Ева Арманда, Мия Мори Опасные мужья для бракованной землянки

Пролог

Никто не смеет пытаться обмануть шиарийцев.

А я вот посмела.

Шиарийцы – “раса господ” – сверхлюдей – как только их ни называли мои коллеги пси-лекари и генетики межгалактического центра, где я отпахала несколько лет на самой скромной должности.

Я совершила шаг отчаянья, и шиарийцы поймали меня.

Точнее, поймают через несколько мгновений. Без разницы.

Сердце стучит на диких скоростях. Во рту пересохло.

И на что я надеялась?

Как теперь поступят со мной безжалостные шиарийские самцы?

Через несколько секунд один из безупречных шиарийских маршалов, а то и сразу оба зайдут в мою каюту. И поймают с поличным. Узна́ют, что я бракованная! И тогда кинут в тюрьму.…или сразу в открытый космос!

Мои лекарства уничтожены. На столе лежат осколки спасительных капсул с обезболивающим. Мелкая стеклянная крошка – вот и всё, что осталось от надежды на спасение.

Химический запах погибшего лекарства бьёт в нос и быстро угасает.

А паника накатывает удушливой волной.

Нервно провожу рукой по своим буйным волосам. Пальцы – точно живой гребень – цепляются за рыжие локоны. Обычно меня это успокаивает. Но не сейчас. Я начинаю стряхивать с ониксовой столешницы осколки в утилизатор. Я действую так поспешно, что даже не успеваю ощутить боль от стекла, впившегося в кожу ладоней. От моих панических резких движений осколок покрупнее отлетает, коротко обжигая шею над ключицей.

Спрятать. Выбросить. Бесследно уничтожить следы лекарств… я успеваю.

Заправляю утилизатор назад – в хромированную стену.

И одновременно с этим дверь каюты бесшумно распахивает стальные лепестки, повинуясь воле шиарийца. В дверном проёме появляется один из широкоплечих высоких командиров шиарийского шаттла. Маршал Демиан. Хорошо, что пришёл он, а не его жестокий брат… Хотя нет! Сейчас без разницы!

Я пытаюсь принять беззаботный вид, натягиваю вежливую улыбку на онемевшие губы.

— Вы что-то хотели, виан? — спрашиваю, невзначай, отряхивая облагающий чёрный комбинезон с бледно-светящимися полосами вдоль рукавов. Мои бывшие коллеги сочли бы шиарийскую форму для женщин вульгарной. Но я безропотно надела то, что мне выдали маршалы, взойдя на борт их шаттла. В конце концов… если они проявят ко мне мужское внимание – это мой шанс на выживание. Мог бы быть. Но уже не будет.

Шиарийский комбинезон – точно вторая кожа. Так что случайных стеклянных крошек от битых капсул лекарства на нём нет. Есть только мой удушающий ужас быть пойманной с поличным. Так что я мысленно молюсь, чтобы шиариец ничего не заподозрил.

Его золотые глаза смотрят холодно, жёсткий красивый рот изгибается в мимолётной усмешке. Я инстинктивно бросаю взгляд на хвост шиарийца. И внутренне вздрагиваю. Жёсткие серые чешуйки отливают сталью, кончик заострился до острого жала… Это промежуточная стадия трансформации. Кажется… Я не сильна в расшифровке... Да и никто в мире не разбирается в физиологии шиарийцев, кроме них самих. А эта раса не спешит выдавать свои секреты. Я интуитивно толкую жест хвоста: “шиариец сконцентрирован и готов к бою”.

Он уже всё понял? Всё знает?!

А может, я всё себе придумала?..

Испуганно вскидываю взгляд к лицу мужчины и проваливаюсь в его ледяные глаза с примесью золота.

— Ты сегодня странная, Лира, — вкрадчиво говорит Демиан, чуть наклонив голову набок – пугающий хищный жест — и шагает внутрь.

Чёрная форма подчёркивает нечеловеческую грацию опасных текучих движений. Светловолосый шиариец приближается медленно. А я с каждым его шагом мысленно отсчитываю последние мгновения жизни.

В голове бешено мечутся мысли.

Он ведь здесь, чтобы наказать преступницу?

Учуял запах моих лекарств и всё понял…

И пришёл расправиться со мной за обман.

Выбросит за борт шаттла – в открытый космос? Задушит сильной рукой, даже не прилагая усилий или… Примет боевую форму и просто хлестнёт раздвоенным хвостом, ломая мне позвоночник?

– Лира… – голос маршала Демиана, такой же хищный, как его жесты, – что ты здесь делала? Я слышу запах…

Теперь, кажется, моё сердце колотится с нереальной для человеческого тела скоростью.

Учуял. Конечно, он учуял…

Я пячусь от Демиана, хотя смысла в этом ровно ноль. Три шага, и он прижмёт меня к дальней стене каюты. Там есть такая же дверь, но я не смогу её открыть. Ведь корабль подчиняется лишь воле шиарийцев.

Я могу лишь пятиться. Я сейчас – беспомощная жертва перед хищником.

Эти глаза – должно быть, последнее, что я вижу в жизни…

Шаг, два… а третьего уже не случается.

Я налетаю спиной на маршала Рейгара. Черноволосого, сурового, такого же золотоглазого как его брат Демиан. Я узнаю́ запах. Синяя горькая хвоя и капля терпкой пряной специи.

Миг – и мои запястья берёт в жёсткий захват раздвоенный хвост Рейгара. Он заставляет меня свести руки за спиной и прижаться всем телом к шиарийцу сильнее…

Отстранённо отмечаю, что хвост не покрылся колкими, жёсткими чешуйками, а значит, маршал, от которого у меня просто ноги подкашиваются, вовсе не впал в ярость и не принял боевую трансформацию.

А Демиан уже прижимает меня, обездвиженную спереди. Наклоняется к моей шее. Серией коротких движений втягивает мой запах. Быстро касается шеи губами, затем – языком.

Ах! Он будто обжигает меня!

– Ты поранилась, Лира… – хрипло шепчет Демиан и чуть отстраняется. И вдруг резко, но аккуратно берёт меня за подбородок двумя пальцами, заставляет смотреть в глаза, – чую твою кровь… что ты здесь делала?

– В чём дело, Лира? – тихо рычит мне на ухо Рейгар, тоже зачем-то прикасаясь губами к моей шее. Он так и продолжает прижимать меня спиной к своей груди, не выпуская запястья из захвата своего раздвоенного хвоста, – что за шутки? Или нам с братом пора начать пытать тебя?

Жаркий узел скручивается где-то внизу живота. Не от слов шиарийца. А от того, как он это сказал. Страсть балансирует в голосе властного самца на грани угрозы.

А Демиан начинает медленно, осторожно и уверенно расстёгивать мой форменный комбинезон:

– Нас на шаттле всего трое, Лира, – рычит светловолосый шиариец, – твои возможности крайне важны для нас. И мы должны быть уверены в тебе.

Я смотрю вверх. Белые идеально-правильные линии потолочной подсветки шиарийского шаттла плывут перед глазами.

Впервые за много дней – не от боли.

Касание горячего языка Демиана к моей шее – приносит облегчение.

И окончательно боль исчезает, когда под мою форму проскальзывают руки шиарийцев.

Узел жара внизу живота начинает остро пульсировать. Я невольно запрокидываю голову назад, прикасаюсь затылком к широкой, мощной груди Рейгара. Не удерживаю невольный стон – Демиан начинает стягивать одежду с моих плеч.

Я зажмуриваюсь, чтобы не видеть плывущий перед глазами потолок. И не смотреть на золотые глаза жестоких хищных шиарийцев.

Что они сейчас будут со мной делать?

Явно не убивать.

– Ладно, Лира, – мягко усмехается Рейгар, – можешь объясниться после…

Глава 1

За несколько дней до этого

В медицинском кабинете глухо гудели дезинфицирующее нео-лампы. От количества белого болели глаза. Врач — надменная, высокая блондинка в медицинском халате — сидела за столом и неторопливо листала отчёт на вирт-экране. Сидя напротив, я с тревогой теребила пальцы, ожидая вердикт.

— Что ж, виана Лира… — протянула блондинка, вздёрнув аккуратную бровь, — порадовать вас нечем. Диагноз подтвердился. Вам осталось жить примерно месяц,

—…месяц, — еле слышно повторила я.

— К сожалению, в вашем случае медицина бессильна, — врач чеканила ровно, точно читает инструкцию. Сожалением здесь и не пахло.

Преодолев внутренний мандраж, я заставила себя заговорить:

— А может… есть какой-то экспериментальный способ лечения?

— Нет. Сочувствую вам, виана, — женщина холодно растянула красные губы в безразличной вежливой улыбке.

Но я не была готова отступить.

— Я столько лет отработала пси-лекарем. Я всё понимаю, — мой голос звучал уже твёрже, — я подпишу согласие со всеми рисками экспериментальной терапии. Нельзя же просто…

— Мне нечего вам предложить, — грубо перебила меня блондинка. — Вместо напрасных метаний, рекомендую провести оставшееся время в комфорте. Вы слышали о курортной планете Псиа-марино? Если выпишу направление от лечебницы, то будет приятная скидка. Расслабитесь, отдохнёте напоследок.

— …вы издеваетесь?

— Вовсе нет. От вас зависит, будете вы страдать или проведёте дни с улыбкой на губах, — наставительно заявила блондинка. Её горящие от имплантов глаза казались по-рыбьи застывшими.

— Не думаю, что смогу улыбаться после таких новостей…

— Ну что же вы, никогда не поздно учиться жить в позитиве, виана.

“Ну да, самое время учиться!” — горько подумала я, привычно проведя руками по своим буйным рыжим волосам.

Я мечтала на следующую зарплату выпрямить их в нейро-салоне, чтобы локоны навсегда стали послушными и гладкими… И да, может, и в “Псиа-марино” я бы когда-нибудь съездила… Но какой теперь в этом смысл?

Мне двадцать три, и последние пять лет я работала как про́клятая. Мечтала накопить денег и купить себе домик, какой был у моей бабушки — на тёплой зелёной планете в окружении настоящих деревьев… А уж потом я бы и личную жизнь устроила. Нашла бы себе хорошего парня, он стал бы моим мужем, мы завели бы парочку розовощёких деток…

Я грустно покачала головой.

Все мои мечты и планы рассы́пались в пыль.

Худший диагноз подтвердился.

Мне осталось жить тридцать жалких дней.

И сообщили мне это совершенно безразличным голосом, без капли сочувствия. И вдогонку попытались продать тур… видимо, для выполнения плана продаж.

Под потолком ровно горели нео-лампы, вместе с темнотой уничтожая микробы и вирусы. Вот только пси-вирус, что гулял в моей крови, они уничтожить были не в силах. Я подхватила его по собственной глупости — прыгнула выше головы. Взялась за работу, которую не осилила. Нарушила инструкции. И подхватила редкую заразу, от которой попросту не было лечения. Того паренька я в итоге спасла, а вот сама теперь… “не страховой случай”. Так что и компенсации не будет. Обезболивающее на тридцать дней. Вот и всё, что я заслужила…

— Я отправила результаты исследования вам на коммуникатор, — голос безразличной блондинки-врача выдернул из тяжёлых размышлений. Я пристально взглянула в её рыбьи глаза… В них мелькнула усмешка? Да нет, должно быть, мне показалось. — Не забывайте каждый вечер принимать блокировщик симптомов. Если забудете, то ваше состояние ночью сильно ухудшится. Вы даже можете даже потерять сознание от боли, что в итоге сократит ваш срок. Подпишите здесь, что вас проинформировали о побочных эффектах лекарства, а также подпишите здесь и здесь…

Будто во сне я прикладывала палец к вирт-планшету — туда, куда мне показывали.

“Претензий не имею”.

“Данные подтверждаю”.

“С результатами ознакомлена”.

Подпись: Лира Скайн, пси-лекарь пятого уровня (специализация: гаситель гамма-волн). Гражданка межгалактического союза РОАМ. Раса: человек. Место рождения: Земля.

Место получения результата: Орбитальная станция ТОР, межгалактическая лечебница.

Из кабинета врача я вышла, как сомнамбула.

По коридору двигалась почти вслепую, голову словно набили ватой.

Вялые, безрадостные мысли то выныривали из туманного сознания, то вновь растворялись во что-то невнятно-унылое. О своей беде мне было и сообщить некому: меня растила бабушка, а её уже нет в живых… А друзья… Я не была готова их расстраивать.

Я на автомате приложила ключ-карту, вызывая лифт. Через пару мгновений уже спускалась в полном одиночестве в хромированной капсуле кабины.

Я старалась не смотреть в зеркальные панели. Не видеть понурую хрупкую девичью фигурку в синем комбинезоне. По идее, он должен был подчёркивать преимущества фигуры и выделять аккуратные мышцы — благо спортзал я любила и никогда не пропускала тренировки… Но сейчас я сама казалось себе болезненно-тощей. И подумалось, что каждый случайный прохожий догадается о неизлечимой болезни, лишь мельком оглядев моё тело. И заглянув в мои большие болотные глаза — теперь их цвет тоже мне казался каким-то болезненным. Даже мои густые рыжие волосы словно потускнели.

Болезнь ещё не съела моё тело, но лицо было бледнее обычного. Всё из-за ночных приступов… Последнюю неделю я уже принимала лекарства, но они не подавляли боль полностью.

“Надеюсь, новые блокаторы, что мне выписали, сегодня — получше”, — пронеслось в мыслях.

Дзыньк! — сообщил лифт. Створки разъехались в стороны, и я вышла в просторный шумный холл. Люди беспокойно толпились у пунктов записи, в воздухе пахло дезинфекторами.

Ни на кого не глядя, я подошла к пункту автоматической выдачи лекарств. Приложив браслет-коммуникатор, получила набор ампул. Они были страшно дорогие, но их цену покрыла моя рабочая страховка. А вот за дополнительные редкие анализы пришлось отдать всё накопленное… Впрочем, деньги мне теперь ни к чему.

Пробежавшись по стеклянным колбочкам пальцами, я распихала их по карманам комбинезона. Тридцать штук. Мне нужно колоть их себе каждый день в полночь, а иначе попросту загнусь от боли.

Размышляя над этим, я понуро шла к выходу, как вдруг позади раздалось:

— Лира! Лира, прошу вас… подождите!

Развернувшись, я удивлённо посмотрела на пожилую женщину в дорогом костюме. На вид ей ближе к ста, ведь на висках уже серебрилась седина. Хоть человечество и сумело продлить возраст, но полностью справиться со старением пока не вышло. Средняя продолжительность жизни теперь была сто пятьдесят лет.

— Мы знакомы? — удивлённо спросила я.

— Меня зовут Рита… Рита Стерлинг, — представилась женщина, отдышавшись, — вы меня не знаете, но я вас знаю прекрасно. Мой сын жив благодаря вам. Вы единственная, кто согласился взяться за чистку его пси-поля! Вытащили его с того света!

“И заодно подхватила вирус”, — подумала я.

Рита рассыпа́лась в благодарностях, а у меня перед глазами встало покрытое испариной, почерневшее лицо молодого парнишки, который только-только поступил в клинику. Чтобы он не метался, его конечности привязали к кушетке и вкололи лошадиную дозу обезболивающего. Но он всё равно кричал от мучительной боли, раздирающей его тело и разум.

Все, кто пользовался пси-способностями (трансформацией тела, телекинезом, усилением умственных способностей и прочими) получали откат в виде загрязнения пси-поля — что напрямую влияло на тело и разум. Способом выживания для псиоников стали люди с особыми способностями — так называемые лекари-гасители, кем я и работала. Уровень сил у меня был самый низкий, но даже так я помогала многим.

Иногда в клинику поступали пациенты в критическом состоянии. За такие случаи отказывались браться даже гасители высокого уровня. Но не я. Много раз я выступала добровольцем и помогала пациентам на грани смерти. И всегда без последствий. Но в этот раз удача меня подвела.

Моргнув, я вынырнула из мыслей и посмотрела в улыбающееся, счастливое лицо матери мальчика. В душе́ растеклось тепло, а терзающая меня печаль и тревога стихли. Всё было не зря.

— Как сейчас ваш сын? — с мягкой улыбкой спросила я, невольно расправляя плечи.

— Всё хорошо, благодаря вам! — женщина вдруг взяла мою руку и с чувством сжала, на её светло-янтарных глазах выступили слёзы, — Спасибо, что не бросили моего мальчика. Спасибо, виана!

— Рада, что сумела помочь, – я старалась, чтобы мой голос прозвучал ровно и уверенно, но не смогла скрыть предательскую дрожь. Но улыбку я удержала на губах. Этой женщине и так пришлось несладко. Нечего усугублять всё чувством вины. Я на этом ничего не выиграю…

— Извините, что я сую нос не в своё дело, но… — Рита понизила голос до громкого шёпота, проникновенно заглядывая мне в глаза, — я слышала о вашей проблеме. Мне так жаль! Мои знакомые работают в этой клинике, и как только узнала, что вы сюда поступили, следила за ходом исследования... ваш диагноз мне известен.

Моя улыбка тут же померкла.

— Это правда, — напряжённо ответила я. — Но я знала, чем рискую. Не вините себя.

— Вы такая молодая. Это так несправедливо, — покачала она головой. — Все эти дни я думала, как вам помочь. И… нашла единственный способ. Звёзды сошлись так, что это стало возможно.

— О чём вы? – я воскликнула, пожалуй, громче, чем стоило. В душе́ начала зарождаться неуправляемая надежда. Сердце заколотилось. Даже постоянная фоновая боль чуть ослабла.

Взяв меня за локоть, Рита потянула меня в сторону, подальше от любопытных глаз. Понизив голос, спросила:

— Что вы знаете о расе шиарийцев?

— Эм-м… — нахмурилась я, не понимая, с чего вдруг такой вопрос.

Про шиарийцев я знала немного. Лишь то, что это хвостатая гуманоидная раса, очень закрытая и агрессивная, никто никогда не видел их женщин. Они нетерпимы к другим расам. Особенно не любят слабый пол. А ещё обладают чудовищной силой, и у них есть разрешение от Союза убивать без объяснения причин лишь за косой взгляд.

“В общем, сто́ит держаться от них подальше”, — подумала я, а вслух сказала:

— Я не очень понимаю, к чему вы…

— Вы знаете, что раса шиарийцев никогда не болеет? — еле слышно шепнула Рита, бросая короткие подозрительные взгляды по сторонам. Убедившись, что нас не подслушивают, она продолжила, — они не болеют. Вообще ничем, ни пси-вирусами, ни обычными. Дело в их уникальной иммунной системе, которая уничтожает любую угрозу.

— Да, — кивнула я нахмурившись. — Кажется, что-то такое слышала. Но к чему вы клоните?

— Если вы почитаете специализированные статьи, то также узнаете, что способностью иммунитета шиарийцы могут временно делиться с любой гуманоидной особью. Через слюну или другие жидкости. Если принимать какое-то время такое, хм… лекарство, то вы излечитесь, Лира.

Не сдержавшись, я фыркнула и скрестила руки. Надежда в моей душе угасла, оставив после себя лишь унылую серую безысходность.

— Я понимаю, как это звучит, — с чувством прошептала Рита, в янтарных глазах женщины полыхнул огонь новатора-проповедника, уверенного в своей картине мира, — Лира, это ваш единственный шанс!

— Спасибо за попытку помочь, Рита, — натянуто отвечаю я. — Да, я правда очень хочу жить, и использовала бы любую возможность. Но шиарийцы — редкие гости Союза, а уж в этот квадрант они и вовсе не залетают. А даже если вдруг окажутся тут, что немыслимо… то останутся на этаже для космической элиты, куда мне путь заказан.

— Поэтому я и говорю… сегодня сошлись звёзды!

— …о чём вы?

Посмотрев по сторонам, женщина приблизила своё лицо к моему, уже явно вторгаясь в личное пространство. Но я не воспрепятствовала – потому что в моей наивной душе снова начала разгораться надежда. Лира, очнись!..

— Вчера к станции пристыковался военный эсминец шиарийцев. А ещё… вот, возьмите… — Рита заговорщицки шепнула мне на ухо, одновременно незаметно вкладывая мне в руку пластиковую карточку. — Это пропуск на уровень Альфа. Сегодня вечером шиарийцы будут там. Они хоть и другой расы, но уверена, не откажут, если их попросить о такой малости. Неужели вы упустите ваш шанс, Лира?

В моей голове на несколько секунд стало пусто.

А потом вспыхнула яркая мысль: “Я хочу жить… У меня правда есть шанс? Даже если крохотный… но шанс!” Искорка надежды стремительно превратилась в ревущее пламя, и мне было уже с ней не совладать. Даже привычная фоновая боль куда-то исчезла. Всё тело горело.

Все мои мечты, что я успела закопать, вдруг снова восстали из пепла и заплясали перед глазами. Если только шиарцы согласятся… Если только…

Я посмотрела на Риту, потом на пропуск. И с силой сжала его в ладони. Грани впились в кожу.

— Спасибо! — с чувством сказала я.

Кивнув, Рита заозиралась и, не прощаясь, растворилась в толпе.

А во мне продолжало гореть пламя надежды.

Я ободряюще улыбнулась сама себе, пряча драгоценный пропуск в карман комбинезона: решение было принято.

Глава 2

Куполообразный потолок транслировал космическую туманность, нейро-музыка мягко расходилась по просторному помещению элитного бара. На стойках танцевали белые неоновые проекции девушек в откровенных нарядах. Ненавязчиво пахло дорогим парфюмом, и настолько же дорогим алкоголем.

Дальние столики были заняты высшим командованием кораблей, которые сейчас отдыхали на верфи космической станции ТОР.

Приходилось признать, что бар на альфа-уровне даже близко не сравнить с забегаловкой, что ютилась на общих этажах. Разница такая же, как между рестораном на космическом круизном лайнере и биотуалетом.

Устроившись за стойкой бара, я старалась выглядеть спокойной, хотя невольно нервно поглядывала по сторонам. Сложила руки в кулачки на драгоценной столешнице (настоящее полированное дерево с моей любимой родной зелёной планеты! где тут ещё его увидишь?) Я храбрилась, но… чувствовала я себя ужасно неловко! Будто мышь, что забежала в пекарскую лавку и замерла на самом видном месте. Хорошо, что напитки здесь разливал робот, иначе меня давно вышвырнули бы, приняв за попрошайку, которая украла пропуск.

— ЧТО-ТО БУДЕТЕ ЛЕДИ? — смоделированным нейросетью голосом спросил меня робот-бармен. На его гладком стальном лице зажёгся полукруг улыбки.

— Что-то подешевле, пожалуйста, — тихо отозвалась я, бросая очередной короткий нервный взгляд на гостей бара. Ох, надеюсь, гуманоидных свидетелей моего позора не будет!..

Рита меня не обманула. Шиарийцы и правда были на станции, мало того — находились в нескольких шагах от меня! Идеально сложенные, высокие, широкие в плечах, с аурой силы, от которой даже на расстоянии волоски на затылке вставали дыбом. Такие похожие и такие разные. Блондин и брюнет, которые могли бы запустить низшие инстинкты у любой гуманоидной самки, если бы пожелали…

Шиарийцы непринуждённо беседовали бархатистыми низкими, хищными голосами в отдельной вип-ложе, что сферой могла закрыть их от остальных гостей бара при их желании. Слов было не разобрать. Кажется, шиарийцы были благодушны, потому что купол сферы пари́л над их головами. Значит, приказ был: держать ложу открытой... Любопытно.

Как я поняла, что это именно они, хотя их раса очень походила внешне на людей?.. Хм… Даже если бы я не заметила характерных раздвоенных хвостов с мягкими пиками на кончиках, что разлеглись рядом с шиарийцами на низких диванчиках благородно-бордового оттенка… Даже если бы не заметила, как светятся в сумраке золотые глаза брюнета… Я бы всё равно бы их узнала.

Любой гуманоид может распознать шиарийцев, если прислушается к реакции своего тела… Потому что инстинкты вопят об опасности и организм приходит в “боевую готовность”. Сердцебиение разгоняется. Во рту сушит. Рефлекторно хочется то ли упасть на колени и умолять о пощаде, то ли бежать без оглядки. Телу жарко. Мысли быстрые, непослушные. Сиюминутное страстное желание выжить в присутствии этих хищников вытесняет даже боль.

На лекциях о разумных расах космоса нам рассказывали о таком эффекте шиарийцев, но я никогда не думала, что придёт день и я почувствую это воздействие на своей шкуре.

Ощущения были куда сильнее, чем я себе представляла.

Только теперь, повторно оглядывая зал… я с замиранием сердца понимаю, что никто не сидит к шиарийцам ближе меня! Барная стойка неспроста пустовала!

Остальные гости — у дальней стены… Ох… Вот это я облажалась! Но пересесть сейчас – значит привлечь ненужное внимание раньше времени. Ладно… надо просто вести себя непринуждённо, я не совершила ничего противозаконного. У меня ведь был план… Но из-за стука крови в висках я забыла какой…

А всё потому, что раньше я видела хвостатую расу разумных хищников лишь на живых картинках-проекциях и в обучающих фильмах-симуляторах.

Но вживую… о, это совсем не то, что даже самая убедительная симуляция. Я волевым усилием прекратила озираться и уставилась на свой напиток. Робот-бармен давно поставил передо мной изящный бокал с прозрачной жидкостью и жёлтым кружочком кислого земного фрукта. Стыдно признаться, я не помнила, как он называется.

Я усиленно смотрела на белые полупрозрачные прожилки кислой плоти фрукта… а перед глазами продолжали стоять мощные широкоплечие фигуры шиарийцев. Обманчиво-расслабленные позы. Смертоносные боевые хвосты, с показательно спрятанными шипами… Рассыпанные по мощным, покрытыми космийками плечам волосы. Длиннее, чем предполагает флотский устав большинства гуманоидов… Глаза светятся золотом в сумраке бара. Выражение насмешливого превосходства на по-мужски красивом лице одного. Точёный мужественный профиль второго в неоновых бликах подсветки.

Один вид этих мужчин заставлял мой желудок нервно сжиматься! Ох… скорее всего, от страха. Да, буду так думать. На обучении нам рассказывали также немногочисленные задокументированные кейсы, когда ненормальные гуманоидные самки вместо страха неизбежной смерти испытывали к шиарийцам... непроизвольное половое влечение. Но я-то не сумасшедшая…

А ведь мне надо к ним как-то подойти… Не помешала бы “жидкая храбрость” – дорогой препарат, подавляющий естественный страх. Помнится из курса лекций… у этого препарата ужасно сладкий синтетический запах. Стоило вспомнить ту лекцию и губчатый золотистый квадратик с ароматом, что на учёбе выдавали один на студенческую группу, он аж померещился мне!

Или не померещился?

Не суть! Надо собраться! Сосредоточиться на моей задаче.

Как я там собиралась подойти к шиарийцам? Что сказать?!

“Поплюйте в баночку, пожалуйста? Мне очень-очень нужно!”

Но мысль была непослушна. Всё-таки мне упорно мерещился синтетический запах “жидкой храбрости”. Уж очень отчётливый.

Не обернуться к его источнику было выше моих сил.

Удержать на лице нейтральное выражение – тоже.

Ведь я заметила фигуристую девушку в откровенном платье, что шла, покачивая крутыми бёдрами, прямиком к шиарийцам. Она остановилась возле их ложа, и мужчины одновременно подняли на неё тёмные глаза с подсвеченными золотом радужками.

Томно поправив волосы, девушка что-то им сказала, они ответили… С моего места было по-прежнему не разобрать слов. Девушка поставила руки на стол и наклонилась так, что её явно сделанная грудь едва не вывалилась из выреза платья.

Я отточенным коротким движением стукнула возле уха пальцем, активируя имплант, чтобы усилить слух. Тут не было ничего такого, на моей, теперь уже бывшей, должности было положено такой иметь. Иначе как контактировать с пациентами в толстостенной криокамере?.. Ну хоть что-то от роковой работы пригодилось! А уж активировать имплант бесшумно и незаметно я, как мне казалось, научилась за столько лет!..

— Прошу вас, вианы, не откажите красавице в помощи, — ворковала девушка, покусывая пухлые губы. — У меня редкий диагноз — ничего заразного, просто я всё время горю. Горю как в огне. М-м… только вы, благородные мужчины, можете мне помочь. Я отплачу вам сполна. Я многое умею. Если пожелаете, мы даже можем объединить приятное с полезным.

Усмехнувшись, светловолосый шиариец заложил руки за голову, отчего его ра́звитые мышцы натянули ткань чёрной, жутко дорого́й на вид космийки.

— Ну, если маршал разрешит… — протянул он. Голос у блондина был обманчиво мягкий.

— Нет, — отрезал брюнет.

— Увы, — развёл руками блондин, ничуть не расстроившись.

— Вы, наверное, не поняли, я… — отчаянно кокетничала девушка, удерживая на лице приторную улыбку видавшей виды обольстительницы.

— Может, на твоей родной планете “нет” произносится как-то иначе? — в голосе брюнета наметились рычащие нотки, от которых у меня по спине пробежали колючие мурашки.

— Видишь, красавица, — грубо подражая человеческой пластике и кинетике, вздохнул блондин. — Не получится. У моего брата лимит предупреждений ровно три, и на третий он начинает стрелять.

— Н-но…

— Иди отсюда, дорогуша, — улыбка блондина балансировала на грани перехода в оскал, а глаза его полыхнули золотом.

Девушка испуганно отшатнулась, будто её толкнули в плечо. От входа к ней уже спешила охрана бара. Ну вот и славно. Между прочим, самая частая причина смерти у решившихся на инъекцию “жидкой храбрости” – эм... " неумение вовремя остановиться". Повезло. Красотка, похожая на куклу для утех из спец-магазина, будет жить. Из моей груди вырвался невольный тихий выдох облегчения.

—... поэтому я ненавижу человеческие станции, — процедил брюнет, и я вновь сконцентрировала внимание на беседе шиарийцев, — Какой это раз за сегодня? Десятый?

— Двенадцатый. Но будь к ним снисходительнее, они всего лишь пытаются выжить.

— Когда наша планета чуть не погибла, это никого не заботило. Так почему нас должны касаться их проблемы?..Или ты хотел ей помочь?

— Я бы не стал. И дело даже не в уставе, — ответил блондин. — Хотя девушку немного жаль… Если она не соврала, конечно.

— Конечно, соврала, — дёрнул уголком красивого жёсткого рта брюнет. — Умирающие так себя не ведут. В любом случае это естественный отбор, и мы в него не вмешиваемся. Слабые умирают. А идея землян использовать нас для решения своих проблем — попахивает безумием. Ладно, не важно… Лучше скажи, что там с поисками гасителя, есть тут хоть кто-то?

— Все, кого я отсмотрел — бездари. Совместимость ниже десяти процентов. Но даже они не согласились на дальнюю поездку. Боятся.

— Предложи им больше коинов, пару недель перетерпим. Если мы проведём на этой станции ещё хотя бы день, я точно кого-нибудь растерзаю. Впрочем… возможно, это случится уже сегодня. Есть одна кандидатка на… моё особое внимание.

— А, ты про рыженькую шпионку?.. — усмехнулся блондин.

— Именно так, брат, — брюнет вскинул взгляд и наши глаза встретились.

Сердце пропустило удар.

Я замерла. Я не дышала. И глаза не отвести! Кровь отлила от моего лица.

Шиарийцы смотрели прямо на меня.

“Проклятье! Проклятье! Проклятье! — панически стучало голове. — Если я немедленно что-то не придумаю, они решат, что я шпионка! Ни о каком шансе на выздоровление тогда и речи не будет! Хорошо, если до ночи доживу!”

Любая на моём месте сейчас вскочила бы и бежала прочь без оглядки. Но я не любая… Я не могла уйти! Эти опасные мужчины были моим единственным шансом на спасение. Надо было идти к ним… Идти, даже если страшно до обморока.

Поэтому волевым усилием я заставила своё тело двигаться. Начала изящно подниматься с места… но неожиданно зацепилась носком о барный стул. Тот громко чиркнул ножкой о неоновый пол и принялся заваливаться набок. Еле успела подхватить!

Вот же… Пыталась встать изящно и уверенно, но вышло ужасно неловко. Святой космос! Так и ещё и на глазах у шиарийцев! Нервно поправив рыжие волосы, я улыбнулась, будто вовсе не скрывалась. На меня уже косились с других столиков…

С трудом переставляя онемевшие ноги, направилась к шиарийцам, которые смотрели на меня с холодным любопытством, с каким сытые коты смотрели бы на ползущую к ним мышь.

Я надеялась, что полумрак бара скроет мой страх, а музыка спрячет безумный стук сердца. Инстинкты бунтовали, ладони вспотели, и я незаметно вытерла их о комбинезон. Несмотря на желание сбежать, я упрямо шагала через неоновый бар, ведь желание жить было сильнее страха перед шиарийцами.

И без того дикий план “одолжить слюны для благого дела” рассыпался космической пылью. С каждым шагом к шиарийцам во мне крепла уверенность: меня попросту вышвырнут вон, как вышвырнули девушку до меня.

Но ещё я узнала, что шиарийцы ищут пси-лекаря… Неудивительно, ведь они сильные псионики, а это значит — им нужно постоянно очищать пси-поле от накопленных негативных волн. Странно, что они так далеко от родной планеты и без штатного лекаря… Однако, мне это на руку.

“Звёзды сошлись”, как сказала бы Рита.

И пусть мой ранг гасителя самый низкий (даже до среднего далеко!) всё же шанс имелся! Особенно если немного привру про уровень способностей… не напрямую, просто преукрашу факты.

“Врать шиарийцам… Я обезумела!”

Но если они возьмут на корабль, то… я уж выложусь на полную! Работу я свою знаю, и отработаю каждый коин. Маршалы не пожалеют. Приму стимуляторы способностей — они вредные, но… но мне нечего терять. В любом случае все в плюсе. А мне всего-то нужны пара образцов слюны шиарийцев! Или крови. Можно ведь прикрыться медицинскими исследованиями… Ох, о чём я вообще думаю!

За этими паническими мыслями, я подошла к шикарной вип-ложе. Я уже не просто дрожала, меня натурально трясло. Сердце трепыхалось в груди, как испуганная пичужка в клетке.

Нет, спутать этих пугающих мужчин с землянами было решительно невозможно! Слишком идеальные, будто высеченные из мрамора… или изо льда. Вблизи они оказались даже внушительнее — машины для убийства! И сразу видно, что братья.

Космийки обтягивали тугой рельеф мышц, золотые радужки хищно светились в полумраке бара. Такие похожие и такие разные. Обманчиво-ласковый прищур глаз светловолосого шиарийца. Насмешливая полуулыбка на кончиках его по-мужски красивых губ. И жёсткий прямой взгляд брюнета. Черты как у брата — лишь слегка грубее и тяжелее. Святой космос! Мне пришлось собрать всю силу воли, чтобы ноги не подогнулись!

Не люди — хищники, и взгляды такие же — оценивающие, пронизывающие. Они словно прикасались ко мне. Опаляли кожу, особенно — черноволосый шиариец. Кажется, его взглядом можно убивать. Но уж нет, вианы, я и так на пороге смерти. И эта “стрельба взглядами” не заставит меня убежать. Потому что бежать мне некуда!

Я старалась не смотреть на их мощные хвосты, лежавшие на диванах, но взгляд так и тянулся… Хвосты тоже были разного цвета, в масть хозяина. Чёрный ощетинился и покрылся острыми чешуйками. Серебристый заинтересованно повёл заострённым раздвоенным концом.

Всё это я подметила за доли секунды. И тут же вскинула взгляд.

Ну что ж, вот и пригодится театральный кружок, что я посещала в детстве.

— Вианы, — я улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой, — приветствую! Ради союза, простите, что нарушила этикет и включила слуховой имплант. Мне стало любопытно, зачем эта девушка к вам подошла, — хотя я обращалась к обоим маршалам, но смотрела на блондина, потому что взгляд брюнета для меня был слишком тяжёл. — Искренне прошу не держать на меня зла.

— Ну что ты, малышка, — зеркально улыбнулся блондин. Его улыбка заставила бы растаять многих гуманоидных женщин… но это если не смотреть в глаза мужчины, ведь в них не было ни намёка на веселье, только опасное ледяное спокойствие. — Мы не в обиде, правда, Рейгар?

— Я пока не решил, — хмыкнул брюнет, слегка откинувшись назад. Шиариец лениво облокотился на низкую спину диванчика. Тугие жгуты мышц чётко прорисовывались под космийкой.

Я сглотнула тугой ком в горле: брюнет смотрел так внимательно, будто он уже взломал мой защитный чип и рылся в мыслях.

Глава 3

Его чёрный блестящий хвост лениво шевельнулся, и хвост его брата чуть изогнулся дугой, будто в ответ. Шиарийцы смотрели на меня, ожидая продолжения и не собираясь помогать. У меня нервно дёрнулись уголки губ. Чтобы как-то унять внутреннюю дрожь, я сцепила перед собой пальцы рук.

— М… я понимаю, что это невежливо, вианы. Но в разговоре, который я случайно услышала…

— Случайно, — хмыкнул брюнет.

— Да, случайно, — повторила я, чувствуя, как горят щёки.

— Ты тоже чем-нибудь болеешь, — насмешливо вскинул брови блондин, — и надеешься уговорить нас оказать тебе, хм…персональное лечение? Этого не произойдёт, малышка.

— Ну что вы, виан! Я полностью здорова! — заявила я слишком поспешно, и тут же добавила, чтобы скрыть неловкость: — Я о той части разговора, где вы упоминали о пси-лекаре. Дело в том, что я как раз пси-лекарь со специализацией гасителя. И так уж вышло, что я ищу работу.

Братья коротко переглянулись.

— И почему же ты уволилась с прошлого места работы? — спросил брюнет, снова посмотрев на меня. Голос его низко вибрировал, отзываясь в моём животе жарким покалыванием.

— Надоело сидеть на одном месте.

— Значит, ты из тех, кто ищет приключений?

— Только если безопасных для жизни. Я ведь очень люблю её… хм, жизнь, то есть, — от волнения у меня пересохли губы. Я облизнула их, и тут же поймала какой-то уж слишком пристальный взгляд брюнета.

— Похвально, — ухмыльнулся он, явно намекая, что тот факт, что я к ним подошла, противоречит моим словам. — Какой у тебя стаж?

— Пять лет.

— Крохотный… А ранг гасителя?

— Главное ведь не ранг, а совместимость, — как можно увереннее заявила я.

— Значит, ранг низкий, иначе бы ответила напрямую, — раскусил меня блондин, а сам подался ко мне, облокотившись на столик. Мне даже померещилось, будто он повёл носом, как принюхивающийся зверь. — Так какой ранг?

— Ближе к среднему, — у меня дрогнули уголки губ. Нервы были на пределе.

— Неужели? — недобро прищурился брюнет.

— Д-да…

Моя паника била тревогу, голова шла кру́гом. Святой космос, что я несу! Да меня сейчас прямо здесь прибьют, и даже тридцати дней не оставят!

— А семья есть? — спросил блондин, — мужья? Любовники?..

— Какое отношение это имеет к вакансии?! — чувствую, что лицо уже нещадно горит!

— Просто хочется понимать всю картину, — соблазнительно улыбнулся светловолосый маршал, но от его пристального взгляда меня кидало, как в штормовом море. Хотя шиарийцы и не вставали со своих мест, накатило чувство, будто меня загоняют в угол.

И тут что-то горячее коснулось моей лодыжки.

— Ой! — я испуганно отпрыгнула в сторону. Оказалось, это хвост брюнета, он теперь спускался с дивана на пол, и его хищный стальной кончик сейчас застыл ровно на том месте, где я только что стояла.

Всё, нервы сдали! Что-то в сознании словно треснуло по шву.

Видно, моя судьба — умереть. Но я выбираю спокойную смерть под присмотром лекарей, а не от того, что меня пригвоздят к барной стойке из элитного дерева смертоносным хвостом шиарийца! Глупо было надеяться…

— Ладно, вианы, я поняла… Извините, что побеспокоила!

Я развернулась, чтобы поскорее сбежать. Но блондин молниеносно поднялся и поймал мою руку — мягко, но крепко обхватил запястье — не вырвешься. Миг, и я уже смотрела в затягивающие омуты глаз светловолосого шиарийца. Сердце снова дико колотилось. Но на этот раз мой страх был тягучим, плавким, он стянул низ живота жаром.

— Виана, куда же вы? — чуть не мурлыкнул светловолсый шиариец с улыбкой, неожиданно перейдя на вежливое обращение.

— Но я вам явно не подхожу, — пролепетала я, не в силах разорвать зрительный контакт.

— Но главное ведь совместимость, вы сами сказали. Давайте прямо сейчас её и проверим.

— Вы хотите прямо здесь…

— Да. Я хочу прямо здесь, виана… — ухмыльнулся светловолосый шиариец.

Я дёрнулась всем телом

— Если согласна, проведём тестовый сеанс пси-гашения, — внёс ясность брюнет жёстким тоном, я почувствовала кожей его изучающий холодный взгляд. — Честно сказать, нас поджимают сроки. Мы от тебя многого не ждём. Стаж никчёмен, уровень сил сомнителен. Но если продемонстрируешь хотя бы тот самый “средний” уровень, то продолжим разговор.

— М… м хорошо, — пролепетала я, ещё не понимая, удача это или катастрофа.

Неожиданно моё запястье обвил чёрный хвост с раздвоенным кончиком. Я могла только еле слышно засипеть от ужаса. Миг, и меня дёрнуло к брюнету. Я оказалась прижата к его мощному горячему телу, обтянутому космийкой. Моё бедро почти на всём протяжении соприкасалось с его бедром… Кошмар! Не успела опомниться, светловолосый шиариец обрушился на диван рядом, и я попала в капкан между братьями-шиарийцами. Святой космос! Вот это… чувственный опыт… Уже два сильных горячих тела. И вот теперь шансов на побег — ровно ноль. Молодец, Лира!

Как могла, я села между ними бочком, чтобы свести контакт тел к минимуму.

— Не трясись, малышка, — усмехнулся светловолосый, — мы даём тебе шанс, о котором ты просила. Ведь так?

— Но если ты зря потратишь наше время, землянка, — с угрозой сказал брюнет, — то тебе не понравится продолжение разговора. Уверена, что хочешь продолжить?

Маршалы смотрели на меня с такими лицами, будто ждали, что я в вот-вот начну кричать и рваться на свободу. Но я сжала губы в упрямую линию и судорожно кивнула в ответ.

Брюнет скептически ухмыльнулся, блондин заломил бровь.

Очевидно, они были уверены: как пси-лекарь — я слабачка и неуч. Иначе бы не искала работу по барам. Так ещё и землянка… слабейшая из рас. Как они там сказали… “Много не ждут”. Но примут на работу, если продемонстрирую “средний” уровень…

Вот только у меня его нет!

Однако есть упрямство. Я знаю, как завысить показатель. Надо лишь чуть выйти за границы безопасной чистки. Для здоровья лекаря это опасно, однако — я готова рискнуть.

Шиарийцы синхронно подали мне руки. Я, закусив губу, положила свои ладони сверху, сплетая пальцы с горячими, на удивление приятными на ощупь пальцами шиарийцев. Кто бы мне ещё вчера сказала, что в моей жизни будет такой эпизод?!

Так или иначе, поза для пси-гашения была стандартом. Иногда мне приходилось чистить и боевые пары со сплетённым пси-полем, так что в двух пациентах тоже не было ничего необычного. И я хотела уже привычно нырнуть в добровольно раскрывшиеся для меня пси-поля шиарийцев.

Как вдруг!..

— Ой, — я взвизгнула. Потому что мои голени синхронно оплели хвосты шиарийцев.

— Ты что, с представителями нашей расы не работала? И даже теории не знаешь? — тихо зарычал брюнет.

— Рейгар, не пугай малышку, — мурлыкнул светловолосый шиариец, — она просто не ожидала.

— Да… — сипло шепнула я, стараясь не стучать зубами, — неожиданно просто. Продолжаем, вианы…

Я чуть крепче сжала ладони братьев, открываясь в положенной для пси-лекаря гасителя мере…

Братья странно многозначительно переглянулись. Возможно, даже обменялись информацией по закрытому каналу. И я вдруг почувствовала, что тонкий, приятный запах их тел, отдалённо напоминающий свежесть грозы на родной зелёной планете — стал более острым и терпким.

— Вианы, скажите, если возникнут неприятные ощущения, — произнесла я стандартную фразу, которую говорила всем своим пациентам. — Я погружаюсь.

Маршалы ничего не ответили. Видно, их и впрямь поджимали сроки. Брюнет закрыл глаза. Я повернула голову в другую сторону. Светловолосый тоже прикрыл веки. Но лица мужчин оставались сосредоточенными.

Вздохнув, я тоже закрыла глаза и решительно нырнула в неведомое мне прежде объединённое пси-поле братьев-шиарийцев…

***

Первое впечатление — шок! От мощи силового поля. От сложной структуры линий. От того, какого порядка эти существа.

Я словно стою на берегу бурлящей реки сияющего силового потока. Могу различить все детали — какой структурный элемент принадлежит насмешливому светловолосому шиарийцу, а какой — суровому темноволосому. Поражаюсь, как технически совершенно они объединяются в единый силовой вал. Парадоксально усиливая друг друга.

И вижу, зачем им пси-лекарь.

Чёрные бесструктурные вплетения, разрывающие поток. Так в пси-поле выглядят те самые гамма-волны, для которых обычно нужны сильные гасители. Святой космос! Мощь шиарийцев велика, но и гамма-волны у них… зверские! У маршалов должны быть как минимум непроходящие головные боли! Неудивительно, почему они такие нервные…

Но уж я ввязалась в это дело! То сейчас выложусь на максимум. Они ещё удивятся! В конце-концов когда я подхватила пси-вирус, картина в пси-поле паренька была в сто крат хуже.

Я хватаю потоки гамма-волн особой энерго-петлёй, сформированной моим сознанием. Накидываю как удавку. Чёрные потоки корчатся и… я называю это “шкварчат”. Пока не истаивают в моей белой силовой петле. Один. Другой. Третий. Этот процесс в своём роде увлекает и затягивает. Он почти медитативный.

Вот только я чувствую, что подбираюсь к границе безопасного предела. Моя пси-плеть истончается, а работы ещё непочатый край. Если покину энергетическое поле сейчас, то никогда не получу эту работу.

Поэтому я делаю то, что делать ни в коем случае нельзя. Мало того… так почти никто не умеет. Вместо того чтобы питать энергетическую плеть из ядра лекарской способности, я подключаю личный жизненный поток.

Отследить такую махинацию невозможно, да и кто стал бы? В конце концов, страдает только лекарь, а пациенту одни плюсы.

Плеть тут же разгорается ярким белым пламенем, уничтожая гамма-волны, будто электрическая мухобойка — наглых насекомых.

Я стараюсь изо всех сил, чтобы показать свой максимум. Ещё немного… ещё! Так… какая это по счёту гамма-волна?! Не знаю. Но знаю, что меня немного тошнит и голова делается пустой и лёгкой. Плохо… Я увлеклась. Кажется, мне и сил покинуть пси-поле шиарийцев не хватит…

Из плюсов — здесь опасность воспринимается абстрактно, и страха нет. Жаль только, что других плюсов в моём новом состоянии вообще нет. Я пытаюсь бороться, волей пробивая себе путь в реальность, это похоже на попытку выплыть из водяной воронки! Сил всё меньше...

Но тут перед глазами мелькает вспышка, и меня выбрасывает в реальность так резко, будто дёрнули за руку.

***

Распахнув глаза, я испуганно и немного удивлённо огляделась.

Бар, неоновый свет. Горячие тела мужчин с двух сторон от меня. Я по-прежнему сидела между маршалами, вот только уже не держала их руки. Они сами забрали их, чем прервали сеанс чистки.

Нет, я не обессилила до смерти. Хотя на миг показалось, что именно так и будет. Переборщила немного… Но что о тесте думают шиарийцы?

Я решилась поднять взгляд на светловолосого. Потому что он показался мне мягче. Второй-то сразу погонит, если не зашибёт хвостом!

Блондин смотрел на меня так по ледяному пристально, и от плохого предчувствия у меня похолодели щёки.

Неужели ему не понравилось? Неужели даже с моим трюком, я не прошла?!

Для них это всё равно недостаточно?.. или они уловили, что я смухлевала? Нет, это невозможно заметить! А может, моя техника показалась им нелепой и смешной?

Я ведь ловила гамма-волны белой силовой удавкой — моим собственным изобретением. Для неё требуется больше концентрации, зато скорость чистки повышается, и результат куда лучше. Но кто же работает так с самими (!) шиарийцами? Они, наверное, ждали классической тяжеловесной зачистки, сложной трёхфазной сетью, которая сразу демонстрирует уровень гасителя, и плевать, что эффективность ниже.

Проклятье!

Я сцепила на коленях дрожащие руки.

— Я могу провести чистку ещё раз, вианы, — выдавила, опустив взгляд. — Возможно, из-за волнения я…

— Не нужно, — так резко ответил брюнет, что я вздрогнула. Но следующую фразу он сказал мягче, будто извиняясь за свой грубый тон. — Этой демонстрации было более чем достаточно. Ваше имя, виана…

— Что?.. Моё? — я растерянно заморгала, — Лира… Лира Скайн.

— Вы наняты, виана Скайн, — донёсся до меня, как сквозь толщу воды, голос брюнета.

Мне даже показалось, что я ослышалась.

Я так резко повернулась к темноволосому маршалу, что голова закружилась. Меня повело.

Я начала заваливаться на столик.

— Куда?.. — усмехнулся светловолосый. И моё тело обвили две пары рук. Горячих. Сильных. И очень осторожных.

Шиарийцы заставили меня откинутся на спинку диванчика, и только потом, будто нехотя, убрали руки. Зато что-то быстро смахнуло рыжие пряди волос, упавших на моё лицо. С секундной задержкой пришло осознание: да это был чёрный хвост шиарийца! Я дёрнулась от испуга.

— Техника у вас уж очень необычная, виана Скайн, — как ни в чём не бывало, произнёс брюнет, — но это скорее плюс…

Моё сердце замерло, а потом затрепетало от счастья. Да не может быть! Святой космос!!! Правда что ли? Победа?! Я прошла?

Я вопросительно заглянула в глаза брюнета. Да так храбро, что сама себе удивилась!

— Но, прежде чем мы определимся с условиями контракта, — продолжил он, — я должен кое-что спросить, — он внезапно нахмурился и посмотрел на брата.

— Да, нас кое-что смутило, виана, — также хмуро согласился блондин. — От вашего ответа многое зависит.

—…о чём вы? — моё сердце тревожно дрогнуло.

Но ответить брюнет так ничего и не успел.

Произошло сразу несколько событий…

Маршалы резко выпрямились на диванах, а их хвосты покрылись стальной чешуёй. От входа в бар раздались свистящие звуки выстрелов из бластеров. Слух резанули крики, хруст мебели и звон стекла. Гости в панике ломанулись к запасным выходам.

И почти сразу в нос ударили запах гари, жжёного дерева и плавленого пластика.

Пространство закрутилось. Верх и низ перепутались.

Меня швырнуло об стол так сильно, что я перестала чувствовать половину тела.

Куполообразный потолок бара вдруг пошёл трещинами и прыгнул мне навстречу.

Вот она — смерть?

Но в последний момент между мной и “смертью” возникло мощное горячее тело, и я испуганно втянула в лёгкие запах грозы вперемешку с горьковатым духом оплавленного дерева.

Осколки зависли в воздухе, подхваченные невидимой силой. Раздвоенный чёрный хвост, покрытый жёсткими боевыми шипами, со свистом рассёк воздух. А потом другой — серебряный хвост — обвился вокруг моих ног и резким движением стянул меня с дивана под стол. Вовремя! Потому что сверху раздались новые выстрелы, прошив насквозь дорогую диванную обивку. Осколки, задрожав, со звоном осыпались на пол.

Я перевернулась на живот и накрыла руками голову. От испуга желудок завязался в узел. Мысли метались в голове перепуганными воробьями.

Что вообще творится?! Это покушение на шиарийцев?! Они там что, с ума посходили?! Это же дипломатический скандал! Святой космос, я-то что здесь делаю?! Неужели это наказание, за то, что захотела обмануть судьбу?!

Сквозь какофонию звуков до моего слуха долетали слова, которыми перекидывались братья.

— Справа!

— Принял! У бара псионик.

— Он готов! Подкрепление?

— В пути.

На миг выглянув из-под стола, я замерла от шока. Прекрасный космический альфа-бар превратился в поле безжалостной битвы. С двух сторон нападали неизвестные в чёрных масках, вооружённые так, будто штурмовали военную крепость.

Но, взглянув на маршалов, я поняла: даже такого вооружения будет мало! Шиарийцы двигались как единый организм, так молниеносно, что я едва считывала их движения. Тугие мышцы перекатывались под космийками, жёсткие красивые лица были сосредоточенными, а в хищных золотых глазах пылал азарт битвы.

Казалось, мужчины видят на 360 градусов. Бластеры в их руках стреляли только на поражение. Хвосты хищно метались, со свистом рассекая воздух, сбивая нападающих с ног.

Один из таких сбитых врагов упал рядом со столом и увидел под ним меня. Глаза его вспыхнули псионическим-синим. От испуга я схватилась за лежащий неподалёку стакан и запустила ему в голову.

Тот попал с громким “чпок”, отправив нападавшего в нокаут. Точнее, я так думала, пока он вдруг не дёрнулся и не потянул ко мне руку. Но раздвоенный чёрный хвост маршала успел перехватить мужчину за шею и дёрнул так, что раздался противный хруст.

Я испуганно вскрикнула, закрыв лицо руками. Но спрятаться мне не дали. С грохотом перевернув стол, брюнет обхватил меня поперёк тела и легко забросил себе на плечо.

— Демиан, уходим! — скомандовал он.

Блондин кивнул, и мы куда-то побежали…

Я пыталась понять, куда меня несут и что вообще происходит, но в голову будто дыма напустили. Силы вдруг покинули меня, и я, ослабев, безвольно повисла на сильном мужском плече.

— Её зацепило атакой псионика, — долетело до моего измученного сознания. — Ещё и с чисткой перестаралась.

— Усыплю пока что… Видел, как она его стаканом?

— Да. Боевая малышка, — мне почудилось одобрение в бархатном голосе шиарийца. А усмешка была совсем не злой.

А потом перед моим затуманенным взглядом возникли золотые глаза. Раздвоенные кончики чёрного хвоста коснулись лба. И я провалилась в мягкое забытьё.

Меня качало на тёплых волнах, я ощущала себя так спокойно, будто нахожусь под самой надёжной защитой. Даже утихла боль, что зудела постоянным фоном с тех пор, как я заразилась пси-вирусом. Лишь изредка я выныривала, перехватывая образы реальности. Но и они казались зыбким мне сном.

Сквозь дрёму я чувствовала, как темноволосый маршал крепко, но бережно, прижимает меня к своему горячему телу. Я слышала звуки сирен и мягкое гудение корабельных двигателей. Мне снилось, что маршал внёс меня на огромный корабль, какой я видела лишь на картинках в глобальной сети.

Ему навстречу выбежали высокие, мощные солдаты в строгих военных мундирах. Их хвосты вытянулись в ровные линии, будто отдавая честь командиру, а взгляды потянулись ко мне…

Но блондин, идущий рядом, щёлкнул раздвоенным хвостом и что-то грозно зашипел на незнакомом языке, и солдаты слаженно спрятали хвосты за спины и опустили взгляды в землю, но до меня донеслись несколько шепотков, среди которых я разобрала тихое восхищённое, повторённое несколько раз: “Мианесса… Неужели нашли мианессу…”.

Я снова провалилась в дрёму, а когда вновь ненадолго вынырнула на поверхность сна, то обнаружила себя лежащей в мягкой кровати, а рядом услышала недовольное шипение маршалов, которые о чём-то негромко, но очень напряжённо переговаривались на шиарийском. Их хвосты раздражённо щёлкали кончиками по воздуху, будто тоже участвовали в споре.

Но стоило мне приоткрыть глаза, как маршалы тут же прервали напряжённую беседу. Оба шиарийца, как само собой, устроились на краю кровати. А у... меня не было сил ни удивиться, ни испугаться.

— Тебе надо поспать ещё немного, — мурлыкнул блондин, ласково коснувшись моей щеки пальцами на пару мгновений. Да нет, это мне померещились… Зачем бы ему так ко мне прикасаться?..

— Ты в безопасности, виана, — мягко сжал мою ладонь брюнет улыбнувшись. Но несмотря на ласковый тон, инопланетные глаза черноволосого шиарийца остались серьёзными и даже немного мрачными.

Одновременно с тем по моей кисти словно пробежал мягкий высокочастотный разряд. А низ живота коротко обдало жаром. Я почувствовала тёплые волны, исходящие от горячих пальцев маршала, они словно погружали меня в спокойный сон.

Я на рефлексе попыталась воспротивиться воздействию. “Боевая малышка”, – мягко усмехнулся шиариец и чуть усилил напор пси-волны. Силы были неравны. Мои резко отяжелевшие веки тут же сомкнулись.

Я погрузилась в спокойный сон... и не видела, как улыбки соскользнули с губ маршалов, а на красивые лица набежала тень, сделав их ожесточёнными и мрачными...

Глава 4

Рейгар

Мы с Демианом очень внимательно следили, чтобы её сон стал глубоким.

Ещё несколько мгновений, и она перестанет нас слышать и осознавать, где находится.

Эта девочка сладко пахла. Какими-то цветами с зелёной планеты из сектора омега. Той, что населяют хрупкие, беспомощные особи. Люди.

Виана Скайн… Ли-ра. Лира – человек. Я нехотя отвёл от неё взгляд, но краем глаза заметил, как мой хвост метнулся к её лицу, застыл. Тонким, едва уловимым движением убрал от лица медно-рыжий локон…

Дались тебе её локоны, приятель, лучше бы ты выдавал такие реакции в пси-режиме. Хвост ощетинился, метнулся от нежного, бледного личика Лиры. И оскорблённо щёлкнул по полу, прежде чем вернуться под полное моё полное управление, как полагается.

Я встречаюсь взглядом с Демианом. Мой брат – мой самый надёжный друг, моя боевая двойка. Перед ним нет смысла скрывать. Благодушие сползает с моего лица. И я вижу, как мрачнеет Демиан. Порой кажется, что смотрю в зеркало.

Хотя брат в нашей двойке больше вкрадчивый стратег и дипломат, особо приближённые знают, что при различии в подходах – в нас больше общего, чем кажется.

Это удобно.

Необязательно, например, высказывать мысли вслух.

– Думаешь, подставная фигура? – выдохнул Демиан, беззаботно заваливаясь на широкую кровать рядом с Лирой. Я немного напрягся. – Она не слышит. Совсем. Я проверил.

Половиной отделённого сознания, я продолжал контролировать происходящее на корабле, а второй частью коротко привычно нырнул в пси-режим и ощупал поле девчонки. Действительно, не слышит. Мы всё равно говорили на шиарийском, но не хотелось пугать её интонациями.

Я вдохнул и завалился на кушетку с другой стороны от рыжеволосой человечки. Хвост, пользуясь случаем, снова метнулся к рыжей бестии. Замер над ней, изогнувшись широкой дугой. Через миг он мягко столкнулся с хвостом Демиана. Привычно ощерился. Хвост брата не остался в долгу: щёлкнул раздвоенным концом в ответ.

Мы наблюдали.

В итоге хвосты обвили девчонки щиколотки мягкими кольцами и затихли.

Я тяжело выдохнул.

– Наш не особо дисциплинированный экипаж шептался о “мианессе” при Виане Скайн… И она слышала, – усмехнулся Демиан.

– Ерунда, – отмахнулся я. – Этого слова не найти даже в глобальной сети. Если она его каким-то чудом запомнит, всё равно не докопается до значения. А экипажу я хвосты накручу, чтобы помалкивали. Давай лучше по порядку, брат. Как тебе чистка?

– По высшему разряду, Рейгар, — улыбнувшись, качнул подбородком Демиан. — У меня впервые лет за десять перестала раскалываться голова.

– И у меня. И что это получается… к нам случайно подошёл высший гаситель, с идеальным профилем совпадения и нижайше попросил… принять на работу?

– Получается так.

– На задрипанной межорбитальной станции…

– Да.

– То есть приличной еды там нет, а лекарь-псионик вне категорий случайно нашёлся?!

Брат приподнялся на локте и развернулся ко мне, поднял брови:

– Рейгар, ты зачем мне перечисляешь очевидное? Чего от меня хочешь?

– Чтобы ты опроверг мои подозрения.

– Потому что девчонка сладкая… — ухмыльнулся он.

– В точку, Демиан.

– … И, будь она шиарийкой, уже так кричала бы под нами, что сорвала голос…а в этой каюте оплавилась бы обшивка вокруг кровати...

Я неодобрительно хмыкнул, но правда была в том, что брат озвучил наши общие мысли.

Демиан мягко рассмеялся и откинулся на подушки. Я коротко взглянул на него. И перевёл фокус на изящный профиль Лиры. На то, как мерно вздымается её грудь на каждый вдох. Демиан провёл пальцами над лицом Лиры. Очень близко, но так и не прикоснулся:

– Если эта талантливая, храбрая малышка – шпионка – будет жаль. Очень, – ровным тоном произнёс брат.

Несмотря на его холодный тон, я знал, ему правда будет жаль… Такими талантами не разбрасываются, но процедура, которой подвергались подтверждённые шпионы, не оставляла им шанса. Полный цикл насильственной считки памяти всегда приводил к безумию и скорой смерти.

– А ещё у неё подходящий силовой профиль для мианессы, – зачем-то сказал я, хотя не планировал нагнетать.

– Я заметил. Это делает ситуацию ещё неприятнее. Мне подвести итог?

В своей голове я его уже подвёл, но кивнул, позволив брату продолжить.

– Таких совпадений не бывает, Рей. И тут всего два варианта. Она или ничего не знающая пешка в чужой игре. Или шпионка, что более вероятно… У неё с собой даже был поддельный пропуск на альфа этаж, — он вытащил пластиковую карточку и крутанул в пальцах.

Я задумчиво кивнул, вспомнив, что мы также нашли в её карманах ампулы. Судя по этикетке, какие-то обезболивающие — псионики нередко использовали такие средства, чтобы снять болевой синдром. Но на всякий случай я отправил образец в корабельную лабораторию.

— Кстати, мне показалось, или в баре в неё стреляли? — нахмурившись, произнёс я.

— Возможно, случайность, — пожал плечами брат. — А возможно, хотели надавить на шиарийские инстинкты. И ведь вполне сработало. Она на корабле, и мы уже в космосе.

– И всё же… это ещё не доказывает её вину, — сдержанно сказал я, чувствуя тяжесть в груди и мыслях. — Последим за её действиями. Немного попровоцируем. Если она шпионка, то выдаст себя.

– Конечно выдаст, – легко согласился Дамиан. — Или кукловоды выйдут из тени. Одно из двух.

И тут мы оба замолчали.

Потому что Лира во сне нахмурилась и застонала, как от боли.

– Что с ней? – Демиан уже нависал над ней на вытянутых руках, уперев ладони с двух сторон от её головы, – она вся горит…

Девочка и правда горела. На нежных скулах выступил лихорадочный румянец. Пухлые губы разомкнулись, тяжело выдохнув воздух. Нахмурившись, Демиан коснулся её щеки. Я встревоженно приложил пальцы к раскалённому лбу Лиры. Наши с братом хвосты отклеились от её ног и выжидающе замерли, изогнувшись пологими дугами.

– Понятно что, – вновь нахмурился я, взяв руку девушки и частью сознания считая пульс, – откат после чистки. Она минут десять не выныривала. А последняя наша псионичка высшей категории больше двух минут не тянула. Но это было лучше, чем ничего.

– Ты опять собрался мне пенять, что я сдал её в госпиталь на стыковочной станции, Рей? – накинулся брат, – ещё одна чистка… которую и чисткой-то стыдно назвать… закончилась бы для той недолекарши обширным инсультом.

– Хватит, Демиан, – рявкнул я, – Я вообще о другом! Просто хотел заметить, что эта девочка при чистке выложилась куда старательнее, чем кто-либо… Совсем не берегла себя. И вот результат.

– Это правда. Даже если она шпионка, — качнул головой Демиан, хитро отщёлкивая серебристым кончиком хвоста, – надо отдать ей должное… Девочка старалась. Разве мы не должны помочь ей… побыстрее прийти в норму?

– Согласен, – неожиданно меня заразил настрой Демиана, – шиарийцы всегда платят по счетам.

Я посмотрел на её искажённое мукой личико. Пухлые губки на побледневшем лице стали казаться особенно яркими. Хотелось просто поцеловать это сладкую малышку. Скользнуть языком в её ротик, щедро делясь шиарийским иммунным фактором, который запросто снял бы откат от пси-чистки и принёс бы девочке облегчение. Лира была бы послушна...

Но мы с братом оба понимали, что в этом случае остановиться будет сложно. Пока я буду терзать её сладкий ротик глубоким поцелуем, Дамиан рванёт её дешёвый лётный комбинезончик на груди... Наши хвосты дорежут на ней всю одежду… И пары секунд не пройдёт.

Мы будем сжимать её нежные груди. Она начнёт постанывать… И боль от отката уже будет ни при чём.

Святой космос, от этих мыслей в штанах стало тесно… Я сжал зубы. Не припомню, чтобы меня так когда-нибудь вело, будто не я маршал космической армады, а только прошедший инициацию кадет.

Одно неверное движение – и мы просто сметём своим натиском волю этой хорошенькой земляночки. Да к тому же такой талантливой. Но и… такой хрупкой.

Жаль. Как жаль, что она не шиарийка…

Я кинул быстрый взгляд на брата.

Такого же напряжённого, как я. Золотистые глаза затянуты поволокой вожделения. Его хвост уже обвил бедро девочки, сжимая его мягко, но требовательно. Мой порывался помочь и тянулся ко второй ноге. Но я увёл его назад, не позволяя тревожить девушку.

– Спокойно, Демиан, – собрал я волю в кулак, – это человек. Причём, полезный человек. Неважно, шпионка она или нет. Мы можем её сломать…

– Понимаю… – чуть не скрипнул зубами мой брат.

Мы напряжённо замерли на кровати над Лирой. С двух сторон. Как сторожевые каменные статуи-драконы на главном здании совета Союза.

— Поделимся иммунным фактором иначе, — сказал я.

Брат кивнул, ему не надо было ничего объяснять.

Я медленно взял запястье спящей девушки в руку. Также поступил мой брат со второй её рукой. Хватило бы и меня одного, но двойная доза подействует быстрее.

Мы обменялись с братом короткими взглядами, нам не нужно было слов, чтобы синхронизировать действия.

Раздался свист хвостов в воздухе, и на нежной коже запястий Лиры появились крохотные ранки. Почти мгновенно мы припали к ним губами. Коротко облизнули точечные проколы, нанесённые нашими хвостами. Девочка не проснулась, она даже ничего не почувствовала, но зато спустя несколько секунд её болезненно хмурившееся личико разгладилось.

Наши хвосты вытянулись вдоль груди и живота девушки, точно в любой момент готовы кинуться её защитить. Будто это и впрямь… мианесса.

Мы с Демианом синхронно, нехотя отпустили её руки.

И она вдруг… со вздохом, не просыпаясь, улеглась набок, загребая в охапку нашу хвосты. Обняла их, как детёныш — игрушку-дроида и уютно сложила себе под щеку руки, оплетённые нашими хвостами.

Мы с братом замерли в полном шоке.

То ли от наглости спящей человечки.

То ли от поведения собственных хвостов. Их, казалось, вполне устраивало лежать под нежной щекой человечки со втянутыми боевыми шипами. И я даже не знал, злюсь я на это “предательство” или завидую. Хотел бы я, чтобы она обнимала так меня.

Впрочем…

“Вскоре так и будет”, — подумал я, взглянув на брата. В его лице читались те же мысли.

— Не будем торопиться, — ещё раз произнёс я, будто убеждая самого себя. — Будем вести себя из того шаблона, что она просто лекарь. С классом… ниже среднего? Ну-ну.

— А сами последим… — хитро кивнул Демиан. — Узнаем, что ей нужно.

— Попровоцируем…

— Во всех смыслах, — хмыкнул я. — А когда она ошибётся…

— Или сама захочет нас, — усмехнулся брат, поднимаясь с кровати и сверкая глазами, — тогда…

«Тогда можно будет не сдерживаться», — подумал я нашу общую мысль, окидывая жарким взглядом сладко спящую землянку.

Глава 5

Я сладко потянулась в кровати, перевернулась на другой бок, подгребая под себя мягкое одеяло. Давно же я так не высыпалась! Я уловила тень хвойного аромата… Знакомый запах, но откуда я его знаю? А ещё это мягкое успокаивающее гудение, будто на космическом корабле…

Стоп…

Гудение?

Резко распахнув глаза, я села на кровати. Мягкий синеватый свет тут же прокатился по помещению, реагируя на моё пробуждение. Я определённо была не дома! А на космическом корабле — в современной каюте, отделанной белыми панелями из дорогущего нео-пластика (который и в огне горит и в воде не тонет).

Вдоль стен хищно змеились неоновые ленты подсветки. Нанолампы меняли интенсивность света, реагируя на мысленный приказ. Позади кровати в обшивку каюты врастал овальный экран. На его тёмной глади мелькали туманности и звёзды, как если бы это было окно в открытый космос. А на потоке я заметила световой герб в виде альфа-созвездия хвостатых близнецов.

Всё это не оставляло вариантов! Я была не просто на корабле… а на корабле шиарийцев, летящем сквозь открытый космос!

Ох… Я сдавила виски, вспоминая бар, мою безумную попытку получить должность, нападение… Воспоминания взрывались вспышками, катались неоновыми кристаллами, как в детском калейдоскопе. Вот бар на альфа-уровне. Вот звуки бластерной стрельбы. Вот раздвоенные маршальские хвосты обвили мои ноги… А вот — маршалы принесли меня на корабль, а дальше… всё тонуло в тумане. Получается, они приняли меня на должность, или что? И… что с лекарствами?!

Откинув одеяло, я с облегчением обнаружила, что на мне по-прежнему был мой синий комбинезон. Торопливо проверила карманы — двух капсул недоставало! Вместо них – влага и раздавленное стекло тонкой ампулы (должно быть, я неудачно упала). Это минус два дня жизни, Лира… Стоп. Держаться! Остальные ампулы-то целы. Слава космосу!

Коснувшись браслета-коммуникатора, я глянула на время.

Была середина следующего дня… Но я чувствовала себя прекрасно, будто после недельного отдыха в лучшем спа-центре. Однако, как это возможно? Ведь лекарство я не принимала… Возможно, мне было плохо ночью, но я всё проспала? Или на меня так подействовал шок, и боль догонит следующей ночью?

“Пилик!” — Раздалось в коммуникаторе, и на экране высветилось сухое сообщение:

“Через час за вами зайдут. Будьте готовы. Обсудим контракт. Р”.

Следом высветилось второе сообщение:

“Принтер для еды за пятой панелью, виана. Советую выбрать “Рест№15”. Чувствуйте себя как дома. Д”.

“Р” — это, наверное, темноволосый Рейгар. Тот, который мрачный”, — подумала я, припомнив, что слышала, как братья обращались друг к другу по именам. — а “Д” — это Демиан — блондин. Куда более улыбчивый, но от этого он лишь опаснее. За улыбкой настоящих мыслей не видать”.

Получатся, они взяли контакты моего комма, пока я спала?

И выделили мне каюту (даже если временную).

И раз они хотят обсудить контракт, значит, собираются нанять на работу!

Ох, им всё же подошёл мой способ лечения! Всё было не зря!

Я широко улыбнулась, чувствуя прилив радости. Мне хотелось затанцевать от счастья.

Бабушка всегда говорила, что удача любит смелых! Что ж, вчера я была смелой настолько, что едва не поседела! Но зато теперь у меня появился шанс выжить.

“Самое сложное позади! — подумала я, вскакивая с кровати. — Теперь всего-то надо заполучить несколько образцов шиарийской слюны или крови и… Кхм…”, — на этих мыслях мой энтузиазм слегка потух. Очевидно, это не будет так уж просто.

Впрочем, в голове тут же стали одна за одной сменять друг друга идеи, как именно можно исполнить задуманное. Может, дать маршалу глотнуть из моей бутылки? Или украсть его ложку? (Звучит как чушь, однако, почему нет?) А если не получится, то ещё можно…

Я облизнула пересохшие губы, и мои мысли соскользнули в совсем уж неправильную сторону. Щёки обдал жар румянца.

Я непроизвольно соскользнула в поверхностный пси-режим. Что частенько случалось при моей специальности. Здесь серая зона. Мои невольные фантазии, впечатления, прогнозы, невеяные “пси-сопряжением” с шиарийцами.

Безупречно сложенные шиарийские маршалы, абсолютно обнажённые, буквально распяли меня на широкой кровати. Мышцы перекатывались под безупречной кожей шиарийцев. Сильные руки ласкали моё тело. Я изнывала под голодными страстными взглядами золотистых глаз. Хвост шиарийца срезал с меня одежду. Обвил талию, и ох… бесстыдно проскользнул мне между ног. А второй вдруг обвил мою шею — крепко, не давая вдохнуть.

Мои щёки горели. Но уже не могла остановиться. Маршал Дамиан поставил меня на колени. Рейгар жёстко взял двумя пальцами за подбородок.

– Знаете, как мы наказываем за ложь, виана Скайн?..

Кольца чёрного маршальского хвоста сдавили шею жёстче.

Вскрикнув, я в панике вынырнула из пси-режима.

И каюта вновь проступила перед моими глазами.

Но я уже была в ней не одна.

Я вздрогнула, поглубже запрыгнув на кровать.

В шаге от меня безупречным мощным изваянием застыл незнакомый красноволосый шиариец в строгой лётной космийке. Ткань натянулась, выделяя стальные грудные мышцы, красноватый хвост выгнулся опасной дугой. Раздвоенный кончик угрожающе щёлкнул. В холодных золотистых глазах словно плескалось брезгливое презрение ко мне – жалкой человечке. Точно я насекомое, которое он пришёл прихлопнуть.

“Едва ли он собирался меня убивать, — мысленно проговаривала я, пытаясь сделать себе простенькое пси-внушение, — Просто шиарийцы всегда ходят с такими лицами. Им бы улыбки потренировать перед зеркалом!”

— Ничего себе ты вздрогнула, — хмыкнул незнакомец, наклонив голову и неприязненно сощурив золотые глаза. — Хотя я слышал, что люди пугливы как крольчата. Похоже, это правда.

У него был глубокий, немного рычащий голос, а во взгляде читалось раздражение, словно я заранее ему не нравилась. Аура опасности щекотала нервы, но до “опасной ауры маршалов” этому незнакомцу было как до Альфа Центавры. Так что мне удалось побороть внутреннюю дрожь и заставить свой голос звучать ровно:

— Кто вы такой? И почему зашли ко мне без стука?

— Я стучал, но вы были заняты, — жёсткие губы шиарийца тронула язвительная усмешка, — очевидно, предавались жарким фантазиям.

— О чём вы?! — моё лицо обдало жаром румянца. Перед мысленным взором на миг возник маршальский хвост, проскальзывающий мне между ног, жадные ладони шиарийских командиров, что заставляли моё тело содрогаться в приступе животного счастья.

— А сейчас вы покраснели, — красноволосый многозначительно качнул раздвоенным хвостом.

— Это от вашего нелепого обвинения. Я просто… просто занималась медитацией. Это полезно для пси-лекаря… И вообще! Я не должна оправдываться.

— Не должны, — усмехнулся шиариец. — Но всё же оправдываетесь. Значит, есть за что.

Нахмурившись, я скрестила руки, мысленно пообещав себе не реагировать на подначки наглого шиарийца.

— Грубияну, который так и не назвал своё имя, я ничего объяснять не собираюсь, — как можно прохладнее сообщила я.

— Действительно, виана, — саркастично хмыкнул шиариец. Его длинный красноватый хвост небрежно нарисовал в воздухе восьмёрку, и я предположила, что это вынужденно-вежливое приветствие. — Меня зовут Чезар Хейт. Я первый помощник маршалов. Пришёл удостовериться, что вы случайно не перепутаете фудпринтер и утилизатор.

Хах! Он сейчас пытается меня оскорбить? Мои щёки снова горели: но уже от гнева, а не от смущения.

— Не беспокойтесь, — я изобразила натянутую улыбку. — Я знаю о таких вещах куда больше, чем вы о манерах.

— Шиарийских воинов не учат столь бесполезным вещам.

— А стоило бы. Вы хотели что-то ещё?

— Да. Заказать вам еду в принтере.

— Справлюсь!

— Словам человеческих самок верить нельзя. У меня приказ. И я его выполню.

У меня язык свело от того, сколько на нём закрутилось язвительных ответов! Но я все их проглотила, чтобы не затягивать этот бессмысленный спор. Очевидно, что этому шиарийцу я не нравлюсь, и он просто бесится, что его послали прислуживать какой-то человечке.

Так и не дождавшись от меня ответа, Чезар неприязненно дёрнул уголком рта. Скрестив мощные руки, подошёл к стене. Его хвост нажал незаметную глазу кнопку, и белая панель отъехала в сторону. За ней обнаружился аппарат, уходящий вглубь стены. Эта модель фудпринтера была мне не знакома… Количество кнопок вводило в ступор. Похоже, я и правда могла с ним не справиться.

Хвост шиарийца ловко летал над панелью, занося какие-то параметры.

Пока он запускал машину, я свесила ноги с кровати и по привычке перескочила на пси-зрение. Было что-то, что беспокоило меня, едва этот мужчина вошёл в комнату… Какое-то скребущее чувство. И стоило взглянуть на него в пси-режиме — я поняла что!

Энергетическое поле этого шиарийца было чёрным от гамма-волн… Сколько же ему не оказывали лечение? Человек бы уже валялся бы на полу и вопил в агонии, но, видимо, порог переносимости у шиарийцев был выше. Однако головные боли, ломота, раздражение, бессонница — наверняка уже давно преследовали Чезара.

Я даже испытала укол сочувствия и посмотрела на мужчину иначе… Невольно подметила бледность кожи и тени, что залегли под золотистыми глазами шиарийца, — явные признаки интоксикации в пси-диапазоне.

Может, только командирам положен постоянный лекарь, а все остальные ждут до последнего? Тогда понятно, почему он злится на меня! Ведь ему терпеть боль, а начальство берёт себе лекаря. Или может, ему сложно найти гасителя с совместимостью? Но моей особой гордостью было то, что несмотря на низкий уровень, моя чистка всегда была совместима с любым пациентом более чем на 50%, тогда как даже показатель 20% являлся хорошим.

В это мгновение Чезар нахмурился и болезненно потёр виски. И прежде, чем я об этом задумалась, с моих губ же сорвались слова:

— Виан… вам необходима чистка поля. Если хотите, я могу вам с ней помочь.

Красноволосый шиариец вскинул на меня недобрый взгляд. Скептически скривил губы, будто говоря: “Это ты-то, слабая человечка, предлагаешь МНЕ, несравненному шиарийскому воину, помощь?! Смешно!” Но ещё я успела уловить — под этой язвительной маской пряталось слишком много разъедающей боли.

– Много на себя берёте, виана-лекарша, — холодно сощурил золотистые глаза красноволосый.

Отвернувшись, он извлёк из фудпринтера блюдо с аппетитным запахом и со звоном поставил его на угловой барный столик.

– Хотите сказать, Чезар, что ваши командиры совершили ошибку? Взяли на борт некомпетентного специалиста? Разве я здесь не чтобы помогать в таких случаях, как ваш?.. – я говорила осторожно, но уверенно. Словно шла к шиарийцу на мягких лапах.

Параллельно сползла с кровати на самый край. А затем и встала. Я открыто, но без нажима смотрела в лицо Чезару. Я взывала к логике и даже назвала по имени – сделала всё, как учили, чтобы войти в расположение.

Но вместо того, чтобы сдаться и принять помощь, Чезар напрягся всем телом, как зверь, готовый сбежать. Хищно оскалился. Красноватый хвост хлестнул по полу, щёлкнул раздвоенным концом.

Ох… я отпрянула. Подняла руки ладонями вверх: “я не враг”.

— Глупая человечка… Стой где стоишь! В твоих подачках не нуждаюсь! — всё ещё скалился шиариец, но за напускной агрессией в золотых глазах плескалась надежда. Он напоминал мне раненого, но отчаянно шипящего кота. С подобным типом пациентов я не раз встречалась. И именно таким острее остальных была нужна помощь.

Во мне уже невольно включился “доктор”, а Чезар оказался записан в “пациенты”. Его шипение больше меня не пугало. Мило улыбаясь и держась на расстоянии, я привычно скользнула в поверхностный пси-режим и тут же получила подтверждение своих догадок на языке энерговолн Чезара.

Бедный… бедный… такой черноты в пси-диапазоне я не видела… давно. Я буду осторожна. Лишь слегка стравлю гамма-волны. Это тебе не очистка от пси-вируса, я вне опасности. Максимум – дополнительный питательный батончик потом съем. Или три. А для Чезара это будет качественный скачок в самочувствии, хоть и временный.

Я плавно приближалась, не разрывая зрительный контакт. Шиариец скалился. И он уже понял, что я его раскрыла: это он “для порядка” шипы выпускал. Я ласково, сочувствующе улыбалась.

Хвост шиарийца заметался словно в панике – точно что-то понял, чего пока не поняли мы. Расколотил блюдо с моим завтраком. Попытался влезть между нами, препятствуя тактильному контакту.

Но я в этот миг я протянула руку и сплела пальцы одной руки с пальцами Чезара. И тут же сверху накрыла второй. А его свободная рука жёстко поймала собственный взбесившийся хвост.

Чезар прикрыл золотистые глаза.

Сдался.

– Скажите, если почувствуете дискомфорт, виан, – и я нырнула в пси-диапазон глубже.

Снова чёрный поток. Как полноводная река. Но совсем не так, как у братьев-маршалов. Здесь воды вялые, тягучие. Был и второй рукав “реки”. Но он был пустым и пересохшим. Пустая колея. “Где его близнец?!” – вдруг ранила меня страшная догадка. Неужели передо мной шиариец без боевой пары?..

Ответом мне было едва ощутимое сдавление ладони. Я отогнала лишние мысли. Нет времени на созерцание. Моя ловчая петля работала быстро. Гамма волны гасли одна за другой. Чернота пси-поля Чезара выцветала. Ещё пару минут, и можно довести до условно-приемлемого.

Но вдруг наш пси-контакт грубо разорвали. Тёплая ладонь Чезара исчезла из сцепки моих рук. Остался только пульсирующий жар некорректно разорванного контакта.

В нос ударил запах жжёного пластика. Резко распахнув глаза, я окинула каюту обычным зрением. И ахнула. Великий космос! Что тут произошло, пока я занималась лечением?!

Листы двери были выдраны, фудпринтер вплавлен в стену. Всюду блестели осколки неопластика! (а он ведь считается сверхпрочным!) На потолке истерически моргали нанолампы, а кровать была изрезана, словно её исполосовали кинжалами.

Чезар вытянулся по струнке, его хвост прижался к ноге. Лицо сделалось бледным и… виноватым?! Взгляд был направлен куда-то мне за спину.

И оттуда же раздалось рычание.

Повернувшись, я вздрогнула. Прямо за спиной стояли маршалы. И лица у них были бешеные, будто они застали нас не за лечением, а за обсуждением плана угона крейсера!

Глава 6

Демиан

На капитанском мостике всё было спокойно.

Мы с братом стояли на своих позициях — на возвышении, внутри проекции пси-ядра корабля. Наши хвосты ловко перемещались над схемой созвездия Гелата, задавая точку входа для миссии. Со всеми мерами предосторожностями. Пальцами мы удерживали тонкие золотистые условные нити координат. Движения хвостов — как танец. Или как сражение — каждое движение выверено и отточено. Хвосты не сталкивались, заканчивая друг за другом комбинации.

— Сделано, — усмехнулся уголком рта Рейгар, — сегодня особенно легко отозвалось пси-ядро корабля. Заметил?

— Ещё бы, — подхватил в тон брату, сворачивая проекции над светящимися панелями, — с чистым-то пси-полем…

Мы перекинулись понимающими взглядами. Да, риск шпионажа — это “так себе”. Но человеческая девушка Лира так сладко пахла, что сейчас любое препятствие казалось сущей ерундой.

— Она уже проснулась, — криво улыбнулся Рей, — через час увидим её. И пристально изучим… Я отправил ей сообщение.

— Я тоже отправил ей сообщение, — хмыкнул я, — и Чезара. Чтобы помочь с завтраком.

— Чезара? — скептически изогнул бровь Рей, — Самого “обходительного”? Чтобы он окончательно напугал нашу девочку?

— Брось, Рей… — улыбнулся я, — это наилучший вариант. Или надо было отправить Эйса. Который ни одной гуманоидной самочки не упускает. Я счёл Чезара… оптимальным вариантом.

Неожиданно мой хвост нервно дёрнулся. Возмущённо щёлкнул серебристым концом. Его возмущение передалось хвосту брата. Нанолампы начали моргать, ловя предвестники “катастрофы” в нашем пси.

Мы встретились с Рейгаром взглядами.

До наших хвостов дошло на несколько мгновений раньше, чем до разума.

“Он её коснулся!” — сознание Рейгара в нашем общем пси-диапазоне взорвалось опасным бурляще-алым гневом типичного шиарийского самца, защищающего свою самку.

Я в здравом уме держался на пару мгновений дольше и даже успел отстранённо удивиться, когда это моё сознание успело записать Лиру в категорию “моя самка”? …а потом и на меня накатило.

Шиарийские инстинкты были непреодолимы. И то, что они буквально снесли нам головы, несмотря на годы ментальных тренировок, говорило о многом. Но я даже поразмыслить об этом не мог, потому что в висках билось только истерическое: “Другой самец прикоснулся к нашей мианессе! Разорвать его!”

Мы с братом за миг перешли в боевой режим. Хвосты покрылись жёсткой чешуёй, боевые шипы сверкнули в неоновых бликах наноламп.

Перед глазами всё заволокло золотистым туманом древней самцовой шиарийской ярости.

Мы выбили дверь в каюту Лиры через несколько секунд. Пси способности вырвались рычащей волной, желая распылить конкурента на атомы, и лишь в последний миг получилось перенаправить смертоносную энергию. Шипя, она накатила на стены каюты, оплавляя их и кроша, будто они сделаны их хрупкой древесины. Осколки пронесло по воздуху, изрезав кровать.

По пси-полю брата я понял, что и он, увидев Лиру, вернул себе часть контроля.

Повезло Чезару…

— Как это понимать?! — рыкнул брат, шагая к девушке.

Лира

Озираясь кругом, я пыталась понять, что вообще произошло? Я же просто оказывала медицинскую помощь пациенту, но почему тогда в каюте такой погром?

Запах оплавленного пластика горечью царапал горло.

— Как это понимать?! — рыкнул черноволосый Маршал Рейгар. Его чёрный хвост со свистом рассёк воздух между мной и Чезаром.

— Ч-то понимать? — пробормотала я заплетающимся от шока языком.

— Это! — рявкнул Рейгар.

— Моя вина… — начал оправдываться бледный Чезар.

— Стойте! Какая ещё его вина?! — встрепенулась я.

Рейгар ошпарил меня взглядом:

— Он знает какая!

Или от шока, или от того что на моего “пациента” агрессивно нацелились маршальские хвосты, но в моей груди вдруг поднялось возмущение. Кровь ударила в лицо. И вместо того, чтобы отступить, я повернулась к маршалам, закрывая Чезара руками.

— Нет, не смейте его ни в чём винить! Я сама захотела помочь! А вы… Да как вы вообще допускаете, что в вашем экипаже человек испытывает такие страдания?!

— В нашем экипаже, виана Скайн, вы единственный человек… — раздался справа от меня обманчиво-ласковый голос светловолосого Демиана, — очень жаль, что вам не успели провести инструктаж. Иначе вы бы знали, чего делать категорически нельзя…

— Не понимаю, почему нельзя, если…

— Скоро вы всё поймёте, виана. Пойдёмте пока что, — как бы невзначай мою талию обвил серебристый хвост Демиана, разворачивая к выходу. Руки маршала легли на мои плечи в якобы дружеском жесте, и он решительно вышел из каюты, увлекая меня за собой следом.

Я попыталась воспротивиться, но вряд ли Демиан это даже заметил.

Святой космос! Этот серебристый хвост слегка отрывал меня от земли! По факту — Демиан просто вынес меня в коридор!

Успеваю услышать шипение черноволосого Рейгара:

— Слышал, Чезар?! В моём экипаже ты, оказывается, “испытываешь страдания”?! Что ж, сейчас так и будет?!

И хищные удары маршальского хвоста по полу.

Ох! Что теперь будет с Чезаром?! И главное — за что?!

— Чезар ни в чём не виноват! Я сама навязала ему помощь. Не знала, что нельзя! Подождите… да поставьте меня уже на пол! — я чуть не шипела, пытаясь оторвать от своей талии хвост Демиана, такой горячий, мощный…

Он мог просто раздавить меня, но был неожиданно деликатен. Ломал мои стереотипы о шиарийцах, мягко сжимая мою талию в серебристых кольцах. И невольно заставлял вспоминать те неприличные картины, что я зацепила в поверхностном пси-режиме. Демиан странно усмехнулся, и я сжалась от ужаса: а что если, он тоже сейчас скользнул в пси и перехватил картинки?! Ох, надеюсь нет! Это будет очень неловко…

Когда белый коридор плавно свернул, Демиан, наконец, освободил от хвоста мою талию. Я тут же повернулась, чтобы вернуться назад. Расслышать, что творится у каюты было невозможно. Я дёрнулась было, но маршал Демиан не позволил мне и шага сделать. Мягко обвив серебристым хвостом моё запястье, он с улыбкой сказал:

— Виана, вас никто не винит. Вы не знали правил…

— Да лучше бы меня винили!

В памяти всё ещё стояла жуткая сцена — злющий черноволосый маршал, у которого хвост покрылся опасными шипами, и бледный Чезар. Было страшно представить, что маршал сделает с ним! А ведь он не виноват!

От чувства несправедливости у меня защипало глаза, предвестник подступающих слёз. Вообще, я не была плаксой, но, видимо, стресс навалился. Ещё и в висках вновь стало болезненно пульсировать, но это не из-за чистки — это была другая боль. Напоминание, что болезнь всё ещё со мной, пусть её эхо и не такое сильное, как обычно.

Торопливо вытерев набегающую на глаза влагу, я глянула на Демиана… И наткнулось на очень внимательный взгляд. Мне даже почудилась тревога в золотых глазах мужчины. Хвост, чуть сильнее сжал моё запястье, притягивая к маршалу.

— Вам плохо из-за отката? — ровно спросил он.

— Н-нет… Со мной всё хорошо. Просто я… расстроилась.

— Вам так понравился Чезар? — вопрос прозвучал резковато и с толикой холода. Демиан тут же решил сгладить резкость улыбкой. Получилось пугающе.

— Понравился? — произнесла одними губами. Возникло ощущение, что я иду по очень тонкому льду, и я постаралась осторожнее подбирать слова: — Н-нет. Я же его едва знаю.

— Тогда почему вы расстроились?

— Мне неприятно, что накажут невиновного. Если он пострадает из-за меня, я… не буду знать, как загладить перед ним вину!

На сердце давил камень. Не успела прибыть, а уже создаю окружающим проблемы… Себе помочь не могу и другим мешаю! Я бессильно опустила голову. Рыжие пряди упали мне на лицо.

— Лира...

Вместо ответа я лишь качнула головой. Тогда раздвоенный хвост соскользнул с моей руки и коснулся подбородка, вынуждая поднять голову.

— Вы очень добрая, Лира Скайн.

— Хах, это вряд ли…

— Это правда. Впервые на моей памяти слабая человечка беспокоится о шиарийце, — тон Дамиана был обманчиво-весёлый, но я кожей чувствовала, что шиариец внимательно следил за моей реакцией, будто ловя крохотные изменения мимики. — Если я пообещаю, что Чезару лишь сделают устный выговор, вам станет легче?

Я моргнула. И не смогла сдержать благодарную улыбку.

— Да! Однозначно станет. И если вы объясните мне правила, впредь я буду их придерживаться!

— Договорились, — по-кошачьи улыбнулся Демиан, и как бы невзначай хвостом заправил мне за ухо рыжую прядь. Его золотые глаза расфокусировались, и я поняла, что он перешёл в пси-режим, чтобы связаться с братом.

— Готово! — сообщил он через миг. — Обещаю, скоро вы встретите Чезара целым и невредимым… и даже хвост будет при нём. Пойдёмте пока что переговорную, там обсудим контракт. И поедим. Вы ведь голодны?

— Как волк! — улыбнулась я, чувствуя, что на сердце стало легче.

— Вот и отлично, — хвост маршала уже, как само собой, лёг мне на талию, мягко увлекая за собой по белому коридору.

У меня, наконец, выдалась возможность оглядеться.

Я никогда не посещала такие большие современные корабли. По стенам вились капилляры голубых энерголиний. Они переплетались, стягивались в узлы и вновь расходились в стороны. Это явно было не торговое судно, а вариант крейсера с живым “пси-ядром”. Я ощущала его пульсацию своим энергополем лекаря. Такие корабли встречались невероятно редко. Они были способны менять свою структуру, доращивать комнаты и даже болеть, будто живые.

Несколько раз нам в коридоре попадались хвостатые солдаты — все как на подбор красивые, с мускулатурой атлетов — генетика у шиарийцев была запредельная. Но завидев нас, все эти мощные мужчины вдруг спотыкались, леденели лицами и резко меняли направление. Или их пугал вид маршала, или была какая-то негласная команда, держаться от меня подальше…

Мысли снова вернулись к Чезару.

— Так почему мне нельзя было ему помогать? — всё-таки спросила я, взглянув на Демиана.

—… вы заметили особенность в пси-поле Чезара? — с заминкой откликнулся светловолосый маршал.

— Да. Энерго-рукав был оборван, – я уже поймала темп и шла с Демианом в ногу. Его хвост на моей талии не тяготил. Даже наоборот.

— Верно, — шиариец пристально взглянул на меня золотистыми глазами, словно прикоснулся к моему лицу, — потому что Чезар потерял боевую двойку. В нашей расе мужчины рождаются в близнецовой паре. Псиполя объединены с детства. И если один из пары исчезает, то на энергетическом уровне это выглядит так, будто зверь откусил руку, и из раны теперь хлещет кровь. Подобное состояние невозможно выдержать долго, его купируют медикаментозно. Но с этого момента гамма-вихри образуются с запредельной скоростью. Ни один лекарь не выдержит лечить такого пациента. Это надо вовсе от него не отходить, отдавая силы и даже жизнь, будто сливая их в жадную чёрную дыру.

—…и что же делать таким шиарийцам? — спросила я.

Демиан уводил меня всё дальше по белоснежному коридору. Ленты наноламп на стенах и потолке теперь светили мягко и ровно.

— У нас существует сложная процедура адаптации, — отстранённо сказал Демиан, будто тема царапала его за живое. — Она помогает найти баланс и приспособиться к подобному состоянию. Потеря невосполнима, но… хотя бы можно жить. А вот лечение после адаптации принимать крайне рискованно.

— Почему?

— Если лекарь ошибётся, то рана в энерго-поле может открыться вновь. Вплоть до летального исхода.

— Ох… — я даже замедлила шаг, отчего хвост маршала чуть крепче прильнул к моей талии.

Осознание укололо сердце иглой вины: получается, я могла навредить?

— Получается, — пробормотала я еле слышно, — у таких, как Чезар, нет иного выхода, кроме как остаток жизни терпеть постоянную боль от перегрузки гамма-волнами?

— Шанс излечиться есть, хоть и призрачный, — с секундной задержкой отозвался маршал.

Я взглянула в его по-мужски красивое лицо. Уголки жёстких губ шиарийца изогнулись в печальной улыбке.

— Как можно его вылечить?

— Чезару нужно найти новую боевую пару, с кем получится слиться энергополями. Но теперь нужна женская особь. С высочайшим профилем совместимости, как ментальным, так и физическим, и способностью к пси-лечению. Конечно, эмоциональная вовлечённость тоже важна.

— Эмоциональная? То есть они должны… нравиться друг другу?

— Это серьёзное преуменьшение, виана…

— Значит, нужно найти…эм… жену? — подытожила я.

— Да. Идеальную жену, — натянуто улыбнулся Демиан. — Вторую половинку, в полном смысле этого слова. Но поверьте, искать такую особь, всё равно что искать песчинку в открытом космосе.

Я тяжело вздохнула.

Мне было очень жаль Чезара. Привыкнуть к постоянной боли… разве это возможно? Я болею совсем недолго и то чувствую себя как выжатая тряпочка. А каково Чезару?

Я попыталась уложить в голове все новые обстоятельства. Вновь виновато вздохнув, я будто новым взглядом посмотрела на Демиана.

Получалось, что на самом деле они с братом заботятся о членах своего экипажа… Поэтому, почувствовав, что я применяю силу к Чезару, поспешили в каюту. Чтобы обезопасить его! А сам Чезар не смог меня остановить, потому что желал хоть ненадолго ощутить облегчение, даже если с риском для жизни.

А я всё не так поняла…

Ещё и обвинила маршалов не пойми в чём.

— Вы были правы, виан, — наконец выдавила я вслух. — не стоило вмешиваться. И тем более в чём-то вас обвинять. Извините.

— Не волнуйтесь, виана, — мурлыкнул Демиан. Остановившись, он взял мою руку, переплёл наши пальцы, заставив меня задержать дыхание. Кожа у него была горячая, и я этот жар передался мне, огнём лизнув щёки. — Вы не виноваты. С Чезаром тоже всё благополучно, вы действовали профессионально, и рана не открылась. Ему даже ненадолго станет легче. Просто впредь не оказывайте лечение экипажу, даже если вам покажется, что оно необходимо. Ваши пациенты — это только я и мой брат. Запомните это.

На последних словах в голос Дамиана прорвались повелительные рычащие нотки. Ох, или мне показалось?.. Я смущённо кивнула.

— Мы пришли, — вновь мурлыкнул маршал Демиан, и мы остановились.

Белая стена разъехалась тремя лаконичными лепестками, открывая вход в просторную комнату. От того, что предстало моему взору – на миг занялось дыхание.

Светловолосый шиариец галантным жестом предложил мне войти. Я подчинилась.

— Скоро к нам присоединится маршал Рейгар, – долетел до меня ласковый рычащий голос Демиана, а от следующей фразы у меня на миг выбило дыхание: – надеюсь, вы готовы официально стать нашей, виана.

– Что, простите?!

– Готовы обсудить ваш рабочий контракт? – лучезарно улыбнулся Демиан.

“Так он о контракте”, — я густо покраснела от двусмысленности слов маршала. И поскорее отвернулась, проходя в новое помещение, погружённое в мягкий полумрак.

Оно было просторным, уютным. По нему, словно диковинные бусины, были рассыпаны островки овальных столиков. Их опоясывали светлые полукруглые диванчики с мягкими спинками.

У дальней стены тускло бликовал хромированным боком уже знакомый фудпринтер. Потолок накрывал помещение полукруглым стеклянным куполом, а за ним… ох… открывался вид на космос! Космическую черноту вспарывал острый свет далёких звёзд, мягко мерцали туманности, вспыхивали сигнальные огни сопровождающих крейсер юрких кораблей-разведчиков.

Но сердце пропустило удар по другой причине: вдоль одной из стен мягким полукругом тянули к чужим звёздам ветви настоящие деревья! По крайней мере, с десяток! Тонкие, гибкие стволы и ниспадающие сочно-зелёные кроны – удивительно гармонировали с потолком-куполом. И даже со столиками-бусинами!.. Лаконичный сплав естественности и технологий.

Вздох восхищения сам собой сорвался с губ.

— Хотите присесть там? — голосом искусителя предложил Демиан, заставляя вздрогнуть всем телом.

Не дожидаясь ответа, он подвёл меня к диванчику под сенью крон. Ноги словно подогнулись, я безвольно осела на диван. Хвост Демиана соскользнул с моей талии, и я испытала странный укол разочарования.

— Подождите здесь, виана, я принесу поесть. Есть предпочтения?

— На ваш выбор, — я вежливо улыбнулась, пытаясь скрыть внезапное смущение.

— Хм-м… хорошо, — мурлыкнул маршал, пронзив меня таким горящим взглядом, будто “его выбор” — это я.

Мой взгляд приклеился к рельефной спине Демиана, который направился к фудпринтеру.

Иногда я перехватывала от братьев такие голодные взгляды, что внутри начинался настоящий пожар. Но я не обманывалась… Шиарийцы недолюбливали людей, это известно всем. Излишняя тактильность — просто часть культуры этой расы. А глаза у них в принципе всегда горят. Пусть у меня и кружится голова от их самцовых феромонов, но забываться нельзя. Они на меня в “таком смысле” и не посмотрят. А если всё же посмотрят (во что я не верю) то смертельно опасно будет использовать их ТАК.

Я ещё не настолько отчаялась!

Сначала изучу контракт. А потом обязательно придумаю план!

Чтобы перестать пялиться на Демина, я повернулась к деревьям.

Они росли прямо за спинкой дивана, листва невиданной звездчатой формы почти касалась моих плеч. Сочный зелёный цвет завораживал. Мне хотелось протянуть руку и потрогать, но было боязно. Будто они могут осыпаться от моего неосторожного касания.

Мысли сами собой потянулись к тому времени, когда я жила с бабушкой среди зелени и журчащих ручьёв. Птицы летали на свободе, а не только по вольеру космического зоопарка. Воспоминание казалось настолько сказочным, будто я его выдумала… Ведь сейчас люди в основном обитали на металлических спутниках. Безопасных зелёных планет осталось крайне мало, а жить на них могли лишь богачи.

— Виана, как вы? — внезапно раздался от двери чуть рычащий голос.

Я резко повернулась…

Это был Рейгар — темноволосый маршал. Я даже не заметила, что он пришёл. Гнев больше не застилал его глаза. И я надеялась, что Чезар и правда получил лишь выговор.

— Всё хорошо… Извините, что так бурно отреагировала… Про Чезара… Я всё неправильно поняла, — я заворожённо смотрела, как мужчина идёт ко мне.

Едва заметный кивок Рейгара и его почти ласковая улыбка словно говорили: "всё в порядке, наивная пугливая землянка, но больше не выводи меня". Чёрный хвост упруго изогнулся за спиной шиарийца. Мышцы перекатывались под облегающей космийкой. Моя женская суть покрывалась мурашками от взгляда на это самцовое великолепие.

Маршал подошёл к дивану с моей стороны и поставил на спинку руку. Мне пришлось подвинуться, и он сел рядом. Его хвост обвил мою ногу, будто это было совершенно естественно.

— Значит, вам нравятся деревья? — он небрежно кивнул на сочно-зелёные кроны, — если вы подпишете этот контракт, Лира… — завораживающим голосом продолжил Рейгар, вручив мне в руки планшет с текстом договора, — при желании сможете жить в окружении зелёных деревьев хоть всю жизнь. Захотите, займётесь исследованиями. Или просто будете мирно воспитывать детей…

Я подавилась воздухом, а шиариец, словно не замечая моего смущения, “добил” меня:

— Кстати, Лира, сколько детей вы хотите?

Глава 7

— Что?! — У меня закружилась голова. — Дети?! …я пока н-не знаю.

— Это ничего, Лира. Брат спросил из любопытства, — сказал подошедший Демиан. Поставив на стол ароматное блюдо, он уселся на диван с другой стороны. Его серебряный хвост обвил мою вторую ногу. — Вы уже изучили контракт?

Я посмотрела на Рейгара, затем – на Демиана. По их лицам я не прочитала ровно ни-че-го. Деловая сдержанность. Только выражения глаз “сытых котов” с этим не вязалось.

Вобрав волю в кулак, я опустила взгляд на планшет, который стискивала в пальцах. Прочитав первый же абзац договора, чуть не выкрикнула:

— Ч-что это? Договор на 10 лет?! Нет-нет… мне бы на месяц, временный контракт!

— Ну вы посмотрите условия. Зачем же сразу отказываться, — мурлыкнул Демиан. — А лучше поешьте и спокойно почитайте. Всё обсуждаемо. Вас устраивает оклад, виана?

Мой взгляд вновь сфокусировался на тексте. Строчку с зарплатой я прочитала несколько раз.

—…здесь опечатка, — пролепетала я.

— Вовсе нет.

— Н-но… Но это слишком… — я не могла подобрать слов! Такой "ежемесячный оклад" я не зарабатывала и за пять лет!

— Слишком мало?

— Много!

— Вы себя недооцениваете, виана, — Демиан взял мою руку.

— Нет, но… но я так накосячила сегодня. А вы…

— Забудьте.

— А ещё мой уровень лекаря, он…

— Мы уже знаем всё про ваш уровень, Лира Скайн.

— Знаете? — я вскинула взгляд на Рейгара.

— Конечно, — улыбнулся он уголками красивых губ. — Ваша чистка нам полностью подходит. Работать будете только с нами. Совместимость тоже высокая, но её мы ещё будем добирать. Вы же не против посодействовать?

— Д-да… естественно…

Близость Рейгара и Демиана заставляла мои инстинкты вопить об опасности… и странного предвкушения. Я лишь надеялась, что из-за сумрака не видно, как пылает моё лицо.

Демиан поднёс мою руку к губам и моё сердце дико разогналось. Но светловолосый маршал резко лишь втянул воздух как зверь. Типичный шиарийский жест.

— А вас будет всё, о чём вы мечтали, — словно не замечая моего ступора, продолжил Рейгар. — Вам же нравится природа? Нашей расе принадлежит сразу несколько зелёных планет. Они защищены от любой угрозы. За экологией следит научный центр. Комфортабельный коттедж в окружении прозрачных озёр и хвойных лесов. Материнская планета Экосистем Земля… Вам бы там понравилось.

— Наверняка…

— Это можно проверить на практике, — заметил Демиан.

Я была буквально заперта между мощными телами братьев. И мои ноги уже привычно оплетали оба хвоста. Я вдруг осознала, что мне отрезали пути побега, и нервно выпалила:

— И всё-же… всё же… 10 лет — нет! Я могу работать только месяц!

— Почему? Вас ждёт семья? — нахмурился Рейгар.

— Нет.

— Любовники?

— НЕТ!

— Это радует. А они вообще у вас были?

— Почему вы, — моё лицо и уши отчаянно пылали. — Почему вы спрашиваете?!

— Чем меньше вы знали мужчин, тем выше перспективы долговременного слияния пси-полей. Тета-ритмы чище. Если любовников было много… примем дополнительные меры безопасности вашего пси при глубокой чистке, — спокойно заявил Рейгар, не выражая никаких эмоций. Но его хвост сильнее сжал мою ногу, и даже немного кольнул проступившими шипами.

— Н-нет… никого, — пробормотала я, чувствуя себя так, будто признаю́сь в грехе. Стыдно в двадцать три не иметь опыта. Но братья тут же заулыбались, а их хвосты как-то особенно ласково сжали мои бёдра, посылая волны жара по всему телу.

— Но 10 лет это слишком, — упрямо добавила я, хотя инстинкт уговаривал подчиниться. Просто поставить подпись. Согласиться на всё что угодно. Я уже почти захлёбывалась терпкими шиарийскими феромонами.

— Можно сделать год, и продлим, когда вам всё понравится, — мурлыкнул Демиан так соблазнительно, будто варианта “не понравится” не существовало.

— Месяц! — мой голос звучал всё жалобнее: — Давайте урежем оклад, повысим частоту лечения, но оставим месяц…

Если маршалы не подавали вида, то хвостам мои слова явно не нравились. Их кончики недовольно щёлкнули по моему комбинезону. Но я ни в коем случае не собиралась принимать условия даже на год. Ведь могу столько и не прожить. Да и если шиарийцы узна́ют, что я хотела их использовать, заставят сильно пожалеть. А ещё меня пугала их настойчивость!

— Годовой контракт — это норма. Почему вы отказываетесь, Лира? — недовольно рыкнул Рейгар. — Если дело не в деньгах, то в чём?

В висках застучало: “А если признаться?!” Дикая мысль на мгновенье выбила дыхание. Ладони вспотели.

Но Шиарийские маршалы суровы, они не прощают обман. А я уже зашла так далеко... Проникла на корабль! Почти получила должность! Глупо рисковать прямо сейчас.

И всё-таки… Может, я могла бы довериться?

С робкой надеждой я посмотрела на черноволосого Рейгара. И зря… Может, взгляни я на Демиана, пришла бы совсем к другим выводам?

Взгляд холодных глубоких золотых глаз Рейгара обжёг космическим холодом. Душу наполнил едкий страх, смешанный с чем-то одуряюще терпким. Инстинкт дёрнулся, будто пойманная в руку птичка, забился, пытаясь спастись. Ноги ослабли, колени дрогнули, если бы я не сидела на диване, то рухнула бы на колени.

Но мне вдруг вспомнилось, как грубо маршалы осадили девушку на станции. А следом в уме всплыла дословная цитата из третьего постановления Союза:

“Шиарийцы – гуманоидная раса, уполномоченная Союзом уничтожать по решению шиарийского командования по мере необходимости и на их усмотрение, прочих гуманоидов на своей материнской территории, а также на территории стационарных военных станций и крейсеров категории альфа-пси без отчёта уполномоченным Союза…”

А я как раз на военном крейсере!

Спокойно, Лира. Вдох-выдох. Не обязательно решать сейчас!

Ты здесь всего лишь первый день. Ничего плохого не сделала.

Впереди целый месяц, лекарства достаточно. Если не будет выбора — всегда успею признаться. Может, произойдёт чудо и за это время мы с шиарийцами… ну не знаю… подружимся? И они отнесутся ко мне благосклоннее? Но прямо сейчас рисковать — верх глупости. Они могут как убить, так и просто высадить на ближайшей станции. Тогда плакали мои шансы на спасение! В конце концов, может, им вообще нельзя делиться иммунным фактором!

Нет, сейчас правильнее будет настаивать, что я скромный пси-лекарь. Просто ищу работу на короткий срок!

Вот только сложно лгать шиарийским маршалам, когда мои бёдра в плену их мощных хвостов. А сами мужчины предельно жёстко интересуются, а почему это я, собственно, не принимаю их щедрый контракт со слезами благодарности?

И что отвечать?

И должна ли я вообще оправдываться?!

У меня свои условия! У них свои!

Я сглотнула вставший в горле ком, стиснула пальцы на подрагивающих коленях. Сказала, подбирая слова:

— Не уверена, что подойду вам, вианы…

— Вы уже подошли, — мурлыкнул Демиан, заправив мне локон за ухо.

— У вас нет причин отказывать нам, Лира, — проникновенно заявил Рейгар, коснувшись дыханием виска.

Мои силы для сопротивления были на исходе.

Но как нас там учили в Университете? В глазах представителей рас категории альфа (а именно к ней относились шиарийцы), нельзя вести себя как жертва! Съедят. Не буквально, конечно. Но это рефлекс.

Я старалась не показывать слабости, но как же это трудно простой человеческой девушке, да ещё инфицированной пси-вирусом. Одной. На корабле полном представителей самой жестокой расы Союза. Ох…

Я легонько прикоснулась к собственному пси.

Собрала волю в кулак.

Тебе надо выжить, Лира! И ты сделаешь для этого всё, что нужно! В том числе – будешь отстаивать свою позицию перед шиарийцами!

— Извините, но это моё твёрдое окончательное решение, вианы — выдохнула я, упрямо вскинув подбородок. — Я слишком мало знакома с вашей расой, чтобы подписывать длительный контракт.

Братья снова хмуро переглянулись. Своим чутьём пси-лекаря я чувствовала, что они переговариваются в невидимом мне диапазоне. Их пси-поля мерцали недовольством.

— Хорошо, виана, — наконец, заговорил Рейгар. Голос у него был мягкий, но в глазах сверкнула мрачная решимость. — Месяц с дальнейшим продлением… если вас всё устроит. Если нет, то я уверен, мы сумеем договориться и найти оптимальное решение, чтобы вы остались с нами.

— Д-да, — пробормотала я пересохшими губами.

Неужели мне удалось настоять на своём? Не верится…

Протянув руку, Рейгар коротко поколдовал над планшетом, и срок контракта сменился на месяц с продлением.

Ещё раз перечитав текст… я взволнованно приложила палец к месту, где нужно ставить био-подпись.

Вот и всё! У меня есть работа…

— Добро пожаловать на борт, — хмыкнул Рейгар, а потом вдруг обхватил меня за талию и притянул на свои колени.

— Что вы делаете?! — испуганно воскликнула я, хватаясь за сильные плечи. Со спины меня уже обнял Демиан, положив подбородок мне на плечо.

— Как что? — как будто искренне удивился Рейгар. — Занимаем позицию для самой лучшей пси-чистки. Сегодня только поверхностной, ведь вы уже потрудились. Но даже такой контакт будет способствовать повышению нашей совместимости, Лира. Вы ведь внимательно читали контракт?

— Да, но… Да, хорошо… — сдалась я. Щёки у меня горели от смущения.

Сама ведь согласилась. А повышение совместимости и правда происходит через более близкое знакомство с пациентом. Я просто не ожидала, что знакомство будет таким.

Я слышала, как бьются их сильные сердца. “Чуть быстрее, чем следовало бы”, – автоматически отметила моя профессиональная часть. Я старалась сейчас слушать только её, потому что несмотря на животный ужас, мою внутреннюю самку просто оглушили феромоны маршалов! Если сейчас отключится мой мозг пси-лекаря, я стану бесполезна! Растекусь безвольной лужицей перед шиарийцами.

Но меня наняли как профессионала — и я буду им. Покажу всё, на что способна! Чтобы маршалы поняли, лучше лекаря им не найти. И тогда, может быть позже, если не будет вариантов — я им признаюсь… И если карты лягут верно, они не станут от меня избавляться. И помогут…

— Мы готовы, Лира, — шепнул Демиан, его горячее дыхание коснулось моей кожи.

— Сейчас… — Я прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться. Заставила себя “отключить” всё, кроме рабочего пси-диапазона.

"Тела мужчин, горячо сдавившие меня с двух сторон – не более чем проводники…" — мысленно сказала я себе.

Раз-два-три… и я нырнула в объединённое пси-поле братьев.

Глава 8

Рейгар

В пси-поле стоял шквал гамма-волн. Вроде кислотного жалящего ливня на планете-катастрофе Альбаран-Эф. А впрочем, дела были не так плохи, как обычно.

И всё это благодаря ей.

Мианессе.

(Я действительно так её назвал?)

“Действительно назвал”, — прорисовалась в нашем с братом объединённом пси насмешливая мысль Демина. А после проявились и контуры наших тел.

Тёмные мощные энергетические столбы-завихрения. И между ними — как невесомая белая птица, металась пси-проекция Лиры. Она не могла слышать наши с братом разговоры, по крайней мере – не должна была…

Сейчас эфирное существо, сотканное из белых волн, замерло между нами, оформившись в изящную девичью фигурку. Она приняла статичную фазу и ловила гамма-волны своей белой петлей.

“Даже её пси выглядит аппетитно, Рей”, – снова усмехнулся брат, облизнувшись, – “и как нашей девочке это удаётся?..”

“Прекращай!”, – я зарычал, и моя половина диапазона пошла низкоамплитудной рябью. Я и так был на пределе. И брат, как всегда, лишь озвучивал мои мысли. Это бесило.

Сегодня крошка снова нас удивила. Любая на её месте согласилась бы на условия контракта, даже если бы хотела иного. Слабые дрожали перед сильными и уступали им, таков закон природы. Но когда дело касалось этой смелой малышки, что-то в привычной системе ломалось.

Она боялась до дрожи - но не уступала. Это дразнило, подогревало и без того бурлящую кровь. Инстинкт требовал немедленно подавить сопротивление, подмять девочку под себя, сделать своей.

Но нельзя. Она не шиарийка. Слишком хрупкая. Нужно осторожнее…

В итоге я держал Лиру в руках, но испытывал беспомощность… Странное новое чувство. Перед этой земной крошкой – я был слаб. Я готов был преклонить перед ней колено. Готов защищать. Драться за неё насмерть. Хоть бы и со всем Союзом.

“Притормози, Рей… Это слишком громко. Она почувствует”.

Я заставил мысли рассеяться. Но поздно.

Лира заметила возмущения моего пси и, уже не щадя себя, принялась вычищать гамма-волны вокруг. Слишком усердно.

Я был зол.

Дико. Беспощадно. В основном – на себя.

Я успел заметить искажения в её пси-поле. И мы с братом на рефлексе вывели Лиру из пси-режима экстренным путём.

Мысль, что она могла словить отдачу от перегруза, напугала меня – меня! Шиарийского командира, который вёл армаду в бой!

Я понял, что сейчас увижу лаундж-отсек обычным зрением. Деревья. Столики. Брата. И Лиру, бледную, напуганную. Возможно, без сознания или впавшую в галлюциноз.

Но вижу… вовсе не то что ожидал!

Она всё ещё сидит у меня на коленях. А держу её в крепких объятьях. Сзади её точно также держит Демиан. Наши хвосты жадно оплели точёные ножки Лиры и бесстыдно ласкаются к ней! Комбинезон девушки слегка расстёгнут на груди. Буйные медные волосы растрёпаны. Глаза горят, щёчки зарумянились.

– Из-з-вините, – еле шепчет Лира, пытаясь выпутаться из наших с Демианом двойных объятий.

А она… нет, не в обмороке и не в галлюцинозе. Она слишком сильна для этого. Её ментальная защита – практически не пробиваема. Но она… смутилась. И есть повод.

Ведь у меня сейчас такая жёсткая эрекция, что даже в плотной космийке… даже при неопытности Лиры – она, несомненно, всё подробно ощутила. В паху практически ломит! Я на грани, как юный самец в пубертате. Ведь весь сеанс чистки Лира сидела у меня на коленях...

– Я… мне бы…

– Вам нехорошо после чистки, Лира? – безупречным тоном осведомился Демиан.

– Мне хорошо!.. – и тут Лира покраснела ещё гуще. Это просто очаровательно, и я был не в силах спрятать улыбку. – В смысле… я не это имела в виду! Да дайте же мне встать!

И тут я кое о чём вспомнил…

О ряби в её пси-поле сразу перед выходом.

Раз с Лирой всё в порядке, значит, это не отдача от перегруза. Да и лекари такого класса случайно не перегружаются.

Сосредоточившись, я спроецировал на скрытый слой пси (открытый лишь брату) отрезок памяти, когда заметил рябь. Вгляделся в рисунок… и зубы заныли от гадкого предчувствия.

На самом деле рябь была характе́рная, я встречал такую… Так расклеивалась маскировочная ментальная сеть, когда псионик притворялся не тем, кто он есть… Скрывал что-то на уровне пси. Старательно прятал, чтобы истина не всплыла даже случайно. Но вот такая выбившаяся из идеального узора единственная нить выдавала подобное.

Для меня этого было достаточно.

Я всё-таки шиарийский командир, а не мальчишка с зелёной планетки.

И почему же такая странная “отклейка” у Лиры? Это не просто “маленький девичий секрет”, так прячут что-то по-настоящему серьёзное. Например, другую личность, скрытую внутри. Или сложный план диверсии.

Неприятная мысль иглой царапнула рёбра.

Подозрения поднялись в груди рычащей волной.

Неужели всё-таки шпионка?

Мой хвост тут же перестал ластиться к пытающейся подняться девушке. Он жёстко, но аккуратно оплёл её тонкую талию и усадил на диван рядом.

Демиан привычно отсёк потенциальной шпионке путь с другой стороны. И вот наша добыча вновь была зажата между нами. Хитрая манипуляторша? Или жертва в чужой грязной игре? Неважно.

Нам с братом не нужно даже обмениваться взглядами. Мы знаем Инструкции на подобный случай. И что Устав написан кровью – вовсе не пустые слова.

– Куда спешить, Лира? – ласково спросил Демиан, его хвост галантно изогнулся дугой. Землянка не знала, что это значит, но чувствовала – это безобидный жест. В отличие от моих по-военному незамысловатых попыток “зафиксировать на месте”.

Лира чуть расслабилась.

Я волевым усилием заставил свой хвост соскользнуть с её талии. Но этому предателю не было дела, что Лира с наибольшей вероятностью шпионка. Хвост мигом обвил её голень. И уютно затих. Ну каково, а?..

– Давайте выпьем кофе и обсудим результаты чистки. Я слышал, представители вашего вида любят кофе… – продолжал очаровывать Лиру Демиан, пока его хвост медленно обвивал её вторую ногу.

– Что-то не так? – Лира смотрела то на него, то на меня. Мне не нравилось видеть на её хорошеньком личике это затравленное выражение.

Нужно было начать процедуру вторжения в разум, но всё во мне противилось этому. После подобного от личности девушки мало что останется. Я был готов послать Союз вместе с Главой, но… Космос! Никогда меня ещё так не швыряло из крайности в крайность. Никогда ещё я не был на грани того, чтобы положить хвост на высшее командование.

– Чистка выше всяких похвал Лира, – Демиан вызвал проекцию панели задач на поверхность и создал задачу фудпринтеру, – но у нас возник вопрос.

Она побледнела. Личико стало почти пепельно-серым, и моё сердце будто сдавили ледяные тиски. Мимика выдавала её с потрохами.

“На кого ты работаешь?”, – жёсткий вопрос, сопровождающийся ментальным принуждением к честному ответу, был у меня наготове. У нас с Демианом.

И по Уставу мы должны бы сейчас вломиться в разум Лиры и его задать. И просто получить информацию.

Было лишь одно “но”.

И это всё меняло.

… этим “но” было безумное поведение хвостов.

Стоило в моей голове мелькнуть мысли о вторжении в разум девушки, как между мной и Лирой метнулся серебристый хвост Демиана. А затем угрожающе изогнулся.

Мне потребовалась максимальная концентрация, чтобы скрыть удивление. Происходящее не вписывалось ни в какие разумные рамки. Демиан — моя боевая двойка, с которым я делю пси-поле и, когда придёт время, разделю мианессу… и всё же его хвост угрожающе щёлкнул на меня раздвоенным кончиком. И недвусмысленно обозначил, что готов выпустить боевые шипы?! На меня?!! Озверел?!

Моё лицо замерло ничего не выражающей маской. И вовремя. Потому что на миг позже я осознал, что и мой хвост повёл себя ровно также – и сейчас угрожающе щёлкает чёрным раздвоенным концом на Демиана. Брат удивлённо застыл, ошарашенный не меньше меня. А Лира так и сидит между нами. Недоумённо хлопает глазами. Не понимает, что это за шиарийский "танец хвостов".

И к лучшему. Нечего ей знать.

“Мы в полной…, – Демиан усмехнулся, ворвавшись на нашу персональную пси-волну, – ...мы в затруднительном положении, Рей… Не то чтобы я горел желанием следовать букве Устава… но… не припомню, чтобы мы отклонялись от него в вопросах такого уровня”.

“Всё бывает в первый раз, брат… Инстинкты шиарийцев сильнее присяги. Это знаем и мы. И правление Союза”.

“Что будем делать?”

“Отложим решения на потом. Соберём больше фактов. Ответ из лаборатории по поводу найденного у Лиры обезболивающего уже пришёл?”

“Ещё нет… Коул говорит, что проверка реагентами займёт несколько дней”.

Переговоры в пси-диапазоне уложились в пару мгновений. Сконцентрировав внимание в привычной реальности – я удивился вновь. Уже в третий раз за минуту. И сейчас по шкале внезапности я взял новую неведомую прежде вершину.

Лира сидела между нами и с немного неловкой милой улыбкой ласково поглаживала рукой наши с братом хвосты, которые улеглись широкими кольцами на её коленях. Точно это не смертоносное оружие гордых шиарийцев, а пара пушистых котят.

Лира гладила мой хвост, шипов уже не было в помине. И я ощущал, как возвращается ко мне контроль над этой незаменимой частью тела. Демиан напрягся, но его хвост как и мой не причинял Лире никакого вреда. Брат был озадачен не менее чем я – но, как всегда, быстрее взял мимику под контроль и нацепил на лицо выражение галантного дипломата.

Его пальцы сделали пару движений над панелью столика, и в столешнице открылся узкий вертикальный ход. Белые конические чашки с чёрной жидкостью и цилиндрические с белой поднялись из автомата на поверхность. Лира перестала гладить хвосты, зачарованно уставившись на самый навороченный фудпринтер в союзе. Хвосты встрепенулись и недовольно синхронно щёлкнули кончиками.

– Ой… – Лира рассеянно продолжила поглаживать наши охамевшие конечности одной рукой. Подумать только. Я до сих не мог прийти в себя оттого, что они такое себе позволяют. Да ещё с землянкой.

– Кофе настоящий, Лира. Прошу вас. После всё-таки подкрепитесь, – Демиан подвинул стакан к девушке.

– Но я… не хочу есть…

– Это только кажется. Из-за гормонального выброса после чистки. Впрочем, вы в курсе. Нам с братом необходимо провести совещание, Лира. А вам — отдохнуть. Вас переведут в постоянную каюту рядом с нашими апартаментами.

Рассеянно кивнув, Лира осторожно поднесла белую коническую чашку к пухлым аппетитным губкам и сделала первый глоток кофе. Второй рукой она продолжала ласково прикасаться к хвостам.

И как она не боится?!

Никто в здравом уме не коснулся бы хвоста шиарийца, если только за этим не скрывалось желание погибнуть самой ужасной смертью… или, если дело касалось подходящей самки, то немедленно спариться, желательно самым агрессивным образом. Впрочем, на моём веку так безрассудно никто не поступал.

Но Лира не была знакома с особенностями нашей расы. Настойчивые прикосновения её крохотных пальчиков отдавались удовольствием, и отнюдь не в хвосте. Глаза Демиана разгорелись ярче, его качнуло к Лире так, будто он хотел накрыть её губы своими. Но брат остановился, по скрытому пси полю прошлась волна почти мучительного напряжения воли. Я очень понимал Демиана.

Это становилось опасно... Надо поскорее спровадить крошку в каюту, пока нас с братом совсем не накрыло.

“Чезар! – я послал приказ по выделенной линии, – лаундж-отсек. Через три минуты. Проводишь виану-лекаря в альфа-апартаменты. И чтоб без происшествий”.

“Так точно”, – пришёл лаконичный ответ, и я приглушил связь.

Демиан уже выглядел получше, будто сумел договориться с инстинктом. Лицо у него было захмелевшее.

Следующие короткие три минуты я отгонял навязчивые мысли завалить малышку… и просто наслаждался. Смотрел, как эта юная красивая землянка пьёт странный чёрный напиток. Как блаженно прикрывает глаза на каждый глоток. И что люди в нём находят? Мне не понять…

Но я готов был скупить хоть годичный урожай этих неприлично дорогих странных земных зёрен, лишь бы она продолжила вот так мило и немного неловко мне улыбаться. И также ласково прикасалась к моему хвосту, заставляя его превращаться из орудия убийства в мурчащего котёнка.

Глава 9

Лира

Это было странно.

И очень-очень нервирующе!

Сначала всё шло хорошо, я производила чистку… Как вдруг маршалы выдернули меня из пси-режижима.

Я очнулась на коленях Рейгара… и смущение тут же затопило с головой. В мои ягодицы упирался его возбуждённый половой орган, туго натянув плотную ткань космийки. Эта естественная, хоть и редкая реакция, напугала меня… но ещё вызвала бесконтрольную волну острого желания (за которую мне немедленно стало стыдно! Потому что это просто физиология! Как пси-лекарь я должна оставаться профессионалом! Не переходить черту!).

Но затем Рейнар вдруг ссадил меня с колен и ошпарил разъярённым взглядом. А Демиан сказал, что у него ко мне вопрос... Светловолосый маршал улыбался, но кровь отлила от моего лица. Внутренности заледенели от ужаса. Каждой клеточкой я ощутила — этот “вопрос” будет стоить мне жизни.

Первой мыслью было, что шиарийцы каким-то неведомым образом поняли про пси-вирус. И эта информация настолько их разозлила, что сейчас меня вышвырнут в открытый космос! Ведь иначе откуда это устрашающее чувство угрозы, как если бы над головой занесли топор.

Но тут хвосты маршалов встрепенулись, стали щёлкать кончиками (только что это значило?), а потом улеглись на моих коленях, словно требуя ласки. Я так занервничала, что моя рука сама собой начала гладить эти хвосты, свернувшиеся кольцами на моих коленях… тёплые, уютные…

Хвосты втянули шипы и прильнули ближе, словно пригревшееся котята. Мои руки будто знали как правильно касаться — погладить тут, почесать здесь. Хвосты мягко вздрагивали от удовольствия. Это странным образом успокоило не только меня, но и маршалов.

И вот я пью ароматный кофе. Рейгар напряжённо сидит рядом, но он выглядит скорее озадаченным, чем злым. Демиан улыбается, позабыв про свой вопрос (может там и не было ничего важного?).

“Видимо “угроза” мне померещилась. Всё из-за усталости”, — мысленно вздыхаю я.

Уже наступил вечер, а я за день нормально не поела. Да ещё и маршалы со своим странным поведением… Никогда не знаешь, чего от них ждать. Они будто дикие хищники, в один момент хотят приласкаться, а в другой — голову откусить.

Слишком много эмоций для одного дня. Сердце до сих пор колотится где-то на уровне горла. И если бы не ласковые хвосты шиарийцев – я уже упала бы в обморок от ужаса.

Когда моя чашка кофе опустела, лепестки дверей зоны отдыха разъехались.

И на пороге показался Чезар!

Я невольно широко улыбнулась и с облегчением выдохнула: жив-здоров. Только в выражении глаз что-то не то. Бедный, наверно ему всё-таки сильно досталось из-за меня… Но хорошо хоть физически цел!

– Чезар… – начала я и тут же захлопнула рот.

Маршалы молчали, но их тела сразу стали напряжёнными, и хвосты защёлкали.

“Тшшш”, – я невольно послала поверхностные пси-сигнал хвостам и погладила каждый. И через миг до меня дошло, что это наверно неприлично и фамильярно, и вообще…

Но маршалы никак не отреагировали.

Я лишь почувствовала, что их позы стали более расслабленными, а хвосты словно нехотя соскользнули с моих колен.

Замерший у входа как прекрасное изваяние мрачный красноволосый Чезар держал хвост мягко изогнув, по моим ощущениям – в каком-то нейтральном вежливом жесте… Ох, надо как-то уже восполнить этот дефицит знаний про язык шиарийских хвостов! Но как?..

– Чезар, – сухо обратился к помощнику Рейгар, – проводи виану. И обеспечь ей всё необходимое.

– Лира, – ласково обратился ко мне Демиан, – я попрошу вас обжиться в новой каюте. И сегодня только отдыхать. Хватит с вас работы. Мы пообщаемся уже завтра. Вам придёт уведомление на коммуникатор.

Я кивнула маршалам.

Демиан поднялся, галантно выпуская меня из-за столика.

Рейгар остался сидеть неподвижно, не проронив больше ни слова. В его взгляде направленном на меня было что-то холодное, от чего тревога снова кольнула сердце.

В голове забурлили мысли: “Ему что-то не понравилось? …может, я зря прикасалась к хвостам? Или он учуял моё невольное возбуждение, и это показалось ему непрофессиональным? …или он догадывается, что я что-то скрываю?”

Любой из вариантов заставлял сердце сжиматься от тревоги.

Да ещё и нарастающий фон болезни давал о себе знать. Виски немного ломило — верный признак, что через несколько часов надо принять лекарство, если не хочу полночи задыхаться от боли и судорог.

“Всё будет хорошо, Лира”, — твёрдо сказала я сама себе. И скрыла волнение за вежливой идеально выверенной улыбкой. Такую не раскусишь.

Предельно вежливо попрощавшись с маршалами, я отправилась за Чезаром.

Мне очень хотелось обернуться… поймать взгляд, которым меня провожают братья. Но я пересилила себя. Не стоило искушать судьбу. Вдруг и они что-то разглядят в моих глазах… например, нарастающую боль от пси-вируса. Чистка спровоцировала болезнь, и симптомы были сильнее обычного… Но всё же, оно того стоило.

Несмотря на то, что с каждым шагом виски ломило сильнее, я верила, что со всем справлюсь. Я уже сделала невозможное – попала на шиарийский крейсер. Получила невероятный контракт! И теперь постепенно завоюю расположение маршалов и попрошу их об услуге… Или найду иной способ добыть немного их слюны.

“Пока я жива — не сдамся”, — мысленно пообещала я себе.

Голубоватые линии мягкой подсветки тянулись по стенам коридора, будто указывая путь. Ровно гудели корабельные двигатели, а в воздухе всё ещё витал терпкий аромат лучшего кофе, что мне доводилось пробовать в жизни — того самого, что для меня совсем недавно приготовили маршалы.

Подумать только! Если бы мне кто ещё вчера сказал, что доведётся вновь попробовать настоящий кофе, а не восстановленный лифилизат — ни за что бы не поверила!.. А уж если бы узнала, что им будут меня угощать на шиарийском крейсере представители самой опасной расы Союза… ох!

Но с каждой минутой на этом корабле я привыкала к присутствию хвостатых агрессивных воинов. И сейчас я уже почти спокойно (хах, ключевое слово – “почти”!) шла за Чезаром, поглядывая на его мощную спину. Широкие плечи и талия образовывали мощный треугольник, который приковывал взгляд. Всё-таки я была девушкой и не могла не оценить идеальные пропорции, которыми обладали шиарийские мужчины. И всё же Чезар в моей голове теперь классифицировался, как “пациент”, так что я скорее смотрела на него глазами врача.

А вот с маршалами Рейгаром и Демианом переключиться в режим “врач-пациент” получалось с горем пополам. Моё глупое тело упорно реагировало на них как на самцов. Я искренне надеялась, что сумею это перебороть и уже завтра адаптируюсь к буйству шиарийских феромонов, от которых мне немного сносило голову.

Я попыталась переключиться с мыслей о маршалах, и мой взгляд снова скользнул на гордую спину Чезара.

— Извините, что настояла на чистке, — тихо произнесла я, тенью следуя за красноволосым шиарийцем по стерильному широкому коридору крейсера. — Не знала, что из-за этого будут проблемы.

Чезар чуть замедлил шаг. Позволил мне его догнать, и когда мы, наконец, поравнялись, бросил на меня короткий взгляд — точно ошпарил, но его голос прозвучал ровно:

— Вы не виноваты, виана. Тем более я чувствую себя лучше… благодаря вашему упрямству.

— Вам сильно досталось от маршалов?

— Как видите, хвост на месте, — неожиданно доверительно хмыкнул Чезар, будто сам был удивлён данному обстоятельству.

— Примите соболезнования по поводу вашего брата.

— …это ни к чему. Возможно, он жив.

— Что? Как это? — растерялась я.

Алый хвост Чезара качнулся из стороны в сторону, словно выражая сомнения, делиться со мной или нет.

— Тело не найдено, — в конце концов, вздохнул шиариец. — Брат пропал без вести. Даже если найдётся, нашу связь не восстановить. Слишком велики повреждения поля… И в любом случае… Вы увидели такую картину в моём пси, потому что брат сам оборвал нашу связь. Мне следовало предупредить вас, виана…

— То, что произошло — должно быть, военная тайна? И вы не можете мне рассказать?.. — тихо отозвалась я.

По пси-полю Чезара пробежала волна болезненного сомнения.

— Тайны нет, — сдержанно произнёс он. — Эта история открыто обсуждается в нашем сообществе. Раз вы на крейсере, однажды услышите ее. В одной из версий.

– И что же случилось?..

– Точно никто не знает, — хотя голос Чезара звучал отстранённо, его ноздри коротко агрессивно раздулись, а хвост раздражённо рубанул воздух. — Мы были на задании… и всё пошло не по плану. Будто кто-то слил информацию о миссии. Было много жертв, критическая ситуация... И брат принял безумное решение – якобы для спасения других. Нарушил протокол, ушёл с позиции, бросился в самое пекло. Как герой... Но слишком много странностей случилось дальше. Исчезли важные данные о враге, взрыв уничтожил улики. И обрыв связи с братом произошёл крайне резко, будто ножом провели... Есть версия, что Авалон сам обрубил нашу связь. Меня вытащили ищейки из спецотряда КАС — братья-псионики с выкрученным до предела пси. Даже по сравнению с обычными шиарийцами — они монстры, способные влезть в голову к любому и отыскать по крохотному следу пси. Но даже они не сумели найти ни моего брата, ни его останков. И теперь за официальную версию принято, что мой брат — предатель. Всё выглядит так, будто он специально уничтожил нужные нам данные о враге.

— Но не обязательно спланировано вашим братом! — с чувством отозвалась я.

— Командование думает иначе, — хмуро откликнулся шиариец. Его по-мужски красивые губы тронула печальная усмешка.

В очередной раз острое сочувствие к Чезару пронзило мою грудь. Бедный!.. Как ему теперь здесь?.. Как с ним обходятся сослуживцы?

— А что думаете вы, Чезар? — спросила я. — Ваш брат мог так поступить?

Мужчина качнул головой и скупо улыбнулся.

— Не знаю… Зря я вам это рассказал. Но вы были добры ко мне виана, и я счёл возможным поделиться.

— Благодарю вас, Чезар, — мне хотелось коснуться руки мужчины, чтобы успокоить. Но помня о реакции маршалов, я лишь послала осторожную волну-пси в белом спектре. Мой голос звучал мягко, будто я разговаривала с раненым зверем: — Вы лучше знаете вашего брата, поэтому не сомневайтесь в нём. Я почему-то уверена, что он вас не предавал. И когда-нибудь вы его найдёте. Или даже… это он найдёт вас.

— Даже если так, наши поля снова не объединить.

— Зато вы сможете его обнять.

— Обнять? — шиариец удивлённо приподнял бровь.

— Да. Люди так делают, чтобы показать привязанность тому, кто дорог, — улыбнулась я, — даже если нет общего пси поля. У людей, знаете… вообще не бывает общих пси-полей…

Минуту мы шли молча. А потом Чезар задумчиво произнёс:

— Вы очень странная, Лира.

— Сочту за комплимент, — хмыкнула я.

Атмосфера между нами стала особенно лёгкой. Но рассказ Чезара продолжал крутиться в голове. Отряд КАС… Я уже слышала о нём.

Это самое опасное спецподразделение шиарийцев. Там служат убийцы, лишённые жалости. Однажды о нём рассказывали из космо-тв… Там говорилось, что двое из КАС прибыли в космическую академию для проверки. А выявив нарушения, вырезали руководство, будто чумных крыс. Ни суда. Ни следствия. И Союз позволил…

Именно из-за деятельности КАС у шиарийцев сложилась репутация безжалостных убийц.

Я лишь надеялась, что мне никогда не придётся столкнуться с монстрами из этого спецподразделения.

“Впрочем, — думала я, шагая по коридору за Чезаром, — они прибывают, лишь в том случае, если требуется провести внутреннее расследование. Значит, нет никаких предпосылок для их появления здесь. По крайней мере, я на это надеюсь…”

И тут неожиданно что-то мягко коснулось моего пси, отвлекая от мыслей. Сбившись с шага, я удивлённо огляделась.

Кроме Чезара и меня в коридоре никого не было… но чья-то живая энергия определённо точно касалась моего пси. Нахмурившись, я снова обвела взглядом пространство… и тут заметила, что одна из дверей выглядела иначе, чем другие. Она казалась массивнее остальных, её контур светился угрожающим алым, а в настенные панели по бокам были вмонтированы лазерные установки с ИИ датчиками самонаведения.

Холодок пробежал по шее. Я не сомневалась, если приблизится враг — лазеры испепелят его ещё до того, как он успеет сказать “Гоп”.

Именно от этой двери исходила сильная пси энергия. Она омывала меня мягкими мощными волнами, будто я лежала на песочном берегу океана. Никогда такого не ощущала!

— Ого… — восхищённо выдохнула я. — А что там?

— Там начинается закрытая зона, — ответил Чезар, остановившись в трёх шагах от меня и беспокойно взмахнув красным хвостом. — Она ведёт к сердцу корабля.

— К пси-ядру! — восхитилась я. — Так вот что это за энергия.

— Вы правильно угадали, виана. А что касается двери… заходить за неё строго запрещено. Впрочем, это и невозможно. Корабль никого не подпустит к своему сердцу, кроме маршалов.

Я задумчиво кивнула.

Я слышала, что “живые корабли”, практически неуязвимы. Их единственная слабость — это ядро, которое корабль будет защищать всеми силами. Единственные, кому позволено контактировать с ядром напрямую — это высшее руководство крейсера. В данном случае — маршалы. Корабль воспринимает их как свою семью… или даже как часть себя. Поэтому им все двери открыты.

— Буду знать, — произнесла я, нагоняя Чезара.

Пройдя по коридору и ещё дважды свернув (ну и огромный же этот корабль!) мы, наконец, пришли к моей новой каюте.

Перешагнув порог, я едва не присвистнула от удивления. Я точно не в спа-отеле? Так много света и пространства! Широкая кровать была завалена подушками. Хромированный бок фудпринтера мягко светился нежно-фиолетовой подсветкой, но самое невероятное — стены были выполнены из проекционного пластика, на который можно было вывести изображение 55к! Между прочим, супер-дорогая технология!

Теперь по велению руки я могла оказаться на райском острове в окружении пальм, и отличить их от настоящих для глаза было бы невозможно. А специальные климатические установки создали бы эффект нежного бриза и солнечного света.

Я подобное только по космо-тв видела, а в живую — никогда!

Похоже шиарийцы купались в деньгах! Иначе как ещё объяснить, откуда у них на военном крейсере подобные вип-каюты, которые они запросто раздают слабеньким лекарям на пол-ставки.

— Это точно моя каюта? — всё же уточнила я.

— Конечно. Вам здесь чего-то не хватает, виана?

— Нет-нет! Всего хватает! — я смущённо замахала руками.

Чезар невозмутимо хмыкнул. Заказав несколько блюд в фудпринтере, он показал мне, как пользоваться душем, где взять чистую одежду и как я могу заказать себе кофе. Потом вежливо попрощался и вышел, оставив меня одну.

Убедившись, что он ушёл, я вздохнула и устало осела на кровать.

Вежливая улыбка сползла с губ, и я страдальчески потёрла виски.

Они ныли так, будто в них ввинчивались шурупы. Дурацкая болезнь! Даже аппетита из-за неё не было… но я всё же притянула к себе тарелку. Организму нужны были силы.

Еда выглядела свежей и ароматной: от утки в карамельном соусе поднимался пар, странные овощи, похожие одновременно на тыкву и помидор, хрустели на зубах. Пряный напиток приятно растекался по языку. Это было вкусно, но из-за усталости и бушующего во мне вируса не получалось наслаждаться едой.

Я слишком остро ощущала нарастающую боль в голове. Она пульсировала, не позволяя сосредоточиться. Я бросила взгляд на часы. Корабельное время было уже позднее, скоро полночь…

“Значит, через полчаса можно будет принять лекарства”, — облегчённо подумала я.

В душ я пошла из чистого упрямства, кое-как высушила свои буйные рыжие волосы, переоделась в найденный во встроенном шкафу комплект формы. Длинные штаны и топ. Всё очень удобное – как вторая кожа, но хм… весьма интересно подчёркивающее достоинства моей фигуры. Там же, во встроенном шкафу я нашла обязательную для любой каюты аптечку (предписание Союза).

Прежде чем забросить свой комбинезон в очиститель, я вытащила из его потайных карманов ампулы с лекарством. Разложила их на столе. Пересчитала. ...нескольких не хватало.

“Точно… Пара ампул же разбились при нападении на бар, — пронеслось в мыслях. — Впрочем, оставшихся хватит на 28 дней”.

Соображала я туго, мысли путались из-за тяжёлого болезненного фона. За глазами пульсировало и давило. Лоб ныл, будто его стискивал стальной обруч.

Я снова покосилась на часы. Пора!

Взяв один из стеклянных кругляшков, в котором перекатывались капли лекарства, я потрясала его, как было сказано в инструкции. Села на кровать и вставила ампулу в медицинский пистолет, взятый в аптечке. Приложила прохладный ободок дула к сгибу локтя.

Нажала на спусковую кнопку.

И ойкнула, когда кожу пронзила крохотная игла, а лекарство впрыснуло в кровь.

Закрыв глаза, я досчитала до ста…

… а когда открыла веки — боли не было и в помине.

Я с облегчением вздохнула.

Улыбнулась и неверяще пощупала виски.

Ох! Новое лекарство оказалось шикарным! Слава науке!

Чувство было такое, будто я могу покорить чёрную дыру.

Ни ломоты, ни мигрени!

“Пилик!” — неожиданно моргнул мой наручный коммуникатор. Я с любопытством вывела перед глазами проекцию экрана. На нём высветилось сообщение от маршала Рейгара.

“Вы поели, виана? Как ваше самочувствие? Р”, — было написано на светящемся экране коммуникатора.

В груди стало тепло. Я не заметила, как разулыбалась. Перекатилась на необъятной удобной кровати на живот и как адептка-первогодка в странном восторге впилась взглядом в экран.

Я и забыла, как это приятно, когда о тебе заботятся. Даже если в таких мелочах.

Конечно, маршалы интересовались мною не из-за симпатии, а из-за моих лекарских способностей. Уровень у меня был низкий, но, видимо, совместимость с шиарийцами оказалась на высоте. Раз они сразу предложили мне контракт… то эта высота была выше ожидаемой. Иначе объяснить происходящее я не могла.

“Чувствую себя хорошо. Я покушала, и всё было вкусно. Спасибо”, — написала я, вновь перекатываясь на спину. Блаженство!.. Я потянулась, похрустывая всеми суставами. Я сейчас была довольна жизнью, насколько это возможно в моём положении. А эта каюта… просто космос!..

“Как вам каюта? Р”, – шиарийский маршал словно прочитал мои мысли!

“Она прекрасна”.

“Обязательно отдохните в джакузи, виана. И включите вибромассаж, вам точно понравится эффект. Если не разберётесь — зовите. Я вам всё покажу и помогу. Д.”, – я представила, как Демиан изгибает в многообещающей полуулыбке по-мужски красивые губы.

“Буду иметь в виду, виан”, — ответила я, почему-то смущаясь. В голову тут же закрались крамольные мысли о том, какого характера может быть эта “помощь”.

Я даже тряхнула головой, чтобы выгнать всё неправильное и лишнее. Но картина двух шиарийских хвостов, жёстко и при этом нежно обвивших мои обнажённые бёдра, не желала покидать мысли!

“Выспитесь хорошенько, Лира. Если что-то понадобится, то пишите без стеснения. Завтра в 11:00 зайдём за вами. Р”.

“Хорошо”, – набиваю ответ, а у самой в мыслях: ох… выспишься тут!

“Спокойной ночи, смелая человечка. Д”.

“И вам спокойной ночи, виан”, — написала я сначала одному маршалу, потом второму. Улыбка продолжала играть на моих губах. А шиарийские хвосты властно стегали воздух в мыслях. Ну всё, Лира, прекрати!!!

И всё же шиарийцы не такие, как о них говорят. Хоть суровые и пугающие, но заботливые и такие… воспламеняющие! Рядом с ними я не знала, куда деться от накатывающих желаний. Маршалы настойчиво и неумолимо будили мои низшие инстинкты самки… а что странно, мне это даже немного нравилось. А ещё эти хвосты… Если сначала они пугали, то сейчас было приятно вспомнить, как я их касалась.

— Хватит выдумывать ерунду! — сказала я вслух, хлопая себя по заалевшим щекам. — Лира! Ты здесь на работе! Не смей переходить границы!

“Да, — кивнула я сама себе. — Будет правильно подружиться с маршалами и попозже сказать о моей проблеме. А для этого я должна оставаться профессионалом”.

Решив так, я заглушила в каюте свет, а потом, подумав… вызвала на одной из стен вид зелёной планеты, где царила ночь, качались пальмы, а вдали шумел океан.

Я легла на подушку и подтянула к себе одеяло из мягкого нано-волокна.

Красота…

Самочувствие было превосходным, будто я вовсе ничем не болела. Моё новое лекарство работало как надо и даже лучше. Сложный день остался за плечами. А впереди меня ждало только хорошее.

Прикрыв глаза, я какое-то время размышляла о светлом будущем, но вскоре провалилась в приятный, спокойный сон.

…

— Ааххах! — мучительно простонала я, разлепляя слезящиеся глаза.

Вокруг было темно, но я различила очертания каюты. На стене горело время… 2 часа ночи по времени крейсера.

Преодолевая боль, я села, откинув одеяло. Голова раскалывалась так, будто по ней стучали отбойным молотком — притом изнутри. Лоб покрывала испарина, капли пота стекали по вискам, тело знобило, как при высокой температуре. Из носа капало что-то горячее.

Я провела рукой… кровь. И на языке металлический вкус.

“Что происходит?” — испуганно подумала я.

Одышка. Пот. Судороги.

Это всё симптомы бушующего вируса! Но никогда ещё они не были столь сильными!

Что случилось? Почему так?!

Потому что вчера я пропустила приём?

Или дело в другом?

Но ясно было одно…

“Лекарство не подействовало!” — металась в уме жалящая мысль.

Сосредоточившись, я нырнула в своё пси-поле. И меня едва не снесло бушующей в нём бурей. С энерго реками творилось нечто безумное, нити энергий хлестали будто кнуты на ветру. Они ринулись ко мне, собираясь исполосовать сознание жёсткими ударами энергии.

Я успела вынырнуть в реальность в последний момент!

Втянула я со свистом воздух. В груди с надрывом стучало сердце — да так сильно, что казалось — сейчас разорвётся на куски.

Как лекарь я знала — дела у меня плохи. Если так продолжится, тело не выдержит нагрузки. Температура шкалила, и первым делом нужно было сбить её каким-нибудь самым простым жаропонижающим… А потом принять ещё дозу моего лекарства. Потому что одной явно не хватило!

Я повернулась к краю кровати. Опустила голые пятки на прохладный пол. Но едва попыталась встать, колени подогнулись. Я успела выставить руки, чтобы упасть на них, а не на лицо.

Проклятье!

Так я и замерла на полу, уперевшись в него ладонями.

Каюта будто шаталась, хотя я не двигалась, а лишь дышала-дышала-дышала, пытаясь найти силы подняться.

Слёзы подступили к глазам, тело умоляло не мучиться и просто лечи на прохладный пол. И ждать конца.

Но я отчаянно не хотела умирать!

“А что, если позвать маршалов?” — мелькнула в уме мысль.

Но ухватиться я за неё не успела, потому что сознание вдруг погасло и я провалилась в темноту…

Однако почти сразу темнота рассеялась… и я обнаружила, что уже не сижу возле кровати. А стою на своих двоих, и меня даже почти не шатает. А потом моё тело сделало заторможенный шаг в сторону двери, а потом ещё один… и это без моего участия. Я попыталась направить собственное тело к аптечке, но оно меня не слушалось. Будто вовсе мне не принадлежало!

Это сон?

Предсмертный бред?

Непонятно…

Каждое движение моего тела медленное, будто я робот докосмической сборки, и сигналы к конечностям доходят с трудом.

Шлёпая босиком по прохладному полу, я подхожу к дверям.

Лепестки плавно распахиваются, пропуская меня наружу — в тёмный, пустынный коридор крейсера.

“Но я не хочу туда идти!” — думаю я.

Однако телу плевать на мои желания.

Я ничего не контролирую.

Будто наблюдаю жуткий сон.

Сон, в котором я бесшумно иду по военному крейсеру самой опасной гуманоидной расы. Сворачиваю по коридору направо, потом налево… и останавливаюсь перед дверью со светящимся алым контуром, окружённую боевыми ИИ установками. За ней находится зона, ведущая к сердцу корабля.

Это дверь, в которую мне ни в коем случае нельзя входить.

Да она меня и не пустит!

“Не надо!” — мысленно кричу я, с нарастающим ужасом глядя, как моя собственная рука касается бронированных пластин. И те… медленно разъезжаются в стороны.

ИИ оружие на стенах начинает гудеть, красные мушки прицелов сходятся на моей груди, затянутой в топ, безошибочно находя точку напротив испуганно колотящегося сердца. Эта одежда уже не кажется мне такой удобной, как прежде! Да что уж там – мне сейчас и в собственной коже стало тесно и некомфортно!

Вот только я ничего не могу изменить!

Не могу двинуть даже пальцем!

Холодный озноб прокатывается по спине. Я бы зажмурилась от страха! Но и веки мне неподвластны. Я словно заперта в неуправляемом шаттле, который мчится навстречу чёрной дыре.

Мгновение, и моё тело без тени сомнения перешагивает порог запретной секции.

И… ничего не происходит! Не взрывается воем серена, ко мне не бежит толпа солдат, и даже ни один лазер не делает ни единого выстрела.

“Мне это снится! Просто снится! — в панике убеждаю я себя. — Побочка от лекарства в виде слишком реалистичного сна! Ведь происходящее невозможно. Это всё не реально! Я упала в каюте и брежу!”

А между тем кошмар продолжается.

Моё тело заторможено, но непоколебимо шагает вглубь запретной зоны, лишь за присутствие в которой я лишусь головы!

Эхо моих босых шагов разносится по широкому коридору. Стены здесь хаотично оплетены энерго-каналами, которые иногда сплетаются в узлы и снова расходясь в стороны. Они пульсируют, будто кровеносные сосуды. Их свет мягко освещает мне путь. В воздухе разлилась тёплая пси-энергия — она накатывает на меня тёплыми волнами, согревая озябшие ступни, успокаивающе касаясь дрожащего тела.

На потолке мигают алые точки лазеров, хромированные пси-камеры чёрными линзами осматривают помещение… Но вся эта куча сложной техники не реагирует на меня.

Будто я призрак…

Или так, словно корабль… считает меня своей.

Коридор расширяется и выводит к просторному круглому помещению, в центре которого за стеклянным куполом сверкает нечто напоминающее солнце. Оно большое и круглое, выше меня в три раза, мерцает мягким жёлтым, будто приветствуя. Жар касается лица, но не причиняет боли.

Пси-ядро…

Сердце корабля!

Но моё тело не идёт к нему, а останавливается на входе.

Повернувшись, находит взглядом на стене крупный узел — в нём сходятся сразу три разноцветных энергососуда — синий, красный и жёлтый. Подобными покрыты все стены, но чем ближе к сердцу, тем крупнее сосуды и тем выпуклее подобные сплетения.

Моё тело поднимет руку… И кладёт ладонь на этот пульсирующий живой тёплый узел… А затем вдруг резко сжимает пальцы. Впивается ими — сильнее! Сильнее! И разрывает тонкую мембрану энергососудов.

Моё лицо леденеет.

О-нет-нет-нет! Что я творю?! Как это остановить?!

“Не надо! Хватит!” — воплю я, пытаясь вернуть контроль. Но всё бесполезно

Мне делается так страшно, так горько, что я кричу внутри собственной головы.

Пси-ядро наливается агрессивно алым, оно мигает будто от боли.

По моим пальцам стекает что-то тёплое, голубоватое… Это кровь корабля. А моё взбесившееся тело продолжает сжимать пальцы — крепче и крепче! … и… о боги! О святой космос! Я явственно чувствую как вирус, будто скользкий ядовитый червь — начинает раскручивать кольца внутри моего пси, а потом ползёт по рекам энергий… к моей руке, погружённой в разорванный корабельный узел.

Через мою руку вирус собирается перебраться на яркое, тёплое, светлое пси поле живого корабля!

Внутренности скручивает от панического страха!

НЕТ-НЕТ-НЕТ! — как бешеная я дёргаюсь в оковах разума.

Я НЕ ПОЗВОЛЮ! НЕТ!

Призвав все свои силы, ныряю в собственное пси поле.

Реальность меркнет, и я оказываюсь в центре энергетической бури, которую вызвал вирус. Хлысты гамма-волн пытаются зашибить меня, будто я враг. Это смертельно опасно, но сейчас я готова рискнуть!

Я уворачиваюсь от одного свистящего удара, от второго, а третий едва не перешибает мне энерго-тело, однако я всё же успеваю добраться до проекции вируса.

Сейчас он принял форму червя, так что я формирую огненные петли и, накинув на извивающийся хвост, затаскиваю обратно в своё поле!

Руки жжёт, перегрузка разрядами прокатывается по нервам, выжигая нейроны.

После такого я, возможно, никогда не оправлюсь!

И я всё равно не отпускаю вирус!

Рывком отрываю его от пси-поля корабля, возвращая туда, где он должен быть! Запираю тремя мотками энергии — это может, но совсем ненадолго. Как только червь освободится — то попытается убить меня.

Но это будет потом! Главное, я спасу ядро корабля. Завязав узел на теле вируса, распахиваю глаза…

Вокруг никого.

Я всё ещё в запретной зоне! Лежу перед входом круглое помещение, где сияет ядро, а прямо над моей головой кровоточит узел. Синяя жидкость залила мой топ и штаны в обтяжку…

Я моргаю. Потом поднимаю руку. Тело снова мне подчиняется. Но чувствую я себя ужасно. Меня будто пропустили через мясорубку… дважды! А потом собрали как придётся.

Значит, всё что было — не сон.

Я и правда зашла за запретную зону! И едва не заразила вирусом корабль! Это не просто предательство… это покушение на жизнь всей команды. Но почему это произошло?! Что мною управляло?!

Свет мигает. Ядро корабля пульсирует тревожным синим, и мне мерещится, будто оно волнуется… волнуется за меня.

“Если маршалы застанут меня здесь — это конец!” — рождается в голове паническая мысль.

Надо уходить из запретной зоны!

Скорее!

“Ну же! Двигайся, Лира! Беги!” — мысленно уговариваю я себя, пытаясь встать.

И будто помогая мне с этим решением, ядро корабля омывает моё измученное тело чистой энергией, ненадолго придавая сил.

Поднявшись на ноги, я бегу назад — бегу на одном лишь адреналине. Запыханая, измученная, вываливаюсь в общий коридор.

Успеваю добежать до поворота, как вдруг откат прилетает мощным ударом под дых. Я с хрипом сгибаюсь пополам, сердце колотится с надрывом — на излёт. Ещё не много — не выдержит, споткнётся, захлебнётся кровью.

И я вместе с ним.

— Лира, — раздаётся вдруг надо мной. А потом меня обхватывают сильные руки, поддерживая, чтобы я не упала. И позади ещё одни.

— Какого демона случилось?! Лира!

Это маршалы.

Повиснув на крепких руках, я поднимаю измученный взгляд и вижу над собой встревоженное хмурое лицо Рейгара. Его губы сжаты в прямую линию, золотые глаза обжигают ледяной яростью.

— Лира… — это голос Демиана. Он стоит за моей спиной, горячие ладони проходятся по моему телу. — Физических ран нет, — отрывисто говорит мужчина.

Рейгар что-то резкое ему отвечает. Что-то у меня спрашивает. А я совсем не понимаю слов и смотрю только на его жёсткие по-мужски красивые губы... Слюна шиарийской расы — вот что меня спасёт… Могу ли я… Могу ли…

Туман подобрался к моему сознанию вплотную. Он вот-вот утянет в небытие, из которого, возможно, я уже никогда не выберусь.

Судорога прокатывается по телу. Вирус пожирает меня изнутри. И откат невыносим! Мне так плохо, ужасно плохо!

А я так сильно хочу жить, так сильно… Меня мутит. Я почти теряю сознание!

Но в следующий миг я сама вцепляюсь в широкие плечи Рейгара. Подтягиваюсь из последних сил! Теперь его суровое прекрасное лицо так близко!.. И жар его дыхания опаляет мои губы…

Глава 10

Рейгар

Я резко открыл глаза. Я точно знаю: в смежных апартаментах в эту же секунду проснулся от чуткого сна мой брат.

Мы оказались на ногах одновременно и в полном боевом облачении.

Это всё не заняло и полминуты.

Через миг мы уже на рефлексе неслись туда, где обязаны быть. Лишь сейчас мозг выдавал интерпретацию полученных сигналов: пси-ядро корабля пылало. Покушение", – передавал по выделенной линии корабль. "Нарушение непрерывности защитного контура ядра". “Вторжение в закрытый пси-слой”.

Частью сознания, я отдавал приказы техникам, чтобы взяли на себя “уравновешивание системы”, и солдатам, чтобы были наготове. Брат занимался тем же. Через мозг прокручивались огромные сводки данных. Тело перешло в боевой режим.

“Нападение… Изнутри… На борту враг… Инженеров оповестил… Сигнал из отсека 3-б… ”, — короткие мысли вспыхивали в нашем с братом смысловом поле.

Параллельно мы получали противоположный абсурдный сигнал корабля: ИИ установки, запрограммированные открывать огонь на поражение у входного шлюза, заблокированы волей корабля. "Потрачено 0,0001% пси-нитона тяги основного двигателя на регенерацию повреждений физического тела человеческой особи".

ЧТО?!

“Что?!” – вторил на личной волне Демиан моим мыслям.

Он прекрасно знал, что ответа у меня нет. Корабль подал сигнал о вторжении, о попытке взлома пси-ядра. Но взлома не произошло. А крейсер сложил оружие и стал лечить какую-то человеческую особь?!

Бред! Безднов треклятый бред!

Да к тому же из человеческих особей на борту только…

– Лира! – через пару мгновений мы с братом уже оказались в общем коридоре перед шлюзом в пси-отсек. И наша земная крошка буквально рухнула мне в руки.

В облегающем нижнем комплекте формы… залитом синирезией – “кровью” корабля. Значит, это Лира проникла к ядру. Значит, она пыталась…

Кажется, я зарычал.

Мой хвост покрылся жёсткими шипами.

“Спокойно, Рей…”, – ворвался в мои мысли брат, который и сам держался из последних сил, – “Возможно, она лишь жертва… надо подумать. Снять отпечатки контура. Снять данные внутреннего наблюдения…”

Мысли брата вкладывались в мой разум за долю мгновенья. Ярость стучала у меня в висках. Устав приказывал сломать человечке шею за одно только подозрение…

Но нечто более значимое, чем Устав — мощный инстинкт приказывал мне выяснить, что случилось с нашей девочкой. Найти того, кто посмел с ней такое сотворить.

Найти и уничтожить.

— Какого демона случилось?! Лира! – вырвалось у меня, пока я принимал в объятия дрожащее от истощения тело девчонки, в её почти невидящих глазах плескалась смесь страха, страсти и мольбы… Я это вижу. Я чувствую это всем телом до самых кончиков хвоста. Или шиарийские инстинкты впервые в жизни меня подводят?!

— Лира… Физических ран нет, — Демиан уже просканировал её тело и теперь трепетно поддерживал нашу девочку сзади. Точно боялся сломать.

Я едва разбирал, что он говорит. Кажется, я даже перестал слышать его мысли, постоянно присутствующие на выделенной линии.

Меня накрыла звенящая тишина. Из мира словно ушли все звуки. В тот момент, когда Лира вдруг потянулась ко мне, и недвусмысленно уставилась на мои губы. Миг-другой. Я чувствую сладкую свежесть её дыхания. Ещё миг нерешительности, и первое прикосновение.

Я опешил, заледенел. Землянка припала к моим губам, прижалась в невинном поцелуе, буквально умоляя о капле моей ласки.

Её нужно было отнести в мед отсек. Привести в сознание и допросить!

Но прикосновение её губ, её прильнувшее ко мне дрожащее тело было как выстрел в голову — напрочь выбило все здравые мысли. И вообще — мысли. Меня переклинило, инстинкт взревел. Она просила каплю ласки? Но её ждала волна – буря, цунами. До боли, до крови, до ломаных костей. Ты сама прикоснулась ко мне первая, девочка!

Я сжал её хрупкое, изящное тело в объятиях, и смял её губы. Она застонала мне в рот.

“Подожди, Рей… Она не выдержит. Мы можем её убить...”, – я едва разобрал мысль брата, она звучала не так, как всегда. Она была едва различимым шёпотом. Шелестом травы на зелёной планете. Той самой, откуда Лира родом...

Мои охранительные барьеры срывало один за другим. Я падал во власть древнейших инстинктов. И то же самое сейчас происходило с братом.

В тот миг, когда нежные пухлые губки человечки прикоснулись ко мне в робком поцелуе…шансов у неё уже не осталось. С этого мгновенья судьба девочки была предопределена. И я больше не намеревался себя сдерживать.

Да и не мог.

Ей плохо? Но шиарийский иммунный фактор её излечит. Защитит.

В голове звучал безумный хор диких желаний.

Да, я должен защитить её. Сделать своей. Нашей. Покрыть её своим запахом. Проникнуть, присвоить. Наказать… Спасти. Моя. Наша!

Я рывком подхватил Лиру под бёдра. Натиск моих губ стал жёстким. Заставил её размокнуть чуть подрагивающие губы. Толкнулся языком в её рот. Исследовал её, владел, подчинял... а она так сладко и правильно мне покорялась. Идеальный ответ. Идеальная девочка... Но главное сейчас было не это.

Ты наш враг? Или нет? Всё это вдруг стало неважно. Во что ты влипла, кем бы ни была, я непременно это выясню. Но вот только теперь не отпущу. Не отдам. Моя… Наша…

А сейчас я буду делиться с тобой иммунным фактором моей расы, хочешь ты того или нет. Заслуживаешь или нет. Потому что ты такая свежая, сладкая, робкая. И вместе с тем храбрая, самоотверженная человечка. Я это знаю. Я это видел. Я приказываю каждому сломанному человеческому иммунному механизму в тебе – начать работать заново. Я уведу тебя от порога гибели и... уложу в нашу постель. Там тебе самое место, виана Лира.

А после будешь объяснять. Шпионка ли ты. Как на нас вышла. Откуда на тебе синирезия – голубая “кровь” нашего крейсера. И почему он проявил к тебе, маленькой вредительнице, такую благосклонность…

Впрочем, я начал подозревать.

Я пил бы дыхание девочки вечно. Я бы не прерывал этот поцелуй. Но мне нужно было от Лиры больше чем поцелуй. Намного больше. И чтобы не взять её прямо здесь – на полу общего коридора и предельно жёстко… я собрал волю в кулак, и почти с болью отстранился от её сладких губ — будто отрывая себя, приросшего к ней. Передал хрупкую девочку на руки Демиана. Брат тут же вдохнул её сладкий запах у основания нежной шеи, а потом запечатал её влажный ротик новым поцелуем.

Зажмурившись, она отвечала ему, постанывая против воли. Тихо, сладко.

Обнимала Демиана одной рукой, зарывалась в его волосы. Второй рукой продолжала обнимать за шею меня. Понимала ли она, что происходит?

Мы так и замерли втроём в общем пустынном коридоре.

Два шиарийских маршала с драгоценной ношей в руках – хрупкой человечкой Лирой.

Корабль успокаивался, его пси-волны становились все менее тревожны.

А мы с Демианом все не могли насытиться. Не могли надышаться нашей девочкой.

“В капитанские каюты”, – мысленно передал мне Демиан. Это было наше общее желание, он лишь его озвучил.

Допрос… можно слегка отложить.

Ведь я жаждал продолжить начатое с Лирой. Не меньше, чем мой брат.

***

Лира

Горячие мужские руки на моей талии. Нетерпеливые требовательные руки на моей груди.

Это сон?

Я в очередной раз размечталась?

Или просто безумный кошмар о том, как я проникаю в запретную зону шиарийского крейсера, сменился жарким непристойным сном? Что-то ты заработалась, Лира… Ты явно позволяешь себе лишнего в отношении маршалов. Эти постыдные мысли – крайне непрофессионально. Немедленно избавься от них! Ты лекарь, или течная самка?!

Но отогнать сон не получается. Он настойчиво вторгается в мой разум, касается моего дрожащего тела.

Влажные поцелуи сквозь сонную поволоку – пугающе реалистичны. Сильные ладони, проскальзывают под топ и бережно сжимают грудь, мягко сжимают соски… Ткань топа, вспоротая хвостами маршалов, рвётся как бумага.

С губ срывает стон. Прохлада касается моих затвердевших от возбуждения сосков и вдруг проясняет мой разум.

Распахнув глаза, я ошарашенно вцепляюсь взглядом в маршалов. Так близко. Непристойно близко.

“Да я же не сплю! — нарастает гулом в мыслях. — Не сплю!!! А! А-а-а-а-а-а, мамочки!”

Сбито дыша, заполошно оглядываюсь.

Вокруг темно, но судя по очертаниям — мы в незнакомой каюте. Я на руках Демиана, крепко прижата к его мощной груди. А черноволосый Рейгар сейчас небрежно отшвыривает в сторону обрезки моего топа. Его горячие ладони молниеносно возвращаются на мою грудь, а губы маршала – властно накрывают мой рот поцелуем.

Я мычу. В этом есть мольба… то ли отпустить меня, то ли ни за что не останавливаться. К моему стыду – моё глупое естество самки – умоляет маршалов именно о последнем. Держать. Трогать. Сжимать грудь. Целовать. Прикасаться языками. Использоваться эти невероятные хвосты, чтобы…

О, Лира, что это за мысли?!!!

В разуме туман. Как я здесь оказалась? … кажется я умирала из-за разгулявшегося вируса, а потом… потом…

Обжигая взглядом, Рейгар отстраняется от моих губ, и пока Демиан ласкает меня, Рейгар начинает очень быстро избавляться от своей одежды. Я и моргнуть не успеваю – шиариец уже с мощным голым торсом, и его руки уже отстёгивают ремень брюк, на котором был закреплён бластер. Нетерпеливо швыряют амуницию в угол.

– Что… что вы делаете? – выдавливаю я, приходя в себя так резко, будто внезапно вынырнула из воды. Я дрожу от слабости, стыда и желания. Мне тяжело даже поворачивать голову, сил нет. Но всё же их хватает, чтобы неловко прикрыть свою обнажённую грудь. И ахнуть, когда Демиан вдруг начинает целовать мою шею.

– О, наша земная крошка очнулась, Рей, – ласково выдыхает мне на ухо маршал Демиан, – доброй ночи, виана Лира. У нас к вам полно́ вопросов. Но мы зададим их утром… А пока что вам срочно требуется принять… лечение.

— ….л-лечение? — сбивчиво бормочу я, вздыхая от поцелуев и ласки. Слова совершенно не хотят обретать смысл.

Лечение…

Ах, они о поцелуях? …о слюне?

Частью сознания я по привычке заглядываю в своё пси-поле. Там бушует буря! Вирус спрятался на самое дно. Притаился в тенях, надеясь спастись, однако каждое касание маршалов, каждый их поцелуй истончает его защиту.

А потом рывком приходят воспоминания – кошмар не был сном! Я пошла к сердцу корабля – меня словно принудили, словно надо мной довлела чужая воля. Я чуть не перенесла пси-вирус в ядро крейсера. А синие разводы на моей коже и остатках штанов – это… это… ох, это “кровь” корабля. Я сделала всё, чтобы вернуть контроль над своим телом! Всё, чтобы уберечь пси-ядро. Еле удалось покинуть запретную зону. И в таком виде я буквально упала в руки маршалов. И мне было так невероятно плохо, что я… я…

Святой космос, я поцеловала Рейгара! Сама! А потом ещё… а потом Демиана. И ох… Что теперь будет?! Маршалы всё поняли?!

Это пронеслось в моём сознании за долю мгновения. Меня затрясло от страха, озноб паники прокатился по позвоночнику, желудок скрутило спазмом.

— Ш-ш-ш, Лира, — шепчет Демиан. Его хвост обвивает мой обнажённый живот. — Не бойся, малышка.

Светловолосый маршал снова меня целует — влажно, горячо, глубоко вторгаясь в мой рот умелым языком, щедро делясь тем, ради чего я попала на корабль.

Но почему маршалы… Почему они так легко отдают мне свой имунный фактор? Ведь той девушке на станции они отказали! А на мне сейчас следы ужасного преступления — кровь корабля! Или это для того, чтобы я выжила? Что бы потом меня допросить?!

— Почему? — шёпотом спрашиваю я. Получается жалостливо, несчастно.

Почему-почему-почему?!

— Почему? — шёпотом спрашиваю я. Получается жалостливо, несчастно. Почему-почему-почему?!

— Разве непонятно? — шепчет позади Демиан, укусив мочку моего уха.

— Потому что ты нужна нам, Лира, — рычит Рейгар, обхватывая губами мои напряжённые соски, заставляя меня ахнуть.

“Нужна? Но зачем?!” — хочу крикнуть я, но меня смывает в чувственный водоворот. Я пропускаю момент, когда маршалы переносят меня в другую комнату. Но вдруг раздаётся щелчок, а мои босые ступни касаются холодного пола.

Распахнув глаза, я понимаю, что теперь стою на ногах, на мне остались только штаны, со спины меня крепко обнимает Демиан… Если бы он не поддерживал, я бы давно упала, так ослабли колени. Голыми лопатками я чувствую, как расширяется мощная грудная клетка маршала, как сильно колотится его сердце.

Спереди надомной склонился Рейгар. Позади него — очень медленно — проступает комната. Шикарная. Огромная ванная, обложенная специальным покрытием, имитирующим чёрную мраморную плитку. Неоновая подсветка разгорается под потолком, усиливая ощущение, что происходящее нереально.

Тем временем умелые, настойчивые руки мужчин продолжают ласкать мою обнажённую грудь, а их губы терзают шею. Моя спина прижимается к горячему твёрдому торсу Демиана. Золотые глаза Рейгара затягивают как опасные омуты. Терпкий мужской запах проникает в лёгкие, захватывая разум, подчиняя. Откинув голову на плечо светловолосому маршалу, я хватаю ртом воздух.

— Такая нежная малышка, — мурлычет Дейман.

— Мы о тебе позаботимся, — вкрадчиво шепчет Рейгар,

Со мной же творится что-то безумное. Тело как оголённый ноющий нерв с единственной потребностью — чтобы его касались, мяли, гладили сильные руки маршалов.

За лоном настойчиво жарко пульсирует. Каждый новый миг в разуме вспыхивают противоположные желания — я то хочу, чтобы меня немедленно отпустили! …то, чтобы не отпускали никогда. Хочу чтобы касались… и чтобы убрали руки! Чтобы всё объяснили… и чтобы не объясняли ничего.

И каждое прикосновение маршалов, каждый глубокий поцелуй успокаивает смертельную бурю в моём пси-поле, но вызывает новую — уже в моём теле, в голове. Кровь закипает. Я плавлюсь.

Разум мечется в поисках решения, но тело давно уже сдалось. Зрение затянула поволока.

“Они назвали это лечением… — проносятся в мыслях. — И ведь правда — помогает. Вирус забрался так глубоко, что одной лишь слюны, похоже, мало. Маршалы обещали всё объяснить позже… ”

Должна ли я расслабиться? …или должна выяснить, что происходит?

“Да… должна выяснить!” — решаю я.

С трудом фокусирую взгляд. И внутренне вздрагиваю.

Пока металась в мыслях, Рейгар уже успел избавиться от одежды… Полностью! Хвост отшвырнул её подальше. А я, на миг позабыв о сомнениях, тупо зависла, рассматривая этот образец мужского совершенства.

Чёрные волосы, рассыпанные по широким плечам. Мощные мышцы перекатываются под кожей. Рельефный живот… мой взгляд скользит ниже. И я просто пялюсь на член шиарийца. Такой же мощный, эти размеры – меня пугают. И вместе с этим внизу моего живота начинает пульсировать острое желание. А этот мощный член, перевитый толстыми венами, начинает под моим взглядом, наливаться, становиться ещё больше…

Святой космос, так не бывает! Почему он такой большой?! Невольно закусываю губу.

Поднять взгляд выше – и снова начать смотреть Рейгару в глаза – требует от меня огромного волевого усилия. Я сглатываю ком пересохшим горлом, позабыв всё, что хотела спросить. Золотистые глаза шиарийца смотрят голодно. И этот взгляд – выглядит ещё более порочно, чем вздымающийся член шиарийца. Понимаю, что снова начала дрожать.

– Ты словно зайчонок… боишься нас? – снова этот ласковый шёпот Демиана, который словно пробирается мне под кожу. Течёт с кровью по сосудам. Горячо впивается в самую душу.

Первый порыв – выкрикнуть: “ещё как!!!”

Особенно когда вижу ТАКОЕ!

Но у меня тело гуманоидной самки. И оно меня предаёт. Дыхание делается частым-частым, а между ног становится влажно. Рейгар ведёт носом, будто учуяв моё состояние.

“Он как зверь!” — вопит разум.

“Мой зверь!” — с восхищением мурлычет внутренняя самка.

Да. Я, пожалуй, и правда боюсь… но себя!

Того, как внутри меня всё перекручивается, переворачивается, когда смотрю на них. А внутри расцветает странное… нечто…

Вращающее внутренности точно раскалённым прутом, выбивающее мозги словно выстрел из бластера в висок, пульсирующее за лоном – как подводный взрыв.

У меня сбитое дыхание, запредельное сердцебиение, пальцы дрожат. Каждая моя клеточка желает подчиниться сбивающей с ног мужской воле, запредельной силе, стальной уверенности.

— Всё будет хорошо, малышка. Доверься, — шепчет Рейгар, лаская так нежно, так тягуче.

– Не бойся, Лира… – Демиан подхватывает меня под колени и передаёт на руки брату. Я инстинктивно обвиваю мощную шею черноволосого шиарийца руками. На миг моего бедра касается горячая головка напряжённого члена Рейгара – спину словно прошибает силовой разряд. Меня аж подкидывает.

– Тихо, девочка, – выдыхает мне на ухо Рейгар. Рей… — Мы не сделаем ничего, что ты не захочешь.

И я почему-то верю этим словам. И успокаиваюсь.

Демиан бросает взгляд на панель управления, посылая на неё мысленный сигнал. И в следующий миг с потолка этой шикарной люксовой ванной начинает тонкими невесомыми струями литься вода. Стены под чёрный кафель меняются. Вокруг строится достоверная иллюзия прозрачного источника в заводи, в хвойном лесу. И даже слышно запах древесной смолы, что тонкой нотой вплетается в дурманящий запах тел бесподобных шиарийских самцов. А вода, что ниспадает с потока теперь – система тонких водопадов. Они змеятся по стенам. С уютным журчанием стекают вниз.

Так красиво. Так…

Рейгар целует мои губы, и я податливо приоткрываю рот, принимая его горячий язык. Сквозь туман возбуждения замечаю, что Демиан сбрасывает свои штаны, и теперь он полностью раздет. Его мужское естество ничуть не меньше того, что упирается в моё бедро.

Женское во мне изнывает от желания. Втайне я хочу, чтобы Демиан тоже обнял меня. Хочу, чтобы мощные шиарийские хвосты разрезали на мне облегающие нижние брюки.

Хочу быть обнажённой в руках этих мужчин. Хочу истекать женскими соками в их руках.

Хочу, чтобы они…

Что-то сдвигается в сознании. В моём пси-поле вдруг вскидывается вирус, он начинает метаться, будто змея, пойманная в тиски. Любые зачатки болезней, даже самые крохотные — были выжжены из моего организма под влиянием иммунного фактора шиарийцев. И только этот вертлявый, самый сильный и самый опасный вирус не желал погибать.

По телу прокатывается болезненная судорога. Застонав, я дёргаюсь в руках Рейгара.

Его лицо становится жёстким, он прижимает меня к себе.

— Быстрее, — вслух говорит он… Кажется — Деймону.

Я едва замечаю, как с меня стягивают штаны и бельё. Теперь я совершенно обнажённая и беззащитная в руках мужчин. Они держат меня на руках вдвоём. Хвосты обвили мои голени и бедра. Маршалы вновь начинают по очереди нежно целовать меня. В губы, в шею, в грудь… и странным образом это превращает мою болезненную дрожь — в дрожь удовольствия. Но кажется — стоит прерваться, как боль снова даст о себе знать.

Поэтому (только поэтому, Лира?) я не прерываюсь ни на миг, тая от ласки, которую дарят мне эти мощные мужчины.

Вскоре в разуме не остаётся ни единой мысли.

Рука Демиана соскальзывает вниз по моему обнажённому животу, и очень осторожно касается раскалённой влажной зоны между моих ног. Я ахаю, зажмуриваясь, а потом расстроенно всхлипываю, когда пальцы вдруг исчезают.

Но их тут же заменяют хвосты, потирая самые чувствительные места. В мои бёдра упираются напряжённые члены шиарийцев… Не выпуская меня из рук и не прекращая ласки, мужчины делают шаг, и мои плечи начинает приятно холодить хрустально-прозрачные капли воды, льющиеся с небесного потолка и стен-водопадов.

Я изнемогаю. Я ничего не соображаю. Может, я всё-таки умираю, и это мой предсмертный сладкий бред?

Ощущений так много! Жар и прохлада. Глубокие поцелуи и нетерпеливые нежные укусы. Чувственное удовольствие и далёкая боль вируса… и горячие, настойчивое давление между бёдер. Мне до головокружения хочется, чтобы это давление стало ещё сильнее.

Я нетерпеливо двигаю бёдрами, показывая чего хочу, но Рейгар удерживает меня, усмехаясь в волосы.

— Кажется, вы уже чувствуете себя лучше, Лира?

— М-м-м… ах, — несвязно вырывается из моего рта, ведь губы терзает Демиан.

Правда в том, что я не могу разобрать смысла слов. Голова кружится, тело горит огнём. Обняв Рейгара за шею, я утыкаюсь носом в его твёрдое плечо. И снова подаюсь бёдрами.

— Ш-ш-ш, малышка. Сегодня курс лечения будет… версии “демо”, — хмыкает Демиан. И вместо его члена я чувствую скользящий по нижним губам кончик хвоста, а потом он осторожно толкается в меня. А потом снова, глубже, размазывая влагу, наполняя меня, качаясь внутри.

Меня будто подбрасывает, изгибает. И накрывает чувственный взрыв. Я вскрикиваю, поджимаю пальцы на ногах, вцепляюсь в мужские плечи. И одновременно чувствую, как скукоживается в моём пси поле вирус, делаясь крохотным и бессильным.

Спустя несколько секунд на меня обрушивается усталость, да так резко, будто в разуме выключили свет, а державшееся из последних сил тело, потратило последнюю каплю топлива.

Веки закрываются. Я выдыхаю, погружаясь в дрёму.

Меня укачивает на тёплых волнах.

— Не уверен, что одного раза хватит, — доносится до меня приглушённый хриплый голос Рейгара. И чувствую, как его пальцы ласково касаются моей щеки.

— Значит, завтра предложим Лире… полноценный курс лечения, — мурлычет Демиан. — А заодно выясним, что с малышкой случилось и кто за этим стоит.

Глава 11

Рейгар

На широкой кровати на моей половине капитанских кают — места предостаточно.

Демиан откидывает одеяло.

Я осторожно укладываю изящное обнажённое тело Лиры на безупречно-гладкую простыню.

Лира чувствует себя уже лучше. Мы погасили откат, успокоили бурю в её пси-поле. Теперь её здоровью ничего не угрожает… и поэтому так тяжело держать себя в узде.

Демиан уже накрывает Лиру одеялом до самых плеч. Прячет от нашего взора аппетитную юную грудь, к которой так и тянется рука, точёные изящные изгибы талии и бёдер. При всей кажущейся хрупкости Лиры — анатомия её таза идеальна для вынашивания потенциального потомства шиарийской расы…

“Не торопишь ли ты события, брат?” — усмехается Демиан на закрытой волне нашего общего пси. А я невольно рычу сквозь зубы: мне не нравится, что он её укрыл. Что не могу её видеть. Не могу целовать. Не могу закинуть стройные ножки вианы Лиры себе на плечи и ощутить вкус её девичьих соков языком. Мне остаётся лишь сходить с ума от запаха её тела. От осознания того, как сильно она только что нас желала…

В памяти кружится момент, как я ощутил хвостом её девственную плеву и лишь слегка растянул… А хотелось… хотелось не слегка. И не хвостом.

Помедлив совсем немного, я всё же осторожно ложусь набок рядом с Лирой, поверх одеяла. И даже накидываю брошенный в меня братом тёмный халат. Сам он раздражённо надевает такой же.

“Рей… я серьёзно. Хватит нас провоцировать. Я и сам на грани…”

Снова рычу.

Но понимаю, что брат прав.

В идеале нам уйти беседовать в смежную каюту — переговорную. И вслух. Хотя мы и не нуждаемся в том, чтобы озвучивать мысли друг другу. И всё же — это привело бы нас в сознание. Демиан бы не залипал взглядом на чуть опухших от поцелуев губах спящей в изнеможении Лиры. Я бы не размышлял о том, что ещё хочу с ней сделать. Вообще, трудно мыслить конструктивно с каменной эрекцией…

Протянув руку к Лире, касаюсь её мягких рыжих локонов. Мианесса… Хоть полного слияния не было, но я инстинктивно чувствую — Лира наша идеальная пара. Я почти уверен — связь на уровне энергий уже завязалась. Если рвать, то только с кровью…

Но зачем рвать?

Вот она — передо мной — такая близкая и желанная.

Меня будто цепями к ней приковало. Хочется наклониться и вдохнуть медовой запах нашей нежной малышки… Это желание почти непреодолимо. Но это ведь для дела? Я бы коснулся губами бьющейся на шее жилки, чтобы ещё раз проверить состояние Лиры… А потом спуститься поцелуями вниз и…

Пока образы проносятся перед глазами, мой чёрный хвост сам собой пытается проскользнуть под одеяло. Как вдруг Демиан совершает молниеносное движение по комнате.

И чувствую едва различимый укол в плечо инъекционного пистолета. Через миг — Демиан вновь жмёт на спусковой крючок и колет уже себя.

— Демоны, брат! — снова рычу, потирая плечо. Но знаю, что он поступил правильно. Принудительно снизить возбуждение фармакологическими средствами — разумное решение. Купировать желание совсем, когда эта крошка рядом — нереально. Но хотя бы снизить, чтобы я думал о чём-нибудь кроме того, в каких позах я хочу её поиметь сначала… а в каких чуть позднее…

— Рей, так нам придётся уколоть ещё по дозе. Серьёзно, прекращай. Если до этого дойдёт — на завтра нас ждёт просадка пси. А нам это не нужно. Когда на борту предатель.

— Ты прав, — выдыхаю через ноздри, параллельно чувствуя очень подробно, как острое возбуждение сменяется ровным, стабильным горячим желанием, а затем — необходимостью быть рядом, которую кое-как можно волевым усилием удержать на управляемом уровне.

— Но Демиан, в переговорную я не пойду…

— Никто не пойдёт, — хмыкнул брат в ответ, заваливаясь на кровать с другой стороны от сладко спящей земной крошки.

Наши хвосты синхронно скользнули под одеяло и обвили ножки Лиры до самых бёдер: ты наша, не сбежишь. Земляночка, конечно, была не в состоянии бежать. Но шиарийские рефлексы были выше рационального — хвосты держали нашу девочку ласково, но крепко, обозначая свою позицию.

На этот раз у нас с Демианом к действиям хвостов претензий не было.

— Обсудим, брат? — усмехнулся Демиан, заваливаясь на подушки. Он улёгся на спину, сложив руки за головой, и уставился на успокаивающий танец приглушённой на ночь неоновой подсветки потолка.

Я лёг так же. И мы на несколько мгновений замерли.

Это было приятно — просто лежать на кровати. С двух сторон от неё. От Лиры. От… нашей мианессы?

— Ставлю планету, что так и есть, — вслух отозвался на мою мысль Демиан.

Значит, он чувствует то же, что и я.

Я ненадолго прикрыл глаза, переваривая открытие: “подумать только… Мианесса. Землянка”.

— Редко, но бывает… — тем же ровным тоном произнёс Демиан. Но я-то знал, что этот тон обманчив. Внутри брата бушевала настоящая чувственная буря. Я знал. Потому что переживал то же самое — в это же самое время.

— Но лучше говорить о вторжении на корабль. О предательстве. О покушении. И так далее, — предпринял новую попытку отвлечь нас обоих от земной крошки Демиан, — как думаешь, кто проник к сердцу корабля?

— Что тут думать, это была Лира. — буркнул я, наблюдая за рисунком подсветки на потолке. Сейчас она изображала атмосферные завихрения сектора Миа-35. Красиво...

— Согласен, — выдохнул Демиан.

— Корабль пропустил её, как нашу мианессу.

— Она лишь пешка в чужой игре, — рыкнул я агрессивно, хотя со мной никто и не собирался спорить.

— Неважно, Рей, — Демиан лениво перекатился набок и, вновь приподнявшись на одном локте, начал вглядываться в нежное личико нашей девочки, — обманули её. Или подкупили. Даже если она сама генератор схемы этого террористического акта…

— Это не она!..

—… Даже если она, Рей... — с нажимом повторил Демиан.

“Мы её не отдадим”, — прозвучала наша общая мысль на выделенной пси-волне.

— Ни Союзу…

–… ни заговорщикам.

Мы с братом встретились взглядами и зеркально улыбнулись друг другу.

— Я склоняюсь, что ею кто-то управлял вслепую. Непонятно как, но… Навскидку у меня есть четыре теории…

Речь Демиана прервали синхронные сигналы на наших коммуникаторах. Я не потянулся за прибором. Пси-усилием вывел на неоновый потолок проекцию сообщения, которое пришло нам с братом из лаборатории одновременно. Танец золотистых смерчей Миа-35 сменился строгим лаконичным текстом. Чёрный фон. Белые, в меру яркие неоновые символы. Смысл отчёта до нас с братом дошёл мгновенно.

— Ах вот как, — прохладно улыбнулся Демиан.

— Кажется, нам не пригодятся твои теории, брат, — оскалился я, — развёрнутое биохимическое исследование препарата, что колола себе Лира, даёт нам исчерпывающий ответ.

Глава 12

Лира

Мне снится кошмар.

Снится худшее, что я только могла бы представить.

Будто я в своей каюте — сумрачной, давяще тревожной — судорожно пытаюсь избавиться от лекарств. Стереть следы своей лжи.

Я торопливо стряхиваю с ониксовой столешницы осколки в утилизатор. Крохотные кусочки стекла впиваются в кожу ладоней — но я не чувствую боли, только панический страх.

Быстрее! Быстрее!

Я успеваю нажать на кнопку переработки, а в следующий миг лепестки двери бесшумно расходятся в стороны, и на пороге вырастает маршал Демиан. Он такой высокий, что занимает весь проход, от него веет опасностью, которая ужасом скручивает мои внутренности. Тени падают так, что я не вижу его лица.

— Вы что-то хотели, виан? — спрашиваю, облизнув пересохшие губы.

Ответа нет, и я бросаю взгляд на хвост мужчины.

Жёсткие серые чешуйки отливают сталью, кончик заострился до острого жала… Это промежуточная стадия боевой трансформации.

“Он всё знает! Это конец!” — панически стучит в мыслях.

— Что с тобой? Ты сегодня странная, Лира, — вкрадчиво говорит Демиан, чуть наклонив голову набок — пугающий хищный жест — и шагает внутрь.

— Что ты здесь делала? Я слышу запах…

“Ничего!” — хочу крикнуть я, но вместо этого пячусь… и налетаю спиной на маршала Рейгара. Откуда он здесь?! Неужели он давно уже в комнате? Притаился во мраке… он всё видел? Всё знал?!

Миг — и раздвоенный хвост Рейгара берёт мои запястья в захват. Заставляет меня свести руки за спиной и прижаться всем телом к шиарийцу сильнее…

А Демиан уже прижимает меня спереди. Наклоняется к моей шее. Серией коротких движений втягивает мой запах. Быстро касается шеи губами, затем — языком.

Он будто обжигает меня!

— Чую твою кровь… что ты здесь делала? — хрипло шепчет Демиан.

— В чём дело, Лира? — тихо рычит мне на ухо Рейгар, тоже прикасаясь губами к моей шее. Он так и продолжает прижимать меня спиной к своей груди, не выпуская запястья из захвата своего раздвоенного хвоста. — Что за шутки? Или нам с братом пора начать пытать тебя?

— Твои возможности крайне важны для нас, — рычит светловолосый шиариец, медленно расстёгивая мой форменный комбинезон: — И мы должны быть уверены в тебе.

— Ладно, Лира, — усмехается Рейгар, лаская мою шею, — можешь объясниться после… Хотя вряд ли ты скажешь что-то новое.

— Вы уже всё знаете? — мой голос похож на съёжившийся писк. Тело горит как в огне.

Демиан тихо смеётся, но в этом смехе нет радости. Один лишь колючий холод. Его слова ранят:

— А ты правда думала, что сможешь обмануть нас, человечка? Планировала использовать шиарийцев? Предать?

— Нет! Нет! — я дёргаюсь, но от этого прижимаюсь к мужчинам только плотнее. Я чувствую их возбуждение. Жар их тел. Их ярость. Их желание.

— Но тогда и мы взамен используем тебя, — рычит Рейгар, так сильно обнимая, что я едва могу сделать вдох.

— Это будет честно, Лира, — шепчет Демиан, больно прикусывая мою шею.

— А после мы обсудим твоё будущее… Тебе придётся ответить за обман. За предательство. За попытку заразить корабль. За то, что решила, будто ты всех умней. ТЕБЕ ПРИДЁТСЯ ОБЪЯСНИТЬ, ПОЧЕМУ ТЫ ПРЕДАЛА НАС, ЛИРА?!

— НЕТ! Я не предавала! — в отчаянии вскрикиваю я.

И распахиваю слезящиеся глаза.

И снова вижу над собой склонившихся шиарийцев.

— Нет! — мой голос жалобный, я закрываюсь руками, дрожа от страха. Пот холодит виски. Но мои запястья мягко обхватывают хвосты, отводя от лица. А губы накрывают чужие губы — и целуют — мягко, успокаивающе, проникая языком, будто оговаривая успокоиться. Будто обещая, что всё будет хорошо.

— Тише-тише девочка, тебе просто приснился плохой сон, — говорит Рейгар, отстраняясь и заглядывая в глаза. В его голосе ни капли ярости или злости, золотые глаза светятся теплом.

Я затихаю и правда успокоившись.

Хотя всё ещё ничего не понимаю — но чувствую, что мне не хотят причинить вреда.

А этот поцелуй…

— Это твоё утреннее лекарство, Лира, — объясняет Рейгар, помогая мне сесть на подушках. Его чёрный хвост соскальзывает с моей руки и укладывается на бёдрах поверх одеяла. Будто кот, ожидающий ласки.

Демиан сидит с другой стороны кровати, его серебряный хвост осторожно обвивает мой локоть, ластится к раскрытой ладони. Мне не остаётся ничего, кроме как погладить и один, и второй хвосты.

Мужчины реагируют на это улыбками.

Я лежу на широкой кровати в незнакомой каюте — просторной, по-военному лаконичной, но при этом напичканной технологиями по самые уши. На одной из стен светится голубоватая проекция экрана со сложными графиками движения корабля в космическом пространстве. В полу серебрятся заглушки для выдвижных конструкций — возможно, там бар, но скорее всего боевые установки — кто знает. Стены покрыты бронированными пластинами, по потолку змеится подсветка. Сейчас она горит ярко, создавая ощущение солнечного дня.

Что печально, я помню вчерашнюю ночь отрывками. И мне сложно понять, что мне приснилось, а что было взаправду. Помню, как нечто управляло моим телом, и я едва не заразила корабль, потом меня нашли маршалы… а потом… ох!

Чувствую, как лицо начинает пылать от стыда. Чтобы хоть как-то спрятать смущение, я натягиваю повыше одеяло. И теперь наружу торчит один только нос. Заодно обнаруживаю, что на мне совсем свежая одежда… так что очевидно, что меня переодели маршалы!

А вчера в ванной они…

Они меня чуть не…

И всё-таки они не пошли до конца. Вроде ничего такого со мной не сделали… Хотя между ног и совсем слегка сладко саднит. И тут я рывком вспоминаю причину. Одновременно с этим чёрный хвост Рейгара туже сворачивается кольцом на моём бедре поверх одеяла. Словно понял, что я в эту самую секунду я вспомнила, как он чуть в меня… кхм… чуть не проник.

Воспоминание такое жаркое, что меня и сейчас окатывает теплом.

Мне — вчерашней — определённо всё понравилось. И даже хотелось большего (если не разумом, то телом уж точно!)

Вот только… Зачем всё это шиарийцам?

Почему они вчера, вместо того, чтобы допросить — поделились иммунным фактором? Я ведь могла умереть от того отката, от вируса…

Но они спасли меня.

И почему сейчас ни о чём не спрашивают?! Почему смотрят с такой теплотой? Почему поцеловали, сказав, что это лекарство?! Они уже знают про вирус?! Если да — то почему не злятся?!

Но я так и не решаюсь спросить.

Всё, на что меня хватает, — с удивлением и растерянностью смотреть, как Демиан поднимается, чтобы принести мне поднос с ароматными сырными тостами и чашечкой кофе. И как Рейгар проверяет мой пульс, поглаживая запястье подушечкой пальца.

Всё это похоже на совершенно сюрреалистичную картину.

Я будто застряла в одной из своих несбыточных фантазий.

Демиан бережно подносит кофе к моим губам, а потом то же самое делает с тостом. Рейгар проверяет температуру тела прикосновением губ ко лбу. И я трепещу от этого прикосновения. Такая ласка от опаснейшего хищника меня будоражит. Сердце дико колотится.

— Как ты себя чувствуешь, Лира?

—…хорошо, — бормочу я.

И это правда.

Кажется, я ни разу за последний год не чувствовала себя настолько прекрасно. Тело ощущает себя отдохнувшим.

— Ты… простудилась, — сказал Демиан. — Но наш иммунный фактор действует. Однако лекарство придётся принимать ещё какое-то время. По несколько раз в день. Ты ведь не против, Лира?

— Н-нет. Но разве вы… согласны?

— Мы не стали бы этого делать, если бы не хотели, — улыбнулся самыми уголками губ Рейгар.

— И вам… не противно? Я же незнакомка…

— А тебе? — хвост Рейгара резко хищно шевельнулся у меня на коленях.

— Нет! Мне…

— Значит нравится? — мурлыкнул Демиан, поправляя моё одеяло.

— Э-м-м… да, — у меня отчаянно пылали щёки. — В смысле, а кому бы не понравилось? Ой, то есть… вы ведь. Вы… Эмн… — ну всё, настолько неловко мне в жизни ещё не было! И чтобы хоть как-то успокоиться, я снова начала поглаживать лежащие на коленях хвосты.

Маршалы улыбались. Они сидели с двух сторон.

— Кстати, — сказал вдруг Демиан, — не подскажешь, что это?

И с такой же милой улыбкой он достал из кармана стеклянную ампулу и показал её мне на раскрытой ладони.

Я аж закашлялась от такой резкой смены темы разговора.

Рейгар заботливо похлопал меня по спине.

— Это лекарство… — пробормотала я, внутренне сжимаясь. Виновато опустила взгляд.

— Мы знаем, что это… хм… лекарство, — произнёс Рейгар, глядя на меня в упор. — Но кто его тебе дал?

— В больнице выписали, — тихо призналась я, чувствуя, как напряжение прижимает горло.

— А пропуск в альфа-бар тебе случаем не в той же больнице выдали? — ласково уточнил Демиан. Но лучше бы он рычал и рявкал, а так было лишь страшнее.

— Эм-м… вроде того, — я сцепила на одеяле пальцы, пытаясь подавить нарастающую дрожь.

— Значит, сказали подойти к нам и попытаться устроиться на работу?

— Нет, не то чтобы…

— …Кто проводил оценку твоего уровня?

— …Когда ты заболела, Лира?

— …Что случилось с тобой ночью?

Вопросы сыпались, и их характер совсем не сочетался с ласковым тоном голоса, которым их произносили. Я обхватила свои плечи руками, чувствуя что нервы на пределе.

— Я не хотела ничего плохого! — жалобно выдохнула я.

—…ну вот, ты напугал нашу малышку, Рей, — нахмурился Демиан и мягко взял меня за руки.

—… это ты своей жуткой улыбочкой её пугаешь, — в ответ проворчал Рейгар, приобнимая меня за плечи. Хвосты ласково оплели мою талию.

— Лира, послушай. Мы…

ВИУ-ВИУ-ВИУ! — вдруг раздался громкий сигнал, прокатываясь по всему кораблю.

А следом зазвучал механический голос:

“Обнаружен корабль союза. Принудительное критическое сближение. Обрабатываю запрос:… Требование стыковки. Причина: Получено сообщение о попытке взлома сестринского пси ядра”.

Сообщение системы оповещения отозвалось тянущей тревогой в сердце.

…корабль союза? Попытка взлома пси ядра?!

Уж не о моём ли ночном приключении речь?!

И что теперь будет?!

Рейгар и Демиан замерли на кровати. Только что они смотрели на меня, ласково прикасались, собирались объяснить мне нечто важное. Но вдруг заледенели, глядя в пустоту золотыми глазами. Я была уверена, в эту секунду их объединённый разум обрабатывал множественные запросы от команды и от сложных систем корабля, и тут же распределял задачи и приказы. По инерции я скользнула в пси-поле и тут же ощутила, какое напряжение исходит от шиарийцев, и как высоко они подняли ментальный блок, будто не желали, чтобы даже крохотная мысль-образ просочилась наружу.

Тем временем мужчины слаженно поднялись.

Хвосты соскользнули с моей талии. Серебристый хвост Демиана описал плавный неправильный овал в воздухе. Чёрный хвост Рейгара ответил резко, почти рвано – жестом-молнией.

— Мы ненадолго оставим тебя, Лира, — откликнулся Рейгар, шагнув к встроенному в стену хранилищу и по-военному быстро меняя домашнее облачение на военизированную форму. Демиан уже пристёгивал к поясу амуницию, среди которой я заметила удлинённый бластер. Хвосты мужчин покрылись жёсткими на вид чешуйками.

– Ничего серьёзного. Нам просто нужно встретить Уполномоченного Союза, – ласково улыбнулся мне Демиан, что совершенно не вязалось с чёткими выверенными движениями, которыми он проверял уровень заряда в смертоносном оружии.

– Пока проверяющий не сделал ложных выводов. И не внёс их в протокол, – договорил Рейгар. – С тобой мы продолжим чуть позднее, девочка... Ни о чём не беспокойся. Знай, что ты можешь на нас рассчитывать. Будь как дома. Если что — сразу пиши на комм.

Я открыла и закрыла рот. Я многое хотела обсудить с этими суровыми хищниками, которые снова и снова поражали меня своей заботой. Возможно… я и правда могла на них рассчитывать. Возможно… они и правда были на моей стороне, не сморя на всё, что случилось ночью. Значит, маршалы не считали меня предательницей? Знали, что я не желала плохого?

Похоже, так и было…

Или я очень хотела в это верить.

– За тобой присмотрит Чезар, – уже более сухим тоном договорил Демиан, и мне стало слегка печально от этой перемены.

Но потом Рейгар наклонился и коснулся пальцами моей щеки.

— Нужно принять лекарство, — хрипло произнёс он и поцеловал мои приоткрытые губы.

Его язык мягко столкнулся с моим языком, и я ощутила, как по телу прокатилась дрожь желания. Но почти сразу маршал отстранился, но тут же его место занял Демиан. Который поцеловал меня также жарко, но коротко.

Голова закружилась. Сердце ускорило ритм.

Мне было мало. Но я не посмела просить больше.

Развернувшись, шиарийцы покинули каюту.

Спустя десяток минут, я уже привела себя в порядок — ополоснулась, причесала волосы, переоделась в удобный комбинезон, который напоминал вторую кожу. В сопровождении Чезара переместилась в смежную каюту, которая оказалась переговорной, и теперь допивала свой остывший утренний кофе.

Я сидела за строгим длинным столом с прозрачной сенсорной панелью. На 4-d потолке сияла проекция созвездия Миа-35 с его знаменитыми танцующими золотыми вихрями. Насладиться видом не получалось, потому что мысли жужжали тревожными пчёлами. Я думала про корабль союза, про свой вирус и о том, как кто-то сумел захватить контроль над моим телом. А ещё про маршалов… Я получила то, что хотела — их иммунный фактор. Даже когда прислушивалась к себе — не ощущала вируса. Скорее всего он окончательно погибнет, если какое-то время я буду получать “лечение” от маршалов.

В итоге — проблема с вирусом почти решилась! Вот только добавились новые.

То, что маршалы со мной такие ласковые — грело душу. Губы до сих пор горели от двойного утреннего поцелуя. Но хотелось как можно скорее с нормально поговорить с шиарийцами. Признаться во всём… чтобы не осталось недоговорок! Мне не нравилась мысль и дальше от них что-то скрывать, когда они так заботились обо мне.

А ещё я очень надеялась, что прилетевший корабль не доставит маршалам проблем.

Но они ведь сказали, что это "ничего серьёзного". Значит, так и есть?

– Виана Лира… – я подняла взгляд и встретилась с, как всегда, уставшими и слегка настороженным золотыми глазами Чезара, – как вы?

– Спасибо, Чезар, – натянуто улыбнулась, раскручивая водоворот из остатков кофе в коническом бокале. Почти как вихри на Миа-35. Почти… – а ты как, Чезар?

– Как всегда великолепно, – заявил мужчина.

Я взглянула на него зрением лекаря и сразу ощутила, что негативные волны в пси-поле шиарийца бушуют злым смерчем. Эффект от моей чистки почти прошёл... Поэтому наверняка у Чезара как минимум ломило виски, как максимум ... ох, даже думать не хотелось. Я только надеялась, что когда-нибудь найдётся тот самый идеальный редкий лекарь, который сможет ему помочь.

– Уверен, что всё хорошо? – вздохнула я.

– Хоть сейчас в бой, – показательно улыбнулся красноволосый шиариец, демонстрируя клыки.

У шиарийцев они чуть длиннее, чем у людей. Выглядело это немного по-звериному. Но… красиво. Или я уже просто привыкла? Чезар уселся через стол от меня и на два сиденья по диагонали.

– Опасаешься ко мне приближаться? – усмехнулась я.

Чезар как будто весело щёлкнул раздвоенным кончиком красного хвоста и вдруг очень легко рассмеялся:

– Не хочу искушать судьбу, виана. Вы очень… – я видела, как он силился подобрать идеальное слово, – важны моим командирам. А мне здесь очень удобно. Не хочу, чтобы меня снова неправильно поняли.

– Чезар?..

– Виана?..

– Ты можешь объяснить мне кое-что... Про вашу расу?..

Чезар нахмурился.

– Не уверен… но спрашивайте. Если информация не закрытая, я с вами с радостью поделюсь.

Я начертила в воздухе изящную плавную линию. Скошенный полукруг. А затем – вторую, скорее агрессивную, ломанную.

– Чезар… вот такой жест хвостом… он что значит?

Глава 13

Рейгар

Оставив Лиру под охраной Чезара и раскидав задания остальному экипажу, мы с братом проходим к стыковочному шлюзу, чтобы дождаться появления незваного гостя.

А гость всё не торопится появиться.

Я раздражённо щёлкаю хвостом. Ненавижу напыщенные явки дознавателей Союза.

Абсолютному большинству из штата дознавателей разве что красную ковровую дорожку не раскатывают через весь стыковочный отсек.

Я знал, что для выяснения обстоятельств о взломе пси-ядра на наш крейсер взойдёт кто-то из самой верхушки. Кто-то из представителей альфа-рас. Может, какой-то менталист.

Дознавателей Союза я знал всех на перечёт. Кого-то лично, кого-то – из всеобщей базы. С нашим уровнем допуска – положено знать таких персон.

Но когда створки шлюза всё же разъехались и я увидел, кто именно зашёл на наш крейсер…

Злоба взяла меня за горло. На миг перед глазами всё пошло алыми пятнами. Это ж надо было, чтоб настолько не повезло!

Глубокий космос! Лучше бы был кто угодно, только не он!

И сразу раскинулись мысли о том, как бы скрыть от него Лиру. Потому что ЭТОТ, если заподозрит, что она причастна к взлому ядра, вцепится зубами и не отпустит.

“Спокойно, Рей…, – вклинился Демиан на нашу общую волну, – он хоть и не менталист, но быстро прочитает тебя…”

“Я в курсе”, – огрызнулся на брата и еле удержал на месте хвост, который рвался продемонстрировать весь эмоциональный спектр моего гнева и беспокойства.

Алеф Центурион из расы атлантианцев. Гуманоидная раса. Сильные псионики. Не менталисты, хотя скорость построения представителями этой расы сложных умозаключений – действительно впечатляла. И Алеф – дознаватель экстра-класса. Мы с братом пересекались с ним пару раз. Не самый лучший опыт...

Лучше бы пришёл один из напыщенных разжиревших высших чинов. Вместо этого подтянутого следака – лучшей ищейки Союза.

Он стоял перед нами, цепко оглядывая наши с братом лица и позы, считывая одному ему известные крошечные детали.

В союзе негласно считалось, что от внимательных почти чёрных глаз Алефа ничего не скрыть – в них словно затягивает всё сущее как в чёрные дыры. Мундир – безупречно педантично сидел на атлантианце, и вообще всё в нём было раздражающе-по-уставу.

Обувь идеально начищена. Длинные гладкие чёрные волосы с едва различимым синеватым отливом – стянуты в низкий хвост. Выделялось только одно. В руке Алефа – неизменная трость с синим мерцающим камнем. Алеф, разумеется, не нуждался в трости. Я знаю, что это какое-то хитрое оружие, но уж лучше бы была дань канувшим в лету традициям, когда аристократы-атлантианцы ходили с такими тростями в знак своего высокого положения. Если бы не атлантийская революция триста всеобщих циклов назад – семья Алефа до сих пор входила бы в число правителей Атлантиды – седьмой золотой планеты в секторе Миа-35.

Из-за спины дознавателя робко показалась худая женщина гуманоидной расы средних лет. Жидкие белые волосы. Флотская выправка. Мундир по уставу. Замученный взгляд, кипа бумаг и узкий планшет в охапке цепких рук. Вероятно, тоже атлантианка. Ассистентки у Алефа менялись раз в три месяца. Я слышал, он был начальник-тиран. И мне стало даже жаль эту дамочку. Но каждый сам творец своей судьбы.

– Приветствую, вианы. От имени Союза, – белозубо улыбнулся атлантианец. Однажды я видел, как он с такой же улыбкой выкручивал подозреваемым пальцы из суставов. В неоновом свете наноламп его кожа отливала мягким белым золотом. – Благодарю за столь быстрое разрешение на стыковку.

– Разве Союзный крейсер спрашивал разрешение? – невольно зарычал я.

– Приветствую, – перебил меня Демиан, – Алеф… виана-ассистентка... Добро пожаловать.

Алеф кивнул снова, опираясь на свою нелепую “имперскую” трость с синим камнем.

Космический цирк! Неужели Союз не мог прислать какую-нибудь напыщенную инспекторскую морду? Которому накрыть стол и включить трансляцию какого-нибудь межзвёздного шоу – вот и всё расследование. А этот вездесущий атлантианец – станет нашей огромной проблемой. И обещание этого – в каждом псевдо-вежливом жесте. В каждом неприятно-цепком взгляде. В каждом выверенном слове.

Немолодая женщина-ассистент перехватила поудобнее документы и вымученно улыбнулась нам.

– Моё имя Мирта, Вианы. Благодарю вас…

Из рук ассистентки выпал листок. Атлантианец его ловко перехватил в полёте и подоткнул обратно в общую кучу.

– Повнимательнее, Мирта, – изрёк менторским тоном Алеф и сдержанно-аристократичным шагом, в котором, однако угадывалась военная выправка, двинулся нам навстречу.

– Всё ещё пишешь от руки, Алеф? – мой брат дружелюбно поздоровался с дознавателем рукопожатием, как принято у мужчин-атлантианцев. И как Демиану удаётся быть таким дипломатом?

У меня вот, например, уже перед глазами темно от ярости. И я ломать комедию и жать руку ищейке не планировал. Сейчас он улыбается, а завтра уничтожит нас одной своей записочкой. Уничтожит Лиру.

Может… осторожно инсценировать ему несчастный случай?

– Именно так, пишу от руки, – поддерживал светскую беседу Алеф, лживо улыбаясь Демиану, меня и моё нейтральное на грани недовольного лицо дознаватель старательно игнорировал, – в наш век технологий, ни в чём нельзя быть уверенным. Занёс в планшет – считай, рассказал всей вселенной, без преуменьшения. Согласны?..

Демиан рассмеялся.

Глубокий космос, как же мне всё это претит…

А если ещё точнее – дико бесит.

“Рей…”, – тревожно позвал брат на нашей выделенной волне, – “серьёзно, прекращай... он почувствует”.

– Добро пожаловать, виан-дознаватель, – наконец выдавил я. И оскалился. Как бы улыбнулся. Но и сказал на всеобщем жестовом: только попробуй переступить дозволенную черту, дознаватель Союза. Не забывай, ты на шиарийском крейсере!

– Благодарю, – атлантианец дипломатично не заметил мою вежливую угрозу, – но давайте о делах, вианы. Поступил сигнал о взломе ядра. Сами понимаете — это серьёзно. На территории Союза все подобные случаи отслеживаются. Колебание пси волн в ядре, взрыв которого способен образовать чёрную дыру, не может быть проигнорирован.

— Колебание было на минимальной амплитуде.

— И всё же… оно было. Я должен вернуться в цитадель Союза с чьей-то головой в мешке…

На этот раз мы с Демианом оба напряглись:

– Я не шучу, – продолжал дознаватель-атлантианец с отвратительно-вежливой улыбкой, раздражающе постукивая по нанопластику пола своей нелепой пафосной тростью, – с человеческой головой.

***

Демиан

Алеф сказал – с человеческой головой. Я приложил всю свою волю, чтобы даже мускул не дёрнулся на моём лице. И влил дополнительную энергию в наш совместный с братом ментальный пси-щит, чтобы эмоции Рейгара не вырвались наружу.

А у меня был повод для беспокойства.

Хвост Рея вытянулся вдоль тела, его лицо замерло маской. С него окончательно стекли все эмоции и тона.

Очень плохо. Значит, скоро будет взрыв. А мы никак не можем себе это позволить. В нашей близнецовой паре у Рея сильнее был выражен шиарийский инстинкт (близкий к хищному – звериному), благодаря этому в боевой ситуации брат успевал реагировать быстрее, что не раз спасало нам жизни. Моя же роль была охладить Рея в момент, когда такая “боевая реакция” могла навредить. Поэтому сейчас я тратил запас пси-энергии вхолостую – чтобы стравить собственную ярость, возникшую рефлекторно. И чтобы привести в сознание брата.

Этот проклятый атлантианец – Алеф – знал своё дело. Специально провоцировал. Смотрел на нашу реакцию. И можно не сомневаться, своего он добился. Мы отреагировали. Но нельзя, чтобы и дознаватель это понял.

В другое время при других обстоятельствах, за угрозу нашец мианессе – я бы уже раскинул пси поле и придавил бы атлантианца ментальным прессом, чтобы его сначало прижало к земле, а потом раздавило бы в кровавую кашу. Несмотря на особенности своей расы и всю его подготовку, Алеф не справился бы даже с одним из нас.

Никто не устоит против ярости шиарийских самцов, защищающих свою самку. Супругу. Мианессу. Мать будущих детей.

Лира…

Проблема состояла в том, что если поступить, как велят нам инстинкты, мы сами наведём Союз на след Лиры и попадём под трибунал. А если так случится – помочь Лире мы уже не сможем. Ведь это действительно она – она… наша сладкая нежная пока ещё невинная девочка вскрыла ядро крейсера категории альфа.

И чтобы нам прожить эту прекрасную жизнь вместе, чтобы Лира стала нашей женой согласно шиарийской традиции и родила нам близнецов… сейчас надо сдержать закипающую ярость.

Все эти мысли пролетели в моём разуме за мгновенье.

– Алеф, – скрыв все эмоции, обратился я к атлантианцу, и с облегчением отметил, что цепкие, почти чёрные глаза дознавателя сконцентрировались на мне, считывая каждую деталь моей мимики и жестов. Хорошо. Значит, на Рея он сейчас не обращает внимания. Или почти не обращает.

– Господин дознаватель, экипаж крейсера “Парагон” приветствует тебя. И на этом давай оставим этот официоз. Ты наверняка по старой привычке не спал пару ночей, корпя над кипами дел, которыми добросовестно и без меры нагружает тебя Союз.

Оперевшись на трость, Алеф заинтересованно наклонил темноволосую голову. Помедлил пару секунд, и его губ коснулась лёгкая полуулыбка.

Я почувствовал, как разряжается атмосфера. По пси брата понял, что к нему возвращается самообладание. По каплям. Но расслабляться однозначно рано. Я продолжил “быть дипломатом”, как насмешливо называл это Рейгар:

– Пойдём в лаундж-отсек, Алеф. У нас не казённый крейсер союза. Так что есть кофе. Отвратительные горькие зёрна с земли-два, помню, ты был к ним неравнодушен – я усмехнулся, отмахивая хвостом жест “дружеского приветствия и расположения”. Атлантианец, в отличие от большинства, немного умел читать эту невербалику.

При упоминании кофе дознаватель просиял. Отвратительный напиток, который нравится только людям и атлантианцам. Собственно, я закупал мерзкий деликатес на стыковочных станциях, как раз держа в уме возможные полезные контакты с атлантианцами.

– Дивное предложение, – трость атлантианца с нелепым синем камнем-набалдашником отбила короткий ладный перестук по нанопластику пола, – от кофе я не откажусь, вианы. Демиан… что сказать, ты согрел мне душу этим предложением. А дела – не космические наксы – не убегут.

Мы двинулись к выходу из стыковочного отсека. На миг мне показалось, что всё может кончиться хорошо.

Мы уже шли по безукоризненно чистому главному коридору. Мы с Алефом впереди, затем Рейгар, и где-то с отставанием в несколько шагов плелась его несчастная немолодая ассистентка с кипой служебных бумаг во всё ещё сильных жилистых руках. Жидкие светлые волосы намокли от пота и прилипли ко лбу.

Хотя я не отличался умением жалеть людей, но даже мне её было как будто бы жаль. Не повезло ей работать с таким дотошным и въедливым начальником. Впрочем, она сама выбрала свою работу. А у меня сейчас фокус внимания был другой: как нам спасти нашу Лиру?! Как спрятать её этого пса Союза.

– И всё же, – донельзя дружелюбным тоном обратился ко мне Алеф, – мне нужен перечень членов экипажа, друзья мои. В ответ на автоматический запрос пришли устаревшие данные…

Мы уже достигли перехода в лаундж-отсек. Двери разъехались тремя лепестками, пропуская нашу мини-делегацию к комнате с живыми деревьями и уютными столиками.

– Устаревшие данные? – я непонимающе приподнял бровь, жестом предлагая Алефу присесть за стол. Атлантианец помедлил. И направился прямиком к тому самому столу, за котором так недавно пила кофе Лира. Он коротко по-звериному принюхался и решительно опустился на то самое место, где сидела она. Затем упёрся в меня тяжёлым взглядом своих чёрных глаз-провалов:

– Устаревшие данные, друг мой. Верно. В приведённых данных в вашем экипаже не числится ни одного представителя человеческой расы. Но на борту должен быть, по крайней мере, один человек. Ведь пси слепок-отпечаток с места преступления, сделанный в автономном режиме глобальным сканером этого участка космоса, был получен мною ещё три часа назад. Контур однозначно человеческий.

– С этими передачами данных вечно артефакты пси-изолиний, а то и совсем грубые искажения… – я непосредственно улыбнулся Алефу, направляя в фудпринтер заказ на кофе вручную. А не командой “повторить последнее действие”. Чтобы он не понял, что кофе тут уже кто-то недавно пил.

– То есть на крейсере нет людей? – прищурился Алеф.

“Нет”, – я описал хвостом в воздухе плавный полукруг. Если скажу “нет” вслух, шансы, что он поймёт, что я солгал – велики. Другое дело невербалика хвоста…

Алеф вдруг подхватил конический белоснежный высокий бокал кофе и резко поднялся:

– Друзья, прошу простить. Но это был действительно тяжёлый пространственный скачок. Я бы расположился в каюте и продолжил следственные действия через пару часов. Надеюсь, вы не против?..

– Ну что ты, – улыбнулся я, по выделенной волне отдавая приказ паре заместителей проводить атлантианца в назначенную каюту. На максимальном удалении от того места, где сейчас находится наша девочка.

Атлантианец коротко кивнул и через полминуты удалился в компании сопровождающих. Рявкнув напоследок на свою ассистентку. Сухопарая женщина в форме нервно дёрнулась и сникнув двинулась за ним. Пока он будет отдыхать, ей предстояло печатать отчёт о стыковке. А зная Алефа – потом перепечатать его не менее шести раз.

Когда мы с братом остались в лаундж-отсеке вдвоём, я наконец слегка расслабился. Пожалуй, всё прошло лучше, чем можно было ожидать.

“Думаешь, ты его убедил?” – Рей обратился ко мне на нашей выделенной волне.

“Хочется верить”, – отозвался я.

Чёрный хвост брата изобразил короткий жест сомнения.

А затем между нашими хвостами на жестовом произошёл ровно такой же диалог, как перед тем, как мы покинули Лиру:

“Проще всего будет ликвидировать дознавателя и покинуть территорию Союза”.

“Да. Но не будем торопиться. Это крайняя мера”.

Мы с братом зеркально улыбнулись друг другу.

Всё-таки стало легче.

Но как выяснилось уже очень скоро – мы рано расслабились. А предложение хвостов… было не таким уж плохим.

Глава 14

Алеф

Хвостатые маршалы предоставили мне весьма комфортабельную каюту…

Космический двухуровневый люкс. В самой удалённой части корабля от капитанского мостика и персональных кают маршалов. Совпадение? Не думаю. Они сказали, что хотели создать для меня лучшие условия… Ха. Шиарийцы же у нас самая “сердобольная” раса Союза (нет). Вот это-то и смущало.

Голограммы на стенах показывали проекцию заснеженного хвойного леса Земли-2. Достоверная реконструкция. Даже воздух немного пах хвоей. Я нашёл взглядом письменный стол, рядом заметил фудпринтер последней модели, лишь немного уступающей конструкции в лаундж-отсеке. Он был вмонтирован в стену, его можно было опознать лишь по нежно-сиреневым светящимся полосам на панели управления.

Мягко подсвеченная синими нанолампами лестница делала плавный изгиб, как бы перетекая между уровнями. Как горный ручеёк того же заснеженного леса Земли-2. Даже на ступенях бурлила проекция водяного потока. Очень хорошая проекция…

На втором этаже нашлась роскошная кровать.

В общем — упаковано здесь всё было по полной программе. А вот моей помощнице отдали скромную комнатку по соседству. Это хорошо. Не люблю ни с кем делить пространство.

А теперь нужно всё проверить ещё раз…

Оставшись на первом уровне, я встал посередине. Прикрыл глаза. Мой разум сканировал помещение, дотошно подмечая все детали.

Понятно, что засады здесь нет… но тщательная оценка окружения была моей профессиональной привычкой. Осторожность ни раз спасала мне жизнь. Вдобавок, шанс найти подслушивающие устройства тоже никто не отменял. Конечно, Рейгар и Демиан знали меня не первый год и были в курсе, что любую прослушку я обнаружу — однако кто бы их винил за попытку?

Точно не я.

В деле проверки помещения зрительный анализатор только мешал. Глаза слишком легко отвлекаются, на этом построено большинство фокусов. Чаще, чтобы увидеть правду, глаза стоит закрыть. Постукивая тростью, я прошёлся по просторной комнате с прикрытыми веками, выкручивая на максимум остальные органы чувств.

Никаких подозрительных звуков и запахов на первый взгляд не было.

Ассистентка Мирта стучала по планшету в маленькой вполне комфортабельной каюте за стенкой.

Будь моя воля – я бы отсадил душную дамочку на другой край галактики! Но увы – Союз с завидным упорством подкидывал мне новых ассистенток. Примерно раз в три месяца. Дольше они не держались.

Чаще мне выдавали молоденьких фигуристых дурочек, реже – военных пенсионерок.

Первые дни молоденькие девочки отвлекались на попытки закрутить со мной служебный роман. Это те, что поглупее. Те, что поумнее, бежали сразу. Военные пенсионерки типа Мирты держались чуть дольше и были чуть полезнее.

И всё же, и всё же…

Мне это порядком надоело. Однозначно требовалась передышка, в идеале – отпуск. Но кто же меня отпустит? Кому передать кипу секретных све́дений без риска утери стратегической информации. Нет таких — ни друзей-ищеек. Ни преемников.

Не водить же мне дружбу с шиарийской расой вопреки рекомендациям союза? Хотя… они были больше людьми, чем иные альфа-гуманоиды.

Светловолосый Демиан даже был вполне адекватен. По крайней мере, был способен таким казаться. Это было забавным изъяном шиарийской альфа-расы – эмоционально стабилен в близнецовой двойке всегда кто-то один. В лучшем случае… Чаще, конечно – ни одного.

Вон — Рейгар меня терпеть не мог. Вечно был как сплошной оголённый нерв. Сегодня возле стыковочного отсека в его взгляде ясно читалась готовность голыми руками сломать мне шею. Так в их космическом шиарийском секторе и поступали с незваными гостями до возвышения Союза.

Хорошо, что сейчас у нас мир. Но даже так Союз очень пристально наблюдает за действиями шиарийцев, слишком уж часто они ходят по грани. Ведут дела с теми, с кем Союз в состоянии холодной войны. С той же рабовладельческой империей Гуань.

Даже в Союз империй эти хвостатые альфа-гуманоиды вступили на особых условиях. У них практически у единственных привилегированное положение. Будь это корабль людей, сюда бы прибыл целый отряд военных псиоников, команду бы повязали для проведения глубокого допроса, а крейсер бы отбуксировали к станции для доскональной проверки.

А так — отправили только меня.

Впрочем — я в состоянии докопаться до правды и без тупоголового отряда наёмников.

Шиарийские маршалы Рейгар и Демиан пару раз пересекались со мной на заданиях. Всегда мы были на одной стороне. Теперь мне поручили внутреннее расследование, как бы невзначай обозначив скрытую цель — обратить на шиарийцев особое внимание: прозрачны ли их намерения в отношении Союза?

И мне это не нравилось

Но я служил своей присяге, а не личным интересам.

И поставленную задачу надо было выполнять.

Были у меня объективные причины в них сомневаться? Формально повода мне не дали. Они вели себя в пределах ожидаемого для их расы. Но интуиция подсказывала мне ещё кое-что.

Была одна маленькая нестыковка.

Великолепно подогнанная — отдаю маршалам должное. Искажение в чтении отголосков вторжения в пси-ядро и правда не редкость. Человеческой особи могло здесь и не быть…

И всё же. Я собирался проверить эту гипотезу самым эффективным и неожиданным для маршалов способом…

Я открыл глаза и снова осмотрел выделенную мне каюту привычным зрением.

Проверка каюты не выявила жучков. Так что я мог немного расслабиться, перед тем как приступить к делу. Покачивая в руке тростью, я прошёлся по нижнему ярусу и подошёл к чёрному кофейному столику.

Его, как кольца планет изо льда и пыли, окружали лаконичные светлые кресла. По центру всего этого великолепия возвышалась настоящая кофеварка старого образца. Даже не фудпринтер. Великолепно.

Я щёлкнул по пусковой кнопке этого... практически предмета антиквариата.

Обрушился в удобное кресло рядом, оставляя трость с сапрфировым набалдашником. Я откинулся на мягкую спинку кресла. С удовольствием вдохнул аромат настоящего (Святой космос, действительно настоящего!) кофе из конического бокала. Снова прикрыл глаза. Даже жаль, что взлом пси-ядра – это настолько серьёзно.

Взглянув на свою чёрную трость, я потянулся к ней мыслью.

Это не совсем то пси которое используют шиарийцы и большинство альфа рас-менталистов Союза. Другой диапазон. Другая фактура.

– Арс, – позвал я своего накса.

И моя якобы-трость вдруг стала текучей. Арс извивался лентой в тысяче суставов. Он был похож на змею с Земли-2 (уж больно много Земли!), вот только словно сотканную из жидкого подвижного металла, с ярко-синими глазами – того же оттенка и фактуры, что был “сапфировый набалдашник”, когда накс изображал трость.

Эти существа обитали одновременно в двух реальностях — вещественной и пси-энергетической. Прямо как кошки Земли-2 из старинных человеческих сказок, что якобы видят мир живых и мир духов. Надо думать, этот фольклор возник не на ровном месте. Когда-то атлантианцам поклонялись. Миллионы циклов назад, ещё на Земле-1. Так что…

Многие расы космоса любили позубоскалить над “аристократичными старомодными тростями атлантианцев”. Впрочем, не все наши ходили с тростями. У некоторых наксы застывали в форме громоздких браслетов или старинных кулонов, которые также высмеивались. Как правило, веселье заканчивалось в первом же бою, когда накс активировался. Правда, без крайней нужды мы старались не вступать в бой, предпочитая оставаться чудаками со странным пристрастием к устаревшим аксессуарам.

Но даже если обнаруживалась боевая сила накса — это не страшно. Ведь самые важные способности этих существ держались атлантианцами в секрете. К тому же они разнились от существа к существу. Если же кто-то начинал на эту тему копать слишком глубоко — то по таинственным причинам или быстро сворачивал исследования… или (это особо упрямые) пропадал без следа.

Я потянулся к своему наксу, погладив гадкую прохладную голову с блестящим сапфировым глазом.

У атлантианца нет друга ближе, чем его накс. Мы существуем с ними в идеальном симбиозе. Объединяемся ещё в юности, переплетая наши пси волны в тесный кокон с тем единственным наксом, что будет с нами всю жизнь.

Моего накса звали Арс. И сейчас Арс перетёк мне на руку, мягко, но крепко обвив запястье.

– Наши друзья шиарийцы лукавят, накс? — вслух спросил я. — Прошу, скажи, что я ошибаюсь…

Накс открыл пасть, похожую на змеиную, только изогнутых зубов в ней было куда больше. Потом соскользнул с моей руки на пол и свернул кольцами "змеиное" тело, прерывисто зашипел на очень низкоамплитудном пси-диапазоне. Ни шиарийцы, ни люди этим спектром не владели.

“Шшшшиарийцы лгут, – передал мне накс на той же низкоамплитудной частоте, пока я попивал кофе, – на борту есть человеческая особь”.

– Девушка? – усмехнулся я, начиная сопоставлять “самцовое” поведение шиарийцев с новыми обстоятельствами, – юная, прекрасная, невинная?.. Хотя уже, конечно, вряд ли невинная.

“Девушшшка, – лаконично отозвался накс, – сильный псионик. Вне категорий”.

– Соответствует слепку пси, полученному на месте преступления?

“Ссссовпадение контура 99,68%”.

– Локация?

“Личные каюты капитанов”.

– Охраняют?

“Одна шшшштатная единица охраны”.

Я задумался. Но ненадолго. Как поступить – было кристально ясно.

Девочку надо допросить. Однако нам не дадут. Шиарийцы себе же сделают хуже, но объяснять им это бесполезно. Увы. К тому же невежливо ходить в капитанские каюты без приглашения. Ко мне появятся вопросы. Поэтому следует послать Арса…

— Приведи её сюда, — вслух сказал я и, прикрыв глаза, усилил приказ ментальной волной.

Я просидел с закрытыми глазами с полминуты, а когда открыл вновь – накса в каюте уже не было.

По моим прикидкам у меня было с четверть часа.

Я вызвал сенсорную панель на столешнице и заказал себе ванну. Услышал, как вода за стенкой начала быстро набираться в среднюю чашу, ощутил, как голограммы стен ванных апартаментов перестраиваются на запрошенные мною визуал – зимний лес и ледяные реки Земли-2. Ну не нравились мне золотые смерчи Миа-35! Вообще, стихийные бедствия, даже такие прекрасные меня нервировали.

А вот хвойные леса Земли я любил.

Как и кофе.

Не удержался и щёлкнул по старомодной кофеварке снова. Аппарат уютно заурчал. И это умиротворяло. А запах какой…

Я блаженно улыбнулся.

Мне нравилось, как меня встретил шиарийский крейсер. И бесконечно жаль, что придётся поступить по Уставу, разрушая вежливую почти-идиллию между мной и маршалами.

Но я в первую очередь – дознаватель Союза. И дело своё знаю.

Глава 15

Лира

Мы с Чезаром уже битый час сидели в переговорной.

Что это был за жест хвостом у маршалов он мне так и не сказал, вместо этого решил закормить меня сладостями, видимо, чтобы я поменьше задавала неудобных вопросов.

На строгом длинном столе белели десертные тарелки с надкусанными пирожными, которые Чезар заказал в фудпринтере мне на пробу.

— Может, вам это понравится, виана Лира? — Предлагал он, красным хвостом пододвигая ко мне блюдечко с чем-то круглым и зелёным. — Это нежный мус из плодов каобы, очень ароматного растения с нашей планеты… — объяснял он, с мечтательной улыбкой, как если бы сам соскучился по дому. — Его выращивают на горных плантациях, мы с братом бывали там в детстве на экскурсии… А ещё…

На 4-в потолке мерцала проекция вихрей с созвездия Миа-35, она отражалась в золотых глазах Чезара, отчего они горели даже ярче. Он рассказывал с улыбкой, которая делала его суровое лицо мягким и очень юным.

“Интересно, сколько ему лет?” — подумала я, невольно чувствуя, как сильно перегружено негативной энергией пси-поле мужчины. А потом мысли снова потянулись к маршалам. Всё ли у них хорошо? Кто этот гость, что прибыл на корабль?

Задумавшись, я неосознанно перевела взгляд за спину Чезару.

И оцепенела.

Что это там, на полу?

Я даже моргнула несколько раз, протёрла глаза. Но нет — видела чётко! Вдоль стены ползла какая-то тень. Если бы мы не были в космосе, я бы решила, что это змея… Длинная змея, словно из жидкого металла, с синим мерцающим глазом, похожим на драгоценный камень. Она частично сливалась со стенами. Так что я распознала скорее её движения, чем… Мамочки! Какая же она жуткая!

Сердце у меня тревожно подскочило, забухало в груди, предупреждая об опасности. Змея замерла, будто почувствовав мой взгляд.

— Там… — пробормотала я, подняв руку и указав на змею.

— А? — Чезар обернулся.

А в следующий миг змея распахнула пасть! Космос великий! Разве у змей должно быть столько зубов?! Тварь сжалась в пружину и метнулась к красноволосому шиарийцу.

Всё произошло мгновенно. Змея двигалась молниеносно! Я едва сумела различить движения её гибкого тела! Но Чезар успел отреагировать. Он развернулся, заняв боевую стойку. Его, покрывшийся жёсткими стальными шипами хвост, со свистом разрезал воздух, разрубив змею пополам.

Но не успела я выдохнуть, как вдруг обе части змеи шевельнулись на полу, сжились в пружины и метнулись… одна к Чезару. Другая ко мне. Я вскрикнула и тут же вскочила. Кружка с недопитым кофе со звоном упала на пол. Белые осколки разлетелись во все стороны. Каскад кофейных брызг окропил почти стерильный нанопластик.

И снова в воздухе засвистел хвост, разрубая одну тварь и откидывая подальше вторую.

— Сигнал блокируется. Лира. Выйди. Позови охрану, — рыкнул шиариец, закрывая меня спиной от жуткой змеи, части которой накидывались на шиарийца снова и снова.

С ужасом я увидела, как новой атакой тварь вцепилась зубами в предплечье Чезара. Алая кровь шиарийца заструилась по вспоротому рукаву форменной космийки. Застучала по полу частыми каплями.

Но Чезар отодрал ползучую тварь от себя вместе с частью мяса и кожи.

— Быстрее! — Рявкнул шиариец.

Воздух свистел, тело Чезара двигалось с безумной скоростью. Я едва различала, что происходит.

Пульс у меня подскочил, я задышала часто-часто.

Попятившись, упёрлась спиной в дверь.

Лепестки разошлись, и я почти вывалилась из переговорной в светлый коридор. Дышать сразу стало легче! Но тут что-то сжало мою щиколотку.

Опустив взгляд, я увидела точно сотканную из жидкого металла змею, что смотрела на меня снизу вверх синим глазом без зрачка… Я не успела никого позвать! Даже не успела потянуться к коммуникатору. Только взвизгнула, когда это создание вдруг метнулось к моему лицу.

Оно лишь коснулось моего лба — всё равно что коротко щёлкнуло.

А сознание сразу же отрубилось, будто змея нажала невидимую кнопку “выкл”.

Тьма окутала разум.

…

— Просыпайся, — раздался вдруг сверху незнакомый чуть насмешливый мужской голос.

Обоняния коснулся запах чистоты, мятного шампуня и свежесваренного кофе.

Под веки пробился свет.

И я распахнула глаза.

Я больше не была в переговорной… И даже не была в коридоре. Вместо этого я лежала на просторной кровати. Связанная… О, космос! Мои руки были надёжно зафиксированы за спиной. Как и ноги! А рот затыка́л тряпичный кляп.

Я замычала, задёргалась. Повернулась, чтобы понять, где я. И как вообще тут оказалась! Это была роскошная двухуровневая каюта… но совершенно незнакомая. Я ничего тут не узнавала.

Я заметила прислонённую к стене металлическую трость с синим камнем — набалдашником… очень похожим на глаз жуткой змеи, которая напала на нас с Чезаром. А потом взгляд упёрся в высокую мужскую фигуру, стоящую у кровати.

Взгляд сфокусировался, считывая детали: иссиня-чёрные длинные волосы, влажные после душа. Глаза, настолько тёмные, что радужки не различить. Не глаза – а провалы в пространстве.

Не шиариец… И уж точно не человек!

Незнакомец смотрел с цепким интересом… — так смотрят на неведомую зверюшку, перед тем как распилить её и заглянуть внутрь. Лицо аристократичное, с какой-то особой холодностью…

А потом мой взгляд опустился ниже. И я снова замычала.

Незнакомец стоял в белом банном халате, небрежно запахнутом на поясе. Я прекрасно видела его обнажённую рельефную грудь. А уж когда мужчина присел рядом, и его халат приоткрылся — то рассмотрела и пресс.

Было очень похоже, что на этом мужчине под халатом ничего нет!

Кто он вообще такой?! Как я к нему попала?!

— Ну что, земляночка, побеседуем? — предельно вежливо спросил незнакомец… а потом взял с прикроватного столика матово поблёскивающий скальпель.

Паника захлёстывала.

Что происходит?! И зачем этот незнакомец взял скальпель?!

Пока варианты — один хуже другого — роем носились в моей голове. Мужчина крутанул в пальцах хромированный инструмент и криво ухмыльнулся уголком рта.

– Кажется, накс слегка перестарался, – он спокойными, размеренными движениями рассёк стяжки на моих запястьях и щиколотках, затем освободил мой рот от кляпа.

Я тут же вскочила и отпрыгнула в дальнюю часть кровати. Кинула взгляд на свою руку… браслета-коммуникатора не было. Значит, с маршалами так просто не связаться. А дверь наверняка заблокирована! Надо как-то дать им понять, где я!

Незнакомец так и продолжал сидеть на кровати на расстоянии вытянутой руки. Незнакомец (прекрасно сложенный, но сейчас не об этом!) в халате на голое тело. И смотрел он на меня при этом снисходительно, то ли как на нашкодившую, но любимую собаку, то ли как на несмышлёного ребёнка. И немного… как на ценный приз, который так здорово угодил в его руки. Казалось, он сейчас назидательно поцокает языком и помотает головой, мол, “аяйяйяй, ну как же так, земляночка?”

Но самое поразительное – он вёл себя так, словно это в порядке вещей! Связать незнакомую девушку! Уложить на кровать и щеголять перед ней в почти голом виде!

От моего нелепого в этой ситуации, но всё же – праведного возмущения манерами незнакомца – была очень большая польза: эти мысли отдаляли парализующую панику. Ведь краешком сознания я уже всё поняла: этот мужчина приволок меня сюда не просто так.

Он транслировал всем своим видом, что если я нашкодившая собака, то он – тот самый хозяин, которому я сгрызла ботинки. И он не похититель-извращенец-эксгибиционист. А он в своём праве. Об этом говорила и расслабленная поза, и тон голоса, и выражение глаз, настолько тёмных, что казалось, что это не чёрные радужки, а два провала!..

Я осторожно высвободила свой пси и посмотрела на мужчину через призму энергий. И меня озарило, пусть и с запозданием – это же атлантианец! Мы изучали строение их уникального пси-поля на отдельном курсе! Спутать невозможно. И представитель одной опасной и расчётливой альфа-расы прямо здесь — передо мной (в одном, чёрт его подери, халате!!!) Что он делает на шиарийском крейсере?

И что за существо напало на нас с Чезаром?

О господи! Чезар! – воспоминание пришло вспышкой в гудящую голову, – его укусила змея! Вёрткая и точно сотканная из живого металла. С пугающими синими глазами – словно высеченными из драгоценного камня. Тон в тон, как набалдашник вон той трости, что небрежно оставлена у стены.

В голове был полнейший хаос.

И было проще быть возмущённой, чем стучащей зубами от страха.

– К-кто вы?.. – наконец удалось выдавить мне, – з-зачем вы так?..

– Моё имя Алеф, – улыбнулся мужчина. Улыбка у него была как у сытого кота. — Я атлантианец. Но ты ведь и сама это уже увидела? На шиарийском крейсере я в качестве дознавателя Союза. Хочу с тобой побеседовать, только и всего.

— А вы всех так на беседу приглашаете?! — огрызнулась я закипая.

Хмыкнув, Алеф упруго поднялся с кровати и отошёл в угол комнаты. Там он щёлкнул чем-то. Кнопка? А потом комнату заполнил кофейный аромат.

— Мне жаль, что мой помощник так… невежливо привёл тебя сюда. Я сделаю ему внушение. Непременно. А вот что будет с тобой… и с командованием этого прекрасного гостеприимного крейсера, зависит только от тебя, земляночка. И от того, как потечёт наша с тобой беседа… Кофе будешь?

Первый порыв был заорать! Какой ещё кофе?! Нет, не буду!!! Да пошёл ты, дознаватель-атлантианец, любитель дефилировать перед незнакомыми женщинами в недозапахнутых банных халатах!

Но я так не поступила.

Вдохнула и выдохнула. Нырнула в собственное поверхностное пси, желая успокоить зародившуюся во мне бурю. Потому что пора уже начинать думать головой. Если это правда и передо мной дознаватель Союза… Это он прибыл сегодня на корабль. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что послужило поводом для его явки. Моя попытка заразить пси-ядро!

Я этого не хотела, но кого это волнует?...

Я должна всё отрицать? Или лучше рассказать правду? А может — молчать?! И почему мне кажется, что этот Алеф найдёт способ меня разговорить, поэтому злить его не стоит.

Но что если Рейгар и Демиан, которые были так добры со мной и поломали все стереотипы о шиарийской расе… что, если эти маршалы, к которым у меня явно зародилось отношение совсем не то, что подобает иметь лекарю-псионику к своим пациентам… что если их из-за меня как-то страшно накажут? Что вообще бывает за укрывательство преступника? А они, очевидно, этим и занимались! Пытались спрятать меня от ока Союза, поэтому-то меня сюда и притащила змея.

Насколько серьёзное преступление я совершила? И что ещё, кроме укрывательства, этот атлантианец может повесить на моих маршалов?

Э… Я подумала “моих”? Возьми себя в руки, Лира.

Тем временем атлантианец Алеф вернулся ко мне, уже присевшей на кровать, и вжавшейся в её широкую мягкую спинку. Он протянул мне чашку ароматного чёрного кофе.

– Я так понимаю, крейсер пропах кофе именно из-за тебя, земляночка. Шиарийцы-то его не жалуют…

Я приняла чашку из рук дознавателя и буркнула: “спасибо” на автомате. И тут же разозлилась на себя. Какое ему ещё спасибо?!

– Что с Чезаром? – спросила я, проигнорировав речь дознавателя.

– А, – поморщился атлантианец, усаживаясь в кресло напротив и закидывая ногу на ногу, – что ему сделается? Поцарапался слегка… Рабочие моменты.

Я не удержалась, хоть и знала, что не стоило. Но потянулась к пси атлантианца. Я ничего плохого не хотела. Лишь узнать, не врёт ли он мне сейчас. Защита у атлантианцев слабее, чем у шиарийцев… по крайней мере, так говорили на курсе.

– Виана-землянка, мы так не договаривались, – скрипнул зубами атлантианец, ставя жёсткий ментальный блок, я дёрнулась. Кофе плеснул из моей чашки. Тёмная клякса расцвела на белоснежном покрывале. — Всё-таки дознаватель здесь я.

– Представьтесь по форме, – потребовала внезапно окрепшим голосом. Я лишь надеялась, что он не видит, как дрожат мои пальцы после отката от попытки прорваться в его пси. И ещё – надеялась, что из носа не пошла кровь. – И... оденьтесь, если можно.

– Мне и так нормально, – отмахнулся Алеф, делая большой глоток кофе, – или вас смущает?

Смущает ли меня?! Он как бы сидит нога на ногу в не очень длинном банном халате! Но я зачем-то отвечаю намеренно холодно:

– Мне всё равно.

– Вот и славно, – улыбается Алеф и отставляет чашку, – к делу. Я дознаватель Союза и мой допуск вне категорий. Я получил сведения о попытке взлома пси-ядра крейсера категории альфа. Это секретная информация, но вам, так и быть – сообщил. Да простит меня начальство. Но ведь это именно вы ломанули многоуровневую защиту, виана-земляночка. Не хотите пояснить?..

— Я… я ничего об этом не знаю!

— Неужели, — ухмыльнулся Алеф, цепко вглядываясь в моё лицо. — А мне кажется, знаете. Я в этом даже уверен.

Сидя на кровати, я держалась за кружку с кофе, как за спасательный круг, который не позволит мне утонуть. И прилагала все усилия, чтобы эмоции остались заперты. Чтобы даже один мускул не дёрнулся. Я не знала, что мне следует говорить, а что нет, чтобы не навредить маршалам.

Алеф улыбался. Но это была улыбка змеи, которая приготовилась проглотить глупую мышь. В его лице и вальяжной позе, с которой он, попивая кофе, сидел в кресле напротив, сквозила полная уверенность в своей правоте.

Весь его вид говорил — я знаю, что это вы ломанули ядро, виана Лира. У меня на руках есть все доказательства. Просто признайтесь, дорогуша. Сбросьте с души этот камень и поскорее… или я вам помогу самым неприятным образом.

Пока я подбирала слова для ответа, Алеф хмыкнул.

— Виана, что же вы… — неодобрительно качнул он ногой, — продукты переводите.

— А? — удивилась я столь резкой смене разговора.

— Кофе же остывает, — заботливо кивнул дознаватель на кружку в моих руках.

Я сглотнула ком сухим горлом и машинально сделала два больших глотка кофе. Хотя… наверно не стоило... Это ведь он дал мне кофе. А ничего не стоило брать из рук дознавателя. И пить. И… по тому, как непослушно стало вдруг моё пси, я поняла — в кофе что-то было. Вроде сыворотки правды.

Или это моё разыгравшееся воображение?!

В мыслях уже всё путалась. От волнения вспотели руки.

Присутствие атлантианца давило, его странное хаотичное пси-поле исподтишка дёргало мою ментальную защиту, не позволяя расслабиться ни на миг.

А тем временем Алеф, поднялся из кресла и так пронизывающе посмотрел на меня… что хотя это он был в одном халате — но именно я почувствовала себя голой. И не только физически. Мне казалось, дознаватель читает меня как открытую книгу. Все мои страхи и надежды.

— Хорошо. Давайте начнём с чего попроще, виана, — сказал мужчина. — Вы обязаны отвечать на мои вопросы. Вы это понимаете?

— Д-да…

— Ваше Имя?

— Лира Скайн… — пролепетала я.

— Как вы попали на корабль?

— Меня приняли на работу…

— Так, вижу… после нападения на бар, верно? Кто это подстроил?

— Подстроил?!

— Я запросил данные с камер. Всё выглядит довольно странно… Кстати, как вы вообще попали на альфа этаж?

— Мне… мне дали пропуск.

— Просто дали? — насмешливо вскинул Алеф тёмные брови. — Случайный прохожий?

— Н-нет… — стала заикаться я, — мать одного пациента!

— Значит, через личные связи… Это маршалы хорошо придумали, чтобы отвести взгляд.

— При чём здесь они?!

— Я задаю вопросы! — рявкнул он, и я чуть не прикусила язык, столь резким был переход. — Вы наняты сюда официально? Договор подписывали?

— Д-да…

— Должность? — теперь он вышагивал взад вперёд по комнате, чеканя свои вопросы в такт шагу.

— Личный лекарь-псионик капитанов.

— Вы их любовница?

— Н-нет! То есть…

— Хм… Видимо, я вам неверно дозу рассчитал, — хмыкнул Алеф. — А то на “любовнице” всё стало совсем как-то неоднозначно… Впрочем, и так очевидно, что тут преступный сговор. Но вы скорее жертва. Маршалы вас подговорили? Что они вам пообещали? Может, угрожали?

— Нет же. Ничего этого не было!

— Признайтесь, и вас не осудят, виана, — почти ласково произнёс Алеф. — Человеческая особь не может противостоять шиарийцам. Понесут наказание лишь они.

— Они ни в чём не виноваты! — почти крикнула я. В ушах звенело от напряжения. Я так разволновалась, что кружка с кофе крупно дрожала в руках, и несколько тёмных пятен уже расплывались на белой простыне.

К глазам подкрались слёзы. Я уже была на всё согласна. Лишь бы из-за меня не пострадали маршалы!

— Поясните, — потребовал Алеф, остановившись напротив меня. Его глаза стали совсем чёрными. Дыры, а не глаза! — Разрешаю дать развёрнутый ответ.

— Они не знали… — мне не хватало воздуха, — я пошла к ядру… Я думала, это сон, я не… не… не…

— Что вы мямлите! — рыкнул Алеф, нависая надо мной будто демон из старых легенд с Земли-один. Иссиня-чёрные волосы, тёмные глаза и бледная кожа только усиливали это сходство. — Как вы вывели из баланса ядро? Отвечайте!

И тут с нижнего уровня каюты раздался такой грохот, что я вздрогнула, окончательно выплёскивая кофе из кружки.

— И вот и ваши “не любовники” подоспели, — довольно улыбается Алеф, оборачиваясь к лестнице, что ведёт на первый этаж каюты. — Если они сейчас на меня нападут, виана Лира, их ждёт трибунал. Поэтому лучше бы вам заранее их вразумить.

Я не знаю всех законов Союза, но почему-то уверена, Алеф не врёт про трибунал. А маршалы будут здесь уже через миг!

Сама не знаю, где беру силы — но подрываюсь с кровати, кофейная чашка летит на пол. Со стуком катится к стене. И успеваю встать между Алефом и моими маршалами, за пару мгновений взлетевшими на второй уровень каюты.

Золотые глаза шиарийцев горят яростью. Они в полной боевой готовности.

Я уже знаю — из братьев Рейгар первый, кто бросится в бой, и остановить его надо сразу. Даже с риском для жизни.

— Подождите! — выкрикиваю я, обхватывая за плечи, рванувшего было к Алефу, Рейгара.

И это срабатывает. Маршал останавливается. И я тут же чувствую его руки, обхватившие меня за талию, горячие, сильные и бережные.

— Ты перешёл всё границы, Алеф! — рявкает обычно спокойный Демиан. Он стоит рядом. Краем взгляда я вижу, как напряглись его мышцы, как хищно бьёт по воздуху его ощетинившийся хвост.

Должно быть, со стороны всё это выглядит совершенно безумно. Я обнимаю опасного шиарийца. Демиан готов рвануть в бой. А позади меня атлантианец — по-прежнему в белом банном халатике, небрежно запахнутом на поясе.

Святой космос, представляю, что маршалы подумали!

— Друзья мои, — голос Алефа раздался из-за моей спины, он звучал как патока, — а мы тут с вианой Лирой пьём кофе… Признаться, я не подумал, что вас тоже надо пригласить. Вы ведь не любите кофе. У моей расы с землянами не в пример больше общего… У вас какой-то срочный вопрос?

— Я сейчас сотру в порошок твои кости, Алеф, — в тон атлантианцу пугающе-ласково произнёс светловолосый Демиан.

А Рейгар ничего не сказал.

Решительно передал меня брату.

И бросился в бой.

Глава 16

Рейгар

Лира осталась позади — в надёжных руках брата, а значит, в безопасности. Всё моё внимание сконцентрировалось на враге.

Зрительный фокус сжался в одну точку — нацеливаясь на того, кого следовало уничтожить. За то, что посмел приволочь нашу мианессу в свою спальню. Напугать. Подвергнуть допросу с применением веществ. За слёзы на её глазах. За алые следы от стяжек на тонких бледных запястьях — едва заметные, но для меня их наличие было равносильно бешеной дозе адреналина, вколотой в кровь.

За каждую из этих деталей Алеф заслуживал быть размазанным по стене. А уж за всё вместе… у него не было и шанса выжить. Желание раздавить дознавателя пульсировало в голове звериной неумолимой яростью.

Мир заволокло бордовым.

Пульс разогнался так, что слился в монотонный гул.

А в следующий миг, тело выстрелило как пружина.

Мир смазался. Мгновение — и мой кулак уже летел в голову Алефа — со скоростью, в которой человеческий глаз не успел бы даже распознать движение. Даже у большинства шиарийцев не было шанса спастись от этой атаки.

Но Алеф был атлантианцем — а в прошлом — боевой единицей. Поэтому за миг до удара, он будто из воздуха выхватил свою вездесущую трость и, схватившись за неё обеими руками, выставил поперёк, принимая удар сокрушительной силы.

Раздался треск, но это был не треск костей или даже трости — это был треск пола под нашими ногами. Он продавился, пошёл трещинами, волна псионической силы с гулом разошлась кругами, опрокидывая кресло и стеклянный столик. Сметая кружки и фудпринтер, разрезая осколками одеяло и простыни.

— Что ты творишь, Рейгар? — процедил Алеф, перехватывая свою трость. Та вдруг ожила, обвила его руку текучей ртутной змеёй, а набалдашник стал её глазом.

Вместо ответа я рубанул хвостом.

Но кончики лишь со свистом разрезали воздух… а должны были перебить позвоночник атлантианца. Однако тот ускользнул, отступил к стене, приняв боевую стойку. Надменная ухмылка окончательно соскользнула с его бледных губ, а глаза почернели — он понял, что это не одна из “психологических игр”, которые так любят представители его расы.

Понял, что я собираюсь его убить. И каждый мой удар может стать для него последним.

“Рейгар” — раздалось в голове. Алеф подключился к открытому каналу псиполя: — “Ты сейчас отправишь на трибунал не только себя”

Обычно атлантианцы не транслируют мысли напрямую. Слишком просто считать эмоции через такую связь. И сейчас я ясно чувствовал — дознаватель пытался понять, где просчитался. Вся эта ситуация с Лирой — чистейшая провокация. Он ожидал яркой реакции, но не настолько сильной. Не понял, что Лира — наша мианесса? Вероятно. Слишком редко ими становятся представительницы человеческой расы. Да ещё и за столь короткий срок.

А проводить допрос мианессы без нас он не имел права.

Впрочем, его ошибка — не моя проблема.

Судьбу Алефа я уже решил.

Он не выйдет отсюда живым.

Эти мысли пронеслись в той части сознания, что не была занята боем. Остальным разумом я просчитывал тысячи вариантов. Хвост, покрытый боевыми шипами, со свистом рассёк воздух в том месте, где только что стоял Алеф, и с грохотом врезался в стену. Пластины раскололись, куски нанопластика обрушились на пол.

“Союз потребует казни!” — снова раздалось в моей голове. Алеф не оставлял попыток договориться. Или пытался отвлечь?

Это не сработает.

Подхватив осколки пластика псионической энергией, я развернулся, и со скоростью пуль швырнул их в Алефа, который попытался разорвать между нами расстояние. Следом я отправил ледяную мысль: “Заявим как несчастный случай. Союзу не нужен военный конфликт с шиарийцами. Так что тебя ещё и за что-нибудь наградят. Посмертно”.

Раздался треск защитного поля, мигнул свет. Это Алеф уже выставил трость набалдашником вперёд. И осколки, что должны были превратить дознавателя в решето, зависли в воздухе. Лишь один чиркнул его по бледной щеке, оставляя тонкую алую полосу. Красное на белом.

Этого было мало.

Я вскинул руку. Расширил псионичекое поле, качнул его энергией. Резко сжал кулак, а вместе с ним воздух, чтобы обрушить его тяжеленным прессом на голову Алефу. Но противник повёл рукой, и его змея вдруг разделилась на две части. Одна осталась в руке атлантианца, а вторая метнулась ко мне шипящей ртутной коброй.

Она целилась в открытую шею. Пришлось ослабить воздушный пресс и перенаправить энергию на щит. Брат тоже усилил мою защиту через общее пси-поле.

— Смерть атлантианца не спустят на тормозах! — рявкнул вслух Алеф. Капля крови стекала по его бледному от напряжения лицу. Находиться в разгоне ему было куда тяжелее, чем мне.

— Верно. Но расследовать дело пришлют кого-то посговорчивее, — прорычал я, отрывая змею от своего плеча и стискивая в пальцах.

Изогнувшись в моей руке, эта вертлявая змееподобная тварь вдруг разделилась на две части. Одна молниеносно скользнула по моему предплечью, чтобы добраться до шеи.

В то же мгновение я ощутил Демиана. Его поддержка была словно шёпот в буре, тихое напоминание о братской связи.

Он успел ускорить меня достаточно, чтобы я среагировал на рывок твари к моей сонной артерии — перехватил на лету и отшвырнул обе её половины в стену, где тут же придавил ментальным прессом по всей длине, чтобы не дёрнулась. И одновременно шагнул к Алефу.

Всё происходило на предельных скоростях. Пульс прыгнул к критичной отметке. Мышцы трещали от нагрузки. Со стороны наш бой не длился и пяти секунд и был похож на смазанный вихрь, настолько были ускорены наши тела.

“Мы можем договориться, Рейгар…”

“Нет”.

Алеф лихорадочно искал варианты. Он был сильным псиоником. Его разгон дотягивал до моего. И эта атлантианская змея доставляла много проблем. Но противостояние в открытом бою не было сильной стороной атлантианцев. Их стезя – подковёрные интриги.

Так что смерть Алефа была предрешена.

Через пять секунд.

Или через десять

Самое большое — через пятнадцать секунд — он будет мёртв.

Отбивая очередную пси-атаку, я уже переместился к Алефу на расстояние удара. Мозг просчитал все варианты. Хвост дёрнулся, выбрасываясь вперёд как копьё, готовое насадить на себя дознавателя. Я знал, в этот раз Алеф не увернётся.

“Землянка не простит тебе это убийство!” — успел послать атлантианец. За микросекунду до своей смерти.

И я споткнулся.

Моя ярость будто налетела на стену.

Этого хватило, чтобы Алеф вновь ушёл из-под смертельного удара. Ненадолго! Я тут же принял его ответную атаку на блок и точным движением схватил дознавателя за шею.

И плевать, что змея оплела мою руку, прокусив предплечье. Боль в разгоне не чувствуешь. Только подмечаешь детали.

Восемь проколов. Кровь не сворачивается, стекая на пол. Пустила яд. Не страшно. Мышцы руки парализует через шесть секунд, но мне хватит одной, чтобы сжать пальцы и сломать врагу шею.

“Она не простит!” — вновь раздалось в голове.

Алеф нащупал слабое место – единственную кровоточащую живую нить среди стальных цепей моих убеждений. И как истинный представитель своей расы – теперь тянул за неё изо всех сил. Я же хотел почувствовать его накатывающий страх. Даже гордые атлантианцы должны бояться смерти!

Но я не мог на этом сконцентрироваться.

Потому что слова Алефа что-то царапнули во мне. И прежде чем сжать руку и оборвать его дыхание, я мельком обернулся на Лиру.

И замер.

Она смотрела на меня огромными зелёными глазами. В них плескался ужас. Она была в ужасе от меня. И моих хладнокровных действий.

Это было – будто заживо сдирали кожу.

Пси-поле малышки яростно гудело от нарастающей перегрузки. Слишком много эмоций для её не восстановившегося ещё здоровья. Губы Лиры медленно шевелились… Медленно, потому что для меня время было замедленным.

Оказывается, она уже какое-то время что-то кричала, пытаясь вырваться из рук Демина. Который тоже что-то транслировал по нашему каналу… но я не слышал. В разгоне пульс и адреналин так шкалит, что заглушает всё.

И чтобы услышать слова Лиры, я на миг вынырнул из разгона.

Лёгкие тут же наполнили металлический запах крови и горечь плавленого пластика. В каюте гулко выла покорёженная техника. К затуманенному разуму пробились слова.

“Рей, остановись”, — твердил брат.

—…хватит! Прошу! — отчаянно со слезами кричала Лира, вкладывая в это столько псионической силы, что её тело вдруг вспыхнуло в пси-спектре ярко-белым, и волна энергии прокатилась по разрушенной каюте.

Она омыла меня тёплом. И мои пятислойные щиты затрещали от нагрузки.

Частью сознания я даже успел восхититься. Какая сильная у нас мианесса. Такая яркая и живая. Одна-единственная в целой вселенной. Хотела вырваться, остановить меня. Смелая малышка. Хорошо, что Демиан был с ней. Удержал.

Рядом раздался низкий шипящий звук.

И я перевёл взгляд на Алефа. Звук исходил из его горла, всё ещё сжатого моей рукой. Я коротко усмехнулся: ещё было время оборвать его жизнь. Яд не подействовал, в руке была сила. Как раз оставались пара секунд.

Но я разжал пальцы.

Алеф попятился назад, упёрся спиной в стену. Запрокинул голову, уставился глазами-безднами в потолок, хрипло рвано кашляя. Его рваный белый халат теперь был в пятнах крови — моей и его. Иссиня-чёрные волосы растрепались. Дознаватель уже не был похож на того лощёного франта, что утром самодовольно взошёл на наш корабль. Скорее на волка с Земли-два после драки. Весь в крови, уже хрипит – но всё ещё скалится.

Вдруг подумалось: Алеф неисправим.

И ярость начала медленно отступать.

И хотя я всё ещё хотел разорвать дознавателя на куски, но теперь взял это желание под контроль. Чтобы сконцентрироваться на чём-то другом, чём-то важном — шагнул к Лире. Эта смелая малышка повисла на руках брата, потеряв сознание от всплеска силы.

Где-то у дверей маячило испуганное лицо немолодой помощницы Алефа. Позади — я слышал — всё ещё хрипел передавленным горлом дознаватель Союза — по всем статьям неприкосновенное лицо. Однако не зря их работа считалась опасной.

— Кхм, — Демиан прочистил горло и заглянул мне за спину с таким видом, будто он не в разнесённой в щепу каюте, а на дипломатическом съезде Союза, — предложение “договориться” ещё в силе, Алеф?.. Может…кофе?

Глава 17

Лира

Сознание утопает в мягкой пустоте.

Перед глазами всё темно.

Но реальность возвращается через ощущения.

Сначала чувствую на своих щиколотках хвосты маршалов. Это успокаивает. Значит – оба живы…

Потом – осознаю, что один из шиарийцев держит меня на руках, слегка покачивая. Рейгар, понимаю я. По запаху. Он пахнет немного иначе, чем Демиан – более тяжело и терпко, но не менее притягательно. Его запах как бы говорит: перед тобой самая агрессивная особь! Бойся! Беги! Хотя нет, не беги – смысла-то никакого…

А потом в памяти всплывают недавние события — искажённое яростью лицо Рейгара, покрытый шипами хвост и ошарашенный дознаватель, которого мой маршал схватил за шею… Космос великий! Дознаватель-то из Союза! Неприкосновенное лицо! И мой маршал Рейгар – убивал его!!!

Убил?!

Наверняка!

И что теперь?!

Теперь трибунал и…

– Тихо-тихо Лира, девочка… – ласковый голос Рейгара с чувственной хрипотцой прорывается ко мне. Я чувствую успокаивающее ласковое касание к моим волосам.

– Она уже в порядке, отпусти её пси, Рей, – это уже Демиан, и его нежное прикосновение к моей талии сзади, – она беспокоится. Хватит…

– Ну правда, Рей, – это уже третий голос. Голос… того самого дознавателя! Который по всему должен быть мёртв! – ваша жена крепче, чем кажется. Она вполне справляется.

– Тебя забыл спросить, Алеф! – огрызается Рейгар в ответ. Но как-то совсем беззлобно, – и оденься уже!..

Их словесная перепалка продолжается, но я не улавливаю смысла.

Всё для меня свелось к паническим однотипным вопросам: Что?! Жена?! Кто жена? Какая жена?! Где жена?!!

И только через несколько мгновений ко мне возвращается зрение.

В первый миг я дёргаюсь, пытаясь вскочить, но надёжные руки черноволосого шиарийца меня ласково удерживают. Я ловлю ртом воздух. Пытаюсь подобрать слова. Тщетно. Оглядываюсь.

И вижу, что вокруг лаконичного круглого столика трое развалились в глубоких светлых креслах. Рейгар со мной на руках. Демиан – на кресле рядом. И дознаватель Союза – В этом его халатике! – напротив нас.

На столике две чашки чёрного кофе. Ополовиненная – рядом с дознавателем. И полная – как будто бы для меня.

Прямо званное чаепитие какое-то! Вот только каюта вокруг – разнесена в щепу. И эти кресла, которые мы заняли, и столик – единственные целые предметы в комнате. Маленькие многоугольные роботы-уборщики с лёгким шуршанием ползают по полу, пытаясь прибраться, но явно не справляются с масштабом бедствия.

“Картина маслом”, — как сказала бы моя бабушка с Земли-два.

– Доброе утро, виана-мианесса, – улыбается дознаватель, манерно поправляя ворот халата, точно он в мундире. – Моё имя Алеф Центурион. Из расы атлантианцев. Познакомимся заново, мы явно неправильно начали…

Мианесса… Я уже слышала это слово.

А потом Алеф встречается взглядом с Рейгаром коротко, понимающе кивает, упруго поднимается с места и исчезает из поля моего зрения. Хочется верить, что Алеф пошёл уже снять свой халат… то есть снять халат и надеть что-то поприличнее! Тем более что халат заляпан кровью. Кровью!

Я снова дёргаюсь. Новая порция воспоминаний бьёт наотмашь.

– Вианы, – мой взгляд мечется между Рейгаром и Демианом, я пытаюсь как-то извернуться, чтобы рассмотреть обоих, – вы в порядке?!

– Не смеши, Лира, ну что нам может сделать атлантианец? – усмехается Рейгар, но я-то вижу, что он бледнее, чем обычно. И рука… его рука освобождена от рукава космийки по плечо и обработана каким-то полупрозрачным гелем неизвестного мне состава. “Змея дознавателя его укусила!” – приходит резкое осознание.

– Зови уже нас по именам, Лира, – мурлыкает Демиан, и я спешно перевожу взгляд на него, – это будет уместнее с учётом твоего положения.

– Моего положения?.. – потерянно бормочу я, а Рейгар тем временем усаживает меня на своём колене ровнее. И вот я уже практически сижу, а не лежу в объятьях шиарийца.

Но тут в поле зрения снова появляется дознаватель Алеф. Светлая космийка со знаками отличия. Несколько мгновений назад растрёпанные волосы – идеально уложены в низкий хвост. Тёмные глаза и иссиня-чёрные волосы странно гармонируют с синим камнем в набалдашнике трости, которую дознаватель сжимает в руках. Даже не верится, что этот военный комиссар и наглец в халатике – одно и то же лицо. И я бы сама себе не поверила. Но знакомая усмешка и ироничное веселье в чёрных глазах – не позволяют усомниться.

И вообще – для того, кого чуть не убили, он выглядит слишком уж бодрым и непосредственным.

– Господин дознаватель… – робкий женский голос от дверей. Поворачиваемся на него все синхронно, – как вы… что вы… я должна уведомить представительство Союза…

Бледная немолодая женщина замерла у входа.

– Что за вздор, Мирта, – раздражённо поднял тёмную бровь Алеф. – Интересно о чём? О моих тренировках со старыми боевыми товарищами?

— Т-тренировками? — заикаясь, переспросила женщина, судорожно стискивая в руках бумажную папку.

— Именно. А сейчас я беседую с уважаемыми капитанами и их мианессой.

— Но ведь…

— Где твои манеры, накса тебе на китель!!! — рявкнул Алеф, от чего бедняжка затряслась так, будто сейчас грохнется в обморок. — Я же ясно тебе дал понять — ты не к месту! Всё! Заблокировать извещение Союзу. Выговор тебе — сама внеси его в базу! И перепиши последние шестнадцать отчётов по сектору Миа-три. Я безобразнее писанины в жизни не видел! Как будто шиарийским хвостом писала! Кхм… пардон, господа.

Рейгар и Демиан проигнорировали последнюю фразу. А уголки моих губ невольно растянулись в улыбке. Маршальские хвосты тем временем сползли с моих щиколоток и свернулись у меня на коленях. А вот они возмущённо защёлкали. Я поспешила приласкать хвостики, пока не случилось скандала.

Я взглянула на немолодую женщину в форме, похожей по крою на косимйку-мундир атлантианца. Должно быть, это какая-то его помощница. Немолодая замученная дамочка-клерк. Фух, несладко ей в ассистентках дознавателя… Я бы его и дня не выдержала. А эта ничего — как будто держится.

Даже сейчас, вместо того чтобы уйти, продолжила стоять на своём.

– Но… – подала она голос вновь, – в отчёте… уважаемые маршалы указали, что людей на борту нет. По должностной инструкции я обязана…

– У тебя ещё и со слухом проблемы? – цыкнул Алеф и одновременно стукнул по полу тростью. – Я запрошу результаты твоей медкомиссии, Мирта! Понаберут по квотам!.. Или ты не знаешь, что мианесса шиарийцев автоматически причисляется к их расе?! Почему у ассистентки дознавателя проседает матчасть, как у последней двоечницы?! Это что за…

– Разве была церемония наречения мианессы… – почему-то не сдавалась дамочка-ассистентка. И действительно, чего она пристала?! Мне как-то резко перестало быть её жалко. Какая-то она тугая. Может, Алеф и правильно на неё рычит?..

– Была церемония, – процедил Алеф, – ты что в каждой бочке затычка, а, Мирта?! Не беси меня. Исчезни. Ещё одно слово и отправишься на станцию Союза. Сейчас. Своим ходом.

Несчастная тётка нервно стёрла со лба испарину и смылась из комнаты.

Мы помолчали несколько мгновений.

Всё это время я продолжала сидеть на коленях у Рейгара, который гладил меня по обтянутому комбинезоном колену так, будто нет ничего естественнее.

– В её словах есть резон, мои хвостатые друзья, – усмехнулся Алеф, – и, конечно, вы, виана-Лира. Церемонию надо провести. Сегодняшней датой. А то в отчёте некрасиво получится. Вопросики возникнут. Оно нам надо?..

– Не надо, – благодушно оскалился Рейгар, обнимая меня за талию, – не люблю соглашаться с атлантианцами, но ты прав, Алеф.

– Согласен, – подхватил Демиан, пока его хвост ластился к моим рукам.

А я потихоньку начинала закипать. О чём они говорят? А меня посветить не нужно разве?

С чем Демиан согласен?! Что за церемония?! Какие причисления к шиарийской расе?! Что вообще происходит?! В какой момент эти господа с интеллигентскими выражениями суровых лиц со мной объяснятся?

– И давно вы вместе? На сколько малышей-близнецов вы уже уговорили свою юную жену-землянку? – как ни в чём не бывало, продолжил светскую беседу Алеф, отпивая кофе из своей чашки.

– Мы не так давно познакомились, – в тон подхватил Демиан, – Лира – наша счастливая случайность с орбитальной станции ТОР.

Алеф поморщился.

– И впрямь случайность, – пробормотал дознаватель, – при том удивительная. Станция ТОР – клоака, в которой я регулярно отлавливаю гуаньских шпионов. В добавок и я как-то уж слишком “случайно” оказался в этом секторе — по ложному вызову, кстати. Так что меня отправили к вам незамедлительно. Вы же понимаете, как всё это выглядит, да?.. Если сложить то, что мы успели обсудить, то как будто кто-то пытается стравить Союз и шиарийцев.

Мужчины, не моргнув глазом, перешли к обсуждению большой политики. А я была близка к точке кипения!

Церемония. Мианесса. Шиарийские младенцы-близнецы!!!

Когда. Мне. Хоть что-то. Объяснят?!!!

Я выдохнула сквозь сжатые зубы. Потянулась к чашке кофе, взяла её в руки и со звоном поставила обратно на столик, расплескав почти половину.

Мужчины, наконец, замолчали.

Теперь все смотрели на меня.

– Через пару часов можно провести церемонию, – первым нарушил молчание Алеф, – подготовлю данные для системы…

И он исчез. Выскользнул из комнаты бесшумно, до невозможности напоминая мне ту змею из жидкого металла маневренностью.

А я осталась с маршалами наедине.

– Лира, – ласково начал Демиан, – у нас с братом к тебе очень важный разговор, девочка.

– Неужели... – чуть не прошипела я.

– Ты станешь нашей женой, – внёс ясность более прямолинейный Рей. Я силилась разобрать: в его словах хотя бы ради приличия была вопросительная интонация?! Не похоже…

– А у меня есть право отказаться? — сердито выпалила я.

Глава 18

Лира

Алеф исчез. Полуразрушенная комната плыла перед глазами. Произошло столько всего!

Я сидела на коленях маршала Рейгара, а в кресле рядом – сидел маршал Демиан.

А больше здесь никого не осталось. Даже роботы-уборщики, повинуясь пси-приказу шиарийцев, уползли из поля зрения.

Вдоль позвоночника пробежали мурашки: я так боялась. Всего. Своей изначальной лжи, из-за которой попала на корабль. И её страшных последствий – я чуть не заразила вирусом ядро! А потом – из-за меня Рей чуть не убил дознавателя Союза!..

И, можно подумать, мне было мало впечатлений! Сердце колотилось. Пальцы рук мелко подрагивали.

А последняя новость меня просто добила: суровые шиарийцы только что назвали меня своей женой! Не спросили, хочу ли я ей быть. А именно – назвали!

Я пока не могла понять, как к этому отношусь.

Или могла?.. Просто боялась себе в этом признаться?

– А у меня есть право отказаться? — я переспросила резко. Прозвучало сердито, но то, что я на самом деле чувствовала – было на несколько порядков сложнее.

За грудиной разливалось нежное уютное тепло. Я не знала этому названия. Сердце щемило. Слёзы наворачивались. Вспоминались счастливые финалы древних сказок Земли-два. Где принц женится на принцессе.

Святой космос, это было не похоже на сказку от слова совсем!

И “принца” два. И “принцессе” слова не давали.

Безобразие!.. Казалось бы.

Но откуда тогда это странное тепло за грудиной, которое становится всё шире и практически топит меня? И почему уголки губ пытаются ползти вверх, а я удерживаю строгое выражение лица отчаянным волевым усилием?

Хвосты шиарийцев неожиданно ласково мелодично щёлкнули в воздухе. Я даже не вздрогнула. И не удивилась, когда хвосты знакомым жестом нежно обвили мои щиколотки. Мой внутренний мандраж уменьшился. А тепло за грудиной – усилилось. Уж хвосты то меня понимали...

Шиарийцы обменялись короткими взглядами.

— Право отказаться у тебя есть, Лира, — Демиан мягко взял мою руку и поцеловал ладонь. – Мы не чудовища. И принуждать тебя ни к чему не станем.

— А ты хочешь отказаться? — Рейгар чуть развернул меня в своих руках, так что я теперь смотрела черноволосому маршалу в бездонные золотистые глаза. Удивительный цвет. Удивительная раса.

И почему люди их боятся, они же такие…замечательные.

– Лира, – Демиан приложил мою руку ладонью к своей щеке, и на несколько мгновений прикрыл глаза, – мы не хотим давить. Но между нами есть связь. Разве ты её не чувствуешь?..

Я сглотнула.

– Она крепнет каждое мгновение, – подхватил Рейгар, вдруг нежно прижавшись губами к моему виску, – ты наша мианесса, девочка. Идеально подходящая особь. Наш шиарийский инстинкт уже выбрал тебя. Наша единственная возможная пара…

– Впрочем, ты человек, – Демиан посмотрел на меня тяжёлым взглядом, – и мы понимаем, что ты чувствуешь совсем в ином спектре. И по всей вероятности относишься к нам не так… как нам хотелось бы.

Сердце колотилось уже на запредельных скоростях! Ближе к шиарийской норме, чем к человеческой. Боль в глазах Демиана, от того, что я возможно отношусь к ним “ не так” – отозвалась во мне глухой тоскливой отдачей. Мне захотелось прокричать им: я отношусь именно так!!! Что вы ещё такое придумали?!

Но братья-маршалы смотрели, словно я их отвергла.

– Объясните мне… что происходит…мне же… никто ничего не говорит, – ласково попросила я, рефлекторно нырнув в поверхностное пси. И словно обожглась: шиарийцев и впрямь непреодолимо тянуло ко мне! Они открылись мне – выставили свои чувства напоказ. И в этом было столько силы и страсти, что казалось, им в пору – броситься на меня и разорвать на клочки! Но вместе с тем – желание оберегать меня, мой покой, моё… эм... гипотетическое потомство – обозначалось мощнейшим доминантным намерением.

— Тебя втянули в политическую игру, Лира. Выявили как вероятную “совместимую особь”. Заразили искусственным вирусом, — Демиан печально улыбнулся. — Отправили к нам, зная, что мы заинтересуемся. Возьмём тебя на корабль.

— В твоём лекарстве было вовсе не обезболивающее, — Рейгар шумно вдохнул запах моих волос и ненадолго прикрыл глаза, — а вспомогательный ретровирус. Он встроился в остатки первичного. Это высокотехнологичное биологическое оружие, Лира. И через него наши враги перехватили управление твоим сознанием. Вынудили доставить вирус к ядру. Но ты сумела вернуть себе контроль и прервать заражение. Смелая, сильная девочка…

– Вирус уже не проблема. Но теперь тебя назначили виноватой. – Демиан опустился на одно колено передо мной, оглядывая меня, всё еще сидящую у Рейгара на руках, снизу вверх. – И мы должны выдать Союзу "человечку". Но если ты наша мианесса – законная жена – то по шиарийскому закону – ты принадлежишь нашей расе. И нет такого преступления, за которое тебя можно выдать властям.

Так это такое благородство? Мне вдруг стало так горько, что я на миг забыла об эмоциональной буре шиарийцев, что прочитала в их пси.

Мой язык оказался быстрее мозга:

– То есть…Вы хотите жениться на мне, чтобы спасти?.. Это… это очень великодушно, но…

– Нет, – вдруг рявкнул Рейгар, оба хвоста жёстче сжали мои щиколотки, – мы сделаем это немедленно, чтобы ты получила статус неприкосновенности, Лира!

Вот теперь я вздрогнула.

Но хвосты ослабили хват и переползли со щиколоток мне на руки. Я их на автомате приласкала.

– Но жениться на тебе мы хотим в любом случае, – мягче ответил Демиан, – просто позвали бы чуть позже. И чуть... изящнее.

– Но не слишком, – беззлобно буркнул Рейгар.

– Вопрос в том, хочешь ли этого ты, – договорил Демиан и снова наградил меня долгим печальным взглядом.

И тут я поняла, что эти суровые шиарийцы – мощнейшие псионики – вежливо “топтались” на пороге моего пси. Не делали шаг за барьер, хотя это им ничего и не стоило. Иначе бы уже давно знали, с какой нежностью и теплотой я отношусь к ним.

Я робко улыбнулась, прекращая гладить свернувшиеся кольцами на моих коленях хвосты. Протянула обе руки к маршалам. Осторожно взялась за их горячие ладони. Одной рукой держала Рейгара, другой – Демиана. Они осторожно отвечали на мой жест.

Подступившие слёзы сдавили мне горло.

Я не смогла ответить: “Да, я согласна! Я влюбилась вас в первое же мгновение, когда увидела в баре! Когда ощутила тень ваших запахов! Когда услышала первые ноты рычащих властных голосов!.. Я больше всего на свете хочу быть вашей! Но признаваться в этом так страшно! Даже себе!..”

Но зато я смогла часто-часто согласно покивать.

И показательно опустить барьеры своего пси.

Это было приглашение.

Пусть мои маршалы посмотрят сами через моё пси, как я к ним отношусь.

Я всё равно не смогу подобрать слова.

…

В золотистых глазах маршалов – такая палитра чувств, к их пси боюсь даже тянуться – там просто бушует эмоциональная буря!

И как им удаётся сохранять видимость спокойствия?

– Лира… – почти страдальчески выдыхает мне в волосы Рейгар. Горячо, терпко. Я хочу выпить его дыхание. Но сижу в оцепенении у него на коленях: собственные эмоции меня буквально раздавили.

Я не могу… не могу в это поверить. Я так счастлива, что, кажется – и вдоха лишнего не сделаю.

Я заглядываю в глаза Демиана. В них ещё тает боль – от того, что я якобы их отвергла. Эта боль сходит как последний снег тёплой весной на Земле-два. Её вымещают новые эмоции: нежность, жажда обладать, страсть, и это последнее… Я бы назвала её "любовь", но боюсь. Всё ещё боюсь ошибиться. Точно этот подарок судьбы – никак не может быть для меня. Словно это всё по ошибке. Что маршалам всё показалось, и я краду чью-то чужую счастливую участь.

– Какие глупости, девочка моя, ты и только ты. Ты рождена для нас… наша мианесса. – хрипло выдыхает Рейгар мне на ухо, теперь он анализирует метания в моём поверхностном пси беспрепятственно. И отлавливает разрушительные мысли до того, как они успели укорениться. Черноволосый маршал мягко прикасается губами к моей шее. Никто из людей, там, где я выросла, никогда бы не поверил, что шиарийцы способны на такую трепетную нежность.

Мои ладони – всё ещё в руках моих маршалов… моих… (собираюсь с духом, чтобы произнести это хотя бы мысленно)... мужей!

И точно что-то отщёлкивается в моём сознании. По телу разливается сладкое тепло – да, да, это мои мужья! Так и должно быть. Только так и возможно. Они любят меня. И это взаимно. Нет ничего естественнее! И почему я сразу не поняла…

– Так-то лучше, – улыбается Демиан, и вдруг делает хищный рывок ко мне. Но у меня не возникает рефлекто́рного оборонительного рефлекса. Я не дёргаюсь, не пытаюсь закрытья.

Я улыбаюсь светловолосому шиарийцу, освобождаю из его хвата руку и медленно кладу на его щеку раскрытой ладонью. Я чувствую: Демиан так любит. И я теперь так буду делать часто... Шиариец резко подскочил ко мне, чтобы показать – насколько естественно то, что между нами произойдёт.

О господи, – я холодею, – это сейчас произойдёт! Мои… мужья возьмут меня. Сразу оба!

“Это часть церемонии наречения мианессы, девочка”, – мягко касается моего пси объединённая мысль братьев, – “ мы не сделаем больно… мы будем осторожны…”

Я сглотнула.

Я была влюблена в этих мужчин. Это факт. И до одури хотела – аж в глазах темно, но…

Был один момент. Точнее, два. Два ОГРОМНЫХ момента.

– В чём дело, Лира? – нахмурился Демиан.

– Вы… вы крупнее меня… существенно крупнее, – еле выдавила я.

– Шиарийцы крупнее людей. Это нормально, – выдохнул мне в шею Рейгар, не прекращая покрывать мою кожу мелкими колкими поцелуями.

– Н-но…

– Что?

– Рей, Демиан… у нас есть…эм… анатомическое несоответствие! Да. Вы же меня… порвёте!...

Братья застыли. Оба прижались губами к моей шее. И по слегка подрагивающим плечам шиарийцев я поняла – они давят смех.

– Лира, – Рей мягко развернул моё лицо к себе, очень нежно придерживая за подбородок, – Лира… посмотри на меня.

Я подчинилась. Рейгар ласково улыбнулся мне:

– Мы не навредим своей мианессе. Тебе нечего бояться.

В этих золотистых глазах танцевали искорки. Это завораживало. Гипнотизировало.

Я сама чуть подалась вперёд, сама робко прикоснулась к губам Рея своими. Он ответил мне нежно. Осторожно прикусывал то одну мою губу, то вторую. Был невероятно нежен, так что я забылась, и сама не поняла – как он вошёл в мой рот языком. Как в нежный трепетный поцелуй ворвалась страсть. Как она нарастала. Как требовал его язык у меня подчинения. Как я с удовольствием выполняла всё, что Рей желает…

По телу растёкся пульсирующий жар. Я почувствовала, как между ног у меня всё увлажняется от желания. Как пытаются сорваться в непроизвольное сокращение мышцы промежности…

Я пропустила, когда руки Демиана начали оглаживать мою спину сзади, когда он расстегнул мой космо-комбинезон. Как его крупные ладони накрыли мою оголившуюся грудь.

Очнулась – и осознала – горячее давление на ставшие очень чувствительными соски. А ещё – что всё это время – порочно постанывала в рот маршалу Рейгару, но он продолжал целовать меня, не внимая моей мольбе.

И я уже не сидела на руках у Рея. Оба маршала стояли и держали меня в своих объятиях, так что я лежала на руках у обоих сразу.

Рейгар уступил мой рот своему брату – поцелуй Демиана оказался неожиданно жёстче и порочнее. Я зашлась новым стоном желания.

А руки и хвосты маршалов окончательно избавили меня от одежды.

Их руки были повсюду.

То один целовал меня в губы, то второй. Горячие сильные ладони сжимали мою грудь, бёдра, ягодицы.

Я задёргалась лишь когда ощутила, как мне развели ноги и кончики маршальских хвостов скользнули туда – к самому сокровенному. Принялись поглаживать мою промежность. Осторожно давить между увлажнивших складочек. Растирать выступившую влагу между ягодиц.

И тут я снова в панике вспомнила: меня готовят к… двойному проникновению!

— П-подождите! — мне едва удалось разорвать поцелуй с Демианом. Его глаза горели. Хищник был на охоте.

Хвосты тут же покинули мою промежность.

Я облегчённо рвано выдохнула.

И совершенно напрасно!

Меня уже разложили на одном из широких кресел.

Я только ошарашенно моргнула: когда маршалы успели раздеться?! Мощные тела, бугрящиеся мышцы… И Святой космос! Мой взгляд заметался между Рейгаром и Демианом. Вот это да! Огромные красивые члены уже возбуждены. По стволам вьются толстые вены.

Это зрелище вызвало у меня одиночную сладкую судорогу межу ног.

– Ах…

— Лира… ты готова девочка, — ласково прорычал Рейгар. А то, как он на меня смотрел — заставило поджаться пальцы ног. — Ты такая красивая. Такая желанная…

Перед глазами всё пошло золотыми вспышками, сердце колотилось, кружилась голова. Я вдруг чувствовала своё тело невероятно лёгким. Точно корабль вдруг потерял гравитацию… Но нет. С кораблём всё было в порядке. Кажется, гравитацию утратила только моя хрупкая человеческая душа. И произошло это, пока я смотрела в золотистые глаза двух невероятных мужчин, уже уложивших меня на широкое кресло.

Это было вообще неразумно. Моё тело умоляло о продолжении. Разум мне отказывал.

— Мы желали тебя с первого мгновения, малышка, — Рейгар опустился передо мной на колени, положил мои ноги себе на плечи. И приник жадными губами к моему лону!

Космос! Жёсткая судорога оргазма – как электрический разряд – прострелила тело. Заставила выгнуться. Застонать – почти зарыдать. Но Рейгар крепко держал мои бёдра – не двинуться. А его язык был неумолим. Он давил на клитор, обжигал нежные складочки. Пробовал меня всю.

А Демиан стоял так близко и смотрел.

Как его брат берёт меня языком.

И от того, как он смотрит, я сходила с ума. Взгляд золотистых глаз скользил по мне. Задерживался на голой груди. Обнимал всё моё существо. И я проваливалась. Мягкие оргазмы накатывали один за другим. Влаги между ног – становилось всё больше.

– Пожалуйста… – вдруг взмолилась я, глядя на Демиана, толком не понимая, что именно у него прошу.

Но шиарийцы явно сочли мою просьбу приказом. И принялись выполнять. Что бы он ни значил.

Язык Рея меня покинул, вырвав напоследок ещё один тягуче сладкий мягкий спазм. Шиарийские хвосты обвили мою талию и подняли в воздух, отрывая от кресла.

Кажется, моя кровь горела, лоно словно пульсировало, низ живота, всё внизу затопил плавкий жар. А запах Рейгара и Демиана стал более терпким, острым. Мускусным и пряным. Их запахи слились в один – я сделала глубокий вдох – и это было ошибкой. Разум окончательно мне отказал.

В следующий раз осознала себя лежащей. Мы все трое лежали. На полу.

Подо мной Рейгар, я – лежу на его мощной груди и рельефном животе спиной. Между ягодиц – мне упирается горячая головка его возбуждённого члена. Надо мной – нависает Демиан.

Его член – упирается в меня спереди, у самого входа. Головка уже раздвинула влажные складочки. Я только сдавленно охнула, когда она скользнула глубже и упёрлась в девственную плеву. А к анусу, уже смазанному моими соками, приставил головку члена Рей.

Они пригвоздили меня. Обездвижили.

Я часто-часто заморгала. Космос! Ведь они меня убьют!.. Не специально, но… это же это же… они же огромные.

“Тихо, девочка”, – наши пси тоже сплелись. И мою тревогу точно стравили, открыв невидимый клапан. Мандраж ушёл. А моё пси мягко слилось с пси Рейгара и Демиана. У меня словно обострилось зрение, слух, обоняние…

Ушли последние мысли. Остались только желания.

Такие правильные. Такие сильные.

Моё тело жаждет ими наполниться. Так почему же мои мужья медлят?

“Чего вы ждёте?!” – растерянно спросила я в нашем общем пси.

Братья-маршалы только мягко усмехнулись.

И вошли в меня одновременно.

Сразу оба. И на всю длину. Их горячие, огромные прекрасные члены – переполнили меня. Туго и сладко растянули. Я ахнула. И прислушалась к себе. Не может быть… Не может быть, чтобы боли не было!

Но это факт.

Девственная плева – порвана. Я чувствую обострившимся чутьем запах собственной крови. Но боли нет.

Почему?

“Мы же говорили тебе, Лира. Мы не можем сделать больно мианессе. Это противоестественно…”

“У людей так много страхов… Большинство из них напрасны”

Мои мужья ещё были неподвижны какое-то время, позволяя мне привыкнуть к своим размерам. А потом задвигались во мне. Плавно, синхронно, медленно. Каждое их движение – почти заставляло меня зарыдать от счастья. Я почти срывалась в оргазм!.. Но они подавались назад в последний миг! Заставляли балансировать на грани. Мучили! Пытали!..

Не знаю, сколько прошло времени.

Их движения ускорились.

И вот он – первый полноценный срыв – жёсткий оргазм. Внизу всё сводит. Я сжимаю своим телом изнутри сразу двоих! Этот мышечный спазм сладок и неуправляем! Из моей груди вырывается вскрик!..

Но вырваться я не могу! И это прекрасно…

Мои мужья начинают двигаться ещё быстрее. Каждый новый выпад теперь – выбивает из меня сладкий спазм.

Кажется, у меня уже потекли слёзы из глаз. А голос уже сорван. И я могу только постанывать на каждое сладкое желанное вторжение…

И мне кажется, что я вот-вот потеряю сознание!..

Но наконец мужья жёстко синхронно вколачиваются в меня несколько раз. Это особенно сильно! И я чувствую, как в меня выстреливает горячее семя маршалов. Я вновь обхватываю их собой изнутри. Они целуют меня. Ласкают. Нежно покусывают. Обнимают хвостами…

И сталкивают в оргазм запредельной силы.

Всё сокращается – всё сжимается. И проходя через пик, я срываюсь куда-то – как в про́пасть падаю. И только тогда приходит разрядка. Всё тело обмякает. Мужья медленно, нехотя из меня выскальзывают. И моё тело отвечает на это новым мягким сокращением.

Это оказывается последней каплей.

И моё сознание отлетает.

Глава 19

Лира

Наши пси расплетались так же неохотно, как и наши тела. Меня будто укачивало на мягких чувственных волнах, они плескались внутри и снаружи, захватили мою душу и стали моими крыльями. Я будто парила. Мне хотелось смеяться счастливо и пьяно. Особенно от щекотных поцелуев, которыми мои шиарийцы… (или я должна называть их мужьями?) покрывали моё разнеженное тело.

Сколько раз мы это сделали?

И не сосчитать. И удивительно, что, не имея никакого опыта, я совсем не ощутила боли.

Жмурясь от удовольствия, я то обнимала мужчин, то гладила их ластящиеся к пальцам хвосты. И ощущала себя на седьмом небе от счастья.

“Мианесса. Наша малышка… ”, — считывала я такие же счастливые мысли с объединённого пси-поля мужчин.

“Не хочется тебя отпускать… Но нужно переходить к официальной части”, — услышала я мысль Рейгара.

Общаться вот так, не размыкая губ, было удобно, потому что губы были заняты горячими поцелуями. Рейгар и Демиан будто не могли мною напиться, снова и снова лаская моё тело и распаляя желание. Они не хотели меня отпускать, также, как и я их.

Разум был как в тумане. Даже смысл слов доходил слабо.

Наверное, поэтому Рейгар прижал меня к своему горячему торсу, и вместе со мной поднялся на ноги. Отнёс меня в душ — под тёплые струи воды. К нам тут же присоединился и Демиан. Братья растирали по моему размякшему от удовольствия телу ароматное мыло. А потом, бережно омыв чистой водой, завернули в большое мягкое полотенце и снова отнесли в комнату.

Абсолютно обнажённый Демиан со мной на руках опустился в кресло. Усадил к себе на колени и заключил в горячие объятия.

Рейгар исчез из поля моего зрения. Но я была спокойна. Мой муж рядом: мы невесомо соприкасаемся пси. Точно я птица, парящая над водной гладью океана Земли-2, коротко мазнувшая в полёте крылом по поверхности прохладной воды. Вскоре Рей вернулся полностью одетым. Муж взглянул на меня с нежностью и протянул мне что-то. Я не сразу поняла, что мой муж держит в руках. В глаза бросился цвет – благородный, глубокий красный. На Земле-два растут такие цветы.

Но оттенок специфический. И называется он… “шиарийская кровь”. Я ахнула: это был ритуальный цвет для свадебных платьев шиарийцев.

Но как? Откуда?.. Я протянула пальцы к драгоценному подарку. Коснулась подушечками невесомой прохлады алого текучего материала. Дорогого, даже на ощупь.

— К сожалению, свадебного бутика поблизости нет, — улыбнулся Рей, — но кое-какие схемы в хоз-принтере были. Я их чуть подкрутил… тебе должно понравиться, Лира. — И он перехватил материал иначе. Платье развернулось. Невесомые текучие юбки соскользнули вниз. Моему взгляду открылся лиф, перевитый деликатным алым кружевом…

Это платье напечатал хоз-принтере?!

Что у них за принтер там?!

Слишком уж материал походил на земной шёлк и кружево ручной работы.

Я на несколько мгновений потеряла дар речи!.. А потом засмеялась от счастья.

Этого не может быть!..

Замуж за идеальных мужчин. В этом бесподобном платье. Это…это всё сон! Это не со мной!

“С тобой, Лира”

“Только с тобой, наша возлюбленная… наша мианесса”

Пси тоже словно расцвело изящным кружевом наших мощных энерголиний. Каждый миг я срасталась ментально с мужьями. И эти общие нити уже не расплести. Они крепнут каждый миг.

И крепнет моё бесконечное счастье!..

“Ты сама прекрасная женщина во вселенной, Лира… И мы хотим, чтобы ты запомнила церемонию и насладилась ею…”

“Даже если проводить её будет вредный атлантианец с тростью”.

Я мягко рассмеялась. И бегло смахнула выступившие слёзы счастья.

— Ну что, примеришь? — Демиан, который сидел со мной в кресле, поцеловал мою шею.

Рейгар протянул платье. Бережно взяв его, я погладила кружева… ткань была нежной, я сразу узнала нано-волокна, которые примут форму моего тела, а значит, о размере можно не волноваться. Прижала платье к груди.

— Спасибо… — я закусила губу, глядя на Рейгара. — А сколько есть времени до… регистрации?

— Полчаса найдётся.

— У землян есть традиция… Невесту в платье жених… женихи… не видят до начала церемонии. Поэтому я бы пока померила, привела себя в порядок, и потом… Если вы не против. Хотя понимаю, что это ерунда.

Мужчины заулыбались. Они смотрели на меня с такой теплотой, что у меня сердце зашлось бешеным стуком.

— Желание мианессы никак не может быть ерундой, — мурлыкнул Демиан, поцеловав меня в плечо.

— Я понимаю, что ты хочешь побыть одна и привести мысли в порядок. Мы зайдём за тобой через тридцать минут, — сказал Рейгар, наклонившись и нежно коснувшись губами моих губ.

Я зарделась от такого внимания. И от заботы. И от всего!

Не верилось, что всё это происходит со мной.

Когда маршалы вышли, я пару минут просто сидела в кресле, смотрела в стену и переваривала события дня. Сколько же всего случилось! А в итоге… я вот-вот официально стану женой шиарийцев. И это вообще не пугает — наоборот, будто возносит к небесам. Мне хотелось закрыть лицо руками и завизжать от переполняющего меня счастья.

Безумие! Я словно во сне! Просто не верится, что со мной такое произошло. Ведь ещё недавно я была уверена, что мои дни сочтены. А теперь… Могла ли я представить такой исход, когда на дрожащих ногах подошла к шиарийцам в баре? Тогда они пугали меня до икоты, а теперь я знаю их, как самых надёжных мужчин в целом мире.

И они мои... мои мужья.

— Мужья… — повторила я вслух это невероятное слово и снова погладила красное платье. Пора было собираться — готовиться для церемонии. Пусть она будет маленькой и скорой, но для меня — самой романтичной на свете.

Следующие десять минут я потратила на то, чтобы привести в порядок волосы, расчесать их локон к локону и заплести причёску, какую мне когда-то делала бабушка — простую, но нежную. Потом примерила платье… Посмотрела в зеркало и ахнула. После постоянных лётных комбинезонов я в платье выглядела как другой человек. Алый оттенок делал меня какой-то особенно яркой, праздничной и очень женственной. Только хрустальных туфелек не хватало для полноты образа…

Тук-тук-тук, — друг раздался стук в дверь.

— Я ещё не готова, — заволновалась я, кинув взгляд на часы. У меня ещё было минут десять или даже пятнадцать.

— Это я, можно войти? — раздался за дверью тихий женский голос. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что это стучится помощница атлантианца. Та маленькая немолодая уже женщина с замученным лицом. Как там её звали… Мирта!

— Да, конечно, — настороженно произнесла я, гадая, что ей нужно.

Лепестки двери приоткрылись, и ассистентка Алефа зашла внутрь. Её белые волосы были собраны в жидкий низкий хвост, мундир застёгнут под самую шею — согласно рекомендациям Союза. Замученный взгляд скользнул по комнате, нашёл меня, и тонкие губы изогнулись в грустной улыбке.

— Вы очень красивы, виана, — пробормотала Мирта, топчась на пороге. Её голос был тихим и слабым, как и весь её образ. Она будто всем своим видом транслировала — "да меня ветер сдует, вот насколько я не опасна. Не обращайте на меня внимания, вианы!"

— Спасибо, — осторожно ответила я. — У вас что-то срочное?

— По правде сказать… — она замялась, сцепила руки, виновато отвела взгляд, — я зашла извиниться. Я отреагировала очень остро на ситуацию ранее. Простите меня.

Ого, неожиданно.

— Ох, не стоит, — махнула я рукой, немного расслабившись. — Вы просто хотели всё сделать по правилам.

— Это правда, — вздохнула она и подошла ближе уже смелее, присела на подлокотник кресла. — Я не хотела никого подставлять, тем более вас — такую же землянку, как я. Просто пыталась выполнять свою работу. Но с таким начальством правила меняются каждый миг! То требуется досконально исполнять инструкцию, то вдруг нужно её забыть, будто и не было. И всегда чуть что — я виновата! А ведь я стараюсь изо всех сил. И в этот раз просто растерялась… Здесь был такой погром. Но я не хотела ничего плохого.

— Понимаю, — кивнула я. — Начальник у вас не сахар.

— Это точно, — хмыкнула женщина, а потом окинула мою фигуру взглядом тусклых глаз — Вам очень идёт это платье, виана.

— Благодарю.

— Если хотите, могу помочь с причёской. Вижу, у вас выбилось несколько прядей на затылке… Когда-то я заплетала волосы своим сёстрам и знаю, как такое легко и быстро спрятать. Разрешите?

Я напряглась.

Первое желание было — отказать. Сама не знаю почему… Но я остановила себя.

Мирта всё же извинилась, и она так печально смотрела, казалась такой одинокой, что моё сердце врача дрогнуло. Всё же она тоже человек, наверное, ей тяжело быть среди других рас, которые ни во что её не ставят.

Поэтому я кивнула соглашаясь.

Радостно улыбнувшись, Мирта подошла и встала позади моего кресла. Я почувствовала, как её прохладные пальцы осторожно коснулись моих волос.

— Я за вас очень рада… — сказала она, осторожно выправляя пряди и закручивая их в причёску, —… но вот интересно… не страшно ли вам?

— А почему должно?

— Ну ведь шиарийцы… жестокая раса. Разве не боязно вот так — в омут с головой?

— Ничуть.

— Даже капельку? — настойчиво спросила Мирта.

Тревожное чувство зародилось в груди. И оно усиливалось с каждой секундой.

— Если в жизни не переступать через страх, — сдержанно ответила я, — то не выйдешь и из собственной комнаты.

— Но сколько вы знаете маршалов? Всего ничего.

— Это не ваше дело, — уже совсем грубо сказала я, отстраняясь от её холодных рук. — Давайте закончим этот разговор.

— Но неужели вы не понимаете… — прошептала Мирта с каким-то опасным маниакальным блеском в глазах. — Они вас обманут. Это всё их игра. Не зря же про них ходит столько ужасных слухов. Шиарийцы безжалостны. Они стёрли с лица земли не одну расу. А знаете, что случилось с Землёй-один? Я могу скинуть вам засекреченные архивы, и вы…

— Что вы вообще несёте! — оборвала я её, поднимаясь в полный рост. — Покиньте каюту.

Но женщина не слышала меня, продолжая нести околесицу:

— Вы всё ещё можете отступить, Лира! Я помогу вам. Организую защиту. Шиарийцы вас не тронут. Не смогут дотянуться!

— Хватит! — Я сжала кулаки, готовясь, если понадобится, позвать маршалов, чтобы они вывели эту сумасшедшую. — Мне никакая помощь не требуется. Уж точно не от вас.

Вцепившись в спинку кресла, Мирта выпучила глаза, глядя на меня так пристально, будто искала в моём лице тень сомнения. А не найдя печально качнула головой.

— Ох… понимаю. Очень жаль… Жаль. Вас, — выдохнула она, а потом её тонкий силуэт смазался, будто она с запредельной скоростью сорвалась с места.

Я успела лишь коротко вздрогнуть, как Мирта вдруг оказалась прямо возле меня. Миг и что-то острое вонзилось в мою шею. Игла!

Паника ударила в голову. Я вскинула руки, открыла рот, чтобы закричать, но из него не вылетело ни звука, а руки, ослабев, упали плетьми. Моё псиполе задрожало, когда я попыталась через него дотянуться до маршалов и позвать на помощь.

— Ничего не выйдет, — сообщила ассистентка Алефа, холодно глядя, как я оседаю на пол прямо в своём свадебном красном платье. Бледное лицо Мирты потекло вниз, будто свежая акварель, на которую плеснули водой. И сквозь эту странную массу вдруг ясно проступили другие черты — другие лица.

Угасающим сознанием я узнала в них сначала блондинку, которая выдавала мне лекарство в клинике… А потом и немолодую женщину, что всучила мне пропуск.

В груди мне стало тяжело и больно.

Это было похоже на жуткий сон. Ведь в реальности подобное невозможно.

— Я хотела по-хорошему. Но вы сами сделали выбор, — донёсся до меня голос Мирты. Он больше не был слабым или тусклым — он был пугающе холодным, будто у безжалостного убийцы, который вышел на дело.

А потом мир погрузился во тьму.

Глава 20

Лира

Я медленно приходила в себя.

Сначала вернулся слух — воздух завибрировал от гудения двигателей и потрескивания электричества. Потом вернулось осязание — тело слегка онемело от неприятно-холодного, пахнущего мокрым железом нано-покрытия пола. Я попыталась двинуться, но ноги и руки не слушались. Страх уколол сердце, и я распахнула глаза.

Связанная, я лежала у стены. Запястья и голени были стянуты тончайшими нитями, напоминающими паутину. Вот только намного крепче паутины! И Подол моего красного свадебного платья разметался по металлическим напольным пластинам. Я съёжилась в утробе технического помещения — просторного и круглого, наполненного мягким жёлтым светом. По высоким стенам тянулись толстые канаты энергососудов — они пульсировали, будто в такт сердцебиению.

В центре возвышался стеклянный купол диаметром несколько метров — внутри мерцал шар, напоминающей миниатюрную копию солнца. Поверхность шара тревожно вздымалась всполохами красно-жёлтой энергии.

Я сразу узнала и это место, и это “солнце”.

Это пси-ядро — сердце крейсера. Волны энергии расходились от него во все стороны. Они теплом касались моих щёк и онемевших рук, и в этом касании было что-то тревожное. Взволнованное. Будто корабль пытался что-то сказать. Что-то важное…

А потом… я увидела её — Мирту.

Помощница Алефа вышла из-за ядра. В ней не осталось ничего от той кроткой, слабой женщины, что бегала за атлантианцем послушным хвостиком. Нет… сейчас она была ближе к монстру, чем человеку!

Пальцы похолодели, а в груди образовался тяжёлый ком.

То, чем оказалась Мирта, было в два раза выше меня.

Из вытянутого торса существа росли сразу три пары рук — одна с молодыми наманикюренными пальцами, вторая с сухими кистями — как у женщины лет сорока, и третья пара с совсем сморщенными ладонями — как у старухи.

Из широких плеч торчали три жилистые длинные шеи.

И на каждой раскачивалась своя голова!

Три лица — юное, взрослое и старое.

Я знала каждое из них! Каждое из них я встречала.

Первое лицо — молодая блондинка — она озвучила мне диагноз и выдала талон на лекарства… которые оказались поддельными.

Второе лицо — взрослой седой женщины. Той самой, которая назвалась матерью моего пациента. Она дала мне пропуск на альфа-уровень.

Третье лицо — помощница Алефа — Мирта.

Шесть пар глаз синхронно моргнули, одновременно открылись рты:

— Лира…

— Проснулась?

— Ну здравствуй…

Произнесли головы словно в хоре, договаривая друг за другом, наслаиваясь, создавая зловещий, многоголосый ритм-галоп.

От диссонанса со всем, что мне было известно. От противоестественности каждого жеста существа. Оттого, что его голос звучал, как атональный мотив… меня просто затрясло! Липкий холодок страха оплёл пространство под рёбрами – совсем как путы-паутины запястья. Никогда в жизни я не встречала подобных тварей. Она была неправильной, как что-то хищное, склизкое, острое, ядовитое... Она наводила на смутные ассоциации с раковой опухолью. Агрессивной, бесформенной, ненасытной… и бессмертной.

Я даже не знала, что такие существа бывают! Нервно дёрнула руки, но паутина не позволила.

— Боишься?

— Не надо.

—…всё закончится быстро.

Дыхание сбилось, я снова и снова глотала воздух. Паника оглушала.

“Надо успокоиться!” — мысленно кричала я себе.

Думай о фактах. Факты такие… это не монстр. Просто ещё одна раса… неизвестная. Жуткая! Но… просто живое существо. Что она хочет?! Зачем притащила сюда?! И как притащила? Ведь тут непроходимая защита…”

Грудь сдавило от осознания происходящего — Мирта использовала меня, чтобы проникнуть к Пси-ядру? Да! Скорее всего! И теперь она хочет снова заразить его вирусом — раз не получилось в прошлый раз!

Я нырнула в своё пси, чтобы пробиться к маршалам, позвать их. Но помещение было экранировано, и у меня ничего не вышло. Но мои шиарийцы скоро меня хватятся! Спасут! Надо попробовать потянуть время!

— Что ты такое?! Что тебе от меня надо?! — просипела я, неуклюже садясь на полу и облокачиваясь спиной на стену.

Три головы синхронно наклонились набок, будто существо раздумывало, отвечать ли. А потом губы на лицах по очереди растянулись в неестественной улыбке.

— Время есть, почему бы не побеседовать, — начала молодая голова, мягким, почти дружелюбным тоном.

— Что мне нужно от тебя, Лира? — продолжила средняя – Мирта – добавляя нотки обвинения в голос. — Хм… уже ничего. Однажды ты уже испортила наш прекрасный план.

Старое лицо усмехнулось, голос прозвучал как шёпот:

— Впрочем, вышло даже лучше.

Она снова замолкает. Чего-то ждёт…

— Ты… ты… хочешь заразить ядро?! Дестабилизировать его. Захватить?! – мой голос сорвался.

По её ухмылке понимаю — так и есть. Возможно что-то одно или всё сразу, но я угадала.

— Но в ядре содержится колоссальная энергия… — выдохнула я, — оно может взорваться!

— Почему “может”? — улыбнулась молодая.

— Обязательно взорвётся, — усмехнулась средняя.

— Это будет так прелестно! Чёрная дыра появится прямо посреди важного кластера Союза, — ощерилась старая.

У меня перехватило дыхание.

Чёрная дыра… из-за взрыва на крейсере шиарийцев. Союз может посчитать это намеренным актом терроризма. Нападением! Подобное может привести к войне! Особенно если будет хоть малейшее доказательство, что маршалы причастны. Например, они мешали дознавателю Союза… Встали на сторону шпионки, потому что она мианесса.

Если Мирта зафиксировала на регистратор момент, когда Рейгар атаковал Алефа — этого будет достаточно. Она запросто могла заранее подвесить в облако письмо, которое отправится позже — когда ядро уже взорвётся, и не будет щитов, ограничивающих инфо-поток.

А свидетели погибнут.

Некому будет опровергнуть обвинение.

Официально будет признано, что маршалы — высокие чины Шиарии — приняли участие в террористическом акте. Не подчинились Союзу. Нарушили все протоколы. Убили дознавателя. Это пахнет кровью и смертями… пахнет сиротством и войной!

Это и есть цель?! Неужели оно того стоит?!

— Если крейсер взорвётся, ты тоже умрёшь… — процедила я, вскинув подбородок. Мой голос горьким эхом разнёсся по помещению.

— Обо мне не переживай, — ядовито усмехнулось многорукое существо, и я поняла, у этого монстра есть способ выжить.

Ядро полыхало, рыжими всполохами ложась на три жутких лица. Высокое тело отбрасывало на пол длинную многорукую тень.

— Зачем тебе это, Мирта?

— Ради мести, — произнесла она тремя голосами сразу, и комната будто заполнилась мраком её ненависти.

— Какой к чёрту мести?! — закричала я, снова дёргая руки, стянутые нитями. — Никто не сделал тебе ничего плохого!

— Мило, что ты так считаешь… Ты когда-нибудь слышала о метаморфах?

—…раса, исчезнувшая в великой войне. Неужели ты она из них?

— Да, — кивнуло существо и оскалилось. — А из-за кого наша раса исчезла? Впрочем, неважно из-за кого… Чтобы возродиться из пепла, нужно что-то сжечь. А чтобы сжечь — требуется костёр. И этот корабль станет первой искрой этого костра.

— Но… но… — я пыталась найти разумные аргументы, — если ты из исчезнувшей расы, то могла бы обратиться к Союзу. Вам бы помогли! Всем малочисленным народам помогают!

Трёхголовое существо усмехнулось так, будто большей чуши в жизни не слышало.

— Кто-то ещё верит в сказочную доброту Союза? — усмехнулась старое лицо. А остальные два повернулись к ядру. Положили на стеклянный купол все свои шесть рук… — Пора.

— Что ты… — начала было я, но в следующий миг по ушам ударил треск. Молнии трещин распороли купол над ядром. Чбах! И он с хлопком лопнул. Осколки брызнули в стороны. Последний рубеж защиты пал.

Комната наполнилась жаром, будто я оказалась в печке. Я задышала чаще, лихорадочно перебирая варианты — что вообще я могу сделать?! Подойдёт даже что-то совершенно безумное, лишь бы остановить эту сумасшедшую!

Не могу же я просто сидеть и смотреть, как кто-то рушит мой мир!

“Лира!” — вдруг раздалось в моём сознании.

Я вздрогнула, а потом едва не заплакала от облегчения. Это были мои мужья, Рейгар и Демиан. Их голоса проникли в мой разум, их объединённый пси дотянулся до меня сквозь стены крейсера. Я тут же открыла им своё пси-поле, чтобы они ощутили, что чувствую я, чтобы увидели то, что вижу я. Чтобы поняли, где я!

«Мы скоро, малышка», — прошептал Рейгар. Его голос был полон заботы и беспокойства.

«Ничего не бойся», — добавил Демиан, и я почти вживую ощутила его надёжные объятия.

Я закусила губу, чтобы сдержать эмоции.

Раз мои мужчины знают, где я, то значит, всё будет хорошо! Я не одна.

Но когда я вскинула глаза, то увидела, что все три лица наблюдают за мной со скользким любопытством. Так живодёр смотрит на тонущего котёнка.

— Ну что? Они скоро? — ухмыльнулась голова с лицом Мирты.

Видимо, шок отразился на моём лице, потому что существо хищно оскалилось, а потом поднесло одну из своих рук ядру… И, нажав, стала погружать её будто в полыхающую поверхность будто в масло.

Ядро возмущённо зашипело, запузырилось, низко загудело, словно плача от боли. По ярко-жёлтой солнечной поверхности стали расползаться чёрные миазмы.

“Лира, малышка… приготовься”, — раздался в разуме голос Рейгара.

Я ощутила, как вокруг меня формируется воздушный щит, а в следующий миг пространство дрогнуло. Крупные смазанные тени метнулись в поле зрения. Раздался свист! И Мирта вдруг вскинула свободные руки, принимая на невидимый барьер вихрь из мощных ударов хвостов и кулаков.

Лишь через миг я осознала, что мои мужья уже здесь! Их тела движутся со скоростью, которую невозможно уловить взглядом. Они атакуют метаморфа снова и снова — так что по воздуху проходит рябь, и свист эхом звучит под потолком.

— Это всё, что вы можете?! — кричит Мирта, молниеносно отбивая атаки и не меняя зловещего выражения на трёх своих лицах. Она поднимает в воздух осколки стеклянного купола и веером выстреливает ими, целя в меня. Но мои мужья мгновенно перехватывают осколки пси-силой.

— Давайте же! Нападайте! — шипят три головы монстра.

Мирта явно наслаждается происходящим! Её глаза светятся алым, а на пси-уровне её жуткое тело объято жёлтым пламенем энергии, будто она впитала и усвоила часть силы корабельного ядра.

А что… если так и есть?!

От этой мысли меня пробил холодный пот.

— Лира! — раздалось вдруг рядом. И возле меня присел Алеф. Чёрные волосы атлантианца были собраны в хвост, глаза излучали серьёзность и беспокойство. Он перехватил трость, а потом прямо на моих глазах её край заострился. Алеф разрезал паутину, связывающую мои руки и ноги. Помог подняться и тут же настойчиво подтолкнул к выходу.

Я сделала пару шагов по инерции, но потом обернулась

— Давай, бегом отсюда! — приказал он. — В коридоре тебя встретят солдаты. Проводят в зону эвакуации. Твои шиарийцы держат на тебе щиты — тебе ничего не грозит! Быстрее!

— Н-но…

— Тебя защитят! Ничего не бойся!

Алеф уже переключился — обернулся, вскинув трость, чтобы отбить удар — потому что Мирта швырнула в него кусок обшивки.

— Сожри-ка это, начальник! — завопила она и одновременно выдернула руку из ядра. Стряхнула с пальцев рыжие шипящие капли, прожигая ими пол и заставляя Рейгара и Демиана перенаправить энергию с атаки на щиты.

Спустя мгновение они снова бросились в бой.

Братья двигались точно и слаженно — идеальные воины, которые слышат намерения друг друга. Мышцы перекатывались под их космийками. Хвосты, покрытые боевыми шипами, то рубили сверху вниз, то резко выстреливали как пики. Воздух трещал от количества психической энергии, которая сталкивалась в воздухе.

Казалось, никто не устоит перед моими шиарийцами.

Но Мирта смеялась… Будто для неё происходящее — забавная игра. Она легко отбивала удары воздушными щитами, как умели только запредельно сильные псионики. А потом вдруг вскинула руки — и пол помещения забугрился. Из него с треском вырвались чёрные извивающиеся провода. На их оборванных концах искрило электричество.

Толстые жгуты качнулись и резко хлестнули по Рейгару и Демиану. Я вскрикнула от испуга! Но мои мужчины были быстрее. Синхронно ушли от удара. Обрубили провода хвостами. Но новые жгуты вырвались уже из стен! Один из них достал Демиана, оставив на плече моего мужа кровавый след. Одновременно Мирта сорвала телепатией куски обшивки, и со смехом швырнула их в шиарийцев и атлантианца — да с такой скоростью, что воздух засвистел.

Пространство наполнилось запахом гари и плавленой пластмассы.

Всё происходило так быстро! Так жутко!

Казалось, корабль полностью подчинился Мирте!

И восстал против капитанов.

Ядро за спиной женщины бешено пульсировало. Его солнечный цвет сменился на мутно серый, чернота расползалась по поверхности, точно раковая опухоль.

То, что происходит — безумие.

Сцена из ужасного кошмара.

Мирта хохочет, нападая вновь и вновь, пока мужчины отбивают её атаки. Корабль подчиняется её сумасшедшим приказам. А ядро…

Ядро чернеет и угасает с каждым мигом.

Я чувствую — всё дело в нём.

Мирта чем-то его заразила. Каким-то образом подчинила! И теперь вытягивает из него энергию, будто хищный паук из беззащитной жертвы.

И хотя Алеф сказал мне уйти, я замираю на месте. Призвав всю свою волю, сосредотачиваюсь на ядре. Раскрываю своё пси-поле, расширяю его, тянусь им к сердцу корабля и мягко касаюсь — так, чтобы Мирта не заметила.

В виски тут же толкается боль. Ментальный слух наполняется воем — так воет раненое животное, пойманное в капкан охотников. Ядро плачет и просит помочь. В его пси-спектре бушует океан черноты…

Эта тьма густая, живая, злая, но по структуре очень похожа на ту черноту, которая возникает у псиоников с критической перегрузкой.

В голове рождается мысль…

А могу ли я — пси-лекарь — изгнать её?

Не знаю…

Но я должна попытаться!

Воспользовавшись тем, что все три лица Мирты обращены к мужчинам, я делаю шаг стене, а потом вдоль неё бегом обхожу ядро, чтобы зайти с другой стороны.

Мирта всё ещё не обращает на мои перемещения внимания — или не видит, или не воспринимает как угрозу. Зато реагируют мужья.

“Лира!” — в голосе Рейгара звенит беспокойство.

Я чувствую, если сейчас же не объясню ему свой план, он меня схватит в охапку и унесёт подальше.

Поэтому я посылаю маршалам эмоцию поддержки и решительности.

И мысль: — “Я попытаюсь вылечить его! Прикройте меня!”

И бросаюсь к ядру.

И тут же ощущаю, что воздушный щит вокруг меня стал ещё толще. Ещё прочнее. Теперь его и выстрел из пушки не проломит.

Мирта, наконец, замечает меня. Все её лица искажает злоба. Бывшая помощница Алефа вскидывает руки, и с её пальцев срывается волна ментальной силы. Она вздыбливает пол, корёжа метал, но разбивается об дознавателя Союза, который успел встать передо мной и выставить трость.

Тут же из пола — почти из-под моих ног — вырываются длинные провода. Но прежде, чем они успевают ударить по мне, их рассекает хвост подоспевшего Демиана. А Рейгар — с другой стороны, уже прикрывает от града осколков.

Моё сердце сжимается от гордости за мужчин. Кажется, с такой защитой, я могла бы пройти даже по горящему Аду, и ни один волосок с меня не упал бы.

Ограждая меня от опасности, мужчины слаженно атакуют трёхголового монстра — оттесняя от ядра. Мирта отвлекается на мгновение, и мне его хватает, чтобы добраться до сердца крейсера. Успеть положить на его горячую серо-жёлтую поверхностью руку и тут же нырнуть в пси-спектр. На первый уровень, на второй, и ещё глубже, туда — где бушует чернота.

Частью сознания я слышу, как снаружи кипит бой. Как верещит Мирта, пытаясь атаковать мою беззащитную спину. Но мужчины не позволяют ей приблизиться.

Другой частью сознания — я ощущаю себя внутри пси-поля ядра. Оно отличается от гуманоидного. Энергия здесь закручивается по мощной толстой спирали, уходящей вверх. Река силы настолько густая, что даже проекция моего тела еле двигается в ней — как если бы я пыталась плыть через густую смолу.

В центре спирали бушует чернота. Она похожа на огромную чернильную медузу с уродливым глазом-пузырём и множеством ядовитых отростков, которые извиваются и разрастаются со стремительной скоростью. Проникая в реку энергии, они загрязняют её и вытягивают силы.

И я намерена это остановить!

Призываю всю свою концентрацию, заставляя тело вспыхнуть белым светом. Формирую в руках белые плети — куда более яркие и длинные, чем обычно.

Расход энергии огромный — если выберусь отсюда — неделю не встану с кровати — но сейчас двигаться становится легче.

Глаз чернильной медузы смотрит прямо на меня, огромный чёрный отросток с воем рассекает пространство над моей головой! Но я сжимаю зубы и вскидываю свои плети и легко выжигаю его светом. А затем следующий и следующий! Пространство шипит, виски гудят от нагрузки. Но я не останавливаюсь. Решительно направляясь к голове медузы, по пути выжигая тьму. И вдруг вижу — в центре твари извивается нечто похожее на червяка.

Это вирус! Такой же, что раньше был во мне!

Тот самый, что пытался управлять мной. А теперь — управляет ядром, забирая его силу. Также — как раньше он забирал мою жизнь.

Сжав зубы, я бешено работаю плетьми. Иногда трансформирую их в лассо, чтобы ухватить ускользающую тьму. И продолжаю упрямо продвигаться к центру.

“Лира, ты проваливаешься в ядро”, — обеспокоенно доносится до моего сознания.

Я чувствую — это правда. Я уже практически в него увязла. В реальности уже обе моих руки по локоть погружены в нутро ядра. Но ещё я чувствую — оно мне не навредит. Окружит энергией, но не обожжёт. Оно хочет помочь мне так же, как я хочу помочь ему.

Я посылаю эту мысль мужьям, а сама делаю новый шаг — и уже отсекаю первый крупный кусок тьмы от огромной головы медузы.

Снаружи верещит Мирта. Кажется, только что Рейгар отрубил одну из её рук. А Демиан оторвал лишнюю голову.

Я отрезаю новую часть от медузы. И снова визг доносится снаружи.

Мирта слабеет! Но не успеваю я обрадоваться, как пространство пси-поля ядра начинает идти волнами. Червь вдруг выскальзывает из центра тьмы и кидается на меня, распахнув чёрную пасть.

— Умри! — слышу я дикий крик Мирты.

Но и не думаю закрываться.

Глупый вирус!

Глупая Мирта! Они думают, я буду прятаться?!

Я улыбаюсь слегка безумно. Ну же! Вирус — вот я! Иди сюда!

Я дожидаюсь момента, а потом распахиваю свой пси, будто двери в огромную клетку. И вирус влетает в неё, как глупая мышь. Я тут же захлопываю “дверь”. Запираю на сто замков. А остаток своей силы выпускаю лучами. Они прорываются через моё тело — грубо, больно — но эффективно. И выжигают тьму.

Снаружи кричит Мирта.

Сыплет проклятиями и обещаниями расправы.

Но её голос вдруг становится булькающим.

И вот — затихает.

Или мне только кажется?

Я уже не чувствую тела. Моё сознание уплывает.

Вирус внутри моего пси мечется, бьётся от стены своей клетки. Он сильный! Куда сильнее, того, что раньше был во мне. Он погубит меня за несколько минут… Но и я теперь не одна.

Уже спустя миг, меня обнимают сильные руки — спереди и сзади. Прижимают к сильным телам. Моё сознание укутывают эмоциями восхищения и любви. А мой рот накрывают требовательным поцелуем, и сразу язык одного из моих мужей проникает сквозь мои приоткрытые губы — передавая спасительный иммунный фактор…

Глава 21

Рейгар мягко целовал мои губы, и я постепенно возвращалась в сознание.

Меня обнимали сильные руки, а тело со всех сторон обволакивала энергия пси-ядра. Внутри сердца корабля было уютно и приятно. Как в тёплой, ласковой воде. Я качалась на его волнах. Ядро пело мне на языке психических энергий. Ядро благословляло мой выбор, мой союз с маршалами. Это было странно…

Боль исчезла. Я помнила, как я выложилась, выдала пик своих возможностей — засветив белым в пси-спеткре всё, до чего смогла дотянуться. Как заперла в себе вирус.

Как надёжные сильные руки моих мужей тоже погрузились в ядро и обняли меня с двух сторон. А осатаневший вирус всё это время словно пытался выломать мои рёбра изнутри.

Всё вместе это длилось несколько мгновений. Но я за них прожила огромный опыт.

И точку в этом страшном приключении поставил точку уверенный поцелуй одного из моих мужей. И этот поцелуй всё ещё длился.

Я осторожно приоткрыла глаза.

Пространство светилось молочно-белым. Меня целовал Рейгар.

Я хотела осторожно обнять его за шею в ответ, но у меня абсолютно не было на это сил.

Краем сознания я лишь ощущала, как вирус догорал во мне. Обломки его пси-кода распадались до простейших составных цепей — а затем бледнели и исчезали окончательно.

Рейгар осторожно разорвал поцелуй, заглянул мне в глаза с такой нежностью, что… я почувствовала, как горячая слеза покатилась по виску — куда-то к уху.

И только в этот момент я поняла, что раз слеза катится не вниз — значит, я лежу на спине — но всё ещё внутри ядра, которое расширилось, образовав внутри себя пустую полость.

Мирта повержена…

“Да, — раздался в моём разуме голос Рейгара. — Её тело распалось, но мы найдём, кто за ней стоял”.

Ядро спасено…

— Благодаря тебе, смелая малышка, — восхищённо шепнул Демиан. — Наша бесстрашная мианесса. Ты лучшее, что с нами случилось.

Я зажмурилась от переполняющих меня эмоций.

Меня хотели использовать, чтобы навредить маршалам… Но в итоге это привело к нашей встрече. К моменту сейчас. Я смогла очистить ядро. Мирта повержена и больше не навредит. Вирус погиб. А я в руках мужей.

Рейгар целует меня, а стоило ему оторваться, как к моим губам прикоснулся Демиан. Его поцелуй резко стал глубже. Рейгар вылечил меня. А Демиан теперь делился силой. Так что я смогла зарыться пальцами в светлые волосы Демиана. Приобнять за шею. Второй рукой найти горячую ладонь Рейгара. Сплестись пальцами. И — не притормаживая — сплестись с мужьями пси-спектрами.

“Наша девочка…”

“...так прекрасна…”

“...мы тебя желаем…”

— И я вас… — ответила вслух, острожно прервав поцелуй Демиана. И отчего-то жар смущения залил щёки. Хотя не было для нас ничего естественнее, чем вот так желать друг друга. Сливаться пси с маршлами — было очень похоже по ощущениям на флотирование сознания в пси живого ядра крейсера.

Рейгар прижал меня к себе и поднял на руки, а потом шагнул из ядра сквозь мерцающую оболочку. Я оглянулась кругом. Зрение ещё было мутным, но я увидела, что помещение почти вернулось в своё первозданный вид. Здесь было светло. Втянулись в пол провода, по стенам вьются пульсирующие реки корабельных энергий. Окрепшим от помощи маршалов разумом я уже чётче поняла, что всё окончательно закончилось.

Ядро и правда было в порядке, спокойно и счастливо сияло на нас ровным золотым светом. А его защитный полупрозрачный купол отрастал заново.

Рейгар опустился, уложив меня на свои колени. Демиан снова завладел моими губами, и я приоткрыла их, желая, чтобы он углубил поцелуй. Я всё ещё чувствовала слабость, но с каждым прикосновением мужчин моему телу возвращались силы. Желание жаром обдало живот, спустилось за лоно, запульсировало.

С потолка лился обычный белый свет. Никаких аварийных ламп.

Хотя… я предпочла бы отдаться мужьям в интимном сумраке, но… какое это имеет значение? На самом деле, мне абсолютно всё равно, где это произойдёт…

Ощутив прилив сил, я улыбнулась, я так сча́стливо и уютно ощущала себя на руках мужей. Теперь я крепко обнимала одной рукой за шею Рейгара, другой — Демиана. Хвосты мужей привычно нежно обвили мои щиколотки. Я потянулась к своему черноволосому мужу за новым поцелуем.

У меня уже горела кожа.

За лоном уже начинались тугие сладкие мышечные спазмы — я была готова…

Голова кружилась. Я хотела, чтобы меня взяли мои мужья… Чтобы…

Сдержанный кашель где-то совсем близко заставил нас троих синхронно взглянуть в сторону звука.

Атлантианец Алеф вежливо смотрел немного сторону, немного слепо — как будто специально расфокусировав взгляд своих глубоких чёрных глаз. Светлый мундир сидел безупречно — точно он сейчас не сражался насмерть с метаморфом вместе с моими мужьями. Алеф постукивал серебристой тростью с сапфировым набалдашником о металлический пол, как будто он аристократ из древнейших времён Земли-один. Из той эпохи, когда ещё запрягали неразумных копытных в повозки и носили смешные головные уборы цилиндрической формы.

Ему бы это всё очень пошло…

— Друзья мои, — произнёс куда-то в сторону дознаватель Союза упорно на нас не глядя, — я за вас бесконечно рад. И, конечно, счастлив, что мы решили проблему моей кхм… помощницей! Но мы на этот досадный случай потратили слишком много времени. А церемонию наречения мианессы я должен провести сейчас. Пока не завершились текущие сутки по всеобщему времени. Иначе в документах дебет с кредитом не сойдётся. А мне и так теперь все отчёты придётся писать самому. Так что не сочтите за труд… отложить минут на сорок медовый месяц.

Я закусила губу и посмотрела на своих мужчин из-под ресниц.

— Я уже могу стоять. Силы вернулись, — шепнула я. Мужья нехотя позволили мне встать на ноги. Я поправила своё алое платье, удивительно — оно даже нигде не порвалось. И мы с маршалами взялись за руки, сплетя пальцы.

Я чувствовала себя в безопасности.

Атлантианец улыбнулся уголками губ и, наконец, посмотрел на нас прямо.

— Ну так-то лучше, — вдруг доверительно произнёс он, — между нами говоря, я одобряю, когда шиарийцы женятся на землянках. Потомство… цивилизованнее. Хвосты воспитаннее. Пищевое дурновкусие опять же… редко наследуется.

— Что ты такое говоришь, атлантианец?! — рявкнул Рейгар, щёлкнув хвостом. Но я слышала в голосе мужа теплоту. Его рычание сейчас было тёплым и дружеским. В нём почти звенел смех.

— Лишь предупреждаю. С вероятностью около ста процентов, всё ваше совместное потомство… — Алеф подмигнул мне, — полюбит кофе.

Мои губы невольно расползлись в широкой улыбке. А дознаватель по-военному развернулся и, чеканя шаг, вышел в широкий дверной проём.

А мы, помедлив пару мгновений, двинулись следом.

Мужья вели меня за руки.

А шла… в абсолютном доверии к ним и трепетала: я сейчас официально выйду за них замуж! Подумать только!..

***

Церемонию дознаватель проводил в просторном лаундж-отсеке с живыми деревьями. Голограммы на стенах сотворили иллюзию высокого голубого неба и пушистых белоснежных облаков... Очень достоверно. Даже слишком! И тут я почувствовала лёгкий ветерок с запахом хвои и лесного разнотравья. Моргнула и… не узнала лаундж-отсек. Пол был покрыт зелёной травой и мхом… будто настоящим! А впереди виднелось озеро…

Но как это возможно?

“Что это?..” — недоумённо обратилась я к мужьям в пси-спектре.

“Это атлантианские штучки…” — выдохнул Рейгар, махнув хвостом.

“Думаю, это свадебный подарок господина дознавателя, — подхватил Демиан, — в другое время, я бы сказал, что это нецелевой расход пси-энергии. Но теперь… я скажу, что отчасти понял эстетическую ценность, за которую так радеет их раса…”

— Подождите, — я на миг высвободила руки из ладоней мужей. Чуть приподняла подол своего кружевного алого платья. И стянула универсальные мягкие сапожки из нанокожи. Они, конечно, были ничего…

Но атлантианец сотворил из лаундж-отсека маленький лесной рай. И я хотела коснуться ногами душистой земли, укрытой с изумрудным мягким мхом. Что, собственно, и сделала.

Мягкая тропа среди высоких, пахнущих смолой деревьев вела к берегу прозрачного озера. Там у увитой лесным цветами зелёной арки нас с мужьями ждал Алеф со старомодной раскрытой книгой в руках. Такие я видела только на исторических голограммах.

Это всё было так… красиво. Так похоже… на Землю!

— Пойдём, любимая, — Рейгар осторожно взял меня за руку.

— Ты лучшая женщина во вселенной, — выдохнул мне на ухо Демиан, подхватывая вторую руку.

И они повели меня к алтарю.

По мягкой тропе. Сквозь шелест трав и пение земных птиц. Ласковый ветерок нёс свежесть от воды и холодил моё намокшее от слёз счастья лицо.

Тепло от рук мужей входило в меня и возвращалось обратно к ним. С нашим объединённым пси и моей огромной любовью. Такой необъятной, что мне казалось, она меня сейчас задушит, сейчас задавит…

Я прерывисто выдохнула.

Горячие пальцы Демиана смахнули слёзы с моего лица.

— Я буду краток, — сдержанно улыбнулся Алеф, когда мы с мужьями замерли перед ним у увитой лесными цветами арки. Словно перед каким-то древним жрецом, — властью данной мне Союзом, я свидетельствую, что землянка Лира Скайн — первая и единственная мианесса шиарийских маршалов Рейгара и Демиана…

Имена, звания, регалии, длинный список собственности… я об этом никогда не думала. Мне было всё равно. Я просто любила их. И смотрела в их золотистые глаза. Голос Алефа звучал убаюкивающе, ровно.

Мои руки мелко подрагивали.

Я помню только, как произносила от всей души “согласна”, “буду” и “навсегда”. И как в положенных местах отвечали мои мужья. Помню, как мы приложили пальцы к указанным местам в старомодной книге Алефа, официально заверяя свой выбор.

И как с книги осыпалась иллюзия и она обратилась в рабочий планшет атлантианца.

— Всё это, — обвёл дознаватель лес и озеро взглядом, — в вашем распоряжении до утра, друзья мои. Я покидаю вас. И до завтра вас никто не побеспокоит.

А потом Алеф просто ушёл.

И вокруг остался только лес и озёрный берег.

И бесконечная нежность во взглядах моих мужей.

Глава 22

Лира

Это место… было неотличимо от заповедной Земли.

Рейгар замер у меня за спиной, Демиан опустился на одно колено рядом со мной и нежно прижимался губами к моей ладони.

Я рвано дышала — набиралась смелости.

Хотя сейчас у нас будет не первый раз, но… почему-то душу переполнял трепет.

В животе стало щекотно и воздушно.

Моё тело мелко дрожало.

А мои мужья просто замерли. Просто успокаивали своими мыслями. Своим присутствием. Терпеливо ждали, когда я раскроюсь им навстречу.

Я смотрела на воду. Изумрудный мох холодил стопы. Я поджимала пальцы ног. Я пыталась впитать каждую деталь. Запомнить картинку, которая навсегда будет сцеплена в моём разуме с одним из самых счастливых дней в моей жизни.

“Лира…”, — ласково прикоснулась к моему пси мысль Рейгара. Я улыбнулась, но продолжила смотреть на воду. А руки Рейгара легли на мою спину. Так тепло, так спокойно. Пальцы мужа подцепили что-то в моём платье, и изящное кружево разъехалось в его руках.

Я почувствовала, что платья на спине уже нет. Моё сердце забилось быстрее.

Хвосты мужей скользнули под алую ткань юбки и осторожно обвили мои ноги. Очень деликатно. Это был скорее акт поддержки.

— Что теперь будет?.. — шепнули мои губы, пока пальцы моей свободной руки зарылись в светлые волосы стоявшего передо мной на одном колене Демиана. Я пропустила роскошный грубый шёлк волос сквозь пальцы.

— Полетим домой. В наш с тобой общий дом, в Шиарию, — глубокие золотистые глаза Демиана взглянули на меня снизу вверх. И тут мою шею сзади обожгли поцелуем губы Рейгара, одновременно Демиан порывисто поднялся в полный рост. И теперь я уже смотрела на него снизу вверх.

— Ты не хочешь?.. — выдохнул мне в шею Рейгар, — хочешь на Землю?.. Чего ты хочешь, Лира?..

— Мой дом, — мои губы дрогнули, а голос сорвался, — там же где и ваш. Но я бы хотела увидеть Землю…

— Всё, что пожелаешь, — дыхание Демиана обожгло мои губы, я слегка приоткрыла рот и потянулась, чтобы обнять своего светловолосого мужа одной рукой. Вторую я завела себе за голову — чтобы прикоснуться к Рейгару. Обнять и его тоже. Хотя я была слишком миниатюрной для них. Я просто не могла, мне было их даже толком не обнять.

— Вы уверены? — вопрос сам вырвался у меня.

Братья-маршалы замерли. Демиан — у моих губ. Рейгар — у моей шеи, вдыхая, как зверь мой запах.

— Уверены в чём? — в голос Рейгара ворвались агрессивные рычащие нотки.

— Про меня, — пискнула я, — я точно вам подхожу? Я же…

— Лирр-р-ра, — это уже Дамиан рычал мне в губы, — неужели тебе мало доказательств? Мы через столькое прошли. Наши пси идеально совместимы. Мы образуем идеально устойчивую мощную систему.

А мне почему-то стало горько. Совместимость? Система? Это всё не совсем про любовь. Да, я сама была безумно крышесносно влюблена в своих мужей. Но я так отчаянно хотела, чтобы и их отношение было похожим, а не в разумных категориях.

“В нашей расе разумные категории вообще не в приоритете”, — усмехнулся в нашем объединённом пси Демиан.

“Мы уже женаты. Почему ты до сих пор сомневаешься?”, — это уже был Рейгар.

“Лира, — голос Демиана звучал ласково, он обволакивал мой разум, — Лира… ты нам доверяешь?”

“Конечно…”

“Лира… ты знаешь, что сверхсильные псионики способны… прогнозировать будущее?”

“Н-ну… да”.

“Мы вместе можем подтолкнуть твои силы и показать тебе кое-что… чтобы развеять сомнения. Прогноз. Перспективы нашей семьи…” — вкрадчиво предложил Демиан.

“Это снимет твою тревожность", — подхватил мысль брата Рейгар.

Мы общаемся в пси, но одновременно я нахожусь с мужьями в хвойном лесу, на берегу прозрачного озера. И пока мы разговариваем, они медленно раздевают меня. И вот — алое платье соскальзывает к моим стопам.

“Смотри внимательно… — Демиан улыбается.

Меня целуют губы Демиана. Потом меня разворачивает к себе Рейгар. И приникает к моим губам в поцелуе. Он ласкает, он требует. Его язык жадно изучает мой рот. А потом он подталкивает меня поступать также. Я увлекаюсь. Я забываюсь.

Руки мужей скользят по моему обнажённому телу. Мягко сжимают грудь. Ласкают соски. За лоном сладко, жарко пульсирует. Я не могу вспомнить, в чём минуту назад были мои сомнения. Между ног уже давно всё влажно. Когда Рейгар подхватывает меня под ягодицами, подтягивает выше и прижимает к себе, я тут же обвиваю его торс ногами. Сзади ко мне тут же прижимается Демиан.

Когда они оба успели раздеться?!

Пока я терзалась невнятными размышлениями?

Снова прикосновения, снова поцелуи. И мысль, которая меня только что терзала — вдруг тонет в океане чувственного наслаждения. И я даже толком не помню, о чём она была.

Но чувствую — с каждым ласковым горячим прикосновением мужей к моему телу. Их губ, пальцев, хвостов… их возбуждённых горячих членов… моё пси-поле немного расширяется. В него сваливаются информационные фрагменты, прогнозы, вероятности. Они бурлят, они во что-то закручиваются, складываются.

Они как шум морского прибоя где-то вдалеке — не отвлекают меня от ласк. От леса и озера. От манящего терпкого запаха тел моих смешанного с нотками смолы и хвои.

Меня укладывают обнажённой спиной на мягкую траву. Пока Демиан меня целует — Рейгар уже опустился межу моих разведённых ног. Сначала ко мне прикасаются его осторожные пальцы. Проводят по влажным складочкам, уверено и нежно обводят клитор — заставляя меня изогнуться всем телом на каждое прикосновение. Когда Рейгар убеждается, что я готова, к моей промежности прикасается уже горячая головка его возбуждённого члена.

Когда он толкается в меня, входит на всю длину. Я тут же охватываю мужа собой изнутри.

Это первый раз. Первый раз — в качестве жены, и я…

— Ты всегда была нашей женой, — выдыхает мне в губы Демиан, оторвавшись на пару мгновений, — с первой встречи. Ты могла быть только нашей. Снова поцелуи. Губы Демиана на моих, а потом цепочка поцелуев-ожогов уходит ниже — по шее, на грудь. И когда Демиан берет втягивает горошину моего соска в свой рот — я всхлипываю. Его движения — так идеально слажены с движениями его брата, который сейчас во мне. Который владеет моим телом, который…

Ах!..

Он начинает двигаться иначе. Быстрее. Сильнее. Начинает что-то задевать в глубине меня — и горячая судорога охлестывает меня на каждый его выпад. Когда я уже на грани. Когда я уже готова сорвать голос — Рейгар замирает. И вдруг толкается особенно резко несколько раз — мир взрывается. Я непроизвольно обхватываю член мужа собой изнутри. Ощущаю каждую деталь. Проживаю каждый миг — словно время растянулось. Рейгар бурно кончает в меня, его горячее семя изливается. А по моему телу — расходится новая волна. Оргазмы — как круги на воде после брошенного валуна. Каждый последующий мягче предыдущего.

Но ненадолго. Рейгар выходит из меня. И тут принимается требовательно и горячо целовать мои губы.

А в меня уже входит Демиан.

Мягкие волны оргазма тут же заостряются. Развязавшийся было узел желания у меня за лоном — завязывается вновь. Каждый выпад Демиана — дарит мне резкий хлёсткий прострел чистого кайфа по всем телу. Я кричу. Хвосты сжимают мои ноги. А потом вдруг соскальзывают с ног и стягивают вместо этого руки, точно живые путы. И это… это вдруг так неожиданно и хорошо — что я кончаю снова!

Мой крик тонет в поцелуе Рейгара. Обращается в глухой стон.

А Демиан начинает двигаться во мне быстрее и жёстче.

Я готова его умолять.

Но вот только о чём.

Точно не прекратить. Нет. Скорее делать это со мной вечно.

Тело исходит крупной дрожью.

И когда Демиан жёстко и горячо в меня кончает — я обхватываю его изнутри и лоно моё исходи серией судорог. Демиан блаженно рычит — ему нравится, когда так. Теперь я всегда буду так делать для него всегда...

Я всё ещё лежу под братьями-маршалами — моими мужьями.

Обессиленная. Счастливая. Путы хвостов чуть ослабляют хват вокруг моих запястий. Я лежу на спине и, заполошно дыша, смотрю в небо. Голубое-голубое. Небо Земли. И я счастлива. И, кажется, снова хочу заплакать.

Мои мужья — лежат обнажённые с двух сторон от меня. И мне тепло, безопасно. Мне идеально.

И вдруг в моём пси что-то достраивается.

“Прогноз”, — вспоминаю я.

И перед глазами возникает картина.

Моё сердце пропускает удар: это настоящий прогноз будущего. Очень высокой достоверности.

И эта картина — поглощает меня.

И даже на миг исчезает небо.

…

Я словно вижу себя со стороны.

Я выгляжу счастливой, лицо чуть мягче в чертах, а движения плавные. Мои волосы стали длиннее. Рыжие локоны теперь почти доходят до пояса. На запястьях браслеты из редкого дорогого камня, на шее алмазный кулон-капля.

Вместо космического комбинезона на мне лёгкое алое платье традиционного шиарийского кроя. Под грудью оно начинает расширяться. И я понимаю, что у меня небольшой животик — я беременна!

Но что я беременная делаю здесь?!

Я вижу себя на знакомом уже космическом корабле, в том самом помещении, где происходил смертельный поединок с метаморфом. Я в сердце крейсера.

Здесь вокруг мягко светящегося золотистого ядра накручивает круги маленькое быстрое ядрышко. С отливом красного золота. Непоседливое ядрышко носится вокруг материнского ядра по неправильной траектории. Это будет очень своевольное ядрышко, — улыбаюсь я своим мыслям, — когда оно будет сердцем отельного крейсера — оно ещё всем задаст… огня…

Я глажу свой беременный живот. И любуюсь маленьким ядрышком. Это странно, но я испытываю к нему почти материнские чувства. На уровне пси я транслирую маленькому ядрышку поддержку, любовь и тепло.

Ядро крейсера начало готовиться к процессу деления ещё тогда, когда мужья (а в то время — почти незнакомцы) забрали меня из альфа-бара на спутнике и впервые внесли на борт своего шиарийского корабля, — приходит ко мне знание. И я откуда-то знаю, что в будущем крейсером с этим маленьким своевольным ядром будут управлять мои сыновья-первенцы. Тогда, конечно, ядро уже будет большим. Как и мои дети… Но характер… Характер этого ядрышка не поменяется.

Может быть, из-за вмешательства метоморфа, или потому что я отдала много сил, когда лечила материнское ядро… Но это маленькое теперь со сложным характером, но зато с невероятно сильной сердцевиной, которую не пробьёт ни один вирус.

— Ордел, Хант… идите к маме.

Я оборачиваюсь на голос Демиана. И успеваю увидеть, как мои мужья зашли в помещение. Моё сердце пронзает острой любовью — так случается всегда, когда я вижу мужей. Они тоже улыбаются мне — не только губами, но и глазами, хвостами и на уровне пси — омывают меня тёплыми волнами обожания.

Рейгар спускает на пол со своих рук двух маленьких мальчиков. У одного из них чёрные волосы, у второго белые. Мои первенцы. Мои старшие близнецы. Ордел и Хант. Так похожи на своих отцов. И характер уже заметен — такие же упрямые и настойчивые. Если что-то захотят — то получат, неважно каких трудов это будет стоить.

Им нет ещё года.

Они не ходят.

Но очень быстро ползут ко мне. На них так славно сидят эти маленькие космо-комбинезончики.

Моя улыбка становится шире.

А мальчики уже поднимаются на ноги, придерживая пухлыми пальчиками меня за ткань платья. Чёрный и серебристый хвостики помогают им как дополнительные точки опоры. Малыши жульничают. И хитро смотрят на меня большими золотистыми глазками.

Рейгар и Демиан тоже подходят и вскоре оказываются совсем близко ко мне. Подхватывают малышей на руки. И заключают меня в двойные объятия, одновременно прижимая к моей груди наших старших сыновей.

Мужья оплетают меня хвостами, и дети пытаются повторить за ними. Только хвостики у них ещё совсем маленькие. Ордел и Хант — впечатываются в мой разум имена. Я запоминаю тонкий, самый приятный в мире запах, которым пахнут их детские макушки.

И вот теперь я точно тону. Вот так — пахнет счастье.

Я жарко обнимаю своих самых близких людей в ответ.

И видение рассеивается.

Я снова смотрю в небо, которое “наколдовал” Алеф. Мы только что поженились с моими мужьями и занялись любовью на берегу озера.

То, что я сейчас увидела — это правда случится?

Глаза увлажняются от переполняющих меня чувств.

— Увидела прогноз, Лира? — мурлыкает Демиан, перебирая пальцами мои разметавшиеся волосы.

— Нам расскажешь? — подхватывает Рейгар.

Я медленно киваю. Улыбка всё ещё цветёт на моих губах.

— Убедилась, что ты наша? — шутливо рычит Рейгар, приподнимаясь на локте и заглядывая мне в глаза.

Я снова киваю.

— Посмотри, как она улыбается, брат, — вкрадчиво шепчет Демиан, — даже жаль, что прогнозы видит только псионик твоего типа. Лира, любовь моя… я бы не отказался посмотреть, что вызвало у тебя такую улыбку.

— Идите ко мне, — я одними губами позвала мужей и потянулась к ним.

Они не заставили себя ждать. Обняли, Рейгар зарылся носом в мои волосы. Демиан приник губами к моей шее, ласково целуя. Я в наслаждении прикрыла глаза.

Утром расскажу мужьям всё. И передам в пси видение так, как я его запомнила. О детях. И о том, что их крейсер решил поделить ядро.

А сейчас не буду.

Эта лесная сказка — только для нас.

Эпилог

Лира

Кажется, я так недавно взошла на борт этого крейсера отчаявшейся человечкой со смертельной болезнью, уничтожающей меня изнутри.

Теперь я замужем за двумя лучшими мужчинами во вселенной — моими властными шиарийскими маршалами Рейгаром и Демианом.

И я так отчаянно влюблена в них, что стоит любому из них зайти в комнату — у меня сбивается дыхание.

Каждая наша ночь — полна страсти. Каждый день… мужья очень заняты, но я чувствую их любовь постоянно.

Я подружилась с суровой командой шиарийцев и даже не отказывала себе в удовольствии выпить чашку кофе с измученным бюрократией дознавателем Союза — Алефом, который ещё какое-то время находился на борту, после победы над Миртой. Про его расу атлантианцев тоже ходит много неоправданных слухов. Хотя часть из них правдивы — например про эмоциональную отстранённость и сверх самодовольство.

Впрочем, если делать на это скидку, то собеседник из Алефа замечательный. Острый на язык, внимательный и умный (иногда даже слишком!). В общем — поговорить с ним в радость, а вот его будущей новой помощнице я бы точно не завидовала…

С таким строгим начальником и врагов не надо!

Алеф покинул крейсер через несколько дней после нашей с Рейгаром и Демианом свадьбы. Разумеется, после того, как мужчины утрясли все формальности и стало ясно, что меня никто ни в чём обвинить не сможет.

Мне создали новую персональную карту — универсальный документ, где прописывалась моя принадлежность к шиарийской расе и статус жены…

На прощание Алеф подмахнул квоту на курс лечения Чезара в закрытой клинике для верхушки союза. Это я попросила мужей. Красноволосый Чезар так защищал меня и даже был ранен — а если спросить его “как ты” — то в ответ всегда суровое “в порядке”. Но я слишком остро ощущала, как сильно он страдал после разделения с братом-близнецом. Эту связь невозможно было бы восстановить, даже если бы брат нашёлся… но в закрытой клинике Союза его хотя бы подлечат до той стадии, когда он сможет без опаски принимать помощь пси-лекаря… Может, даже в клинике он познакомится с кем-нибудь…

Мне очень хотелось, чтобы бы в будущем Чезару встретилась девушка-лекарь подходящей ему квалификации. И может, у них сложились бы близкие отношения, и тогда раны на душе этого сурового шиарийца, наконец, окончательно бы зарубцевались...

Я сама словно попала в сказку и как все счастливые люди — хотела бы осчастливить весь мир. И верила, что мучения Чезара прекратятся, когда он встретит… любовь. И отчаянно этого ему желала.

Может, глупо. Может, слишком по-человечески. Но… это было то, во что верила я.

И вот спустя несколько недель путешествия — крейсер взял курс на Шиарию — материнскую планету моих мужей. Мне предстояло познакомиться там со всем… с новой семьёй, с новой культурой. Но я от всей души была готова всё это принять!

Я жаждала встречи, с матерью моих мужей. С их отцами, но одновременно — мне было тоскливо — слишком тревожно покидать крейсер. Я чувствовала, будто он нуждается во мне. Особенно после того видения — о маленьком ядрышке.

Но мужья меня успокоили. Теперь для этого крейсера все миссии будут на паузе. Он будет стоять в Шиарии в спец. отсеке под надёжной защитой и наблюдением — пока ядрышко окончательно не отделится и не стабилизируется.

“Я ещё много раз тебя навещу”, — коснулась я мыслью живого ядра. А ноги в очередной раз понесли меня закрытыми коридорами к сердцу крейсера. Маленькое ядрышко научилось отклеиваться и садиться мне на руку. Я несла это крохотное золотое солнышко на своей ладони и тихим убаюкивающим голосом рассказывала ему, где тут что. Хотя, наверно рановато — вряд ли оно меня понимало.

Оно было размером с горошину и, кроме меня, давалось в руки моим мужьям. Больше никому. Это было вроде упражнения — отнести его подальше и вернуть на орбиту материнского ядра.

Сегодня я выгуливала ядрышко уже три минуты. Много. Скоро надо идти назад.

Я прошлась по пустому в этот час главному коридору крейсера. Ядрышко-золотинка парило над моей раскрытой ладонью.

— Виана Лира…

Я резко обернулась на голос, и губы сами собой расплылись в улыбке:

— Чезар? Как ты?..

— Всё хорошо, Виана, — улыбка у красноволосого шиарийца, была слегка вымученная. Под золотистыми глазами залегли тени. Как всегда.

“Скоро всё изменится”, — коснулась моего сознания мысль, вынырнувшая вдруг из глубоко пси. Тоже чем-то похожая на предвидение.

А ядрышко вдруг вспыхнуло алым в моих руках.

— Виана, я лишь хотел проститься. Не знал, что вы не одна гуляете, — нахмурился Чезар, с осторожностью оглядывая парящее ядрышко. — Меня отправляют в клинику Союза. А затем — сразу в миссию. Мой шаттл покинет крейсер через час. Вряд ли мы скоро увидимся…

Чезар сделал шаг назад, его алый хвост навернул в воздухе неуверенную восьмёрку.

Я едва слышала Чезара.

Фиксировала лишь краем сознания, что он говорит.

Потому что ядрышко в моей руке сияло ярко — почти свирепо. Что-то его очень заинтересовало в Чезаре, и теперь ядрышко требовало подойти ближе…

Я замерла в сомнении. Нестандартная ситуация. Мы с мужьями это не обсуждали. Да и вообще — ядрышко не должно проявлять самосознание. Кажется...

“В чём дело, Лира?..” — моего пси коснулся ласковый голос Демиана, видимо, муж отвлёкся от дел, ощутив мои сомнения.

“Маленькое ядро интересуется Чезаром…” — также в пси отозвалась я.

“У Чезара сейчас много поломок в пси-поле… не следует ядру его “запоминать”, — задумчиво протянул Демиан в ответ.

“Уноси его назад, Лира”, — это уже Рейгар.

Я бы сделала, как говорят мужья. Наверно. Но не точно.

В любом случае я не успела.

Ядрышко само сорвалось с моей ладони, навернуло вокруг Чезара круг, как парящая шаровая молния. И вернулось ко мне.

— Мне надо его унести, — виновато взглянула на шиарийца исподлобья, прижимая к груди своевольное ядрышко.

— Конечно, виана… — Чезар выглядел странно.

Он легонько поклонился мне и ушёл по коридору. Я проводила его взглядом. Он сам выглядел растерянным. Немного жаль, что не прикоснулась к руке или не обняла Чезара на прощанье, но... этого уж Демиан и Рейгар точно не поняли бы. Так что всё к лучшему. Я мысленно бросила красноволосому шиарийцу в спину сгусток Света — мои пожелания, мои надежды, мои невысказанные слова поддержки. И удовлетворённо ощутила вежливую рябь в своём пси — противоволна — благодарный ответ Чезара.

Теперь я уносила маленькое ядрышко обратно со спокойной душой. И как-то даже дышалось легче. Только что произошло что-то... очень правильное.

***

Ядрышко вернулось на орбиту материнского ядра.

“Не рассказывай, — ласково попросило меня золотистое материнское ядро, окатив разум мерным сиянием, — как-нибудь потом…”

Я с улыбкой кивнула ядру на прощание.

И покинула сердце крейсера.

Быстрым шагом пересекла коридор.

Я шла к капитанской рубке, где уже ждали меня мужья.

Двери раскрылись тремя стальными лепестками, впуская меня в просторную капитанскую рубку.

— Лира, — улыбнулся Демиан и раскрыл объятья мне навстречу. Я тут же влетела в них, сливаясь со своим светловолосым мужем в глубоком чувственном поцелуе. Его серебристый хвост ласково обвил мою талию — очень осторожно. Он тихонечко щёлкнул кончиком.

Это значило что-то вроде “в тебе зреет новая жизнь”. Я ласково погладила хвост в ответ.

Да… моё видение было на пути к воплощению в реальность.

Корабельный сканер подтвердил ещё на прошлой неделе — многоплодная беременность, ранние сроки. С тех пор я стала различать, что хотят сказать хвосты ещё более отчётливо. Точно ускоренно познала их жестовый язык, когда моя кровь смешалась с кровью моих ещё нерожденных сыновей. У этого явления было название — даже на языке древней Земли-один: фетальный химеризм. Так что на ближайшие месяцы, а то и годы — я немного шиарийка. Генетическая информация моих мужей частично встраивается в меня. И я уже не буду прежней, но…

Я твёрдо решила, что останусь собой.

Землянкой Лирой. Лекарем-псиоником, который теперь иногда может строить прогнозы на будущее. Шиарийская кровь сольётся с моей, и... почему бы и нет?

Ведь на самом деле, между нами нет существенных различий.

Просто ни люди, ни шиарийцы, ни атлантианцы пока этого не поняли.

Но я им покажу.

Я уже знаю как.

Я предчувствую, по какому пути пойдёт будущее нейрохимии и психологии поведения.

Я предчувствую победы своих будущих сыновей. Прогнозирую их ошибки.

Но моя задача — позволить им их совершить.

Ведь финал будет счастливый.

Я это точно знаю.

Демиан мягко прервал поцелуй.

— О чём ты думаешь, жена? Где витаешь, когда я тебя целую? — шутливо зарычал Демиан.

— Я смотрю в наше будущее, — улыбаюсь я Демиану и вытягиваю руку в сторону идеально вовремя, чтобы меня принял в крепкие объятия подошедший Рейгар.

— С ядром корабля всё в порядке, Лира? — хмурился мой темноволосый муж, не забывая бережно подтягивать меня к себе и оплетать кольцами чёрного хвоста.

Я улыбнулась ему:

— Я сделала всё как надо, Рей…

И поцеловала мужа. Он ответил мне требовательной, почти болезненной сладкой страстью.

Я ещё долго стояла так. В двойных бережных объятьях моих шиарийских мужей. Дарила поцелуй то одному, то второму. То снова первому.

И ждала, когда они подхватят меня на руки и унесут в нашу спальню.

Ведь до пространственного скачка в сектор триады Альфа-Омега — на родину моих мужей, в закрытую галактику Ши-Ари были почти сутки.

И я уже знала, как мы их проведём.

Конец!