— Покатай меня Большая Черепаха! — говорит мне Майя, обнимая меня со спины.

— Я уже опаздываю, милая. У нас сегодня контроль границы. — Одеваюсь на большой кровати. Одежда зависает в воздухе.

— Ну покатай меня, свинюка! Мне так хорошо было! — Девушка заглядывает через плечо мне в глаза. Нет. Такой взгляд я проигнорировать не могу. Подхватываю девушку телекинезом и нежно снимаю с неё всё лишнее. Майя хохочет. Ведь я сейчас вокруг неё. Словно тысяча пальчиков касается её кожи.

— Щекотно! Свинюка! — откидывается и опирается на воздух, девушка. Конечно же я её подхватываю. Майя словно летает сама по себе.

— Кабан, мой позывной, Кабан! — смеюсь вместе с ней. И поднимаюсь вместе с ней в воздух. Лёгкую левитацию телекинез может обеспечить и мне и моей девушке, пусть и невысоко. Так-то это конечно обман. Это совсем не полёт. Мы словно находимся в пушистом податливом облаке, которое предугадывает каждое наше движение. Да и здесь тоже лёгкий обман, ведь это облако — это я. Просто контролирую его далеко не всей своей сущностью. Но в игре законы другие. И результат, что меня, что Майю, очень даже радует.

Мы кружимся в этом древнем танце в полутора метрах от пола, и забываем все и всех вокруг.

Конечно же я опаздываю. И к границе с тварями мы выдвигаемся несколько позже…

Прихожу в себя весь в испарине. В этот раз, поглощение осколков памяти, становится очень тяжелым делом. Осколки очень насыщены эмоциями, и хорошими, и плохими. Более того, эмоции очень сильно взаимосвязаны, буквально слиты воедино. И смерти, смерти, смерти. Друзей, соратников, каких-то, видимо, близких мне людей, которых я ещё не помню.

Справиться с этой волной чувств помогает только осознание, что та жизнь прошла. И что это — просто моя память, это уже не я, хотя и «я» тоже.

Большая часть этих осколков, увожу в старые воспоминания. Покрываю их серой пылью забвения.

А вот навыки — навыки остаются. Этот слой воспоминаний почему-то не дает большого количества техник. Нет, какие-то я вспоминаю, и буду тренировать. Но в основном, я, скорее, получаю ощущение. Даже не так — понимание, как взаимодействовать моим талантом с миром. Почти в каждом воспоминании.

В какой-то момент понимаю, как я мог создать глиф с магией без проводника в виде нити пси. А зачем? Если фактически, ощущаемое моем аспектом пространство, в каком-то смысле, это я и есть. Особенно тогда, когда никто другой на это не претендует. То есть в каком-то тонком смысле пропадает разделение между телом и Аспектом, и именно в этом причина того, что я смог насытить магией глиф. Потому что в пределах себя самого магия перемещается свободно.

В свой личный мир я выпадаю почти сразу же после приезда дознавателя. Получается только дойти входа в дом. Скорее всего, я даже до кровати не дохожу. Хотя в себя прихожу именно в ней.

За окном светит солнце, хотя я отчётливо помню, что выпадал поздним вечером, даже скорее ночью. Не очень могу понять, сколько проходит времени, потому что за внешним следить у меня не получается. Слишком много внимания требуют осколки моей памяти.

Окидываю вниманием доступное пространство. Узнаю знакомые сигнатуры слуг, Кошкина, узнаю Рыжую, вот это новая сигнатура, скорее всего, принадлежит Эльвире Леопольдовне. Судя по их расположению, сейчас время обеда. Встаю с кровати. Заправляю постель телекинезом, одеяло само поднимается вверх, расправляется. Постельные принадлежности становятся гладкими, без единой складочки, одеяло опускается на кровать и создает абсолютно идеальную картинку.

Быстро мысленно пробегаюсь по телу. Расправляю, растягиваю застывшие мышцы, сухожилия. Тело очень восприимчиво, благодаря глифу восстановления, и очень быстро приходит в рабочее состояние.

Всё так же Аспектом поднимаю вычищеную и выглаженную одежду со стула рядом с кроватью. За считанные секунды накидываю одежду на себя. Расправляю её. Жестом создаю ростовое зеркало напротив. Всё сидит идеально. Зеркало исчезает.

Выхожу в сторону столовой. Двадцать шагов до лестницы, двадцать четыре ступеньки вниз, и ещё три десятка шагов до обеденного крыла.

— Доброе утро! — здороваюсь со всеми присутствующими.

В фоне сразу же ощущаю радость Рыжей и Кошкина. Но внешне не та, ни другой не показывают вида.

— Вы пришли в себя молодой человек? — спрашивает Эльвира Леопольдовна. — Тогда прошу вас, с позволения Бориса Васильевича, занимайте место за столом.

Смотрю на Кошкина. Тот кивает и слегка улыбается.

Прохожу за стол, отодвигаю стул, сажусь. В фоне лёгкое изумление.

Слуга Семён мгновенно кладет передо мной приборы, а служанка ставит первую перемену блюд.

Передо мной оказывается салат с мясом птицы, перепелиным яйцом, несколькими маленькими помидорками, хрустящими салатными листьями и сухариками. Бежевый терпкий соус и тертый сыр сверху не позволяют мне ошибиться с названием блюда. Салат «цезарь» я ем с удовольствием как в лицее, так и своей прошлой жизни. Аккуратно разделяю помидорки на ровные четвертинки, собираю соус, салатный листик, с кусочком курицы, так, чтобы попадали все ингредиенты и отправляю полученную порцию в рот.

Удивление в фоне слегка начинает мешать получать удовольствие от еды. Отвлекаюсь от тарелки и смотрю с вопросом на близких мне уже людей.

А потом, внезапно, осознаю, что все, начиная от входа в столовую, проделываю без участия рук и столовых приборов, только с помощью телекинеза. Все, включая отодвигание стула от стола и разделение помидорок.

— Эммм… — слегка смущаюсь я. Спокойно жую, проглатываю. Чуть пожимаю плечами. — Ну, вот как-то так теперь…

— Да, молодой человек. Мои уроки для вас приобретают особенную актуальность. — Спокойно, даже без нотки удивления, говорит Эльвира Леопольдовна. — Немного жаль, что у вас до ближайшей проверки обществом всего три дня.

— Почему три? — спрашиваю.

— Вы не приходили в себя почти двое суток. А точнее, сутки с половиной. — Отвечает мне Кошкин. — Если бы вы не пришли в себя концу этого дня, я бы вызвал целителя. Я помню похожее ваше состояние в лицее, поэтому пока не очень волновался. Но я рад что вы пришли в себя, и, судя по всему, хорошо себя чувствуете. А про такое владение магией, в бытовом смысле, я только слышал.

— Это не магия, Борис Васильевич, — уточняю я.

— А это совершенно неважно, молодой человек, — говорит Эльвира Леопольдовна. — Важно то, что за ближайшие три дня, вам нужно будет обязательно научиться контролировать ваши проявления «немагии». Иначе у вас могут образоваться проблемы. А ваши проблемы — это проблемы Бориса Васильевича, как вашего учителя. Я не могу этого допустить. Поэтому к этикету, танцам, мы добавляем чистую гимнастику. Это поможет вам снова прочувствовать тело. Принципиально, вы сейчас не отличаетесь от тех людей, которые забыли как им пользоваться. Гимнастика вам с этим обязана помочь.

Изумление и легчайшая опаска в фоне от окружающих резко сменяется спокойствием и пониманием. Причём опаска не была направлена на меня, а скорее это были опасения именно проблем, которые могли быть привнесены моими проявлениями. Теперь же, план намечен, Эльвира Леопольдовна берет на себя роль главного по его воплощению. И опаска, которой фонили все присутствующие резко сменяется на спокойствие и понимание. Очень они доверяют этой даме. Все, кроме Рыжей. Та ее почти боготворит.

Принимаю объяснения простым кивком.

— Есть ли какие-нибудь новости о наших неожиданных посетителях? — Обед продолжается в тёплой обстановке.

— Нет, Максим, — качает головой маг. — Не так все быстро.

— Даже немножко жалко. Хоть всё закончилось и хорошо, но обошлось всё-таки чудом.

Кошкин кивает, небольшая тень пробегает по его почти всегда невозмутимому лицу. А вот вспоминать ситуацию, он, очевидно, не хочет.

— Негатор? — спрашиваю. Все-таки ну очень интересно, что с ним. Я развязки истории уже не застаю.

— Забрали себе, — отвечает Рыжая. — И никому точно не отдадим. Даже по запросу. Этой штукой владеть можно.

Теперь киваю я. И ведь действительно повезло. И мне, в том числе. Если бы не артефакт, может быть кристалл памяти внутри моего мира не потерял бы еще один слой долго. Или хуже того, рассыпался бы в очень неудачное время.

— Борис Васильевич, вы арестованы по обвинению в убийстве вашей двоюродной сестры Марии Сергеевны Кошкиной. — Почти с удовольствием произносит полицейский.

— Неожиданно, — совершенно спокойно отвечает Кошкин. — Позвольте вас спросить, а кто тогда вас вызвал?

— А это совершенно не имеет никакого значения. Прошу вас не оказывать сопротивления. Предлагаем поехать в участок и там вы все выясните. — Полицейские даже не скрывают, что ситуация им доставляет неподдельное удовольствие.

— Господа, Мне кажется вы совершенно не принимаете во внимание Уложение о дворянских Правах и Свободах. На своей земле я хозяин и ваше вздорное обвинение могу спокойно игнорировать.

— Вы отказываетесь поехать с нами? — Равнодушно, но в то же время с какой-то радостью, произносит второй полицейский.

— Безусловно. — Чуть пожимая плечами отвечает Кошкин. — Вы не то что арестовать меня на моей земле не имеете права, вы даже находитесь здесь только потому, что я вам разрешаю. И ваши права, не более чем права частных лиц. Извольте покинуть территорию моего поместья. И в следующий раз не трудитесь посещать меня без вашего начальника.

— Мы знали, что вы так скажете. — Улыбаются полицейские. Переглядываются. Один полицейский спокойно оборачивается к машине, достает с переднего сидения небольшой чемодан, открывает его, и всех присутствующих буквально прибивает к земле. Кроме меня. Я как раз добавляю пси в глиф «скрыта». Стою я всё равно довольно-таки сбоку и на меня эти ребята тоже не обращают внимания. Ускорение.

— Что вы теперь скажете, господин граф? — Усмехается полицейский. — Что, не можете дозваться вашу разлюбезную магию? Это бывает. Вы сейчас сядете к нам в машину, мы поедем, хм, в участок, а что будет дальше, узнаете уже на своем опыте.

Ощущение очень похоже на то, которые я испытываю когда меня в первый раз сажают в карцер. Похоже здесь что-то такое же — всем окружающим перекрывают доступ к магии. Удивительно, пока что кроме наручников и замкнутых помещений, существует и такой вид артефактов. Я даже не представлял что возможно создать негатор, который непосредственно не касается мага. Видимо кто-то такую проблему решил. А судя по тому, что никто не отреагировал на чемоданчик в руке псевдополицейского, то скорее всего, такие штуки и не распространены особенно.

Полицейские достают револьверы.

— Господин граф может быть вы всё-таки проследуйте в машину? Ну или мы можем вас заставить. — Полицейский показывает стволом направление движения.

— Вы не полиция, — с трудом говорит Кошкин.

— Может быть, а может быть и нет, — отвечает полицейский. — В вашем случае, это не имеет особого значения. Прошу вас следовать за нами.

Кошкин бросает взгляд на меня. Я киваю.

За время диалога я как раз успеваю построить два глифа «сдвига». Времени с ускорением вполне хватает. А пси, на данный момент, даже больше чем достаточно.

Ещё больше ускорение. Совмещаю сдвиги с кистями рук держащими револьверы. Полицейские ещё не поняли, но руки им уже не принадлежат. Два глифа «ужаса». Отпускаю ускорение.

Полицейские дёргаются, револьверы падают. Подхватываю один, подлетаю к еще стоящим фигурам и рукояткой по затылку отправляю злодеев в бессознательное. Псевдополицейские валятся на землю, там же где стоят.

— Максим, нужно отключить негатор. — Хрипит Кошкин.

Что Рыжая, что приехавшая дама, чувствуют себя крайне плохо. Обе побледнели и стоят только опираясь одна на свою машину, вторая на стену. И есть ощущение, что обе очень тяжело соображают.

Подхватываю чемодан, и быстро иду внутрь дома. Самое простое, чем можно попытаться сорвать любую магическую практику — это текущая вода или расстояние. А как раз с другой стороны дома, метрах в ста, есть и то и другое. Ничего более сложного я пока не рискну использовать, потому что просто не понимаю, как работает эта штука.

Быстро бегу до озерца. Вокруг все тот же, серый пепел. Ноги по щиколотку в нем утопают, и бежать довольно-таки неприятно. Каждый шаг поднимает тучу мелкой взвеси, которая лезет в глаза и нос. Оглушительно чихаю. А штука внутри чемодана почему-то начинает вибрировать. Пытаюсь схватить ее телекинезом, но осязание соскальзывает — не хватает мне пока сил на подобные магические, или околомагические вещи. Обычные-то я спокойно телекинезом тягаю.

Добегаю до озерца и забрасываю чемоданчик в озеро.

Ффух. Мгновенно, словно мир расцветает. Магия мгновенно заполняет недавнюю пустоту. Может даже на пару секунд становясь более плотной.

Что же, кажется мой прогноз оправдывается. Вода экранирует негатор. И это прямо-таки радует. Разворачиваюсь.

Прямо передо мной как раз, еще и три трупа охранников-невидимок. Срываю амулеты — это занимает пару секунд и быстро бегу к усадьбе. Вот только добежать не успеваю. Сзади меня вспухает взрывом, или выплеском озеро. И вокруг, словно расходится волна плотной аномалии. Будто на несколько секунд я попадаю в какой-нибудь Шестой-Седьмой пояс Пятна. Меня давлением Поля на ту же секунду словно размазывает о воздух.

Энергия внутри меня резко встает на дыбы, и снова, как и пару раз в недавнем прошлом, пытается выйти из-под контроля.

Но я уже знаю что делать. Еще протянуть пару метров, и сяду прямо в доме. Раз-два-три, с трудом передвигаю ноги. Заваливаюсь в дом, и падаю через порог почти бессознательной тушкой.

Все внимание внутрь себя.

Традиционно прошу пройти по ссылке и добавить книжку в читаемое. Автоматически не всегда добавляется. Там как-то зависит от времени чтения. Я читаю быстро, и у меня добавляется через раз. https://author.today/work/404555

— Я вроде негатор уничтожил? — чуть удивляюсь словам магессы. Салат я все же, продолжаю поглощать. И, похоже, буду не только салат. После первого же укуса оказывается, что я сильно голоден.

— Нет, мы его выловили из озера потом. — Усмехается Рыжая. — Знаешь, артефактом там является только чемодан. Он как раз и экранирует то, что внутри. А вот в чемодане оказалась часть тела какого-то животного. Причём, мы не знаем какого. Больше всего это штука похожа на костяное яйцо, но даже покорябать его у нас не получилось. Кроме того, буквально через пару часов, как мы его выловили из воды, оно опять начало чуть-чуть фонить. Рядом находиться стало очень некомфортно. Посмотришь потом, в чемодане оно безопасно. А если воздействие начнет выходить наружу, то мы его опять притопим.

— Так во всех же наставлениях пишут что простейших магических воздействий проще всего защититься текущей водой или удалиться на расстояние. — Пожимаю плечами.

— Только данный негатор совершенно не магическая вещь, Максим, — бросает на меня взгляд Кошкин. — Так что у вас получился эксперимент, и вдвойне замечательно, что он удался.

— А как я оказался в своей комнате? Кому за это сказать спасибо?

— Семёну и Кузьме, конечно же. Пока мы приходили в себя, подлечивали псевдо полицейских, снова вызывали уже настоящих дознавателей, Семён вас нашел у второго выхода из дома. Вместе с Кузьмой перенесли вас в вашу комнату. И уже после этого нашли меня. Как я понял, Семён видел вас пробегающего на задний двор по усадьбе, так что долго искать ему не пришлось.

— Скажу обязательно! — перевожу взгляд на Семена. Слегка кланяюсь. — Не складывается у меня, Борис Васильевич. Очень эти полицейские были уверены в своих силах. А ведь они не одарённые.

— Как раз это было их преимущество, Максим. Как на неодарённых, на них негатор действует очень не сразу. Так что тут очевидно два слоя. И полицейские — уже второй. Я бы сказал, что это уже подстраховка. Ведь если бы не вы, то с помощью своего артефакта на самом деле, они полностью вывели бы меня из строя, и добились бы исполнения своих планов. Интересно, что моя сестра неожиданно стала обязанной вам жизнью — она-то, судя по формулировке обвинения, живой после проигрыша им уже была не нужна.

— Да уж, — качаю головой, не переставая, тем не менее, отдавать должное еде. — Это точно мной не прогнозировалось.

— На удивление сильный негатор. Я с таким ощущением давно не сталкивался, скорее всего с учебы — такого же карцера в котором вы успели побывать, — слегка улыбается пришедшим в голову воспоминаниям Кошкин. Потом также слегка мрачнеет. — У меня здесь охранников нет. Не было никогда необходимости. А эффекторы системы защиты были полностью уничтожены нападавшими первой волны. Так что шансы меня уничтожить, — Рыжая вскидывается, — скорее всего, у них были совершенно не иллюзорны. — Кошкин слегка улыбается магессе. — Ну Клавдия Сергеевна, честное слово, иначе не имело смысла все это затевать. Я живой и в качестве Главы Рода совершенно не укладываюсь в планы организаторов всех неприятных «случайностей» за последние два года. Если раньше я думал что это дело внутриродовое, то сейчас начинаю подозревать, что всё несколько сложнее. И если бы не Максим, то у них могло бы получиться. С другой стороны от людей в полицейской форме обычно не ждёшь подвоха. Все таки ношение формы, не являясь при этом сотрудником, дело уголовно наказуемое, и очень редкое. Так что сюда приезжала и жандармерия тоже. И даже коллега нашего Степанова в черном мундире почтил нас своим присутствием. Так что сестру с ее ребенком можно точно списывать со счетов.

— А если при допросе выяснится, что она была просто управляемой куклой? — спрашиваю. Служанка очень быстро меняет перемены блюд. Я ем, словно не в себя. Но такое уже было, не удивляюсь.

— Представитель Тайной Экспедиции сразу же провел предварительный допрос — сестра призналась, что не считала меня вправе, как она выразилась «вести Род к величию». Признаков ментального вмешательства не обнаружили, так что вердикт «виновна» по горячим следам ей был поставлен. Сестру обрабатывали аккуратно — разговор здесь, понимающее сочувствие там, и все от разных людей — решение она принимала самостоятельно. Ну, а то, что это решение — стало частью чуть большего плана, так оно не удивительно. И очень изящно — сопротивляться-то двум неодаренным с негатором в форме, по сути, в усадьбе было и некому — вас, Максим, в расчет никто не принимал. Надеюсь, что кукловода все же вычислят. Очень черномундирник был озадачен. Обвинений мне никто не выдвигал — в столице нет ни одной бумаги это подтверждающей. Так что и нашими, теперь однорукими гостями, заинтересовались на самом высоком уровне.

— А Капустин?..

— Максим, — внезапно перебивает разговор Эльвира Леопольдовна. — Обратите внимание на себя сейчас же. Постарайтесь с этого момента начинать контролировать свои проявления «немагии». История интересная для вас, понимаю, и то, что вам так удобнее принимать пищу — тоже понимаю, и даже где-то одобряю, все же так, похоже, более гигиенично. Да и красиво — с этим трудно спорить. Но вы сейчас в обществе, а это накладывает свои обязательства. Магия за столом недопустима.

Ловлю себя на том, что дама права — я даже неожиданно для себя снова осознаю, что, когда отвлекаюсь на рассказ Кошкина, опять ем без участия столовых приборов. И совершенно этого не замечаю. Так, нехороший звоночек. На секунду ныряю внутрь себя. Ускорение. В принципе, контролировать плотно течение энергии, как я это делал все эти полтора дня, уже не нужно. Все я привел в норму, пусть и на другом уровне. Так что часть внимания можно и нужно направить на контроль внешнего. А то что-то я действительно расслабляюсь в дружеском окружении.

— Конечно, Эльвира Леопольдовна, я прослежу за этим, — беру в руки столовые приборы. Дама одобрительно кивает. Похоже, с её точки зрения, неправильным было только проявление моего телекинеза. А не сам он по себе. С другой стороны, она не первое поколение детей-магов воспитывает, так что за столом, наверняка, видела разное.

Так. Руки контролирую, внимание в тарелку выделяю. Поднимаю глаза на Кошкина.

— А что с вашим начальником охраны? Как он объяснил предательство?

— Капустин? Да никак. С его точки зрения он и не предавал, ровно до момента нашего разговора, конечно. Там то он обманывать клятву Роду уже не смог. При определённых условиях, сестра могла принять на себя обязанности Главы Рода. Так что когда я у него выяснил все, что мне было нужно знать и неоднократно это перепроверил — дал возможность сработать его клятве. Собственно, после встречи с наследником, то есть со мной, для него это было неминуемо. — Кошкин слегка хмыкает. — Жаль что вы, Максим, при этом не присутствовали. Нарушение магом клятвы, и лишение его доступа к магии, очень поучительное зрелище. А в данном случае, еще и справедливое. На усадьбу нападали зная, что здесь мало кто может оказать сопротивление. Принимали в расчет только меня. — Пожимает плечами Кошкин. — В принципе, и состав нападающих был, в основном, для того, чтобы продавить систему защиты. Капустин точно знал, что ее можно переключить в ручной режим. Поэтому у него и были маги которые перегружали сегменты щита и ломали стационарные точки защиты. И почти три-четыре взвода вооруженных неодарённых, чтобы как только начнется штурм, я просто не успевал реагировать, даже если что из защиты внутри усадьбы и оставалось бы. Кто-нибудь меня, с точки зрения моих родственников, точно бы достал. Всё-таки я больше известен схватками один на один, нежели один на толпу. И ведь его план мог бы увенчаться успехом. И точки обороны были подавлены, и неодарённые приблизились на дистанцию прямой атаки, и даже сегменты щита вполне минут за пять-десять они бы перегрузили. Просто они не учли наличие сильного боевого мага с границы у меня в усадьбе. — Кошкин с благодарностью смотрит на Рыжую. — Моих экспериментов с точками защиты, и того, что с множественными целями я все-же умею работать. Капустин и сестра знали меня, прямо скажем — не очень хорошо. Но это уже не очень важно.

— Понятно, — киваю. — Эта история, как вы думаете, завершена?

— Думаю да, перехватить управление нашими активами за Камнем теперь быстро не получится. Если меня просто убить, то в отсутствии наследника, активы уйдут под управление Императору. Оттуда их не вытащить. Думаю и заинтересовать-то из всех активов могла только шахта, остальное не сильно выделяется. У нас она там уже век разрабатывается. Денег почти не приносит — слишком велики расходы последние лет пятнадцать, но для армии это третий по объему поставщик кристаллов. Я думаю, что цель была именно в ней. Уверен, что и Тайная Экспедиция придет к такому же выводу. Надеюсь, что с результатами расследования меня не забудут ознакомить.

— Хорошо, — спокойно соглашаюсь. — А научите…

— Нет, Максим, — опять вступает в разговор Эльвира Леопольдовна. — Я вас на оставшиеся три дня забираю полностью. Иначе, вы будете не готовы к визиту в императорский дворец. И не спорьте. Борис, я на вас надеюсь. А вы, дорогая, — обращается к Рыжей, — будете свободны только на утренние часы, до трех пополудни. Весь вечер, будете проводить с нами.

Протестовать мне как-то даже и не с руки. Особенно, когда передо мной в воздухе опять висит тоненько отрезанный телекинезом кусок мяса.

— Вот именно, — припечатывает Эльвира Леопольдовна.

Вздыхаю. Что ж, к этому я мысленно готовился уже месяц. Когда-нибудь оно должно было начаться.

Да и сложность, насколько я понимаю будет не то чтобы запредельная.

Так и оказывается. Три дня пролетают вмиг. И всё это время я провожу в поместье Кошкина.

На удивление, Эльвира Леопольдовна на самом деле понимает в том, как быстро поставить под контроль взбрыкнувший талант. Правда идея относится немного к другой области, но принцип, принцип я за эти три дня применяю и к себе.

Для меня это время растягивается ну очень сильно, слишком мне нужна маскировка. А меньше чем через неделю, я попаду можно сказать в логово может не самого сильного, хотя тут вопрос, но точно самого опасного человека Империи.

Идея появляется с разговора первым же вечером. Причём не моего.

— Эльвира Леопольдовна, — вздыхает Рыжая. — Ну куда мне! Я уже такая какая есть. И Боре я нужна такая, как есть. Зачем мне вот эти тонкости? Может остановимся на более грубой версии? Я ж боевой маг, ну? У меня казарма за милю видна!

— Кло*, вы не правы. — Рыжая от такого обращения прямо тает. — Дома можете быть такой, какой хотите, и то я бы вам этого не рекомендовала. Все же период влюблённости не вечен. И какие-то общие договорённости у вас всё равно образуются. Компромисс опять же будет появляться. Было бы хорошо если бы вы подходили бы к этому уже с пониманием. Но об этом мы с вами поговорим отдельно. Сейчас же примите во внимание то, что вы будете появляться в обществе с Борисом. И по вам будут судить о роде Кошкиных. К сожалению, тут вам немного не повезло. У Бориса Род старый, ему около восьми сотен лет. Вы если все будет так, как я это сейчас вижу, будете представлять не только себя. Но я понимаю ваше нежелание меняться. Поэтому предлагаю вам игру.

— Какую? — тут же живо интересуется Рыжая.

— Несложную, — улыбается дама. — Вы, Максим, тоже будете участвовать.

Я киваю и подхожу поближе. Последние полчаса, если не больше, я хожу с глубокой тарелкой с водой на голове — тренирую осанку, как говорит учительница. Так то да. С тарелкой можно только вышагивать, и не особо быстро. Ходить уже не получается. Так что я рад сменить довольно надоевшую деятельность на что-нибудь другое.

— Мы с вами будем играть… в театр, — усмехается дама. — Будем строить маски. В данный момент вам обоим нужны маски небогатых дворян, вхожих к Императору. Но не столичных. Иначе над вами будут потешаться, а это вам совершенно не нужно. То есть сдержанная уверенность, без наглости, спокойствие. Осанку я вам поправлю, лексикон тоже. Построить эти простейшие маски за три дня вы прекрасно сможете. В дальнейшем, маски сможете менять или усложнять так как хотите. Идея понятна?

Переглядываемся с Рыжей, и неуверенно киваем. На мой взгляд идея немного отдает эксцентричностью, но ладно.

— Для вас, моя дорогая, данная маска будет обладать как раз теми навыками, которые вам не нравится учить. Поэтому вы их будете имитировать. — Оборачивается ко мне. — А в вашем случае, Максим, ваша маска будет обладать тем же набором, но вам еще внутри нее будет нужно контролировать вашу «немагию». Основными достоинствами маски является то, что ее можно снять, и то, что масок может быть много. Но у нее есть и недостаток — она может прирасти. Так что аккуратнее. Итак создание маски начинаем с жеста, шага, движения — не важно. Важно, что надевание именно этой конкретной маски начинается с одинакового движения…

А я как раз понимаю, что это для меня выход. Ведь маски это натренированные схемы поведения, и это меня может вполне спасти. Но в тоже время, я прекрасно понимаю, что тренировать такую маску — нужно довольно много времени. Вот только у меня есть возможность время как раз растянуть. И этой возможностью я воспользуюсь в полную силу.

*авторский произвол. Имя Клавдия так не сокращается. Но вот у меня — будет.

Маску я тренирую практически все свободное время. Её основные черты мы обговариваем с Эльвирой Леопольдовной в первый же вечер. А потом, дама почти неотлучно два с половиной дня находятся рядом и постоянно поправляет то, что для этой маски не характерно. И это приносит свои плоды. Как раз те, на которые я рассчитываю — все же, мне намного проще усваивать и использовать новые знания. Этот процесс у меня вполне себе отработан уже.

Где-то посередине гимнастических упражнений, с утра во второй день, меня отлавливает Кошкин.

— Максим, прерветесь? — уточняет сначала у меня.

— Конечно, Борис Васильевич, — повторение одних и тех же упражнений конечно, зримо изменяют осанку, движения, и вообще — результат очень заметен, но… Но очень они мне надоели. Огромного разнообразия дама-учитель предложить не может… Или не хочет. Хотя, может в этом определенный смысл есть — забить повторениями двигательную память так, что бы по-другому мышцы себя вести не хотели. В моем случае, на это даже требуется времени-то немного — я вполне в состоянии на ходу перестроить схему движения. Правда дама об этом знать, по идее, не должна. Но ладно. Все равно. Повторение снова и снова со всем вниманием утомляет даже не тело — разум. Так что прерваться я совсем не прочь. — Если Эльвира Леопольдовна не против.

— Не против, Максим. — Говорит дама. — Сомневаюсь, что Борис Васильевич, будет беспокоить по пустякам.

— Так и есть, Эльвира Леопольдовна, — слегка кланяется маг. В фоне Кошкина явно проглядывает облегчение и даже некоторая радость. Подозреваю потому, что все эти занятия происходят не с ним. Оборачивается ко мне. — Максим, пойдёмте.

С удовольствием иду за Кошкиным. Идём, в общем-то, недалеко — в сторону маленького озерца сзади усадьбы. Здесь уже приглашенные строители, всего лишь за сутки, успевают восстановить беседку. А другие приглашенные, скорее всего, маги начинают высаживать уже взрослые деревья по заранее составленному плану. Их тоже доставляют в предыдущий день. Усадьба на глазах принимает жилой вид и восстанавливает свои возможности. Собственно, именно этим Кошкин большую часть времени и занимается — подключение новых эффекторов защиты и восстановлением старых. Это именно та часть работы, которую он не может поручить никому, с его слов.

— Максим, — говорит Кошкин, когда мы приходим к беседке на берегу. — У вас довольно большой арсенал, а для первого курса лицея, так и вообще огромный, но я заметил, что вы практически не используете другие заклинания кроме молнии в стрессовой ситуации.

— Так и есть, — отвечаю Кошкину. — Молния самая быстрая из того что я знаю, именно поэтому его и использую. Что огненные, что воздушные, что водяные заклинания уровня лицея — слишком медленно разворачиваются. К сожалению, почти все противники, которые мне последние время попадаются, очень сильно превосходят мои возможности и скорость это единственное, что выручает.

— Я так и подумал, — кивает Кошкин. — Поэтому давайте попробуем выучить одну из самых эффективных, хоть и не самых сложных связок атаки, придуманных моим учителем. Вообще, это, конечно, уровень Академии. Но что-то мне подсказывает, что вы с ней справитесь.

— Конечно же я хотел бы попробовать! — с интересом оборачиваюсь к Кошкину. — А тем более, из арсенала вашего учителя.

— Тогда — связка «Пробойника» и «Чёрных ос», — кивает Кошкин. — Заклинания специфические. Они оба на стыке нескольких видов магии. Самое интересное, что освоить «Черные осы» может только универсал. Да еще и далеко не каждый, но это мы пока с вами не берём. Вы-то сможете, скорее всего. Ну а с «Пробойником» справились бы многие — вот только мало у кого есть даже теоретическое описание заклинания. Оно, конечно, не большой секрет, но все же. Кстати, имейте в виду, у Родов тоже обязательно есть свои тайны. И раскрывают они их крайне неохотно. В основном, во время дуэлей, когда терять уже нечего.

И вот это очень интересно. Слишком уж неоднозначными были те техники, которые использовал Кошкин что при встречи с тварью, что при атаке на поместье. Да и в дуэли он простых техник не использовал, как мне кажется.

— Значит, сначала смотрите, — Кошкин выводит светящимися линиями весь конструкт в увеличенном масштабе.

Конструкт довольно сложный, но именно мне и именно сейчас уже точно посильный. Ещё месяц назад я вряд ли бы смог его быстро выучить, и уж тем более, вряд ли смог бы применять бою. Он намного сложнее быстро выученного «Тлена». И примерно такой же сложности, как тот конструкт, что встраивал в розу. А ведь розу я создавал не мгновенно.

— Это основной конструкт «Чёрных ос». Казалось бы, конструкт всего лишь второго уровня, что он может сделать сильным магам? В этом виде, действительно, ничего. Но в том-то и красота этого заклинания, что оно постепенно модифицируется, а за счет использования противоположных стихий его уровень оценивать, как второй — ошибка, и это хорошо для вас. Опытные дуэлянты, а то и просто маги часто могут определить уровень каста, даже не видя заклинания. Просто по косвенным признакам. А у вас они будут соответствовать максимум конструкту второго уровня. Кроме того, его скорость хоть и меньше молнии, которую вы часто используете, но все же сильно опережает другие стихийные техники. А в комплекте с «пробойником», оно вообще становится сложноперехватываемым. Так что учить вы будете два конструкта — «Осы» и «Пробойник». — Кошкин вешает рядом еще один увеличенный светящийся конструкт. — Это «Пробойник». Создает критическое напряжение в маленькой области щита. Обычно заклинания защиты на такое не рассчитаны. Это как укол рапиры, сквозь рыцарские доспехи. Только в отличие от рапиры и доспехов, «пробойник» проходит почти сквозь любой личный щит.

— «Пробойник» для работы со щитами, а «Осы» идут сразу за ним, правильно?

— Да, тут нужен либо отличный контроль, либо формирование сразу полной связки каста, чтобы между конструктами почти не было дистанции по времени. Тогда ни один щит среагировать не успеет. Защита у противника может быть любая, это почти универсальное заклинание. Для дуэлей — уж точно. Так что любая, кроме той, которую ставят маги вне категорий, или которую применяют Повелители Стихий. Просто потому, что их щиты не совсем стандартная защита. Слишком эти маги контролируют пространство вокруг себя. И давление на очень маленькую область, а это как раз суть этого заклинания, в контролируемой области такими магами создать просто не получится. Хотя, конечно же, всегда есть варианты.

Кошкин прокручивает вокруг своей оси оба заклинания.

— Заклинания почти универсальны. Но с сильными магами нужно придумывать что-то другое. Кстати, Максим, я был уверен, что ваша невидимость даст вам неоспоримое преимущество, когда просил помочь. Зачем вы ввязались в прямое столкновение? — Кошкин в фоне волнуется, но внешне не показывает вообще.

— Меня эти маги вычислили, у меня все же не невидимость, а скорее отвод глаз из сказок. Так что при очень большом желании, его можно игнорировать. А желание у них было, — с легкой досадой говорю. Так-то это на самом деле моя ошибка. Но именно в тех случаях — оправданная. — Все же вы наблюдали эту способность больше в боях с животными, их обмануть легче. В них мало разума, и внимание переключается там проще, думаю. С людьми это все же не панацея, я говорил. Хорошо бы изучить амулеты этих ребят. Возможно получится воспроизвести заклинание.

— Многие пробовали до вас. К сожалению, никому не удалось, — соглашается с идеей Кошкин. — Но мы с вами попробуем в лицее. Оборудование там хорошее. Все же у нас таких амулетов образовалось десять штук — Клавдия была права, и все нашли. Ни у кого такого количества для экспериментов не было, я уверен. Но это дело будущего. Пока вернемся к атакующим кастам. Вы запоминаете заклинания? Будем создавать из них связку?

— Да, Борис Васильевич, — и на самом деле это так. И запоминаю, и даже могу попытаться их создать и отработать

Чем я и занимаюсь в короткие перерывы, между основной подготовкой к посещению дворца, следующие полтора дня.

— Клавдия Сергеевна, — заходим мы с магессой в парк. — Павла вы, очевидно, помните?

— Конечно, Максим. — Здоровается с Павлом Рыжая. — Рада вас видеть, Павел. Как ваши напарники?

— Все хорошо, уважаемая Клавдия Сергеевна, — Павел разворачивается и следует чуть впереди. — Да вы и сами сможете у них поинтересоваться, нас пригласили на аудиенцию вместе с княжной.

— Как жаль, а я только понадеялась, что найду в вас собеседника — мне-то придется поскучать, видимо.

— Что вы, что вы! Я обязательно составлю вам компанию, так же как и Станислав. Нас пригласили, чтобы мы были на всякий случай — вдруг что-нибудь будет необходимо уточнить. На аудиенцию княжна пойдет одна. Мы будем где-то рядом, как и вы.

— Замечательно! — Рыжая производит впечатление легкой и беспечной провинциалки, и только в фоне я чувствую ее спокойное напряжение. Игра девушки выше всяких похвал. Видимо, все же, срабатывает совет.

Захожу в парк, и окунаюсь в очень странное настроение вокруг. Причем сразу не могу понять, кто проживает такое хищное ожидание. А через пару минут, осознаю, что оно исходит практически от всех, кто сейчас прогуливается в парке. Разве что, кроме детей.

Ожидание словно обволакивает прямо на входе. А со стороны и не читается, потому что относится только к тем, кто присутствует в парке. То есть, как бы говоря — пришел по приглашению, значит стал интересен. Приглашения-то при входе проверяют.

На секунду, я себя ощущаю внутри бассейна с почти голодными акулами. То есть еще не голодными, но уже вот-вот. И все они кружат вокруг, ожидая удачного момента для атаки.

Похоже такой фон здесь практически норма. Все постоянно взвешивают друг друга на общих весах, и только и ждут момента, чтобы положить камешек в чашу, или забрать. А лучше — забрать у кого-нибудь все камешки, разделив их между собой.

Очень странное, и липкое какое-то ощущение.

При этом, именно ко мне, интерес тоже появляется, и даже не мимолетный, а такой, отложенный что ли. И точек такого интереса тоже неожиданно довольно много.

Сразу при входе в парк нас с Рыжей препарируют, взвешивают, и признают годными к дальнейшему употреблению. В качестве пищи, естественно, а не игроков-акул. Правда, как раз иммунитет, скорее всего, сдерживает позывы. Но ведь и он не вечен.

А вот нашего сопровождающего, неожиданно, такой интерес не касается. Он для степенно вышагивающих дворян в парке, просто невидимка, и не вызывает интереса.

Удивительно точный и быстрый анализ. Вряд ли весь парк ждал именно моего или Рыжей появления. Тут всегда так.

— Привет, Макс! — приветствует меня Ольга. Девушка неподдельно рада меня видеть. Это в первый момент даже немного обезоруживает. — Добрый день, Клавдия Сергеевна.

— Привет! — искренне улыбаюсь девушке. Немного не успеваю представить магессу первой, но похоже, сейчас это и не нужно уже. Девушки прекрасно здороваются сами. На правила этикета и та, и другая, с удовольствием плюют. Пусть и не демонстративно. — Давно ждешь? И почему одна?

— Нет, конечно же! — улыбается девушка. — Это на оба вопроса. Стас сейчас подойдет.

Так-то я «вижу» знакомую сигнатуру. Но действительно, телохранитель из виду подопечную не выпускает, и случись что, будет на месте за секунды. Ну, а так как покушений именно тут ждать не приходится, то и требования к наблюдению чуть проще.

Стас подходит практически сразу. А следом за ним подбегает официант с креманкой мороженного.

— Извини, — чуть смущаясь говорит девушка. — Это уже вторая. Так что можно и оставить. Но у нас еще много времени до приема, может все же присоединитесь?

Переглядываюсь с Рыжей. Вот несмотря на общую игру, и вроде бы очевидное безразличие, под маской отчетливо проглядывает желание попробовать мороженое. Что ж. Пусть. Пока что можно.

— Нам тоже самое, — перехватываю официанта. Легкое пренебрежение в фоне игнорирую. Оно отлично соответствует нашим маскам. Главное, заказ принимает и тут же бежит выполнять.

— Ты в Новгороде задержишься после приема? — спрашивает Ольга.

— Вот точно нет, — хмыкаю я, — даже рядом с городом постараюсь не отсвечивать. Ты же знаешь почему.

— А, ну да, — чуть расстраивается Прозоровская. — Риски есть. Думаешь будут пытаться сорвать сразу же?

— Конечно, это логичнее всего, пока я в неопределенном статусе, — слегка пожимаю плечами.

— То есть ты примешь предложение моего Рода?

— Нет, Оль. Я приму предложение Императора, — вокруг столика замечаю легкое колыхание воздуха. Такое же, как и библиотеке, в свое время — нас не слышат. Поэтому говорю свободно. Да и понятно становится, почему Стас на секунду оставляет свой стандартный пост. Продолжаю. — А на каких условиях — будем смотреть. И спасибо тебе.- Намекаю на чуть информации об Императоре.

Ольга сразу же понимает, о чем я.

— Не за что, — кивает. — Надеюсь это поможет. — Обращается к магессе. — Извините, Клавдия Сергеевна, это было для меня важно. И, если хотите, давайте на ты? Это немного удобнее, не находите?

— Да ничего, понимаю. — Рыжая с легкой иронией следит за разговором, да и предложение Ольги принимает с удовольствием. — Тем более, что в общем бою, мы уже побывали. Что порекомендуешь посетить, на правах столичной жительницы?

— Я уже давно не столичная жительница, — улыбается Ольга. — Но посоветовать смогу. Хотя… А ты тоже из города уезжаешь?

— Я? — слегка склоняет голову Рыжая, не выпадая из маски, — Точно нет! Провожу Макса и Бориса, и снова в Новогород. У меня тут платье строится к балу, я не могу уехать.

— Да, у меня тоже, — кивает Ольга. — Тогда, может встретимся завтра? Я с удовольствием пройдусь по всем любимым местам. А то одной это как-то совсем не в удовольствие.

— Даже можешь не спрашивать! Конечно. Мальчишек отправлю, и в столицу. — фон наполняется ожиданием. Магессе точно не хватало чего-то такого.

А я с удовольствием наблюдаю за легким разговором девушек. И еще, за кружащим возле нас персонажем. Со стороны кажется, что офицер хаотично гуляет по парку, но вектор внимания четко направлен в нашу сторону. Практически с момента, как мы с Клавдией садимся за столик.

Словно стая выдвинула первого, самого слабого своего члена, на пробную атаку.

Приносят мороженое. Очень быстро. Как будто нас тут ждали. Даже удивительно, что Стасу пришлось только что выходить за радиус действия артефакта.

И мороженое действительно очень достойное. По вкусу, а точнее, по вызываемым ощущениям, на мой взгляд, лишь чуть-чуть не дотягивает до пирожного с воспоминанием в Смоленске-2. Очень нежное и бархатистое по вкусу. Еще бы не распределять внимание на военного, то и вкусом можно было бы именно насладиться, как делают девушки, но чего нет — того нет.

Военный как раз начинает заход. Вектор становится четче. Теперь понятно, что провоцировать собираются именно меня.

Офицер подбирается, одергивает белую форму, и целеустремленным шагом идет к веранде кафе. Двадцать метров, пятнадцать. Ускорение.

Военный начинает подниматься по ступенькам.

В секунду, на подъеме ноги, цепляю телекинезом носок военного, и как только он слегка теряет равновесие, чуть дергаю его за всю поверхность пояса, пуговиц. В момент падения на это все равно внимания не обратишь.

Офицер пытается рефлекторно найти опору в ноге, но я так и не отпускаю его ногу, да еще, чуть подаю усилие со спины. Отменяю свое ускорение уже на середине полета товарища.

Все проходит в секунду, не больше. Военный с силой падает лицом об деревянные перила. Амулетов ни у кого в парке нет, и поставить щит он точно не успевает. Так что прикладывается о дерево с ускорением так, что перила в щепки, кровь во все стороны, а сам он теряет сознание.

Из-за амулета, девчонки ничего не замечают, а вот телохранители Ольги, мгновенно перераспределяют между собой сектора наблюдения, и сразу же переходят почти в боевой режим.

На входе поднимается суета.

— Что там происходит? — замечает Рыжая суету у основного входа.

— Военный сильно упал, — отвечаю. — Видно было с моего места. — Обращаюсь к Ольге. — Может пойдем?

— Да, конечно. А то не дай боги задержимся, — тут же соглашается девушка.

Переглядываюсь с магессой. Та чуть кивает головой. Нет, не может быть, чтобы что-то заметила. Или да? Ладно. Не так важно.

В общем фоне парка секундное недоумение, и легкая досада. Как раз на то, как мы встаем из-за стола. Видимо, второго захода этот молчаливый социум выдвинуть не успевает. Все же эти системы противовесов довольно-таки медлительны.

Выходим из кафе, и спокойно идем в сторону входа за стены. Парк красив, что уж тут. И я бы с удовольствием погулял бы тут подольше.

Вообще, место сильно диссонирует с людьми в нем. Парк как раз очень интересный. Создает ощущение некоторого старого, даже древнего внимания. Словно живой. На секунду мне даже кажется, что на меня смотрит что-то огромное и очень издалека.

Ощущение появляется, и тут же пропадает, смазанное общим эмофоном. Но в памяти занозой остается.

Не задерживаясь, проходим ворота Кремля. И вот тут радуюсь, что еще в машине обновляю «скрыт» на своем сознании. Внутри Кремля сразу чувствуется ровное внимание могучего существа. Ну как минимум мне чувствуется. Девушки вроде идут вполне себе не замечая фонового давления в воздухе.

— Княгиня Прозоровская, господин Рысев? — встречает нас внешне безразличный ко всему слуга в ливрее дворца.

— Да, — подтверждаем.

— Прошу вас, — жестом показывает. — Следуйте за мной. Ваших спутников прошу следовать за моими подчиненными. — Подбегают еще пара ливрейных.

Ольга кивает, и тут же идет в предложенном направлении. Я чуть извиняясь улыбаюсь Рыжей, и следую за Прозоровской. Она-то местные порядки точно знает.

Слуга нас сопровождает к отдельно стоящему двухэтажному длинному зданию. Похоже здесь находится что-то вроде рабочей канцелярии Императора, так как в здании работает сейчас очень много людей. С другой стороны вбегают, и выбегают десятки курьеров. В здании постоянная жизнь.

Слуга нас сопровождает другим ходом, и мы по пути почти не встречаем людей. Точно меньше десятка, включая слуг. Наших же спутников ведут к этому же зданию, но к другому крылу — где сигнатур настолько много, что я затрудняюсь определить, сколько же там сейчас народу.

Ведут по светлому, огромному коридору почти без украшательств и картин. Сразу видно функциональное предназначение. Тут ничего не отвлекает от работы.

Путь недолгий, и буквально через пять минут мы с Ольгой остаемся в небольшой приемной. Тут несколько столиков, десяток свободно стоящих кресел. Пара человек ожидающих — ничего лишнего.

У дверей стоит за стойкой по грудь, еще слуга. Хотя он, скорее всего, как раз секретарь. И мундир другой, и ведет себя более свободно. Внутри же, за дверями, сейчас находятся три сигнатуры. Одну я даже стараюсь не трогать вниманием. Слишком она непонятна — думаю как раз это и есть Император. Еще одна мне знакома — это Матвей. И одна — совершенно нет. Ничего, сейчас узнаем. Именно этот человек идет к дверям.

Вот кстати двери и стены кабинета тот еще образец артефакторики. Внутренней вязью, похоже, там покрыт каждый сантиметр объема. Ускоряюсь на всякий случай.

Получается и не зря. Когда проходим в открывшуюся дверь кольцо опять-таки реагирует на охранную систему кабинета. И я опять прошу кольцо сохранить в тайне мое нахождение тут. И что важно, артефакт вполне справляется с этим. Я слежу за системой — благо Ольга проходит первой, сразу за пригласившим нас незнакомцем. Так и я, проходя через дверь, вызываю у охранной системы практически такую же активность. А если учесть незнакомца перед Ольгой, то и вообще, такую же. Хорошо. Отключаю ускорение. Вроде незаметно.

Кланяемся.

— Вот ты какой, герой нового времени! — улыбается очень молодо выглядящий крепкий человек, со старыми, даже почти выцветшими глазами.

Я на секунду от такого контраста замираю. И снова уважительно кланяюсь. Похоже это как раз и есть Император.

— Михаил Александрович, я счастлива… — начинает Ольга.

— Оль, ну ты что, — машет рукой государь. Усмехается. И официальное ощущение визита мгновенно исчезает. Ну вот и зачем нужен был этот этикет? Мысль мелькает, но додумывать ее я не хочу. Нужен. — Зови дядя Миша, как раньше.

— Мне неудобно… Дядя Миша. — запинаясь говорит девушка. Я стараюсь не удивляться.

— Послать на три буквы своего дядю было удобно, разругаться с отцом — тоже. А меня называть — неудобно! — смеется царь. Потом резко серьезно говорит Ольге. — Помиришься, поняла? Разрешаю тебе помучить их еще месяц, но помирись. Постарайся на своих условиях. Но сроку тебе месяц. К зимнему солнцестоянию в вашем Роду должен быть мир. Мне они оба нужны в активном, и собранном состоянии. Проходите. — радушно рукой показывает на кресла. — Хоть отдохну немного. Матвей, ты тоже садись. А ты Афанасий, распорядись, хорошо? — обращается к незнакомцу.

Тот кланяется и исчезает за дверью.

— Садитесь, садитесь. — машет рукой. — Дел сегодня еще делать не переделать, хоть вы меня развлечете ненадолго. Ну, рассказывай, Прозоровская. Твою историю хочу послушать первой.

Ольга начинает свою историю. А в кабинет Императора почти незаметно приносят чайный набор, пирожные девушке. Мгновенно у всех присутствующих образуется по налитой чашке чая. Вообще, все делается для того, что бы создать атмосферу доверия и спокойствия. И оно получается замечательно. Ольга расслабляется, и в фоне это видно отлично. А вот Матвей, несмотря на внешнее доброжелательное, даже расслабленное внимание, следит за каждым жестом и меня и Ольги.

История получается захватывающая, и Император с удовольствием ее слушает. Вставляет свои заметки, качает головой, в общем, создает очень увлеченный внешний вид. Так-то я не касаюсь его сигнатуры. Сознательно стараюсь этого не делать. Но в фоне кабинета вполне доброжелательный, но холодный интерес. Решение тут уже вынесено. И Ольгу слушают только ради нее самой. Ну, может, чуть-чуть, чтобы действительно отдохнуть за историей.

— Хорошо, — кивает Император. — Максим, расскажите теперь свою историю, про это же похищение.

Просьба совершенно точно является приказом. И внимание Императора выдерживать становится довольно сложно. Уверен, он и сам знает об этой своей особенности, поэтому старается впрямую на человека не смотреть. На самом деле, внимание этого человека придавливает словно тяжелая плита.

Рассказываю свою часть. Она получается длинной, так как я рассказываю сразу же и со своими выводами, и наблюдениями. Царь почти не перебивает.

Несколько раз, по знаку Императора, Матвей делает заметки. Но это, думаю, на потом.

В конце-концов, история заканчивается.

— Оль, передашь Прозоровским, что идею с вассальным Родом я не одобрил, ты же этого хотела? — задумавшись на секунду, говорит Император Ольге.

Та вспыхивает радостью. Видимо, что-то было все же не решено внутри. Несмотря на прошедшие события.

— Я могу сам сказать, но у тебя это лучше получится. Скажешь, что я был недоволен этой идеей, и только отношение к тебе позволило мне проигнорировать интрижку твоего дяди, хорошо?

— Конечно, дядя Миша. — Ольга действительно рада.

— Ну все, иди, иди. — улыбается Император. — Матвей тебя проводит.

— Михаил Александрович… — безопасник показывает глазами на меня.

— Иди, — усмехается царь. — Шутишь что-ли.

Безопасник встает и очень предупредительно провожает Ольгу за дверь.

— Теперь с тобой, — вздыхает царь. Поднимает на меня взгляд, и меня практически придавливает на секунду плитой его внимания. — Кто ты такой, парень?

— Прошу прощения, Ваше Величество?

— Прощаю, прощаю, — давление Императора не спадает. — Так все же, кто ты такой? Ты точно не Максим, точно не Рысев. При этом, ты именно тот, кто вернул наших молодых магов из рабства. А ещё, и это особенно отмечает тайная служба, именно ты дал повод к вскрытию очень большого заговора внутри страны.

— Они преувеличивают мой вклад. — Немного нервничаю и большую часть точек внимания отправляю на анализ того что может знать царь. Пока что, у меня выходит не так много.

— О нет, не преувеличивают. — Вздыхает Император. — Сотрудников тайной службы слишком мало. И если в спокойной обстановке они прекрасно справляются, то, как оказалось, в преддверии войны, их возможности были недостаточны. Собственно, именно благодаря этому мы с тобой сейчас разговариваем.

Щупы ментального таланта Императора пробуют мою защиту каждое мгновение и все время с разных сторон. Но внутрь попасть точно не могут. Я очень четко за этим наблюдаю.

Давление его прямого взгляда так и не снижается. Даже не знаю, возможно, если бы царь надавил сильнее, то защита бы и не справилась. С другой стороны, в этом случае, я бы просто снова потерял разум — вряд ли бы, прорвав защиту, было бы возможно остановить эту мощь. Думаю, что меня спасает изначально нечеловеческая природа «скрыта». Вряд ли здесь с таким сталкивались.

— Я не знаю, Ваше Величество. — Совсем чуть-чуть, на грани чувствительности, пожимаю плечами. Всё-таки этот жест довольно простонароден, по мнению Эльвиры.

— Да не тушуйся, разрешаю, — усмехается Император. — Начальную справку и общее твоё описание мне Матвей предоставил. Ну не соответствуешь ты семнадцатилетнему парню. Понимаешь, Максим, я буду звать тебя так, хорошо? Я в качестве Императора живу уже не первое десятилетие. Каждый день у меня десяток встреч, и все с людьми, которые считают, что могут обмануть черта. Другие тут просто не выживают. И так год за годом. Как ты думаешь, можешь ли ты меня чем-то удивить?

— Думаю нет, Ваше Величество.

— А вот и не угадал! — смеётся царь. — Удивил! Да ещё как! Так что я, пожалуй, отдохну в хорошей компании. Мне интересно! А такое с каждым годом все реже и реже происходит. Давай я тебе помогу.

— Ваше Величество? — Удивляюсь.

— Я тебе честно расскажу, что удалось накопать тайной службе. На удивление немного, кстати. А потом, когда ты уже скорректируешь свою линию поведения, мы поговорим относительно откровенно. Хорошо?

— Как я могу быть против, Ваше Величество? — спокойно говорю магу.

— Вот, именно такой реакции мне уже давно не хватает. Твоё странное спокойствие подкупает. — Улыбается Император. Берет чашку чая, показывать мне глазами на мою. — Ты пей чай-то, пей. У меня тут хорошо угощают.

Киваю. Ну раз Сам разрешает, то и сдерживаться смысла немного. Тем более чай на самом деле вкусный.

— То, что ты не Максим, а тем более не Рысев, Матвей узнал конечно же. Всё же не часто люди совершают подвиги. — Император делает глоток. — Ну это твоё дело, хочешь пользоваться этим именем и фамилией — пользуйся, тем более что документы тебе удалось сделать настоящие. Никому нет дела до их изначального носителя. А полиция заодно и эту дыру в системе закрыла. Ты лоялен Империи. Это тоже было проверено неоднократно. Пусть, возможно, и незаметно для тебя. Это, кстати, тоже одна из причин, по которой мы сейчас разговариваем. Ты точно не одержим. Это уже проверяли инквизиторы. Последний раз, кстати, совсем недавно. Но при этом, твои реакции соответствуют человеку пожившему, лет тридцати-сорока. Неоднократно состоявшему в отношениях. Служившего в каком-то более-менее свободному от муштры подразделении. Егеря там, войсковая разведка, в общем, какие-нибудь горлохваты. Только там пестуют самостоятельные решения, в отрыве от источников информации. При этом присутствуют навыки аналитика. По секрету тебе скажу, что если бы не очевидный конфликт между твоими внутренними целями и службой в Тайной Экспедиции, то Матвей давно уже создал бы ситуацию, в которой ты ушел бы к нему аналитиком. Просто было принято решение о нецелесообразности. Ты не сможешь работать под принуждением. А теперь интересное. Твоё тело соответствует возрасту семнадцать — восемнадцать лет. Оно точно не омолаживалось — это родной возраст. То есть, налицо парадокс.

Молчу. По большому счёту, кое-что мне и самому интересно. Особенно, то, что я не являюсь одержимым, чего я слегка опасался.

— Ну как? Пока любопытно? — Император откидывается на кресле. — Понимаешь, у нас есть описание таких людей. Право слово, они редкие гости. Шаманы таких Странниками зовут. Да-да, я про этот твой разговор с шаманом тоже знаю. Но ты на Доржата не обижайся, они просто не видят смысла скрывать такую информацию. Шаманы чуть по-другому мыслят. А правильные вопросы мы, за то время пока с ними работаем, задавать научились.

— А кто это, Ваше Величество, если разрешите?

— Ну, почему бы нет? У нас есть довольно небольшая выборка, о которой можно говорить достоверно. — Император отчётливо пожимает плечами. Это, очевидно, реакция специально для меня. Менталист такой силы, не может не контролировать реакции тела. — Одна историческая фигура. Четыреста лет назад, у острова Рюген появился князь. И есть исторические свидетельства, основываясь на которых, можно предполагать, что его бы шаманы назвали бы Странником. А ещё, у моего друга есть сын. По-разному причинам ставить на нём опыты невозможно. — По-доброму улыбается царь. — Но он тоже Странник. И это факт. Скорее всего есть и другие. Шаманы не видят в этом особой проблемы. Знаешь что у них общего? И причём здесь ты?

— Нет конечно же, Ваше Величество! — снова удивляюсь я.

— Они оба точно помнили другую свою жизнь. — Император ухмыляется.

Я немного начинаю беспокоиться. Не сказать бы, конечно, что сильно.

Зато, при такой выборке, понятно желание Императора пообщаться, несмотря на всю его занятость. Любопытство свойственно всем.

— Концепция множественности Миров, можно сказать, у нас доказана. Возможно, ты с этим столкнешься. Или уже столкнулся, все же доступ на Полигон есть в каждом учебном заведении Империи для магов — а там часто предлагаются в виде испытаний не характерные зоны для нашего Мира. Так вот, оба этих человека использовали опыт предыдущей жизни. Какие-то концепции, в основном, а в случае князя Рюгена, то даже и технологии. Достоверно известно, что в четырнадцатом веке, буквально за полсотни лет до массового появления магов, он использовал миномёты. Даже на их княжеской цепи, присутствуют эти изображения. Потом, конечно, пороховые орудия надолго перестали быть важной частью поля боя. Но для того времени, это было слишком прорывное устройство.

Император с ожиданием смотрит на меня. А я решаю довольно непростую дилемму. Возможно, рассказ о псионике может двинуть местную магическую науку. Но я в это не верю, потому что маги получают похожие результаты, с меньшим вложением усилий. А перекапывать свою жизнь, ради не очень очевидного результата мало кто будет. Так что в формате Империи мои навыки интересны постольку-поскольку. Слишком разные пути. И результат, кстати, совсем не гарантирован. Ведь основное — это почувствовать пси. Что, даже зная правильность действий, очень непросто. Да и занимает годы. У меня же, во-первых, сработало уникальное стечение обстоятельств, а во-вторых, точное знание и понимание шагов.

А вот моя опасность, при этом рассказе, резко возрастает. Все же некоторые мои навыки, совершенно не контролятся магами. Никто такое рядом с собой терпеть не будет. Опыт менталистов показателен в этом смысле.

— Ваше Величество, извините меня за такой интерес, но почему вы думаете, что я тоже Странник?

— Это было бы одним из самых странных, но логичных объяснений. Да и, честно говоря, мне бы очень хотелось чтобы это было так. Это же просто интересно, узнать как живут в других Мирах. А правдивость рассказа, мне проверить совсем не сложно.

— Немного жаль вас разочаровывать, Ваше Величество. — Принимаю я решение. — Я действительно не знаю, кто я такой. У меня нет воспоминаний о моей жизни до больницы в этом Мире.

Император слегка расстраивается. На удивление, почти привыкаю к давлению его таланта. И сейчас, я довольно легко ловлю общий эмофон в помещении. Я точно не касаюсь его разума — а фон, он просто везде.

— С другой стороны и ваши информаторы и ваши догадки довольно близки, как мне кажется, к реальности. — Чуть улыбаюсь. — Я вижу сны. Воспоминания. Они довольно обрывочны. Но, в них есть действительно являюсь человеком, со странным военным прошлым, лет сорока. И несмотря на то, что вне сна я разделяю себя и мою прошлую жизнь, все же считаю себя больше таким, какой я там, чем парнем семнадцати лет со стёртой памятью.

— Про стёртую память ты уверен? — Становится серьезным Император.

— Это предположение, безусловно. Но высказанное несколькими людьми. Так что скорее всего да, память мне стирали.

— А твой блок на разум? Это техника или физическая особенность?

— Это мое нежелание пускать кого-нибудь внутрь того, что было уже однажды стерто.

— Значит все-же техника, — улыбается маг. — Я выиграл у Матвея. Научить можешь?

— Скорее всего нет, — честно отвечаю я. — Очень похоже, что эта стена, в основе своей, имеет именно мой страх нового вмешательства в разум.

Главное — даже чуть-чуть не врать. Император точно почувствует. Только правду.

— Жаль. Но если вдруг будешь понимать, как этому научить — обратись к Матвею, или к любому, кого на тот момент будешь знать, из тайной службы. Они будут очень благодарны. В любом виде, какой только придумаешь. Техника — хороша. — Император чуть-чуть разочарован. — Можешь в паре слов рассказать про свой Мир? У нас не так много времени остается, а мы ещё не обсудили моё предложение с Боярской думой.

— Конечно, Ваше Величество. Что вас интересует?

— Максим, ну ты чего? Да всё меня интересует. Как живёте там, что происходит, кем ты там был — вот это вот всё.

— У нас там война, Ваше Величество. В том мире, не было магии. У нас был технологический уклад. Мы вышли в Космос, около Земли стояли две огромных станции. С них, как мне кажется, планировалась дальнейшая экспансия в Солнечной системе.

— Интересно. — Император понимающе кивает. — А что помешало? Ты говоришь «планировалась»? В прошлом времени.

— Помешало появление ксеносов. Мы так назвали странную биологическую цивилизацию. Договориться с ней не получилось. Или просто мы не смогли. Но война началась как-то внезапно, во многих местах и сразу…

— … Вот примерно так и продолжалась наша война. — Рассказываю Императору историю, как я её помню. Хоть и помню ее урывками, но общую канву представить вполне мне по силам.

Упор как раз, делаю на технических моментах. На лазерганах, импульсниках, искусственном интеллекте, тактической сети, имплантах, космических кораблях. Но с каждым таким моментом Императору становится все менее интересна сама война. Чего, в общем, я и добиваюсь. Псионику обыгрывать не хочу ни в коем случае. Да и царя интересует больше другое. Он больше задает вопросов именно об обычной жизни. И я даже понимаю почему — концепции. Думаю, он этими вопросами оценивает опасность идей, которые я могу принести сюда. Я спокойно предоставляю ему эту возможность. Ощущение общего фона спокойно мне дают оценить эмоции в моменте. Так что пусть. Мне не жалко.

Да и царя больше интересует социальные взаимодействия, нежели технические достижения. И это тоже помогает мне легко обходить вопрос псионики. Практически, даже не подбирая слова.

Большая часть истории, Императора разве что развлекает. Но, в какой-то момент, я касаюсь сходства между кристаллами навыков моего старого мира, и такими же кристаллами здесь.

— Да, я думаю, что ксеносы моего старого мира являются угрозой и здесь. — Отвечаю на прямой вопрос Императора. — Слишком уж большие совпадения.

— Максим, ты знаешь хоть об одном уничтоженном городе?

— Нет, — с пониманием киваю. Я действительно знаю, что он скажет дальше. Поэтому я изначально считаю идею обращения к государству провальной. Но попытаться я должен был — все же это и его Мир, вообще-то. Да и наши возможности несоизмеримы. А проблема позже обязательно станет общей. Если я не успею, конечно, раньше.

— В тоже время, с твоих слов, две звезды магов уничтожили формирующееся Гнездо? Так?

— Да, Ваше Величество, но там, судя по отчету, был очень велик элемент случайности.

— Но уничтожили? Правильно?

— Да, Ваше Величество.

— Вот. Уничтожили. Я изучу отчет, не переживай, — останавливает меня жестом. — Понимаешь, я сейчас смотрю на ситуацию не как ты, непосредственно переживший подобную катастрофу. Скорее, смотрю с точки зрения моих оппонентов, вздумай я выделить ресурсы армии на подобную операцию. Вот смотри.

Спокойно ожидаю дальнейших слов. Достаточно того, что в фоне я вижу осторожное доверие к этой информации. Значит, какие-то шаги будут — всё нам проще.

— Максим, у вас ведь нет прямых доказательств? — Император легким сочувствием указывает на очевидное. — Я понимаю твоё беспокойство. И этот разговор восприму очень серьёзно. Обязательно вышлю людей на проверку, конечно же. Но государство сможет выделить достаточное число людей на операцию, или даже на операции, только тогда, когда, или если, у тебя будут доказательства. Причем такие, которые можно предъявить той же Боярской думе.

— Ваше Величество, к сожалению, я понимаю, что кроме описания воспоминаний и моих слов, что эти существа опасны, я ничего предоставить не могу. Физически, твари Пятна бывают и пострашнее. А кристаллы навыков успешно стараются изымать тайные службы, да и полиция та же. Так что эта часть проблемы, у нас, во всяком случае, относительно успешно решается.

— Максим, не суетись, — опять успокаивает меня жестом царь. — Разделяю я теперь твою тревогу, разделяю. Но посмотри на ситуацию с точки зрения даже не меня, а, скажем, любого из бояр Думы. Я привожу человека, который говорит: Вот здесь страшная опасность! Нужно срочно отправлять туда армию! Что подумает думский боярин? Что император хочет усилить себя за счёт нового набора и новых полков в армию. Ничего больше. Никто не будет рассматривать даже самую страшную катастрофу, которую нельзя подкрепить прямыми доказательствами, как катастрофу. Только как возможность усиления той или иной партии власти. А если катастрофа существует где-то в будущем — Дума даже не почешется. При этом с доказательствами у тебя не очень. Сны, даже если ты откроешь свой разум, вообще не доказательство. Твои ксеносы замечательно походят на тварей Пятна. Разница только в кристаллах внутри них. В Пятнах же постоянно появляется новые животные. Это не новость. Кристаллы навыков — тоже. Многие их считают за благословение — и далеко не всегда они не правы. Сходить с ума люди начали только недавно. Да и даже зная это, много найдется охотников, готовых променять три-четыре года и свою смерть в конце, на обеспечение своих детей на всю жизнь. Да, ты меня убедил. Но только меня, и только потому, что я ловлю твои образы.

Удачно я тогда потренировался с Матвеем. Обезличенные сцены, которые я вытаскиваю на поверхность своего разума, Императору вполне заходят. Я-то прекрасно вижу, как он их цепляет. А для него это вполне непроизвольным выглядит.

— К сожалению, я не самодержец. Первый среди равных — да! Самовластный правитель — нет. Это одна из причин, по которой я бы хотел чтобы ты принял моё предложение. В преддверии войны, медленные решения могут нам стоить победы. Мне Матвей сообщил твоё мнение по поводу Османской империи. Вот кроме неё, ещё и твоя катастрофа. Для решения всего этого нужна концентрация власти в одних руках.

Да, мы замечательно играем в «я знаю, что ты знаешь», получается. У Императора свои цели, у меня свои. Ему нужно закончить с вольницей. Мне… А вот мне, по сути, ничего от него не нужно. Я уже почти встал на путь постоянного экспоненциального прогресса в пси. До следующего плато мне теперь очень прилично.

Но предложение принять придется. Посмотрим, на каких условиях.

— Ваше Величество, эта проблема будет все же, общая, не только моя. Я тут, скорее, выступаю в качестве вестника, принесшего плохие вести, не более того. А приняв ваше предложение, как я уже говорил Матвею, я нарисую огромную мишень у себя на спине. Согласитесь, становиться объектом охоты, ради не своих целей, так себе идея.

— Максим, я тебя понимаю, но ты же примешь предложение все равно, верно? Ты уже это озвучивал Ольге?

— Да, озвучивал, Ваше Величество, в защищенной от прослушивания зоне, если мне не изменяет память.

— В пределах моего внимания тайн от меня не существует. Об этом все знают, или догадываются, — небрежно машет рукой царь. — А парк я чувствую. За тобой в нем, кстати, было интересно наблюдать. Как пустое пятно, среди множества разумов. Ты знаешь, что тебя хотели убить уже в парке?

— Догадывался, — киваю я. Впрямую лгать нельзя. Весь разговор — это проверка, и я вижу только три уровня. Император же, наверняка, использует больше смыслов. Опыт у него, действительно, должен быть огромный.

— И предполагаемое покушение не связано с моим приемом.

— А вот это интересно, — неподдельно удивляюсь. — У меня вроде бы нет, пока, — выделяю слово голосом, — врагов на таких уровнях, представители которых присутствовали в парке.

— И мне интересно, честно говоря. Но попытка была связана с Прозоровской, если что. Имей ввиду. Совсем не факт, что это конечный адресат, правда, — усмехается царь. — У нас тут любят косвенные способы влияния. Исполнителем должен был стать офицер. Причем моей лейб-гвардии. Вот только он мог выполнять чью то волю, даже не подозревая об этом. И я сейчас говорю не про менталистов совсем. — Чуть мрачнеет Император. Видимо вопрос «диких» менталистов довольно болезнен. — А что «пока»… — парирует мой почти вопрос. — Так это в любом случае. Чем выше ты будешь подниматься, тем больше оттопчешь разных ног, тем больше интересов заденешь. Так что это неизбежно, особенно для тебя, как Странника.

— Вот, видите. Как вы сможете защитить свои интересы, если меня все же достанут раньше? Какой мне смысл соглашаться? Как обычному барону мне будет намного проще.

— Да, это проблема конечно, но вполне решаемая. В крепости посидеть не хочешь? — улыбается царь.

— Не очень, — осторожно отвечаю. — А что за крепость?

— Два варианта — тюрьма, или граница. И там и там мои склочники тебя никак не достанут. — все еще улыбается царь. Но в эмоциях — холодный расчет.

— Знаете, хотел бы обойтись без столь радикальных решений, — удивляюсь, но уже не сильно. — Всю жизнь за решеткой — как-то не так я представляю свое будущее.

— Жаль, конечно, скольких бы сложностей мы могли бы избежать! Ты скажи, если передумаешь, Тайная Экспедиция быстро сможет все организовать, — холодно хмыкает Император. — Знаешь, это реальное предложение. Просто помни о нем. И ты зря думаешь, что твоя жизнь будет в опасности прям вот навсегда. Нет. Мне нужно года два. А критично будет важен твой голос вообще — только на одном заседании, где подниму вопрос о чрезвычайных полномочиях. Это примерно месяцев через восемь, судя по скорости деградации наших отношений с османами.

— Но ведь это не секрет — ваши оппоненты тоже об этом знают, и могут прогнозировать. О войне — так точно. О Боярском роде — могут тоже догадываться.

— Ахаха! — смеется царь. — Могут, конечно могут. Только не делают. Их горизонт планирования — квартал, много — два. На этом отрезке времени и ты прикрыт обучением в лицее, и общие отношения стран еще вроде как нормальные. А про Боярский Род точно нет. Я же последовательный противник этой идеи. Так что ты слишком хорошего мнения о людях. Тебя постараются попробовать на прочность, безусловно, но не сейчас. Да, о твоем, с этой красивой рыжей девушкой, выходе в город сегодня я уже позаботился.

— Девушка моего учителя, — уточняю.

— Ха! Ты меня просто радуешь своей непосредственностью. — от души улыбается царь. В фоне довольно легкое ощущение веселья. — Думаешь, я не знаю? Просто хотел передать Борису пару слов, а так было бы к месту. Передай ему, что опалу с Рода с гибелью его отца я снял сразу же, просто это не было объявлено. И он, как только решит вопрос со своей болезненной честью, может спокойно возвращаться в столицу. Я бы и сейчас его принял, но слышал про его спор Академии. Так что ты парень и тут наследил. Это к вопросу о врагах. Кстати, ты в Академию же поступать будешь?

— Обязательно, Ваше величество, — подтверждаю.

— Вот. Значит и тут ты будешь какое-то время прикрыт от прямых покушений. Понимаешь, я не могу взять тебя под охрану напрямую, это дезавуирует твой будущий статус. Боярский Род — это не для слабых, даже если этот Род из одного человека. Время нас с тобой не ждет, к сожалению. И как не хотелось бы мне его продлить — не могу. — вздыхает царь. — Да, и на будущее: можешь обращаться по имени отчеству, — машет рукой. — Я к титулованию привык, но это будет неплохим заделом нашего общения. Так что, Максим, переходим к торгу.

— Хорошо, Михаил Александрович, — пользуюсь я разрешением Императора.

— Считается, кто первый назовет цену, тот и проиграл, — улыбается царь. — Но это не наш вариант, Максим. С обстоятельствами основания боярского Рода ты знаком.

— Конечно, Ваше Величество, Матвей меня прекрасно просветил.

— Он же тебе и рассказал про плюсы, зачем так часто Рода пытаются стать боярскими? Правильно?

— Контроль направления в деловой активности для большого Рода стоит почти любых усилий, — киваю, — пока не понял в чем это выражается, но уверен, что любое преимущество для крупной структуры будет иметь две стороны медали.

— Интересно, — поощряет царь, — как ты понимаешь оборотную сторону?

— Для меня или для крупного Рода?

— Давай сначала для крупного Рода, и сразу же, предположи — почему я против появления новых таких Родов? — Усмехается император. — А то они все хотят это получить, а думать о последствиях мало охотников.

— Преимущество убивает конкуренцию. То есть новичкам нужно вкладываться в развитие нового в разы сильнее, и, скорее всего, им просто не дадут выйти в прибыль. И новичков, те, кто с преимуществом, предпочтут покупать или душить. В результате — будет отставание в прогрессе по этим направлениям. Я даже говорить про банальное воровство не буду. Скажем на армейских контрактах, если кто из таких Родов контролирует.

— Уже нет, — улыбка царя чуть блекнет, а в фоне мелькает на секунду что-то довольно жестокое. — Боярских родов, связанных с поставками в армию, почти не осталось. Как-то кончились все. Но ты тут прав. Всем бы желающим этот трезвый взгляд. Продолжай.

— Соответственно, и для государства, минус как раз продолжение плюса. Четкое понимание ответственного за направление, приведет в конце концов к неэффективному управлению. Это раз, а второе, если Род отвечает за что-то очень важное, шанс, что он начнет диктовать условия государству, пусть и в узкой области — довольно велик.

— Ты забываешь еще об одном минусе-плюсе. Такие Рода фактически содержат довольно большую армию. Это вообще их обязанность, как и выставлять воинов для охраны Пятен, их контроля, зачистки. Матвей не говорил? Так что и надавить на Род становится не очень простым делом. Все так.

— Да, он говорил, что такие контролируют границы опасных Пятен. — Киваю. — Собрать одного воина, с учетом амулета на мой взгляд обойдется в сорок золотых на старте. А таких воинов наверняка нужно собирать не одну тысячу.

— Пять-шесть. Тут ты прав. — Кивает император. — Матвей не зря тебя в аналитики хотел. Даже первую ступень анализа осиливают не все. Большинство видят доход, и уверены, что справятся с расходами. И цену снаряжения, без подготовки конечно, но это опустим, ты назвал практически верную. Обычного бойца — примерно сорок золотых, мага — примерно в четыреста пятьдесят-пятьсот. Даже с внутренними ценами. Правда магов нужно снаряжать вместо бойцов и в значительно меньшем числе. Около двух сотен. Но там все упирается в уровень подготовленного мага и его лояльность. Тут непросто тоже.

— Вот этот момент мне тоже непонятен. Зачем мне вот это вот все на себя взваливать? Михаил Александрович, вот честно, какие есть плюсы у этого? Кроме денежного, его, с большой вероятностью, действительно относительно несложно реализовать — найти успешного купца, или купцов, и там только технические сложности с формулировкой клятвы.

— Представители главной ветви неподсудны никому кроме тех же боярских родов. Это третье главное, после финансов и своей армии. Но я уже вижу…

— Да, — подтверждаю слова императора. — Мне это тоже не так важно. И вряд-ли будет важно в будущем.

— Итак, мы обсудили денежный вопрос…

— Понятен, но необязателен, — киваю я, — Нужные мне финансы я обеспечу как маг сам, я уже вижу даже как.

— Согласен, мне уже рассказали про твои необычные артефакты.

— Вроде бы обычные?

— Нет. Но развивать мысль не стану — думаю Кошкин тебе специально не говорит, чтобы не сбивать настрой. Так, дальше. Армия. Но тут у меня к тебе как раз предложение будет, эту часть убирай из своего уравнения, мне не нужна еще одна почти независимая армия на территории Империи, тебе не нужны лишние обязательства. Только нужно будет тебе, лет через пять, иметь примерно пару десятков магов в составе Рода. Думаю, с этим справишься.

Киваю. Я даже знаю, где их взять.

— С неподсудностью — это приятный бонус, не более. Мне не актуально.

— Ну, может. Пока ты действительно оценить его не можешь. Бонус, надо же, слышали бы тебя… хотя ладно… — хмыкает царь. — По стандартным, хм, слово-то какое, бонусам, мы с тобой пробежались. Оставляем за скобками — тебе не нужно. Понимаю. Но мне, все-таки нужен Род под твоим руководством, а после разговора — так даже сильнее. С тобой договориться проще. Да и случай, когда к подвигу, реальному, без дураков, никто даже прицепиться не сможет — это откровенная редкость. И с тобой я смогу минимум два заседания полностью контролировать Думу, что при нормальной подготовке сильно сместит баланс в мою сторону в единственном неконтролируемом мною органе власти. И ведь ты это понимаешь.

— Понимаю, Ваше Величество.

— Так что мне договор нужен. Твои идеи?

— Можете меня познакомить с создателями портальной сети?

— О как. Неожиданно. Тебе зачем? — в фоне легкий интерес, но никакой опаски совсем.

— Хочу научиться ставить порталы, для себя конечно же. — Пожимаю плечами.

— Научиться, хм… — теперь легкое веселье. И опять же — никакой опаски. Значит там есть определенные сложности завязанные не на знания. А это сразу же поднимает мой интерес. Меня же внутренняя система признала. — Познакомить — смогу. Наверняка не скоро, Кирилла я уже лет пять не видел, занимается чем-то своим. Но с ним это бывает. Натура увлекающаяся. Вот он, кстати, как раз сын моего друга и есть, и он же из Странников. Это точно. Вам даже будет интересно поговорить, возможно. Меня он не любит, но с дочерьми общается. Так что да, как из своих исследований появится — познакомлю.

— Он жив? — интересуюсь.

— С чего такой вопрос? — удивляется царь. — Конечно. У него сестра один из Великих Целителей, я тебя уверяю — он и моих и твоих внуков переживет. Но это же не оплата, правильно?

— Почему? — пожимаю плечами. — Михаил Александрович, мне сложно сформулировать то, что может быть адекватной ценой за мой риск пока что. Просто потому, что я не очень ориентируюсь в жизни Империи…

— Ой, давай без этого, — машет рукой царь. — Ты уже понимаешь больше, чем некоторые мои советники. И может быть понимаешь что-то более полезное. Давай дальше — вижу же, что у тебя есть идеи. Про ксеносов мы опускаем.

— Это общее дело, правильно?

— Да, как частное лицо я тебя поддержу, и буду готовиться, — кивает Император. — Хотя пока что считаю, что ты переоцениваешь опасность. Но проверим.

— Тогда все просто — лезть в промышленность, которая уже сформирована, я не хочу. А вот в развитие нейросетей например, или общего информатория — галанета, я бы хотел. Я видел, что вы заинтересовались принципами. К сожалению, пока не понимаю, что из этого возможно создать, но чувствую, что все…

— Не переживай. Этот вопрос считай решили — моя треть. Твой Род будет контролировать сорок процентов, остальное — государству. Слово твоего Рода будет определяющим, несмотря на меньшую долю. Тут я не торгуюсь — на этих условиях работает как раз Кирилл, князь Тобольский. Он хоть и не боярин, но там особые условия тоже.

Ну, я даже не удивлен. Все дороги ведут туда. Точно уже.

— Более того, сможешь сформулировать это направление как одно целое — оба уйдут под твою руку. Я так и планировал с самого начала — ты хоть как-то понимаешь, как это должно функционировать. Но это дело будущего. Что сейчас?

— Я хочу иметь доступ к закрытой, действительно закрытой, магической информации. Особенно к архивам менталистов.

Император с оценкой смотрит на меня. Более того, словно из воздуха вокруг начинают формироваться чуть ли не под сотню щупов, которые, естественно, вроде как, я не вижу. Что все сложнее имитировать. Царь очень интенсивно пробует на прочность «скрыт», а потом почти облепляет ими чуть ли не сотню точек у меня на теле. И все — за мгновения. Спокойно реагировать позволяет только ускорение. Я могу это незаметно отслеживать.

— Сними технику.

— Не могу, Ваше Величество. — честно отвечаю я.

— Словами играешь? — не поддается на игру слов царь. — Ну, в общем…

Щит начинает трещать у меня глубоко в голове, а расход пси возрастает кратно. Спасает только ускорение, да и то слабо. Секунда, две. Ухожу большей частью внимания внутрь себя. И не зря. Эта атака — просто отвлечение. Вижу чужой тоненький щуп Императора. Почти невесомый, почти незаметный… Был бы, если бы внутренний Мир не был бы переполнен моей пси. А так — он полностью подчинен мне. Что ж, поиграем. В мощи этот монстр превосходит меня на порядки, безусловно. Вот только внутри себя, я, с учетом второй печати — почти бог. Если не хватит сил — всегда есть Поле. Оно есть везде.

Быстро пробегаю по щупу Императора. Он тоже под ускорением, но отстает от моего внутреннего в разы. Отлично, с этим можно работать.

В разум царь прошел по ассоциациям о ксеносах — слишком эта тема для меня эмоциональна. Император быстро это прокачал, и теперь понятно, зачем эта ремарка была только что — это как раз и был момент начала атаки. Все равно — долго пробирался. Не меньше часа его внутреннего времени, судя по всему. И завяз в моем внутреннем пространстве.

Нормально. Знаю, смогу теперь заблокировать. Но не прямо сейчас. Пока нужно понять, что ему нужно.

— Зачем тебе архивы менталистов? Ты же универсал. Кто ими будет пользоваться?

— Только я, — пожимаю плечами. Диалог идет на нескольких уровнях.

Защита «Скрыта» держит, но щуп понемногу пробирается к моей памяти. Вот только она у меня структурирована не в пример лучше, чем у любого менталиста из императорского Ордена, судя по тому, что я наблюдал. А Тайная Экспедиция — это точно его Орден. И он в нем глава. Сейчас это становится практически очевидным. Слишком похожие линии поведения, как оттиск.

Тут же начинают всплывать не мои куски памяти, как менталистов учат работать с чужой памятью. Черт, не вовремя-то как. Чье это⁈ Точно не Императора. Ускорение сильнее. Нужно кратно больше времени!

Оп. Образ. Мелькает отражение в зеркале. Это же Артемчик. Тот что у меня погиб тут. Неожиданно, неудобно, но черт возьми, как вовремя!

Вот теперь я выдыхаю. Даже с основами мне теперь проще. Растворяю эти небольшие куски воспоминаний в разуме. С последствиями чуть позже разберусь.

Не нравятся игры? Ну что же, а мне вот нормально. И мышь, при удаче, может загрызть кота. Или обмануть. Доказано мультфильмами.

— Зачем тебе тогда архивы менталистов? — Император задает вопрос, словно ничего не происходит. А у меня уже начинает, образно говоря, кипеть мозг от взаимодействия на разных скоростях.

Часть моего сознания спокойно сидит рядом с государем, и активно ничего «не замечает». Ведь если бы не пси-работа с внутренним миром, я по идее, сейчас атаку императора заметить не должен — никаких амулетов у меня нет. А, не заметил даже. Кольцо подает сигналы, но усилием воли заставляю его успокоиться. Интересный функционал у этого артефакта. Значит атаку на разум тоже засекает. Правда немного поздновато. Но может быть потому, что царь на самом деле очень аккуратен.

На втором уровне сознания, император давит на скорлупу «скрыта» вокруг разума. Он ее обнаруживает сотнями своих щупов. Фактически, нащупывает, можно сказать. И теперь давит, но только до момента ее прогибания. Это очень заметно. Мне, конечно же. То есть тут нет цели сломать. Даже думаю, что если бы «скрыт» лопнул бы, исчез, или каким-то другим способом был разрушен, менталист тут же отступил бы. Теперь я это вижу четко. У императора точно нет цели сделать из меня идиота, опять. Я ему нужен целый, и, по возможности, невредимый. Он именно создает давление, чтобы стала возможна основная атака по следу эмоции.

А вот на третьем, царь заходит в мой внутренний мир. Вряд ли он ожидает тут какого-либо сопротивления. Технически, судя по воспоминаниям Артема, если менталист уже внутри — значит пройдены защиты, и дальше поединок двух воль, если атака заметна. Или просто пролистывание всплывающих воспоминаний, если вот как сейчас, атакующий считает себя самым умным и незаметным. А воспоминания сейчас будут инициировать разговором. Ну, если брать логику местной школы менталистов.

Подкидываю воспоминание, о первой личной встрече с Саввой, целителем в лицее, где он на секунду кривиться, когда замеряет мой потенциал.

'…- Еще один универсал, — Савва бросает взгляд на Кленова, имперского вербовщика, — Потолок — второй уровень. В общую групппу?

— Да, — вербовщик спокойно кивает. — Он хотя бы вменяемый…'

Воспоминание чуть смазано, и может даже изменено, но сейчас подходит идеально.

— В этих архивах, я могу найти подсказки, как преодолеть свой потолок. — Пожимаю плечами. — Михаил Александрович, я довольно слаб даже если рассматривать только потенциал, как маг. Нужно искать варианты.

— Такие подсказки там есть. — Кивает Император. — Они связаны с человеческими жертвами, это архивы германских химерологов. Они в какой-то мере смогли преодолеть физические ограничения мага. Воспользуешься?

Подкидываю воспоминания в плену, с рассказом об утилизации рабов, и свои чувства в этот момент.

— Нет. Это не выход, — опять пожимаю плечами, — Извините, Ваше Величество, а почему это не уничтожено?

На удивление, щуп Императора ведет в моем внутреннем мире себя очень аккуратно. Как только я начал подкидывать воспоминания, он перестал что-либо искать.

— Нужны материалы, чтобы уверенно отслеживать таких умников. — В фоне царь точно слегка успокаивается. Не знаю, что он там себе думал до этого, но общая агрессия сильно уменьшается. — Какие еще архивы ты бы хотел?

— Не знаю, — кидаю в щуп недоумение. — Я же не знаю, что там есть. По магии шаманов бы чего-нибудь. Нет пока идей. Но я уверен, что записи должны быть большие. Может практики какие забытые, или просто оставшиеся без поклонников.

— Это так, — император задумывается. Хмыкает. — У шаманов не магия, если что. У них другой способ договариваться с Миром. Тут тебе твоего знакомца нужно расспрашивать. С нами его соратники почти не делятся информацией, а книг у них отродясь не было. — Снова улыбается, а в фоне заметно теплеет. — Про прошлое свое расскажешь? А то я только отчет читал.

Начинаю рассказывать с момента пробуждения. Тем более, что именно эту отредактированную версию я уже в свое время готовил, на случай допроса какого-нибудь — вот и понадобилась. Тут же подбрасываю воспоминания о больничке, лицее, максимально очищенные от ощущения пси. Ни намека. Ускорение пока спасает — позволяет дополнять воспоминания новыми сценами. Но хотелось бы, что бы царь уже что-нибудь решил для себя. А то дается мне это не очень хорошо. Первый раз в этой жизни основательно черпаю Поле и ежусь внутренне от давно забытого «холода».

Но пси становится больше, и следить за всем процессом получается лучше.

— Понятно, а к Империи ты лоялен, я помню… — тут еще раз подкидываю свои размышления, с эмоциональным окрасом. Вроде вполне нормально проходит.

Щуп Императора исчезает, даже не оставив никакого «подарка» на память. А ведь я помню, что управляющие конструкты менталисты встраивать могут — смерти нескольких пленников тому доказательство. Вряд ли Император не знает о таких вещах. Что же, получается этот раунд я выиграл. Ему нужно было обязательно убедиться в моей лояльности. Для чего он проверил меня на амулеты первой атакой. А потом незаметно, ну как ему кажется, видимо, проверил и так. Ну а то, что не оставил ничего — скорее говорит о том, что данными он удовлетворен.

Аккуратно снимаю глифы «ужаса» рядом с Императором. Похоже, даже не заметил. Вот именно поэтому считаю, что о пси магам знать не надо. Никто мне даже попытки покушения не простил бы. А ведь я реально мог бы, скорее всего, уничтожить самого могущественного мага этой части суши. Да, только потому, что тот достаточно самоуверен, но все же.

Император мои шевеления как не замечал, так и не замечает. Скорее потому, что я сам внимания туда практически не уделяю. Медленно формирую весь предыдущий разговор. По черточке, по капле. А еще потому, что атака ему дается тоже непросто. В фоне — усталость, пусть и не сильная, да и техника для ее купирования у менталистов точно есть.

Из пространства пропадают все щупы, и царь возвращается к разговору.

— Ну, хорошо. Доступ на исследования ты получишь, скажем. Но под клятву не передавать, и некоторыми вещами не пользоваться никогда.

— Безусловно, Ваше величество. — Я себя чувствую отвратительно. Такое ощущение, что меня пережевывает недавно. А сейчас я только восстанавливаюсь. Но внешне вроде бы это не проявляется. Только внутренняя усталость. Да и та постепенно смывается волнами новой энергии.

— Что еще?

— Уточните про полки, Ваше Величество, пожалуйста.

— А, это просто. Договор между нашими Родами. Ты оплачиваешь их формирование, содержание. Не сразу, а как твои идеи дадут доход. А они будут твоими только по названию. Это будет часть армии государства. Но вот часть границы в Пятне, тебе держать придется. Для этого нужны будут маги, я уже говорит. Род у тебя малочисленный, так что и граница будет небольшая. Да ты с ней даже знаком. — Хмыкает, словно ничего не произошло царь. С другой стороны, для меня это так и должно выглядеть. Незаметно. Если нет понимания ментала, то даже атака на «скрыт», по идее, не более чем легким недомоганием в физическом теле должно казаться. — Это та часть границы, где был хутор контрабандистов. Селезневы не справились, от службы там отстранены.

— Вот еще одни недоброжелатели.

— Точно нет. Там Род только рад будет, — машет рукой царь. — У них свара за наследство, не до дальней границы. Остальные держат, и ладно. Да и опасность Пятен уже лет тридцать начали забывать. Гона давно не было. Чудовища не вырывались из Пятен. Забывают, и службу несут спустя рукава. Здесь просто повод есть. У остальных примерно тоже самое, я же понимаю. Что-то еще?

— Освобождение от налогов Рода на год, за каждый доказанный эпизод покушения на меня именно от Боярской Думы. Доказательства не должны быть абсолютными. Достаточно понимания кто и зачем.

— Ахаха! — царь впервые за наш разговор веселится искренне. Может напряжение сказывается, не знаю. — Удивительный ты человек! Но справедливо! Год за каждый риск. Какая интересная комбинация! Мне выгодно тебя негласно опекать будет. Гласно же не могу, я говорил.

— Я бы не хотел привязывать год уплаты и год покушения друг к другу, — качаю головой.

— Не привязывай, — машет рукой царь. — Но не позже тридцати лет от этого момента, ну или до моей смерти, если это произойдет раньше. Я не хочу девочкам такую мину подкладывать. Это договор наш с тобой. Это все?

— Да. Мне, как я это вижу, выгодно в дальней перспективе, вам и сейчас, и в средней, и в дальней. Проигравших нет.

— Кроме государства. — Оценивающе смотрит на меня царь.

— Нет, государство от невыплаченных налогов не проиграет. Они уйдут в развитие, обязательно. Косвенно выиграет.

— На таких условиях тем более согласен. Договор?

— Договор. — Киваю я.

Неожиданно я снова наблюдаю фейерверк образования связи магического договора. Проявляется вязь первого договора на руке у меня, и, наверное, с десяток — у царя. Для Императора образование магической связи тоже является неожиданностью. Но принимает он такой договор вполне стоически.

— Неожиданно, — качает головой, когда последние штрихи вязи ложаться на запястье. — Ведь не было формализовано даже. Так что имей ввиду, нам обоим теперь лучше соблюдать дух договора, а не его букву. То есть важно не допускать действий, которые можно трактовать как нарушение, имей ввиду. С такими формулировками сложнее всего, Максим.

— Меня устраивает, — пожимаю плечами. Особенно радует зафиксированное обязательство допуска в архивы. То есть теперь в принципе скрыть ничего от меня будет нельзя. А не передавать знания, полученные таким образом? Так я и не собирался. — Единственно, Ваше величество, я прошу вас вспомнить, что вы имели ввиду, когда говорили мне — некоторыми вещами из архива не пользоваться никогда. Боюсь мне нужна формулировка теперь.

— На, — пишет на бумажке царь. — Я точно имел в виду расщепление души человека и связанные с этим практики. Там их немного, но они редкостной мерзости вещи. Плюс призывы богов. У нас было в истории столкновение с культистами. Это в архивах тоже есть, призыв этого бога уже не работает, но даже пробовать я бы не стал.

— Боги реальны? — удивляюсь.

— Да, — спокойно отвечает царь. — А чему ты удивляешься? — пожимает плечами. — Просто им до нас нет особого дела, нам до них. У нас равновесие. Вон, по этой теме инквизиторов пытай. Вот кто точно не будет рад твоему присутствию в архивах, — чему-то радуется Император. — Но им придется смириться. Многие инкунабулы и списки у нас пересекаются.

Качаю головой. Только богов мне еще не хватает. Хотя без разницы, в Церковь Всех Богов и так хотел зайти. Не понятно же, почему она не прозрачна для меня. Но это прямо-таки не срочно. Обходился раньше, и теперь без особой надобности не пойду.

— Все, Максим, — встает с кресла царь. Я тут же встаю вместе с ним. — Было интересно, и я буду рад еще тебя увидеть, но при других обстоятельствах. Лично поговорить со Странником мне было интересно. Но время не ждет. Иди. — указывает на дверь. — А. — останавливает меня, — бери свою рыжую красавицу, кстати, можешь сказать ей, что я ее заметил. Девушке приятно будет. Действительно хороший маг. И мысли такие…ровные… Это ей не говори. Забирай Прозоровскую с провожатыми, и идите в парк. Скажи, Афанасию, чтобы проводил. Там тебе сюрприз небольшой, но тебе он был очень нужен, так что оценишь. Теперь встретимся только на праздник Солнцестояния, но это секрет. Там как раз все официальные объявления и будут. Никому не говорить, понял?

— Да, Михаил Александрович, — кланяюсь я и выхожу из кабинета. А вот это новость. С учетом того, что меня во дворец никто не приглашал, то Смоленск-2 ждут интересные события.

Матвей словно караулит под дверями. Кивает, и тут же заходит в кабинет вместо меня. Удивительно, неожиданно высокопоставленный человек, и сам в поля… Хм. Чего-то я тут не понимаю.

— Максим Рысев? — обращается ко мне секретарь царя.

— Да, — чуть кланяюсь этому очень спокойному человеку.

— Государь говорил проводить вас, прошу. — указывает рукой.

— А…

— Ваши спутники уже в саду, — кивает головой Афанасий. — Пойдемте, здесь недалеко.

Следую за секретарем. На самом деле недалеко. Идем почти безлюдными коридорами. И действительно недолго. Минут десять.

— Прошу вас, — открываются двери в действительно удивительной красоты место. — Вам по дорожке, налево, до беседки. Ваши спутники ждут вас там. Я прощаюсь с вами.

— Конечно, благодарю. — чуть кланяюсь и этому человеку. На самом деле — без него я бы из дворца так быстро не вышел. Иду по указанной дорожке.

Знакомые сигнатуры я вижу сразу, так что в принципе, своих спутников я бы не пропустил и так.

— Звал меня, Рысев Максим? — раздается вообще неожиданный голос за спиной.

Оборачиваюсь.

Доржат появляется за спиной словно ниоткуда. Сигнатуру узнаю сразу, так то, конечно, отреагировать я бы успел все равно, если бы было нужно. Зеленая живая стена растений расступается и выпускает Доржата.

— Да, — киваю головой шаману. — Здравствуйте. Хотел. Но в принципе, мне Степанов уже ответил. Ваши сказали — отличия у инфицированных есть.

— Я скажу точнее, Странник. Пойдем.

— Куда? — удивляюсь.

— Как куда? Смотреть. В твоем же Лесу это живет. В него и пойдем.

Тут же вспоминаю про шаманскую Тропу, которой в свое время Доржат ушел в Пятно. Так.

— Ты меня на Тропу возьмешь? — удивляюсь. Хотя, может они на самом деле не только сами так перемещаться могут. Мне становится дико интересно.

— Да. Я затем и пришел. Твой царь нам разрешение дал, без него сюда Тропу не построить. Его люди про твою просьбу сказали, меня отправили, потому что я тебя видел, знаю. А этих Других пока только ты отличаешь от Измененных Леса.

— Доржат, я не один. У меня спутники, — пожимаю плечами. — Сможешь их взять с собой?

— Да? Маги? — Доржат пристраивается рядом. Идем вдоль стены из перевитого кустарника.

Сам шаман сейчас выглядит больше похожим на представителя этого магического направления, чем в первую нашу встречу. За спиной висит большой бубен, на плече и на боку две маски, с разным выражением. Сам одет в плотную такую одежду с навязанными узелками, перышками, камушками. То есть примерно так, как я себе и представлял бы шамана, если бы раньше с ними встречался.

— Да, все четверо, — киваю. Останавливаюсь и смотрю на шамана. Тот что-то прикидывает.

Потом морщится.

— Отсюда я всех не заберу. Сил не хватит, а делиться они не умеют. Тебя могу взять.

— Нет. — Качаю головой. — Тогда так. Ты отсюда куда планировал идти?

— В твой город планировал. Вдвоем бы к ужину бы дошли. Или завтра. Тебя бы делиться с Лесом научил бы.

— Черт! — замечаю, как к моим спутникам присоединяется, кажется, знакомая сигнатура в окружении еще пары новых человек. Хоть и видел ее всего раз, но все же. А мне еще метров пятьдесят до них идти.

Ускоряю шаг.

— Что случилось, Странник? — слегка удивляется Доржат.

— У моих спутников возможные проблемы, — очень сильно ускоряю шаг, почти до бега. «Вижу» сейчас не очень далеко. Еще до входа к Императору сильно сокращаю дистанцию Аспекта, с выигрышем в плотности, конечно же. Что сыграло хорошую роль в противостоянии в тот момент. Да и постоянное наличие чужих сигналов тогда отвлекало. Но сейчас нужно было вернуть все назад — не успел. И теперь не хватило мне расстояния заранее отследить проблему.

Доржат спокойно подстраивается.

Почти пробегаю это расстояние. Фон совершенно спокоен. Со всех сторон. Легкая ностальгия, какое-то столь же легкое веселье. Может я зря переживаю?

Сдерживаю шаг, и спокойно захожу в проход между зеленых живых стен парка к беседке.

Девушек развлекает незнакомый мне парень. Тоже в белом мундире лейб-гвардии. Вижу его только со спины. Но уже понимаю, что все же не тот, что был в парке. Может и показалось. Двое других, в таких же белых мундирах, слегка поддерживают разговор, но словно нехотя, будто чего-то ждут. Стоят и оттеняют телохранителей Ольги.

— Максим! — неподдельно радуется Ольга. — Позволь тебе представить брата моего друга детства! Никита Каменский.

Я успеваю сделать пару шагов к общей компании. А представленный как Никита делает один точный шаг назад и попадает мне на ногу, одним движением разворачивается, и задевает еще и щеку.

Было бы похоже на случайность, если бы не радость парня за пару секунд. Сразу же, как представляет меня Ольга. Радость-то я ловлю, но сделать ничего не успеваю — прямой агрессии нет, как и не было. Ускорение не включаю — слишком сил пока еще немного. Не восстановился. Нужно было хотя бы еще минут пять-десять.

Никита Каменский с удовольствием прокручивается у меня на пальцах ноги, и почти неспешно убирает свою ногу с моей. Делает шаг назад.

— Ой! Я такой неловкий! — холодно улыбается и с вызовом говорит мне в лицо. Двое других беломундирников оживляются и с интересом смотрят на меня.

Рыжая сразу же понимает подоплеку и почти делает шаг вперед, на что я с удивлением смотрю на нее. Да, по кодексу мужчины и женщины вполне равны в дуэлях. Но сейчас совсем не тот случай.

Глупо конечно, но работает же. А сигнатура просто очень похожа. Видимо в парке как раз был тот самый брат. Ну что же. Значит избежать не удастся.

Ольга тоже понимает ситуацию сразу же.

— И ты, и Александр больше в моем доме приняты не будете, — резко меняет настроение Прозоровская. В фоне мелькает что-то вроде сожаления от парня, но больше облегчения, что поручение, скорее всего выполнить получится.

— Дуэль, да? — не по форме, но по сути, усмехаюсь я.

— А вы, сударь еще и невежа! — с удовольствием говорит парень. — Конечно. Вот мои секунданты. — Кивает на двух именно с этой целью приглашенных офицеров.

— Корнет Неклюдов, — представляется правый.

— Корнет Грушецкий, — представляется левый.

— На холодном оружии, — продолжает Каменский. — Завтра на рассвете!

— Нет, Никита, — еще раз, ну что б уж заодно, фактически теперь действительно оскорбляю офицера. — Время назначаю я, раз уж такое дело. Сабли же предусмотрены в вашем обмундировании? — указываю на характерные крепления на поясе у всех.

— Да, — кивает один из секундантов.

— Ну, значит вас не затруднит одолжить мне одну. Время здесь и сейчас. Господа, как секундантов, прошу организовать нам дуэльную арену.

Офицеры переглядываются и «правый» быстро выходит из беседки.

— Никита, тебе не стыдно⁈ — Ольга с негодованием смотрит на офицера. — С каких пор ты подрабатываешь бретером⁈ Максим, он…

— Оль, ну что ты, в самом деле! — смеюсь. — Конечно он, наверняка, местный молодец и удалец, иначе в провокации смысла бы не было. — Отношусь к предстоящему действу с известной долей пофигизма. С учетом моего восстановления и ускорения я трудноубиваемая зверушка. А вот эти ребята об этом не знают. Но они, если смотреть в широком смысле, и отправлены всего-то для пристрелки. Это очевидно. Точнее был отправлен брат. Просто произошла небольшая рокировка. А вот время эта ситуация мне теперь дает.

— Клавдия Сергеевна, — спокойно смотрю на переживающую девушку. Она, конечно, этого не показывает, но фон-то я чувствую. — Нам это выгодно. Все хорошо.

Рыжая чуть кивает. Но фон почти не изменяется. А вот у офицеров ни капли сомнений. Мне даже интересно, как их мотивировали. Собственно, это у них и спрашиваю.

— Никита, а зачем вы вообще подписались на этот перфоманс?

— Мещанин, знай свое место! — спокойно, без пафоса, просто как констатацию проговаривает парень. — Радуйся, что я вообще принял твой вызов.

— Никита! — опять восклицает Прозоровская. Видимо она как раз своего знакомого с этой стороны не знает.

— Ну, один-один, — смеюсь. — Ты кто? Граф? Или барон? — Принимаю обращение на ты, отчего парня на самом деле начинает корежить. А вот это удивительно, конечно.

— Фамилии нужно знать, Рысев. — холодно бросает парень. — Виконт. — Нехотя все же отвечает и отворачивается к своему другу.

Пожимаю плечами. Конечно он мне на вопрос не ответил, но некоторую пищу для размышления дал.

— Максим! — Ольга не перестает волноваться. — Я срочно к распорядителю! Дуэль нужно прекратить! Она не по правилам! Никита — хороший фехтовальщик, а ты вообще по другой части!

Офицеры с насмешкой смотрят на меня. Хмыкаю тоже.

— Оль, — снова улыбаюсь девушке. — Спокойно. Вызов принят, все по кодексу. Ну а то, что господа офицеры, трусы, то это на их совести.

— Потом со мной, если от вас что-то останется, — холодно произносит секундант. — По кодексу имею право подменить. Я воспользуюсь. Возражения?

— Никаких, молодой человек. — вздыхаю. — Но все же причину я знать бы хотел.

Офицеры переглядываются. Но ничего не говорят. Ну и ладно. Не так важно. Понятно, что первичный интерес связан с братом Никиты Александром, раз друг детства, да еще, Император говорит, что причина связана с Прозоровскими. Тут все одно к одному. Но это, все же, не основное, думаю. Ладно. Это пустая дуэль предоставит нам главное — время. Сегодня уже никто больше вызвать на дуэль меня просто не сможет. Завтра — да, но не сегодня.

Оборачиваюсь к Доржату, что спокойно наблюдает за происходящим.

— Вы с нами пойдете? — спрашиваю. Офицеры чуть вздрагивают, похоже они только что замечают шамана.

— Нет, повеселись, потом сюда приходи. Я подожду. — Доржат спокойно оглядывает корнетов, улыбается, и делает шаг за зеленую стену. Я даже не удивляюсь, когда его сигнатура исчезает.

— Это же тот шаман был? — Ольга тоже только замечает ушедшего.

— Угу. — киваю. — Он вернется попозже. — Обращаюсь к Рыжей. — Я вас познакомлю.

Девушка чуть кивает. Ситуация ей не приносит вообще никакого удовольствия, но, думаю, скоро все закончится — просто «вижу» бегущего «правого» корнета.

— Наконец-то, Неклюдов! — выражает свое недовольство Каменский.

— Никита! Имей совесть! — восклицает «правый». — Это тебе не казармы! Дворец же. Нам это будет стоить гаупвахты! Мне распорядитель передал, что государь будет недоволен. Но все готово. — Оборачивается ко мне. — Извольте, сударь, следовать за мной.

— С удовольствием, — слегка киваю головой. Следую за парнем. — Ведите.

Со стороны наша компания, наверное, производит впечатление. Две очень красивых дамы с непроницаемыми лицами. Ольга и Клавдия их надели сразу же, как вышли от беседки. Я, в форме лицеиста, пусть и в богатой, поддерживающий разговор с магессами. Трое офицеров лейб-гвардии, в белой форме, смеющихся о чем-то своем, но со стороны тоже включенных в беседу. И двое охранников Ольги, идущие сзади.

Быстро доходим до дуэльных арен.

— Господа, — распорядитель уже нас ожидает. — Условия дуэли?

— Железо! — быстро произносит Каменский.

Распорядитель кивает.

— Сдайте амулеты, и в круг, будьте добры. Время у вас ограничено, господа. Применение магии фиксируется. Прошу.

Заходим в круг. Встаем друг напротив друга. Дожидаемся сигнала. Ничего нового, все так же как и в лицее. Только теперь сабли.

Никита вытягивается в выпаде.

Медленно-медленно. Как в сильно замедленной съемке. Ускорение, конечно же.

Конечно, если бы я остался на месте, данный выпад стоил бы мне жизни, но нет. Делаю подшаг внутрь зоны атакующего, и обратным движением сабли перерезаю парню сухожилия в районе локтя. Целители наверняка справятся, но не быстро.

— Магия! — орет секундант, когда Никита отскакивает держа неповинующуюся руку.

— Применение магии зафиксировано не было! — спокойно констатирует распорядитель. — Продолжаете?

— Да! — с вызовом кричит «левый» и влетает в круг.

Пожимаю плечами. Глупо, так-то. С другой стороны, может и нет. Я никаких стоек не знаю. Со стороны все на самом деле выглядит случайностью.

Каменского уже осматривает целитель. Интересно, что Ольга даже минимальной помощи не предлагает. Ее, действия Никиты, очень обижают, похоже.

Грушецкий встает в стойку, и с сигналом атакует вроде как руку. Но я вижу в замедленном, что парень уже внутри движения делает финт, и кончик сабли идет мне в корпус. Если бы я стоял, конечно, это было бы вполне смертельно. А так, парень, секунду спустя, отскакивает с абсолютно такой же травмой, как и его друг.

Идеально.

— Дуэль состоялась. — Распорядитель обращается к проигравшим. — Извольте принести извинения.

— Приношу свои извинения, сударь, — почти выплевывает Каменский. Парень ко мне совершенно равнодушен, а вот проигрыш магу, не применявшему магию, да еще и очевидно, не умеющему фехтовать сильно бьет по его репутации, наверное.

Второй офицер также сквозь зубы произносит слова извинений.

Вот и славно. Время выиграно, и цена заплачена небольшая. Следующие заходы будут очевидно серьезнее.

— Максим… — начинает Ольга. Когда я веду девушек обратно в беседку.

— Позже наверное, Оль. Сейчас не ко времени, — как бы охватываю кистью руки парк. — В гости пойдешь к Борису Владимировичу?

Ольга переглядывается с Рыжей. Та, кстати, собрана, и несмотря на легкую радость, очень внимательно смотрит за окружающим. Ну, с моей точки зрения, реабилитироваться ей не за что. Никто не мог предполагать, что хорошие знакомые Ольги станут заниматься такой провокацией. По мне это прямо-таки слишком простой размен от неизвестного игрока. С другой стороны, для теста может и нормально. Ведь их точно кто-то направлял. Вряд ли у меня просто паранойя. Ладно. Пока можно отложить. Сегодня они мне выделили фактически день, а завтра меня уже не будет в столице. Теперь только покушение по дороге — это максимум, чего можно ожидать. Но по этому вопросу все же попробую расспросить Доржата.

Шаман легок на помине. Он незаметно присоединяется к нашей группе.

— Доржат, — продолжаю прерванный разговор. И снова все только замечают шамана. Тот, похоже, развлекается таким образом, по крайней мере, веселье в фоне присутствует. Останавливаемся. — А если не в Смоленск, а рядом с городом, сможешь нас взять всех?

— Куда? — тут же спрашивает Ольга. Рыжая тихо жестом останавливает Прозоровскую.

Шаман игнорирует вопрос Ольги совершенно. Осматривает всех пятерых.

— Далеко? — уточняет у меня.

— Примерно километров тридцать-сорок. Два пеших перехода.

Доржат задумывается.

— А как я узнаю место?

Теперь задумываюсь я. Хотя…

— Там недавно сгорело очень много деревьев, Лес должен помнить эту боль. — неожиданно даже для себя, я нахожу неплохой способ описать недавнюю битву.

Шаман чуть погружается в себя.

— Лес не против вроде бы. — кивает. — Отведу.

— Оль, пойдем в гости! — улыбаюсь Прозоровской. Та смотрит на Рыжую и неуверенно кивает. Видимо Кошкина они уже успели обсудить.

— За мной идите. — Доржат обводит всех взглядом. — Не останавливайтесь четверть часа примерно. Меня не обгонять, по сторонам пристально не смотреть — мне будет сложнее. Ты, — обращается ко мне. — Идешь последним. По тебе смотреть за вами буду. Все понятно?

Киваем.

— Идем. — разворачивается шаман и делает шаг в расступившуюся зеленую стену растений. — Не отставайте.

Никто не отстал.

Вхожу в образованный растениями коридор последним. И со жгучим интересом. Я же вижу, как шаман обменивается энергией с Лесом. И зря Император говорит, что шаманы не маги. Маги, просто чуть другие. Как раз родственные больше менталистам и целителям. Может, конечно, не все — наблюдаю-то я только Доржата, но вот именно этот — маг.

И вот тут я понимаю один момент, который меня смущал очень долгое время. Да что там, все время пока я тут. Видимо не хватало материала для наблюдения. А вот последние пара часов, мне жизнь эти моменты предоставляет в каких-то запредельных количествах. Причем, вообще все три вроде бы разных способа взаимодействовать с реальностью. И менталиста редкой силы во дворце, и целителя на дуэли и вот теперь — шамана. Идущего сквозь Лес. Я даже не удивляюсь тому, что мой Аспект проникает за стены живого коридора как-то рвано. Словно я ощущаю пространство кусками. Очень похоже на аномалии в Пятне, конечно, только там пространство рвалось наоборот. Там я ощущал целое, а куски «проваливались», а тут как раз целого — только коридор.

Странные аналогии проносятся в голове, пока иду по живой галерее. Да еще эта ритмичность. Раз-два, пауза, раз-два, шаг. Мозг начинает подкидывать немного неочевидные идеи.

Начинает казаться, что классическая магия — это практически прямой способ влиять на мир, посредством приказов ему. Почти как физически. А вот три эти школы влияют больше на людей. Наверняка есть и другие школы, близкие к этим — вот чем хорошо поинтересоваться в архивах.

Менталисты, условно, влияют на разум, хотя и не совсем, судя по интересной ловушке в лицее. Целители — на тело, но тоже не совсем. У них же тоже полно техник связанных с эмоциями, или на грани с Разумом. А вот шаманы — те разговаривают с духами. А если вести аналогию дальше, то и с душами. И ведь тоже, не совсем. Доказательством — вот этот коридор.

Но что объединяет — их воздействие тоньше. Словно невесомее. «Цвет» их магиии как бы более прозрачный, что ли. Кажется, это должно было бы делать воздействия менее сильными? А нет. Скорее, это делает их более управляющими. То есть эти три направления, а скорее их больше, просто не со всеми познакомился пока, занимают управляющую позицию по отношению к классике. Потому и сложно переводятся, может быть, на язык конструктов. Это же получается попытка добиться более грубыми инструментами более тонких результатов.

В общем, нужно больше наблюдений.

Но сама идея меня радует. хоть какая-то определенность, с которой можно начинать как-то работать.

Наблюдаю за обменом магией Доржата с коридором. Чуть ускоряюсь. Пси уже есть. Срабатывает у меня интерес. В первый же раз так близко сталкиваюсь.

Пока идем, подбираю «оттенок» магии, которой обменивается с Лесом Доржат. Скорее всего, я тоже смогу это сделать, если он научит как. Разве что оттенок будет насыщенней. Так разреживать эту энергию я пока не могу. Но посмотрим, конечно.

Идем недолго, как шаман и предупреждал, минут пятнадцать.

Выходим где-то в лесу.

— Дальше начинается боль Леса, как ты и говорил. — Доржат выводит нас на довольно сухую, тихую полянку.

Я начинаю чувствовать лес вокруг, пространство, животных.

— Куда дальше? — спрашиваю.

— Туда! — машет рукой Доржат. — Тут рядом, но я чувствую чужую волю там. Настороженную.

— А! Точно! Секунду! — вытаскиваю переговорник. — Борис Васильевич, мы сейчас на территории поместья появимся, с гостями. Систему охраны сможете придержать?

— Как появитесь? — не понимает Кошкин.

— А шаманскими Тропами. — хмыкаю в переговорник. — Нас по просьбе Императора, и что бы не множить проблемы вот таким образом нас доставили. Придержите защиту?

— Конечно. Все здоровы? А то Клавдия Сергеевна со мной говорила несколько задумчиво, и скрывая что-то.

— Ну там были моменты, — не скрываю почти. — Но мы уже рядом, лично через минуту будем. Может, так лучше будет рассказать?

— Согласен. Все, я сделал. Жду.

Смотрю на Доржата. Тот совершенно индифферентно прислушивается к Лесу. На нас ему примерно все равно, как мне кажется.

— Доржат? — обращаюсь к шаману.

— Да, Рысев Максим, можем идти. Я чувствую изменился там выход, — подтверждает слова Кошкина Доржат. — Так же идем. За мной, и недолго. Отсюда, до центра боли, а тебе же туда, правильно? Пара десятков вздохов.

Все сосредоточенно кивают. Я же чуть усмехаюсь про себя. Уж больно странное зрелище мы сейчас представляем собой.

Обе девушки наряжены в платья для приемов. Да, неброские, но идеально оттеняющие их красоту. С длинными юбками, с оголенными плечами. Да, при выходе из дворца они надевают накидки, но все равно — эта одежда праздничная. Пусть и специально простоватая — Император показной роскоши не любит, так что приходится изворачиваться. Уверен, что понимающие оценили бы ткань, кружева, или украшения. Вот кстати и цветок подаренный замечаю на Ольге. Раз не морщилась у Императора, тот к ней хорошо относится. Ну это ладно.

Ну вот. То есть дамы в платьях для приемов. Телохранителям и мне чуть проще, те сразу одевались с прицелом на действия, а у меня лицейская форма изначально предусматривает некую универсальность.

Но все равно. Стоим сейчас посреди леса, вот в этом всем. Разве что на Тропе, как припоминаю, не было ничего, за что можно было запнуться, зацепиться или провалиться. Так что наряды дам не страдают совсем. Но знать-то об этом они не могли.

Вообще, я сейчас понимаю, насколько девушкам интересно просто побывать на Тропе. Редкость. Ну не контактируют, получается, шаманы с магами. Или контактируют, но не особо плотно. Так что никто даже вопроса не задал. Даже не уточнил ничего. Показательно.

Доржат открывает тропу, и мы гуськом, как и прошлый раз, идем за шаманом.

Действительно, пара минут, и мы появляемся на берегу озерца, на заднем дворе усадьбы Кошкина.

Дамы оглядываются.

— Нам вон туда, — Рыжая с улыбкой показывает на усадьбу Ольге. — Пойдем, скорее!

Хм, а ведь девушки сошлись характерами, кажется.

Идем уже никуда не торопясь. Мы с шаманом замыкаем группу.

— Доржат, а ты в любое место Тропу можешь простроить? — спрашиваю. Мне интересно. Действительно странный, но познавательный опыт.

— В любое? Нет. Я же говорил. К твоему царю не могу без приглашения. А так — где есть Лес, туда могу. Может отдыхать по пути буду, но могу.

— А в Степь, например, или в Пустыню? — уточняю.

— Нет, там свои Пути. Я их не знаю. Может знают те, кто живет там? У них спрашивай. — Шаман с интересом смотрит по сторонам. В фоне легкое неодобрение, и что довольно удивительно, пренебрежение. Но он его не показывает. Вроде как каждый живет как хочет. Но эту реакцию стоит запомнить. Хм.

— Здравствуйте, Ольга! — встречает с радостью нас сам Кошкин. Компанию ему составляет молчаливый крепкий слуга. Тот, который меня и нашел в доме после атаки. С Кузьмой я практически не встречался за эти несколько дней.

Наставник обращается к нам с Рыжей.

— Семен поехал вас встречать, там еще группа охраны осталась в городе, но так значительно лучше. Значительно!

Кошкин сильно рад, но внешне тоже не показывает. Спокойно сопровождает нас в усадьбу.

— Оль, пойдем. Тебе будут сейчас комнату готовить, — встречающая служанка понимающе кивает и убегает наверх, — а я покажу тебе дом, хорошо? — Берет в оборот Ольгу Рыжая. Прозоровская совершенно не против. Но Стас уже связывается амулетом с кем-то, так что я думаю визит будет не на несколько дней, а вполне себе до вечера. Но ничего, встретятся чуть позже в менее странных обстоятельствах. А сейчас нам бы всем обсудить результаты, и чуть скорректировать понимание. Для этого, как я понимаю, Прозоровская и принимает приглашение. Ну и для того, чтобы пройтись по Тропе, естественно.

Стас с Павлом здороваются с Кошкиным. Тот тоже рад их видеть. Делает им знак размещаться и поворачивается ко мне.

— Максим, задержитесь, пожалуйста. — Просит наставник.

Чуть пожимаю плечами,

— Конечно. — остаюсь в холле.

— Как вы добрались? — Кошкину на самом деле интересно.

— Тропой шаманов, — улыбаюсь. — Я ж говорил. Предложил девушкам, они не смогли отказаться.

— Интересно как, — качает головой маг. — Я бы тоже не отказался. А как на нее смогли попасть?

— Так с помощью Доржата, — пожимаю плечами, и понимаю, что на шамана-то я опять не обращаю внимание с улицы, да и не только я. Оглядываюсь. Сигнатуру я теперь ощущаю опять. — Пойдемте, Борис Васильевич, я вас познакомлю.

— А как он…

— А, не спрашивайте. — чуть машу рукой. — Это толи его личное умение, то ли навык. Его постоянно теряем из виду, если он не хочет. И как его только османы тогда смогли поймать? — удивляюсь.

— Без сил я был тогда, и всех домов духов меня лишили. Бывает. — Доржат оборачивается. Мы как раз заходим в оранжерею. — Красиво у тебя тут, маг. Только вот это дерево высади в лес. Оно тут себя пленником чувствует.

— Высажу. Оно как раз, действительно, постепенно умирает, и мы не знаем, что с ним делать. Спасибо, — кивает головой Кошкин. — Кошкин, Борис Васильевич, — сам представляется шаману. Хотя по-идее, Доржата должен был я представлять учителю. Но, кажется, у наставника есть опыт взаимодействия с такими товарищами.

Шаман киваает.

— Можешь звать меня Доржатом. Ученик Филы, — улыбается шаман. — Знаем мы тебя. Фила иногда вспоминает.

Удивленно смотрю на Кошкина. А вот он совсем не удивляется.

— Фила — это Анатолий Филафеевич, мой учитель на пару лет, бывший. — Поясняет мне. — Они его так все называют, или называли. Я не знаю что с ним. Он ушел, и я давно о нем ничего не слышал.

— Фила далеко, маг. Как вернется — услышишь. — Пожимает плечами шаман. Обращается ко мне. — Ты в Пятно когда пойдешь?

— Будьте моим гостем, на сегодня. — Отвечает за меня Кошкин. — Нам нужно всем обсудить небольшую проблему, и потом я отпущу с вами ученика. Ему полезно будет по вашим Тропам походить. Но позвольте вопрос.

— Задавай, маг, — кивает шаман. — Духи говорят, что ты неплох, по сравнению с остальными.

— Спасибо, — с легкой иронией говорит Кошкин. Я замечаю это, только потому, что наблюдаю фон постоянно. — Вы в Пятно, как я слышал, пойдете?

— Ну ты же слышал, — удивленно смотрит на наставника шаман. — В Пятно.

— А меня с собой возьмете?

Шаман замолкает на минуту.

— Нет, ты сильный для меня. Тропа тебя надолго не поднимет. Да еще и заметный очень. Нам тихо надо будет идти.

— А если вот так. — Кошкин пропадает в видимом диапазоне. Похоже, активирует один из амулетов невидимости.

— Так — лучше. Но Тропа не поднимет все равно. Хотя… — наклоняет голову набок. — Амулет дашь?

— Один? Один, дам. — кивает появившийся Кошкин. Потом с той же, еле читаемой иронией добавляет. — А так Тропа поднимет?

Шаман шутку не понимает, или просто не хочет понимать. В фоне абсолютное спокойствие.

— А тебя, — шаман кивает на меня, — он поведет. Я научу держать Тропу. Открыть он не сможет конечно, а вот держать — да. Так Тропа — поднимет.

Снова встречаемся все за столом. Кроме Доржата. Не хочет идти в усадьбу и остается побродить по окрестностям.

— Максим, — обращается ко мне наставник. — Наверное, стоит начать с вас? Как того человека, который нас объединяет.

— Конечно, — пожимаю плечами. — В кратком изложении все выглядит примерно так. Я предложение Императора принял. Боярскому роду быть. Название конечно же, я не выбирал, сроки тоже, но по основным моментам с Императором мы договорились.

Прозоровская чуть кивает головой. Её этот вопрос тоже очень интересует.

— Кроме того, Император обговорил момент о снятии опалы с Рода Кошкиных. — Слегка усмехаюсь. — Еще изволил заметить вас, Клавдия Сергеевна. Ну и позволил себя убедить в существовании ксеносов. Правда, поддерживать без доказательств он нас будет только как частное лицо. Вот примерно перечень тем, о которых мы разговаривали с Михаилом Александровичем. — И с лёгкой иронией, которую сможет прочитать разве что тот же Кошкин, добавляю. — Император разрешил мне называть его по имени-отчеству.

Интересно, что новость про опалу Кошкин принял абсолютно спокойно. Даже индифферентно. Похоже, этот момент он давно уже проживает. А вот Рыжая, новость про то, что её заметил Император, принимает с большим удовольствием. С другой стороны, это и понятно. Совсем недавно Рыжая была всего лишь бывшим офицером с границы. Не привыкла ещё. Хотя с Кошкиным, привыкнет обязательно. Наставник, похоже, раньше был довольно заметный персоной дворцовой жизни. И я не удивился бы, если эта персона была скандальной.

— Максим, — Задает вопрос Эльвира Леопольдовна. — Не подскажете, как проходил ваш разговор? Это не праздный интерес.

— Да особо ничего интересного, он пригласил нас с Ольгой, — кидаю взгляд на Прозоровскую. Ольга на мои слова немного улыбается. И из фона чувствую лёгкое предвкушение. — Предложил присоединиться к чаепитию. С интересом выслушал рассказ Ольги. Потом мой, по поводу, так называемого, подвига. После чего, создал ситуацию, в которой мы с ним оказались без свидетелей. Там вопрос образования Боярского Рода и решился.

— Да, это понятно, — говорит Эльвира Леопольдовна. — Меня больше интересует, какие были чашки в сервизе и какой чай вам предложили. Ну и ещё. Интересует, были ли предложены пирожные к этому чаю.

Вообще неожиданный интерес. На секунду ныряю в глубь себя. Быстро просматриваю картинку встречи.

— Вот чашки были из тонкого фарфора с красноватым рисунком. Если вас интересует рисунки — то там какие-то сценки из жизни людей. — Дама на каждое перечисление кивает. — Точнее я вам не скажу. Просто потому, что такие рисунки я видел в первый раз в жизни. Я не знаю с чем это ассоциировать. Чай был чёрный с травками, вполне вкусный. Но я не разбираюсь. Ну и пирожные подали Ольге.

— Ах как жаль! — Эльвира Леопольдовна слегка улыбается. — Вы пропустили львиную долю удовольствия от приема. Так как мелкие знаки внимания от Императора — общеизвестны.

— Например? — Удивляюсь я. В фоне от Ольги доносится лёгкое веселье.

— Например, чашка лёгкого фарфора с рисунком из героического эпоса новгородцев, Императором применяется в случае награждения отличившихся военных. А в красноватых тонах там только один сервиз — сказка про Садко. Чёрный чай говорит о личном интересе к проблеме, практически домашнем. Еда — о расположении. Видите, — Дама легким движением руки указывает на Прозоровскую. — Ваша спутница понимала все с самого начала. А вот вам, видимо, пришлось все проговаривать. Жаль, что этот момент мы не успели с вами обсудить. Но кто же знал, что государь так близко воспримет ваш визит. Просто принято подобные вещи считывать сразу. Думаю, Михаил Александрович повеселился, когда объяснял вам тоже самое, но обычным языком.

— Ну, он порадовался моей непосредственности. — Хмыкаю глубоко про себя. — И даже изволил смеяться в голос.

— Поздравляю вас, Максим, — вполне серьёзно говорит Эльвира Леопольдовна. — Сказка о Садко, это предложение Императора о беседе, подспудным смыслом которой была бы идея, что человек не должен стремиться к богатству, а тем более хвалиться им. Видимо, разговор вы в этом контексте и выдержали. Раз император остался доволен беседой — значит потенциал у вашей встречи огромен.

Ну да, ну да, а его атака — это просто маленькая шалость. Конечно. Но разубеждать даму в её лучших чувствах, даже не собираюсь. Просто потому, что судя по наблюдаемым действиям, оппоненты у императора ещё хлеще. Они даже не договариваются.

Видимо, что-то такое, все-таки, на секунду мелькает у меня в глазах. Так что Кошкин мгновенно с вопросом поднимает на меня взгляд. Чуть пожимаю плечами, и покачиваю головой. Совершенно лишнее.

— Что же, эту информацию мы в наших уроках тоже возьмём, получается. — Дама словно ставит у себя в голове в галочку.

Киваю, подтверждая. Но вообще, странно. На какие мелочи люди готовы раскладывать такие визиты. А вот я бы, пожалуй, от новых подобных посещений держался бы в будущем подальше.

— Максим, — говорит Кошкин. — Самое главное, что Император признал важность вашей информации о ксеносах. Пусть и не официально. В любом случае, даже при минимальных доказательствах, его возможности несоизмеримо больше, чем наши вместе взятые.

А вот тут, я не особо уверен. Есть у меня лёгкое подозрение, что начальные гнезда, которые ещё не меняют пространство на своей территории, маги действительно зачистят легко.

А вот что будет, если вдруг они попадут в ситуацию, когда их магия не действует? Ведь фактически, в своем мире, я наблюдал гнезда, где не работал порох, например. Да, это были не центральные гнезда. Но они были. А изменения силы тяжести, плотности и состава воздуха, температурного режима — были практически в каждом втором гнезде среднего уровня.

Единственное, что везде работало — это пси, и внутренние возможности человека. Поэтому, я все равно переживаю, что в этом мире, возможно, есть уже места, где местные люди будут полностью беспомощны. И проверять это надо. А вот давать бесконтрольно псионику местным магам стало бы ошибкой.

Первое же, что они сделают, это попытаются уничтожить своих оппонентов. А вовсе не станут развиваться для уничтожения ксеносов. Всё же тут общемировой угрозы не наблюдается. А без этого, хоть какой-то общий фронт выстроить не получится.

Местные уже привыкли к Пятнам. Так что алгоритм для гнёзд будет такой же. А ведь это ошибка. Гнезда вполне могут развиваться на очень небольшой территории. Основное — они могут развиваться. То есть, просто блокировать, выкачивать ресурсы и постепенно защищать территорию — путь к поражению. В какой-то момент гнездо принципиально эволюционирует. А время может быть упущено.

Какой из этого следует вывод? А простой — мне нужно искать таких союзников, которых я смогу обучать. И проще всего, неожиданно приходит мне сейчас мысль, делать это внутри Рода. Под клятвы. И самое странное, что скорее всего, я был неправ, когда думал, что маги псионику не примут.

Те кто живёт магией, родовые, сильные — те да, не примут. А вот те, кто учится недавно, кто ещё помнит себя обычным человеком. Кто не сможет никогда подняться до высот магии, просто в силу физических ограничений и у кого есть нормальные моральные рамки — те примут. Особенно, если им показать возможный результат. И даже, может быть, смогут хорошо прогрессировать. Ведь большую часть удачных стечений обстоятельств, которыми воспользовался я, все-же можно воплотить при моем контроле и контроле хорошего целителя. Плюс зелья.

Интересно, что эта мысль, мне приходит сейчас, после посещения Императора. Все же где-то на подкорке, похоже, была идея, что государство не может игнорировать такую опасность для своего существования. Нет. Получается может.

Ведь знал, точно знал. Но где-то внутри — не верил.

Бросаю взгляд на наставника. А ведь примерно таких магов, Кошкин изначально искал, получается. Ну, судя по описанию его бывших учеников. Только у него критерии пожестче — и цель чуть банальнее. А вот мне, кажется, подойдет значительно большая выборка. И я, кстати, довольно точно знаю, кто сможет стать ее основой. У меня уже около десятка человек вполне есть — я даже контракты им обнулил. И выкупать не нужно. Только заинтересовать. А с образованием боярского Рода, я еще и вне конкуренции с социальными лифтом для них буду.

Только структурировать обучение псионике и показать плюсы владения пси. Пока это неочевидно. Да и клятвы я пока что накладывать на уровне своей Печати не могу. А с местными менталистами — это просто необходимость.

Неожиданное озарение. И вроде бы, намечающийся выход из кризиса.

Так, хватит пока. Я выпадаю из разговора секунд на десять. Но вроде бы, ничего важного не пропускаю.

— … Извини меня, Максим! — произносит Ольга.

Я тут же возвращаюсь в реальность. Все же найденный возможно выход меня как-то окрыляет, что ли.

— За что, Оль? — удивляюсь.

— За Каменского и его друзей. — Ольга на секунду замолкает. Кошкин с интересом слушает — он, кажется, уже в курсе истории. — Я не понимаю, что нашло на Никиту. Он очень предупредительный мальчик был. Чуть младше брата, но все же. С удовольствием посещал наше имение. Как он мог пойти на подобный поступок — я не понимаю.

— Оль, тебе не за что извиняться, — хмыкаю. Я-то слегка понимаю, почему именно эти господа, и почему именно я. — Ты в этой ситуации тоже пострадавшая в каком-то смысле.

— Как это?

— Ну, Каменский, с его точки зрения, тебя спасал из лап зарвавшегося мещанина, — усмехаюсь. — Он даже почти прямым текстом это проговорил.

— Не поняла? — удивляется девушка.

— Оль, извини за ненужный интерес, но ответь на вопрос, пожалуйста — не было ли у Прозоровских желания или договоренности породниться с Каменскими? Я посмотрел, тоже захиревший, но богатый боярский в прошлом Род — никакого ущерба чести.

— Максим, я удивлена вопросу, но да, были, лет десять назад. До того, как оказалось, что дети Каменского — не маги. Мы же дружили даже.

— Ну вот и ответ. Думаю кто-то им вложил в голову мысль, что я окрутил, одурманил тебя. Они пришли тебя спасать. — Пожимаю плечами.

— Я не давала повода Каменским что-то себе там придумывать! А тем более вмешиваться в мою личную жизнь! — вспыхивает девушка.

— Ну, я же говорил, что ты тоже пострадавшая. Кстати, как и Каменские, оба, — пожимаю плечами. — Я вообще сомневаюсь, что Никита себя особенно контролировал, все же провоцировать неодаренному мага — нужно быть не робкого десятка. И ведь в принципе, неплохо рассчитано — дуэль на железе. Если я не соглашаюсь — ущерб чести, породниться с Прозоровскими не смогу, приму вызов и проиграю — так не факт, что откачают, тоже плюс. Приму вызов и на арене применю магию — тот же ущерб чести. А маги традиционно на железе не большие мастера. Так что шансы были. Мою победу в расчет не брали, определенно. Кто-то воспользовался идеей вашего Рода, которую ты мне тогда рассказывала. Пусть и не до конца.

Ольга вспыхивает.

— Но ведь Император против!

— А они об этом знают? Не думаю, — развожу руками. — Твоих друзей детства использовали втемную. Причем похоже, что тонко — для причинения ущерба твоему Роду. Думаю, что узнали о каких-то договоренностях с Императором, и что я их часть. Причем о смысле договоренности — не знали, иначе били бы наверняка. Извини.

— То есть ты думаешь мальчики не виноваты? — немного растеряно говорит Ольга. За столом на удивление тихо. Вообще все собравшиеся, ну, может, кроме Эльвиры, довольно по-доброму относятся друг к другу. Все, кроме той же Эльвиры, уже успели побывать в общем бою, что тоже сближает. Так что все с интересом следят за историей Прозоровской. И не перебивают меня, слушая мою точку зрения на случившееся. А Кошкину вся история еще и интересна.

— Почему? — удивляюсь. — Я так не говорил. Решение-то они принимали сами и попытку еще и повторили. Я не говорил, но этих попыток было две. Про первую мне император сообщил. Просто первую мы видели мельком. Там не повезло старшему Каменскому. — На этих словах Рыжая улыбается не скрываясь. Черт, значит что-то заметила все же. Нужно узнать что. — Тот офицер в парке — это, почти наверняка был именно Александр. Но решение приняли, друзей-свидетелей нашли. Да и шел Никита именно убивать. Ну а то, что у них были высокие цели предположительно, так это для меня не оправдание — убивать-то шли именно меня.

— И что делать?

— С ними? Ничего. Наказание, считаю, адекватное. Вот наставник, — киваю на Кошкина, — знает, что зверушка я трудноубиваемая. Но они не знали. И шли именно убивать недоучившегося мага-мещанина. Так что виновны. — пожимаю плечами. — Но я их ущербом удовлетворен. А вот что делать? Ну, смотри. Прошло всего пара часов, так?

— Так, — кивает Прозоровская.

— Вот. Сейчас они от целителя в императорском дворце уедут на гаупвахту. Ну, несколько я понимаю скорость восстановления тканей, думаю, что еще часа через два, правильно? Сухожилия, Оль, ты у нс тут единственная, кто целителем является квалифицированным.

Прозоровская мгновенно собирается. Словно переключает тумблер. Быстро анализирует увиденные повреждения.

— Да, ты примерно правильно определил время на первичный прием, если нужно качественно, а не на поле боя.

— Ну, опыт лицея, да. То есть в императорском лазарете с ними точно ничего не случится — никого чужих туда не пустят, — киваю на слова Ольги. — А вот дальше. Оттуда они поедут на гаупвахту в казармы лейб-гвардии. А те заметки, что мне попадались в периодике, по поводу данного полка, говорят о том, что там — проходной двор.

— Ты думаешь, что им что-то будет угрожать? Почему ты мне это рассказываешь? — не понимает Прозоровская.

— Оль, ну ты чего? Это же не против тебя или меня играл кукловод — против твоего Рода. А обработаны неодаренные, причем родовитые. Там остались следы. Следы от ментального вмешательства остаются от любого, уж я то знаю, — намекаю на свою историю, хоть о ней и знает из присутствующих в подробностях только Кошкин. — Он, или его люди обязательно вернуться, что бы следы убрать. Младшего Каменского обрабатывали впопыхах, скорее всего. Вряд ли был расчет, что старший не справится. Так что точно вернутся, даже не сомневайся. Вам бы человека поставить, или как-то по другому пронаблюдать за этими дятлами. Сможете вычислить, кто против вас играет. Я могу Матвею набрать, но он скорее всего сейчас еще занят. Времени прошло немного, да и тогда вы данные не получите. Так что Оль, у вас часа полтора-два на организацию. Потом будет точно поздно.

— Ты думаешь их могут убить? — волнуется девушка. Как бы то ни было, а это ее друг детства.

— Честно? — хмыкаю. — Сомневаюсь. Хотя это, конечно, самое простое. Они неодаренные, но все-же родовитые. Так что проще, конечно убить, но проблем можно обрести, так что скорее постараются зачистить следы вмешательства. Не знаю как это делают менталисты, но уверен методы есть. Может амнезию какую им устроят за всю прошедшую неделю, что б не было понятно с кем они контактировали. Например. Ну это просто варианты. Важно, что сейчас они под присмотром, а вот потом — вы сможете поймать злодея.

— Я прошу меня извинить, — Ольга обращается ко всем присутствующим. — Я действительно должнна сделать несколько вызовов.

Кошкин кивает, и Прозоровская покидает столовую.

— Максим, вам в аналитики идти нужно, — замечает Эльвира Леопольдовна. — Кроме вашей реализации как мага.

— Император предлагал, — Кошкин внимательно на меня смотрит. — Но сказал, что ими эта идея признана не состоятельной — из-под палки я работать не буду. — Хмыкаю опять. — Думаю, что они тут были правы.

— Много интересного я сегодня услышал, и еще услышу, думаю. — Кошкин чуть-чуть подмигивает Рыжей. Эльвира Леопольдовна с удивлением смотрит на это проявление эмоций. — Эльвира Леопольдовна, — почти улыбается маг. — Я уже вырос.

Дама тоже почти улыбается Кошкину. Даже с каким-то умилением, что ли. Внешне незаметно, но фон выдает все. Понимаю, тут скорее отношение, как к члену семьи. Да скорее без «как», да и дама наверняка под клятвами опять же. Хорошо.

— Клавдия Сергеевна, — снова поворачивается к Рыжей. — С сожалением вынужден оставить вас на время. Думаю, к завтрашнему вечеру я вернусь. Провожу ученика, — кивает на меня, — в Смоленск-2, и обратно.

Кошкин формально говорит правду. Но я уверен, что ситуацию он прекрасно понимает.

— Располагайте слугами, прошу вас.

— Борь, без тебя не поеду на примерку. Если опоздаешь — имеешь шанс познать мой гнев! — тихо смеется Рыжая. С маской она расстается сразу же, как прибываем в поместье. Девушка что-то, кстати, чувствует, в фоне недоумение и легкая тревога.

— Да, дорогая. Я помню, насколько важен для тебя этот заказ. Я буду. Даже не переживай. — Оборачивается ко мне. — Максим, кроме координирования позиции по Роду и нашему общему делу мы будем еще задерживаться?

— Нет, Борис Васильевич. Предлагаю выходить. Только у Доржата стоит уточнить, сколько времени займет путь.

— Он не ответит, Максим, я примерно понимаю, как они мыслят. Все в их традиции зависит от многих условий.

— Ну, сколько сюда идти, он довольно точно определил. — Вслед за Кошкиным встаю из-за стола и прощаюсь с Рыжей и Эльвирой.

У выхода нас уже поджидает молчаливый слуга с небольшим заплечным ранцем. Тянусь к нему.

— Нет, Максим, это мне, — усмехается наставник. — Судя по тому, что я услышал от Доржата, меньше всего в пути устану я. Идите. У вас своя задача.

Слегка удивляюсь, но ладно.

— Амулеты я взял, всем троим. Вы свой защитный проверили?

— Да. Кристалл полон, Все нормально.

— Ничего, запасные кристаллы я тоже взял. Вроде бы мы неплохо готовы, как думаете?

— Не уверен, Борис Васильевич. Я же не знаю, что вы с собой собрали, — качаю головой я. С собой у меня только пара десятков металлических шариков на поясе — я уже научен их не забывать, и набрал с запасом. Ну и, естественно, негатор в виде наручников. Очень пригодится, я уверен.

— Максим, маг должен быть самодостаточен, не забывайте недавний экзамен. В ранце просто пайки и одеяла. И по-мелочи немного разного. Ничего лишнего. На стоянке — будете снова организовывать лагерь. Вряд ли мы будем ночевать рядом с Гнездами. Думаю в поясе в первом-втором шаман остановится. Все же идти ночью уставшими не очень хорошая идея, несмотря ни на какие амулеты. Согласны?

Доржата находим почти там же. Он, видимо возвращается со своей прогулки. Или вообще никуда не ходит — я его постоянно теряю из виду.

Шаман совершенно не удивлен, словно знает, что мы идем. Хотя, может и знает.

— Максим. — без предисловий обращается ко мне. — Ты можешь похожую на мою силу выдать вовне, правильно? Я так почувствовал?

— Да, — киваю.

Кошкин с интересом бросает взгляд на меня, но пока ничего не говорит.

— Тогда давай руку, — требовательно протягивает ладонь.

Спокойно даю свою руку. И тут же чуть не одергиваю от резкого пореза костяным клинком. Порез тут же закрывается.

— Это что бы дух тебя узнал. — поясняет шаман.

Быстро снимает мою кровь с клинка небольшой кожаной ленточкой, и сразу же наматывает ее на мою руку.

— Все. Будешь давать силу этому духу, а я там уже все сделаю. Несложно. Сможешь? — требовательно глядит на меня.

— Конечно, — нехитрое дело, в общем-то. А вот как он углядел, что я пытался подобрать оттенок магии к его, мне интересно. Хотя, скорее всего скажет, что духи нашептали. — А я смогу научиться открывать такие Тропы? — киваю на появившуюся тропинку. Я точно знаю, что тут ее не было — тут же все выгорело три дня назад до песка почти.

— Увидел, да? Молодец. — кивает довольный шаман. — Когда Лес слушать научишься лучше — сможешь. А ты не сможешь. — оборачивается в Кошкину. — Ты Лес не слышишь. Он, — снова кивает на меня, — да. Только плохо пока. За мной пойдешь, — смотрит на наставника.

Кошкин кивает.

— С Тропы не сходить, магию не творить. Станет сложнее — дольше идти будем. — снова смотрит на меня. — Как сегодня, идешь сзади. Силу в Дом духу подавай постоянно. Не бойся ошибиться. Он не сильный, много не возьмет. Но на удержание Тропы для твоего учителя хватит. Понятно?

Киваю. Вроде все просто, да и магию подаю спокойно в бусину. Не знаю, на счет слабого духа, но восстанавливаю я магию медленнее, чем жрет шаманский подчиненный. Но часа на три меня должно хватить.

На Тропу встает сначала шаман, потом Кошкин. И в этот момент я понимаю его слова про то, что из нас сильнее всего устану именно я. Видимо у наставника был опыт.

На меня словно падает небо. Пусть и ненадолго — резко становится тяжело дышать. И ощущение давления со всех сторон. Будто я шарик под водой, а через маленькую дырочку выпускаю воздух из себя. Как раз ту самую магию — в Дом духа. Ощущение проходит через пару секунд. Но образ поселяется в голове, и становится даже местами забавно. Ну, когда начинаю привыкать и отвлекаться на разное.

Идем довольно долго. Но в этот раз проверять Аспектом, что происходит за рамками Тропы я не рискую. Просто потому, что после первой же проверки, на секунду траты магии увеличиваются кратно. Доржат даже оглядывается и с веселым пониманием кивает головой. Значит, он мои попытки смотреть вовне Тропы, очевидно, еще в прошлый раз отследил.

Хорошо. Сворачиваю Аспект до размеров видимого коридора. За этим тоже приходится внимательно следить — слишком уж я привыкаю полагаться на этот талант.

— Здесь заночуем. — Доржат останавливается на поляне.

Вокруг давления Пятна нет даже близко. Обычный лес, с обычной живностью, которая прыскает в разные стороны, при появлении нас на поляне.

— Далеко до Смоленска-2? — уточняет Кошкин.

— Нет. — вообще ничего не поясняет шаман. Садится под дерево и замирает.

— Максим? — оборачивается ко мне Кошкин. — Силы остались?

Прислушиваюсь к себе.

— Не очень, но на лагерь хватит. До Пятна далеко еще. Я его не чувствую, так что просто пугалки и сигналку. — учитель кивает моим словам.

— Делай.

В Пятно входим рано утром. Это измененное пространство хорошо чувствуется на Тропе. Становится намного сложнее держать Кошкина. Впрочем, примерно так же, как когда я Аспектом пытался «посмотреть» за границы живого коридора. Так что, к внезапно свалившейся тяжести привыкаю очень быстро. И, в принципе, некоторое время идем в таком, тяжелом для меня режиме.

— Дальше пойдем без Тропы. — Встает на месте в какой-то момент Доржат. — Близко мы. Духов надо звать.

Выдыхаю. Очень хотелось бы, конечно, научиться такому способу передвижения. Но ограничения прямо-таки приличные. Хотя… Если, конечно, одному… И, скажем, только по Евразии — то нормально. Лесные массивы, по идее, тут пересекаются. Но ладно, мечты, мечты.

— Сколько еще? — уточняет наставник. Кошкин очень напряжен, и я его понимаю, все-таки мы сейчас, судя по давлению, поясе в втором, или даже, ближе к третьему. Разное может повстречаться. А он, фактически, из магов тут самый опытный. Ну, это так, но есть нюансы.

— Не знаю, — честно отвечает шаман. — Лес перестает говорить в получасе отсюда. Наверное нам туда.

Мне на секунду видится, как шаман словно раскрывается прозрачным вороном, и огромная птица улетает в небо.

Доржат на секунду замирает, потом требовательно поднимает руку вверх.

На предплечье шаману неожиданно пикирует довольно мерзкая полупрозрачная птица. То есть сквозь оперение видна частично вся требуха. Да и птица сама, то становится совсем прозрачной, то мутно-красной, в общем неприятно. А внешне как раз напоминает ворона, или ворону — небольшой у птицы размер.

Похоже это и есть прозрачный ворон, на который мы в свое время приходили охотиться. Тогда не до рассматривания птицы было, а вот сейчас, вживую, впечатление, конечно, так себе. Вокруг птицы мерцает дымка. Что-то мне подсказывает что как раз случай одержимости я сейчас и наблюдаю. Просто из птиц в этом поясе воронов проще всего найти. Остальные встречаются еще реже. Не любят птицы глубину Пятна.

Ворон тоже замирает и у Доржата с птицей происходит бессловесный такой диалог. Буквально на пару минут, глаза в глаза, прозрачные только почти.

Кошкин с интересом наблюдает. Я тоже. Вокруг крупных животных нет, это я чувствую довольно неплохо. Но пока что резких движений не делаю, чтобы не сбить настрой шамана. Не просто так он птицу себе на руку сажает же.

Наконец ворон взмахивает полупрозрачными крыльями и взмывает вверх.

— Ждем. — Доржат садится на землю прямо там, где стоит. Вытаскивает из-за спины бубен.

— Долго? — деловито осведомляется Кошкин.

— Нет. Полчаса, не больше. — после чего окончательно замолкает.

Шаман вытаскивает колотушку, берет поудобнее бубен. И сильно ударяет в центр круга.

Звук разлетается плотный, словно даже заметный. Ну мне правда кажется, что от бубна ушла волна искаженного воздуха. Мгновение, не больше. Хотя, конечно, пора бы привыкнуть, что ни разу еще не было, чтобы мне просто казалось. Скорее всего, я эту волну именно «вижу», пусть и сконцентрироваться на ней даже с ускорением не получается.

Шаман замирает.

Кошкин кивает своим мыслям. Снимает ранец с плеч.

— Максим, мы тут на какое-то время. Последите за периметром — у вас лучше моей сигналки получится. — Наставник выставляет паутинку совершенно незаметно. И с очень малой вложенной магией, видимо, чтобы не провоцировать никого.

Киваю. Достаю негатор и защелкиваю на руке. Нет, в ближайшее время мне моя магия не особо поможет. А вот пси — вполне.

Из поясной сумки вылетают четыре шарика. Их Кошкин замечает, одобрительно кивает своим мыслям, но опять ничего не говорит. Вот и славно.

Концентрируюсь на окружении. Дистанция с надетым негатором вырастает рывком, и на пару секунд я полностью погружаюсь в сигналы.

Крупных животных вокруг нет, а вот мелкая группа белок очень даже спешит к нам. Видимо, где-то мы заметны. А для этих зверюшек люди уже давно не повод убегать, а скорее несколько десятков килограммов вкусного обеда. Особенно, если этих людей мало.

Тварюшки бегут по деревьям, и до контакта еще около трех минут. Но меня это даже близко не пугает. В своем Аспекте я уверен. А здесь нет никого, от кого нужно скрываться любой ценой. Да и стая всего в четыре особи. Сейчас это даже не противники — я это понимаю точно. Так что не предупреждаю Кошкина. Секунд за десять до контакта его предупредит сигналка.

Ждем.

После очередного удара шаман точно поворачивается в сторону, откуда пойдет атака, а из его тела словно выходит прозрачная рысь, прыгает и замирает рядом с крайним деревом к нашей полянке.

Пересекают сигналку. Кошкин бросает на меня взгляд. Успокаивающе машу ему рукой. Десять секунд. Атака.

На дерево, под которым замер прозрачный силуэт рыси, прыгает первая белка. Шаман бьет в бубен, но куда-то в другую его часть или с другой силой, но звук разлетается совсем не похожий на предыдущие удары. Все четыре белки слегка замедляются. А первая даже замирает в воздухе на секунду. Рысь мгновенно ее разрывает.

Доржат с интересом смотрит на меня. Я же в этот момент придерживаю и три остальные тушки. Но со стороны — белки просто замирают на дереве. И это не доставляет никакого неудобства. Отпускаю. Белки взмывают в воздух и еще удар бубна. Еще пару движений прозрачного силуэта. Перестают дергаться и остальные три тушки.

— А ты ведь духов видишь! — утверждает шаман.

— Не совсем. Вижу силуэты, и то, не полностью. — не соглашаюсь. Самому интересно, чего ж я конкретно вижу. Хотя какой-никакой ответ Доржат уже дает.

— Вот. Видишь. Редкий талант. Жаль, что мы тебя раньше не нашли.

— Я не вижу всех духов. Видел только сейчас, вот этих двоих.

— Второй — какой? — улыбается Доржат. — Опиши.

— Ворон, или ворона, — пожимаю плечами. — Не знаю. Большой.

— Тотемный дух Рода, да. Видишь. — снова кивает Доржат. — Но духи тебя боятся, не пойдут за тобой. Жаль. Хороший шаман мог бы выйти.

Пожимаю плечами. Мне бы со своим набором разобраться. Так еще и в архивах покопаться надо. Направлений много, а вот именно это, кроме как Тропой, и не впечатляет. Слишком я сразу вижу много ограничений. С другой стороны, как раз на расстоянии эти люди могут быть крайне полезными. Да и вот сейчас, мы же привлекаем Доржата фактически в качестве эксперта. Потому что только шаманы увидели разницу между обычными и инфицированными людьми. Ладно, у всего есть свои плюсы, главное применять их по делу.

Быстро подтягиваю к себе белку от которой идет знакомое ощущение кристалла.

— Вот такие попадаются часто в животных, что связаны с Гнездами. — показываю кристалл из животного. — Думаю, что Гнездо о нас уже знает.

— Нет, не знает, — не соглашается шаман. — может быть знает, но не все. Только то, что эти белки пропали. Остальное точно не знают. Нам нужны еще такие же. Увидишь — не убивай.

— Так я и не убил. Убила рысь, — развожу руками.

— Да, — кивает шаман. И опять из бубна расходится предыдущая волна, а шаман прикрывает глаза и замирает.

— Да, Максим. Привыкайте. Они все так разговаривают, но теперь они от вас не отстанут. Учить не будут, но как использовать — найдут. Правда всегда к взаимной пользе, конечно. — Хмыкает Кошкин. Он с интересом прислушивается к диалогу, а сейчас с таким же интересом смотрит на освобожденный от белки кристалл. Кивает на три других трупика. — В других ничего такого нет?

— Не чувствую, так что вряд ли. — поднимаю кристалл поближе. Он размером с пулю, не больше. Маленький. Но точно такой же я уже видел. И рисунок глифа внутри, похожий на трещину — тоже один в один. Глиф скорее всего что-то нужное несет. Надо будет с таким кристалликом, а лучше с парочкой, попробовать поэкспериментировать. Теперь-то я могу себе это позволить сделать безопасно. И кажется я понимаю, как с этим экспериментировали умники у нас. Отвечаю на слова Кошкина. — Если ко взаимной выгоде, то я против ничего не имею. Мне тоже от них чего-нибудь наверняка понадобится.

Кошкин чуть качает головой. Открывает рюкзак.

— Зелья на скорость реакций, на час примерно, восстановление, тоже около того, на восстановление магии, примерно на полтора часа. Вам рекомендую все.

— Кроме магии. Сейчас пока не актуально. Остальное — выпью, как пойдем. Я помню действие похожего, Борис Васильевич. — забираю пузырьки.

— Вот и хорошо. Ждем, — садится рядом на одеяло.

На шамана опускается улетавшая птица. Доржат тут же открывает глаза. Пару минут опять играют в гляделки.

— Видел центр молчащего Леса. Мне не нравится. Край тоже ближе, чем я думал. Мы почти на границе. Просто Лес на границе еще говорит. Говорит как ему больно и тяжело. Нехорошие существа. Эти, не такие, как Измененные — те страдают или нет, но живут. А эти — просто что-то делают.

— Как роботы.

— Это что такое? — уточняет Кошкин.

— Ну, автоматоны, — вспоминаю местное название похожего класса существ. — Как големы, только без управляющей души. Или как в Полигоне, — киваю Кошкину. — На Арене.

Тот соглашается.

— Только из живых. — взглядом показываю на белок. — Эти вроде не исчезают.

— Да в Пятне разные попадаются. — задумчиво качает головой Кошкин. — Бывали раньше и те, что какой-то жижей расплывались. Похоже на чудовищ Полигона. Но сейчас все реже. Сейчас живые, но сильно измененные обычно. — оборачивается к шаману. — Но ведь белки вполне осознанно на нас бросились, почему?

— Да, вот и мне хочется это понять, — шаман кивает. — Нужны живые белки, или какой-нибудь другой подопытный.

Пожимаю плечами.

— Тогда нужно идти дальше. Рядом, метров на триста, мы никого не найдем.

Кошкин кивает соглашаясь. Шаман поднимается на ноги.

— Идем? — уточняет у меня. Как-то он, так же как и Кошкин много раньше, сразу понимает, что за контролем окружающего пространства — это ко мне. Только наставнику понадобилось время понаблюдать за моими боями. Доржату этого оказывается не нужно.

— Конечно, — киваю. — направление показывайте. Вы ведущий.

Шаман принимает такую вводную и шагает вперед. Мы за ним. В принципе, ничего не поменялось. Только теперь мне попроще.

Идем очень недалеко. Буквально километр, не больше. Вокруг на самом деле начинает меняться подлесок. Да и довольно сильно, если так посмотреть. Вроде в Пятне, таких странных растений, у которых вместо листьев острые слюдяные пластинки, например, я пока не видел. Да и вообще. Лес тут словно перекрученный какой-то, и находиться тут уже неприятно, хотя до заявленной шаманом границы еще прилично.

— Стойте! — поднимаю руку. Все останавливаются. — К нам бежит какое-то местное чудовище. Крупное. Метров триста — оттуда, — показываю рукой.

Кошкин принимает к сведению, и тут же принимает выбранные зелья. Я повторяю действия наставника даже не задерживаясь. Шамана оттесняем за спину. Не хотелось бы, чтобы он пострадал. А в прошлый раз крупный монстр нам проблем насоздавал приличных.

Но Держат вообще не возражает.

Животное, судя по Аспекту, не похоже на встреченного нами рейдера. Похоже больше на лошадь. Только крупнее сильно. Но ждем, благо эта тварь одна.

Из-за деревьев, проламывая кустарник, довольно неспешно выбирается животина, в девичестве, скорее всего, бывшая лосем. Но теперь это в ней, только угадывается.

Бывший лось уверенно прется на поляну. Не замечая пока попыток его задержать. Нет, серьезно. Он просто игнорирует «путы», «замедления», вообще весь арсенал простых магических воздействий проходит мимо него.

— Мы можем задержать животное? — Доржат с интересом смотрит на монстра.

— Пока непонятно, — с напряжением говорю шаману. — На стандартные касты он не реагирует.

Благо монстр идет спокойно. Он точно не привык бороться за место под солнцем. Так что время подумать у нас есть. Да и один он, вроде бы.

— Максим? — спрашивает меня Кошкин.

— Пока не знаю, что за животная, — наблюдаю за тварью. Нет, уничтожить его мы сможем точно, я вижу, что шкуру пробивают даже простые палки. Правда он не обращает на это внимания.

Лось, тем временем подходит метров на двадцать и останавливается.

Задирает голову к небу, и издает утробный рев, который прямо пронизывает голову, на секунду отключая возможность думать. Хорошо, что не дольше.

Всем, кроме меня, так как я уже оказываюсь к такому готов. За мгновение «до» я понимаю кто это может быть.

Снаряд с громким хлопком пробивает голову ксеноса. Лось стоит пару секунд, и заваливается на землю.

— Максим, ну зачем ты? — с укоризной говорит Доржат, очень быстро приходя в себя.

Я же оглядываюсь в легкой панике.

— Я его не убил, сейчас сами поймете! Учитель, срочно! кидайте вокруг все что есть на обнаружение. Это фуражир, они по одному не ходят, на охоте минимум вдвоем! Тут должен быть его охотник! Я его не вижу, а значит охотник-тень. И уже опытный.

Слегка паникую, потому что я не вижу даже сигнатуры. То есть охотник пси-активен. Или как минимум со «скрытом». А таких пока тут не встречаю, и чего ждать от местной живности не знаю.

Борис тут же запускает каст. От него уходит и расширяется светящееся облако. Шаман тоже сразу три раза подряд ударяет в бубен, и я вижу сразу три волны, проходящих по пространству.

— Ничего. — поворачивается ко мне Кошкин. — Максим, вы уверены?

— Сзади! — ору.

Спасает только ускорение. Включенное на максимум сразу же после опознания тварюшки.

Кошкин резко поворачивается. Ну как? Для него резко.

Для меня же все идет в очень замедленном режиме.

Я вижу небольшую лапу, похожую на медвежью, вылетающую из ниоткуда. Словно тварь нападает из-за угла, которого нет. А ведь тут нет никакой аномалии. Это у монстра уровень «скрыта» такой, что на него до прямой атаки внимания вообще не обращаешь. Причем, и облако Кошкина, и шаманский звук, по идее, ее засечь должны были, но мозг не дал понять сигналы. Жуткая техника, вообще-то.

Ксенос сразу же раскрашивается моим сознанием в различные цвета возможных векторов атаки. Тварь странная, похожая на маленького медведя. Только быстрее и, похоже, опаснее. Ловкости у нее оказывается прямо прилично.

Вылетает лапа, похожая на медвежью. Тут же в нее влетает мой шарик, сбивая атаку. Учитель пока только разгоняется для отпора, а ксенос уже атакует другой лапой. Разбитая в хлам передняя вообще не мешает. Опираться можно — вот и ладно.

Два шарика влетают во вторую лапу, один в челюсть, разбивая в пыль зубы, и последний из тех, что сейчас в полете — выбивают опорную лапу.

Секунда. Может, две. Ксенос разворачивается прямо на ходу, и пытается уйти в скрыт после сорванной атаки, чтобы регенерировать. Не даю ни шанса,

Из поясной сумки высыпаются шарики, и тут же, по самым странным траекториям устремляются в маленького медведя.

Перебиваю лапы в нескольких местах, позвоночник перебиваю в фарш. Тварь откатывается.

Замираю. Телекинез что с первым, что со вторым чудовищем напрямую не работает. Хотя с первым еще казалось что-то такое, то второе просто выскальзывает из моих объятий.

— Мертвы? — Спрашивает Кошкин.

— К некоторой моей досаде, нет. — выдыхаю немного. Второй ксенос живет на запредельной скорости, и если бы не мое сильно усложнившееся ускорение, то могло бы закончиться все не очень хорошо. Хотя, конечно, амулеты первый удар выдержать бы должны. Все же изменения у ксеносов не сильные от изначального животного. Да и второй удар тоже. Может и десятый выдержали бы. Только тварь быстрая, и десяток ударов прошли бы секунды за три, думаю.

Разбиваю лапы и первому, и еще раз второму животному.

Выдыхаю.

— Не расслабляемся. Может быть второй. Вот не факт, но может быть. Такой же как этот, незаметный. И, вообще, активируйте амулеты невидимости, в самом деле! Мы, получается уже близко к Гнезду, раз фуражиры ходят.

Мы все трое тут же пропадаем из видимого диапазона.

— Поменяйте место, где стоите, только тихо. Я пока окружение контролирую.

Сквозь нашу компанию, почти задевая, проносится рыжая тень и замирает над телами ксеносов.

Из «скрыта» вываливается то, что было раньше рысью. Сейчас ее уже напоминает мало. Вместо шерсти — рыжие пластинки брони, глаз нет, когти вообще полупрозрачные и очень большие. и вообще, впечатление слегка неземное. Похоже, животное уже давно изменяется.

Тела и без присутствия этой части их троицы уже начинают оживать, но сейчас дело пошло значительно быстрее.

Вроде бы мертвый лось начинает подергиваться. Поднимает разбитую голову и начинает вставать на перебитые лапы. Выглядит это все, конечно, инфернально. Дергаться начинает и маленький злобный медведь, с когтями сантиметров по десять каждый.

Прикидываю, к чему второй охотник может быть уязвим. Обычно в парах существа прикрывают минусы друг друга. У медведя — ловкость, незаметность. У той, что была рысью, тоже незаметность на уровне. Ловкость запредельная, это заметно, и судя по пластинам брони выносливость должна быть очень неплохая. Может еще и сила удара, все же эта тварь главная, получается. Подозреваю, шарики тут не пройдут уже. Нужно что-то другое.

— Борис Васильевич, — говорю в голос. Ксенос начинает осматриваться. Но это не очень важно. Голос размывается по поляне. — Ваше веретено очень бы помогло, скорее всего. Только постарайтесь попасть по обеим лапам. Любым. Эта живность к моим техникам скорее всего останется равнодушна. Убить ее могу, А вот задержать точно нет. А нам же задержать надо?

Все же «сдвиг» пока никто игнорировать из встреченных не смог. Вот только по этой юркой твари не попаду точно по ногам. Так что убить — скорее всего смогу, а вот остановить — еще вопрос.

Пара секунд, «рысь» пытается понять, откуда доносятся звуки. Монстру прекрасно понимаю. Банально — только что она видела и ощущала трех человек. А сейчас пустая поляна со звуками, и все. Но радует, что амулет невидимости на ксеноса сработал. Мне теперь принципы его построения вдвойне интересны. Ведь это не разум получается. Амулет, в отличии от «скрыта» на самом деле каким-то образом делает прозрачными почти до полного исчезновения наши тела. А я ведь ничего не чувствую.

В воздухе формируется веретено, и мгновенно уносится к ксеносу.

И ведь успевает вывернуться почти ксенос. «Веретено» проходит по касательной, разворачивает бок, а тварь несется на место где стоит Кошкин. И где еще валяются с десяток шариков.

Извините, учитель, но сейчас вы идеальная приманка.

В ускорении телекинезом десяток шариков прекрасно влетают в тело монстра. Естественно броню не пробивают, но я этого и не ожидаю. А вот тварюшку прекрасно подбрасывает метров на тридцать вверх. Примерно импульса хватает до верхушек сосен.

Да, напрямую — не могу зацепить, но при наличии хотя бы пяти точек внимания — есть варианты. А у меня их вообще десяток.

Мне нужна только секунда неподвижности, и ее Кошкин мне предоставляет.

Удар ксеноса приходится в щит амулета и сносит невидимого мага с ног. Но секунду мне дает.

Тварь подлетает и падает обратно ломая все что можно. Какая бы ты крепкая живность не была, но тридцати метров тебе хватит. Предки наши так мамонтов валили, шкуру которых пробить точно не могли своим примитивным оружием. Годы идут, но принцип все работает.

— Доржат, пусть тебя не смущает частичный некомплект, но они все живы. — говорю я в воздух. — Можно начинать исследования. Тварей больше быть рядом не должно — это молодое гнездо, по идее. Твари слабые и неумные. Кроме одной.

— Это слабые? — кряхтя, поднимается на ноги маг.

Отключает амулет. «Рысь» тут же дергается в его сторону. Но с физикой поспорить сложно. Конечности ей так и не подчиняются. Так что кроме легкого движения и сильной ненависти в фоне, животина больше ничего воспроизвести не в состоянии.

— Очень, — подтверждаю. Тоже появляюсь из воздуха. — Это считайте первая итерация обслуживающего персонала. Были бы две вот таких — показываю на «рысь», — то был бы следующий уровень. А это все же второй, не больше. Максимум — переход на третий. И кстати, пока они не сдохнут, от гнезда защитников можно не ждать. Это расходники, хоть «рысь», вон, уже дорогой расходник. Медведь бы кстати, получился бы более опасным. Он изначально, кажется, сильно поинтереснее в атакующем потенциале будет.

— Это росомаха, это не медведь. — появляется расстроенный шаман.

— Ну, может и росомаха, — пожимаю плечами, и снова перебиваю отрегенерировавшие конечности. Не разбирая уже, где чьи. Все же, хоть я не могу пробить шкуру третьей животине, но сломать ей же лапы, пока она неподвижна — могу.

Доржат морщится.

— Второго духа жрут. — качает головой. — Боятся духи. Они цепляют силу большую, и растворяются в этих. Не пойдут больше.

— Нехорошо, — соглашаюсь. — А отличия видите?

— Нужно в бубен бить, предков звать. Тело мое сохранишь?

— Конечно, — пожимаю плечами. — Рядом точно никого нет, и не будет, пока они живы. Потом, возможны варианты.

Шаман начинает готовиться. Достает трубку с чем-то душистым, но точно не с табаком — запах больше тайгу напоминает. Заставляет тлеть это. Надевает куртку задом наперед, затягивается сам, надевает маску на лицо и на затылок. берет в руки бубен, и начинает отбивать ритм.

Интересно. Ни разу на подобном мероприятии не был. Погружаюсь в легкую разновидность активного транса. Очень быстро, буквально за пару-тройку ударов. Но при этом, пространство мониторю очень пристально Вплоть до жучков-паучков, внезапно. Вижу чуть ли не каждую травинку. Проваливаюсь в это состояние. Время даже не осознаю. Только ритм. И пространство, и восстановление монстров. Изредка приходится перебивать им лапы, но больше никто не отвлекает Доржата.

Кошкин тоже садится рядом. Несколько раз запускает свое облако. А сигналки он вообще сразу же обновляет.

Пусть. Хорошее дело. Все равно никто не придет, а если придет — то готовых нас сразу двое.

А потом появляются духи.

Шаман отбивает свой ритм. Я растворяюсь в нем, но наблюдаю всё, что происходит вокруг, рядом. Состояние очень странное, но, в общем, знакомое. Пусть и не по этой жизни. Здесь фиксация в моменте без мыслей пока меня не накрывала так сильно.

В один из странных моментов между ударами бубна, шаман словно раздваивается. Тело его мягко опускается на землю, а сам он продолжает идти вокруг недавней битвы. И звук бубна продолжает появляться. Дух Доржата опять раскрывается полупрозрачным вороном, как это было недавно. Только теперь этот контур птицы становится дверью для полупрозрачных людских силуэтов.

Они плавно выплывают из Нигде. Окружают место боя, но не пересекают линию по которой с бубном идет шаман.

Удивительно, но я всё это вижу и не вижу одновременно. Словно бы я могу сам решать — оставаться ли на грани между явью и наваждением, или выбрать сторону.

Духи на какое-то время замирают, а потом начинают по одному пересекать черту. Такое ощущение, что Доржат разговаривает с теми, кто пришёл и просит их о помощи. А они пытаются эту помощь оказать. Насколько получается, конечно.

Пока непонятно, потому что, очевидно, я не вижу полную картину.

Сколько это продолжается — не знаю. Но звук бубна становится совсем другим. Полупрозрачный ворон вырастает, взмахивает крыльями и все духи исчезают внутри него. Ритм меняется, становится тише и я начинаю выходить из состояния.

Кошкин всё это время напряженно сидит рядом, но абсолютно точно не видит ту картину, которую вижу я.

В то же время, он не предпринимает ничего, кроме обновления сигналки, и наблюдения за окрестностями.

— Борис Васильевич, — тихо говорю, кагда фактически прихожу в себя. — Вокруг крупных, да и мелких животных нет. Если вам нужно отдохнуть, то у нас есть некоторое время.

— Да я уж наотдыхался Максим, — отвечает Кошкин. — Вы же с Доржатом уже не первый час так сидите. Но я такое уже наблюдал.

Удивляюсь. С моей точки зрения, времени проходит не так много. Слегка оглядываюсь. В принципе, вижу и раньше, что Доржат лежит без сознания, его сигнатура примерно этому и соответствует. Но вот дух вполне действует сознательно. С другой стороны, зря я сам этому удивляюсь. Похожий опыт у меня был не так давно с Артемом. Только там я был действующим лицом.

Ксеносы постепенно регенерируют.

Уже заученным движением снова ломаю лапы животным.

Доржат с кряхтением приходит в себя. Тут же выпивают какую-то настойку, которую он приготовил заранее. Садится.

— Боятся духи. Видели Три Серых Обещания. Ни один не принял. А вот духи безмозглые, не умные, приняли и растворились.

Для себя это перевожу так: духам предков шамана могли бы легко усилить себя. Взять силу бесплатно, то есть даром. И они отказались.

Собственно это и говорю Доржату.

— Да, Максим, — тихо шелестит шаман. Похоже практика ему дается в этом месте непросто. — Хороший шаман бы вышел. Ты всё правильно понял. Так и было. Духи на бесплатную силу падки. Предки же свою силу сами знают. А пустая эта и не нужна оказалась.

— А что происходило с духами которые цепляли беспланое усиление? Или они сразу растворились?

— Нет, один сразу растворился, второй, посильнее, сначала искал, в кого вселиться, а потом уже растворился в этих — Кивает на тела. — Почти сразу, но намерение не перепутаешь.

Интересно. То есть получается…

— Именно духи? Они не ушли никуда, не убежали, а именно растворились вот в них? — киваю на подрагивающие тела. — Именно духи? Точно?

— Да, Максим. И это духов остальных пугает. Потерять себя — самое страшное, что может случиться с духом. Стать силой для другого. Боятся.

А вот теперь мне особенно становится интересно. Есть у меня кое-что для работы именно с духами. Немного странные ассоциации, но не попробуешь — не узнаешь. Меня слегка захватывает предвкушение.

— Немного сейчас уменьшу контролируемое пространство, Борис Васильевич, — обращаюсь к учителю. — Хочу проверить одну идею.

Кошкин кивает и выставляют еще дополнительный контур сигналки. А в тот который сейчас есть, добавляет несколько атакующих магических конструктов.

— Доржат, то что я буду делать, делаю в первый раз, поэтому, по возможности, страхуйте, пожалуйста. — снимаю негатор. — Я хочу попробовать один эксперимент с духом монстров. Вдруг получится.

Кошкин удивленно смотрит на меня.

— По случаю техника досталась. Повезло. Расскажу потом. — Пожимаю плечами. — И я не уверен, что сработает. Но для нас последствия те же, что и при просто смерти этих тварей, — киваю на ксеносов. — Гнездо узнает, что мы тут.

Доржат кивает.

Теликинезом вырезаю кусок земли под фуражиром. Этот ксенос, конечно, самый тяжёлый. Вот только он еще, насколько я помню, и самый условно безопасный. Его роль в поддержке атакующих ксеносов и перевозке добычи. Фуражир.

Оттягиваю регенерирующего фуражира чуть в сторону от остальных.

С помощью пси настраиваю тот самый рисунок, в который меня поймал Артём недавно. Расширяю его до размеров фуражира прямо под ним — технически, надо было, конечно рисовать, но вообще — пси точно мое, и проводник моей воли. Если что пойдет не так — всегда могу сбросить каст в мгновения. А магия прекрасно, а самое приятное — теперь мгновенно появится в рисунке. Насколько я помню, Артем ничего не произносил, когда прошла активация, так что есть шанс, что сам рисунок и есть основной контур. Ну не могу не попробовать — когда еще такие шикарные условия совпадут.

— Борис Васильевич, если что, мы будем готовы отсюда очень быстро уходить?

— Максим, — слегка поджимает губы Кошкин, — это больше от вас с Доржатом зависит. Я-то готов.

— Доржат, а как ты? — тут же поясняю, — скорее всего, ксенос этого не переживёт. И с большой вероятностью, в Гнезде узнают, что здесь происходит. Они всегда узнают сразу после смерти. Не знаю, как это работает. Хотя, теперь, начинаю подозревать.

— Уйдём. Тропу далеко я не открою. Сил пока немного, но от преследования — уйдем. Или скроемся, невидимость же ваша работает.

Киваю шаману.

Вспоминаю, какой оттенок магии использовал Артём. Прокручиваю этот момент несколько раз. Это неожиданно становится просто, словно сейчас я это делаю много-много раз. С другой стороны, совсем недавно я как раз приобрёл именно такие воспоминания.

Одной секундой заполняю ритуальный рисунок тем самым цветом магии.

Душу, или Дух, что там заменяет фуражиру активное начало, выбивает из тела мгновенно. Тело словно теряет основу и практически сразу же начинает сдуваться как шарик. Оно прямо разлагается на глазах.

Смотрю на полупрозрачный дух лося. За сегодня успел посмотреть на кучу полупрозрачных силуэтов. Может мне это даже дало некоторое понимание, не знаю. Но вот здесь, вот в этом круге, отличие от естественного духа становится очевидным. Дух лося словно опутан серыми-серыми ломаными линиями. Похоже это как раз и есть некое проявление дармовой силы.

В отличие от меня недавно, дух животного не двигается внутри рисунка. Он на самом деле словно парализован.

— Максим, — говорит Кошкин. — Как начнете что-то делать, скажите.

— Он делает, — говорит Доржат. — только я не понимаю что. Я перестал слышать Лес вот здесь. — показывает пальцем на вырезанные рисунком пространство.

Я киваю

— Так и должно быть, это недолго. Пробую кое-что новое. И пока не понимаю как это сработает. В теории, гнездо должно было уже узнать о смерти фуражира. Но странность в том, что я ощущаю присутствие духа ещё здесь. Как ты говоришь, — киваю шаману, — вижу полупрозрачный силуэт. Сейчас с отмашкой рукой я сниму блокировку. Как раз эта блокировка, кажется, вполне действенный способ уничтожать ксеносов по одному. Даже сильных ксеносов. Только, подождём, ещё пару минут. Если гнездо узнает о смерти фуражира, то должно прислать кого-нибудь проверить. Или летающую или просто очень быструю тварь. Фуражиры, дальше чем на пару-тройку минут от гнезда без охраны, не отходят. А здесь, у нас была фора минимум полминуты. И охрана, была в пути. Значит гнездо, или один из выходов из гнезда, где-то рядом.

Сидим ждём. В сильном напряжении, но при этом все довольно расслаблены. Шаман раз в полминуты запускает свою волну обнаружение. Даже несмотря на то, что он уже знает, о её ограничениях. Пара минут пролетает почти незаметно.

— Готовность, — поднимаю руку.

Ускорение. Опускаю. Снимаю контур рисунка.

Прозрачный Лось на секунду замирает. А в следующую на него бросается и и буквально как в чёрную дыру поглощает ворон шамана. Мгновение не больше. И на пяток секунд, огромная полупрозрачная птица приобретает блестяще чёрный цвет и вроде бы даже какую-то плотность. От удара крыльями даже реально чувствуется поток воздуха. Птица разворачивается и снова исчезает внутри Доржата.

— Мой тотемный дух…сожрал Это. — шаман с тревогой смотрит внутрь себя. — И усилился. Очень. Максим, — смотрит на меня. — Он говорит, что вот так, без тела, это еда. Часть кого-то большого. Древнего. Вкусного.

— Бога? — с тревогой спрашиваю. С этими сущностями знакомиться близко не хочу вообще.

— Нет. Просто Древнего. Это не бог и не Великий дух. Но даже мелкие части усиливают мой тотем.

— Ну, у нас еще два есть. — Пожимаю плечами. — Лучше пойми, эта сила изменила ли твоего духа?

— Он говорит что нет. Просто вкусно. Много. — шаман, похоже, в такой ситуации не бывал никогда. и как вести себя не понимает. Он садится, и прислушивается к себе.

— Доржат, — чуть смещаюсь, чтобы контролировать шамана получше. — Я тебе, конечно верю, но может твой ворон показаться снова?

— Да. — кивает. И раскрывает руки.

Птица, размером с теленка вылетает из тела Доржата. Хитро, словно понимая мои опасения, наклоняет голову, и становится полностью прозрачной. Взмахивает крыльями, и влетает обратно в шамана.

Ну, не до конца, но все же я почти уверен, что серых ломаных линий в духе я не вижу. Хотя, конечно, вообще, с этим «видением» духов, я фактически, встречаюсь только сегодня. Из меня тот еще эксперт. Немного успокаиваюсь.

Кошкин ничего не понимает, но дисциплинированно следит за окрестностями и слушает. Но тут понятно, весь наш диалог с шаманом за границей его опыта. Ему просто интересно.

Ждем еще пару минут. Но от Гнезда никто так и не приходит. Что радует, конечно.

— Максим, — неуверенно говорит Доржат. — Ворон говорит, что, кажется, он теперь видит тех, кто поражен этой серой силой.

— А вот это просто отличная новость, Доржат! — это нужно срочно проверить. Причем желательно не с таким сильным духом. — Доржат. Нужна проверка. У тебя есть дух опасный, но что бы тебе был подчинен? Что бы мы тут не легли, только теперь от дружественного огня, так сказать.

— Да, Максим. Одного, а может даже двух, точно найду.

— Отлично. проверок нам будет нужно две, или три. так что похоже, располагаемся тут на некоторое время. — оборачиваюсь к Кошкину. — Борис Васильевич. Нам повезло…

— Да, я уже слышу, Максим. Защита, правильно?

— Да, Борис Васильевич. Если у нас сорвется эксперимент, то убегать мы будем от чего-то вроде того рейдера. — задумчиво говорю. — Нужна даже не защита, скорее эшелонированная оборона. С задержкой в пару секунд большого и быстрого существа. Помните, я об охранниках матки рассказывал. Вот если что пойдет не так — у нас есть шансы познакомится с таким, или если уж совсем не повезет — с такими. И, Борис Васильевич, рассчитывайте, что пришедший монстр будет почти гарантированно, как и тот рейдер, игнорировать прямые магические воздействия.

— Я заметил, Максим, — с легкой иронией говорит маг. — Не переживайте, учту. Мне нужно время, но я так понимаю, мы не ограничены?

— Впрямую — пока нет. В Гнезде о нас не знают, периметр мы контролируем. Скорее всего, эта зона оставлена как раз за этой, — киваю на оставшихся монстров, — группой. Так что пока матка не поймет, что они не приносят добычи или пленников — тут могут появиться только случайные ксеносы. Которые следуют по своим делам и просто пересекают территорию. У Гнезд все очень четко структурировано.

Кошкин кивает и довольно идет настраивать оборону. Судя по фону, маг очень рад принять участие в подобной охоте. Такой, дразнящей смерть за усы, как в одном произведении. Хмыкаю. Интересные аналогии подбрасывает разум.

— Доржат, вы определились?

Шаман кивает, и на поляне появляются два силуэта. Волка и Рыси. Рысь я уже недавно видел.

— Сможете их контролировать, если на самом деле у них будет резкое усиление? Вот именно эту рысь, например? — киваю на духа.

— Да, — спокойно говорит Доржат. — А обоих я могу оставить?

— Смысл?

— Они поделятся друг с другом. Полезно будет им. — Пожимает плечами.

Задумываюсь. Это даст еще и проверку на объем поглощенного. Нужно, пусть.

— Только дам одного духа, Доржат. Мне последний будет нужен для другой цели. — Снова ломаю конечности ксеносам.

— Это твоя охота. — Пожимает плечами шаман.

Я даже слегка смеюсь про себя. Если бы он сказал, что «это будет славная охота!» — боюсь не сдержался бы. Вот, кстати, интересно, есть ли здесь эти рассказы? Британии-то, как я ее помню по своей истории, тут нет. Помню как в учебке я этими рассказами зачитывался. Немногие теплые воспоминания почти детства. Ладно, пока пустое.

Последний момент с поглощением духа тотемом шамана, для меня лично поднимает еще один, не самый простой вопрос. С поглощением мной пси из рейдера.

Иду к быстро разлагающемуся телу лося. Телекинезом разрезаю тушу в районе сердца — управляющий кристалл должен быть именно там. А скрываться от шамана уже смысла нет. Очень я для них теперь полезен. Как бы не больше, чем остальная Империя. Он теперь не заметит, даже если я псионику во весь рост буду применять. Но своим точно расскажет.

С другой стороны, мне в их княжество нужно с визитом. Так что, может и к лучшему.

Кристалл оказывается на месте, и это просто отличный показатель. Подтягиваю к себе. Ровный, без трещин, ток пси — обычный. Похоже, резкое выбивание духа лося из тела вообще кристаллу не вредит.

Отлично. Для меня это просто космический результат. Потенциально, я теперь знаю, как создать зоны повышенного пси для своих парней вне Пятен. А я уже считаю ребят своими, даже несмотря на то, что никакого предложения им еще не делал.

Так. Оборачиваюсь к оставшимся ксеносам. Придется экспериментировать с сильным. Тем, что весь покрыт броней. Третьего мы втроем очевидно уничтожим, а вот с этим могут быть проблемы, если не уследим.

Оттягиваю телекинезом тварюшку чуть в сторону. Опять создаю под ней рисунок из пси.

— Борис Васильевич, — негромко зову я. Вижу его сигнатуру за деревьями. Услышит, а лишний раз привлекать внимание не стоит.

— Да?

— Вторая часть, — пожимаю плечами. — Прошу вас, будьте здесь. До сложного эксперимента еще время есть, но всегда есть шанс, что что-нибудь пойдет не так.

— Принято, Максим. — соглашается наставник.

— Доржат? — уточняю, хотя вижу, что его духи ходят по полянке, опасаясь приближаться пока к живым монстрам.

— Готов. — Доржат, на всякий случай готовит и свою трубку, так что запах тайги плывет по поляне. Да и бубен с колотушкой, его основной инструмент, и оружие, шаман тоже из рук не выпускает.

— Начали, — машу рукой. Опять ускорение, магия в рисунок.

Животную выбивает из тела. Да, раньше она определенно была рысью, но вот сейчас могу посмотреть и на динамику процесса инфицирования. Это животное пронизано серыми ломаными линиями значительно сильнее фуражире. Тут они почти полностью повторяют начальное тело живности. Видимо, если встретим ксеноса бОльших уровней, так там вообще изначального духа не останется. Ну, что-то подобное я предполагал.

Дух даже пытается двигаться. Но границы ловушки ему этого сделать не дают, да и сил у него вроде немного. Он еле шевелится. Вот, кстати еще одно — чем больше уровень ксеноса, тем меньше его задерживает ловушка, получается. Хорошо, что вроде бы, у нас рядом не должно быть никого выше третьего уровня Гнезда.

Развеиваю ритуал.

Духи Доржата накидываются на дернувшегося ксеноса так быстро, что я даже в ускорении едва успеваю за этим уследить.

Сбежать дух не успевает. Вообще процесс разрывания духа и поглощения совершенно не описывается словами. Выглядит это совсем не так. Даже предыдущая атака ворона была понятнее. Но да. Духи как-то между собой договариваются. И парой мгновений спустя, рядом стоят только волк и рысь. По ощущениям, какие-то более опасные, что ли.

— Борис Васильевич, — говорю наставнику, пока Доржат разбирается со своими призрачными питомцами. — Мы пока вторую часть закончили. Вам много нужно еще времени?

— Ты хочешь контролируемое, вроде моей обороны в поместье, поле? — я киваю. — Тогда года полтора, — слегка улыбается маг, довольный своей шуткой.

Сказывается напряжение. Он-то почти не участвует в процессе, да что там — почти его не видит. Только наблюдает результат. А это активному и постоянно все желающему контролировать человеку, довольно сложно переносить. Я понимаю.

— А если попроще, но чтобы вы могли выборочно пропустить монстров к нам?

— Еще полчаса, — чуть хмыкает маг. — Секунд десять нам оборона точно даст уже сейчас, если будет кто-то вроде твоего рейдера. Но если их будет хотя бы двое-трое — лучше боя не принимать и оперативно отсюда отходить, лучше сразу в невидимости.

— Согласен, я это понимаю. Никаких лишних телодвижений, — киваю Кошкину.

Кошкин уходит заканчивать свои приготовления, а я жду шамана.

— То же видят, — неожиданно оживает Доржат. — Усилились. Им это годы дает. Духи теперь тебя ценят, но все равно боятся. Защищать, если нужно будут. Но подчиняться — нет. Извини.

— Не вижу проблемы. — Пожимаю плечами.

Похоже, шаман все остальные пути что в магии, что во взгляде на мир, считает ошибочными. Аж расстраивается от того, что духи не хотят со мной сотрудничать. В фоне это читается хорошо.

С другой стороны, этим и маги грешат, да и я считаю что магов, что шаманов неполноценными, хоть и сильными. Причем всех. Хмыкаю про себя. Кажется это общее убеждение. Про свое направление. Каждый концентрируется на своем. В этом и сила, но и очевидная слабость. Пусть.

— Ждем Бориса Васильевича, — негромко говорю. — Доржат. Нам нужны мелкие духи. совсем небольшие, но много, которых можно было бы потом использовать. Найдете таких?

— Атакующих? — задумывается шаман. — Попробую. Но мало. Мелкие — почти безопасные.

— Нам да, но между собой они же все равно друг друга жрут?

— Бывает, — морщится Доржат на мое определение. — Двух-трех недобрых я найду.

Сажусь рядом. Сейчас от мага будет сильно зависеть наша безопасность. Ловушку-то я могу активировать, но ее работа на большой площади, результативность, количество магии — все нужно еще дорабатывать. А в ту, которую применяю сейчас — так не каждая тварь поместится. Да еще и хотя бы мгновение неподвижности нужно: через контур переступил — ловушка схлопывается, как показал Артем тогда своим примером. Все сложно.

Зелья в крови почти уже перестают действовать. И перед третьим экспериментом стоило бы выпить новые. Но все равно. Для этого тоже ждем Кошкина.

— Закончил, — раздается голос мага.

Я немного дремлю, под ритмичный, медленный стук бубна. На удивление, звук меня бодрит сразу после возвращения в себя. Как бы даже не на уровне недавних зелий.

— Начинаем. — уточняю идею. — На убийство последнего из нашей тройки обязательно прибудет кто-то мелкий, или быстрый — он нам нужен для эксперимента. А вот потом, у нас будет не больше пяти минут. Вне зависимости от результата, матка пришлет сильного бойца. А раз уровень Гнезда небольшой — то либо своего гвардейца, либо, если уже сформирован рейдер — рейдера. Они так всегда действуют. Поехали. — Дожидаюсь кивков от обоих.

Ускорение. Телекинезом вскрываю последнего из тройки. Тварь умирает, а дух кудато исчезает. Я только и успеваю увидеть моргнувший силуэт, и то, потому что ждал, чего-то такого.

Готовлю ловушку. Ждем.

Буквально через пару минут отслеживаю пятерку быстро приближающейся мелочевки.

Шаман тоже своим звуком понимает, откуда идут гости. Готов.

Через секунду готов и маг — мелкие тварюшки задевают первую сигналку.

— Пропускаем. — тихо говорю.

На поляну в атаке вырывается пятерка белок. Похоже для Гнезд, белки прямо важный элемент существования, почему не ласки, например? Или куницы? тоже же должны едеть жить в больших количествах. Не понимаю… Да и число какое-то постоянное. Белки уже второй, если не третий раз встречаются именно в таком составе стаи.

Доржат притормаживает стаю своих бубном, а я совсем заставляю из зависнуть в воздухе.

— Учитель! Внимательнее. Две-три минуты до подхода защитника! — Кошкин кивает. — Доржат, готовность духов!

Самую мелкую белку, точно без кристалла — в круг. Подаю магию.

— Поехали! — снимаю ритуал.

Тельце белки ожидаемо падает без движения, и три духа накидываются на дух живности. Серые линии присутствуют, опыт достоверен.

Духи ожидаемо справляются.

— Доржат⁈ — подгоняю шамана.

Тот не отвечает — общается. Ну пусть его.

— Доржат, оставь двоих, если у тебя их тут трое. И на подстраховку кого-нибудь призови, хорошо? Потом разберемся, кто будет видеть, кто нет. Время сейчас важнее.

Шаман кивает головой.

— Все, Максим, один в своем доме. Волк посмотрит.

Киваю. Новый круг, белку с кристаллом внутри — в него. Ускорение. Магия. Снимаю ритуал.

Этого духа тоже мгновенно разрывают. Вот только остальные белки тут же дохнут в захвате. И помешать я этому никак не могу.

— Все. Теперь точно ждем гостя. Максимум через минуту. — выдыхаю. И активирую невидимость.

В общем, то, что Гнездо по мелочам не разменивается, становится понятно почти сразу. Только ксенос попадает в поле действия моего Аспекта. Причем, только по косвенным моментам.

Какой там пси! Я его даже вниманием отследить не могу. А пси — даже дотронуться. И все это при том, что он ещё и не скрывается вообще-то.

Косвенно я же вижу что монстр неторопливо, даже не огибая небольшие деревья, движется к месту смерти своих.

Просто, по-умолчанию, тварь довольно незаметна. Но по виду валяхщихся деревьев, понимаю, что тварь ещё и большая. Точно быстрая, сильная, наверняка бронированная и большая А ещё есть все шансы что к стихийной магии она инертна.

— Борис Васильевич, у нас проблема, — говорю в воздух. Что учитель, что шаман сейчас невидимы. Активировали амулеты сразу же после меня.

— Что случилось? — раздаётся голос наставника справа от меня.

— Гнездо выделило одного из Гвардейцев, — быстро описываю воспринятые характеристии противника, — и вот с этим всем нам придётся работать уже через минуту, не больше. Ему до нас осталось две сотни метров, и монстр не торопится.

— Уходим? — Кошкин серьёзен так, как давно я не слышал.

— Не можем, — говорит Доржат. — Мне Лес не открывает Тропу. Можем уйти только ногами.

— Догонит, — вздыхаю я. — Вот про это я тогда и говорил, — Гвардеец добирается до сигналки Кошкина. — Ксеносы локально могут менять свойства пространства. Гвардеец не дает Доржату дозваться Леса. И чем выше становится уровень Гнезда, тем больше территория которая работает по их правилам. Но судя по всему, сигналка же работает?

— Да, Максим, — подтверждает Кошкин. — Ответ от сигналки идёт. Не прерывалась. Туша прошла спокойно, не рвала сигналку. Наверное не заметила.

— Это не плохо, есть шанс, что магия на ней работает.

— Что предлагаете, Максим?

— Ещё один курс зелий — мы как раз успеваем. И попробуйте его задержать, мне нужно хотя бы секунды три его полной неподвижности.

Передо мной из воздуха появляется те же самые эликсиры которые я принимал часа полтора назад. Мгновенно их выпиваю, времени нет совсем. Надеюсь, что Кошкин делает то же самое.

— А вот если не получится задержать, тогда убегаем. Нужно отойти недалеко. Шансы есть. Тем более что сам по себе гвардеец далеко от гнезда не отходит. А с остальным мы гарантированно справимся. Если не в массе будут, конечно. Нам нужно уйти хотя бы на километра два. Так что надежда только на вас учитель.

— Принято. Тебе важно в каком месте я его задержу?

— Вообще нет. Я контролирую перемещение твари. Хоть и очень косвенно — она уходит от моего внимания.

— А я? — спрашивает Доржат.

— А ты, только поддержка. Доржат, не вздумай призывать духов. Это первая по силе тварь гнезда, так что инфицирование гарантировано. А усилять гнездо в мои сегодняшние планы точно не входит. Так что только поддержка, это важно. И проверяй, пожалуйста, Лес на открытие Тропы. Если он даст возможность, открывай и мы сразу уходим.

— Принято, — повторяет за Кошкиным Доржат.

— Понеслась! — Я наблюдаю как первый каст срывается в сторону твари со второй сигналки.

Высыпаю из своего поясного кармана всё, что у меня там осталось. Не то, чтобы я всерьёз рассчитывал на эти металлические шарики. Но, может быть, десяток шариков, влетающих с разных векторов, примерно одинаковым импульсом, будут тем аргуменотм, что поможет остановить тварь. Шарики разлетаются по поляне под моим контролем.

Всё внимание сюда. Ускорение. Очень раздражает необходимость использования магии. Но это наш чуть ли не единственный козырь.

Общий фон боя начинаю слышать очень сильно заранее. Уже метров за сто слышны взрывы и свист разных техник. Даже сквозь лес. Вот только Гвардейцу на это наплевать. Он даже не приостанавливается. Заготовки работают впустую.

Единственным везением оказывается момент, когда тварь проваливается в довольно глубокую яму-ловушку. Мне чуть-чуть не хватает времени на технику. Монстр очень быстр. Он одним движением покидает яму.

— Все, — чуть затихают звуки боя. — К сожалению, весь остальной арсенал я могу применить только лично. Так что, похоже, нам придется встретиться с ксеносом, как ты его называешь, лично.

В глубине леса раздаётся очень громкий взрыв и сквозь деревья видно огромный столб пламени.

— Если это его не убило, то теперь только ждем. Все заготовки потрачены. — Напряженно, но все еще флегматично говорит маг.

— Не убила. — Вздыхаю. — До контакта десять, девять… — так я отсчитываю секунды до появление монстра. — три…

Понять что это такое и чем этот монстр был изначально, сейчас не представляется возможным. Куда там прошлому рейдеру… Это хотя бы было примерно понимаемо. А вот абсолютно асимметричная хреновина с щупальцами размером с маленький дом — это не совсем то, что хотел бы получить в качестве противника. Даже примерно непонятно, где у него основной управляющий центр.

Очень странная штука с хрустальной шерстью, которая резво, для своей комплекции передвигается на разных конечностях. Быстрая, и за счет своей чуждости — совершенно не прогнозируемая.

Тварь вываливается на поляну и здесь уже ловит первые касты Кошкина, и мои молнии.

Касты наставникаа уходят куда-то вглубь твари, а молнии мои она просто игнорирует.

Кошкин постоянно перемещается и поливает существо именно теми же кастами, что и в первый раз. При том, что видимого ущерба они не наносят. Но учителю очевидно виднее, это его бой больше.

Тварь не понимает откуда по ней прилетает всякое, и это прекрасно, значит на нее невидимость действует.

Я так же не остаюсь в стороне. Касты летят из места, где никого нет, но я тщательно создаю видимость присутствия там человека.

Мгновенное ускорение, и этот монстр просто сминает кусты, где теоретически находится маг-обманка, кастующий стихийные техники. Ага. Купился.

Замечаю, что молнии с пси все же пробивают его защиту, пусть и чуть-чуть. Пси на тварей действует всегда. Ставлю два «сдвига» на дороге к Кошкину. На всякий. Поддерживать пока получается.

Тварь мечется по поляне, и скорее всего, все же отслеживает мои пси-техники. Чем я и пользуюсь. Сейчас-то я ее вижу. И ускорения хватает, чтобы прикрывать Кошкина, перенося оба «сдвига» на путь рывка ксеноса.

Играем в пятнашки длинные-длинные три-четыре секунды. В реальной жизни эта животная за десяток секунд, что она появляется на поляне, уже полностью изменяет ландшафт местности. Но пока, получается от нее уходить.

Нет, в одного я такую штуку пока победить не смогу. Она к моим пятнашкам, кажется, начинает очень быстро адаптироваться, и уже раз меня обманула, еле успел выправиться. А то, что она вычислила нахождение Кошкина уже даже не является секретом. Ксенос почти кружит вокруг мага.

В момент, тварь надувается, и словно выстреливает вокруг колебанием пространства. Черт, я знаю такую технику — шаман похожую использует со своим бубном. Тварь нас теперь видит. Быстро пытаюсь сменить место.

Ксенос резко меняет направление, и уже нацеливается на меня.

— Максим! Сейчас! — доносится растянутый крик Кошкина.

Верю, как себе. Бросаю поддержку «сдвигов», формирую ритуальный круг, и все это на бегу.

Монстр резко рвется в мою сторону и наталкивается на воздух. А мгновение спустя, часть его тела просто испаряется. Кажется сработала мозаичное что-то от мага. Очень хочу узнать, что. Весь десяток шариков с хлопком тоже летит в ксеноса. И вот этих пары реальных секунд мне все же хватает на подвод круга и подачу магии.

Вся выработка источника уходит в круг. Получается, что от массы сильно зависит количество требуемой магии. Но такие вещ лучше узнавать до. К сожалению, у меня пока этой возможности нет.

Магии не хватает, я буквально себя выжимаю до предела. Но успеваю. Наверное.

Дух животного вышибает из этого тела, но что там был за прообраз — все равно непонятно. Нет у нас в лесах такого огромного зверя. Я бы сказал, что это носорог. Рог точно присутствует. Но за серыми линиями вообще не видно основы. Только контур, так что нет, не знаю.

Дух ксеноса не стоит на месте, топчется и пытается вырваться.

— Доржат! — чую я, что контур ее долго не удержит. Сил во мне маловато, получается. — Срочно, Ворон!

— Готов! — шаман старается не отсвечивать на поляне, но все время присутствует рядом.

— Снимаю! — срываю ритуал.

Нас словно накрывает на мгновение черными крыльями птицы, и это приносит дичайшее облегчение.

Дух твари мгновенно рассыпается в ночной темноте оперения тотема. Сейчас его цвет скорее становится похожим на бездонную дыру космоса. Силуэт на пару секунд становится виден даже обычным зрением.

Я просто валюсь там, где стою, снимая невидимость. Ко мне спешит Кошкин, на бегу срывая крышку с зелья.

Даже не спрашиваю что это, выпиваю. И источник словно пробуждается. Меня окатывает волной магии. Как он понял, что у меня дичайшее истощение, я не понимаю. Но очень благодарен.

— Уходим… — хриплю.

— Что⁈ — кажется, это учитель.

— Уходим! — хриплю в голос. — Через пару минут тут будет такой же.

— Не будет. — Появляется шаман. — Ворон съел его полностью.

— Будет, хриплю. Матка почувствует исчезновение Гвардейца. Это как с белками. Уходим. Доржат?

Шаман на секунды застывает.

А я, пока он прислушивается, телекинезом вырываю кристалл из быстро сгнивающего существа.

О да! И цвет, и форма соответствует воспоминанию. Пси внутри должно быть — завались.

— Максим? — Кошкин встревожен. — Вы встать можете? Самочувствие в пару слов, давайте!

Я прислушиваюсь к себе.

— Истощение, и…и все! — с легким удивлением понимаю, что даже пустякового растяжения не получил, пока прыгал только что по поляне.

— Хорошо! Это можно еще! — Кошкин быстро открывает зелья и отдает мне флакон. А остальное выпивает уже сам. — Полминуты у нас есть?

— Даже больше, — с трудом выдыхаю. Меня передергивает. Все же зелье на восстановление источника редкостная мерзость, в отличии от телесных, с которыми я уже знаком. — Пара минут точно. Гвардейцы под землей. Снаружи всегда один. Главное снова в радиус действия ксеноса не попасть.

— Лес открыл Тропу. — говорит Доржат. — Идем. Недалеко я вас обоих утащу. Я теперь очень сильный. Но пока не очень умелый. Привыкать надо.

В Доржате на самом деле что-то неуловимо меняется. Как интересно. Похоже за походы со мной к ксеносам, за усилением, теперь будет стоять очередь.

Кряхтя, поднимаюсь на ноги. Как бы то ни было, резкие такие перепады для тела легко не проходят. Я все же точно надорвался.

— Магией вам пользоваться нельзя некоторое время. Я вижу признаки. — подтверждает мои мысли Кошкин.

Я достаю негатор.

— А вот это, — указывает на артефакт, — противопоказано неделю, не меньше. В лазарет вас надо, Рысев. В лицей. Пойдемте, опирайтесь! — взваливает меня на плечо. — У вас первый раз же истощение, да?

Киваю.

— Мы готовы, Доржат. — говорит за меня Кошкин.

— Уходим.

— … Простое истощение, — целитель спокойно рассказывает обо мне Кошкину. — Не выгорел, не получил мутаций, не сорвал печать лицея. Дней пять, и ваш подопечный будет в норме. Был бы раньше, если бы не влияние четвертого пояса. Откат после использования зелий пройдет примерно в это время. Сейчас ему, кроме покоя, сна и усиленной диеты ничего не нужно… А вы, ваше сиятельство, будьте нашим гостем, если хотите. И не переживайте, как восстанавливать пострадавшего в Пятне, мы-то уж точно неплохо знаем…

До лицея мы добираемся в три приема.

Доржат прекрасно вытягивает нас километров на пять от боя, судя по зареву. Мы все еще остаемся внутри Пятна, но при этом от Гнезда довольно далеко.

— Я могу вас держать на Тропе дальше. — С легким удивлением говорит Доржат, когда мы выходим первого перемещения. — Но куда?

— А это мы сейчас решим. — Кошкин с тревогой смотрит на меня.

Перевожу дыхание. Мне неожиданно плохо. Состояние, словно у меня начинается лихорадка. И контроль за телом, да и все выставленные структуры на восстановление справляются не очень.

— Доржат, ему нужно в город, — говорит Кошкин. — В Пятне, дефицит магии бьет по состоянию организма. Давление слишком большое. — Похоже, учитель что-то такое понимает по поводу моего состояния.

— А эликсир… — спрашиваю.

— А эликсир — это временно, только чтобы тебя стабилизировать. — Учитель от волнения переходит на «ты». Похоже действительно, ситуация серьезная. — Он сейчас помог конечно., но его задача заставить Источник чуть раскрыться, и выдавать больше магии. Но тебя нужно в покой, и уж точно не в Пятне. Здесь магия везде нестабильна по-хорошему.

Что ж. Это нормальное объяснение состоянию. Но оно проблему не решает, а своими силами я ее даже не вижу — я вообще игнорирую все время выработку магии. А вот организм, получается на нее настроен. Не зря я переживаю о клятве.

Кошкин оборачивается к шаману.

— Я плохо представляю где мы находимся. Как быстро сможем добраться до города?

Доржат задумывается.

— Час, может два.

Наставник отчетливо морщится. А в фоне появляется беспокойство за меня.

— А быстрее?

— Тут только кривые дороги. Путь-то сам не длинный. Но напрямую мы попасть туда не можем, — что-то пытается объяснить шаман. — Нужно идти кружными дорогами.

— Стазис? — спрашиваю.

— Стазис тебе сейчас нельзя. — Резко обрывает меня Кошкин. — Вернемся в нормальное место — тебя просто порвет, когда его снимем. Но идея неплохая. — снова обращается к шаману. — Доржат, до первого пояса мы сможем добраться быстрее?

— До первого? — прикидывает шаман. — На край Пятна, я Тропу проложу. Только это не город будет. До твоего города только кружным путем. Или другой город. Так тоже можно.

До нас доносятся легкие отзвуки взрывов, и кажется, где-то в стороне начинает сильнее гореть лес. Вопросительно смотрю на наставника.

— Да, я всю систему активировал. Не знаю, как там, и кто с кем воюет, но все что я накрутил, сейчас может сработать от чиха. По своему разумению. Или через три дня уже само-по-себе. Поставил в параноидальный режим и без обратной связи — мы-то туда сейчас не вернемся, а союзников у нас там нет.

Ну, может это и правильно. Киваю головой. Нам пока рановато проводить новый раунд такой охоты, судя по моему состоянию.

— Максим, у ксеносов есть кого послать в погоню?

— Конечно, — пожимаю плечами. — Просто наш след еще взять надо. А это непросто, если я правильно понимаю принцип перемещения на Тропе.

Доржат кивает.

— Правильно. Мы следов не оставляем когда так ходим. Поэтому лучше все время по Лесу так идти, просто не сильно сокращать путь.

— Ну вот, — хмыкаю. — Мы как призраки, пришли, потоптались, и исчезли. На нас теперь только случайно выйти можно.

В этот момент вспоминаю злобный разум, который целенаправленно искал именно меня у входа и выхода из Пятна. Хотя, может мне показалось, что именно меня. Просто я попал в момент определения цели для этого существа? Может каким критериям стал соответствовать. Не важно. Но это же не ксенос? Хотя, пока что даже примерно не могу для себя решить.

— Хорошо. Так сколько до первого пояса?

— Туда быстро. Четверть часа, думаю.

— Открывай тропу туда. Важные условия — подальше от Гнезд и как можно быстрее. У него, — кивает на меня. — Не так много времени.

Покачиваю головой. Кошкину виднее.

— Пойдем. — Доржат поднимается на ноги и сразу же открывает свою Тропу.

Киваем, и шагаем за шаманом. Идти мне становится все сложнее. И хорошо, что я Кошкина еще не «держу». Держат справляется сам. Похоже, шаман изрядно прибавляет в своих силах. Но ничего, потом расскажет.

Сейчас концентрируюсь на себе. Источник чувствует себя что-то не очень хорошо. После первой волны, спровоцированной эликсиром, сейчас он словно пульсирует. Отдает магию частями, без ритма, не прогнозируемо.

Дышу в такт ходьбы. Добавляю в источник пси, стараясь слиться сознанием и с этой частью себя. Все же, как бы я не относился к магии, это тоже часть меня, и терять ее ой как не хочется.

В какой-то момент начинаю напевать про себя. Точнее, ритм ходьбы становится донельзя знакомым, и я начинаю напевать мотив, который всплывает в памяти. Похоже что-то колыбельное и успокаивающее. Даже слов не помню. Только эмоции. Просто что-то из детства, причем, я в этот момент даже не уверен из какого.

Повторяющаяся песенка странным образом стабилизирует состояние разума, и тела. Синхронизирует вдохи и выдохи с волнами энергии по телу. Постепенно в эти волны включается и перемешивается магия из Источника. А чуть погодя, начинает подстраиваться и Источник.

Сколько я иду в этом подобии динамической медитации я даже не знаю. Перестаю следить за временем. Для меня его просто нет. Но думаю, как раз эти четверть часа. Понимаю, что мы сходим с Тропы сразу. Опасности нет, и я продолжаю поддерживать внутреннее состояние, почти не реагируя на внешнее. Отслеживая, да. Как диагностические чары Кошкина например, которые проходят фоном. Или как момент, когда Доржат буквально заваливается от истощения к дереву. Но опасности вокруг нет, так что не реагирую. Думаю, шаман достаточно адекватно понимает свои новые силы.

Наблюдаю и некоторую паузу в действиях Кошкина. Видимо он что-то меня спрашивает. Но я настолько в этот момент глубоко в себе, что реагировать даже не пытаюсь. У меня ритм.

А потом… Потом учитель на меня накладывает «стазис», и я умудряюсь успеть посмотреть, как техника начинает действовать на организм, замедляя жизненные процессы. И я это принимаю с радостью, даже помогаю им замедляться. Это вполне соответствует песенке. Пупу-пу-пу-пу-пупум. «Спи, моя радость, усни». Мало слов помню, но мне их хватает. Тело засыпает.

А вот разум, неожиданно, нет. Похоже не работает на псиоников «Стазис». Собственно, как и «сон», ранее. Обе эти техники на меня работают крайне ограниченно. И в пути успеваю прекрасно контролировать окружение вокруг, причем, как бы не так же хорошо, как с активированным негатором. Да и «увидеть» обновленных шаманских духов могу. Правда они моего пристального внимания пугаются, и я быстро перестаю «смотреть» на них. Но путь, в общем, контролирую.

Но ничего из атакующего арсенала не пригождается. И хорошо.

Из пятна выходим к небольшому поселку, в котором практически все жители носят гербы одного Рода. То есть это, как раз, кажется именно поселок тех, кто стоит на страже Пятна. Ну и попутно занимается добычей ресурсов. Что-то подобное необходимо будет создавать и мне чуть позже из того поселка контрабандистов. «Присматриваюсь» как тут и что.

Местные сразу готовы помогать вышедшим из леса. Это в первую очередь. Расспрашивают кто-где уже во вторую.

Целители снимают стазис. На меня наваливается усталость, сопротивляться которой даже и не хочется. Оставляю на страже всего одну точку внимания и ухожу в сон. Сейчас стоит его сделать полноценным, я это чувствую. Здесь вряд ли нам может что-то угрожать.

Просыпаюсь вполне сносно себя чувствуя. К сожалению, сон был как черная дыра — лег, заснул, и тут же проснулся, часов через десять. Зато тело себя чувствует прекрасно. Похоже, восстановление прекрасно отрабатывает даже без наблюдения. Отлично, значит структура полностью переходит в бессознательное. Снимаю точку внимания с нее. Все равно, именно в эту ночь, она работала самостоятельно. Более того, вроде и магический источник восстанавливается. Состояния лихорадки тоже нет.

Яркое, солнечное утро. Ориентируюсь тут вполне неплохо, благодаря Аспекту. Так что спокойно встаю. Так же неспешно и незаметно иду к дому, в котором размещают Доржата и Кошкина.

Из лазарета ухожу спокойно. Все же полное ощущение пространства метров на сто в разные стороны, дает определенные преимущества. Я вижу всех людей в своем диаметре, а бессознательное прекрасно раскрашивает сектора внимания людей, так что спокойно уйти — является только технической проблемой. Да и то, не самой сложной.

— Утро доброе, — здороваюсь.

— Доброе, Максим. — Удивляется Кошкин. Так же как и Доржат, он уже давно не спит. Так что решаю дойти до соратников. — А вам целители уже разрешили вставать?

— Я не спрашивал, Борис Васильевич. Чувствую себя хорошо, и предлагаю выдвинуться к лицею.

— Мы как раз обсуждали этот момент. — кивает Кошкин. — Доржат восстановил себя, но я все же не рекомендовал бы вам пользоваться чужими околомагическими практиками. А Тропа, как бы она ни была удобна — это все же ритуал.

— Согласен. Какие варианты действий?

— Пока никаких — этот Род нам не союзный, так что здесь я на обычных основаниях гостя. Ради нас никто специально, как я вчера понял, транспорт не погонит. А их придет как раз дней через пять.

— Я домой уйду. — Говорит Доржат. — Согласен с магом. Максим, вам лучше сейчас меньше менять Мир. А к тебе в город я чуть позже приду. И не беспокойся. Говорить ни с кем из людей Михаила я о тебе не буду. Знаю, ты хотел бы попросить.

Киваю. Есть такое дело.

— Спасибо, Доржат. Действительно, им пока лучше не знать о бое. — Соглашается Кошкин. — Слишком там может быть много вопросов к вашим действиям, Максим. Причем, самым главным был бы — где вы взяли ритуал. Если я правильно понимаю направление, которым вы оперировали.

— Правильно, — подтверждаю догадки учителя.

— Вот и не светите эти знания. Источник я понимаю, кажется. Но объяснение вам дать будет затруднительно.

— Я и не собирался. Только один вопрос Доржат, пока ты не ушел.

— Да, Максим.

— Мелкие духи видят зараженных?

— Да, все три видят, Максим. Мы сможем сделать амулеты, что нужны твоему царю. Как — я уже понимаю. Но, ты будешь нам нужен в этой охоте. Так что мы придем через неделю.

Киваю.

— Буду ждать. Это очень важное дело. — Смотрю на наставника. — И именно поэтому, у меня есть предложение улететь отсюда на диске, раз Доржат уйдет своими путями.

Кошкин вопросительно смотрит на меня.

— Насколько я помню, в вашем распоряжении есть только дирижабль, Максим.

Улыбаюсь.

— Матвей, доброе утро. Не разбудил? — использую переговорник Кошкина. Свой я, в который уже раз, где-то теряю. — Кажется совместно с вашим знакомым, мы решили нашу общую проблему. Как какую? Со способом обнаружения тех, кто пользуется кристаллами навыков, конечно же. Где я нахожусь? А я пока не знаю. Минуту…

В поселок Колычевка, а именно там с меня снимают стазис, диск прилетает всего за полчаса. Матвей довольно быстро организует своих людей на помощь мне и Кошкину.

Доржат исчезает вообще незаметно. Но это я уже в нем отметил. Ну нравится человеку не привлекать внимания, что уж тут. Тем более при его-то профессии. Как там говорил Матвей — он занимается примерно тем же, что и Тайная Экпедиция, только вне своего княжества.

Ладно. Представители СИБа не очень довольны, но забирают нас без звука. Что ж — вот я и покатаюсь на этом забавном виде транспорта. А то на поезде уже катался, на дирижабле — аж два раза, даже через телепорт проходил, вот, остался последний вид дальнего транспорта, не считая корабли. Но там, кажется, все не очень хорошо.

Прилетаем сначала портовый городок, а потом, еще известным способом перегружаемся на мобиль, и все по той же дороге, добираемся до лицея.

Пока пересекаем Пятно, я довольно сильно переживаю о встрече с тем злобным разумом, что я уже пару раз по этой дороге цеплял. Все же именно сегодня я не очень готов к встрече. И, подозреваю, что мог бы оказаться проблемой для своих спутников. Но нет. В этот раз пересечь Пятно получается без особых сложностей. я даже ощущаю некоторое разочарование от Леса. Да, это внимание я опять почувствовал практически сразу, как мы уходи из окрестностей Гнезд. Просто отвлекаться на него не мог.

В лицее меня определяют сразу же в больничку, и Кошкин вообще не слушает никаких возражений. Ну что ж, в больничку, так в больничку. Полежать в лазарете лицея для разнообразия может быть и неплохо.

— Мы его нашли, — пожилой худощавый, похожий на приказчика мужик кланяется толстяку за дорогим столом.

— Докладывай. — машет рукой очень толстый маг.

За последний месяц, солнечный и очень довольный жизнью толстяк становится довольно дерганым и несколько обрюзгшим, усталым магом. Он все так же прикуривает сигару от пальца руки. Но теперь его движения становятся резкими, и некоторая вальяжность из них уходит.

— Рысев Максим, семнадцати полных лет. Ученик того лицея, где сейчас лежит Артем.

— Следы же зачищены?

— Да, еще тогда. Нападение грабителей, — слегка пожимает плечами приказчик.

— Хорошо, я помню эту историю. И имя это помню.

— Артем впал в кому начиная работать именно с этим учеником, Ваше Сиятельство. Как раз тогда это имя я вам и докладывал.

— Кстати, шансы, что Артем выкарабкается есть?

— Нет, Ваше Сиятельство. Осмотр разных целителей дает один и тот же ответ — тело в порядке, а разума в нем совсем больше нет. Если отключат от поддержки — тело умрет сразу же. Оно фактически живет за счет десятка амулетов.

— Мы можем как-то аккуратно поспособствовать?

— Если на то будет ваша воля, — склоняет голову приказчик. — Но позволю себе заметить, что это ненужный риск. Его, все кто мог, уже осмотрели. Если бы можно было вытащить что-нибудь из его головы — уже нашли бы как.

— Да, наверное, излишне. Но если будет возможность, и так, чтобы нас никак не компрометировать, — тут толстяк чуть морщится, — сделай.

— Принял, Ваше Сиятельство.

— Дальше. Почему ты уверен, что это тот самый бастард?

— Я не уверен. Но другого объяснения нет. Мы проверили все ниточки из городка. И вот его изображение в разные месяцы, — делает шаг к столу и кладет на стол карточку. Тут же отступает. — Раньше было незаметно. Но сейчас, кажется, становится очевидным, что Артем практически нашел наш Ключ.

— Да, — толстяк сминает бумагу. Та вспыхивает в его руке и мгновенно сгорает. — Одно лицо. С-с-скотина! — Из правой руки в слегка подкопченую стену влетает крупный шарик огня. — Доберитесь до него.

— Мы не можем, Ваше Сиятельство, — пожилой чуть сжимается от страха. Но находит силы выправиться.

— Почему? — очень спокойным голосом произносит толстяк.

— Он под плотным колпаком черномундирников. И на днях отметился на приеме у Императора, где имел с ним получасовую беседу. Вышел сам, и из сада исчез в неизвестном направлении. Является личным учеником Кошкина, Бориса Васильевича. Это преподаватель…

— Я знаю, кто это! — буквально вспыхивает маг. Делает несколько глубоких вдохов и выдохов. Бормочет себе под нос. — Два в одном получается. Хорошо. Продолжай! — обращается к старику.

— А, собственно, сведений больше и нет. Рысев это его не настоящее имя…

— Пф. Это очевидно. — Фыркает толстый. — Но неважно. Так почему мы не можем его достать? Нам, в принципе, не нужно его сотрудничество, достаточно просто смерти.

— Интерес Императора, Ваше Сиятельство. У Михаила Александровича какие-то планы на юношу. Пока что выяснить какие — не удается. Безопасники его прикрывают почти все время в городке.

— Скупка в Смоленске-2 приносит прибыль?

— Нет, Ваше Сиятельство. Нашей цели размещенная семья алхимиков не достигла. Думаю, они и не пытались. Сведения пришли с другой стороны. Правда, парень не пошел по стандартному пути боевых магов, и заниматься добычей ресурсов в первых двух поясах не стал. Так что залегендировать интерес именно к лицейским ученикам у них не было шансов.

— Это не оправдание. — Толстяк затягивается. Привычно бросает взгляд на место, где стояла клетка хомяка, опять морщится. — Хомяка нового купи. Он отвлекает. Только чтобы бегал, а не спал.

Пожилой кивает.

— В общем, семью алхимиков отправь куда-нибудь подальше, чтобы научились пересматривать приоритеты. Их замени на наших особых людей. Только чтобы к нам ниточек не вело, это понятно?

— Предельно, Ваше Сиятельство.

— Ищите варианты. Не может лицеист не выходить из учебного заведения. Интерес Императора игнорируй. Если мы реализуем свой, то с Мишей я договорюсь. Подходы к вербовке можете не искать. Мне нужна его голова. И желательно еще вчера. Вопросы?

— Нет, Ваше Сиятельство.

— Работай. — Кивает толстяк.

Что же, некоторое время, а точнее дней пять, меня точно никто трогать даже не будет. Уверен, что Кошкин нажмет на всех в лазарете, чтобы лишними проблемами я даже близко озабочен не был.

А вот самому мне, в лицее, уже не так чтобы и много нужного остается. Через пару недель пережить праздник середины года, сдать формалные экзамены по нескольким предметам, сделать предложение тем ребятам, с которыми мы вернулись в Империю не так давно — и вроде бы все. Хотя нет. Пока я рядом с Пятном, нужно озаботится использованием еще пару зелий. На Силу ту же, и на Скорость. Вот тогда будет все. Дальше уже другое место, и другие интересы.

Вроде бы времени-то проходит немного, а небольшие проблемы внутри заведения мне кажутся несерьезными, легко решаемыми. Но, с другой стороны, именно эти несколько спокойных месяцев дали возможность отлично прогрессировать как псиону. Да и как маг, я узнаю нужное. Спасибо Артему, вот только знать о моих умениях, Кошкин прав, людям ни к чему.

А вот почитать в библиотеке доступную информацию по ритуалистике мне, похоже, очень даже нужно. Направление мной незаслуженно обделялось вниманием. Так-то справедливо — слишком долго, слишком точно, слишком велика цена ошибки для ведущего ритуал. Все слишком.

Вот только оказывается, что эти минусы прекрасно нивелируются пси и разогнанным мозгом. Точность, скорость, контроль ошибок — да в моем исполнении ритуал почти любой сложности мало чем отличается, по скорости воплощения, от конструктов магов. Да вообще не отличается! Без разницы, что мгновенно напитывать магией через пси — конструкт, систему глифов, или сложно начерченную схему ритуала! Все это же можно готовить заранее. А контур прекрасно цепляет эти вещи. Так что ритуалистика, и внезапно артефакторика, начинают играть совсем другими красками. Просто артефакторика, судя по тому, что я изучал — тоже очень сильно зависит от ритуалов. Вся кроме волевой. Но там свои плюсы. Ладно.

Новое поле для поисков в библиотеке. А ведь еще скоро мне станут доступны архивы Тайной Экспедиции. Замечательно.

— Привет, Макс! — влетает первый посетитель ко мне. Буквально через полчаса, как я поселяюсь в палате больнички. И ведь уроки не мешают этому человеку добежать до главного корпуса.

— Рада, что ты жив! — Рита Сабурова неожиданна и непосредственна. Но своим восклицанием довольно точно описывает мои приключения за последние дней десять.

— А уж как я рад, — улыбаюсь. Оказывается я тоже рад видеть свою напарницу на балу. Девушка носит мой амулет, так что сразу же в курсе моего хорошего отношения. Что ее мгновенно радует.

— Говорят, ты видел Императора⁈ — Маргарита удивляет меня своей информированностью. — Какой он?

— Довольно немолодой, усталый, интересный, — пожимаю плечами. Подтверждаю. — Да, был приглашен на аудиенцию. Но не личную. Все было связано с недавним возвращением молодых магов из плена. Откуда ты знаешь?

— Ну, Максим, я, хоть и из побочной ветви, но такие вещи для меня отслеживают. Фамилия-то наша при дворе часто мелькает. Это новости, никогда не знаешь, что может понадобиться Роду и как это потом можно будет использовать! — улыбается девушка. — А то, что не личная — вообще не переживай! Многие за свою жизнь и такой даже по службе не удостаиваются.

Про себя улыбаюсь. Но здорово, на самом деле. Скоро останется рядом мало людей, которые будут видеть Максима Рысева так, как они со мной познакомились. Скоро будут сначала видеть титул, потом выскочку, а вот потом уже меня. Хмыкаю про себя. Вообще-то отличная маскировка. Меня точно всерьез принимать долго еще не будут. Главное не дать повода. Но ладно. Кстати, увлечение ритуалистикой вполне может дать еще слой к несерьезному отношению ко мне. Надо только посмотреть на то, что доступно в библиотеке. Мне нужно-то только года полтора, не больше, на нормальное закрытие второго уровня печати и нормальное же прорастание третьего. Потом, шансы встретить того, кто меня сможет легко уничтожить резко пойдут на убыль.

— Слышала, что ты почти закончил лицей! — Рита радует своим подходом к сбору информации.

— Есть такое дело. — Снова киваю. — Остаются только формальные предметы. Те, что без посещаемости и зачетов не сдать. Но это решаемо вроде бы.

— Здорово! — радуется девушка. — Ты же в Академию пойдешь, правильно?

— Да. — говорю. И понимаю, что поступать мы будем, получается, вместе — Сабурова ведь лицеист последнего года обучения.

— Ага, — довольно кивает девушка. — Ты понял. Вместе пойдем. Мы уже коалицию сколачиваем с Васильчиковыми. Они тоже в Академию.

Чуть закатываю глаза. Это все несерьезно так. Но обижать девушку не хочу.

— Ну и меня в свои сторонники запишите. — Киваю головой. — Только толку от меня немного. Я все по библиотекам, да вон по лазаретам.

— Не смеши! — хихикает девчонка. — Ты лучше скажи, может чего нужно? Конспекты, работы, лекции?

— Да вроде ничего, — задумываюсь. — А, нет, будь другом, — тут девушка чуть мрачнеет, но буквально на мгновение, — сходи к Моисеичу, мне нужен новый амулет. Он точно для меня оставлял, я помню. Мой опять сдох.

— Наш амулет? Вот такой? — девушка достает стандартный амулет лицея на цепочке. — Сдох?

— Ну да. — пожимаю плечами. — Не везет мне с ними. Третий уже меняю. Сходи, а? меня сейчас отсюда не выпустят, а вещь нужная.

— Третий меняешь? — немного изменившимся тоном уточняет Сабурова. Оценивающе так на меня смотрит. — Знаешь, я рада что ты жив! — Новым тоном повторяет свою фразу девушка.

Да, я тоже. — мысленно снова соглашаюсь с ней.

Рита задерживается у меня еще на полчаса, рассказывает сплетни, причем, в основном, про меня, и сразу же после окончания перерыва убегает. Ну а может ее своим приходом беспокоит Савва.

— Рысев, — качает головой целитель, когда девушка выскальзывает за дверь. — Не сказал бы, что я рад вас видеть. Но то, что вы живы, безусловно, не укладывается ни в какие теории удачи. Вам просто неприлично везет.

Савва приносит набор зелий и ставит у меня, рядом со столиком.

— Другого бы студента я бы отстранил от занятий на полгода… ну ладно, на месяц, не меньше. Но вы же не согласитесь, правильно?

— Не соглашусь, — смеюсь. Да и ничего страшного со мной не случилось. Ведь так?

Целитель внимательно на меня смотрит.

— Ну это как сказать. — качает головой. — С формальной точки зрения — нет. Все ваши показатели в норме, и это хорошо. С другой стороны — за последние пару месяцев я вас тут вижу уже даже не в третий раз. Так себя не жалеть попросту вредно. Хотя и вызывает, конечно же, определенное уважение.

— Я не специально…- хмыкаю.

— Да, еще скажите, что вы больше не будете, — со смешком вторит мне целитель. — Будете, и не еще не раз. И вы это знаете. Но дело ваше, конечно же. Привезут вас опять — соберем.

— Савва, можно вопрос?

— Валяйте, Рысев.

— Мне нужны зелья на постоянное повышение характеристик Силы и Скорости

— Рысев, ну вот по-честному. Выберете что-то одно. Ну не работает вариант усиления обеих характеристик. Тело просто не выдержит.

— Хорошо, а что бы вы порекомендовали из них?

— Я? — удивляется Савва. — Ничего. Оба зелья довольно токсичны, и не в последнюю очередь, именно из-за этого их оба не рекомендуют. Но если бы у меня стоял выбор — то взял бы Скорости.

— А почему?

— Ну зелье Силы. провоцирует рост мышечных волокон в другой пропорции всего-то. За счет изменения баланса принявший становится сильнее, причем заметно, но менее выносливым. Ему приходится платить за взрывную силу.

— А зелье Скорости.

— Не перебивайте, — хмыкает. — Я сейчас и сам расскажу. Это просто так его называют не понимая принципа. На самом деле благодаря зелью тело перестраивается так, что сигналы от нервов обрабатываются быстрее, и человек быстрее реагирует на раздражители. Это скорее не про скорость — это косвенное усиление, но еще и про ловкость, про эластичность связок, скорость сокращения мышц, да там десяток характеристик задевает. В общем, зелье многоплановое, но да, лучше всего заметна именно скорость.

— Ой, как интересно. А можно заказать вот именно его тогда. У охотников или у наших алхимиков?

— Да, конечно. Я закажу, как раз пока лежите, сможете воспользоваться. Вот если бы вы захотели бы другие — Разума там, или Выносливости — тогда были бы сложности. А вот это несложно найти. Только оно на вас почти не подействует, Рысев.

— Что так?

— Его принимать надо было в детстве, пока формировался нервный пояс, связки, кости. И в детстве оно доступно только под наблюдением целителей высокого ранга. Слишком велики риски неправильного развития. Так что до пубертата этот комплекс зелье-целитель стоит огромных денег, что как раз включает наблюдение. А вот сейчас вы купить зелье можете. И даже недорого. Только вам целитель уже не поможет в этом вопросе — развитие вчерне завершено, и зелье сработает очень слабо. Кстати, с зельем Силы примерно тоже самое. Мышечный каркас вы же уже сформировали, так что прирост будет заметный, но не сильный, Рысев. И оба зелья токсичны, напоминаю, так что безопасно применить можете только одно. Выбирайте.

— И вы закажете, и даже не будете меня отговаривать?

— Зачем? Вы взрослый парень, сами решите. Минусы я вам назвал. В больничке у нас можно принимать что угодно, я вытащу, ну или в стазис введу. А с зелья я лишние пять-семь золотых заработаю.

— Честно. — Хмыкаю.

— Рысев, вот как на духу. Вы меня так бесите постоянным попаданием сюда, наплевательским отношением к собственному здоровью и потенциалу, что заработать с вас немного денег мне уже кажется вполне допустимым. Да и кроме того, я же работаю с охотниками. Честность у нас — лучшая политика. Это окупается.

Усмехаюсь про себя. Замечательной преданности своему делу человек. Нужно будет его взять на заметку. Раз работает в двух местах — нужны деньги. А если работает на охотников — значит еще и профессионал, каких немного. И как раз по проблемам с тварями Пятна. Кажется мне такой человек ну очень пригодится. Но это на будущее.

— С зельем Силы такие же сложности? — Ну уж до кучи. Так-то подозреваю, оно местами будет конфликтовать с зельем на Выносливость, что я уже усвоил, но посмотрим.

— А какие сложности вы углядели в зелье Скорости? Выпьете и все. Ну, может, хорошей идеей было бы размяться и побегать. Завтра уже можно — вот и отправитесь. Главное, магию не применять еще несколько дней, а тянуться, разминаться, бегать — сколько угодно. А с зельем Силы еще проще — там курсом применять надо, каплями. Ну и давать себе силовую нагрузку — вон хоть в «давилке» той же.

Киваю. Общая идея понятна. Но у меня есть подозрение, что я и тут смогу немного обмануть всеобщее убеждение. Но зелье Скорости определенно интереснее.

— Итак, зелье Скорости. Цена?

Савва слегка зависает, подсчитывая.

— Четырнадцать золотых, или баллами по курсу. Если будете заказывать напрямую, без моей скидки и работы по доводке — обойдется на два-три золотых дороже.

— Да, я и не собирался. — Пожимаю плечами. Моисееич вроде бы примерно ту же стоимость называл, только про наблюдение и некую доводку не сообщал. Интересно, с чем это связано? С другой стороны, вряд ли у него частые такие заказы. Так что может просто не знать. — Заказывайте.

— Ваше дело. — Отчетливо пожимает плечами. — Завтра принесу. Это не дефицит. А вот этот набор, — показывает на несколько пузырьков, что он приносит только что. — Часть нужно выпить сейчас, и часть через полчаса. Здесь указано. Часы с будильником я вам поставил. Вкус крайне неприятный, но вас не стошнит, обещаю. Но выпить нужно — это для укрепления Источника.

— Конечно. — Киваю, и выпиваю первые четыре пузырька по-очереди.

К последнему хочется плеваться ужасно. Горечь во рту почти непереносимая, но Савва правильно заметил про почти. Все же — переносимая. Запиваю водой.

Целитель хмыкает.

— Ладно, Рысев. Я вас оставляю. Завтра ждите. Если что — зовите, сегодня смена моя.

— Хорошо. — Киваю.

Целитель уходит. Но почти сразу же у меня новые посетители. Видимо, сегодняшний день весь такой будет.

Ко мне заглядывает Первак. И не один. Оба заместителя тоже мнуться на пороге.

— Да, проходите, — усмехаюсь. — Савва сказал, что я более-менее здоров. Просто магией нельзя пользоваться. Так что беспокоить меня можно, и даже нужно. Проходите ребят, тем более у меня к вам дело.

В палату ко мне садятся оба моих вроде как «заместителя» в лицейском самоуправлении и Первак.

— Здравствуйте, Максим. — Нестройно здороваются ребята. Они откровенно мнутся. Странно, меня не было всего-то десяток дней, а такие изменения.

— Так, я вот сейчас не понял. — Качаю головой. — Что случилось? С чем связано обращение на «вы»? Мы же недавно виделись все.

Переглядываются. Начинает Первак.

— Ну, Максим, ходят слухи, что вы видели самого Императора!

— Да как так-то⁈ — неподдельно удивляюсь. — Проходит меньше суток с аудиенции, а уже «ходят слухи». Откуда?

— Да слухи ходят уже неделю, — усмехается Рыжий Рогволд. — И я даже точно знаю первоисточник.

— Жги, — вздыхаю. — И ребят, давайте как раньше, на «ты», хорошо? Мне непривычно.

Рогволд сразу же усмехается. Ну вот ему как раз это наоборот — кажется правильным.

Так-то я понимаю идею сословий, конечно, но потом им надо объяснить кое-что. Ладно.

— Как ты заказал парадную форму лицеиста, так слухи и пошли. Особенно никто не скрывал, что для аудиенции. Редкое для нашего лицея событие. Вот и слухами обросло.

О-о-о. Я и забыл. То-ли еще будет, — усмехаюсь про себя. Если брать во внимание слова Императора. А это во внимание брать нужно всегда.

— Понятно, — смеюсь уже в голос. — И как выглядит самый правдоподобный слух?

— Что ты незаконнорожденный потомок Самого, и теперь в лицей вернешься только за документами. А так у тебя и княжество и дочку в жены…

— Нет уж, давайте выбирать что-то одно: дочку в жены или незаконнорожденный потомок. Иначе непорядок получается, — усмехаюсь.

Первак с большими глазами следит за «полетом» нашей мысли, и, очевидно, не одобряет. По ощущением, прикосновение к семье Императора для него отдает святотатством. Вздыхаю про себя. В принципе, понятно.

— Не надо, пожалуйста. — Тихо, но твердо говорит парень.

— Ой. Да ладно тебе, Макс про слухи спрашивал. Этот — самый популярный.

— Я не слышал, Рогволд. — Первак серьезно смотрит на Рыжего.

— Ладно, перестаю, — поднимает руки вверх рыжий парень. — Вообще молчу.

— Так, если все посмеялись, то давайте к делам, пожалуйста. — серьезно вступает в разговор Длинный Сергей. — Максим, пока ТЕБЯ, — выделяет слово. Я киваю. — Не было, мы сделали реорганизацию по тому принципу, который ты нам предложил. Вот тут все расчеты. — протягивает бумагу. Забираю.

— Вкратце, расскажешь? — прошу парня. По делу, похоже, к нему. Хотя Рогволд тоже не так прост. Шуточкой на грани для Первака он мгновенно сломал начавшийся образовываться ледок в отношениях. Молодец. Это стоит запомнить.

— Коротко? — кивает Сергей. — Коротко так. Мы имеем представителей на каждом курсе, это раз. Членов, ну пусть будет, ордена Знаний, — чуть смущается. — Название временное, пока никто лучше не придумали. Но нас называют людьми Рысева, это второе название внутри лицея.

— Интересно. Против кто-нибудь был?

— Нет, спокойно все восприняли. Так вот, наших членов сейчас первых трех кругов — порядка сорока человек. Двенадцать первого круга, это те, кто пришел с тобой из плена, еще десяток, что захотели присоединиться сразу же уже здесь — мы их приняли, и они образовали круг, в который принимаем по знаниям, ну и остальные — третий, вроде как на испытании.

— Интересно. И как это сработало для ребят?

— Мы сейчас третье по численности объединение в лицее. А по знаниям и силе магов — четвертое. Мы без тебя безусловно проигрываем по возможностям родовитым. С тобой — думаю, место второе-первое получится. Но это умозрительно, конечно. После объединения и организации Совета стычек практически не происодит. Так что все на самом деле довольны. Мы организовали помощь в освоении лекций, как ты и предложил, и это дало быстрый качественный скачок. Причем, за ним, объединения родовитых уже угнаться не могут.

— Почему?

— Возиться с обучением мещан или бывших крестьян им невместно, знаешь ли, — усмехается Сергей.

Киваю. Понимаю, что ж, это их выбор.

— Но по-правде говоря, — чуть мнется Сергей. — Это равенство более-менее состоятельно, действительно, только до окончания лицея. Потом, родовитые, за счет большей силы или доступа к знаниям, сильно нас обгонят.

— Это понятно. Но у меня как раз есть предложение. От которого мало кто из наших откажется. — Усмехаюсь. — Ну, я так думаю. Давайте обсудим, хорошо?

— Конечно, Максим, — ребята внимательно смотрят на меня.

— Ну, не настолько важное, хотя кто знает. — Усмехаюсь. — Тут, скорее, запоздалый ответ на вашу просьбу в дирижабле. Помните?

Сергей и Рогволд кивают. Первак спокойно ждет продолжения.

— Пока конкретики будет мало. И та, только для вас троих. — Оглядываю ребят. — Кое-что расскажете, как ты там сказал, первому кругу? Ну вот им.

Немного собираюсь с мыслями.

— Примерно через месяц, а может быть и чуть раньше — тут вопрос бюрократии, я все же вынужден буду основать Род. Пока не знаю ничего. Но, мне нужно в течении ближайших года-двух набрать магов. Минимальное число — двадцать человек. Конечно же, я постараюсь найти отставных военных или наемников, но большую часть я планирую набрать именно из магов-учеников. Ты хочешь что-то спросить?

— Да, Максим. — Сергей тут же задает вопрос. — Почему из учеников? Мы же, ну…

— Да говори честно, мы же — балласт! — смеется Рогволд.

А мне он начинает нравиться. Оттаивает парень, кажется.

— А я знаю, — усмехаюсь. — Но у меня довольно простое соображение — в ближайшие три года я не планирую вести военных действий где мне могут понадобиться войска, это раз. Я не планирую обзаводиться недвижимостью, или землей, которую нужно защищать, это два. А вот двадцать магов, причем официально именно магов, я предоставить в списке своего Рода буду обязан. Таковы условия. Вы поймете все после бала. Это, кстати, тоже конфиденциальная информация.

— Макс, а я могу поставить баллы, скажем, на неожиданность на балу? — тут же спрашивает Первак. Кажется парню понравилось поднимать легкие деньги. И это при том, что он пока и не тратит ничего со счета. Я б узнал.

— Я тебе даже больше скажу, мы у букмекеров и золотые тоже поставим. Да еще и в столицу я тебя с этой целью отряжу. Но это мы отдельно обговорим. Я не могу рассказывать о событии, но вполне смогу тебе сделать намеки, которые помогут нам чуть-чуть заработать на ставках.

— Нам? Или нашему Роду? — уточняет Первак.

— Кажется, я нашел казначея? — хмыкаю. — В принципе, может и так. Смотри сам. Награда потенциально несопоставима с деньгами на счету.

— Я тебе доверяю, Макс. Считаю что на счету — это деньги Рода. — тут же принимает решение Первак. — Только можно я восемьдесят золотых отцу отошлю? Он себе кузню нормальную в городке поставит.

— Думаю, да, — пожимаю плечами. — Ты ж понимаешь, что это пока временное назначение. И тебе нужно будет сильно подтягивать знания?

— Мне интересно, Максим. Цифры, они такие спокойные. Основательные. Я бы хотел попробовать.

— Я не против, — пожимаю плечами. — Ты все равно пока что не казначеем будешь, а скорее хранителем.

— Мне так даже проще. Но я бы попробовал. Хоть учеником к кому пойти.

— Найдем тебе учителя. Тут склонность нужна, а она вроде бы у тебя есть. — задумчиво киваю.

Нет, ну на самом деле — парень спокойно пережил искушение большими деньгами, когда я пропал для лицейских. Сохранил их. При том, что я вполне официально был признан мертвым. Так что доверия вполне заслуживает, а денег там все равно для Рода — капля в необходимом море, как уже кажется.

— Ладно, вернемся пока к магам.

Сергей и Рогволд спокойно ждут, пока мы с Перваком договорим.

— Так вот. Я хочу воспользоваться небольшим допущением, — оскаливаюсь. — Империя считает, что после лицея мы все становимся самостоятельными магами разных рангов. Отлично. Именно это мне интересно. Ты Сергей говорил про то, что это большая удача, что вы, двенадцать человек, после лицея не будете ничего должны Империи, правильно?

— Да, и сейчас повторю.

— Вот. Значит и ваши контракты перекупать будет не нужно. Это плюс. Кроме того, раз практически вся дюжина в негласном рейтинге находится высоко, то шансы на переход после окончания лицея в Академию у всех большие, правильно?

— Да, только там обучение крайне недешевое.

— В курсе, но мы сейчас не об этом. Теперь, следите за руками. Мне не нужны в ближайшие года три ни земля, ни отряды. Но нужны маги. Вот мы берем вас, и всех после лицея запихиваем в Академию. Мало того, что вы растете как маги, и усиливаете наш Род, так еще и вы защищены Академией. А вот остальных восемь-десять человек придется уже искать среди бывших военных. Все же и после Академии вы выйдете балластом. А вот военные смогут обточить ребят до вполне приемлемого среднего уровня. И пока вы будете учиться, восемь человек на малом дирижабле — это минимально возможная группа найма. Так что у них будет привычная жизнь, пусть и не в армейская. Думаю, даже что они сами себя будут окупать, как наемный отряд, но это чуть позже смогу решить. Уверен, что легко найду таких людей.

— Найдешь, но…

— Почему я думаю, что двенадцать магов примут именно мое предложение? А не Империи, или Родов?

— Да, именно. Мы, скажем, точно с тобой, — Рогволд переглядывается с Сергеем. — Но остальные — серединка на половинку. Так то, умозрительно, большинство хотело бы остаться с теми людьми, с которыми разное прошли. Но кроме личных отношений что-то нас еще должно объединять.

— Наследуемое дворянство подойдет?

Сергей закашливается.

— Даже за призрачную возможность стать через пару-тройку лет дворянином, что может передать титул детям, к тебе выстроится очередь. И не только из недоучившихся студентов. Даже не переживай. Тем более не понимаю, зачем тебе мы.

— Вы удобны, честно говоря. Мне на самом деле дела Рода вообще не к чему несколько лет. С состоявшимися магами я не смогу отложить эти моменты. А с вами — смогу. Но Род мне основывать придется. И защищать его — тоже. Еще кое-какую работу для Империи выполнять будет обязательно нужно. — Прикусываю язык. Распространяться про патрулирование Пятна нельзя — тут всего шаг до ненужных сейчас догадок. — Вот так получилось. Так что переложить большую часть этой проблемы на Империю, я считаю вполне приемлемым. А для вас — это просто отличный вариант. Для меня же — только деньги. — говорю ребятам.

Но в голову приходит довольно простая мысль — что в этой конфигурации, стоимость обучения тоже можно будет повесить на Императора. Хмыкаю про себя. И ведь это даже не будет слишком сложно — ему это выгодно будет, я даже знаю почему. Ладно, это дело будущего.

— В общем, это предложение, очень аккуратно, донесите строго только тем, кто сможет держать язык за зубами. Тем кто не сможет промолчать две-три недели — лучше не рискуйте.

Ребята уходят из больнички сильно задумавшимися. Ну и хорошо. Для меня эти потенциальные члены Рода еще и уже просеянные маги. Которых возможно, я попробую обучать. Пока, конечно, нет. Да и есть у меня обязательства перед Прозоровскими. Но все равно пока у меня и системы, как таковой нет, и возможности контролировать распространение даже навыков тоже. Но все же для обучения, если я пойму, что один определенно не справлюсь с Гнездами, придется искать примерно таких магов. Не Родовых, не связанных с другими организациями. Желающих нового. Это непросто, так что держать рядом уже отобранных прошлым ребят — стоящее дело. А даже вот эта пауза, паузой является только для меня. Для них это огромная возможность. Поэтому приглядываюсь. Может быть и да. Но очень не скоро.

— Максим, занят? — я удивляюсь новому посетителю еще пока он поднимается сюда. Сигнатуру-то вижу довольно далеко.

Я даже и не знал, что Моисеич со склада вообще выходит. Нет, так-то понятно, видимо Рита дошла до него сразу же, но если честно, все равно неожиданно.

— Нет, Володимир Моисеевич, проходите пожалуйста.

— Рысев, я к вам ненадолго. — садится рядом с кроватью мужик. — Как амулет погиб расскажите?

Раздается сигнал будильника.

— Конечно, только пару минут подождите, — показываю на пузырьки.

Кладовщик, понимающе кивает.

Выпиваю весь комплект. Опять хочется буквально плеваться. Но сдерживаюсь.

— О, а я к тебе вовремя, оказывается, гостинец принес, — выставляет на стол посудину с соком ягод. — На. Подарок.

С подозрением отношусь к подаркам Моисеича, но принимаю. На самом деле — крайне вовремя.

Выпиваю сок местной малины. Мерзкий вкус половина посудины сока прекрасно забивает.

— Благодарю, — говорю кладовщику. — Очень вовремя, действительно. Так что вас интересует?

— Максим, вопрос все тот же. При каких обстоятельствах у тебя умер армейский амулет. И покажи мне его, пожалуйста.

Пожимаю плечами и лезу в свои вещи в тумбочке. Вытягиваю цепочку.

— Держите. — отдаю амулет кладовщику.

— Интересно, — Моисеич открывает амулет, и из него опять высыпается песок. Кристалл опять отдает всю магию. Закрывает. — Почему ты думаешь, что он сломан?

А вот это внезапно непростой вопрос. Это же я вижу, что все нити внутри амулета разорваны в клочья. Там, похоже, после единовременного выплеска магии вообще целых контуров не осталось. Но вот сказать об этом кладовщику не могу. Хотя.

— Володимир Моисеевич, у вас очки артефактора с собой есть?

— Нет, не брал. — Качает головой маг.

— Возьмите у Саввы, и посмотрите под увеличением, там большая часть внешних контуров разорваны. Думаю, что и внутри примерно то же самое.

— Понятно, посмотрю потом. — Кивает кладовщик. — Расскажи, если не сложно, при каких обстоятельствах умер амулет.

— А я не знаю, честно говоря.

— Как так?

— А таких обстоятельств у меня за последнюю неделю было минимум два. И в каком из них амулет сдох — я не знаю.

— Можешь поделиться?

— Кратко или с подробностями?

— А как хочешь. Мне нужно понимать о возможности получения похожей ситуации для лицеистов, Максим. Ну и человеческое любопытство, конечно же.

— Ну ладно, тогда как получится. — Усмехаюсь. — Смотрите, первая ситуация была в поместье моего наставника под Новгородом. Там случилось нападение большой группы людей, наемников. И я оказался пусть и не эпицентре боя, но довольно близко к краю. Подозреваю, там были моменты, где меня могло задевать и техниками высокой интенсивности, и банально шквалом огня из порохового оружия. Так что это первая ситуация. О подробностях спрашивайте тоже Бориса Васильевича.

— Спрошу, — чуть мрачнеет кладовщик. — А вторая?

— Вторая — дня не прошло. Мы, с наставником нарвались на крупного и очень опасного монстра внутри четвертого или пятого пояса Пятна. Бой был довольно тяжелым и там вполне амулет мог сдохнуть. Я даже больше скажу. Мне кажется именно вторая ситуация и важна. Первая — довольно обычный все же бой. А на это армейский амулет должен быть рассчитан.

— Подробности?

— Опять же — к Кошкину, — усмехаюсь. — Володимир Моисеевич, я вряд ли удовлетворю ваше любопытство. Но все же позволю себе предположить, что вторично такие ситуации вряд ли возникнут.

— Может быть, — вздыхает кладовщик, протягивая мне новый амулет. — Держи офицерский. Может хоть он с таким несчастливым учителем тебе прослужит дольше. Ладно, я спрошу у Кошкина. Чего-нибудь добавить хочешь?

— Спасибо за амулет, — получить офицерский вариант защитного амулета я даже не думал. Более того, не представлял, что такие есть у кладовщика и доступны. — А какие-то отличительные особенности у него есть?

— Для студента? Не много. Сильнее щит, более качественный накопитель. Ничего такого, что бы все переходили на него массово. Вам, лицеистам, ну кроме тебя, — ухмыляется, — обычных армейских за глаза. Тут просто переговорник интегрирован. Но он для ограниченного пула задач. То есть локальный. Охотникам важен, но и только. А так, просто более сильные варианты уже знакомого.

— Понятно, — киваю. — Еще раз спасибо. Сколько я за него должен?

— Знаешь, давай все те же пять золотых возьму. Не буду тебя пугать — вижу, не по своей вине амулеты теряешь. Так что отдам как обычный ученический.

— Хорошо. Чек возьмете?

— Да потом отдашь, как выйдешь. — Моисеич скомкано прощается. — Я вообще-то не к тебе. Я к Савве шел, а тут Сабурова. Так что заодно и к тебе завернул. Давай, выздоравливай.

Кладовщик опять прощается и уходит.

Ага, ага. Я так и поверил. Вот точно не после того, как печать лицея внутри меня, выдает в сторону кладовщика пару сигналов. Я даже удивиться не успеваю — только понаблюдать. Причем сигналы с помощью магии, близкой по цвету к магии менталистов. Но точно не она.

А кладовщик, как получает эти пару сигналов, сразу же становится намного спокойнее. А ведь беспокоился, пока сюда шел, я точно знаю. Фон не врет.

Морщусь про себя. То, что у печати лицея есть куча функций, про которые не рассказывают при ее активации — это понятно. А вот то, что она сохраняет свою автономию даже на том скудном пайке, на который я ее в свое время посадил — неожиданно. Да и я не помню, что бы я замечал какие-либо обмены информацией с этой печати с кем бы то ни было.

Но если это что-то регулярное — то кладовщик отличное прикрытие. Все минимум же раз в полгода бывают у Моисеича на складе. Может там как раз и происходит обмен информацией? Интересная мысль на понаблюдать. Что ж, в общем-то и не ожидал, что кладовщик в лицее это просто кладовщик. Вот только теперь мне становится дико интересно, чьи интересы он представляет. Точно не тайной службы — за это тут вроде Кленов отвечал. Тот, что за мной приезжал в городок. Хотя, может он не один? Но тут не угадать пока.

Но, информацию специфическую он мне добывал. С печатью лицея, по идее, государственной, взаимодействовать может, доступ к довольно стратегическому ресурсу — имеет, при этом в городе, например, амулеты подобные армейским довольно редки. А ведь Моисеич был в свое время охотником.

Ладно, загадка пусть пока повисит неразгаданной. Ни к чему мне сейчас. Нет принципиальной разницы, кто еще смотрит за магами в имперском лицее. Я же это и так понимаю, а сколько служб — две или пять, например, принципиально ничего не меняет.

Смотрю на амулет. Функция переговорника значит? Ну пусть. Думаю, в параллель тут и прослушку можно организовать. Ладно, пока без разницы, а потом Кошкина спрошу, он у Рыжей точно узнать сможет что к чему.

Кладовщик действительно отправляется к Савве, так что к своей легенде мужик относится с уважением.

Хмыкаю про себя. Что ж, начну привыкать с малого. В ближайшие пару лет меня очень не захотят выпускать из поля зрения, это понятно. Но тут мы играем на разных уровнях, и критерии у меня и у системы не совпадают. Так что интересно. Ладно. Отпускаю лишние мысли.

Скорее всего, визиты закончены. Все, кто хотел, у меня побывали, кажется. Можно и собой, наконец заняться. Немного отпускаю контроль за своим пси.

Спокойно, уже телекинезом, забираю пару глотков сока из посудины Моисеевича. Цепляю перекус с тумбочки. Вообще, использование поля для повседневного, неожиданно задевает струны памяти. Я словно на мгновения становлюсь тем собой, которого уже не существует.

Вытягиваю из вещей кристалл Гвардейца и беру его напрямую в руку.

— Чжоу! Проход, сейчас! — передаю в так-сети.

Сокомандник мгновенно превращает заранее заминированный проход в груду камней. К сожалению, на автомате это оставлять нельзя. Долбанные Гвардейцы всегда меняют характеристики пространства под себя, и чтобы все работало как часы, нужен оператор рядом — стабилизировать. Чжоу прекрасно справляется. Пластит работает, а взрыв можно и под щитом пересидеть.

— Ну что, этого разбираем на скорость? — сообщение висит в так-сети. Ускорение активировано сейчас у всех.

— Кабан, второй на подходе. На этого у нас не более двух минут реального времени. — Меркатор напряженно, но в то же время спокойно реагирует на зашедшую в зал тушу гиганта.

— Ой, можно подумать! Ты в своем репертуаре — мы все погибнем, какой ужасный ксенос! — Лиса смеется в том же голосовом чате. Для нее этот выход с нами далеко не первый, и ко всем нам она ключики подобрать успевает. — Только на моей памяти у нас это восьмое Гнездо, а ты с Кабаном дольше всех. Пари! Чей последний удар, тот забирает себе кристалл на стильную татушку.

— Принимаю, — не прерываю флуд в чате. Групповое ускорение еще пару внутренних минут висит, а так-ком уже все равно раскрасил вектора атаки.

Ксенос разражается волной по пространству.

— Черт! Начинаем. Нас срисовали. — С легким оттенком досады сбрасываю счетчик на пять секунд. Лиса права, одиночный Гвардеец давно уже нам не противник. А материал для тату мне пригодится. — Отсчет. Четыре, три…

Открываю глаза. Вот что мне казалось важным весь путь. Этот момент пока не критичен — и так точек внимание на контроль достаточно. Сейчас вообще только две трети постоянно использую — пока не хватает техник.

Глубоко вздыхаю и начинаю перекачивать пси целого Гвардейца в свой кристалл Памяти. Недостаточно, чтобы снять следующий слой, но что бы приблизиться к этому — вполне. Главное кристалл ксеноса не до конца обнулить — пыль должна быть активная.

Почти треть внимания оставляю на вытягивание и прокачку пси. В параллель достраиваю контур, и даю нормально замкнуться второму уровню печати. Сегодня мне все это понадобится.

Вздыхаю. Рановато немного, но в свете общения с такими монстрами, как Император, может быть уже и нет. Да и кристалл Гвардейца пока что у меня единственный — для нанесения только эти и радужные подходят. Остальные очень ограниченно.

Тату, пожалуй, здесь не оценят — как-то не вижу никого, кто бы щеголял с нательными рисунками, но если незаметно, то, думаю, вообще страшного нет ничего.

О самом процессе даже не волнуюсь. Все же в свое время татуажа я себе нанес столько, что сейчас смогу это сделать с закрытыми глазами. Хотя собственно с закрытыми-то я его и сделаю. А вот щеголять рисунками точно не буду. Даже тогда я жалел, помню, что пожертвовал временем, в обмен на эффективность. Ведь мог же сделать их невидимыми. Но сначала не знал как, а потом уже и не стал. А ведь разница во времени нанесения всего полтора раза. Ничего. Сейчас времени достаточно.

Создаю псионикой систему из нескольких глифов «скрыта». Если мой стандартный глиф пройти смог только Император, то каскад, да еще с дополнениями, не пройдет и он. Разум нужно защитить.

Тщательно выписываю каждый контур каскада. Ловушки, условия отключения графемы, все важно. Медленно, зато помня каждый штрих наизусть, пишу длинную ленту символов. Причем большая их часть будет наноситься слоями. И это учитываю тоже.

Из интересного — не нужно придумывать защиту, подбирать универсальные образы или что-то такое. Тут вообще нет, на удивление, работы с разумом. Всю защиту будет придумывать сам себе вторженец. В ленте пишу только глифы принципов. Где вторженцу будет обеспечена головная боль, где быстрая тошнота, а где он может и сколлапсировать. Все это нужно прописать. Но без конкретики. Конкретику всегда обойти можно. А вот если каждый раз защита будет на шаг впереди атаки просто из-за того, что разумный всегда сам знает свои недостатки, то и обойти сложнее. Тоже возможно, но обычно удавалось такое только ограниченно разумным. Но там другие погремушки уже.

Тату графемы размещать буду под волосяным покровом головы. Стильная татушка, по выражению Лисы, здесь будет абсолютно незаметна. А вот разум она закроет намного лучше одиночного, даже пусть и сложного глифа. В этом и цель. Это умение на бессознательный уровень переносится намного дольше, чем почти все другие глифы. А мне ждать лет десять, пока «скрыт» станет умением, а не техникой, похоже уже и некогда.

Хотя от этой идеи я и потом не откажусь. Все же лучше иметь навыки, чем какие угодно костыли. А татушка это все же костыль, это я понимаю довольно четко.

Пси качаю долго. Может даже полночи. Но в какой-то момент кристалл Гвардейца держит совсем немного нейтральной пси. Этот момент очень заметен.

Вытягиваю пси, заменяя ее своей. Не позволяя даже на мгновение полностью забрать пси из кристалла. Он сейчас невероятно хрупкий, так что даже держу его только телекинезом.

Все. Заменяю. Чувствую кристалл до последней черточки глифа. Усилие, и он лопается в облако невесомой пыли.

Да, приходится ему помочь, но взвесь остается пси-активной, иначе я не смогу совершить задуманного.

Полностью концентрируюсь на нанесении рисунка графемы. Снаружи не оставляю ничего. Все внимание в работу. Ничего страшного, рядом нет опасности.

Пыль вбивается мной в рисунок глубоко под кожу. Не повреждает нервные окончания, да и вообще, воспринимается организмом как свое продолжение, за счет своей пси в пыли. Работа тщательная, муторная, и довольно сложная, но, с определенного уровня контроля, вполне посильная.

Заканчиваю со всеми слоями рисунка ближе к утру. Не тороплюсь.

Активация каскада «скрыта» проходит буднично. Даже немного привычно, что ли. Быстро прохожусь по уровням каскада. Включая их один за одним, в том числе и последний, внешний.

Поднимаюсь с кровати.

Тапочки, и иду проверять, что у меня получается. Как раз у целителей пересменка.

— Савва, да ты достал меня уже с этим полутрупом. — Целители обсуждают что-то свое, и я получаю прекрасную возможность проверить максимальную активацию графемы. Пси течет рекой, но все равно, даже на максимальном уровне, объем прокачиваемого пси сравним с активацией одиночного глифа.

— Слушай, Васильев. Ко мне уже подходили в городе. Намекали отключить пару амулетов. Думаю и к тебе подходили. — Савва серьезно выговаривает сменщику. — Не вздумай.

— Ну ты что, Савва! Я бы не стал!

Целители пьют чай печеньем. И меня не замечают, хотя я подсаживаюсь прямо к их столу.

Беру печенье, наливаю себе чай тоже. Сижу, слушаю.

— Стал бы, Васильев, стал бы. — Савва качает головой. — Я прекрасно тебя знаю. Не трогай этого препода. Отдадим в центр, пусть у них голова болит. Это не легкие деньги, Васильев. Это залет. И трясти будут нас всех.

Перекрываю прямой взгляд Васильеву ладонью. Тот тут же выглядывает из-за моей руки. Словно даже не замечая этого своего движения.

— Савва, да я не в жизнь!

— Короче, Васильев, я тебя предупредил. Это не недостача постоянная накопителей, это серьезнее. Придут черномундирники, уедешь далеко. Вот подписывай.

— Что это?

— Это дополнительный осмотр пациента. Жив, дышит, без сознания. Мы только что у него были.

Васильев забирает бумагу и читает.

Мне же тут делать больше нечего. Отставляю чашку у двери и выхожу в коридор. «Скрыт» действует отлично. Ошибок я не допустил. Но я и был уверен в своей работе.

— Савва, да ты тоже замотал уже чашки по всей ординаторской оставлять! Не в первый раз уже!

Пу-пу-пу. Извини, Савва. Так получилось. — улыбаюсь про себя. Возвращаюсь в палату.

Испытание успешное. Менталисты, говорите, угу. Наконец, впервые за полгода почти, я могу глубоко вздохнуть, и отпустить этот страх совсем. Без вариантов теперь даже в бессознательном состоянии. Первый, самый важный шаг к своей свободе, я сделал.

Неожиданно много внимания оттягивает в прошлом риск моего столкновения с менталистами. Пока не было понимания об их мощи, не было понимания и что им противопоставить. Да, теперь более-менее ясно, что мощным ударом менталист раньше мог снести мое сознание. У Императора на это бы сил хватило точно. Но снесло бы тогда все. И информацию тоже, получается. Ладно. Теперь этого можно не опасаться. Все в будущем встреченные представители этого направления, очевидно, будут слабее. Мне же теперь разум можно вскрыть только изнутри. Причем буквально. Снаружи можно либо убить, либо ничего не добиться. Кстати, я почти уверен в том, что и к большинству ментальных техник я определенный иммунитет получаю. Зависящий от уровня работающего каскада «скрыта», естественно. Но на максимальном, есть подозрение, что смогу игнорировать все, что направлено на разум.

Кроме этого, я теперь та еще тень. А если объединить каскад «скрыта» с невидимостью амулета, то, подозреваю, меня вообще найти будет сложно — местные-то Поле очевидно не видят и не чувствуют, так что отражения разумов, сигнатуры, проходят мимо их понимания. И пока я это менять не хочу.

Хм. нужно будет подумать и над защитами от чего другого. Всё же некоторые ксеносы демонстрируют иммунитет, например, к стихийной магии. А это вообще, кажется, может сильно поменять расстановку сил. Вот только нужно найти тот глиф, который они для этого поддерживают. Пока что, это умение было не основным у встреченных монстров. Так что прописаться в кристалле не могло. Точно не так, как основная характеристика ксенонса. Но вообще, нужен набор кристаллов таких монстров. Может и смогу понять экспериментами, как оно работает. Глиф пси, лишающий мага доступа к Магии…так стоп. Пока про это даже думать не стоит. Это что-то из возможного, но если Гнезд мало, то маловероятного. Главное — это все же вычистить Гнезда из мира. Благо оружие против них мы нашли. И кстати, вот именно ритуал, как магия — прекрасно сработал на ксеносе. Так что сопротивление у этих существ в любом случае будет не ко всему.

Все, хватит. Мечты, это не цели, а времени и так немного. Но посматривать буду, конечно.

Быстро навожу порядок телекинезом. Практически во всей палате одновременно. Так же одеваюсь. Одежда, если бы был наблюдатель со стороны, сама застегивается-одевается.

— О, ты уже встал. — заходит уже ожидаемый мной Савва. Слегка удивляется порядку в палате. — Держи зелье.

— Уже? — удивляюсь.

— Так говорил же, никакого ажиотажа или дефицита нет. Все, что там используется у наших алхимиков всегда в наличии есть. — Пожимает плечами целитель. — Вчера заказал, сегодня забрал. Баллы или золотые?

— Давай баллами, их мне сейчас проще отдать, за золотыми нужно в банк, хотя если хочешь, могу чек выписать, у Первака вчера пару бланков забрал.

— Знаешь, Рысев, а давай чек. Я сегодня все равно в город пойду.

— В Дом Охотника? — уточняю.

— Твоя-то какая печаль? — удивляется Савва. — Но да, туда.

— Тогда немного инсайдерской информации хочешь? — заполняю чек.

— Хм. А давай. Если что важное — буду должен.

— Важное, важное. Но поймешь ты это недели через две. — Ухмыляюсь. — У вас там экспозиция есть, посвященная двум звездам магов, который радужный кристалл добыли, знаешь?

— Это наверху-то? — вспоминает Савва. — Ну может что и есть. Я не в курсе.

— Есть, есть. Я недавно там был. В общем, если сможешь настоять, чтобы этот кусок экспозиции дней за десять ближайших привели даже не в хороший, а в божеский вид. Чтобы показать было не стыдно, ну, скажем, министру какому — то получишь много неформальных бонусов через три недели. Можешь даже свои деньги в это вложить. Я уверен — окупится.

— А по остальной экспозиции что?

— А тут как хочешь, мне важен этот уголок. Максимум информации, максимум вынесенного тогда этими ребятами. Если к балу Солнцестояния в городке будет хоть один из тех, кто участвовал тогда — лично от меня получишь десяток золотых.

— Интересно. Понятнее не скажешь?

— Не могу. Извини.

— А сам чего не сходишь? Ты ж вроде с Михой-инвалидом знаком, а он у нас уважаемый товарищ.

— Ольги с командой сейчас нет в Смоленске-2, а я сам видишь в какой ситуации. Мне из лицея пока ни ногой.

— Да нормальная у тебя ситуация, просто слишком частая для тебя. С момента пробуждения Источника у тебя всего полгода прошло. Но ты универсал, тебе легкое падение мощи Источника не критично. Все равно в Высшие выйти шансов мало.

— Но ведь есть?

— Но есть, — кривится Савва. — Слухи, конечно, говорят. А ведь не совсем, пара человек были.

— Расскажешь? — с интересом спрашиваю целителя. Все ж у него история должна быть более-менее с примерами. Целитель же.

— Расскажу. Но не сейчас. Давай как раз через пару недель, если все будет, как ты сказал, я поделюсь. Просто один из примеров я знал лично. И чуть-чуть знаю, что он делал между вторым уровнем мага-универсала и становлением Высшим. Точнее, в его случае, Повелителем Земли, единственным в нашей Империи. Будет тебе моей благодарностью. — Хмыкает целитель. — Знаю точно, что возможность есть. Все. Больше пока не скажу ничего, извини. Вообще, зря заговорил, конечно.

— Хорошо. — Киваю. А ведь Савва верит в то, что говорит. Скорее всего, работает усталость. Иначе, с чего бы он вообще об этом мне сказал. Хотя, конечно, скорее всего это не очень-то и секретная информация. Но ладно. Посмотрим. Усмехаюсь. — Все будет, как я сказал почти точно. Так что подожду.

Савва кивает, забирает подписанный чек и уходит.

Смотрю на зелье. Да, тоже искорки, только теперь зеленоватые, не золотые. Внутри, словно слои медленно перемешиваются. Интересно.

Выпиваю.

Уже привычно наблюдаю, как этот ком жидкой магии превращается в волну по телу, которую гонит кровь к каждой клеточке. Ускорение.

Наблюдаю за тем, как зеленоватые искорки сначала собираются в местах суставов, пучков нервов, а потом пытаются внедрится в тело. Но в тех же местах, тут же проявляются искорки уже другой магии. Золотистые. Словно обоих цветов на одном месте быть не может.

Не верю. Мне кажется им просто не хватает общего посыла. Зелья же делаются под среднего человека. Не лично с моей магией, моей кровью. Так что «подружить» их нет шансов изначально. Если бы не пси, конечно же. С ней же, уверен, есть все шансы объединить эти разные искры. Раз уж их я различаю. Все же пси — более тонкая энергия по сравнению с магией. А уж самой энергии у меня сейчас более чем достаточно.

Подгибаю под себя ноги и повисаю в воздухе. На удивление, с активным Аспектом это очень удобно. Удобнее, чем на кровати, а энергия сквозь тело течет легче. Не отвлекаешься ни на что. Оставляю немного внимания снаружи. Незачем кому-нибудь видеть лишнее.

Ускорение еще сильнее. Вытаскиваю кристалл фуражира из вещей — буду его доить, если не хватит своего пси.

Спокойно наблюдаю, ускорения хватает, что холодные искры зелья Разума тоже появляются в местах конфликта со Скоростью, и тоже не дают внедряться в ткани нервов новому зелью. Ну вот видимо в этом конфликт и есть.

Да плюсом еще токсичные остатки носителя, которые в желудке видятся черным, неприятным цветом. Но их прекрасно перерабатывает глиф восстановления. Так что на эту часть даже не отвлекаюсь. А вот желание совместить все три проявившихся цвета зелий я транслирую через пси четко. Воли вполне хватает. Магия без Воли ожидаемо хорошо реагирует на направляющий вектор. В принципе, это даже не назвать новым опытом, все это делаю и раньше, просто в меньшем масштабе.

Наблюдаю за процессом во всех точках. Некоторое время все искры существуют отдельно, но недолго. Как только вспыхивает место объединения в одном месте, везде по телу идет быстрая цепная реакция.

Словно наполняюсь желанием что-то делать, куда-то бежать. Буквально, горю энергией.

Тц. Вот на такой вариант я не рассчитывал. Нужно сбросить излишки. Была бы ночь, и можно было бы пользоваться магией, пошел бы на Полигон. С другой стороны, а почему нет?

Открываю глаза. Ставлю ноги на пол. Забираю амулет невидимости, и аккуратно, на максимуме нового каскада «скрыта», но все же стараясь не сталкиваться с магами, бегу по этажу. Мне нужны пара пайков. Строить новые связки все же нужно из чего-то. В ординаторской ожидаемо нахожу нужные мне вещи. Придется взять так. Потом верну. Почти бегу на Полигон. Только сейчас мне нужна Арена.

Очень быстро спускаюсь вниз. Ощущение, что люди чуть заморожены, и это даже не от ускорения. Очень двойственное восприятие.

Быстро, удерживая состояние, прохожу между секторами обзора людей. Каскад буквально сбрасывает даже возможное внимание с моей тушки.

Я бегу. И тело действительно сейчас реагирует очень странно — чуть быстрее, чуть резче. Нужно привыкать снова потом, кажется.

Обхожу в «давилке» тренирующихся, а такие уже есть, несмотря на раннее утро. Еще десяток метров и передо мной раскрывается вуаль перехода. Отлично. На Арену.

— Мне нужно много ситуаций связанных с ловкостью и скоростью. — Объявляю на Арене. — Магии нет, нужно восстанавливаться, так что сейчас нужна тренировка без магии.

— Возьми копье, — раздается голос из-за спины. Оборачиваюсь. Все тот же голем Хозяина Лабиринта. — Запрос я понял. Зелье, де?

— Даже три, одновременно.

— Ты вроде на идиота не похож. Как ты еще жив?

— Токсичность уже переработана, а подружить зелья восстановление, разума и скорости у меня есть все шансы. Нужна тяжелая длительная тренировка.

— Хм, тебе с этим жить. То что пока что это никому не удавалось тебя не смущает? Правильно?

— Правильно. Я УЖЕ их подружил. Они уже работают вместе. У меня есть небольшой секретик. Но мне нужно теперь это все пропустить через тело. Только из-за истощения, пользоваться магией я не могу.

— Парень, удивительно. Ты понимаешь, что тебе повезло? Или ты, осознавая ситуацию, прибежал именно ко мне?

— Нет, объясни. — Меня потряхивает, но пока не сильно.

— Зелья всегда используют магию. На простецов они не действуют, как бы кому не хотелось. Когда оно одно — фона достаточно, а в тебе их три. И если ты был с истощением, то как только закончится вложенная магия в состав — ты начал бы жрать свою жизнь. Может быть не очень заметно, но начал бы.

— Два зелья я принимал раньше. Месяц уже прошел.

— А почему ты говоришь, что в тебе их три?

— Искры последнего зелья пробудили два предыдущих. Сейчас они вроде все нашли равновесие, и начали впитываться, становиться мною в полной мере. Магии хватит?

— Понятия не имею, до тебя так никто не делал. Но внешней магии тебе должно хватить. Интересно, то есть ты видишь структурированную магию. Я подозревал это. Хорошо. Просто следи за поглощением, пропускай через свой источник. У меня же здесь фон очень сильно повышен, чем у тебя в нормальном пространстве. Тут же касты удаются проще, ты же замечал, не так ли?

— Да, замечал. — делаю глубокий вдох, представляя, как я забираю через источник отовсюда магию. Словно пью ее каждым вдохом. В ускорении, делать это несложно, можно уделять внимание любому действию. А с учетом свободных кучи точек внимания, я и разговаривать параллельно могу.

— Ну вот, — кивает Хозяин Лабиринта. — Интересный случай. Надеюсь у тебя все получится. И да. Тут ты восстановишься намного-намного быстрее, чем снаружи. Даже непредставимо быстрее. Хм. Ладно, задачу я понял, сейчас под тебя перестрою алгоритмы. Жди. Предупрежу. — Рассыпается золотистым песком и впитывается в пол арены.

Жду. Что ж. Включаю незаметность на минимальный уровень — кто его знает, с чего начнет Хозяин Лабиринта? А тем же копьем я никогда владеть и не умел. Да и учиться без смысла. Это же годы. Просто сейчас, он прав. Мне нужна нагрузка на ловкость, и небольшой буст по расстоянию, раз магией пользоваться мне не стоит.

Кручу чуть овальное двухметровое древко копья. Интересно, осматриваю копье. А ведь получается я с помощью формы древка все время точно знаю, какой стороной лезвия оно повернуто к противнику. Проскользнет ли в щель лат, например, или застрянет между. И обитое тонким железом древко на метр почти от острия тоже важная часть оружия — не перерубят. Пятка уравновешивает немного лезвие. И получается, что этой двухметровой дурой реально можно фехтовать. И даже удобно, если есть навык, конечно. Но у меня такого отродясь не было. И никогда не тренировал. Но интересно.

Вот ведь, я всегда думал, ну если вообще задавался вопросом о Римской империи, что копье — это просто палка с наконечником. А ведь нет — очень даже сложное оружие, весом, кстати, лишь немногим больше недавней сабли. Вряд-ли тут больше килограмма.

Прокручиваю копье. Угу. Первый пошел.

На арену медленно выбирается черепаха.

Неожиданно. Иду навстречу зверю. Снимаю незаметность. Все же довольно медлительный зверь. А вот легкое ускорение все же накидываю. Ну просто на всякий случай.

Зверь медленный. Очень. Обхожу вокруг. И очень большой — черепаха действительно около полутора метров в высоту.

Вот только она меня замечает и полностью прячется под своим костяным домиком. Ага, костяным, конечно. Копье высекает сноп искр из панциря, а не царапину.

Кружу вокруг монстрика. Тонкие зазоры показывают, где у него голова, ноги. Но достать их не получится — перекрыты все направления.

Интересно, что разум настойчиво дополняет картинку вариантами атаки черепахи. И район головы расцвечивается красным. Странно, безусловно.

Прохожу еще круг. Черепаха точно меня видит. И вроде бы, даже отслеживает мои перемещения. По крайней мере, внимание ее я чувствую. А вот сигнатуру — нет. Но совсем не удивлен. Просто еще один голем.

Удар головой я почти полностью пропускаю. Даже легкое ускорение позволяет только заметить удар, но не успеть нормально среагировать. Слишком я расслабляюсь. А зверь именно этого и ожидает. Голова животного буквально выстреливает из-под панциря. Оказывается длина шеи этой черепахи примерно равна длине тела, и это животное, голову использует именно как оружие.

Меня подбрасывает. Падаю на песок арены. Если бы краем глаза не успел заметить быстрое движение, то последствия могли бы быть намного серьезнее, а сейчас прекрасно работали все три усиления. Разум — заранее, ловкость в процессе падения, а выносливость заработала теперь.

Кряхтя, поднимаюсь на песке. Черепаха изо всех сил ускоряется ко мне. Но это, конечно, смешно. Бегает она очень медленно. Я успеваю подняться.

Восстанавливаюсь. Поднимаю копье. Все это я успеваю сделать, пока животное «бежит» в мою сторону. Делаю шаг к черепахе.

Монстрик тут же замыкается в своей крепости. Но ничего, я теперь знаю, как тебя оттуда достать.

Ускорение. Хожу перед головой. Ноль внимания, фунт презрения. Ничего не происходит. Но это нам и не нужно. Телекинезом подвешиваю десяток песчинок вокруг головы существа. И отворачиваюсь.

Не знаю, как Хозяин Лабиринта планировал мое ковыряние этого гада, но песчинки помогают на ура. В ускорении я прекрасно чувствую, что крепость бесшумно открывается и оттуда, медленно-медленно для моего восприятия вырывается голова твари.

Прокручиваюсь вокруг себя, и одним движением разрубаю тонкой стороной копья появившуюся шею. Уфф. Несложно.

Отшаг. Снимаю ускорение. Монстрик на мгновение замирает и рассыпается песком.

Отлично. Тренировка на смесь зелий начинается.

Отхожу к центру арены. Это будет длинный день. Благо пси у меня, на всякий случай много. Кристалл фуражира с собой. Так что развлекаюсь.

День действительно выдается нелегким. Но в то же время есть и перерывы.

— Ты пользуешься своим талантом? — появляется сзади меня голем Хозяина Лабиринта. Ну нравится ему, видимо, со спины пугать магов. Ну, кому показывается, конечно. Меня врасплох пока ни разу не застал. Сигнатура-то, пусть и слабая, при внимании Хозяина у голема появляется.

Я телекинезом точу целый второй рацион. Больше не осталось. Так что этот отдых, скорее всего, последний. Дальше уже можно задумываться о выходе.

Нахожусь тут, по внутренним часам, уже третий или четвертый день, восстановиться успеваю. Магия вполне обычным образом чувствуется в теле. Но все равно, тренироваться и тренироваться. Пока не устану. А это, пока есть магия, и строительный материал в виде рационов, похоже произойдет нескоро. Выносливость в паре с глифом восстановления совершает чудеса. Даже жаль, что в прошлый раз я не додумался до подобных тренировок. С другой стороны, в прошлый раз я бы их таких и не вынес.

Ем рационы с первого раза — телекинезом. А что? Ну кому Хозяин об этом может рассказать? Кошкину? Так он знает. А телекинезом очень даже удобно.

Да и остальные нужные вещи, вроде очистки и заточки копья, очистки одежды или отдыха — проделываю с помощью него же.

А вот бои. Да, в бою стараюсь работать именно с помощью этой связки — разума, ловкости и выносливости. Я же здесь именно с целью, что бы это все интегрировалось идеально. И да, зелье Силы пить уже не буду, это становится очевидным почти сразу. Слишком будут велики накладки, на эластичность и скорость реакции мышц. Оно того вообще не стоит.

Все три оттенка зелий почти теряют интенсивность. Они, в принципе, и так уже интегрировались, но без подобных тренировок, объединения бы не произошло. А ведь в какой-то момент это резко поднимает мои возможности. Разум начинает просчитывать варианты четче, и выдавать прогнозы более полно. И именно так, как я привык сильно раньше. Буквально одной ступенью. Сразу. Видимо накопились мои ожидания.

Выносливость прекрасно интегрировалась даже не с ловкостью, с ней тоже, но в меньшей степени, а скорее с тем состоянием, что дает глиф восстановления. Это странно, но теперь предел выносливости — это предел энергии в теле. А у меня их две. И обе практически бесконечны. Если учитывать Поле, конечно.

А ловкость. Хм. Думаю, я бы теперь мог посоревноваться с Тарзаном в его лесу. Причем он там мог жить годами, а меня бы туда просто забросило бы.

И это не преувеличение — один из боев на арене был как раз с человекоподобными обезьянами, во внезапно выросшем лесу. Думаю Хозяину Лабиринта просто стало интересно.

— Ты в бою пользуешься вот этим своим талантом? — кивает голем на кусок плотной еды, летящей ко рту сама собой, ну почти.

— Нет. В бою не пользуюсь. У меня же цель совсем другая. Ты знаешь. — пожимаю плечами. Угрозы не чувствую, так что прикрываю веку на минуту. Спать не хочу, но вот глазам отдых даю. — А тебе зачем?

— Понимать, что происходит, если получится найти способ, как ты сказал, «подружить» эти зелья. Ты сейчас без магии стал довольно опасен. Не боец, конечно. Умения никакого. Но просто неожиданно для врагов быстр или вынослив. Непредсказуем. У тебя же нет никакой техники работы с копьем, но пользуешься ты им вполне привычно. Может тебе учителя создать?

— Нет, нет! — открещиваюсь я от еще одной ненужной траты времени. — Зачем мне? Я ж маг, а не боец. Копье это так, временное решение.

— Со временем, ты знаешь, у тебя еще и дня не прошло. Здесь все быстрее.

— Знаю, но не поменяю мнения. У меня достаточно оружия, которое никто отнять не может, чтобы еще на себя копье навешивать.

— Я могу мечника предложить, или саблиста. У меня много кто есть.

— Нет, извини. Эти мне тоже без надобности. Я постараюсь на дуэли не подставляться больше. А если и да, то скорость и ловкость уже точно выручат. Я сильно изменился.

— Жаль, — показательно расстраивается голем. — У меня много, чего остается невостребованным. А я даже предложить без запроса не могу. — Кажется, это намек. — Только вот таким способом, рассказывая о бесполезных для занимающегося предложениях. — Ну точно, намек. Видимо ограничения у Хозяина приличные, а что-то он сделать хочет.

— В вопросе, всегда есть половина ответа. — Киваю головой голему. — Как только я часть вопроса буду знать, или хотя бы предполагать — я приду.

Голем кивает. И судя по гримасе на его лице — довольно кивает. Это Хозяин Лабиринта примерно и хочет услышать.

— К тебе гость.

— Кошкин, конечно же?

— Да, — отчетливо пожимает плечами. — А ты кого-то здесь еще ожидаешь увидеть?

Хмыкаю.

Голем рассыпается песком, а на его месте из ниоткуда появляется Кошкин.

Каждый раз меня этот процесс завораживает.

— Сколько времени вы тут? — вместо приветствия спрашивает учитель.

— И вам здравствуйте, Борис Васильевич, — встаю с невидимого гамака, который сам себе организовываю телекинезом. — Думаю, дня четыре, может пять. Вот только что Хозяин Лабиринта тут был, обрадовал что снаружи сутки еще не прошли.

— Сутки — нет, не прошли. — Садится на мгновенно выросший валун из песка Кошкин. — А день — запросто. Вас пока не ищут, но это дело получаса. Скоро начнут. Ко мне уже приходили.

— Кому я мог понадобиться? — удивляюсь. — Я вроде бы все срочные вопросы решил, целительские порошки выпил. Вроде, никому нужен быть не должен?

— В этот раз, администрации, Максим.

— Вот как? Неожиданно. Но полчаса у меня же еще есть, правильно?

— Полчаса? Конечно. Я с удовольствием посмотрю на ваши занятия. Хотя нет, давайте так. Вы ведь восстановились за эти четыре дня?

— Да, — с опаской смотрю на Кошкина.

— Замечательно. Тогда вот вам моя просьба. Вы выучили не так давно простой конструкт «черных ос», помните?

— Да, конечно. Пока не применял, так как повода не было совсем.

— Ничего, ничего, сейчас будет. Прошу вас, пользуйтесь им. Я помню вы в прошлые разы останавливались на четырех магах, если я не ошибаюсь?

— Да…

— Ну вот и проверим, как вы прогрессируете. Арена! — громко выдает задание Кошкин. — Восемь магов второго и третьего уровня обучения, с упором на защиту. Одновременно. Время — не более получаса. Начали.

Окутывается песчаным бункером.

Я тут же срываюсь с места, так как на мое место уже приземляется стандартный шар огня.

Хм. А это будет интересно!

Поле боя мгновенно раскрашивается в цвета векторов нападения. Тут же подсвечиваются безопасные зоны и замедляется время. Быстро прикидываю. А ведь я, кажется справлюсь даже без защиты. Только на ловкости. Удивляюсь. Я действительно изменился за эти дни.

Быстро просчитываю шаги и сразу же начинаю готовить «осы». Раз упор на защиту, то щиты будут многослойные. Ухмыляюсь. А ведь я могу отработать копьем. Только нужен очень точный расчет.

Делаю шаг к первому голему. Подшаг, уход с траектории, пропустить над собой объемную технику, два шага — уход с площади, которая резко становится огненной. Еще шаг, а вот и первый. «осы» срываются в полет, пробивают первый щит, пробивают второй, и в ту же секунду в зазор влетает кончик копья. Легкое движение и первый голем рассыпается песком.

Уход, кувырок в безопасную зону, еще подшаг. «Осы», удар копья — минус второй.

С третьего становится еще проще — опасных зон, таких, которые мне хотя бы теоретически могли бы перекрыть путь не остается вообще. Так что с остальной пятеркой я разбираюсь еще легче. Нет. Все-таки изменился сильно. Какие полчаса — весь бой занимает минут пять. И это немного озадачивает.

— Очень неплохо! — довольно говорит Кошкин, после «смерти» последнего голема. — Немного на публику. Но неплохо. Скорость формирования конструкта отличная. Рад, что он вам понравился.

Подходит ко мне.

— Максим, вопрос, а Император действительно собирается посетить лицей?

— Оппа. А вот откуда подобные слухи?

— У меня интересуется Жанна Аркадьевна. Очень по секрету, и постоянно оглядываясь. Скорее, как у того, кто почему-то может этот слух подтвердить. А из связанных со мной людей, Императора видели только вы. Так что цепочка простая.

— Я не могу сказать. — Спокойно отвечаю я. — Но могу дать совет…

— Вот сами и дадите. Мне это не особо важно, ученик, я свой ответ получил. Пойдемте.

— Борис, зачем? — Жанна Аркадьевна Коршунова красными глазами смотрит на нас с Кошкиным. Мы как раз заходим в, теперь уже ее, ректорский кабинет.

Красные глаза объясняются легко — глава лицея, похоже, не спит вторые сутки. Вот как мы вернулись — так и не спит. А может еще раньше, не знаю.

Но если ей кто-то намекнул, а куча бумаг такая весь день, то женщине можно только посочувствовать.

— Жанна Аркадьевна, я на ваш вопрос ответить не могу — не знаю. Вот вам лицеист — его пытайте. А я исчезаю. Почтовики через полчаса отправляются, постараюсь к ним успеть. Вы же пару дней спокойно обойдетесь без моего общества, правда? — ну да, там у него боевой маг одна осталась. И настроение задержки Кошкина ей тоже не добавляют, наверное. Но это просто догадки, не более того. Усмехаюсь про себя.

Коршунова со вздохом кивает. Потом обращается ко мне:

— Максим, у меня конфиденциальный вопрос. Простите.

— Конечно, — киваю ректору.

Ректор кидает взгляд на Кошкина, но, видимо, решает, что уже такой вопрос задавала, так что ничего страшного.

— Мне дали понять, что, возможно, на бал Солнцестояния, в городке можно ожидать одну важную фигуру. Вы можете это прокомментировать, Рысев?

— Нет. Мне запретили. — Абсолютно прозрачно намекаю я. — Но я бы на вашем месте, озаботился бы разным, на всякий случай, конечно.

— Запретили, говорите. — Кивает ректор. — Благодарю, Вас, Рысев. Я приму к сведению.

Слегка кланяюсь, прощаясь. Мне тут делать вообще нечего. Кошкин тоже откланивается.

Идем по лестнице. Возвращаться в больничку я не хочу, так что ночь собираюсь провести в собственных комнатах. У меня же здесь есть резиденция, которой я пользовался раз пять от силы.

— Максим, прошу вас не выходить за ворота лицея без сопровождения. Ну вы помните.

— Борис Васильевич, но ведь команда Ольги в Новгороде сейчас…

— Ну, вот и не выходите. Я не запрещаю, безусловно. Но лучше не надо. — Думает пару шагов. — Все допуски для самоподготовки я вам сделал. Так что пользоваться лицейским оборудованием можете безвозбранно. Любым. Туда, — намекает на Арену Кошкин, — ходите все-таки только на ночь. Там и выспаться сможете, если захотите, и никого не обеспокоите здесь. Хорошо?

— Обещать не буду, но постараюсь без веской причины из лицея не выходить.

— Отлично, и давайте понемногу, я как вернусь из поместья, я вас буду учить принципам понимания магии Анатолия Филафеевича. Они не особо сложные, Максим. Главное, сделать первый шаг. А как сделаете — сразу же остальное станет намного проще.

— Буду ждать с нетерпением, Борис Васильевич.

— Все, Ольге передать что?

— Да нет, — пожимаю плечами. Ну «привет», наверное.

— Хм. Так вы далеко не продвинетесь, лицеист, но это ваше дело. — Кошкин довольно кивает своей вроде-как шутке и уходит.

А я вот ненадолго задумываюсь. Эту проблему решать ведь придется. Вот точно. Пусть необязательно сейчас, но уже в Академии — обязательно.

Качаю головой. Ладно. Пока идем дальше.

Добираюсь до своих комнат абсолютно без приключений. Прохожу в спальню, и засыпаю, кажется, еще до того как опускаюсь на кровать. Усталость разума сложная штука, а у меня ее образовывается ну очень много.

Утро начинается странно. Нет, никакой опасности я даже примерно не чувствую. А вот десяток человек в своей гостинной — вполне. И что характерно, все знакомые. Хорошо. хоть в спальню не ломятся.

Быстро встаю. Пара минут, и я готов выходить. До завтрака еще довольно много времени, так что просто беру посудину с соком, и тихо выскальзываю из комнаты.

Ха. Мог бы со «скрытом» не морочиться. Ребята пришли не ко мне. В гостинной идет довольно бурное обсуждение Совета лицея. Тихо сажусь неподалеку и отключаю «скрыт».

— А я говорю, что нам просто необходимы дополнительные уроки танцев. Причем какие, лучше попытаться узнать у администрации. Не каждый же танец будет в программе. К нам точно приедут из школы целителей и военного лицея. Мы не должны ударить в грязь лицом! У меня половина подписанных двигаются, словно колоду проглотили. Что они делали последние полгода — я не знаю.

— Черкасский прав, — кивает малознакомый мне парень. — У нас та же проблема. Несколько танцев мы, конечно, осилим, но нашим нужно больше занятий.

— Дадианов, мы тебя понимаем, и почти даже поддерживаем, — усмехается Олег Васильчиков. — Но вопрос вы, по которому мы здесь собрались, уже затоптали. Как будем оплачивать дополнительные уроки? В какой пропорции? В нашей группе никто в дополнительных уроках не нуждается. Мы бы не отказались, безусловно. Но мои, как ты говоришь, в грязь лицом не ударят. А стоить перед балом учитель танцев будет прилично. В городке своего нет. То есть, его, или ее, нужно выписывать. И нужно не одного, а минимум трех-четырех человек. Нас слишком много, и все с разным уровнем мастерства. Так что, считайте день пройдет. Плюс срочность. Думаю, общая стоимость с переездом может и за пару сотен золотых скакнуть.

— Это всего по пятнадцать-двадцать золотых с каждой группы, Олег! У вас они точно есть, даже на развлечения.

— Безусловно, Черкасский, безусловно есть. Но, как я уже говорил, вопрос в пропорциях. В нашей группе-объединении меньше всех магов, а вы предлагаете плату с группы. Тем более, как опять же я говорил, нам услуги такого учителя не нужны.

Так, понятно. Обсуждают бюджет. Тихо встаю, набираю вкусняшек. До завтрака еще полчаса минимум.

Неожиданно становиться интересно. Как-то по-домашнему, что-ли. Сажусь слушать. Но меня замечают.

— Максим⁈ Рысев! — Олег Васильчиков замечает меня первым. Его сестры, так же как и Риты пока что здесь нет. — Ты не в больнице?

Все десять человек, как по команде поворачиваются ко мне, и обсуждение ненадолго замолкает.

Я как раз хотел откусить кусок печенья. Вздыхаю, и с легким сожалением откладываю.

— Нет, я вчера оттуда сбежал, — усмехаюсь. — Приветствую всех собравшихся у МЕНЯ в гостях!

— Ха, — смешком скрывая смущение, обращается ко мне все тот же Васильчиков. — Пока тебя не было, мы очень попросили твоего Первака о месте собраний. Твоя гостиная ну очень удобно расположена. Извини, мы, наверное, не должны были нарушать твое личное пространство.

Ребята практически все кивают. Согласны, значит. Хорошо.

— Не должны были, — соглашаюсь с ними я, — тут не поспоришь. Но именно сейчас, я не против. Хотя, конечно, новые собрания лучше проводить в другом месте.

В дверь забегают Ольга и Рита.

— Мы не опоздали? — замечают меня. — Макс! Как здорово! Ты уже вышел! А Савва сказал, что тебе еще дней пять там лежать!

— Я вполне восстановился, спасибо, — смеюсь с девушками. Их легкие эмоции хорошо читаются в фоне. И очень радуют. — Сбежал, вот.

— Это хорошо! — Васильчикова сразу же берет меня в оборот. — Что ты думаешь о наших планах?

— Я думаю, что именно на этом балу никто не захочет оплошать. Это важное мероприятие, и если будете нанимать вскладчину учителей, то мы участвуем. — Рогволд и Сергей, которые присутствуют здесь тоже, как мои заместители, кивают. — Деньги мы выделим. Вот с самими учителями некоторая проблема. У нас нет знакомых. Может только смогу договориться с одним, но я бы не рассчитывал. А в количестве денег — справедливо, чтобы больше оплачивали те, кому будет больше нужно ходить, — пожимаю плечами. — Всего десять-двенадцать дней. Составить списки вообще не проблема, посчитать кто больше пользовался — тоже. Все равно внутри ваших Родов это будет внесено в долг лицеиста перед Родом.

— Откладываем? — Черкасский предлагает Васильчиковым.

— Откладываем. — Соглашаются те. — Учителей мы найдем, кстати. Определитесь, сколько нам будет нужно.

— Сегодня после обеда?

— Согласен, — начинают говорить все представители по одному. — Согласен…

— Следующий вопрос!..

— О! Нет, ребят, — ретируюсь я к двери. — Меня еще пока не выписали официально. Увидимся!

Просто сбегаю. Мне это еще предстоит, так что навешивать на себя лишнюю ответственность сильно заранее даже не хочется. Выхожу из своих комнат.

— Макс! Подожди! — за мной из дверей выскальзывает Рита Сабурова.

— Привет, Рит! — радуюсь девушке. — Я в библиотеку до завтрака. Хочешь прогуляться?

— Конечно, Макс, это так романтично! — улыбается девушка.

Романтично? Библиотека? Ну и хорошо. Пусть. Да и Сабурова скорее смеется, чем всерьез, судя по фону.

— Вокруг нашего лицея в Новгороде какие-то шевеления, ты ничего об этом не знаешь? — задает внезапно довольно неромантичный вопрос. Усмехаюсь.

— Немного, Рит. И ничем делиться не могу. Ну согласись, кто я, а кто твои родственники? Кто знает больше?

— Это да, ты прав. Извини, — чуть прикусывает губу девушка. — Просто ты ученик Кошкина, а там целый скандал был с отменой официальной его опалы, да еще, говорят, на его особняк напали?

— А вот это правда, Рит. Борис Васильевич мне не запрещал говорить. На особняк напали, это правда. Я там присутствовал. Кошкин с Клавдией Сергеевной отбились. И знаешь, это было по-настоящему красиво.

— Это с Рыжей⁈ Да ладно! То есть у них все серьезно⁈

Вот интересными тропинками ходят мысли, конечно.

— Да, с ней. И скорее всего, да, серьезно.

— Ох, какой шикарный эль скандаль получится, — предвкушающе тянет Рита. — А кто еще знает?

— Понятия не имею, — пожимаю плечами. — администрация, может. Не знаю. А почему скандал? Совет им да любовь.

— Ой, так то да! — машет рукой девушка. Мыслями она уже далеко, но разговор пока поддерживает. — Даже трубадуры какую песню сочинят, история же прекрасная. Но это невероятный мезальянс! Кошкины, Род-то древний. Они с Императором в родстве, правда, дальнем. Но твой Борис Васильевич всегда эпатировал общество, так что ему как раз простят. Но какая новость! Максим, извини, я должна бежать.

Девушка кидает на меня смущенный взгляд и быстро убегает обратно к моим комнатам. Усмехаюсь. Интересно звучит, да.

Еще сотня метров.

— День добрый. — здороваюсь с библиотекаршей.

— И вам, — кивает дама за стойкой. Удивительно, но сегодня за стойкой другая служащая. Хоть и неуловимо похожая.

— Сестры мы, — со смешком говорит дама. — Каждый второй в ступор впадает. Чего ты хотел, лицеист?

— Я бы хотел полистать всю возможную литературу по ритуалистике. Более того, по возможности, если ее будет много, оставьте за мной столик — я сегодня весь день у вас тогда проведу.

— Косвенные упоминания включать?

— Пока не надо, но список мне с ними составьте, пожалуйста.

— Занимайте столик. Я посмотрела ваш допуск — его вполне достаточно. Так что мой помощник начнет приносить вам книги. Ждите.

В библиотеке практически прописываюсь на этот день. И, к сожалению, почти безрезультатно.

Всё что я предполагал до этого момента про ритуалистику, оказывается не совсем правильным взглядом на эту дисциплину. За этот день, даже с учётом завтрака-обеда, я смог прошерстить почти все основные труды, по которым учатся лицеисты. Тут даже учебников нет, просто труда разный совершенно людей. Но это и ожидалось — все же как предмет, эта дисциплина в лицее обязательной не является. А то что дают — это скорее ознакомление на всякий случай, чтобы лицеист не убился по незнанию. Не, ну а вдруг встретит семилучевую звезду, начерченную синим огнем с ритуальными фразами по дугам окружности? Они же часто встречаются, нет? Странно.

Мне натаскивают очень много литературы. Я даже не ожидаю, что ее столько есть у нас в библиотеке. Вот только она имеет примерно такую же пользу, как и общие знания об устройстве ядра звезды, например. Красиво, захватывающе, и совершенно бесполезно.

Сразу я этого не понимаю и с энтузиазмом включаюсь в исследование нового для себя мира — ритуалистики. Чтобы уже к обеду понять, что большая часть прочитанных знаний это переработанные ритуалы обращений к богам. Да и они — далеко не все требуют ритуальных рисунков, а если требуют — то мне это совершенно бесполезно. Ведь в таких ритуалах рисунки — это просто фактически адрес той или иной сущности, куда ты отправляешь запрос или жертву. А вот этого мне совсем не нужно. Мне нужно что-то, что работает без этих… ммм, существ. Просто за счет свойств Мира, так сказать.

— Вот еще четыре труда Колпинского. Куда класть? — помощник библиотекаря приносит четыре книги, которые и ворочать то можно с трудом. Силен, что уж тут.

Вздыхаю. Жестом показываю на стопку еще не разобранного.

— Там много еще? — чуть удивляюсь.

— О да! — усмехается парень. — Они тут годами нетронутые лежат.

— Так, давай нетронутое, так и оставим, нетронутым, — быстро гашу энтузиазм помощника. — Не будем, так сказать вгрызаться в анналы, давай пока по верхам, а?

Задумываюсь.

Я ведь знаю ритуал, который с большой вероятностью работает без привлечения кого-то непредставимого. Я не чувствовал даже мимолетного внимания, а ведь тот же Лес или Лабиринт я чувствую. А раз есть один, то должны быть и другие похожие практичные алгоритмы.

Но, как оказалось, практически всё что есть в библиотеке, касается только простейших и несложных вещей. И вот такие штуки на грани разных направлений это за гранью обучения в лицее. Ожидаемо, так-то. Все совмещения разного все же больше к Академии. Тут чистыми силами учат оперировать, что б личинки магов не поубивались. А в библиотеке литература по сложным ритуалам не то чтобы недоступна, нет, ее сюда и не завезли бы, даже если бы был интерес. Это совсем другой пласт знаний.

— Слушай, — ловит меня помощник библиотекаря, после обеда. — Может тебе рукописное что принести? У нас есть записи предыдущего преподавателя…

— А чего ж сразу-то…- гашу всплеск раздражения. — Слушай, а спасибо. Принеси, пожалуйста.

Но тени намеков я все же получаю. Что и позволяет мне понять, уже попробованные на практике зависимости. Размера круга, вложенная магия, размеры и мощь реципиентов — вот это все довольно важны для всего процесса. И то, что мне в прошлый раз удается завершить ритуал с Гвардейцем, отделавшись всего лишь истощением — прямо отличный результат. Непредставимо отличный. Обычно, таких неумелых ритуалистов на утро тихо убирают уборщики, так как от них и скелета может не остаться. И такие вещи описываются. Как раз по таким предупреждениям я и позволяю себе найти хлебные крошки существования практической ритуалистики.

Нетрудно догадаться, что ей пользовались военные. Причем, не наши. Так что в архивы моя дорога лежит, в архивы. У Тайной Экспедиции как раз эти документы и есть. Ну хоть понятно, чего искать там.

Но вообще, шансы на какой-никакой ответ там есть. Тем более тетрадку-то я помню. Сравнить надписи — смогу. Еще понимать бы, что там написано.

От Артема мне все же достаются слишком фрагментарные знания, все-таки. Словно он сам не знал, как это все работает. А книгу он вообще скопировал в какой-то богатой библиотеке. Да и наниматель у него словно большое солнечное размытое пятно. Уверен, что какая-то защита. И ведь ни одного герба, ни одной ниточки к нанимателю. С другой стороны, кабинет, с его воспоминаниями, я узнал бы сразу. Хоть парень там и был раза два судя по воспоминаниям. Хомяк еще этот там, опять же. Вряд ли у многих людей подобная штука на столе стоит.

Да и с ритуальным кругом для ксеносов некоторую ясность я получаю. А прикинув разницу между размером и силой фуражира с охраной и гвардейца, то получаю, в первом приближении, и кривую роста необходимых усилий, чтобы удержать дух матки например. Боюсь, сейчас, да и вообще в будущем, моих сил для этого будет недостаточно. Слишком нелинейная зависимость. Если ее построить по ощущениям и на пяти точках, конечно. Результат приличный получается. Но, тут тоже есть нюанс. Матка неповоротлива, так что нет необходимости заливать круг за секунды, а во вторых — у нас есть накопители. Так что технически, можно в Гнезде сидеть хоть неделю, уничтожив, предварительно, конечно, всю охрану. И перекачивать необходимое количество магии. Ну, это утрирую, конечно. Но не слишком.

В общем, ближе к ужину я понимаю, что срочно нужно отвлечься. Иначе мне грозит очередной перегруз информаций.

— Рита, — вызываю девушку в переговорник. — Можешь говорить?

— Максим, с тобой? Конечно, в любое время. — Девушка, думаю, сейчас скорее посмеивается, чем так считает. Но некоторая неопределенность сохраняется. Пусть так и будет дальше.

— У меня появился вопрос небольшой. Можно с тобой проконсультироваться?

— Конечно, но я настаиваю на личной консультации! — Маргарита продолжает посмеиваться, но несколько неуверенно.

— С радостью, — развеиваю ее неуверенность. — Предлагаю встретиться у артефакторов, в мастерских. Допуск у меня есть.

— В это время? Заинтриговал. Через полчаса?

— Да, прекрасное время. — Соглашаюсь с девушкой. Отключаюсь.

Потираю виски. Жест совершенно ненужный, но все же помогает концентрироваться. Отодвигаю книги.

— Все, — подхожу к служащей библиотеки. — Благодарю вас. Можно убирать материалы.

— Конечно, — кивает дама. — Надеюсь, вы нашли, что хотели. Вы были очень увлечены. Это радует.

— В какой-то степени. — Покачиваю головой. — Общую идею я понял. А вот частности, подозреваю, наша библиотека мне раскрыть не сможет.

— По ритуалистике — никакая не сможет. — Улыбается дама. — Углубленное изучение ритуалов только от учителя к ученику. Это, безусловно не касается общих ритуалов. Но с ними вы сегодня, наверняка познакомились.

— Вы так думаете?

— Я уверена. Максимум, что вы сможете найти — это дневники. Ритуалисты слишком закрытая группа магов, знаете почему?

— Догадываюсь, — вздыхаю.

— Поделитесь? А я вам потом отгадку скажу. — Улыбается сестра заведующей библиотекой. Похоже, я чем-то ее зацепил.

— Думаю, потому что ритуалистов у нас мало в Империи, вот и не выделились в полноценное направление.

— Близко, — улыбается. — Но это результат, а не причина. Хотите правду?

— Конечно. — Немного недоумеваю.

— Ритуалисты почти всегда очень слабые маги. Поэтому ритуалы могут быть длинными, на много дней, чтобы компенсировать ток Магии временем. А куда идут слабые маги в нашей Империи?

— Интересно. Куда? — задаю ожидаемый вопрос.

— А в жрецы. Точнее не так, они как раз начинают изучать ритуалистику, и неминуемо подбирают под себя ритуал. А скорее даже не ритуал под себя, а кто-то из богов себе подбирает последователя. Там довольно запутанные отношения. Но результат таков на всей территории Империи. Большая часть инквизиторов и жрецов — слабые, в прошлом, маги. Но они, после инициации, получают заемную силу своего бога, и в общем табеле перестают учитываться.

— Понимаю. Получив Силу, которую они жаждут, отказаться от ее использования сложно. Нет, на самом деле понимаю. Но разве все слабые маги идут по такому пути? Тогда инквизиторов должно быть очень много.

— Нет, конечно, там и способности, и желание самих богов. Не каждому такой способ усиления подойдет. Но и в ритуалисты вообще идет очень немного магов. Слишком высоки требования. Есть способы жить неплохо и при невысоком уровне, при этом не изматывать себя годами учебы, с риском умереть при простейшей ошибке.

— Спасибо. — Благодарю даму. — А не на территории Империи?

— А вот там, их как раз было довольно много. До войны тридцать лет назад. Сейчас, безусловно, это направление переживает упадок. Так что от учителя к ученику, господин Рысев.

— Благодарю, — слегка кланяюсь. — Это мне было важно услышать.

— Ничего, мне нравится ваша тяга к знаниям. Заходите еще.

Покидаю библиотеку в смешанных чувствах. Но теряться рано, я еще в архивах не был, это раз, и язык не опознал — это два.

Ладно.

Спокойно дохожу до мастерских. Маргарита меня уже там ждет, я это вижу заранее. Интересно, девушка просто любопытна, или была неподалеку? И ведь не спросишь.

— Привет, еще раз. — решаю не играть во внезапность. Спокойно появляюсь из-за угла.

— И тебе, — улыбается Рита. — Рассказывай, что за дело.

Ага. Все-таки любопытство.

— Рит, я думал про твой цветок-артефакт, — открываю мастерскую своим браслетом. Да, допуск есть.

— Хочешь забрать? — удивляется девушка.

— Ты что? Это же подарок. Нет. У меня другой вопрос. Вот смотри, это же сплав серебра, правильно, причем ученический.

— Ну да, — слегка кивает Сабурова.

— Вооот. Я уверен, что любой на балу его опознает мгновенно.

— Конечно, — соглашается девушка. — Ты к чему ведешь?

— Ну по идее, у тебя будет дорогое платье, и фактически — бижутерия. Очень дешевый вариант украшения.

— Не бери в голову, Макс, — машет рукой девушка. — Я все равно ее надену. Плевать мне, что там кто подумает.

— Ага, значит, все же, эта идея у тебя есть, просто она не сильно важная в этих условиях.

— Конечно, совсем неважная. Макс, это подарок от тебя, и это артефакт, о котором даже не знают. Да еще такая тонкая работа. Ты что! Да даже без знаний об артефакте — мне завидовать будут.

— Хорошо. Тогда у меня три вопроса, — улыбаюсь Сабуровой. — Вы же, девушки, любите комплекты украшений, правильно? — беру брусок серебряного сплава и начинаю подавать в него пси и свою магию.

— Очень! — с замиранием дыхания девушка следит за моими руками.

За пару десятков секунд брусок начинает плыть, и становится похожим на мягкий пластилин.

— Вот. Тогда расскажи мне, какой комплект подходит к твоему платью, так, чтобы он хорошо подходил и к цветку-артефакту. Это раз. Кроме того, может у тебя есть накопитель небольшого размера — у меня есть небольшая идея, под эту тему. Это два. И третий. Подскажи, что носят мужчины маги. Что надевать из украшений считается приличным. Мне это интересно исключительно в свете ближайшего бала. То есть, нужна будет идея, которая бы объединила бы эти вопросы в одно целое. Справишься?

— Спрашиваешь, — предвкушающе улыбается Сабурова.

— Итак, Максим, давай сначала поговорим о мужских украшениях. — Рита облокачивается на стол артефактора рядом со мной. — Это просто проще. Вам носить много чего нельзя, ну или неприемлемо. В общем смотри, абсолютно нормально считается для мужчины использование комплекта заколки для галстука, украшенных часов, и запонок. Поскольку бал магический, и в качестве формы у нас используются браслеты, то для учеников лицея допустимо использовать второй браслет на другую руку. Но, допустимо, это ещё не значит стоит. В общем, лучше не надо. Ещё, представители родов могут использовать перстни на левую руку. Чаще всего так называемый комплект наследника. Перстень с браслетом. Но, в принципе, по кольцам можно определить какой ранг в Роду занимает тот или иной молодой человек.

— А какая градация есть? — спрашиваю Сабурову. — Или всё зависит от Рода?

— Да нет, градация действительно существует. Кольца из магических материалов или золота с вставками из накопителей, характерны для для наследников Рода. Причём, использовать платину или серебро для прямых наследников считается неприемлемым.

— Интересно, удивляюсь я. — То есть, если вдруг у человека есть серебряное или просто серое кольцо из магического материала, и оно находится на левой руке, то он считается наследником? Даже если он не является прямым потомком?

— Скорее всего, да. То есть, То есть, скорее всего он просто наследник выбранный из не основной ветки. Возможно, в основной либо еще не родились дети, либо нет наследников с магическим потенциалом, может есть другие какие-то причины. Но если у молодого человека серебряное кольцо и оно магическое на левой руке, то скорее всего он является наследником Рода. Но это характерно только для мальчиков! — Смеётся Рита.

Как интересно, вот так походя, я определяю свой статус. Хм. Ладно, дальше.

— Девочкам можно все! — хихикает Сабурова. — Ну почти. То есть ситуация с Родовыми кольцами совершенно такая же. Но мы можем себе позволить носить больше украшений. Некоторые пальцы мы не можем использовать, потому что они говорящие. Но тебе об этом, знать не надо — это для девочек. Колечко на безымянный пальчик ты мне сделать можешь? — Сабурова как бы безразлично рассматривает свою руку.

— Знаешь, по кольцам я, кажется, не специалист. — Хмыкаю.– Давай попробуем пробежаться по остальному комплекту.

— Ладно, ладно, — хихикает Рита. — Шучу я, конечно же. Про кольца. Знаешь про безымянные — вот и достаточно. Если вдруг будешь делать мне, то на мизинец и на средний палец. Больше трёх колец девушек носить не может. А ещё одно у меня родовое как раз для приемов. В лицее вроде бы все равны, поэтому родовые почти никто не носит. Но у многих они есть.

Стараюсь не замечать лёгкое разочарование в фоне. Так-то с чего бы? Хотя, конечно, поход на бал — это заявка. Здесь я, конечно, не подумал. И то, что на посещении бала тогда настаивал мой учитель, оправданием не является. Ладно.

— Вдруг? То есть, это не обязательная часть комплекта?

Рита чуть закусывает губу. Похоже, понимает что она только что проговорилась.

— Нет, не обязательная. Скорее, даже редкая. — улыбается. — На бал обычно надевают либо средний, либо большой комплект. Средняя парюра включает в себя от 5 до 8 предметов. Большая — до 15. — Смотрит на меня.

— Рит, Извини, но кольца делать не буду. Просто, как я понял, на кольца завязано очень много информации, а я в ней не ориентируюсь совсем, как ты поняла. И давай остановимся на пяти предметах. Я просто не сделаю столько украшений.

— Давай, — вздыхает Сабурова. — Смотри, в средний комплект если брать стандартный, входят браслет, гребень, ожерелье, подвеска и серьги. Вместо подвески может быть брошь, ну вот как раз твой амулет идеален. Вместо гребня может быть тиара или диадема.

— А то что, материал совершенно не престижный тебя никак не смущает?

— Ну во-первых, этот сплав далеко не непрестижный. Просто потому, что с ним могут работать только маги. А это сразу говорит о цене украшения.

— Не знал. — Удивляюсь я. — У нас же вон, в мастерской артефактора брусками лежит.

— Так не украшения же лежат. — Хихикает Сабурова. — К этому сплаву не каждого артефактора допускают. Да и не каждый с ним может работать.

Рита обходит стол артефактора и подходит к стенке, где хранится куча разных материалов. Что-то ищет, а потом подзывает меня.

— Максим, открой вот этот ящик своим браслетом. — Показывает Рита на ящик с надписью один.

Подношу свой браслет. Ящика отщелкивается. Рита открывает дверцу и я вижу пять брусков желтого цвета.

— Максим, вот это, — показывает пальцем Рита. — Золото для артефакторов. Тут оно не очень чистое, это да. Но только потому, что используется для учеников. В мастерской артефактора золото будет чистейшее. Закрывай, пожалуйста, обратно. С помощью своего браслета, конечно же.

Я закрываю дверцу и прикладываю к ней браслет.

— Просто, я хотела тебе показать, что доступность у нас в лицее материала, вообще ничего не говорит, а его ценности. То есть вот этот магический сплав, действительно стоит недорого, вроде бы. Но если учесть, что с ним могут работать только маги, а цена работы мага всегда выше чем любого неодарённого ювелира, то получается совсем другая ситуация. Украшениями из этого материала могут похвастаться очень немногие. А уж артефакты — вообще редкость. При этом для ювелиров он бесполезен — при больших температурах теряет свои свойства. Так что получается, что украшения из этого сплава по престижности, очень немного не дотягивают до золотых родовых комплектов. А комплекты я вообще видела редко. Вот так.

— Удивительно! — Покачиваю головой. — С этой точки зрения, я на на материалы не смотрел.

— Да, да, — смеётся Сабурова. — А ещё, ты прогулял, практически все первые уроки артефакторики. Это же общеизвестно. Не спрашивают на экзаменах, да. Но при этом, знакомят всегда. Этот материал мы закупаем. Где-то в Африке, вроде бы. И как делается сплав — никто не знает.

— Каюсь, каюсь! Не посещал. — Поддерживаю смех Риты.

— Продолжаем, — улыбается девушка. — Смотри, если ты все же будешь делать комплект, то нужно будет сделать под мою причёску диадему. Можно очень тонкую и несложную. Если ты говоришь, что можешь вставить накопители, то я тебе принесу камни. Думаю что с камнями даже легче — они менее хрупкие.

— Да, буду. Семь предметов я к балу осилю. — Киваю головой.

В принципе, моих вложений только фантазия и пси. А то, что это неожиданно дорого ценится, и местные маги не особо хорошо, насколько я помню, с этим материалом работают — ну и пусть. Мне же лучше. Бесплатная реклама на вот таком мероприятии — это хорошо. Хоть и не очень своевременно.

— А артефакты на балу приемлемы?

— Только защитные. Атакующие точно определят и заставят снять. Зато защиту ты можешь использовать какую захочешь. Еще, считается неправильным иметь санирующие амулеты. Твой цветок проходит по краю, и то, только из-за того, что сканирует на мага, а его намерения. Давал бы он чуть больше информации, чем хорошее-плохое отношение — его бы тоже было бы нельзя использовать.

— Ладно. Про это понял. Итого?

— Ну, смотри, у меня брошь — цветок, соответственно растительные мотивы. Я девушка незамужняя — значит листья и бутоны. Цветов по минимуму. Цветок — только брошь, ну, может еще ожерелье. Для всех украшений камни я принесу. О тебе. — упирает мне палец в грудь Рита. — Ты мальчик — у тебя могут быть только дубовые, лавровые листья. И еще листья ясеня, но это потому, что маг. Ты не родовой, так что колец тебе носить не стоит. Про браслет я уже сказала. Запонки и булавку для галстука. А, и все. Извини.

— За что? Все в порядке, — улыбаюсь. — Мне меньше работы.

— Ты ведь серьезно? — еще раз переспрашивает девушка. — Это не шутка, да? Ты сделаешь мне комплект из ньямаля?

— Из чего? — на секунду теряюсь.

— Ну так африканцы называют этот сплав. Так что?

— Рит, ну какие шутки? Ты же видишь, этот сплав очень хорошо реагирует на меня. Так что конечно сделаю. Пока, правда не знаю, когда. Но точно успею до бала.

— Если получится, покажи мне комплект за пару дней. Может придется вносить изменения в платье.

— Постараюсь. Не проблема.

— Когда тебе принести камни? — Рита неожиданно переходит к настойчивым вопросам.

— Давай сейчас, если хочешь, — пожимаю плечами. — Правда, я не знаю, где их держать. Я в своих комнатах нечасто теперь бываю.

— У дальней стены ячейки, — Рита показывает рукой. — Выбирай любую свободную и открывай так же, браслетом. Она останется за тобой, пока ты не завершишь проект. Тут многие оставляют. Это удобно. Дождись, Максим, пожалуйста. Я быстро.

Киваю. Девушка убегает.

Беру брусок сплава. Часть его почти мгновенно приобретает вид тонкой веточки, перевитой листьями винограда. Так же, сразу получается красивый браслет. Так. А если в его создание вложить мысль, что он должен быть гибким — это же мало чем отличается от волевого создания амулета.

Создаю такую же веточку заново, и она остается гибкой. Интересно.

А если так — стать тверже алмаза и приобрести режущую кромку в один атом. Представляю себе, что я имею ввиду. Создаю небольшой нож. Металл очень тяжело принимает такие свойства. Сильно сопротивляется.

Вкачиваю больше пси и магии. Это помогает, но слабо, сплав принимает форму ножа очень не быстро.

Надавливаю волей. Я настаиваю на таких свойствах маленького клинка. Давлю на брусок.

Металл медленно вытягивается в небольшой нож. Медленно-медленно, и как только он принимает ту форму, какую я для него хотел, в сплав ухает, наверное, две трети всей магии, что я сейчас контролирую.

Нож на секунду почти светится и больше не изменяет своих свойств.

Я пробую подать туда магию или пси — ничего не происходит. Металл словно закрывается. Я только его чувствую. Все.

Хм. Смотрю на лезвие. Пробовать пальцем — немного боязно. Хмыкаю. Беру небольшой брусочек дуба. И снимаю с него тончайшую стружку. Беру металлический брусок — результат тот же, ножик мягко снимает стружку.

Ну что, поздравляю себя. Я только что сделал очень дорогую точилку для карандашей. Хотя, если на хвостовик накинуть тот же дуб, может что интересное и получится. Но это не в этот раз.

Иду к дальней стене и забираю под свой проект первый же освободившийся ящик. Нож — туда. Пока не до него. Хотя сам процесс открывает для меня довольно интересные перспективы. Чтобы не носить, например стальные шарики постоянно. Мелочь, а если с температурой разберусь, как сейчас с твердостью, то получу снаряды, про которые точно буду знать где они. Вот как нож. Я не могу туда запихнуть больше пси. Но вот поднять сам нож внутри закрытого сейфа — могу без проблем.Я просто точно знаю, где он. Может и не совсем бесполезная вещь получается?

— Максим, ты дождался! Спасибо. — Маргарита почти бежит практически всю дорогу туда и обратно. — Вот смотри.

Маргарита открывает принесённую небольшую шкатулку. Высыпает оттуда на стол артефактора полтора десятка различных украшений из серебра, и возможно, платины.

— Это мои детские комплекты. — Пальцами с слегка касается украшений. — Вот кроме этого, и ещё вот этого, и вот этого. Они мне очень дороги как память, а вот все остальные можно спокойно ломать и вытаскивать из них камни. Мне они в любом случае уже не подойдут. А когда у меня будут дети, в моде будут другие украшения.

— Рит, я же не ювелир, ты это понимаешь? — Смотрю за небольшую кучку серебра с камнями. — Я аккуратно камни отсюда вытащить не смогу.

— Максим, аккуратно и не надо. Я все прекрасно понимаю. украшения можно спокойно ломать совсем. Это не фигура речи. И даже если ты испортишь камни, ничего страшного в этом нет. И не ломай голову какие камни куда подойдут. Здесь в принципе топазы, аквамарины, даже сапфиров есть немного. Просто смотри, какие камни к тебе подходят. Те и используй. Вообще не задумывайся, сколько это стоит.

— Не, ну как скажешь, конечно. — Удивляюсь. — Но, вообще, странно.

— Ты вообще понимаешь, сколько стоит украшение из этого магического сплава? — Внимательно смотрит на меня Рита.

— Ну, в свете тобой сказанного, теперь считаю, что дорого.

— Даже всего того что я сейчас высыпала, не хватило бы оплатить и части твоего цветка который ты мне подарил. И уж тем более, целой средней парюры из ньямаля. Так что последняя вещь, о которой тебе стоит думать, так это о стоимости всех этих вещей. просто считай, что это лом металла, Максим. — Девушка перебирает украшения. — Пойдем поужинаем?

Я задумываюсь. Но мне кажется, сейчас я бы хотел проверить свербящую идею, а не поддерживать чужую иллюзию. Вздыхаю про себя. И откладывать еще одну работу мне тоже не хотелось бы.

— Нет, Рит. Слишком мало времени осталось. И слишком много нужно сделать. Давай в следующий раз, хорошо?

— Обещаешь? — Сабурова, кажется настроена серьезно. И это странно. Она точно ничего не может знать ни обо мне, ни о планах Императора. Настойчивость от, считай, второго лица в лицейском рейтинге, причем аккуратная, меня озадачивает. Ладно. Подумаю об этом позже.

— Посмотрим, — пожимаю плечами. — Я постараюсь.

Девушка остается недовольной, но еще сильнее не настаивает. Вот и славно.

Остаюсь в мастерской один.

Создаю заколку из стилизованных дубовых листьев. Это несложно, в памяти много того, что можно использовать, спасибо Меркатору. Он своими скупками-продажами одно время превращал казарму в выставку искусств, так что от чего оттолкнуться есть всегда. Туда же к комплекту и запонки.

Все это у меня занимает немного времени по-хорошему. Образ есть, металл уже как пластилин.

Заколка небольшая, продолговатая. В нее идеально вписывается, только атакующий глиф молнии, но мне на балу он совсем не нужен. Там каждый маг — сам оружие. Так что артефакт стоит делать только тот, на который может не хватить сил, если все пойдет как-нибудь не так. Так что без вариантов, абсолютный щит. И вот эту идею в магической бижутерии, как мне кажется, будет очень неплохо воплотить. Причем, не только для бала. Лучше такую вещь носить все время. Армейские амулеты все же должны, по идее, проигрывать абсолютному щиту. Секунд сорок, на моем единственном накопителе мне он дать должен, если что-то пойдет не так даже в случае серьезных проблем. А сорок секунд в моем случае — это вечность.

Наполняю внутреннюю часть заколки своей пси. И хорошо, что я контролирую любой объем в пределах Аспекта. Так что выстраивать металл изнутри под конструкт абсолютного щита у меня в принципе получается. Работа очень нудная и долгая. Несколько десятков минут простраиваю мельчайшие переходы внутри заколки. Думаю никому, без такого контроля, создать настолько мелкую структуру не получилось бы, да еще сразу же внутри амулета.

Амулет спокойно принимает мою магию. И хотя, я уверен, что ошибок создании не допускаю, проверка все же нужна.

Спокойно телекинезом отодвигаю амулет в зону проверки мастерской, и дистанционно активирую его.

Что же, две новости, и обе ожидаемые. Сделать абсолютный щит в амулете размером с пуговицу у меня получается. Но в этом я и не сомневался ни минуты. И работает он штатно — что тоже было ожидаемо. Присоединить накопитель можно и потом, доработка вообще несложная.

И вторая ожидаемая новость — абсолютный щит оказывается фактически, не особенно-то и абсолютным. Через щит прекрасно работает псионика. Я вообще-то и не сомневался, но проверить очень хотелось. Так что одновременно оба зайца.

Телекинезом так и продолжаю держать амулет. Аспектом так и ощущаю его внутри радужной сегментной сферы. Вот и еще на один свой вопрос получаю исчерпывающий ответ. Маги противостоять пси не смогут вообще. И в Гнездах тоже. И никакой абсолютный щит не поможет. Только незаметность, зелья и магические усиления. Все. Остальное работает совсем не везде. Жаль. Некоторые надежды на этот щит я питал, конечно.

Вздыхаю. Работать после вроде бы удачи, но все же разочарования, не хочется. Нет. Вообще, конечно, амулет — это огромная удача — я проверяю сразу три теории созданием всего одной вещи. Это очень хорошо. Но и то, что вершина щитов магов, пси тоже не держит, меня все же расстраивает.

Откладываю все заготовки в свой ящик. Кажется, мне бы не помешала чашечка горячего шоколада, и те вкусные пирожные. А то, что мне не стоит выходить с территории лицея прекрасно нивелируется «скрытом» и невидимостью. Все. Решил.

Территорию лицея пересекаю быстро и даже не запыхавшись. Бегу всю дорогу, и это немного прочищает разум. Чего я так расстраиваюсь? Надежды на магов не было изначально. Так что просто проверил теорию. Нормально.

Выбегаю за ворота. Парень на проходной успевает среагировать на открывшуюся, и тут же закрывшуюся дверь. Но меня он так и не замечает.

Мне бежать нравится, обновленное тело удивляет, и я собираюсь бежать до главной площади. Все же в простой пробежке я тело не испытывал, а это неожиданно приносит удовольствие, да еще по пустому городу.

На выходе, замечаю сигнатуру мужика, с противоположной стороны площади перед лицеем. Расслабленный фон, мгновенно сменяется внимательным наблюдением, стоит только открыться двери на проходной. Меня мужик не замечает, а вот я его стараюсь рассмотреть.

Одет непримечательно, черты лица словно смазаны. Все так хорошо подобрано, что даже вызывает вопросы. Хотя, если бы не совершенно пустая улица — я и внимания бы не обратил. Да и если бы не чтение фона — то собственно тоже. Внешне товарищ тоже совершенно лицеем не интересуется. Может транспорт ждет, не знаю.

Но вот сейчас… Очевидно, что это наблюдатель. А вот к добру или к худу. Хм…

Возвращаюсь к проходной, и, отключив «скрыт» вроде как выхожу из дверей.

Секундное замешательство, радость узнавания, и мгновенное сосредоточение на задаче.

Да что ж такое-то! Вам тут медом намазано, что ли? Все же опять я. Что ж. Опыт есть. Только теперь, пожалуй, из города выезжать мне не следует. Да и я чуть более готов к пертурбациям.

Так, амулет остался в лицее, причем и офицерский и недавно сделанный, но это не страшно. Мужика фиксирую четко, примененное им успею идентифицировать, да и момент нападения не просплю. Не с таким нулевым трафиком на улицах. Нет ведь никого — не на кого отвлекаться. А если все пойдет не туда — всегда можно уйти в «скрыт», а этому теперь, особенно ни у кого сопротивляться не получится. Ну, поиграем, что уж.

Вздыхаю. Интересно, накрылась у меня чашка горячего шоколада, или нет? Ладно, бегом.

Неторопливо бегу по почти ночному городку. Бегу в удовольствие. А мужик вроде даже успевает быстрым шагом за мной. Активных действий не предпринимает, ну, может и обойдется.

Не обойдется. Наперерез мне, словно бы случайно, от площади неторопливо выдвигается еще один «прохожий». Ребята точно координируют свои действия, по крайней мере переговоры одновременные я засекаю. Ну вот. Двух сотен метров до площади не дохожу. Чашка шоколада накрылась точно. Поднимается волна легкого раздражения. С другой стороны, всегда есть процент на ошибку. Может сейчас опознают, скажут «не тот», и мы разойдемся? А?

Не, не разойдемся. Меня метров за двадцать опознает второй мужик и тут же, даже без попыток в «закурить не найдется», или еще чего — атакует. Одновременно атакует и тот, кто сзади.

Намерение обоих прекрасно отражаются в фоне, так что я готов за мгновение до.

Ускорение. Мысленно пожимаю плечами. Пси у меня очень много. Плюс кристалл, плюс Поле.

Так, посмотрим. Ты, мой дорогой встречный «прохожий», уже в моем поле, так что жезл я определяю сразу же. И кракозябру, что из него вылетела — тоже. Как? Да я ее уже видел. Даже два раза. Чтобы выучить — маловато, а вот чтобы опознать — вообще без проблем.

Жезлы «сна» только у полиции, говорите? У преступников — редкость, говорите? Ну-ну, что ж каждый первый, что встречается мне, ими мало что владеет, так еще и использует почем зря? Начиная от самых упоротых мелких бандитов, и заканчивая вполне подготовленными профи. А полиция спокойно разводит руками. Не может, значится, быть. Им то что, у них щиты «сон» не пропускают. Эх.

Ладно, это прорывается раздражение на самоубийц, которые не дают мне выпить чашку шоколада. Отстроюсь. Иногда можно, но сейчас — работаем.

Подпускаю конструкт «сна» как можно ближе. Ускорение сильнее. Кракозябра еле двигается. Ладно. Давно хотел попробовать интересное, еще с боя ректора с Кошкиным. Очень уж учитель хорошо сбивал ректору касты.

Запускаю пси в чужой магический конструкт. Почему? Да потому что все внутри моего Аспекта, кроме живого, вполне может быть мной. Потому что здесь я хозяин. Это мои метры пространства. А если у кого есть своя воля и он не согласен, пусть предъявит претензии. Пободаемся. Что? Нет? Амулеты без воли? Ну вот то-то же.

Беру конструкт под полный свой контроль. И второй, который только долетает до границы «я». Тоже «сон». Какая, однако, неожиданность! Ну надо же. Еще один тот, кого не бывает.

Второй конструкт беру под контроль еще быстрее.

Хм. А ведь теперь я их и повторить, скорее всего смогу, получается. Верчу конструкт в разных плоскостях.

Ну да. Запоминаю. Он не сильно сложнее целительского минимума получается. Как «первая помощь» вместе со «стазисом» вместе. Но попроще того же абсолютного щита. Вот, кстати, хорошо, что не взял амулет. Был бы соблазн работать от силы. Ладно.

Вытягиваю магию из конструкта. Дожидаюсь второго поближе, и делаю тоже самое. Со стороны выглядит скорее всего, что оба конструкта в меня попадают.

Так, что там я должен сделать при попадании в меня «сна»? А, вспомнил. Замереть и упасть. Ну хорошо. Падаю. Ускорение на минимум.

Второй неприметный достает нож. Я прекрасно чувствую этих ребят и контролирую каждое их движение.

— Отставить. — тихо останавливает второго первый. — Не здесь.

— Ты что, Леший? Сделаем дело и только нас и видели!

— Без имен, идиот! Как ты выбираться будешь из городка? Лесом? Через Пятно? У нас какой приказ? Незаметно устранить. Незаметно! А как только ты его прирежешь, тут полгорода соберется. Мы не уйдем. Ты что на брифинге делал? Кивал же.

— Извини, командир. — Винится второй. — Я вообще не слушал, для этого ты есть.

Сколько разного интересного своим диалогом мне эти ребята уже рассказывают. Но мало. Пока совсем мало.

— Бери руку его на плечо, я вторую — и понесли. Мобиль рядом. Можешь еще петь чего-нибудь, если кого увидишь — вроде как нетрезвы. Но лучше бы побыстрее. Пока патруля не было.

— Принято, командир. — Второй тоже подныривает под руку.

Неприметные споро несут меня в узкий переулок.

— Их браслеты быстро сигнал дадут в случае смерти, а конкретно наш пациент еще и на карандаше у черных.

— А почему он сейчас один?

— Хороший вопрос, но думаю он просто из-под надзора сбежал. У подростков это бывает.

— Да вроде он не особенно подросток-то уже. — не очень соглашается второй. — И тяжелый какой.

— До двадцати лет мозгов все равно не много. Себя вспомни. Не так давно вроде было.

— Да уж.

Быстро добираемся до мобиля неприметных.

— Все, на базу. Третьему набери.

Мобиль спокойно трогается и едет как обычно тут и принято. Медленно-медленно. Это немного раздражает. Все же почти всегда, когда я попадал в данный вид транспорта, все водители придерживались скорости сильно выше средней. Что ж. Так даже и лучше. Легче ориентироваться в городе.

Попыток воткнуть в меня что-нибудь железное никто больше не предпринимает. Так что просто аккуратно контролирую напавших.

Лежу, отслеживая дорогу.

— Третий. Собирайся. Объект у нас. Выдвигаемся сегодня же, — не очень понимаю кто говорит, но моя судьба этими ребятами определена. Но это было ясно и из приказа.

Едем в сторону Дома Охотника. Медленно, но довольно точно сохраняя направление. Проезжаем лицей.

Вообще, этот мобиль бы я бегом точно догнал бы. Слишком уж медленный водитель, этот их командир. Я немного успеваю заскучать.

Но даже такая дорога заканчивается.

Сворачиваем во двор, не доезжая пары домов до охотников. Интересно. Пока делать нечего — вспоминаю. Здесь вроде как находятся несколько лавок скупщиков, и, кажется, алхимиков. Особого внимания я и не обращаю никогда. Но странно. Сомневаюсь, что кому-то из торговцев я вообще, в принципе, мог перейти дорогу так, чтобы нанимать группу профессионалов. Ладно, скоро узнаю. Тем более, приехали.

Все таки алхимики. Непередаваемый запах меня сопровождает, пока двое похитителей несут меня по дому. Причем неожиданно не в подвал.

Сгружают в комнате.

— Третий, антураж готов?

— Обижаешь, Леший. — Тянет еще один из команды.

— Да что ж вас обоих на имена-то тянет⁈ Говорил же, по номерам. Это вам не столица. Мы тут не знаем, где и кто может услышать. Гореть по-глупости, я не хочу. Хотя в доме не страшно, третий. Ты хоть не в городе ляпаешь. Здесь место не засвеченное. Так что с антуражем?

— Все сделано. Парень вроде как вскрыл окно, вот здесь. Вскрыто ножом с улицы, ботинки я сейчас возьму, следы оставлю. Потом перебрался через подоконник, вот тут пара ниток будет. Напоролся на нелетальную ловушку зелье вот тут. У хозяев проблем с этим не будет. Упал мимо, сбил пузырек, и конфликт двух зелий. Ах-ах, какое несчастье! Умрет в течение суток. Не проснется примерно столько же времени. Подышать, для одаренного достаточно двадцати минут — потом не вывести. Зелье легко определяется. Для полиции простое объяснение. Ой-ой-ой, кто же знал, что наша деточка — любитель лазить по домам. А проявитель через пару часов наши следы тут тоже не обнаружит. Я уже распылил состав.

— Молодец. За что тебя только твой учитель алхимии не любил? Ты ж вроде очень неплох в этой дисциплине.

— Он считал…

— Так, стоп, мне это не нужно. Это был риторический вопрос. Берешь ботинки, оставляешь следы. Потом потом возвращаешься и бьешь обе колбы. Все, пошел-пошел, в темпе. Стартуем через полчаса. После контроля нашего объекта.

Остаюсь один. Хм. В доме, кроме этих троих товарищей никого. Хозяев лавки из-под удара выводят. Это, кстати, пока главное, что я узнал. Вряд ли бы они мне сказали сами, а так — это очень полезно. Думаю, даже самое. На этом, скорее всего — все. Они наверняка под конструктами, все трое — неодаренные, так что добиться от них информации я не смогу. Но разве что, попрактиковаться в куске знаний Артема? Ну, мало ли, знаний кот наплакал, но просто посмотреть, как оно работает — можно. Все равно ведь смертники. Оставлять за спиной этих ребят я не буду.

Возвращается третий. Надевает на меня обувь. Бьет одну колбу, потом, рядом вторую.

«Скрыт». Поднимаюсь с места, куда меня укладывали. «Сон» в Третьего. Нормально, работает. Значит запоминаю хорошо и выполняю без ошибок. Неожиданно, но приятно. Укладываю на свое место.

Сигнатуры вижу отлично, так что перемещаюсь по дому спокойно.

Да, лавка алхимика. Не ошибаюсь. Вроде даже из новых. Осматриваю приемную, открываю дверь в магазин. Ну да. Точно. Кажется, недавно открылась. Но действительно, никого из хозяев. Следов быстрых, лихорадочных сборов нет. Просто уехали. Ладно. Нужно будет поискать сейф. Вряд ли, если уехали ненадолго, забирали все бумаги. Если же надолго — то придется чуть длиннее выяснять кто тут владел, или снимал недавно лавку. Это конечно косвенные доказательства, но мне прямые и не нужны вообще. Эти трое точно ни с кем не связаны — тупиковый след. Могут быть вообще, наемниками. Так что хорошо, что я с ними пошел. Иначе бы вряд ли чего выяснил бы вообще.

Осматриваю магазин. Сейф есть, но внутри только деньги, и пара зелий, кажется. Неинтересно. Бумаг Аспектом не чувствую.

Так, первый, тот который Леший, спускается в гостиную. Отлично.

Возвращаюсь обратно.

Леший бросает большую сумку рядом с дверью. Меня, естественно, не замечает. Но напряжен. Что-то он все же чувствует, нервничает. В него тоже «сон».

Аккуратно подхватываю мужика и сажаю на стул у стены. Ждем третьего. Не самому же мне за ними по всему дому бегать.

— Леший⁈ Еду брать? — кричит, кажется, из кухни оставшийся Второй. — Чего молчишь⁈ Ехать-то нам часов пять. Проголодаемся. А тут окорок висит в холодильном шкафу, да вообще, есть чего пожевать. Не слышу⁈

Не, Леший сейчас вне зоны доступа вообще. Жду.

Второй идет с кухни.

— Первый, слушай, я все же набрал нам сумку. — Заходит в комнату. Видит своего напарника на стуле. — Эй, ты нашел время спать.

Посмеиваясь, подходит к стулу. Трогает Первого за плечо.

— Эй!

В этого товарища кидаю «Сон» с дополнением пси. Мужик падает как подрубленный. Я даже не успеваю его подхватить. И в отличие от Первого, который просто глубоко спит, сразу выпадает в несколько иное состояние.

Проверяю пульс. Очень. Очень редкий. Вот так быстро. Поднимаю веко. Остановившиеся глаза и полностью раскрытые зрачки. На свет не реагирует. Страшненько. Я, конечно, не целитель, но, думаю, это что-то вроде комы. Ну и ладно. Перетягиваю мужика к третьему в компанию. Туда же отправляю обе сумки.

Снимаю «Скрыт». Бужу Первого легким импульсом молнии.

— Привет. — Здороваюсь.

Мужик мгновенно понимает, что происходит и где он находится. Но не меняет своего положения. Аккуратно проверяет не связаны ли руки. И даже очень узкое лезвие медленно вытягивает себе в ладонь. Толку то.

— Привет. — Здоровается Первый.

— Зачем меня похищали? — перехожу сразу к делу. Ну а вдруг.

— Где мои напарники? — тут же интересуется мужик.

— Это не так важно, — пожимаю плечами. — Так зачем?

Мужик точно отслеживает дистанцию до меня, и как только я подхожу на расстояние гарантированного поражения, резко дергается с места с ударом тонким лезвием.

Ну, почти. Если бы не Аспект, то может быть и получилось бы. А так, я телекинезом ксеносов останавливал не так давно. А тут неодаренный, и в моем поле.

Мужик не двигается даже на миллиметр. Ну просто потому, что я не позволяю.

— Что, не получается? — немного даже ему сочувствую. — Ну, работа у тебя такая. Что же делать. Так зачем?

— Заказ был. Где мои ребята? — Первый четко понимает что у него только один вариант — меня заговорить.

— В соседней комнате, — пожимаю плечами. — Минут десять уже.

— Понятно. Смысла уже нет за их жизни торговаться. — С некоторой досадой произносит тот. — Смертельную дозу они уже схватили.

— Двадцать минут же? — удивляюсь.

— Ты не спал. — Утверждает Первый. — Двадцать минут для одаренного. Нам нужно меньше.

— Оу, — пожимаю плечами. — Не знал.

— Но это же ничего не меняет, правильно?

— Не меняет. — Соглашаюсь. — Имя нанимателя. Контакт. Ну вот это вот все.

— И ты мне оставишь жизнь? — усмехается Первый.

— Нет, извини, — пожимаю плечами снова. — Просто не буду практиковаться в ментальном взломе. Перенесу в соседнюю комнату, уснешь спокойно.

— Деньги?

— Да мне не нужно особо. Да и много у тебя быть не может. — Мне даже интересно, сколько может скопить человек на такой работе.

— Две тысячи золотых, — говорит Первый.

О. Неплохо. Можно отряд даже нанять на год. Хороший убийца, видимо.

— Жаль. Но мне на самом деле не нужно. Мне нужно знать, кто наниматель. И как связаться.

— Это ты не узнаешь. И даже не потому, что я не хочу говорить. А просто потому, что я не знаю. Заказ взят через биржу в столице. Нанимателя мы не знаем.

Ну вот, как я и опасаюсь.

— Данные по объекту и месту дислокации предоставил наниматель. Гарантировал отсутствие хозяев. К сожалению, пришлось пользоваться тем, что предоставил он. — Морщится наемник. — В городе слишком много черных. Каждую кочку проверяют, а с твоим подарком, — показывает на браслет, — мимо фортов мы бы не проехали. Вот чуяло мое сердце, что заказ кривой.

— Да, чуйка тебя не подвела. Контакт биржи?

— Этого я тебе сказать не могу, парень.

— Да, в общем, и не надо. Смотри мне в глаза. — Формирую из пси такой же щуп, как делают менталисты. Такой же, как я наблюдал в первых воспоминаниях Артема. Наполняю его серо-прозрачной магией. И касаюсь теменной зоны зафиксированного. Ускорение.

И тут же разрываю контакт. Отплевываюсь. Мерзость какая. Как менталисты на это идут добровольно? Касаться разума человека оказывается неожиданно неприятным действием. Какая-то какофония образов, эмоций, последних мыслей. Наверняка, есть техники, которые это структурируют и позволяют отсекать ненужное, но у меня, точнее в доставшихся мне кусках памяти Артема, их нет. Ладно, жаль. Отложу на более удобное время. А пока пользоваться буду фоном. Намного более щадящая вещь.

Обращаю внимание на Первого. Ему тоже не то, чтобы хорошо. Видимо, я касаюсь разума очень неаккуратно. В фон транслируется сильная боль мужика. Ну и ладно. Биржу я и так найду. Позывной Леший — знаю. Ничего от них мне больше не нужно. И для второй ниточки тоже вполне достаточно услышанного.

«Сон» с пси вместе. Первый засыпает мгновенно.

Переношу его в ту же комнату. И ведь не соврал. Гаснет сигнатура третьего. Даже нескольких часов не понадобилось.

Что ж, нужно убрать следы своего присутствия, посмотреть дом на предмет сейфов, как и собирался. И выдвигаться в лицей. Ночь на дворе.

Первый этаж не приносит вообще никакого результата. Не то, чтобы это меня расстраивало, но хоть какую бумажку я бы найти хотел. У наемников искать смысла никакого нет — у них максимум документы, но и те мне ничем не помогут. А остальное… да не особо нужно мне. Не хочу.

По дому прохожу. Мог бы и обойтись, конечно, благо он весь, включая довольно обширный подвал, попадает в мой радиус восприятия. Только решаю, все же пройтись. Ну мало ли, чего упускаю. Но нет. На самом деле, в доме все вычищено. Разве что в холодильнике оказывается не холодильный конструкт, а стазиса. Там поэтому куча зелий и стоит, что меня изначально и смущает. Поэтому и мясо там спокойно себя чувствовало.

На втором этаже обнаруживаю кучу хороших, нужных вещей — вроде накопителей, денег. Даже драгоценные по виду столовые предметы, вроде тарелок и ваз присутствует. И при этом никакой личной информации. Ни бумаг, ни украшений. Даже одежды никакой нет. Такое ощущение, что тем кто здесь жил приказали собираться и не разрешили брать с собой ничего кроме одежды, личных украшений и записей.

Такой результат немного нелогичен, но он косвенно подтверждает мои догадки, что не только заказ этим ребятам приходит от недоброжелателя. Но и владельцы или арендаторы последнего времени связаны с тем же недоброжелателем.

Нет, прямых указаний на это и нет. Но мне достаточно косвенных — в городке далеко не все Рода имеют представительства, и далеко не у всех есть свои скупки ингредиентов, например. Это еще Моисеич и ольгины ребята говорили, что скупать может только кто-то с лицензией. Так что не могли просто так взять, и бросить такой бизнес. В городе, скорее, проблема открыть что-то новое — охотники в свое время жаловались. Думаю с магазинчиками и мастерскими та же история.

О, кстати, гаснет еще одна сигнатура. Второй.

Просто слишком много совпадений для бандитов. Вот не верю. Так что вытягивать буду две, даже три коротеньких ниточки. Заказ, владельцев здания постоянных, и последних владельцев или арендаторов. Пересечения, хотя бы близкое, двух из трех ниточек мне даст определенное понимание.

Если бы дом был полностью вычищен, я бы еще мог поверить в случайность. Ну там продавать решили, а бандюки воспользовались, но вот в таком варианте, как сейчас — нет. Не складывается.

Третий погас. Ну что, мне тут делать больше нечего. Забрать ниточки на окне, проверить след там же, и пожалуй — все.

Включаю «скрыт» и пробегаюсь по намеченным точкам. Затираю следы. И бегом двигаюсь в сторону площади.

Ни кофе, ни шоколада я уже не получу, конечно. Поздновато, а вот на пирожные на вынос рассчитывать все же можно.

Договариваюсь сам с собой я легко.

Бегу не снимая «Скрыта», мне, пожалуй, хватает приключений на сегодня.

Иду по территории лицея. Тут с самого утра, всего за полчаса пока я был на завтраке, развернулась серьезная работа. По всей территории уже пахнет краской. Площадь перед центральным корпуса приводит в порядок сразу две бригады. Ещё две осматривают этот же центральный корпус с разных сторон на предмет трещин, облупленной краски, или другого какого беспорядка. Это говорит о том, что у других корпусов, происходит такая же суета.Рядом с группами строителей, все время присутствует кто-нибудь из охраны. И это правильно. Потому что совершенно непонятно, что за люди сейчас наняты. Контролировать их нет никакой возможности.

Так что иду по территории и удивляюсь.

— Привет, Оль. Занята? — вызываю Прозоровскую. Неожиданно мне приходит на память один момент, связанный с Ольгой. А может, и не очень неожиданно. Все же покупать пирожные я ходил вчера ночью именно в то кафе, которое надолго у меня теперь будет связано с девушкой.

— Привет, Максим. Я не ожидала тебя так рано рано услышать, — тут же отзывается Прозоровская. — Я вообще не ожидала тебя услышать, если честно. Но, безусловно, рада!

— Знаешь, я к тебе, по делу.

— Ну, я не особо удивлена. — Хихикает Прозоровская. — Давай уже свое дело.

— Ты в свое время заказывала амулет своим ювелирам. Помнишь?

— Да, было такое. — Недовольно говорит Ольга. — К сожалению, пока что, замены творения наших мастерских я так и не нашла. Использую обычный. Но, с подругой твоего учителя, мне точно ничего не страшно. — Смеётся.

— Вот. Об этом я с тобой хотел поговорить. Я хочу сделать тебе небольшой подарок. — Хмыкаю. — Подарок из серебряного сплава. Со встроенным щитом. Но только тебе. Из минусов, я не могу настроить пока что схему, при которой мой щит, будет активироваться автоматически. Могу только взять схему стандартного щита. А она кривая.

— Максим, ты мне предлагаешь в подарок ещё один амулет? И ты думаешь я откажусь? — Смеётся Прозоровская. — Не на ту напал!

— Ну, слушай, в какой-то мере, ты лишилась своего родового амулета из-за меня. — Усмехаюсь. — А тут, я научился, одному, довольно забавному трюку. Только это почти секрет.

— Какой? — Снова смеётся девушка. — Обожаю секреты.

— Да, такой, не особо секретный, но лучше о нём не распространяться. Я научился встраивать абсолютный щит в небольшие украшения. Сомневаюсь, что само украшение прослужит долго. Но на несколько активаций щита, его должно хватить. Пока что, я провёл только одно испытание. Причём, автоматическое развёртывание не было присоединено. Поэтому и говорю, что могу взять стандартную схему, и изменить в ней вид щита. Почти уверен, эта штука будет работать. И точно будет работать принудительное развёртывание. Это я уже проверил.

— Максим, ты меня уже не в первый раз удивляешь, так что я уже привыкла. — Серьёзно говорит Ольга. — Но, пожалуйста, уточни ещё раз. Ты придумал как уместить конструкт абсолютного счета, тот который ставят на крепости, в обычное украшение?

— Ну, почти так. Тот, который, ставят на крепости мне нужно видеть чтобы понять в чем отличие. Этот же меня просто показали, и сказали что он, в принципе, такой же.

— Скорее всего, отличия в диаметре развёртывания, в том количестве магии которое нужно пропустить сквозь амулет, а соответственно, и в толщине линии конструкта. Это я тебе, как окончившая Академию, могу рассказать. — Удивляет меня Прозоровская. — Ну, ещё скорость того же развёртывания в этих конструктах должна быть разная. В крепостном это не так важно, как в личном.

— Ну вот как раз это всё в моем амулете даже не предусматривается. — Смеюсь. — Там просто щит. Он разворачивается, к нему можно подсоединить накопитель, и я действительно могу его воткнуть в украшения. В общем, предлагаю тебе такую вещь.

— Как я уже говорила, я точно отказываться не буду. — Серьёзно говорит Ольга.

— Тогда у меня к тебе вопрос, когда ты будешь в Смоленске-2?

— За день до вашего бала.

— Хорошо, у тебя время будет? — Уточняю.

— Максим, ты чего? Конечно. Зачем, как ты думаешь, я осталась в столице шить платье? Чтобы у меня было несколько дней до бала. Я же Прозоровская. Да ещё часть вашей легенды с дядей Мишей. Я там должна буду быть. Так что, в городке я буду заранее.

— Да, я почему-то не подумал. Логично.

— Да, ничего, Максим. Ты в этом не одинок. Вы, мужчины, часто не видите очевидного. — Усмехается. — Так, а я могу выбирать вид украшения?

— Кстати, да. Заказывай. Мне не сложно сделать его удобным для тебя.

— Так. Тогда нужно что-то, что будет гармонировать с твоей розой.

— Мммм… — Задумываюсь.

— Что-то случилось? Тебе о чем-то сложно сказать? — Удивляется Ольга.

— Подобный амулет, будет ещё одного человека. — С сомнением говорю девушке. Но я почти уверен что она должна знать заранее.

— Ну, ничего страшного. Тогда я подумаю про украшение еще. А у кого будет роза?

— Нет, не роза. У Сабуровой орхидея. Я же с ней иду на бал. Мне показалось, что делать одинаковые амулеты не стоит. Кроме того, мастер-портной её рода делает мне костюм. А я, делаю, неожиданно дорогие украшения. Никогда не думал, что украшения из сплава серебра, ценятся так высоко.

— Эх, жаль, что я не подумала раньше. — Смеётся Ольга. — Надо было тебя просветить. Теперь, конечно, понятно что ты обещал. Ведь так?

— Да, но мне будет интересно это сделать.

— Так, я приняла решение, хочу пару серёг. С мотивами розы. Площадь соприкосновения с телом ведь не имеет значения?

— Понятия не имею. Но скорее всего, не имеет.

— Ну вот, в серьги сможешь поместить конструкт? Накопители я тебе дам.

— Думаю да. У меня конструкт влез в булавку для галстука.

— Невероятно. Макс, ты даже сам не знаешь, насколько это невероятно. — Ольга совершенно серьезна. — Абсолютный щит в амулеты даже не планировали никогда заливать. Его ставят в огромных стационарных накопителях в крепостях.

— Если найдёшь где-нибудь описание амулета лечение, то скорее всего, я смогу тебе сделать парный амулет щита и лечения. В каждую из серёг по конструкту.

— Ну, ты задачку задал. У меня вопрос тогда. Только лечение? Или ты можешь встроить любой конструкт который я найду?

— Скорее всего любой. Я пока не увижу, не буду уверен, но с учётом того, что абсолютный щит считается очень сложным заклинанием, то скорее всего любой.

— Хорошо. Я подумаю. Сколько тебе нужно времени на создание?

— Лучше, чтобы ты определилась минимум за пару дней.

— Договорились. Я как буду в городке, тебя вызову.

— Ну вот и отлично. — Прощаюсь с Прозоровской.

Идеально. Похоже, я ещё приобрету что-нибудь интересное. Да за напарницу, буду спокойнее, раз уж так сложилось.

Открываю дверь. Знакомую сигнатуру я вижу, но не показываю этого.

— Володимир Моисеевич! Я бы хотел с вами поговорить.

— Иду, Максим. — Я буквально слышу как кладовщик усмехается.

— Здравствуйте. А я к вам по делу. — Улыбаюсь появлению кладовщика. Его все время вроде как нет.

— Ну, я и не ожидал, что Максим Рысев захочет внезапно проверить как у меня дела! — Смеётся кладовщик. — Выкладывай с чем пожаловал.

— У меня очень простой вопрос. Не так давно в городке открылась скупка и мастерская эликсиров. Как мне кажется, пару месяцев назад. Вчера проходил мимо, они закрылись. Хочу попробовать выкупить домик. Можно у вас попросить узнать, кто владелец домика, и кто арендовал его в последние пару месяцев. У какого Рода выкупать?

— А чего сам не узнаешь? Это же просто. Сделай запрос в ратуше. Тебе ответят. Через неделю.

— Ну, вот, вы сами ответили на свой вопрос. Через неделю. — Смеюсь. — А мне почему-то кажется, что вы узнаете это значительно быстрее. Очень не хочу, чтобы кто-нибудь перехватил у меня это место.

— Максим, конечно я узнаю и стоить тебе это будет всего один золотой. Но я заранее могу сказать, что Род продавать этот дом не будет.

— Почему?

— Потому что, в городе ограниченное число мест под застройку. И большая часть из них, принадлежит императорскому Роду. А те, которые не принадлежат, обычно принадлежат старым Родам. Им престиж важнее, чем те копейки, сколько они могут получить за недвижимость в городке.

— Ну хорошо, не получится, так не получится. Но узнайте все равно пожалуйста.

— Без проблем. — Пожимает плечами Моисеевич. — Что-то ещё? Новый амулет, например?

— Нет, нет. Спасибо. — Улыбаюсь я. Только что, Моисеевич, сам того не подозревая, подтверждает мои догадки. Что амулеты какую-то информацию ему сливают именно внутри склада. Иначе, его вроде шутливый вопрос, особого смысла не имеет. А со стороны он именно что шутливый. Знать о том, что я не надел сейчас офицерский амулет Моисеич, по идее, не должен.

— Вась, иди сюда. — Говорит Степанов. — Смотри, что ты видишь?

— Паш, прекращай свои ребусы. Вижу три тела. Умерли в результате попадания в ловушку. Как? Непонятно. Собственно, я тебя за этим и пригласил.

— Слушай, Вась. Ты сколько лет уже в полиции, ну посмотри ещё раз. Задай себе простой вопрос: как они все трое могли попасть в эту ловушку? Как они должны были стоять, чтобы так упасть? Нет? Ни на какие мысли не наводит?

— Ну, справедливости ради, я тебя поэтому и пригласил. Слишком странно лежат, слишком странный набор вещей с ними, на домушников не похоже. Только куртка вот этого крупного стоит больше, чем можно собрать в этом доме. Очень глупая смерть.

— И какое из этого следует вывод?

— Из этого следует вывод, что если я его сделаю правильно, то спать всю следующую неделю не буду. Поэтому правильный вывод, я делать очень не хочу.

— А придётся. — Степанов наклоняется к одному трупу. Берет руку и переворачивает её тыльной стороной наверх. — Хотя, скорее всего, не спать придётся мне. Закрывай дело официально. Три домушника попались в ловушку. Претензий к хозяевам дома нет — ловушка нелетальная, на лицо трагическая случайность. Трупы вывезли. Запрос что пропало пусть присылают стандартным бланком. Только я заранее скажу, что ничего в доме не пропало.

— А что за случайность?

— Вот видишь, здесь осколков примерно на две колбы. А такой способ убийства в свое время практиковали в столице. И не доказать. Тут по-отдельности два абсолютно нейтральных к здоровью человека состава на сон и от головной боли. Но вместе дают составной яд.

— Ну Паш, где мы, а где столица!

— Вась, считай что к тебе приехали гастролёры. Но считай про себя. Дело я у тебя забираю. У тебя появится официальный отчёт. А с этим разбираться уже мне.

— Объяснишь?

— Да легко, иди сюда, посмотри на запястье. Что ты видишь?

— Да ничего. Тоненькую полосочку. Видимо пациент, хотел сделать тут татуировку и отказался от этой мысли.

— Знаешь если мы сейчас посмотрим на запястье двоих других, мы увидим точно такую же палочку. А знаешь почему?

— Почему?

— Потому что это не палочка. Неожиданно, да? Это стилизованная мизерикордия. Кинжал такой.

— И?

— И я у тебя дело забираю. Потому что расследование в адрес гильдии убийц ты вести не можешь.

— Ваш Сиятельство, тройка наших людей уничтожена. Кто это сделал — мы не знаем.

Легко узнаваемый толстый маг с раздражением отрубает кончик сигары гильотинкой. Прикуривает.

— Значит, посылайте следующих.

— Эту неделю мы не сможем. В городке активизировались чёрные. Временно введён режим посещения Смоленска — 2 по пропускам. Город фактически закрыли.

— Понимаешь, — Маг стряхивает пепел прямо на стол. Только это выдает его нервное состояние. — А мне уже всё равно. Через три недели, у наследника наступает совершеннолетие, и перестроить систему защиты станет сложнее. Даже в случае его смерти. Поэтому, делай что хочешь, но этот мажонок должен умереть раньше. Понятно?

Вечер встречаю в мастерской. Ухожу сюда практически сразу, после сигнала на ужин. Просто потому, что после подобного сигнала, в мастерских точно никого не будет.

Первым делом создаю шарик из сплава. И спустя десяток минут и половину контролируемой магии получаю полностью осознаваемый инструмент. Пока неясно, как он поведет себя в бою, конечно. Но пятисантиметровую дубовую заготовку шарик пробивает легко, не теряя в осознаваемости и не разрушаясь. Оставляю висеть в десятке метров от меня. На второй шарик сил сегодня у меня нет.

Возвращаюсь к тому, зачем я пришел в мастерскую.

В принципе, создать набор украшений для Сабуровой проблемы не составляет. Всего-то, пять предметов: серьги, тонкая диадема, ожерелье и браслет. Легко сосредотачиваюсь. Металл словно понимает, то что от него хочу. Он практически полностью повторяет тот образ, который я представляю в разуме. Идеальное творчество.

Через полчаса передо мной лежит весь необходимый набор. Пока что без камней, но уже воплощенный в металл.

— Какая красота! — В мастерскую заходит Маргарита.

Девушка очень аккуратно, словно не веря, касается ожерелья. Нет, на самом деле, комплект действительно получается очень воздушный. И на Сабуровой смотрится замечательно.

Киваю.

— Да, тебе очень идёт. Как насмотришься, возвращай — мне еще надо с камнями поработать.

— Макс! Не представляешь как это сложно! — Девушка с трудом, буквально заставляя себя, открывает замки ожерелья и браслета. — У тебя талант! Такое далеко не каждый ювелир со стажем может создать. И тут даже дело не в материале. Просто придумать подобный комплект сложно. Боюсь, что после бала, тебя попробуют завалить заказами.

Пожимаю плечами.

— Ну, пусть пробуют. Я посмотрю, какие из них выполнять. — Усмехаюсь. — Ладно, я рад что тебе понравилось. — Убираю комплект в ящик мастерской. Рита провожает его взглядом. — С камнями просто ещё много мороки. Но к балу, я почти уверен, справлюсь.

— Максим, даже если не будет получаться — не бери в голову. Без камней этот комплект уже прекрасен. Кстати, я же к тебе тоже с небольшим даром.

— Каким? — Удивляюсь.

— Помнишь, мерки тебя снимали? Ну вот наш мастер Эйман закончил свой «шедевр». — Девушка скептически поджимает губы. — Я передала персоналу и твоя часть ждёт у тебя в комнате, скорее всего.

— А, портной. Помню, помню. — Вспоминаю несколько часов мучений. Усмехаюсь. — А что так иронически?

— Да у него что не платье — то «шедевр». Хотя на самом деле, скажу по секрету, он действительно неплохой портной. Даже может очень хороший. По крайней мере, Васильчикова хотела бы к нему попасть в очередь, например. Но, он не гениальный художник. Вот только все свои произведения называет «шедевром». Мы его в этом не разубеждаем. Все же иметь очень хорошего мастера, пусть и с самомнением до небес, лучше, чем не иметь никакого.

— Забавно. — В принципе, мне это довольно безразлично. Но сама ситуация немного смешная.

— И да, Макс, я настаиваю, что этот костюм — подарок. Тем более, это больше нужно мне, я это отчётливо понимаю. Да и в свете вот этого, — девушка кивает на шкафчик. — Это такая мелочь.

Пожимаю плечами. В принципе, сейчас даже спорить не буду.

— Макс, пойдём поужинаем? — Девушка вся в ожидании.

— Знаешь, боюсь что не сегодня… — Запираю дверь шкафа и оборачиваюсь к входу.

— Сабурова, здравствуйте. — В мастерскую неожиданно заходит крайне недовольный Лютый. — Рысев, будьте любезны пройти со мной. Меня попросили найти вас. Свои планы на этот вечер, воплотите как-нибудь другой день.

Развожу руками.

— Ну, вот, как видишь, я как знал… — Сигнатуру инструктора я замечаю уже пару минут как. Ухожу вместе с Лютым, оставляя в мастерской очень недовольную лицеистку.

Идём в сторону главного корпуса.

— Георгий Валентинович, что что-то случилось? К чему такая спешка после ужина?

— Да к тебе гости неожиданные приехали. И крайне неприятные.

— Я вроде никого ни с кем не договаривался, — удивляюсь. — да и знакомых у меня негусто.

— Степанов. — Вздыхает Лютый. — Только он не один.

В главный корпус доходим очень быстро. Благо здесь недалеко. Несмотря на не особо поздние время, в административном крыле корпуса очень немного людей. Фактически, я вижу знакомую сигнатуры Жанны Аркадьевны, Степанова, и, неожиданно, знакомую сигнатуру Доржата. А еще пару незнакомых человек.

Поднимаемся ректорскую приемную.

Заходим с инструктором.

Очень интересная группа людей. Ректора я вижу редко, но она практически все время является образцом элегантности. Так что и здесь, Жанна Аркадьевна является центром внимания. Кроме неё, взгляд сразу же останавливается на Степанове, одетым свой чёрный форменный мундир. Доржата и ещё двух незнакомых мне людей я тоже выделяю, но по другой причине. С одной стороны, эти трое людей словно образуют отдельное пространство. Как будто они продуцируют тишину вокруг себя. Очень странное ощущение. А с другой слегка дрожащий воздух вокруг всех трёх человек, говорит об общем занятии. Похоже, нас посетили соратники шамана.

— Здравствуйте! — Здороваюсь.

— И тебе! — Тут же отвечает Доржат.

— Максим, — тут же говорит ректор. — Если у тебя какие-то проблемы, или тебе неудобно общаться с этими людьми, спокойно отказывайся. Я твоей стороне. И навязать они тебе ничего не могут.

— Жанна Аркадьевна, я это очень ценю. Но в данном случае, точно нет. — Улыбаюсь ректору.

— Я вам говорил. — Разводит руками Степанов. — Моё присутствие не всегда означает проблемы. Я, здесь и сейчас, по долгу службы как сопровождающий.

— Я не обязана вам верить на слово. — Говорит Жанна Аркадьевна, поджимая губы. — И мнение студента мне, очевидно, важнее. Лицей вне любого полицейского производства.

— Я это помню, — соглашается с ректором Степанов.

— Рысев, — внезапно спрашивает меня лютый, — вам какая-то поддержка нужна? В связи с появлением вот этого. — Уточняет инструктор, показывая головой на Степанова.

Степанов слегка закатывает глаза.

— Нет, Георгий Валентинович. Эти люди мне знакомы. И появление вместе с ними господина Степанова оправдано.

Безопасник с признательностью кивает мне головой.

— Вам, получается, нужно место — поговорить? — уточняет ректор.

Смотрю на Доржата. Тот кивает.

— Значит, нужно, — соглашаюсь. — Ничего против я не имею. Жанна Аркадьевна разрешите?

— Если вам в этом ничего не грозит, то безусловно. — Ректор успокаивается. — Можете воспользоваться моей приемной.

— Спасибо, — благодарит Доржат.

— Кстати, Жанна Аркадьевна, — говорит Степанов. — Нам с вами нужно обсудить одно важное дело. Чтобы оно не стало сюрпризом руководству лицея.

Лютый неприязненно посматривает на Степанова. Шаманы его вообще не интересуют.

Ректор переглядывается с инструктором, нехотя соглашается и показывает рукой на дверь свой кабинет.

Безопасник поднимается, и вместе с инструктором, уходят к Жанне Аркадьевне.

Оборачиваюсь к шаману.

— Я вас не ждал так рано, — удивляюсь. — Мне, по идее, восстанавливаться по расчётам ещё пару дней. То, что я восстановился раньше это случайность.

— Ничего, мы сейчас только договориться о сопровождении. И общей работе.

Фон показывает лёгкое пренебрежение со стороны неизвестных, интерес, недоверие.

Взглядом спрашивала о шамана. Тот ловит идею сразу же.

— Это представители круга шаманов. Вы бы сказали, тёмный и светлый. Они по-русски понимают, но практически не говорят. — Оба шамана кивают на эти слова Доржата. — Считай, что я тебе их представил. Голос тёмный, — кивает один. — И Голос светлый, — кивает второй.

— Максим, — представляюсь я.

— Они знают, — соглашается Доржат. Один из шаманов, тот, что за тёмное, говорит что-то на ухо моему знакомому. — Не могут поверить, что ты помог моим духам. Слишком молод.

— Да мне, в принципе, это безразлично. — Слегка пожимаю плечами. — Буду работать с теми, кто поверит. Общую идею, мы же с тобой нащупали. А амулеты, всё равно, служба безопасности империи обязательно у вас закажет.

— Про амулеты речи не идёт. Это уже согласовано. Десяток младших шаманов уже ждут.

— Быстро вы. — Удивляюсь. — Прошла-то пара суток.

— Это важно. Поэтому быстро. — Равнодушно отвечает шаман. — Но мы сейчас не за этим здесь.

— Так. А что ещё серьезного случилось, раз стала возможна такая спешка?

— Очень быстро выросли духи. — Спокойно говорит Доржат. — Мы такое хотим увидеть ещё раз.

— Да, я думаю, там не один раз получится посмотреть. — Соглашаюсь с любопытством пришлых. — Почему бы и нет? Только, у нас тут намечается бал. Я, скорее всего, не смогу вам помочь до его закрытия.

— Сможешь. Это уже решено. — Кивает головой Доржат. — А раз не против, то ты скоро узнаешь.

Поднимается. Кивает мне. Двое его спутников также со мной прощаются, и все просто уходят в открытую дверь. Ставить в известность руководство лицея, эти товарищи даже не утруждаются.

Я несколько удивляюсь. Ну хорошо, пусть безопасник с ними разбирается. Вообще не моя проблема. Да и в принципе, если хотят в пятно — с их тропой я буду только рад ещё раз поучаствовать. Только сейчас подготовимся получше. Всё равно, местные особо не видят того, что я делаю. Хотя, судя по Кошкину, догадываются.

Стучусь. Заглядываю к ректору, просто чтобы показать, что со мной всё в порядке. Раз Жанне Аркадьевне это оказывается важным.

Недовольными выглядят все трое разговаривающих. Но, кажется, вариантов у всех нет, приходится соглашаться друг с другом явочным порядком. Примерно так я понимаю фон внутри кабинета. Интересно, что Степанову обсуждаемое тоже не нравится.

— Ваши гости ушли. — Уточняю Степанову, и, заодно, ректору.

Степанов только вздыхает. Благодарно кивает. Оборачивается к ректору.

— Мы с вами договорились?

— Да. Мы найдём вашим людям место под проживание на несколько дней, но…

— Понимаю, мне тоже вся эта история не очень нравится. Своих дел — вагон. Но, приказ сверху.

Кажется, у руководство лицея, начинаются очень непростые дни. Хотя, ректор их, похоже, ждала.

Закрываю дверь в кабинет. Но меня приводит Степанов.

— Рысев!

Я возвращаюсь в кабинет.

— С вашего разрешения, — Степанов просит разрешение у ректора. — Я бы хотел переговорить пару минут с вашим воспитанником.

— Максим? — Уточняет ректор.

Я пожимаю плечами.

— Я не против. — Соглашаюсь.

Безопасник тут же закругляет разговор и прощается.

Выходим из административного корпуса.

— Максим, к сожалению, я вынужден вас спросить со всем вниманием отнестись к просьбе нашим гостей.

— А что так? — Спрашиваю Степанова.

— Меня об этом попросили из столицы. Если вам будет нужно все что угодно: сопровождение, транспорт, амулеты — не стесняйтесь обращаться. Не знаю, что нужно нашим гостям из Тобольска в Пятне, но мое руководство считает их просьбу приоритетной.

— Да можете не переживать, — прощаюсь с безопасником у проходной лицея. — Это в моих интересах тоже. Так что я им помогу.

— Надеюсь на вас, — говорит со вздохом Степанов, и уходит.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ушедший Род. Книга 5. Практик