, Ї Шивари связался с единственным альтавром, на которого можно положиться.

Ї Говори, я тебя слушаю.

Ї Совет принял решение нейтрализовать Альфу.

Ї Как отреагировал отец?

Ї Он поддержал. Эннуги тоже не расстроился. Гора, ты должен мне помочь.

Ї Меня никто не послушает. Они не будут рисковать безопасностью цивилизации ради сомнительных результатов. Ты же знаешь.

Ї Ты просто обязан помочь мне, ведь…

Ї Что?

Ї Альфа вынашивает твое дитя, Ї Шивари решил раскрыть свой секрет.

Делая подмену, он и не подозревал, что когда-нибудь придется во всем признаться. Замена генетического материала была вынужденной мерой. Конечно, ученый сделал это не без удовольствия. Такие, как младший сын Нингирсу, не должны плодиться. К тому же, по справедливости, это Гора должен был стать отцом.

И надо же было стечению обстоятельств сложиться так, что Эннуги оказался полностью несовместим с Альфой, так бывает, но редко. И вместо того, чтобы сообщить об этом, Шивари взял половые клетки Гора из банка генетического фонда. Каждый половозрелый альтавр сдает туда образец семенной жидкости на случай своей гибели.

Вот так ученый смог провести махинацию, при этом сохранив все в тайне.

Безымянная планета – полигон. Солнечная система Плеяды.

Шивари волновался. Если все раскроется, ему грозит пожизненный срок. А если учесть бессмертие альтавров и то, что тюрьма Хирона давно пустует, вечное заточение придется провести в одиночестве.

Все было подготовлено тщательно, до мелочей, и сейчас предстояло выполнить самый важный и сложный этап.

Ученый набрал личный код верховного советника. На экране транслятора высветилась заставка ожидания соединения.

Ї Рад видеть тебя, Шивари. Какие-то проблемы? Ї Анум приготовился внимательно слушать. Он был предельно серьезным и в то же время учтивым. Как лидер, этот альтавр всегда подтверждал, что не зря занимает свое место.

Ї Благополучия вам, господин советник, Ї ученый произнес стандартное приветствие. Ї Ничего серьезного не случилось, всего лишь формальности. Альфа готова к консервации. Необходимо ваше голосовое подтверждение, Ї Шивари старался держать себя в руках, но один уголок рта все равно иногда нервно подрагивал.

Анум заметил взволнованное состояние ученого, но списал все на расстроенные чувства из-за приостановки проекта, в который было вложено немало сил и времени.

Ї Мое личное присутствие необходимо?

Ї Нет. Достаточно произнести команду: Альфа, подтверждаю приказ.

Ї Замечательно. Если честно, сейчас совершенно нет свободного времени, чтобы лететь к тебе в лабораторию, Ї советник произнес подтверждение и, попрощавшись, прервал связь.

Шивари облегченно выдохнул, остались Нингирсу и Эннуги.

Ї Надеюсь этим тоже некогда!

Эннуги, действительно, не изъявил желания лично присутствовать на процедуре нейтрализации, сославшись на подготовку к церемонии. А вот министр военных дел решил посетить лабораторию и лично убедиться в том, что процесс пройдет, как надо.

Ї Что ж, этого и следовало ожидать, Ї Шивари, конечно, расстроился, но и к такому развитию событий они заранее подготовились.

Бриг Нингирсу прибыл довольно быстро, а когда он вошел в лабораторию, все было полностью готово, дело осталось за малым. Альфа уже лежала в открытом саркофаге, а ее броня плотно облегала рельефное тело.

Министр обороны поприветствовал ученого и потребовал пригласить сына. Он аргументировал это тем, что начальник безопасности должен присутствовать при таких серьезных процедурах, но на самом деле это был лишь повод, чтобы увидеть Гора. Да и прилетел он только ради этого.

С момента ссоры прошло довольно много времени, а они так и не поговорили после этого ни разу.

Гора не заставил себя долго ждать. Он холодно поздоровался с отцом и отошел в сторону, чтобы не мешать.

Ї Господин советник, отсталость только подтвердить приказ, Ї Шивари нарушил неловкое молчание.

Ї Хорошо, но для начала объясните, зачем вам мое подтверждение, ведь вы тоже имеете доступ к управлению и почему она в боевой готовности?

Ї Видите ли, долгий режим ожидания в боевой готовности будет расходовать большое количество энергии впустую. Такой приказ Альфа расценила, как необоснованную бессмыслицу, поэтому ей необходимо подтверждение на всех уровнях. А без брони энергия будет расходоваться в несколько раз медленнее, и есть вероятность, что при полной утрате контроля над личностью Альфа сможет выбраться, Ї Шивари сказал абсолютную правду.

Единственное, о чем он умолчал это про то, что помимо приказа о длительном ожидании, ученый запросил полную передачу контроля для Гора, а остальных лишить доступа к управлению. Естественно, необходимо было согласие всех сторон. А броня нужна для того, чтобы изолирующая жидкость не навредила Альфе и ее плоду. Но этого Нингирсу не обязательно знать.

Ї Альфа, подтверждаю, Ї советник не заподозрил подвоха.

Ї Принято, Ї произнесла подопытная и замерла теперь уже надолго.

Дальше саркофаг залили жидкостью с особым составом и пропустили через нее электрический разряд, от чего она затвердела, превратившись в дополнительную изоляцию. В завершение все запечатали массивной крышкой и поместили в бункер на цокольном этаже.

Ї Теперь ни один атом энергии не проникнет сквозь трехслойную преграду. Вы можете быть спокойны. В таком состоянии Альфа безопасна, Ї Шивари проводил советника до брига.

Ї Спасибо за проделанную работу. Мне очень жаль, что вам пришлось похоронить свое детище. И я рад, что вы приняли эту необходимость и не стали чинить препятствия, Ї Нингирсу с тоской посмотрел на вход в подземную лабораторию, но Гора так и не вышел. Ї Что ж… новых открытий вам Шивари, Ї мужчины попрощались, и ученый вернулся к своим обязанностям.

Глава 10

Ї Мама! Смотри! Ї белокурая девочка бежала ко мне по цветочной лужайке. Ї Смотри, божья коровка! Она на меня села! Ї малышка радостно улыбнулась и протянула раскрытую ладонь с насекомым.

Ї Помнишь, как я тебя учила? Ї присела перед ней и заглянула в голубые глазки, прям как у отца.

Ї Божья коровка, лети на небо, там твои детки кушают конфетки…. Ой, забыла, Ї букашка улетела, а малышка грустно вздохнула. Ї Мам, я забыла как дальше, Ї милое личико скривилось, а на глазах выступили слезы. Я хотела подсказать продолжение стишка, но тоже не смогла вспомнить.

Ї Ты тоже забыла? А меня? Меня ты не забыла? Ї от ее вопросов на душе вдруг стало так тоскливо, а сердце рвалось из груди.

Я порывисто обняла девочку, такую родную и дорогую. Так и хотелось закричать: «Как же я могла!»

Похоже, я закричала на самом деле. Резко проснувшись, первое время пыталась унять дрожь во всем теле.

Этот сон снится мне каждую ночь, но я все равно никак не могу вспомнить имя малышки.

Ї Ты впорядке? Опять кошмары? Ї в каюту вошел Гора.

Ї Да, не беспокойся, Ї я благодарно улыбнулась. Ї Почему я до сих пор не могу вспомнить свое прошлое?

Ї Не знаю. Возможно, на Земле процесс пойдет лучше. Но сильно не надейся. Память может никогда не восстановиться.

Ї Скорее бы уже прилететь, Ї мне казалось, что мы целую вечность, бороздим просторы бескрайнего космоса.

Ї Если и дальше все будет спокойно, то через десять циклов прибудем на место. Поспи еще немного, потом сменишь меня за штурвалом, Ї здоровяк вернулся на капитанский мостик.

Мне с ним несказанно повезло. Как же здорово, когда рядом есть надежное плечо. Правда все еще не поняла, кем он для меня является. Заботливый и внимательный Гора ведет себя как старший брат.

Он вытащил меня с того света в буквальном смысле и рассказал все, что со мной произошло. Многое было непонятно. Я даже рассердиться на альтавров не смогла, потому что не могла до конца осознать суть происходящего. А еще мне казалось, что Гора что-то не договаривает. На мои вопросы и сомнения он лишь твердил, что со временем я все вспомню, а если нет, то все равно жизнь продолжается.

Он хотел спрятать меня на планете с заброшенной базой далеко от Альфа Центавры. Пришлось долго уговаривать упрямого Гора, чтобы он вернул меня на Землю.

Я очень хотела вспомнить все и увидеть своих родных. А белокурая девочка из сна, наверняка, моя дочь, сомнений быть не может.

Коротая долгое ожидание, я изучала файлы с информацией о своей родной планете. Все было знакомо. География, история, литература – этого я никогда и не забывала, просто знания хранились где-то глубоко, и было достаточно просто немного напомнить. Этот факт радовал и дарил надежду на благополучное завершение моих злоключений.

Спустя десять циклов, как и говорил Гора, заранее включив маскировку, мы приближались к своей цели.

Заняв место второго пилота, я смотрела, как мимо нас проплывал гигантский Сатурн и старалась унять нервную дрожь в коленях.

Ї Не переживай, все будет хорошо, Ї поддержал Гора, заметив мое взволнованное состояние.

Не нашла, что ответить, и просто улыбнулась. Его внимание и забота смущали, к тому же, я так и не поняла, почему он со мной возится. С трудом верилось, что кто-то просто так может взвалить на себя заботу о полоумной девчонке.

На мониторе главного компьютера высветился входящий вызов, когда мы уже практически прилетели, а я чуть ли не выпрыгивала из кресла от нетерпения.

Ї Гора у нас проблемы, Ї заставка сменилась испуганным лицом доктора Шивари. Его я хорошо запомнила и легко смогла отличить от любого другого альтавра.

Ї Что случилось?

Ї Совет хочет временно активировать Альфу. Ты должен вернуться и отговорить их. Мои аргументы не действуют.

Ї А какая у них причина? Ї Гора даже бровью не повел, как будто его вообще не волновало происходящее.

Ї Я не знаю. Совещания еще не было. Нингирсу настаивает на твоем присутствии.

Ї Отец ведь сам отпустил меня на патрулирование границ, он знает, что я не смогу вернуться раньше, чем через пять циклов, минимум.

Ї Да. Совет готов дождаться тебя. Прошу поторопись, Ї ученый неожиданно прервал связь, оставив нас в полном недоумении.

Ї Придется возвращаться, Ї альтавр старался не смотреть на меня.

Ї Нет, прошу, только не это. Мы ведь уже добрались, Ї я схватила его за руку, вынудив повернуться ко мне лицом. Ї Если ты считаешь, что должен вернуться Ї возвращайся. Но прошу, высади меня. Я ведь никуда не денусь с Земли. Пожалуйста!

Гора смотрел мне в глаза и молчал. Впервые за долгое время на его лице появились эмоции. Они словно прорвали плотину и потекли бурным потоком, сменяя друг друга. Решимость сменялась задумчивостью и неуверенностью, затем приходило сомнение и снова решимость.

Неожиданно для меня он стал понятным и родным, будто между нами рухнула холодная стена отчуждения и безразличия, которую Гора нарочно возвел, чтобы держаться от меня на расстоянии. Глядя на мучительный процесс принятия решения, я была уверенна, что он откажет, и мы вернемся на Хирон.

Ї Хорошо, Ї неожиданно согласился альтавр. В этот момент мое сердце пропустило удар. Ї Но ты полетишь одна на разведывательном корвете. В навигатор я введу примерные координаты того места, откуда тебя забрали. Местная одежда и деньги в грузовом отсеке. Постарайся вести себя естественно и избегай неприятностей, Ї торопливо инструктировал Гора, а я только и могла смотреть на него, открыв рот.

Альтавр передал управление звездолетом автопилоту и отдал приказ бортовому компьютеру оставаться на орбите Земли.

Затем мы пошли в грузовой отсек, и я забрала земную одежду. Сейчас на моей родите поздняя осень. Мне конечно не страшны низкие температуры, но девушка в легкой одежде может привлечь ненужное внимание. Поэтому пришлось взять джинсы, утепленные ботинки, синий пуховичок и белую шапку с помпончиком.

Название вещей всплывали в голове сами собой. Также я нашла несколько комплектов по размеру подходящих альтавру. Попыталась представить в них Гора, но как бы ни старалась, образ человека ростом в два метра с хвостиком получался нелепым. Такой точно не останется без внимания и вызовет массу ненужных вопросов. Воображение разыгралось не на шутку, и в памяти неожиданно всплыл мультик «Каникулы льва Бонифация».

В роли льва выступал Гора, и я непроизвольно прыснула от смеха, но тут же одернула себя, заметив на себе удавленный взгляд альтавра.

Ї Прости, сильно нервничаю, Ї оправдала неадекватное поведение.

После выбора одежды и подходящей валюты мы пошли в отсек с корветом. Небольшой разведывательный звездолет был рассчитан на экипаж не больше десяти альтавров. Так же он был оснащен хорошей маскировкой и антирадарной защитой. Единственный его недостаток заключался в отсутствии боевых систем, это сделали для максимального увеличения маневренности и скрытности.

Я ни на кого нападать не собиралась, поэтому не переживала из-за отсутствия огневой поддержки.

На борту корвета Гора долго возился с панелью управления и навигатором.

Ї Альфа, установить синхронизацию с бортовым компьютером, Ї отдал он команду без предупреждения.

Как же я ненавидела эти моменты. Контроль над телом захватило чужеродное существо, оставив меня пассивно наблюдать за его действиями со стороны. Единственное, что радовало в этой ситуации то, что теперь я не отключалась от реальности, как раньше.

Управляя моим телом, Альфа подошла к приборной панели и поднесла браслет на правой руке к небольшому отверстию. Часть браслета плавно перетекла в разъем, образовав соединение.

Ї Синхронизация установлена, Ї произнесла я не своим голосом.

Ї Альфа, главная задача, не подлежащая отмене: обеспечение безопасности жизни и здоровья биологического носителя при явной и прямой угрозе. При потенциальной опасности, сообщать носителю детали и наиболее безопасные действия.

Ї Принято.

Ї Альфа, любая попытка перехватить контроль, расценивать, как прямую угрозу.

Ї Принято.

Ї Альфа, полная передача контроля биологическому носителю.

Ї Подтвердите приказ.

Ї Подтверждаю.

Ї Передача контроля подтверждена.

На мгновенье я выпала из реальности, а когда разум прояснился, тело полностью подчинялось мне.

Ї Заранее предупреждать надо! Ї интонация получилось резче, чем я хотела.

Ї Теперь Альфа подчиняется только тебе, но при прямой угрозе она будет переходить в боевой режим самостоятельно. Так что постарайся избегать неприятностей и научись с ней взаимодействовать.

Радость стукнула меня по голове, эндорфины опьянили, и я кинулась на шею альтавру.

Ї Спасибо, спасибо! Ї от чего-то хотелось разреветься: «Наконец-то, я принадлежу сама себе!»

Шокированный Гора стоял столбом, затем его руки неуверенно легли на мою талию. Он осторожно прижал меня к себе и уткнулся носом в мои волосы.

Ї Тебе пора, Ї альтавр отстранился, а его лицо приняло привычное невозмутимое выражение.

На долю секунды я уловила в его глазах тоску.

А когда мой корвет входил в атмосферу Земли, я с трудом боролась с желанием вернуться обратно. Шестое чувство подсказывало, что мы еще не скоро увидимся, а может, этого вообще никогда не случится.

Корвет приземлился посреди лесной чащи. Я торопливо сменила альтаврийскую военную форму и выбралась на небольшую полянку.

В нос мгновенно ударили знакомые, но давно забытые запахи сырости, жухлой листвы и грибов. Ты будто впервые за долгое время вернулась туда, где провела все детство.

Эмоции словно лавина обрушились на меня. Хотелось плакать, кричать и смеяться одновременно.

Я не смогла сдержаться и счастливо рассмеялась, потом начала трогать желтые листья, мох, даже зачерпнула горсть почвы и растерла ее между пальцев, вдыхая хвойно-прелый аромат.

Радуясь как малое дитя, я долго обнималась с сосной, а потом и с березой. Влажный ствол оцарапал щеку и намочил куртку, но мне не было до этого никакого дела.

Не ожидала от себя такой реакции и не знаю, как долго продлилась эйфория, но наступившие сумерки привели меня в чувства.

Передо мной встал выбор: «В какую сторону идти?»

Хорошо когда за тебя все делает кто-то другой. А как быть, если ты простая беспомощная женщина потерявшая память? Как бы там альтавры не поработали над моим телом, а в душе я все же осталась человеком.

Раздумывая над дальнейшими действиями, невольно вспомнила Гора. Он бы точно не растерялся и сказал, что нужно делать.

Видимо я всем своим существом не хотела прибегать к помощи Альфы. Но как не игнорируй очевидные факты, они не перестанут существовать, да и глупо отрицать то, что без нее я не справлюсь.

Ї Альфа, определи направление до ближайшего поселения, Ї неуверенно прошептала, после чего перед внутренним взором всплыла карта местности.

Выходило, что у меня два выбора: небольшой поселок, до которого около двухсот километров или небольшой город в ста двадцати километрах от моего местонахождения.

Поселок и город находились в совершенно противоположных сторонах. Мне почему-то казалось, что я раньше жила в городе, поэтому решила идти именно туда.

Оставив звездолет в режиме маскировки, спокойно направилась в сторону дороги.

Низкая температура, сумерки и непролазный бурелом не смогли задержать меня. Я шла напролом, не замечая препятствий, хотя стоило вести себя аккуратнее. В итоге, когда я выбралась на асфальт, вся одежда была в паутине, ветках и подрана в некоторых местах.

«Как будто за мной волки гнались!» - я попыталась отряхнуться и хоть как-то привести внешний вид в порядок, но толку было мало. В таком виде не стоит попадаться людям на глаза, по крайне мере на дороге.

Ї Альфа, заранее предупреждай меня о приближении автомобилей, Ї придется каждый раз прятаться в кустах.

Я не успела пройти и пяти метров, как прозвучавшее в голове предупреждение: «Обнаружено техническое средство!» - заставило меня нырнуть обратно в лес.

Через пару минут по дороге промчалась фура.

Если так дело пойдет и дальше, то до города доберусь только к утру.

Стоило подумать об этом, как прозвучало новое предупреждение, вынудив остаться в укрытии, но спустя несколько минут мимо так и не проехало ни одной машины.

Ї Альфа, ты издеваешься? Где техническое устройство? Ї разговаривая сама с собой, чувствовала себя сумасшедшей. На лицо все признаки биполярного расстройства личности.

Вместо ответа я увидела, как недалеко от меня в овражке что-то светится – это Альфа подсветила обнаруженное техническое средство.

Оно оказалось засыпано толстым слоем перегноя и гальки. Перепачкав итак грязные руки, откапала сломанный телефон.

Хотела выбросить бесполезную находку, но передумала. Потом разберусь, может получиться посмотреть, что в его памяти.

Небо совсем стемнело, и я решила бежать трусцой, так будет гораздо быстрее.

Легко преодолела сто километров, около десяти раз пряталась от проезжих машин, а потом лес закончился.

Двадцать километров пришлось идти пешком, стараясь не привлекать к себе внимания. И все бы прошло хорошо, если бы не пост ДПС.

На обочине стояла патрульная машина, и два инспектора разговаривали с водителем фуры.

Я почти прошла мимо, когда один из полицейских зачем-то окликнул меня.

Сделав вид, что не услышала, продолжила спокойно идти.

Ї Гражданочка, я к вам обращаюсь! Ї прилетел мне в спину возмущенный оклик.

Обреченно вздохнула, натянула вежливую улыбку и обернулась. Придерживая фуражку, чтобы не слетела, инспектор шел ко мне быстрым шагом.

Ї Простите, не сразу поняла, Ї состроила невинные глазки, когда он подошел совсем близко.

Ї Не русская что ли? Ї удивился мужчина и окинул меня внимательным взглядом. Ї По лесу тебя таскали что ли?

Ї Да, я за грибами ходила и немного заблудилась, Ї соврала первое, что пришло в голову.

Ї Точно не русская, Ї буркнул блюститель порядка. Ї Алексеич, иди сюда! Ї позвал он напарника, а до меня только дошло Ї все, что я сказала, было на альтаврийсклм языке.

Второй дорожный постовой шел вальяжно, не торопясь. Весь его вид говорил о том, что ему нет никакого дела до нас, и он сделал большое одолжение, придя на выручку коллеге.

Ї Ну что у тебя тут? Ї Алексеевич с интересом осмотрел мой растрепанный вид. Ї И откуда выползло такое чудо?

Ї Не знаю. Она по-русски не понимает.

Ї Да и хрен на нее. Пусть идет, куда шла. Оно тебе надо? Мы не ППС, чтобы подозрительными пешеходами заниматься, и не миграционная служба.

Ї Как это? Ї удивился напарник. Ї Ты только глянь на нее! А вдруг она в розыске? Девушка у вас документы при себе имеются? Ї обратился уже ко мне.

Ї Нет, Ї кое-как смогла выговорить на родном языке. Язык с трудом принимал нужное положение, исковеркав слово.

Ї А говоришь, не понимает! Ї усмехнулся Алексеич. Ї Ладно, вызывай дежурку, пускай везут в отделение и выясняют личность. А вы, дамочка, пройдемте пока в машину и без глупостей.

Я на мгновение замерла в замешательстве: бежать или подчиниться?

Справиться с двумя мужчинами мне не составит труда, но причинять вред людям и наживать проблемы с законом не хотелось. Потом придется все время скрываться.

«Может сбежать? Все равно ведь не догонят!» - ответом мне было предупреждение Альфы о том, что побег может привести к нежелательным последствиям.

Решила последовать голосу разума, спокойно пошла следом за инспектором и села в патрульную машину.

Глава 11

В машине пришлось просидеть около часа. Мужчины сначала пытались добиться от меня хоть каких-то ответов, но я лишь глупо улыбалась и качала головой. В итоге они махнули рукой на бесполезное занятие и оставили меня в покое.

Ї Может, она из дурки сбежала? Ї самый молодой инспектор смачно затянулся, а затем выпустил изо рта сизый дым.

Полицейские стояли на улице и курили в ожидании дежурки. Через закрытую дверь я хорошо слышала, о чем они говорят.

Ї Да черт ее знает, Ї Алексеевич неопределенно пожал плечами. Ї Может, из дурки, а, может, наркоманка. Хотя вроде не похожа. Скорей бы уже забрали это чудо в перьях, странная она какая-то.

Перемыв немного мои косточки и обсудив растрепанную внешность, они переключились на отвлеченные темы. А я в спокойном и расслабленном состоянии ожидала и терялась в догадках: «Что же будет дальше?»

Бояться мне нечего, законов не нарушала. Наверное, опросят и отпустят с миром. А что потом? Куда идти и где искать свой дом? Надо где-нибудь найти информацию о людях, пропавших без вести в последнее время. Даже не представляю, сколько времени прошло с момента моего похищения.

Далекий звук двигателя отвлек от размышлений и через десять минут к нам подъехали сотрудники дежурной части. Сначала они переговорили с коллегами, одарив меня парой любопытных взглядов.

Ї Ну что, гражданочка? Проедем в отделение!? Ї то ли спросил, то ли поставил перед фактом вновь прибывший полицейский. Он открыл дверь и жестом показал, чтобы я выходила.

Сопротивляться смысла не было, да и агрессии никто не проявлял.

Ї А говоришь, не русская и ничего не понимает! Ї усмехнулся мужчина.

Меня усадили в салон патрульного автомобиля пропахшего табачным дымом. Видя покладистое поведение задержанной, мужчины, не торопясь, спокойно обсудили с коллегами мое появление. Так же не обошлось без шуточек и различных предположений о цели моего шатания по лесу.

Потом они вернулись к своим обязанностям и повезли меня в отделение.

Пользуясь тем, что с расспросами никто не пристает, я смотрела на проносившийся за окном пейзаж и пыталась вспомнить знакомые места.

В душе ничего не дрогнуло и даже когда мы въехали в город, память по-прежнему молчала «Может, я ошиблась, и надо было идти в поселок?» Окончательно расстроившись, отвернулась от окна и уставилась перед собой.

Автомобиль сбавил скорость и остановился.

Ї На выход, Ї мне открыли дверь. Ї Вперед, Ї подтолкнув в спину, один из полицейских пошел позади, а второй впереди.

В этом момент в голове что-то щелкнуло, и я смутно вспомнила, как однажды уже такое было.

В отделении меня завели в кабинет дежурного оперативного. Усатый и тучный мужчина долго возмущался по поводу того, что его отвлекают всякими пустяками.

Ї Мне еще уйму протоколов заполнять. Заприте ее в камере до утра, пусть дневная смена занимается установлением личности.

Всю ночь пришлось провести во временном изоляторе. Компанию мне составили три девушки в вульгарных нарядах и боевой раскраске. О том, за что их задержали, даже не пришлось догадываться, ответ был очевиден.

Я села на скамейку и прикрыла глаза, проигнорировав вызывающие взгляды неудачливых сокамерниц.

Ї Ирка, ты что ли? Ї я чуть ли не подпрыгнула от неожиданности, резко открыла глаза и посмотрела на говорившую.

Ї Ну, точно Ирка! Ї рыжеволосая девушка на вид тридцати пяти лет с интересом уставилась на меня.

Ї Простите, не узнаю вас, Ї с перепуга получилось сказать без акцента, или это мозг успел адаптироваться к родной речи.

Ї Офигеть! Не узнала она! Янка Селива, так-то за одной партой в пятом классе сидели, если что!

Ї Яна? Точно! Ї сделала вид, будто узнала и улыбнулась во все тридцать два зуба.

Ї А ты, мать, совсем не изменилась, только выше вроде бы стала, Ї Яна с завистью осмотрела меня с ног до головы. Ї Спортом занимаешься?

Ї Есть немного.

Ї Ничего себе немного! Ноги вон как у атлета. И где это тебя так таскали? Эти что ли? Ї она кивнула в сторону кабинета дежурного.

Ї Да в лесу немного заблудилась, Ї ответила почти правду.

Ї Ха, тогда понятно за что тебя загребли, Ї девушка хохотнула.

На это я не нашла, что ответить и просто улыбнулась. Некоторое время мы сидели молча. Яна то и дело поглядывала на меня и периодически хмурила брови.

Ї Слушай, Ї наконец-то, не выдержала она. Ї Ты же вроде без вести пропала лет семь или восемь назад? Ї мое сердце пропустило удар. Ї Ну, точно. Тогда по местным каналам объявления давали, и город весь листовками обклеен был.

Новости о том, что с момента похищения прошло около восьми лет, так шокировали, что у меня пропал дар речи. Я только и могла, что открывать и закрывать рот.

Ї Так тебя вроде ж не нашли?! И где тебя носило? Ї бывшая одноклассница продолжала задавать неудобные вопросы, не замечая моего состояния.

Не в силах что-либо ответить, я прикрыла глаза и пыталась успокоиться.

Ї Не хочешь отвечать, так бы и сказала, Ї обиженно буркнула Яна и, наконец-то, замолчала.

Девушки тихо переговаривались между собой, но я не слушала их и пыталась понять, как быть дальше. Хотелось засыпать Яну вопросами, но в то же время было страшно услышать правду.

Пока я раздумывала и решалась, сокамерницы притихли. Открыла глаза и увидела, что они задремали.

Ї Яна…Ї пошептала и осторожно коснулась ее руки, чтобы не разбудить остальных.

Ї А! Ї она резко распахнула веки и испуганно посмотрела на меня. Ї Фу, напугала!

Ї Да тише ты, Ї шикнула на нее. Ї Тут такое дело…Ї с трудом подбирая слова начала я. Ї Понимаешь, я ничего не помню и только сейчас вернулась в город.

Ї Ничего себе, Ї присвистнула девушка.

Ї Ты знаешь адрес моих родственников и как у них вообще дела? Ї этот вопрос был самым важным в моей жизни.

Ї Ох, Ирка! Даже не знаю, как тебе сказать, Ї она виновато отвела взгляд, а потом снова неуверенно посмотрела на меня. Ї Твои родители умерли года три назад. Прости, что сразу не вспомнила. Я ведь все мозги давно пропила, и в голове уже ничего не держится, Ї но я уже не слушала ее.

Страшная весть настолько оглушила, что я впала в ступор. В ушах зазвенело, а в глазах потемнело, и я начала заваливаться на бок. В голове прозвучало предупреждение от Альфы об эмоциональной перегрузке. Возможно, она решила, что сейчас сон для меня лучшее лекарство.

Ї Начальник! Человеку плохо! Ї напоследок успела услышать испуганный крик Яны.

Я видела маму с папой. Они стояли в коридоре и провожали меня в дорогу. Мама просила быть осторожной и ехать аккуратно. Папа держал белокурую девочку на руках и подтверждал мамины слова. Потом ночь, мокрая дорога, свет фар встречных машин, он плавно превратился в голубое сияние, которое залило собой все вокруг. Я вспомнила момент своего похищения, а потом и имя дочери.

Ї Снежанна, Снежа…, Ї я проснулась с ее именем на губах и с чувством надвигающейся опасности.

Вокруг было все спокойно. Белые стены больничной палаты, светлое окно и мерно пикающий аппарат с показателями моего состояния.

Я отлепила от себя электроды и встала. Раздался тревожный писк, и в палату вбежала медсестра.

Ї Пожалуйста, вернитесь в постель, я сейчас позову лечащего врача, Ї встревоженная молодая девушка в белом костюме сразу же успокоилась, стоило ей увидеть, что я жива и послушно выполняю ее просьбу.

Она торопливо вышла, а через несколько минут вернулась с пожилым доктором. Солидный мужчина с залысиной, окинул меня изучающим взглядом.

Ї Как ваше самочувствие? Ї он присел на край кровати и взял мое запястье.

Ї Все хорошо, спасибо.

Ї Знаете, какое сейчас число? Год?

Ї Нет.

Ї Как вас зовут?

Ї Ира.

Ї А фамилия и отчество? Ї врач что-то записывал в блокнот.

Ї Не помню, Ї я не понимала к чему эти вопросы и заметно нервничала.

Ї Успокойтесь, все хорошо. Вы сейчас находитесь в отделении неврологии городской больницы. Мы взяли у вас анализы и назначили еще несколько исследований, чтобы выявить причину потери памяти. В отделении полиции выяснили вашу личность. Мы связались с вашими родственниками, после обеда они вас навестят, Ї врач не стал уточнять, кто конкретно придет, а я и не настаивала.

Ї Спасибо.

Ї И еще один вопрос. Что это за штуки на ваших руках? Ї он указал на браслеты Альфы, но я лишь пожала плечами.

Ї Ясно. Ну что ж, отдыхайте, набирайтесь сил. Все будет хорошо. Если появятся вопросы, нажмите вот на эту кнопочку, и к вам подойдет медицинская сестра, Ї мужчина указал на кнопку вызова, установленную рядом с кроватью в пределах досягаемости пациента.

Ї Спасибо, Валентин Борисович, Ї поблагодарила, прочитав его имя на бейджике.

Меня оставили в покое, и время потянулось в медленном и мучительном ожидании.

Сначала я пыталась поспать, не получилось. В голову лезли разные мысли, рисуя ближайшее будущее не в лучшем свете. Не выдержав, встала с постели и подошла к окну. На улице лил мелкий дождь, а серые тучи нависали над городом так низко, что казалось, если забраться на самое высокое здание, можно дотянуться до них рукой.

С третьего этажа было хорошо видно, кто входит и выходит из здания больницы. Я с радостью переключила внимание на людей и рассматривала их внешность. В отличие от альтавров, люди сильно отличаются друг от друга. Разглядывание лиц прохожих доставляло моральное удовольствие.

Меня заинтересовало подъехавшее желтое такси. Сначала со стороны переднего пассажирского места вышел мужчина в черных брюках и пальто. Он открыл заднюю дверь и помог женщине выбраться на тротуар. Она аккуратно перешагнула лужу и благодарно улыбнулась своему спутнику. С небольшим запозданием из машины появилась девочка-подросток. Она демонстративно проигнорировал руку помощи и, накинув капюшон на розовые волосы, пошла в сторону больницы, оставив мужчину и женщину позади себя.

Решила, что это семья, и они приехали навестить кого-то из родственников. Невольно представила, что это я в черной юбке и приталенном бежевом плаще, шагаю по мокрому асфальту на каблучках и нежно держу мужа за руку. А дочка, обиженная непонятно на что, проигнорировала недовольный оклик отца и ушла вперед прямо по лужам.

Девочка быстро преодолела расстояние до больницы и скрылась из вида под карнизом, потом и мужчина с женщиной пропали из поля зрения.

Огорченно вздохнув, я вернулась в постель и даже не могла предположить, что уже через несколько минут та самая семья будет стоять перед моей кроватью и неуверенно переминаться с ноги на ногу.

— Ирина Александровна, вы кого-нибудь узнаете? — Валентин Борисович снова присел на край кровати.

— Это не она, — светло-русый, голубоглазый мужчина с сожалением посмотрел на меня. — Похожа, но не она, — зачем-то еще раз повторил он.

— Вы уверены? — врач удивленно оглянулся на предполагаемого родственника.

— Конечно. Ире сейчас было бы тридцать семь лет, а этой девушке от силы двадцать пять. Мне очень жаль, — последняя фраза была адресована дочери.

Но я не обращала внимания на их диалог и неотрывно смотрела на девочку: «Это она! Сомнений быть не может – это малышка из моих снов, только взрослая!»

Несмотря на то, что она выросла, я узнала ее, даже розовые волосы не смогли сбить меня с толку.

Этот взгляд ясных голубых глаз. Я увидела отчаяние в их глубине, словно там застыл немой крик: «Мама вспомни меня! Это же Я – твоя дочь!»

Время остановилось для нас обеих. Мы смотрели друг на друга, словно во всей вселенной больше никого не существовало. Радость, сомнение, боль, страх, все смешалось воедино.

— Снежа…, — несмело прошептала я. И она меня услышала.

— Мамочка! — доченька мгновенно разрыдалась в голос и бросилась ко мне.

Я даже не поняла, как очутилась на ногах. Вроде бы только что лежала в постели, а теперь стою и крепко сжимаю в объятиях хрупкую девочку-подростка. И ничего на свете нет важнее, только мы.

Мы буквально прикипели друг к другу и долго стояли, обнимались, плакали и никто не посмел нас тревожить.

— Мамочка, миленькая… — сквозь слезы шептала доченька. А я была просто на седьмом небе от счастья.

Неожиданно, воспоминания обрушились словно лавина. Ноги подкосились, и я была вынуждена присесть на кровать.

***

Седьмое октября. Муж возвращается из трехмесячной командировки. А мне надо встретить его на железнодорожном вокзале.

Предвкушая долгожданную встречу, я собираюсь в дорогу, мурлыча веселую мелодию себе под нос.

— Мама, почему ты такая веселая? — дочурка суёт любопытный носик в дверной проем, — И куда ты собираешься?

— Как куда? Сегодня папа приезжает, поеду встречать его, — отвечаю, продолжая собирать небольшую сумку, складывая туда, только самое необходимое: влажные салфетки, дорожная аптечка, зарядка для телефона, литровая бутылка с водой…

— Ураааа! Папа приезжает! — Снежа забегает в комнату, забирается на двуспальную кровать и начинает радостно прыгать на матрасе.

— Доченька, не прыгай, сломаешь! — пытаюсь поругать, скорее для вида, чем всерьез.

— Мама, мамочка! Возьми меня с собой, я тоже хочу папу встречать! — она строит моську и смотрит на меня, в надежде разжалобить. — Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — сложив ладони в умоляющем жесте, пытается окончательно добить. Но в этот раз я не поддаюсь на ее уговоры.

— Нет. Ты же знаешь — ехать далеко. Сейчас темнеет рано, и на дороге может случиться все, что угодно. Мне будет спокойней, если ты дождешься нас дома вместе с бабушкой и дедушкой, — Снежа, тут же надувает губки и обиженно отворачивается, скрестив руки на груди.

— И не надо обижаться, как маленькая ляля, — я нежно глажу ее по волосикам, жалея, что действительно не могу взять с собой. — Завтра утром мы уже будем дома, тебе нужно всего лишь один разок поспать.

— А я итак маленькая, мне еще пять лет! — она продолжает обижаться. — И я не хочу спать! Я хочу с тобой! — никак не унималась капризуля.

— Так. Не серди меня, я ведь, и наказать могу, — закончив собирать сумку, начинаю наводить марафет на лице и голове, негоже встречать мужа, как лохудра.

— Ну, ладно, — наконец-то, соглашается Снежанна, слезает с кровати и, понурив голову, направляется из комнаты, видимо, жаловаться бабушке.

— Постой, — подхожу к ней и, присев на корточки, прижимаю к себе. — Не расстраивайся, ты же знаешь о том, что мы тебя любим! — она кивает, утыкается мне в шею, тихо хлюпает носиком. — Я переживаю за тебя. И не хочу, что бы с тобой что-нибудь случилось. Мы быстро вернемся, вот увидишь, ты даже не успеешь соскучиться. А завтра обязательно сходим куда-нибудь и развлечемся. Обещаю, — пытаюсь загладить вину и подкупаю малышку ее любимым занятием.

Снежа поднимает на меня красные от слез глазки, потом улыбается и согласно кивает, довольная тем, что завтра можно будет выпросить что-нибудь интересное.

— Ну, вот и договорились, — целую ее в щечку. — А теперь беги к бабуле, мне собираться нужно, — она вытирает выступившие слезки и убегает к бабушке, теперь уже хвастаться, а не жаловаться

Закончив сборы, выхожу в прихожую, надеваю кожаную куртку, подбитую изнутри теплым мехом, теплые, черные ботинки на низком каблуке и шапку.

— Ира, на дороге будь аккуратна, сильно не гони, — в коридор выходит мама проводить в дорогу и напоследок дать наставления. Следом приходит папа со Снежей на руках.

— Мам, не беспокойся, ты же знаешь, как я вожу.

— Знаем, мы знаем, но все равно будь осторожна. Сейчас рано темнеет и по ночам заморозки, — вставляет свое слово отец.

— Ну, пап! Вы, как с маленькой, ей богу! — взяв сумку и по очереди целую всех троих.

— Приедешь на станцию, обязательно сообщи! — мама все никак не может успокоиться. Мне уже тридцать лет, а они все, как с дитем, себя ведут «Неужели, я такая же буду в старости?!»

— Хорошо, обязательно позвоню! — в этой ситуации бесполезно спорить, проще согласиться. И неважно то, что будет глубокая ночь, когда я приеду на станцию. Они все равно не лягут спать, пока не дождутся моего звонка.

Попрощавшись, выхожу из квартиры. Потом быстро спускаюсь по лестнице с шестого этажа, не люблю ездить на лифте, однажды застряла в нем между этажей. Очень сильно перепугалась, когда кабинка неожиданно дернулась, и погас свет. Пришлось целый час просидеть в заточении. Вот с тех пор и хожу пешком.

На улице идет дождь со снегом. Быстро добегаю до машины и сажусь в теплый салон.

В нашем городе нет железной дороги. Ближайшая станция в трехстах километрах, в небольшой деревне посреди леса. Поезд с мужем прибудет в три часа ночи, так что выезжаю заранее, чтобы успеть вовремя. Если опоздаю, то Максиму придется ждать и мерзнуть на улице.

Выехала за три с половиной часа до поезда. В одиннадцать тридцать уже стемнело, и ехать стало некомфортно. Пока выезжала из города, встречные машины слепили светом фар. Но когда добралась до трассы, оживленность на дороге стала меньше, и можно было немного расслабиться и включить дальний свет.

Через двадцать километров от города расположился пост ДПС, обычно там редко дежурят патрульные, в основном они выезжают на трассу.

А сегодня вечером сотрудники ДПС стояли на выезде из пригорода, проверяя всех подряд, и я не стала исключением.

Представившись, уставший инспектор попросил мои документы, а убедившись в том, что они в порядке, задал пару стандартных вопросов.

— Куда направляетесь в такое время?

— На станцию мужа встретить, – вежливо улыбаюсь.

— Ясно, счастливого пути и аккуратней на дороге, — он отдает честь и отпускает меня на все четыре стороны. Не люблю, когда останавливают, вроде ничего такого, а время все равно отнимают.

Включаю музыку и, сделав звук громче, направляю железную лошадку по мокрому асфальту, навстречу любимому мужчине, по которому безумно соскучилась. В груди ощущается приятное томление, а сердце быстро бается, поторапливая меня.

Семь лет в браке, а как будто только вчера познакомились. У Максима частые командировки, может, поэтому мы не успели надоесть друг другу. Впрочем, это не важно. Он любящий и заботливый муж, который ни разу не дал повода усомниться в себе. Я чувствую себя рядом с ним, как за каменной стеной.

От размышлений и воспоминаний меня отвлекает странный звук со стороны правого переднего колеса. Выключаю музыку и прислушиваюсь: «Вроде какое-то шуршание!?». Кажется, что колесо немного спустило. Сбрасываю скорость для того, чтобы остановиться на обочине и убедиться в исправности колеса.

За сто километров от ближайшего населенного пункта на трассе нет ни души. Остановив автомобиль, включаю фонарик на телефоне и выхожу на улицу.

Если честно, то жуткая обстановка пугает и вызывает настойчивое желание вернуться в салон и уехать как можно быстрей. Вокруг темно и сыро, от света фар никакого толка, он освещает только дорогу впереди и выхватывает жуткие тени от деревьев, еще больше нервируя меня.

Оглядываясь по сторонам, обхожу машину. Подсвечивая фонариком, осматриваю правое колесо. Оно действительно спущено процентов на семьдесят.

Выругавшись сквозь зубы, иду обратно для того, чтобы нажать на кнопку, открывающую багажник. Потом достаю компрессор, втыкаю шнур для питания в прикуриватели, кладу компрессор на пассажирское сидение и возвращаюсь к спущенному колесу.

Ежась от холода и сырости, с трудом откручиваю колпачок от соска и присоединяю компрессор. Пока колдовала над поломкой, ругала себя за то, что заранее не проверила исправность машины, теперь еще руки испачкала.

Наблюдая за стрелкой манометра и слушая, как гудит моторчик, боковым зрением замечаю, как в лесу промелькнул голубоватый свет. От неожиданности вздрагиваю, резко оборачиваюсь, но ничего не вижу. Настороженно вглядываясь в ночную черноту, жду немного, чтобы убедиться в том, что ничего нет: «Наверное, показалось!»

Выключила компрессор, закрутила сосок и направилась к багажнику, и стоило мне его закрыть, как неожиданно все вокруг заливает яркий голубой свет. Он слепит меня.

А потом я теряю сознание.

***

— Мамочка, тебе плохо?! — испуганно воскликнула Снежа, размазывая потекшую тушь по щекам.

— Нет, нет, все хорошо, — взяла ее за руку и усадила рядом с собой. — Все хорошо, теперь все будет хорошо, — шептала я и целовала ее в щеки, в лоб и макушку.

— Ира? Это правда, ты?!

— Да, Максим, это правда, я! — посмотрела на бывшего мужа. Он держал свою жену за руку и с недоверием смотрел на меня.

Что ж, я могла понять его, да и винить его не в чем. Он жил, как мог. В прошлом я безумно любила этого человека, но сейчас чувств нет. К счастью, вернулись только воспоминания и это к лучшему. Не хотелось бы испытать боль и разочарование от того, что у мужа теперь другая женщина.

— Но как это возможно? — было видно, что он хочет подойти к нам, но присутствие супруги и нежелание обидеть её остановили его.

— Думаю потрясений на сегодня достаточно, — подал голос Валентин Борисович. — Пациентке пора принимать лекарства, а вы можете навестить ее завтра.

— Я никуда не уйду, — категорично заявила Снежанна, скрестив руки на груди.

— Милая, я никуда не денусь, — крепко прижала ее к себе и поцеловала. — Завтра мы обязательно увидимся. Ты ведь уже большая и сама сможешь прийти ко мне.

— Ладно, только я приду утром. Можно? — она посмотрела на врача.

— Думаю, ради такого дела мы сделаем исключение и изменим время посещения индивидуально, — Валентин Борисович улыбнулся и поманил ее за собой, намекая на то, что пора прощаться.

— Я очень сильно люблю тебя, — наконец-то сказала то, что давно хотела.

— Я тоже, — мы обнялись напоследок и нехотя разомкнули руки.

Все ушли, а я еще долго улыбалась и ощущала прикосновения и запах моей малышки.

«Какая же она все-таки взрослая! Розовый ёжик!» - улыбка вновь расцвела на моих губах.

Наверняка, Максу пришлось нелегко.

Глава 12

Я не могла дождаться новой встречи и всю ночь не спала, исходив палату вдоль и поперек.

В шесть утра медсестра застала меня у окна.

— Вы уже проснулись? — удивилась женщина в возрасте. Я ее видела впервые. — Давайте, тогда измерим температуру, и вы соберете анализы, а потом жду вас в процедурном кабинете, — дежурная медсестра дала мне термометр и поставила две баночки под анализы на прикроватный столик.

Собрав анализы и зажав электронный градусник подмышкой, вернулась к окошку и задумчиво посмотрела вдаль.

Через несколько минут раздался писк, я посмотрела на электронное табло и ужаснулась.

— Сорок два и два! Как так? — испугалась и быстро нажала на кнопку, сбросив показания. И как раз вовремя.

— Ну что? Все сделали?

— Да, — отдала баночки и термометр Тамаре Васильевне, попутно прочитав ее имя на бейджике. — Тридцать шесть и шесть, — соврала, чтобы не возникло лишних вопросов. Наверняка высокая температура для меня норма, даже если нет, то чувствую я себя хорошо, а лишнее внимание ни к чему.

В процедурном кабинете у меня взяли кровь с вены и поставили укол в ягодицу. Затем в восемь часов принесли завтрак: овсяная каша с изюмом, хлеб с маслом, кусочек сыра и сладкий чай.

Я все съела с превеликим удовольствием. Вчера обед и ужин тоже проглотила как не в себя. Сколько лет не пробовала нормальную человеческую еду, одна непонятная зеленая жижа. Хотя с новыми особенностями могла вообще долгое время обходиться без пищи, но моральная потребность все равно присутствовала – это давало призрачную иллюзию того, что я по-прежнему человек.

Десятый час, а Снежи все еще нет, я начала переживать. Воображение рисовало картины, одна страшнее другой. Когда в палату вошел лечащий врач, я была на взводе.

— Валентин Борисович, моя дочка еще не пришла?! — вскочила с кровати и приготовилась, если потребуется, бежать на выручку.

— Успокойтесь, она ждет, когда закончится обход, — мужчина добродушно улыбнулся. — Как спалось? Как вы себя чувствуете?

— Все хорошо, не терпится увидеть дочку, — присела на край кровати и нервно постучала пальцами по столику.

После короткого осмотра врач сообщил о том, что сегодня после обеда мне сделают компьютерную томографию головного мозга, а после результатов переведут на амбулаторное лечение, так как все анализы в порядке.

Эта новость немного удивила и обрадовала, ведь я была уверена в том, что моя кровь сильно отличается от крови обычного человека. Лаборанты просто не могли не заметить странности.

Задумываться о причинах такого везения не стала, да и голова была занята совершенно другими мыслями.

Валентин Борисович ушел, а через пару минут в палату вбежала Снежанна.

— Мама! — она радостно бросилась в мои объятия.

До самого обеда мы разговаривали обо всем. Она рассказывала о школе, о своих друзьях и переживаниях. А я только слушала и улыбалась. Не сговариваясь, мы избегали темы моего исчезновения. Снежа как будто знала о том, что я все равно не смогу рассказать свою историю.

Затаив дыхание, я буквально впитывала каждое слово и представляла, будто всегда была рядом с дочкой. Это я вела ее на линейку в первый класс, это я радовалась ее первой пятерке и плакала вместе с ней, когда она поссорилась с подругой. Это я учила ее плести косички, красить ногти и реснички. Это я помогала ей с домашним заданием и пробовала первое блюдо приготовленное самостоятельно.

Я была готова слушать вечно все, что говорить, моя малышка, но наше единение нарушил телефонный звонок.

— Да, пап. Да, я у мамы, — Снежа положила трубку. — Он сейчас поднимется, — сообщила она, а мне захотелось куда-нибудь спрятаться, чтобы не видеться с бывшим мужем.

Максим где-то задержался и в палату вошел вместе с врачом, который сообщил, что после обследования я могу сразу же ехать домой, а завтра с утра приехать за результатами и рекомендациями.

Макс и Снежа решили дождаться меня, а потом отвезти на квартиру родителей, которая уже давно пустует.

— Я хочу отказаться от компьютерной томографии, — сообщила доктору по дороге на обследование. Несмотря на то, что с анализами повезло, не хотелось лишний раз рисковать. К тому же не заметить изменения головного мозга будет нереально, да и инородных элементов внутри моего организма предостаточно.

К счастью, он не стал настаивать и, взяв с меня письменный отказ, отпустил на все четыре стороны, выдав выписку с рекомендациями по лечению и дальнейшему обследованию.

Мне вернули потрепанные и грязные вещи, в которых привезли в больницу. Пришлось надевать то, что есть. К счастью, деньги, которые я положила во внутренний карман, оказались нетронуты. Возможно, неприглядный вид одежды с большими пятнами грязи отбил желание у людей шириться по карманам.

Домой мы поехали на такси, Снежа всю дорогу прижималась ко мне, а Макс сидел впереди и неловко молчал, да я и не настаивала на разговоре. Вместо этого смотрела в окно и нежно поглаживала дочку по розовым волосам.

Меня переполняли разнообразные чувства. Было радостно и одновременно страшно возвращаться домой, где все пропитано запахом прошлого и нет родителей.

Подниматься на шестой этаж на лифте я отказалась, не потому что побоялась, просто захотела воссоздать все, как было раньше, и оттянуть момент.

Макс открыл дверь, и первый вошел в квартиру, затем Снежанна.

Переступая порог, я затаила дыхание. Калейдоскоп воспоминаний закружился перед глазами, и только теперь я, наконец-то, осознала, что родителей больше нет. Присутствие дочери заставило держать себя в руках и не расплакаться. Это потом я вдоволь наревелась на могилке, сожалея, что так и не удалось застать родителей живыми.

Жизнь начала налаживаться.

Максим помог восстановить все документы. В больнице мне поставили диагноз: «Локализованная диссоциативная потеря памяти на фоне психологической травмы». Поставили на учет в психиатрическом диспансере, назначили лечение и сеансы у психотерапевта.

Не обошлось и без посещения полиции. Следователь вызывал к себе на дачу показаний, но я настаивала на том, что ничего не помню, и справка из больницы была как нельзя кстати.

Снежанна сначала жила на два дома, а потом и вовсе переехала ко мне. Макс со своей женой были против этого и пытались повлиять на неуправляемого подростка, но ни одна попытка вразумить дочку не увенчалась успехом.

Немного поспорив и повздыхав, сошлись на том, что Снежа будет иногда ночевать у отца.

Я нашла свой диплом и, пройдя курс повышения квалификации, устроилась в строительную компанию в отдел логистики.

Конечно, были и неприятные моменты. Я стала местной знаменитостью. Каждый старик и ребенок знал о пропавшей восемь лет назад и чудом нашедшейся женщине. Местные журналисты несколько раз пытались взять у меня интервью, но я отказывала, не желая становиться известной на всю страну, достаточно родного города.

На улице или в магазине часто замечала на себе заинтересованные взгляды, но старалась не придавать им значения. А на работе некоторые коллеги перешептывались за спиной, строя нелепые предположения о том, что же со мной случилось и где я пропадала все это время. Благодаря хорошему слуху, мне был слышен каждый их шепот.

Но до всех пересудов мне не было абсолютно никакого дела. Жизнь вертелась только вокруг дочери. Отношения с ней сложились замечательно, а Макс, видя, что я положительно влияю на ее поведение и учебу, перестал сердиться и все внимание переключил на второго ребенка и жену. С ним я старалась лишний раз не пересекаться, потому что чувствовала его неловкость и вину.

Однажды сказала ему, что он ни в чем не виноват, и я не сержусь и на его любовь не претендую. Его жена Марина так и не смогла отнестись ко мне с пониманием или хотя бы нейтрально и всячески избегала встречи со мной, делая огромную услугу, так как я тоже была не готова уделять ей внимание.

Все свободное время мы со Снежанной проводили вместе. Я провожала ее в школу, а она встречала меня с работы. Потом мы обязательно шли в магазин, покупали продукты для ужина и вместе готовили. Это стало нашим ежедневным и веселым ритуалом. Каждые выходные мы куда-нибудь выбирались: в кино, в театр, даже на дискотеку пару раз сходили.

Но, несмотря на счастливое время, я не забывала о том, что со мной произошло, а Гора снился каждую ночь. Наверное, я скучала.

Все случилось под Новый год. Мы со Снежанной готовили праздничные салаты, когда заговорила Альфа.

«Приближение агрессивно настроенных субъектов: четыре вооруженных мужчины движутся к квартире с целью задержания. Рекомендую не оказывать сопротивление и сохранять в тайне всю необходимую информацию» — голос в голове прозвучал, как гром среди ясного неба.

— Снежа, тебе нужно спрятаться, — ничего не объясняя, потянула ее в спальню и запихнула в шкаф. В коридоре раздалась переливчатая трель дверного звонка. — Сиди тут и не шевелись. А когда все уйдут, позвони отцу и попроси, чтобы он тебя забрал.

— Мама, что происходит?

— Не знаю, но как разберусь, сразу же вернусь. С отцом никуда не вмешивайтесь. Ты меня поняла? — дочка испуганно кивнула.

В дверь начали непрерывно трезвонить, вынудив меня быстро поцеловать Снежанну и плотно прикрыть шкаф.

Торопливо накинула кофту с длинными рукавами, чтобы скрыть браслеты Альфы и, приняв невозмутимый вид, открыла дверь.

Вместо четырех за дверью стояли два солидно одетых бугая.

— Ирина Александровна?

— Да.

— Вынуждены попросить вас проследовать с нами.

— А в чем, собственно, дело? И кто вы такие? — логичный вопрос напросился сам собой, так как джентльмены бандитской наружности не удосужились предъявить документы.

— Федеральная Служба Безопасности, — тот, что пониже, помахал перед моим лицом раскрытым удостоверением. Гончарин Эдуард Владиславович — успела прочитать имя сотрудника, а Альфа подтвердила подлинность документа, и я немного успокоилась, наивно предположив, что от их внимания моей семье вреда не будет.

— Но я ведь уже рассказала следователю все, о чем смогла вспомнить, — сделала вид, будто ничего не понимаю.

— У нас возникли некоторые вопросы. Это всего лишь формальность и много времени не займет, — мужчина улыбнулся. Видимо, они хотели все сделать тихо и не привлекать лишнего внимания.

— Хорошо. Сейчас оденусь и выйду, — хотела закрыть дверь, но второй мужчина придержал ее рукой.

— Вы одна? — он заглянул в квартиру через мое плечо.

— Да.

Меня нагло отодвинули в сторону и без разрешения вошли в коридор.

— Поторопитесь и без глупостей, — Эдуард прошелся по квартире, заглянул в каждую комнату.

Я быстро обула зимние ботинки и накинула красный, длинный пуховик.

— Все, можем идти, — торопливо взяла сумку и выключила свет на кухне, стараясь не смотреть на спальню. К счастью, Снежанна сидела так тихо, что даже мне было слышно лишь ее прерывистое дыхание.

Удовлетворившись беглым осмотром квартиры, мужчины вышли и дождались, когда я закрою дверь на ключ.

У подъезда стоял черный внедорожник. Окна были тонированы только с пассажирской стороны, поэтому я сразу увидела, что в машине еще двое сотрудников.

Альфа никогда не ошибается.

Я сидела посередине, зажатая между двух мужчин, и внимательно следила за дорогой.

Покинув центральную улицу, водитель свернул на объездную дорогу и направился в сторону аэропорта.

— Вы же сказали, что разговор много времени не займет, а сами собрались вывезти меня из города! Немедленно остановите машину! — возмутилась я и скривила недовольное лицо.

— Ведите себя благоразумно, вы же не хотите, чтобы ваша дочь присоединилась к нам. Не так ли? — Эдуард угрожающе улыбнулся. — Будете делать то, что вам скажут, и ничего с вашими близкими не случится.

Аргумент оказался весомым, и я замолчала, задумчиво уставившись в окно.

— Разумное решение, — безопасник правильно расценил мое молчание.

Конечно, четыре человека для меня не помеха. Можно было бы легко расправиться с ними и сбежать, прихватив с собой дочь. Но я не хотела такой жизни для Снежанны, поэтому осталась на месте, решив узнать, что от меня хотят.

В аэропорту нас ждал частный самолет. Перед взлетом я попросила разрешения позвонить бывшему мужу, но Эдуард отказал.

Два часа полета и мы приземлились в маленьком аэропорту где-то в глубинке. Мне надели черный мешок на голову и, заломив руки за спину, повели неизвестно куда.

Я не переживала по этому поводу. Если потребуется Альфа, легко определит местоположение и найдет дорогу домой. Да и вреда эти люди не смогут мне причинить, даже если сильно захотят.

После короткого перехода, меня усадили на жесткое сидение. Над головой раздался гул, он быстро нарастал и стал оглушительным.

«Вертолет, все ясно. Видимо, теперь направляемся в труднодоступное место».

Около часа я слушала шум лопастей и постоянно подпрыгивала от турбулентности. Стараясь не думать о плохом, терялась в догадках, как спецслужбы узнали про меня.

Мешок с головы сняли только в закрытом помещении, где стоял стол и всего два стула. Я села на один из них и стала ждать, когда же начнется допрос.

Оглядев помещение не нашла ничего интересного, кроме большого зеркала. Приглядевшись, смогла увидеть несколько человек с другой стороны.

Они разговаривали и с интересом поглядывали на меня.

Металлическая дверь скрипнула, и мое одиночество разбавил солидный мужчина средних лет. На вид непримечательная внешность, тусклый цвет глаз, но цепкий взгляд.

— Здравствуйте, Ирина Александровна. Рад, что вы смогли выделить для нас время, — закинул он удочку провокации. Но я лишь улыбнулась. — Меня зовут Дмитрий Андреевич. Наша беседа пройдет в форме вопрос – ответ. Мой вопрос, ваш ответ. Думаю, это понятно. И только от вас зависит, как долго будет проходить беседа.

Мужчина выждал паузу, дав возможность мне сказать свое слово.

— Что ж, тогда приступим, — он криво улыбнулся, не дождавшись от меня никакой реакции.

Дальше последовали уточняющие вопросы из моей биографии: паспортные данные, адрес, состав семьи, где училась, где родилась и тому подобное. На все вопросы отвечала: — «Верно». Либо: — «Не верно», если данные специально были изменены.

— Состояли или состоите ли вы в террористических организациях?

— Нет.

— Являетесь ли вы иностранным агентом?

— Нет.

— Инопланетным? — вопрос прозвучал так неожиданно, что я на мгновенье растерялась. Секунда замешательства и мелькнувшие на лице эмоции, выдали меня с потрохами.

— Нет, — попыталась исправить положение. Усмехнулась и посмотрела на Дмитрия, как на больного.

— Не стоит отпираться, Ирина Александровна. Нам всё известно.

Я не нашла, что ответить и снова промолчала, сохранив невозмутимый вид.

— Откуда? Спросите вы. А я вам отвечу. Мы давно следим за деятельностью пришельцев. А ваши анализы стали очередным подтверждением.

Теперь понятно, как они меня нашли. После выписки из больницы прошло уже три месяца, вполне достаточно для того, чтобы информация о странной женщине дошла, куда следует. Поэтому врач так легко отпустил меня не дообследовав. Наверное, не хотел спугнуть. Вряд ли Валентин Борисович целенаправленно собирался сдать меня спецслужбам, скорее всего он просто отправил анализы в какую-нибудь научную лабораторию, а там они уже сами пустили дело в ход.

— Рекомендую пойти на сотрудничество, иначе мы будем вынуждены применить более жесткие методы.

— Что вы хотите от меня? — гадать о каких методах он говорит, не приходилось.

— Это вы скажите мне. Какую цель вы преследуете? Чего вы от нас хотите? — огорошил меня Дмитрий Андреевич, всерьез пологая, что я инопланетянка.

Глава 13

Допрос длился долго, но я упорно делала вид, что не понимаю намеков. В конце концов, меня заперли в маленькой камере два на два с решеткой на окне и стенами, покрашенными темно-зеленой краской.

Ни кровати, ни скамейки, ни стула. Видимо, за меня решили взяться в серьез. Вот только мне совершенно все равно на условия содержания. Я могу и на пол лечь, если сильно захочется. Через пару минут именно так и сделала.

Лежа на спине, сначала бездумно пялилась в потолок, а потом прикрыла глаза.

Что теперь делать и как выбираться из очередных неприятностей, я даже представить не могла.

Любое действие или бездействие поставит под удар Снежанну. На мгновенье я даже пожалела о том, что вернулась. И как не крути, в любом случае придется что-то предпринять.

Решила спросить совета у Альфы. Сначала хотела задать вопрос вслух, но немного подумав, сделала это мысленно.

Предложив несколько вариантов решения проблемы, попросила соседку по телу рассчитать вероятность успеха.

В итоге успешным вариантом — восемьдесят пять процентов, была демонстрация силы и заключение договора на взаимовыгодных условиях. Альфа имела достаточно информации о психологии человечества, и у меня не было повода сомневаться в ее правоте. Она с легкостью просчитала все варианты развития событий и предложила самый оптимальный выход из положения заложницы.

Определившись с дальнейшими действиями, я немного успокоилась и приготовилась ждать, когда начнется очередной допрос.

Ожидание затянулось на целые сутки.

Неопределенность изматывала итак расшатанные нервы, а разлука с дочерью и переживания о ее судьбе нагоняли страшные мысли и предположения.

— Альфа, как сделать так, чтобы ожидание пролетело незаметно? — в попытке успокоиться, обратилась к единственному собеседнику. Спросила вслух, потому что так создавалась иллюзия живого общения.

«Могу погрузиться в стазис* и возобновить деятельность при появлении посторонних в радиусе двух метров» — предложила она, и я согласилась.

Не было ни снов, ни чувств. Я просто закрыла глаза на мгновенье.

«Внимание! Деятельность возобновлена!» — монотонный голос в голове привел меня в чувство.

За мной, наконец-то, пришли.

Перед тем, как дверь открылась, я узнала от Альфы, что с момента заключения прошло двадцать четыре часа. За это время никто не соизволил покормить заключенную или хотя бы принести воды. Очень негуманно со стороны безопасников, хотя я уже сомневаюсь насчет их рода деятельности.

Вот так запросто похитить человека, запереть на сутки без еды и воды могут только те, кому такое легко сойдет с рук. И будь я обычным человеком, естественную нужду пришлось бы справлять в углу, а посетителей встречала бы голодными глазами.

И у меня только два предположения по этому поводу. Либо ответственные за мое дело уверены в том, что я инопланетянка, либо ради достижения цели они способны издеваться над человеком.

К счастью я не испытала никакого дискомфорта, а благодаря стазису время пролетело незаметно.

Войдя в допросную, Дмитрий Андреевич немало удивился, увидев меня в бодром и не растрепанном состоянии. Его выражение лица стало задумчивы, было видно, что он сделал выводы и принял какое-то решение.

— Я согласна сотрудничать с вами, но у меня есть условия, — заговорила первой, как только мужчина открыл рот.

— Рад слышать. Таким решением вы сможете избежать многих проблем, — начал Дмитрий после небольшой паузы. — Можете выдвинуть ваши условия, а я решу, подходят они нам или нет.

— Вы оставите мою семью в покое и после того, как я выполню ваши требования, забудете о моем существовании, — выложила все сразу.

— Этого я вам не могу обещать. Вы же понимаете последнее слово не за мной. И для начала вы должны рассказать все, что вам известно.

— Ожидаемо. Поэтому…, — я мило улыбнулась «Альфа, демонстрация силы. Никому не вредить. В случае нападения, только защищаться. Жертвы недопустимы».

Стоило отдать команду, моментально началась трансформация. Буквально за пару секунд увеличился рост, браслеты на руках и ногах, как будто расплавились и жидким, черным металлом с синим отливом, растеклись по телу. Металлическая вставка на затылке, спрятанная под волосами, образовала защитный шлем. Зрение изменилось и теперь, я могла видеть в разных диапазонах, даже сквозь стены. Одежда порвалась и висела лохмотьями, а ботинки вообще развалились на две часть.

Я впервые видела трансформацию. Гора рассказывал о сути изменений в моем организме, но до этого момента я плохо представляла, как все выглядит на самом деле, да и период после завершения опытов вообще не помню. И если бы сейчас контроль над телом не принадлежала Альфе, я точно бы свалилась в обморок, что собственно и собирался сделать Дмитрий.

Мужчина успел только отскочить в сторону и прижаться спиной к стене.

«Режим боевой готовности активирован. Цель - демонстрация силы. Жертвы недопустимы» — отчиталась Альфа.

«Контроль над голосовыми связками предоставлен», — она выполнила мою просьбу, но я не спешила говорить, а просто стояла и ждала, что будет дальше.

Дмитрий Андреевич пытался мимикрировать под цвет стены, но ему удалось лишь побледнеть. Нижняя губа начала трястись, а на лбу выступила испарина.

Мои сенсоры засекли движение за зеркалом Гезелла**. Наблюдавшие за допросом люди бросились врассыпную.

«Приближается группа захвата из семи человек. Расчетное время прибытия – две минуты», — монотонно сообщила Альфа.

Как-то уж совсем нерасторопно с их стороны.

— Что же вы так плохо подготовились к допросу? — я укоризненно цокнула языком, напугав сотрудника до икоты. Честно говоря, сама немного вздрогнула от своего звенящего голоса.

Я начала опасаться, что за две минуты у мужчины может случиться инфаркт. Хотела выйти из допросной, но передумала. Если Дмитрий от голоса чуть не потерял сознание то, что с ним станет, когда я пойду в его сторону. Мужчина уже немолодой, не дай бог, помрет от страха.

Пришлось стоять и не двигаться чисто из соображений гуманизма. Маленького дрожащего человечка, который продолжал таращить на меня большие испуганные глаза стало жалко.

И только после того, как прибыло подкрепление, на его лице появилось облегчение. Наивный, думал, что они смогут, в случае чего, остановить меня.

Четверо бойцов расположились за стеклом, полагая, что я их не вижу, еще двое вошли в переговорную и встали по углам, а лидер группы прикрыл собой Дмитрия и направил в мою сторону автомат.

Через опущенные забрала шлема, на меня смотрели сосредоточенные взгляды, а за стеной было слышно, как кто-то, присвистнув, выругался, оценив мой внешний вид и габариты.

— Дмитрий Андреевич, вы успокоились? — я решила первой начать диалог.

Мой голос для окружающих прозвучал неожиданно, боец в правом углу не выдержал и с перепугу нажал на курок.

Автоматная очередь пришлась в грудную клетку, но не причинила абсолютно никакого вреда: ни вмятин, ни царапин.

— Прекратить огонь, — гаркнул предводитель и пару раз заковыристо выругался.

— А теперь Вы готовы вести переговоры?

— Я… я не уполномочен, — пискнул Дмитрий из-за широкой спины своего защитника.

— Ну, так позовите того, кто уполномочен, — я начала потихоньку выходить из себя. — Идите, немедленно.

Мужчину как ветром сдуло, и не было его около десяти минут. Напряжение нарастало, бойцы заметно нервничали и не знали, что делать.

Наконец-то, в комнату вбежал перепуганный юноша с ноутбуком и кучей проводов. Он нервно сглотнул, посмотрев на меня с испугом и долей любопытства.

— Это ноутбук. Мы сейчас свяжем вас с нашим руководителем по видеосвязи, — начал объяснять по слогам.

— Так-то и я вроде не дура, — усмехнулась я. — Давай быстрее.

— Ага, ага! Сейчас, сейчас, — затараторил парень и торопливо подключит блок питания к сети. — Все готово.

На экране появился представительный мужчина в форме. Не смогла определить его звание, так как не разбираюсь в погонах, но было очевидно, что это не последний человек в правительстве. Рядом с ним сидела женщина в возрасте и еще один мужчина в форме.

«Целый консилиум собрали,» - мысленно усмехнулась я, разглядывая растерянные лица.

— Мы готовы выслушать вас, — представитель власти начал первым.

— Рада слышать. В обмен на информацию вы оставите мою семью и меня в покое. А лучше вообще забыть о моем существовании.

— Но информации будет не достаточно. Вы позволите нам изучить вас и ваши возможности, а мы в свою очередь подумаем над вашей просьбой, — мужчина разговаривал спокойно и уверенно. По ту сторону экрана он чувствовал себя в безопасности и считал, что может ставить мне условия.

— Вы не в том положении, чтобы торговаться со мной. Я ставлю вас перед фактом. Если вы продолжите преследование, то пожалеете об этом. Ни одно оружие на Земле не способно причинить мне вред, и в ваших же интересах сохранить со мной нейтральные отношения. Даю вам сутки на размышление. И можете считать себя в безопасности до тех пор, пока моя семья не затронута. Но учтите, стоит вам хоть каким-либо образом коснуться близких мне людей, вас ничто не спасет.

Закончив монолог, я отдала приказ Альфе выбираться из этого места самым прямым путем. И она выполнила его, в буквальном смысле пройдя сквозь стену прямиком на улицу, при этом разрушив пол стены.

«Альфа, как добраться до звездолета?»

«Цель – место посадки разведывательного корвета?» — уточнила она.

«Да»

Ответом на мой вопрос стала вибрация пространства вокруг меня. Камни, в большом количестве лежавшие на земле, неожиданно начали подниматься в воздух, толпа вооруженных мужчин, пытающихся взять меня в кольцо, замерли на месте с открытыми ртами.

Через мгновенье я влетела в воздух, раскидав людей сильным потоком воздуха в разные стороны.

«Активировать режим маскировки?»

«Активируй,»- согласилась, сделав очередное открытие в способностях Альфы.

Не сказать, что я была прям в восторге от полета, скорее – немного необычно. Испытанные ощущения можно сравнить с очками виртуальной реальности: ни порывистого ветра в лицо, от которого перехватывает дыхание, не леденящего кожу холода, как будто все происходило на экране телевизора.

На протяжении всего полета Альфа собирала информацию о местности. Мое поле зрения прочерчивали линии широты и долготы, а оперативная система Альфы то и дело находила движущиеся объекты, определяла их характеристики и запоминала. Пролетая над поселениями, она удивительно быстро подсчитывала примерное количество населения.

Я быстро потеряла интерес к полету и, задумавшись о будущем, пропустила тот момент, когда Альфа обнаружила крупную аварию на федеральной трассе.

Два легковых автомобиля столкнулись с фурой. Три человека погибло, четверо получили травмы разной степени сложности. И все бы ничего, но двое пассажиров попали в смертельную ловушку.

Один из легковых автомобилей развернуло боком и зажало между фурой и второй машиной. От сильного удара двигатель воспламенился. Еще немного, и люди сгорели бы заживо.

Спасательная бригада еще не прибыла на место происшествия, и к трем погибшим скоро прибавилось бы еще двое.

Ни секунды не сомневаясь, отдала приказ Альфе.

Я не боялась быть обнаруженной, так как маскировка позволила остаться незамеченной, а домыслы очевидцев не имеют значения.

Приземлиться скрытно не получилось. Зевак, собравшихся в большом количестве и пытающихся безуспешно помочь, раскидало потоком воздуха.

Пользуясь тем, что люди приходят в себя от шока, одной рукой я отодвинула искореженный автомобиль, затем буквально выдрала с корнем заклинившую дверь с пассажирской стороны зажатой легковушки.

Оценив плачевное состояние пострадавших, и чтобы не травмировать еще больше, Альфа решила вынуть их при помощи гравитации. Легко запрыгнув на крышу машины, вскрыла ее словно консервную банку.

Огонь перекинулся на передние сидения, вынудив поторопиться. Моя напарница извлекла людей из салона, даже не прикоснувшись к ним. Два бессознательных тела просто пролевитировали на безопасное расстояние и мягко опустились на заснеженную обочину.

Свидетели невиданного чуда успели очухаться от внезапного падения и с открытыми ртами наблюдали за необъяснимым явлением. Некоторые додумались снять чудесное спасение на камеры телефонов. Еще один сюрприз их ожидает, когда репортеры любители решет пересмотреть свои записи и обнаружат, что ничего не заснялось, Альфа постаралась.

Сделав дело, с чистой совестью передумала лететь к звездолету и отправилась домой, напоследок вновь раскидав людей в разные стороны, словно осенние листья.

Пробраться в свою квартиру незаметно вышло довольно легко. Только пару раз пришлось замереть на лестнице, когда мимо проходили соседи.

У двери своей квартиры немного растерялась, поняв, что сумка с ключами и телефоном осталась в машине или самолете.

Собравшись с мыслями, поднесла указательный палец к замочной скважине, и нано роботы быстро справились со своей задачей, по команде Альфы образовав на пальце отросток по форме схожий с ключом.

— Альфа, деактивировать режим боевой готовности, — отдала команду сразу же, как только оказалась в квартире.

Приняв жидкую форму, броня быстро перетекла обратно браслеты, а шлем остался лишь небольшой пластинкой на затылке. Оставшись абсолютно голой, я почувствовала себя беззащитной и поспешила одеться.

После этого долго пыталась найти старый телефон, чтобы позвонить дочке, но так и не нашла его.

— Альфа, можешь связаться со Снежанной? — внезапно меня озарила идея.

«Произвожу поиск абонента,» - отозвалась Альфа, затем пластина шлема перетекла на мое ухо, образовав подобие гарнитуры телефона. Я услышала гудки вызова.

— Алло! — гудки сменились растерянным голосом дочки.

— Снежа, это я! Ты впорядке? — на душе сразу отлегло, ведь если бы у нее были проблемы, она не смогла бы ответить на звонок.

— Мама! Где ты? Я так волновалась! — её голос сорвался на плач.

— Я уже дома. Все хорошо.

— Я сейчас приеду…

— Уже поздно, — перебила ее. — Приезжай утром. Хорошо?

— Ладно, — Снежа расстроилась.

— И С Новым Годом, милая. Я люблю тебя.

— И я тебя.

После разговора я немного расстроилась. Очень хотелось увидеть дочку прямо сейчас. Но погрузиться в грустные мысли не дала Альфа.

«Во время сканирования сети сотовой связи и других источников сигнала обнаружена угроза»

Стазис* — искусственная пауза во всех физиологических процессах живого существа, в том числе в самой жизни; возобновляемые, как будто они не прерывались, когда период стазиса закончится;

Зеркало Гезелла** — стекло, выглядящее как зеркало с одной стороны и как затемнённое стекло – с противоположной. Такие стёкла часто используются архитекторами в конструкции новых зданий. Также они активно применяются для оборудования переговорных комнат, комнат служб безопасности, психологов (в особенности детских). Психологи наблюдают за детьми через зеркало Гезелла, не мешая им, что позволяет детям вести себя естественно, и позволяет верно оценить педагогическую ситуацию.

Глава 14

Альфа обнаружила прослушку и легко ее блокировала. Не смотря на это, беспокойство за дочку и семью бывшего мужа не позволило мне остаться дома. Сломя голову, я помчалась через весь город.

Выскочив на улицу, не сразу поняла, что забыла одеться и обуться, а домашние тапочки вообще потеряла где-то на лестнице. Прохожие шарахались от меня в разные стороны и провожали удивленными взглядами, а некоторые вообще крутили пальцем у виска.

Благо город небольшой и на дорогу ушло не больше пятнадцати минут. Перейдя на шаг, хотела спокойно войти в подъезд многоэтажки, но немного не рассчитала силу, и дверь слетела с петель, когда я дернула за ручку.

— Ой! Крепкая ручка! — растерялась и поспешила аккуратно прислонить муниципальное имущество к стене, попутно оглядываясь по сторонам.

На третий этаж влетела в мгновение ока и осторожно постучалась в нужную квартиру, стараясь больше ничего не портить.

Макс появился на пороге бледный, словно привидение и со свежим кровоподтеком под глазом.

— Ира! Ты….

— Что случилось? — я машинально прикоснулась к фингалу, а Максим посмотрел на мои мокрые от снега носки.

— Проходи, — с явной неохотой бывший муж посторонился, пропуская меня внутрь.

Заметно нервничая, Максим пригласил меня в гостиную, где и обнаружились причины его нервозности.

Главарь вальяжно сидел в кресле в позе нога на ногу и с превосходством смотрел на меня. Двое мужчин сидели на диване, охраняя Снежу и Свету с Егоркой на руках. Еще трое рассредоточились по комнате. Один из них подошел к Максу и толкнул к дивану, принудив сесть рядом с женой.

Незваные гости были одеты в гражданскую одежду, и я не смогла определить, к какой организации они относятся.

— Мама! — Снежанна хотела броситься ко мне, но мужик, сидевший рядом, надавил ей на плече, вынудив остаться на месте.

— Еще раз прикоснешься к моей дочери, останешься без рук! — совершенно серьезно заявила я спокойным и уверенным голосом.

— Ну, что же вы так, Ирина Александровна! Нехорошо знакомство со скандала начинать! — предводитель укоризненно покачал головой. — Позвольте представиться, Олег Владимирович. Мне делегировали полномочия продолжить переговоры и заключить с вами соглашение, — мужчина многообещающе улыбнулся.

Уверенный агент с большим опытом считал, что полностью владеет ситуацией и может мной манипулировать. Так бы оно и было, если бы я была обычной женщиной.

Я никак не могла понять, почему он так спокоен. Либо его еще не предупредили или даже не собирались ставить в известность, либо он просто не понимает, с кем имеет дело. А еще я удивилась тому, как быстро спецслужбы все организовали. Возможно, они заранее решили шантажировать меня семьей, а может, просто были поблизости и ждали сигнала.

— Не могу сказать, что мне приятно наше знакомство, — перебила агента. — Но я готова поговорить с вами наедине.

— Разумно, — губы Олега растянулись в ехидной усмешке. — Отведите свидетелей в соседнюю комнату.

Максима с женой и детьми увели в спальню, и в гостиной на два противника стало меньше.

Жаль, что они еще не видел Альфу в действии. Уверенна, что эти агенты тоже не готовы к такому зрелищу и сразу же наложат в штанишки. А вот моим родным ни к чему это видеть.

— Выкладывайте, что у вас? — я села на опустевший диван и сняла мокрые носки. Несмотря на невосприимчивость к низким и высоким температурам, ногам все равно было неприятно от сырости.

— Ирина, надеюсь, вы понимаете, насколько серьезный оборот приняло дело и в ваших же интересах проявить благоразумие и, наконец-то, начать сотрудничать с нами, — Олег Владимирович начал с проникновенного вступления, но я совершенно не прониклась.

— Ой, да ладо! Не смешите меня! Это в ваших, а не в моих интересах. Я уже объяснила вашему руководству, причем наглядно. А если до них не дошло, могу повторить более доходчиво. И не надо меня шантажировать семьёй. Вы совершили огромную ошибку, впутав их сюда. Но на первый раз могу простить.

— Да что ты себе позволяешь?! Какая-то сопливая девчонка будет мне угрожать! Ты хоть понимаешь, во что вляпалась? — у агента сдали нервы или взыграло чувство собственного достоинства. — Ты и пикнуть не успеешь, как тебя по стенке размажут!

— Видимо, вас не предупредили или вы просто сумасшедший, — предположила я, не особо рассчитывая на ответ.

— Вижу, что нам не договориться мирным путем, — Олег как-то разом подобрался и расправил плечи. — Взять её!

— Подождите! — я поспешно выставила ладони вперед.

— Одумались? — агент довольно улыбнулся, остановив своих прихвостней взмахом руки.

Вместо ответа начала снимать джинсы, потом стянула белую водолазку и осталась в нижнем белье. После очередной трансформации не хотелось остаться полностью голой, я еще надеялась сделать все по-тихому, чтобы никто из близких ничего не увидел.

Четверо агентов, что остались в комнате удивленно уставились на меня, не понимая, что я задумала.

Сожалея лишь об испорченном нижнем белье, я отдала приказ Альфе. В этот раз все произошло так же быстро.

Никто даже глазом не успел моргнуть, как оказались размазанными по стене. Альфа вновь использовала гравитацию и пригвоздила спец агентов к стенам. В соседней комнате мужчины тоже были обездвижены.

Я старалась не двигаться, чтобы не снести люстру головой и не сломать мебель.

— А теперь поговорим, — подошла к Олегу и отодрала его от стены, отобрала пистолет и усадила обратно в кресло. — Повторю еще раз. Отвалите от моей семьи, и тогда я подумаю о сотрудничестве.

— Да что же ты за тварь такая? — казалось, что агент не напуган. — Какая семья у пришельца? Зачем вы прилетели на Землю, что вы хотите найти в пустыне Сарыкум?

— О чем вы? — растерялась я.

— Не прикидывайся, будто не знаешь о том, что ваш корабль завис над пустыней и уже пробурил там огромную дыру.

«Альфа, можешь выяснить, что за корабль?» — в ожидании ответа я зависла на несколько минут.

«Обнаружена буровая установка доцерусов!» — сообщила Альфа, сопроводив отчет снимками, полученными со спутника.

Мне разом сделалось плохо.

— Хреновы наши дела, Олег Владимирович. Это не наш корабль. Это слизни, — я села на диван, переломив его пополам.

Информацию о злейших врагах альтавров я знала хорошо — Гора просветил. И меня беспокоили не слизни, а то, что Земля может стать полем битвы, ведь она - ценный источник генетического материала для Альтавров. Высшая раса не пустит все на самотек, вот только почему они до сих пор еще не явились? Неужто Шивари поэтому и вызвал Гора обратно?

Планета Хирон, большой совет.

Эннуги нервно расхаживал по галерее славы и не мог поверить в то, что именно он допустил непростительную промашку.

— Уверен, эта девчонка специально упустила доцерусов, чтобы подставить меня. Наверняка Гора замешан в этом деле, — Эннуги немного приободрился, решив, что сможет свалить всю вину на брата.

В галерею вошел служащий и сообщил о том, что скоро начнется совет.

— Вам стоит поторопиться, — добавил он перед уходом.

Командующий в последний раз посмотрел на портреты древних предков и на мгновение задержал взгляд на пустом месте. Когда-то они с братом спорили о том, чей портрет займет это место. Эннуги твердо решил, что превзойдет брата во всем и займет почетное место в галерее славы. Но теперь об этом придется забыть и, даже если получится свалить вину на Гора, ему все равно не отмыться от позора.

Совет собрался в полном составе.

Гора успел в последний момент вернуться из патрулирования дальних границ, и лишь Шивари знал, где на самом деле был старший сын министра обороны. Ученого тоже вызвали на совет, и теперь он беспокойно ерзал на своем кресле, едва сдерживаясь, чтобы не сбежать. Давно пустующая тюрьма Хирона скоро может пополниться новыми узниками.

— Прошу тишины, — верховный советник начал заседание. — Итак, сегодня нам необходимо решить целесообразность активации Альфы. Есть ли смысл прибегать к ее помощи, сможем ли мы справиться сами. Так же необходимо назначить нового командующего, — Анум сделал многозначительную паузу. — Для начала хочу дать слово доктору Шивари.

Кресло ученого по воздуху выплыло в центр зала. Теперь на него смотрело множество глаз. Шивари с трудом удавалось держать себя в руках, чтобы не выдать своих истинных чувств.

— Активация Альфы займет несколько циклов. Боюсь, что слизни не будут ждать и воспользуются нашей медлительностью…

— Достаточно, можете вернуться на свое место. Все что требовалось, вы уже сказали, — Анум прервал ученого на полуслове. — Советник Нингирсу, что вы думаете по этому поводу?

— Жалкая горстка доцерусов не может противостоять нашей армии. Я возьму командование операцией на себя и лично прослежу, чтобы каждый слизень был уничтожен, — Министр обороны сгорал от стыда за своих сыновей и жалел, что пошел на поводу у Эннуги. И чтобы хоть как-то исправить положение семьи, решил больше никому не доверять важную работу.

— Хорошо. Но думаю, что нам стоит подстраховаться и активировать Альфу. Как раз она восстановится к вашему прибытию. И придется людям раскрыть наше существование и оккупировать Землю. Мы больше не можем рисковать единственным источником генетического материала, — верховный советник принял решение.

После обсуждения деталей совет завершился голосованием.

Шивари лихорадочно составлял план действий, стараясь придумать, как выкрутиться из щекотливой ситуации. К счастью, министр обороны не будет присутствовать при пробуждении Альфы, которая на самом деле уже на Земле. «Вот сюрприз-то будет!» - ученый горько усмехнулся, представив, какое наказание его ждет, если все сложится не в его пользу.

Гора вызвался сопровождать отца, а Эннуги так и не дали слово, и ему не удалось свалить всю вину на брата. Но он не собирался пускать все на самотек и после окончания совета вымолил у отца разрешение тоже отправиться на Землю.

Гора не стал задерживаться на родной планете и поспешил на полигон. Еще оставалось немного времени до отправки на Землю.

Передав управление автопилоту, молодой альтавр попытался связаться с Ирой. Видео звонок поступил на ее корвет, но так как Иры там не было, бортовой компьютер предал сигнал Альфе.

— Ира! Это Гора.

— Ой, — испуганно воскликнула женщина. — Что за фигня?! Альфа, зачем ты надела наушник? — Ира не поняла, что произошло, и не услышала альтавра.

— Ира!

— Гора?! Фух! Напугал!

— Прости, но у нас проблемы. Альтаврийский космический флот летит к Земле.

— Вы опоздали. Доцерусы уже копаются в нашей песочнице, — Ира нехорошо усмехнулась. — Как вы так проворонили их?

— Этого не может быть! Почему разведка молчит? Не понимаю, — Гора растерялся впервые за всю свою жизнь.

— Да ладно, не переживай. Альфа разберется.

— Не вздумай вмешиваться. Это не безопасно.

— Не говори ерунды, мне ничего не угрожает.

— Ира…, — Гора никак не мог решиться сказать правду. Альфе действительно невозможно причинить вреда. Но он боялся за ребенка, ведь неизвестно, как на плод повлияет серьезная энергетическая нагрузка.

— Что? Говори, не тяни!

— Ты беременна. Нельзя рисковать ребенком, — выдохнул Гора и замолчал.

Земля

После эффектного выступления договориться с безопасниками не составило труда. Олег пытался выторговать выгодные условия, но я была непреклонна.

— Я ликвидирую слизней и даю полную информацию об альтаврах. На этом все. Никаких исследований и экспериментов. А если вы продолжите преследовать мою семью, я буду действовать жестко.

— Что ж. Я не могу диктовать вам условия. Жаль, конечно, что наше сотрудничество будет недолгим. Но думаю, руководство пойдет вам на встречу.

— А теперь, будьте добры, выйдите, мне надо переодеться, — я выпроводила мужчин в коридор, быстро совершила обратную трансформацию и надела джинсы с водолазкой.

Неожиданно активировалась пластина на затылке, сформировав шлем на правую часть головы.

Сначала я не поняла, что происходит и решила, что Альфа устроила бунт на корабле. Оказалось, это Гора, наконец-то, вспомнил обо мне: «Лучше бы он этого не делал!»

Я не могла поверить в слова Гора и молчала, пытаясь прийти в себя. В голове набатом звучало: «Беременна! Беременна! Беременна…»

Суть всего, что произошло со мной за много лет начала открываться совсем с другой стороны.

— Так вот почему ты со мной носишься словно с дитем малым! А я всё никак не могла понять, с чего такая забота?! — в груди клокотала ярость вперемешку с обидой.

Альтаврийскую цивилизацию хотелось разнести в пух и прах, к чертям собачьим. Уничтожить этот корень зла, вытравить осиное гнездо, растоптать змеиный клубок.

Мысли о том, что Снежанна тоже может подвергнуться жестоким экспериментам, поставила окончательную точку в моих отношениях с альтаврами. Я сделаю всё, чтобы они раз и навсегда забыли дорогу на Землю. И если для этого потребуется уничтожить Хирон, я сделаю это.

Со злости хотела прервать связь, но вовремя остановилась, необходимо было выяснить, что альтавры намереваются предпринять.

— Как бы там ни было, но доцерусов надо остановить, — выдавила из себя, стараясь говорить ровно. — Я не буду спокойно смотреть, как они уничтожают мой дом.

— Тебе ничего не нужно делать. Флот Хирона уже в пути. Мы сами во всем разберемся, — казалось, Гора ничего не смыслит в человеческих эмоциях и даже не понял, что я зла.

— А как же люди? Вы не сможете действовать незаметно! — меньше всего мне хотелось, чтобы космическая армада оккупировал землю.

— Совет принял решение открыть людям наше существование. Так что сиди тихо и не высовывайся. Тебе нельзя показываться на глаза Нингирсу и Эннуги, — очередная новость меня неприятно озадачила. Гора ни за что не сможет понять своей альтаврийской душой, что теперь я точно не смогу остаться в стороне.

А беременность? А что беременность? С ней я разберусь потом.

«Альфа блокировать сигнал. В следующий раз игнорировать все вызовы!»

В душе бушевал ураган эмоций, и я без предупреждения оборвала связь. Выяснять отношения не было абсолютно никакого желания.

Я не могла себе простить привязанность к белокожему альтавру. Хорошее отношение и помощь Гора заставили меня обмануться и поверить в то, что ему не чужды человеческие эмоции. На самом деле им двигали расчет и холоднокровие. Он никогда ничего не делал по велению души и сердца: «А есть ли вообще душа у альтавров?»

Собрав всю решимость в кулак, вышла к агентам. Мужчины стояли в ожидании, подпирая стены. При моем появлении они расправили плечи и подтянулись, устремив на меня напряженные взгляды.

«Хорошо я их выдрессировала, однако!»

— У меня плохие новости, — выдала с ходу прямо в лоб. — К нам движется альтаврийский космический флот.

— Чего они хотят? — у Олега задергался правый глаз. Немудрено, за один только вечер столько потрясений. Мне даже жалкое его стало.

— Они хотят защитить то, что считают своим. Вот только ничего хорошего нам это не сулит.

— Надо срочно связаться с руководством и организовать оборону!

— Постой, — я удержала его руку, когда он полез за телефоном. — Оповестить надо. Но оборона нас не спасет. Они даже не заметят ваше сопротивление.

— И что теперь делать? — Олег поник и у него задергался второй глаз.

— С доцерусами я легко разберусь. Если получится избавиться от слизней до прибытия альтавров, возможно, они не будут оккупировать землю. А вы сделайте так, чтобы люди не путались у меня под ногами. Не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал.

Глава 15

Ехать с безопасниками я отказалась. Пусть сами разгребают свои проблемы и объясняются с руководством. Мне нет абсолютно никакого дела до их переживаний. Сейчас хватает других забот.

На первом месте у меня стоял вопрос безопасности родных. Я долго не могла придумать самое безопасное место на Земле, где можно было бы спрятать Снежанну и Макса с его новой семьей.

Еще неизвестно, как сложатся обстоятельства, и мне хотелось быть уверенной, что при любом исходе им ничего не угрожает.

И все, что смогла придумать, это спрятать их на своем корвете. Разведывательный корабль оснащен антирадарами, и, в случае чего, его даже альтавры не засекут.

Придумать-то придумала, а как теперь объяснить? Понятия не имею!

Измучив себя размышлениями, решила не объяснять, а показать.

С помощью Альфы связалась с бортовым компьютером, прислала ему координаты крыши дома и вызвала к себе. Благо площадь крыши позволяла посадить на нее корабль, а маскировка надежно скрыла его от посторонних глаз.

Все это я сделала, когда мы после перенесённых переживаний сидели за общим столом и пили чай.

Снежанна притулилась ко мне и периодически вздыхала. Макс молча похлебывал горячий кофе, а Света кормила сына.

Никто не решался начать разговор о произошедшем.

— Мам, а тебя посадят в тюрьму? — Снежа, наконец-то, решилась задать волнующий вопрос.

— Нет, конечно! С чего вдруг?

— А зачем тогда эти люди приходили за тобой?

— У них большие проблемы, и они хотели, чтобы я им помогла.

— Ты поможешь?

— Да. Но перед этим я должна отвести вас в безопасное место.

— Сколько можно! — прикрикнул Макс и с грохотом поставил кружку на стол. Света вздрогнула от неожиданности, а Егорка заплакал. — Ты объявилась через восемь лет, как ни в чем ни бывало. Ведешь себя странно, выглядишь моложе чем, когда пропала. Теперь еще тобой интересуется правительство. Ира, в конце концов, объясни, что происходит?! Что ты натворила?!

— Ничего противозаконного, — спокойно ответила я. Макса можно понять. Он беспокоится за семью, возможно, и за меня тоже. — Но ты прав. Я должна объясниться, — я замолчала, чтобы собраться с мыслями и подобрать правильные слова. — Мне сложно объяснить все, что происходит. И даже, если я скажу все, как есть, вы не поверите. Поэтому давайте поднимемся на крышу и представлю доказательства всему, что расскажу.

— Ира, меня беспокоит твое поведение. Думаю, нам не стоит идти на крышу, это может быть опасно.

— Максим, доверься мне. Я в здравом уме и отдаю отчет своим действиям. Можешь пойти со мной один. Но ты должен мне поверить, от этого многое зависит.

— Я тоже пойду, — Снежа сжала мою руку и обиженно заглянула в глаза.

— Хорошо, но идти надо сейчас.

— Ладно, — Макс не хотя встал из-за стола. — Милая, останься с сыном. Я скоро вернусь, — Света согласно кивнула. Она вообще за все время ни слова не проронили.

На девятый этаж мы поднимались в напряженном молчании. Снежанна крепко держала меня за руку, будто боялась того, что если отпустит, то я сразу же исчезну. Трогательная картина породила в душе приятное томление.

— Не бойся, все будет хорошо. Обещаю, — прошептала ей на ушко и прижала к себе.

Выход на крышу оказался закрыт.

— Закрыто. Пошли обратно, дома все расскажешь, — Макс пару раз дернул за дверную ручку.

— Отойди, — я без зазрения совести вышибла дверь. Сейчас не время заморачиваться сохранностью общедомового имущества. — Ну, что встали? Пойдем, — Максим громко сглотнул и прошел первым, одарив меня ошарашенным взглядом. А Снежанна смотрела на меня, как на богиню. В ее глазах блестело восхищение, что не могло мне не радовать.

Не смотря на снежную зиму, крыша была чистая, и я знала причину. Корвет уже приземлился, сдув весь снег.

Снимать маскировку я не решилась, опасаясь свидетелей. Поэтому просто отдала приказ открыть шлюз.

Вид овального отверстия, излучающего голубоватое свечение, и выдвинувшийся словно ниоткуда трап повергли Макса и Снежанну в шок.

— Что это?! — выдавил из себя Максим дрожащим голосом.

— Это вход в мой космический корабль. Его сейчас не видно из-за маскировки, но он вполне материален.

Дальше последовал долгий рассказ о моих злоключениях, и еще дольше я убеждала бывшего мужа, что ему с семьей необходимо на время спрятаться в инопланетной посудине.

— Да я эту штуковину боюсь больше, чем каких-то там пришельцев!

— Это ты сейчас так говоришь, а когда альтаврийская армада прибудет на Землю, запоешь совершенно по-другому, — аргументы закончились, и я уже подумывала применить силу.

— Пап, ну давай сделаем так, как говорит мама, — в разговор вмешалась Снежанна и посмотрела на отца щенячьим взглядом.

Макс еще долго держал оборону и не хотел соглашаться. У него находилась тысяча и одна причина, чтобы не прятаться от эфемерных, по его мнению, врагов.

— Доченька, милая, иди домой, вскипяти воды для чая. Что-то я замерзла. А мы с папой подойдем через пять минут, — мое терпение лопнуло: «И почему мужчины такие твердолобые — что у людей, что у альтавров?!» - спросила саму себя.

«Провожу анализ» - ответила Альфа, решив, что вопрос был адресован ей. «Судя по генетическому коду, люди и альтавры имеют общих предков. Отсюда сходство в типовом поведении самцов обоих видов»: выдало моё второе Я.

«Вот те раз!» — мысленно удивилась, пытаясь осмыслить новую информацию. Но быстро бросила бесполезную затею.

Дождавшись, когда дверь на крышу закроется за Снежанной, я начала раздеваться.

— Ты что творишь?! Совсем ополоумела?! — неверно расценил мое поведение Макс и попытался остановить незапланированный стриптиз.

— Да погоди ты! — отпихнула его от себя, а когда последний элемент одежды упал на крышу, дала команду на трансформацию.

Сожаление о поспешном решении пришло сразу же, как только я увидела бледно-зеленое лицо Макса.

— Не бойся, — попыталась успокоить его, но получила обратный эффект. — Макс, это по-прежнему я. Просто надо мной проводили эксперименты и превратили вот в это! И если ты не сделаешь то, что я прошу, многих людей ожидает то же самое. Ты даже не представляешь на что способны альтавры! — я поспешила вернуться в прежнее состояние и одеться.

— Хорошо, я понял, — еле слышно прошептал Максим и словно зомби пошел в квартиру.

Весь оставшийся вечер он угрюмо молчал и бросал на меня настороженные взгляды.

Света предложила остаться на ночь у них и постелила мне в гостиной. Но спать этой ночью мне не пришлось.

Стоило голове коснуться подушки, как тут же пришел сигнал тревоги.

«Внимание! Зафиксирован выход в солнечную систему из подпространства!» - несколько раз монотонно отрапортовала Альфа.

Я думала, что у меня есть в запасе около двадцати дней и не могла понять, как альтаврам удалось так быстро добраться до Земли. Пришлось требовать разъяснения от Альфы.

Оказалось, что альтавры умеют мгновенно перемещаться из точки А в точку В, главное знать правильные координаты. А Гора не воспользовался такой возможностью, потому что перемещение ненадолго оставляет след, по которому можно отследить точку выхода. Видимо, он опасался слежки или просто тянул время.

«Вот зараза!» - зла на него не хватало. Вместо того, чтобы быстро вернуть на Землю, он заставил меня томиться в долгом ожидании. Да еще тем самым оказал мне медвежью услугу. Если бы я знала, что у меня нет лишнего времени, то давно бы разобралась со слизнями.

Пришлось срочно поднимать все семейство и впопыхах собирать самые необходимые вещи.

Света не понимала, что происходит и начала истерить. Максу пришлось грубо закрыть ей рот и делать то, что говорят. А увидев вход в космический корабль, женщина впала в прострацию и надолго замолчала.

Перегнав корвет в более удобное место в лесной глуши, поспешно объяснила бывшему мужу и Снеже, где что находится: душ, раздатчик еды, спальные каюты, смотровое окно. Настроила компьютер на земное телевидение, теперь он показывал все телеканалы мира и даже давал доступ в интернет.

Пришлось заблокировать технические отсеки и капитанский мостик, чтобы кто-нибудь не пострадал или случайно не запустил двигатель. На всякий случай показала, как выйти из корабля и закончила короткий инструктаж.

Быстро чмокнув Снежанну, не стала прощаться и ушла, потому что не собиралась долго возиться с доцерусами и планировала через пару часов вновь увидеть дочку.

Пустыня Сарыкум

Шахтерский корабль доцерусов напоминал пузатого червя. Вся его конструкция была несуразная, и понять человеческим умом назначение многочисленных корявых наростов на его корпусе не получалось.

Громадный пупырчатый червь завис над пустыней в вертикальном положении, а из его конца, словно жало, торчал остроконечный выступ. Он излучал белый луч, который медленно, но верно проделал огромную шахту в песчаной поверхности диаметром в полкилометра.

Песок вокруг кратера затвердел от высокой температуры, и поэтому его края не осыпались в бездонную пропасть.

После гибели основной части цивилизации слизни катастрофически нуждались в большом количестве природных ресурсов для восстановления своей популяции. Земля как нельзя лучше подходила для этих целей.

Один нюанс меня смущал больше всего: доцерусы не могли не знать о том, что Земля косвенно принадлежит альтаврам. Явиться сюда для них равносильно самоубийству. Либо они в отчаянии, либо не в курсе, на чей кусок пирога раззявили свою слюнявую пасть. А, возможно, они хотят отомстить своим врагам, лишив из единственной возможности на продолжение рода.

В конце концов, меня не интересовали их терки. Пусть хоть полностью уничтожат друг друга, главное - подальше от Земли.

И всё же какое-то сомнение не давало мне покоя. Казалось, я упускаю что-то важное.

«Почему слизни так безрассудно явились на территорию врага? Либо они выжили из ума, либо припасли какой-то козырь!»

Уверенная в том, что мне ничего не угрожает, я направилась в сторону вражеского корабля.

Стоило мне приблизиться достаточно близко, чтобы оценить масштабы катастрофы, над кораблем и моей головой опустился энергетический купол, такого же цвета, как и луч-бур.

— Что за…!? Альфа, уничтожить корабль!

«Ошибка! Применение оружия невозможно!» - Альфа поставила меня в тупик.

— Причины?

«Неизвестны!»

Вот теперь я начала волноваться.

А когда от пузатого корабля отпочковалось нечто, напоминающее гигантского механического слизня, и начало стрелять в меня большими комками непонятной субстанции, я вообще запаниковала

Не в силах помочь Альфе, я полностью отдала ей контроль и стала сторонним наблюдателем. Было сложно сохранить спокойствие и не удариться в панику, но я изо всех сил держала себя в руках. Альфа отвлекалась на мое психоэмоциональное состояние и могла пропустить гигантский комок прозрачной серо-зеленой слизи.

Все, на что мы были способны в этой ситуации, это только уклоняться от странных снарядов и использовать физическую силу.

Удары по корпусу слизнеподобной твари не давали особого результата. Вмятины восстанавливались мгновенно. Нанести существенный урон с одного раза не удавалось, а выполнить серию ударов не представлялось возможным, так как приходилось сразу же улетать на безопасное расстояние, чтобы избежать столкновения с комом слизи.

Системный процессор Альфы работал на пределе своих возможностей и с бешеной скоростью поглощал колоссальное количество энергии. Она не могла найти причину сбоя, чтобы исправить её. Так же Альфа попутно искала слабые места противника, но, даже обнаружив их, мы не могли нанести существенного вреда, так как ни одно оружие не срабатывало.

«Внимание! Недостаточно энергии для полета! Приготовьтесь к столкновению с поверхностью!» - сообщила Альфа еще одну неприятную новость.

Я камнем полетела вниз и даже толком не успела испугаться, как уже оказалась на песке. От моего падения образовалась небольшая воронка. В нее тут же прилетел ком слизи и накрыл меня с головой.

Боли не было, лишь страх – страх не за себя, а за дочь. Он лишал меня рассудка и в то же время заставлял соображать. От Альфы не было никакого толка, ей едва хватало энергии, чтобы держать защитную оболочку в активированном состоянии.

Неслыханное дело! Неужели Шивари ошибся? Ведь он утверждал, что Альфа способна генерировать энергию даже из ничтожного источника света или луча любого диапазона.

Ну, конечно! Барьер! Видимо, он каким-то образом блокирует всю энергию или вытягивает ее из Альфы с такой скоростью, что она не успевает генерировать новую. Не знаю, что конкретно он делает, но уверенна – причина в нем! Догадка пришла мгновенно, но слишком поздно.

Не имея точки опоры, я как муха, увязшая в меде, барахталась в слизи и не могла выбраться. Все, что мне оставалось, это вертеться на одном месте и ждать конца.

В какой-то момент повернула голову в сторону барьера и увидела Гора. Он бежал ко мне, но столкнувшись с полупрозрачной преградой, отлетел обратно на несколько метров. Это совпало с моментом, когда гигантский слизень извернулся и подняв тяжелый хвост, обрушил его на мою голову.

Чтобы не превратиться в лепешку, титаническими усилиями, мне удалось сместиться немного вправо.

Сильный удар разметал ошметки ловушки по стенам барьера, а меня унесло к его краю.

«Внимание! Перехожу на экономный режим! Система отключится, через…»

Перед глазами всплыл таймер обратного отсчета. У меня осталось всего шестьдесят секунд.

Я сломанной куклой лежала на песке и пыталась в последний раз разглядеть небо. Внимание привлекло движение, замеченное боковым зрением.

С трудом повернула голову на бок и увидела Гора. Он стоял на коленях и смотрел на меня взглядом полным горечи и сожаления. Я видела, как его губы шевелятся, но не могла разобрать слова.

Сердце сжалось от непонятного чувства, и я поспешила отвернуться.

«Осталось: десять, девять, восемь…»

Альфа завершила обратный отсчет и последнее, что я запомнила, как капля слизи сорвалась с купола барьера и полетела прямиком мне в лоб. На мгновение показалось, что в ней гуляют маленькие разряды электричества.

«Запуск системы!» - сообщила Альфа, выдернув моё сознание из небытия.

«Обновите протокол задач!» - очередное сообщение окончательно вернуло меня в реальность.

В растерянности не сразу поняла, почему все вокруг мутное, а потом до меня дошло, что по лицу стекает капля слизи и закрывает обзор.

Смахнув ее со шлема ладонью, посмотрела на бурильщика, который продолжал неумолимо пробиваться всё глубже.

— Альфа, найди слабое место у этой хреновины и уничтожь ее, наконец-то.

«Слабое место обнаружено!» - обрадовала напарница и вывела на внутренний экран шлема схему.

Получается слабое место бурильщика в отверстии, откуда выходит луч. И как туда добраться, если оружие не работает.

— Альфа, проведи диагностику системы, — я надеялась на то, что после перезагрузки всё будет исправно, но меня ждал большой облом. Энергия по-прежнему расходовалась с бешеной скоростью, и пока я сидела на песке и пыталась придумать хоть что-то дельное, она продолжала вытекать из меня словно вода сквозь решето.

Альфа сообщила, что через десять минут снова произойдет отключение. Убить оно меня не убьет, но точно сделает бесполезной.

Единственным плюсом было то, что после перезагрузки все задачи, которые поставил Гора – обнулились.

Теперь я могла сделать то, на что способна в данной ситуации.

Пока слизнеподобный робот не заметил, что его жертва вдруг ожила, я бросилась бежать к гигантской скважине.

Энергия продолжала утекать, но на короткий полет ее должно хватить. Поэтому я подобралась к самому краю пропасти и взлетела, целясь прямо в центр бурильной установки.

Робот заметил меня, но было уже слишком поздно.

«Перегрузка!» - всплыло красное сообщение, и в момент столкновения я отключилась.

Капитанский мостик тяжелого крейсера «Хирон»

— Почему она не реагирует на приказы? — Нингирсу был в не себя от ярости. Он всем нутром чувствовал угрозу от Альфы и хотел ее ликвидировать.

К счастью, на этот случай они прихватили с собой оборудование и, как только человечка сделает своё дело, будет замурована на веки вечные.

— Понятия не имею. Может, полностью вышла из-под контроля? — предположил Эннуги.

— Возможно. И если это, действительно, так, тогда у нас нет выбора. Как только Альфа закончит с бурильщиком, мы её деактивируем.

Услышав слова отца, Гора вздрогнул. В душе боролось чувство долга перед цивилизацией с желанием оградить Иру от всех бед.

Гора был уверен в том, что Ира не представляет для альтавров совершенно никакой опасности, и это повлияло на его дальнейшие поступки.

Старший сын министра обороны покинул крейсер, тем самым нарушив прямой приказ. Он не мог спокойно наблюдать за тем, как Альфа погибает. Было очевидно, что она не справится.

Гора быстро понял, что слизни устроили западню. Как только Ира приблизилась к бурильщику, ловушка захлопнулась.

Попытки прорваться за стену купола не увенчались успехом. Выстрелы рикошетом улетали в другую сторону, не нанеся урона.

За короткий срок доцерусы хорошо потрудились и создали отличную защиту. Такой крепкий барьер Гора видел впервые.

Не имея возможности атаковать, Альфа-Ира уклонялась от снарядов Стража. А когда она потеряла способность летать, ком слизи накрыл её с головой.

Гора видел всё: как она упала, как не в силах выбраться из мерзкой жижи беспомощно барахталась и то, как страж хвостом попытался раздавить ее.

От мощного удара Ира отлетела на несколько метров и сломанной куклой упала на песок.

— Ира, вставай! — альтавр снял защитный шлем и пытался докричаться, но его никто не слышал.

Затем капля слизи, заряженная от барьера, упала точно на переносицу Альфе и дала ей свой заряд.

Радость Гора быстро сменилась на отчаяние, когда он понял, что задумала Ира. И не в силах что-либо изменить просто стоял у полупрозрачной мерцающей стены и обреченно наблюдал.

От столкновения Альфы с излучателем бурильного лазера произошел колоссальный взрыв.

Купол погасил часть взрывной волны, а когда весь кислород выгорел, преграда не выдержала и лопнула.

Гора стоял слишком близко и получил серьезную травму головы.

Глава 16

Капитанский мостик тяжелого крейсера «Хирон»

На капитанском мостике полным ходом шла организация эвакуации раненого альтавра.

Нингирсу в гневе орал на подчиненных и требовал немедленно доставить его сына в лазарет.

— Если он не выживет, вы все отправитесь в тюрьму навечно!

— Отец, что делать с Альфой? — Эннуги переключил внимание советника на другую проблему.

— С Альфой!? — яростно проорал Нингирсу. — Найти, законсервировать, снарядить корвет и отправить в черную дыру. Как раз в этой галактике есть подходящая, — министр обороны считал, что именно Альфа виновата в том, что его старший сын едва не погиб. Он не понимал, почему Гора испытывает к земной женщине нежные чувства – это неприемлемо для альтавра.

Нингирсу давно заметил, что люди сильно похожи на альтавров. Им свойственны те же чувства и пороки. Ученые хором утверждали, что у двух совершенно разных цивилизаций общие предки, но не могли объяснить, как такое могло произойти.

Конечно, это большая удача для древней высшей расы, которая была на грани вымирания. И, тем не менее, советник чувствовал угрозу, исходящую от человечества и единолично принял решение оккупировать Землю и превратить людей в рабов, лишив их возможности развиваться дальше.

Вопрос о полной оккупации много раз поднимался на собраниях, но альтавры, наделенные властью, никак не могли придти к единогласию. Многие боялись вырождения человеческой расы под гнетом рабства. Были и те, кто полностью поддерживал Нингирсу.

Дебаты шли не одну сотню лет, но так и не привели к решительным действиям.

Зато теперь министр обороны возьмет все в свои руки, а трусливые советники никуда не денутся, когда их поставят перед фактом. К тому же, людям уже известно о том, что инопланетный космический флот находится недалеко от земной орбиты. У них уже давно есть примитивные системы отслеживания и даже были попытки освоения космоса. Еще пару тысяч лет, и человечество может стать реальной угрозой.

— Отыскать Альфу под обломками бурильщика, сомневаюсь, что она погибла. Поторопитесь, в любой момент она может восстановить энергопотерю и тогда нам не справиться с ней.

Быстро найти Альфу не удалось. В итоге ее обнаружили на дне глубокой шахты, которую успели пробурить доцерусы. Без каких-либо признаков жизнедеятельности, она лежала заваленная крупными искореженными обломками шахтерского корабля.

Процедуру консервации проводили в большой спешке, дорога была каждая секунда. У некоторых солдат от напряжения тряслись руки во время запечатывания изоляционного саркофага. Все время казалось, что машина – убийца вот-вот активируется.

К великому облегчению всех присутствующих, деактивация прошла успешно.

Опасный груз, словно мину замедленного действия, погрузили на разведывательный корвет, внесли в бортовой компьютер координаты черной дыры в центре галактики Млечный путь и отправили корабль под управлением автопилота.

Дальше Нингирсу направил внимание на Землю. Она была захвачена в считанные часы. Достаточно было уничтожить все спутники и военные базы с боевой техникой.

Потеряв средства связи и большую часть вооружения, люди быстро сдались. Конечно, небольшие точки сопротивления периодически появлялись в разных точках планеты. Но с ними разговор был коротким.

Следующее, что сделал советник, это отправил сообщение коллегам и потребовал собрать срочный совет. Еще предстояло решить, что делать с выжившими доцерусами и организовать поиски их основной базы. Этот вопрос тоже не терпел отлагательства.

Но был и хороший момент среди всей этой суеты – Гора выжил и его восстановление не займет много времени.

Сверхмассивная черная дыра Стрелец А

Я пришла в себя под звук тревоги. Альфа голосила об опасности в унисон с бортовым компьютером.

На мое счастье альтавры допустили ошибку в технологии консервации и забыли обеспечить полную герметичность саркофага. К тому же они не учли мощное радиационное излучение черной дыры.

Уверена, если б деактивацией занимался Шивари, у меня бы не было шансов.

И все равно, несмотря на то, что обстоятельства сложились удачно, я пришла в себя слишком поздно.

Корвет попал под действие гравитации Стрельца А.. Вырваться из западни не представлялось возможности.

Даже не знаю, что случится со мной. Сложно представить, как подействует сингулярность* на Альфу. Но меня пугал не факт возможной гибели, а вероятность выживания. Страшно представить, что я не погибну и окажусь навеки примагниченной к ядру черной дыры.

На мои приказы найти выход из положения, Альфа выдавала бесконечные расчеты.

— Внимание! Обнаружена оптимальная точка входа, — выдало моё второе Я, когда первое упало духом.

— Так не пойдет. Нам нужен выход!

— Выхода нет, есть только вход. Необходимо покинуть корабль, так как для вывода на необходимую позицию недостаточно топлива. Прикажите покинуть корабль?

— Надо же, ты еще и спрашиваешь?! — в этот раз я боялась по-настоящему. Хотелось крепко зажмуриться и представить, что это всего лишь страшный сон. Но что делать? Довериться Альфе? Надеюсь, она не враг сама себе и не угробит нас. — Покинуть корабль, — обреченно простонала я и приготовилась к самому худшему.

Горизонт событий черной дыры – явление загадочное. Сила притяжения в его зоне ослабевает, и даже человек может спокойно находиться тут и не испытывать перегрузку. Вот только любой объект, попавший сюда, уже никогда не выберется.

У меня есть два пути: остаться в этой зоне и вечно вращаться вокруг невообразимо гигантского космического тела, один оборот вокруг него займет миллиарды лет, или довериться Альфе и отправится в сингулярность, где меня ждут чудовищные перегрузки и неизвестность.

Есть еще одно загадочное явление связанно со сверхмассивными черными дырами. Захватывая гравитацией звезды, они могут выстреливать ими, как пушечными ядрами.

Такая звезда движется с огромной скоростью и может покинуть родную галактику.

Я надеялась, что Альфа рассчитала правильную траекторию и благодаря способности управлять гравитацией, сможет проделать такой же фокус.

— Что ж. Выполняй! — собираюсь с духом и отдаю судьбоносный приказ. Понимаю, что моя масса слишком мала для того, чтобы быть выброшенной из дыры, и даже альфе не под силу превзойти мощь Стрельца «А», но надежда умирает последней.

Зрелище конечно захватывающее и ужасающее. Несмотря на близкую гибель, я не смогла удержаться от восхищения.

Сначала меня окружает много света и красок, затем приходит тьма. Альфа стремительно набирает скорость и направляется в самый центр воронки. Кажется, что она намерена покончить жизнь самоубийством.

От колоссальной перегрузки теряю сознание и оставляю Альфу разбираться со всем самой. Чем все в итоге закончилось, я так и не узнала.

Галактика млечный путь задолго до возникновения человечества. Исследовательская лаборатория «Дильмун»

— Капитан! — Таммуз встал по стойке смирно. — Разрешите доложить!

— Разрешаю, — Лугальбанда устало махает рукой. Сколько периодов прошло с момента их бегства от доцерусов уже и не сосчитать.

— Приборы слежения обнаружили чужеродный неопознанный объект в районе черной дыры. Прикажете захватить и исследовать?

— Не стоит зря тратить ресурсы. Это может быть обычный астероид.

— Никак нет. Он распознается, как техническое средство. И еще… — штурман запнулся.

— Что еще?

— Объект вылетел из сингулярности, — Таммуз осторожно закончил фразу и ждал реакцию капитана.

Лугальбанда давно перестал удивляться, но эта новость заставила его сердце биться чаще.

— Срочно соедините меня с министром Набу по засекреченной связи, — он жестом показал, чтобы штурман немедленно выполнял приказ.

— Приветствую, друг, — после недолгого ожидания на мониторе коммуникатора появилось обеспокоенное лицо министра наук. — Что-то случилось?

— Случилось, — капитан «Дильмуна» серьезным голосом сообщил полученную информацию. — Доложить совету или сначала выяснить, кто к нам пожаловал?

— Может, это уцелевшие альтавры? — предположил Набу. Даже через много сотен периодов ученый не мог забыть о тех, кого пришлось бросить на погибающем Хироне. Он во многом чувствовал свою вину, ведь все можно было продумать заранее и избежать многих жертв.

— Нет, это небольшой объект.

— Можешь отправить на разведку спец группу. Только пусть близко не приближаются, если увидят опасность. Нас и так осталось слишком мало. А совету доложим, когда соберем данные.

— Хорошо. Конец связи.

Завершив приватную связь, Лугальбанда сделал так, как попросил Набу. Отправляя группу бойцов на задание, капитан даже не представлял, насколько ценен обнаруженный объект. В последствии он изменил жизнь альтавров в лучшую сторону. Дело по возрождении цивилизации, наконец-то, сдвинулось с мертвой точки.

Уже через один цикл Набу и Лугальбанда стояли вместе и смотрели на тело неизвестного существа закованного в сверхпрочную броню.

По внешним признакам было очевидно, что это особь женского пола, а приборы сообщали о том, что она жива.

— Невероятно! Это просто чудо какое-то! — ученый восхищенно разглядывал находку. — Она - гуманоид. Возможно, ее ДНК поможет нам восстановить популяцию. Те обезьяны с Земли совсем не годятся. Чтобы получить из них что-то путное, придется потратить не одну сотню циклов, а то и больше.

— К ней не подобраться, броня не позволит взять биоматериал. Я впервые вижу такую прочную защиту. Пройти через черную дыру и выжить… — капитан разделял восхищения друга, но и об опасности не забывал.

— Подождем, когда она придет в себя.

— А ты уверен, что это существо безопасно?

— Нет, конечно же, не уверен.

— Когда сообщим совету? — Лугальбанда спустил друга с небес на землю.

— Давай сначала подготовим информацию. Зачем лишний раз беспокоить совет. Анум и так в последнее время не в духе. А тут мы с хорошими новостями, которые могут не подтвердиться.

— Лучше бы нам рассказать всё, как есть.

— Смотри! — Набу уставился на операционный стол. За разговором альтавры не сразу заметили, что тело существа пришло в движение.

Броня будто бы разжижилась и превратилась в текучую субстанцию. Она плавно стекла к запястьям и щиколоткам, образовав браслеты.

Через несколько секунд на столе лежало обнаженное тело женщины, очень похожей на альтаврийку. Отличия были только в пигментации кожи и волос. Так же комплекция была незначительно меньше.

— Она прекрасна!!! — хором выпалили мужчины.

Высокая грудь женщины мерно вздымалась, приковав взгляды альтавров.

— Жива, — заключил Лугальбанда.

— Однозначно, — подтвердил Набу.

Глава 17

Древние альтавры оказались намного приятнее тех, что я знала в свое время. Хотя нет. Были и среди них те, кто имел скверный характер.

Но на мое счастье Набу и Лугальбанда решили скрыть от Совета факт моего существования, посчитав, что некоторые могут быть против нашего сотрудничества.

Среди консерваторов самым главным был министр обороны Нингирсу: «Конечно, кто ж еще! В будущем он такой же упрямый и противный»

Единственное, что я никак не могла понять, почему альтавры в будущем наткнулись на Землю, уже заселенную людьми, а тут те же самые альтавры пытаются внедрить свои гены австралопитекам и питекантропам, чтобы создать вид, подходящий для увеличения численности вымирающей расы.

В этой реальности присутствовал весь состав большого совета. Их я видела издалека, когда они прилетали в космическую лабораторию, чтобы увидеть результаты исследований и испытаний над обезьянами.

Со мной обращались, как с королевой, и позволили свободно перемещаться по кораблю, за исключением некоторых отсеков, даже предоставили доступ к архивам.

Я рассказала о том, что, действительно, из будущего, но попала в прошлое случайно, когда спасалась от доцерусов. Имя заклятого врага подействовало на ученых как гипноз.

Узнав, что я сражалась на стороне альтавров, они перестали бояться меня и верили каждому моему слову. А когда я сообщила, что ношу ребенка одного из сыновей советника, то вообще могла крутить ими как хотела.

Вот только рожать в этом времени я не хотела. Знаю, что Альфа может остановить развитие плода и возобновить его, когда потребуется, вот только она по-прежнему молчит.

С министром Набу и Лугальбанда мы заключили устный договор. Я предоставляю им свою кровь для исследований, а они в свою очередь помогают мне найти способ вернуться в будущее.

— Понимаете, я не могу родить ребенка тут. На него возлагаются большие надежды, — давила я на патриотические чувства ученых. — Мне необходимо вернуться до родов. От этого многое зависит, — не краснея, врала я. Точнее не договаривала, что зависит. Им не обязательно знать все подробности.

— Мы сделаем все, что в наших силах, — уверял Набу. — Но вы должны быть готовы к тому, что, возможно, придется рожать здесь, — по его глазам видела, что он совсем не расстроится, если так и получится.

— Если в будущее вернуться не выйдет, вы должны найти способ временно остановить развитие плода, — я была готова на любые меры.

— Вы хоть представляете, на сколько периодов вернулись назад? Остановить развитие невозможно. Можно только замедлить его и то максимум на два периода. А надо минимум на тысячу, если не больше, — ученый хмурился. — Я не обещаю, что мы сможем вам помочь, но точно постараемся.

Этот разговор, меня расстроил. Я решила: «Будь, что будет!» - и принялась за альтавров. Они изучали меня, а я их. Заодно контролировала, чем ученые занимаются и как продвигается работа по моей проблеме.

Через несколько дней замкнутое пространство космического корабля начало давить на психику, и я напросилась вместе с учеными на Землю. Они собирались за новым материалом для изучения и опытов.

Юная Земля – это нечто! Никаких городов, промышленных зон и дорог. Эхххх!!!

Наш корвет приземлился на небольшой полянке у озера вблизи джунглей.

Я вышла наружу и с удовольствием сделала глубокий вдох. Повышенное содержание кислорода ударило в голову, но организм быстро адаптировался. А вот альтавры вышли в скафандрах.

Они ушли в джунгли к подопытному племени полу разумных обезьян, а я осталась на берегу, любоваться пейзажем. Не знаю, какой это период, но такой флоры и фауны в будущем точно нет.

Пока ученные издевались над приматами, я пыталась достучаться до Альфы. Всё без толку. Её как будто никогда и не было. Складывалось впечатление, что она просто плод моего воображения и если это так, то плохи мои дела.

Беременность у альтавров длится два с половиной года. Полгода точно уже отходила. Это не считая того времени, что провела деактивированной в лаборатории. В тот момент зародыш не развивался.

Получается, у меня в запасе около двух лет, это семьсот тридцать дней или семнадцать тысяч пятьсот двадцать часов.

Неожиданно мозг начал выдавать информацию плотным потоком. Не прикладывая особых усилий у меня получалось производить математические расчеты любой сложности.

Я лихорадочно пыталась найти объяснения. Альтавры хорошо поработали над моими физическими данными и увеличили работоспособность мозга. Но всем управляла Альфа и по запросу предоставляла любую информацию. Сама я никогда не могла делать сложные расчеты.

От переживаний и переизбытка чувств настрой сбился и мысль ускользнула.

Чтобы успокоиться и сконцентрироваться прилегла на берегу озера прямо на камни. Сделала глубокий вдох и попыталась ни о чем не думать, устремив взгляд в ясное небо.

Я смотрела, как высоко в небе надо мною кружил крылатый ящер. Неудивительно, что у людей есть легенды о драконах. И пусть ученые моего времени утверждали, что динозавры вымерли задолго до появления людей – это не так.

Травка зеленеет.

Солнышко блестит.

Птеродактиль к нам с шизою,

В голову летит.

Пока я предавалась размышлениям, рукокрылый принял меня за добычу и решил поживиться. Резко уйдя в крутое пике, он устремился вниз, целясь прямиком в мою голову. Конечно же, я испугалась.

Все произошло мгновенно. Инстинкт самосохранения активировал броню. Вскочив на ноги и приняв оборонительную стойку, я встретила птеродактиля, когда он, расставив крылья как парашюты, хотел схватить меня лапами.

Увернувшись от острых когтей, ушла в сторону и схватила его за голень. Потом резко дернула на себя и швырнула на камни.

Я не рассчитала силу и случайно убила крылатого хищника. На душе остался неприятный осадок, он ведь всего лишь хотел есть.

Ну что ж, зато я узнала, что сама могу управлять всеми апгрейдами.

Закусить свежатиной явилась стая из пяти велоцераптеров. Вступать в схватку еще и с ними у меня не было желания, поэтому стала невидимой. Да и жалко почему-то убивать зверушек.

За считанные минуты разорвав погибшего птеродактиля, хищники скрылись в высоких зарослях папоротника.

«Вот и полюбовалась пейзажем, называется!» - думала я, глядя на камни, залитые темной кровью. Наверняка, на ее запах на берег наведается еще ни один хищник.

От греха подальше отошла в сторону на несколько метров и, сев на большой валун, приготовилась ждать возвращения ученых. Смерть крылатого ящера быстро вылетела из головы, ее место заняли мысли гораздо важнее.

Почему-то теперь броня активируется по моему желанию, и Альфа куда-то подевалась. Если она служила посредником – прослойкой между моим сознанием и теми изменениями, что сделали альтавры, то теперь её как будто и не было.

Закрыв глаза, попыталась сосредоточиться и мысленно пожелала провести анализ состояния и исправности систем.

— Вот те раз! — воскликнула озадаченно, когда увидела на внутреннем мониторе шлема изображение своего тела. На затылке в районе мозжечка мигал красный огонек. Захотелось рассмотреть поближе: «Что же там сломалось?»

Изображение тут же увеличилось, потом я увидела саму структуру мозга. Встроенная в затылок пластина из нано-ботов имела длинный отросток. Он разветвлялся и поникал в спинной мозг, плавно переходя в мозжечок. Отросток заканчивался микроскопическими блоками контроля. Так вот от сильной энергетической перегрузки во время похождения через черную дыру, они расплавились.

Контроллеры разделяли сознание до стирания памяти и после. Получается Альфа – это тоже я, только новая. А я старая – растерянная и потерявшая память. Теперь разделителя нет, и я с Альфой стала одним целым.

Это значит, у меня есть доступ ко всей информации, которую знает она, и при желании можно вспомнить все, что с ней происходило. Решив пока что не травмировать свою психику новыми воспоминаниями, попробовала поэкспериментировать с броней.

Вытянув руку вперед, отключила маскировку, потом вновь включила. Затем сделала невидимыми пальцы по отдельности. Нано-боты послушно преломляли свет под нужным углом и возвращались в исходное положение.

Баловство с камуфляжем быстро наскучило, и я отправилась летать.

Прежде чем удалось разобраться в управлении, я раз десять упала, расколола пару валунов, оставила на земле несколько кратеров и распугала стадо травоядных динозавров.

Полет требовал максимальной концентрации. Неэмоциональной Альфе легко удавалось контролировать каждое действие, а вот мне придется попотеть, чтобы научиться пользоваться всеми способностями.

Еще после двух падений с большой высоты в голову пришла идея проследить за учеными.

Вычислив их место нахождения, активировала маскировку и отправилась по их следам.

Альтавры забрались глубоко в джунгли к подножью горы, где расположилось небольшое племя доисторических людей.

Конечно, эти животные отдаленно напоминали человека. Коренастое телосложение, большие надбровные дуги, маленькие глаза, широкий нос и обильная растительность наталкивали на мысль, что из этих существ не мог получиться современный человек без постороннего вмешательства. А иначе как объяснить, почему обезьяны до сих пор не эволюционировали?

Группа ученных усыпили все племя и, отобрав пять самых здоровых самок, отправились в обратный путь.

Что ж, не буду им мешать. Вот только предупрежу, что вернусь на корабль чуть позже.

— Таммуз! — Материализовавшись за спиной одного из альтавров, случайно его напугала. Бедолага вздрогнул и резко отшатнулся от меня, принял боевую стойку и приготовился стрелять из плазменного пистолета. — Успокойся, это всего лишь я! — подняла руки.

— Напугала! Я думал, ящер подкрался! — он убрал оружие и нервно провел рукой по шлему, будто стерев пот со лба.

— Почему ты их так боишься? Они ведь обычные звери. Сомневаюсь, что им под силу прокусить ваши скафандры, — любопытство заставило пойти вместе с группой в сторону корвета.

— Этих-то мы не боимся, — Таммуз неопределенно махнул рукой в сторону джунглей. — Есть разумные рептилии. Отчасти мы из-за них и попали в прошлое.

— Как это? — я ничего не понимала. Разве не с доцерусами воевали альтавры?

— Долго объяснять, лучше загляни в бортовой журнал. Думаю, капитан Лугальбанда даст добро, — посоветовал штурман, и я резко поменяла планы. Экскурсия по молодой планете подождет.

Обратно в космическую лабораторию отправилась вместе с учеными. Лаборатория – это еще мягко сказано. Когда мы вылетели на Землю, я не смотрела на нее в иллюминатор, зато теперь она предстала передо мной во всей красе.

Дредноут, он же - суперлинкор, имел гигантские размеры практически идеальной шарообразной формы. Он дрейфовал на орбите Земли на расстоянии около трехсот шестидесяти километров – прям как Луна. Вспомнив о ней, попыталась найти спутник Земли, но ни взглядом, ни датчиками обнаружить ее не удалось.

— Хмм, странно! — пробормотала себе под нос, решив, что планета еще не успела обзавестись спутником.

После того как корвет залетел в гаражный отсек и приземлился на посадочную площадку, я прямиком направилась в кают-компанию. Наверняка, Лугальбанда сейчас там.

Мне жутко хотелось покопаться в прошлом альтаврийской расы.

Капитан, действительно, позволил мне ознакомиться с бортовым журналом.

Я в предвкушении незаметно подключилась к бортовому компьютеру, так будет гораздо быстрее.

Архивные записи нашлись довольно быстро, и там было на что посмотреть.

После просмотра многое встало на свои места. Недостающие пазлы я вычислила самостоятельно и вставила в общую картину мира. Она получилась запутанной и неоднозначной. Одно неосторожное движение, слово или действие может изменить или полностью разрушить всё, что я знала. Взамен старому придет новое, но не факт, что будет лучше, чем прежде.

Альтаврийская цивилизация потерпела поражение в войне с доцерусами. Но перед этим ученые обнаружили полу разумных существ, генотип которых был отдаленно схож с альтаврийским. Набу увидел в них шанс решить демографическую проблему. Но не все было так гладко. На Марсе обосновалась молодая, довольно агрессивная цивилизация рептилий. Они успели освоить ближний космос и дали отпор альтаврам.

Мне удалось взломать зашифрованные файлы и послушать разговор Лугальбанда и Набу. Ученый хотел отправиться в прошлое через черную дыру Стрелец «А», в то время, когда цивилизация рептилий не представляла угрозы. Он планировал провести опыты на приматах и создать вид, подходящий для вынашивания альтаврийских детей. Набу рассчитывал, что таким способом он решит все проблемы.

Внезапная атака слизней спутала все карты. Совету пришлось эвакуироваться с Хирона в срочном порядке и, спасаясь от преследования, они совершили прыжок через черную дыру.

И вот теперь горстка альтавров в прошлом пытается спасти свое будущее.

Конечно, можно было бы отправиться на Хирон в Альфа Центавра и сообщить предкам о грядущей опасности, и предостеречь от страшных ошибок. Но во время путешествия сквозь время супер линкор получил сильные повреждения: система навигации полностью вышла из строя, восемьдесят процентов генераторов энергии сгорели и оставшихся, едва хватало на поддержание основных систем. «Дильмун» с большим трудом дотянул до Земли и встал на ее орбиту, он вечно будет вращаться вокруг голубой планеты вместо спутника. А ковчег так и вообще потерпел крушение при посадке на Марс и теперь никогда не сможет взлететь.

Немножко подумав и сопоставив размеры суперлинкора с размерами Луны, я мысленно ахнула: «А ведь очень даже похожи!» - за миллионы лет он вполне мог покрыться пылью и метеоритами, а гравитация Земли спрессовать все это и придать идеально круглую форму, ведь корабль итак был почти круглым. Теперь понятно, почему Луна обращена к земле всегда одной и той же стороной.

Не имея возможности отправиться к Альфа Центавре, альтавры принялись усилено экспериментировать над приматами. Да и захотели бы они помешать предкам стать бессмертными, еще не известно.

Выходит, что людей создала древняя инопланетная цивилизация. Поэтому альфа обнаружила сильное сходство на генетическом уровне. Теперь еще и я тут объявилась и, предоставив свою кровь для исследований, внесла свою лепту в создание человечества.

«Какой-то сплошной парадокс!»

Если бы все альтавры погибли, то на Земле, вместо людей, могла быть совершенно другая цивилизация. А рептилии рано или поздно тоже столкнулись бы со слизнями. Кто в итоге бы остался победителем сложно сказать: прожорливые слизни или агрессивные ящеры?

Обдумав полученную информацию, пришла к выводу, что мне нельзя тут оставаться. Иначе могу невольно повлиять на развитие человечества и будущее в целом. Неизвестно, что из этого может выйти.

Вдруг я вообще не появлюсь на свет, тогда и Снежанны не будет! А что тогда станет со мной нынешней? Исчезну или стану парадоксом, который не принадлежит никакому из времен? Ведь я могу случайно уничтожить свою ветвь реальности, так же как и альтавры, которые явились сюда и создали людей. Там в будущем для них нет места. Те альтавры, которые экспериментировали надо мной и похищали людей, совершенно другие и не имеют никакого отношения к тому, что происходит здесь и сейчас. Тот же самый Нингирсу теперь в двух экземплярах, но почему же там он только один? Да и остальных советников я видела только в одном экземпляре!

Может, не такие уж они и бессмертные?

Глава 18

Время неумолимо бежало вперед. Уже прошел месяц, но ни я, ни Набу так и не смогли отыскать способ вернуться в будущее.

Потерпев неудачу, я много времени проводила в каюте, обдумывая дальнейшие действия.

Как раз в тот момент, когда я пришла к более приемлемому решению, явился Набу, сообщить о неудаче.

Через бортовой компьютер я постоянно отслеживала всю их работу и всегда была в курсе того, что происходит в лаборатории, поэтому давно знала, что ученый не сможет помочь.

— Мне очень жаль, Ирина, судя по всему, вам придется рожать здесь, — Набу не был расстроен этим фактом. — Через черную дыру можно попасть только в прошлое….

— У меня есть запасной вариант, к которому я собиралась прибегнуть только в крайнем случае, — перебила советника, так как он мог пуститься в долгие объяснения и описания.

— О! Надеюсь, вы посвятите меня в свои планы.

— Разумеется. К тому же мне нужна ваша помощь. Чтобы все прошло гладко, необходимо убежище с максимально ограниченным доступом.

— Для чего такие сложности?

— Видите ли, мне придется погрузиться в стазис. Я пыталась остановить развитие плода, но могу лишь замедлить его. И все равно этого будет не достаточно. Да и перспектива жить много тысяч лет в ожидании нужного времени, еще и беременной, меня не устраивает. Плюс я невольно могу внести существенные изменения в будущее, и еще неизвестно как ребенок может повлиять на него, — постаралась объяснить доходчиво.

— Согласен. Действительно риск кардинально изменить будущее, достаточно велик, — ученый разглядывал меня с исследовательским любопытством. — Стазис – прекрасное решение. Удивительно, как вы легко можете управлять процессами своего тела. И пол ребенка, наверное, уже знаете.

— Вы правы. У меня будет сын, — удовлетворила любопытство советника. На его лице тут же отразилось разочарование.

Конечно же, я соврала. Ни за что не признаюсь, что ношу под сердцем дочь. Это я узнала, как только попыталась замедлить развитие ребенка, а еще с удивлением обнаружила, что девочка чистокровная альтаврийка, не страдающая бесплодием. Страшно представить, какая охота за ней начнется. Не такой судьбы я хочу для своего ребенка.

Пускай меня оплодотворили против воли, но это все равно мое дитя, и даже если бы ее отцом был Эннуги, я бы ни за что не отдала её. Хотя то, что я беременна от Гора, безусловно, радует, да и он, наверняка, не даст свою дочь в обиду.

Ни в этом времени, ни в будущем проблем не избежать. Но там по крайне мере у меня есть надежный союзник.

— Может спрятать вас на Земле? — обдумав пару минут, предложил Набу.

— Нет. Мне нужно такое место, куда никто не сможет добраться, но чтобы туда был доступ для большинства видов энергии. И естественно, чтобы вы могли периодически ко мне наведываться и проверять всё ли нормально.

— Хмм…. Думаю в поясе астероидов между четвертой и пятой планетой можно подыскать подходящее место. А еще можно поставить концентрационную пирамиду и поместить вас в ее сердцевине. Тогда у вас будет неограниченный доступ к энергии.

— Отличная идея! Мне нравится.

Откладывать осуществление плана мы не стали – время поджимало.

В поясе астероидов обнаружилась карликовая планета. Немного покопавшись в информации о Земле, выяснила, что в будущем люди назовут ее Церера.

— Что ж, довольно неприметная и достаточно большая для того, чтобы разместить на ней пирамиду и не изменить траекторию орбиты. Годится, — вынесла вердикт будущему убежищу.

В строгой секретности Набу организовал строительство пирамиды, доверив его надежным подчиненным. И уже через семь дней она была готова.

Я договорилась с ученым, что раз в тысячу лет он будет проверять мое состояние. А раз в пять тысяч лет я буду выходить из стазиса на один день. Дальше будет видно – увеличить продолжительность анабиоза или сократить. Одно точно известно, пару сотен тысяч лет мне точно придется спать.

— Вы не передумаете? — ученый смотрел с надеждой. Он вызвался проводить меня и проконтролировать, чтобы все прошло хорошо. — Может, вы все-таки отложите свое решение на несколько циклов?

— Нет. Сейчас каждый день на счету, — прекрасно понимала его нежелание расставаться с объектом, вызвавшим научный интерес. Но я не собиралась учувствовать в гонке за выживание альтавров. К тому же, чем дольше нахожусь среди них, тем больше вероятность быть рассекреченной. Тогда совет не позволит мне спокойно погрузиться в стазис. А вступать с ними в военный конфликт чревато изменением будущего.

— Увидимся через пять тысяч земных лет, — поставила точку и вошла в пирамиду. Затем нажала на рычаг и закрыла массивную дверь. Она полностью слилась со стеной, не оставив зазора.

Найти вход сможет только тот, кто знает, где он. А это всего пять альтавров, и только Набу сможет открыть его. Так что я могу быть спокойна, к тому же при желании я в любое время могу проснуться и выйти наружу.

Пройдя по длинному коридору, я вошла в небольшую камеру с потолком, уходящим практически к вершине пирамиды. В центре поместили специальный пьедестал с ложем в виде кокона, оно было изготовлено из сплава металлов хорошо проводящих энергию.

Я перед вылетом из лаборатории приняла боевую форму и теперь могла спокойно находиться в условиях непригодных для жизни. Поэтому мне и нужно было иметь неограниченный доступ к энергии. Ведь для поддержания активированной брони ее требуется большое количество.

Если честно, отключаться на такой длительный срок было страшно.

— Эххх! Надо, Ира, надо! — подбодрив себя, залезла в кокон. Затем установила таймер на пять тысяч лет и отключилась.

Мне ничего не снилось. Я просто закрыла глаза, а, когда сработал таймер, показалось, что прошло всего лишь несколько минут.

В первое мгновенье решила, что произошел сбой, и я очнулась раньше времени. Сомнения развеял Набу. Он стоял недалеко от капсулы и в нерешительности топтался на месте. Стоило высунуться из кокона, альтавр встрепенулся и поспешил помочь мне выбраться.

— Спасибо, — приняла его руку, несмотря на то, что не нуждалась в помощи.

— Я переживал, что вы не выйдите из стазиса, — ученый был в скафандре. И я не слышала его слов, пока не подключилась к внутренней связи.

— Почему?

— Прошло много времени. Я впервые сталкиваюсь с подобным явлением, поэтому волновался. Еще и ваша беременность, — Набу украдкой бросил взгляд на мой живот.

— Все впорядке. Ребенок тоже был в стазисе, поэтому не развивался, — я инстинктивно прикрыла живот ладонью. — А как у вас обстоят дела с исследованиями?

— Благодаря вам мы далеко продвинулись. Уже есть хорошие результаты. Думаю, скоро можно будет приступать к увеличению численности альтавров.

По пути к корвету ученый вдохновенно рассказывал о проделанной работе, но это надо было увидеть, чтобы понять масштаб изменений.

Я сразу же потребовала отвезти меня на Землю, чтобы лично убедиться в правдивости слов Набу.

— Нам удалось расшифровать только часть ваших генов, но и этого хватило для того, чтобы продвинуться достаточно далеко, — на протяжении всего пути министр наук болтал не умолкая. — Мы использовали самок. Внедрили им часть ваших генов и вернули обратно в племя. У таких особей стали рождаться более смышленые детеныши. Когда количество генетически измененных приматов превысило шестьдесят процентов, мы снова отобрали самок уже среди них и добавили ген альтавров.

— Спасибо, Набу. Я, пожалуй, сама все посмотрю, — прервала бесконечный поток слов. А когда корвет вышел на орбиту Земли, самостоятельно отправилась на экскурсию.

За пять тысяч лет человек умелый превратился в человека разумного. Немногочисленные племена, разрозненные по планете жили в подобии первобытного быта. Они обзавелись речью, одеждой из плохо выделанных шкур, примитивными орудиями труда и даже глиняной посудой.

Общая картина, представшая передо мной, была похожа на то, что нам рассказывали в школе. Подсчитав приблизительные сроки, поняла, что до моего времени придется ждать около трех миллионов лет.

— Многовато! — в растерянности прошептала, наблюдая за тем, как женщина с всклокоченными волосами и звериной шкуре собирает ягоды.

Вернувшись в лабораторию «Дильмун» влезла в бортовой компьютер и синхронизировалась с ним. А еще заразила своими нано-ботами, теперь они будут собирать для меня всю важную информацию и внедрятся во все системы не только супер-линкора, но и в каждый корвет.

Так же не забыла удалить все упоминания о себе. Затем нашла министра Набу и сообщила о том, что ближайшие два с половиной миллиона лет мы не увидимся.

Конечно, было страшно погружаться в стазис настолько долго, но другого выхода так и не нашлось.

Глава 19

В этот раз все было по-другому. Нано-боты передавали информацию напрямую, казалось, что я вижу красочные сны.

Альтавры довольно долго экспериментировали. Несколько раз им приходилось начинать заново. И кого они только не создавали. Многие существа из мифов, благодаря генной инженерии, существовали на самом деле. Это потом люди слагали о них легенды.

Когда все же испытания завершились успехом, альтавры разделились на два лагеря.

Верховный советник Анум с горсткой единомышленников хотели жить на Марсе, так как там состав атмосферы был идеален, а людей держать в неведении и изредка отбирать самых сильных женщин для продолжения рода.

И как вы думаете, кто был против этого и хотел держать людей в страхе на коротком поводке, чтобы они считали Альтавров богами? Конечно же, Нингирсу! Силы разделились пятьдесят на пятьдесят. В итоге завязалась нешуточная война. Во время сражений Марс был практически полностью выжжен и стал непригодным для жизни.

Нингирсу одержал верх и казнил несогласных, посчитав, что оставшихся альтавров будет достаточно для возрождения былой мощи альтаврийской цивилизации.

Набу и Лугальбанда, к счастью, не учувствовали в междоусобной войне, и поэтому остались живы, к тому же ученые были на вес золота.

Марс пришлось покинуть. Долгое время альтавры жили на «Дильмун». Они периодически спускались на Землю и обучали людей. Но сами жить там продолжительное время не могли.

Так продолжалось несколько тысяч лет. Дильмун начал разваливаться, запас пищи с родной планеты Хирон давно закончился, энергоблоки окончательно вышли из строя, починить их не было возможности.

Пришлось альтаврам спуститься на Землю.

Проблема с атмосферой встала остро. Из-за нее состав крови альтавров постепенно менялся. Железо стремительно вытисняло медь, и высшая раса теряла способность к быстрой регенерации и устойчивость к земным болезням.

Решение оказалось довольно простым. При употреблении продуктов обогащенных медью, можно было поддерживать правильный состав крови.

При помощи генной инженерии и селекции ученые вывели новые сорта злаковых, содержащих большое количество меди, и заставляли людей выращивать именно их.

Стоит ли говорить о том, что люди считали альтавров богами, которые спустились с небес. И естественно дети, рожденные от них, всегда вставали во главе государств.

Но как бы альтавры не пытались сделать жизнь на Земле комфортной, планета взяла свое. Не имея технологии с Хирона, они не смогли противостоять катаклизмам. Ни одна цивилизация полегла, пока я спала. В итоге чистокровные альтавры канули в лету, оставив после себя не так уж и много потомков. Они всегда держали власть в своих руках, но в итоге перемешались с людьми, окончательно утратив отличительные признаки: голубую кровь, высокий рост, бесцветные волосы…

В какой-то момент информация перестала поступать ко мне. Видимо, Дильмун окончательно вышел из строя.

Второй раз я проснулась где-то в середине семнадцатого века, пришлось еще несколько раз погружаться в стазис, только на короткие периоды, чтобы не проспать нужное время.

Решила вернуться на Землю в день своего похищения и чуть не совершила катастрофическую ошибку.

Я стояла и смотрела, как похищают другую меня, и хотела помешать, но вовремя опомнилась. Нельзя ничего менять, иначе все изменится, и не известно в какую сторону.

С трудом сдерживая себя, отвернулась и улетела как можно дальше, стараясь не думать о том, что ждет впереди ту Иру. Я уже пережила весь этот кошмар, и ей придется.

До переломного момента оставалось восемь лет, шесть месяцев, пять дней и два часа. Бодрствовать это время или все же снова погрузиться в стазис? Я не смогла определиться сразу.

С одной стороны, хотелось быть рядом со Сежанной и видеть, как она растет, хотя бы со стороны. Опять же нельзя вмешиваться. Где гарантия, что я смогу сдержаться и не заявлю о себе? А вторая дочка? Что будет с ней, если я рожу ее до того, как разберусь с альтаврами?

Чтобы не наломать дров, решила дать себе передышку и отложила решение проблем на пару недель.

Сначала наблюдала, как Максим с родителями организовали мои поиски. Весь город гудел, меня показывали по всем каналам, на каждом углу висели объявления. Было больно смотреть на страдания родных.

Показываться на глаза Снежанне и Максиму я не решилась. К тому же знала, что с ними все будет в порядке и мы обязательно встретимся. А вот родителей я больше никогда не увижу. Поэтому, не выдержав, пошла на отчаянный шаг.

Активировав режим маскировки, ночью нашла банкомат, запустила в него ботов, отключила внутреннюю и ближайшую видеокамеру и оборвала интернет связь с банком. Забрала сто тысяч, не оставив никаких следов и повреждений.

Совесть меня совершенно не мучила. Простые люди не пострадали, а от банка не убудет. Итак обворовывают народ, вынуждая брать кредиты под бешеные проценты. Если надо будет, не задумываясь возьму еще.

Затем пробралась в магазин одежды. Взяла нижнее белье, синие джинсы, теплый белый свитер, удлиненную черную куртку с капюшоном, шапку и ботинки. На кассе прихватила солнцезащитные очки, закрывающие пол лица, и оставила часть денег.

Почти две недели после похищения пряталась на крыше многоэтажки, неподалеку от дома родителей. Снять квартиру не решалась, боялась, что меня узнают. Хотела купить телефон и сим карту, но без паспорта это сделать не получилось, а воровать у людей совесть не позволила.

Выждав подходящий момент, когда муж увезет Снежу в садик и уйдет на работу, отправилась к родителям.

Когда поднималась на шестой этаж, меня бил внутренний мандраж. Сколько миллионов лет прошло с того момента, как я в последний раз попрощалась с ними? Страшно представить.

И вот стук в дверь, я прячу трясущиеся руки в карманы, втягиваю голову в плечи и, затаив дыхание жду, когда мне откроют.

Тяжелую поступь и шарканье тапочек узнаю моментально, но дверь так медленно открывается, что я не выдерживаю и слегка тяну ручку на себя.

— Здравствуйте, вам кого? — мама не узнала меня.

Смотрю на нее в растерянности, вспоминаю про капюшон и медленно снимаю его.

Мгновенье, в маминых глазах проскальзывает узнавание, и она бросается в мои объятья. Радостно протягиваю руки на встречу.

— Ира, доченька! Где же ты была так долго?! — давясь слезами, спрашивает мама.

А я не могу сказать и слова, просто стою и крепко сжимаю её. Хорошо, что она не знает, насколько это долго – долго.

На шум вышел папа, быстро оценил ситуацию и похоже не узнал меня.

— Люд, может, ты пригласишь нашу гостью войти? Что встали на пороге? — он укоризненно глянул на маму.

И совсем не удивительно, что папа не узнал меня. Ведь сейчас я гораздо выше и сильно похудевшая. Удивительно, что мама так быстро разглядела во мне свою дочь.

— Что ж это я?! Скорее заходи, — она потянула меня за руку и поспешно закрыла дверь. — Саша, ты что, старый, не узнал Иришку? — теперь настала мамина очередь смотреть укоризненно.

Папа несколько секунд пристально смотрел на меня, а потом по его щеке скатилась скупая слеза.

— Ирка, что с тобой сделали? Убью гадов! — он сграбастал меня в охапку и долго не отпускал.

Я еще никогда не была так счастлива. Родители живы, вокруг родная обстановка и запахи, а еще маленькая Снежана сейчас в садике беззаботно играет с детишками. На душе легко и светло, как будто ничего плохого не было.

— Пап, — не хотя отстранилась от него. — Мам, мне многое надо вам рассказать.

— Чего уж там. Главное жива – здорова, остальное неважно, — шмыгая носам, мама вытирала слезы.

— Важно, очень важно.

— Тогда пошли к столу, за чашкой чая все расскажешь, — папа потянул меня на кухню. Украдкой бросила взгляд на часы. До вечера еще далеко, так что успею.

Перед тем как вывалить свои проблемы родителям на головы, достала из навесного шкафчика валерьянки, накапала по пятьдесят капель и разбавила водой.

— Прежде, чем я все расскажу, выпейте, — каждому всунула в руки кружку с настойкой.

— И, в правду, не помешает, — согласилась мама и залпом все выпила.

— Неужто все так плохо? — папа помедлил, но тоже выпил.

— Уже все хорошо, просто немного неправдоподобно, — приуменьшила я и пустилась в долгие объяснения.

Чтобы доходчиво донести происходящее пришлось потратить около трех часов. Не обошлось и без небольшой демонстрации.

Моё исчезновение значительно сократило маме с папой жизнь, и я лишь хотела, чтобы они жили долго и счастливо.

Поэтому, чтобы не пугать родителей, трансформировала только часть руки, этого оказалось вполне достаточно. Конечно же, я не стала рассказывать всех подробностей похищения и экспериментов надо мной. Ни к чему им лишние переживания.

Из-за вмешательства будущее может кардинально поменяться, и теперь вдобавок ко всему мне предстоит придумать, как этого избежать.

Пока мама с папой переваривали услышанное и пили вторую порцию настойки валерьяны, я пыталась составить план действий.

— Мааам! Пааап! Лет через восемь нам надо инсценировать вашу смерть для одного человека. Точнее для меня.

— Если ты продолжишь в том же духе, то и инсценировать не придется, — попытался пошутить папа, а мама охнула.

— Вообще-то не смешно, — обиделась я, но тут же одернула себя. — Я вас очень сильно люблю. К тому же вы скоро второй раз станете бабушкой и дедушкой. Без вас мне не справится.

— У тебя будет ребенок? — переспросила мама и отвела взгляд.

Задать невысказанный вопрос пришлось папе.

— Кхммм…. Ребенок это всегда счастье. Но что ты скажешь Максиму? И еще я даже боюсь спрашивать, от кого ты забеременела.

— Максим со Снежанной не должны знать обо мне, по крайне мере, пока он не женится второй раз.

— Ох, бедная Снежа! — запричитала мама.

— Перестань, мне и так тошно.

— А где ты жить будешь и на что?

— Сниму жильё где-нибудь недалеко от вас. А деньги не проблема, — не стала вдаваться в подробности, чтобы лишний раз не травмировать их.

— А у нас соседняя квартира сдается. Может, её снимешь? — предложил папа.

— Как удачно. Рядом с вами, и Снежанна все время на виду.

— Вот и отлично. Позвоню соседке. Скажу, что племянница приедет из деревни.

На том и порешили. Потом мама спохватилась и вспомнила, что я голодная. В ход пошло все, что было в холодильнике, она буквально заставила весь стол едой.

— Целую вечность не ела, — мычала с набитым ртом. — Как же божественно вкусно, — и это была чистая правда. Я была готова съесть целый тазик и все равно бы не наелась.

В итоге ближе к вечеру приехала соседка показать квартиру и отдать ключи. Обо всем договаривались родители, а я не рискнула показаться на глаза даже несмотря на то, что сильно изменилась. Не стоит лишний раз рисковать.

Все дела успели решить до приезда Максима и Снежанны.

Я зашла в съемную однокомнатную квартиру и смотрела в окно на то, как пока еще мой муж идет к подъезду и несет дочку.

На секунду задумавшись, быстро разделась, активировала броню и став невидимой, вышла на лестничную площадку.

Через пару минут двери лифта открылись. Сначала вышел Макс, он придержал створки, пропустив Снежу вперед.

Вот она, стоит только протянуть руку, и мы снова будем вместе. Моя девочка, моя малышка. Сколько бесконечных лет жила только мыслями о ней. И сейчас, когда она так близко, я все равно должна ждать.

С трудом поборов искушение, отвернулась от дочки и дождалась, когда они войдут в квартиру.

Если до этого момента я еще сомневалась в том, что поступаю правильно, то сейчас твердо решила быть всегда рядом и неважно, что придется наблюдать тайком. Хочу хотя бы видеть, как она взрослеет.

С этого момента все должно наладиться. Я приложу максимум усилий.

Глава 20

Жизнь, действительно, налаживалась. Мама с папой каждый день приходили ко мне в гости, или я к ним. Они чувствовали себя замечательно и помирать явно не собирались. Часто сканировала их на предмет заболеваний, но ничего серьезного не находила.

Через год меня объявили пропавшей без вести, и муж подал на развод. Максим задался идеей найти для Снежанны маму. Я не осуждала его за это. Да и уже давно не любила. Когда мои мысли не были заняты дочкой, в них прокрадывался Гора. Нет-нет, да вспоминала о нем. Как-никак ношу его дочь.

За год животик заметно подрос, и ребенок начал пинаться. Девочка активно развивалась абсолютно здоровой и это не могло не радовать.

Но не все было так радужно. Будущие проблемы с каждым днем становились все ближе. Они словно Дамоклов меч, нависли над моей головой. Я ведь так и не придумала, как обезопасить землю от Альтавров. И это не давало мне покоя.

Вымотав все нервы, решилась рискнуть и просмотреть память Альфы, ту часть, где я отсутствовала. Долго откладывала это дело, но судя по всему тянуть больше не куда.

Увиденное шокировало меня до глубины души. Я даже не подозревала, насколько сильна Альфа. По сути, я неуязвима, главное избегать полного истощения энергии, но даже это меня не убьет, а лишь отключит на время.

Особое внимание уделила доцерусам. Эти твари, действительно, очень опасны. У слизней совершенно другой склад ума. Вроде бы разумные существа, но неподвержены эмоциям и не испытывают ни любви, ни жалости. Без колебаний пожрут слабых сородичей и даже собственных детей. Инстинкт выживания – основная движущая сила. Нам никогда не понять их. И если оставить хотя бы несколько слизней, они за короткое время расплодятся до сотен тысяч, а то и больше.

Тщеславие Эннуги сыграло с альтаврами злую шутку и поставило нас под удар. Наверняка, доцерусы знают о том, что Земля важна для их заклятого врага и попытаются уничтожить важный стратегический объект.

Дойдя до боев с доцерусами, не стала смотреть в подробностях, лишь почерпнула новую информацию о своих способностях, про которые не знала до сих пор.

— Офигеть, я крутая! Плазменное, лазерное оружие и гравитационные пушки! Железный человек отдыхает!

Удивительно, с какой легкостью я расправилась со слизнями, и надо же было так профукать победу. На месте верховного совета я бы бросила Эннуги в тюрьму.

Мало мне альтавров, теперь еще и от слизней надо Землю защищать. Конечно, можно было бы вмешаться и сработать на опережение, уничтожив сбежавших доцерусов, но тогда Ира из этой реальности не попадет в прошлое. И получим мы две Иры и две дочки Гора.

Так не пойдет. Надо ждать до того момента, кода меня отправят в черную дыру, вот тогда можно будет разгуляться.

Дальше я полезла в заархивированные файлы, там хранилась все, что Альфа изучала в свободное время. Но там я не нашла ничего, что могло бы помочь решить проблему. Тогда я полезла в архивы «Дильмун» из прошлого.

Вот там то я и нашла призрачный шанс обезопасить людей мирным путем.

Зная о том, что у потомков будут проблемы со слизнями, министр наук Набу разработал, что-то вроде защитного поля. Подобное использовали слизни, когда заманили меня в западню устроенную в пустыне. Он создал несколько экземпляров, судя по всему для Земли и Хрона.

Вот только, где их искать? В неактивном состоянии даже я со своими способностями не смогу обнаружить древнее оборудование. Это то же самое, что искать иглу в гигантском стоге сена, да еще и без магнита.

Искать пришлось наугад. В основном надеялась на древние развалины. Египетские пирамиды и пирамиды майя облазила вдоль и поперек. Обследовала Фивы, древний

Мемфис, Трою, Карфаген. Посетила Иорданию и другие остатки былых цивилизаций. Даже отыскала затонувшую Атлантиду. Но ничего, хотя бы отдаленно похожего на защитный экран, не нашла.

Неужели я ошиблась, и Набу не успел воплотить в жизнь свои разработки? У меня сохранились подробные чертежи и схемы изобретения, но от них не было никакого толка.

На Земле нет подходящих материалов. Даже если мне удастся тайно собрать группу ученых, на создание одних только комплектующих уйдут годы.

Ближе к родам поняла, что план с защитой для всей планеты оказался провальным. А ведь можно было одним разом защитить людей от альтавров и доцерусов, не прибегая к открытому конфликту.

Дальнейшее решение проблем пришлось на время отложить. Буквально за неделю до двухлетней годовщины моего похищения, начались схватки.

Конечно, я заранее приготовила все необходимое для новорожденного.

Рожать пришлось дома в ванной. Сначала хотела позвать маму, но передумала. Она будет сильно переживать и отвлекать меня. Когда все закончится, просто поставлю перед фактом, что они второй раз стали бабушкой и дедушкой.

Когда схватки стали частыми, набрала теплой воды, она поможет смягчить ребенку родовой стресс, вызванный резким перепадом температурного, гравитационного, светового и звукового воздействия. Потом забралась в ванну и постаралась расслабиться. Все должно пройти быстро и без осложнений. Страха не было, как-никак не в первый раз. Да и данные говорили о том, что ребенок здоров, и все идет как надо.

Буквально через несколько минут начались потуги, процесс прошел быстро и безболезненно. Даже толком не успела понять, как все произошло.

Сидя в воде, я держала на руках пухленькую малышку с нежно-голубой кожей, бесцветными волосиками и черными глазками – чистокровную альтаврийку. Чудо, рожденное от земной женщины и полукровки. В голове не укладывалось, как такое возможно?! Гены сыграли с нами злую шутку и подкинули кучу проблем. Жизнь девочки будет нелегкой, но я ведь рядом, значит бояться нечего.

— Аличка, доченька моя, — ласково пошептала, приложив ее к груди. Имя пришло само собой. Не знаю почему, мне захотелось назвать Альфой, ласково Аля – Аличка.

Малышка активно зачмокала, присосавшись к груди — сильная и бойкая с первых минут рождения. Когда вырастет то, сможет за себя постоять, а я обязательно научу ее всему, что сама знаю и умею.

Накормив и запеленав, уложила Аличку в кроватку. Сытая, но уставшая, малявочка крепко уснула. Я привела себя в порядок, убралась в ванной и пошла, радовать родителей. Как раз Максима и Снежанны не было дома.

Родители обрадовались внучке.

— Даже меня не позвала на подмогу, — обиженно упрекнула мама.

— Не хотела, чтобы ты беспокоилась. Все прошло быстро и без осложнений, — обняла ее и похлопала по спине. — Не переживай, все хорошо.

— Можно хотя бы взглянуть на нее одним глазком?

— Как назвала? — тут же встрял папа.

— Аля. Пойдемте, покажу. Она сейчас спит. Вы только не пугайтесь. Аличка немного необычная, — предупредила заранее. Я переживала, что родители могут испугаться и не принять внучку.

— Какая бы не была, все равно наша, — успокоил папа и пошел знакомиться первым.

Малышка спокойно спала в бежевой колыбельке и как обычный ребенок не отреагировала на голоса и присутствие посторонних.

— Как сладко спит, а щечки-то какие! — умилилась новоиспеченная бабушка. — Так бы и зацеловала!

— Еще успеете нанянчиться, — заверила я и повела их на кухню.

Рождение дочки отметили маленьким застольем. Маме с папой чай с тортом, а мне продукты обогащенные медью. Пока Аля будет на грудном молоке, мне придется, есть полезную для нее пищу, а иначе медь в ее крови заменится на железо, и как это скажется на здоровье малышки еще неизвестно. Выяснять опытным путем не хочется.

Рождение дочки вынудило отложить глобальные проблемы на потом и погрузиться в более приятные хлопоты. Единственное, чего мне не хватало, так это семейной полноты. Очень хотелось познакомить Снежанну с сестричкой. Меня мучила совесть, потому что я, казалось, обделяла старшую дочь любовью и заботой.

С каждым днем чувство вины становилось сильнее. Возможно, послеродовая депрессия не обошла меня стороной. Через месяц я не выдержала.

Глава 21

Аля росла крепкой и здоровой, она хорошо кушала и спала. В общем-то, первый месяц только этим и занималась. Я не отходила от нее ни на шаг, словно курица наседка, только во время ее сна тайком подглядывала за Снежанной.

Гуляли мы на балконе или на крыше. В этот раз решила, что можно устроить прогулку по городскому скверу. Одевшись тепло и натянув шарф до глаз, вышла на улицу.

Аля крепко спала в коляске, укутанная по полной программе и с прикрытым личиком. Даже если найдутся любопытные, которые захотят полюбоваться малышкой, они не увидят необычный цвет кожи.

На дворе стоял ноябрь. Первый снег улегся тонким слоем и теперь не растает скорее всего до весны.

Я шла прогулочным шагом и наслаждалась легким морозным воздухом. В будний день парк был безлюден, лишь изредка попадались прохожие, они торопливо проходили мимо, даже не взглянув в нашу сторону. Отсутствие внимания посторонних меня расслабило.

Вдоль аллеи стояли скамейки, стряхнув легкий снег с одной из них, присела и стала тихонько качать Алю.

Через несколько минут мимо, не спеша, прошла молодая женщина. Сначала не обратила не нее внимания. Боковым зрением заметила, что она села на соседнюю скамейку, достала телефон и приложила его к уху.

— Ты где? — взволнованно спросила. — Я уже на месте, жду тебя. Хорошо, не задерживайся.

Голос показался знакомым, но я продолжала игнорировать соседку. Через несколько минут к ней подошел мужчина.

Любопытство победило, и я искоса глянула на молодую парочку, решившую устроить свидание в безлюдном парке.

Что ж, могла бы и сразу догадаться, когда услышала голос женщины. Ей оказалась Светлана – вторая жена Макса. А мужчина, само собой, и был Максимом.

— Привет, — он нежно чмокнул ее в щечку. — Замерзла? — голос был пропитан искренней заботой.

— Не успела, — Светлана кокетливо улыбнулась. — Я так волнуюсь. Как думаешь, они не сильно расстроятся?

— Не знаю. Пойдем за Снежанной, скоро последний урок закончится. А потом сообщим родителям Иры, что теперь дочка все время будет жить с нами.

— А ты не хочешь сказать им, что переведешь Снежу в школу – интернат? — прошептала Света, будто боялась, что кто-то услышит. А у меня оборвалось сердце.

«Что значит школа-интернат? Не позволю!» - я итак заставила себя отсиживаться дома, когда старшая доченька пошла в первый класс. Боялась, что не выдержу и сама лично поведу ее на линейку. И что получается? Этот, теперь совершен чужой для меня мужчина, собрался сдать собственную кровиночку в школу с круглосуточным пребыванием. При том, что ближайшая находится в другом городе за четыреста километров отсюда.

«Как он мог?!» - моему возмущению не было предела. «Не могу поверить, что это его идея! Либо он всегда притворялся, либо эта женщина оказала на него сильное влияние!» как бы там ни было, я не могла найти ему оправдания, да и не хотела.

«Что ж, раз он так решил, то пускай строит новую семью, а я помогу. Избавлю его от лишних хлопот!» - думала я на пути домой. Сегодня Макса ждет неприятный сюрприз, а Снежанну, надеюсь, приятный.

Бывший муж с новой пассией ушел встречать дочку, а я поспешила к родителям.

— Это кто тут у нас такой хорошенький?! — сюсюкала мама, забрав у меня Алю. — Кто у нас гулял на свежем воздухе?

— Скоро придет Максим, — сообщила я, скинув ботинки и повесив куртку на вешалку.

— Так рано? — удивился папа.

— Ага. С будущей женой хочет познакомить и сообщить о том, что Снежа теперь будет все время жить с ними, — я недовольно скривила губы.

— В гости-то приводить все равно будет, — мама передала внучку деду и подала мне тапочки.

— Не будут. Максим собрался отдать ее в школу-интернат. Так что я беру все в свои руки. Придется рассказать правду и заодно припугнуть, чтобы молчали, — не хотелось давить на них, но по-другому никак.

Бабушка и дедушка возились с внучкой в комнате, а я мерила кухню шагами. Волнительная встреча заставила нервничать. Я переживала не из-за разговора с бывшим мужем, нет. Я переживала из-за Снежаны. «Как она отреагирует?» Бедная девочка пережила потерю матери, еще и родной отец чуть не предал.

Мысленно представляла, что я ей скажу и как всё объясню, но никак не могла подобрать правильных слов. Да и есть ли они?

Ждать пришлось около часа. За это время успела накормить Алю, уложить спать и выпить две кружки чая.

— Мама! Иди, встречай гостей, сейчас позвонят. Снежу, сразу в комнату веди, а Макса и Светлану на кухню отправляй. Сначала с ними поговорю.

В коридоре раздался звонок, я нервно закусила губу и приготовилась к разговору.

— Здравствуйте, теть Люда, дядь Саша. Познакомьтесь – это Светлана, — начал Максим.

— Очень приятно. Вы проходите на кухню. Внученька, а ты в комнату у меня есть сюрприз, — распорядилась мама, выполнив мое распоряжение.

Пока все раздевались, я налила две кружки чая и на всякий случай приготовила валерьянку.

— Здравствуйте, — после небольшого замешательства опомнился Макс.

— Привет. Не стойте в проходе, садитесь за стол, я как раз чаю налила.

— Спасибо, — Светлана не заметила растерянности своего спутника и прошла на кухню.

— Ирина, — протянула ей руку.

— Очень приятно. Светлана. А вы…?

— Бывшая жена Максима, — ошарашила обоих. Не стала щадить их нервы, потому что была зла.

— Этого не может быть! — не поверил он.

— А ты приглядись, — поняла, что он не узнал.

Максим напряженно всматривался в мое лицо и пытался найти знакомые черты.

— Неужели так сильно изменилась? — не выдержала и немного съязвила.

— Сильно. Но где? Где ты была все это время? Мы тебя так долго искали! — все же узнал.

— А ты присаживайся, я все расскажу, — указала на стул рядом со Светой, которая молчала как рыба и растерянно хлопала ресницами.

— Во-первых, — начала я, когда он занял предложенное место. — Снежанна будет жить со мной и ни в какой интернат не поедет. Во-вторых, вы никому и никогда не расскажите, что я вернулась.

Разговор пошел туго. Когда дело дошло до объяснений о моем похищении, Макс выпучив глаза, орал, что я свихнулась. Так же не обошлось без доказательств. Не зря я заранее приготовила успокоительное, потому что Светлана тут же начала закатывать глаза и заваливаться на бок.

— Все, что я рассказала, – чистая правда, — продолжила, когда она пришла в себя. — Вы должны все сделать, так как я сказала, иначе не избежать беды.

— Это не возможно. Ты - сумасшедшая, — заладил Максим.

— Тебе полную трансформацию показать? Боюсь, что твоя женщина не выдержит этого, станешь вдовцом во второй раз. Если не хочешь по-хорошему, я ведь могу и по-плохому. И в этом случае тебе никакая полиция не поможет. Уж поверь. К тому же я ни о чем сверхестественном не прошу. Всего лишь держать язык за зубами и, когда придет время, немного подыграть.

— Милый, давай сделаем, так как она нас просит, это же не сложно, — наконец-то, подала голос Светлана. Она взяла его за руку и нежно погладила по кисти.

— Хорошо, — сдался он. — Пусть будет так. Но я хочу видеть Снежанну, хотя бы один раз в неделю.

— Не смотря на то, что ты хотел ее бросить, я не намерена лишать дочку отца. Так что договорились.

Разговор прервала Снежа, она вбежала на кухню с большими глазами, следом за ней спешила бабушка.

— Внученька, постой, сюда пока нельзя, — она попыталась остановить.

— Но я слышала мамин голос, — дочурка оглядела присутствующих и остановила взгляд на мне. Я взволнованно затаила дыхание.

— Это ведь ты? — столько надежды и страха было в ее голосе.

— Да, это я, — голос охрип от волнения. Я неуверенно улыбнулась и протянула к ней руки.

Снежа резко сорвалась с места и буквально врезалась в меня. Подхватив ее, посадила себе на колени и крепко обняла.

— Девочка моя, как же я соскучилась, — шептала, ласково поглаживая по светлым волосикам, собранным в два хвостика с белыми бантами.

— Ты ведь больше не уйдешь? — она подняла на меня заплаканные глазки и посмотрела с надеждой.

— Больше никогда! — пообещала, а в глубине души засело горькое сожаление. Ведь я не могла быть уверенной на сто процентов в том, что смогу остаться на Земле.

— Мам, а в комнате моя сестренка? — прошептала на ушко Снежа.

Глава 22

Все сложилось довольно удачно и прошло относительно гладко. Но уверенности в том, что Максим будет держать язык за зубами, не было. Поэтому я незаметно запустила в их гаджеты нано-боты, чтобы отслеживать разговоры и в случае чего, быстро отреагировать.

В скором времени они со Светой сыграли свадьбу. Квартиру, которую мы покупали вместе, оставила бывшему мужу, чтобы хоть как-то откупиться от него, возможно, это и подействовало на него. Макс не доставлял мне проблем. Лишь по выходным забирал Снежанну к себе и то, уже через пол дня она просилась обратно. Еще одной его обязанностью было посещать все родительские собрания и поддерживать легенду о том, что я так и не нашлась.

В школу дочка ходила с большим желанием и училась хорошо. Я каждый день провожала и встречала ее, оставаясь при этом невидимой.

К Але Снежа меня не ревновала. Она полюбила ее и сильно привязалась. Подолгу могла сюсюкаться с ней, даже меняла подгузники и кормила с ложечки.

Я была на седьмом небе от счастья. Самые дорогие на свете люди были со мной рядом. Но и время, когда придется бороться за счастье, неумолимо приближалось.

За год до прибытия альтавров решилась рассказать Снежанне правду. Она не раз задавала вопросы о моем исчезновении, но я все откладывала этот разговор.

Оставив трехгодовалую Алю бабушке с дедушкой, пригласила Снежу прогуляться.

— А давай на крышу заберемся? — предложила она. В глазах промелькнули озорные искорки.

— А давай! — согласилась я.

Посмеиваясь словно заговорщики, мы прокрались на девятый этаж, а оттуда забрались на крышу. Выходной день и поздний час помогли нам избежать свидетелей.

— Ух ты! Как высоко! — Сежа восторженно смотрела на город, а потом подняла взгляд к звездам. — Мам, а как так получилось, что луна всегда обращена к нам только одной стороной? Сегодня нам сказали, что вокруг Земли она обращается за двадцать восемь часов и вокруг своей оси за столько же. Поэтому мы всегда видим только одну сторону. Но мне не понятно, как так получилось? Почему тогда Земля не вращается вокруг своей оси за триста шестьдесят пять дней? — дочка задумчиво разглядывала полную луну, которая то и дело скрывалась за облаками.

— Знаешь, а ведь, действительно, странно! — я неожиданно осознала большую ошибку. — На самом деле Луна - это гигантский космический корабль, — начала рассказывать свою историю издалека, заодно вспоминая, где находится лаборатория на «Дильмун».

— Ну, мааам! Мне ведь уже двенадцать лет, и я не верю в пришельцев, — она сделала вид, что обиделась, но не сдержалась и улыбнулась.

— Я вообще-то серьезно. Ты ведь хотела узнать, где я пропадала?

— Ой, только не говори, что тебя пришельцы похитили!

— Так и есть. Еще они проводили надо мной эксперименты, и теперь твоя мама супер-женщина, — продолжила я в шуточной форме.

— Ага, так я и поверила! — Сенежа хитро прищурилась. — А доказать сможешь?

— А ты не испугаешься?

— Конечно же, нет!

— Тогда докажу. Только пообещай, что не будешь после этого бояться меня.

— Еще чего – бояться. Да ты - самая лучшая мама на свете! Даже если в чудище лесное превратишься, все равно не буду бояться, — подбодрила дочка и уставилась на меня в ожидании чуда.

— Ну, ладно, — я задрала рукав кожаной куртки, оголив браслет, который всегда скрывала. — Этот браслет вживили мне пришельцы, на второй руке такой же и на ногах тоже. А теперь смотри, что я умею.

Внимательно наблюдая за реакцией Снежы, медленно трансформировала руку. Ее глаза удивленно расширились, но страха, к счастью, не было.

— Так я умею изменяться полностью, только для этого придется раздеться, чтобы не испортить одежду. Еще я умею летать и стрелять.

— Круто!!! А покажешь?

— В следующий раз обязательно покажу. Только ты никому не должна об этом рассказывать. Это наш семейный секрет.

Дальше я поведала ей всю историю от начала и до конца. Так же рассказала, что скоро надо будет разыграть спектакль. Было сложно объяснить, почему в какой-то момент будет аж две мамы. Но у меня вроде бы получилось.

В какой-то момент задумалась: «Я ли первая проворачиваю такую схему или передо мной тоже спектакль разыгрывали?» - как-то уж спокойно прошла наша первая встреча, и Макс со Светой были тогда какие-то испуганные.

А когда началась заварушка с силовиками? И когда я показывала космический корабль на крыше? Макс не сильно удивился, а Сенажа вела себя как будто, так и надо.

Если это происходит уже не в первый раз – значит, я делаю все правильно.

После вечерней прогулки, оставила детей у родителей и отправилась на «Дильмун». Как я раньше не догадалась проверить в лаборатории, ума не приложу. Конечно, шанс найти там защитный экран, был призрачным, но все же был.

В режиме полной боевой готовности и маскировки я покинула землю. Добраться до Луны не составило труда. Облетев ее с обратной стороны, стала искать вход.

За много миллионов лет «Дильмун» притянула к себе толстый слой космической пыли и несчетное число метеоров, скрывших технические выемки и отверстия.

Благодаря зрению и сканерам найти вход все-таки не составило труда. А вот, чтобы открыть шлюз, пришлось приложить силу.

Спустившись в многовековую тьму, в которую давно не проникал свет, сразу направилась в лабораторию. Мои шаги гулко разносились по длинным коридорам, разогнав тишину.

Неожиданно сканер выхватил следы чужого присутствия. По металлическому полу тянулась широкая полоса высохшей слизи. И без анализа было ясно, что тут побывали разведчики доцерусов. Судя по всему не так давно.

Запустив обширный поиск, слизней не обнаружила, зато в одном из нижних отсеков нашла признаки другой жизни, которая вот-вот оборвется. Определить, что это кто-то из альтавров не составило труда.

С нехорошим предчувствием поспешила отыскать пострадавшего. В техническом помещении, забившись в самый дальний темный угол, лежал министр наук.

— О, Набу! Как же так? — присела перед ним на колени и осмотрела расплавленный на груди скафандр. Через дыру виднелась обширная рана несовместимая с жизнью.

—Ира, это ты? — голос ученого был слаб. Он приоткрыл веки и с болью посмотрел на меня. — Я ждал тебя, — каждое слово прерывалось натужным кашлем. — Они забрали защитный экран. Но один… мне удалось… — он повернул голову на бок. Взгляд остановился на предмете в темноте. Глаза остекленели, и застыл навсегда.

Я испытывала жалость и искреннюю благодарность к самоотверженному альтавру. Столько лет он ждал меня в одиночестве, чтобы подарить шанс на спасение.

Сняв с Набу шлем, закрыла ему веки в последний раз. Прихватив сферу защитного экрана диаметром не больше пятнадцати сантиметров, перенесла ученого на Цереру. Я хотела отдать дань вежливости и похоронить. Но так как сделать это по альтаврийским обычаям не смогла, решила, что в пирамиде, где я ждала своего времени, ему будет самое место.

Набу был поистине достойным альтавром. К сожалению, среди этой расы мало таких как он.

Положив мертвое тело в капсулу в виде кокона, закрыла её массивной крышкой, и лазером написала эпитафию на альтаврийском и русском языках.

«Тот, чья жизнь подарила надежду,

Тот, чьи поступки подарили жизнь! Спасибо!»

Домой я вернулась в расстроенных чувствах и глубокой задумчивости.

Если доцерусы стащили один из щитов, то они могут его использовать против нас. Возможно, тот самый купол в пустыне и был результатом использования изобретения Набу. Иначе откуда у слизней такие технологии? А если они смогли взломать бортовой компьютер «Дильмун»?

Эта мысль заставила меня вернуться на луну и все проверить, и, как оказалось, не зря.

Была неудачная попытка проникнуть в базу данных. Возможно, у разведчиков не было с собой необходимого оборудования. Но это не значит, что они не вернуться и не повторят попытку.

За столько лет компьютер по-прежнему сохранил работоспособность. Я синхронизировалась с ним и проверила полноту данных, которые получала, пока находилась в стазисе. Обнаружился недостающий фрагмент, быстро закачала его себе и с огромным сожалением форматировала всю системную и архивную память «Дильмун», на это ушло не меньше трех часов и большой запас энергии.

Домой вернулась в эмоциональном истощении. Но зато теперь у нас есть весомый шанс на спасение и полную независимость от альтавров.

Осталось дождаться час икс и активировать щит в нужный момент.

Единственное, что омрачало радость грядущей победы, - это судьба Али. Ей пошел уже четвертый год. Иногда ее кожа приобретала оттенок более естественный для землян, и это меня беспокоило. Состав крови постоянно плясал – периодически в некоторых эритроцитах медь вытеснялась железом. Это не влияло на ее состояние до поры до времени. Возможно, я смогу найти ответ, как альтавры умудрялись на Земле сохранять содержание меди в крови на одном уровне. Ведь они не один век прожили в нашем мире, и Набу как-то же выживал все это время.

Глава 23

День икс подкрался незаметно. Я заранее переселила родителей с Алей на съемную квартиру в другом конце города. Снежу, Макса и Свете проинструктировала относительно их поведения. Я умудрилась забыть о том, что в тот день у Снежанны волосы были розовыми, пока она сама не спросила у меня разрешения покрасить их. Как раз пошла мода на яркие прически.

Так же я нашла свою бывшую одноклассницу. Разукрасив себя до неузнаваемости, подкараулила ее в кафе и подсела за столик.

— Яна, привет! Сколько лет, сколько зим! С выпускного не виделись!

— Привет, — неуверенно ответила она, опешившая от моего напора.

— Рассказывай, как дела? Как жизнь? Чем занимаешься? — весело и бодро продолжила я спектакль.

— Да потихоньку, рассказывать особо нечего, — Яна стушевалась. Было видно, что ей неловко и не потому, что не могла вспомнить меня, а потому что стыдно рассказывать о роде своих занятий и образе жизни.

— Ясно. Слушай, а ты не знаешь, Ирку так и не нашли? Ты еще с ней за одной партой сидела, помнишь?

— Помню. Вроде не нашли.

— Слышала, что ее родители не пережили потерю единственной дочери и померли друг за дружкой, — выложила заготовленную легенду.

— Да ты что? Не знала. Надо же, несчастье какое!

— И не говори. Ладно, пойду я. Рада была повидаться, — я поспешно вышла из кафе, оставив Яну в замешательстве. Надеюсь, она вспомнит об этом разговоре, специально выбирала момент, когда одноклассница будет в трезвом состоянии. Моей задачей было свалиться ей, словно снег на голову, шокировать и быстро ретироваться. Такое она точно не забудет.

Через два дня она встретится со мной в тюрьме, а дальше дело за малым – дождаться Нового года.

Дальше все прошло по плану. Единственной проблемой стали силовики. Они словно ищейки крутились около моей семьи. Я не хотела, чтобы еще и Аля попала под их прицелы, поэтому пришлось несколько раз переезжать с места на место, чтобы запутать следы.

В день сражения с доцерусами в пустыне, я дождалась, когда Снежа и Макс со своей семьей окажутся на моем корвете и, выбрав момент, перенесла к ним родителей и Алю.

— Ну, вот. Вся семья в сборе. Теперь сидите тихо и никуда не выходите. Скоро увидимся, — я попрощалась с родными и отправилась к месту битвы.

Наблюдая за тем, как другая я сражается с гигантским слизнем, заметила Гора. При попытке проникнуть за барьер, его отбросило на несколько метров. Затем альтавр снял защитный шлем и не в силах помочь наблюдал за борьбой.

Взрыв бурильщика разрушил генератор энергетического щита установленного на корабль. Первое мгновенье защитный купол держался, удерживая огонь и ударную волну внутри себя. Этого времени мне хватило, чтобы понять, что без шлема Гора - нежилец.

Перед тем, как барьер лопнул, успела отбросить его на безопасное расстояние, это совпало с разрывом барьера. Со стороны выглядело, как будто Гора отбросило взрывной волной.

Возможно, я что-то сделала не так и изменила будущее, но спокойно смотреть на то, как погибнет небезразличный мне мужчина, не смогла.

— Сделай вид, будто все впорядке, — оставшись невидимой, подошла к альтавру и ткнула ему в спину рукой.

— Альфа? — удивился он, но не обернулся.

— Да.

— Как ты выбралась?

— Это сейчас не важно. Ты должен придумать правдоподобную причину, чтобы не покидать Землю. И ни при каких условиях не вмешивайся в дела альтавров, чтобы они ни сделали.

— Отец собрался оккупировать твою планету, я не могу не вмешиваться, — как всегда Гора был в своем репертуаре. Как же мне не хватало его упрямства.

— Ты хочешь увидеть свою дочь? — ошарашила без подготовки.

— Дочь? Но…

— Не перебивай. Твоей дочери сейчас четыре года. Некогда вдаваться в подробности, просто доверься мне. А когда все закончится, я тебе все объясню со всеми подробностями.

— Хорошо. Что я должен делать?

— Наоборот – не делать. Не вмешивайся, когда меня отправят в черную дыру и оставайся здесь на Земле, — Гора сердито сопел, я, прям, чувствовала, как его распирают противоречивые чувства.

Так и не получив от него ответа, отправилась на орбиту Земли, было необходимо дождаться подходящего момента и активировать энергетический щит.

Дрейфуя в невесомости, я наблюдала за происходящим. Альтавры долго искали мое тело под обломками шахтерского корабля доцерусов, а когда нашли и транспортировали на борт тяжелого крейсера, активизировался Гора.

Я чуть не прозевала тот момент, когда он покинул планету.

В бешенстве я перехватила его корвет и через стыковочный шлюз пробралась внутрь. Система сообщила непослушному альтавру о пробоине и постороннем на корабле.

— А ну, вернулся на орбиту Земли! — я сняла маскировку и предстала перед ним, пылая праведным гневом. — Что тебе было сказано?!

— Ира?! Но я же видел, как тебя достали из-под обломков! — опешил он.

— И что?

— Если ты тут, то кто тогда там?

— Тоже я, вот непонятливый! Ладно, возвращайся на орбиту, все объясню, время пока есть.

Гора сидел молча и слушал мой рассказ, ни разу не перебив. Его лицо все время сохраняло безучастное выражение, до тех пор, пока я не заговорила об Але.

— Дочка, — задумчиво повторил он.

— Да. Не знаю, как так получилось, но она чистокровная альтаврийка, не страдающая бесплодием, — понятия не имею, почему доверилась ему.

— Нельзя, чтобы совет узнал о ней, — Гора не на шутку взволновался.

— На этот случай у меня есть подарок от предков. Тот защитный экран, что использовали доцерусы – изобретение Набу. Они наведались на «Дильмун» и украли один, второй достался мне.

— Набу, который из прошлого? — уточнил Гора. Он вообще не с первого раза понял парадокс времени устроенный альтаврами.

— Он самый. И если бы не слизни, то ты смог бы пообщаться с ним лично. Ученый погиб около года назад.

Нас прервал сигнал вызова, поступивший на пульт управления.

— Слушаю, — ответил Гора с каменным выражением лица.

— Через пол цикла наступление на Землю. Я хочу, чтобы ты был рядом со мной, — сообщил Нингирсу. Узнала его по голосу. Понятно, почему он хочет держать Гора возле себя, чтобы тот не помешал его планам.

— Понял. Что там с Альфой?

— На подлете к черной дыре. Теперь она нам не помеха, — довольно сообщил военачальник и отключился.

— Думаю пора, — я отсоединила от предплечья примагниченную сферу. Она состояла из двух полукруглых частей соединенных друг с другом. Четко следуя инструкции, повернула одну часть почасовой, а вторую против часовой стрелки. Затем совершила несколько синхронных нажатий на сенсорные кнопки. Раздались щелчки, сфера загудела.

Я поспешила выпустить ее в открытый космос через стыковочный шлюз.

Оказавшись в вакууме, сфера разделилась на две части и разлетелась по разным полюсам. Когда каждая часть заняла свое место, вокруг Земли образовался прозрачный, золотистый барьер, заодно прихватив и Луну. Теперь можно не переживать за космическую угрозу.

Тяжелый крейсер альтавров немного не успел попасть в радиус действия защиты.

Через пару минут нам снова поступил вызов.

— Гора, что происходит? Мы не можем пробиться к Земле. Ты можешь выбраться? — Нингирсу был взволнован и озадачен.

— С вами говорит Альфа, — я перехватила инициативу у Гора. — Возвращайтесь на Хирон и собирайте совет, — встав перед экраном, дала министру обороны разглядеть себя как следует.

Альтавр смотрел на меня в немом недоумении, и казалось, не мог выдавить из себя и слова.

— Понимаю ваше недоумение. И чтобы вы не терзали себя догадками, поясню, как я тут оказалась, — деактивировав шлем, заняла кресло перед монитором. — Так вот, вы не учли то, что сделали меня абсолютно неуязвимой и даже черная дыра мне не страшна. Так что разворачивайтесь и как можно быстрее возвращайтесь на свою планету. Земля теперь под моей защитой. Защитный экран вам не преодолеть, вы только зря потратите время.

— Признаю, ловко ты нас обыграла, — наконец-то, оттаял Нингирсу. — Жду тебя на совете, через три цикла, — оставил за собой последнее слово и прервал связь.

— Ага, сейчас! Держи карман шире! — я не собирала посещать Хирон в ближайшее время. На Земле забот хватает. Еще и с властями придется проводить разъяснительные работы. Теперь люди знают о том, что не одиноки во вселенной, и их жизнь уже никогда не будет прежней.

Эпилог

Юная альтаврийка посадила корвет на ровную площадку неподалеку от древней пирамиды. Это был не первый ее побег с Земли.

Пока родители были на Хироне с посольским визитом, Аля без разрешения брала разведывательный корвет и исследовала ближайшие планеты.

В этот раз девушку привлекла Церера – карликовая планета в поясе астероидов между Марсом и Юпитером.

Надев скафандр, который отец подарил на совершеннолетие, Альфа выбралась из звездолета и отправилась исследовать древнее строение.

Пик гигантской пирамиды смотрел в звездное небо, казалось, он может зацепить виднеющиеся в дали астероиды. Осторожно ступая рядом с чужими следами, оставленными много лет тому назад, Аля подошла к открытому входу и заглянула в многовековую темноту.

— Жутковато, — сказала сама себе и включила встроенный в шлем фонарик.

Тьма расступилась, открыв взору длинный коридор с гладкими, черными стенами.

Собрав волю в кулак и подбодрив себя, девушка вошла в пирамиду.

В конце прохода оказалась просторная зала, ее стены уходили вверх до самого пика, повторяя форму конструкции.

В самом центре стояла капсула, что-то среднее между коконом и саркофагом.

Аля приблизилась к ней и посветила на крышку.

— Тот, чья жизнь подарила надежду, тот, чьи поступки подарили жизнь! Спасибо! — прочитала она на русском, а затем и на альтаврийском. — Интересно, кто тут лежит?

Альфа чувствовала, что без мамы тут не обошлось, хоть она и не рассказывала об этом месте. Девушке все было жутко интересно, и она всегда хотела лично убедиться в том, чему ее учили.

Поняв, что дочь любит применять знания на практике и самолично проверять правдивость рассказов, Ирина старалась не говорить младшей дочери ничего лишнего.

В отличие от Снежаны, которая окончила школу и институт, удачно вышла замуж и родила двоих детей, Аля стремилась к приключениям. Она чувствовала, что лишняя на Земле и стремилась сбежать от косых взглядов людей.

Да, ее никто не обижал и даже слова плохого не говорил. Но это не из-за толерантности или безразличия, а лишь потому, что боялись и уважали её мать.

Ирина спасла и изменила мир людей. С её мнением не могли не считаться, а те, кто в самом начале пытался шантажировать семьей, жестоко поплатились за это.

Отца тоже уважали, хоть тот и отличался от людей, но он все равно был больше похож на них.

Альфа понимала, что не будь родителей, ей бы пришлось туго среди людей. Да и не могла она найти общий язык со сверстниками, даже если очень хотела. Они казались глупыми и скучными. Потому никогда не упускала случая сбежать с Земли и исследовать хотя бы ближний космос. Благо у корвета выло разрешение на выход за пределы защитного барьера и обратный вход.

Вот и в этот раз смылась, как только представилась такая возможность.

Ненадолго задумавшись над тем, кто бы мог покоиться в столь отдаленном месте, Альфа не заметила, что не одна тут, такая любопытная.

Неожиданно ей в спину что-то уткнулось. Резко обернувшись, увидела дуло плазменного оружия, направленное прямо в голову.

Неизвестный, взявший ее на мушку, был чуть выше Альфы. Его лицо скрывал шлем, и только глаза светились голубыми огоньками.

Незнакомец жестом показал на свой шлем, предлагая девушке перейти на его канал связи.

— Кто такая? — спросил неизвестный на чистом альтаврийском.

— А кто спрашивает? — Аля не испугалась и с вызовом посмотрела на мужчину, хоть ему было и не видно ей лица.

— Твой корвет стоит?

— Мой.

— Пошли, — он указал оружием на выход.

Девушка подчинилась, скорее из любопытства, чем из-за страха.

На звездолете они оба сняли шлемы и удивленно уставились друг на друга.

— Так ты - альтавр? — Аля удивилась, не смотря на то, что ожидала увидеть нечто подобное. Ведь кто ж еще может говорить на чистом альтаврийском.

— Что ты тут делаешь? Женщинам запрещено покидать Хирон. И кто тебя научил управлять корветом? — молодой альтавр негодовал.

— Пфф! Так я-то с Земли, — высокомерно заявила Альфа и тут же прикусила язык, поняв, что ляпнула лишнее.

— И как же тебя зовут? Альтаврийка с Земли, — ехидно поинтересовался мужчина.

— Ты первый представься, — девушка зло уставилась на виновника своих неприятностей. Если мама узнает о случившемся, то придет в бешенство. А она, наверняка, узнает, от нее ничего не утаить.

— Я - Ангаль, сын верховного советника Анума, — гордо представился тот.

— И что же ты тут делаешь, Ангаль? — Альтаврам запрещено посещать Млечный путь.

— Я,.. — растерялся Ангаль. — Заблудился.

— Ага, как же! Так я и поверила!

— А сама-то, что тут делаешь? Уверен, тебе тоже нельзя здесь находиться! — альтавр перешел в наступление.

— Ладно, давай не будем ссориться. Просто никому не скажем, что видели друг друга и разойдемся с миром. Идет? — Аля протянула руку.

— Что? — Ангаль непонимающе уставился на девушку.

— Пожми мою руку, если согласен, — она закатила глаза к потолку.

— Согласен, — он осторожно сжал кончики пальцев девушки с каким-то благоговением и тихонько потряс руку.

— Тогда вали отсюда и поскорее! — Аля выдернула руку и толкнула альтавра к шлюзу.

— Подожди! А имя? — заартачился тот.

— Аля, просто Аля!

Когда Альфе наконец-то удалось спровадить назойливого альтавра, она поспешила запустить двигатели и покинуть Цереру.

— Аля! Аля! — по ее каналу связи.

— Чего тебе еще?

— Когда мы снова встретимся? — Ангаль никак не хотел расставаться с девушкой.

— Через десять дней, на этом же месте, — немного подумав, ответила она. — Точнее через пять циклов, — поправила, вспомнив, что на Хироне сутки длиннее.

Ей тоже не хотелось разлучаться с Ангаль. Она еще столько всего не спросила у него. Ну ничего, она заранее подготовит список вопросов, и он никуда не улетит, пока не ответит на них.