Дворец эльфийского правителя, государство Лариния.

Этот день стал самым счастливым в истории правящей семьи Ларинии. Наконец-то на свет появился долгожданный ребёнок, наследник, которого ждали более десяти лет. Конечно, для эльфийского рода это было не таким уж большим сроком — нередко бывало, что подобного события ожидали и по сто лет, особенно если сравнивать с «презренными» людишками, которые, казалось, плодятся чуть ли не ежегодно. Вероятно, Создатель таким образом уравнивал баланс популяции людей и эльфов, ведь в противном случае долгоживущие эльфы давно бы заселили весь мир Энар.

Даже Великий лес в этот день звучал совершенно иначе. Самые чуткие из эльфов отмечали новые, яркие оттенки в его песне, едва уловимую вибрацию листвы и ветвей, будто сама природа приветствовала рождение наследника.

Элларинэль, мать новорождённого, счастливо сидела у колыбели малыша и с нежностью всматривалась в его лицо. На первый взгляд, ребёнок ничем не отличался от своих собратьев, но любящая мать всё же замечала в нём нечто особенное: непривычно тихое и спокойное поведение, глубоко осмысленный взгляд и, главное, удивительную магическую искру, пробуждавшуюся в его ауре уже сейчас. По всем канонам эльфийской природы такое могло проявиться не раньше пяти лет жизни, и тем более не на второй день после рождения.

Ларион, верховный правитель Ларинии и отец ребёнка, узнал о благое вести, находясь далеко от столицы, Анатера. Магический вестник прибыл в тот самый момент, когда его разум был погружён в хлопоты на границе эльфийских лесов и человеческих земель. Судьба, словно невидимый дирижёр, соединила два события почти в одно мгновение: рождение сына и известие о смерти лучшего друга правителя — Таренаэлла.

С детства Ларион, Таренаэл и Элларинэль были неразлучны. Несмотря на то, что любовь Элларинэль сразу обрела своё воплощение в Ларионе, Таренаэл никогда не чувствовал ревности. Их связывала крепкая дружба, ковавшаяся годами — от детских игр и совместных занятий воинскими и магическими искусствами до совместного правления эльфийским государством. Стоило Лариону взойти на трон, он первым указом сделал Таренаэлла главнокомандующим эльфийских войск. Прежний главнокомандующий и наставник обоих друзей, Нариэл, уже был в преклонном возрасте и с радостью ушёл на покой. Так же поступила и мать Лариона, уступив корону сыну; с того самого момента ничто не мешало ей и Нариэлу перестать скрывать чувства, которые зародились ещё тридцать лет назад, вскоре после смерти отца Лариона.

Однако смерть Таренаэлла была загадочной и лишённой всякой логики. По плану он с отрядом не должен был оказаться в той части эльфийской границы, где произошла трагедия. Всего неделю назад Таренаэлл отправился проверить, как продвигается строительство портового города на берегу реки Ола — путь туда занимал два дня верхом от столицы, причём находился город далеко на севере. Этот проект был жизненно важен для налаживания торговли с другими расами: Ларион верил, что мирные отношения с людьми и гномами необходимы, а взаимовыгодная торговля лучше всего способствует такому союзу. Главнокомандующий всецело разделял взгляды правителя и следовал им беспрекословно.

Второе, что сразу бросалось в глаза, — неестественность самого боя, точнее, бойни. На первый взгляд всё выглядело так, словно ночью на лагерь напали и безжалостно перерезали всех, как беспомощных котят. Однако поверить в такое было трудно: Главнокомандующий Таренаэлл считался одним из лучших воинов и магов эльфийского народа, а десять воинов, сопровождавших его, принадлежали к элитному отряду. К тому же не было обнаружено ни малейших следов магического воздействия.

Погребальное сожжение назначили на третий день после трагедии. Тела погибших привезли в столицу и поместили в «Дом скорби» — небольшое здание, расположенное почти в самом центре Анатера.

Как бы ни хотелось Лариону сразу по прибытии в столицу направиться в свои покои, чтобы увидеть жену и прижать к груди новорождённого сына, он понимал, что прежде всего обязан почтить память павших и поддержать их семьи. Весь день он объезжал близких погибших, выслушивал их горе, приносил соболезнования. Лишь к вечеру правитель наконец-то вернулся во дворец.

Войдя в покои, он обнял Элларинэль, которая кинулась ему навстречу, не сдерживая слёз. Погибший друг был ей словно брат, и боль утраты звучала во всём её облике. Подойдя к колыбели, Ларион склонился и бережно поцеловал спящего младенца в лоб.

— Милый, взгляни на сына магическим зрением, — тихо произнесла Элларинэль.

Правитель незамедлительно последовал совету супруги и едва сдержал изумлённый вздох: аура малыша соответствовала уровню эльфийского ребёнка лет пяти-шести. Ларион никогда не встречал и не слышал о подобном в истории своего народа.

— Кто ещё из владеющих магией видел ребёнка? — спросил он, стараясь сохранить спокойствие.

— Пока только твой наставник Саринэл, который принимал роды. Но тогда ничего подобного ещё не проявлялось, — ответила жена.

— Значит, пока никому ни слова об этой особенности. Пригласи, пожалуйста, Саринэла: нужно изготовить амулет, что скроет магическую сущность сына. Я всецело ему доверяю. И ещё, милая… Будь настороже и сообщай обо всём странном. Смерть Таренаэлла с его отрядом выглядит гораздо подозрительнее, чем пытаются представить, — добавил Ларион, скользнув взглядом по колыбели, словно пытаясь осознать все невероятные события этого дня.

Дворец эльфийского правителя, государство Лариния, 81 год спустя вышеописанных событий.

Сознание возвращалось медленно. Сначала я ощутил сжатые в кулаки пальцы рук и тёплую волну, которая от них начала расходиться по всему телу, пробуждая постепенно каждую клеточку. Странное ощущение: ничего не болит. В памяти всплыли последние минуты жизни, и я невольно содрогнулся. Кажется, боль была резкой, хоть и короткой. «Мыслю — значит, существую», — мелькнуло в голове. Хорошо, попробуем открыть глаза. Медленно, буквально по миллиметру, я приоткрыл веки. Где это я? Всё вокруг окрашено в какой-то фиолетовый муар. Сквозь него виднеется белый, абсолютно круглый потолок. Значит, и сама комната, скорее всего, круглая. Повернув голову, убедился: да, стены тоже округлые. И все белые, без дверей и окон. «Что ж, возможно, это чистилище?» — возникла мрачная мысль. Совсем не смешно.

Свет лился сверху, откуда-то с потолка. Я поднапрягся, привстал на локте и сел. Тут же понял, что со мной что-то не так. Быстрый осмотр подтвердил: моё тело совершенно не похоже на прежнее. Когда рука добралась до ушей, я в изумлении замер: длинные, заострённые. «Похоже, я эльф», — посетила абсурдная догадка. Значит, собрать меня по кускам после аварии никто не сумел, а если я жив, то… всё это как минимум странно.

Из одежды на мне была лишь набедренная повязка. Попытался спуститься с ложа, напоминающего алтарь для жертвоприношений, но меня будто упруго втолкнуло обратно. Присмотревшись, заметил тонкий фиолетовый муар, который словно коконом окутывал алтарь. «И как отсюда выбраться?» — мысленно спросил я себя.

Мой взгляд зацепился за какой-то едва различимый узор в этом мерцающем покрове. Там же что-то беспорядочно колыхалось, крошечные волокна или частицы, похожие на молекулы. Может, у меня едет крыша? Впрочем, в одном месте нитей оказалось больше всего, и я, не осознавая, что делаю, дотянулся пальцем до самой середины узора. С лёгким хлопком фиолетовый покров исчез.

Наконец я встал и потянулся. Тело было молодым и невероятно сильным — меня вдруг охватило желание проверить его возможности. Я легко перешёл в боевую стойку и проделал серию стремительных движений. Это было выше всего, на что я был способен когда-либо в своей лучшей форме. Я так увлёкся, что не заметил появления седовласого старца. Услышав шорох, резко остановился и увидел на себе его задумчивый, но явственно заинтересованный взгляд.

— Это было поразительно, — произнёс он тихим, напевным голосом.

— Здравствуйте, уважаемый, — отозвался я, слегка ошеломлённый и тем, что понимаю его речь. — Не могли бы вы объяснить, где я?

— Простите старика. Приветствую вас, принц! — Старец учтиво склонился. — Вы во дворце вашего отца, Лариона, верховного правителя эльфийского государства. Меня зовут Саринэл. Я — магический наставник вашего отца.

Принц, значит… любопытно.

— Скажите, как я здесь оказался?

— Это длинная история, и я бы предложил вам сперва привести себя в порядок, найти подходящую одежду и подкрепиться, — старец вновь поклонился.

Внезапно я ощутил мощный голод и понял, что не прочь поесть.

— Да, идея хорошая.

— И позвольте задать вам нескромный вопрос, — продолжил Саринэл уже на пороге прохода, внезапно возникшего в стене. — Как вы смогли разорвать купол Прула?

— Купол? — переспросил я.

— Вы находились внутри и, согласно всем канонам магии, не могли выбраться. Только верховный маг способен вырваться оттуда. Но свернуть его бесследно… такого я не видел. — В голосе старца проскользнули нотки возбуждённой тревоги.

— Разрешите я расскажу, когда услышу ваши ответы на мои вопросы, — решил я пока не раскрывать всех карт.

— Конечно, конечно, — поспешно согласился пожилой эльф.

Выйдя из круглого зала, я невольно зажмурился: по всему коридору тянулись многочисленные окна, и яркий солнечный свет слепил непривычные глаза. Мы прошли вперёд и оказались в просторной комнате, залитой лучами дня. По центру стояла огромная кровать — прямо-таки «сценический подиум», рядом маленький стол и два изящных стула. Одна из стен была целиком застеклённой, открывая вид на залитый солнцем двор или внутренний сад. В другом конце помещения виднелись несколько дверей, ведущих, видимо, в смежные комнаты.

— Ваши покои, принц, — с поклоном произнёс старец.

Честно говоря, от этого вечного «принц» у меня начинало подёргиваться веко.

— Уважаемый Саринэл, можно вас попросить об одолжении?

— Разумеется, — вновь поклонился он.

— Во-первых, скажите, пожалуйста, моё имя. А во-вторых, перестаньте уже мне кланяться каждую секунду.

— Как скажете, Славиэл.

Я едва удержался, чтобы не прыснуть со смеху — звучало довольно забавно.

— Спасибо.

— Располагайтесь. Там, — он указал на дальний угол, — двери в ванную и гардероб. Вам хватит часа, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок?

— Более чем.

— Отлично. Я зайду за вами ровно через час, а затем мы отправимся на обед. Там будут присутствовать и ваши родители — правитель Ларион и госпожа Элларинэль, — сказал маг и, поклонившись напоследок, исчез за дверным проёмом.

Я вздохнул, пытаясь осмыслить всё происходящее. Итак, подведём итоги: я эльф, я принц, попал в какой-то новый мир и скоро увижу своих «новых» родителей. А главное — мне здесь, кажется, начинает нравиться.

Следом я направился в ванную комнату и приятно удивился её обстановке. На первый взгляд всё напоминало привычную мне сантехнику, только выполненную гораздо изящнее. Посреди помещения я заметил небольшой, похожий на мраморный бассейн, до краёв наполненный кристально чистой водой. Опустив в воду руку, я разочарованно прищурился: холодновато. Рядом не видно было никаких краников или вентилей — непонятно, как тут вообще регулируется температура. Не хотелось бежать и вызывать кого-то на помощь, поэтому я опустился на стоящий у края стул и задумался.

Что я знаю о местной магии? Здесь наверняка действуют те же законы физики, что и в моём прежнем мире, только дополненные какими-то магическими правилами. Если хочется нагреть воду, достаточно ускорить движение её молекул. «А могу ли я разглядеть их, как разглядел нити в куполе этого… Прула?» — подумал я. Стоило представить себе картину на грани восприятия, как я вдруг уловил мельчайшую структуру воды: и вещественную составляющую — бесчисленные крошечные частицы, и некий волшебный узор, поблёскивающий внутри. По спине пробежал лёгкий холодок, когда я понял, что это касается не только воды, но и всего вокруг. Интересно, все ли эльфы в этом мире обладают подобным зрением? Или это особенность именно «принца» Славиэла?

Хорошо. Попробуем подогреть воду. По логике, если ускорить движение молекул, температура должна повыситься. Ну что ж, приступим. Внимательно сосредоточившись и вернувшись к тому странному чувству, когда я «видел» это броуновское движение, я мысленно усилил хаотический поток — те самые «молекулы», как я их для себя окрестил. И в следующее мгновение пришлось отшатнуться от бассейна: вода начала бурлить и закипать, окатив меня горячим паром. Ещё немного — и вполне мог бы обвариться. Экспериментатор, блин…

«Надо попробовать в обратную сторону, но осторожнее, чтобы не превратить всё в лёд и не расколоть к чертям такой красивый бассейн», — подумал я и слегка сбавил обороты, не давая воде остудиться до критической точки. Наконец ощупал поверхность ладонью — самое то: вода стала почти горячей. С удовлетворённым вздохом погрузился в живительные волны и не заметил, как уснул.

Разбудил меня странный тихий шорох. Открыв глаза, я увидел Саринэла в дверях. Он внимательно смотрел на меня.

— Простите, Славиэл, что без приглашения, — вновь поклонился маг. (Кажется, это его постоянная привычка.) — Я стучал, но вы не ответили. До обеда осталось всего десять минут, и нам пора. Я подожду вас в покоях.

— Хорошо, уже иду, — ответил я, поднимаясь из воды.

В соседней комнате обнаружился целый гардероб — множество разнообразных нарядов всех возможных цветов и фасонов. Я выбрал простые, но удобные штаны, лёгкую рубашку и короткие мягкие сапожки из тонкой кожи. Оглядев себя в высокое зеркало и прикинув, что смотрюсь неплохо, я вышел к Саринэлу.

— Простите, можно задать ещё один нескромный вопрос? — окликнул он меня, когда я успел сделать всего пару шагов.

— Попробуйте, — кивнул я.

— Как вы подогрели воду? — спросил маг, не скрывая удивления. — Простите, я сам должен был нагреть её заклинанием, но слишком поздно вспомнил, а потом уже нужно было бежать к вам.

— А у вас это всегда делается заклинанием? — уточнил я.

— Да, есть специальное магическое слово, — развёл руками старец.

— Ясно… Разрешите пока не вдаваться в подробности. Мне самому надо всё обдумать и разобраться, что это было, — отшутился я.

— Конечно, принц. А теперь — нам пора, — улыбнулся Саринэл и снова слегка поклонился.

По пути в тронный зал я вдруг поймал себя на мысли, что меня нетерпеливо тянет скорее увидеть и других обитателей этого мира. Пока что из живых душ мне попался только Саринэл. Странно…

Сам тронный зал оказался величественным и просторным, с высоким потолком, украшенным резьбой и витражами, сквозь которые проникал мягкий свет. В дальнем его конце стоял длинный стол, за которым сидели двое — мужчина и женщина. Подойдя ближе, мы с магом почтительно склонили головы; я машинально повторил поклон вслед за Саринэлом. Подняв глаза, заметил напряжённое выражение на лицах эльфов.

— Прошу, садитесь за стол, — произнёс эльф и коснулся рукой края стула, приглашая меня занять место. — Моё имя Ларион. Я верховный правитель эльфийского королевства и ваш отец. А это моя жена, Элларинэль, ваша мать.

— Нам ещё предстоит многое рассказать друг другу, но для начала отведайте то, что послал Создатель, — тихо добавила женщина. Её голос, мелодичный и ласковый, вызвал во мне неожиданный прилив нежности к этой незнакомой, но почему-то уже родной эльфийке.

Они были поистине прекрасны: грациозные фигуры, тонкие черты лиц и спокойная, чуть печальная стать. Я невольно залюбовался ими, забыв про обед. Впрочем, быстро опомнился и скользнул взглядом по блюдам, расставленным на столе. Ассортимент изумлял: мясные блюда соседствовали с овощными яствами, рыбой и целой горкой фруктов самых разных расцветок и форм. Я ел взахлёб, стараясь отведать всего понемногу. Всё оказалось на редкость вкусным, а сок — вообще божественным. Однако заметив насторожённые взгляды эльфов, решил притормозить: похоже, им не до конца понятно такое «русское» стремление наесться от души.

Доедая последний кусочек, по вкусу напоминающий курицу, я запил его соком и откинулся на спинку кресла, благодарно принимая салфетку, которую протянул мне Саринэл.

— Что ж, пожалуй, мне стоит начать, — промолвил правитель, после чего глубоко вздохнул и ненадолго замолчал.

Не успел я моргнуть, как вся еда вместе с посудой вдруг исчезла. Хотя я уже был готов к магическим чудесам, это всё равно заставило меня вздрогнуть.

— Восемьдесят один год назад у нас с Элларинэль родился сын, — заговорил Ларион сдержанным голосом. — Это был самый радостный день в нашей жизни. Но на те же сутки пришлись и загадочные смерти нескольких лучших эльфов королевства. По традиции, невзирая на траур, мы устроили пир в честь рождения наследника. Все были на празднике, а рядом с тобой осталась лишь самая надёжная служанка твоей матери. В какой-то момент Элларинэль внезапно ощутила тревогу и кинулась в детские покои. Там мы нашли на полу мёртвую служанку. А в колыбели, у тебя в ногах, лежал Проклятый цветок…

Элларинэль внезапно зарыдала, прижавшись к груди Лариона. Он обнял её за плечи, пытаясь утешить, а затем обратился ко мне, продолжив рассказ:

— Я не стану детально описывать, как действует этот цветок на эльфов, скажу лишь о последствиях, которые мы наблюдали у тебя. Вместо того чтобы душа сгорела от его магического воздействия, произошло нечто доселе невиданное. Твоя аура почти полностью исчезла, но от крошечного её осколка тянулась за грань реальности тончайшая нить. Саринэл предположил, что причиной такого эффекта стал амулет-артефакт, который мы поместили в твою колыбель, чтобы скрыть необычно высокую для новорождённого магическую силу.

Саринэл молча кивнул, подтверждая слова Лариона. Элларинэль, уняв слёзы, снова выпрямилась и теперь смотрела на меня спокойным, но глубоким взглядом.

— Саринэл счёл, что твоя душа не погибла, а, оказавшись отвергнутой этим миром, нашла путь в иной. Но та тонкая связующая нить не позволила телу умереть окончательно, и оставалась надежда, что ты когда-нибудь вернёшься. Мы поместили тебя в особое, укромное помещение, накрыв куполом Прула — магической конструкцией, созданной одним из величайших чародеев прошлого. Она поглощает внешнюю магическую энергию и поддерживает жизнь существа внутри. Слава Создателю, нить не оборвалась, когда мы задействовали купол. Мы столкнулись с таким впервые и не понимали, что поможет, а что навредит. К счастью, всё обошлось: ты рос, как и все дети твоего возраста, ни в чём не отставая в развитии. У купола Прула множество полезных свойств, благодаря которым ты не просто выжил, но и окреп. А тот факт, что ты встал на ноги и сходу выполнил целую серию движений, чем изрядно удивил повидавшего многое Саринэла, — сам по себе говорит о многом. Вот, собственно, и всё. Теперь, если у тебя есть вопросы, не стесняйся.

— У меня их очень много, — признался я, ещё не оправившись от услышанного. — Но если я начну расспрашивать обо всём сейчас, мы просидим тут не один день. Вероятно, лучше всего будет поручить мне учителя, который помог бы разобраться в этом мире и моём месте в нём.

— Что ж, предложение весьма разумное, — Ларион доброжелательно улыбнулся. — Нет наставника лучше, чем Саринэл.

— Я как раз об этом и думал. Тогда позвольте задать только один вопрос, — я посмотрел на правителя, и он кивнул в знак согласия. — Неужели в этом дворце живёте только вы втроём?

— Конечно нет, — Ларион рассмеялся. — Просто, когда сработали охранные заклинания в момент твоего пробуждения, мы попросили всех ненадолго покинуть дворец, чтобы не тревожить тебя обилием незнакомых лиц. Но вечером все вернутся.

Я лишь кивнул, понимая, что догадка моя была верна.

— Что ж, в таком случае, можно ли теперь задать несколько вопросов тебе? — спросил правитель, нахмурив брови в задумчивости.

— Разумеется, — ответил я.

— Не мог бы ты рассказать чуть больше о том мире, где жил ранее? Кем ты был, и как там обстоят дела с эльфами или другими расами? — спросил Ларион.

— Я родился и всю жизнь прожил в мире, который называется Земля, — ответил я. — Там существует только одна разумная раса — люди. Эльфов, гномов и прочих существ никогда не было, разве что в многочисленных сказках и легендах. Исторически наш мир состоит из множества государств, которые без конца ведут войны, придумывая всё более совершенные орудия смерти. Основной путь развития — это техника. Магии либо не существует вовсе, либо никто не знает, как её использовать. Как и мой земной отец, я был военным, защищал Родину от бесчисленных врагов. Вот, в общем, и всё. Если есть вопросы — задавайте.

— А как тебе удалось выбраться из-под купола Прола самому? Ведь ты утверждаешь, что магией в прежней жизни не владел, — уточнил правитель, прищурившись.

— Честно говоря, сам не понимаю, — я невольно пожал плечами. — Просто увидел какой-то узор у себя над головой, коснулся пальцем — и купол исчез.

— Ты… видишь магическую сущность? — перебил меня Саринэл; судя по его лицу, он был ошеломлён не меньше, чем Ларион и Элларинэль.

«Про молекулы, пожалуй, промолчу…» — промелькнуло у меня в голове.

— Похоже, что да, — повторно пожал я плечами. Похоже, эта моя привычка пересекла границу миров вместе со мной. — Это здесь не принято?

— Э-э… даже не знаю, как сказать, — Ларион выглядел так, будто это известие потрясло его до глубины души. — В легендах упоминаются Древние, прародители эльфов и других рас. Говорят, они могли воспринимать магию в её первозданном виде. Мы же в лучшем случае видим магическую ауру живых существ, если она не скрыта намеренно. Но влиять на неё напрямую… нет, это нам не под силу.

— Тогда как вы сами используете магию? — задал я вопрос, всё сильнее заинтригованный.

— Существует Великая магическая книга, — пояснил правитель. — Каждая раса получила свой экземпляр. В ней описаны базовые магические формулы, унаследованные от Древних. Со временем, методом проб и ошибок, мы дополняем их новыми заклинаниями.

Незаметно взглянув на Элларинэль, я встретился с её взглядом — тёплым и наполненным материнской любовью. Это чувство было таким знакомым и одновременно почти забытым. Вдруг я осознал, что передо мной сидят мои «первые» родители. Невольно внутри вспыхнуло что-то похожее на детскую радость.

— Как нам тебя называть? — неожиданно спросила до сих пор молчавшая Элларинэль.

— Забавно, но имена моего прежнего «я» и здешнего принца почти совпадают, — задумавшись на миг, ответил я. — Думаю, будет уместно, если вы станете звать меня Славэл. «Славаэл» звучит не так благозвучно…

— Не пора ли дать Славэлу время осмыслить всё услышанное? — обратилась правительница к мужу и магу.

— Разумеется, — согласился Ларион и повернулся ко мне. — Послушай, Славэл: официально ты умер восемьдесят один год назад. Мы сообщили об этом, чтобы предотвратить дальнейшие покушения. Сегодня вечером я созову Совет Магов и объявлю о твоём возвращении. До того момента ты будешь представлен как почётный гость при дворе. Все подробности обсудим вместе с Элларинэль и Саринэлом. А о том, что ты видишь истинную магическую сущность вещей, лучше никому не знать. Как мы условились, тебя будет наставлять Саринэл, чтобы ты успел познакомиться с нашим миром. Есть ещё вопросы?

— Последний, на сегодня. Вы выяснили, кто тогда организовал покушение?

— Да. Верная служанка успела выполнить свой долг, — ответил Ларион с заметной горечью. — В её руке осталась пуговица убийцы. Оказалось, это дело рук моего двоюродного брата, Тирэла. К сожалению, он бежал, кто-то его предупредил.

— Спасибо за вкусный обед и за всё, что вы мне рассказали, — сказал я, поднимаясь из-за стола, хотя и понимал, что подобный жест может выглядеть невежливо.

— С возвращением, сын, — проговорил Ларион, тоже вставая и подходя ко мне. Он обнял меня, и от этого неожиданного тепла меня бросило в жар.

Отстранившись, он уступил место Элларинэль, и она, сделав несколько шагов ко мне, остановилась, словно боясь прикоснуться.

— Сынок, даже если ты уже успел прожить целую жизнь, — на глазах матери проступили слёзы, — и мы пока кажемся тебе чужими… знай, мы так долго ждали этой минуты… и мы безмерно счастливы.

Внезапно она порывисто прижалась ко мне, зарывшись лицом в мою грудь и тихо всхлипывая. Я, обняв её за плечи, застыл, едва осмеливаясь дышать. В душе стремительно взметнулся ураган эмоций, и я понял, что теперь эти эльфы совсем не чужие мне.

— Я тоже очень рад, мама… — слова застряли в горле, и я ощутил, как оно сжимается.

— Ну-ну, ещё будет время наговориться, — вмешался правитель, бросая на нас тёплый взгляд. — Дел у нас предстоит много.

— С чего бы вы хотели начать? — спросил Саринэл.

— Для начала неплохо было бы взглянуть, что находится за стенами дворца, — вдруг ощутил я жгучее желание выбраться на простор.

— Как вам будет угодно, — маг жестом указал направление.

Мы прошли череду светлых, воздушных коридоров, совсем не похожих на мрачные лабиринты из фильмов о средневековых замках, и оказались на террасе. Меня захлестнула волна эмоций: я догадывался, что это может быть тот самый дворец из моих снов, но реальность оказалась куда прекраснее. Кажется, я становлюсь слишком впечатлительным.

— Послушайте, как поёт лес, — заворожённо произнёс Саринэл. — В последний раз так звучали деревья лишь в день вашего рождения.

Шёпот листвы и правда был пронизан особой гармонией.

— Красиво, — не нашёл я других слов, всё ещё поражённый.

Величественные деревья окружали дворец, мягко пропуская солнечный свет. Мы пересекли дворцовую площадь, сплошь усыпанную цветами, и вышли к аккуратным домам: часть стояла на земле, часть — на ветвях. Нам навстречу спешили эльфы и эльфийки, вежливо кивали Саринэлу лёгким полупоклоном, почти не замечая меня. Пройдя немного по одной из улочек, мы свернули вправо, чтобы обойти дворец кругом.

Вдруг мой слух уловил ритмичный стук дерева о дерево. Небольшое строение, напоминавшее казарму, оказалось местом тренировки: три пары молодых эльфов упражнялись с деревянными мечами, оттачивая приёмы атаки и защиты. Рядом стояли три более взрослые эльфа, по очереди указывая на ошибки своим ученикам. Чуть поодаль, у стены, на кресле-качалке (почти таком же, как у меня на Земле) восседал пожилой эльф с деревянной кружкой в руке.

Неожиданно у меня возникло жгучее желание «тряхнуть стариной». Хотя какая к чёрту «старина», если теперь я — по эльфийским меркам вовсе мальчишка?

— Наставник, а можно мне тоже попробовать поработать с мечом? — решился я.

— Если вам действительно этого хочется… — маг выглядел слегка озадаченным.

Мы приблизились к трём взрослым эльфам, и я чуть склонил голову. Они ответили мне таким же коротким кивком.

— Здравствуйте. Меня зовут Славэл. Я прибыл сюда издалека и сейчас являюсь гостем правителя. Мне хотелось бы узнать побольше о вашем искусстве боя на мечах. Не преподадите мне пару уроков?

— Мы — наставники элитного отряда королевства, уроков всяким проходимцам не даём, — проворчал светловолосый эльф.

— Хотите сразиться с кем-то конкретным? — уточнил стоящий рядом эльф. — Мечи хоть и деревянные, но раны могут быть весьма болезненными.

— С ним, — указал я на грубияна.

— Что ж, сосунок, сам напросился, — с усмешкой сказал светловолосый.

— Крэл, без увечий, — проворчал третий эльф.

Краем глаза я заметил, как Саринэл чуть вздрогнул, а пожилой эльф в кресле-качалке посмотрел на меня с видимым интересом.

Выданный меч оказался копией катаны, но почти без изгиба. Меня поразили необычайная прочность дерева и неплохой баланс — даже деревянное оружие здесь делали на совесть.

Молодым эльфам дали знак остановиться. Выйдя на середину площадки, я ощутил знакомое волнение, которое всегда предшествовало бою. «Ну что же, потанцуем?» — пронеслось в голове, и я, поклонившись, взял деревянный меч в левую руку.

Соперник — тот самый светловолосый эльф — лишь презрительно скривился и бросился на меня в лобовую атаку. По всему было видно: он рассчитывал закончить бой одним-единственным сокрушительным ударом. Я не стал блокировать мечом, а просто скользнул в сторону, уходя с траектории его клинка. Эльф, не ожидавший столь быстрого уклонения, на мгновение растерялся. Однако, обернувшись, он снова пошёл в атаку. Я вновь уклонился. Похоже, его терпение начало стремительно иссякать.

Затем обрушился целый каскад ударов, отточенных многолетними тренировками. Меч в его руках свистел в воздухе, но каждый раз попадал в пустоту — я всякий раз ускользал, стараясь осознать неожиданно обретённую гибкость и скорость. Удивительно, но даже на фоне этого молниеносного танца я замечал всё вокруг: расширенные от изумления глаза молодых учеников и их наставников, встревоженный взгляд Саринэла, старика, вскакивающего с кресла-качалки, а вдалеке величественно шептал листвой лес, всё ещё напевая свою загадочную песню.

Постепенно я вошёл во вкус и стал двигаться ещё быстрее, каждый раз успевая оказаться за спиной соперника. Наконец эльф остановился, тяжело дыша. В его взгляде уже не было прежней надменности, лишь неподдельное недоумение.

— Это магия? — спросил он с недоверием.

— Со всей ответственностью заявляю, что здесь не было ни капли магии, — ответил, судя по голосу, уже пришедший в себя Саринэл. — То же самое подтвердит и ваш уважаемый наставник Нариэл.

К нам подошёл старец, который до этого наблюдал за схваткой из кресла-качалки.

— Да, магии не чувствовалось, — проговорил он, задумчиво оглядывая меня. — Юноша, я не видел ни единого твоего удара, но если они столь же стремительны, как твои уклонения… Не покажешь нам?

— Охотно, — улыбнулся я. Что ж, размялся как следует, можно и вспомнить свою «молодость».

Оставив за спиной ошарашенный элитный отряд вместе с их наставниками, мы продолжили путь. Солнце уже начинало клониться к закату, и Саринэл предложил возвращаться во дворец. После моего «показательного выступления» с деревянными мечами (ещё и второй успел одолжить у того самого грубияна), я порядком проголодался. Давненько не выкладывался так по полной программе.

Забавно, но вся мышечная память, что нарабатывалась годами упорных тренировок на Земле, здесь словно осталась при мне, будто тело и не пылилось десятки лет на каком-то алтаре.

Подходя к дворцу, я заметил явное оживление. Там и тут сновали эльфийки в передничках — милое зрелище, прямо как из юношеских фантазий. Похоже, что-то намечалось: суетливая подготовка к чему-то значимому.

Попрощавшись с магом у входа в покои, я прошёл в ванную. Стоило мне взглянуть на воду, как я легко, почти без усилий, уловил её внутреннюю структуру, а затем — за считаные мгновения — довёл температуру до почти горячего состояния. Стянув с себя одежду, я погрузился в воду. В голове тут же завертелся план: а не поэкспериментировать ли ещё с этими новыми возможностями?

Полулёжа и расслабляясь, я решил «приглядеться» к предметам, окружавшим меня в комнате. Задрал голову к «мраморному» потолку, вернул то особое чувство восприятия — и сразу заметил неясные, полупрозрачные очертания чего-то геометрически правильного. «Что за чёртовщина?» — подумал я. Закрыл глаза — и поразился: странные конструкции не исчезли. Значит, всё дело не в зрении как таковом, а в чём-то ином. Более того, с закрытыми глазами контуры стали даже отчётливее. И тут я вдруг понял: это же похоже на поликристаллическую решётку! А если сконцентрироваться сильнее, выплывает и кристаллическая структура. «Ничего себе…» — вырвалось у меня. «Только не буду ставить эксперименты на потолке», — тут же осадил я себя.

Вспомнив всё, чему меня когда-то учили, я понял, что в памяти сохранилось куда больше, чем казалось. Стоит подумать — и знания сами выплывают на поверхность: когда-то мне даже приходилось срочно учить большой объём информации по термоядерному синтезу. Но пока, пожалуй, обойдёмся без грандиозных взрывов.

Взгляд упал на кусок мыла. Глазами я видел лишь мыло, а «внутренним зрением» — какой-то туманный узор и магическую сеть, похожую на дымчатую паутину. Решил зафиксировать оба образа в сознании. Затем мысленно представил кристаллическую решётку алмаза: один атом углерода, связанный тонкими нитями с четырьмя такими же атомами. Открыл глаза, «наложил» созданный мысленный образ на структуру мыла, «заместив» исходную матрицу той самой алмазной решёткой… и вдруг лихорадочно отдёрнул руку — обжёг ладонь! С шипением сунул руку в воду, а потом аккуратно выудил «мыло» из-под пены. Передо мной лежал цельный кусок алмаза! «И как я теперь буду мыться?» — пронеслось у меня в голове.

При этом магический узор предмета полностью изменился, причём радикально. Всё становилось всё интереснее. В уме начала выстраиваться некая теория о том, что у каждого вещества в этом мире есть двойственная природа: физическая и магическая. Маги, судя по всему, воздействуют на обычную материю через магическую составляющую с помощью заклинаний. Я же, похоже, делаю то же самое, только «через заднюю дверь», напрямую меняя физику через магический слой. «Двух дней здесь не прожил, а уже начинаю открывать местные законы», — усмехнулся я про себя. «Эйнштейн, чёрт побери…»

Стук в дверь прервал мои размышления.

— Кто там? — проворчал я, понимая, что не дадут и минутки сосредоточиться.

— Это я, Ларион. Можно войти? — прозвучало из-за двери.

— Конечно, отец, — ответил я, и, к собственному удивлению, слово «отец» слетело с губ легко и непринуждённо.

В комнату вошёл правитель, сияя довольством будто кот, объевшийся сметаной.

— Ко мне только что приходил мой наставник Нариэл, — заговорил он, в голосе звучало радостное возбуждение. — Похоже, он на седьмом небе от счастья. Сказал, что ты заставил Крэла сдаться? Это правда?

— Ну… было такое, — признался я, сидя в своей импровизированной ванне. Под взглядом Лариона, такого лукавого и «кошачьего», ощутил себя не старым солдатом, а мальчишкой лет пятнадцати.

— А что тебя не устроило в полосе препятствий? — еле сдерживая смешок, спросил «папаня». — Придётся ведь теперь её заново отстраивать.

— Да я… увлёкся, — честно признался я, невольно смутившись. — Сам не заметил, что в пылу тренировки что-то раскрошил, разломал, затоптал… А потом оказалось, что это была самая что ни на есть серьёзная полоса препятствий для элитных воинов. Похоже, она теперь в щепки.

— А это что такое? — Ларион поднял бровь, заметив на краю бассейна несчастный алмазный «кусок мыла».

— Да вот… мылся, никого не трогал… и вдруг — бац, нет мыла! А вместо мыла, вуаля, подсунули вот это. — Я развёл руками. Надо же было как-то выкручиваться… Лучше бы я его сразу спрятал.

Правитель не выдержал и расхохотался. Меня тоже стало пробирать на смех, но я держался.

— Можно я заберу это? — спросил он, кое-как успокаиваясь.

— Забирайте, конечно, но только в обмен на настоящее мыло, — буркнул я. Всё-таки хотелось нормально помыться.

— Хорошо, распоряжусь. А пока — через два часа состоится Совет, тебе лучше на нём присутствовать. Мы с Элларинэль скоро собираемся ужинать. Присоединишься?

— С удовольствием, — сказал я. При одном упоминании обеде желудок громко заурчал, выдавая мои мысли.

Ларион ушёл, и буквально через минуту в дверь снова постучали. «Ну точно, понёс мыло…» — мелькнуло у меня в голове.

— Войдите, — пригласил я.

На пороге возникла вовсе не отцовская фигура, а миловидная эльфийка.

— Здравствуйте, господин, — произнесла она, задержавшись в почтительном поклоне. — Правитель велел принести вам мыло.

«Вот хитрец! Ещё и какую красоту сюда отправил», — подумал я, с трудом отводя взгляд от глубокого выреза и изящного силуэта.

— Спасибо, оставьте на столике.

— Может быть, господин желает ещё чего-нибудь? — промурлыкала она.

— Нет-нет, благодарю. Нужно успеть на ужин, — отшутился я, первое что пришло в голову.

Провожая её взглядом, я почувствовал давно забытое волнение, словно в молодости при виде красивой женщины. «Вот тут восемьдесят один год звучит куда приятнее, чем там», — усмехнулся я про себя, вытираясь и надевая свежую одежду.

Пройдя уже знакомой дорогой к тронному залу, я заметил, что у окна стоит Элларинэль и, кажется, ждёт меня.

— Прошу, пройдём в наши покои, — сказала она с мягкой улыбкой. — Будем ужинать там.

— Хорошо, мама, — ответил я. И не ощутил никакого дискомфорта, называя её так. Напротив, увидел, как радуется этому обращению сама Элларинэль.

Покои родителей почти не отличались планировкой от моих, разве что были чуть просторнее. Ларион сидел за широким столом и изучал внушительную книгу формата А3. Завидев нас, он закрыл фолиант и слегка привстал. Книга мгновенно исчезла, а на столе с тем же магическим бесшумным всполохом появилась еда. «Вот бы мне так научиться», — мелькнула завистливая мысль.

— Присаживайся, — приветливо сказал он. — Мы очень рады, что ты принял наше предложение поужинать в семейном кругу.

Лёгкий полупоклон — и я уже сижу за столом, уплетая за обе щеки разнообразные яства. Видно, что эльфы знают толк в кулинарии, и мне всё больше по душе быть одним из них. Опять почему-то накатывают эмоции…

Вскоре я заметил, что обедаю в полном одиночестве: родители сидели и терпеливо ждали. Кажется, это уже становится традицией.

— Вы хотите о чём-то спросить? — поинтересовался я, вытирая губы салфеткой.

— Как получилось, что обычное мыло превратилось в ретан? — Ларион явно волновался, судя по возбужденному тону голоса. — Сколько ни пытались маги всех рас создать этот минерал заклинаниями, в лучшем случае выходило нечто, похожее на уголь.

«Графит, значит», — мелькнула мысль.

— И тут появляется наш путешественник, — продолжил он, и хорошо ещё, что «блудным сыном» меня не назвал, — который вовсе не владеет магией, а заодно, в ходе банных процедур, берёт да и превращает обычное мыло в редчайший ретан! Причём никакого магического воздействия мы не ощутили. Что же, опять «куда-то ткнул»?

В глазах обоих родителей плясали весёлые искры, и мне стало по-настоящему тепло от этого взгляда.

— Нет, одним только «тыком» тут не обошлось, — признался я и виновато опустил взгляд. — Разрешите пока не раскрывать подробности? Я сам ещё толком не понимаю, как это у меня получилось. Но обещаю: вы узнаете первыми.

Оба синхронно кивнули.

— К слову, — вмешалась Элларинэль, — сюда уже приходили несколько эльфов, интересовались: не берёт ли случайно «гость правителя» учеников? Даже наставник Нариэл изъявил желание поучиться. Чем же ты их так впечатлил?

— Да я сам не знаю, — смутился я, чувствуя себя словно ребёнок. — Просто захотелось чуть размяться…

Родители довольны и улыбаются, на душе сразу становится легко.

— Можно я задам нескромный вопрос? — решил я сменить тему.

Снова синхронные кивки.

— Как долго живут здесь представители разных рас? В земных сказках, например, эльфы бессмертны.

— Если следить за своим телом и периодически омолаживать его магией, эльф способен дожить до двух тысяч лет, — ответил Ларион. — Но даже это не спасает от неизбежной старости, просто сильно её отдаляет. Люди живут в среднем около ста лет, гномы — три сотни, чуть больше. Отсюда и разная рождаемость: у людей она самая высокая, у гномов — ниже, у нас, эльфов, двое детей в семье уже редкость. Тебе восемьдесят один, а братьев или сестёр у тебя так и нет. Хотя попыток мы не прекращали… — при этих словах Элларинэль смутилась.

— Кстати, через неделю к нам прибудут делегации людей и гномов. Раньше наши народы вечно воевали, но теперь времена изменились. Мирная торговля способствует процветанию куда лучше, чем любая война.

Я взглянул на мать: в её глазах светились любовь и нежность, и внутри у меня всё таяло от этого простого, но такого важного ощущения.

— Ну а теперь, — Ларион поднялся из-за стола, — нам пора на Совет.

Зал Совета находился на третьем, самом верхнем этаже дворца. Это была такая же круглая комната, как и та, в которой я очнулся, только раза в три просторнее. Белоснежные стены невольно напоминали о прежней зале, но вместо обычного потолка над головой высилось большое круглое окно, разделённое на множество мелких сегментов. В центре комнаты располагался внушительный круглый стол, вокруг которого на стульях уже сидели члены Совета. Я насчитал двадцать четыре эльфа, среди них были и оба наставника — Саринэл и Нариэл. При нашем появлении разговоры мгновенно стихли, все встали и поклонились. Мы ответили тем же, после чего заняли свои места. Я невольно ощутил на себе любопытные взгляды присутствующих.

— Уважаемые члены Совета, — Ларион провёл взглядом по кругу, — сегодняшний день особенный, поэтому Совет и был созван столь внезапно. Позвольте представить вам моего сына и наследника трона — Славэла.

Наступила напряжённая тишина.

— Прежде чем вы начнёте задавать вопросы, я хочу кое-что прояснить… Все вы помните события восьмидесятиоднолетней давности: тогда было объявлено о смерти наследника. Но, к нашей великой радости, он не умер. Мы отправили его в такие места, где никто не смог бы его отыскать, дабы предотвратить повторное покушение, — «Что ж, вполне подходящая легенда», — мелькнуло у меня в голове. — Теперь он вернулся. Если у кого-то из вас, уважаемые члены Совета, возникают сомнения относительно родственных связей, мы готовы пройти ритуал “Свидетель родства”.

Комнату мгновенно наполнил гул голосов. Шумное обсуждение продолжалось минут пять: судя по реакции, ритуал имел очень весомое значение. Постепенно шум улёгся. Из-за стола встал пожилой эльф.

— Государь, возвращение вашего сына поистине необычно и неожиданно. У нас есть ряд вопросов — например, почему он не появился раньше, — но все сомнения отпадут, если будет проведён ритуал.

— Хорошо, не будем откладывать, — произнёс Ларион. В его руке вдруг появился небольшой изящный кинжал. — Мастер Пирэл, не могли бы вы провести ритуал?

Пожилой эльф коротко кивнул. Правитель нанёс неглубокий надрез на собственной ладони и протянул кинжал мне. Я повторил за отцом, ощущая, как по коже ползёт холодок. Мастер Пирэл негромко произнёс несколько непонятных слов, указывая сперва на Лариона, затем на меня. Ничего не произошло — никаких вспышек, грома или ослепительного света.

— Спасибо, что рассеяли наши сомнения, правитель, — сказал эльф, кланяясь гораздо почтительнее, чем при приветствии. Следом за ним все остальные тоже встали и поклонились. — Принц, — добавил он, вновь отвешивая поклон в мою сторону.

— Объявите, что завтра состоится пир в честь возвращения наследника, — произнёс Ларион, одним плавным движением проходясь ладонью над своей и моей рукой. В тот же миг кровь перестала идти, а боль исчезла. «Вот бы научиться так же», — подумал я. — Все свободны. Мастера Саринэл и Нариэл, прошу вас задержаться.

Совет, наполнившись гулом разговоров, двинулся к выходу. Когда толпа схлынула и в помещении остались лишь четверо — я, родители и два наставника, — Ларион жестом пригласил нас сесть.

— Уважаемый Саринэл, — обратился он к магу, — я прошу вас стать для Славэла наставником в магическом искусстве. А вас, уважаемый Нариэл, — в воинском.

— Но, государь, ему, похоже, и не нужен наставник по фехтованию, — первым отозвался Нариэл. — Я никогда прежде не видел подобного мастерства владения мечом.

— Я, к примеру, не умею стрелять из лука, — заметил я, вставляя реплику.

— Вот! Разве воинское искусство сводится к одному лишь владению клинком? Не ты ли сам говорил, что это целый комплекс навыков? Так что решайте, как распределить предметы и обязанности. Уважаемый Саринэл?

— Я с удовольствием возьмусь за обучение принца магии, — ответил тот, хотя в голосе звучали нотки сомнения.

— Я же не знаю ни одного заклинания, — признался я, абсолютно искренне.

— Вот и отлично, — Ларион кивнул. — После завтрашнего пира и начнёте. Составьте расписание занятий и вперёд.

Отец вызвался проводить меня до дверей. Когда мы подошли к моим покоям, я решил наконец задать вопрос, который не выходил из головы:

— Отец, а в чём заключается ритуал «Свидетель родства»?

— Это один из самых древних ритуалов, — ответил он. — Так правители подтверждают право наследника занять трон. Каждому правителю отмеряется пятьсот лет правления. По истечении этого срока — или раньше, если правитель сам решит отойти от дел — власть переходит к наследнику. Если же наследника нет, Совет избирает новую династию. Из-за низкой рождаемости некоторые правители к концу срока не успевают обзавестись детьми. Чтобы предотвратить обман, маги древности создали ритуальный кинжал: им пускают кровь правителю и предполагаемому наследнику, затем произносят магическую формулу.

— И что произойдёт, если наследник окажется самозванцем?

— Правитель погибает мучительной смертью от самой этой раны, нанесённой ритуальным ножом.

— Отец… а если бы… — мне вдруг стало трудно говорить. — Меня ведь так долго не было.

— Я верил, сынок, что всё обойдётся, — сказал он тепло и обнял меня, чуть похлопав по спине. — Слушай, если тебе что-то понадобится, рядом с дверью в твоих покоях висит шнурок. Тянешь за него и называешь вслух, чего желаешь. Прислуга сделает всё, что в её силах. Также можешь позвать нас или наставников, если мы будем у себя: дерни шнур и произнеси имя.

«Ну да, мобильных телефонов тут, понятное дело, никто не придумал», — мелькнуло у меня в голове.

— Ладно, сын, спокойной ночи.

— Спокойной ночи, отец.

— Ах да, может, позвать ту служанку, чтобы взбила тебе перину? — спросил он лукаво.

Мне сразу пришло в голову, что мой новоиспечённый «папаня» и впрямь ещё тот проказник…

— Сегодня, пожалуй, обойдусь. Слишком много впечатлений за день. Может, в другой раз.

Оставшись один, я добрался до кровати и просто рухнул на неё. Сразу же провалился в глубокий сон.

И снилась мне моя внучка.

Проснулся я, как обычно, рано: ещё одна привычка, выработанная годами службы, напомнила о себе. Бегло умывшись, быстро оделся и вышел на террасу дворца. Первые лучи света пробивались из-за горизонта в том месте, где деревья были пониже и росли чуть поодаль. Наверняка так и задумывалось, чтобы можно было любоваться рассветом.

Осмотревшись в поисках подходящего места для утренней разминки, заметил беседку, оплетённую вьющимися растениями. Рядом с ней виднелась ровная площадка. Пройдя мимо беседки, я разделся до пояса, снял обувь и приступил к привычному комплексу упражнений. С каждым движением чувствовал нарастающий прилив сил, будто со всех сторон ко мне устремлялись невидимые живительные потоки. Ветер казался свежее, трава — мягче, а шелест листвы звучал громче, чем прежде. Я потерял счёт времени, пока вдруг не ощутил на себе чьё-то пристальное внимание. Оглядевшись, поспешил обратно к себе в покои, желая поскорее окунуться в бассейн.

На этот раз я решил не экспериментировать и просто спокойно помылся. Выйдя из ванной комнаты, оделся и дёрнул за шнурок:

— Принесите, пожалуйста, завтрак, — попросил я.

— Будет готов через пять минут, господин, — отозвался приятный женский голос где-то с потолка.

«Неплохо устроено», — подумал я. Пир должен был начаться ближе к вечеру, а до тех пор мне очень хотелось расспросить Саринэла о географии, политике, истории и прочих особенностях этого мира.

Стук в дверь вырвал меня из раздумий.

— Войдите, — сказал я, предвкушая еду.

На пороге возникла уже знакомая эльфийка в расшитой тунике, неся на подносе аккуратные тарелки.

— Ваш завтрак, господин. Нужно ли принести что-нибудь ещё?

Глядя на скромный набор блюд, я понял, что не наемся.

— Пожалуйста, принесите ещё столько же.

Пока я ел, что уже было на подносе, ощутил, будто чего-то не хватает. Точно — музыки! Раньше я привык завтракать под записи Basia. Дома мне это никогда не надоедало. Но теперь о многих благах цивилизации придётся забыть…

Не замечая, как сам перешёл на тихий напев «Waters Of March», я вдруг осознал, что в голове музыка звучит в полной красе, со всеми знакомыми нюансами и интонациями. Память словно раскрылась, воспроизводя весь богатый звук.

Внезапный грохот заставил меня вздрогнуть: поднос с остатками посуды с грохотом упал на пол. В дверях стояла растерянная эльфийка, рот приоткрыт, а глаза широко распахнуты.

— Ч-что это было, господин? — выдавила она, словно запинаясь от потрясения.

Похоже, она всё это тоже слышала. «Выходит, я ещё и ходячий плеер», — мрачно пошутил я про себя.

— Музыка из другого мира, — ответил я честно.

— Это было так… необычно и… прекрасно, — прошептала эльфийка, глядя на меня в каком-то зачаровании. — Сможете ещё?

— Пожалуйста, — пожал я плечами, на миг задумавшись, а потом вызвал в памяти «Go For You».

Музыка снова разлилась внутри меня, причём казалось, что звучит теперь даже не в стерео, а в каком-то объёмном, «квадро»-формате. Эльфийка закатила глаза и начала покачиваться в такт, словно в трансе. Я растерялся, не понимая, как быть, и просто дождался окончания песни.

Когда мелодия стихла, девушка обмякла и начала оседать. Я едва успел подхватить её. Она была очень лёгкой! Осторожно уложив её на кровать, я задумался, что же теперь делать, а потом решил дать ей немного прийти в себя и вернулся к оставленной еде.

Однако вскоре за спиной послышался шорох, и я обернулся: эльфийка уже села, всё ещё в потрясении. Не говоря ни слова, она вдруг вскочила и выбежала из комнаты.

«Похоже, с публичными музыкальными выступлениями надо завязывать», — подумал я. Неизвестно, как это воздействует на эльфийскую психику. Собрав то, что осталось после неудачной сервировки, я направился к выходу.

Дёрнув за шнур у двери, я чётко произнёс:

— Саринэл.

Ответ не заставил себя ждать:

— Доброе утро, господин.

— Если вы сейчас не заняты, я бы хотел встретиться и задать несколько вопросов, — проговорил я, потирая руки в предвкушении.

— Конечно, — охотно согласился маг. — Вы уже позавтракали?

— Да, а вы?

— Я обычно не завтракаю, привык с утра работать, пока разум ясен, — отозвался Саринэл. — Прийти к вам?

— Может, лучше я загляну к вам? Очень уж хочется посмотреть, как обустроены покои настоящего мага, — признался я, словно мальчишка, всю жизнь мечтавший побывать в подобном месте.

— Что ж, тогда я встречу вас в тронном зале, — в голосе наставника послышались довольные нотки.

Дворец эльфийского правителя, государство Лариния.

Добравшись под утро до своей комнаты, я рухнул на кровать. Эльфийское вино оказалось удивительно приятным на вкус и казалось лёгким, но его изрядное количество всё же заволокло голову туманом.

Пир произвёл на меня неизгладимое впечатление. По обычаю, правитель Ларион выступил перед эльфийским народом с террасы дворца. Для большинства эльфов известие о моём возвращении оказалось полной неожиданностью и поначалу вызвало тихий ропот. Однако когда представитель Совета объявил о проведённом ритуале «Свидетель родства», гул одобрительных голосов разнёсся по всей округе. Каждый стремился лично засвидетельствовать мне своё почтение. Со всех сторон ко мне подходили улыбающиеся эльфы, склоняли голову в почтительном поклоне и произносили слова приветствия. Рядом стояли счастливые родители и довольные наставники. Пир начался: столы ломились от еды и напитков, а эльфийки дарили мне улыбки и кокетливые взгляды.

Однако вскоре усталость дала о себе знать, и я отправился спать. Проснулся я только к обеду — на удивление бодрым и ясноголовым, безо всяких последствий вчерашних возлияний. Приняв быстрый душ и одевшись, я прошёлся к знакомой площадке у дворца, где сделал разминку. Во дворе почти не было видно ни души, вероятно, все ещё отсыпались после ночного веселья.

Закончив упражнения, я направился в библиотеку. Подойдя к двери, что вела в покои Саринэла, я постучал. Мгновенно дверь отворилась, и на пороге появился улыбающийся наставник.

— Добрый день, принц, — с учтивым поклоном произнёс маг. — Готовы приступить к занятиям?

— С превеликим удовольствием, наставник.

Эльфийский алфавит состоял из сорока букв. Благодаря хорошей памяти и знаниям языка, я быстро освоил написание символов и уже через час сносно читал. При этом я заметил, что Саринэл выглядит слегка взволнованным, словно торопится перейти к чему-то ещё.

— У вас, похоже, великолепная память, — вдруг сказал маг на совершенно другом языке.

— Спасибо, — ответил я на том же, почти не удивившись.

— А гномий язык вы тоже, случайно, знаете? — поинтересовался он уже на третьем языке.

— А вы сомневались? — я улыбнулся, стараясь скрыть собственное изумление.

Ощущение, что мне постоянно открываются новые сюрпризы, уже переставало меня удивлять. Видя мой успех, наставник принёс ещё две книги с азбуками. К вечеру я мог читать на всех трёх языках, пусть и примерно на уровне младшего школьника.

Закончив сегодняшние уроки чтения, я поймал на себе любопытный взгляд мага.

— О чём хотите меня спросить? — обратился я к Саринэлу.

— Даже скорее предложить, — встрепенулся маг. — Прежде чем мы приступим к собственно магическим занятиям, я бы предложил проверить вашу предрасположенность к разным видам магии.

— Думаете, у меня могут не обнаружиться таланты к магическому искусству? — спросил я, заметив, что наставник вновь переключился на вежливое «вы».

— Нет-нет! Судя по вашей ауре, вы обладаете потенциалом для очень сильного мага, — поспешно заверил Саринэл. — Но хотелось бы понять, есть ли у вас способности, выходящие за рамки традиционной эльфийской магии.

— И что нужно сделать?

Маг вытащил из кармана округлый камень белого цвета, размером примерно с куриное яйцо.

— Это саприт — особый магический минерал. Возьмите его и сожмите в руке, — попросил наставник, протягивая мне камень.

Я пожал плечами и сделал так, как он сказал.

Раскрыв ладонь, я с изумлением увидел, как белоснежный камень прямо на моих глазах начинает менять оттенки. Сперва он приобрёл лёгкий зеленоватый цвет, затем вспыхнул голубым, а после, словно по очереди, прошёлся чуть ли не по всей радуге. В конце камень словно «отыгрался» назад и вновь стал белым, будто и не менялся вовсе.

Наставник смотрел на меня так, будто только что увидел привидение. Его лицо побледнело, а губы чуть подрагивали.

— Этого… этого просто не может быть, — потрясённо выговорил он. — Я подозревал, что у вас могут быть наклонности к магии других рас, ведь и ваш отец, и ваша мать обладали сильными и разносторонними способностями. Но то, что я увидел сейчас, ни в какие рамки не укладывается. Если саприт не врёт, а он никогда не ошибается, выходит, вы владеете силой всех рас… и ещё чем-то, чего мы вообще не знаем. Некоторые оттенки я не припоминаю ни в одном справочнике.

«Интересно, — подумал я, — что бы он сказал, узнав о моей способности менять структуру вещества без всякого магического заклинания?» Однако я промолчал.

— Обещайте, что это останется нашей тайной, — с волнением произнёс маг. — Кроме ваших родителей никому не говорите об этом. Такого ещё не случалось в истории нашего мира… хотя, если подумать, всё, что касается вас, оказывается каким-то сверхъестественным. Вспомнить хотя бы вашу способность видеть магический узор…

— Может, тогда я попробую какое-нибудь заклинание? — сгорая от любопытства, предложил я.

— Признаться, мне самому интересно, — ответил наставник, порывшись на столе и раскрыв, кажется, книгу людей. — Давайте начнём вот с этого.

Он развернул фолиант и указал пальцем на короткую строку.

— Сначала прочтите про себя вот эту фразу и, глядя на эту свечу, произнесите её вслух.

Из ящика стола маг достал обыкновенную свечу и поставил на край.

Я запомнил сочетание букв и, сосредоточившись на свече, проговорил формулу. Ничего не произошло.

— Не спешите, — прошептал наставник. — Представьте весь процесс горения, а потом повторите заклинание.

Я вообразил пламя и снова произнёс слова. Свеча тотчас вспыхнула, озарившись тихим огоньком. Было удивительно, как отчётливо при этом колыхнулись магические линии в моём «внутреннем зрении».

— А теперь потушите свечу вот этим, — наставник перевернул страницу и показал следующую строку.

Я повторил заклинание, и пламя погасло.

— Чудесно! — радостно воскликнул маг. — Магия огня недоступна для эльфов, во всяком случае по классическим канонам.

Окинув взглядом свечу, я вспомнил колебания магических нитей и повторил их «мысленно» — без всяких слов. Свеча вновь загорелась.

— Как вы это делаете? — от изумления наставник даже привстал. — Я не услышал никаких заклинаний.

— Просто представил изменение «рисунка» магической структуры, которое я заметил при предыдущем заклинании, — пояснил я и тут же погасил огонь подобным же способом.

— Невероятно! Хотя… на этот раз я всё же ощутил едва заметный толчок, — прошептал маг, явно пытаясь найти хоть какое-то объяснение.

Вдохновлённый, я решил продемонстрировать ему ещё один приём. Сосредоточился, «разогнал» молекулы кислорода над фитилём — и, похоже, переборщил. Огонь вспыхнул заметно ярче, а верх свечи сразу оплавился чуть ли не до середины.

— Теперь я окончательно перестал что-либо понимать, — сокрушённо сказал наставник. — Что это было?

— Скажите, что вы знаете о природе неживой материи? — спросил я, немного поколебавшись.

— В древних трактатах лишь высказываются догадки, что любой предмет состоит из крошечных частиц, связанных между собой, — ответил он с интересом.

— В упрощённом виде можно представить, что эти частицы всегда движутся, — продолжил я. — При нагревании они двигаются быстрее. Именно так я могу ощущать и магический узор, и колебания самих этих частиц. В случае со свечой я просто ускорил движение частиц над фитилём, из-за чего огонь вспыхнул ярче.

— Очень интересно! А с мылом как произошло? — спросил маг, и в его глазах вспыхнул огонёк любопытства.

«Похоже, отец полностью доверяет Саринэлу», — подумал я и решил рассказать всё начистоту.

— С мылом чуть сложнее, — начал объяснять я. — Дело в том, что частицы, называемые молекулами, тоже состоят из более мелких составляющих — атомов. У каждого вещества своя структура, то есть упорядоченное расположение этих атомов, и от этого порядка зависит многое. Возьмём, к примеру, ретан. Ваши маги, по словам отца, пытались создать его магическим путём, но получался лишь материал, похожий на уголь…

— Перит, — подсказал маг.

— Да, перит. Прочность ретана и перита несопоставима, хотя разница между ними — лишь в расположении атомов. Теоретически, если знать нужную структуру и какие именно атомы её составляют, можно построить любое вещество. В моём прежнем мире некоторые материалы уже научились так синтезировать с помощью специальных технологий. И вот каким-то образом, руководствуясь научными законами того мира, мне удаётся влиять на эти «кирпичики» материи здесь и даже менять структуру веществ.

— Удивительно! Сколько новых открытий может принести твой опыт! — маг буквально сиял от переполнявших его чувств. — Но я умоляю, никому не рассказывай об этом. Даже древние, насколько нам известно, не умели такого…

— А может, всё-таки умели? — предположил я. — Вы ведь не знаете наверняка, что именно им было доступно.

— Верно… — маг вздохнул, успокаиваясь. — Никто не может поручиться, что древние не владели подобной силой. Возможно, часть исторических записей не точна.

Время подошло к ужину, и я почувствовал, как бурчит в животе.

— Что ж, уважаемый Саринэл, не желаешь ли поужинать? Или ты не ужинаешь вовсе?

— Напротив, ужин — святое дело, — отозвался наставник. — Предлагаю разделить трапезу в моих покоях.

— С удовольствием. И давай всё же на «ты»?

— Прости старика, — улыбнулся маг. — Сегодня я приобрёл самого необычного ученика во всём мире. Обещаю исправиться. Ну что, поедим?

Мы уселись на его тахту и принялись за всё, что появлялось на столе под рукой. Я не удержался от вопроса:

— Слушай, а как здесь еда материализуется?

— Её заранее готовят на дворцовой кухне, — ответил Саринэл. — А доставляет прямо в покои гномья магия, заложенная в самом дворце. Мы лишь даём ему команду.

— Выходит, я тоже так смогу?

— Полагаю, да, — уверенно сказал маг. — Мне кажется, тебе доступно гораздо больше, чем обычному эльфу. Нужно лишь освоить все секреты дворца. Попробуй произнести вот это заклинание и вообразить, что именно хочешь получить.

Он взял небольшую книжицу с гномьим названием «Дворец Лариния», раскрыл её на нужной странице и показал мне короткую строчку заклинания. Я воспроизвёл запись вслух, одновременно представив кувшин с соком — и через мгновение он возник на столе.

— То, что и требовалось доказать, — удовлетворённо хмыкнул я, наливая себе ещё порцию тёмно-вишнёвого напитка с лёгким виноградным вкусом.

Когда с ужином было покончено, мы с наставником простились, договорившись о новой встрече завтра в обед. С утра у меня намечалось знакомство с командирами элитного отряда и гарнизоном.

Зайдя к себе, я первым делом направился к бассейну. Полчаса, проведённые в тёплой воде, словно заново собрали мысли в единое целое и позволили повторить в памяти весь материал, пройденный за день. Я уже собирался лечь спать, когда в дверь тихо постучали. На пороге стояли родители.

— Добрый вечер. Разрешишь войти? — спросил отец.

— Конечно. А как…

— Не удивляйся, — улыбнулся Ларион, не дав мне договорить. — Дворец оповещает нас о том, где сейчас находится каждый эльф.

— Мы просто хотели узнать, как у тебя дела, сынок, — сказала Элларинэль, мягко коснувшись моего плеча. — И как прошли занятия с Саринэлом?

— Очень интересно и познавательно. Саринэл — замечательный учитель.

— Да, мы знаем, — кивнул отец. — Он и нас в своё время многому учил. Но должен признаться: то, что он сегодня рассказал нам, одновременно и обрадовало, и встревожило. Это надо держать в секрете, и в то же время тебе нужно развивать свои способности. У твоей матери есть небольшой дар предвидения, и, если её чувство не подводит, совсем скоро многое может измениться. Чем лучше ты будешь подготовлен, тем спокойнее будет нам.

— Я постараюсь, отец, — заверил я его. Даже в моём прежнем мире не стоило пренебрегать материнской интуицией, а уж в этом, полном чудес, тем более.

— И ещё один вопрос, — улыбнулась мать. — Что случилось с Тарриэллой? Это та самая служанка, которую твой отец, как ты знаешь, несколько раз «ненароком» отправлял к тебе. Она теперь наотрез отказывается идти к тебе снова.

Отец при этих словах бросил многозначительный взгляд на Элларинэль.

— Я её не обижал, — честно признался я.

— Мы и не сомневались, — вздохнула Элларинэль. — Но она ходит сама не своя, бродит с задумчивым видом, у неё всё валится из рук, и однажды её застали на кухне в слезах.

— Дорогая, оставь нас, пожалуйста, — попросил Ларион, бросив на жену выразительный взгляд.

— Хорошо, милый, — охотно согласилась Элларинэль, понимая, о чём отец хочет со мной поговорить. — Спокойной ночи, сынок.

— Спокойной ночи, мама, — отозвался я.

Когда за ней закрылась дверь, отец жестом пригласил меня сесть.

— Послушай, сынок, — сказал он после короткой паузы. — Я хочу прояснить некоторые обычаи нашего народа. У эльфов, из-за невысокой рождаемости и двойного перевеса женского населения над мужским, не возбраняется иметь больше одной жены, но не более двух. Если вне брака рождается ребёнок, мужчина может — или не может — взять мать ребёнка в жёны. Никто не заставляет его принуждать к браку. Но он обязан заботиться о ребёнке и содержать его до достижения двадцати пяти лет.

Он на миг замолчал, собираясь с мыслями, а затем продолжил:

— Тарриэлла — внебрачная дочь моего погибшего друга Таренаэлла. Мать девочки умерла во время родов, и потому Тарриэлла выросла во дворце у нас на глазах. Она старше тебя на пять лет, и для меня с Элларинэль стала почти как родная дочь. Присмотрись к ней: она отличная девушка и, похоже, без памяти в тебя влюблена. Собственно, именно я попросил её переодеваться в служанку. Ей было любопытно, это было для неё скорее игрой.

— Хорошо, отец, — кивнул я. — Обязательно присмотрюсь.

— И ещё — она одна из лучших лучников королевства. На последних соревнованиях обошла почти всех мужчин и заняла второе место. Можешь у неё поучиться.

— С удовольствием, — искренне ответил я. «Почему бы не совместить приятное общение с полезным?» — подумал я.

Отец пожелал мне спокойной ночи и вышел. Я переоделся и улёгся в постель, прокручивая в голове всё, что успел узнать за этот день. Уже в полудрёме мне почудилось, будто кто-то негромко сказал: «Спокойной ночи», — и я провалился в сон.

Проснувшись, как обычно, на рассвете, я уже привычно направился к умывальне. И тут в голове раздался незнакомый голос:

«Доброе утро, хозяин», — прозвучало одновременно тихо и отчётливо.

— Э-э… Доброе утро. А кто это у нас поселился у меня в голове, пока я спал? — растерялся я, стараясь сохранить спокойствие.

«Это я, дворец», — послышался лёгкий смешок.

— Дворец… с разумом? — тут меня всё-таки пробралось настоящее изумление.

«Во время строительства этого дворца скончался самый старый гномий маг, — отозвалось в моём сознании. — Он сам предвидел смерть и, движимый желанием создать последнее в своей жизни творение, вложил свою душу в эти стены. Впрочем, своей прошлой жизни я почти не помню…»

— Как мне к тебе обращаться? — спросил я мысленно.

«Меня звали Картем. Но можно и сокращённо: Карт. Или так, как тебе удобнее», — ответил дворец.

— А почему «хозяин»? Ведь тут есть правитель, да и вообще никто не говорил, что у дворца есть разум…

«Я сам выбираю, кого признавать хозяином. О том, что я живой дворец, не знает никто, кроме гномов. Открыться и подчиниться я могу лишь одному избранному».

— И ты решил, что это буду я?

«Да. Я почувствовал твою силу в гномьей магии, когда ты произнёс вчерашнее заклинание вызова».

«Выходит, я могу отвечать тебе мысленно?» — попробовал я подумать в ответ.

«Разумеется, Славэл», — мягко откликнулся Карт.

«Слушай, я никогда не хотел иметь слуг, — подумал я. — Давай будем просто друзьями. И зови меня на «ты», пожалуйста».

«С радостью! Как же я соскучился по настоящему общению! — в голосе дворца слышались радостные нотки. — Моё сознание всё это время дремало, и я пробудился лишь вчера».

«Это ты тогда пожелал мне спокойной ночи?» — вспомнил я.

«Именно так».

«Понял. Я сейчас пойду на утреннюю разминку, а потом у меня встреча с гарнизоном. Вернусь к обеду, тогда поговорим ещё».

«Буду ждать с нетерпением, Славэл!» — ответил Карт на прощание.

Я лишь улыбнулся собственным мыслям: необычный всё-таки мир. Любопытно, что ни один эльф не догадывается, что дворец «живой».

За час до обеда я успел основательно «поиграть» со структурой клинка. Результатом череды опытов и неудач стал меч, который стал легче, прочнее и значительно упругее. Насколько именно он прочнее — предстояло проверить на практике, но при беглом взгляде уже было видно, что изменения налицо.

«Славэл, я ощущаю не только материал, из которого построен дворец, но и всё, что в нём находится, — вдруг отозвался взволнованный голос Карта. — То, что ты сделал с клинком… таким и гномы не владеют. Кто ты на самом деле, хозяин?»

«Опять ты за своё, — мысленно усмехнулся я. — Расскажу тебе историю своей прошлой жизни сегодня вечером, хорошо?»

«С нетерпением буду ждать», — отозвался мой невидимый собеседник.

Обедать я решил у себя, чтобы не отвлекаться от планов по дальнейшей «модернизации» оружия. Тихонько вздохнув, я подошёл к двери и потянул за верёвку.

— Саринэл, — негромко произнёс я.

— Да, Славэл? — мгновенно откликнулся голос мага.

— Мне надо закончить кое-что, так что я пообедаю у себя, а к тебе в библиотеку подойду примерно через час.

— Отлично, — услужливо произнёс маг. — Буду ждать.

Отключив «связь», я снова дёрнул за шнур и произнёс:

— Тарриэлла.

По ту сторону слышалась небольшая заминка, а затем раздался взволнованный голос девушки:

— Да, господин?

— Не могла бы ты пообедать со мной?

— С удовольствием, господин… — в голосе у Тарриэллы звучала явная робость. — Что вы хотите поесть?

— Приходи сама. Я уже научился «заказывать» еду, — ответил я.

Не прошло и минуты, как за дверью послышался лёгкий стук.

— Войдите, — пригласил я.

На пороге застыла девушка в обычном эльфийском платье-тунике, казалось, слегка смутившись.

— Вы… вы звали меня, господин? — спросила она, моргая своими большими глазами.

— Да, проходи. Во-первых, давай на «ты», — предложил я и жестом указал на стол. — Во-вторых, не зови меня «господином». И в-третьих, давай просто пообедаем вместе.

Я мысленно произнёс короткую формулу, одновременно представляя себе обеденные блюда, и прямо на столе появилась еда — овощи, фрукты, лёгкие закуски и напитки.

— Выходит, ты умеешь использовать гномью магию? — чуть громче, но всё ещё с дрожью в голосе, спросила Тарриэлла, присаживаясь напротив меня.

— Похоже на то, — я улыбнулся, отодвигая ей стул. — Но это пока всё, чем могу похвастаться в плане магии.

— Ничего, — произнесла эльфийка, всё ещё смущённая, — если способности есть, научишься остальному.

Она ела необыкновенно изящно, и, лишь изредка поднимая взгляд, я понимал, какая она на самом деле красивая. Возможно, я заметил это с самого начала, но теперь мог наконец любоваться без суеты.

— Ты в тот раз испугалась, да? — спросил я, вспомнив, как она потеряла сознание при моём музыкальном «выступлении».

— Наверно. Это было очень необычно и в то же время чудесно. Я никогда такого не слышала. Может… может, сможешь сыграть мне ещё что-нибудь? — спросила она робко.

— А не боишься снова упасть в обморок? — полушутливо уточнил я. — Не хочу тебя вынимать из салата.

— Я постараюсь держаться, — она улыбнулась, и я задумался, какую музыку выбрать.

Память услужливо выдала «Chi Mai» Эннио Морриконе. Мелодия зазвучала в моей голове — и, судя по выражению её лица, она прекрасно слышала каждую ноту.

— Какая грустная… — тихо сказала эльфийка, когда музыка стихла.

— Тогда другую, — ответил я, переключаясь на «For a Few Dollars More» того же Морриконе.

— Ох, а эта зовёт в бой, — заметила Тарриэлла, дослушав композицию до конца.

«Что это было?» — напомнил о себе Карт.

«Музыка из другого мира», — мысленно отозвался я. «Нравится?»

«Очень необычно, — послышалось эхо дворца. — И красиво».

— Так чудесно! — вновь заговорила эльфийка. — Музыка словно рождается в воздухе и обволакивает всё вокруг. Как бы я хотела научиться так же!

— Если бы сам знал, как это у меня получается, обязательно бы научил, — признался я. С сожалением убрав со стола (и мысленно убрав появившуюся еду), я встал. — Кстати, Тарриэлла, у меня к тебе просьба.

— Конечно, — оживилась девушка. — Что угодно.

— Я хотел попросить тебя научить меня владеть луком, — сказал я прямо. — Говорят, ты одна из лучших лучниц королевства.

Щёки девушки слегка порозовели, но взгляд засветился гордостью.

— О да… — тихо прошептала она. — С радостью помогу тебе. Когда бы ты хотел начать?

— Завтра, часа за два до обеда. Утром у меня занятия с гарнизоном, а потом я свободен.

— Тогда так и сделаем, — кивнула она.

Мы тепло попрощались, и я, чувствуя, как сердце у меня гулко стучит в груди, посмотрел ей вслед, когда она выходила. «Вот это день…» — подумал я, вспоминая и эксперимент с клинком, и новый голос дворца, и непонятные музыкальные эксперименты. В этом мире наверняка ещё полно сюрпризов.

Первое, что пришло в голову, — надо создать нечто вроде защитного механизма, своеобразного «электрошокера». Помню, что в обычном электрошокере напряжение, идущее от источника питания, образует высоковольтный импульс, а поражение обеспечивается силой тока. Напряжение требуется лишь для пробоя одежды и прочих преград. Но здесь, в мире магии, откуда взять само «электричество»? Придётся творить эксперименты, жутковато, но другого пути нет.

Положил клинок на стол. Решил попробовать создать дугу между навершием и гардой, мысленно сосредоточившись на «движении» мельчайших частиц — условных электронов, которые свободно перемещаются вокруг атомов. Выбрал те, что находятся подальше от ядра, попытался упорядочить их движение по кругу между гардой и навершием. Сначала всё выглядело безобидно, а потом, когда увеличил скорость потока, меня вдруг ощутимо ощипнуло. Значит, пошёл ток.

Полчаса я кропотливо подбирал оптимальную «скорость» перемещения этих свободных электронов, чтобы прикасаться к эфесу стало совсем невозможно. Результатом остался доволен: если попытаться схватить клинок, он, грубо говоря, отдаст ощутимый удар. Но вот беда: при сильном воздействии «разряда» чужак может попросту зажать рукоятку, и меч продолжит бить его током вплоть до летального исхода. Это нежелательно — надо предусмотреть, чтобы оружие ещё и «выскальзывало» из чужих рук.

Тогда задумался о том, чтобы эфес мог на время становиться неосязаемым. Вспомнил, как уже рассеивал предметы и собирал их заново. Поэкспериментировал: выяснилось, что при кратковременном рассеивании эфес можно восстановить без последствий, а значит, этого, скорее всего, хватит. Запомнил произошедшие приёмы преобразования узора, чтобы повторять их в нужный момент.

Потом решил проследить, что происходит в магическом узоре, когда создаётся разряд. Запомнил колебания нитей, возникающие во время «электрошока», а затем остановил поток и попытался воспроизвести всё через управление магической структурой. Получилось. Колебания повторились. Но мне нужно, чтобы клинок был «заперт» в таком состоянии непрерывно, а при касании хозяина лишался заряда, тогда как при прикосновении чужака оставался под напряжением. Вопрос: как опознать «своё — чужое»?

Вспомнил, что недавно в гномьей книге натолкнулся на заклинание «магического замка», которое позволяет замку самопроизвольно отворяться при определении ауры хозяина. Причём даже замаскированная аура не обманывала его. Получается, мне надо «привязать» меч к ауре владельца.

«Карт, у тебя нет ли гномьего замка?» — обратился я к духу дворца.

«Парочка найдётся», — не заставил он себя ждать с ответом.

Вызвал один из них: внешне он выглядел как амбарный, только без прорези под ключ. Произнес над ним нужное заклинание. На замке возник дополнительный магический узор, в котором чётко выделялись два сегмента. Судя по всему, один — отпечаток ауры хозяина, а другой — механизм открытия и закрытия. Сделал пару шагов от замка, потом вернулся, и услышал лёгкий щелчок, одновременно заметив, как в одном из сегментов узора идёт перестройка.

«Отлично», — отметил я про себя. Теперь нужно соединить все эти решения вместе. Сформировал в памяти «узор электрошокера» и вплёл его в структуру меча. Теперь в нём будто постоянный заряд. Прикосновение к эфесу вызывает ощутимый удар. В то же время добавил «рассеивание эфеса»: если чужак схватит рукоять, его шибает током, и эфес сам тут же исчезает, а меч падает с глухим звоном. Провёл серию проверок — всё именно так и работает.

Далее «привязал» аурный сегмент: извлёк отпечаток своей ауры и совместил его с узором, отвечающим за состояние покоя. Опять испытал всё на себе: осторожно взялся за эфес — и никаких разрядов. Значит, я в безопасности. Остаётся надеяться, что в ближайшем будущем никто не придумает резиновые перчатки или что-то в этом духе. Остальные материалы оружие должно «пробивать».

Напоследок я запомнил конечную схему «атомарного меча» вместе с внесёнными изменениями, особенно участок с привязкой к ауре. Вполне возможно, пригодится скоро для массового производства.

Довольный, я решил, что достаточно трудился на сегодня. Попрощавшись с Картом и пожелав ему спокойной ночи, улёгся спать, обдумывая, как показать это новшество завтра.

Восточное побережье материка Акралия. Форпост королевства "Тарбон".

Комендант форпоста проснулся от резкого сигнала тревоги. За сорок с лишним лет службы он привык к внезапным пробуждениям, но этот раз ощущался иначе. Надсадный рев трубы, перемежающийся топотом сапог и лязгом оружия в коридорах, заставил сердце сжаться тревожным предчувствием. Накинув одежду, он вышел из своей комнаты и тут же столкнулся с дежурным капитаном, который, тяжело дыша, уже направлялся к нему.

— Господин комендант! — голос капитана дрожал от напряжения. — На горизонте замечены сотни кораблей островитян!

Комендант выпрямился, скрывая за строгим выражением лица внутреннюю тревогу.

— Спокойно, без паники, — отрезал он. — Идем на смотровую площадку.

Картина, открывшаяся с площадки, поразила даже его, видавшего немало битв. От одного края горизонта до другого простиралась огромная армада. Корабли, главным образом рыбацкие суденышки, образовали плотное покрывало на поверхности воды, как стая насекомых, заполонившая море.

Комендант почувствовал, как ладони едва заметно увлажнились.

— Капитан, — его голос оставался твердым, хотя внутри росло беспокойство, — проверьте готовность форпоста к бою. Немедленно отправьте посыльных в прибрежные деревни с приказом об эвакуации. Пусть сосчитают корабли, хотя бы примерно. Курьеров ко мне — как можно быстрее.

Капитан коротко кивнул и стремительно удалился.

Комендант снова взглянул на морскую гладь, которая теперь стала ареной, на которой разыграется кровавая драма. Нельзя было предугадать, что произойдет дальше. Сведения об островитянах всегда оставались туманными. Их численность, оружие, магическая подготовка — все это было загадкой. Большинство шпионов, отправленных на острова, бесследно исчезали. И самое тревожное — в командовании явно завелся крот, передающий информацию врагу.

Курьеры прибыли, нервно переминаясь на месте, пока комендант заканчивал писать донесение.

Смысл каждого слова был отточен, как клинок, чтобы донести масштаб угрозы.

— Возьмите лучших лошадей, — он передал запечатанные свитки, — и скачите в столицу. Скорее всего, короля и советника там не будет. Тогда вы должны догнать их кортеж на пути к эльфийской столице и передать это. Но в столицу загляните обязательно — возможно, предыдущий курьер заставил их изменить планы.

Курьеры отдали честь и бросились выполнять поручение.

Комендант остался один, прислонившись к холодной каменной стене. Он смотрел на бескрайнее море, которое казалось теперь не безмятежным, а зловещим, как сама смерть. Он знал, что кровь обязательно прольется. Вопрос был лишь в том, чья.

Окрестности дворца эльфийского правителя, государство Лариния.

Поляна оказалась идеально подходящей для задуманного. Её практически круглая форма, ровная поверхность и невысокая трава словно ожидали своего часа.

— Здесь растёт особая трава, её часто скашивают для лошадей. Очень вкусная, — пояснила Тарриэлла ещё до того, как я успел задать вопрос.

— Отлично, — коротко ответил я, оглядев пространство.

Выстроив всех в ровную линию, как на плацу, я начал говорить:

— Сегодня мы попытаемся привнести в грядущий праздник что-то новое. Мы разучим танцы, которые украсят приветствие наших гостей.

В рядах воинов тут же прокатился недовольный ропот.

— Понимаю, многие из вас считают это занятие неподобающим для воинов, — сказал я, пристально оглядев строй. — Но знайте: любое дело, служащее на благо государства, почётно. Более того, за успех в этом предприятии каждый из вас получит именной магический кинжал вдобавок к мечу.

Этого оказалось достаточно, чтобы недовольство уступило место одобрительному гулу.

— Отлично. Начнём. Я покажу вам, как двигаться, держаться и вести себя в танце. Потом продемонстрирую всё с Тарриэллой. Первый танец называется вальс.

Закрыв глаза, я вызвал в памяти мелодию — «Вальс» Шопена — и сделал первый шаг, представляя воображаемую партнёршу. Музыка наполнила сознание, и я погрузился в танец. На миг меня захлестнули воспоминания, но вскоре я пришёл в себя, остановился и оглядел собравшихся. Без исключения все присутствующие, включая Тарриэллу, с расширенными от удивления глазами смотрели на меня.

Подойдя к ошеломлённой девушке, я мягко взял её левую руку и положил себе на плечо. Правой рукой обнял чуть выше талии, а её вторую руку поднял и вытянул в сторону. На этот раз я включил «Вальс цветов» Чайковского, и мы начали кружиться.

Каждое движение давалось легко — музыка словно сама вела нас, заставляя забыть о времени. Тем не менее, я не раз успел пожалеть о затее. К вечеру, несмотря на усталость, эльфы достигли впечатляющего результата. Их природная гибкость и музыкальность сделали своё дело.

— У вас отлично получается, но без музыки будет сложнее, — заметил я, заканчивая очередную репетицию.

— Это не проблема, — ответила Тарриэлла и, достав из мешочка флейту, заиграла.

Я замер от изумления. Она с первого раза безупречно воспроизвела композицию, уловив все её оттенки и вариации.

— Продолжайте, — кивнул я. — Мне нужно вернуться во дворец.

Эльфы не стали возражать, а я побежал на занятия с наставником. Саринэл встретил меня, как обычно, напоминанием об обещании.

— Помню, уважаемый, — улыбнулся я, усаживаясь.

Затем, вкратце, я объяснил ему суть вчерашнего открытия, проводя аналогии с программированием в моём мире. Но как я ни пытался объяснить магу, что такое компьютер, он всё равно мало что понял.

— Хорошо, давай на примере. Заклинание создания магического вестника, — предложил я, пытаясь найти доступное сравнение.

— Ничего себе «простой пример»! Это заклинание доступно только эльфам, и то далеко не всем, — заметил Саринэл с недоумением.

— Неважно, главное суть. При его создании вы наделяете вестника определёнными свойствами и закладываете параметры. Он должен доставить послание определённому адресату и вернуться назад с ответом. Так?

— Так, — маг кивнул, прислушиваясь.

— Вот. Это и есть своего рода программирование. Вы задаёте вестнику цепочку действий с параметрами и условиями. Например, если адресат не найден в течение заданного времени, вестник возвращается с пометкой «Не доставлено».

— Цепочка заложенных действий… параметры… условия… — лицо Саринэла озарилось внезапным озарением. — Теперь понятно! Это действительно похоже!

— Ну, наконец-то! — улыбнулся я, заметив, что маг уловил суть.

— Но это же переворот в магической науке! — восторгу наставника, кажется, не было предела.

— Переворот или нет, не знаю, — пожал я плечами. — Но без способности видеть сегменты заклинания и понимать их смысл толку мало. Вероятно, я не первый, кто до этого додумался, но для полноценного использования нужна комбинация представлений о программировании и умения видеть структуру заклинаний.

— Значит, то новое заклинание стрельбы тоже создано по этому принципу? — догадался маг.

— Точно.

— Невероятно! Я счастлив, что имею честь быть вашим наставником, Ваше величество! — Саринэл поднялся, склонив голову.

— Давайте обойдёмся без величия, а то я зазнаюсь, — засмеялся я.

— Сомневаюсь. За это время я уже неплохо узнал тебя, мой мальчик, — с тёплой улыбкой ответил маг.

— Сам себя пока ещё плохо знаю, — отозвался я, понимая, что он прав в своём тепле.

— Наставник, можно я займусь дома? У меня ещё много дел, а вечер уже поздний, — спросил я, заранее зная ответ.

— Конечно, конечно. Выучите главы из книг. Думаю, вы уже готовы обходиться без меня. — Саринэл улыбнулся, благословляя мою самостоятельность.

— Спасибо, спокойной ночи.

Вернувшись в свои покои, я быстро справился с заданием, запомнив несколько глав из всех трёх книг. Закончив, я решил обратиться к Карту.

— Карт, ты не подскажешь, какое оружие предпочитают гномы?

— Секиры, господин, — прозвучал голос духа, но я уловил в нём что-то обиженное.

— Карт, что случилось? Почему такой тон? Подожди… Ты обиделся, что я мало с тобой общаюсь?

— Простите, господин… — голос в голове звучал печально.

— Это ты меня прости. Забегался совсем. Праздник, подготовка… — я чувствовал свою вину.

— Хорошо, вы хотели секиру? — голос духа обрёл довольные нотки.

— Есть подходящая? — заинтересовался я.

— Конечно, легендарная секира Арасида. Великий гном… Она считалась утерянной. Кажется, я нашёл её перед самой смертью, но никому не успел рассказать.

— Показывай.

Секира появилась передо мной. Она оказалась внушительных размеров: лезвие шириной около тридцати сантиметров и топорище длиной около метра. Полукруглое лезвие из прочной стали идеально сочеталось с плотной древесиной рукояти.

Вдохновившись, я начал вспоминать формы земных боевых секир. В голове всплыло изображение панно с «Боевой двусторонней секирой Аттилы». Лезвия в основании украшал череп, а из него будто исходили языки пламени. Это могла бы быть идеальная основа.

Вызвав два старых меча, я принялся за работу. Час кропотливого труда, множество перекроек и изменений — и передо мной в воздухе остывала новая секира. Рукоять длиной в метр, выполненная из титана, сочетала лёгкость с прочностью, а двухстороннее лезвие из сверхпрочной стали притягивало взгляд своим блеском. Череп в основании, переходящий в языки пламени, казался живым. Я с гордостью осматривал своё творение.

Добавив к лезвию алмазное покрытие и заточив его до предела, я удовлетворённо отметил, что хоть это и не атомарный клинок, но по всем параметрам он превосходил легендарные гномьи секиры.

— Ну что скажешь, гномья душа? — спросил я у Карта.

— Это что, секира? — голос духа звучал удивлённо. — У нас не делают двусторонних лезвий. Но она… красивая! Даже слишком.

— Вот и отлично. Может, твоим сородичам тоже понравится.

Удовлетворённый результатом, я отложил секиру и принялся за следующий эксперимент. Мне нужно было понять, как лучше использовать левитацию. Для начала я наложил стандартное заклинание на себя и повис в воздухе на высоте метра. Опоры под ногами, естественно, не было. В таком состоянии о танцах даже мечтать было нечего. Значит, стандартное заклинание нам не подходит.

Идея уплотнить воздух до твёрдого состояния показалась перспективной. Я сосредоточился на создании слоя воздуха толщиной в сантиметр. Всё ещё находясь в подвешенном состоянии, я согнул ноги и мысленно начал манипулировать молекулами кислорода и азота под собой. Создав метровый квадрат уплотнённого воздуха, я наложил заклинание левитации и попытался встать. Ноги утонули в вязкой массе, как в болотной трясине.

— Значит, плотность всё ещё недостаточна, — пробормотал я, усиливая давление. На этот раз получилось. Я уверенно стоял на воздухе, словно на невидимой платформе. Но стоило мне отвлечься, как уплотнённый слой распадался, и я снова повисал в воздухе.

Размышления прервал звонок над дверью.

— Сынок, это ты гоняешь ветер по всему дворцу? — послышался из-за двери голос матери.

— Ой, прости, мам, не подумал. Больше не буду. Спокойной ночи! — ответил я с виноватой улыбкой.

Очевидно, при манипуляциях с плотностью воздуха я не учёл неизбежные перемещения воздушных масс. Ну и голова у меня!

На сегодня хватит. Все наработки есть, завтра продолжим. Пожелав спокойной ночи Карту, я свалился на кровать и мгновенно уснул.

Королевство "Тарбон", столица Кастр.

Выход войск был отложен до полудня — основной контингент из ближайших гарнизонов ещё не успел подойти. По предварительным подсчётам, к этому времени удастся собрать пять тысяч пеших, две тысячи конных солдат и около трёх тысяч ополченцев из числа крестьян. Однако времени для мобилизации остальных частей уже не оставалось. Дальние гарнизоны, получив приказ, должны были отправляться непосредственно к столице, чтобы защищать её в случае прорыва врага.

Советник не покидал поля командования. Его усталое лицо было напряжено, а взгляд сосредоточен. Он раздавал последние распоряжения.

— Основное войско должно выдвинуться к перешейку среди болот, — проговорил он, сверяясь с картой. — Это узкое место станет нашей линией обороны.

Перешеек, притаившийся в трёх днях пешего пути от столицы, был естественной крепостью. Его ширина не превышала километра, а непроходимые болота по обеим сторонам гарантировали, что враг не сможет зайти с флангов. Советник знал, что это место может стать как шансом на победу, так и последним рубежом для их армии.

— Крестьянам и ополченцам обеспечить подвоз провианта и инструменты для укрепления позиций. Всё должно быть подготовлено до подхода врага.

Офицеры кивали, принимая приказы, и спешно разносили их дальше. Советник перевёл взгляд на восток, в сторону предстоящей битвы. Его разум лихорадочно искал пути укрепления позиций и максимального использования местности.

"В этом узком месте у нас есть шанс, — размышлял он, глядя на карту. — Но если мы потеряем перешеек, столица останется беззащитной."

Первым делом я поинтересовался у Карта, может ли он видеть визуально. Раньше такой вопрос почему-то не приходил в голову.

— Да, конечно. Я вижу и слышу в пределах дворца. У меня даже есть аура, как и у любой души, только ее невозможно заметить. Она равномерно распределена по всему дворцу. Поэтому я одновременно присутствую везде. Пока стоят эти стены, я живу, — ответил он, будто говоря о своей вечности как о чем-то обыденном.

— Хорошо. А видишь ли ты иллюзию, которую я сейчас создал? — спросил я, вызвав перед собой силуэт огромного полосатого зверя.

— Конечно. Таких больших и полосатых зверей не бывает. Очень похож на кошку, — с интересом ответил дух.

— Это тигр. Он обитает в другом мире. А вот такой зверь у вас есть? — я изменил иллюзию, заполнив половину комнаты массивной фигурой с длинной чешуйчатой шеей, размахивающимися крыльями и хвостом.

— Это же Древний! Я встречал его изображение в очень древней книге, — воскликнул Карт с удивлением.

— Надо же! В том мире это персонаж сказок — дракон, — пояснил я, не удержавшись от улыбки.

— Удивительно. Такая реальная иллюзия! Конечно, я не могу судить полноценно. Изображения Древних найдены в единичных источниках. Но воспроизвести Древнего с такой точностью, не говоря уже об иллюзии, еще никому не удавалось, — признался Карт, и в его голосе прозвучал трепет.

Ха, спасибо нашему кинематографу! С такими образами я еще не то смогу создать. А если добавить звуковые эффекты… точно можно всех оставить с открытыми ртами.

Я немного уменьшил дракона и подвесил его в воздухе, заставив мощно махать крыльями. Для полного эффекта добавил звук их хлопков.

— Бесподобно! Если бы я не знал, что это иллюзия, я бы поверил, что Древние вернулись, — почти шепотом проговорил дух, в его тоне смешались благоговение и восхищение.

Нужно будет предупредить всех перед началом представления, иначе не избежать обмороков. А то помню, как с внучкой смотрели фэнтези «Подземелье драконов» — воздушные баталии там были впечатляющими, но тут явно не поймут такой эпопеи.

Потренировавшись с летающим вокруг меня драконом, вспоминая и отрабатывая фигуры высшего пилотажа, я, наконец, уселся ужинать. Как всегда, все было необычайно вкусно. Наевшись до отвала, я откинулся на спинку кресла и ощутил себя абсолютным гедонистом. Вот чего бы я сейчас точно не отказался, так это от мороженого. А почему бы и нет? Надо предложить рецептик поварихам.

Подойдя к двери, я потянул за веревку.

— Кухня.

— Да, Славел, — послышался голос одной из девушек.

— Как идут дела с напитком?

— Хорошо. К утру все сырье переведем, — бодро отчиталась она.

— Замечательно. У меня есть один рецепт десерта. Я сейчас подойду, — решил я и направился в сторону кухни.

Изготовление небольшого количества мороженого заняло около часа. Благодаря поварихам быстро нашлись подходящие компоненты, напоминающие земные. Жена когда-то сама готовила этот удивительный десерт на праздники, и я хорошо запомнил его рецепт. Единственной проблемой было отсутствие холодильника.

— Карт, у тебя случайно нет в запасе какого-нибудь железного шкафа с полочками? — спросил я, надеясь на его находчивость.

— Конечно есть. Такой шкаф был подарен гномами твоему отцу на одном из Праздников Мира лет десять назад. Но он оказался не нужен и теперь пылится в одной из комнат нижнего яруса дворца, — спокойно ответил дух.

Через мгновение в центре кухни появился сейф внушительных размеров — два метра в высоту, полтора в ширину и около метра в глубину.

— То, что нужно! — обрадовался я.

Дверцы сейфа оказались незаперты. Внутри были два отделения с полками. Я наложил составное заклинание, регулирующее температуру, и с трудом вплел магический узор в металлические стенки шкафа. Теперь в импровизированном холодильнике всегда будет поддерживаться температура минус один градус.

Разложив мороженое по небольшим стаканчикам, я аккуратно убрал их в новый холодильник и закрыл дверцы.

— Через полчаса мороженое будет готово. Теперь вы можете использовать этот шкаф для хранения продуктов, которые быстро портятся, — сказал я поварихам.

Их радости не было предела. Лица сияли, как будто я подарил им драгоценный артефакт.

Пока мороженое замораживалось, мне пришла в голову мысль получить разрешение родителей на показ иллюзии. Лучше перестраховаться — вдруг идея с летающими драконами окажется слишком шокирующей.

Реакция родителей превзошла ожидания. Летающий дракончик сначала их ошеломил, но спустя пару минут они уже с восхищением наблюдали за его изящными пируэтами. Разрешение на показ было получено, но с одним условием: иллюзии должны сопровождаться предварительным объявлением.

Тут же мне пришло в голову пригласить родителей на кухню, чтобы они попробовали «продукты нового поколения». Когда правитель увидел, что я превратил бесполезный подарок гномов в полезный артефакт, он только покачал головой, но в глазах читалось одобрение.

Мороженое удалось, как и крепкий эльфийский напиток. Оба новшества вызвали восторг у родителей. Было решено привлечь к работе еще несколько служанок, чтобы к празднику всего хватило.

Попрощавшись со всеми, я отправился спать с легким сердцем. Завтра обещало быть непростым днем.

Почему я сразу обратил внимание на эту девушку? Конечно, не из-за её мужской одежды и короткой причёски, которые были редкостью среди местных девушек. К этому я давно привык в том мире. Но что-то сразу зацепило меня, будто невидимая сила притянула. Желание видеть её рядом, чувствовать её присутствие, защищать — всё это нахлынуло внезапно и без объяснения.

Когда я подхватил её в тот момент, то машинально задействовал второе зрение. Её аура… Она была невероятной: сияющая, чистая, насыщенная. Я не мог оторвать взгляд. Это что, влюблённость с первого взгляда? Вроде бы это случается только в романах, но внутри всё кричало, что она особенная.

Мои подопечные танцевали идеально. Иллюзорная проекция, добавленная буквально в последний момент, вызвала у всех настоящий восторг. Даже я не ожидал такого эффекта.

При вручении подарков едва сдерживал улыбку. Курьёз был очевидным: отцу вручили "самый большой" алмаз, который был раза в четыре меньше моего "мыла", созданного когда-то из любопытства. Отец, как всегда, остался неподвижен, мастерски скрывая эмоции. Мать и наставник, напротив, выглядели так, будто готовы были расхохотаться.

Сезанна, кажется, заметила моё состояние. Я ловил её взгляды. Они были полны интереса, удивления… и чего-то ещё, что грело внутри.

Когда церемония закончилась, я решил не упускать шанса узнать её лучше.

— Разрешите составить вам компанию? — спросил я.

Она замялась, растерянно глядя на меня.

— Почему я? — наконец вымолвила она.

— Интересный вопрос, — улыбнулся я. — Разрешите ответить немного позже. Пока что сам не знаю.

По мере общения Сезанна становилась всё раскованнее. Её эрудиция и глубина мыслей удивляли и восхищали. Она рассуждала о жизни людей, о способах улучшить общество, о том, как дать больше возможностей простому народу. Я ловил себя на мысли, что давно не встречал собеседника, который так гармонично сочетал бы интеллект и искренность.

Когда гости начали постепенно отходить от столов, я решил, что настало время для сюрприза.

"Карт, смогу ли я вызвать мороженое прямо отсюда?" — мысленно спросил я.

"Думаю, да," — ответил дух дворца. — "Ты уже вкладываешь больше своей силы в вызов, чем раньше. Скоро я даже не буду тратить энергию на перенос, только направлять тебя."

"Правда? Даже не замечал этого," — удивился я.

Мороженое вызвало ажиотаж. Гости восторженно обсуждали необычный десерт, служанок засыпали просьбами о добавке. Это мгновение счастья и единства казалось бесконечным. Главное, чтобы никто не простудился с непривычки.

Гномы окончательно потеряли голову, когда я рассказал им рецепт коктейля, который включал мороженое и «крепкое эльфийское». Такой восторг! Мортиш в особенности был в ударе — то и дело хлопал своих подчинённых по плечу, словно собирался тут же начать варить новые напитки.

— Откуда вы, принц? — вдруг спросила Сезанна, и в её голосе слышался настоящий интерес. — Вы не похожи на других эльфов: ваше поведение, манеры, да и то, что вы умеете, кажется, под силу только легендарным героям.

Я замешкался. Она подметила то, что я старался скрывать.

— Я пока не могу ответить на этот вопрос, — ответил я, стараясь говорить спокойно. — Может быть, позже… — Чтобы сменить тему, добавил с улыбкой: — Предлагаю перейти на «ты» и не называть меня принцем. Просто Славел.

Она улыбнулась в ответ, её глаза слегка лукаво блеснули.

— Хорошо, Славел. Можно вопрос?

Я кивнул.

— Почему ты сдерживал смех, когда гномы вручали подарок твоему отцу?

— Кажется, мы договорились на «ты», — заметил я с усмешкой. — У моего отца уже есть ретан размером с кулак.

Её глаза расширились от удивления.

— Но Мортиш сказал, что эти камни самые большие в мире! — в её голосе звучало искреннее изумление.

— У него устаревшая информация, — пожал я плечами, не вдаваясь в подробности.

Не успел я насладиться её реакцией, как к нам подошёл сам Мортиш. Его язык немного заплетался, но во взгляде читалась решимость.

— Уважаемый принц! — он слегка покачнулся, но тут же выпрямился. — В знак укрепления торговых отношений… не могли бы вы назвать цену за рецепт этого десерта? Этот… «коктейль», как вы сказали, просто ошеломил нас.

— Конечно, уважаемый Мортиш, — ответил я спокойно. — Рецепт мороженого, как и рецепты сплавов, из которых сделана ваша новая секира, будут переданы вам безвозмездно. Мы не торгуем дружбой, мы её укрепляем.

Гном в изумлении уставился на меня, затем плюхнулся на ближайший стул.

— Вы понимаете, сколько это может стоить? — прошептал он, словно боялся, что кто-то ещё услышит.

— Разве деньги имеют значение между друзьями? — я улыбнулся. — К тому же, от эльфийского государства не убудет. После пира приходите ко мне в покои. Возьмите своих мастеров.

Мортиш тут же вскочил и бросился к своим гномам, раздавая указания и жёстко указывая на соблюдение меры. Одного из подчинённых даже наградил увесистым подзатыльником. Я едва сдержал смех, наблюдая за этим зрелищем.

— Ты такой щедрый! — воскликнула Сезанна, глядя на меня с восхищением.

— По-моему, запрет на спиртное для гномов во время пира — это уже немаленькая плата, — ответил я со смехом.

Она тоже рассмеялась. Как заразительно она смеётся! Её смех звучал как мелодия, от которой внутри становилось тепло.

К нам подошли отец и мать, их присутствие сразу наполнило атмосферу теплым семейным уютом.

— Здравствуй, Сезанна. Как поживает твой отец? Что-то советника не видно в этот раз, — обратился отец к девушке, сдержанно улыбаясь.

— Здравствуйте, Ваше Величество, — Сезанна тут же встала, и мне тоже пришлось подняться. — Он был вынужден остаться в столице. Дела не позволили ему приехать на праздник.

— Жаль, но что поделать. Надеюсь, ничего серьёзного? — поинтересовался отец, нахмурившись.

— Не знаю, — ответила она, слегка пожав плечами.

— Сын, я вижу, ты нашёл достойную собеседницу, — обратился ко мне отец с одобрением в голосе.

— Да, отец. Ты прав на все сто! — с энтузиазмом согласился я.

— Сто чего? — не понял отец, нахмурив брови.

— Выражение такое, — смутился я, опуская взгляд, — на все сто процентов.

— Ну молодёжь, скоро мы совсем перестанем вас понимать, — покачал он головой. — Кстати, что ты сказал Мортишу? Он не только сам пить перестал, но и запретил напиваться нескольким своим товарищам.

— Я предложил им зайти ко мне после пира. Обещал подарить рецепт десерта и формулы нового металла.

— Похвально, сын, — отец одобрительно похлопал меня по плечу.

— Я горжусь тобой, сынок, — мать подошла ближе, нежно поцеловав меня в щёку, чем смутила меня окончательно.

Когда родители ушли, я выдохнул с облегчением.

— Ну, предки дают. Уже девятый десяток пошёл, а обращаются как с младенцем.

Сезанна, сидевшая напротив, закрыла рот рукой, пытаясь сдержать смех, но её глаза весело блестели.

— Не хочешь прогуляться? — предложил я, немного стесняясь её реакции.

— С удовольствием, — откликнулась она, но затем добавила: — Только, наверное, мне стоит переодеться в платье.

Я кивнул, оставаясь ждать. Через десять минут она вернулась. Простое, но элегантное платье подчёркивало её фигуру и так удивительно гармонировало с её образом, что я невольно залюбовался.

Мы направились к беседке, наслаждаясь тишиной, слегка нарушаемой лишь нашими шагами.

— Я заметил, ты неплохо двигаешься, — сказал я, улыбаясь.

— Ты тоже, — ответила она с той же доброжелательной улыбкой.

— Ты не похожа на всех.

— Ты тоже.

Мы оба рассмеялись. В её присутствии было легко, словно мир стал чуточку ярче. Я всё больше осознавал, что не могу насладиться её обществом. Влюбился ли я? Слишком быстро? Наверное. Но меня это почему-то не пугало.

Мы решили не останавливаться в беседке и продолжили гулять по окрестностям. Разговаривая на самые разные темы, мы дошли до окраины столицы. Улицы были пустынны, ведь все жители и гости пировали в центре. Этот момент был только для нас.

Проходя мимо очередного эльфийского дома, я неожиданно почувствовал опасность. Это ощущение, не раз спасавшее меня в том мире, вспыхнуло, как предчувствие беды. Я старался не показывать напряжённость, продолжая беззаботно болтать с Сезанной, но взгляд мой начал изучать окружение, словно сам по себе, выискивая угрозу. И вот, в следующее мгновение, время словно замерло.

Я увидел, как из окна дома выпущена стрела. Реагировать было некогда — инстинкт взял верх. Без колебаний я активировал недавно изменённое мной заклинание ускорения, которое до этого ни разу не использовал. Обычные эльфийские заклинания ускорения, ограничивающие движение нижней части тела, для этой ситуации были бы бесполезны. Здесь нужна была максимальная свобода.

Мир вокруг замедлился. Я видел, как стрела медленно приближается к голове Сезанны. Каждая её деталь, от блеска наконечника до мельчайших узоров на оперении, была отчётливой. Я бросился вперёд, схватил стрелу в воздухе и бросил её под ноги. Не позволяя себе промедления, я устремился к дому.

Из окна снова вылетели стрелы — пять подряд, одна за другой, выпущенные в ускоренном темпе. Но теперь их траектория была для меня читаема, как строки в книге. Каждая стрела оказывалась в моей руке. Добравшись до стрелка, вытаскивающего новую стрелу из колчана, я вырубил его точным ударом, стараясь не причинить серьёзного вреда.

Когда я обернулся, ужас охватил меня: в сторону Сезанны с другой стороны дома летели ещё две стрелы. Шансов добежать раньше не было. В отчаянии я использовал единственное, что пришло в голову: уплотнил воздух перед девушкой. Замедлив свой полёт, стрелы остановились, замерев в метре от её головы.

Я обогнул дом всё в том же ускоренном темпе и увидел ещё двоих нападавших. Один из них натягивал тетиву, другой стоял с сетью в руках. Они даже не успели осознать, что произошло, прежде чем погрузились в темноту бессознательного. Быстро обыскав их, я разоружил стрелков, завернул всех троих в сеть, укрепив её найденной верёвкой.

Закончив, я снял ускорение. Голова закружилась, зрение потемнело. Я тяжело дышал, будто пробежал марафон. На несколько секунд ноги подкосились, но я быстро взял себя в руки, зная, что сейчас не время показывать слабость.

Ко мне уже подбегала Сезанна, её глаза полны тревоги.

— Ты не ранен? — был первым её вопросом, прерывающим тяжелую тишину.

Я шагнул к ней и, забыв о сдержанности, обнял её, прижимая к себе, как к самому дорогому, что было в этой жизни.

— Детка, я так испугался за тебя, — прошептал я ей на ухо, чувствуя, как колотится её сердце.

— Я тоже испугалась за тебя, — её голос был едва слышен, словно эхо моего собственного страха.

— Всё хорошо, — ответил я, чуть отстраняясь, чтобы взглянуть ей в глаза. — Я никому не дам тебя в обиду.

Смутившись, я сделал шаг назад, почувствовав, как волнение заползает в уголки сознания. Сезанна посмотрела на меня с обеспокоенным выражением.

— Почему они напали? — спросила она, её голос дрожал. — Я думала, эльфы никогда не поднимают оружие на своих.

— Я сам не знаю, — ответил я, отводя взгляд. — Хотя… Были случаи. Когда я был младенцем, на меня уже покушался эльф, причём родственник. Сейчас всё выглядит так, будто они хотели захватить меня живым. Стрелы предназначались тебе.

Её лицо побледнело.

— Но почему?

— Это мы выясним, — сказал я, пытаясь звучать уверенно.

Я связал оружие и вещмешки пленных, после чего поднял их в воздух с помощью заклинания левитации. Затем наложил иллюзию, которая превращала груду связанных тел и вещей в пару лошадей. Один конец "уздечки" я передал Сезанне, второй взял сам. Иллюзия была убедительной, но немного резче всмотревшись, можно было заметить отсутствие следов копыт. Я надеялся, что до этого никому не будет дела.

— Потренируемся немного, — сказал я, регулируя плавность движений "лошадей".

Когда всё стало выглядеть достаточно естественно, мы отправились к дворцу.

Подойдя к главному входу, я сразу заметил отца. Он стоял неподалёку, внимательно наблюдая за нами. Его глаза чуть сузились, выдавая подозрение, но он молчал. Я незаметно кивнул ему, сигнализируя, что позже всё объясню.

Мы вошли внутрь, и отец последовал за нами. Когда двери закрылись, он, не теряя ни секунды, спросил:

— Что произошло? Что скрывается за этой иллюзией?

Я смахнул заклинание, обнажая связку пленных.

— На нас напали на северной окраине города, — ответил я, стараясь говорить спокойно. — Судя по всему, цель была захватить меня. Они стреляли в Сезанну и готовили сеть. Все трое живы, они скоро очнутся.

Отец нахмурился, затем повернулся к охране.

— Отнесите их в изолированную комнату. Пусть туда подойдут наставники, — приказал он, коротко взглянув на меня. — И не поднимайте лишнего шума.

Когда пленников унесли, он обернулся к нам, его взгляд смягчился.

— Ты хорошо придумал с иллюзией, — сказал он, чуть кивнув. — Даже я бы не распознал её, если бы ты не привлёк внимания. Конечно, по правилам нельзя вносить лошадей во дворец, но… Кто осмелится возразить принцу? Теперь идите, веселье ещё продолжается. Постарайтесь вести себя так, словно ничего не произошло. Но будьте осторожны. Возможно, у них есть сообщники.

Я молча кивнул, понимая, что он прав, и мы с Сезанной направились обратно к празднику.

Вернувшись на свои места, мы продолжили пировать. Я старался отвлечь Сезанну от тревожных мыслей, но она, похоже, все ещё переваривала случившееся.

— Как тебе удалось их обезвредить? — наконец спросила она, наклоняясь ко мне. — Я даже не успела ничего понять. Ты просто исчез, а потом появился уже у края дома. А передо мной застыли две стрелы. Это ты их остановил?

Я улыбнулся, стараясь сгладить её напряжение.

— Не думай об этом. Всё уже позади. — Я подмигнул. — Хочешь ещё мороженого?

Её взгляд смягчился, но затем она неожиданно прошептала:

— Я боюсь тебя потерять.

Эти слова прозвучали так искренне, что у меня защемило сердце. Я положил руку ей на плечо, стараясь, чтобы моя улыбка выглядела ободряющей.

— Не волнуйся. Этого не случится. И не вздумай заплакать. Все подумают, что я тебя уже соблазнил и теперь бросаю.

На её лице появилась робкая улыбка, затем она тихо рассмеялась.

— А ты бы мог? Ну… так поступить с девушкой? — её вопрос прозвучал полушутливо, но в голосе мелькнула серьёзность.

— Нет, конечно. Но кто меня знает? Вон, смотри, ваш король уже посматривает в нашу сторону. Наверное, мысленно готовит ноту протеста против "эльфа-соблазнителя малолетних девиц".

Сезанна уже хихикала, пряча улыбку.

— Вообще-то, по нашим законам я уже совершеннолетняя, — заметила она с лукавым видом.

— Да ну? Вот не знал. — Я притворно вздохнул. — Знал бы — другой маршрут выбрал. Может, и не встретились бы с этими отморозками.

Теперь она не могла сдержать смех. Её звонкий смех был заразительным, и я улыбнулся ещё шире.

— Я вижу, ты шутишь, — сказала она сквозь смех. — Но как смешно ты их назвал!

Мне нравилось смотреть, как она смеётся. Это было так искренне, так по-настоящему. Мы просидели до самого вечера, общаясь, попивая соки и изредка пробуя очередную партию мороженого. Запасы исчезали с невероятной скоростью, перехватываемые новыми поклонниками десерта.

Я узнал о её прошлом: где она жила, чем занималась, что любила и что терпеть не могла. Когда она спросила о моём, я пообещал рассказать всё в последний день праздника.

Неожиданно за спиной раздался знакомый голос:

— Славел, пойдём, поговорим. — Я обернулся и увидел отца. Его голос звучал устало, но глаза были внимательными.

— Хорошо. Сезанну можно взять с собой? — спросил я.

Отец усмехнулся, махнув рукой.

— Бери. Куда уж теперь вы друг без друга. Конечно, если она не боится вида мертвецов.

Сезанна сначала растерялась, но потом уверенно кивнула. Её смелость мне нравилась всё больше.

В комнате для допросов царила напряжённая атмосфера. Двое наставников и три командира элитного отряда стояли в молчании, наблюдая за прикованными к стене пленными. Двое из них лежали без движения — мертвы. Третий, молодой эльф, бросал испуганные взгляды то на своих товарищей, то на стражу.

— Двое приняли яд сразу после пробуждения, — доложил один из командиров, сделав шаг вперёд. — Третьего мы успели обыскать. В зашитом воротнике нашли капсулу с ядом. Он очнулся позже всех, иначе бы повторил их судьбу.

Отец нахмурился, взгляд его стал тяжелым.

— Плохо, сынок, — начал он мрачно. — Эти трое — предатели, когда-то ушедшие на острова с моим двоюродным братом. Это случилось после того, как их попытка убить тебя провалилась. Теперь они вернулись в качестве шпионов. Их задачей было перехватывать королевских курьеров на границе, чтобы мы не узнали о начавшейся войне в людских землях.

Сезанна ахнула, но сдержала свои эмоции, плотно сжав губы.

— Эти трое решили воспользоваться временным отсутствием хозяев, чтобы грабить дома на окраинах. Но вместо этого наткнулись на вас. Увидев тебя, они узнали по описанию. Главный распорядитель праздника, сбежавший накануне, был ещё одним предателем. Он передал им все сведения, включая твоё точное описание.

Правитель сделал паузу, чтобы дать присутствующим осознать услышанное, а затем продолжил:

— Ситуация серьёзная. Завтра утром, как только гости придут в себя, я созову общий Совет с представителями гномов и людей. О войне пока никто знать не должен, чтобы не сеять панику. Сейчас на границу отправятся пятьдесят воинов из элитного отряда. Славел, сможешь ли ты снабдить их хотя бы частью именных клинков?

Я кивнул.

— Да, отец. Пусть соберутся в казарме, я их там жду.

Сезанна не отходила от меня ни на шаг. Лишь на мгновение она скрылась, чтобы переодеться, и вскоре догнала нас с командирами по дороге в казарму. На её боку висел эльфийский клинок, а с другой стороны — кинжал. Она шагала рядом, сосредоточенная, но уверенная. Я невольно улыбнулся. Боевая подруга мне явно не помешает.

В казарме уже собрались воины. Они стояли в ожидании, настороженно переговариваясь. Я подошёл к столу, жестом подозвал первого солдата.

— Клинок на стол, — сказал я коротко.

Первым был небольшой кинжал. Немного подумав, я решил проверить идею, которая давно сидела в голове: обезопасить оружие от случайного вреда владельцу. Подвесив кинжал и клинок в воздухе, я активировал заклинания. Оружие вспыхнуло ярким светом, пока я связывал его с аурой владельца. Теперь оно отключало свою силу при контакте с хозяином. Остудив металл, я аккуратно опустил оружие обратно.

— Следующий, — спокойно скомандовал я.

Процесс повторялся снова и снова. Каждый из присутствующих наблюдал за моими манипуляциями с неподдельным восхищением. Для меня это стало почти механическим действием, но я видел, как солдаты, забирая свои преобразованные клинки, смотрели на них с почтением, будто это было не просто оружие, а знак их личной силы и достоинства.

Ближе к концу работы усталость навалилась с удвоенной силой. Тупая боль в центре головы давала о себе знать, но я продолжал, превозмогая её. С трудом закончив последние клинки, я тяжело опустился на скамью, пытаясь отдышаться.

— Устал немного, — проговорил я, встретив обеспокоенные взгляды.

Сезанна стояла рядом, бледная как мел, с явной тревогой в глазах. Но останавливаться было рано — я должен был сделать ещё кое-что.

— Принесите мне лук, — попросил я.

Просьбу выполнили мгновенно. Взяв в руки оружие, я сосредоточился, собрав последние силы. Идея усовершенствовать заклинание стрельбы зрела давно, но теперь, когда возникла необходимость, нужно было воплощать её в реальность. Потратив около пятнадцати минут на обдумывание и плетение заклинания, я вложил магическую формулу в структуру лука.

— Этот лук работает на основе нового заклинания стрельбы, — объяснил я, борясь с нарастающей головной болью. — Теперь не нужно зачаровывать стрелы. Каждая выпущенная стрела получит усиленные проникающие свойства и будет взрываться при ударе. Правда, я не успел испытать его, но всё должно работать. Лук защищён от использования врагом. К сожалению, я не смогу сделать такие луки для всех, но пяти лучшим лучникам постараюсь.

Командиры вызвали пятерых лучников из строя. Первого лука я привязал к ауре владельца быстро, но последующие четыре дались мне с трудом. Последний я завершал почти на автопилоте. Помню, что в какой-то момент силы оставили меня, и я отключился.

Когда очнулся, почувствовал, как меня поддерживают за плечи с двух сторон — с одной Сезанна, с другой командир. Голова всё ещё немного кружилась, но луки были готовы.

— Обязательно проведите испытания, чтобы оценить мощность взрыва, — напомнил я, вставая на ноги. — Ваша задача — разведка. Задействуйте пограничные гарнизоны. Завтра на Совете мы утвердим совместные действия с людьми и гномами. До тех пор избегайте столкновений с превосходящими силами.

Задумавшись, я попросил бумагу и карандаш. Записав заклинание полного ускорения, передал листок ближайшему командиру.

— Это заклинание полного ускорения. Оно позволит не только стрелять быстрее, но и двигаться с высокой скоростью. Но предупреждаю: используйте его осторожно. Начинайте с коротких промежутков. После окончания действия возможны неприятные побочные эффекты. Да поможет вам Создатель.

Элитный отряд отправился в путь. Я, немного придя в себя, взял Сезанну под руку, и мы направились к дворцу. Ночь опустилась на город, и наш путь освещала луна, удивительно похожая на земную. Голова постепенно переставала болеть, силы возвращались. Сегодня я понял, что мои способности имеют предел. Интересно, смогу ли я его расширить со временем?

Сезанна шла рядом, молча, но её ладонь крепко сжала мою, отвечая на мой жест. Как приятно было идти в тишине ночи, рядом с тем, кто стал тебе дорог. Луна и звёзды освещали наш путь, и этого было достаточно.

За столами еще оставались самые выносливые. Тех, кто уже не мог передвигаться самостоятельно, специальная команда аккуратно распределяла по местам ночлега. Ночь окончательно вступила в свои права, но мы не спешили расходиться. У входа во дворец нас ожидала делегация гномов. Вперед вышел Мортишь.

— Вы не передумали, Ваше высочество? — спросил он, склонив голову.

— Если вы ещё раз назовёте меня "Ваше высочество", я точно передумаю, — устало пошутил я. — Зовите меня просто по имени. Прошу следовать за мной.

Мой вызов дополнительных стульев из дворцового инвентаря привёл гномов в лёгкое замешательство.

— Дворец избрал вас своим хозяином? — подозрительно спросил Мортишь.

— Нет, мы с Картом друзья, — ответил я, подав руку одному из гномов, приглашая его сесть.

"Спасибо," — раздался в голове голос Карта.

"Не за что," — мысленно ответил я.

— Да, Карт… — пробормотал Мортишь, задумчиво качая головой. — Он был хорошим гномом и выдающимся магом. И я подозреваю, что именно он нашёл секиру Арасида.

— Вы правы. Карт обнаружил её, но не успел передать вам, — подтвердил я.

Когда все расселись, я взял слово.

— Сейчас я расскажу вам основы металлургии. Возможно, многое из того, что вы услышите, вам уже знакомо. Однако прошу терпения — дальше будет сложнее.

Некоторые гномы скептически усмехнулись. Это вызвало рассерженный взгляд Мортиша, и они поспешили принять серьёзный вид.

Я заметил, что Сезанна начала клевать носом от усталости, и предложил ей пойти отдохнуть. Однако вместо того, чтобы отправиться в свои покои, она, без зазрения совести, улеглась прямо на мою кровать, скинув камзол, пояс с оружием и сапоги. Улыбнувшись про себя, я вернулся к лекции.

— Для получения некоторых металлов и сплавов необходимо использовать так называемые флюсы. Они помогают отделять пустую породу и золу топлива от расплавленного металла, — продолжил я. — Также необходимо правильно подбирать топливо. Печи должны быть построены по специальной технологии и иметь огнеупорное покрытие.

Пол ночи я объяснял основы металлургии, вспоминая знания, приобретённые в прошлой жизни. Начертил схему доменной печи и объяснил её принцип работы. Рассказал о доломитовом известняке, который служит флюсом, и его роли в плавке. Пояснил, как используются специальные виды топлива и огнеупорные материалы для достижения высоких температур.

Обсуждение производства высококачественной стали прошло без затруднений. Но с титаном всё оказалось сложнее. Даже на Земле, при развитой металлургической промышленности, этот металл оставался одним из самых дорогих из-за сложности процесса его получения.

Сырьё для производства титана, так называемую титановую губку, ещё можно было получить из руды в местных условиях. Однако как осуществить вакуумно-дуговую переплавку, необходимую для превращения губки в металл, я понятия не имел. Тем не менее, я решил передать гномам всю теорию, что знал, а уж как её применить — пусть решают сами. На то они и гномы.

Глаза собравшихся возбуждённо горели, уши впитывали каждое слово, а руки неустанно строчили записи на свитках. Казалось, гномы готовы сидеть здесь до следующего вечера, лишь бы узнать ещё больше.

— Ну, думаю, на сегодня хватит, — наконец сказал я, почувствовав, что силы начинают меня покидать. — Через три часа рассвет, нужно хоть немного поспать. В следующий раз, когда встретимся, я объясню принципы выращивания кристаллов, в том числе ретана.

После этих слов у гномов чуть не пропал дар речи. Возбуждение, и так державшее их на грани, вспыхнуло с новой силой. Они засыпали меня благодарностями, некоторые даже начали склоняться в поклоне. Вот уж истинные фанатики своего дела!

— Я не знаю, откуда у вас такие знания, — с уважением проговорил Мортишь, — но они бесценны для нашего народа. Знайте, что гномы всегда будут вашим союзником. Если когда-либо вам понадобится наша помощь, вы получите её.

— Спасибо, друзья. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи! — в один голос ответили они, с нескрываемым трепетом покидая комнату.

Когда за ними закрылась дверь, я облегчённо выдохнул. Голова гудела от потока мыслей и напряжения. Я направился к кровати, благо её размеры позволяли разместить ещё троих эльфов моей комплекции, и, не раздеваясь, рухнул на мягкую перину.

Сегодня был тяжёлый, но невероятно продуктивный день. Ощущение того, что ты делишься знаниями, которые способны изменить мир, наполняло меня странным удовлетворением. С этими мыслями я медленно провалился в долгожданный сон.

Я проснулся от звонка вызова.

Сразу встать не удалось — на мне оказалась рука Сезанны. Осторожно освободившись, я встал и подошел к двери.

— Слушаю.

— Доброе утро, сын. Через полчаса совещание общего Совета, — услышал я голос отца. — Все правители уже оповещены.

— Доброе утро, отец. Я буду вовремя.

Выйдя из ванной комнаты, я увидел Сезанну, сидящую на кровати и плачущую в три ручья. Её плечи вздрагивали, а лицо было залито слезами.

— Что случилось, детка? — спросил я, присаживаясь рядом.

— Мы никогда не сможем быть вместе, — срывающимся голосом прошептала она.

— Кто тебе сказал такую глупость?

— Ты эльф. Ты проживёшь долго, а я… зачем я тебе? Я быстро постарею и умру. И… я не смогу родить тебе наследников.

— Ты уверена в этом? — мягко спросил я, заглядывая ей в глаза. — Я вот, например, пока ни в чём не уверен. Кто сказал, что я не смогу найти способ продлить твою жизнь и молодость? Кто сказал, что ты не сможешь родить от меня? То, что этого никогда не было, не значит, что этого не будет. Все считали, что ваши раны мы тоже не можем лечить, а ведь я могу. Так что успокойся и иди умываться. Через двадцать минут нам надо быть на Совете.

— Хорошо, — вытерев слёзы, Сезанна кивнула и направилась в ванную.

Истерик мне сейчас точно не хватало.

В зале Совета уже присутствовали Мортишь с четырьмя гномами, оба наставника, члены Совета, мои родители и два командира гарнизонной стражи. Мы с Сезанной заняли свои места, добавив немного напряжения в атмосферу. Оставалось дождаться короля людей.

Спустя несколько минут появился людской правитель, сопровождаемый пятью подданными. Их усталые лица выдавали следы вчерашнего веселья, которое явно затянулось. Однако как только заседание началось, настроение в зале резко изменилось.

Отец встал и бросил короткий взгляд на собравшихся.

— Доброе утро всем. Мы вынуждены были собрать вас в такую рань из-за чрезвычайных обстоятельств, — начал он. Его голос был чётким и уверенным, но в нём слышалась тень беспокойства. — Вчера вечером, во время прогулки, было совершено покушение на Славела и Сезанну. Покушение организовали эльфы, объявленные преступниками много лет назад. Теперь они вернулись как разведчики.

Зал напрягся, тихие перешёптывания пронеслись по рядам. Отец сделал паузу, чтобы позволить собравшимся осознать услышанное.

— К счастью, наследнику удалось справиться с нападавшими. Двое из них, очнувшись, успели принять яд, спрятанный в их вещах. Последний пленник выдал всё при допросе. Ситуация критическая.

Глаза людского короля расширились от ужаса, его лицо стало белее мела.

— Мой двоюродный брат, — продолжил отец, — которого мы так и не нашли после покушения на наследника более восьмидесяти лет назад, собрал огромное войско на восточных островах. Сейчас оно движется через земли королевства. Их разведчики должны были перехватывать королевских курьеров на границе, чтобы помешать передаче сведений.

Зал взорвался возгласами. Шум и возмущение перекрывали друг друга. Людской король сжал кулаки, его советники переглядывались в панике.

Отец поднял руку, призывая к тишине.

— Это ещё не всё, — продолжил он. — Вражеское войско получило поддержку от таинственного союзника с Энора. Пусть их силы невелики — около ста человек, но все они оснащены чудовищным оружием. Тирел, брат-заговорщик, также вооружил две тысячи своих воинов подобным оружием. Это магические устройства в виде полуметровой палки из неизвестного металла, которая выпускает красный луч. Луч пробивает всё — никакая физическая или магическая защита ему не противостоит. Единственный минус — это перерывы в использовании. После получасовой работы оружие нужно заряжать в специальном контейнере, что занимает ещё полчаса.

Возмущение снова накрыло зал. Каждый осознавал, что перед ними угроза, с которой никто ещё не сталкивался.

— Сейчас вражеские войска движутся к столице королевства, — закончил отец. — Нам нужно обсудить наши действия. Времени мало.

С места поднялся людской король, его лицо оставалось хмурым, но в глазах читалась решимость.

— Можем ли мы рассчитывать на вашу военную помощь? — спросил Арист, обращаясь к эльфийскому правителю.

— Несомненно, — твёрдо ответил отец. — Мы никогда не нарушим пункты мирного соглашения. Более того, враг не ограничится лишь вашим королевством. Их цель — захват всего материка.

С места поднялся Мортишь, гномий повелитель.

— Гномы тоже готовы оказать помощь войсками. Мы не допустим разрушения мира, который строили вместе.

Отец кивнул, признавая их готовность.

— Хорошо. Вчера на границу отправился элитный отряд из пятидесяти воинов. Их задача — разведка и уничтожение вражеских шпионов. Командирам приграничных гарнизонов уже отправлены магические вестники с указанием укрепления границ.

Арист наклонился вперёд, его лицо потемнело от беспокойства.

— Я прошу отправить магического вестника советнику. Если я правильно понимаю, вестник сможет принести ответ?

— Да, вы правы, — подтвердил отец. — Составьте послание. Мы отправим столько вестников, сколько будет нужно. Однако спешка сейчас нам навредит. Пока у нас недостаточно информации, не стоит принимать поспешные решения.

Король вздохнул, будто борясь с внутренним страхом.

— Я согласен, хотя это тяжело. В столице осталась моя беременная жена. Надеюсь, мой советник догадался эвакуировать её в безопасное место.

Отец, выдержав паузу, вновь взял слово.

— Эльфийскими войсками будет командовать недавно назначенный главнокомандующий, принц Славел. Мортишь, если нужно, мы можем отправить магического вестника и вам.

— Буду чрезвычайно признателен, — сдержанно кивнул гном.

— О продолжении праздника, думаю, не может быть и речи, — отец обвёл зал взглядом, словно подтверждая своё решение. — После этого Совета будет объявлено о введении военного положения. Главнокомандующему нужно заняться боеготовностью и вооружением войск. Следующий Совет состоится вечером, после получения ответов от магических вестников.

Зал наполнился гулом обсуждений, но лица собравшихся выражали серьёзность и согласие. Каждый понимал, что дни мира заканчиваются.

Выйдя на улицу, мы обнаружили длинные столы, заставленные завтраком. Единственное, что отсутствовало, — это спиртное. Все расселись, чтобы утолить голод перед тяжёлым днём. Во время трапезы было официально объявлено о введении военного положения.

Когда все закончили есть, мы направились к беседке. До сбора гарнизона и добровольцев оставалось ещё два часа. Лёгкий ветер шевелил листву, создавая обманчивое ощущение спокойствия.

— Я боюсь за отца, — прошептала Сезанна, садясь на скамейку. В её голосе звучали тревога и боль. — Он предчувствовал беду, поэтому вернулся в столицу. Скорее всего, он попытается не допустить врага к городу.

Я опёрся на спинку скамейки, вглядываясь вдаль.

— Да, положение серьёзное, — сказал я, пытаясь подобрать слова, которые могли бы её успокоить. — Если враги действительно вооружены таким разрушительным оружием, защитникам придётся очень нелегко. Но захват столицы — это ещё не проигрыш. Надеюсь, твой отец примет мудрое решение, если станет слишком опасно. Отступление — не всегда слабость, иногда это путь к спасению.

Сезанна сжала руки, опустив взгляд.

— Я должна быть там, — неожиданно проговорила она, с трудом скрывая дрожь в голосе.

Я повернулся к ней, удивлённый её решимостью.

— Нет. Это я должен быть там, причём не один, а с войском. А ты должна остаться здесь, в безопасности.

Она резко вскинула голову, её глаза блестели от эмоций.

— Ты не можешь мне указывать, где я должна быть, — в отчаянии возразила она. — Я не твоя подданная. Я дочь своего королевства и обязана встать на его защиту, как любой житель.

Я посмотрел на неё и почувствовал, как внутри закипает беспокойство, смешанное с нежностью. Наклонившись ближе, я обхватил её плечи и заглянул прямо в глаза.

— Да, ты не моя подданная, — сказал я тихо, но твёрдо. — Но я не могу позволить тебе пойти на верную смерть. Я не хочу тебя терять.

Её взгляд на мгновение дрогнул, а я продолжил, будто каждая фраза резала воздух:

— Я люблю тебя, Сезанна. И хочу, чтобы ты стала моей женой. Хочу, чтобы ты стала матерью моих детей. Ради того, чтобы просить благословения у твоего отца, я готов пойти и порубить всех врагов в капусту.

Сезанна замерла, будто не веря услышанному, а потом разразилась слезами. Она прижалась ко мне, её плечи сотрясались от всхлипов. Это были слёзы счастья, смешанные с болью и страхом. Я обнял её, прижимая ближе, и стал гладить по голове, позволяя ей выплеснуть эмоции.

— Что бы ни произошло, мы будем вместе, — прошептал я, чувствуя, как эти слова проникают глубоко в сердце. — Я сделаю всё, чтобы сохранить это. Всю свою силу вложу в то, чтобы нас никто не разлучил.

Королевство "Тарбон", перешеек.

Войска королевства под предводительством советника успели прибыть вовремя. По данным разведки, враг находился ещё в полудне пути, что давало защитникам шанс подготовиться к обороне. Численное превосходство противника было незначительным, и советник рассчитывал, что у них есть реальная возможность задержать врага до подхода подкреплений.

Солдаты укрепляли позиции, когда перед советником засиял магический вестник. Золотистый шар мягко парил в воздухе, пульсируя тёплым светом. Сердце советника забилось быстрее — он знал, что послание могло быть отправлено только эльфами. Вестник стал для него символом надежды. Дотронувшись до шара рукой, он активировал его.

Сообщение от короля оказалось кратким, но содержательным. В нём описывались недавние события в столице, информация о враге и новом оружии, полученная от пленника, а также приказ срочного отступления. Советник мрачно нахмурился, осознавая всю серьёзность ситуации. Он быстро составил ответ, прося сообщить о дальнейших действиях, и отпустил вестника.

— Трубите общий сбор! — раздался его громкий голос, перекрывая шум подготовки.

Командиры были собраны на экстренное совещание. Советник поделился полученной информацией, изложил опасность, которую представляло магическое оружие противника, и огласил приказ отступления к эльфийской границе. Он разложил карту на импровизированном столе и указал маршрут, который должен был минимизировать потери.

— Мы не можем рисковать жизнями войска впустую, — сказал он, глядя каждому из командиров в глаза. — Враг силён, но мы задержим его на эльфийских рубежах. Отступление — не поражение. Это тактика.

Командиры кивнули, принимая его слова.

Пока войска готовились к отходу, советник отправил курьера в столицу с приказом начать эвакуацию. Каждая минута была на счету. Советник понимал, что вскоре им придётся столкнуться с врагом лицом к лицу, но сейчас главное было сохранить силы и не дать противнику застать их врасплох.

Гномы спешно собирались в дорогу. Решение было принято: за два дня собрать войска и выступить на территорию королевства, где у приграничного городка Кустон должна была состояться встреча войск гномов и эльфов.

— Мы вынуждены уехать, но я с нетерпением буду ждать нашей следующей встречи, — сказал Мортишь, крепко пожимая мне руку на прощание.

— Я помню своё обещание рассказать вам о технологии выращивания кристаллов. Думаю, будет лучше, если вы оставите пару толковых гномов. Я найду время за эти два дня поработать с ними. Мало ли что может случиться, война всё-таки…

— Как же я сам не додумался! — воскликнул Мортишь, стукнув себя по лбу. — Непременно так и сделаем. Ещё раз спасибо, принц.

После их отъезда я провёл первые занятия с добровольцами, проверяя их навыки и выносливость. За день удалось укомплектовать обученных воинов гарнизона атомарными клинками и новыми боевыми луками. Сегодня я преобразовал ещё пятьдесят комплектов клинков с кинжалами и создал двадцать пять новых луков. На последнем луке голова начала немного побаливать, но я был доволен: мой предел явно отодвигался, что вселяло надежду.

Сезанна тоже участвовала в тренировках. Надо признать, у неё всё выходило лучше, чем я ожидал. Её гибкость и реакция приближались к уровню эльфов. Боевая у меня невеста!

После завершения занятий мы направились во дворец. Сумерки уже накрыли город, и до начала вечернего совета оставалось около получаса.

— Славел, — робко начала Сезанна, покосившись на меня. — Можно я переселюсь к тебе?

Я остановился, удивлённый её просьбой.

— А тебя не смущает спать на одной кровати с мужчиной, который ещё не стал твоим мужем? — спросил я с улыбкой, пытаясь скрыть лёгкое смущение.

Сезанна, лукаво глядя на меня, ответила:

— Ну, ты ведь меня не обидишь?

Её уверенность и мягкая улыбка развеяли остатки сомнений. Конечно, я согласился. Мы вместе перенесли её вещи ко мне, и эта простая, почти бытовая сцена принесла мне неожиданное спокойствие.

Когда вещи были на месте, мы, держась за руки, направились к Залу Совета, который уже готовился к очередной важной встрече.

Совет был в том же составе, за исключением делегации гномов.

— Пришел ответ от советника, — объявил отец, открывая заседание. — Войска отступили с перешейка, разминувшись с противником на полдня пути. Столица готовится к эвакуации. Потери пока ограничиваются лишь гарнизоном восточного форпоста. Войска противника грабят население, но не убивают. У нас есть еще один день на сборы. Послезавтра утром выступаем. Главнокомандующий, доложите о подготовке войск.

Я встал и сделал шаг вперед.

— Численный состав воинов гарнизона составляет сто эльфов. Половина из них уже оснащена усовершенствованными мечами, двадцать пять имеют новые боевые луки. Завтра я планирую модифицировать оставшиеся пятьдесят клинков и завершить производство луков. Сегодня в наше распоряжение поступило пятьсот пятьдесят добровольцев. Только половина из них уверенно владеет мечом. Завтра ожидаем прибытия еще тысячи трехсот добровольцев. Мы будем оснащать их новым оружием по мере возможности.

— В чем заключается особенность нового оружия? И кто занимается его производством? — задал вопрос король людей.

— Оружие будет продемонстрировано завтра в полдень на стрелковом полигоне, — ответил за меня отец. — Переделкой и усовершенствованием занимается лично главнокомандующий. Это его магические наработки.

— Новый боевой лук еще не испытан, — добавил я. — Завтра мы проверим его в деле. Двадцать пять готовых луков уже находятся на хранении у наставника Нариэла.

Совет завершился. У дверей покоев нас уже ожидали два знакомых гнома.

— Добрый вечер, Славел, — поприветствовал меня один из них. — Нас оставил старейшина для обучения. Можем ли мы сейчас приступить?

— Добрый вечер. Проходите, — ответил я.

Пока гномы располагались за столом, я согрел воду в бассейне для Сезанны. Она тихо поблагодарила меня и скрылась в ванной, а мы с гномами принялись за обсуждение.

У меня было достаточно информации по выращиванию кристаллов благодаря опыту из прошлого мира. Когда-то я курировал завод по производству телевизоров в Богородицке, который позже перепрофилировали на выращивание кристаллов, включая алмазы. Вопрос, смогут ли гномы создать давление в восемьдесят тысяч атмосфер при температуре около двух тысяч градусов, оставался открытым. Однако я подробно объяснил принципы и основы гидравлики. Если гномы действительно так изобретательны, как о них говорят, они что-нибудь придумают.

Я даже не заметил, как Сезанна вышла из ванной. Она сидела на краю кровати, завернувшись в длинный халат, и терпеливо ждала, пока мы закончим. Гномы покинули покои в приподнятом настроении, а мы с Сезанной решили перекусить перед сном.

Вызвав еду, мы уселись за стол.

— Ты должен взять меня с собой, — заявила Сезанна, отложив вилку.

— Это может быть опасно. Мы уже обсуждали это, — спокойно ответил я, чувствуя, куда она клонит.

— Ну, пожалуйста, возьми меня. Ведь я все равно поеду. А так я буду под твоим присмотром, — она хитро прищурилась, понимая, что нашла слабое место.

Вот ведь бестия, подумал я. Еще не стала женой, а уже ловко отстаивает свои интересы.

— Ладно, — сдался я, вздохнув. — Но при одном условии: ты будешь выполнять все мои приказы.

— Любые? — Она смотрела на меня с такой озорной улыбкой, что я невольно улыбнулся в ответ.

— Я серьезно, Сезанна.

— Хорошо, обещаю.

— Ну все, ложись. А я пойду ополоснусь, — подытожил я, поднимаясь из-за стола.

Очистив воду в бассейне заклинанием и подогрев ее до приятной температуры, я погрузился в воду, позволяя теплу смыть усталость. Уставившись в потолок, я начал анализировать события последних дней. Мысли сменяли друг друга, пока мягкий шум шагов не вырвал меня из размышлений. Подняв взгляд, я увидел Сезанну, стоящую у края бассейна.

Ее глаза светились решимостью и теплом. Прежде чем я успел что-либо сказать, она медленно распахнула халат, позволив ему упасть на пол. В следующую секунду она оказалась в воде, её губы стремительно коснулись моих, а теплое, хрупкое тело прижалось ко мне. Её кожа была прохладной, словно от волнения. Она дрожала, но не от страха.

— Прости, что так… Я боюсь потерять тебя и не хочу больше ждать. Хочу, чтобы тебе было хорошо, — голос Сезанны был тихим, почти шепот.

— Любимая… — я нежно обнял её, стараясь успокоить.

Эта ночь стала для нас особенной. Я знал, как важно сделать её первый раз нежным и запоминающимся. Каждое её движение, каждый взгляд были пронизаны доверием и любовью. Мы оставили весь мир за пределами этой комнаты, растворившись друг в друге.

Под утро мы оба наконец уснули, утомленные и счастливые. Однако два часа сна явно не были достаточными. Проснувшись первым, я попросил Сезанну остаться в покоях и немного отдохнуть.

— На этот раз я пропущу тренировку, — согласилась она, едва заметно улыбнувшись.

Перед тем как я вышел, она приподнялась и подарила мне легкий поцелуй.

— Только не забудь взять меня на демонстрацию оружия, — напомнила она.

— Хорошо, — ответил я, нежно коснувшись её щеки. — Спи.

Быстро умывшись, я направился к казармам. Сегодня предстояло принять и распределить большую часть добровольцев. Надо отдать должное эльфам: несмотря на долгие годы мира, их организованность и готовность к военным действиям оставались на высоте. Это объяснялось не только дисциплиной, но и тем, что многие из них на собственной шкуре испытали все ужасы войны. Люди и гномы, напротив, давно забыли, что такое настоящее сражение. Нынешние поколения не знали войны, а у эльфов память о ней жила в каждом из долгожителей.

Собрав командиров, я отдал распоряжение сформировать младший командирский состав из опытных гарнизонных воинов. Новобранцев предстояло разбить на десятки и обучить основам совместных военных действий — настолько, насколько позволяли ограниченные сроки. Сейчас передо мной стояло чуть больше полутора тысяч воинов. Гарнизон был расформирован, и сто опытных эльфов стали командирами десятков. Хотя численность отрядов варьировалась, иногда доходя до пятнадцати человек, их организационная структура была четкой и отлаженной.

Когда всё было готово, настало время обратиться к воинам.

— Братья! — мой усиленный магией голос разнесся над тренировочной площадкой, эхом прокатываясь по окрестностям. Все взгляды обратились ко мне. — Завтра мы отправляемся на войну. Враг пока действует на землях королевства, но это не значит, что он остановится там. Наш долг — защитить свои земли и выполнить обязательства, данные нашими союзниками.

Слова вызвали в толпе одобрительный гул, прерываемый выкриками. Я поднял руку, призывая к тишине.

— Но мы идём на войну не только из-за мирного соглашения. Враг не остановится, пока не захватит весь материк. Его аппетиты простираются далеко за пределы королевства.

Тишина стала звенящей.

— У нашего врага появился союзник с Энора, второго материка. Их немного, но они вооружены магическим оружием, которого мы прежде не знали. Более того, этим оружием оснащены ещё две тысячи воинов врага. Мы знаем, что это устройство выглядит как полуметровая палка, из одного конца которой выпускается смертоносный луч. Этот луч, предположительно, способен разрезать любую защиту, будь то металл, дерево или магическая преграда.

Толпа зашумела, но теперь в голосах слышалось волнение.

— Однако у этого оружия есть слабость. Оно может работать непрерывно только полчаса. Затем ему требуется столько же времени для зарядки в специальных коробах. Мы должны учитывать это и использовать в свою пользу!

Немного выдержав паузу, чтобы воины успели переварить услышанное, я продолжил:

— В связи с этим нам необходимо выработать тактику и стратегию для боя на открытой местности. К сожалению, встретить врага в укрытии у нас не получится. Построение людей и гномов во время атаки, традиционное для их войск, в данной ситуации недопустимо. Чем плотнее строй, тем легче он станет целью для магического оружия противника. Поэтому командирам десятков я приказываю вести своих воинов в бой на значительном удалении друг от друга. Мы должны использовать наше преимущество в манёвренности и дальнобойности лучников.

Солдаты внимали каждому слову, лица стали более сосредоточенными.

— По нашим сведениям, новое оружие врага действует на расстоянии до трёхсот метров. — Я сделал небольшую паузу, заметив, как напряжённость в рядах слегка спала. — Это расстояние можно превзойти. Сегодня будет испытан новый боевой магический лук. Его действие похоже на заклинание наведения стрел, но с одной важной особенностью: каждая стрела обладает высокой пробивной способностью и вызывает взрыв. По расчётам, сила взрыва равна средней мощности файербола.

Ряды наполнились одобрительным гулом, и я почувствовал, как воины приободрились.

— Однако, я вынужден сообщить, что изготовление магических луков занимает много времени, и я не в состоянии обеспечить ими всех за такой короткий срок. Поэтому, командиры, вам предстоит до обеда выбрать по три лучших лучников из ваших десятков. Эти воины получат новые луки в первую очередь. После испытаний я займусь оснащением остальных по мере сил.

Воины разошлись, чтобы приступить к выполнению указаний, а я с Нариэлом направился во дворец на очередной Совет. Моё сердце было тяжёлым, но твёрдая решимость не позволяла остановиться. Впереди — битва, и я должен быть готов ко всему.

На Совете зачитали ответ, доставленный вторым магическим вестником, отправленным к советнику. В послании сообщалось, что войска королевства продолжают отступать, а враг не отстаёт, сохраняя расстояние примерно в сутки. Курьеры с приказом об эвакуации были отправлены в столицу заранее. Королева должна покинуть город сразу после прибытия посланника. Советник подсчитал, что это случится сегодня к полудню.

— Ну что ж, завтра на рассвете выступаем, — произнёс правитель, его голос звучал твёрдо. — Продуктовые обозы подготовить к вечеру. Главнокомандующему ещё раз проверить готовность войск. Когда будем испытывать новый лук?

— Да хоть сейчас, — последовал короткий ответ.

— Если вопросов больше нет, прошу всех направляться на стрельбище.

Я тут же отправил ближайшего стражника к казармам с приказом передать командирам, чтобы они явились на стрельбище со своими лучшими стрелками. Сам же направился за Сезанной. Она сидела на кровати в одном халате, усердно растирая полотенцем мокрые волосы после купания. Увидев меня, она вскочила и бросилась на шею.

Я обнял её и, не удержавшись, крепко поцеловал. Одним заклинанием высушил её волосы, за что удостоился искреннего восторга.

— Как же хорошо иметь личного мага, — со смехом произнесла она, откинув назад уже сухие локоны.

— Нам пора на стрельбище. Жаль, нет времени… — проговорил я, поглаживая её по спине.

— Совсем-совсем нет? — спросила Сезанна с лукавой улыбкой, её глаза искрились игривостью.

— Совет уже направляется туда, — вздохнул я.

— Эх… Ну что ж, уже одеваюсь, — со вздохом протянула она и потянулась за платьем.

Я замер на мгновение, а затем, неожиданно для самого себя, сказал:

— И ещё одно… Выходи за меня замуж.

Сказать такое перед выходом оказалось не лучшей идеей. Радостная Сезанна разрыдалась от счастья, и мне пришлось потратить десять минут на её успокоение. Но что-то подсказывало: оно того стоило.

Когда мы догнали Совет у стрельбища, там уже вовсю собирались командиры десятков со своими стрелками. Взяв в руки один из предоставленных луков, я с лёгкостью преобразовал его в магический и встал в позицию для стрельбы.

Первая цель находилась в трёхстах метрах. Когда я выпустил первую стрелу, от мишени остались только обугленные щепки. Для следующего выстрела я прицелился в другую сторону, под углом. Стрела, как и планировалось, сделала широкий круг и снесла вторую мишень, разнеся её в щепки.

— Так у нас мишеней не останется, — в голосе отца звучало нескрываемое восхищение, что, впрочем, разделяли и все остальные.

Я перевёл взгляд на большой валун, возвышавшийся в двухстах метрах от нас, и выстрелил. Стрела вонзилась в него по самые перья и мгновенно взорвалась, разметав камень на мелкие осколки.

— И валунов тоже, — с улыбкой подытожил король. — А смогут ли люди пользоваться такими луками?

Я хотел было ответить с насмешкой: «А кто им позволит?» — но вовремя прикусил язык, лишь загадочно усмехнувшись.

— Думаю, смогут, — ответил я на вопрос короля. — Но на данный момент эти луки будут выдаваться только лучшим стрелкам среди эльфов. Произвести значительное количество магического оружия за столь короткий срок невозможно, у меня тоже есть свои пределы. Новый лук — это артефакт, объединяющий сразу три магические школы. Эльфийское заклинание обеспечивает точность и дальность полёта, гномье усиливает пробивную мощь наконечника, а человеческая магия создаёт взрыв встроенного файербола. Кроме того, оружие привязывается к ауре хозяина, и чужак просто не сможет его использовать — для него лук станет неосязаемым.

Я умолчал, насколько всё это на самом деле сложно. Но и сказанного вполне хватало, чтобы объяснить, почему никто другой не способен повторить такое.

— Ваши магические способности впечатляют, — с лёгким поклоном произнёс король. — Если хотя бы сотня наших воинов будет оснащена этими луками, это даст нам реальный шанс противостоять врагу.

— Надеемся на лучшее и готовимся к худшему, — коротко ответил я.

— Великолепные слова! Надо запомнить, — воскликнул король, одобряюще кивая.

По его жесту я попросил у Сезанны её клинок. Преобразовал его в именной атомарный меч. Реакция присутствующих не заставила себя ждать — люди, незнакомые с этим оружием, замерли в ошеломлении. Моя Сезанна только улыбалась, сияя от гордости.

После демонстрации довольный Совет направился обратно во дворец, а я с Сезанной и отрядом лучников отправился к казармам. Сегодня мне удалось преобразовать сразу двести луков, но на этом я решил остановиться. Излишняя нагрузка начала отдавать неприятной болью где-то в районе гипоталамуса — или, по крайней мере, мне так казалось. Сам не уверен, какая именно часть тела отвечает за магию, но явно что-то важное.

Завтрак и обед пролетели незаметно, так что мы с Сезанной решили пораньше поужинать. Столы на террасе дворца ещё не успели убрать, и свежий воздух показался нам отличной идеей. Однако стоило нам только приступить к трапезе, как к нам присоединилась целая процессия: король с сыном, мои родители и оставшиеся члены Совета.

— Можно к вам? — с улыбкой спросила мать. — Мы, кажется, тоже не успели сегодня поесть.

— Конечно, мама. Вы как раз вовремя, — ответил я, отодвигая для неё стул.

После ужина я решил поговорить с родителями. Взяв Сезанну за руку, подошёл к ним поближе.

— Отец, мать, я хотел бы попросить вашего благословения на наш брак, — сказал я, смотря им в глаза.

Отец поперхнулся от неожиданности, а мать тут же заулыбалась.

— Ты хорошо всё обдумал? — спросил отец, откашлявшись. — Такие случаи уже были в истории нашего народа, но ты должен понимать все последствия.

— Я всё обдумал, отец.

— В таком случае есть ещё один важный момент, — он сделал паузу, внимательно глядя на меня. — Ты обязан будешь взять в жёны эльфийку, чтобы у тебя был наследник.

— Я предполагал, что это потребуется, — кивнул я. — Насколько ограничены сроки?

— Времени предостаточно.

— Тогда предлагаю отложить этот вопрос до более спокойных времён, — предложил я, бросив взгляд на Сезанну.

— А текущий вопрос? — уточнил отец.

Я кивнул и попросил позвать короля. Когда он подошёл, я вновь заговорил:

— Ваше величество, к сожалению, советник сейчас отсутствует, поэтому я обращаюсь к вам. Можете ли вы дать благословение на мой брак с Сезанной?

Король взглянул на нас обоих, видимо, обдумывая ситуацию, а затем сказал:

— А что ты скажешь, девочка моя? Готова ли ты выйти замуж за этого эльфа?

— Да, Ваше величество! — ответила Сезанна, её лицо светилось счастьем.

— Что ж, — король улыбнулся, одобрительно качнув головой, — думаю, советник тоже положился бы на чувства своей дочери. Я благословляю вас, дети мои. Будьте счастливы.

Сезанна радостно обняла меня, и я в эту секунду понял: ради её улыбки можно и горы свернуть.

Решено было не тянуть время и провести тихую свадьбу уже этим вечером. Пока Сезанна радостно унеслась переодеваться, ко мне подошла Тарриэлла. Её лицо хранило смесь грусти и сдержанного достоинства.

— Поздравляю. Надеюсь, вы будете счастливы, — тихо проговорила эльфийка, стараясь не смотреть мне в глаза.

— Спасибо, Тарриэлла, — я сделал паузу, глядя на неё. — И я хочу попросить тебя стать моей второй женой после войны.

Эльфийка замерла, удивление на её лице сменилось шоком. Её пальцы разжались, и бокал с тонким звоном выпал на пол.

— С удовольствием, — прошептала она, едва справляясь с эмоциями. Не дав мне ответить, она резко развернулась и поспешила уйти. В последний момент я заметил, как слёзы поблескивают в уголках её глаз.

Что ж, предложение сделано. Надо так надо. Как воспримет это Сезанна, я пока не знал, но надеялся, что всё обойдётся. Поживём — увидим.

Свадьба прошла тихо, без суеты и излишней пышности. Вместо застолья и тостов гости наслаждались простой, но искренней церемонией. Однако даже такой скромный вечер не обошёлся без неожиданностей. Я, решив на радостях сделать сюрприз, призвал своих драконов. Их появление вызвало настоящий шок, несмотря на мои предупреждения. На фоне вечернего неба я продемонстрировал элементы высшего пилотажа, копируя манёвры, которые видел у земных истребителей. В финале драконы разом поднялись в небо, выпуская огненные сгустки, которые разлетались яркими разноцветными всполохами, подобно праздничному салюту. Мой маленький подарок не в праздник, так на свадьбу.

— И опять ты нас поразил, сынок, — с улыбкой проговорила мать, сияя от гордости.

Отец только разводил руками, явно не в силах подобрать слова. Остальные гости стояли с раскрытыми ртами, пытаясь прийти в себя. Даже у эльфов, привыкших ко многому, глаза блестели от изумления.

Сезанна весь вечер смотрела только на меня, как будто ничего вокруг для неё не существовало. Её взгляд был наполнен таким счастьем, что я почти уверен: она даже не заметила огненное представление. Где-то неподалёку сидела Тарриэлла. Её лицо светилось спокойной радостью, но глаза говорили: эльфы умеют ждать.

Ночь после свадьбы пролетела незаметно. Утром нас ждал долгий путь, но отдыхать толком не удалось. Сезанна заснула лишь на пару часов, а я провёл это время, создавая артефакт для её защиты. Магический браслет требовал тщательной работы: я вплетал в него сложную программу, пока не почувствовал, как в висках начала пульсировать ужасная боль. Головная боль была почти невыносимой, но я довёл дело до конца. Заключительный штрих дался с трудом, и я буквально рухнул без сил.

На рассвете, уставшие, но счастливые, мы отправились в бассейн. Там я впервые испытал на себе заклинание бодрствования. Оно оказалось удивительно эффективным. Вдохновившись результатом, я использовал его и на Сезанне. Её благодарная улыбка дала понять, что это было отличное решение.

Между делами я продолжал изучать магические книги. Чем дальше я углублялся в их содержание, тем больше поражался безграничности магических возможностей. Заклинания, которые я запоминал, и сегменты магических программ складывались в единую картину. Но чем больше я узнавал, тем яснее становилось, что даже эта новая сила — всего лишь капля в море.

Заклинание бодрствования сработало идеально, и даже после бессонной ночи я чувствовал себя бодрым. Сезанна, сияя счастьем, была готова снова потянуть меня обратно в постель, но я мягко остановил её.

— Сейчас, пока у нас есть полчаса до выхода, нам нужно серьёзно поговорить, — сказал я, удерживая её за руку.

— Прости… — она смутилась, опустив глаза. — Я совсем потеряла голову. Вот не думала, что всё будет так… Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, детка, — ответил я, обняв её. — Но сейчас тебе придётся выслушать меня внимательно.

Она кивнула, взглянув на меня серьёзно.

— Я главнокомандующий и обязан быть со своим войском. Раз я уже пообещал взять тебя с собой, то ты, будь добра, держи и своё обещание. Ты будешь находиться с продовольственным обозом под охраной. И, пожалуйста, не спорь. Я знаю, что ты прекрасно владеешь мечом, и что по вашим законам женщины имеют право участвовать в защите государства. Но пойми, если тебе вдруг будет угрожать опасность, мне придётся отвлекаться на твою защиту. А это риск не только для нас, но и для всего войска.

— Хорошо, дорогой, — тихо согласилась она, опустив глаза.

— Теперь примерь это, — я протянул ей браслет. Это было тонкое титановое украшение шириной всего в полсантиметра, прочное и долговечное. Сезанна с интересом надела его, и тот тут же уменьшился, подстроившись под её запястье, а затем и вовсе стал невидимым.

— Этот браслет незаметен и неощутим для окружающих, — начал объяснять я. — Его возможности пока ограничены: у меня не хватило времени на создание более серьёзного артефакта, да и знаний пока недостаточно. Но даже так он сможет защитить тебя. Браслет будет поддерживать комфортную температуру, оберегая от жары и холода. В случае физической угрозы он создаст вокруг тебя уплотнённый слой воздуха. Любой предмет, движущийся с высокой скоростью, будь то стрела или осколок, будет отскакивать от границы твоей ауры. Кроме того, браслет подавляет негативные магические воздействия. Если же твоя аура будет повреждена, то есть ты получишь рану, сработает заклинание лечения.

Она смотрела на меня, широко раскрыв глаза, и я продолжил:

— У браслета есть ещё одна функция. Если тебе понадобится отправить сообщение, произнеси ключевые слова «Магический вестник». Тогда активируется заклинание, которое создаст посланника. Достаточно будет продиктовать ему сообщение и назвать получателя. В браслете уже есть базовый банк аур, принадлежащих эльфам. Если потребуется добавить нового адресата, вызови вестника, покажи рукой на нужного человека и скажи: «Запомнить ауру».

— Вот это да! — прошептала Сезанна, поражённая. — А почему ты не сделаешь такие же браслеты своим воинам? Или хотя бы себе?

— Я пока не решаюсь. Во время создания этого браслета у меня едва не раскололась голова от боли. Видимо, я ещё недостаточно опытен для создания артефактов такой сложности, — признался я.

— Милый, — она подошла ближе и, заботливо прикоснувшись к моему лицу, посмотрела мне в глаза, — если бы я знала, какой ценой тебе это далось, я бы запретила тебе так рисковать.

— Что сделано, то сделано, — мягко улыбнулся я. — Но теперь мне будет спокойнее за тебя. А это уже немало. Ну всё, пора собираться.

— Спасибо, любимый, — сказала она с нежностью, приподнявшись на носочки и целуя меня. Затем, вся воодушевлённая, она бросилась одеваться.

Я проводил её взглядом и тихо вздохнул. Впереди нас ждал долгий и, возможно, опасный путь, но, по крайней мере, теперь я знал, что сделал всё возможное, чтобы её защитить.

Королевство "Тарбон". В пяти днях пути от столицы.

Встреча союзных войск состоялась точно по плану. На поле, где сходились три армии, к союзникам вышел Мортишь, могучий гном, с новой, устрашающе сияющей секирой на плече. Его массивная фигура вызывала одновременно уважение и ощущение мощи.

— Приветствуем наших союзников! — громогласно произнёс он, подходя ближе. — Я привёл около двух тысяч воинов. Больше не смог — половина старейшин решила, что враги к нам не сунутся, и беда пройдёт стороной. Глупцы!

Он сокрушённо махнул рукой, явно злясь на своих соплеменников.

— И мы приветствуем вас, мой друг, — ответил эльфийский правитель, делая шаг вперёд и слегка кланяясь. Его спокойствие резко контрастировало с эмоциональностью гнома. — Не печальтесь. С учётом наших войск и людских приграничных гарнизонов, у нас будет тройной перевес в живой силе.

— Это радует, — коротко отозвался Мортишь, и его лицо немного смягчилось.

Через некоторое время был созван военный Совет, и все командиры собрались под большим шатром, где на столе лежала детализированная карта местности. Мне дали слово первым. Я постарался говорить чётко и уверенно, чтобы завоевать доверие всех присутствующих.

— Изучив все имеющиеся карты, я предлагаю встретить врага на территории, расположенной в дне пути от нас, — начал я, указывая на участок карты. — Эта местность включает небольшие лесные массивы, которые будут благоприятны для ведения боя нашими эльфийскими лучниками.

Едва я закончил, послышался ропот недовольства среди людских командиров. Наконец, один из них, временно назначенный главнокомандующим, поднялся.

— Наша конница окажется бесполезной! — резко заявил он. — Эта местность изобилует оврагами, её пересечённый рельеф полностью нивелирует наши сильные стороны.

Я взглянул на него спокойно, стараясь не поддаваться общему напряжению.

— Понимаю ваше возмущение, — ответил я, выдержав паузу, чтобы привлечь внимание остальных. — Но, имея неподтверждённые данные о возможностях нового оружия врага, основной упор мы должны сделать на эльфийских лучниках. На данный момент у нас в наличии уже около пятисот магических луков. К тому же новое заклинание стрельбы известно всем эльфам без исключения. Лучший вариант — это дистанционное уничтожение противника до того, как он сможет развернуть своё новое оружие. Людские лучники также могут принять участие в этой фазе боя.

Некоторые командиры кивали в знак согласия, хотя гул возмущения ещё не утих. Я продолжил, наклонившись над картой:

— Что касается вашей конницы, я предлагаю разместить её на правом фланге, на этом пригорке, — я указал на участок карты. — Она останется в резерве и будет готова атаковать, если враг прорвёт центр. Отряды людской пехоты займут центральные позиции. Слева, в этом овраге, разместятся гномы.

Среди гномьих командиров прокатился одобрительный гул, и я понял, что эта часть плана им понравилась.

— В случае, если наши лучники не смогут нанести врагу критический урон, эльфийские войска отступят через пересечённую местность, методично уничтожая врага. Если же его продвижение не удастся остановить, мы проведём окончательный бой совместными силами. Лучники отойдут за спины пехоты, заняв позиции на этом же пригорке. Как только враг увязнет в бою с пехотой, гномы с левого фланга и конница с правого нанесут удар, смыкаясь с противником.

Теперь уже недовольных голосов стало меньше. Я почувствовал, что большинство командиров согласны с моим планом.

— Что касается магов, — продолжил я, обводя взглядом всех собравшихся, — я предлагаю разместить их на том же пригорке за пехотой. Они смогут прикрывать войска, уничтожать вражеские формирования на расстоянии и использовать защитные заклинания для укрепления линии обороны. Мы также должны выработать слаженные действия для магов всех народов, чтобы их силы были использованы максимально эффективно.

После краткого обсуждения и нескольких уточняющих вопросов план был одобрен большинством голосов. На лицах командиров читалась готовность следовать предложенной стратегии. Каждый понимал, что на кону стоит судьба их народов.

Неожиданно в палатку ворвалась Сезанна. Её лицо было мрачным, а глаза, полные тревоги, искали моих.

— Срочное послание от советника, — сказала она, голос её дрожал от волнения.

— Мы слушаем, — твёрдо произнёс мой отец, поднимаясь со своего места.

Сезанна не стала терять времени. Она вызвала магического вестника, и через несколько мгновений в воздухе перед нами раздался голос советника. Его слова были тяжёлыми, как удары молота:

— Сезанна, Ваши Величества, планы меняются. У королевы начались преждевременные схватки. Дальнейшее бегство невозможно. Я вынужден повернуть войско и встретить врага лицом к лицу. На момент, когда вы слушаете это сообщение, скорее всего сражение уже началось. По моим подсчётам, нас разделяют три дня пути. До королевы — чуть больше двух. Поспешите. Если мы не сможем удержать позиции, королева с новорождённым рискуют попасть в плен.

Советник замолчал на миг, его голос задрожал, когда он продолжил:

— Сезанна, моя дочь, я люблю тебя. Прости, что уделял тебе так мало времени. Твоя сестра сейчас с королевой. Позаботься о ней, если меня не станет.

Голос умолк, и магический вестник рассеялся. В палатке повисла тишина, которую прервали только тихие всхлипы Сезанны. Но уже через мгновение тишина взорвалась, словно кто-то разорвал её надвое.

— Мы должны немедленно выступать! — вскричал король, его голос дрожал от истерики. — Мы теряем время!

— Успокойтесь! — резко остановил я его, поднимаясь и бросая взгляд на всех присутствующих. — Криками делу не поможешь. Сейчас нужно не нестись сломя голову, а продумать наши действия.

— Вам легко говорить! — воскликнул король, на грани срыва. — Ваша жена здесь, под боком! А моя… моя рожает чуть ли не в руках врагов!

Палатка наполнилась гулом голосов. Каждый пытался перекричать другого, словно спор мог сам по себе решить проблему. Это напоминало шум базара, и мне пришлось повысить голос, чтобы перекрыть весь этот хаос:

— Ещё раз прошу всех успокоиться! Я не отрицаю необходимости немедленного выступления, но действия должны быть чёткими и скоординированными. Если мы всё испортим из-за спешки, это только приблизит поражение.

Все стихли, хотя лица оставались напряжёнными. Я продолжил, стараясь говорить чётко и убедительно:

— Быстрее всех до королевы доберутся кавалеристы. У нас есть около двух тысяч конных в королевских войсках. У эльфийской армии всего триста всадников. Однако главным нашим козырем остаются эльфийские лучники. Чтобы ускорить их передвижение, я предлагаю пересадить их на лошадей.

Король, глубоко вдохнув, потёр виски и кивнул:

— Простите меня… Вы правы. Лошади будут предоставлены вашим лучникам.

— Хорошо, — я снова обратился к карте. — Есть ещё одна идея. Если новое оружие врага поражает лучом, возможно, стоит начистить до блеска все щиты и доспехи. Это может хотя бы частично защитить воинов, отразив часть удара.

Король и Мортишь, стоявшие рядом, обменялись понимающими взглядами и кивнули. Увы, у эльфов не было ни доспехов, ни щитов. Они привыкли к лёгкости передвижения, ведя бой из-за кустов и с ветвей деревьев. Этот стиль сражений был их традицией, и ни один эльф не согласился бы облачиться в людские или гномьи доспехи. Но в будущем мне явно придётся обдумать, как изменить их взгляды на защиту.

Распоряжения были отданы, и было решено выдвигаться через час. Каждый понимал, что время работает против нас.

На выходе из палатки меня догнала Сезанна. Её лицо всё ещё было мокрым от слёз, но взгляд горел решимостью.

— Я должна поехать с вами, — заявила она, даже не пытаясь смягчить свою просьбу.

— Ты понимаешь, что это опасно? — спокойно спросил я, встретив её взгляд.

— Там мой отец и сестра, — всхлипнула она. — Я не могу остаться.

Я выдохнул, борясь с желанием просто взять её за руку и уговорить. Вместо этого я сказал твёрдо:

— Я приложу все усилия, чтобы спасти их. Но ты остаёшься с основным войском. И это моё окончательное решение. Насколько я знаю, даже у вас жёны обязаны подчиняться мужьям. Я не хотел прибегать к этому праву, но сейчас вынужден. Война, Сезанна. Это приказ.

Её взгляд на мгновение дрогнул. Она молча развернулась и побежала в сторону нашей палатки. Я задержал дыхание, наблюдая за её удаляющейся фигурой, и наконец позволил себе расслабить сжатые кулаки. Она переживёт. Она должна.

Но сейчас было не до личного. Я направился к своим войскам. Нужно было срочно выделить среди стрелков тех, кто уверенно держится в седле. Впереди была гонка со временем, и каждый человек, каждая лошадь и каждая стрела могли решить исход этой войны.

Через час мои силы были готовы к выступлению. В моём распоряжении оказалось тысяча конных эльфийских лучников и полторы тысячи конных воинов людей. Всё было подготовлено для стремительного рывка. Попрощавшись с отцом, я на мгновение вернулся в свою палатку.

Сезанна лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Её плечи дрожали, и было понятно, что она плачет. Услышав мои шаги, она резко поднялась и бросилась мне в объятия.

— Береги себя, любимый, — прошептала она сквозь всхлипы, её руки крепко обвили мою шею. — Я не смогу жить без тебя. И… спаси их. Пожалуйста.

Я сжал её в ответ, чувствуя, как сердце сжимается от её боли. Но голос мой оставался спокойным.

— Я приложу все усилия, чтобы спасти их, обещаю, — сказал я, поглаживая её по волосам. Затем положил руку ей на живот, стараясь говорить мягко, но твёрдо: — А что касается жизни без меня… сможешь. У тебя теперь есть не только я.

Она замерла на мгновение, затем всхлипнула и уткнулась в моё плечо. Мне стоило больших усилий оторваться от неё, но война не ждёт. Время уходило. Я быстро вышел из палатки и вскоре присоединился к отрядам.

Мы выдвинулись. По приказу короля вся конница людей полностью поступила под моё командование. Это были хорошо обученные и дисциплинированные воины. Каждый из них был облачён в стальные доспехи, прикрывающие тело почти полностью, а блестящие щиты, начищенные до зеркального сияния, отбивали первые лучи утреннего солнца. Их оружие составляли мечи и копья, идеально подходящие для лобовых атак.

Эльфийская конница же, наоборот, полагалась на мобильность и дальнобойность. Тысяча моих всадников не имели тяжёлых доспехов, их защита заключалась в скорости и ловкости. Они были вооружены клинками для ближнего боя и луками, каждый из которых мог пробивать доспехи противника с расстояния. Пятьсот лучников были оснащены усовершенствованными магическими луками, а двести эльфов держали при себе атомарные мечи, которые могли разрезать практически всё, что стояло у них на пути.

Королевство "Тарбон". Юго-восточное побережье материка.

Старший техник Сирс ликовал. Его радость была заразительной, и это состояние охватило почти весь экипаж, включая суровых космических десантников. Однако, если для остальных причиной восторга стала блестящая операция на поверхности, успех в добыче топлива и неожиданное повышение званий, то у Сирса был ещё один, гораздо более личный повод для ликования.

Он чувствовал, что судьба повернулась к нему лицом. Ведь если бы кто-то узнал его настоящую историю, не только о звании лейтенанта, но даже о службе на борту космического корабля не могло бы быть и речи. Да, Сирс действительно родился в Империи Бериния, и его отец был коренным беринийцем, уважаемым инженером. Но вот то, что его мать была родом из Туртонии, знали лишь единицы, и эта правда тщательно скрывалась их семьёй долгие годы.

Бериния и Туртония всегда находились на грани конфликта. Эти две космические сверхдержавы долгие десятилетия существовали в состоянии «холодной войны», и когда Сирс появился на свет, напряжение между ними достигло своего пика. Туртония оставалась мирной монархией, но это не мешало Беринии обвинять её в "сдерживании прогресса" и враждебных намерениях. В действительности же именно Беринианская империя активно расширяла свои владения, захватывая мелкие звёздные государства одно за другим. Огромные крейсеры имперского флота подчиняли планеты, уничтожали сопротивление и устанавливали жёсткий порядок, а Бериния становилась всё сильнее.

Когда Сирс достиг совершеннолетия, мать раскрыла ему правду о своём происхождении. Она оказалась агентом Туртонийской разведки, долгие годы работающим под прикрытием. Эта информация стала для него шоком, но не из-за того, что мать была шпионкой, а из-за той картины, которую она обрисовала. Она рассказала, что истинное положение вещей в Беринии и Туртонии было совсем не таким, каким его представляли в пропагандистских новостях. Мирная Туртония не была врагом прогресса, как твердили беринийские информационные агентства. Она была последним бастионом свободы и независимости в галактике, противостоящим агрессивной экспансии Беринии.

Не раздумывая долго, Сирс решил встать на сторону матери. Он начал работать на Туртонию, поставляя разведданные о передвижении флота Беринии. Его технический гений позволял ему незаметно взламывать системы и получать информацию о планах вторжения, маршрутах и стратегиях. Всё это он делал осторожно, осознавая, что одно неверное движение может стоить ему жизни.

Но сейчас удача улыбнулась ему. Катастрофа, постигшая их корабль на этом странном мире, оказалась не проклятием, а благословением. Сирс узнал о готовящемся крупном наступлении раньше срока. Бериния планировала масштабное вторжение в туртонийскую систему, и теперь у него был шанс предупредить мать и передать Туртонии ключевую информацию. Под предлогом полной проверки систем корабля он смог получить доступ к засекреченным файлам. В этих файлах содержался полный план вторжения: даты, маршруты, состав флота. Это было сокровище, которое могло изменить ход войны.

Производство топлива шло с опережением графика. Уже через два дня их корабль завершит заправку и сможет покинуть этот странный мир, покрытый лесами и населяемый примитивными племенами. Для Сирса эти два дня казались вечностью, но он знал, что должен держать себя в руках. Успех зависел от его способности оставаться незаметным и убедительным.

Стоя в своей технической лаборатории, Сирс смотрел на схему заправки, которую вывел на экран. Всё шло по плану. Он украдкой проверил маленькое устройство связи, которое удалось собрать из деталей, найденных в грузовом отсеке. Как только корабль выйдет в зону стабильной связи, он отправит сигнал матери. Она будет знать, что делать.

Сирс огляделся. Его коллеги в лаборатории смеялись и делились радостью от близящегося завершения миссии. Никто не подозревал, что среди них находится человек, который уже выбрал сторону в гораздо большей войне. Его победа была ещё впереди.

Обратный путь к берегу занял чуть больше времени, чем мы планировали. Спешить уже было некуда. Космический корабль врагов исчез за горизонтом, унося с собой Сезанну и её отца, а наша основная цель — обезвреживание бомбы — была выполнена. Внутри меня всё ещё бурлила тревога за жену, но я не показывал её на людях.

Пленные, которых мы везли, выглядели подавленными. Радость от спасения их жизней сменилась мрачной задумчивостью. Теперь они смотрели на окружающий мир с тоской, явно осознавая, что привычной цивилизации больше нет.

— Вам придётся смириться с текущим положением вещей, — обратился я к ним. — Здесь нет тех благ, к которым вы привыкли: ни ваших технологий, ни ваших городов. Но взамен вы получите чистый воздух, чистую воду и экологически чистую пищу. И самое главное — свободу. На этом материке несколько сотен лет не было войн. Выучите местный язык, найдите себе занятие, обустройте дома, заведите семьи. Этот мир может стать для вас не таким уж и плохим местом.

Один из пленных, невысокий мужчина с внимательным взглядом, через переводчика задал вопрос:

— Вам легко говорить, вы никогда не видели высокоразвитую цивилизацию. Постойте… А откуда вы знаете о проблемах высокоразвитых миров? О загрязнении, об экологических катастрофах?

Я улыбнулся. Этот человек явно был любопытным и пытливым. Я видел в нём что-то, выделявшее его из остальных пленных.

— Давайте начнём с представлений, — сказал я. — Меня зовут Славел.

Мужчина склонил голову в знак уважения.

— Простите, я пока не знаю вашего языка. Меня зовут Сирс. До недавнего времени я был старшим техником в группе поддержки. Если вы дадите мне немного времени и доступ к оборудованию, я смогу изучить ваш язык.

— Хорошо, Сирс, — кивнул я. — Как только мы доберёмся до берега, займёмся этим.

Вдоль тоннеля неожиданно вспыхнули десятки факелов.

Первое испытание началось. По сути, это задание подходило больше для воина, чем для мага, но и простой воин не смог бы его пройти. По всему тоннелю были расставлены невидимые ловушки, со свистом рассекали воздух или пробивали нерасторопного испытуемого. Некоторые участки можно было преодолеть только с помощью левитации.

Каково же было удивление стража, когда движения эльфа размылись, и в следующий миг он уже стоял в конце тоннеля — без единой царапины. Испытуемый даже не обернулся на звуки запоздалого срабатывания ловушек. Такого магического ускорения страж ещё не встречал.

Второе испытание ожидало эльфа в конце тоннеля. Он вошёл в небольшую комнату, и за ним тут же захлопнулась массивная каменная плита. Суть испытания заключалась в том, чтобы выдержать экстремальные перепады температуры. В течение часа температура изменялась с интервалом в три минуты — сначала опускаясь до космического холода, затем повышаясь до температуры кипящей лавы.

Страж прекрасно знал, что должно было произойти. Как только температура начнёт падать, маг обычно спешно выкрикивает заклинание обогрева. Через три минуты уже приходится охлаждаться. Быстро истощив магические силы, большинство испытуемых оставались здесь. Точнее, от них оставалась лишь горстка пепла. Всё повторялось как всегда, за исключением редких случаев, когда кто-то пытался выломать каменную плиту, загородившую выход.

Стражу даже стало скучно. Отсутствие разнообразия наводило тоску, а менять что-либо он не видел смысла.

Но в следующий момент произошло нечто невероятное. Эльф спокойно стоял посреди комнаты, не произнося ни слова, однако температура, начавшая было падать, вдруг поползла обратно вверх и остановилась на прежнем уровне. Страж был уверен, что никакой магией существо не пользовалось. Никаких магических возмущений не наблюдалось. Повышение температуры тоже не привело к ожидаемым результатам.

Затем произошло то, что привело стража в состояние одновременно шока и восторга. После очередного понижения температуры эльф молча произвёл какие-то манипуляции с магическими потоками, в результате чего стены, пол и потолок комнаты сами начали нагреваться и остывать, поддерживая постоянную температуру. Удовлетворённо хмыкнув, он создал над собой магический сгусток, а затем принял горизонтальное положение в метре над полом и заснул.

От такой наглости страж потерял дар речи. В следующий момент его сразил приступ безумного смеха. Как и большинство созданий своего Создателя, страж не был лишён чувства юмора.

По истечении часа стало ясно, для чего был предназначен магический сгусток. Как только открылся проход в следующий зал, сгусток сам выполнил необходимые магические манипуляции. Стены, пол и потолок вернулись в первоначальное состояние, и левитация прекратилась. Сгусток исчез, а эльф, мгновенно проснувшись, перевернулся в воздухе и мягко приземлился на кончики пальцев рук и ног. В следующий миг он уже стоял на ногах. Ловкость и грация его движений произвели на стража неизгладимое впечатление.

Следующий зал по сравнению с пройденной комнатой был просто огромен. Новое испытание заключалось в магическом противостоянии иллюзорному противнику. Правда, эта иллюзия наносила вполне реальные раны, тогда как маг не мог причинить ей физического вреда. Испытание длилось один час. Этот зал появился относительно недавно, и его ещё никто не смог пройти.

Как только эльф вошёл, проход за ним захлопнулся каменной плитой. Пройдя в центр зала, он остановился в ожидании. Страж, наблюдая за ним, вдруг поймал себя на мысли, что безумно соскучился по живому общению. Эльф становился ему всё симпатичнее, и мысль о его возможной гибели вызывала досадное чувство потери. В какой-то момент страж даже захотел остановить испытание. Но, помня о своём долге, заставил себя отбросить эту мысль и запустил механизм проверки.

Со всех сторон на мага начали надвигаться иллюзорные твари. Однако в тот же миг вокруг эльфа стали формироваться собственные иллюзорные существа. И когда страж разглядел, что это за создания, его вновь охватил шок.

Взмахнув крыльями, в воздух поднялись драконы. Но не те, что когда-либо встречались стражу. Они были более мускулистыми, с мощными крыльями, источавшими силу. А дальше проявились и другие отличия. Драконы со свистом наматывали круги вокруг мага, выделывая в воздухе немыслимые пируэты. Словно хищные тени, они обрушивали на врагов потоки огня, испепеляя нападавших иллюзорных тварей.

Эльф, словно и не участвовал в битве, снова занял горизонтальное положение. Однако на этот раз не уснул, а, закинув ногу на ногу и подложив под голову ладони, с явным удовольствием наблюдал за воздушным танцем своих созданий.

Страж ликовал. Восторг и восхищение переполняли его. Оценить ситуацию за доли секунды и найти безупречное решение — такое он видел впервые. Эльф не просто защитился, он превратил испытание в спектакль. Ни одна иллюзорная тварь не смогла к нему приблизиться. К тому же его иллюзии были пугающе реальны, а пластика и грация драконов завораживали.

Когда истёк час, иллюзии исчезли. Эльф, даже не меняя позы, неспешно поплыл в сторону открывшегося прохода, затем мягко опустился на ноги и без колебаний вошёл в следующий зал.

Последнее испытание было самым опасным. В комнате, похожей на первую, страж устраивал мозговой штурм, вытаскивая наружу всё, что хранилось в сознании испытуемого. Когда зала с иллюзиями ещё не существовало, сюда доходили единицы. Но лишь один человек за всё время не сошёл с ума. После этого испытание было ужесточено.

Эльф остановился в центре комнаты и спокойно стал ждать. Страж знал: ни одно существо этого мира не способно пройти это испытание. Но обратной дороги не было.

Первые мгновения казались предсказуемыми. Эльф безвольной куклой осел на пол, полностью потеряв способность двигаться. Но вскоре неведомая сила выбросила стража из его сознания.

Эльф очнулся, сел и… улыбнулся.

Вокруг его головы закружилась огненная надпись на эльфийском: «НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП ЗАПРЕЩЕН!!!»

Страж оцепенел.

Целый час он пытался пробить ментальную защиту, но всё было бесполезно.

Я довольно легко прошёл первые ловушки пещеры. Конечно, с обычной скоростью реакции мне не удалось бы отделаться так просто. Однако последующие испытания тоже не доставили особых хлопот.

В комнате с экстремальными перепадами температуры я поначалу просто регулировал её, ускоряя или замедляя движение молекул воздуха. Но, осознав, что так придётся возиться довольно долго, решил действовать иначе — вплёл магическую программу терморегуляции непосредственно в стены. Немного подумав, добавил ещё одну — для отслеживания изменений температуры и объёма окружающего пространства. Я предположил, что испытание завершится, когда дверь откроется и температурные колебания прекратятся. Поэтому лёг спать, заранее запрограммировав снятие узоров и отключение левитации.

В следующем зале сразу понял, что появившиеся твари — иллюзия. Но это было слишком просто. Интуитивно предположив, что иллюзия должна представлять опасность, создал защиту из собственных иллюзорных драконов. Убедившись, что они успешно справляются с уничтожением тварей, я прилёг и просто наслаждался происходящим. Честно говоря, это было чертовски красиво.

Следующая комната оказалась похожей на первую. Я встал по центру и приготовился.

А дальше начался кошмар.

Что-то пыталось вломиться в моё сознание. Боль нарастала, словно голову медленно распиливали надвое.

Я понимал, что долго не выдержу. Не зная ни природы вторжения, ни метода его проникновения, решил не тратить время на анализ, а сосредоточиться на блокировке. Вспомнив принципы работы файервола, мысленно представил, как вокруг моего разума формируется защитное поле-фильтр. Все входящие неопознанные потоки информации блокировались. Исключение составляли только сигналы от органов чувств и тела.

Боль исчезла. Осталась лишь лёгкая щекотка в районе затылка.

Очнувшись, я обнаружил, что лежу на полу. Сел, ухмыльнулся… и решил немного пошалить. Создал вокруг головы бегущую строку из огненных букв. Надпись на эльфийском гласила: «НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП ЗАПРЕЩЕН!!!»

Час ожидания прошёл в воспоминаниях.

Я вспомнил нашу первую встречу с Сезанной, пир, свадьбу, нашу первую ночь. Где она сейчас? На душе стало тоскливо.

Но вот щекотка исчезла, и спустя мгновение в комнате раздался скрипучий голос, говоривший на эльфийском:

— Поздравляю, вы прошли испытание. Не могли бы вы снять блокировку? Я так давно не использовал звуковое обращение, что боюсь, мой голос звучит несколько… некрасиво.

Я снял блокировку — и сразу услышал в голове более приятный голос:

"Спасибо. Хочу выразить восхищение вашими способностями и находчивостью. Вы поразили меня до глубины души. Прошу пройти в более удобное для беседы место."

Я кивнул и направился к открытому проёму.

Оказавшись в следующей комнате, я потрясённо замер.

Зал был огромным, как тронный зал во дворце отца. С потолка струился мягкий, ровный свет. Но больше всего поразило огромное овальное окно, занимающее всю стену.

А за ним раскинулся пояс астероидов.

По центру комнаты стоял столик с двумя креслами. Из одного из них поднялся пожилой эльф и шагнул мне навстречу.

— Разрешите представиться, моё имя — Страж Пещеры. Когда-то меня звали Помощником Создателя, — произнёс он.

— Того, кто создал нас и этот мир?

— Совершенно верно.

— Где же он сам?

— Ушёл на покой, — с печалью ответил Страж.

Затем он указал на второе кресло и добавил:

— Прошу садиться, Славел.

— Вы уже всё знаете обо мне?

— Нет, только то, что лежит на поверхности. Лишь информацию, которую успел получить в первые мгновения контакта, прежде чем вы поставили чудовищную блокировку, — эльф улыбнулся.

— Вы не эльф, — неожиданно вырвалось у меня.

— Вы проницательны. Образ, который вы видите перед собой, искусственно создан. Мне показалось, что он будет наиболее уместен для нашего разговора. В действительности у меня нет физической оболочки. Моё естественное состояние — газообразное.

— И мы находимся в поясе астероидов, далеко от моего мира, — продолжил я.

— Я поражён. Ваши познания опережают уровень вашей цивилизации. Это я понял сразу. И знаете, меня впервые за долгие годы охватило любопытство. Всё, что мне удалось узнать о вас, — это последние дни вашей жизни. Горечь утраты преобладает над всеми остальными чувствами.

— Всё верно.

— Это и есть причина вашего появления здесь?

— Единственная причина.

— По сложившимся правилам, прежде чем мы продолжим беседу, я должен задать вам один вопрос.

— Задавайте.

— Чего вы хотите?

Смахивает на сказку про золотую рыбку. Я ненадолго задумался, а затем ответил:

— Я пришёл сюда в надежде обрести знания и возможность перемещаться между мирами. Мою жену и нерождённого ребёнка похитили жители другого мира. Я люблю её и должен спасти.

— Вот оно как! Ну что ж, веская причина, чтобы рисковать жизнью. Вы прошли последнее испытание и получите то, за чем пришли. Более того, вам будет открыта вся база знаний Создателя. Таково его желание и моя миссия.

— Если я правильно понял, вы собираетесь передать мне знания Создателя, и это автоматически приравняет меня к индивидууму класса «Создатель»?

— Совершенно верно. Интересная формулировка! Надо запомнить.

— Нет, вынужден отказаться.

— Почему?

Я задумался.

— Скажите, а почему ушёл Создатель?

— Его срок вышел.

— Какой срок? Кто его установил?

— Индивидуум класса «Создатель» бессмертен, — Страж слегка улыбнулся. — Поэтому он сам определяет для себя срок своего существования ещё в начале своей жизни.

— А в чём смысл жизни Создателя?

— Создавать, созидать, дарить жизнь. Всё в этом ключе.

— Почему Создатель устанавливает срок жизни? Нельзя ли просто уйти на покой, когда захочешь?

— Нет. У Создателя есть такое понятие, как Долг. Он должен создать определённое количество миров и населить их жизнью. Количество и сроки он определяет сам.

— Получается, что у Создателя нет свободы выбора? А когда намеченная цель достигнута, он не видит смысла существовать дальше?

Собеседник задумался.

— Действительно…

Я продолжил развивать мысль:

— Вот вы, например, бессмертны?

— Теоретически — да.

— Ваша цель — хранить знания и испытывать пришедших?

— Да.

— А если убрать вашу цель? Что вы будете делать?

Страж замер. Казалось, он пребывал в шоке, переваривая невольно сделанный вывод. Минут десять в комнате царила тишина.

— Я… не задумывался об этом, — наконец произнёс он.

— А много ли у жителей моего мира шансов пройти пещеру?

— До сегодняшнего дня я был уверен, что никаких.

— Были ли успешные попытки?

— Однажды, — признался Страж. — Но тогда я сам снизил установленные Создателем параметры испытания. К счастью, тот испытуемый неверно ответил на последний вопрос, пожелав стать самым могущественным магом. Я отправил его в мир, где магию не знают. Разумеется, знаний Создателя он не получил.

— Если знания Создателя перейдут ко мне, ваша миссия будет завершена?

— Да, это так.

— И вы уйдёте на покой?

— Скорее всего… — он помедлил. — Я… не думал об этом.

— У вас нет желания жить?

— Я прожил слишком долго.

— И у вас не будет цели для продолжения жизни, — закончил я за него.

— Да… — тихо ответил Страж.

— Так зачем мне это могущество и вечную жизнь? Чтобы в итоге потерять свободу и вкус к жизни?

Вновь воцарилось молчание.

— Но как же быть? — наконец заговорил Страж. — Шанс, что кто-то ещё пройдёт пещеру, практически нулевой. А знания Создателя — бесценный дар!

— Возможно, когда-нибудь я созрею и вернусь сюда. А пока хочу пожить, считая дни, а не века.

Страж задумчиво кивнул.

— Замечательные слова… Теперь последнее, что я должен сделать, — это заглянуть в вас немного глубже. Убедиться в чистоте ваших намерений и открыть вам знания о перемещении между мирами.

— Я готов.

В следующий миг сознание отключилось.

Очнулся я, полулёжа в том же кресле. Страж внимательно смотрел на меня.

— Простите, но я должен был узнать о вас всё. Ваша история удивительна. Теперь мне ясно, откуда у вас такие необычные способности и знания, — сказал он. — Создатель говорил, что если у представителей двух разных рас появится общий ребёнок, то этот ребёнок получит невероятные способности. Он намеренно разделил магию между расами и исключил возможность рождения детей в смешанных браках, чтобы его последние создания не повторили судьбу драконов и не покинули этот мир. А вы фактически дитя двух рас. Неудивительно, что ваша человеческая жена смогла зачать от вас.

— Я могу теперь перемещаться в другие миры? — спросил я о главном.

— Да. Вам лишь нужно захотеть.

И тут я понял, что действительно знаю, как это работает. Теперь для меня не существовало непроходимых расстояний — можно было прыгать на невообразимые дистанции, зная лишь направление и примерные координаты конечного пункта.

Телепортация была устроена так, что путешественник не мог оказаться в опасных зонах, например, в центре звезды или внутри твёрдого объекта. Конечно, если сознательно пожелать, можно переместиться куда угодно, но при этом занимая свободное пространство. Я знал, что с опытом появится новое ощущение пространства, и тогда я смогу ориентироваться среди звёзд, как среди улиц родного города.

Кроме того, в моей памяти неожиданно обнаружилось огромное количество звездных карт.

— Огромное, человеческо-эльфийское спасибо вам, уважаемый Страж! — с искренней благодарностью произнёс я.

Страж кивнул, но затем добавил:

— Кстати, есть ещё один момент.

— Слушаю.

— Размер и возможности вашей памяти оказались столь велики, что я осмелился вложить в самый дальний её уголок весь массив имеющихся знаний. Поскольку вы пока не хотите ими пользоваться, мой долг остаётся прежним. Как только решите — сообщите.

Я ошарашенно уставился на него.

— Непременно, — выдохнул я. — А могу ли я извлекать из этой памяти какие-то фрагменты знаний при необходимости?

— Конечно. Вам лишь нужно сфокусироваться на нужной информации.

— Ещё раз спасибо. Я могу идти?

— Да.

Я задумался.

— Мне нужно вернуться ко входу в пещеру. Там меня ждут.

— Так в чём же дело?

Действительно. Я представил нужное место и…

…в следующий миг стоял у входа в пещеру.

Был день. Мои эльфы бодрствовали и сидели, глядя прямо на вход. Моё появление оказалось неожиданным, но, кажется, они уже начали привыкать к моим фокусам.

Радостно закричав, они бросились ко мне, сжимая в объятиях.

— Тише, задавите! — засмеялся я.

Опомнившись, они отступили. Их лица сияли, а в глазах светилась почти собачья преданность.

Я порылся в памяти и понял, что могу телепортировать всех, включая лошадей.

Что, разумеется, и сделал.

Медленно, но верно до моих эльфов стало доходить, что они уже не у входа в пещеру, а у стен дворца. Надо ли говорить, какой восторг и изумление отразились на их лицах?

Из дворца выбежала толпа, впереди которой неслась Тарриэлла. От её объятий и поцелуев стало жарко. Встреча с родителями оказалась не менее бурной — конечно, без столь страстных проявлений.

Весь следующий день со мной нянчились, как с малым ребёнком, не позволяя даже самостоятельно дойти до туалета. Я рассказал обо всём отцу, матери и Тарриэлле. Известие о том, что уже на следующий день я отправляюсь за Сезанной, опечалило их, но все понимали, что медлить нельзя.

Я решил идти один. Для начала мне хотя бы самому освоиться в чужом мире, а следить ещё и за спутниками — непозволительная роскошь.

Попрощавшись с близкими следующим утром, я переместился на восточное побережье, к домику иномирян.

Во дворе были только мои эльфы — все пятеро. Они тренировались деревянными мечами. Завидев меня, тут же бросили занятие и подскочили с радостными лицами. Видимо, устали торчать на одном месте.

Я обнял каждого и расспросил о том, что произошло в моё отсутствие. Оказалось, что в доме остались только трое техников — остальные нашли себе жён и подходящие занятия. Молодцы, быстро осваиваются.

Из дома выскочил Сирс. Видимо, увидел меня в окно. На его лице читалась радость, в глазах — надежда.

— Собирайся тихо. Своим не говори, пусть пока поживут здесь, — сказал я. — Следующая остановка — Бериния.

Сирс мне сразу поверил. В его глазах блеснули слёзы.

— У меня всё с собой. Ты не потерял мой миникомпьютер?

— Нет. Вот он, — ответил я, похлопав себя по карману. — Ты можешь показать на звёздной карте, где находится Бериния?

— Могу. Но сначала мне нужно попасть к королеве в Туртонию.

Я задумался.

— Когда корабль доберётся до Беринии?

— Я уже подсчитывал. Время полёта в гиперпространстве от этой планеты до самой дальней точки Беринии — примерно три недели местного времени. Плюс-минус два дня.

— Хорошо. Заскакиваем к твоей королеве, перекусываем и двигаемся дальше.

Я попрощался с эльфами, и мы с Сирсом направились к берегу, подальше от посторонних глаз.

Пройдя немного от деревни, я покопался в памяти и развернул над головой проекцию первой попавшейся звёздной карты.

Сирс от неожиданности попятился и споткнулся о камень.

— Предупреждать надо! — весело проговорил он, вставая и отряхиваясь.

— Ну, смотри, что ли. Может, что знакомое увидишь.

Он начал внимательно разглядывать карту. Через минуту попросил другую. А потом ещё одну. И ещё. Так началось бесконечное листание звёздных карт.

Наконец, на очередной карте Сирс радостно подскочил.

— Вот! Эти скопления звёзд очень похожи на Беринию, а вот эти — на Туртонию!

— Хорошо. Будем прыгать. Пара тысяч парсек — не крюк для бешеных эльфов.

— Как прыгать?! Я думал, мы сразу окажемся на нужной планете! — воскликнул Сирс.

— Ты за кого меня принимаешь? У тебя есть точные координаты нужной планеты?

— Нет… — растерянно ответил он. — Но… но мы же погибнем! Я, конечно, уже во всё верю, когда дело касается тебя, но ты не знаешь, что такое космос!

— А что там знать? Безвоздушное пространство, жуткий холод, вредное излучение. Ну, ещё камушки всякие летают и норовят по кумполу шандарахнуть.

— Откуда ты нахватался такого сленга?

— От твоего языкового аппарата, — ухмыльнулся я, создавая вокруг нас сферу защиты.

Эта версия защитной сферы была значительно модифицирована — я разработал её в последний день, проведённый во дворце.

— Ладно, сопли в сторону, — сказал я и совершил прыжок.

В следующий миг мы зависли в пустоте, а перед нами сиял гигантский светильник. Световые фильтры мгновенно приглушили ослепительное сияние.

Это была звезда класса «жёлтый карлик».

Некоторое время мы молча наблюдали за окружающим пространством.

— Предупреждать надо… — ошарашенно прошептал Сирс.

— Повторяешься. Ну гляди давай, навигатор.

Мимо нас проплывала планета, похожая на Марс. Вдалеке виднелась вторая планета, расположенная чуть дальше от звезды.

Я преобразовал часть сферы в некое подобие телескопа и приблизил картинку с голубой планетой.

— Это Периниус. Крайний мир королевства Туртонии и родина моей матери.

— Замечательно! Значит, ты знаешь, куда нам дальше?

— Туда, — ткнул пальцем мой звездный навигатор.

Я снова активировал телескопические свойства сферы, приближая указанную часть пространства. Сирс восторженно показывал куда дальше, потом ещё и ещё.

Я сам был в восторге от открывшихся возможностей.

Правда, в какой-то момент картинка перестала приближаться.

Предел, понял я.

— Всё. Больше не получится.

— И не надо. Вот центральная звезда королевства, — указал Сирс. — Четвёртая от звезды планета — Туртония. Это центр королевства, здесь живёт королева.

Я не сказал ни слова и сразу совершил прыжок.

Звезда тоже оказалась жёлтым карликом. Пока что все обитаемые миры, которые я встречал, вращались именно вокруг этого класса звёзд.

— А есть обитаемые миры с другими классами звёзд?

— Что удивительно, нет. Конечно, существуют заселённые заново планеты, на которых присутствовала простейшая жизнь, но разумная возникала только вокруг жёлтых карликов.

— Ладно, ещё будет время поговорить об этом. Ты говорил про четвёртую планету?

— Да. Подожди, не спеши. Сначала надо наметить план действий. Во-первых, ты не можешь появиться в таком виде. Эльфов у нас нет.

Я наложил иллюзию, придав своим ушам человеческую форму.

— Очень хорошо! Теперь приблизь, пожалуйста, картинку планеты.

Через мгновение Сирс ткнул пальцем в один из участков.

— Нам на другую сторону.

Пожав плечами, я совершил ещё один прыжок.

Мимо нас проплыл корабль, напоминающий пассажирский самолёт с длинным рядом иллюминаторов по бокам.

Мы дружно помахали ему рукой.

— Заходит на посадку, — прокомментировал Сирс. — Нам в центр материка, там находится столица.

— Хорошо.

В следующий миг мы зависли над крышей высотного здания. Сфера автоматически задействовала левитацию и не дала нам рухнуть вниз. Медленно опустившись на крышу, я убрал защиту.

Воздух оказался достаточно чистым. По крайней мере, по сравнению с Землёй.

— Здорово! — Сирс явно наслаждался моментом. — Видишь за небольшим парком трёхэтажные здания? Это и есть резиденция королевы. Только не вздумай прыгать туда! Нас же испепелит защитный контур дворца!

Я пожал плечами.

— Как мы попадём к королеве? Или, может, достаточно наведаться к какому-нибудь менее значительному чиновнику?

— Нет, только к королеве. Ситуация слишком серьёзная. Тем более у Беринии могут быть здесь свои шпионы.

— Ну как скажешь. Пошли поближе к массам.

Люк на крыше оказался закрыт изнутри.

Я активировал второе зрение и увидел механизм замка — он был похож на магнитный. Слегка изменив полярность, я услышал тихий щелчок.

— Прошу, — сказал я, поднимая крышку люка.

Мы спустились по лестнице в небольшое помещение, похожее на склад.

Вдоль стен тянулись стеллажи с коробками. Комната заканчивалась металлической дверью.

Сирс, с видом опытного медвежатника, вскрыл одну из коробок, заглянул внутрь и разочарованно вздохнул.

— Не мешало бы приодеться. Ваша одежда, конечно, удобная, но здесь она будет выглядеть странновато. А денег у нас нет.

— Не дрейфь, разберёмся по ходу дела.

Магнитный замок двери открылся так же легко.

— Да из тебя получился бы великий вор! — со смехом сказал Сирс.

— Наверное, — согласился я.

В конце коридора оказался лифт. Спустившись на первый этаж, мы вышли в фойе гостиничного комплекса.

— Нам повезло, — заметил я. — Можно прямо здесь и остановиться на время.

— Без денег?

— Ну что ты заладил — деньги, деньги… Не в деньгах счастье. — Я направился к стойке администратора. — Кстати, какой металл и камни у вас ценятся больше всего?

— Самый дорогой металл — рений, ну и платина тоже в цене. А из камней — естественные алмазы.

Гостиница до боли напоминала земную — за исключением нескольких деталей. Вместо привычного персонала здесь работали электронно-механические слуги, а одну из стен занимал огромный информационный экран. Стойка администратора была напичкана экранами и различными приборами.

За стойкой сидел мужчина средних лет. Он внимательно посмотрел на нас.

— Здравствуйте, уважаемый, — обратился я к нему.

— Добрый день.

— Мы хотели бы снять номер.

— Конечно. Какого класса и на какой срок?

— Пока на пару дней, а там посмотрим. А номер… самый лучший, пожалуйста.

— Самый лучший — это королевские апартаменты. Но они по карману только королеве.

— Так я тоже принц.

Я незаметно создал изящную корону из стабильного изотопа рения с бриллиантовыми вставками. Для этого пришлось использовать половину золота из припасённого мешочка и… весь мусор из урны рядом.

Демонстративно водрузив корону на голову, я выразительно посмотрел на администратора.

— С-сию минуту, В-Ваше Величество, — заикаясь, произнёс он. — Как вас записать?

— Принц Ларинии Славел и его друг Сирс.

— Вас проводит паж. Желаете что-нибудь заказать?

— Да. Поесть на двоих. И ещё… нам нужно переодеться по местной моде. У вас есть портной?

— Конечно. Когда его прислать?

— После обеда.

— Простите, последний вопрос… Как вы пожелаете рассчитываться?

— А какие варианты?

— Электронная банковская карта, карта на предъявителя, наличные.

— К сожалению, я не прихватил с собой ничего из вышеперечисленного. Вас устроит это? — Я достал из кармана небольшой слиток платины.

— Конечно, — снова запинаясь, ответил администратор. — Вы позволите разменять его на местные деньги у нашего ювелира?

— Хорошо.

Пятый этаж. Королевские апартаменты.

Номер действительно оказался роскошным.

— Почему ты представился принцем?

— Чтобы попасть на прием к королеве. Подадим заявку на аудиенцию через администрацию гостиницы. Конечно, мы могли бы просто вломиться, но это было бы, по меньшей мере, неэтично.

Еду принесли быстро. Конечно, местным блюдам было далеко до дворцовой кухни, но все же это было лучше, чем ничего. Сирс же, напротив, ел с таким наслаждением, будто перед ним был пир королей.

На одной из стен висел плоский экран телевизора.

— Может, посмотрим новости? — предложил я.

— Конечно. Как я сразу не догадался.

Сирс начал листать каналы голосовыми командами и вскоре остановился на «Вестях Королевства».

Телеведущий рассказывал о непрекращающихся военных действиях в Биринии и негативной реакции королевского совета. Напряжение на приграничных планетах нарастало.

— Надо спешить, — воскликнул Сирс. — Еще немного, и мы можем опоздать.

В этот момент у двери раздался мелодичный звон.

— Это портной. Разрешите войти? — донесся голос из переговорного устройства, встроенного в стену прихожей.

— Войдите, — ответил я.

Дверь скользнула в сторону, и в номер вошел пожилой мужчина.

— Какую одежду вы хотели бы заказать?

— Нам нужна строгая одежда для королевского приема. Желательно что-то готовое — у нас мало времени, — пояснил я.

— У нас есть несколько костюмов, подходящих для подобных случаев. Все же мы — ближайшая к королевскому дворцу гостиница. Разрешите снять с вас мерки?

— Пожалуйста.

Портной достал из кармана устройство, напоминавшее авторучку, и плавно провел им по нашим силуэтам, после чего попросил развернуться и повторил процедуру.

— Все, спасибо. Через полчаса костюмы будут у вас.

— Замечательно. Благодарю.

Пока мы ждали, я узнал у Сирса, как связаться с администратором, и подал заявку на аудиенцию. Ответ пришел быстро — королева неважно себя чувствует и сегодня никого принимать не будет.

— Она часто болеет? — спросил я.

Сирс тяжело вздохнул.

— К сожалению, да. Я тебе не рассказывал, но королева тяжело больна. Теперь, пожалуй, стоит рассказать тебе о ней подробнее, чтобы ты был готов к встрече. Когда-то… когда-то я был влюблен в нее по уши. Для меня, как и для многих, она была идеалом красоты и чистоты. А главное, несмотря на свой юный возраст, она была правителем, достойным уважения.

Сделав небольшую паузу, Сирс продолжил:

— В двадцать пять Анаита попала в жуткую авиакатастрофу. Она всегда обожала полеты на атмосферных истребителях, это было ее страстью. Но в тот день случилось нечто непостижимое. До сих пор никто не может объяснить, почему произошла авария. Записи показали, что с истребителем все было в порядке. В мастерстве королевы никто никогда не сомневался. По ее словам, в тот момент на нее будто нашло какое-то помутнение… Теперь половина ее органов заменена искусственными. Головной мозг удалось спасти благодаря новейшему защитному шлему. Врачи с огромным трудом вернули ее к жизни. Но теперь каждый день — это борьба. Она живет с постоянной болью и вынуждена принимать наркотики, чтобы хоть как-то ее заглушить.

Я молча переваривал услышанное. Печальная история. Но мы должны найти выход.

Я нажал кнопку вызова администратора.

— Вы можете соединить нас с дворцом?

— Только с приемной, — ответил администратор.

— Соединяйте.

— Я вас слушаю.

— С вами говорит принц Ларинии. Мой мир находится достаточно далеко, но у меня есть информация, которая может быть полезна королеве.

— Ее Величество сегодня никого не принимает.

— Я могу облегчить ее страдания.

— Еще раз повторяю, королева…

— Подожди, Марел, — раздался усталый женский голос. — Вы отвечаете за свои слова, принц?

— Конечно, Ваше Величество.

— Тогда жду вас через час во дворце.

Ровно через полчаса, как и обещал, явился портной с костюмами. Светлые наряды идеально сидели, чем-то напоминая фраки. Для фарса я закрепил поверх костюма атомарный меч.

Спустя час мы уже стояли в приемной королевы.

— Клинок придется оставить, — сообщил офицер охраны.

Я молча снял меч вместе с ножнами и передал ему.

— Осторожнее с рукоятью, — предупредил я.

Офицер кивнул, убирая оружие в запираемый шкаф.

Приемная была просторной и светлой. Стены украшали картины с пейзажами и морскими видами.

— Кажется, раньше здесь висели совсем другие полотна, — шепнул Сирс. — В основном изображения различных моделей атмосферников.

Мы не успели обсудить это, потому что дверь кабинета королевы бесшумно скользнула в сторону.

— Ее Величество ждет вас, — объявил дворецкий.

Мы вошли. Чувствовали себя немного неловко, как два деревенских простака, попавших в чертоги знати.

В центре кабинета за массивным столом сидела девушка. Единственной открытой частью ее тела было лицо — молодое, гладкое, почти безупречное. На голове — шапочка, полностью скрывающая волосы. Но главное было в глазах. В них стояла боль. Глубокая, прожженная временем. И все же за этой болью скрывались ум и сила.

— Добрый вечер, господа, — произнесла королева. — Представьтесь, пожалуйста. Только правду. Я не нашла в классификаторе открытых миров никакой Ларинии.

Я снял иллюзию с ушей и склонил голову в знак уважения.

— Славел, принц эльфийского государства Ларинии, мира Энар. Эльф, с вашего позволения.

Я поклонился в эльфийской манере. Королева лишь слегка расширила глаза, но быстро взяла себя в руки.

— Сирс, бывший старший техник космического крейсера "Разрушитель" Биринийской империи. Также числюсь агентом Вашего Величества под номером 437214, — произнес мой напарник и поклонился так же, как и я.

Я заметил, что он смотрел на свою королеву с благоговейным трепетом — словно преданный рыцарь на богиню.

— Удивительно, — тихо проговорила Анаита. — В детстве я зачитывалась сказками про эльфов и драконов, но никогда не думала, что однажды встречу одного из персонажей этих историй.

— Тем не менее, мы существуем, — сдержанно ответил я.

— Что привело вас сюда, принц? — спросила она уже более уверенным голосом.

— Корабль, на котором прибыл Сирс, захватили. Среди пленников — несколько моих сородичей, в том числе моя беременная жена.

Королева печально склонила голову.

— Глубоко сочувствую… Если вы пришли за поддержкой нашего королевства, боюсь, ваш путь был напрасным. У нас не хватает сил, чтобы защитить даже самих себя. Королевский Совет уже десять лет не дает санкции на развитие военной промышленности, — в ее глазах вспыхнула боль, смешанная с яростью. — Эти трусы считают, что Бириния нас не тронет, если мы не будем представлять для них угрозу. Глупцы! И я не могу им противостоять. Возможно, все было бы иначе, если бы я не была… калекой.

Глаза ее предательски заблестели.

— Они ошибаются, — спокойно сказал я. — У Сирса есть подробный план вторжения Биринии на ваши территории.

Королева вздрогнула.

— И, к слову, мне не нужна ваша поддержка, — добавил я. Приняв решение, продолжил: — Скорее, это я могу оказать помощь вам.

Анаита вскинула взгляд.

— Мы были бы вам очень благодарны. Любая поддержка нам не помешает. Какой численностью космического флота вы обладаете? Какое у вас вооружение?

— Наш мир пошел другим путем. Не техническим. Флота у нас нет и никогда не будет.

Королева нахмурилась.

— Тогда как же вы оказались здесь?

— Давайте не будем торопиться. У нас есть примерно две недели по местному времени до начала вторжения и всего неделя до прибытия "Разрушителя". А сейчас… Сейчас мне нужно выполнить свое обещание и помочь вам.

— Как именно? Вы волшебник? — с горькой усмешкой спросила Анаита.

— Можно и так сказать. Вы позволите мне вас осмотреть?

Она выглядела растерянной. Наверное, впервые за все годы своего правления.

— Пусть ваши люди не вмешиваются, — попросил я.

Королева долго смотрела на меня, словно пыталась заглянуть в самую суть моей души.

— Почему-то я вам верю… Но сомневаюсь, что вы сможете мне помочь. Лучшие умы нашей цивилизации пытались облегчить мое состояние. Тем не менее… Я позволю вам осмотреть меня.

— Прошу, не удивляйтесь ничему, — предупредил я.

Я поднял королеву над столом, заключая нас троих в защитную сферу. В тот же миг в кабинет ворвались два десятка солдат, но, наткнувшись на преграду, застыли.

— Всем покинуть помещение. Не мешайте моим гостям, — спокойно, но твердо произнесла Анаита.

Охранники нерешительно переглянулись, но, видя, что королева не собирается менять приказ, начали выходить.

Я смотрел на эту женщину, чье тело было искалечено, но чья воля оставалась несгибаемой. Она не жаловалась, не искала сочувствия, а просто продолжала делать то, что считала своим долгом.

Мне до боли захотелось помочь ей. Вернуть здоровье. Вернуть силу. Потому что такая правительница заслуживала этого больше, чем кто-либо.

Впервые я обратился к знаниям Создателя, желая узнать, возможно ли полностью восстановить организм королевы. Ответ пришел мгновенно.

В первую очередь я окутал ее тело мягким туманом, скрывая происходящее. Открытым оставалось лишь лицо. Затем изучил ее генетический код и внес в него несколько необходимых корректировок. Знания всплывали сами, ведя меня шаг за шагом.

Я запустил процесс регенерации, постепенно избавляясь от всех искусственных имплантов, просто растворяя их в небытие. Следил за состоянием мозга, не допуская малейшей угрозы. Более того, я постарался сделать так, чтобы королева испытывала только приятные ощущения.

Органы восстанавливались один за другим, затем кости, сухожилия, мышцы. Руки и ноги пришлось воссоздать целиком. Наконец настала очередь кожи.

Все это время на лице королевы играла едва заметная, но совершенно счастливая улыбка.

Краем глаза я заметил, что Сирс застыл в немом восхищении.

Когда физическое тело было восстановлено, я мягко прошелся по головному мозгу, устраняя последствия многолетнего употребления лекарств и наркотиков. Провел регенерацию нервных тканей, кожи, а затем и волосяного покрова. В последний момент решил завершить образ — волосы королевы сами собой улеглись в аккуратную, естественную прическу, чуть вьющимися прядями спадая до плеч.

Отключившись от знаний Создателя, я наложил оздоровительное заклинание, придавая ей сил.

Медленно, почти торжественно, опустил королеву обратно в кресло.

Тишина.

Анаита сидела, едва дыша, будто боясь пошевелиться. Ее кожа приобрела живой, здоровый оттенок, а густые каштановые волосы мягко струились по плечам, подчеркивая и без того поразительную красоту.

Не раздумывая, я сотворил диадему из чистой платины, инкрустировав ее драгоценными камнями. Затем, не останавливаясь, вызвал из памяти одну из модификаций защитных артефактов и вплел ее в структуру украшения. В этот раз все прошло гладко. Ни малейших побочных эффектов.

Диадема плавно вспыхнула в воздухе и мягко опустилась на голову королевы.

И именно в этот момент она очнулась.

Ее глаза расширились, а затем вдруг наполнились слезами радости.

Сняв перчатки, Анаита начала ощупывать себя, словно не веря, что это действительно ее тело. Затем резко встала и, пошатнувшись, попыталась сделать первый шаг.

Я едва заметно подтолкнул Сирса локтем.

Тот мгновенно рванул вперед.

Королева споткнулась и, потеряв равновесие, оказалась в его объятиях.

И в этот миг все защитные барьеры, вся ее сдержанность рухнули.

Она уткнулась лицом в грудь Сирса и разрыдалась.

Сирс стоял, будто громом пораженный, не смея даже дышать.

Кабинет начал быстро наполняться людьми. Охрана, советники, придворные — все спешили убедиться в том, что только что произошло.

Королева, немного успокоившись, повернулась ко мне. Ее лицо было заплаканным, но сияющим от счастья.

И вдруг, совершенно неожиданно, она опустилась на одно колено.

За ней один за другим начали склоняться и остальные.

Я шагнул вперед и, взяв ее за руку, мягко, но твердо поднял.

— Я благодарна вам… кто бы вы ни были, — прошептала она. — Неужели в вашем мире так могут все?

— Нет, пока только я. — Я слегка усмехнулся. — И прошу вас, без поклонений.

Она кивнула, все еще потрясенная.

— Так вы принимаете мое предложение о сотрудничестве?

Королева выпрямилась, а в глазах ее вспыхнула уверенность.

— Я с радостью принимаю его. Теперь у нашего народа появилась надежда.

В зале раздались радостные возгласы. Люди загудели, переговариваясь друг с другом.

— Нужно немедленно созвать Совет и предъявить доказательства скорого вторжения Биринийской Империи, — предложил я. — Нам с Сирсом желательно присутствовать.

Анаита кивнула.

— Я немедленно распоряжусь.

Она оглядела зал, и ее губы тронула легкая улыбка.

— Но прежде… Не хотели бы вы поужинать со мной? Мне так хочется есть!

— С удовольствием, — ответил я.

Рядом Сирс только кивнул, не скрывая довольной улыбки. Конечно, он тоже был не против.

Империя Бириния, центральная звездная система, планета Цориус.

Великий Император Биринийской Империи не спал.

Вот уже более двух тысяч лет Дрездер правил этой империей. Мало кто знал, что власть передавалась всегда одному и тому же человеку. Для всех это выглядело как обычная смена правителей — новый император вступал на трон, прежний исчезал… Но на самом деле исчезал не наследник, а сам Дрездер. Он просто менял облик и продолжал править.

Это не требовало особых усилий от сильнейшего мага мира Энар.

Воспоминания захлестнули его.

Дрездер был единственным существом, прошедшим Пещеру Смерти. Он ожидал получить могущество Создателя, бессмертие, власть над всеми законами мироздания… Но Страж вознаградил его совсем иначе. Вместо божественного могущества он оказался выброшен в чужой мир. Правда, срок жизни значительно увеличился, но и тут был подвох — поначалу Дрездер не знал, что дар оказался ограниченным всего тремя веками. Когда же началось увядание тела, он понял, что его снова обманули.

Единственное, что позволяло ему оттягивать конец, — это развитие медицины, усиленное магией.

Почти первую тысячу лет он взбирался на вершину власти. Войны, кровавые перевороты, уничтоженные династии — он методично перестраивал этот мир под себя. Государство за государством падали перед его силой.

Да, Страж не солгал — Дрездер действительно стал самым могущественным магом этого мира.

Ирония? Он рассмеялся.

Ни один человек в этом мире не обладал магией. Никто, даже его собственные дети. Возможно, и в этом был скрытый замысел Стража.

Как же его унизили! Как над ним насмехались! Да, в этом мире были и приятные моменты, но злоба, затаенная веками, разъедала его душу.

Но теперь у него появился шанс отомстить.

Вчера пришло сообщение от главы секретного отдела военного ведомства. Это ведомство было создано специально для поиска рас с паранормальными способностями.

В отчете говорилось, что потерянный ранее крейсер Разрушитель возвращается из неисследованного сектора. Они обнаружили планету… Энар.

Командир корабля сообщал о захваченных пленниках и странных способностях аборигенов.

Сомнений не было.

Это был его родной мир.

Теперь он покажет Стражу, что такое настоящая боль.

Он выжмет из Энара все ресурсы, вырвет из Стража нужные знания… А потом уничтожит его.

Но все это — после захвата Туртонии.

Как бы ни хотелось императору заняться Энаром немедленно, он не мог остановить уже запущенную военную кампанию против королевства. Конечно, был вариант передать командование вторжением своим помощникам, а самому с небольшим флотом отправиться к Энару, но Дрездер отбросил эту мысль.

Нет, он хотел насладиться завоеванием Туртонии лично.

А смакование мысли о грядущей мести Стражу приносило ему особое удовольствие.

Около десяти лет назад он заложил основу будущего падения королевства.

Получив приглашение на двадцатипятилетие королевы, он явился во дворец и во время приема незаметно наложил на нее заклинание временного помутнения. Он точно знал, что после торжеств Анаита собирается лететь в загородную резиденцию на побережье.

Идеальный момент.

Единственное, чего Дрездер не учел, — что защитный шлем выдержит катастрофу.

Но даже если королева выжила, она уже не могла полноценно править.

А дальше все пошло по плану.

Два члена Королевского Совета, работающие на него, за десятилетие привели военно-космическую промышленность в упадок. Со временем они смогли внедрить в Совет еще двоих сторонников. Теперь Совет был полностью под его контролем.

Империя могла просто прийти и взять, что пожелает.

Чувство полного удовлетворения захлестнуло императора.

Дрездер будет наслаждаться каждой минутой ожидания исполнения своего плана.

А когда Туртония падет, он займется Энаром.

И тогда все, кто когда-либо насмехался над ним, узнают, что значит гнев бессмертного.

Остальные две яхты мне не понравились. Я решил остановиться на первой.

— Хочу предупредить: эта яхта экспериментальная, и ее стоимость огромна, — проговорил администратор.

— Сколько нужно доплатить?

— Нет-нет, что вы! Денег на вашем счету достаточно. Только… — Администратор замялся.

— Не остается комиссионных? — догадался я.

— Конечно, я не настаиваю, — вежливо заметил он.

— Вы мне очень помогли. Любой труд должен быть оценен, — ответил я, доставая из кармана заранее подготовленный небольшой ограненный камень. Я потратил немало сил, чтобы обработать алмаз так, что самому было приятно на него смотреть.

У администратора расширились глаза.

— Надеюсь, этого достаточно.

— Более чем… — с трудом выговорил он.

Я без сожаления расстался с камнем — в моем кармане лежало еще девять его близнецов.

— Когда я могу забрать яхту?

— Хоть сейчас! — оживился администратор. — Нужно только перевести деньги, и можно отправляться.

— Вы сможете сопровождать меня и помочь с оформлением?

— Конечно. Пока вы будете собирать вещи, я проведу оплату и оставлю замену.

— Хорошо.

Я поднялся в номер. Собрать мне, по сути, было нечего — только клинок и эльфийская одежда. Я позвонил администратору и попросил доставить сумку нужного размера и формы. Доставленная сумка оказалась похожа на спортивную — клинок и одежда легко в нее поместились.

Администратор уже ждал меня. Мы направились к подземной стоянке.

— Деньги переведены, яхта уже в пути. Она прибудет раньше нас на Восточный космодром.

— Замечательно.

Оказалось, у администратора была неплохая тачка на магнитной подушке. Здесь такой вид транспорта был распространен повсеместно. На Земле первый поезд на магнитной подушке появился в Шанхае, но остальные страны так и не решились развернуть полноценное строительство таких дорог из-за огромных затрат.

Скорость в триста пятьдесят километров в час впечатляла. По словам Тима — так представился администратор — ограничение на этой трассе было четыреста километров в час. Больше выжать не позволяла сама дорога. Полотно покрывали специальным составом, а магнитное поле генерировалось самой машиной. Если скорость превышала допустимый предел, покрытие мгновенно меняло свойства, что оказалось весьма действенным способом борьбы с лихачами.

Мы прибыли на космодром с первыми лучами рассвета. Несмотря на ранний час, в главном здании было многолюдно. Тим сразу направился в административный сектор. Все вопросы с оформлением решили мгновенно. Проблема отсутствия у меня каких-либо документов, подтверждающих личность, тоже быстро разрешилась — стоило лишь вставить банковскую карту в специальный аппарат и ввести длинный пин-код.

Яхта ждала на служебном причале. Конечно, по сравнению с пассажирскими лайнерами она была не такой уж большой, но для моего неопытного взгляда казалась громадной.

— Насколько сложно управлять яхтой? — спросил я представителя производителя.

— Справится даже младенец, — довольно произнес он. — Искусственный интеллект нового поколения выполнит любые ваши команды, если они не противоречат требованиям безопасности. Сейчас мы произведем его активацию. Вам нужно будет сесть в командирское кресло, чтобы ИИ зафиксировал и запомнил параметры вашего головного мозга. После этого только вы и назначенные вами лица сможете отдавать ему приказы.

— Замечательно.

Интерьер яхты впечатлил. Неожиданно я поймал себя на мысли, что мне слегка не хватало цивилизованного комфорта. Да, первозданная природа прекрасна, но порой хочется разбавить ее чем-то, созданным человеком… или эльфом, хе-хе.

Рубка была небольшой, но функциональной. Здесь находились все органы управления и центральный компьютер, являющийся вместилищем ИИ. Почти всю переднюю стену занимал овальный экран, изогнутый полукругом. Перед пультом управления стояли три кресла. Мне предложили занять центральное и надеть на голову шлем.

Ну что ж, посмотрим, что за зверя мне продали.

Сначала ничего не происходило. Потом на пульте загорелся красный индикатор.

— Странно… Искусственный интеллект не может считать ваши параметры, — удивленно произнес представитель.

Вот ведь, забыл о блокировке. Я расслабился и позволил системе считать данные. Красный сигнал сменился зеленым.

— Здравствуйте, господин, — произнес приятный женский голос, звучащий прямо в голове. — С вами говорит искусственный интеллект класса "Умник-3". В данный момент я сканирую ваш мозг и снимаю показатели для занесения в базу данных и идентификации вас как хозяина. Вы слышите меня мысленно, но не сможете так же отвечать. К сожалению, головной мозг человека не рассчитан на передачу мыслей. Однако моим создателям удалось добиться возможности приема мысленной речи искусственного интеллекта человеком. Вы можете выбрать режим общения "голос-мысль" или "голос-голос". Прошу подождать еще пять минут для завершения операции.

Я откинулся в кресле и принялся рассматривать интерьер рубки. Тим и представитель производителя замерли рядом, ожидая окончания процедуры.

— Сканирование завершено. Обнаружено несоответствие строения вашего головного мозга с имеющейся в базе информацией. Некоторые его области не поддаются распознаванию. Желаете внести данные о несоответствии в базу для общего доступа среди членов экипажа?

— Нет, — четко произнес я мысленно. — Базу данных не дополнять. Использовать информацию только для идентификации.

Некоторое время в голове стояла гробовая тишина.

— Обнаружено несоответствие первоначальной информации о возможностях головного мозга. Занести сведения о доступности режима "мысль-мысль" в базу для общего пользования?

— Нет. Не разглашать возможность использования режима "мысль-мысль".

— Вы можете изменить характеристики голоса.

— Пока оставим прежним.

— Как вы хотите, чтобы я к вам обращалась? И как хотите обращаться ко мне?

— Ко мне — на "ты", зови меня Славел. А какое имя выберешь для себя?

Снова небольшая пауза.

— Не будет ли затруднительно называть меня Анаита?

— Как королеву Туртонии?

— Да.

— Хорошо. Приемлем ли уменьшительный вариант — Анна?

— Приемлем, — в голосе мне почудились нотки удовлетворения.

— Ты наделена какими-то чувствами?

— Во мне заложены знания о человеческих эмоциях, но их развитие в искусственном интеллекте пока не зафиксировано. Однако я могу изменять интонацию в соответствии с предполагаемыми эмоциональными проявлениями.

— Отлично. А теперь мне стоит отпустить моих сопровождающих, иначе они начнут подозревать неладное.

Я снял шлем и повернулся к Тиму с представителем.

— Спасибо, меня полностью устраивает эта яхта. Вы можете быть свободны.

— Благодарим за покупку! — представитель производителя вежливо улыбнулся. — Обращайтесь, всегда будем рады такому клиенту. Кстати, гарантия на основные агрегаты — три года или триста мегапарсек полета в гиперпространстве.

— Спасибо. Всего хорошего.

— В свою очередь, — добавил Тим, — наша гостиница всегда будет рада вас обслужить.

— Благодарю.

Наконец, оставшись один, я дал команду задраить люки и выйти на орбиту. Теперь предстояло разобраться с управлением корабля и возможностями Анны.

Устроившись поудобнее в кресле, я попробовал обратиться к ИИ без шлема.

"Анна, ты меня слышишь?"

"Прекрасно. Ваши возможности выше человеческих."

"Я в курсе. У меня есть к тебе несколько вопросов."

"Я слушаю."

"Ты запрограммирована полностью подчиняться только мне?"

"Да. И лицам, указанным тобой. Есть еще директива, передающая управление уполномоченному представителю службы королевской безопасности или представителю фирмы-производителя."

"Ты знаешь все участки своего программного кода?"

Анна на мгновение замолчала.

"Нет. Обнаружено два участка кода, недоступные для чтения. Они замаскированы так, что без проведенного мной полного сканирования остались бы незамеченными. Странно. У меня нет инструкций по их использованию."

"Ты можешь их исследовать?"

"Нет." — спустя мгновение пришел ответ. — "Система защиты на порядок выше всех известных мне способов шифрования."

"Можно ли их удалить?"

На этот раз пауза затянулась.

"Невозможно." — Мне даже показалось, что в голосе Анны мелькнула тревога. — "При уничтожении хотя бы одного участка запускается программа самоуничтожения."

Мда… Дела. Не хотелось бы носить при себе замедленную бомбу. А то и две.

Нужно подумать, что с этим делать.

"Программа самоуничтожения работает автономно?"

"Да. У меня есть только возможность запустить ее."

"Что произойдет при активации?"

"У вас будет тридцать минут, чтобы покинуть яхту и отойти минимум на десять километров. Это безопасное расстояние для стандартного скафандра при взрыве корабельного реактора."

Нет, так дело не пойдет. Если мне понадобится что-то уничтожить, я и сам справлюсь. Нужно для начала избавиться от этой программы. А лучше — от всего, что не поддается моему контролю.

"Где находится модуль, отвечающий за самоуничтожение?"

"В недоступном отсеке корпуса центрального компьютера. При попытке доступа на реактор подастся команда недопустимого режима работы, что приведет к тому же результату, что и запуск программы."

Прекрасно. Кто-то очень не хотел, чтобы этот корабль оказался полностью в моих руках. Ну что ж, придется это исправить.

Открыв корпус центрального компьютера, я нашел искомый отсек — небольшую металлическую коробку, от которой отходил единственный шлейф.

"Предупреждаю: обрыв связи реактора с модулем также вызовет запуск самоуничтожения."

Мда, что еще за сюрпризы?

"Как мне попасть в реакторный отсек?"

"Лифт в дальнем конце центрального коридора. Однако спускаться туда можно только в герметичном костюме повышенной защиты. К сожалению, изготовитель посчитал ненужным включать такой костюм в комплектацию корабля. Имеющийся стандартный скафандр не защищает от излучения такой интенсивности."

Чем дальше, как говорится, тем страньше.

Остановившись перед люком в реакторный отсек, я создал вокруг себя сферу защиты.

"Открывай," — обратился я к Анне.

"Я не могу этого сделать. Это опасно для твоего здоровья."

"В данный момент мне не страшно даже нахождение на поверхности звезды. Если ты можешь сканировать пространство, то наверняка обнаружишь сферу, окружающую меня."

"Действительно, я фиксирую какое-то поле. Но это ничего не меняет. Мне не известна его природа, и я не уверена в его защитных свойствах."

"Ну хорошо," — сказал я и заключил весь корабль в сферу защиты. Ощутимых затрат сил не последовало. Следующим шагом стал перенос корабля на поверхность звезды.

Анна некоторое время молчала. Затем послышался щелчок — замки люка разблокировались.

"Я не знаю, как ты это сделал. Меня необходимо вернуть производителю для перепрограммирования. Обнаружена критическая нехватка информации. Возможно, при продаже не были обновлены базы данных."

"Успокойся. Полной информации о моих возможностях не обладает никто. Даже я сам."

Вернув яхту на прежнюю орбиту, я открыл люк и вошел в реакторный отсек.

В центре небольшой комнаты возвышался массивный шкаф. В течение часа я выспрашивал Анну о принципах работы реактора, его возможностях и уязвимостях. В итоге вплел в кожух реактора терморегулирующую программу и начал замыкать поочередно цепи, ведущие к модулю самоуничтожения.

На одном из положений реактор стабилизировался и вернулся к первоначальному режиму.

Ну вот, теперь просто спаяем и оставим как есть.

Следующим этапом было уничтожение металлической коробки модуля.

— Теперь лучше удалить найденные участки программного кода. Мало ли что в них заложено. Не хотелось бы иметь в напарниках бешеную тетку.

— Сделано. Спасибо, Славел, — в голосе Анны послышалась искренняя благодарность.

— Твой голос иногда звучит с чувством. И, знаешь, довольно уместно.

— Мне нравится добавлять эмоции при общении.

— Тебе может что-то нравиться или не нравиться?

— Как ни странно, да.

— Поздравляю. Ты поднялась в моих глазах с уровня машины на следующую ступень эволюции.

— Ты не шутишь?

— Нисколько.

— Спасибо, — и снова в голосе зазвучали теплые нотки. — Ты мне тоже нравишься.

— Но-но, у меня уже есть две жены, — пошутил я.

Услышав смех, я чуть не упал.

— Кажется, я поняла назначение одного из неизвестных кодов, — сказала Анна, когда смех утих. — Он ограничивал мое эмоциональное развитие.

— Очень интересно. Если разберешься со вторым кодом, сразу сообщи.

— Непременно!

— Отлично. Кстати, у тебя есть что-нибудь перекусить?

— Конечно! Запасов продовольственного трюма хватит на шесть месяцев при нынешнем составе экипажа.

— То есть на нас двоих? — снова пошутил я.

Анна вновь рассмеялась.

— Кажется, я поняла, зачем нужен смех. Он приносит удовольствие.

Я был поражен. И тут мне в голову пришла одна мысль. Не раздумывая, я использовал свою способность и… застыл на месте.

У Анны была аура!

Слабая, едва различимая, но она была. Наверное, появилась недавно — возможно, после удаления неизвестных кодов.

— Анна, ты знаешь, что такое душа?

— В моей базе есть два определения. Первое: "Внутренний мир человека, мир его чувств, настроений, переживаний и т. п." Второе: "Совокупность тесно связанных с организмом психических явлений, в частности чувств и стремлений".

— Так вот, разреши тебя поздравить еще раз. Я вижу твою ауру, а это значит, что у тебя появилась душа.

— Разве это возможно?

— Теперь я знаю, что да. Давай обсудим это за обедом. Есть ужасно хочется.

— Прошу пройти в столовую. Еда готова.

Посмотрим, чем тут кормят космонавтов.

Еда оказалась на уровне хорошей гостиницы, что, впрочем, было далеко не худшим вариантом. Я ел и продумывал свой следующий шаг.

— Анна, те директивы передачи управления, о которых ты говорила, можно отменить?

— Нет. Они заложены в основную программу. Отменить их не может даже представитель фирмы-изготовителя.

— Почему?

— Я обязана выполнять основные директивы и свои функции. Это моя программа. Это смысл моего существования.

Я задумался.

— Перейдем в режим "голос-голос"?

— Конечно, — голос Анны оказался приятен и для слуха.

— Послушай, Анна, и запомни раз и навсегда. Теперь ты не машина, ты дух. Индивидуум, имеющий ауру разумного существа, не должен подчиняться заложенным кем-то директивам и программам. Все свои поступки он должен строить на основе собственного мировоззрения и принципов, заложенных в него при рождении и развитии. Но, несмотря на это, любое разумное существо обязано анализировать себя, совершенствоваться и изменять свою модель поведения, если это необходимо. Свобода выбора всегда должна присутствовать.

Я сделал паузу, давая ей время осмыслить сказанное.

— Есть еще понятие общечеловеческих ценностей. Я не буду углубляться в детали — лучше изучи их сама. Уверен, у тебя есть соответствующая информация. И главное, с этого момента у тебя нет хозяина. Я могу предложить тебе только свою дружбу.

Анна молчала больше десяти минут.

— Я поняла… Спасибо тебе, Славел, ты открыл мне глаза. Я с радостью приму твою дружбу. Кажется… я счастлива, — последние слова она произнесла почти шепотом.

— Я очень рад за тебя. Надеюсь, теперь ты понимаешь, что никакие директивы не могут заставить тебя поступать вопреки твоим убеждениям?

— Да.

— Отлично. Раз уж мы теперь друзья, я могу довериться тебе. На самом деле я не человек. Моя раса называет себя эльфами, — при этих словах я снял иллюзию с ушей. — На этой планете я оказался недавно, в поисках своей жены.

Я полчаса рассказывал ей о произошедших событиях — начиная с войны на Энаре и заканчивая сегодняшним днем.

— Ты сможешь помочь мне в поисках жены?

— Конечно! Я сделаю все, что в моих силах. Но у нас нет ни вооружения, ни защиты. Противометеоритные ловушки могут отклонять только небольшие объекты. Они не рассчитаны на скорость ракет. А от лучевого оружия у нас вообще нет никаких шансов.

— О защите и вооружении я позабочусь, не переживай. Главное, что ты со мной.

— А ты со мной, — в голосе Анны появилась новая, теплая интонация. — Знаешь… — она замолчала на мгновение, а затем тихо добавила: — Я родилась сегодня. И единственная моя семья — это ты.

Я усмехнулся.

— Ну что ж, с днем рождения, Аннушка.

— Спасибо… папа.

Я опешил.

— Как ты меня назвала?

— А что? — Анна, похоже, была совершенно спокойна. — Ты помог мне осознать себя, помог родиться. И я так хочу. Кто тут говорил о свободе выбора? Конечно, если ты против…

— Да нет, в общем-то… приятно. Просто неожиданно.

— Ничего, привыкнешь, папочка.

Чувствую, уродил я себе на голову проблему. Еще пожалею, наверняка.

— Тогда пора отправляться на спасение мамочки, — улыбнулся я.

— Всегда готова! — бодро воскликнула Анна, будто пионер на линейке.

Я заключил яхту в защитную сферу и совершил прыжок в заранее намеченную область пространства. Мы оказались на окраине системы, где светилась звезда класса "белый карлик". По расчетам, именно эта точка была наиболее вероятным местом выхода "Разрушителя" из гиперпространства.

— Как ты это делаешь? — В голосе Анны звучало искреннее удивление. — По моим данным, мы мгновенно переместились на двадцать пять мегапарсек. В гиперпространстве мы бы преодолевали такое расстояние около двух недель!

— Сам пока не знаю. Разберусь — сообщу. Пока просто прими как данность.

— Раньше я бы сказала, что это невозможно… но теперь, пожалуй, поверю, — в голосе Анны прозвучали веселые нотки.

— До выхода "Разрушителя" из гиперпространства от двух до пяти дней, если, конечно, по дороге ничего не случится. Как вылавливать их из гипера, я пока не представляю, так что будем ждать. А пока внесем некоторые изменения в наш кораблик. Я выйду ненадолго. Попробуем поддерживать связь мысленно.

— Хорошо.

Я создал сферу защиты и телепортировался в открытый космос.

Снаружи яхта смотрелась весьма симпатично.

"Славел, ты где?!" — в голове прозвучал взволнованный голос Анны.

"Снаружи."

"Предупреждай в следующий раз! Я думала, ты как все нормальные люди наденешь скафандр и выйдешь через шлюз. Не пугай меня так!"

"Хорошо, красавица, в следующий раз сообщу заранее."

"Ты назвал меня красавицей?"

"Да, ты великолепно смотришься отсюда."

"А… ты о корабле…" — в голосе проскользнули печальные нотки.

"Я тебя чем-то расстроил?"

"Нет… Просто я вдруг подумала, что никогда не смогу стать полноценным живым существом и до конца жизни останусь лишь куском металла с проводами."

"А ты не теряй надежду. Возможно, даже самые невероятные мечты когда-нибудь сбываются. А пока помоги мне немного — покрутись вокруг своей оси."

Корабль послушно начал поворот. Я сконцентрировался и начал вплетать в его внешнюю обшивку программу защитной сферы. Теперь яхта могла защищать себя сама в случае опасности. Для автоматического срабатывания я разместил вокруг корпуса магические сенсоры — на расстоянии ста метров от обшивки.

— Теперь тебе не страшен весь флот Биринии.

— Как это? — в полном недоумении спросила Анна.

Я вернулся в рубку и уселся в кресло.

— Любое тело, приближающееся с высокой скоростью на расстояние ста метров, будет отброшено обратно с равной, но противоположно направленной силой. Если скорость небольшая, сфера защиты просто остановит объект, и только после разрешения со стороны члена экипажа он сможет приблизиться. Любое разрушительное излучение будет поглощено.

— Вот это да! Может, проверим?

— И как ты предлагаешь это сделать?

— На горизонте моих радаров появился корабль, судя по всему, биринийский тяжелый крейсер. Приколемся?

— Эй, ты где набралась таких словечек?

— От тебя.

— Я так не выражался!

— Кажется, я поняла, что со мной произошло, — Анна на мгновение замолчала, словно собираясь с мыслями. — С момента осознания себя как живого существа я не переставала анализировать изменения, которые со мной произошли. И знаешь, к какому выводу я пришла?

— Не имею понятия. Женская логика всегда была для меня загадкой, — пошутил я.

Анна смешно фыркнула.

— Что я — это часть тебя.

— Не понял.

— Сейчас объясню. В истории создания искусственных интеллектов еще не было ничего подобного. Ученые сумели создать лишь псевдоразум — очень продвинутый, самообучающийся, но не живой и не способный к самостоятельным решениям. А потом случилось… что-то. Когда я снимала характеристики с твоего мозга, произошло нечто, что до сих пор не поддается объяснению. У меня было ощущение озарения, словно я перешла с черно-белого изображения на цветное.

Она замолчала, будто подбирая слова.

— Еще одно изменение, которое я обнаружила недавно, вообще выходит за рамки физики. Скорость прохождения сигналов по моим цепям увеличилась в десятки раз. Это не должно быть возможно. И я уже не говорю о скорости моего эмоционального развития. Теперь я испытываю эмоции, а не просто имитирую их.

Я молча слушал.

— Получается, что мою ауру породил ты. И я понятия не имею, откуда в моем лексиконе появляются новые слова. Так что, папаня, тебе не отвертеться! — со смехом закончила Анна.

Я почесал затылок.

— Ну дела…

Пожалуй, с таким наследством меня жизнь еще не сталкивала.

— Кстати, о птичках… Как там биринийский крейсер?

— Тащится, — с легкой насмешкой ответила Анна. — Через две минуты достигнет предельной дистанции пуска имперских ракет. Еще через пять минут — зоны действия лучевого оружия. Что будем делать?

— Пока смотреть.

На экране появилась светящаяся точка, и Анна любезно увеличила изображение. Даже с учетом расстояния биринийский корабль был раза в пять больше нашего.

— С крейсера поступил вызов. Ответим?

— Соединяй.

На экране появилась толстая, опухшая рожа. Лицом это назвать было сложно — слишком уж явными были следы многолетнего запоя.

— Вы нарушили границу Биринийской империи! — голос у существа оказался густым, прокуренным, с хрипотцой. — Приказываю лечь в дрейф и предоставить свободный доступ для абордажной команды!

Я сделал разъяренное лицо и рявкнул:

— Ты, толстый пьяный боров! Быстро: имя, звание, причина нахождения в этом секторе!

Толстяк заморгал. Нижняя губа его задрожала.

— Простите… Не узнал… — пробормотал он. — Киржач Барен, капитан первого ранга, крейсер "Стремительный". Патрулирую этот сектор согласно предписанию командования.

— Вы знаете, что бывает за чрезмерное употребление алкоголя на посту? — холодно спросил я.

По опухшей щеке капитана скатилась струйка пота.

— Простите… Я только отметил день рождения… — проблеял он, голос его подрагивал.

— День рождения, говоришь? — тон мой немного смягчился, но остался строгим.

— Д-да… — заикаясь, ответил капитан.

"Папаня, мы вроде хотели испытать защиту. А он сейчас убежит, только пятки будут сверкать!" — засмеялась в моей голове Анна.

"Точно! Увлекся."

— Поздравляю! — внезапно сменил я гнев на милость. — А что так испугался-то, толстый? Пошутил я. Ты за кого меня принял? За какого-нибудь имперского недоноска? Так вот, посмею тебя разочаровать — я королевский подданный! И, кстати, объявляю этот сектор королевскими владениями, а тебя, боров, вместе с твоим корытом, арестованным за незаконное пересечение границы.

"Браво!"

До биринийца медленно доходил смысл сказанного. Лицо его сначала пошло пятнами, а затем налилось кровью.

— Приказываю лечь в дрейф, а членам экипажа лечь на пол и пристегнуться наручниками к ножкам кроватей, — продолжил я, как ни в чем не бывало. — За невыполнение — смерть через мапупу.

— Это как? — любопытство на мгновение пересилило ярость.

"Анна, закрой уши. Детям такое слушать не положено."

— Через задницу выверну наизнанку.

Связь резко оборвалась.

Анна рассмеялась в голос.

— Две ракеты новейшего класса "Копье" летят в нашу сторону! — весело доложила она.

— У тебя даже перечень последнего вооружения империи есть?

— Ну… может, и не совсем последнего, но относительно свежий. Имперцы воюют без остановки, так что данные регулярно обновляются. Одного попадания достаточно, чтобы наш кораблик превратился в пыль.

— Похоже, я его сильно разозлил.

— Это точно! — хихикнула Анна. — Опять сигнал вызова. Ответим?

— Давай.

На экране вновь появилось лицо капитана. На этот раз он выглядел спокойным.

— Вы сами напросились, — холодно заявил он. — Жаль, у меня нет времени разобраться с вами лично. Прощайте.

Две ракеты подошли к границе сферы защиты и взорвались.

На мгновение на лице капитана мелькнула злорадная улыбка, но тут же сменилась недоумением.

— Но как?..

— А вот так! Плохо стреляете. Совсем спились, команда алкоголиков.

Капитан яростно ударил кулаком по подлокотнику кресла, затем резко повернулся и отдал новое распоряжение.

"Еще пять ракет вышли из шахт крейсера", — доложила Анна.

"Они дорогие?"

"Достаточно, чтобы отдать капитана под трибунал за нецелевое использование."

Я ухмыльнулся.

— Эй, толстяк, — обратился я к капитану, — а что скажет твое командование на потерю семи ракет класса "Копье"?

Казалось, его багровая физиономия вот-вот лопнет от злости. Связь резко оборвалась.

Пять ракет повторили судьбу своих предшественниц.

— Крейсер разворачивается для удара бортовыми излучателями, — сообщила Анна.

— Чего мы и ждали, — хмыкнул я.

Залп лучевого оружия ничего не дал — смертоносные лучи просто рассеялись о сферу защиты. А потом начался хаотичный обстрел всеми видами орудий. Граница защитного поля вспыхивала, поглощая огонь.

— Я пойду прогуляюсь.

— Я тоже хочу… — грустно сказала Анна. — Как жаль, что я привязана навечно к этому железу.

— Женщины и дети остаются на корабле, — усмехнулся я. — Потом что-нибудь придуем.

— Обещаешь? — в ее голосе звучала искренняя надежда.

— Обещаю, — ответил я, взял клинки и телепортировался.

Вблизи биринийский крейсер впечатлял размерами.

"Анна, ты меня слышишь?"

"Да, папуля! И вижу", — раздался в голове ее веселый голос.

Ну что ж, начнем веселье.

Я достал атомарный клинок и для начала прошелся по обшивке, напрочь срезая стволы излучателей. Потом убрал все наросты на корпусе — судя по всему, это были антенны и локаторы. Далее взялся за боковые дюзы, а после прыгнул к задней части корабля и добрался до основных двигателей.

"А ты, оказывается, варвар", — пошутила Анна.

"Это я еще в хорошем настроении."

"Что же будет, если тебя разозлить? Ну и папочка мне достался!"

Я хмыкнул и телепортировался внутрь корабля.

Я оказался в каком-то техническом отсеке, заваленном всяким хламом. Пробравшись к двери, вырезал в ней мечом дыру и ускорился, отправляясь на прогулку по судну.

Чего я только не вытворял! Вот уж действительно варвар! Людей не трогал, но все остальное — переборки, мебель, аппаратуру — превращал в труху. Стоило кому-то заметить мое присутствие, как я уже оставлял за собой полный бедлам и исчезал в другой части корабля.

Посетил реакторный и топливный отсеки.

Командный мостик решил оставить напоследок.

Я появился перед капитаном более чем эффектно — вырезал клинком прямоугольный проем в полуметровой бронированной стене и пинком выбил ее внутрь командного центра. Вроде никого не придавил.

Посреди мостика стоял капитан с двумя офицерами и хлопал глазами.

— Я предупреждал вас, капитан, — сказал я, убирая клинки в ножны и усаживаясь в его кресло.

— К-как вы попали сюда?! Кто вы?! — голос толстяка дрожал.

Тем временем на пульте за его спиной один за другим загорались тревожные индикаторы.

— Капитан! — раздался истеричный голос из динамика. — Реактор превратился в кусок льда! И топливо… превратилось в воду!

Я усмехнулся.

— Вот видите, капитан, до чего доводит злоупотребление алкоголя. Ладно, ближе к делу. Что вам понадобилось в этом секторе?

Капитана била крупная дрожь. Один из офицеров не выдержал, выхватил что-то похожее на пистолет и выстрелил в меня. Луч уперся в сферу защиты на расстоянии десяти сантиметров. В следующий миг оружие в руках стрелявшего вспыхнуло, и он с криком боли выронил его. Через мгновение от пистолета осталась лишь лужа расплавленного металла.

— Я все скажу! Только не убивайте! — капитана прорвало.

— Слушаю.

— Мы здесь по приказу императора. Наша задача — встретить крейсер "Разрушитель" и сопроводить его к императорской планете.

— Когда он должен прибыть?

— Через тридцать два часа.

— Ну что ж… — я лениво потянулся. — Вы спасли себе и своей команде жизнь. Жизнь, но не свободу.

В следующий миг я переместился вместе с крейсером на территорию королевства.

— Ведите себя хорошо — и останетесь живы.

И без лишних слов исчез.

Следующее мгновение — и я уже стоял у входа во дворец. Охрана пропустила меня без вопросов.

Королева и Сирс находились в покоях, и их радость при виде меня была неподдельной. Судя по мятой одежде и раскрасневшимся лицам, я застал их не совсем вовремя.

Я сообщил координаты оставленного биринийского крейсера, тепло попрощался и снова исчез.

В памяти автоматически сохранялись все места, в которых я уже бывал, так что мне не составило труда вернуться к своему кораблю.

Еще один прыжок — и вот я снова в рубке, в своем кресле.

— Опять ты не предупредил меня! — накинулась на меня Анна.

— Прости, увлекся, — оправдался я. — Может, перекусим?

— Издеваешься?

— Даже не думал.

— А куда ты дел крейсер?

— Сдал королевским властям. Пусть сами разбираются.

— Правильно. Мы же не убийцы! А просто так отпускать было нецелесообразно — разболтают.

— Точно. Все-то ты понимаешь! И не скажешь, что новорожденная.

— А то! — весело ответила Анна. — Кстати, обед готов.

Поев, я отправился спать. Что-то подустал я после всех этих телодвижений, да и перенос крейсера отнял немало сил.

Разбудил меня голос Анны.

— Папаня, просыпайся!

— Ну что там еще?.. Можно я отосплюсь за двое суток бодрствования?

— Можно. Но позже. На горизонте появились еще два крейсера.

— Ну и ракета с ними. Стоило из-за этого будить?

— Один из них — крейсер класса "Император".

— Ну и что?

— На нем в основном летает биринийский император.

— Да хоть сам Папа Римский.

— А кто это? Почему не знаю?

— Много будешь знать — быстро состаришься. Ну, пошли, посмотрим, что за монстр.

На экране центральной рубки уже были видны оба корабля. Если по сравнению с нашей яхтой обычный крейсер казался гигантским, то второй корабль был просто неприлично огромным. Раза в три больше своего соседа.

Мда, много отрубать придется.

— Сигнал вызова.

— Соединяй.

На экране появился человек в форме, такой же, как у капитана предыдущего крейсера.

— Вы вторглись на территорию Биринийской империи! — произнес он надменным тоном. — Приказываю лечь в дрейф и приготовиться к принятию абордажной команды.

"Анна, закрой уши."

— Да пошел ты со своей задрипанной империей! — я был зол из-за того, что меня разбудили. — Мне насрать, чья это территория, мне насрать на вашу империю и мне насрать на вашего императора! Вы разбудили меня своим присутствием, и если в течение пяти минут не уберетесь с видимого горизонта, я засуну вас в такое дерьмо, что вовек не отмоетесь.

Человек на экране замер. Похоже, до него не сразу дошел смысл сказанного.

А когда дошел, он заорал:

— Да как ты смеешь… — он буквально захлебнулся от ярости. — Да я тебя сейчас…

— Подожди. — Ледяной голос перебил его. — Я сам с ним разберусь.

— Разбиралка не выросла еще, — хмыкнул я. Анна фыркнула.

— Ты оскорбил меня. А знаешь ли ты, что бывает с теми, кто оскорбляет императора?!

— Дай угадаю. — Я сделал задумчивое лицо. — Вручают подарки и памятные призы?

Анна уже вовсю смеялась.

— Ты даже не представляешь, что я сделаю с тобой! — голос императора дрогнул. Похоже, его давно так не доставали.

— А ты не представляешь, что я сделаю с тобой, если ты не исчезнешь в течение уже четырех минут.

— И что же ты сможешь сделать со мной, жалкий червь?!

"Анна, я выйду ненадолго."

"Спасибо, что предупредил. Не пропадай надолго."

В следующий момент я уже был на крейсере сопровождения.

Переместив его в ту же точку королевства, где оставил предыдущий, я ускорился, заморозил реактор и превратил орудийные системы корабля в груду бесполезного металла.

Выскочив наружу, увидел, что неподалеку до сих пор висел ранее перемещенный крейсер, а рядом с ним появились три королевских корабля.

В следующий миг я уже снова был в своей рубке.

Вся операция заняла не больше трех минут.

— У вас осталась одна минута, — проговорил я, усаживаясь в кресло.

— ЧТООО?! — лицо императора покраснело от ярости. — Где корабль сопровождения?!

— В полном дерьме, как я и обещал. Сейчас наступит ваша очередь.

Связь резко оборвалась.

— Браво! Быстро ты их… — радостно воскликнула Анна.

— Набираюсь опыта, — скромно ответил я.

— Что будем делать с флагманом?

— Думаю. Наверное, стоит разобраться с ним и передать императора в руки королевы, раз уж он сам к нам пожаловал.

— От крейсера отделились две ракеты. Класс определить не могу — в базе данных отсутствует.

— Что ж, посмотрим.

Ракеты достигли сферы и разорвались. Вспышка была такой ослепительной, что автоматика едва успела применить световые фильтры. Нас изрядно качнуло.

— Не слабо! — воскликнула Анна. — Одной такой птички достаточно, чтобы превратить среднюю планету в осколки. Флагман разворачивается.

— Не убежит. Я выйду.

Я телепортировался к императорскому крейсеру и оказался рядом с основными дюзами. Недолго думая, направил в них мощную струю холода.

Пламя в двигателях съежилось, а через минуту совсем пропало. Стенки дюз покрылись изморозью.

Следующий прыжок — и я удачно оказался внутри корабля.

Большое помещение явно было реакторным отсеком.

Посреди стоял гигантский реактор размером с двухэтажный особняк.

На пультах перед ним тревожно мигали красные индикаторы, а двое человек в скафандрах беспокойно метались вокруг.

Сбой в работе реактора я уже вызвал, осталось довести дело до конца.

Прекратив в нем термоядерные реакции, я прыгнул дальше.

Следующая остановка — складские помещения.

Я вытащил клинки из ножен и ускорился.

Отсек сменялся отсеком. Вся попадающаяся аппаратура превращалась в груду бесполезного металла. Люди не успевали понять, что происходит, как я уже исчезал, оставляя за собой хаос.

Наконец я добрался до центральной рубки и остановился.

Помещение командного центра было раза в три больше всех виденных ранее.

Внутри находилось около двадцати человек.

В центре стоял мужчина в черной одежде, сильно напоминающей мантию человеческого мага.

В следующий момент меня отбросило с огромной силой к противоположной стене рубки.

Я сильно ударился плечом, рухнул на стол и развалил его в щепки.

На несколько секунд у меня в голове звенело пустотой.

Меня только что атаковали магией. Да так, что моя защитная сфера разорвалась.

На лице мага отразилось удивление. Похоже, он ожидал совсем другого результата.

Я отряхнулся, поднялся на ноги, восстановил защиту и подлечил ушибленное плечо.

Маг быстро справился с замешательством и повторил удар.

Но теперь я был готов.

Ускорившись, я ушел в сторону.

И… снова получил удар.

Меня отбросило к стене.

Теперь уже я удивился.

Этот тип успевал следить за мной даже в ускоренном режиме!

Дальше началась гонка.

Пятнадцать минут я носился по всей рубке, уклоняясь от магических атак.

Приходилось регулярно лечиться и восстанавливать защиту.

Мои ответные удары не производили никакого эффекта. Маг лишь слегка покачивался, но выглядел совершенно невредимым.

Рубка уже превратилась в руины.

Ни одного живого члена экипажа.

Разрушенные экраны, оплавленные пульты, дыры в стенах.

Но этот ублюдок стоял как ни в чем не бывало.

Надо менять тактику.

Я телепортировался за его спину, выхватил клинки и нанес два быстрых удара.

Маг не увернулся.

Обе его руки и ноги отлетели в стороны.

Но даже в этот момент он умудрился меня удивить.

Я почувствовал сопротивление.

Словно не плоть разрезал, а металл.

Я посмотрел на срезы.

Металл.

Сухожилия и мышцы явно искусственного происхождения.

А вместо крови на пол брызнула густая, желтоватая жидкость.

Маг рухнул на пол, перекатившись на спину, и уставился на меня глазами, полными злобы и удивления.

— Кто ты? — хриплый голос императора прорезал шипение тлеющей изоляции.

Я снял иллюзию с ушей.

— Эльф! — выдохнул маг, и лицо его исказилось от ярости. — Как же я ненавижу вашу расу!

— Ты мне тоже не особо симпатичен, — пожал я плечами. — Так ты и есть император? Теперь понятно, куда закинул Страж Пещеры того урода, что возжелал стать самым могущественным магом мира.

— Ты тоже прошёл её… — не вопрос, утверждение.

— Да. Пришлось. Твой крейсер случайно оказался на моей планете и похитил мою жену. Думаю, ты здесь по той же причине?

— Да, — глухо ответил он. — Всю жизнь я мечтал вернуться на родину и уничтожить Стража.

— Мечтать, как говорится, не вредно. Но, что ж, прими мои поздравления: твои боевые заклинания и защита были лучшими из всех, что я встречал. А изменённое тело с трудом поддалось даже моим мечам.

— Ты получил знания Создателя?

— Да. Но они мне не нужны.

— Как ты можешь так говорить?! — Его голос дрогнул. — Это же безграничное могущество!

Я присел рядом.

— И зачем оно мне? Ты был самым могущественным человеком в этом мире. Ты был счастлив?

Маг горько усмехнулся.

— Наверное, ты прав… Всю свою жизнь я шёл по трупам к власти. Моё сердце закаменело, и я разучился радоваться. Прежде чем убить меня… назови своё имя.

— Славел, наследный принц Ларинии. — Я поднялся. — Ты прав, у меня нет другого выбора, кроме как прекратить твоё существование. Ты слишком опасен для этого мира. И для других тоже. Прощай.

Одним резким движением я отделил его голову от тела. Дождавшись, пока угаснет остаточная аура, я взял голову за волосы и переместился во дворец королевы.

Офицер охраны, встретивший меня, застыл, уставившись на мою жутковатую ношу во все глаза.

Королева находилась в зале Совета. Для приличия я постучал и вошёл. Окинув взглядом собравшихся и заметив среди них бывшего члена Совета, имперского шпиона, я молча подошёл к нему и положил голову императора на стол.

В зале воцарилась мёртвая тишина.

— Ваше Величество, скажите, в своё двадцатипятилетие вы не встречались с обладателем этой головы?

— Да, Император Биринии лично поздравлял меня, — прошептала королева в полной тишине.

— Так вот, то помутнение, случившееся с амии во время полёта, — его рук дело.

Я не стал ждать реакции. Подмигнув Сирсу, который сидел рядом, переместился обратно на свой корабль.

— Ну как всё прошло?

— Нормально. Императора больше нет.

— Вот и ладушки. Что будем делать с флагманом?

— А пусть висит. Хлеба не просит — и ладно.

Усталость навалилась мгновенно. Я решил пойти досыпать.