Первый том читать ТУТ: https://author.today/reader/404890/3747947

Когда Рита пришла в себя после первого шока и перестала смотреть на меня так, будто у меня выросла вторая голова, она молча откинулась на подушки. Ей нужно было время, чтобы переварить информацию, которую я ей сообщил. Спустя несколько минут она заговорила.

— То, что ты предлагаешь, — это безумие, — сказала Рита, разглядывая темный балдахин над нашей кроватью. — Наемники и искатели сокровищ обычно не возвращаются из Руин. Там на каждом шагу подстерегают все виды опасностей, какие нам только известны: проклятия, призраки, монстры, с которыми не справятся и десять человек. Десять! Макс, а ты предлагаешь пойти туда вдвоём⁈

— Откуда ты так много знаешь об этих Руинах? — Я бы не удивился, если оказалось, что моя кошка уже успела сунуть туда нос за то недолгое время, что находится на острове. — Разве ты сама не приехала сюда недавно?

— Да, — ответила Рита с пожатием плечами, как будто это было очевидно, и я должен был сам догадаться. — Но торговцы заставили меня изучить кое-что из истории острова Сканно, прежде чем продали Дуэйну. Они хотели, чтобы я произвела хорошее впечатление на своего будущего мужа, чтобы он меня им не вернул. Очевидно, я не так хорошо образованна, как жены из местной аристократии, но я знаю достаточно, чтобы оправдать каждую монету, которую за меня заплатил жадный до денег Дуэйн.

— Что ж, ты определённо произвела на меня впечатление. И я благодарен за то, что ты у меня есть. — Я игриво подмигнул жене, и она покрылась румянцем.

— Ну спасибо, — отвернулась Рита, пряча смущенную улыбку.

— Конечно, Бруно предупреждал, что Руины — не самое дружелюбное и безопасное место, но у нас нет выхода. Время в нашем случае — роскошь. Мы не можем позволить себе ждать, когда на полях вырастет новый урожай или пчелы соберут пыльцу и сделают мед, мы даже купить их сейчас не можем, если на то пошло, — я приподнялся на локте, чтобы заглянуть Рите в глаза.

— Ашер Бернс не похож на того, кто проглотит и забудет обиду.

— Так никто не поступает, — Рита покачала головой. Затем она приятно удивила меня, оттолкнув и оказавшись сверху. — Тем более если ты Ашер высокого ранга. Обычным людям нечего терять, они могут рискнуть всем ради богатства и славы, но даже они не решаются на это из-за страха. У тебя есть статус, есть ответственность за Грэга, Бруно, Олли и за меня. На кону стоит слишком многое, ты нам нужен. Этот риск не стоит твоей жизни.

— Я уже понял, что это будет не просто, — Рита пристально смотрела на меня сверху вниз. Каким бы серьезным не был наш разговор, я не мог сдержать улыбки, когда сексуальная кошечка была так близко. — Если мне это даст преимущество перед Бёрнсом, то я готов рискнуть.

— Никак не могу понять, это слабоумие или отвага? — В свете занимающейся зари ее глаза сверкнули, как два ярких сапфира.

— Я хочу вырваться из долговой ямы и восстановить поместье. Лучше яркая жизнь сокола, чем прожить долгую жизнь, словно презренный гриф, питаясь одной лишь тухлой мертвечиной. — Уши риты встали торчком, а хвост нервно дергался, метаясь из стороны в сторону. Я видел, как меняется выражение лица. Пауза затягивалась, но наконец Рита решилась.

— Я думаю, мы можем попробовать. Твоя способность управлять временем сыграет нам на руку, — поняв, что переубедить меня не получится, супруга начала соображать, как все устроить и какие выгоды можно извлечь из моей самоубийственной затеи. — По крайней мере, мы уедем туда всего на несколько дней, на разведку.

— Да, это точно не будет лишним, — я провел рукой по ее пепельным волосам. — После того, как я вырубил Бёрнса, то просто ушел оставив его там, в Храме Солнца. Наверняка в следующий раз, когда мы столкнемся лицом к лицу с этим ублюдком, он не будет прикрываться приличиями или законами Дуэлянтов, а сразу ринется в бой.

— Думаю так оно и будет! К следующей встрече ты должен быть во всеоружии, — согласилась Рита и, поерзав, поудобнее на мне устроилась.

— Как раз проведем время вместе, у нас ведь не было медового месяца, — пошутил я, поглаживая ее по спине. — Это будет веселое путешествие.

— Что такое медовый месяц? — устало пробормотала моя супруга.

— Это такой отпуск, который устраивают молодожены, чтобы побыть наедине друг с другом, прежде чем их захлестнет рутина совместной жизни, — объяснял ей, а Рита уже во всю сопела у меня на груди. — У нас будет такой же, только придется добавить в него боевые тренировки и монстров из Руин.

— Мммм, отличная идея, мне нравится, — сонно пробормотала моя жена.

— Что именно нравится, монстры? — поддразнил я ее, чувствуя, как мои глаза слипаются.

— Нет, — хихикнула она в ответ, слегка ударив кулаком по плечу. — Ну та часть, про совместную жизнь. С тобой…

С этими словами Рита погрузилась в сон. Я накинул на нас одеяло, поцеловал девушку в макушку и аккуратно обнял, словно она была хрупкой фарфоровой статуэткой.

Рита была необычной и многогранной девушкой. Я прокручивал в голове ее последние слова и сам не заметил, как отключился.

Яркие вспышки звука и цвета проносились в моем сознании слишком быстро, чтобы я мог их различить. Но некоторые картинки были четкими и реалистичными: мы с Бруно и Олли стояли у дома и смотрели на бескрайние зеленые пастбища, где паслись поросята и коровы. Конюшни были заполнены ездовыми гусеницами и тараканами.

В некоторых видениях присутствовал Грэг. Иногда он был таким, каким я его помню, иногда — повзрослевшим, с длинными волосами и улыбкой до ушей. Он смеялся, сидя на спине Цветочка, и дрожал, когда лежал на полу конюшни, а над ним нависал Ашер Уолтер.

Бруно и Олли в некоторых снах тоже стали старше, а другие незнакомые фигуры то появлялись, то исчезали в вихре образов, которые не имели никакого смысла и никак не были связаны друг с другом.

Но среди них всегда была одна постоянная точка: Рита.

Она чаще всего всплывала в моем сонном сознании и была прекрасна в любом из жизненных этапов: она нравилась мне и молодой красоткой, и взрослой женщиной. Именно за эти образы я и пытался зацепиться, но по мере того, как я всплывал на поверхность действительности, мне все сложнее было их уловить. Они уплывали от меня, как проворные серебристые рыбки.

— Господин, — прошептал кто-то рядом со мной, и я резко проснулся. На пару секунд меня охватила паника, пока не понял, кто меня будет. — Не пугайтесь, это всего лишь я.

— Бруно, перепугал. — Нужно повесить на дверь какой-нибудь колокольчик и запретить ему приближаться к нашей постели, когда мы спим. — пролетела в голове дельная мысль. Я оглянулся через плечо — к счастью, Рита была укрыта одеялом и свернулась калачиком у меня за спиной. Я снова повернулся к управляющему и попытался рассмотреть его лицо сквозь свет фонаря, который он держал надо мной.

— Что случилось? — сон как рукой сняло, но разлепить веки все еще не получалось, они постоянно слипались.

— Извините, что беспокою вас так рано, господин, но мне нужно, чтобы вы помогли с одним делом, — Бруно был серьезен, его пушистые серые уши тревожно подергивались.

— Ладно, сейчас, — я выдохнул, прогоняя остатки сонливости. — Дай мне минутку.

— Господин, я подожду вас внизу, в холле, — ответил медвежонок и вышел из комнаты так тихо, как только мог.

Я осторожно, выбрался из объятий Риты и аккуратно перекатился на край постели, чтобы не потревожить ее сон.

Она что-то пробормотала, перевернулась на другой бок и сгребла на себя все одеяла. С тихим смешком я дошел до окон, чтобы плотнее задернуть шторы — утренний свет уже пробивался в нашу комнату.

Я быстро подошёл к шкафу и достал свежевыстиранные чёрные штаны, рубаху и широкий кожаный пояс, который надевали на себя местные жители. Чистая одежда регулярно появлялась здесь каждое утро.

Осмотрев полки, я с радостью заметил, что Рита уже разложила здесь свои вещи. Вид её крошечных ботинок рядом с моими сапогами вызвал у меня улыбку.

Надев сапоги, я оставил спящую жену и направился вниз, туда, где меня уже ждал Бруно.

Когда я спустился в холл, то увидел управляющего, он с озабоченным видом метался по комнате.

— Что происходит, Бруно? — спросил чувствуя, как его нервозность передаётся и мне. Он открыл входную дверь и жестом пригласил следовать за ним.

— Лорд Байрон Рамзи прислал вам благодарность в виде четырёх повозок с дарами, двух батраков и восьми мешочков с очищающими камнями за спасение его дочери, — отчеканил мой секретарь. Мой сонный мозг ещё слабо соображал, и я снова вспомнил, как скучаю по чёрному кофе.

— Бруно, притормози немного, я за тобой не успеваю, — попросил я его и помог открыть дверь, с которой он безуспешно боролся. Нужно будет смазать петли. — Ты сказал три повозки?

— Четыре, — поправил он меня. Сказать, что я был удивлён — ничего не сказать. Не то чтобы я сомневался в великодушии местного повелителя, но такой щедрости не ожидал.

— И чем они наполнены?

— Я думал, это вы мне расскажете, господин Макс, — недовольно сказал управляющий.

Я пожал плечами и последовал за ним вниз по холму, где на дорожке перед воротами поместья стояли четыре доверху нагружённых повозки.

Перед каждой из них стояло по паре невзрачных мужчин, одетых в уже знакомые дворцовые чёрные с серебром рубахи. Ближайший ко мне слуга вышел вперёд и низко поклонился в пояс.

— Лорд Ашер Байрон Рамзи с острова Сканно с огромной благодарностью преподносит вам эти дары за спасение любимой дочери, — торжественно произнес слуга, протягивая мне свиток. Развернув его, я понял, что это своего рода ведомость, в которой перечислены все дары. — Можем ли мы разгрузить повозки в сарае? Ваши новые работники начали трудиться с первыми лучами солнца, и я полагаю, они уже завершили ремонт.

Я привстал на цыпочки и прищурился, пытаясь разглядеть сарай, но он находился слишком далеко.

— Ммм, да… выгружайте всё в сарай, — произнес и расправил плечи.

— Как прикажете, Ашер, — мужчина снова поклонился. Затем он свистнул, сунув два пальца в рот и забрался на козлы. Остальные сопровождающие последовали его примеру. — Мы быстро разгрузимся, чтобы не создавать вам дополнительных неудобств.

Не говоря больше ни слова, они медленно покатились в сторону сараев.

— Господин, позвольте спросить? — нарушил тишину Бруно.

— В чем дело?

— Вы сказали, что все, что мы получим — это несколько батраков, Грэг и Цветочек, — сказал Бруно.

— Я, честно говоря, так и думал. Повелитель не говорил ни о чем другом, — ответил ему, потирая затылок.

— Какую дочь вы спасли? — Бруно, подозрительно прищурившись.

— Ее зовут Мира, — сказал я, нахмурившись. — Почему ты спрашиваешь? Разве не все дети одинаково дороги?

Теперь настала очередь Бруно удивляться, его белые густые брови поползли вверх.

— Она выглядела так, словно была с острова Венген? — спросил он.

— Я не знаю, что это значит, — недовольно проворчал ему в ответ, ощущая, как мой желудок урчит от голода. Я даже на вскидку не мог сказать, когда ел в последний раз. Возможно, именно голод делал меня таким раздражительным.

— Прошу прощения господин, что забыл о том, что вы не в курсе здешних реалий, — с легкой успешкой произнес Бруно. Он снял монокль, протер его рукавом рубашки и вернул на законное место. — Если я все правильно понял, ребенок, о котором идет речь, является дочерью Байрона Рамзи и его первой жены, Несси с Восточного Венгена.

— Да, ты прав, мать Миры зовут Несси, — я вспомнил наше краткое знакомство. — А я думала, что его первая жена — та женщина с зелеными перьями, Фиби. Ну та, которая всегда рядом с ним, куда бы он ни пошел.

— О, да, Фиби — его вторая жена и сканнийка благородного происхождения, но я не буду утомлять вас местными родословными и генеалогией, — ответил Бруно, словно для него это ничего не значит. Однако я все равно обратил внимание, что ему приятно рассказывать о местных родах и истории. Запомню.

— Но кто тогда эта женщина, Несси, его первая жена? — я попытался понять, почему союз с ней так важен.

— Ее семья обладает большим влиянием на Восточном Венгене, поэтому, естественно, наличие наследников очень важно, — Бруно посвящал меня в тонкости местной политики и семейных связей. — У Байрона Рамзи много жен и наложниц, и, следовательно, много детей. Однако Мира не просто одна из многих, она — единственная наследница от союза с его первой женой. По сути, вы обеспечили сохранение влияния лорда Рамзи на Восточном Венгене.

— Звучит серьёзно, почему ты не сказал мне об этом раньше? — вздохнул, проводя рукой по волосам.

Бруно запрокинул голову и рассмеялся, схватившись за бока.

— О, господин, вы так сильно напоминаете мне одного моего хорошего друга, — сказал он, с трудом успокоившись и смахивая слезу. Он протянул руку к свитку. — Господин, могу я это забрать? Думаю, что могу с остальным справиться сам. Теперь, когда дворцовые слуги получили от Вас разрешение, им будет достаточно и моего присутствия для контроля выгрузки. Уверен, что вы хотели бы… еще немного поспать или поесть.

— Бруно, спасибо тебе, ты отличный управляющи! — я похлопал его по плечу. — Кстати, ты не знаешь, Олли уже приготовил что-нибудь на завтрак?

У меня снова заурчало в животе, а Бруно широко улыбнулся.

— По-моему, он приготовил немного каши.

— Овсянка? — разочарованно спросил я. Ненавижу овсянку, и, думаю, по тому, как скривилось мое лицо это было заметно.

— Я знаю, о чем вы подумали, и скажу только, что вы будете приятно удивлены. — Глаза Бруно блеснули, и уголки его губ дернулись вверх, как будто он пытался сдержать улыбку. — Я обещаю.

— Ну что ж, — я шутливо отсалютовал ему. — Тогда, пожалуй, пойду и попробую эту волшебную кашу.

— Я попрошу слуг передать вашу благодарность и почтение лорду Рамзи.

— Спасибо! — Бросил уже на ходу. Есть хотелось так сильно, что я уже был согласен даже на кашу. Тем более Бруно обещал, что это будет вкусно. После шикарного рагу от Олли у меня не было ни одной причины ему не доверять. Да и голод не тётка.

Я смотрел на голубоватый рассвет и пытался понять, который сейчас час. Судя по тому, что солнце высоко еще не поднялось, было достаточно рано, так что у меня в запасе приличное количество времени. Ускорился и в считанные минуты добежал до кухни, где хозяйничал Олли.

— Дооооброе уууутро, — сказал он, когда я вошел и впустил в помещение прохладный утренний воздух.

— Привет, Олли! — поприветствовал повара, присаживаясь за деревянный стол. С тех пор как я перестал заботиться о своём питании, каждый приём пищи стал для меня настоящей радостью. — Бруно сказала, что я обязательно должен попробовать твою кашу.

Покорная улыбка Олли стала шире, его щеки залил румянец, а кончики светло-коричневых ушей затрепетали. Он ничего не сказал, просто положил в тарелку немного каши, которая на первый взгляд напоминала обычную овсянку.

— Олли, я так голоден, что готов съесть слона! — скептически заметил я, глядя на детскую порцию. — Можно мне ещё столько же?

Он хитро улыбнулся, но всё же сделал так, как я просил.

— Спасибо, дружище! — я поднёс большую ложку ко рту. Ещё до того, как я попробовал горячую кашу, я ожидал, что почувствую сладкий, фруктовый вкус. Но мои рецепторы были в восторге, когда по ним ударила волна пикантной пряности.

Несмотря на неприглядный внешний вид, вкус каши оказался насыщенным и многослойным, чем-то похожим на кавказкие приправы. А круглые шарики, которые лежали кучкой на краю тарелки оказались кусочками обжаренного сыра.

Еда была настолько острой, что на лбу у меня выступили капли пота. Нет, это не кавказские травы, а индийское пекло. Чувство насыщения пришло почти сразу. Теперь понятно, почему он так загадочно улыбался, когда я просил добавки. Жгучий перец проникал в нос, из глаз непроизвольно текли слёзы, пульс колотился так сильно, что каждый удар отчётливо ощущался в сонной артерии, но я всё равно продолжал есть. Это было невероятно вкусно.

В какой-то момент я почувствовал, что больше не могу, и отодвинул тарелку.

— Олли, — я закашлялся, как только открыл рот, при каждом вдохе специи обжигали горло. Я потянулся за глиняным кувшином и сделал несколько глотков прямо из него. — Я обожаю острое, но тебе удалось меня удивить.

— Сееейный рецеепт, — протянул он, качнув лохматой головой.

— Спасибо за завтрак! — я снова приложился к кувшину с водой. Вытер горящие губы тыльной стороной ладони, зевнул так, что челюсть хрустнула, и на меня навалилась непонятно откуда взявшаяся усталость. Я встал и покачнулся. — Воу.

— Сидите, — мягко сжав моё плечо, Олли усадил меня обратно на скамейку, пока я не рухнул на пол.

— Почему я так хочу спать? — невнятно спросил у него, мои веки опустились, а голова оказалась на сложенных на столе предплечьях, как будто её к ним примагнитило. Что за чертовщина⁈… И тут я провалился во тьму.

Спустя мгновение я уже стоял на ногах, ощущая как разум резко прояснился, а сердце наполнилось дикой энергией и уверенностью.

— Чёрт возьми! Олли, что это было? — воскликнул, не в силах сдержать нарастающее напряжение. Энергия переполняла меня, а настроение, и моё и без того отличное настроение стало еще лучше. Наклонившись, я с хищным интересом уставился на тарелку с остатками завтрака. — Что ты подмешал в эту кашу?

— Секретный ингредиент, — с улыбкой ответил Олли, отворачиваясь и продолжая заниматься своими делами. Было очевидно, что он не собирается раскрывать мне свою тайну.

— Хорошо, не хочешь — не говори, — я решил не настаивать, встал и отнес грязную тарелку в раковину.

— Спасибо, Олли, — сказал ему, буквально вылетая из кухни, переполняемый зарядом энергии. Мои мысли уже были заняты вторым пунктом моего плана. Я двинулся к своей сексуальной и страстной кошкодевушке, которая, надеюсь, всё ещё спала в моей постели.

Когда я вернулся в спальню, шторы были задёрнуты, что не могло не радовать. В комнате царила тишина. Я снял одежду, аккуратно сложил её на банкетку у кровати и осторожно сдвинул край балдахина.

Рита лежала на сбитой постели, словно принцесса, достойная кисти лучшего художника. Если бы кто-то нарисовал её спящей и повесил картину в музее, к ней бы выстраивались очереди.

Она лежала на спине, завернутая в простыню, раскинув руки. Её волосы разметались по подушкам, а простынь сбилась, открывая манящую ножку. На груди она держалась лишь на честном слове — достаточно было чуть потянуть ткань, чтобы увидеть её розовые соски. Лицо было повёрнуто ко мне, и я волновался, что она проснётся от шороха или ощутив дуновение прохладного ветерка, который я принёс с собой, но этого не произошло.

Аккуратно забрался на кровать и устроился рядом с Ритой. Мне не хотелось будить её, и я просто лежал, наслаждаясь тем, как трепещут её ресницы во сне, как приоткрываются губы и на каждом выдохе из них вырываются легкое мурчание, легка различимое, но всё же…

Рита лежала передо мной, её красота была столь ослепительной, что я не мог устоять. Протянув руку, я нежно коснулся её щеки, а затем провел большим пальцем по её пухлым губам.

Рита тихо мурлыкнула, почувствовав моё присутствие, и потянулась, не открывая глаз. Я начал мягко водить кончиками пальцев по её ключицам, а затем легонько щекотать шею. Медленно опустив простыню, я добрался до её живота. При каждом её вздохе её грудь поднималась и опускалась, создавая гипнотическое зрелище.

Накинув на неё одеяло, я нырнул под него и начал прокладывать дорожку из поцелуев вверх по её внутренней стороне бедра.

— Маааакс, — простонала Рита, мои шалости окончательно разбудили её. Судорожно дыша сквозь стиснутые зубы, она вцепилась пальцами в мои волосы, когда я уткнулся носом в низ её живота и начал покрывать поцелуями лобок.

— Что ты… дааа! — её вскрик, словно взрыв, воспламенил мою кровь. Я был так возбуждён, что если бы сейчас вошёл в её горячую киску, то мгновенно кончил, едва погрузившись в неё. Поэтому решил сначала проверить, как быстро смогу довести Риту до оргазма одним лишь языком.

Она стонала, сжимая руками грудь. Я целовал, ласкал, вылизывал, нежно посасывал клитор, пока Рита не задрожала и не сжала бёдрами мою голову. Это произошло очень быстро.

— Какая ты у меня горячая, — сказал я, поднимаясь на руках и оказываясь рядом с её лицом.

— Ты тоже, — ответила Рита, обняв меня и поцеловав в губы.

— Я погрузился в изгиб её шеи и оставил несколько влажных поцелуев на разгорячённой сном и оргазмом коже.

— Черт, Макс, ты просто огонь, — Рита отстранилась, обхватила моё лицо ладонями и принялась внимательно изучать, не скрывая беспокойства. Но я не позволил ей продолжать в том же духе, жадно впился в её губы поцелуем, от которого её голова пошла кругом. Мы оба прекрасно понимали, что игры в медсестру и пациента могут подождать до тех пор, когда обычный секс перестанет быть интересным. Хотя я с трудом мог представить, что такое вообще возможно с этой горячей и страстной кошечкой.

Когда мы отлипли друг от друга, пытаясь восстановить дыхание, я не мог оторвать от неё глаз. Её зрачки были расширены от возбуждения, дыхание было учащённым, а губы распухли от поцелуев.

— Макс, пожалуйста, — произнесла она хрипло. — Возьми меня.

Как я мог отказать своей красотке?

Кровать скрипела под нами, а моя спина была покрыта царапинами — это Рита впивалась в неё своими коготками, испытывая удовольствие во время оргазмов.

— Она просила передышки, но я продолжал двигаться в ней, ускоряя темп.

— Давай ещё разок, — шептал я, впиваясь в её ключицу, ведь уже и сам был близок к кульминаци, а волна жара уже медленно поднималась вверх.

— Да, дааааа! — стонала Рита, выгибаясь дугой. Она не успела отойти от предыдущего оргазма, как её тут же настиг третий. — Глубже, ещё глубже, ну, кончи в меня!

В этот момент мощный оргазм накрыл нас, словно цунами. Мы достигли вершины одновременно, и осознание этого лишь усилило наше удовольствие. Мы лежали в объятьях друг друга, а мой член всё ещё находился внутри её киски. Её ритмичные сокращения выжимали из меня последние соки, ни оставляя ни капли. В глазах потемнело, голова кружилась, но это была приятная слабость. Отдышусь — и всё пройдёт.

Мы лежали, обнявшись, пока дыхание и пульс возвращались к норме. Я крепко прижимал Риту к себе, чувствуя, как её руки нежно скользят по моей поврежденной спине.

— Ну что, муж мой, как ты себя чувствуешь? — спросила Рита спустя некоторое время, поднимая голову с моей груди.

— Это всё этот чертов Олли со своей странной кашей, — шутливо ответил я, стараясь скрыть за улыбкой своё напряжение. — После неё меня с начала разморило, потом взбодрило и я подумал о том, что ты тут одна, наверху, и, наверное, уже замерзла без меня. И я поспешил к тебе.

— Сейчас мне, конечно, не холодно, — с серьезным видом сказала Рита. Однако её распухшие от поцелуев губы быстро изогнулись в улыбке, а я не смог сдержать ответной ухмылки.

— Правда? — подшутил над ней. Рита перевернулась, слегка толкнув меня в плечо и бедро, и в мгновение ока оказалась сверху.

— Именно так, — она склонила голову набок и, проведя пальцами узоры на моей груди, продолжила: — На самом деле, мне стало так жарко, что очень хочется принять прохладный душ.

Она медленно скользнула вниз по моему телу, и, приоткрыв горячие губы, начала оставлять дорожку поцелуев по всей длине моего члена. С каждым прикосновением её языка он становился всё твёрже. Обведя головку языком, она взяла её в рот и втянула щеки, создавая ощущение невероятной глубины и тепла. От этих манипуляций член снова наливался кровью, но продолжать эта шалунья не собиралась.

Выпутавшись из моей хватки, а я уже успел запустить пальцы в её волосы, она села рядом, подогнув под себя ноги. Её дыхание было учащённым, а глаза горели желанием. Я притянул её к себе, чувствуя дрожь её тела, и жарко поцеловал. Нас обоих охватило чувство нарастающего напряжения.

Она нежно взяла мой член в руки и начала исследовать его пальцами, чувствуя каждую его вену и их изгиб. Я не мог сдержать стон удовольствия, когда её прикосновения становились всё смелее. Её губы вновь сомкнулись вокруг него, и я почувствовал, как мир вокруг меня начал исчезать, оставляя место только для этого момента. Ладно, прощаю эту хитрую девочку. Это было приятно.

— Когда член полностью встал и был крепок, как никогда она приостановила ласки. — Не хочешь присоединиться ко мне? — промурлыкала Рита.

— Да, — ответил ей. Я давно уже потерял нить разговора и не мог вспомнить, что она предлагала, но в эту секунду я был согласен уже на всё.

Я попытался затащить её на себя, но она вывернулась, отползла на край кровати и скрылась за балдахином с обратной стороны.

— Догоняй, — поддразнила она меня.

Я несколько секунд лежал, пытаясь осознать, что только что произошло, а затем резко вскочил и бросился за ней в погоню. Меня охватил первобытный азарт охотника, что я хотел во что бы то не стало поймать свою дичь и выебать по полной программе.

Мы так и не добежали до ванной — я настиг её у шкафа и, прижав к нему, набросился на неё. Её извивания и стоны лишь усиливали моё необузданное желание.

Наши ноги дрожали, и чтобы не рухнуть на пол, я опустился на него, посадив Риту сверху. Она двигалась на мне медленно, выписывая бёдрами круги, а её руки сжимали пышную грудь. Я мог смотреть на это бесконечно, но мне хотелось большего.

— Держись крепче, — предупредил её, поддерживая за бёдра, и начал вколачиваться в неё снизу.

— Да! Да! Да! Макс, ещё! — она откинулась назад, чтобы изменить угол проникновения, и мы были уже на грани.

— Чёрт! — прохрипел, чувствуя, как мне хочется глубже, теснее, жестче. Я уложил её на спину и закинул ноги себе на плечи, и взял всё под свой контроль.

— О, даааа! — простанала Рита, когда я снова погрузился в её обжигающую киску.

— Давай, Макс. Я хочу почувствовать, как ты снова наполняешь меня!

Я двигался с бешеной скоростью и энергией. От наслаждения и усталости уже почти потерял контроль над телом, но продолжал двигать бёдрами, вбивая член даже после сильнейшей кульминации, продлевая удовольствие, как можно дольше.

Обессиленный, рухнул на Риту, тяжело дыша. На мгновение мелькнула мысль, что я могу раздавить её своим весом, но мои опасения оказались напрасными — она крепко прижималась ко мне, обнимая руками и ногами. Ну да, что мой вес для тренированного война.

Я не знал, как мы доберёмся до душа, но решил не торопиться и сначала прийти в себя. Мы никуда не спешили, наслаждаясь моментом.

Наконец, решили отправиться в ванную. Вернувшись в комнату, я подошёл к кровати, сдёрнул одеяло, укутал в него Риту и усадил её на мягкий диванчик у окна, окружённый подушками. Она выглядела такой уязвимой и беззащитной в этом коконе из ткани.

— Давай я приготовлю тебе ванну, — предложил ей, уже делая шаг в сторону, но она резко подалась вперёд и схватила меня за запястье. Я опустился на диван, а она откинула край одеяла, приглашая меня к ней присоединиться.

Макс, — ты моё будущее. — Её голос дрожал, словно она боялась, что я исчезну. — Я впервые с тобой позволила себе надеяться на что-то хорошее. Ты говорил о новой жизни, которая нас ждёт. Расскажи мне об этой медовой луне. Я хочу знать всё до того, как мы отправимся в это путешествие.

— Медовый месяц? — я улыбнулся, радуясь её попытками говорить на моём языке.

— Да, медовый месяц, — она повторила это слово, словно пробовала его на вкус. — Это ваш традиционный обычай?

— Что-то вроде того, — я усмехнулся. — Когда люди женятся, они на некоторое время уезжают из города, посещают экзотические места, проводят много времени вдвоём, занимаются сексом, изучают тела друг друга и радуются жизни.

— Тогда, полагаю, наш медовый месяц идёт по всем правилам, — она смотрела на меня с серьёзным выражением лица, словно верила в каждое моё слово.

— На самом деле никаких чётких правил нет, — я попытался успокоить супругу, но она лишь нахмурилась.

— Я просто хочу, чтобы ты чувствовал, что в этом мире есть что-то, за что можно держаться, — она мягко обхватила мой затылок и прижалась лбом к моему виску. — Я не хочу, чтобы, находясь здесь, ты чувствовал, что не зря отказался от всего, что было в твоей прошлой жизни.

— Знаешь, там осталась низкооплачиваемая работа, хреновая скучная жизнь, где моим единственным другом был парень, с которым я тренировался в спортзале по пятницам, — я поймал её подбородок и приподнял голову, чтобы заглянуть в глаза. — Поверь мне, попав сюда, я приобрёл гораздо больше, чем потерял.

Кажется, мои слова попали точно в цель. Грозовые тучи в её глазах рассеялись, и она снова посмотрела на меня своими прекрасными, ясными глазами, улыбаясь.

— Думаю, теперь я готова принять ванну, — она игриво провела коготками по моему затылку, а по моей коже побежали мурашки.

На этот раз мы ограничились простым мытьём. После ванны, мы оделись и вышли из комнаты, чтобы проверить, как дела у Бруно и, если потребуется, оказать ему помощь.

— Доброе утро! — управляющий улыбнулся и пристально нас осмотрел, когда мы вошли в сарай. — Или, скорее, полдень.

— Как у вас здесь дела, справляетесь? — я рассматривал ящики и свертки, которые они с Олли пересчитывали, сверяли со списком и переставляли с места на место.

— Все прекрасно! — воодушевленно посвящал нас Бруно в процесс разбора подарков. — Мы все сверили и рассортировали. Лорд Байрон очень щедр. Здесь есть семена, инструменты, деликатесы, одежда — и выходная, и рабочая, очень много одежды.

— Это действительно прекрасно! — я прошёлся по кругу рассматривая привезенные вещи.

— Действительно, — многозначительно подмигнул Бруно. Он подошел к маленькой коробке и вытащил оттуда крошечный холщовый мешочек. — Рита, я думаю, это может тебе понравиться.

Она навострила уши и протянула руку. Бруно что-то вытряс ей на ладонь из этого мешочка. Подойдя поближе, я увидел небольшой, блестящий, фиолетовый шарик. Лицо Риты преобразило изумление.

— Виноградная конфета? — она с благоговением разглядывала сладость, похожую на обычную жвачку, на первый взгляд ничего примечательного в ней не было.

Мне нравилось наблюдать за каждым ее движением. Сначала она лизнула конфету, наверное, чтобы убедиться в том, что это действительно она. А потом у меня самого потекли слюни, потому что она приоткрыла губы и положила на язык конфетку, закатив глаза от удовольствия. — Вот ведь чертовка!

— Ну как тебе, моя дорогая? — снисходительно и тепло улыбнулся Бруно. Он напоминал дедушку сторожа из детдома, у которого в карманах всегда лежали конфеты, которыми он угощал мелких.

Рита перекатила конфетку языком от одной щеки к другой и ответила.

— Потрясающе вкусно.

— Хорошо, вот, держи. — Бруно отдал ей мешочек с конфетами.

— Попробуй, — предложила Рита и поднесла одну к моим губам.

Я забрал конфету и закинул себе в рот и сразу закашлялся, потому что по рецепторам ударил очень кислый вкус, словно ложку лимонной кислоты в рот засунул.

— Ох, черт, фу! — я чуть не выплюнул эту гадость, но все-таки удержал во рту, хотелось понять, чем она так нравится моей жене.

— Подожди несколько секунд, — сказала она, будто это было так просто. У меня язык горел так, словно я лизнул забор под напряжением.

— Оу, — через некоторое время насыщенный кислый вкус и правда сменился приятной сладостью. Эти конфеты напоминали шипучки. Конфета была виноградная, я с хрустом раскусил крепкую оболочку, чтобы поскорее узнать, есть ли в ней что-то еще.

Как и все на Ашене, даже конфеты были необычными. Под карамелью было спрятано что-то жидкое и явно шоколадное. Вкусно.

— Я же говорила, — деловито сказала Рита, взмахнув хвостом.

— господин Бруно, Ной и Мило просили сообщить вам, что они закончили западную ограду… О, здравствуйте господин! — Грэг махнул рукой, заметив меня…

— Привет, Грэг, — поздоровался я и взял у Рита еще одну конфету. — Как ты устроился?

— Отлично! — парень улыбнулся во весь рот и покачнулся на пятках. — У меня самая большая комната в крыле для прислуги, окна выходят на пастбища, и у меня есть целых два одеяла! И настоящая кровать!

— Это отлично, приятель, — я бросил ему конфету.

— О, спасибо, господин! — парень шокировано уставился на сладость, которую поймал на автомате, просто потому, что она в него летела. Он смотрел на нее, как на огромный бриллиант, а потом сунул в карман. Меня удивляло то, как местные реагируют на элементарные и привычные мне вещи. Поэтому я мысленно сделал себе пометку: позаботиться о том, чтобы у всех текущих и будущих жителей моего поместья всегда была в свободном доступе вкусная еда и мягкая постель. Раз для Грэга это большая удача, то создав для работников хорошие, комфортные условия для проживания и работы, люди будут дорожить работой на меня и возможностью служить мне.

— Грэг, — вмешался Бруно. — Скажи Ною и Мило, что если они закончили с пастбищем, то могут приступить к заборам на восточных полях. Олли встретит их там с запасом дров.

— Да, господин Бруно! — махнул рукой парень и выбежал из сарая.

— Кто такие Ной и Мило? — Рита меня опередила, задав вопрос управляющему.

— Это работники, которых лорд Рамзи прислал помогать нам по хозяйству, госпожа, вы познакомитесь с ними немного позже, — ответил Бруно, засовывая большие пальцы рук за пояс своих штанов. — Итак, что я могу сделать для вас?

— Мы подумываем о поездке… — начал я как можно мягче и приобнял Риту за плечи.

— О? — нахмурился управляющий. — Но у нас так много работы в поместье, вы уверены, что сейчас подходящее время, господин?

— Бруно, нам с Максом нужна карта Руин, — решительно отрезала Рита.

Его губы беззвучно шевельнулись, рот приоткрылся, он стоял и в растерянности смотрел то на меня, то на Риту.

— Зачем? — наконец спросил он.

— Мы хотим найти золото. Обычный заработок нам не подходит, деньги были нужны ещё вчера.

Мои пояснения не помогли, управляющий выглядел все таким же встревоженным. И ему явно не нравилась наша идея.

— Что ж господин, я полагаю, нам нужно пройти в мой кабинет, все карты лежат там, — ответил Бруно, несмотря на свое недовольство. Видимо, в его голову было крепко вбито правило: никогда не спорить с хозяином.

Мы с Ритой пошли за ним в дом. Он проводил нас в маленькую тесную комнатушку, которая наверняка была раньше кладовкой для метел и швабр. Все книги и бумаги, которые ему удалось сохранить, громоздились стопками от пола до самого потолка. На простеньком письменном столе стояла чернильница и несколько свечей, которые сгорели почти полностью и стали похожи на лужицы воска. Рядом со столом стоял обычный стул с подложенным на сиденье фолиантом. Судя по пыльному тюфяку у стены, Бруно здесь не только работает, но и спит. Вот черт, мне стало немного стыдно. Мой лучший работник, управляющий, живет в какой-то каморке, пока я отдыхаю на мягких перинах на огромной кровати с балдахином. Когда вернемся, нужно будет серьёзно заняться этим вопросом. Это не дело.

Мы ждали в дверном проеме, пока Бруно суетливо кружился по комнате и рылся в стопках бумаг и ящиках письменного стола.

— Ага! — он вытащил пожелтевший свиток из медной вазы. — Думаю, это то, что вам нужно.

Мы все сгрудились вокруг крошечного письменного стола, Бруно взобрался на стул и развернул свиток. Он снял свой монокль и, используя его как увеличительное стекло, навис над картой. Мы увидели крошечный рисунок, похожий на крепость.

— Мы здесь, в долине Рамзи, а руины вот здесь, — он водил пальцами над картой, я внимательно следил за тем, как его монокль перемещается на север, увеличивая темную и зловещую гряду утесов, начинающуюся за стенами городской крепости. — Дорога туда и обратно займет у вас четыре дня. Вы же пойдете пешком?

— Да, Цветочка будет видно с земли, и он хорошо узнаваем. А нам хотелось бы, чтобы никто не знал о нашей вылазке. — подтвердила его предположение Рита.

— Хорошо, я попрошу Грэга собрать пару дорожных рюкзаков для вас.

— Мое оружие там, где мы его спрятали? — спросила Рита.

— Да, госпожа, я бы не сделал такой глупости, как Ашер Дуэйн, — усмехнулся Бруно и похлопал ее по спине. — Не хотел бы я повторять его ошибок.

— Я пойду соберу вещи, которые нам могут понадобиться, — сказала супруга и вихрем вылетела из кабинета.

— Какая решительная. Кстати, Бруно, что ещё за история с её оружием?

— Госпожа Рита не очень-то обрадовалась, когда узнала, что Ашер Дуэйн продал ее вещи. Ее оружие я спрятал, но не успел сказать ей об этом, — ответил управляющий и выразительно выгнул бровь.

Представляю, какой скандал она здесь устроила. — Она перевернула вверх дном весь дом в поисках своих клинков. В том числе и мой кабинет.

— И твоя система хранения пострадала? — я окинул взглядом аккуратные стопки бумаг. Конечно, для меня они ничего не значили, но он явно знал где что искать.

— Я несколько дней ничего не мог тут найти. Так и помогай людям, — сказал он с наигранной обидой, я уже давно понял, что Рита — единственный человек, на которого он не может всерьез злиться. Бруно постучал моноклем по карте, указывая на место между крепостью и руинами. — На ночь вам лучше будет остановиться здесь. Дальше идти не стоит, раз уж сегодня вы так поздно… вышли из спальни. Отдохнете, а утром выдвинетесь дальше.

— Хорошо, взял карту у Бруно и свернул в трубку. — Хотя я не скажу, что чувствую себя уставшим.

— Ах, да, — он весело рассмеялся. — Даже не сомневаюсь, что после двух порций свадебной каши от Олли вы чувствуете себя прекрасно.

— Почему кашу называют свадебной? — спросила у него, хотя кажется уже и сам догадался…

— Это традиционное стимулирующее блюдо, популярное на родине Олли, — ответил Бруно и хитро ухмыльнулся. — Иначе как, вы думаете, у них получается делать маленьких ленивцев?

— Да, без каши этот процесс занял бы намного больше времени, — ответил ему и широко улыбнулся. — Сложно заделать потомство, если ты уснул еще до того, как приступил к делу.

Управляющий снова рассмеялся. Он заливался смехом и хлопал меня по плечу.

— Господин, вы совершенно правы, — он спрыгнул со стула, вытирая выступившие на глазах слезы. — Я прошу прощения, что не предупредил вас о последствиях, но этим поступком Олли хотел вам сказать: — 'Добро пожаловать в семью". Не сердитесь на него.

Я снова улыбнулся, а затем развернулся в сторону выхода, пряча от Бруно своё лицо. У меня не было слов, чтобы описать странное чувство, разлившее по телу тепло, когда Бруно упомянул слово семья. Может быть, именно поэтому я на самом деле не скучал по Земле. Меня там никто не ждал. А здесь, несмотря на то, что этот мир пытался убить меня на каждом шагу, у меня появился дом. И я все же умудрился, каким-то неведомым образом собрать вокруг себя разношерстную семью. И все эти люди, звероморфы или кем там они являются нуждались в моей защите. И я их не подведу.

— Еще раз спасибо, Бруно, — сказал ему уже на пороге комнаты и засунул карту за широкий пояс кожаного ремня. — Не только за карту, а за все.

— Всегда рад помочь, господин. — Я понимаю, почему вы направляетесь к руинам, хотя эта затея мне очень не нравится. Я только надеюсь, что вы и госпожа Рита будете осторожны в этом путешествии.

Я развернулся и шагнул к Бруно. Он протянул мне для пожатия свою мохнатую руку.

— Я позабочусь о ней, не волнуйся, — пообещал ему, отвечая на рукопожатие.

— Господин, позаботьтесь и о себе, возвращайтесь целым и невредимым. — проговорил Бруно. — Прошло очень много времени с тех пор, как я последний раз гордился тем, что служу хозяину этого поместья.

Меня тронуло это заявление, я смущенно кивнул, глядя ему в глаза. Но больше нельзя было тратить время на разговоры. Я вышел из комнаты и пошел к Риты, думаю смогу ей помочь со сборами.

Следующая пара часов пролетела как в тумане. Мы с Ритой перебирали вещи, оружие и готовились к нашему путешествию. Напряжение нарастало.

Я солгал бы, если бы сказал, что за моим волнением не стоит ни капли страха. В конце концов, мы собирались совершить набег на место, о котором ходят самые жуткие легенды.

Но это было настоящее приключение, как в игре или в квест-комнате, в которые я обожал ходить последнее время, когда у меня появились первые деньги.

После обеда мы собрались за сараем под лучами обжигающего солнца, а Бруно с Грэгом заканчивали последние приготовления.

— Я думаю, вам стоит срезать путь через лес вместо того, чтобы спускаться с холма по дороге, — предложил Бруно, помогая мне надеть на плечи тяжелый кожаный рюкзак. — Это сэкономит время и так вы точно не попадетесь никому на глаза.

— Слухи быстро распространяются по острову, так что будет лучше, если мы сможем передвигаться без лишнего шума, — согласилась Рита и покосилась на Грэга. Он протянул ей рюкзак, такой же, как у меня, но чуть поменьше.

— А как насчет наших новых работников? — спросил я своего управляющего.

— Они не станут болтать. Очень старательные ребята, уже починили изгороди вокруг пастбища и восточных полей. Материалы тоже прислал лорд Рамзи. Но вы познакомитесь с ними, когда вернетесь, — отчитался он и привязал маленький бархатный мешочек к моему поясу. — Там очищающие камни. Кристофер, хозяин таверны и постоялого двора «Путник», о котором я вам говорил, мой земляк. Скажите ему, что знаете меня, и он согласится принять оплату камнями.

— Отлично. Надеюсь, дома тоже все будет в порядке, — я похлопал по маленькой сумке и поправил новый дорожный плащ, чтобы спрятать самое ценное, что у нас с собой было. — Грэг, помогай Бруно и не забывай заботься о Цветочке.

— Будет сделано, Ашер Макс! — улыбнулся парень.

— У нас все будет хорошо, главное, чтобы вы берегли себя и вернулись как можно скорее, — успокоил меня Бруно.

— Будет сделано, — повторил я за Грэгом и все невесело рассмеялись. Ненавижу прощания. Махнув всем рукой напоследок, с Ритой вышли за пределы поместья. Через островки зеленого леса мы направились на север.

Большую часть двухчасового подъема в гору мы с Ритой молча шли бок о бок.

Золотые лучи солнца пробивались сквозь ветви деревьев. На первый взгляд это были обычные сосны, но когда на них падал солнечный свет, иголки переливались серебром и золотом. Они сверкали как новогодняя мишура.

Все в этом лесу завораживало: я грибы, как будто нарисованные, и насекомые, похожие на яркие бусины с прозрачными крылышками. Они разлетались во все стороны всякий раз, когда мы случайно задевали кусты.

Время от времени над кронами деревьев раздавался крик незнакомой птицы или вой, похожий на волчий. Эти звуки пробирали до самых костей. Приходилось постоянно крутить головой, чтобы убедиться, что поблизости нет никакого источника опасности.

Лес был прекрасен, как будто мы оказались на страницах волшебной сказки. Но все эти странности напоминали мне и о том, что он таит много неизвестности. Нельзя было терять бдительность ни на секунду, в любой момент могло произойти что-то непредсказуемое.

— Рита, — нарушил я тишину, когда подумал об этом.

— Что? — откликнулась супруга, поправляя лямки своего рюкзака.

— Как ты думаешь, монстры и чудовища из руин могут напасть на нас в дороге?

— О, я думаю, монстры — это наименьшая из твоих проблем, — раздался угрожающий голос из тусклой лесной чащи.

Мы с Ритой мгновенно среагировали, встав спиной к спине, чтобы держать под контролем с двух сторон нашего невидимого врага.

Мужчина в балахоне с капюшоном, скрывающем лицо, вышел из-за темных деревьев. В руках он держал лук с натянутой тетивой и наложенной стрелой.

Он целился прямо мне в голову.

Человек в капюшоне смеялся, держа наготове лук. Я почувствовал, как Рита за моей спиной напряглась, а потом увидел, как из леса вышли еще четверо мужчин. Они тоже целились в нас из луков.

Мы были окружены. И в самый неподходящий момент мне в голову пришла мысль о том, что у меня не было ни одной тренировки с тех пор, как я сражался с Бёрнсом в Храме Солнца. Парочка новых навыков пришлись бы сейчас очень кстати.

— Собрались в путешествие? — с издевкой спросил мужчина, стоявший перед нами, делая несколько шагов вперед. Он упивался тем, что численное преимущество на их стороне и не чувствовал от нас никакой угрозы.

Остальные последовали его примеру, и кольцо вокруг нас сжалось.

— Дайте нам пройти, и никто в конечном итоге не пострадает, — разговаривая с ним, как с умственно отсталым, я медленно поднял руки вверх в знак того, что пока нападать не собираюсь.

— О, я думаю, мне и моим друзьям и так ничего не угрожает, — он указал на землю наконечником стрелы. — Бросьте сюда свои вещи.

Плечи Риты дернулись, я достаточно хорошо успел изучить язык ее тела, чтобы понять, она готовится к атаке. Но я не мог ей этого позволить, рано. Нужно как-то выкрутить эту ситуацию, чтобы все козыри оказались в наших руках.

Я поймал Риту за руку, сорвав тем самым ее атаку. Она безрезультатно дернулась пару раз, но я держал крепко. Супруга в недоумении оглянулась на меня, но объяснить, что я собираюсь сделать, не было возможности, поэтому я просто сжал ее запястье, что означало «доверься мне». Надеюсь, она меня поняла.

Рита недовольно выдернула руку и отступила на пару шагов. Попыток напасть на незнакомцев она больше не делала, отступила, но сохранила свою стойку напряженной и наготове, как опытный воин, которым она и была.

Я решил попробовать взять переговоры на себя. Может, получится договориться с этими головорезами и мы выйдем из конфликта целыми и невредимыми, сохранив все наши вещи. Ну или просто запудрить мозги и резко атаковать, когда бандиты расслабятся, перестав чувствовать в нас угрозу. Нужно внимательно следить за ними, и быть готовым к любому повороту событий.

Я выпрямился, расправил плечи и пристально посмотрел на каждое лицо, затененное капюшонами. Странного Робин Гуда, который был главарем шайки, я оставил напоследок и уделил ему гораздо больше внимания, чем всем остальным.

— Мы не собираемся ничего вам отдавать, — я все еще держал руки поднятыми. Было страшно, но я старался придать своему голосу уверенности. — И если ты проявишь немного терпения и выслушаешь меня, мы все в итоге останемся в выигрыше.

Сделав вид, что чешу шею, я достал Дуэльный Камень из-под дорожного плаща. Я старался сделать это максимально незаметно и ненавязчиво, но услышал, как один парень, справа, за спиной главаря ахнул. Может, конечно, он поразился красоте бабочки, пролетевшей мимо нашей компашки, но я надеялся, что он все-таки увидел мой амулет. Атмосфера для знакомства была не то чтобы подходящей, но как-то различать их было нужно. Поэтому я для себя решил,что он будет Первым.

Главарь гнусаво рассмеялся прямо как гиена. Я был уверен, если он откинет капюшон, мы увидим бурый, пятнистый лоб с короткой щетиной. Все это время он не опускал лук и держал меня на прицеле.

— А как насчет того, что мы вас ограбим? А потом сначала трахну твою кошечку, а затем убью. И если ты будешь хорошо себя вести, обещаю, отпущу на все четыре стороны, — этот псих наслаждался своими мерзкими фантазиями.

— Ублюдок, ты очень сильно пожалеешь о своих словах, — как только речь зашла о Рите, все мои попытки играть в дипломатию отправились в мусорку. По телу разливалась чистая ярость, я снял свой рюкзак и поставил у ног жены.

Главарь бандитов снова мерзко рассмеялся, запрокинув голову.

— Эээм, хозяин? — наконец-то заговорил Первый. Робин Гуд из параллельной вселенной резко прекратил смеяться и обернулся, недовольно фыркнув. — Посмотри на камень у него на шее.

Он уставился на меня, глаза сверкали в тени темного капюшона. От его липкого взгляда по коже поползли противные мурашки.

— Это еще что такое? — он опустил лук и подошел ко мне. — То, что я считал простым ограблением на большой дороге, только что приобрело гораздо больший интерес! Как думаете,сколько эта вещица будет стоить на черном рынке?

— Ты же знаешь, что убийство Ашера противоречит обычаям нашего клана, — вмешался Второй.

— Да, но если я вызову этого сопляка на настоящую дуэль, мне больше не нужно будет следовать обычаям клана, и как обладатель третьего ранга я, наконец, смогу вернуться в высшее общество, — он подошел ко мне вплотную.

Воздух от напряжения между нами потрескивал. Краем глаза я заметил, как его подельники опустили луки и занервничали. — Вы знаете, что нарушение правил, которые касаются Ашеров, строго запрещено, — произнёс Третий. Похоже, он был самым смелым, остальные не решились противоречить своему предводителю. — Мы не будем в этом участвовать.

— Потом ты можешь делать что хочешь, но пока я состою в клане, ты будешь подчиняться моим приказам. — главарь обвел взглядом своих приспешников. — Вы все будете делать то, что я скажу.

Лучники снова направили на нас стрелы, хоть и делали это с явной неохотой. Им определенно не нравился план.

В какой-то степени я был даже рад, что вопрос встал таким образом. Дуэль между нами лучше, чем двое против пятерых. Он снова повернулся ко мне, осмотрел с ног до головы, амего взгляд жадно вцепился в камень на моей шее.

Я равнодушно опустил взгляд на камень Ашера, как будто в нем не было ничего особенного и снова перевел его на противника. Враг стоял очень близко, я мог рассмотреть его лицо, пока он пялился на меня отсутствующим взглядом и что-то судорожно обдумывал.

— Я знаю, кто ты, — сказал он, обнажив зубы в ехидном оскале. — Ты новый Ашер, о котором все только и говорят.

— Тот, который убил Дуэйна? — проснулся Четвертый. Он был в таком шоке, что даже опустил стрелу, направленную в Риту.

— Я слышал, он убил Ашера третьего ранга без оружия, — подливал масла в огонь Первый. Паника в его голосе придала мне уверенности.

В голове начал вырисовываться план. Нужно всеми возможными способами подпитывать их беспокойство, может, тогда они устроят бунт и откажутся подчиняться своему боссу. А уж с ним одним точно справлюсь.

Если моя репутация действительно была такой грозной, я потенциально мог бы рассчитывать, на страх. Стоит попробовать. Тем более, судя по тому, что этот главарь смог собрать вокруг себя только таких идиотов, он был не особо умным.

— Все верно, я победил Дуэйна всего лишь голыми руками. И тогда у меня не было даже ранга, — я дерзко ухмыльнулся. Наверное, это было лишним, но я не смог удержаться и не добавить. — И я даже не вспотел.

— О, в таком случае, победа над тобой и присвоение мне твоего статуса дуэлянта будет намного приятнее.

— Ты хочешь бросить мне вызов? — я рассмеялся. — Ты настолько в себе уверен? Бессмертным себя почувствовал?

— О, правда? — мужчина усмехнулся. — И почему же? У тебя есть особые магические способности?

— Богиня Солнца благословила его так, что ты себе и представить не можешь! — зарычала Рита.

Третий зашипел на нее и с угрозой шагнул вперед.

— Я слышал, что демон, к которому он только прикоснулся своим мечом, мгновенно превратился в пепел. — нагнетал Первый. Его голос надломился. Не знаю, в чем было дело, в переходном возрасте или в страхе, но я предпочел думать, что образ, который я сейчас рисовал бандитам, начал работать.

— Кажется, я тоже слышал что-то такое, — поддержал его Второй.

— Заткнитесь все! — заорал главарь, и его приспешники разом замолчали. — Знаете что? Хватит.

— Так ты будешь бросать мне вызов? — равнодушно спросил я и стряхнул невидимую пылинку со своего плеча, как будто дуэль с ним была для меня всего лишь небольшим неудобством. — Или лучше подождешь, пока я повернусь к тебе спиной, чтобы ты снова напал на беззащитного человека, как бесчестный трус?

— Я не трус! — закричал главарь и театральным жестом сорвал с себя капюшон. Осталось только ногами затопать и упасть на землю — и будет детская истерика в магазине игрушек. Он выглядел как обычный человек с копной ярко-рыжих волос. Они торчали во все стороны, как у типичного злодея из аниме. Такие всегда в конце серии садятся в лужу.

— Я, Итан с острова Сканно, вызываю тебя на дуэль, и чтобы доказать тебе, что я не трус и готов драться твоим любимым способом: врукопашную, — закричал бандит, обдав меня зловонным дыханием. От него разило луком. Рыжий отбросил в сторону оружие и колчан со стрелами. — Но ты можешь выбрать и что-то другое. Я жду.

— Нуу… — я чувствовал себя пауком, который заманил глупую муху в свои сети. Я слышал об обратной психологии, но не думал, что она реально работает. Еще никогда я не встречал такого идиота, который так легко подкидывается на провокации и подначки. — Раз ты так просишь, я не буду тебя расстраивать. Я выбираю рукопашный бой.

— Итан, подумай о последствиях, — сказал Второй, он все еще целился в Риту, и меня это напрягало.

— Не сейчас! — рявкнул на него главарь.

Рыжеволосый хрустнул костяшками пальцев и поднял бровь, глядя на меня, как бы говоря: «Твоя очередь».

Я лениво размял шею. Итан был всего на несколько сантиметров выше меня. Он не был таким огромным и неповоротливым, как Дуэйн или Бернс, поэтому придется с ним побегать. Я снял свой дорожный плащ, широкий пояс и вложенный в ножны клинок, отдал все это Рите.

— Зря ты это затеял, — сказал я ему, подпрыгивая на месте.

— Это мы еще посмотрим. — он описал плечами несколько кругов вперед-назад и поднял руки, сжатые в кулаки. Рита и его приспешники отошли в сторону, чтобы освободить для нас место на узкой тропинке.

Сначала мы просто кружили, примеряясь друг к другу и оценивая возможности противника. В отличие от Дуэйна, Итан не размахивал кулаками бездумно, он оставался в обороне и отступал каждый раз, когда я пытался подойти достаточно близко, чтобы нанести удар.

Я замахнулся в его ухмыляющееся лицо, и он отступил, поэтому снова двинулся на него с кроссом, который он легко блокировал. Он вынуждал меня начать атаку, и это было чертовски неприятно.

Подобрав удобный момент, я прописал ему лоу-кик, хотел добить правым хуком, но не вышло. Этот парень оказался проворнее, чем я думал.

Молниеносно нырнув под руку, которую я занес для удара, он ударил меня кулаком в живот, впечатав в дерево.

Я зарычал от боли, а он, не теряя времени, попытался подцепить мое колено, чтобы провести тейкдаун. Я наносил удары по его рукам, голове, спине, чтобы он отпустил мою ногу, но он обвил ее, как гребаный удав и оторвать его было практически невозможно.

Он пытался повалить меня на землю, а я продолжал бить его, чтобы ослабить хватку. Если он завалит меня, это будет конец. Я уперся спиной в ствол дерева, как в сетку октагона, и отбивался уже онемевшими руками.

Наконец, моя «техника кувалды» дала плоды, я почувствовал, что бандит держит меня не так крепко, этот момент нужно было использовать. Просунув левую руку в кольцо, которое он сомкнул вокруг меня, я немного увеличил расстояние между нами. Появилась возможность для удара ногой, и я впечатал колено в его опущенное лицо.

Амплитуда была слишком маленькой, чтобы вырубить, но зато рыжий отскочил от меня, как бильярдный шар. Придерживаясь заданного ритма, я бросил мощный правый хук ему в голову, но этот придурок снова удивил меня своей скоростью. Пригнувшись, он перекатился на левую ногу и ударил слева.

Он вложил в удар много силы, и если бы я не увернулся, уверен, он смог пробить мой блок.

Сделал шаг назад, и Итан крутанулся так сильно, что потерял равновесие, когда его мощный удар не встретил никакого сопротивления, кроме воздуха. Он тяжело приземлился на бок.

Я подскочил и пнул его в ребра, а он откатился на дорожку, где все еще лежали наши пожитки.

— Иди сюда, сволочь, — я схватил сзади за его рубашку.

— Аргх! — взревел главарь и швырнул мне в лицо пригоршню грязи и камней.

— Макс! — я отшатнулся, ничего не видел, только слышал, как крикнула Рита. Лишь бы она сейчас не полезла в драку.

Грязь в глазах ошущалась, как битое стекло, не различая дороги, я споткнулся о корень дерева и приземлился на задницу. В ту же секунду Итан обрушил на мою голову удар такой силы, что я отлетая в сторону пару раз даже кувыркнулся по земле. Когда эта карусель остановилась, я лежал на спине.

Защитная реакция в виде слез немного спасла положение, кое-что я уже мог различить одним глазом. Например, Итана, котороый замахивался ногой. Я успел откатиться в сторону, благодаря чему лицо не превратилось в фарш.

Попытался встать, лежачий соперник, который к тому же почти ничего не видит, — слишком легкая добыча. Но мои ноги запутались в гребаном луке головореза, и я снова рухнул на землю. Невезёт.

Ударом ноги он опрокинул меня на спину, затем упал на меня сверху, а в его руке что-то блеснуло.

— У него кинжал! — Рита закричала и дернулась в нашу сторону, но ее перехватили подельники Итана.

Я успел перехватить его за предплечье, пока он не вонзил клинок в мою грудь. В стороне слышалась возня, Рита пыталась вырваться и вмешаться в дуэль.

— Ты не можешь этого сделать! — рычала она в бешенстве. — Ты бросил Ашеру вызов, он выбрал рукопашный бой. Использовать оружие нельзя. Ты нарушаешь правила!

— Я бродячий грабитель, милая, — безумная усмешка появилась на покрытом шрамами лице Итана, он выглядел невменяемым, правила — это последнее, о чем он сейчас думал. — Я бы не выжил, если бы всегда играл честно.

Он надавил сильнее, мои мышцы дрожали от напряжения, кинжал приблизился и уже упирался в грудь. Я влип в серьезные неприятности, и если бы ничего не придумал то он зарезал бы меня, как свинью.

Закрыл глаза и попытался погрузиться в состояние транса. Я чувствовал это ощущение погружения где-то рядом, но не мог за него ухватиться. Я пытался удержать этого рыжеволосого ублюдка, и это очень мешало сконцентрироваться.

Сосредоточился на биении сердца и таким образом заставив замолчать разум.

— Я убью тебя, — голос Итана доносился как будто из-под воды, а из глубин моего сознания поднималось знакомое тиканье…

Тик. Тик. Тик.

Время замедлилось. Рита кричала. Я все сильнее ощущал давление кончика клинка на своей груди.

Тик. Тик. Тик.

Его колени стояли по обе стороны от моих бедер и крепко сжимали их, он не оставил мне ни единой попытки сдвинуться даже на пару сантиметров.

Тик. Тик. Тик.

Я уже выбился из сил, пытаясь удержать врага, и хотя время замедлялось, прямо сейчас это мне не могло помочь.

Что мне действительно было нужно, так это время, чтобы просто…

Ти…

Мой противник замер как раз, когда кончик его кинжала прорезал кожу прямо над моим сердцем. Держать противника, который не оказывает на тебя давления, стало намного легче.

Он не шевелил ни одним мускулом, это было очень странное зрелище: враг просто застыл на месте, как мраморное изваяние. Я освободил ноги, запутавшиеся в ремне от колчана, и изо всех оставшихся сил оттолкнул от себя рыжего ублюдка.

Как и всегда, время резко вернулось к обычному ходу.

Враг вообще не понял, что произошло, он с шокированным криком приземлился на спину, а клинок отлетел в сторону. Пока он пытался понять, что случилось, я, не теряя времени, подобрал оружие и бросился в атаку.

Навалился на противника и, держа клинок обеими руками, всадил его в грудь ублюдку.

— Я же говорил, что это была плохая идея, — процедил сквозь стиснутые зубы, глядя, как кровь и сама жизнь толчками вытекает из раны ублюдка.

Он протянул руки, чтобы вцепиться в меня, и последний раз конвульсивно дернулся.

Я убедился, что он мертв, встал и повернулся к его дружкам, которые молча смотрели на меня.

— Ну? — крикнул им. — Кто-нибудь еще хочет забрать мои вещи или убить меня?

Они не сделали ни малейшего движения, и даже ничего не ответили, поэтому я сделал шаг вперед. Видимо, лицо у меня было такое свирепое, да и кинжал в руке не добавлял дружелюбности, что враги отшатнулись. И я действительно чувствовал в себе эту злость и уверенность: если бы кто-то из них решил продолжить то, что начал их главарь, я бы убил их, без вариантов.

— Мы не хотим неприятностей, Ашер, — сказала крайняя справа фигура. Они наверняка десять раз поменялись местами во время нашей схватки, так что различать их по номерам я больше не мог.

— Тогда какого черта вы все еще держите мою жену? — низко прорычал я, терпение было на исходе.

До них, наверное, только дошло, что они ее удерживают, бандиты так резко убрали от нее руки, словно Рита была опасной коброй. Супруга тут же бросилась ко мне.

Грабители-неудачники сделали несколько шагов в нашу сторону, и я угрожающе выставил кинжал им навстречу, спрятав Риту за спину. Но бандиты подняли руки в знак капитуляции.

— Ашер, вы сражались достойно, и мне больно признавать, что один из членов нашего клана нарушил правила, — сказал один из них. Наверное, он временно взял на себя роль предводителя, потому что остальные молчали и согласно качали головами. Он протянул мне куру.

— Принято, — буркнул я, нехотя пожимая ее. — Предлагаю вам всем убраться туда, откуда пришли. И предупреждаю, если наши пути снова пересекутся, я не буду таким добрым.

— Будем надеяться, что если мы когда-нибудь встретимся снова, то только как союзники, — ответил человек в капюшоне. Судя по голосу, это был Второй.

— Сет, — возразил мужчина, стоящий позади него. — Он никогда не сможет быть нашим союзником, потому что в его жилах течет кровь Странника. Не связывай себя обещаниями, которые не сможешь выполнить.

— Мы живем в странные времена, Перси, — задумчиво изрек мужчина, представившийся Китом. — Никогда не говори «никогда».

— Я чувствую поблизости запах наемников из враждебного клана, пора убираться, — предупредил нас Сет.

— Сверните на Восток и идите вдоль реки, сегодня вам лучше избегать новых встреч, — посоветовал он, махнул рукой и скрылся в лесу. Остальные бандиты последовали за свои предводителем.

Когда мы с Ритой убедились, что угроза миновала, наемники больше не вернутся и не нападут на нас со спины, только тогда я смог перевести дыхание.

— Ты в порядке? — спросил у Риты.

— Серьезно? Тебя чуть не убили, а ты спрашиваешь в порядке ли я? — она осматривала мое лицо, погладила большим пальцем под подбитым глазом, который еще и саднило от грязи.

— Со мной все нормально, — я попытался улыбнуться, но, если честно, на это совсем не осталось сил. Чувствовал себя выжатым лимоном.

— А знаешь, ты был прав тогда, — Рита мстительно сощурила глаза и ущипнула меня за нос. — Это не нормально. Забудь это слово, оно слишком неточное и расплывчатое.

Она притворно надула пухлые губы, а я рассмеялся, прижав ее к себе.

— Нам нужно добраться до таверны до захода солнца, пока кто-то еще не попытался нас убить, — я готов был стоять и обниматься с женой хоть до заката солнца, но нам действительно пора было двигаться дальше.

— Хорошо, но прежде чем мы пойдем, я хочу кое-то сделать, — говоря это, Рита рылась в своем рюкзаке. Она достала клинок, который был длиннее и уже того, что висел на моем поясе, и протянула его мне.

— Классный меч, — я вытащил его из ножен и поднял, чтобы почувствовать вес и понять, удобно ли он лежит в моей руке. Клинок был чем-то похож на римский гладиус, о котором я читал в детстве в энциклопедии о средневековом оружии. Рукоятку венчал увесистый шарик, этот меч было как будто продолжением моей руки, его так удобно было держать.

— Я хотела отдать его тебе, когда мы доберемся до Постоялого двора и разместимся на ночь, — сказала супруга, меняя оружие местами и прикрепляя новое к моему поясу. — Он принадлежал моей матери.

— Ты действительно хочешь, чтобы я взял его?

— Правда хочу, — Рита одарила меня ласковой улыбкой. Я наклонился и нежно поцеловал. Меч действительно был очень хорош!

— Пойдем, — мы оторвались друг от друга и Рита повела меня на Восток, как и советовал Сет.

До реки добрались без происшествий и ненадолго сделали привал. Моя заботливая жена очистила камнями воду и помогла промыть глаза, которые продолжали слезиться от пыли и грязи. Я сидел на валуне, запрокинув голову. Рита стояла между моими ногами и поливала лицо чистой водой.

— Не закрывай их, — она легонько шлепнула меня по плечу, потому что я был не самым послушным пациентом.

— Да ну это невозможно, блин! — глаза горели огнем.

— Потерпи, вот так. Все, теперь можешь закрыть. — она приложила к моим векам кусок влажной ткани, смоченной в чистой, прохладной воде.

— Как же хорошооо, — протянул я, положив руки ей на бедра. — Спасибо, что заботишься обо мне.

— Это всего лишь то, что любая жена сделает для своего мужа, — я не видел ее в этот момент, но был уверен, что Рита равнодушно пожала плечами. Как будто искренняя забота, которую так редко можно было встретить в моей прошлой жизни, ничего не значит.

— Думаю, если бы я пошел один, то потерялся бы еще до того, как смог выбраться из этого леса, для меня природа совсем не привычна. Раньше, в другом мире я жил в каменном городе и сейчас только нарабатываю навыки ориентирования в таких условиях — усмехнулся в ответ.

— Нет, ты бы справился, — решила поддержать меня Рита. Я думал, она скажет, что я бы нашел дорогу, потому что я умный и сообразительный, но за то, что она с явной издевкой сказала дальше, захотелось ее покусать. — Бруно же все тебе объяснил и дал в дорогу карту.

— Ты серьезно шутишь надо мной, прямо сейчас? Когда я побитый и слепой? И как бы я смотрел в карту?

— О, это еще одна святая обязанность хорошей жены, — рассмеялась Рита, убирая тряпку с моего лица.

— Выглядит плохо? — уточнил у жены, потому что слишком уж пристально и недовольно она разглядывала мое лицо. Как врач, который должен сообщить пациенту, что он, возможно, смертельно болен. — Я буду жить?

— Пока да, — ответила супруга, нахмурившись, все еще держа меня за подбородок. — Хотя сегодня ты был близок к смерти, как никогда. Бррр. До сих пор, стоит только закрыть глаза, вижу Итана с его кинжалом. Я думала, он убьет тебя. Как тебе удалось его оттолкнуть?

— Я снова провернул этот трюк со временем, — после того, как озвучил это, задумался, что это сработало не так, как обычно. — Только на этот раз все было по-другому.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Рита.

— Обычно, когда это происходит, я могу замедлить ход времени, но на этот раз я полностью остановил его, — ответил ёй, вспоминая, как вокруг меня все замерло, стоило только этой мысли мелькнуть в моем подсознании. Я даже не успел сформулировать ее.

— На что это было похоже? — Рита так пристально смотрела, словно она хотела своими глазами увидеть мои воспоминания. Ей важно было узнать о каждой мелочи.

— Сначала всё было как и в прошлые разы: время замедлилось, я не видел ничего, кроме его руки с зажатым в ней ножом, и мог думать только об этом. Но понимал, что это никак мне не поможет. Если ничего не сделаю — а я не представлял, что могу предпринять, сил сдерживать его почти не осталось — он просто убьет меня, — пытался досконально описать ей все, что происходило. — И тут в голове мелькнула мысль, что я выживу, только если время полностью остановится. Она еще даже не успела оформиться в моей голове, как Итан тут же полностью замер. Я даже представить не мог, что способен на такое.

— Слава Богине Солнца, у тебя получилось, — сказала Рита, прислонившись своим лбом к моему.

— Я думаю, что эта способность преподнесет нам еще много сюрпризов. Ты права, нужно не только тренироваться с оружием, но и развивать навык.Хочу как можно больше узнать о нем до того, как придется воспользоваться снова.

— Как и в навыке обращения с мечом, начни с азов. Постарайся понять, как войти в это состояние, задержаться в нем, выйти. Доведи эти процессы до идеала, а потом уже копай дальше. Овладев основами, ты легче будешь справляться с деталями и нюансами, — рассуждала Рита.

— Мне так нравится, когда ты входишь в образ сексуальной училки, — я подмигнул ей. — Знаешь, здесь стало очень жарко.

— Как мило, что ты постоянно говоришь о вещах, которых я не понимаю, — кажется, это был сарказм, но ее голос звучал совершенно спокойно и безэмоционально. Вот ведь, не пробиваемый воин…

Сильная и нежная, дерзкая и скромная, красивая до чертиков и умная. Каждый день она открывалась для меня с новой стороны, и мне очень нравилась эта её многогранность и неоднозначность. Я был готов познавать все ее грани.

— Ты точно знаешь, что со мной делать, не так ли? — я смотрел на нее, хитро прищурившись.

— Не понимаю, о чем ты, — она отвернулась, чтобы спрятать улыбку, щекотнув хвостом мое лицо. — Так мы идем?

— Ах ты маленькая шалунья, — одной рукой почесывая нос, другой я ущипнул ее за попу. А потом мы двинулись дальше. Я шел за Ритой, залипнув на ее бердрах, она покачивала ими при ходьбе, честное слово, — это было похоже на какой-то гипноз.

Когда вышли из леса, солнце уже почти село. Мы остановились и позволили себе пару минут полюбоваться долиной Рамзи с высоты холма, на который все это время поднимались. Вид открывался потрясающий. В темноте один за другим зажигались уличные фонари, они отбрасывали золотые отблески на дороги и реку, протекающую через деревню. Мы словно смотрели на фотографию уютной швейцарской деревушки.

Массивная стена, окружающая большую часть острова, выглядела крепкой и надежной, она нависала над долиной, как бдительный великан, готовый в любое время дня и ночи защитить свои владения. Осмотрев крепость, я увидел в ней огромный проем.

— Это ворота? — спросил у супруги.

— Да, и мы как раз оказались здесь вовремя, чтобы увидеть, как они закрываюся, — загорелись глаза Риты. — Крепость на острове Сканно совершенно особенная, ни один из островов архипелага не может похвастаться такой надежной защитой.

— Но отсюда почти ничего не видно.

— А мы подойдем поближе, — она уже взяла меня за руку и тащила куда-то с таким рвением, словно была ребенком, который уговорил родителя зайти в магазин игрушек. Впрочем, Рита быстро заразила меня своим нетерпением, и я побежал за ней, не отставая.

Мы петляли по улицам узким улочкам, и я не успевал осмотреться и запомнить дорогу. Пересекли площадь, одолели пару каменных мостов и, поднявшись по ступеням, вышли, наконец, на большую, круглую площадку, находящуюся на возвышении.

Вид с нее открывался ошеломляющий. С одной стороны виднелась Долина Рамзи, которую мы покинули сегодня днем. Она была похожа на сюжет картины: бескрайние поля, фермерские домики, животные, гуляющие по пастбищам. Повернувшись в другую сторону, можно было увидеть фантастический город. Кажется, Рита говорила что-то, что нам нужно будет пройти через Бронзовую Гавань, видимо, это она и есть. Такое я видел только в компьютерных играх и научно-фантастических фильмах.

Бронзовая Гавань оказалась целым мегаполисом. Здания, может, и не были такими высокими, как небоскребы в Москве, но на фоне простых бревенчатых и каменных построек, которые я наблюдал в последние несколько дней, выглядели довольно внушительно. Кое-где экипажи тянули гусеницы и тараканы, но кареты отличались, они были обшиты листами металла, закрепленными огромными заклепками. Остальные средства передвижения работали на пару. По небу летали дирижабли, по земле двигались паровозы и небольшие автомобили, оставляющие за собой клубы пара.

Я не мог остановить взгляд на чем-то одном, хотелось рассмотреть все и сразу.

— Смотри! — Рита дернула меня за руку и потащила к краю смотровой площадки.

Солнце скрылось за каменной стеной, тут и там начали зажигаться фонари. Их мягкое сияние освещало лицо Риты и я невольно залюбовался.

— Разве это не прекрасно? — завороженно прошептала супруга.

— Да, — ответил ей чистую правду. Бронзовая Гавань блистала каким-то инопланетным великолепием, но красота Риты привлекала меня куда больше любого, даже самого захватывающего вида. Я не мог отвести от нее глаз.

Все очарование рассеялось, когда воздух сотрясли три гулких удара в барабан. Следом за ними послышалось механическое жужжание, и жена толкнула меня локтем, кивнув головой в сторону ворот. Прямо из-под земли начала расти каменная дверь. Чем выше она поднималась, тем громче был скрежет трущихся друг о друга камней.

Это продолжалось около трех минут. Поднявшись, ворота заполнили брешь в стене так, словно всегда там и стояли. Они встали так идеально, что не было видно ни одного стыка.

— Потрясающе, правда? — восторженно щебетала Рита. Она повернулась ко мне, в ее глазах отблески фонарей плясали, как светлячки.

— Ворота закрывают каждую ночь?

— Да, и на рассвете снова открывают, — она возбужденно перетаптывалась на месте. — Как ты думаешь, как это работает? Почему они сами поднимаются из-под земли?

— Не уверен, что знаю ответ, — я улыбнулся. Если бы Рита жила на Земле, думаю, она наверняка бы была инженером. Ее любопытство не знало границ, ей хотелось знать механику всего, что ее окружает.

И это была еще одна вещь, которая мне чертовски нравилась в ней.

— Почему ты так улыбаешься? — Рита склонила голову набок, а потом бегло осмотрела себя. Наверное, решила, что меня рассмешило что-то в ее внешнем виде.

— Просто так. — я улыбнулся еще шире. — Почему бы нам не найти постоялый двор «Путник», о котором говорил Бруно? Кажется, он упоминал и таверну. Там наверняка есть горячая еда. Вряд ли нам светит такая роскошь в Руинах, придется довольствоваться вяленым мясом и сушеными фруктами.

Рита вытащила карту из моего рюкзака и развернула ее прислонив к каменному выступу.

— Бруно сделал для нас пометку, — она указала на маленький крестик, нарисованный слева от гигантского водяного колеса.

— Похоже, это близко, смотри, — колесо находилось в нескольких десятках метров от нас. — Нужно только перейти через мост. — Идём!

Мы спустились со смотровой площадки, перешли пару улиц и вышли к нужному мосту. Перейдя его, мы не сразу поняли, куда идти. Карта была хороша в масштабе и совершенно бесполезна в детализации. На ней не были отображены хитросплетения множества улочек. Хорошо хоть, что у нас был такой крупный ориентир, а со всем остальным уж как-нибудь разберемся.

Успокаивало то, что Бронзовая Гавань оказалась городом с бурной ночной жизнью. С наступлением темноты он оживал. В крайнем случае спросим у кого-нибудь дорогу.

По улицам ходили люди самых разных мастей. Здесь были и птицы, и люди с отчетливыми чертами медведей, тигров, обезьян и кошек.

Часто встречались люди-кенгуру, они пружинисто расхаживали на огромных ступнях, поджав руки. Пухлые вомбаты с короткими ушами и большими носами встречались с белолицым опоссумами. У вторых были острые зубы, из-под одежды выглядывали длинные, лысые хвосты.

Чем глубже сгущались краски ночи, тем активнее становилось движение. Открывались торговые лавки и магазинчики, город наполнялся разнообразными звуками и ароматами.

Петляя по улочкам, мы с Ритой оказались на огромном рынке, который тянулся вдоль реки. Продавцы расхваливали свой товар, заманивая покупателей. Рита шла, как зачарованная, ей хотелось остановиться у каждого прилавка.

Я не мог не улыбаться, когда смотрел на ее горящие глаза. Она была похожа на ребенка, которого впервые привели в кондитерскую. Судя по тому, что она рассказывала о жизни на Наби, в ее буднях было не так уж много поводов для радости. За бесконечными тренировками вряд ли оставалось время на праздные прогулки и разглядывание витрин.

— Не хотели бы вы купить для своей дамы красивый платок, господин? — обратился ко мне продавец слева. Я неохотно оторвал взгляд от Риты, которая любовалась цветами с другой стороны торгового ряда.

— Простите, что? — переспросил торговца. Он был похож на седого козла.

— Ваша женщина, — он кивнул рогатой головой в сторону Риты. — Она прекрасна, и ее красоту может дополнить один из моих платков.

— О, на самом деле у меня нет золота… — мне было так неловко и вместе с тем брала злость. Из-за чертовой нищеты я не мог купить даже несчастный кусок ткани. На автомате опустил руку и потрогал мешочек с камнями, которые были моим единственным способом оплатить товары и услуги.

— Вы Ашер? — торговец быстро сообразил что к чему, его взгляд метнулся вниз, к мешочку на поясе, и снова поднялся к лицу.

— Да.

— Господин, я думаю, мы бы могли с вами договориться, — подмигнул он мне, почесывая жиденькую бородку.

— Сколько? — тихо спросил у него.

— Три десятины, — прошептал продавец платков, приблизившись ко мне, на сколько это позволяла ширина прилавка.

— Две, — сказал я, сунул руку в мешок и достал два камня, обозначая этим, что на другую цифру я не согласен.

— Договорились, — мы пожали друг другу руки. Через это рукопожатие я передал ему очищающие камни. Странное ощущение, из-за этой нелегальной сделки я чувствовал себя так, словно оказался в криминальном фильме и покупаю наркотики, не меньше.

Он незаметно спрятал камешки и обернулся к стенду, на котором висели яркие платки. Еще раз взглянув на Риту, продавец выбрал несколько и выложил их передо мной на прилавке, на котором и без того пестрели образцы для привлечения клиентов.

— Думаю, вы найдете что-то подходящее из этих вариантов, — уверенно сказал торговец, раздуваясь от гордости.

Я перебирал и рассматривал платки, каждый из них был очень красив. Все варианты были расшиты замысловатыми узорами, шелк переливался в свете фонарей, но выбрать нужно было только один. Ткань глубокого синего цвета была расшита серебристыми звездами, которые собирались в неведомую галактику. Такой с гордостью носила бы даже королева. Я взял его в руки и развернул, чтобы оценить переливы.

— Оооо, превосходный выбор, господин! — заблеял торговец, как настоящий козел. — Это один из моих лучших платков.

— Возьму его, спасибо.

Я положил платок в рюкзак и обернулся, чтобы найти Риту, но она уже отошла от цветочного ларька, — вот блин.

— Господин, приятно было приятно иметь с вами дело! — крикнул торговец мне вдогонку.

— Да, — я встал на цыпочки, чтобы увидеть над толпой макушку с парой кошачьих ушей. Она мелькнула в конце улицы и скрылась за углом. Сорвался следом и бросил уже на ходу. — Еще раз спасибо.

— Возвращайтесь в любое время, буду рад видеть вас, — рассыпался он в потоках благодарности, но я уже не слушал, потому что пытался догнать свою жену.

Что было проще сказать, чем сделать, потому что улица была плотно забита, и с каждой минутой тут становилась только оживленнее.

— Рита! — воскликнул, лавируя между лавками, покупателями и уличными артистами. Все это напоминало бразильский карнавал, на котором я никогда, конечно, не был, но много раз видел по телевизору. Поэтому, когда добрался до переулка, где последний раз видел жену, выдохнул с облегчением.

— Рита? — вновь крикнул в узкий проход между двумя зданиями. Она не должна была уйти далеко. Но Рита не отозвалась. Не решаясь идти дальше, я стоял и искал ее взглядом и был уверен, что видел, как она идет в эту сторону, но скорее всего ошибся.

Я уже собирался пойти обратно и поискать Риту на рынке, как из-за угла появилась знакомая фигура Адлера Бёрнса. Я тут же накинул капюшон, чтобы скрыть лицо.

К счастью, он был поглощен бумагой, которую держал в руках и читал на ходу. Адлер даже не поднял глаз, когда прошел мимо меня.

Выждав немного, я пошел следом за ним, краем глаза следя за этим ублюдком. Он обогнул насосную башню, увенчанную металлическим куполом, и остановился у здания, которое находилось сразу за ней.

Я решил не идти дальше. Не стоило рисковать и лишний раз мелькать у него перед глазами, когда можно просто посмотреть из-за угла.

Бёрнс подошел к двери и взглянул на висящую над ней вывеску. Издалека я не мог разобрать, что на ней написано. Он снова сверился с бумагой, кажется картой, и воровато оглядел переулок.

Я скрылся за углом, опасаясь, что он меня заметит.

Выждав несколько секунд, снова выглянул. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как полы мантии Адлера исчезают в покосившемся дверном проеме.

Я вглядывался в тускло освещенный переулок в поисках каких-то зацепок. Мысли лихорадочно метались в голове: что этот ублюдок делает в Бронзовой Гавани? Не то чтобы ему нельзя было путешествовать, но он вел себя слишком подозрительно для человека, который приехал сюда отдохнуть.

Во-первых, он был один, без своей жены, а во-вторых, весь его вид словно кричало о незаконных сделках на черном рынке или чем-то темном и преступном.

Что бы Адлер здесь ни делал, это было связано с какой-то грязью. И лучше мне разобраться в этом вопросе.

Посмотрим, что ты задумал… Я шагнул в переулок, намереваясь последовать за за ним в эту унылую забегаловку, но прежде чем успел сделать хотя бы шаг, чья-то рука легла мне на плечо.

— Тихо, это всего лишь я, — прошептала Рита мне на ухо, и я медленно выдохнув убрал руку с рукояти клинка. Вот же…

— Что ты здесь делаешь? — я обернулся к ней.

— Я увидела Бернса и решила проследить за ним. — А ты как здесь оказался?

— Сначала искал тебя, а потом тоже увидел этого ублюдка и пошел за ним. — Пожал плечами. — Странно, что он здесь делает в таком то виде…

— Да, он редко уезжает так далеко от дома. Это особенно странно, потому что гонки на пегасах ожидаются через пять дней, — убедившись, что вокруг никого нет, Рита потащила меня по переулку. — В его поместье разводят лучших скакунов и готовят их для ежегодных гонок.

Мы обошли здание, в котором скрылся Бёрнс, и оказались с обратной стороны. Там на стене была закреплена лестница.

— Пойдем этим путем, — Рита уже начала подниматься по лестнице.

— Подожди, у нас же капюшоны, никто не видит наших лиц, — она остановилась и обернулась, скептически осмотрев мой дорожный плащ с глубоким капюшоном. В таким и правда риск быть узнанным минимален. — Почему мы не можем просто воспользоваться дверью?

— Если он здесь для того, чтобы провернуть какое-то гнусное дело, то он будет предельно внимателен. Опасаясь, как бы его никто не заметил и не раскрыл, Адлер будет следить за входом. Это очень большой риск. — объясняла мне Рита элементарные вещи.

— Точно. Я как-то и не подумал,— честно признался и тоже начал подниматься вверх. — Вряд ли наша встреча закончится дружескими объятиями и кружкой пива, не будем испытывать судьбу.

По лестнице мы добрались до небольшого балкона. Дверь была изнутри заперта, но на полу блеснул небольшой кусок проволоки. Ни на что особо не рассчитывая, я решил попробовать использовать ее как отмычку и сунул в замочную скважину. Повозившись пару минут, услышал, как там что-то щелкнуло. Уже думал, что проволока сломалась, вытащил ее, что бы осмотреть но тут дверь с тихим скрипом медленно открылась. Сквозь щель я заглянул в комнату. Убедившись, что там никого нет, открыл её пошире и в приглашающем жесте махнул супруге.

— Дамы вперед, — я отвесил шутовской поклон, когда Рита вошла, выбросил отмычку и шагнул следом за ней.

— Какой ты находчивый, оказывается, — похвалила меня супруга. Вроде, ничего особенного и не сказала, а я все равно почувствовал себя слегка окрылённым.

Мы спустились к бару и выбрали пару стульев, которые находились ближе всего к столику Бёрнса и его собеседника. Сев к ним спиной, поправили капюшоны. Риск, что он узнает нас, практически сводился к нулю.

— Что будете заказывать? — обратился к нам бармен-ящерица и услужливо улыбнулся. Половины зубов у него не было, а остальные прогнили и обломались, да омерзительный запах из его рта не поднимал настроения.

Я, знал, что обменивать очищающие камни на товары незаконно, но этот бар выглядел так, словно здесь это было в порядке вещей. Поэтому уверенно вытащил два камня и толкнул их по стойке к бармену, как будто каждый день так делаю. До этого момента тактика «морда кирпичом» всегда работала безотказно. Сработала и в этот раз.

— То же самое, что заказывал этот парень. Две кружки, — я указал на пьяного мужика, сидящего от нас по левую сторону. Ему уже явно пора было завязывать, но он упрямо сидел за стойкой, сжимая в руках давно опустевшую кружку.

— Сию минуту, — бармен сгреб серые камни, лизнул левый длинным раздвоенным языком, проверяя его на качество, а убедившись в его подлинности, проворно занялся делом. и уже через пару минут поставил перед нами две поллитровые кружки, внешне напиток напоминал пиво.

Я сделал маленький глоток золотистого пенистого напитка. На вкус он был крепким, и правда похож на Земное пиво, только в него еще добавили немного меда и пряностей. Сделав пару глотков, чтобы утолить жажду, прислушался к разговору, происходящему прямо за моей спиной. В таверне было шумно, и разговаривал Адлер со своим знакомым очень тихо, поэтому до нас доносились только обрывки фраз.

— … уверен, что это сработает? — это был гнусавый голос Адлера.

— Яд чистый, — отвечал его собеседник. — … не мгновенно, так что вам придется устроить хорошее шоу.

Рита напряглась и замерла, не донеся кружку ко рту. Стараясь выглядеть естественно и не привлекать к себе внимания, я оглянулся через плечо в надежде, что получится рассмотреть второго. Но нижнюю часть его лица закрывало что-то вроде тканевой маски. Единственной особенностью, по которой можно было бы опознать в будущем этого человека, был неровно заживший шрам, что пересекал правую бровь.

— Мне показалось, ты сказал, что это самый сильный яд, который только можно купить за… его нельзя растворять? — доносились до нас отдельные части разговора, но по ним, однако же, можно было восстановить общую картину. Взгляд Бёрнса снова метнулся к двери, и я поспешил отвернуться, чтобы он меня не заметил.

— Ты хочешь, чтобы это было правдоподобно, не так ли? — начинал злиться его собеседник. — Если этот Ашер упадет замертво в ту же секунду, что твой клинок прикоснется к его коже, будет совершенно очевидно, что ты ведешь нечестную игру. Ты же не хочешь, чтобы люди сомневались в твоем статусе, который ты получишь от лорда…?

Лорда? Неужели он имеет в виду повелителя? Что за бред? Я думал, яд для меня.

— Конечно, нет, — фыркнул Адлер. — Но и оставлять этот вопрос на волю случая я тоже не хочу.

— … риск, на который тебе придется пойти, если хочешь убить… — настаивал человек в маске.

— Хорошо, — с характерным звоном золотых монет Бёрнс бросил мешочек на стол. — Все, что угодно, лишь бы разрушить башню, на которую забрался Рамзи.

Да ну нахрен! Последнюю реплику я услышал более чем отчетливо. Сомнений не осталось, этот самоуверенный ублюдок хочет занять место Байрона Рамзи.

Не глядя, Рита вцепилась в мое запястье. Я немного повернул голову, как будто к ней, но краем глаза увидел, как предатель с характерным звуком вытащил клинок из ножен и положил его на стол.

Достав из рукава крошечный хрустальный флакон, его подельник снял крышку и капнул на лезвие неоново-зеленую жидкость. Капля с шипением упала на оружие, металл замерцал, но лишь на мгновение. Через пару секунд оружие снова потускнело.

Я огляделся, чтобы проверить, не наблюдает ли еще кто-то за ними. Но никто не обращал внимания на происходящее, все были заняты своими делами, тоже не вполне законными, насколько можно было судить.

За соседним столиком двое играли в карты на пузырьки с какой-то розовой пыльцой, а в темном углу один из посетителей зажал и жестко трахал официантку. Такие сделки здесь были в порядке вещей и никого особо не волновали.

— Яду нужен один день, чтобы впитаться и достичь максимального эффекта, — объяснял Бёрнсу человек в маске, пряча флакон в карман. — Не доставай клинок без надобности, на воздухе яд ослабевает. И не затягивай, он полностью выветрится через семь дней.

— И ты уверен, что я могу убить им несколько человек? — уточнил Адлер.

— Этим клинком можно вырезать целую деревню, пока действие яда не закончится, — заверил его мужчина.

— Если все получится так, как ты говоришь, вторую половину я отдам тебе, когда стану лордом острова Сканно, — пообещал он ему.

— Не забывай. Нужно нанести такой удар, который позволит яду попасть в кровь. Чем больше рана, тем быстрее подействует яд. Сделай это так, чтобы не вызывать подозрений. И помни: семь дней.

— О, не волнуйся, — самодовольно рассмеялся Бёрнс и убрал клинок в ножны. — Мне понадобится всего пять, чтобы избавиться от обеих проблем.

Ногти Риты на секунду впились в мое запястье, привлекая внимание. Она легким наклоном головы указала на дверь.

Я кивнул в знак согласия, уже давно пора было уходить. Мы встали и, стараясь не нарваться ни на какой конфликт, пока толкались в толпе посетителей, вышли через дверь на прохладный ночной воздух.

— Гребаный ублюдок… — начал я, но Рита заставила меня замолчать, приложив палец к губам. Мы быстро пошли по переулку. И чем дальше отходили от таверны, тем больше ускорялись. Хотелось поскорее оказаться на шумном рынке, где никто не сможет подслушать наш разговор.

Добравшись до сердца суетящейся толпы, мы перешли на шаг и скинули капюшоны.

Остановились, тяжело дыша, и глядя друг на друга, разразились смехом. Наверное, от облегчения, которое пришло после длительного напряжения. В общем психика — очень странная штука.

То, что мы подслушали, не могло не взволновать. Особенно с учетом того, что это напрямую касалось меня, если я правильно прочитал между строк. Еще никогда я не чувствовал такого прилива адреналина, как во время нашего забега по улицам Бронзовой Гавани.

Пробраться в захудалую таверну, прикинуться парой бродяг, подслушать разговор и сбежать в ночь — ухмыльнулся, ведь это так сильно было похоже на невыполнимую миссию из какого-нибудь фильма про агентов.

— Ты хоть понимаешь, что мы только что сделали? Мы провели успешную разведку! — Хвост Риты, метался из стороны в сторону, демонстрируя её напряжение.

Мы отошли к ближайшему зданию, чтобы не приходилось кричать, перекрикивая шум толпы.

— Да, похоже на то, — я навалился спиной к каменную стену. — Кажется, мы только что стали свидетелями заговора с целью убийства лорда Рамзи?

— Для нас это больше, чем заговор против Рамзи. — с тревогой сказала Рита. Она стояла вполоборота ко мне, прислонившись бедром к стене. — Я думаю, Бернс использует свой клинок для того,чтобы убить и тебя тоже. И планирует он это сделать в один день.

— Что там, ты говорила, будет через пять дней? — уточнил у супруги. Не то чтобы я ее не слушал, просто когда мне говорят о местных событиях, сути которых я не понимаю, бывает сложно запомнить их названия.

— Королевские скачки, они ежегодно проводятся во дворце правителя, — ответила Рита, рассматривая гигантское водяное колесо. — Если Адлер в этом году планирует участвовать в гонке, впрочем как и всегда, возможно, он подстроит все так, чтобы точно победить.

— Как победа поможет ему убить повелителя? — я вообще не улавливал связи между двумя этими событиями.

— Победитель забега получает аудиенцию у Лорда Байрона Рамзи, а также призовой кошель с десятиной и золотом, — объяснила она. — Если Адлер собирается вызвать лорда Рамзи на дуэль, то лучшей возможности у него не будет.

— Скачки — это еще один праздник типа Дня Солнца и Голубой Ночи? — я повернулся к Рите лицом.

— Это день чествования легендарного дуэлянта Александра, который начал восстание против неограниченной власти Ашеров, — она взяла меня за руку. — В истории говорится, что он облетел все восемь островов Ашена на спине летучей мыши и зажег первые маяки. После нескольких месяцев тайной организации и планирования повстанцам нужен был этот сигнал, чтобы начать войну против тирании Ашеров.

— Эта история похожа на то, что сделал Спартак, — заметил я, вспоминая подробности его восстания, которое он организовал.

— Кто такой этот Спартак? — спросила Рита, навострив уши. Ее хвост изогнулся в форме вопросительного знака.

— Когда-то давно, задолго до того, как я родился, в моем мире было распространено рабовладение. Люди делились на богатых господ, которые жили в свое удовольствие, и рабов, которые их обслуживали. Хозяева могли делать со своими слугами все, что угодно. Они секли их за провинности, убивали и заставляли сражаться друг с другом. Это кровавое зрелище их развлекало и доставляло удовольствие. И Спартак, могучий воин, который участвовал в таких бойнях, организовал и возглавил восстание, которое должно было уравнять всех людей в их правах.

— Да, истории наших миров действительно похожи. Без Александра жители никогда не смогли бы объедениться вместе и добиться внимания Богини Солнца.

— Тебе нравятся эти истории, верно? — Я заправил длинную прядь черных волос ей за ухо.

— Не все. Мне нравятся истории, в которых храбрые сражаются, а герои вершат правосудие, — со сталью в голосе сказала Рита. — На Наби не было книг, которые я могла бы прочесть, да меня и не учили… Поэтому я всегда внимательно слушаю, если кто-то рассказывает хорошую историю.

— Точно! Ты напомнила мне, что у меня есть для тебя кое-что, — я присел на корточки, чтобы расстегнуть рюкзак и достать из него платок. — Я купил это, пока ты любовалась цветами.

Шелковистая ткань, когда я развернул ее, переливалась и мягко развевалась на прохладном ветерке.

Рита поймала его в руки и потянула на себя, чтобы по лучше рассмотреть рисунок. Я наблюдала за её лицом, пока сияющий взгляд супруги блуждал по богатой вышивке. Когда Рита поняла, что это такое, на ее лице засиял такой восторг, какого я еще никогда не видел, хотя поводов было достаточно.

— Это же история Кометы! — выдохнула она.

— Мне показалось, что этот цвет отлично подойдет к твоим глазам. А еще я вспомнил, с каким упоением ты рассказывала об истории Ашена там, в саду. — я поправил платок, который она уже повязала себе на шею. — Мы гуляли по рынку, никуда не спешили. Ты была так расслаблена и беззаботна, словно мы на обычном свидании. Мне захотелось подарить тебе что-нибудь на память об этом дне.

— Что такое свидание? — Рита не переставала ощупывать мой подарок.

— Это когда двое людей, которые интересны друг другу, проводят время вместе, гуляют, разговаривают, едят вкусную еду.

— Подожди, я думала, это называют медовым месяцем, — она совсем запуталась в терминологии и нахмурилась.

— Ну, вроде того, — я взял ее за руку и повел в ту сторону, где на карте был отмечен постоялый двор. — Там, откуда я родом, люди обычно ходят на множество свиданий, прежде чем пожениться. И медовый месяц, который начинается после свадьбы, действительно похож на особенное, очень длинное свидание.

— У вас очень интересные обычаи, — мы прошли мимо небольшого фонтана, в который маленькие оранжевые и зеленые дети-гекконы бросали монетки. — Мне тоже понравился сегодняшний вечер. Никто никогда не дарил мне таких красивых вещей. Спасибо.

Мы как раз подошли к месту, в котором проведем остаток сегодняшней ночи. Прищурившись, я прочитал на вывеске название «Путник». Краска потускнела и местами облупилась, было не так-то просто разобрать написанное в темноте.

От водяного колеса, находящегося совсем рядом, стоял невыносимый грохот.

— И как мы будем здесь спать? — мне приходилось кричать, чтобы Рита меня услышала, но по крайней мере здесь точно невозможно будет подслушать наши разговоры.

Дверь никто не открывал.

— Стучи сильнее, — посоветовала мне супруга, а сама прошла вдоль стены, проверяя, можно ли попасть в здание другим способом.

Но лестницы здесь не было, а кошачьим проворством, чтобы скакать по стенам и крышам, как Рита, я не обладал. Так что дверь была нашим единственным вариантом.

Я стучал, и стучал, но ничего не происходило. Наверное, из-за этого скрежета нас совсем не слышат.

Я уже собрался пнуть дверную створку ногой, когда с жутким скрипом отворилось крошечное окошко…

В отверстие выглянула круглая, мохнатая морда.

— Кто там? Что вам нужно? — неприветливо рявкнул старик.

— Мы хотим остановиться у вас на ночь, — сказала ему, наклоняясь на уровень его глаз.

Растрепанные белые брови нахмурились.

— Мы закрыты! — отрезал старик хриплым голосом.

Смотровое окошко захлопнулось. А мы с Ритой обменялись говорящими взглядами. Я заколотил в дверь снова. Мы устали и проголодались. Хотелось скинуть рюкзаки и прилечь. И сделать это нужно было как можно скорее, пока нас никто не заметил на улице и мы снова не попали в очередной переплёт.

— Откройте! — Бруно сказал, что вы пустите нас на постой.

Дверь распахнулась, к нам вышел старый морщинистый человек-коала. Он действительно был похож на Бруно, такие же уши, рост и даже манера его поведения была очень похожа на нашего управляющего. Но вид у него был неряшливый, а в шерсти больше много седины. Он прихрамывал, потому что вместо правой ноги был деревянный колышек.

— Откуда вы знаете Бруно? — спросил старик коала, скрестив руки.

— Пожалуйста, господин Кристофер, — Рита сложила ладони в умоляющем жесте. — Бруно сказал, что вы его друг.

Суровое морщинистое лицо старика разгладилось и просветлело. Он осмотрелся, нет ли кого поблизости, и с проворством и силой, которых мы от него не ожидали, затащил нас внутрь и захлопнул за спиной дверь.

— Я уже много сезонов не встречался с ним, — проговорил старик, задумчиво поглаживая бороду.

Мы стояли, привыкая к яркому свету, который резал глаза после темноты переулка.

Изнутри, в отличии от таверны, постоялый двор Кристофера выглядел вполне прилично. Добротная дубовая стойка, медный колокольчик на стене и десяток пронумерованных ключей висевших на крючках. Все это содержалось в идеальном порядке, нигде не было даже пылинки.

Я осмотрелся и обратился к хозяину

— Бруно говорил о вас так, будто вы знакомы давно. Он сказал, что вы сможете нам помочь.

— Он все еще живет в долине Рамзи, да? — спросил хозяин.

— Да, он служит в поместье Старого Круза с тех пор, как оказался на острове Сканно, — сказала Рита. Эта информация была новой не только для него, но и для меня, поэтому я внимательно слушал, что говорит супруга. — Я не знала, что у него здесь есть знакомые. Откуда вы его знаете?

— Я был хранителем библиотеки, а он — моим учеником. Наш хозяин потерпел поражение, а нового Ашера не интересовала вековая история, заключенная в книгах. Он распродал их, а нас выгнал прочь. — проговорил Кристофер.

— Бруно сказал, что, услышав его имя, вы, возможно, позволите нам переночевать здесь эту ночь, — подтолкнула Рита наш разговор к сути. Она сняла плащ и перекинула его через руку.

— Подожди, — осенило Кристофера. — Я слышал кое-что, ведь поместье Круза перешло к некому Дуэйну, и он купил у торговца жену-набийку. Так это ты?

Этот вопрос он адресовал мне, и я покачал головой.

— Нет, меня зовут Макс Медведев, — ответил ему и протянул руку.

— Максим победил Дуэйна на дуэли и теперь является владельцем поместья Старого Круза, — объяснила Рита.

— Еще один Ашер, тьфу ты! — скривился Кристофер и даже обтер руку о штаны. — Дайте-ка угадаю, вы здесь, чтобы сразиться с Ашером из Бронзовой Гавани за его статус четвертого ранга, славу и все такое. Но, если вы молодой человек думаете, что сможете жить здесь бесплатно только потому, что мы знакомы Бруно, тогда у у меня для вас плохие новости! Вы, Ашеры, всегда думаете, что можете просто взять то, что хотите, но…

— Господин Кристофер, подождите. Мы не собираемся бросать вызов местному Ашеру, и готовы заплатить за ночлег, — миролюбивым тоном попытался его успокоить и тоже снял плащ.

— Правда, золота у нас нет, но Бруно сказал, что вы возьмете оплату десятиной.

Я отвязал кошелек от пояса и встряхнул его, чтобы камни внутри с приятным звуком стукнули друг о друга.

Глазки-бусинки Кристофера заинтересованно блеснули, он уставился на мешочек в моей руке. Причмокнул губами, как будто у него пересохло во рту, и достал из кармана носовой платок, чтобы промокнуть капли пота выступившие на его лице.

Внезапно над головой раздалось карканье вороны, и пара когтистых лап выхватила у меня мешок с камнями.

— Эй, а ну вернись!

Существо, одновременно похожее и на иссиня-черного ворона, и мотылька, взмыло под потолок и уселось на специально устроенный для него насест. Птица потрясла мешочек и, крепко держа его в лапах, доставшихся от какогото насекомого, начала дербанить завязки своим внушительным клювом.

— Не обращайте внимания на Бертрама, — хохотнул Кристофер. Похоже, он не видел проблемы в том, что его зверюга грабит гостей. — Он просто неравнодушен к золоту. Как только поймет, что в кошельке нет ни одной монеты, а только камни, то быстро потеряет к нему интерес.

— Кар! — пронзительно закричал ворон, а мы с Ритой подпрыгнули от неожиданности. Вот же тварь… Мешок звучно приземлился на пол, а несколько камней вывалились и, отскочив от пола, разлетелись по всей комнате.

— Спасибо, — недовольно проворчал, собирая десятину. Бросил взгляд на мутировавшего ворона, он распушил загривок и наклонил голову на девяносто градусов, уставившись на меня круглыми, налитыми кровью глазами.

Ворон выглядел жутковато.

Я закончил собирать рассыпавшиеся камни и выпрямился. Бертрам тут же слетел с насеста и спикировал мне на плечо.

— Как интересно, — Кристофер задумчиво теребил седую бороду. — Берти обычно не доверяет незнакомцам.

— Давайте вернемся к нашему разговору, — я старался не обращать внимания на существо, сидящее на моем плече и внимательно разглядывающее меня своми красными глазами, но это было сложно. — Я бы хотел заплатить за номер и еду. Нам нужно отдохнуть, а завтра рано утром мы покинем вашу гостиницу и отправимся в путь. Сколько вы хотите за это камней?

Прежде чем ответить, старик окинул меня сканирующим взглядом. Он стоял, скрестив руки на груди, и совсем не был похож на радушного хозяина.

— Для Ашеров у меня отдельный прейскурант: двадцать восемь десятин.

— Это грабеж! — моментально завелась Рита, с пол оборота, видимо его цена была запредельной.

— Это моя цена за комнату и горячий ужин в таверне, приготовленный вашим покорным слугой, — отрезал старик. — Может вам перечислить все расходы, которых требует это место, чтобы вы поняли, что я озвучиваю такие цены не просто так?

— Не стоит, — я вмешался в их перепалку. — Я так понимаю, вам не очень нравятся Ашеры, господин Кристофер?

— Ага, — пренебрежительно усмехнулся он. — Если хотите, можете вытащить меня из дома и зарезать прямо на главной улице, никто вам и слова не скажет. Ашерам все сходит с рук. Мы все порабощены вами, потому что вы защищаете нас от монстров, которых никто не видел уже почти сотню лет.

— Не нужно грубить мне. Я никого не собираюсь тащить на улицу и тем более убивать. Нам с женой нужен ужин и отдых и я готов за это заплатить. Я не собираюсь пользоваться тем, что вы с Бруно знакомы, и злоупотреблять вашим гостеприимством. И заплачу озвученную цену. — Я отсчитал двадцать восемь камней и накинул один сверху. Может и глупо, но я прямо чувствовал, что так будет правильно…

Протянул ему камни, но сварливый старик даже не сдвинулся с места. Он стоял, поджав губы и сложив руки на груди.

— Вы не злитесь? — он с недоверием смотрел мне в глаза.

— Нет. Мы просто хотим есть и спать. Вы сдадите нам комнату? Бруно сказал, что вы надёжный человек и вам можно доверять, поэтому мы хотим остаться здесь.

— На самом деле леди права. Я не могу с чистой совестью взимать с вас такую плату. За ночлег и ужин я беру две десятины с человека. — он протянул руку. — И ни одним камнем больше.

Сталь в голосе и взгляде не предполагала никаких компромиссов, то, что я считал знаком уважения и благодарности, он воспринимал как личное оскорбление. Гордость не позволяла старику брать с нас больше, ночлег того стоил.

— Держите, — я положил четыре камня в протянутую ладонь. — Спасибо, что позволили нам остановиться у вас.

Беспрестанно ворча, хозяин постоялого двора спрятал очищающие камни в карман и снял с крючка два больших, медных ключа от номера шесть. Один из них он отдал мне, другой — Рите.

— Чувствуйте себя как дома, — Кристофер взвалил на плечи наши рюкзаки, забрал у нас плащи и, как навьюченный осел, повел в сторону комнат. — Гостиная слева. Там столовая. Ужин скоро будет готов. Но имейте в виду, ничего особенного не будет, только остатки тушеного мяса и немного черствого хлеба.

— Спасибо, уважаемый. Этого будет достаточно. — странно, но этот грубый человек не отталкивал, а наоборот, вызывал у меня симпатию и уважение.

— Кар! — Бертрам, хтонический-ворон, вскрикнул и распушил хвост, как будто был рад, что мы смогли мирно договориться.

— Тихо! — шикнул на него хозяин.

Ворон недовольно покрутил головой, оттолкнулся от моего плеча и взмыл под потолок, устроившись на своем любимом месте.

Тем временем мы дошли до скрипучей лестницы и начали по ней подниматься.

— Даже Бруно по сравнению с ним — сущий ангел, — заметила Рита. Поднимаясь по ступенькам, хозяин постоянно бубнел, проклятия сыпались из него на каждом шагу.

— Клянусь, я больше никогда не буду жаловаться на то, что наш управляющий иногда бывает грубым, — хохотнул и взял Риту за руку. Хотелось немного отдохнуть от общества этого токсичного старика. — Не хочешь осмотреться здесь?

— Да, давай прогуляемся, — согласилась супруга.

— Не думаю, что здесь есть другие гости, — чтобы попасть в гостинную, нам нужно было вернуться к администраторской стойке. На стенде не хватало только наших ключей, все остальные висели на месте. Я спрятал старинный ключ в карман брюк, он ударился о сердце демона, которое я всегда носил с собой.

— И скорее всего сюда очень давно никто не заглядывал. Может, поэтому старик разучился общаться с людьми, — заметила Рита. В гостинной все было покрыто тонким слоем пыли. Похоже, других сотрудников здесь не было, а в одиночку Кристофер не справлялся с таким большим зданием.

В дальнем конце комнаты горел камин, вокруг была беспорядочно расставлена кое-какая, явно старая, мебель: причудливый стол, продавленное кресло и диван. На диване лежала подушка и скомканное одеяло, будто совсем недавно там спали. То тут, то там виднелись остатки былой роскоши в виде картин, старинной мебели, огромных зеркал в резных рамах, ковров. Но всюду царил беспорядок. Наверное когда-то это место было хорошей гостиницей, но она почему-то пришла в упадок.

Мы с Ритой дошли до столовой и сели за единственный стол, который не был завален свитками и стопками книг. По телу разлилось приятное расслабление, мышцы ног, так долго бывшие в напряжении, приятно подрагивали. Видимо, камин здесь недавно погасили, потому что в комнате было тепло. А с кухни уже доносился аромат еды.

— Я так проголодался, что согласился бы съесть даже летучую мышь, — посмеивался я. Судя по запаху, еда была не такой вкусной, как у Олли, но сгодится и это. — Когда там, Кристофер говорил, будет готов ужин?

Как раз в этот момент дверь в столовую с грохотом распахнулась, и хозяин вкатил в комнату столик, на котором стоял котелок с рагу, два хрустальных графина — с водой и вином, а на большом блюде лежали ломти ароматного хлеба. Старик со стуком поставил кувшины на стол и отошел к каминной полке, чтобы взять посуду и приборы, которые были там составлены.

Мы с Ритой сидели молча, а он прислуживал нам с видом избалованного ребенка, которому велели заняться домашними делами, прежде чем он сможет пойти поиграть.

— Любопытно, — наконец нарушил тишину Кристофер, накладывая порцию тушеного мяса с овощами в мою тарелку. — Вы сказали, что прибыли в Бронзовую Гавань не для того, чтобы сразиться с местным Ашером. Так зачем же вы здесь?

— Мы направляемся к руинам. Бруно посоветовал это место для отдыха. Кто знает, когда мы в следующий раз увидим постель и домашнюю еду, — я набросился на обжигающе горячее блюдо. Немного пересолено, но есть можно.

— За каким чертом вы туда собрались? — недоумевал он, накладывая рагу в тарелку Риты. — Это же все равно, что добровольно пойти на верную смерть.

— У нас нет выбора, — пояснил, разламывая пополам кусок хлеба. — Поместье, которое досталось мне, разорено и требует ремонта. А мне нужно заботиться о людях, которые живут со мной. А еще защититься от набегов Ашеров, которые хотят возвыситься за мой счет. Нам нужны деньги, и это единственный доступный вариант.

— Хммм, — задумался Кристофер. Он налил и себе бокал вина, но прежде чем сделать глоток, склонил голову набок и внимательно посмотрел на меня. — Откуда вы родом?

Я прекратил жевать и задумался, что же ему ответить. Если он был наставником Бруно, то точно не был глупее нашего управляющего. А это значило, что сможет сложить два и два и понять, что я Странник. Это всего лишь вопрос времени. Сделал глоток вина, поставил бокал на стол, и открыто встретил его проницательный взгляд.

— Вы, кажется, человек, который ценит прямоту, господин Кристофер, — взглянул на Риту, чтобы заручиться ее поддержкой. Она моргнула и едва заметно кивнула головой. Я воспринял это как одобрение и продолжил. — Я уважаю вас и вашу позицию так же, как уважаю вашего ученика, Бруно, который сейчас помогает мне управлять делами поместья. Но помимо деловых отношений, нас с ним связывают и дружеские, он уже не раз доказал, что его суждениям можно доверять. А это значит, что я могу доверять и вам. Или Бруно заблуждался в вас?

Морщинистое лицо старика выражало признаки глубокой задумчивости. Когда закончил говорить, его брови сошлись на переносице.

Я терпеливо ждал ответа, не торопил его. Закинул в рот пару ложек рагу и запил вином.

— Бруно не ошибся, — наконец проговорил Кристофер, подтащил табурет к столу, сел на него и снова уставился на меня. — И я думаю, что знаю, какую ужасную тайну вы собираетесь мне открыть… Странник.

— Значит, слухи дошли уже и сюда, — Рита доела и, поставив локти на стол, рассуждала вслух.

— Посмотрите на меня и на это место, — старый хозяин не был обделен иронией. — Разве похоже, что я часто выхожу на улицу и сплетничаю с горожанами? Я просто сопоставил некоторые факты и сделал логические выводы. Это не так уж и сложно.

— Бруно говорил так же, — улыбнулся ему в ответ. Атмосфера перестала быть напряженной, Кристофер сменил гнев на милость. — Наверное, я выгляжу как гадкий утенок среди лебедей.

— Да, это очевидно для тех, кто знает, куда смотреть, — поучительно сказал он. — Утенок среди лебедей… Какой интересный речевой оборот.

— Мне уже говорили, что я странно выражаюсь, это тоже меня выдает, — я подмигнул Рите, потому что чаще всего эта претензия возникала именно у нее.

Она подняла бокал и сделала глоток вина, но я был уверен, что она спрятала от меня свою усмешку.

— И все равно я не понимаю, зачем вы идете к Руинам? — как и подобает хозяину, старик наполнил наши опустевшие бокалы и положил мне добавки рагу. — Могу понять ваше стремление обезопасить поместье от наемников и других Ашеров более низшего ранга, но есть же и другие, менее опасные способы обогатиться.

— Да, но ни один из них не позволит мне раздобыть золото быстро. А оно нужно срочно, ещё вчера — я достал из кармана сердце демона. — Как минимум, нужно нанять кузнеца и переплавить этот трофей с моим мечом. Да и конфликты я нажить уже успел и что-то подсказывает мне, что ждать мой враг не намерен и ближайшие дни попытается убить и меня, и лорда Рамзи.

— Ашер, которому вы хотите бросить вызов, планирует занять трон лорда Рамзи? — Кристофер почесывал бороду, видимо, он всегда так делает, когда задумается. — Возможно, следует серьезнее относиться к слухам, что распускает молочник, к которому я хожу. Ситуация выглядит так, будто у вас в глотке застряла вишневая косточка.

— Что означает это выражение? — я посмотрел на Риту, надеясь, что она мне объяснит, но она была озадачена, не меньше меня, судя по тому, как приподнялись её брови.

— Это значит, что у вас неприятности, — в глазах у старика загорелась жажда знаний, такая же, что иногда вспыхивает во взгляде Бруно. — Скажите мне, Ашер Макс, разве в вашей культуре нет подобной поговорки, которая означает то же самое?

— Ну… — я порылся в памяти в поисках подходящего фразеологизма, который позабавил бы его так же сильно, как оборот с гадким утёнком. — Вообще-то я знаю целых два.

— В самом деле⁈ — Кристофер восхищенно ахнул и пошарил в карманах своего пальто в поисках потрепанного кожаного блокнота, и карандаша. Оттуда же он выудил небольшие очки и мгновенно натянул их себе на нос. Открыл блокнот и покрутил в пальцах карандаш. — Ладно, тогда развлеките старика.

— Иногда, когда ситуация накаляется, у нас говорят, что дело пахнет керосином, — оба моих собеседника непонимающе уставились на меня.

— Что такое керосин? — спросил старик, делая запись.

— Это горючая жидкость, ее используют, чтобы отмыть краску, а раньше заправляли им лампы. Но этого уже давно никто не делает, — приятное все-таки чувство, когда не ты один ничего не понимаешь.

— Ладно. Думаю, это что-то характерное только для вашей культуры, нам сложно понять эту фразу. Давайте следующую, — сказал старик панда таким тоном, словно находился на дегустации. Только вместо дорогих вин пробовал на вкус слова.

— Если сталкиваешься с трудным решением, у нас говорят, что ты оказался между молотом и наковальней, — его уши дернулись от удовольствия.

Да, я знал, что ему понравится это выражение.

— О да, при этих словах рисуется вполне понятный образ, вы настоящий мастер слова, Ашер Макс, — похвалил меня Кристофер. Он что-то записал в свой карманный блокнотик, прежде чем его закрыть и спрятать. Карандаш и крошечные очки он тоже убрал в карман пальто. — Вы уже нашли человека, который возьмется за перековку оружия, когда раздобудете золото?

— Нет, мне это ещё предстоит, — признался старику, опуская очищающий камень в кубок с водой. После того, как она перестала пузыриться, я сделала большой глоток, хотелось запить пересоленное мясо. — Какой смысл договариваться с человеком, не имея денег, чтобы заплатить ему? Доберемся до руин, и когда вернемся оттуда, — найду мастера.

— Я начинаю понимать, почему Бруно отправил вас ко мне. Он всегда был слишком умен. — заметил Кристофер.

— Что вы имеете в виду? — до чего же любят местные говорить загадками. Каждое слово приходится вытягивать клещами.

Трактирщик поднес пальцы ко рту и издал пронзительный свист.

Сверху послышалось хлопанье крыльев, хтонический ворон слетел вниз и уселся на краю стола, зацепившись за него жуткими лапами. Он тряхнул хвостом, из которого на пол упало черное перо.

— Берти, — обратился старик к птице, которая ждала его указаний. — Принеси мне книгу с блестящими золотыми страницами, ту, которая больше всех тебе нравится. Если поторопишься, я дам тебе кусочек сахара.

— Кар! — ворон взмыл в воздух, как только услышал о лакомстве, и улетел в другую комнату.

— Так почему вы решили, что Бруно преследовал какую-то цель, отправив нас к вам? Он сказал, что здесь нам будет удобно отдохнуть с дороги, только и всего. — завела разговор Рита, пока мы ждали возвращения Бертрама с нужной книгой.

— Потому что он знает, что у меня есть карта, которая ведет ко входу в подземелье, спрятанному в руинах, — Кристофер закатил глаза и едва заметно покачал головой. — Бруно, должно быть, знал, что вы оба понравитесь мне так же сильно, как и ему самому. И решил, что я одолжу вам этот ценный экземпляр из своей коллекции.

— Он был прав? — спросила Рита, невинно хлопнув ресницами. Но это движение было таким отточенным, что выдавало ее хитрые намерения.

— Я знаю, что ты задумала, хитрюга, — по-доброму улыбнулся Кристофер, шутливо пригрозив ей пальцем и уклончиво ответил на вопрос. — Да, он оказался прав как минимум в том, что я найду вас забавными.

— Кар! — ворон вернулся в столовую, на лету бросил книгу на колени хозяина и снова уселся на стол в ожидании обещанного угощения.

— Хороший мальчик, — старик потрепал птицу по голове и достал из кармана кусочек сахара..

— Кар! — полакомившись, Бертрам уселся ко мне на плечо и толкнул мою голову своей, намекая на то, что я должен его погладить.

— Так странно, что вы ему сразу понравились. — Кристофер помолчал, наблюдая, как тварь прижалась ко мне и прикрыла глаза от удовольствия. Я чувствовал себя гребаной Белоснежкой к которой липли все лесные твари…

— А как он обычно себя ведет? — я почесывал Бертраму шею, а он урчал от удовольствия, как дизельный двигатель.

— О, он пытается выклевать глаза любому, кто посягает на его личное пространство, — ответил эксцентричный старик и усмехнулся, увидев выражение моего лица.

— А ты тот ещё бандит, не так ли? — спросил я хтонического ворона, а он довольно завилял хвостом, словно пёс.

— Вот! — радостно воскликнул Кристофер, найдя страницы, между которыми был вложен лист пергамента. Он отложил книгу в сторону и осторожно развернул на столе пожелтевшую бумагу, на которой была нарисована карта. — Если воспользуетесь ею, сэкономите целых три дня пути. Это опасный маршрут, но он самый быстрый. И я думаю, вам стоит взять Бертрама с собой, раз уж вы так ему понравились. Он мигом почует золото, спрятанное в тайниках подземелий, если оно там, конечно и правда есть…

— Спасибо за карту и за помощника, — искренне поблагодарил старика, забирая бумагу из морщинистых рук.

— Не благодарите меня, — проворчал он в ответ. — Я преследую и свои интересы. Если вам удастся раздобыть золото, то помогу найти мастера в Долине Рамзи, когда вы туда вернетесь. И потребую с вас за это свой скромный процент.

— Если ваша карта и Бертрам проведут нас через Руины, то это будет совершенно справедливо, господин Кристофер, мы согласны.

— Любой, кого мой старый ученик считает своим другом, может рассчитывать и на мою поддержку, — старик спрыгнул со стула, стукнув деревянной ногой по каменному полу и принялся убирать со стола грязную посуду.

Мы с Ритой тоже встали, но Бертрам даже не пошевелился, он так и остался на моем плече. Сидел, спрятав голову под крыло, как будто там ему самое место, и, похоже, даже заснул.

— Кристофер, еще раз спасибо за ужин и помощь, — я снова поблагодарил его.

— Тьфу, заладил! — старик махнул рукой в сторону лестницы. — Идите уже спать. Поход в Руины — дело опасное и вам понадобится много сил.

Он проводил нас до номера, пока мы не скрылись за дверью.

— Ну же, малыш, — я попытался растолкать ворона, чтобы он пересел с моего плеча на изголовье кровати.

— Кар? — растерянно каркнул хтонический ворон и снова спрятал голову под крыло и опять заснул. Сам он уходить не собирался, пришлось взять его в руки и осторожно пересадить.

— Я конечно хотел домашнее животное, но о птице даже не думал, — улыбнулся, поглаживая зверушку по чёрной спине, и широко зевнул.

— Не привязывайся слишком сильно. — К сожалению, нам придется вернуть его обратно.

— Да, а теперь иди сюда, — я разделся и забрался в постель. Это был изнурительный день, и все, чего мне хотелось, — выспаться. Нам предстояли трудные дни, нужно было перед выходом хорошо отдохнуть.

Рита сбросила пояс с оружием, наплечники, ботинки и всю остальную одежду, и нырнула ко мне под одеяло. Стоило нам обоим оказаться в тепле и безопасности, как мы мгновенно уснули.

Казалось, прошло ничтожно мало времени, всего несколько жалких секунд, как бесцеремонный трактирщик ворвался к нам в комнату. Точно так же, как это всегда делал Бруно. Ну что за хрень⁈

— Просыпайтесь! Быстрее! — рявкнул Кристофер. Бертрам испугался и заметался по комнате, словно мини-торнадо.

— Что случилось? — мы с Ритой кое-как разлепили глаза и выбрались из постели.

— Того Ашер, который хочет Вас убить, зовут случайно не Адлер Бёрнс? — спросил старик.

— Да, а что? — услышав это имя, я оживился, подскочил с кровати и стал одеваться. Накинул плащ, закинул рюкзак на плечи и повернулся к старику.

— Прямо сейчас Ашер Адлер, находиться на первом этаже. И не один, а вместе с друзьями!!!

— БОМ!!! — Внизу раздался оглушительный грохот…

— Первый этаж, чисто! — снова раздался грохот. Они что, срывают двери с петель и обыскивали комнаты?

— Вероятно, за вами следили его шпионы, — Кристофер бросился к окну. Он открыл его, отчего в комнату ворвался прохладный ветерок с реки, а вместе с ним донесся грохот водяного колеса. — Адлер ворвался ко мне со своими негодяями-приспешниками. Я не дал ему желаемых ответов о твоем местонахождении, поэтому он приказал обыскать все комнаты.

— Есть другой выход из этого дома? — я выглянул в коридор и осмотрелся.

— Да, этот, — Кристофер за ворот затащил меня обратно в комнату и подтолкнул в сторону окна.

— Вы шутите? — Рита не спорила с ним, она подошла к окну, чтобы оценить обстановку.

— Я говорю серьезно, — он помог моей жене надеть рюкзак. Как только мы оба были готовы, он потащил меня к нашему единственному пути к отступлению.

— Второй этаж — тоже никого нет! — голоса раздавались все ближе и ближе.

— Времени больше нет, — старик практически вытолкал меня в окно сразу после того, как там исчез хвост Риты.

— Просто иди за мной, Макс, — шепотом сказала Рита, стоя на карнизе. — Черт, как будто это так просто с увесистым рюкзаком за плечами.

Бертрам тихо каркнул, сидя на рюкзаке, как будто подтверждал слова супруги. Никого, кроме меня, не смущало, что до земли больше десяти метров.

— А как же вы? — спросил я Кристофера, который собирался закрыть окно.

— Не беспокойся, постарайтесь поскорее добраться до ворот, — ответил старик. — Рядом с ними лес, там можно укрыться до рассвета. А я пока отвлеку их.

— Вы тоже должны уйти, — я настаивал. — Этот ублюдок не знает жалости. Вдруг, не поймав меня, он отыграется на вас?

— Это мой дом, господин, и хотя я ценю вашу заботу, но лучше стану жертвой несправедливости, чем позволю зазнавшемуся Ашеру отобрать его у меня, — в тот момент Кристофер был очень решительным, он стоял, расправив широко плечи, и был готов к любому исходу.

— Если не хотите уходить, то хотя бы спрячьтесь, — попытался убедить я его, но за дверью уже слышался топот.

— Не беспокойтесь, я не дам себя в обиду, — лукаво улыбнулся старик. — Позаботьтесь о Бертраме, он хороший помощник, хоть и с характером. И не забывай: будьте храбрыми, но помните об осторожности.

От его напутствия в груди разлилось какое-то щемящее тепло. Я не успел поблагодарить Кристофера, он захлопнул окно и отошел от него. Чтобы не вызвать подозрений у головорезов, которые могли в любую секунду ворваться в номер.

— Макс, давай быстрее! — Подгоняла меня Рита. Пока я болтал, она уже добралась до угла здания и по водосточной трубе спустилась на козырек, прикрывающий черный ход. Между дверью и рекой не было и метра: только узкая дорожка, по которой мог пройти только один человек, и невысокий парапет.

— Подожди меня! — я покачнулся на узком карнизе и, цепляясь за выступающие детали фасада, неуверенно пошел за женой, мысленно вознося хвалу тому, кто сделал мои ботинки, которые выдал Бруно. Если бы они скользили, я бы уже полетел вниз.

— Эй! — раздался крик. Конечно, Бёрнс не полный идиот, он оставил наблюдающего и на улице. На случай, если у нас получится сбежать. — Они на крыше! — человек побежал в дом, чтобы позвать остальных.

— Черт, — я уже спускался по трубе, она скрипела, явно не рассчитанная на такой вес, и я опасался, что она в любой момент оторвется от стены. Последний метр я преодолел прыжком. Черепица затрещала, когдаприземлился, но крыша выдержала.

Если раньше у нас и были какие-то призрачные надежды, что Бёрнс официально вызовет меня на поединок, то за последние десять минут они полностью испарились. Его не прельщала даже слава, которая свалилась бы на него, убей он меня по всем правилам и при свидетелях. Он просто хотел поскорее избавиться от свидетеля. Адлер планировал стать Лордом острова в ближайшие дни и замять убийство Странника, который непонятно откуда взялся, для него не будет проблемой, если все пойдет по плану. А он, был в себе уверен.

То, что произошло дальше, заняло несколько секунд, но в моменте казалось, что прошли часы.

Стрела просвистела над моей головой и разбила фонарь, что стоял возле дома. Тем лучше, темнота нам была только на руку. Я присел и прикрылся руками.

— Медведев, трус, вернись сюда! — раздался знакомый голос позади. Я обернулся, увидев как Адлер натягивает тетиву, чтобы пустить в нас стрелу.

Я не сомневался, что он был опытным лучником. А еще у него был меч способный убить, даже если нанести всего лишь безобидную царапину. И это выводило меня из себя, нужно было заканчивать с этим психом, пока он меня действительно не прикончил.

— Макс, пригнись! — Рита метнула в него сюрикен.

— Набийская сука! — взвизгнул Адлер. Звездочка распорола ему руку, из-за чего он выронил оружие.

— Кар! — решил добить его Бертрам. Он налетел на него, хлопая крыльями и целясь крепким клювом в лицо. Хтонический ворон загнал Адлера обратно в дом и скрылся внутри вместе с ним.

У нас было мало времени, нужно срочно решить что делать дальше. Бёрнс мог выбежать на улицу в любой момент, один из наемников уже неуклюже пробирался по карнизу.

— Смотри, — Рита указала на небольшой корабль, который быстро приближался к нам по реке. И по тому, как она переводила взгляд с нее на меня, я не ожидал ничего хорошего.

— Мы будем прыгать? — пытался отговорить ее от этой опасной затеи, но из головы не выходила мысль, что это наш единственный шанс.

— Конечно, не будем, вернемся в дом, к Бёрнсу, который спит и видит, как бы поскорее прикончить тебя, — съязвила жена.

— Нет уж, — тем более из дома снова выбежал целёхонький Адлер. — Я лучше прыгну. Какие-то советы есть?

— Нет времени на разговоры, прыгаем, — судно уже тут! Рита без лишних сомнений оттолкнулась от козырька и приземлилась на крышу капитанской рубки. Кувыркнувшись, как акробатка, она скатилась на палубу и подорвалась на ноги.

— Прыгай, Макс! Быстрее, — пришлось поторопиться, корабль продолжал двигаться и не собирался меня ждать.

Стараясь в точности повторить движения Риты, я прыгнул, но из-за заминки приземлился в задней части палубы. Еще секунда — и плюхнулся бы в воду.

— Бертрам! — позвал я хтонического ворона, который вылетел из дома и не понял, куда мы пропали. Услышав крик, он полетел в нашу сторону и сел на моё плечо. — Хороший мальчик.

— Ложись! — Рита упала и дернула меня вниз. В нашу сторону, одна за одной, полетели стрелы. Они бились в железный борт и вонзались в деревянный настил палубы, пока мы не отплыли достаточно далеко от берега.

— Ты как? — тяжело дыша, я повернулся к жене, чтобы убедиться, что она в порядке.

— Нормально, а ты? — она тоже осматривала меня.

— И я.

Фигура Бёрнса, в ярости метавшаяся вдоль берега, становилась все меньше и меньше. Надеюсь, от этой проблемы мы избавились хотя бы на время.

Кажется, это судно послала нам сама Богиня Солнца, удача, что оно шло так близко к берегу.

Капитан вышел из рубки, чтобы проверить, что за шум, и сильно удивился, увидев нас на своей палубе. Без лишних любезностей Рита сказала, что я Ашер, поэтому он ушел обратно ни с чем и больше глупых вопросов не задавал и на глаза не попадался. Едва корабль пришвартовался, тут же сошли на берег.

Накинув капюшоны, мы целый день путали следы: петляли по людным улицам и темным переулкам. К вечеру, после бессонной ночи и суматошного дня, мы валились с ног.

— Это то, что нам нужно, — Рита указала на огромный паром. Рядом с ним толпились люди. — Он идет почти до самых ворот, нам нужно попасть туда, пока их не закрыли на ночь. Выберемся из города и можно будет на время забыть про Адлера и его шайку, они даже не подумают, что мы покинули крепость, если только Кристофер не проболтается. А он скорее себе язык откусит.

Взяв у меня пару камней, Рита сама договорилась с билетёром, который пропускал людей на судно. Видимо, здесь с этой десятиной не так строго, как в Долине Рамзи.

Когда мы спустились с порома, солнце уже почти село, а нам оставалось пройти еще пару километров по песчаному пляжу до ворот.

Прогулка на закате вдоль берега реки — самая шаблонная романтика, которую только можно себе представить. Хоть времени у нас было не так уж и много, я пару раз останавливался, чтобы поцеловать жену, современный кинематограф крепко вбил в голову эту модель поведения. Да и я не мог отказать себе в удовольствии — выбрались, живы, жена красавица, пляж, что ещё для счастья нужно?

Добравшись до ворот, без препятствий выскользнули за них. Стражников интересовали только входящие в крепость люди. До безумцев, которые стремились ее покинуть на ночь глядя никому дела не было.

Ориентируясь на карту, отошли от стены на достаточное расстояние, чтобы чувствовать себя спокойно. До входа в пещеры сил добраться не хватило. Устроились среди скал, развели костер и перекусили. Прошедшие сутки выдались непростыми, стоило расслабиться, как меня догнало осознание, — мы несколько раз прошли по краю, на волосок от гибели.

— Можем поспать? — я сидел, согнув ноги, сложил предплечья на колени и устало опустил на них голову.

— Отдохни, а я подежурю, — пробормотала Рита. Она вымоталась не меньше моего.

— И как ты себе это представляешь? Я буду спокойно спать, пока ты высматриваешь в ночи угрозу? Тебе тоже нужно отдохнуть, — я поднялся на ноги, от усталости под глазами Риты залегли тени.

— Но… — ее перебил Бертрам.

— Кар-кар-кар, — он взлетел на самую высокую скалу поблизости и смотрел на нас кроваво-красными, умными глазами.

— Думаю, Берти предупредит нас, если увидит кого-то постороннего или опасность. Справишься? — я не был уверен, что хтонический ворон понимает, но просьбы Кристофера он выполнял без проблем. Надеюсь, Бертраму хватит мозгов…

Ворон громко каркнул, подтверждая мои слова. И уселся с важным видом на камень и стал показательно вертеть головой по сторонам.

— Похоже, ты прав, — Рита подошла к скале, на которой он устроился и погладила нашего помощника. — Берти, как же хорошо, что ты с нами.

Он заурчал, ей богу, как дизельный двигатель на малых оборотах, подставляя под её руку еще и голову.

Прислонившись спиной к камням, мы сидели у костра и доедали свой скудный ужин.

— Как ты думаешь, на что похожи эти подземелья? — когда адреналин перестал плескаться в крови, мое тело расслабилось, но разуму еще требовалось некоторое время, чтобы успокоиться. — Есть что-нибудь об этом в легендах?

— Ммм, — задумчиво промычала Рита, припоминая, что слышала. — Есть истории о существах, которые населяли древний город еще до того, как он превратился в Руины. И о подземельях, что доверху были засыпаны золотом.

— Что это были за существа? Откуда они взялись? — спросил у супруги. — Судя по тому, что рассказывал Бруно, это не демоны, а какие-то другие монстры.

— Люди думают, что они появились гораздо раньше демонов. Это первые дети Луны.

— Как они выглядели? — меня распирало от любопытства. Атмосфера нашего вечера откинула меня в детские годы. Как будто я засиделся с пацанами у ночного костра, а они травят страшилки. Как сейчас помню: — В чёрном-чёрном городе…

— На картинах монстры изображены в самых разных обличьях, — речь Риты замедлялась, а веки то и дело смыкались. В поисках тепла она жалась ко мне и ерзала, усаживаясь поудобнее. — Чаще всего они покрыты густым мехом, у них огромные уши и зубы. Передвигались они на двух ногах, прямо как люди. А еще говорят, что в полнолуние они наиболее сильны.

— Прямо как оборотни из наших легенд, — прокомментировал её слова. Меня тоже рубило, огонь почти прогорел. Нужно было устраиваться на ночлег.

— Что? — сонно переспросила супруга.

— Не бери в голову, котенок. — Давай немного поспим. Поцеловал супругу и стал устраиваться по удобнее.

Один плащ свернул и подложил под голову, вторым накрыл нас сверху. Мы так устали, что даже каменистая земля казалась мягкой периной. Я закрыл глаза, открывать их не было ни сил, ни желания и погрузился в сон.

Я провалился в сон, словно в яму с липкой смолой, которая затягивала всё глубже и глубже. Не было никаких сновидений, в голове было совершенно пусто. Это состояние можно было сравнить с комой. На периферии сознания промелькнула мысль, что нужно как-то проснуться, но ничего не получалось.

Однако проблема с ранним подъемом напрочь отпала — нас разбудил громкий скрежет открываемых утром ворот, от которого сотрясалась земля.

— Нужно срочно найти замену кофе, — я сонно ворчал, надевая ботинки. После сна голова ужасно раскалывалась.

— Что такое кофе? — Рита прицепила на пояс меч и накинула плащ.

— Это горячий бодрящий напиток, который даёт энергию и делает утро добрым, — я почесал рукой затылок. В идеале, конечно, хотелось умыться, но никаких следов или звуков водоемов поблизости не было.

— Я бы хотела найти что-нибудь подобное для тебя, — Рита подошла ко мне сзади и помяла мне плечи, разгоняя кровь в районе шеи.

— Если кто-то и заменит мне чашку утреннего кофе, то только ты.

— Пока могу предложить тебе только конфетку, — она положила мне ладонь виноградный шарик, я закинул его в рот и от резкой кислоты сильно свело челюсть. Во! А тоже ничего эффект у этих конфет, — бодрит!

— А где Берти?

— Кар! — раздался крик хтонического ворона и он вышел из-за большого камня, держа в клюве небольшую змею. Ворон моргнул кроваво-красными глазами и, запрокинув голову, проглотил ее целиком. Черт, к такому меня жизнь не готовила. Аппетит, который еще пару минут назад напоминал о себе, мгновенно пропал.

Я похлопал рукой по плечу.

— Кар! — радостно захлопав крыльями, птиц взлетел и приземлился на предложенное место.

— И тебе доброго утра, Берти.

Мы вышли из укрытия и осмотрелись. Слева от нас солнце только начинало подниматься над вершинами восточного горного хребта, потоки золотистого света лились сквозь его зазубренный край. Мы отдохнули, свежий ветерок приятно обдувал кожу, а я чувствовал, что смогу покорить даже Эверест, если это потребуется. Впрочем, это было близко к тому, что нам предстояло. Если верить карте, нам придется все время подниматься по склону, пока не дойдем до вершины западного хребта. Руины были окружены крепостью «Вестфорд», которая была помечена крестиком.

Подойдя сзади, Рита завязала мне глаза своим новым платком.

— Что ты делаешь? — спросил я с улыбкой, когда она встала передо мной и аккуратно забрала карту.

— Еще рано, — сказала она тихо, чтобы не нарушать тишину утра и атмосферу спокойствия. Мы ещё не видели ни одной живой души с тех пор, как вышли за ворота города. Оно и к лучшему, надеюсь приспешники Адлера нас окончательно потеряли.

— Максим, у нас есть время для тренировки, — сказала супруга, и я услышал игривую усмешку в ее голосе.

Притянул ее ближе к себе. Положил руки ей на бедра, а она обвила мою шею. Я чувствовал близость и возбуждение разгоралось внутри меня. Рита умеет завести с пол оборота одной лишь интонацией голоса и легкими прикосновениями.

Я сблизился и впился губами в её сладкие, пухлые губы. Поцелуй был неторопливым и очень возбуждающим. А еще очень нужным. Я впервые почувствовал, что обрёл дом и причину сражаться за своё будущее и близких мне людей.

Перывистое дыхание супруги было хорошо слышно в тишине раннего утра.

— Хорошо, мой нетерпеливый ученик, — она отстранилась от меня. — Сейчас остальные твои чувства обострены, потому что я отняла у тебя зрение. В некоторых ситуациях, как, например, в поединке с Итаном, ты не сможешь полагаться на свои глаза. Чтобы выжить, тебе придется считывать обстановку другими способами.

— Понимаю, — я и правда последнее время стал различать больше звуков. Где-то справа услышал тихое пение птицы, а за стеной начали раздаваться звуки просыпающегося города.

— Сконцентрируйся. Попробуй дойти до сути своих ощущений, — гипнотизировала меня Рита.Представь себе сочный, спелый персик. Его косточка — это твоя интуиция, словно маленькое, но мощное ядро. Вокруг нее — мягкая, но прочная оболочка тела, которая не пропускает свет внутрь. Твоя задача — впустить этот свет внутрь себя.

Закрыв глаза, я представил персик. Разломил его пополам, обнажив косточку. Под лучами солнца она начала нагреваться, и из нее вдруг проклюнулся зеленый росток, расколов твердую скорлупу косточки. Сосредоточившись на этом образе, я прислушался ко всему, что меня окружало.

Это было похоже на то, что я испытывал, когда входил в состояние временного транса. Все мое внимание было направлено на слух, словно я стал частью окружающего мира. Но в этих экспериментах со временем всегда присутствовало напряжение — не физическое, а ментальное. Я не знал, что сейчас со мной происходит и как этим ощущением управлять или остановить. Но обучение и наставления Риты только начинались.

— Теперь подумай и скажи, в какую сторону нам нужно идти? — теплое дыхание супруги щекотало ухо, а волосы на затылке стали дыбом, словно после удара током.

До этого момента мы шли с Юга на Север, но нам нужно было свернуть на Запад. Я прислушался к звукам крепости. Шуму реки и какофонии голосов и звуков, что раздавались справа от меня. Повернулся на девяносто градусов, чтобы оказаться к крепости спиной. В этом случае запад должен был оказаться справа. И я уверенно развернулся еще на девяносто градусов.

— Туда, — уверенно указал Рите и стал ждать новых задач или объяснений от сексуальной географички. — Рита? А награда будет?

Я растерянно повел руками по воздуху, но рядом девушки кошки нигде не оказалось. Потянулся к платку, чтобы снять его, но пара теплых рук, возникли словно из ниоткуда и остановили мои движения.

— Подожди, не торопись, — губы Риты приблизились к моему уху. — Герой, награда будет, но сначала, тебе придется ее поймать.

Слева меня обдало потоком прохладного воздуха, и я решил, что именно в этом направлении рванула моя коварная жена.

Ее методы обучения были необычными, Рита не жалела меня и не делала поблажек. Но она была уверена, что я справлюсь, и я не хотел ее разочаровывать.

— Берти? — позвал я ворона, и он сразу прилетел ко мне на плечо. — Найди Риту.

Да, не одна ты такая хитрая, ухмыльнулся я жене, которая скорее всего даже не видела меня.

— Кар! — отозвался он и полетел, как я и думал, влево. Мне оставалось только следовать за ним.

Сначала я двигался очень медленно. Выставив руки перед собой, ощупывал воздух, чтобы никуда не врезаться. Но отогнав эти страхи, стал ориентироваться только на карканье Бертрама и смешки Риты.

Мне пришлось довольно много побегать за Ритой между скал, и в какой-то момент почувствовал кожей легкий бриз.

— А ты молодец, — Рита чмокнула меня в щеку и сняла, наконец, платок с моего лица.

— Я справился с испытанием? — спросил у неё, прикрыв рукой глаза от яркого солнечного света

— А ты как думаешь? — игриво улыбнулась она и протянула мне развернутую карту.

Я взял пожелтевший пергамент и огляделся вокруг. Рита привела нас в удивительное место. С одной стороны раскинулся океан. Кажется, я приплыл по нему на остров Сканно, только со стороны Долины Рамзи. С другой — виднелись ворота, за которыми скрывалась Бронзовая Гавань. Позади был лес, всюду летали насекомые, похожие на стрекоз, усыпанных драгоценными камнями. Здесь природа выглядела приветливой и безопасной, но, ориентируясь на карту, я понимал, что нам нужно идти совершенно в другом направлении.

Зазубренные пики торчали из каменистой тропинки, по которой нам предстояло пройти, как острые зубы хищного зверя.

— Жаль, что мы не можем выбрать более живописный маршрут, — с сожалением выдохнул, осматривая дорогу и подъём на западный хребет. Но это был самый короткий путь, и логичнее было воспользоваться именно им. Не добавляли красок этой картине и тяжелые, серые облака, которые клубились над горами и двигались в нашу сторону. Медленно и неукротимо становились все ближе и ближе.

— Нам лучше начать подъем, — сказала супруга глядя на темные тучи. Она вытащила из кармана кусочек сахара и скормила его Бертраму. И когда только Кристофер успел подложить ей угощение для ворона?

Птица радостно заурчала и проглотила сладость, довольно зажмурив глаза.

Супруга погладила Бертрама и пересадила его мне на плечо. Судя по тому, как она повела плечами, разминая спину, ворон всё время игры сидел у неё на плече. — Что там по карте? Нам нужно просто идти вверх?

— Сначала — да, но через несколько километров должен быть большой, белый камень-указатель. По нему мы сориентируемся, в какой стороне Вестфордская крепость. — ответил ей и еще раз сверился с картой, чтобы убедиться, что ничего не перепутал.

Я старался запоминать дорогу. Если что-то случиться с картой, мы хотя бы будем знать, как вернуться обратно домой. Хотя я не рискнул бы возвращаться домой без карты. Судя по тому, с каким трепетом относился к ней Кристофер, за её потерю он спустит с нас шкур семь или восемь.

Над головами загремел гром, а ветер усилился. Я вглядывался в горизонт в поисках молний. В такую погоду опасно двигаться, да и приятного было мало.

Склон становился все круче. То, что сначала было едва ощутимым уклоном, превратилось в серьезное препятствие и сильно замедляло наше продвижение. Приходилось работать не только ногами, но и помогать себе руками, чтобы взобраться как можно выше. С каждым пройденным метром дышать становилось все сложнее не только из-за нагрузки, но и из-за разряженного воздуха.

Я уже собирался предложить Рите остановиться на перекур, пусть даже просто постоять на острых скалах и перевести дыхание, но в этот момент нам улыбнулась удача и мы выбрались на небольшое плато. Под неприхотливы раскидистым деревом, раз оно умудрилось вырасти на каменистой почве, можно было присесть и перевести дух. Его ветви свисали до самой земли и образовывали собой этакий шалаш, в котором можно было укрыться от пронзительного ветра и непогоды.

— А вот и камень, — кивнула Рита в сторону указателя, что прятался в тени дерева. А я его даже не заметил.

Для случайных путников, он вряд ли послужил бы ориентиром. Но если знать о его предназначении, можно было сделать кое-какие выводы. В расплывчатой форме едва угадывалась стрелка, что указывала прямо на Запад. Нужно было пройти сквозь крону дерева.

Бертрам щелкнул клювом и без опаски нырнул в глубь кроны, а мы с Ритой обменялись выразительными взглядами. Нужно быть осторожными, неприятности могли поджидать за каждым углом или камнем, да и погода лучше не становилась. Я сверился с картой, и пошел вслед за хтоническим вороном, — золотоискателем.

— Бертрам? — мое зрение привыкло к тусклому свету, просачивающемуся сквозь плотную завесу из веток и листьев.

— Кар, — отозвался крылатый и спикировал с верхней ветки ко мне на рюкзак.

Я раздвинул ветви с другой стороны и увидел тропинку, по обеим сторонам которой густо росли деревья. Вверху их кроны переплетались и образовывали над дорожкой живой тоннель.

— Подожди минутку, — притормозила меня Рита. Она бросила свой рюкзак на землю и начала что-то там искать.

Я и сам не собирался идти дальше, сел, навалившись спиной на ствол и тоже покопался в рюкзаке в поисках чего-нибудь съестного. Вытащил сверток с сушеным мясом и два водных фрукта. Скудный завтрак, особенно для тех, кому, возможно, предстоит сражаться с монстрами, но ничего другого не было.

— Что это? — я положил порцию Риты ей на колени, и она отвлеклась от своего занятия. Она собирала какое-то устройство, похожее на телескоп.

— Это факелы, — она соединила три цилиндрические деревянные трубки. Древесина была похожа на бамбук, такая же блестящая и полая внутри. Крайнюю часть, самую широкую, Рита набила сухим, коричневым мхом. Как только она чиркнула над факелом двумя кремнями, он запылал.

Факел ярко пылал и освещал нашу поляну. С освещением, конечно, она выглядела не такой мрачной и пугающей. Мне даже показалось, что как-только разгорелся огонь, я услышал звук чьих-то удаляющихся шагов.

— Удобно, — заметил, пытаясь отогнать ощущение, что за нами кто-то следит, и взял оставшиеся детали, чтобы собрать второй факел. Я вставил трубки друг в друга.

— Теперь, мох, — напомнила Рита.

Я нащипал мха прямо с камня, на котором сидел, и затолкал его в трубку, высек из камней искру и факел моментально вспыхнул.

Растение при горении выделяло странный запах, похожий на аммиак. Он напомнил мне чистящий раствор, в которой мы вымачивали заржавевшие детали в часовой мастерской. На бутылке был кричащий значок, что средство огнеопасно, поэтому неудивительно, что мох вспыхивает от одной искры.

— Они будут гореть около двух часов, и если мы сохраним прежний темп, то за это время сможем добраться до вершины, — Рита доедала небогатый завтрак и запивала его водой из фрукта.

Я уже закончил есть, вытер рот тыльной стороной ладони. Обычно я выбрасывал кожуру водных фруктов, после того, как выпивал сок, она была горьковатой. Но когда у нас появился Бертрам, я решил попробовать ее высушить. Возможно, ему придется по вкусу такое угощение.

— Трудно поверить, что сейчас день, — заметил я, когда мы шли по окутанной мраком тропе.

— Это место страшнее, чем ты думаешь. Темнота может сыграть с нами злую шутку, она будет запугивать, — приглушенным голосом сказала Рита. Она не теряла бдительность ни на секунду, постоянно прислушивалась к любому скрипу и хрусту веток под ногами. — Не отходи от меня и следи за дорогой, она очень коварная, может развернуть нас обратно.

— У тебя есть советы для подобных ситуаций? — спросил тихо спросил у супруги. Позади я услышал шорох и обернулся, но там никого не было.

— Да. Не спускай с меня глаз и постарайся не обращать внимание на ощущение, тебе будет казаться, что из темноты на тебя смотрит сотня глаз. — Потерять Риту в таком месте — последнее, чего мне хотелось, поэтому я ускорился и сократил небольшое расстояние между нами.

Даже Бертраму было не по себе. Он ни на секунду не покидал ореол света, лишь иногда перелетал с моего рюкзака на Ритин, и обратно.

Это место реально пугало: огромные деревья выглядели угрожающе, они смотрели сверху вниз, как безмолвные часовые, и пристально следили за каждым нашим шагом. Время от времени вдалеке раздавались крики неведомых существ, даже представить страшно, как они выглядят, если от одних только этих звуков по телу идёт дрожь. И совету Риты о том, что не стоит обращать внимание на странные взгляды из темноты, не особо-то получалось, я буквально чувствовал их своей кожей.

Чем сильнее сгущалась вокруг нас темнота, тем больше это ощущение завладевало моим вниманием. Казалось, что за каждым кустом притаился хищный тигр, приготовившийся к прыжку.

Я старался не паниковать и брать пример стойкости с жены, но время от времени ее шаги тоже сбивались, дыхание учащалось, как и у меня. Казалось, что лес смыкается вокруг нас в удушающее кольцо.

Рита замедлила шаг, и я тоже остановился. Ее уши настороженно навострились и затрепетали, широко раскрытые глаза вглядывались в темноту. Зрачки увеличились так сильно, что от радужки остался только тоненький ободок.

— Что ты слышишь? — тихо спросил у неё и представил персиковую косточку, которая навечно засела в моих ассоциациях как центр и начало всех ощущений. Но мелькающие перед глазами тени мешали сосредоточиться, поэтому я закрыл их, предварительно взяв Риту за руку, чтобы она никуда не исчезла, пока я ничего не вижу.

— За нами охотится стая, — она подняла голову и повела носом.

— Чем пахнет? — я тоже принюхался к воздуху, но ничего, конечно же, не почувствовал.

— Не знаю. Запах их шерсти мне не знаком. Я никогда еще не встречала таких существ, — она встрепенулась и потащила меня дальше. — Нам нужно идти. Они чувствуют, что мы рядом, но пока не понимают, где именно мы находимся. Звери сейчас с подветренной стороны от нас. Чем быстрее отсюда выберемся, тем лучше.

— Мы почти у выхода, — я сверился с потрепанной картой. Сразу за этой тропой на ней было отмечено тринадцать поворотов, и я постарался запомнить каждый. — Идем.

После пробежке по тоннелю у меня появилась клаустрофобия. Даже воздух тут был каким-то спертым, несмотря на то, что мы все это время находились на улице. Я и не осознавал, что замерз, пока не вышел на солнечный свет.

— Теперь самое сложное, — я запрокинул голову, чтобы посмотреть на отвесные скалы. Здесь высоко.

— Не отставай! — поддразнила меня Рита с дерзкой ухмылкой, оглядываясь на меня через плечо. Дерзость и самоуверенность не покидали ее, даже когда за нами охотилась стая непонятно кого и предстояла трудная дорога в наш личный Мордор.

Игривое настроение Риты передалось и мне. Я дернул ее за кончик хвоста. Она ахнула и покраснела, а потом зашипела от негодования, чем очень меня рассмешила.

Я прижал её к себе, взял за подбородок, как будто собирался поцеловать, наклонился, прижавшись к ее губам своими, а затем, в последний момент приподнял голову и цапнул ее за кончик носа, который она тут же недовольно сморщила.

— Наперегонки, — задорно сказал я и рванул к стене.

Она кинулась следом за мной, а я отступил в сторону, как в детской игре «кошки-мышки» и рассмеялся, прогоняя остатки страха после тоннеля.

— Не отставай! — передразнил её и отошел еще на несколько шагов.

— Ты пожалеешь, когда я тебя поймаю, — в ее голосе я услышал игривое рычание, в котором не было и капли реальной угрозы. — Кстати, ты можешь представить, что уходишь от врага и путаешь следы. У меня такое чувство, что в ближайшее время нам придется заниматься этим довольно часто.

— Вторая тренировка за день, ты совсем меня не щадишь, — притворно пожаловался, хотя уже чувствовал, как по венам, в предвкушении разливается адреналин, как будто я только что залил в себя банку энергетика. — Ну что, ты готова?

Роскошные ноги Риты напряглись. Опустившись в глубокий присед, она оттопырила попу, прогнулась в пояснице, и оперлась руками о землю. В облегающей черной одежде она была похожа на лоснящуюся пантеру, готовую к прыжку. От осознания того, что я вот-вот стану добычей такой сексуальной дикой кошки, в крови забурлило возбуждение. Мы ещё посмотрим, кто из нас станет охотником, а кто дичью…

Подмигнув ей напоследок, помчался вверх по крутому склону, до первого поворота было метров пятьсот. Я оглянулся, чтобы проверить, далеко ли Рита

— Попробуй задействовать другие чувства, Макс! — из под моей стопы вылетел камешек и, судя по звуку, попал прямо по супруге.

— Эй! — возмутилась она.

— А что насчет тех ребят, что преследуют нас? Они не услышат? — я снова обернулся.

— Они учуяли наш запах, когда ветер переменился, — она решила мне отомстить? Камень отрикошетил от скалы и ударил меня по руке. Мы обогнули второй поворот.

— Какая кровожадная, — проворчал себе под нос.

— Я все слышу, — Рита бросила еще один камень, и он попал мне по локтю. — Прислушайся к ощущениям, уклоняйся, не оглядываясь!

— Знаешь, от этих камней останутся синяки…

— А я тебя потом пожалею, — пообещала она, и предвкушающе рассмеялась.

— Это угроза или обещание? — я подобрал камешек и бросил в нее. Хотя по правде я и сам не знал, какой ответ мне понравился бы больше.

Вместо ответа Рита только усмехнулась. Я услышал, как она зачерпнула горсть снарядов с каменистой тропы.

Встряхнулся и приказал себе сосредоточиться, постарался уловить слухом каждое ее движение.

Взбираясь по склону, я не мог отвлекаться на воображение и визуализацию. Чтобы не сорваться с узкой тропы, пришлось выезжать на голом убеждении в том, что сконцентрироваться — это вопрос жизни и смерти.

Мне показалось, что камни гремели в левой руке Риты, значит, бросать их она будет правой. Информации было немного, и я не очень-то понимал, как мне это поможет. Но тут услышал, как она замахнулась.

Камень просвистел рядом с левым ухом как раз в тот момент, когда почувствовал, что нужно наклониться вперед и уйти вправо. Я взял стабильный темп, каждый шаг синхронизировался с ударом сердца. Мне больше не нужно было думать о том, как двигаются ноги и руки, это происходило на автомате, и я отдал всё внимание слуху.

Я свернул влево и увернулся от очередного камня, а затем перепрыгнул еще один, нацеленный мне в ноги.

Легкие горели, ноги уже еле двигались, но разум оставался кристально чистым. У меня как будто выросли глаза на затылке, которыми я мог наблюдать за своей женой и уворачивался почти от всех летящих в меня снарядов.

Мы миновали шестой поворот. Я задумался, есть ли у этого состояния какие-то границы или я могу расширить своё ощущение пространства или сознание бесконечно. Сфокусировался на своих ощущениях и мысленно попробовал расширить зону их действия, но внезапно услышал знакомый звук.

Тик. Тик. Тик.

Я мог охватить вниманием все: движения своего тела, маршрут, топот наших ног, стук камешков, которые Рита перекатывала в ладони, звук, с которым Бертрам рассекал крыльями воздух. Но в эту понятную симфонию ворвался еще и свист.

Тик. Тик. Тик.

— Рита, — я развернулся и сгрёб её прижимая вплотную к скале и прикрывая собой. Мимо пролетела стрела. Чуть ниже по склону появилось несколько темных фигур, одна из них указывал рукой в нашу сторону.

— Кажется, нам пора уносить ноги, — не один я так подумал, потому что враги уже рванули за нами в погоню…

— Кааар, — пронзительный крик Бертрама вывел нас из оцепенения.

— Бежим! — мы понеслись вверх по склону, надеясь добраться до водопада быстрее, чем враги нас догонят.

Я очень надеялся, что вход в руины — это что-то абстрактное, и попасть в них можно в любом месте. Было у меня предчувствие, что ублюдки, что преследовали нас, не станут стоять и ждать, когда мы найдем дверь. А еще я рассчитывал, что они не решатся лезть за нами в подземелье, кишащее призраками и монстрами, и останутся на пороге. Все же местные жители очень суеверны, а у этих руин очень дурная слава.

Подняв голову, осмотрелся, надеясь увидеть что-нибудь остатки разрушенного города, но за высоким склоном нельзя было ничего увидеть. Я перестал считать повороты и понятия не имел, где именно мы сейчас находимся.

Когда повернули в очередной раз, у меня закололо в боку. Но о том, чтобы снизить скорость, не могло было и речи, поэтому я продолжал бежать и надеялся, что выносливости хватит.

Послышался плеск воды.

— Водопад, должно быть, близко! — приободрилась Рита. Мы синхронно перепрыгнули через поваленное дерево.

— Я чувствую их запах! — как она умудрялась болтать на такой скорости — была для меня загадка. После очередного поворота, который оказался последним, мы остановились как вкопанные.

Несмотря на то, что за нами гнались не с самыми добрыми намерениями, мы не могли сдвинуться с места. Пооткрывав рты от восхищения с примесью ужаса, смотрели на разрушенную крепость, которая не уступала своей мощью защитной стене острова Сканно. Зубчатые стены покосились, казалось, что полуразрушенные башни могут упасть от малейшего сквозняка, но они держались, несмотря на удары беспощадного ветра. Крепость венчала вершину водопада, воды которого с плеском обрушивались на гладкие, черные камни у наших ног.

— Как нам попасть внутрь? — я разрушил оцепенение, охватившее нас. В атмосфере было что-то гнетущее, требовавшее тишины, и я чувствовал себя виноватым из-за того, что перекрикивал шум водопада.

Рита слегка вздрогнула, до нее не сразу дошел смысл моих слов. Она как будто вообще забыла, что кто-то стоит рядом с ней. Тряхнув головой, супруга разогнала морок и вытащила из ножен меч.

— Вход должен быть за водопадом. Нам нужно поторопиться, их запах стал очень насыщенным, они совсем близко.

Из-за рева падающей воды я не слышал топота ног наших преследователей, а видно их пока не было. Но враги и правда должны быть уже где-то совсем рядом.

— Идем, — я взял жену за руку.

У нас не было времени на раздумья, мы обогнули поток воды и принялись ощупывать скалу в поисках входа.

Рита потратила десяток секунд, чтобы зажечь факел, но в итоге мы оказались в выигрыше. Потому что без света вряд ли смогли увидеть древние руны, нацарапанные на каменной стене.

— Макс, они уже близко, — Рита в панике смотрела то на меня, то сквозь поток воды. Но за ним пока никого не было видно.

— Секунду, — я в отчаянии рассматривал символы и водил по ним пальцами. Если бы Рита умела читать, мы бы уже знали, что здесь написано. Возможно, это подсказка или указатель.

— Я уже слышу их, — торопила она меня.

Я поднес факел ближе и сосредоточился на надписи, и вдруг…

— Кажется, я понимаю, что здесь написано, — успокоил Риту. Каким-то образом синхронный перевод, который позволял мне понимать местных жителей, преобразовал непонятные закорючки в кириллицу. Охренеть! Вот это полезная штука. — Оружие не стоит ничего, если его хозяин не владеет ключом.

— Макс… — толкнула меня локтем Рита. Я обернулся и увидел, как из-за поворота выбегает первый враг с лохматой головой. На улице уже темнело, но на его человеческом теле отчетливо виднелись племенные рисунки. На бедрах была повязка, за спиной — колчан со стрелами. Вот и вся одежда.

— Черт, — я снова уставился в стену, как будто это поможет найти ответ.

Войти внутрь так просто было нельзя. Нужно было произнести пароль, который скрывался в ответе на загадку. Как и в сказках про пещеры с сокровищами, вход в это подземелье требовал дань. Остальные враги тоже подтянулись и прошли сквозь струи воды. Они подняли свои волчьи морды и принюхались к воздуху. Унас больше небыло времени.

— Какой это может быть ключ? — бормотал я, сосредоточившись на этой дурацкой загадке. Я больше не мог позволить себе отвлекаться, поэтому ситуацию с нашими преследователями контролировала Рита. — Ну же, что делает оружие бесполезным?

— Они заметили нас, — сказала Рита, держа катану наготове.

Один из волков смотрел на нас, в темноте его глаза горели. Он собрал вокруг себя остальных и указал в сторону водопада.

Хорош Кристофер! Рассказал нам, как прийти сюда и ни слова не сказал о том, что нужен еще и пароль. Или… может быть, он говорил, а я просто забыл? Мне вспомнилось, как серьезен он был, когда провожал нас. Он просил меня не забывать о чем-то, но о чем именно — совершенно вылетело из моей головы.

Раздался волчий вой, и шесть оборотней решительно направились в нашу сторону.

— Макс, соображай! — прошептала Рита.

— Не забывай, не забывай… — повторял я нараспев. — Что же говорил Кристофер? Что-то о карте, о том, что нам поможет Бертрам… Не забывай… Оружие не стоит ничего… Отсутствие чего делает оружие бесполезным?

— Кааар! — Бертрам хлопал крыльями, храбро бросившись нас защищать.

— Храбрость! — заорал я, когда меня догнало осознание.

Кристофер действительно подсказал нам ключ, хоть и в своей эксцентричной манере. Я вообще не был удивлен, зная, как он любит играть словами. А то, что это могло стоить нам жизни — уже совершенно другой вопрос.

С шипением, как будто автобус на остановке открывает двери, тяжелая каменная плита отъехала в сторону, открывая узкий проход. Я позвал Бертрама, схватил Риту за руку и затащил ее в подземелье. Как только мы оказались внутри, щель начала сужаться.

— Быстрее, быстрее! — я понимал, что вряд ли камень услышит, поймет и тем более послушается меня, но не мог сдержать эмоций, потому что пара щелкающих челюстей пыталась протиснуться следом за нами.

Рита угрожающе выставила вперед меч, на случай, если придется принимать бой в узком проходе. Но необходимости в этом не было, вход закрылся. Волк снаружи пару раз озадаченно взвизгнул и смолк.

Мы тяжело дышали в тишине, я прижалась лбом к холодному камню и ухмыльнулся.

— Оружие не стоит ничего, если его хозяин не владеет ключом, — я поражался логике человека, который придумал эту загадку. — Этим ключом оказалась храбрость.

Рита вложила свой меч в ножны и, резко схватив меня за лацканы плаща, прижала к стене. Я подумал, что она что-то увидела или услышала, но она неожиданно прижалась ко мне всем телом и поцеловала.

— И за какие заслуги на моей улице перевернулся грузовик с поцелуями? — спросил я, довольно улыбаясь.

Факел лежал на земле и все еще горел, я прекрасно видел, с каким обожанием на меня смотрела Рита.

— Не понимаю, о чем ты, — смутилась она. — Но ты один из самых умных людей, которых я встречала. И скорость твоих Реакций, Макс… Если бы не ты… — я не дал ей озвучить то, что и так было понятно, не хотелось даже думать об этом, поэтому я прервал поток ее восторгов еще одним поцелуем.

— У меня бы ничего не получилось без такого хорошего учителя, — я заглянул ей в глаза, ласково погладив шею большим пальцем. — А где Бертрам?

— Кар-кар! — раздался крик ворона-золотоискателя из темноты. Я поднял с пола факел, поднял его повыше и осветил катакомбы.

По обе стороны каменного склепа стояло по пять саркофагов, составляющих безмолвную стражу.

— Бертрам? — Рита произнесла имя ворона шепотом, но ее голос все равно отразился от высоких стен и сводчатого потолка.

— Кар! — отозвался он где-то поблизости, но мы его не видели, поэтому пошли на его голос. Миновали саркофаги и дошли до противоположной от входа стены, которая была разрушена бог знает когда. Надеюсь она не несущая, не хотелось бы погибнуть, так и не найдя ни одной монеты. Берти шуршал где-то поблизости, и так как здесь был только один проход дальше, мы вошли в небольшую комнату.

— Смотри под ноги, — предупредил я Риту, споткнувшись о камень.

Мы оказались в крошечной комнатушке, в которой до нас наверняка побывали многие. Там не было ничего, кроме нескольких разбитых ящиков и деревянных бочек. Среди этого хлама мы и нашли Бертрама, он ковырялся клювом в куче старого тряпья.

— Что у тебя там, приятель? — я присел и подсветил факелом, чтобы получше рассмотреть его находку.

Он снова потянул за ткань, там что-то звякнуло, и я увидел, что одеждой прикрыт человеческий скелет. Бертрам снова и снова нападал и мотал головой, пытаясь что-то вытащить из его кармана.

— Что ты там нашёл, приятель? Золото?

Наконец, с торжествующим карканьем хтонический ворон вытащил блестящую золотую монету из брюк мертвеца.

— Это же золотоискатель, — напомнила мне Рита, почесывая Бертрама под подбородком. Судя по тому, что говорил Кристофер, я думал, нам придется отвоевывать у него каждый грамм золота, но ворон послушно выронил монетку на подставленную Ритой ладонь. Супруга спрятала находку в свой рюкзак. — Просто невероятно, что ты нашел ее здесь. Без тебя мы бы не справились.

— Это все, конечно, хорошо, но одной монеты нам вряд ли хватит. А как пройти дальше — вопрос, мы в тупике, — я водил факелом, освещая стены и потолок, но никакого прохода здесь не было. — Бертрам, может, ты знаешь, как пройти дальше?

Я спросил, ни на что особо не рассчитывая, он же золотоискатель, а не компас. Но ворон вскинул голову и уверенно кивнул.

— Кар! Кар! — он щелкнул клювом и взлетел, зацепился когтистыми лапами за выступ на стене и стал ее клевать.

Он стучал по камню, периодически оборачиваясь на меня. Наверное, это что-то значило.

— Здесь какой-то тайный проход, да? — я подошел к нему.

Бертрам оживился, распушил загривок, снова постучал по одному из камней и посмотрел на меня кроваво-красными глазками-бусинами.

Мы с Ритой обменялись взглядами, я пожал плечами. Ну ладно. Просто попробую. Я постучал по тому же камню.

— Конечно, так просто быть не могло! — я особо и не надеялся, но стукнув по нему от досады — удивился. От сильного удара камень погрузился глубоко в стену, я протолкнул его до конца, пока он с глухим эхом не выпал с другой стороны. Просто нужно было бить немного сильнее!

— Краеугольный камень! На нем все держалось, — Рита начала с легкостью вытаскивать камни, из которых была сложена фальшивая стена.

Я подключился, в четыре руки дело пошло ещё быстрее, в перегородке образовался проход, куда мы с легкостью пролезли. Следующим помещением оказалась огромная пещера. Я придержал Риту за руку, чтобы она не рванула на эмоциях вперед, ведь в паре метров от нас разверзлась настоящая бездна.

— Вот это да… — мой шепот отразился от стен, но его быстро поглотила чёрная тьма. Расщелине, которая делила пещеру пополам и уходила глубоко в недра земли, не было конца и края.

Свет наших факелов пылал ярко, но освещал вокруг лишь небольшое пространство. Он выхватывал из темноты край деревянного моста, соединявшего две стороны.

— Кар! — Бертрам щелкнул клювом, спрыгнул с рюкзака Риты и перелетел через мост.

— Нам лучше не отставать от него, — Рита вышла вперед. Она явно видела в темноте лучше меня, поэтому шла за Бертрамом, а я — за ней.

— Макс, нам нужно быстро пройти мост, я не уверена в его надёжности, но других путей на ту сторону не вижу.

— Подожди, что? — я думал, нас ждет приятная прогулка и был уверен, что этот мост достаточно крепкий, чтобы выдержать нас двоих. — Значит, сейчас будет третий урок за сегодняшний день? Как-то многовато.

— Да. И в конце либо зачет, либо провал. — ответила Рита будничным тоном слегка пожимая плечами. Я понял, что у нее просто специфическое чувство юмора, как говорится, — профдеформация на лицо.

— Ну все, соберись, — давала последние наставления Рита, когда мы подошли к мосту. — Представь, что ты стрела, несущаяся над землей. Двигаешься так быстро, словно тебя подгоняет в спину ветер.

Она не стала ждать моего ответа и рванула вперед, а я собрался с духом. Ладно! Самое страшное, что может произойти — упаду в расщелину. Так себе утешение, но выбора по сути нет. Всё или ничего.

Я не сводил глаз с факела Риты, который маячил уже в самом конце моста. Я знал, что стоит мне посмотреть вниз, как увижу кромешную тьму, поэтому старался взгляд туда не опускать. И без этого каждый шаг воспринимался как последний.

Мост не выглядел очень длинным, по пока я бежал через зияющую пропасть, пятьсот метров показались пятью километрами.

К счастью, мост быстро закончился и мои ноги заскользили по пыльному каменистому полу. Клянусь, я готов был упасть на колени и целовать родную землю, никогда меня к ней так сильно ещё не тянуло. Я обернулся, чтобы убедиться в том, что действительно сделал это.

— Ты отлично справился, я в тебе не сомневалась, — Рита подошла и обняла, положив голову на плечо.

— Мы потеряли Бертрама? — спросил у неё, тяжело дыша, и приходя в себя.

— Нет, он ждет нас у решетки, — супруга подсветила факелом высокие железные ворота. — Я думаю, раньше за ней что-то прятали.

Ворон сидел на рычаге, который, очевидно, и запускал в действие механизм подъема. Эти ворота выглядели, как серьезное препятствие.

— Что они держали здесь? Цербера? Самых опасных преступников? Даже знать не хочу. — я вздрогнул, потому что из пропасти внезапно повеяло сквозняком. Он донес до нас отчетливый запах серы.

— Кар! — жадное до золота существо клюнуло меня, привлекая внимание.

— Ладно, ладно, я понял, — я передал Рите свой факел, чтобы обеими руками опустить рычаг, но он не поддавался. — Да, ты бы тут точно не справился без нас, — поддразнил я ворона.

— Кар! — это прозвучало так оскорбленно, словно я задел его достоинство.

— Ну не обижайся, — пропыхтел и всем весом навалился на древний рычаг. Решетка сдвинулась лишь на несколько жалких сантиметров, ржавый механизм противно скрипел, но понемногу двигался.

Рита воткнула факелы в щель между двумя скалами, подошла к Бертраму и взяла на руки.

— Кар! — супруга прижимала его к себе, а хтонический ворон изо всех сил выкручивался из ее объятий и рвался к решетке.

— Тише, тише, — она разговаривала с Бертрамом, как с непослушным ребенком. — Сейчас мы не можем пройти, нужно немного подождать.

— Аууу… — Внезапно, позади нас раздался пронзительный волчий вой.

— Похоже, наши преследователи нашли другой способ проникнуть внутрь, — констатировал я.

— Нужно поторопиться, — Рита покрепче зажала извивающегося Бертрама под мышкой и шикнула на него, чтобы ворон замолчал и перестал орать. В другую руку она взяла наши факелы.

— Беги вперед, я попробую проскользнуть следом за тобой, когда отпущу рычаг, — я уже успел поднять решетку наполовину.

Рита кивнула и перебежала в следующую пещеру, а я юркнул под медленно опускающиеся ворота за ней и Бертрамом. Получилось. Был риск остаться здесь, но обошлось. Не знаю, так был устроен механизм решетки или он просто на просто проржавел, но всё обошлось.

Жуткий грохот, отразившийся от каменных стен, с которым закрылся проход, оповестил волков о нашем местоположении.

— Надеюсь, отсюда есть другой выход, потому что эти ворота открываются только с одной стороны, — заметил я, когда осмотрел ближайшую округу на наличие такого же рычага и его не нашёл.

— Должен быть, — уверенно сказала Рита. — Я тоже не думаю, что возвращаться тем путем, которым мы пришли, было бы разумно.

— Пошли, — я шел уверенно потому, что никаких развилок на нашем пути пока не встречалась. Мы спустились по каменным ступеням, прошли вдоль череды сырых, пустых камер, которые выглядели как самая настоящая темница. Тут пахло плесенью, и отсыревшим сеном. В некоторых помещениях стояли пыточные приспособления. Я с трудом мог представить, по какому принципу работает большая часть приспособлений. И если честно, знать этого не хотелось. К чёрту.

Дальше Бертрам взял на себя инициативу, взлетел и когда появились развилки свернул вправа. Ворону я доверял, было видно, что он тут ориентируется куда лучше нас. Так и получилось. Бертрам провел нас через комнаты более приятные, чем виденные нами темницы. В них лежали приличные тюфяки, на стенах висели фонари. Наверное, тут раньше спали охранники. По моим предположениям, мы двигались на северо-восток от входа, но уверен я не был. Гнетущая темнота подземелий могла сыграть злую шутку с моим внутренним компасом. Да и какой компас, если я даже на улице путаюсь, что говорить о подземелье.

Хорошо, что у нас был хтонический ворон, одержимый поиском золота. Без него мы растерялись бы на первом же повороте и тыкались в каждый угол, как слепые котята, ведь эти руины были похожи на бесконечный лабиринт с сотнями поворотов, тупиков и закольцованных маршрутов. Жаль, что наша карта вела только до входа.

Время от времени Бертрам останавливался и указывал на какой-нибудь небольшой предмет, серёжку, брошку или раздавленное кольцо сделанные из золота или горстку золотой чешуи, скрытых под слоями пыли и паутины. Даже если кто-то проходил до нас по этому маршруту, вряд ли они нашли бы эти вещи без такого помощника. Конечно, это было мелочью по сравнению с тем, сколько денег нам было нужно для благоустройства поместья и оплаты работы кузнеца. Но даже так, мы ничего не упускали и каждый найденный вороном предмет складывали в сумку, каждый раз Бертрам одобрительно каркал, — выражая своё одобрение нашей запасливости. Ну ещё бы, кто в здравом уме золотом вот так разбрасывается. А мы были слишком бедны, чтобы перебирать и крутить носом от таких подарков.

Еще и вражеский вой, то и дело звучащий вдалеке коридоров морально давил, напоминая, что за нами, по пятам идут враги.

Мы бежали за нашим проводником по коридорам и залам, на ходу я выхватывал взглядом отдельные детали: прогнившая деревянная дверь, которая вот-вот сорвется с петель, но каким-то чудом продолжает держится на добром слове, еще один скелет, склеп. Поднявшись по лестнице, мы выскочили в просторный вестибюль заброшенного дворца.

Солнечный свет струился сквозь высокие окна, в некоторых рамах сохранились фрагменты цветных витражей выложенных из небольших кусочков стекла. Солнце стояло высоко и это меня обнадежило. Я очень надеялся, что мы сможем выбраться из этих жутких развалин ещё до наступления темноты.

Бертрам метался вокруг, как будто не мог решить, куда идти. Мы с Ритой использовали заминку нашего проводника, чтобы вытряхнуть из факелов пепел, разобрать их и убрать в рюкзаки. Одной заботой меньше, с обеими свободными руками и бежать легче, и защищаться в случае нападения куда сподручнее.

Наконец, ворон с радостным карканьем щелкнул клювом и полетел к гигантской каменной лестнице, которая возвышалась над остальной частью разрушенного дворца.

Мы бросились вслед за золотоискателем, Бертрам повел нас вверх на три пролета, а затем завернул в длинный коридор. Мы добежали до конца и повернули налево.

На крутом повороте ворон резко остановился раскинув крылья в стороны, гася скорость и чуть не вылетев в окно, уцепился лапами за кованую ручку. Рите хватило грации и опыта резко затормозить, а вот я этого не сумел. Со всего маху плечом врезался в каменную стену. Да так сильно, что у вышибло воздух из лёгких, а по мраморным плитам стены поползли новые трещины. К счастью цел, кажется с момента становления Ашером моё телом стало куда крепче.

Ворон перелетел от окна и ухватился цепкими лапами за ручку металлических дверей, украшенных коваными узорами.

Он развернул к нам взъерошенную голову и, убедившись, что мы смотрим, дважды стукнул клювом по створке.

— Бертрам, что там? — я с силой надавил на заржавевшую ручку.

С громким скрипом двери в таинственную комнату открылись, и ворон первым влетел в богато обставленную спальню, которая, скорее всего, предназначалась для хозяина этого дворца. Но я сомневался, что мы найдем здесь что-то путнее. Врядли у местного царька был золотой унитаз, как у наших олигархов. Скорее всего в этот раз Бертрам ошибся. Если верить слухам, на это место не раз совершались набеги. Подозреваю, что наемники первым делом грабили сокровищницы и спальни.

Комната подтверждала мою теорию, из нее давно вытащили все ценное, что можно унести, вплоть до простыней и матраса. Да и от кровати мало что осталось за эти годы. Разруха.

Но ворона не остановило отсутствие золотых гор, рассыпанных посреди комнаты, он хлопнув крыльями направился к дальней стене и уселся на каминную полку.

— Кар! — он позвал нас к себе.

— Бертрам, но здесь ничего нет, — Рита поманила его пальцем. Она разделяла мое мнение и хотел поскорее уйти, чтобы не терять время впустую.

Ворон расправил черные крылья, нахохлился и решительно топнул лапой, показывая, что с места не сдвинется, пока мы не подойдем к нему.

— Кар! — внезапно ворон расправил крылья и стремительно бросился в дымоход.

— Бертрам! — я подбежал к камину и заглянул внутрь. Кажется, с этим своевольным товарищем шутки плохи.

— Кар-кар-кар — откликнулось оттуда эхо. Послышалось какое-то шуршание, возня, я отстранился за секунду до того, как из дымохода вылетел перепачканный сажей ворон и несколько раз от души чихнул. Он врезался мне в грудь, и я тут же поймал его.

После того, как Бертрам пулей выскочил из камина, на дно топки со звоном посыпались небольшие мешочки.

Мы с Ритой удивленно переглядывались при виде этого водопада из сокровищ, которые сыпались из печной трубы. Мы не верили своим глазам. Я даже перестал обращать внимание на Бертрама, который с силой выкручивался из моих рук, чтобы с гордостью устроиться на вершине горы из драгоценностей.

— Там наверное, было какое-то потайное углубление, — по восторгу в голосе Риты я понял, что ещё немного и она сама нырнёт в камин, чтобы изучить его устройство и найти потайную нишу, но у нас на это не было времени.

— Грузи мешки в сумку!Нам нужно забрать, всё что найдем и как можно скорее уносить ноги. Малейшее промедление могло стоить нам жизни. Я скинул рюкзак на пол, открыл его и стал набивать его мешочками размером с кулак, внутри которых лежали золотые монеты.

Бросив тоскливый взгляд на трубу, Рита присела на корточки и присоединилась ко мне.

— В этих руинах подозрительно тихо, — заметила супруга, когда мы набили рюкзаки монетами до отказа, не оставив ни одной монеты. — Я все жду, когда мы попадем в ловушку или из-за угла выскочит монстр. Есть еще, конечно, вероятность, что часть золота окажется проклятой.

— Подожди, золото может быть проклятым? — я уронил рюкзак,который уже почти нацепил на плечи.

Бертрам склонил взъерошенную голову набок и выронил из клюва кольцо с крупным рубином.

— Это всего лишь легенда, — неуверенно рассмеялась Рита. — Обычная сказка на ночь о том, как древние Лорды прибегали к помощи колдунов, чтобы защитить свои сокровища от воров. Если человек вынесет хотя бы один предмет за стены дворца, то он будет уничтожен проклятием.

— Но это всего лишь сказки, верно? — волосы у меня на затылке встали дыбом. Проделать весь этот путь, чтобы на выходе нас подкосило какое-то древнее проклятие — такая перспектива вообще меня не прельщала.

— Конечно, — улыбнулась она и надела Бертраму на шею красивый серебряный браслет.

Ворон выпятил грудь и, когда она поднялась на ноги, запрыгнул ей на плечо.

Я как раз надел рюкзак, как в приоткрытую дверь влетела стрела и отскочила от каменной стены.

— Ауууууууу! — взвыл человек-волк, и на его клич отозвались еще двое.

— Нужно заблокировать дверь, — начала суетиться Рита, но я остановил ее и вытащил из ножен меч.

— Нет, мы должны разобраться с ним, до того, как к нему на помощь придут остальные, — я бросился к двери. — Мы не можем позволить им загнать нас в угол.

Когда я выскочил в коридор, он натягивал следующую стрелу. Такую большую, что она была похожа на короткое копье. Учитывая, что волколюди ростом были под два метра, обычные стрелы смотрелись бы нелепо. Да и луки у них были очень массивные.

Как только седовласый волк отвел назад руку с натянутой тетивой, Рита метнула в него сюрикен. Звёздочка влёт переразала натянутую тетиву и полоснула шерстяного ублюдка по плечу.

Оборотень зарычал, оскалился и как бешеный доберман рванул в нашу сторону, на ходу доставая меч.

Я отскочил вправо, а его оружие со звоном опустилось на каменный пол и высекло целый сноп искр.

С боевым воплем Рита набросилась на волка, пока он не успел подготовиться к новой атаке.

Дико воя, серый отразил ее атаку. Рита отлетела назад и враг посчитав её более опасной двинулся в сторону моей супруги. Я зашёл сбоку, и резко ударил его ногой. Волчара такого не ожидал, он врезался в перила, ограждающие лестничный пролёт.

Мы набросились на него. Серия ударов, обрушилась на него с огромной силой, словно мы с Ритой годами сражались бок обок. Рита отвлекла внимание, и кончиком своего меча подрубила ногу серому, а я с разворота пронзил грудь урода мечом. Ударом ноги по трупу выдернул меч, а волчара завалился на мраморные ступени и с грохотом покатился вниз, пока он не достиг площадки и там не остановился, вокруг волка растекалась алая лужа крови. — Победа!

Но радоваться было рано, по лестнице топоча лапами поднимались другие волки.

Я оттащил Риту назад, чтобы они нас не увидели, мы развернулись и побежали наверх. Вслед донесся протяжный вой, на который откликнулись еще трое.

— Почему у меня сложилось впечатление, что они просто безмозглые и монстры? — рассуждал вслух, пока мы преодолевали ступеньку за ступенькой. — Они кажутся довольно организованной стаей и неплохо владеют оружием.

— Я тоже так подумала, — растерянно сказала Рита. Мы спешили, старались скрыться, но тяжёлые мешки за плечами стали для нас серьёзным испытание на прочность…

Еще два оборотня выскочили из-за угла прямо перед нами. Судя по всему, они не ожидали здесь нас увидеть, но сориентировались быстрее нас. Один из них мощным прыжком, пролетел мимо нас и оказался прямо за нашими спинами. Окружили, твари!

Волк поднялся на ноги и скрестил перед грудью руки, в каждой из которых был меч с изогнутым лезвием.

Рита развернулась к нему лицом, быстро спрятала меч в ножны и взяла в руки два острых трезубца. Вот это она даёт…

— Макс, действуем как при сражении с демонами, — сказала Рита и бросилась на своего противника.

Я встретился взглядом с оборотнем, который стоял на против меня и довольно скалил пасть. В руках он держал длинное копье с острыми наконечником, чуть ниже которого было два острых крюка. Мохнатый ловко вращал его, перекидывая из руки в руку. В его желтых глазах вспыхнула жажда крови, серая морда сморщилась, когда он обнажил в оскале клыки. Волк замахнулся на меня копьем, но я успел отразить удар. Тренировки с Ритой, хоть их и было не так уж много, не прошли даром. Шагнул вперед, чтобы сократить дистанцию, а враг нацелил оружие вниз, чтобы повредить мне ноги.

Тик. Тик. Тик.

Пульс отчетливо застучал в ушах, я сосредоточился на ощущении захватывающего меня транса. Адреналин мощным потоком выплеснулся в кровь.

Сконцентрировался, пока это ощущение не обрушилось на меня со всей мощью, хотел научиться контролировать его от начала до конца. Чтобы управлять им по собственному желанию.

Тик. Тик. Тик.

Его копьё медленно приближалось к моим ногам. Я сузил фокус своего внимания и, впервые по-настоящему смог управляя своим трансом, остановил время ровно настолько, чтобы перепрыгнуть металлический наконечник и разрубить четким ударом древко копья пополам.

Время вернулось к обычному темпу.

Противник отшатнулся в удивлении. Но быстро сориентировался, он подобрал отрубленную половину с пола и ухмыльнулся, размахивая деревяшками, словно дубинами.

Если раньше из-за длины копья не мог подобраться к врагу, то теперь такая возможность у меня появилось. Но обоерукий волк, был чертовски опасен. Одно неверное движение, и его огрызок копья прилетит мне в голову.

Мне пришлось отступать, оборотень наступал, лениво размахивая опасными обрубками. Каждый раз, когда я пытался его атаковать, он отмахивался от моего меча, как от назойливой мошки.

Враг действовал слишком быстро, а значит, мне не обойтись без своего дара.

Тик. Тик. Тик.

Я не хотел погружаться в транс полностью, чтобы не терять из виду того, что происходит за моей спиной.

Тик. Тик. Тик.

Волк приближался ко мне, деревяшки в его руках вращались, как лопасти вертолета, но уже гораздо медленнее.

Тик. Тик. Тик.

Его движения стали еще медленнее.

Тик. Тик. Тик.

Воздух вокруг вращающихся лезвий стал покрываться рябью. Враг был слишком близко, пора ъдействовать. Наклонившись, я подобрал горсть камней и швырнул их ублюдку в лицо.

Волк завыл и отшатнулся, из его разбитого носа хлынула кровь.

Я резко ударил мечом и пользуясь замедленным временем выбил оружие из его правой лапы.

Ударил снова, но в этот раз не так успешно, поэтому мне оставалось только отбиваться, когда волк чуть было не выпотрошил меня наконечником копья, оставшимся у него в целой лапе. Я отступил вправо, пригнулся и над головой просвистел наконечник. Оказавшись сбоку, я полоснул его клинком. Монстр зажал свободной рукой довольно глубокую рану и врезался спиной в стену. Ну а я не теряя драгоценного времени, воспользовался своим преимуществом и сразу вонзил клинок в его грудь.

Враг жалобно взвыл, несколько раз в агонии дернулся и затих.

— Ррррррррраа! — закричала Рита.

Я быстро из трупа меч и обернулся. Волк, с которым она сражалась, схватил супругу за шею, а она трепыхалась, пока не выронила оружие.

Тик. Тик. Тик.

Время остановилось. Я резко бросился к ним и изо всех сил полоснул мечом по спине оборотня. Время ускорило свой бег…

Волк вскрикнул и разжал руку, Рита рухнула на каменный пол, а тварь развернулась ко мне.

— Ну, ублюдок, иди сюда! — закричал, а на моём лице появился злобный оскал. Думаю, эту гримасу хорошо понимают все дикие твари.

В отличии от остальных, серых, эта тварь была песочного цвета. Волк зарычал, хищно щелкнул зубами.

Ну что, тварь⁈ Потанцуем…

Как бочка с порохом, в которую прилетела искра, во мне произошел адреналиновый взрыв. Все мои попытки контролировать свою силу полетели псу под хвост, когда волк бросился на меня в атаку.

Тик. Тик. Тик.

Временной транс активировался, накрывая меня с головой…

Тик. Тик. Тик.

Враг прыгнул, взмывая в воздух и потянулся ко мне когтистой лапой так медленно, что, я мог рассмотреть, как двигаются его глаза…

Выставив вперед меч, я шагнул ему навстречу.

Тик. Тик. Тик.

Сделал еще один шаг вперед, и наваждение развеялось, время вновь вернулось к привычному бегу. А оборотень, не ожидая от меня такого финта, грудью налетел на клинок.

Он взвизгнул, понял, что ему конец, но попытался утащить меня с собой. Вцепившись лапами в мои плечи, он насадил себя на меч ещё глубже и щелкнул перед моим лицом зубами, пытаясь откусить мою дурную голову…

Инерция полёта, была так сильна, что мы вместе пролетели считанные метры и с грохотом впечатались в стену.

Волк не отпускал меня, и пытался укусить из последних сил, пока свет в его глазах окончательно не померк…

Я с трудом выбрался из его захвата, выдернул меч, прислонился спиной к стене и сполз по ней вниз. Сердце бешено колотилось, а перед глазами все плыло. — Победили…

— Макс! — Рита подбежала и присела рядом, заглядывая в лицо. — Ты в порядке?

— Да, просто немного закружилась голова. — Кажется, у меня уже немного получается контролировать время.

— Правда? — она радостно улыбнулась, несмотря на дерьмо, в котором мы находились. — Как тебе это удалось?

— В основном благодаря твоим упражнениям, — я вытер клинок, испачканный кровью, свою штанину. — Я визуализировал, сужал и расширял фокус внимания, пытался контролировать поток ощущений. У меня получилось, но недолго. Пока ещё способность продолжает работать своевольно, но скоро это изменится.

Немного передохнув и отдышавшись, Рита поднялась и помогла встать мне.

— Чем больше ты будешь практиковаться, тем лучше у тебя будет получаться. — она зачем-то пошла в угол, там лежал сломанный щит. Сначала я не понял, что ей от него нужно, а затем увидел торчащую голову Бертрама. Хитрец какой, быстро нашёл безопасное место.

— Каарр, — жаловался он. Когда ворон понял, что нам больше ничего не угрожает, он вышел, волоча за собой крыло, вывернутое под неестественным углом.

— Волк отбросил ворона в сторону, когда он пытался помочь мне, — Рита озабоченно нахмурилась. Было видно, что она переживает, но времени на самобичевание не было.

Она наклонилась и оторвала от нижнего края своего плаща полоску ткани, положила ее рядом с вороном и присела на корточки.

— Приятель, сейчас тебе нужно будет немного потерпеть, — Рита отвлекала его ласковым воркованием, а затем резко дёрнула, вправляя крыло в сустав. — КААААР!!!

Воскликнул ворон, дернулся, но из цепких рук супруги было выбраться не так просто. Она быстро перевязала ему повреждённое крыло, чтобы дать конечности отдых.

— Держись, приятель, — я потрепал его по голове. Меня тоже охватило иррациональное чувство вины, что он пострадал, помогая нам. Мог бы сейчас спокойно сидеть у Кристофера на плече и есть сахарок, но попал в передрягу.

— Вот так, — Рита вытащила из рюкзака свой платок, сделала несколько узлов, что-то там ловко перекрутила, и получился небольшой гапак, который она перекинула через свою шею и устроила в нем Бертрама. — Можем двигаться дальше.

Я размял шею, плечи и осмотрелся по сторонам.

— Слева были ступеньки, ведущие вниз, справа — вверх.

— Куда теперь двинем? Думаю идти обратно, — плохая идея.

— Нет, и там все еще ошивается несколько оборотней. Но нам в любом случае нужно спуститься на первый этаж, чтобы выйти из дворца, не думаю, что прыгать из окна будет хорошей идеей, тем более с тяжёлыми рюкзаками за спиной. — Ну, выбора тогда не остаётся, пойдем, рита кивнула и повернула налево, вниз.

— Ну, вниз так вниз, — я сжал в руке рукоять меча. Надеялся, нам удастся в лабиринте коридоров разминуться с оставшимися волками. Сил оставалось не так много, как того хотелось.

Мы спускались, останавливаясь на каждом лестничном пролете, осторожно выглядывали из-за углов, прислушивались к любому шороху.

Тяжелый рюкзак оттягивал плечи, хотелось сбросить его, но глупо было оставить здесь то, ради чего собственно сюда и пришли.

Мы преодолели последний пролёт. Я прижался к стене и прошел немного вперед, осмотрев холл. К счастью, там никого не было, но где-то наверху раздался оглушительный волчий вой.

— Я думаю, они нашли друг погибших соплеменников и теперь ищут нас. Бежим! — Мы быстро пересекли комнату и выбежали на улицу.

— Ай! — вскрикнула Рита и резко остановилась. Она покачнулась и схватилась рукой за стену, чтобы не упасть.

— Рита? — она стояла, положив руку на грудь. Я подбежал к ней.

— Я… я в порядке, я просто… ой!— она снова покачнулась и чуть не рухнула на землю.

— Что случилось? — я поймал ее за руки.

— Кар! — Бертрам выпутался из своего уютного гнездышка.

— Макс… мне больно, — прошептала Рита, ее подбородок задрожал.

— Где? — я лихорадочно шарил по ее телу, в поисках признаков ранений или крови. На черной одежде не было никаких следов. — Тебя ранили? Когда?

— Нет, это не телесная рана, такое ощущение… — Рита не успела описать свои ощущения, у неё резко перехватило дыхание, а ноги подкосились.

Она бы рухнула на землю, но я успел подхватить, присел, и осторожно опустил на свои колени.

— Кар! Кар! Кар! — Бертрам отчаянно хлопал одним крылом, пытаясь привлечь мое внимание.

— Не сейчас, Берти! — на эмоциях рявкнул я на него. Дрожащими пальцами попытался расстегнуть крошечные пуговицы ее обтягивающей рубашки, чтобы улучшить приток крови и облегчить дыхание. Справившись, я распахнул полы и охренел от увиденного. На груди Риты расцвело зеленое ядовитое пятно. Может, это дорисовало уже воображение, но мне показалось, что в этом месте под кожей что-то пузырилось и бурлило. — Это еще что это такое?

— Кар! Кааааар! — Бертрам пронзительно кричал и суетился рядом. Я повернулся к нему, он настойчиво клевал рюкзак Риты. — Кар!

— Мо… мо… — пыталась что-то сказать Рита, но не могла вымолвить и слова. Вдруг, она зашипела от боли.

— Что? — спросил я, откидывая с лица растрепанные волосы, чтобы заглянуть в ее затуманенные глаза. Меня осенило страшной догадкой — Думаешь, это проклятие?

— Каааар! — вопил ворон, словно подтверждая мои слова, и продолжал терзать рюкзак..

— Золото проклято, — я был почти уверен в этом. Меня охватил такой ужас, я ничего не знал о проклятиях, а Рита, единственный человек, что могла хоть что-то о них сказать, сейчас не могла связать даже двух слов.

— Я д-думаю, что эти истории были п-правдой, — немного пришла в себя моя жена. В ее глазах стояли слезы, голос дрожал. Было видно,что ей очень больно, хоть она и держалась из последних сил.

— Кар! — бертрам расковырял дыру в кармашке Ритиного рюкзака и клювом указывал мне на монету, которая из него выпала.

Я схватил ее, пока она никуда не укатилась, и поднес ее поближе к лицу. От нее исходило слабое зеленое свечение, такого же цвета, как след на груди Риты.

Вытряхнув на землю пару мешочков и заглянув в остальные, я больше не нашел проклятого золота. Толька монета, которую нашел Бертрам, мерцала, как отравленное яблоко.

— Почему тогда остальные не прокляты? — спросил я. Хотя какое это имело значение,если Рите было достаточно всего одной?

— Это та, что из с-склепа, —хрипло закашлялась супруга.

— Почему тогда на меня она не действует? — странно, что Рите хватило одного лишь прикосновения, а мне хоть бы хны. Я ведь не чувствовал на себе проклятия, хотя и касался этой монеты.

— Это я положила ее в свой рюкзак и вынесла из дворца, — она застонала от боли.

— Мы просто ее выбросим, — я уже отвел руку назад, чтобы швырнуть монету как можно дальше, но Рита протянула дрожащую руку.

— П-подожди, — она тяжело дышала от очередного приступа боли. — Чтобы остановить распространение проклятья, мы должны вернуть ее туда, где взяли.

— Ты имеешь в виду… Стой! Только не говори, что нам нужно вернуться обратно, — мне поплохело, когда я представил, что придется бежать обратно через дворец, подземелье, мост над пропастью, не говоря уже о решетке, которая открывалась только с одной стороны. Даже вдвоем мы не смогли бы поднять ее руками, а Рита при всем желании в таком состоянии не сможет мне помочь. Да и Бертрам, с подбитым крылом не сможет лететь впереди и указывать правильный путь. Вот дерьмо.

В дворце снова раздался пронзительный и злобный вой. Твари шли по попятам и давили на нервы.

— Макс, — слабо выдохнули Рита и собралась с силами, чтобы продолжить. — Т-тренировка… задействуй все свои ощущения. Что ты чувствуешь?

— Серьезно? Думаешь, сейчас самое время для тренировки? — я смотрел на нее понимая её идеи. Чем мне поможет сейчас тренеровка? Что я мог сделать?

Я аккуратно взял в ладони ее побледневшее лицо и нежно погладил впавшие за считанные минуты щеки.

— В какой сссс… стороне водопад, Макс? — она моргнула остекленевшими глазами. — Если мы найдем водопад, то найдем и вход в подземелье. Так будет проще дойти до склепа и вернуть монету.

— Рядом ничего такого не видно, — я предполагал, что за крепостной стеной, которая окружает дворец, должна быть река, что выливалась водопадом. Вот только стена оказалась очень высокой и я отсюда ничего не видел. Черт его знает, где течёт эта река…

Но если не принципиально возвращаться обратно тем же маршрутом, а главное — вернуть монету на место, то у нас еще есть шанс. — Итак, водопад. Мне нужно воспользоваться уроками Риты и попытаться его почувствовать.

Я покрепче прижал к себе ее дрожащее тело и закрыл глаза, чтобы ничего не мешало мне концентрироваться. Кроме того, конечно, что Рита умирала у меня на руках.

Я запрокинул голову и сосредоточился на своих ощущениях. Если бы я еще до конца понимать, о чем они говорили, было бы вообще прекрасно. Я почувствовал дуновение легкого ветерка, доносящееся откуда-то справа. В нем мне чудилась влага и свежесть. Так пахнет воздух после дождя. Или… Водоем?

Я глубоко вдохнул еще раз. Чтобы не бегать зря туда-сюда, мне нужно было убедиться в своей правоте, у меня не было права на ошибку. Нужно было разобрать этот аромат и свои ощущения до атомов. Все-таки я обычный человек, а не набийский воин. Независимо от того, как хорошо обучала меня Рита, мои обычные человеческие чувства не шли ни в какое сравнение с ее способностями и инстинктами.

Но уроки супруги еще ни разу не подводили, поэтому я не оставлял попыток «прислушаться» к ощущениям, что подсказывало мне обоняние.

Итак, вода. Мне нужно было уловить запах воды, но это еще не все. Чтобы наверняка знать, куда идти, я хотел почуять как можно больше. Например, сернистый запах из расщелины, которая разверзлась в пещере. Там, где этот запах сильнее, должен быть и вход в подземелье.

Пока я сидел, на небо налетели тучи. Теперь мне казалось,что влагой веет отовсюду из-за надвигающегося дождя. Рита становилась все слабее.

Наконец, в сильном порыве ветра я уловил слабый запах серы, он доносился слева.

— Хоть что-то, нам нужно туда, — я разговаривал с Ритой, хоть она уже практически не отвечала. Я старался не дать ей потерять сознание. Ведь как только она отключится, шансов выжить у неё практически не останется.

Я надел свой рюкзак на плечи, в нем было больше провианта и золота, а Ритин Бросил у входа. Я, конечно, убил парочку Ашеров и монстров, но пока еще не был таким крутым, чтобы тащить жену, раненого ворона и два рюкзака с золотом.

Я взял Риту на руки, вот тебе и медовый месяц, приключение, адреналин и засыпающая от проклятия красавица…

— Макс… — ее неглубокое, ледяное дыхание коснулось моей шеи.

— Держись, милая, держись, — Бертрам лежал у нее на груди, Рита уже не обращала внимания на то,что происходит вокруг, но все равно инстинктивно придерживала его рукой.

На помощь мне пришла Воля, я стиснул зубы и пёр как раненый носорог по саванне. Страх за жену гнал меня вперед. Я бежал вдоль зубчатой стены, не чувствуя ног, словно какая-то неведомая сила невидимой рукой толкала меня в спину. Если это Богиня Солнца, то спасибо ей за это. Да и в любом случае спасибо, она явно приложила руку к тому, что происходило со мной в последнее время. Я тот старый, злой на весь мирнеудачник вряд ли смог сориентироваться в такой ситуации. Но Воля моя была крепка. И здесь, обретя дом, семью, цель, я перековывал себя из ржавой тупой заготовки в грозное оружие.

— Ааууууууууу, — раздался за спиной волчий вой. Я побежал еще быстрее.

— Я могу… — выдохнула Рита, — я слышу воду…

Я добежал до прорехи в стене и вылез в нее. Перед нами действительно несся стремительный поток воды. Справа налево, как я и предполагал. Через реку перекинулся мост. Перейти через него — и можно будет спуститься ко входу в пещеру.

Рычание и вой снова подогнали меня, сердце бешено колотилось, от страха я задыхался, но продолжал бежать к мосту. Очевидно, волки вызвали подмогу, потому что когда я обернулся, то увидел, что за нами гналась стая вдвое больше той, что была изначально. Конечно, я не считал, но на первый взгляд так и было.

Давай! Я мысленно подгонял себя, топот их ног раздавался все ближе и ближе. Я уже добежал до середины моста.

— Кар! — предостерег меня ворон. Я понял, что он не кричит просто так, поэтому прислушивался к его крику. Пришлось резко затормозить, так как прямо перед нами на мост взошли волки. Они сюда что, телепортировались?

К сожалению, нет, потому что когда я обернулся, сзади все еще были враги. К ним пришла помощь. Мы оказались в ловушке. Между молотом и наковальней. Вот дерьмо!

Значит, других вариантов у нас не осталось. Пал или пропал…

— Надеюсь, эти ребята не любят плавать, — я покрепче перехватил Риту. Она быстро угасала, но все еще хваталась за меня и за жизнь.

Я подошел к низким перилам и посмотрел вниз. Тут было не так уж и высоко, но течение бурное, случиться могло все, что угодно. Но другого выхода не осталось.

— Держись покрепче! — я прыгнул с моста не задумываясь ни о чем. Пал или пропал, а дальше где наша не проходила, выберусь.

Сначала ударился о воду ногами, а потом погрузился в нее с головой. Удар о гладь, течение, которое меня закружило, и с которым нужно было как-то бороться, что бы выплыть к поверхности. Сам не понял, в какой именно момент Рита и Бертрам выскользнули из моих рук. Раз и я держу пустоту.

Вынырнув на поверхность, стал осматриваться, чтобы найти их, но быстрая река стремительно несла нас к краю водопада.

— Рита! — позвал я, но ее голова не торопилась появляться на поверхности, да и моя то и дело уходила под воду.

Я нырнул, соленая вода щипала глаза, она была мутной, но я смог разглядеть очертания черного плаща супруги. Река услужливо несла жену мне навстречу. Когда смог крепко схватить её, я начал барахтаться изо всех сил, чтобы выплыть к поверхности. Легкие горели, тяжелый рюкзак тянул на дно, но я не мог сбросить его. Иначе ради чего все эти жертвы? Давай Макс, ещё чуть-чуть, нууу…

Наконец, мне удалось подняться над водой. Я жадно хватал Ртом воздух, Рита слабо дышала, но была неподвижна и бледна, как мраморная статуя.

— Кар! — Бертрам тоже дал о себе знать, что не могло меня не радовать. Прихрамывая, он уже шел по илистому берегу в пятнадцати метрах от нас. Ворон взмахнул здоровым крылом, словно приглашал нас присоединиться к нему. Зацепив Риту одной рукой, другой я усиленно погреб к берегу.

Волки так и стояли на мосту, они выли и рычали, но чем ближе река подносила нас к водопаду, тем меньше их было слышно за его ревом. С одной стороны это успокаивало, а с другой — наводило ужас. Если я не смогу сейчас добраться до берега, поток воды утащит нас вниз и приложит о камни.

— Кар! — Бертрам тревожно каркал, ситуация накалялась, край водопада был всё ближе, течение ускорялось. Я сделал пару резких гребков и неожиданно врезался во что-то грудью. Да так сильно, что из легких вышибло воздух. Я врезался в облицованный камнем берег! Зацепился рукой, зацепился рукой, забрался сам и подтащил супругу, вытаскивая её на берег.

— Рита, — я попытался расшевелить ее, одновременно с этим цепляясь за скользкие камни, чтобы нас не смыло быстрым потоком воды.

— Риии-таааа! — тряс ее. Когда основная угроза миновала, я обхватил ладонями ее ледяное лицо и прижался губами к ее лбу.

— Каааар! — Бертрам по спине забрался на мою голову и попрыгал там, сопровождая свои пляски оглушительным криком. Эта наглость вырвала меня из паники, накрывшей при виде неподвижной подруги.

Я загнал леденящий кровь страх поглубже, в самый темный угол души, и сосредоточился. Хоть и редко, но грудь Риты все еще едва заметно поднималась при вдохах и опускалась при выдохах, а значит, еще не все потеряно. Хоть такое дыхание и не было нормой, она все еще жива, опускать руки, — рано.

Тем более водопад был так близко.

Прилив адреналина укрепил меня и вернул ясность разуму. Я начал действовать, удивляясь своей решительности и сообразительности. Я встал и взял Риту на руки.

— Макс… — прошептала она посиневшими губами, но глаза не открыла.

— Я здесь, — покрепче прижал ее к себе. Лишь бы успеть.

Рядом с вершиной водопада лежал огромный валун. Он мог защитить от ветра, который усиливался со скорым приближением грозы.

Я осторожно уложил Риту на мягкую траву с подветренной стороны. Страшно было оставлять ее здесь в таком состоянии, но выбора у меня не было.

— Я чувствую его запах. Он похож на жареное мясо или жаркое. Такие простые человеческие радости мне больше не доступны, но я мог бы наслаждаться этим ароматом многие десятилетия.

— Ваше величество, но если я отдам вам сердце демона, то не смогу улучшить оружие. — вздохнул, но все равно вытащил рубин из кармана.

— Ты так горишь своей идеей, что убьешь своего врага в любом случае, как ты и говорил раньше. Я уверен в этом, — он приблизился к одному из саркофагов и протянул к нему руку, но отдернул ее, вспомнив, что она просто пройдет сквозь камень.

— Знаешь, я тоже в былые времена проливал кровь ради великой любви. Ни небеса, ни адское пламя не могли остановить меня в этом праведном деле. Что ты скажешь? Она этого достойна?

— Она стоит сотни моих жизней, — ответил ему без тени сомнений и положил сердце демона рядом с монетой. Я в любом случае найду способ убить его.

Король-призрак подплыл к моему подношению и, блаженно прищурив глаза, вдохнул. Насладившись, он сосредоточился и начал что-то тихо бормотать.

— Теперь оставь меня и возвращайся к своей возлюбленной, — ответил призрак. — Я снял проклятие, ее жизни больше ничего не угрожает. Пусть золото, которое вы нашли в крепости, послужит на благо твоему достойному делу.

— Благодарю вас, ваше величество, — я почтительно поклонился и побежал к выходу.

— За тобой гонятся волки, не так ли? — спросил король перед тем, как я выскользнул из склепа.

— Да, — кивнул головой, подтверждая его слова.

— Они не позволят вам выйти отсюда живыми. Тем более твоя жена еще некоторое время будет испытывать слабость, — он озвучил мои опасения. — Они ненавидят воду, поэтому ты должен найти путь, который пролегает по подземным водам. По нему вы быстро доберетесь до выхода из развалин моего замка.

— Где искать вход туда? — спросил у короля.

— Поднимись на вершину водопада и поищи старый каменный колодец. Он выглядит так, словно был заколочен тысячу лет назад, но ты без труда откинешь деревянный настил.

— Еще раз спасибо, — я выскользнул в проход, ни разу не оглянувшись.

Мое сердце бешено колотилось в груди, хотелось поскорее увидеть Риту и убедиться, что с ней все в порядке. Я бросился к оставленным веревкам.

Карабкаясь по одной из них вверх, прямо как по канату на уроке физкультуры, я пытался убедить себя, что волки опасаясь близости реки, не решились к ней подойти.

Начинался дождь. — Рита! — позвал супругу, перевалившись через край обрыва на траву. Поднявшись на ноги, я побежал к валуну, у которого оставил бессознательное тело супруги.

Она так и не проснулась, но уже не была похожа на мертвеца. На щеки вернулась краска, она выглядела будто просто спит после тяжёлого дня. Я немного успокоился.

Опустился на колени рядом с ней и с облегчением наблюдал, как её кожа приобретает нормальный цвет, бледность и проклятая зелень почти ушли. Ресницы кошкодевушки задрожали, словно она вот-вот проснется, а голова беспокойно заметалась по земле.

— Кар! — Бертрам отошел от Риты и, два раза тыкнувшись лбом мне в коленку, напросился на руки.

— Спасибо, что присмотрел за ней, дружище, — я погладил подставленную голову.

— Ммм? — при звуке моего голоса спящая красавица вздохнула. Она наморщила лоб, то ли от отголосков боли, то ли от того, что на лицо ей падали капли дождя. Погода быстро портилась, хотя послеполуденное солнце еще пыталось прорваться сквозь темные грозовые тучи. Редкие капли задерживались на ее пепельных волосах и сверкали там, как бриллианты.

Я боялся прикоснуться к супруге, словно она была хрупкой фарфоровой статуэткой. Костяшками пальцев, едва касаясь, провел по еще прохладной щеке, подушечкой большого пальца погладил розовеющие губы.

— Макс? — Рита наконец-то открыла голубые глаза и посмотрела на меня.

— Привет, — я улыбнулся.

— Мне приснился сон… я заблудилась в темноте, но потом появился ты и вывел меня на свет, — она вымученно улыбнулась и снова закрыла глаза на несколько секунд. Силы к ней еще не вернулись. Да и странно бы было, если у неё после всего случившегося было море энергии и сил.

— Ты вернулась, — улыбнулся глядя на неё.

— Макс, я вроде бы в порядке, правда очень устала.

— Ты чуть не умерла у меня на руках, а я так и не сказал тебе…

Рита мягко обвила мою шею рукой и нежно поцеловал её.

Мы отстранились друг от друга, чтобы отдышаться. Я обхватил ладонями её лицо и заглянул в глаза.

— Я люблю тебя, Рита, — сказал и крепко зажмурился. Я впервые признавался девушке в любви, это было немного неловко, но после случившегося и сделанного мной выбора, молчать дальше не имело смысла. Только когда чуть не потерял её, смог осознать, насколько она дорога для меня.

— Я тоже люблю тебя, — прошептала она и мягко поцеловала, сразу отстранившись.

Волчий вой резко вернул нас в реальность, хтонический ворон занервничал, он суетился и щелкал клювом.

— Ты прав, Бертрам, — я подставил ему предплечье, чтобы птица на него запрыгнула и затем, забралась на плечо. Я поднял рюкзак с земли и надел. — За нами все еще охотятся, пора последовать примеру Гомера Симпсона и спрятаться в кустах.

— Макс, ты порой говоришь такие странные вещи, — я помог Рите встать, но как только отпустил, ее колени подогнулись. Пришлось придерживать, чтобы она не упала.

— Макс, я не смогу бежать и сражаться, — Рита снова побледнела, а я уже догадывался, что она собиралась сказать дальше.

Да, неприятности для нас еще не закончились. Всё только начинается…

— Все в порядке, думаю, нам это и не понадобится, — подхватил ее на руки и направился в небольшую рощицу у реки.

Я полагался на свои глаза и интуицию, мои логика и подсознание неплохо сработались в этой вылазке. Вдоль берега колодца не было видно, значит, нужно было искать его где-то среди деревьев. И какое-то шестое чувство тянуло меня именно туда.

— Кар! — Бертрам легонько клюнул меня в голову.

— Ты чего? — недовольно увернулся я и посмотрел на этого вредителя. Ворон уже не раз нас выручал и к нему было полезно иногда прислушиваться. Но вот методы пернатого…

Здоровым крылом Бертрам указал в сторону группы деревьев слева.

— Макс, смотри, — Рита кивнула головой в сторону размытой тропинки, которую я бы врядли сам заметил, если бы не мои глазастые спутники.

Держа на руках жену, я осторожно переступал через скользкие камни, ветки и упавшие деревья. Внимательно следил, куда наступаю, чтобы не рухнуть вместе с ней в грязь.

Колодец был скрыт зарослями и ветками. Уложил Риту с Бертрамом на землю и пошел разгребать мусор с крышки. Как и говорил призрак, деревянный настил выглядел очень старым,но я без труда сдвинул его в сторону, освободив каменный вход. Дождь усиливался, он уже беспощадно хлестал по лицу.

Я вернулся за женой и вороном. Она как раз закончила собирать факел и его поджигала.

— Волки не станут преследовать нас там, внизу, — я усадил ворона на плечо, взял Риту на руки и поднес ее к колодцу. Усадил на каменный бортик, а сам залез внутрь.

— С чего ты взял? И откуда узнал о колодце? — она осветила факелом внутренности колодца, выхватив из темноты спиральную лестницу.

— Слышал из достоверных источников. Жители древнего города использовали целую систему водных путей, чтобы безопасно передвигаться, — помог ей спуститься на каменный пол, прижал к стене, придерживая. — Ноги все еще подводили Риту и без моей помощи она даже стоять нормально не могла, вот-вот рухнет.

— Потянулся и закрыл за нами крышку.

— Что за источники? — спросила она, когда я снова взял ее на руки.

— Не думай об этом, — она прижалась головой ко мне. Конечно, я собирался рассказать ей о встрече с Королем-призраком, но сейчас было не самое подходящее время для этого.

Преодолев последнюю ступеньку, я выдохнул. Спуск показался бесконечным. Мы оказались в подземелье, которое служило чем-то вроде пристани. У воды, в ряд, было расположено несколько прогнивших пирсов с крюками, к которым раньше привязывали лодки.

— Надеюсь, осталась хотя бы одна, — мы подошли к ближайшему пирсу.

— Есть, — указала Рита факелом на лодку, качающуюся на воде у берега.

Несмотря на общую обветшалость и запустение, она выглядела вполне надежной. Все вокруг было прогнившим, разваливающимся, древесина заросла фосфоресцирующими грибами, мхом и плесенью, но лодка выглядела так, словно ее специально сколотили к нашему приходу.

— Ты только посмотри на это, — недоумевал я, помогал Рите забраться внутрь. Потом сел в лодку сам.

— Подожди, это же мой рюкзак! — она приподняла со дна лодки рюкзак, который я бросил у входа в дворец. — Как он здесь оказался?

— Эм… подумаем об этом позже, — я пожал плечами и потер затылок.

Призрак отработал свою часть сделки даже лучше, чем мог рассчитывать.

Я задумался, не его ли королевская магия каким-то образом направляло наше суденышко, потому что стоило нам только отстать от берега, как лодка сама поплыла по темному тоннелю.

— Тебе придется рассказать мне все, что произошло, пока я была без сознания, — настаивала Рита, вставляя факел в специальное отверстие на носу.

— Как только мы вернемся домой, — пообещал ей, а сам устроился поудобнее и притянул к себе супругу, уложив её голову себе на грудь. — А пока постарайся немного поспать, тебе нужно набираться сил. Я разбужу тебя, когда мы причалим.

В отличии от дороги к руинам, обратный путь был спокойным. Ручей, по которому плыли, тек прямо, легкие повороты почти не ощущались. Мы плыли около часа и я наконец-то смог немного расслабиться. Ни одной мысли в голове не осталось. Я просто был рад, что сейчас нам не приходится ни с кем сражаться, а о том, что ждет впереди, думать совсем не хотелось.

Я был вымотан и выжат, как лимон. И физически, и эмоционально. Такие события, что пришлось сегодня пережить, бесследно не проходят. Сил не было ни на что, я просто лежал в лодке, прижимал к себе Риту, а лодка покачивалась на волнах.

Приободрил меня Бертрам. Взял и просто клюнул меня в локоть, парализующее безразличие ко всему окружающему, — отступило.

— Эй, ты чего⁈ — я сердито посмотрел на ворона.

— Кар? — обиженно возразил он.

— Ладно, извини, — я вздохнул и потер слипающиеся глаза. — Приятель, что случилось?

Золотоискатель несколько раз щелкнул клювом, а потом жалобно заскулил, приоткрыв его.

— Э брат, да ты проголодался? — догадался я.

— Кар! — оживился ворон и запрыгал по дну лодки.

В свой рюкзак я даже не полез, все, что там было, давно намокло. А вот в Ритином, который таинственным образом оказался на не менее таинственной лодке, могло что-то сохраниться, но я не был в этом уверен.

— Прости, приятель, не могу ничего обещать, но сейчас посмотрю, — открыв рюкзак, сверху я увидел кожуру от водных фруктов. Видимо, она тоже приберегла ее для нашего крылатого друга. Кожура еще не засохла, но ничего другого у меня не было, поэтому оторвал небольшой кусочек и бросил ему на пробу.

Судя по тому, с какой скоростью он его проглотил, ворону все понравилось, я разделил оставшуюся часть на мелкие кусочки, чтобы Бертраму было удобнее есть.

— Кар! — отозвался довольный ворон.

— Не за что, — улыбнулся я ему.

Пока хтонический ворон ел, запихивая в клюв еду своими руками я решил скоротать время за полезным занятием. Вытащил из рюкзака все, что размокло и стал перебирать. Но с этой задачей я справился быстро и теперь, все что мне оставалось, — это сидеть и слушать плеск воды о борт лодки и гулкое эхо от этого звука.

Скоро мерное покачивание нагнало на меня сонливость. Теплое тело Риты, успокаивало. Во сне она немного сползла и уложила голову мне на колени. Сытый и довольный Бертрам устроился рядом. Эмоциональное отупение после тяжелого дня уступило место усталости и веки начали закрываться, но…

Уснуть у меня не получалось. В голове кружились мысли, что пришлось отдать сердце демона призраку. А ведь это нужно было еще сказать жене. И было у меня такое предчувствие, что она будет не рада сделке. Хотя это не сильно меня беспокоило. Несмотря на все ее протесты, я бы сделал и повторял это снова и снова, да хоть тысячу раз. Да что там камень, сегодня я понял, что за Риту готов рискнуть даже жизнью.

Нет, всё же должен быть другой способ убить Бёрнса, и я обязательно его найду. Даже призрак короля был в этом уверен. И хотя он всего лишь дух мертвеца, я чувствовал связь и взаимопонимание, которые возникли в этот момент между нами. Ему были понятны мои мотивы, а мне — его.

Откинув голову назад, я прислонился к борту лодки. И перестал бороться со сном, но мысли о затруднительном положении, в котором я оказался, все равно не хотели покидать меня.

Я должен был помешать Адлеру Бёрнсу осуществить все, что он задумал. Не дать ему убить лорда Рамзи, и при этом желательно бы самому выжить.

Если верить моим внутренним часам, королевские скачки должны начаться всего через четыре дня. Я сомневался в адекватности своего восприятия времени. Некоторые дни тянулись бесконечно долго, другие — пролетали как одно мгновение. Например, сегодняшний день, такое чувство, растянулся на целую неделю.

Неудивительно, что я проиграл битву со сном, под равномерное покачивание нашей лодки.

Яркие вспышки видений заполнили сознание. Такие же сумбурные и тревожные, как и прошедший день. Бессвязный сон, единой картинки не было, только вырванные из контекста детали. Вот я бегу по какой-то тропинке, теряюсь в белом тумане, снова бегу. И постоянное, давящее ощущение, что время заканчивается. Только монотонное тиканье часов преследовало меня из видения в видение. Ну вот опять…

Тик. Тик. Тик.

Я услышал шорох рядом с собой и открыл глаза. Думал, это проснулась Рита.

— Привет, Ашер, — послышался мелодичный голос из-под капюшона плаща темно-бордового цвета.

Хотел немного приподняться, но к моей шее поднесли нож и его остриё прижали над сонной артерией. Замер и даже дышать перестал. Одно движение — и я труп.

Осмотрелся, насколько мне это позволило периферийное зрение, и судя по тому, что увидел, наше суденышко село на мель в узком проходе. И только это нас и спасло. Похоже, у призрака появились дела куда интереснее, чем управлять лодкой, так что он просто отправил нас в свободное плаванье. Именно по этом нас вынесло не к Бронзовой Гавани, а наоборот, тащило в сторону открытого океана. Как долго му тут уже стоим?

— Кто ты и что тебе нужно? — я покрепче прижал к себе спящую жену. — Судя по тому, что мы еще живы, ты не пока не планируешь грабить нас или убивать. Ведь это можно было сделать тихо, без лишнего шума, просто пока я спал.

Из-под капюшона донесся тихий смешок. Это точно была женщина. Свободной рукой она стянула ткань, скрывающую лицо.

— Ты… — У меня отвисла челюсть в самом прямом смысле этого слова, когда я узнал нападавшую.

— Да, это я, Странник. — Прямо передо мной стояла Шелли, жена Адлера Бёрнса. Она встряхнула головой, откидывая назад золотистые волосы с торчащими из них огненно-красными перьями.

Её алый сапфир, что был инкрустирован в обруч, блеснул в лунном свете. А взгляд её изумрудных глаз был острее и опаснее кинжала, прижатого к моей шее.

— Ашер, вам лучше пойти со мной, — безапелляционно сказала она, убирая кинжал от моей шеи.

— И почему я должен это сделать? — не сдвинулся с места.

— Потому что совсем скоро начнется прилив. Не думаю, Странник, что ты горишь желанием оказаться в открытом океане, — она говорила уверенно и очень убедительно. Сохраняя чувство собственного достоинства, которое вот-вот перейдет в высокомерие. Но эту тонкую грань она не переступала. Пока.

Я не обратил на это внимание, когда встретился с ней в первый раз. В тот день произошло много событий, и на это я даже внимания не обратил.

Однако помнил, как красиво звучал ее голос, особенно, когда она пела во время церемониального танца.

Бертрам, забравшийся во сне под полу моего плаща, проснулся от её голоса. Он завозился, закопошился выпутываясь из ткани. А потом показалась его клюв и голова.

— Кар! — ворон выбрался, прошел по моим ногам, как будто так и надо, запрыгнул на борт лодки и бросился в объятия Шелли, будто они были старыми друзьями.

— Привет, крылатый демон, — проворковала она хтоническому ворону. Увидев его сломанное крыло, она недовольно посмотрела на меня. — И в каких же неприятностях ты побывал?

— Ты… знакома с Бертрамом? Откуда? — я наблюдал, как жена моего заклятого врага щекочет тонкими пальцами ворона под клювом.

— Я знала его, когда он только вылупился из шелкового кокона, — тепло улыбнулась Шелли. — Я знаю, что ты не так давно на осторовах, но думаю, что ты уже слышал о том, что моя семья славится животноводством.

— Да, что-то такое и правда слышал, — прищурившись, я припоминал разговоры об этом.

Бертрам, казалось, безоговорочно доверял Шелли. Обычно он хорошо разбирался в людях, но в этот раз я не был уверен, что могу полагаться на его мнение. Возможно, он был прав, по крайней мере, Шелли производила впечатление безобидной и, что самое важное, была одна.

— Ну идем же, — она встала и убрала в ножны кинжал.

— Куда? К твоему безумному мужу? Нет уж, спасибо, мы сами отсюда как нибудь выберемся. — аккуратно сдвинул спящую Риту уложил на дно лодки и начал собирать наши вещи, пока лодку не смыло приливом.

— Мой муж хочет, чтобы я безоговорочно подчинялась ему во всем, но вот заставить не может. Конечно, мы с ним связаны, но я здесь исключительно по личному делу. Он об этом не знает, — мне показалось, что в ее голосе даже отвращение проскальзывало, когда она говорила о Бёрнсе.

— Что ж, удачи в делах, но если у тебя действительно нет цели любой ценой привести нас к своему мужу, то ты не будешь против, если мы поступим по-своему, верно? — наклонившись над Ритой, я положил руку ей на плечо и ласково погладил. Пора было ее будить, нам нужно двигаться дальше.

— Ты мне не доверяешь, — вздохнула Шелли. Она усадила Бертрама на плечо и вытащила из кармана корешки, которыми угостила ворона.

Он проглотил их и зажмурил глаза от удовольствия.

— Не так сильно, как ты на это рассчитывала, — мне пришлось отвлечься от разговора, потому что нужно было успокоить жену, которая в панике открыла глаза и заметалась по дну. Она не сразу поняла, где находится и что происходит.

— Твоя жена выглядит больной, Ашер Медведев, — Шелли подошла ближе и смотрела на нас сверху вниз.

— С ней все будет в порядке, — ответил ей, то, что упорно твердил самому себе. О другом исходе не хотелось даже думать. Я убрал влажные волосы супруги, прилипшие к ее измученному лицу.

Какое-то время Рита пыталась сконцентрироваться на мне и вникнуть в происходящее, но силы быстро покинули ее, а глаза снова закрылись. Она обессилена, ее телу нужно время, чтобы оправиться от воздействия проклятой монеты.

— Как будто она была проклята, — сказала Шелли, разглядывая Риту, хотя я естественно ничего не говорил. Она указала на дорожный рюкзак рукой в красной перчатке, как будто точно знала, что там спрятано. — И все же она жива, это чудо. Как так получилось, Ашер Медведев, как ты спас её от проклятия?

Призывая на помощь остатки терпения, которое уже заканчивалось, глубоко вдохнул и выдохнул. Я не мог понять, чего она от меня хочет, и это дико бесило. Мне просто хотелось отвести жену в безопасное место, где она могла отдохнуть после тяжелого испытания и прийти в себя.

Я проигнорировал жену Бернса, перекинул через борт лодки рюкзаки и наклонился за Ритой.

— Давай, — прошептал, поднимая ее на руки.

Она тихо застонала, инстиктивно уцепилась за мою шею и снова провалилась в беспамятство.

— Вам нужно безопасное место, чтобы твоя жена пришла в себя, Ашер, — я хотел обойти Шелли, но она преградила мне путь. — Дорога в Бронзовую Гавань далека, а в ваших рюкзаках ценный груз, который очень заинтересует наемников и разбойников.

— Я справлюсь, — настаивал на своём, обошел Шелли и направился вверх, в сторону берега. Где-то там должен быть поворот на дорогу к Бронзовой Гавани.

— Какой упрямый, — говорит мне человек, который снова и снова обгоняет, чтобы встать на моем пути. — Ты всегда отказываешься, когда тебе предлагают помощь?

— Нет. Только когда я просыпаюсь от того, что к моей шее прижат нож, — я снова обошел Шелли, а она мелодично рассмеялась.

Бертрам, предатель, кудахтал на ее плече, поддерживая веселье, как будто он был ее личным попугаем и помощником.

— Если ты действительно хочешь нам помочь. — Позаботься о том, чтобы ворон вернулся домой, к господину Кристоферу из «Путника». Я уверен, тебе знакомо место, где твой муж пытался убить меня. В очередной раз.

— Ах, да, в последнее время ходит много слухов о гнусных заговорах моего мужа, — она не выглядела особо обеспокоенной этим фактом.

— Это больше, чем просто сплетни в высших кругах, — я не хотел и на секунду останавливаться для разговора с ней. — Ты его жена и ты точно знаешь, что он задумал.

Я помню, что по мнению Риты, Шелли не очень счастлива в браке с Бёрнсом. Но он уже два раза пытался убить меня. А она не перестала быть его женой. А вдруг это какой-то хитрый ход или западня? Лишняя осторожность и здоровый скептицизм никогда лишними не будут. Я не мог позволить себе довериться ей только потому, что она оказалась здесь и не прирезала меня. У всего есть мотив и у этого поступка как минимум есть двойное, а то и тройное дно. Вот только мне не нужны эти загадки и лишние проблемы.

— Макс, но я не знаю ничего о его планах, — сказала она, сокрушенно покачав головой. — Но обязательно все выясню.

— Разве? — фыркнул я. — Предполагается, что жена дуэлянта должна быть в курсе всех его дел и помогать ему.

— Он… — Шелли запнулась и прочистила горло. — Он мне ничего не рассказывает. Велит только управлять поместьем. Похоже, он ведет свои дела не очень честно, раз не хочет, чтобы я вмешивалась в них… так что…

— Значит, ты здесь для того, чтобы выяснить, что он задумал? — я приподнял бровь.

— Я знаю, что он собирается убить лорда Рамзи, — ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать шум волн, начался прилив. — Но как именно он планирует это сделать, мне не ведомо!

Я резко остановился и повернулся к ней лицом.

Собирался сказать ей в ответ что-то резкое, но тут закашлялась Рита и сильно задрожала в моих объятиях. Благо мы уже вышли от линии воды, и сейчас стояли на песчаном берегу.

— Рита? — я опустил ее на землю. Потрогал ее кожу, она была горячей, несмотря на то, что в подземелье было прохладно, а одежда на ней была влажной. Как собственно и на мне. У неё лихорадка. И что делать? Я вот не помню, что бы здесь что-то говорили об парацетамоле или ибупрофене. И как снимать жар? Капустный лист прикладывать на лоб? Только вот мы с ней на берегу. И до города ещё пилить и пилить, да и там нас не ждут с распростертыми объятиями.

Шелли опустилась на колени рядом с нами, сняла одну из перчаток и потрогала Ритин лоб. От ее кожи исходил легкий аромат кедра.

— Я ничего не понимаю, проклятие было снято, — бормотал себе под нос. Простыла? Простуда или это что-то серьёзнее?

— Она устала и слишком долго была в этой мокрой одежде, — заметила Шелли и достала флакон из кармана бордового плаща. Прозрачный сосуд был наполнен жидкостью сиреневого цвета и закрывался крышкой с маленькой пипеткой. — Нет ничего удивительного в том, что она заболела в таких условиях.

— Что ты делаешь? — я схватил Шелли за запястье, отводя руку с зельем, которое она уже поднесла к губам Риты.

— Это поможет справиться с лихорадкой.

— Почему я должен тебе верить? — я уже начал злиться и с каждой секундой всех хуже и хуже себя контролировал. — Чего ты вообще от нас хочешь?

Внезапно поведение Шелли изменилось, ее запястье обмякло в моей руке. Изумрудно-зеленые глаза утратили сияющий блеск, она просто сидела и смотрела вдаль.

— Желание, — торжественно изрекла она. — Это и есть настоящее проклятие, не так ли?

В тот момент она казалась мне сломленной, броня ее гордости и невозмутимости дала трещину и позволила заглянуть глубже. Я увидел в ней печальную, уставшую женщину. Этот краткий экскурс в глубины ее души немного сбил меня с толку. Стало неловко за агрессию, которую я выплеснул на нее.

— Почему ты здесь? — спросил тихо.

Словно вспомнив, где она находится, Шелли встрепенулась и разогнала навязчивые мысли, поглотившие ее с головой. Она без страха встретила мой сверлящий взгляд.

— Я здесь, потому что ты тот единственный, кто действительно может мне помочь.

Я нахмурился и отпустил запястье Шелли.

— Уверен, что у нас с твоим мужем скоро состоится дуэль, — сказал ей прямо.

— Да, — прошептала она, опустив взгляд.

— Он может убить меня.

— Может, — согласилась она.

— Но и я могу убить его.

— Возможно, — снова подтвердила мои слова Шелли.

— Что бы ты чувствовала победи я его в поединке?

— Если бы ты убил его? — уточнила она. Утвердительно кивнул ей в ответ. — Я всего лишь женщина. Трофей и собственность, а у вещи, — не может быть чувств. Ей они не позволены.

— Если я убью его, ты станешь моей, — продолжал развивать эту тему.

— Если победишь, так и будет, — в ее глазах начинал разгораться огонь.

— Но тебе не позволено испытывать какие-либо чувства? — я наконец-то понял правила этой игры.

— Если бы это произошло, у меня было бы много чувств, — прошептала она. — Возможно, тогда я могла бы поделиться ими.

— Понял, — я посмотрел на Риту: её щеки раскраснелись от внутреннего жара, а на лбу выступила испарина. — Помоги ей, если можешь.

Шелли улыбнулась и украдкой вытерла выступившие слезы. Она взяла стеклянную пипетку и, протолкнув ее между губами супруги, ввела лекарство.

— К завтрашнему дню она должна поправиться, — Шелли убрала пузырек в карман. — Ты и сам понимаешь, что ей нужен покой. Поверишь ли ты мне, если я скажу, что намерена отвезти вас с Ритой в безопасное место на эту ночь? Давай не будем вмешивать моего мужа в наши с тобой дела. Это касается только нас двоих. Тебя и меня. Я хочу помочь.

— И что теперь? — моё недоверие к ней ослабло, но я всё ещё не мог понять, почему она помогает нам. В конце концов, она замужем за человеком, который хочет убить меня, а следом и лорда Рамзи. Я должен был разгадать её мотивы. — Без обид, но тебе ничего не стоит передать нас в руки Бёрнса.— Единственное, чего я хочу, — это поговорить с тобой, Ашер Медведев. Но не здесь, — она надела перчатки и грациозно поднялась на ноги. — Ты всё поймёшь чуть позже, а пока тебе придётся мне довериться. Выбор за тобой. Больше она не стала ничего говорить, накинула капюшон на голову и пошла вперёд.

— Вот же…

Я посмотрел на Риту. Она мирно спала и я выдохнул, потому что мог исключить хотя отравление, кто знает, что на самом деле в голове у Шелли.

— Пожалуйста, приходи в себя поскорее, — прошептал и поцеловал в висок. Покрепче обхватил, встал и пошел следом за Шелли.

— Макс, — не скажу, что доверял жене Бёрнса на все сто процентов, но глядя на Риту и то, что ей становится лучше, принял решение, довериться ей. Не смотря на мою осторожность, супруге нужен был отдых, она и так была на пределе своих возможностей.

— Кар! — поторопил меня Бертрам, с комфортом сидящий на плече Шелли. Она отошла на десяток шагов вперёд и остановилась, чтобы подождать.

Хтонический ворон даже на секунду и не думал сомневаться в Шелли, ну что же, посмотрим пернатый, прав ты в своём выборе или нет.

Какое-то время Лев Поликарпович держал в мастерской старую немецкую овчарку. Пользы от пса никакой не было, он бездельничал целыми днями, валялся на солнышке, а мне приходилось выгуливать его два раза в день и в дождь, и в снег. Но в тот раз, когда нас чуть не ограбили, старый пёс превратился из старого лентяя в защитника и бросился на вора еще до того, как тот успел вытащить из кармана нож. В общим, время покажет.

— Да, иду я, иду. Подожди немного…

Все эти рассуждения были притянуты за уши. Я просто пытался как-то рационально унять свое беспокойство, никто не мог гарантировать мне, что нас не схватят за первым же поворотом.

— С Ритой все в порядке? — спросила Шелли, вырвав меня из тревожных мыслей.

— Куда ты нас ведешь? — выпалил вместо ответа, наблюдая краем глаза за реакцией пташки.

Шелли вздохнула, обиженно опустив взгляд. Я почувствовал легкий укол совести. Если отбросить в сторону то, чьей женой она была, у меня не было причин ей не доверять. Пока Шелли протягивала мне безвозмездно свою руку помощи и вот это как раз и было очень подозрительно. И если она действительно бескорыстно пыталась нам помочь, то рисковала больше всех.

— В бухте, по другую сторону от этого утеса, нас ожидает мое парусное судно, — Шелли подняла взгляд к небу. Солнце давно село и ночь опустилась на землю.

— Твой муж не против того, что у тебя есть личное судно? — спросила у неё, чтобы как-то поддержать разговор.

— О, мне не нужно его одобрение. Бёрнс не особенно-то следит за тем, как я распоряжаюсь нашими средствами, — она ухмыльнулась и гордо вздернула подбородок.

— Он вообще не подозревает, что ты здесь? — я удивленно поднял бровь. — Он даже не догадывается, что ты следишь за ним?

Шелли искоса взглянула на меня, прищурилась и улыбнулась, как хитрая лисица. Вот тебе и пташка, с такой фифой нужно держать ухо востро…

— Моему мужу нет до меня дела, — безразлично ответила Шелли и подняла руку, чтобы погладить голову Бертрама и немного его почухать.

Я ничего не ответил, остаток пути мы проделали в молчании. Не назвал бы его дружеским, но острое недоверие и вражда между нами исчезли.

Обогнув скалистые стены утеса, я был удивлен, увидев изящное парусное судно, стоявшее на якоре в узкой бухте. Оно ничем не отличалось бы от обычного средневекового корабля, если бы не две конструкции, похожие на башни, расположенные у носа и кормы. Я даже не представлял, в каких случаях могли понадобиться Шелли эти боевые платформы, но она точно была готова к сражению.

— Хороший корабль, — с уважением отметил, когда мы подошли ближе.

— Спасибо, — ответила пташка, склонив голову, как истинная леди, и сапфир сверкнул в лунном свете. — Теплый ветер — моя гордость и радость. Это самый быстрый корабль, который можно было купить за золото на острове Сканно.

Я залюбовался судном. Всегда мечтал ходить под парусом, но с зарплатой в мастерской не мог позволить себе такого увлечения. Да я даже ничего лучше ролтона и сосисок позволить себе не мог, но мечтать ведь никто запретить мне не мог. Корабль выглядел как произведение искусства — сколочен из чистой полированной древесины, паруса алого цвета с золотыми узорами, красота!

— Леди по левому борту! — выкрикнул кто-то. Я настороженно огляделся.

— Расслабься, — усмехнулась Шелли, почувствовав мою тревожность. Она опустила капюшон и помахала рукой мужчине, стоящему на палубе. — Команда этого корабля подчиняется мне и только мне. Они не выдадут вашего присутствия моему мужу.

Человек с чертами хищной птицы, похожий на черного сокола, спускался к нам на ручном подъемнике — конструкции из большой доски и крепких канатов. Оказавшись достаточно близко к земле, он спрыгнул прямо в воду и побежал к Шелли.

— Сестра! — крикнул мужчина с широкой улыбкой на лице, заключил ее в крепкие объятия и закружил, приподняв над землей.

— Ты так быстро вернулся? — Шелли смеялась, она явно была рада встрече с ним.

— Птички напели мне, что ты здесь занимаешься какими-то незаконными делами, — он придирчиво просканировал меня с ног до головы острым взглядом искрящихся зеленых глаз и улыбнулся. — Твои друзья, сестренка?

— Да, — она поманила меня поближе. — Чуть позже мне потребуется твоя помощь, придешь? Сейчас нашим гостям не до разговоров о делах. Они нуждаются в отдыхе, а леди и вовсе больна.

— Я передам команде, что нашим гостям должны быть предоставлены все удобства, — сказал брат Шелли, шутливо склонив свою голову с темными перьями. Он соблюдал все правила общения, заведенные на острове, но очевидно было, что он относится к ним несерьезно.

Я кивнул в знак благодарности и последовал за мужчиной и его сестрой забираясь на деревянный поддон. Когда все мы оказались в прототипе средневекового лифта, сокол, перетягивая канат, начал поднимать нас на палубу корабля.

— Дорогу! — сказал он и перепрыгнул через борт, чтобы помочь сестре перебраться через высокий выступ. Когда Шелли твердо встала на ноги, он подошел ко мне и протянул руки. — Давайте я подержу ее, чтобы вы могли подняться.

Я посмотрел на него, потом на Риту. Я не мог одновременно держать супругу и перелазить на судно, через высокий борт, так что позволить незнакомцу помочь.

— Я понимаю, что ты охотнее расстался бы с жизнью, — он улыбнулся так, как будто мы были знакомы сто лет. — Но я человек чести. И если вы друзья моей сестры, вы и мои друзья тоже.

Что-то в том, как он сказал это, откликнулось во мне, но эта мысль промелькнула так быстро, что я ничего не успел понять. Зато на инстинктивном уровне проникся к нему доверием. Да и других вариантов не было. Я уже в шаге от палубы. Бежать назад, искать место для ночлега, когда Рита в таком состоянии, — глупо и опасно для её здоровья. Поэтому передал ему супругу, и как можно быстрее перелез через борт.

— Спасибо, — меня отпустило только когда Рита снова оказалась в моих объятиях.

— Вас проводят в каюту для гостей, — мне показалось или улыбка на лице Шелли действительно была какой-то грустной. — Брат пока организует для нас ужин. Когда устроишь Риту на отдых, пожалуйста, поднимись в большую каюту, там мы сможем поговорить без лишних ушей.

— Хорошо, — я прочистил горло. — Спасибо за гостеприимство.

— Для меня большое удовольствие принимать таких гостей, Ашер, — она два раза хлопнула в ладоши, подавая таким образом сигнал двум сопровождающим, которые ждали на корме, где находился спуск в основные помещения. Они и проводили нас в выделенную нам каюту.

Комната, когда мы вошли, уже была подготовлена к отдыху. Большая кровать, задрапированная бордовым пологом из шелка, была расстелена. Она выглядела очень мягкой.

Слуги забрали наши дорожные плащи, а я тем временем уложил жену в постель.

Одна из помощниц, робкая, похожая на мышь девушка, поставила миску с водой и чистые полотенца на прикроватный столик.

— Спасибо, — поблагодарил её и сопровождающих. Поклонившись, они вышли из комнаты и оставили нас одних. Когда дверь закрылась, я присел на край кровати рядом с Ритой. Чем дольше я за ней наблюдал, тем больше успокаивался. Ей действительно становилось всё лучше и лучше. Ни жар, ни боли больше не тревожили, ей просто нужно было хорошенько выспаться.

Чтобы ей было удобнее, я позволил себе задержаться на несколько минут и раздеть супругу. Расстегнул пряжки на груди, которыми были пристегнуты кожаные наплечники, расшнуровал пояс и ботинки. Обнажив правую ногу, я заметил почти заживший шрам от кольца Бёрнса, на которое она наступила на приеме. Нельзя терять бдительность даже в самой дружелюбной обстановке.

Намочив полотенце в миске с водой, я обтёр ее, смывая грязь и пот.

— Макс? — сонно пробормотала Рита. Веки затрепетали, она ухватилась за мое запястье. — Где мы?

— Тсс, — успокоил её панику, убирая тряпку и перехватывая ее ладонь. — Мы в безопасности.

— Я помню лодку, — сказала она, болезненно нахмурившись.

— Теперь мы на судне, посерьезнее. — Как ты себя чувствуешь?

— Устала, — Рита приподнялась на подушках, чтобы поговорить со мной. — Чей это корабль?

— Шелли, — я улыбнулся, когда ее глаза расширились от удивления. — Я знаю, что это странно. Мы сильно отклонились от курса, а она нашла нас, потому что ее корабль стоял на якоре недалеко от берега. Я думаю, она хочет нам помочь.

— Правда? — вид у Риты был очень скептичный. — Она знает, что мы планируем убить ее мужа?

— Я сказал ей, что собираюсь сразиться с ним на дуэли, — пожал плечами.

— Тогда, ей и близко не выгодно предлагать нам помощь, — заметила моя супруга. Зря она переживает о том, что не получила должного образования. Логики и сообразительности ей не занимать.

— Знаю. Я так и сказал ей, что она только выиграет, если передаст нас в руки своего мужа. Но Шелли кое-что упомянула… — я замолчал, вспомнив её слезы. — Она разочарована браком и на мой вопрос, — что бы она стала делать, если я убью ее мужа и она станет моей супругой, она промолчала, но оно было красноречивее всяких слов. Уверен, — она хочет этого не меньше.

— Хм… — протянула Рита. — Обычно жены Ашеров очень привязаны к своим мужьям. Видимо, он и правда тот ещё урод, если она решила на такое.

— Ты абсолютно права. Думаю, что Шелли нуждается в нашей помощи гораздо больше, чем мы в ее.

— Ты еще не знаешь, чего она хочет?

— Я собираюсь сейчас пойти и поговорить с ней, — мне было немного неловко разговаривать со своей женой о другой женщине. Любая другая девушка из моего мира уже бы давно закатила истерику с разбитой посудой, но Риту, ничего не смущало, и это было для меня очень странно. — Но сначала я должен убедиться, что с тобой все в порядке.

— Иди ко мне, — Рита потянула меня за руку.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать. — Супруга запустила пальцы в мои спутанные волосы.

Рита промычала что-то вопросительное.

— Чтобы снять проклятие, мне пришлось заключить сделку с призраком, королем руин…

— Ты заключил договор с древним королем? — в ее голосе слышалось недоумение.

— Да. Монета, которую мы взяли в склепе, принадлежала ему. Когда я принес ее обратно, он показался мне и сказал, что спасет твою жизнь только если я дам ему что-то взамен.

— И что ты ему дал? — кажется, в глубине души она уже знала ответ.

— Сердце демона. Взамен призрак снял проклятие, вернул нам второй рюкзак, подсказал, как отвязаться от волков, и организовал лодку, — рука Риты замерла.

Стеклянными глазами, расширившимися, как никогда до этого,, не моргая, шокировано, она смотрела на меня. Румянец, едва вернувшийся на щеки, исчез. Рита долго молчала, а потом неуверенно заговорила.

— Не может быть…

Рита поднесла руку ко рту, а её глаза расширились от шока и неверия. — Макс, но ведь у тебя уже было золото, ты должен был забрать его, сохранить камень и возвращаться домой…

— Какое к черту золото, Рита, ты моя жена, — я начал злиться. Не на нее, а на местные порядки. — Какой я буду друг, муж и партнёр если выберу золото, а не тебя? Тем более спасти твою жизнь от смерти было в моих силах. Камень — это просто камень, да и я обязательно найду другой способ, как одолеть Бёрнса, даже не сомневайся во мне.

— Макс, — она заставила меня помолчать, приложив пальцы к губам. — Я не могу поверить, что ты выбрала меня!

— Конечно, я выбрал тебя, почему мы вообще это обсуждаем. Заруби на своем носу, что…

Она не дала мне закончить, притянула к себе и поцеловала. Вообще не люблю, когда меня перебивают, но не в этот раз.

— У нас обязательно все будет хорошо…

Внезапно раздался стук в дверь нашей каюты, и поцеловав жену на последок, я встал.

— Мне нужно поговорить с Шелли, — я натянул на Риту одеяло до самого подбородка. — Чем скорее уйду, тем скорее вернусь. Отдохни.

— Расскажешь мне о чем договорились, когда вернешься? — сонно пробормотала она, сворачиваясь калачиком на боку. Глаза Риты уже закрывались, и я был уверен, что к моменту, как я вернусь, она уже будет крепко спать. Рита и так долго продержалась в сознании для своего состояния.

— Расскажу, конечно, когда проснешься. — Я погасил магический фонарь на прикроватном столике и пошел к двери.

— Рита спит? — спросила Шелли, когда я закрыл за собой дверь в каюту.

Она сняла плащ с перчатками, и переоделась в ниспадающий красивыми складками халат, который был похож на живое пламя. Он переливался яркими оттенками от красного до золотистого и оттенял длинные перья, пробивающиеся сквозь копну рыжих волос.

Рукава халата были схвачены лишь на плечах и запястьях, обнажая молочную кожу рук, сверху одежда держалась на чистой магии, иначе я не мог объяснить, почему халат до сих пор не свалился на пол. Ведь плечи Шелли и точеные ключицы были открыты. А ложбинка декольте и упругая грудь так и манила мой взгляд.

Выражение лица пташки было наигранно невинным, и это настораживало. Я резко остановился и уставился ей в спину.

— Как много ты услышала? — спросил у неё.

— Теперь я знаю, как твоя жена пережила древнее проклятие, — ни капли не смущаясь, ответила она, оглянувшись через плечо. Она вывела меня на этаж выше, в комнату, которая служила и гостиной, и столовой.

Помещение было достаточно большим, там с легкостью могли разместиться десять человек. Вокруг низкого столика были разбросаны мягкие подушки. Потолок был задрапирован атласными полотнами алого и фиолетового цвета, из-за этого свет в комнате отливал пурпурным цветом. На дальней стене были расположены иллюминаторы, через которые виднелся залитый лунным светом пляж.

— Присядь и подкрепись, Ашер Медведев, —повелительным тоном сказала Шелли, когда мы подошли к столу.

Стоило ей только произнести это, рядом материализовались слуги, они принесли подносы с едой. Поставили тарелки с едой и сняли серебристые куполы, прикрывающие горячее жареное мясо, фрукты и сыры.

Я поудобнее устроился на большой подушке, но не решался ни к чему притронуться, пока хозяйка не разложила на наши тарелки аппетитно пахнущую еду. Этикета мне не преподавали, но было какое-то внутреннее чувство, что торопиться нельзя. Нужно немного выждать. Хотя в животе уже урчало, но я всё равно сдержался, тем более Шелли подняла кубок с вином.

— Предлагаю выпить за новый союз, — сказала она, ожидая, пока я подниму свой.

— Так вот что это такое? — мы чокнулись. — Союз?

— Я горячо надеюсь, что это возможно, — ответила она и сделала глоток вина.

Я тоже отпил. Несколько минут мы провели в тишине. Просто если. За это я был ей благодарен в двойне. Потому что несколько задач одновременно мой переутомленный мозг бы точно не вывез.

Соленое мясо прекрасно сочеталось с мягким сыром. Положил несколько кусочков на ломтик хрустящего хлеба. Получился средневековый бутерброд, кстати, очень вкусный. Вино с ярким ароматом и привкусом клюквы идеально дополняло наш ужин.

Когда наелся и обрел способность видеть вокруг что-то ещё, кроме еды, я поднял взгляд, и заметил, что Шелли с интересом смотрит на меня, не сводя своих темно-зеленые глаза.

— Наверное, я выглядел как дикарь, — неловко хохотнул, пока слуги убирали со стола наши пустые тарелки. Осталось только вино и пара бокалов. — Сейчас сложно в это поверить, но у меня не такие плохие манеры. По крайней мере, я планирую подтянуть их при первой возможности до местных стандартов.

— Мне нравится наблюдать за мужчинами, которые не скрывают своего аппетита, — она небрежно пожала плечами. — Некоторые стесняются этого.

Я откашлялся и сделал глоток вина. Такое чувство, что Шелли пыталась прожечь во мне дырку или мысленно раздевала сгорая от голода. Такое её поведение слегка обескураживало.

Широко распахнутые от возбуждения глаза, бессознательные движения: она покусывала губы, играла со своими волосами, а грудь тяжело вздымалась. Шелли пылала, и я чувствовал её интерес ко мне. И не смог остаться равнодушным к такому вниманию.

Хотя, стоило себе признаться, мне нравилось такое внимание Шелли, тем более Рита была не против её кандидатуры на место второй жены. Да и член в штанах медленно поднимался, реагируя на витающее в воздухе легкое возбуждение. Я даже успел прикинуть, что делать дальшею но Шелли вырвала меня из мыслей, нарушив тишину.

— Скажи мне, — улыбнувшись, она продемонстрировала ямочку на левой щеке, — как Набийской куртизанке удалось покорить сердце такого человека, как ты?

— Ты ревнуешь меня к жене? — спросил у неё, ничего не понимая в происходящем. Ей богу, что за хрень в головах у женщин?

— Нет… Но… — Шелли сгребла несколько подушек и откинулась на них спиной, сложила руки под грудью и подперла подбородок ладонью. — Мой муж не особо церемонится со мной… А ты отдал сердце демона могущественному духу, чтобы спасти жизнь своей жены. Почему?

— Твой муж — полный идиот, — лунный свет оттенял ее высокие скулы. — Знаешь, люди, которые становятся близкими, — это самое дорогое, что есть в жизни. Никакое золото не способно заменить тепло и поддержку любимого человека, тем более жены, что готова рисковать собственной жизнь ради своего мужчины. Вот ты, прекрасна и умна. Если бы мог я обязательно нарисовал картину, чтобы сохранить этот момент на века. Вот как можно тебя не любить и не защищать? — выдал ей невпопад.

Шелли в замешательстве захлопала длинными ресницами и впилась в мое лицо взглядом изумрудных глаз.

— До меня доходили слухи, что ты умеешь обращаться со словами, но только теперь я поняла, что имели в виду люди, — она нервно глотнула вина.

— Я не хотел ставить тебя в неловкое положение.

— Все в порядке, Ашер.

— Можешь называть меня Максим или Макс, мне так привычнее. Я думаю, мы с тобой начали немного не с того. Если я правильно все понимаю, тебе нужна моя помощь?

— О, Солнце! Какой же ты прямолинейный, — она обмахнулась руками, потому что жар разлился по ее щекам. За маской царственной особы вновь показалась простая, печальная девушка. В ее глазах читалась тоскливая безнадежность, пока она смотрела в окно и подбирала слова, чтобы продолжить разговор.

Я сомневался, стоит ли это делать, но все-таки взял ее за руку, чтобы вытащить из океана сомнений, в который она нырнула с головой.

— Я думаю, если начать с самого начала, то мы найдем много точек соприкосновения между нашими целями и планами, — я старался быть мягким и не давить, но при этом говорил тоном, который требовал прямых ответов.

Шелли посмотрела на наши руки и зажмурилась, как будто это прикосновение причиняло ей боль.

— Я хочу начать с того, о чем мы оба знаем, — она погладила костяшки моих пальцев.

— О чем ты?

— Если мой муж успешно реализует свой план по убийству лорда Рамзи, то это отразится на острове Сканно. Когда он станет лордом, туго придется всем, — она посмотрела мне в глаза.

Пока я смотрел на зеленые радужки, в голову пришла одна мысль. Что подумает Шелли, когда узнает о том, что мы с Ритой хотим использовать ее в качестве актива? Возможно, она сохраняла верность Бёрнсу только для того, чтобы рано или поздно стать женой нового лорда острова или его матерью, если муж внезапно погибнет. Но Шелли говорила так, будто у нее были совсем другие цели, и власть в них не входила.

Но нужно было в этом убедиться и быть уверенным.

— Какое значение это имеет для тебя? — спросил, склонив голову набок. — Ты станешь самой могущественной женщиной на острове, если Адлер доберется до власти и убъёт Рамзи.

Шелли оскорбилась, возмущенно захлопала ртом, как рыба, выброшенная на сушу, и выдернула руку.

— Богатство, которое достигается ценой человеческих жизней, — это непростительное зло, оно мне отвратительно, — прошипела она, даже перья на ее голове приподнялись от негодования. — Так уж сложилось, что Ашеры должны защищать простых людей. А мой муж не собирается этим заниматься, — вовсе!

— Ладно, ладно, — я поднял руки вверх в знак капитуляции, чтобы успокоить эту разгневанную жар-птицу. — Я просто хотел убедиться, в твоих намерениях и планах и к чему стремится твоё сердце.

Она удивленно опустила взгляд на свою грудь, а потом растерянно посмотрела на меня.

— Мое сердце все еще в груди, Ашер, — сказала она, прищурившись. — В какие игры ты играешь?

— Я не играю. Не хотел тебя рассердить, — рассмеялся в ответ. — Это значит, что я хотел узнать, благие ли ты цели преследуешь или нет. Кстати, мы же с тобой договорились, что дальше ты будешь обращаться ко мне по имени.

— Тогда Макс, ты тоже должен называть меня Шелли. — Она улыбалась, перья опустились, а мягкий румянец окрасил щеки.

— Хорошо, Шелли, — я снова протянул ей ладонь. — Прости, что перебил. Продолжим?

Лишь на мгновение она замешкалась, рассматривая мою руку, а потом вложила в нее свою ладошку. Кажется, ее успокаивал тактильный контакт.

— Я хотела бы попросить тебя об одолжении, Макс, — она крепче стиснула мои пальцы. — Мой отец, Ашер, который курирует забеги, сделал все, чтобы в этом году на гонках победил Адлер. Он хорошо заплатил всем участникам, чтобы они поддались моему мужу. Так, когда повелитель будет его награждать, он сможет бросить ему вызов.

— Почему твой отец хочет, чтобы победил Бёрнс? — спросил у неё. В моем мире любящий отец прислушался бы к дочери. Особенно если ей достался такой коварный муж.

— На острове есть кланы изгнанников… Мой отец хочет, чтобы Адлер уничтожил их все, до последнего человека. — Шелли побледнела. — И если он унаследует власть…

— Есть причина, по которой ты не хочешь, чтобы это произошло? — задал я наводящий вопрос, потому что она замолчала. А я ровным счётом нихрена не знал про эти кланы.

— Да, — Шелли явно не могла или не хотела говорить дальше, поэтому решил оставить этот разговор на потом, а потом узнать подробности у Риты или Бруно. Главное не забыть. Тем более у меня к Шелли было много других вопросов.

— Хорошо, но зачем ему бросать вызов лорду Рамзи после победы в гонке? Можно же сделать это и в другой день, когда вокруг достаточно свидетелей? — я ободряюще сжал ее руку и сменил тему.

— Ты новый человек на острове, и еще не понимаешь всех тонкостей. Зачастую право выбора здесь — всего лишь иллюзия… — произнесла Шелли. — Уже более двадцати сезонов никто не бросал вызовов Ашерам из рода Рамзи. Власть на острове полностью принадлежит им, это негласное правило и никто не решается его оспорить. Может, это и к лучшему, если подумать, кто ещё может добраться до трона. Правящей семье Рамзи, — доверяют. И побаиваются, — у Байрона не только самый большой уровень, но и самое мощное оружие, что улучшалось не одним поколением. Поэтому Адлер хочет вызвать такой резонанс, чтобы его победа внушала страх, а власть была неоспоримой.

— И для чего тебе понадобился я? — я все еще не понимал своей роли в этой цепочке.

— Мне нужно, чтобы ты принял участие в гонках и победил Адлера. Тогда у него не будет возможности подобраться к повелителю среди широкой публики, и он не сможет осуществить свой грязный план, — выпалила Шелли на одном дыхании и, когда договорила, прикусила губу так, что та побелела.

— Допустим, я выиграю гонку, и его планы рухнут. Но что ты будешь делать, когда он попытается сделать это снова? А он точно не откажется от этой идеи, — эту проблему нужно решать радикально. То, что мы спасем повелителя на этот раз, не гарантирует того, что Бёрнс не совершит новой попытки убийства.

— К следующему разу я придумаю что-нибудь получше, и у меня не будет необходимости тебя беспокоить, — она попыталась вытащить руку, но я удержал ее.

— А что, если… — я заглянул в ее встревоженное лицо. — Что, если у меня есть к тебе другое предложение, ещё лучше?

Шелли, не мигая смотрела на меня, а в ее глазах теплился огонёк неверия и надежды. Мне захотелось разделаться с Бёрнсом не только из-за его угроз нашем с Ритой жизням. И даже не ради его имущества или денег. Нет. Это каким же нужно быть ублюдком, чтобы довести до такого отчаяния собственную жену. У меня зачесались руки, спасти эту птаху от Адлера…

Её глаза, мимика и нервное подёргивание кончиков пальцев, всё это говорило, что Шелли говорит правду. Она была в отчаянном положении, практически на грани самоубийства и только воспитание и аристократическая гордость держали её на плаву.

Надеюсь, что сказанные мной слова, подарят ей искру надежды на лучшее, на то, что у неё есть выход.

Шелли напоминала мне птицу, запертую в золотой клетке. У нее было все: золото, социальное положение, ее окружали красивые вещи. Вот только, Адлер Бёрнс, умудрился своим отношением перечеркнуть всё это. Я не знаю, что именно он делал и как себя вёл, но не нужно было быть психологом, чтобы сложить два и два. Шелли, больше всего на свете, хотела простого человеческого тепла, заботы, внимания и свободы.

Она подняла лицо к потолку, с моргнула собравшиеся в уголках глаз слезы, они стекали тончайшими дорожками по её щекам. Птаха посмотрела мне в глаза, замерла, а затем спустя несколько вдохов, решилась заговорить.

— Пожалуйста, Макс, — ее голос дрожал. — Не томи и скажи прямо, пока в моей глупой голове не зародились фантазии, которые никогда не сбудутся.

— Выиграть гонку недостаточно, — как она просила, не стал размениваться на предысторию и лишние детали. — Я уже упоминал о поединке. Если брошу публичный вызов на дуэль Адлеру Бёрнсу, сразу после того, как выиграю гонку, проблема исчезнет навсегда.

— Ты… не шутишь? — Шелли побледнела, у нее задрожали руки. Кажется, она вот-вот свалится в обморок…

— И ты стала бы моей второй женой, — добил её окончательно.

Рот Шелли пару раз беззвучно открылся от изумления, но она быстро вернула самообладание. Правда, ненадолго.

— Ты поразительный человек. Не то, чтобы я удивлена твоими словами, но… — подавив всхлип, она опустила голову, а завеса огненно-рыжих волос скрыла ее лицо от моего взгляда.

— Эй, ты чего? — я откинул тяжелые волосы назад, чтобы видеть ее лицо. — Что тебя так расстроило? Или ты любишь его или жалеешь или что-то еще, может быть…

— Я люблю Адлера? — Шелли пробило на истерику. Сначала она горько рассмеялась, а потом безудержно захохотала, а по её лицу градом текли крупные слезы. — Как эта нелепая мысль могла прийти тебе в голову? Я уверена, как только он займет трон и обзаведется статусом повелителя, то сразу убьет меня или продаст торговцам, чтобы не путалась под ногами. И никто ему ничего не скажет. Повелителю острова, никто не указ…

— Что? Зачем ему делать это? — она потянулась за моим пустым кубком.

— А вот теперь мы подошли к началу моей печальной истории, — она вертела в руках хрустальный кубок и разглядывала на нем узоры. — Я только вступила в свой шестнадцатый сезон, мы с братом гуляли по городу, и зашли в шатер к гадалке. Я воспринимала это как развлечение. Молодая аристократка от безделья пошла к провидице. Что может быть забавнее? Но в бокале, из которого я испила вина, она прочитала мою судьбу.

— Что она увидела? — я, наклонился к ней ближе, чтобы рассмотреть то, что разглядывала Шелли.

— Она увидела три вещи, — тихо сказала она и прижалась ко мне. — Сначала она предсказала смерть и одиночество. И правда через год умерла мама, а потом моего брата изгнали из долины.

— Что еще? — я не верил в гадания, но ее рассказ был интересным…

— Она долго охала и вздыхала, — Шелли водила пальцем по ободку кубка. — А потом сказала, что мое сердце будет сковано золотыми цепями брака без любви, который может меня погубить. Это моя реальность.

— А третье предсказание? — она наклонила кубок, но я увидел только капли вина, перекатывающиеся по стенке.

— Третье воплотилось в жизнь совсем недавно, — прошептала она и посмотрела на меня. Наши лица находились близко друг к другу. — Гадалка сказала, что спасти меня сможет только великая любовь, возлюбленный приплывет ко мне по реке слез самой Богини Света.

Я вытер слезы, стекающие по ее лицу. — Если бы я знал, какой Адлер ублюдок, мы бы нашли возможность бросить ему вызов раньше.

— Мы? — спросила Шелли.

— Вообще-то, это идея Риты, — я подвинулся поближе к ней.

Она, словно прощупывая границы дозволенного, положила руку мне на плечо. А я приобнял её за точёную талию.

— Я хочу рассказать тебе одну вещь, — заговорил после минутного молчания. — Мы совершили набег на руины, чтобы найти там золото. Оно было нужно, чтобы оплатить работу мастера-кузнеца, который сможет улучшить мой меч. Это сможет увеличит шансы на победу в поединке с твоим мужем.

— Переплавить меч с сердцем демона? — она сразу поняла мой замысел, но потом резко выдохнула и присела на стул. — Но ты же сказал Рите, что отдал его призраку в обмен на ее жизнь!

— Да, — кивнул и сжал ее руки. — Но я обязательно что-нибудь придумаю.

— Ты любишь ее, — вздохнула Шелли. Она сняла с головы обруч и погладила сияющий сапфир в оправе. Любовь — это прекрасное чувство. И, кажется, я понял, чем могу помочь вам. Na должен принять от меня подарок, он поможет тебе.

Покрутив ободок в руках, она щелкнула потайной застежкой за камнем и тяжелый самоцвет выпал на ее ладонь.

— Что это?

— Просто я хочу заменить сердце демона, от которого ты самоотверженно отказался ради своей любви, на это, — она провела большим пальцем по граненой поверхности драгоценного камня.

— Но… — я хотел возразить, но Шелли оборвала меня и жестом поманила девушку, одну из тех, кто проводил нас с Ритой в каюту, поближе. Она стояла у двери, готовая в любой момент исполнить просьбу своей хозяйки.

— Милли, пожалуйста, приведи моего брата Сета, — выслушав просьбу, девушка с круглыми мышиными ушками поклонилась.

— Да, госпожа, — она проворно покинула каюту.

— Твоего брата зовут Сет? — что-то знакомое… Я сконцентрировался, но всё никак не мог выловить из памяти обстоятельства, где его слышал. А ведь на память я вроде никогда не жаловался…

Больше я не успел ничего спросить у Шелли, потому что к нам вошел её брат, что встретил нас и помог подняться на борт корабля.

— Ты в порядке, сестра? — у меня бы тоже возникли такие вопросы, если бы зайдя в комнату, увидел заплаканную сестру, что сидела рядом с незнакомым мужчиной.

— Да, дорогой брат, — сказала она и с явным удовольствием приняла его поцелуй в щеку. — Мне нужна твоя помощь. Ты, кажется, говорил о том, что знаешь одного владельца литейной мастерской в Бронзовой Гавани.

— Хорошо, — он украдкой осмотрел ее, чтобы убедиться, что она и правда в порядке. Результат его удовлетворил, поэтому он улыбнулся. — Да, этот человек у меня в долгу. Ты же не просто так спрашиваешь?

— Нам будут нужны твои умения плавильщика, — неуверенно сказала она и прикусила нижнюю губу. — Но это очень рискованно.

— Я готов на риск, если он оправдан, — я даже завидовал им в этот момент. Классно, когда у тебя есть брат или сестра, которые соглашаются помочь, даже не спрашивая деталей. Он посмотрел на ободок в ее руках. — В чем дело, Шелли? Где камень нашей матери?

Она раскрыла ладонь и показала ему сапфир, а другой взяла меня за руку.

— Сет, гадалка была права, — в этот момент ее глаза сияли, а она искренне улыбнулась. — Богиня послала нам благословение в лице Ашера Макса.

Сет едва бросил на меня взгляд, и понимающая улыбка расцвела на его лице.

— Я знал, что мы еще встретимся, Ашер Медведев, — когда он сказал это, недостающая часть пазла в моей голове встала на место.

— Я же знаю тебя! — воскликнул, не сдержав эмоций от этого озарения. — Твоя шайка устроила нам засаду в лесу.

— Об этом я глубоко сожалею. — устыдившись, сокол пригладил черные перья на голове. — Я не хотел, чтобы вам с женой причинили вред, но Итана было не остановить.

— Ну что ж… — я улыбнулся и в знак примирения протянул ему руку. Глупо было на него обижаться, что случилось, то случилось. — Кажется, ты был не таким уж придурком, на фоне всех остальных бандитов.

— Хах! Ашер, ты справился с Итаном и это самое главное, — Сет ответил на моё рукопожатие. — Итак, моя сестра говорит правду? Ты тот, кто спасет ее, как и предсказала гадалка? — по пренебрежительному тону я понял, что Сет, как и я, не особо-то верит в предсказания.

— Я… — взял небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями. — Я не верю в гадания, но точно знаю, что оказался здесь не случайно. Я здесь и могу помочь. Адлер — мой враг и бортами мы с ним не разойдемся. И я знаю, только один вариант, как сделать так, чтобы выжить самому и защитить близких, тех, кто стал мне дорог за эти дни.

— И что? — он нахмурил брови и пристально смотрел на меня, не сводя пронзительного взгляда. — Ты действительно беспокоишься о моей Шелли?

— Сет, ты отличный брат, — Я улыбнулся и похлопал его по плечу.

Я смотрел на нее, жену моего заклятого врага, Адлера Бёрнса, и не мог отрицать связь, что возникла, между нами, за недолгое время, что мы провели вместе. Эти чувства были очень похожи на те, что я почувствовал, когда впервые увидел Риту. Тогда ощущения не подвели меня. А что сейчас?

— И отвечая на твой вопрос, да, — следующие слова я сказал, глядя Шелли в глаза. — Мне небезразлична твоя сестра. И если я смогу убить ее мужа, то женюсь на ней и постараюсь сделать её счастливой.

— Тогда ты получишь мое благословение. И, конечно же, мы поможем тебе усилить меч, — добродушно улыбнулся Сет.

В этот момент я понял, что, возможно, впервые в этом мире, обрел надежного друга. Очень часто среди беспощадных наемников честь и верность ценятся куда больше, чем в кругах напыщенных аристократов.

— Итак, какое оружие ты хочешь усовершенствовать? — спросил Сет, в нетерпении потирая свои ладони друг о друга.

Я отвязал от пояса меч, доставшийся Рите от матери, и положил на стол, не вынимая его из ножен. Сет взял меч, вытащил, поднял, чтобы получше рассмотреть в лунном свете, льющемся в иллюминаторы, и положил на место.

— Отличный клинок, чистейшая сталь, Ашер, он сослужит тебе хорошую службу… Сестра, приготовься, — приказал Сет, растирая руки еще сильнее. В какой-то момент прямо из-под его кожи стало проступать мягкое оранжевое свечение.

Такого я еще никогда не видел! Я наклонился поближе, чтобы стать свидетелем настоящей магии и запомнить каждую деталь этого странного ритуала.

Сет протянул руки, которые светились как раскалённое докрасна железо, а Шелли вложила в них сапфир. Камень зашипел и задымился от соприкосновения с раскаленной кожей. От этой реакции на меня пахнуло жаром, температура в каюте резко подскочила.

— Ашер медведев, обнажи свой клинок, — пафосным, повелительным тоном сказал Сет. Золотистый оттенок в зелени его глаз сменился жутким, бушующим пламенем.

Я поспешил сделать, что он сказал. Судя по всему, Сет находился в каком-то магическом трансе, кто знает, не навредит ли ему это состояние. Откинул кожаные ножны на пол, чтобы он не помешали и взял в руки клинок.

Сет разместил светящийся сапфир в месте, где лезвие соприкасалось с рукоятью. Драгоценный камень сразу прилип к металлу, как будто был намагничен. Глубоко вдохнув, орёл надавил на камень так сильно, что его руки задрожали от напряжения. Он давил до тех пор, пока не не утопил его в металле. Щелчок, яркая вспышка, и лезвие меча поменяло свой обычный стальной цвет на сияющий синий хром.

— Вот это да, — не поверил своим глазам, когда ритуал подошёл к концу. Магия мгновенно пропала, Сет вернулся к своему обычному состоянию, у него даже дыхание не сбилось, как будто ничего особенного сейчас и не произошло. — Что это было?

— Сет — металлург-алхимик, он умеет усиливать оружие. Не каждый кузнец так может! — сказала Шелли с гордой улыбкой.

Тем временем Сет налил в кубок воды, бросил туда очищающий камень и залпом выпил жидкость, как только камни перестали шипеть, очищая воду от соли. Хоть снаружи орел выглядел как обычно, видимо внутри него продолжал пылать горн, потому что за первым бокалом, он опрокинул в себя ещё два, успокаивая внутреннее пламя.

— Как интересно… Мне всегда хотелось узнать побольше об этом сапфире, — задумчиво протянул Сет, вытирая рот тыльной стороной ладони.

— Ну, это же просто… сердце демона. Разве нет? — я не особо понимал, какая информация или магия может быть заключена в таких камнях.

— Я могу почувствовать определенные свойства оружия, которое улучшил своей способностью, — сказал он, наливая и очищая еще один бокал воды. — Я знал, что этот камень редкий из-за цвета и огранки, но такого от него не ожидал.

— В каком смысле? — Шелли заинтересованно подалась вперед, а я заинтересованно слушал орла, мне было интересно, какие новые свойства приобрел мой меч.

— На сегодняшний день известно шесть видов камней, в зависимости от цвета, они обладают разными свойствами, — Сет постучал по камню, утопленному в лезвие меча. — Красные и оранжевые встречаются чаще всего, они обычно придают оружию несокрушимую силу и стремительность. Желтые и зеленые встречаются реже, если вплавить их в оружие, оно поможет хозяину предугадывать и успешно отражать атаки противника. Синие и фиолетовые — самые редкие, я слышал лишь о двух случаях, когда Ашер нашел их в пепле, что остался после убийства демона и один из них теперь находится в твоем мече — они сильны, но своенравны. Никогда не знаешь, какими свойствами они обладают, и свои качества проявляют только тогда, когда посчитают владельца достойным своей силы.

— Ты так говоришь, как будто у этих камней есть разум, — многое в этом мире мне казалось диким, но магические камни, сердца демонов, которые сами что-то там решают, — это уже верх абсурда.

— Считается, что такие сердца бились в демонах, которые командовали целыми армиями во время нашествий, — продолжал своё объяснение Сет, наливая в бокал немного вина. — Таких тварей было немного, а если учитывать, что больше семидесяти сезонов демоны спали и не приходили в наш мир, о синих камнях практически ничего не известно.

— Но конечно же, Сет, выдающийся алхимик может слышать то, что шепчут ему металлы, — поддразнила его Шелли и толкнула в плечо, как самая настоящая младшая сестра, которая постоянно пристает к брату.

— Это не самое приятное зрелище, но я могу попробовать, если госпожа не против, — рассмеялся Сет и ущипнул ее за любопытный нос.

— Я не против, — они подшучивали друг над другом так забавно и естественно, словно это была их обычная манера общения. Такая Шелли мне нравилась куда больше, чем чопорная аристократка, в которую она превращалась рядом с Бёрнсом.

— Хорошо, — Сет взял рукоять меча в левую руку и на ладони правой сделал тонкий надрез. Его глаза вспыхнули золотом, будто он снова погрузился в транс.

— Что там написано, брат? — с тревогой спросила Шелли, потому что Сет нахмурился.

— Не пойму, либо «праведный гнев», либо «праведный суд»… Но в любом случае, я полагаю, силы камня хватит на две-три битвы. Так что выбирай их с умом, не размахивай этим мечом почем зря.

— Кажется Бруно рассказывая мне о камнях и улучшения ничего подобного не говорил, не помню ни о каких ограничения на количество использований, — ответил Сету, любуясь зеркальной поверхностью меча.

— Обычные красные сердца улучшают оружие навсегда, но чем сильнее и реже камень, тем быстрее он истощается, — пока Сет отвечал на мой вопрос, Шелли вытирала чистым полотенцем кровь с его руки. Она достала из кармана какую-то жидкость, капнула на ладонь и рана на глазах затянулась. — Это как-то связано с силой камней, которая в них заключена, но я пропустил многие уроки алхимии, которые давал наш отец. Так что в теории я и близко не так хорош, как на практике.

— Да, я тоже в своё время, частенько прогуливал уроки химии, — сказал ему зачем-то. Как будто между между школьной химией и современной алхимией могло найтись что-то общее. Взял в руки салфетку, которая во время ужина лежала на моих коленях, и отер с рукояти меча следы крови. — А можно добавить несколько камней к одному мечу? Так его мощь увеличится?

Сет недоуменно заморгал.

— Я… я не уверен. До этого момента усиление всегда происходило в соотношении один к одному. Я никогда раньше не слышал, чтобы кто-то пробовал вплавить два камня в один меч.

— Ну, может быть, не прямо сейчас, но в ближайшее время я хотел бы выяснить, возможно ли это, — ухмыльнулся ему в ответ. — Если добавить несколько камней к моему оружию, я мог бы стать значительно сильнее и опасней.

— Медведев, твои мысли и идеи мне нравятся, — весело рассмеялся Сет. — Ты слегка сумасшедший, но мне это по душе.

— Спасибо, — я улыбнулся, разглядывая меч. — Кстати, он всегда теперь будет синим?

— Нет, теперь я должен обжечь его в кузнице, — Сет поцеловал руку Шелли в благодарность за то, что она позаботилась о его порезе. — После обжига к нему вернется обычный цвет стали. Ашер, это в твоих же интересах, поверь мне. Ты же не хочешь, чтобы твой оппонент с самого начала знал, какие карты у тебя на руках?

— Да, лучше, если это окажется для них сюрпризом, — кивнул, соглашаясь с Сетом. — Хорошо, когда никто, кроме владельца меча, не знает о его скрытых особенностях.

— Люди хотят, чтобы мой брат усилил их оружие не только потому, что он хорошо это делает, но и главное, умеет держать язык за зубами, — заверила меня Шелли. Она так гордилась своим братом, что и сама вздернула вверх подбородок.

Глядя на них, я понимал, что, а точнее кого она так защищает. Изгнанные наёмники её мало интересовали, а вот жизнь брата, была на вес золота. Не знаю, почему отец хотел уничтожить сына руками Бёрнса, но, я привык за добро платить добром. Не знаю, что за семейная драма разыгралась в их семье, но мне было достаточно того, что я здесь увидел. Они заботились друг о друге, прямо как Сид и Ненси. Вдвоем с оружием наперевес против всего мира.

Я всегда немного завидовал такой близости между братьями и сестрами, но еще никогда не ощущалось это так остро.

— Что ж, Сет, я рад, что в этот раз наша встреча прошла немного лучше, — вложил в ножны синий меч и передал его мужчине. — Сколько я тебе должен?

— Не беспокойся о золоте, Медведев, — Сет сжал мое плечо. — Оно не имеет никакого значения, когда речь идет о жизни и счастье моей сестры. Считай эту услугу приданым от ее семьи.

— Приданое? — это слово я слышал только в сказках и легендах, у нас уже давно не было такого обычая.

— Это плата за то, что ты убьешь ублюдка, который портит ей жизнь. Шелли — моя любимая сестра, и я хочу, чтобы она была счастлива, — внешне он был спокоен, но зеленые глаза метали молнии. Да уж, сложно оставаться равнодушным, когда говоришь о Бёрнсе.

— Я уже дал ей такое обещание, можешь на меня рассчитывать, — протянул руку ему руку, чтобы закрепить наш договор крепким рукопожатием.

— Тогда я прямо сейчас отправлюсь в Бронзовую Гавань. Мне потребуется по меньшей мере день, чтобы закончить работу над твоим мечом, — говоря это, Сет поднялся с подушек.

Я тоже встал и помог Шелли подняться на ноги.

— Если будешь проходить мимо постоялого двора 'Путник", загляни туда, чтобы проверить, в порядке ли хозяин, Кристофер, — попросил его о небольшой услуге.

— Зайду и передам весточку Шелли, если что-то узнаю, — пообещал Сет. Он прикрепил мой меч к своему поясу. — Куда доставить меч, когда он будет готов?

— Ты принесешь его на дворцовую арену во время скачек, через три дня, — девушка взяла его руку в свои маленькие ладони. — Мы не сможем ждать тебя здесь, нам нужно отчалить сегодня вечером, чтобы вовремя вернуться в поместье Адлера. Нам потребуется на дорогу ночь и весь следующий день. Мы должны как можно лучше подготовить Макса к предстоящему поединку, уверена, мой никудышный муж начнет его провоцировать еще накануне гонок. Ты сможешь принести меч на арену?

— Это будет нелегко, но я это сделаю, принесу меч прямо перед началом гонок, — он крепко обнял Шелли. — Пойду я. Удачи, Макс, и пусть Богиня Солнца будет на твоей стороне.

— И тебе того же, Сет, — он пожал мне руку, на прощание поцеловал сестру и оставил нас одних.

— Бертрам! — Сет не закрыл за собой дверь, поэтому ворон влетел к нам в столовую.

С радостным криком хтонический золотоискатель врезался в мою грудь. Я поймал его и рассмеялся, потому что он начал тыкаться длинным клювом в мой подбородок. Не знаю, что он хотел этим сказать, но было щекотно.

— Эй, похоже, тебе стало лучше! — потрепал его по голове.

— Корешки, которыми я его кормила в подземелье, обладают мощным целительным действием. Особенно хорошо они работают на птицах, — прижав руку к боку, Шелли сунула руку в карман, отчего ложбинка между её грудей прорисовалась четче, а я не смог отвести от неё свой взгляд. — У Бертрама был всего лишь небольшой перелом.

— Я не знал, что ты хорошая целительница. Шелли тем временем привязывала к лапке ворона небольшой свиток. — Что ты делаешь?

— Это послание для управляющего твоим поместьем. Его зовут Бруно, верно?— спросила Шелли, я утвердительно кивнул. — Я попрошу его отправить к нам твоего нового коня и конюха.

— Ты имеешь в виду Грэга и пегаса? — я немного оживился.

— Да. Условия для участия в гонке следующие: ты должен иметь статус Ашера, оплатить вступительный взнос и управлять собственным скакуном, — она усадила Бертрама к себе на предплечье. — Уже завтра вечером мы прибудем в Орлиное Гнездо, и к этому же моменту должны прилететь твои друзья. Составишь мне компанию?

Шелли посмотрела на меня из-под опущенных ресниц, и качнула головой в сторону выхода. Я предложил ей свою согнутую в локте руку. — Веди.

На узкой лестнице нам пришлось разомкнуть руки и я пропустил Шелли вперед.

Мы поднялись наверх и вышли на палубу, над нашими головами ярко сияли звезды и луна, солёный морской воздух пьянил и кружил голову. Это была прекрасная ночь, а рядом со мной находилась не менее сексуальная спутница.

Я отстал не только из вежливости, но и из-за вполне себе, корыстных интересов. Крутой перепад между тонкой талией Шелли и её бедрами сводил с ума. Она шла, соблазнительно ими покачивая, а ее грациозная походка совпадала с моим шагом. Из-за этого возникало чувство, словно мы с ней на одной волне. Красавица, сексуальна в своем аристократическом великолепии, просто глаз не оторвать. Вот мы и дошли до кормы.

Там стоял мужчина в капитанской треуголке, похожий на енота. Он рассматривал карту, лишь иногда отвлекаясь на задумчивое созерцание горизонта, и ждал дальнейших инструкций. Когда мы подошли, он едва взглянул на нас.

— Лети быстрее, Бертрам! — прежде чем сказать это, Шелли перепроверила, насколько надежно привязан к его лапе свиток, и только тогда качнула предплечьем, отправляя хтонического ворона в полет.

Бертрам взмахнул мощными крыльями так уверенно, словно никакого перелома и не было. Он устремился к горизонту так быстро, что уже через минуту его фигура превратилась в далёкую точку, а потом и вовсе исчезла.

— Капитан Джонс, — обратилась Шелли к мужчине с темными кругами вокруг глаз, он оторвал взгляд от карты и вытянулся по струнке. — Мой брат сошел с «Теплого ветра»?

— Да, госпожа, — ответил капитан и утвердительно кивнул.

— Тогда снимайтесь с якоря и держите курс в сторону дома, — отдала приказ Шелли, он отсалютовал ей и два раза стукнул себя правым кулаком по груди, в область сердца.

— Есть, госпожа, к завтрашнему вечеру мы будем в гавани, — отчитался капитан и развернувшись на каблуках начал отдавать приказы горстке матросов, что бросилась выполнять команды, словно от них зависела их собственная жизнь. Вот это муштра, вот это слаженность!

— Я должна остаться здесь и обсудить с капитаном еще кое-что, а ты можешь вернуться в каюту к своей жене, — сказала Шелли, смущенно склонив голову. — Хотя… Нет, не важно.

— Что ты хотела? — у меня возникло смутное ощущение, что я догадался, что она хотела…

Шелли ничего не сказала, лишь сделала шаг вперед, приподнялась на носочки, тонким пальчиком за подбородок притянула меня к себе и оставила на моих губах легкий поцелуй. Сладкий и мягкий, как сахарная вата.

— Я очень рада, что ты вышел из моих фантазий и стал частью реальности, — она отстранилась, но я все еще находился в облаке ее пьянящего парфюма.

— Все наладится, — протянул руки, обхватывая за тонкую талию, чтобы крепко обнять.

Она охотно поддалась и уткнулась головой в мою грудь.

У меня голова шла кругом не только от приятных ощущений. Я чувствовал возбуждение, пока стоял с ней в обнимку, вдыхая хвойный аромат, наполняющий легкие. Сам не понял, как местные и традиции стали для меня нормальными и привычными. Гарем из двух жён? Чувствую, что это только начало.

— Тебе нужно хорошенько отдохнуть, — прошептала Шелли, глядя мне в лицо, ее трепетные губы слегка приоткрылись.

— Да, — согласился с ней, и все же ни один из нас не сделал ни малейшего движения, чтобы разорвать объятия. Вместо этого я опустил голову и впился поцелуем в сладкие губы Шелли.

Шелли задрожала и я отстранился, чувствуя, что она на грани. Нет, спектакль для матросов нам здесь точно не нужен.

Мы и так смутили капитана. Когда мы оторвались друг от друга, я осознал, что прижимаю Шелли к деревянному борту, а капитан Джонс тактично отвернулся.

Шелли опустилась с носочков и твердо встала на палубу. Мы смотрели друг на друга, и весь мой самоконтроль чуть не полетел к чертям. Хотелось наплевать на все дела и обязательства, подхватить ее на руки и утащить в ближайшую пустую каюту.

— Кхм, — она прочистила горло, а розовый румянец залил ее щеки.

Я чувствовал, что в ее лице обрету еще одну жену, сотканную из контрастов. То она вспыхивала ярче, чем костер, в который подлили керосина, то трепетала как свеча на ветру.

Желания она тоже вызывала самые противоречивые. В одну секунду хотелось ее обнять, укрыть, эгоистично спрятать от всего мира, в другую — отойти на расстояние и любоваться ее сиянием.

Я отступил на два шага и позволил прохладному ночному воздуху остудить своё желание.

— Шелли, — я сделал легкий поклон. — Доброй ночи.

— Приятного отдыха, — она сделала шутливый реверанс, но вернуть лицу царственную невозмутимость так и не смогла. Вдруг, ее глаза вспыхнули игривым пламенем, и она задорно ухмыльнулась. — Выспись хорошенько, тебе понадобится много сил. Когда мы прибудем в Орлиное Гнездо, я устрою тебе скачки.

— Эээм… что? — кровь мгновенно из головы направилась вниз. Я еще не понял, что она имеет в виду, но воображение уже рисовало нужные картинки, и член на них реагировал.

— Я должна буду научить тебя ездить на пегасе, так, что ты смог победить в гонках и обошёл Адлера, — проговорила Шелли самым невинным тоном, но черти в глазах и приподнятая рыжая бровь ему совсем не соответствовали. — Если только ты не научился этому там, откуда ты родом.

— Нет, — я растерянно покачал головой. — Такой опыт мне предстоит впервые.

— Хорошо, — похоже, она больше не собиралась ничего говорить.

— С нетерпением буду ждать обучения, — скопировав ее мимику, я тоже приподнял бровь.

Сложно было отвести взгляд от ее изящной, аппетитной фигуры, очертания которой отчетливо прорисовывались под струящимся платьем-халатом, но мне действительно пора было идти. Я валился с ног от усталости и волновался за Риту. Наверняка слуги уже сообщили, если бы с ней что-то случилось, но я хотел убедиться лично.

Я попрощался с Шелли, спустился по ступенькам, повернул налево и дошел до нашей каюты.

На тот случай, если моя жена все еще мирно спит, постарался не шуметь и открыть дверь как можно тише.

Развернувшись лицом к кровати, которую тускло освещал льющийся в иллюминатор свет, я стоял в тишине и наблюдал, как она дремлет.

Рита была для меня глотком свежего воздуха, прохладной водой. Я и не осознавал, как сильно горел, пока не увидел ее.

Если Шелли была жарким пламенем, то разгорающимся, то затухающим, то от Риты исходила успокаивающая, живительная сила, как от бескрайнего океана. Ее лицо подсвечивали сияющие звезды, а спутанные пепельные локоны, серебрящиеся в лунном свете, рассыпались по белоснежным подушкам и обнаженным плечам. От глубокого вдоха грудь, прикрытая одеялом, приподнялась, я почувствовал потребность прижаться к ней. Мне это было необходимо так же сильно, как путнику, бредущему по пустыне, — глоток воды.

Быстро сбросил броню, снаряжение, ботинки, одежду, забрался под одеяло и лег на бок, подперев голову рукой. Убрал её волосы, чтобы они не мешали любоваться супругой и поцеловал в висок, затем кончиками пальцев пощекотал ключицу.

Рита приоткрывала то один глаз, то другой, недовольно морщилась, снова закрывала их, но в итоге все-таки проснулась и одарила меня такой улыбкой, которая разогнала все тени.

— Привет, — прошептал ей на ушко, а она обхватила мою шею рукой и потянула на себя.

Я прижал ее к себе, уложив головой на плечо, и переплел наши ноги. С ней недостаточно обниматься одними руками, хочется сгрести в охапку и не отпускать.

— Мы отплываем? — спросила Рита, сонно моргая. Видимо, почувствовала легкую качку.

Повернул голову к иллюминатору и заметил, что парусник и правда отчаливает из бухты.

— Пока Бёрнс решает свои дела в Бронзовой Гавани, Шелли отвезет нас в их поместье, — я повернулся к ней и заглянул в глаза. — Как ты себя чувствуешь?

— Все еще очень утомлена, ненавижу быть слабой, — сморщилась она и зевнула, подкрепляя слова об усталости. — Какие у нас планы на завтра, расскажешь? Ты рад?

— Очень, — честно признался я, обхватил ее лицо ладонями и поцеловал в нос. — Рита, наш план сработает.

— Конечно, сработает, это же ты! — умеет эта хитрая лиса подмазаться, ох умеет. Приятно. Она положила руку мне на грудь. — Но я имела в виду не это. Ты чувствуешь себя счастливым рядом с Шелли?

— Что? — переспросил у неё, переваривая внезапный вопрос. моем сознании все еще не укладывалось, что можно так свободно говорить со своей женщиной о другой, будущей жене.

— Я чувствую ее запах на твоей коже, — я уже думал, что ей ответить и как перевести тему, но в этом не было необходимости. То, что сделала Рита дальше, меня добило. Она провела носом вдоль моей нижней челюсти, сексуально мурлыкнув. — Я помню этот аромат с приема у повелителя, очень приятный.

— Я хотела ее для тебя, потому что была уверена, что она понравится тебе. Такая женщина как Шелли не может не нравиться мужчинам.

— Ты права, — сказал, поглаживая спину своей кошечки. В конце концов, если Рита говорит об этом так свободно и без тени ревности, почему я не могу? — А еще у нее доброе сердце, как и у тебя.

— Я набийский воин, Макс, у меня не было учителей, которые рассказали бы мне, что хорошо, а что дурно, во мне развивали только силу и послушание. Поэтому, если во мне и появились какие-то хорошие черты, то только благодаря тебе, — поглаживая мое лицо, она прижалась к моим губам в поцелуе. — А теперь обними меня покрепче и, если ты не возражаешь, давай немного поспим. Я слишком устала.

— Конечно, — я поплотнее закутал нас в мягкое одеяло, прижал ее к себе и держал в руках, пока мерное покачивание корабля нас убаюкивало.

Утром Милли, служанка, пригласила меня и Риту на завтрак.

Хозяйка встретила нас за столом. Там были расставлены тарелки с экзотическими фруктами, мягким сыром, хрустящим хлебом. Выглядело все очень изысканно, посуда подобрана со вкусом. Даже вареные яйца стояли в специальных золотых чашечках на ножках. Только снесла их явно не обычная курица, желток был ярко-розовым. Хотя на вкус они были как обычные яйца. Я немного опасался пробовать новые блюда. Заметив это, Рита, вместо того, чтобы позаботиться о себе, начала подкладывать еду на мою тарелку.

Она все еще была бледной, и темные круги под глазами никуда не исчезли, хотя она крепко проспала всю ночь.

— Надеюсь, вы хорошо спали, леди Рита? — с неподдельным интересом расспрашивала ее Шелли, пока мы завтракали.

— Да, спасибо, миледи, — откуда в ней эта царственность и аристократичность, если она говорит, что всю жизнь только и делела что тренировалась. Не понимаю. — Благодарю вас за помощь. Мне сказали, что именно вам я обязана таким стремительным улучшением здоровья.

— Если тебя это не смутит, мы можем обойтись без формальностей? — предложила Шелли, отложив ложечку, которой ела яйцо. — Я надеюсь, что в скором будущем мы сможем стать близкими подругами.

— Конечно! Тогда ты тоже называй меня просто Ритой, — приветливо улыбнулась моя кошка. — И я искренне надеюсь, что скоро мы станем друг для друга чем-то гораздо большим, чем просто друзья.

— Я была бы очень рада, — ее лицо выражало радость вперемешку с благодарностью.

— Так как я бессовестно проспала все вчерашние разговоры, я ничего не знаю о наших дальнейших действиях, — Рита отложила в сторону кусочек хлеба. — Почему это мы едем в твое поместье, Шелли?

— Макс согласился принять участие в скачках, — она тряхнула копной рыжих волос и продолжила. — И мы должны подготовить его к этому событию.

— Ооо, тебе повезло, потому что он очень старательный ученик… решайся, — низко промурлыкала Рита.

— Что? Что, блять? — Мысленно вскрикнул откладывая ложку и пронзительным взглядом уставился на свою кошку, вопросительно приподняв брови. Они серьезно будут обсуждать меня в этом ключе? — Решительный и целеустремленный. Он не остановится, пока не достигнет результата, которого ты от него ждёшь.

— Прекрасно, — пропела Шелли многообещающим тоном, который перекликался с жаром в голосе Риты. Я перевел взгляд на нее, она хищно улыбалась, а её глаза горели игривые искры разврата. — Я очень требовательный учитель, которого сложно удовлетворить.

Я растерянно переводил взгляд с одной на другую. Они были такими разными. Одна пылала такой страстью, что её аура была почти ощутима физически, другая — уже была с укоренившейся привязанностью, но я желал ее ничуть не меньше. Одна — огонь, другая — вода, они были противоположностями, но идеально дополняли друг друга.

Вот кажется я и создал своими собственными руками гремучую смесь любовного треугольник. Толи ещё будет…

Солнце только начинало подниматься, оно зависло над горизонтом, как спелый, сочный фрукт, когда судно прибыло в нужный порт. Теплый ветер зашел в рукотворный канал и мы плыли по той части Долины Рамзи, которую до этого я толком никогда не видел.

Очень жаль, что нам с Ритой пришлось уйти с палубы, когда мы проходили канал, но оставаться там было слишком рискованно. Нас могли заметить шпионы Адлера Бёрнса. А зачем нам ненужный риск?

Нам оставалось смотреть на город только через иллюминаторы в столовой. Но и то, что я увидел в маленькие, круглые окошки, произвело на меня неизгладимое впечатление.

Этот район однозначно был более респектабельным, чем моё поместье и его окрестности, где я проводил большую часть своего времени. Орлиное Гнездо пестрело красотой и роскошью. Кругом стояли здания с мраморными колоннами, белоснежными терассами, беседки, увитые разросшимися лилиями — все это напоминало мне Древнюю Грецию, что я видел на картинках из учебников древней истории. Но здесь заботились не только об эстетике, но и о насущном. Бескрайние поля были засажены разными культурами, они орошались какой-то фантастической системой полива, на пастбищах паслись неисчислимые стада животных.

Я мог даже рассмотреть дворец лорда Рамзи при дневном свете. Он возвышался над долиной, а сразу за ним виднелся уже знакомый лес.

Несмотря на красоту и явный достаток Орлиного Гнезда, больше всего радовал мой глаз именно лес, за которым, я знал, находится, мой запущенный, увитый плющом особняк. Там с нетерпением ждали нашего с Ритой возвращения.

Мой дом.

До того, как я попал на этот остров, понятие дома было лишь угол с кроватью, столом и минимальными удобствами, где я разве что ночевал от безысходности, но сейчас… Я впервые понял, что значит эта дурацкая фраза: — «Дом, милый дом». Мне впервые хотелось куда-то вернуться, что-то делать, что бы мне самому и моим домочадцам было комфортно в нём жить. Мой дом — это поместье с Бруно, Олли и Грэгом. Рита, лежащая в нашей постели, светящаяся от удовольствия и последних часов бурного секса, — тоже стала моим домом. Я уже не мог представить свой дом без неё.

Надеюсь, что и Шелли скоро станет частью моего дома. Это был всего лишь вопрос времени и я сделаю всё, чтобы приблизить этот момент и расквитаться с Адлером.

Мы поднялись из своей каюты в общую столовую, нужно было подкрепиться перед тяжёлым днем.

Двери распахнулись, и к нам присоединилась Шелли. — Мы почти на месте. На ней было платье с широкими рукавами, насыщенного зеленого цвета. Оно оттеняло ее глаза и красиво контрастировало с волосами, затянутое на узкой талии широким золотым поясом, платье подчёркивало её бедра и делало еще пышнее и притягательнее. Без своего ободка с сапфиром она казалась обнаженной и уязвимой.

— А Адлер не заподозрит ничего неладного, если увидит тебя без привычного украшения? — спросил у неё.

— О, он даже не заметит, что что-то изменилось, — отмахнулась Шелли и сложила руки под грудью. — Когда Ашер заключает союз с женщиной, все семейные реликвии принадлежат ей и не учитываются как актив. Он думает, что это просто красивая безделушка, которая мне нравится.

— Вы женаты по расчету? — спросила Рита.

— Мой отец выдал меня замуж за Адлера по социальным соображениям, только так он мог возвыситься. Он всего лишь Ашер второго ранга, поэтому решил, что заключить союз с Бёрнсом через брак со мной — это идеальное решение, учитывая… — она резко замолчала, как будто чуть не выболтала то, чего не должна была говорить.

Рита печально вздохнула и подошла к ней, но Шелли повернулась к нам спиной.

— Шелли? — я тоже хотел подойти к ней, но она затрясла головой из стороны в сторону, а потом обернулась, словно ничего странного не случилось.

— Все в порядке, — она взяла себя в руки и улыбнулась.— Уже можно подниматься на палубу.

Шелли больше ничего не сказала. Она пошла по лестнице вверх, не дожидаясь нас и не оглядываясь, идем ли мы следом.

Мы с Рита обменялись обеспокоенными взглядами, но возможности разобраться с этой странной ситуацией в разговоре или с тем, почему Шелли так быстро закрыла тему, у нас не было.

Я решил, что всему свое время, все тайны раскроются позже, и пока задвинул в темный уголок сознания ту вспышку боли, которую увидел в ее зеленых глазах.

— Пойдем? — я предложил Рите опереться на мою руку.

— С тобой — куда угодно, — с обожанием глядя мне в глаза, ответила моя кошечка и взяла под руку.

К тому моменту, как мы поднялись на палубу, Теплый ветер как раз приблизился к каменной пристани. Там стайка слуг уже выстроилась в шеренгу и ждала указаний.

Капитан Джонс выкрикивал какие-то команды матросам, которые пристраивали к борту судна деревянный трап. Как только они закончили, слуги поднялись на палубу, чтобы помочь спустить с корабля свертки, коробки и сундуки.

— Могу я взять ваш рюкзак, господин? — спросила полная пожилая женщина, похожая на барсука, когда мы следом за Шелли сошли с судна.

— Нет, спасибо, я сам — ответил ей, вежливо улыбнувшись. Своё золото я как нибудь и сам дотащу. Врядли старушка бы с ним куда-нибудь побежала, но расставаться с деньгами я не планировал.

— Но вы наши гости, я настаиваю, — она сложила руки с когтями перед грудью, как будто собиралась молиться.

— Все в порядке, — С мелодичным смехом обратилась к ней Шелли, а потом повернулась к нам с Ритой. — Вы должны простить ее, это моя самая преданная помощница, но иногда она бывает слишком настойчива в своей заботе.

— Ничего вы не понимаете, — ласково упрекнула ее служанка и даже закатила глаза. Похоже, она здесь действительно на особом счету. — Кому из нас не хочется иногда материнской заботы?

— Ты совершенно права, — улыбнулась Шелли.

— Госпожа, где остановятся гости? — спросила она у Шелли.

— Пожалуйста, подготовьте гостевой дом. Если что-то понадобится, мы будем в конюшне, — Шелли отпустила дородную служанку и повела нас в большой внутренний двор, покрытый нефритовым куполом. Он держался на мраморных колоннах.

В центре двора был расположен бассейн с кристально-чистой водой, по его поверхности плавали бледно-розовые и сиреневые лотосы размером с волейбольный мяч и мерцающие светильники в деревянных чашах. Дорожки вокруг водоема были выложены из белого камня.

Особняк, к которому был пристроен внутренний дворик, представлял собой многоэтажное архитектурное чудо. Вместо крыши его венчали купола, тоже из нефрита, весь третий этаж опоясывал длинный балкон и всюду стояли огромные керамические горшки с экзотическими папоротниками, лианами, которые переливались всеми цветами радуги.

Если наш домик, а я только так теперь его и смогу называть, был похож на уютный загородный дом, то поместье Шелли было настоящим греческим или римским дворцом.

— Это все твое? — спросил у неё, глядя на зеркальную водную гладь.

— Технически поместье принадлежит Адлеру, но он редко здесь появляется и весь персонал подчиняется мне. Территория охраняется, так что если сюда наведаются его помощники или приспешники, им никто ничего не скажет, а нас тут же оповестят. Так что не волнуйтесь, здесь вы в полной безопасности даже больше, чем у себя дома. Вряд ли Адлеру придет в голову искать вас здесь, — она вела нас через тенистую аллею, здесь так и хотелось присесть на одну из скамеек и целый день прятаться в тени деревьев от палящего солнца и наслаждаться природой. — Макс, Риты, — вы еще не видели самого главного.

За аллеей скрывалось то, что меня просто поразило. Я остановился как вкопанный, задумавшись, сколько же может стоить такое имение.

Перед нами раскинулось огромное пастбище, засаженное сочной, зеленой травой.

Теперь я понял гордость в голосе Шелле, когда она говорила о самом главном. Масштабы, чистота и порядок, в котором все содержалось, не могли не восхищать. Невдалеке виднелась конюшня, в которой содержали пегасов, ипподром и пересечения десятков дорожек для верховых прогулок.

Сразу за конюшнями стояло стеклянное сооружение. Я не знал его предназначения, но дизайн впечатлял. Отдельный восторг вызывали витражи, подсвечиваемые солнечными лучами. Лабиринты садов, примыкающих к нему, были произведением искусства, по таким не побрезговала бы прогуляться даже королева.

— Как здесь прекрасно! — воскликнула Рита. Она смотрела на все такими же широко раскрытыми глазами, как и я.

— Красивое поместье, не правда ли? — Шелли вздохнула и погрустнела. Но точно так же, как солнце рассеивает туман, мягкая улыбка прояснила ее лицо. — Ваш конюх недавно прибыл, сейчас он находится в конюшне. Слуги сказали, что он очень возбужден, ему не терпится вас увидеть. Рита, ты не могла бы пойти к нему, пока бедняга не сошел с ума от ожидания? Я подберу для Макса подходящую одежду, он переоденется, и мы к вам присоединимся.

— Конечно! Макс, давай рюкзак. Мне тоже не терпится узнать, какие новости Грэг принес из дома, — Рита забрала у меня рюкзаки с золотом, взвалила себе на плечи и уверенно пошла к конюшне.

— Передай от меня привет, — крикнул ей, а она кивнула на ходу мохнув хвостом из стороны в сторону.

— Кажется, она чувствует себя лучше, — Шелли нежно улыбнулась, наблюдая за выходкой Риты, а та уже неслась к конюшне и не могла нас услышать.

— Спасибо тебе за помошь, если бы не твоё лекарство, не знаю, сколько бы потребовалось ей времени на восстановление. Даже не знаю, чем и как тебя отблагодарить за помощь.

— Ты и не обязан. Ни одна женщина не осталась бы равнодушной, — она взяла меня под руку и повела в сторону небольшой постройки, которая оказалась каретным сараем.

Порывшись там, она дала мне одежду для верховой езды, которая осталась от инструктора, что раньше работал у них и вышла на улицу, давая мне спокойно переодеться. Как только переоденусь, то сразу присоединюсь к друзьям в конюшне.

Я недовольно сморщил лицо, рассматривая накрахмаленную белую рубашку, жилет с воротником-стойкой и узкие брюки. По одному виду было понятно, что это далеко не самая удобная одежда.

Я оказался чертовски прав. Когда с трудом натянул на себя одежду и вышел из сарая, Шелли уже успела дойти конюшни. Они с Ритой о чем-то разговаривали активно разговаривали. Отряхнулся, привыкая к наряду и пошёл к девушкам.

Ярко-рыжие волосы феникса горели огнем на фоне белых стен. Надеюсь, что чем быстрее начнутся эти уроки, тем быстрее они закончатся, и я смогу снять с себя этот наряд для пыток.

Шелли тоже успела переоделась в похожий наряд — это сколько же я возился с этими брюками, что она успеле дойти и сменить одежду — но на ней обтягивающие штаны и высокие ботинки смотрелись намного лучше, чем на мне. В руке она держала поводья моего пегаса.

— Цветочек! — Я был рад его видеть, но у меня глаз дергался от его клички. Я взрослый мужик и должен называть своего коня, — Цветочком! Сюрреализм в чистом виде, но пегас не был виноват в моих загонах. Подошёл к нему ближе и почесал за ухом. Пегас очумел от радости, он засвистел и начал гарцевать.

Двери конюшни открылись, из них к нам вышел Грэг. Он нес новенькое кожаное седло.

— Ашер Макс! — он бросил свою ношу на землю, подбежал и обнял меня тощими руками с такой силой, что у меня перехватило дыхание.

— Привет, Грэг, — рассмеялся и потрепал его за плечо.

— Я так рад, что вы и леди Рита вернулись из руин, — он отстранился и слегка покраснел. — Мы с господином Бруно и Олли почувствовали огромное облегчение, получив вести от госпожи Шелли.

— Приятель, спасибо, что в моё отсутствие позаботился о поместье и Цветочке. Кстати… — я скривился, не сдержав эммций. — Я понимаю, что он уже привык к этому, но может, мы можем дать ему другое имя. Хотя бы после гонок, чтобы он постепенно привыкал. Ну Цветочек… звучит как-то несерьезно для такого скакуна.

Грэг стоял, едва сдерживая улыбку. Рита и Шелли хохотали, а я не мог понять, что смешного сказал.

— Цветочком его называет только Мира. И все, кто не хочет ее огорчать, только когда она была рядом. А так пегас отзывается на другое имя, — Метеор.

Когда ситуацию с именем прояснили, Рита кивнула головой в сторону седла, которое паренёк бросил на эмоциях.

— Грэг, — строго припечатала она показывая пальцем на брошенное седло.

— Простите, госпожа, обезоруживающе улыбнулся он, поднял его и начал цеплять на спину, как выяснилось, Метеора. Фух… А то я уже представлял хохот трибун. — Ашер Макс, верхом на Цветочке!

— Грег, мы должны бережно обращаться с имуществом леди Шелли, — мягко наставляла она его.

Шелли тем временем вывела из конюшни еще одного пегаса. Такого же, как наш, только поменьше, молочного цвета с серыми крыльями. По хоже, это кобыла.

— Какая ты красавица, — сделал комплимент крылатой лошади, а Шелли скормила ей кусочек розового сахара.

— Ее зовут Победа, это одна из моих любимиц, — она гладила ее морду, пока та собирала шершавым языком крупицы сахара с ее ладони. — Она принадлежит мне безраздельно, даже иногда путешествует со мной на судне. Наше поместье предназначено, в основном, для разведения и дрессировки экзотических питомцев для Ашеров, но я позаботилась о том, чтобы кое-что принадлежало только мне.

Победа довольно заворчала, вскинув голову с белоснежной гривой, а потом наклонилась и толкнула Шелли в плечо, выпрашивая еще сладостей.

— Госпожа Шелли, Метеор готов к тренировке, — отчитался Грэг перед хозяйкой, заканчивая с последней застежкой на седле.

— Отличная работа, — похвалила она нашего конюха, а он расцвел от похвалы. — Могу я надеяться на то, что вы окажете мне еще одну услугу?

Грэг что-то неразборчиво пробормотал. Очевидно, его опыта и уверенности не хватало, чтобы справиться с женщиной, которая выкрутила своё очарование на полную мощность.

Хотя глядя на то, как Шелли закручивает водопад рыжих волос в тугой узел на затылке, зажав между пухлыми губами шпильку я как никто другой понимал чувства мальчишки.

Шелли выглядела сногсшибательно.

Она грациозно села в седло, ласково потрепала гриву Победы и не торопясь натянула перчатки на тонкие пальцы.

— Грэг, — мелодично пропела она.

— Да, г-госпожа? — мой конюх подошел к ней поближе и смотрел с таким восхищением, что мне хотелось дать ему легкий подзатыльник, чтобы привести в чувства.

— Ты сможешь выполнить одно очень важное поручение? — улыбнувшись спросила она у него.

— Д-да, — неуверенно начал Грег. — Чего бы вы ни хотели, госпожа, считайте, что я уже сделал это.

И я не сомневался в его словах ни капли. Таким он и был. В лепешку расшибется, но сделает то, о чем попросили.

— О, это чудесно! — весело рассмеялась Шелли и хлопнула в ладоши. — Иди в дом и найди мою экономку, Эбби. Она уже должна была заполнить заявку на участие Макса в скачках. Нужно отнести ее во дворец повелителя и зарегистрировать. Как думаешь, справишься с этой задачей?

— Да, госпожа! Я знаю всех служащих и каждый каждый угол во дворце, обещаю, что не подведу вас!

— Я знала, что ты идеально подойдешь для этой работы, — Шелли наклонилась и взъерошила ему волосы. — Ну давай, беги, время не ждёт!

Парень вытянулся по стойке смирно и, даже не попрощавшись, побежал в сторону дома. Словно за ним стая собак гналась.

Глядя на его суетливость и исполнительность, я только покачал головой и признался себе, что скучал по этому эмоциональному парнишке.

— Макс, садись на своего скакуна, — приказала мне Шелли, гордо вздернув подбородок.

Я вскочила на Метеора, вставил ноги в стремена и покрепче ухватился за поводья. Ну что, приступим. Надеюсь сегодняшнее обучение я переживу.

— Давай обсудим твою посадку на пегасе. — Проговорила Шелли, держа за поводья свою кобылу. Рита, ты тоже внимательно смотри и поправь Макса, если он станет делать ошибки. Шелли развернула свою лошадь так, что оказалась ко мне лицом к лицу. Рита, думаю мы с тобой быстро научим Макса базовым приёмам и правилам, великого седока не сделаем, но для победы над Адлером, этого должно хватить. — По-моему, это отличный план, ты что думаешь? — Шелли вопросительно кивнула головой в сторону Риты.

— Да Шелли, план и правда отличный. Это будет весело, — ответила ей Рита. Мы медленно ехали к ипподрому, что расположился прямо за конюшней, а Рита шла рядом со мной, задорно покачивая хвостом из стороны в сторону.

— Вы двое сговорились против меня? — возмущенно спросил у них вглядываясь в их радостные лица, предвкушающие скорое представление. На самом деле, я был безумно рад, что они так хорошо поладили, и ничуть не возражал.

— Только для того, чтобы ты поскорее всему научился, — ответила весёлым голосом Шелли. Она подъехала поближе и отвесила мне легкий подзатыльник. — Спину и голову нужно держать прямо, взгляд направлен между ушей пегаса. Держи голову так, чтобы задней поверхностью шеи касаться рубашки. Еще немного наклонись вперед. Вот так. И не прижимай так сильно руки к телу, расслабься.

Выслушав инструкции, я исправил свою посадку, на сколько это было возможно. Судя по тому, что не получил от девушек новых подсказок, пока я всё сделал правильно. Обычная езда на пегасе и забег на скорость — это две совершенно разные вещи. Мы дошли до тренировочной арены. Пегасы задорно ржали, им хотелось размяться на просторе.

Рита открыла перед нами калитку, давая возможность въехать на ипподром, а потом зашла следом, закрыла дверь и уселась на забор.

Помахал ей рукой, она подмигнула в ответ и улыбнулась.

— Макс, ты уже летал на пегасе, поэтому, думаю, грохнуться из седла не должен. Давай проверим твои умения. В качестве первого испытания захвати для меня этот флаг, — Шелли указала на самый верх металлического шеста, установленного в центре ипподрома.

Большой атласный флаг развевался на легком ветру и переливался на солнце.

Еще ничему не научили, а уже проверяете? — рассмеялся в ответ и приготовился к стремительному полету, который, как я знал, начнется, едва пегас услышит команду. — Вперед, Метеор!

Пегас встал на дыбы и с возбужденным свистом, без разбега, хлопнул крыльями и взмыл высоко в воздух.

Почувствовав неопытного наездника, он решил показать характер и прощупать границы, быстро набирая скорость, Метеор летел вверх, петляя при этом как ему вздумается. Я натянул поводья и рявкнул команду «вниз». Он послушался.

— Левее, — скомандовал, когда мы спустились на уровень полотна.

Захватив флаг, я направил пегаса к земле. Я повторял эту команду, пока его ноги не коснулись поверхности, потому что разыгравшийся конь так и норовил отклониться от курса.

— Замечательно! — похвалила меня Шелли, когда я передал ей добытый трофей. Она прикрепила его к задней части своего седла. — А теперь попробуй повторить то, что я сейчас покажу. Пока используй словесные команды, но постарайся нащупать общую волну с Метеором, сосредоточься на ней и поймай ритм, в котором вы почувствуете друг-друга. Тогда, чтобы управлять пегасом, тебе не нужно будет выкрикивать слова, лишь подумать.

Чтобы продемонстрировать пример такой связи, Шелли и Победа взмыли в воздух и описали пару кругов, над ипподромом, словно они были единым существом. Они еще немного покружили в небе и спустились пониже.

— Давайте за нами! — крикнула Шелли, проносясь мимо меня. Флаг на ее седле дразнил, призывно хлопая на ветру.

Для начала я собирался поймать флаг. А потом и эту огненную птаху.

— Вперед! — крикнул Метеору. Меня захватил дух азарта и соперничества.

Пегас рванул с места так резко, что я в панике натянул поводья, на автомате дернувшись назад. Конь недовольно заржал и встал на дыбы. Он так бился, словно хотел выбросить меня из седла.

— Не думай о цели, сосредоточься на своем скакуне! — подсказала Шелли, описывая круги рядом с нами, пока я пытался вернуть себе контроль над животным.

— Вверх… нет, вперед… Метеор! — возмутился я, потому что он упрямился и отказывался меня слушать. Вот же упрямец.

— Прекрати думать о нем, как о вещи или средстве передвижения, которое доставит тебя из одного места в другое! Воспринимай пегаса, как равноправного партнера, — посоветовала Шелли, в очередной раз пролетая над нами.

Она держалась в седле и управляла Победой с вызывающей легкостью. Вот показушница!

— Ладно, приятель, — я попробовал договориться с непослушным пегасом. — Может быть, тебя заинтересует сделка. Если мы догоним их, я угощу тебя твоей любимой фиолетовой морковкой.

Метеор фыркнул и тряхнул головой. Он перестал пытаться скинуть меня из седла и плавно взмыл в воздух. Хорошо, что он остался доволен предложенной взяткой, иначе пришлось бы опускаться до шантажа.

— Макс! Следи за тем, как сидишь, — Шелли, видимо, попросила Победу ускориться, потому что мы с Метеором уже почти поймали мысленную волну. По крайней мере, он начал меня слушаться. — Спина прямая, наклонись вперед, локти ближе к коленям.

Я кивнул, следуя ее рекомендациям. Вроде, не так уж и сложно, но с непривычки постоянно забывал то про руки, то про ноги. Кое-что я регулировал, исходя из своих ощущений. Например, распределил вес так, чтобы упираться ногами в стремена, так мне не приходилось подпрыгивать при каждом мощном взмахе крыльев Метеора.

Возможно, мне показалось, но именно это было необходимо, чтобы пегас перестал дергаться и между нами воцарилось подобие сотрудничества. Мы даже смогли облететь ипподром по кругу без особых проблем.

— Хороший парень, — похвалил пегаса и похлопал его по шее. — Что скажешь, если мы немного ускоримся, а? Вперед! Быстрее!

Пегас подо мной присвистнул, и понесся вперед, рассекая ветер. Я наклонился прижимаясь к его спине, как учила Шелли, и вот, наконец мы их догнали.

— Очень хорошо, Макс! Теперь попробуй выхватить флаг! — похвалила меня птаха, и как только я протянул руку к ее седлу, резко взмыла вверх, пришпорив Победу, ускользая у меня из-под носа.

— Метеор, ты готов? — он нетерпеливо заржал, ожидая команды. — В погоню!

Мы привыкали друг к другу и гнались за нашими противниками, как слаженная команда, а не пара увальней, что тянут одеяло на свою сторону.

Слова Шелли о том, что это не простая рабочая лошадь, а мой партнер, начали постепенно обретать для меня смысл. Чем больше усилий я прикладывал, чтобы понять Метеора, тем лучше у меня это получалось.

Не совсем понимая, как он передает мне информацию, я узнал, что Метеор — верный пегас. Несмотря на упрямство и озорство, он будет верно служить своему хозяину. А еще я почувствовал, что с левым крылом у него были какие-то проблемы, может быть, старая травма, и на левых поворотах я старался не заваливаться вместе с ним, чтобы ему было легче.

И самое забавное — в его мыслях постоянно вспыхивал образ фиолетовой морковки. Она была перевязана атласной лентой и, окружена ореолом сияния, лежала на вершине горы из других овощей и фруктов.

— Я придумал кое-что получше. Если мы сейчас захватим флаг, — сказал я ему и представил, как хватаю струящуюся ткань рукой. — Я подарю тебе мешок морковки.

Этими словами я включил у Метеора какой-то турбо-режим, не иначе. В считанные секунды он сократил расстояние между нами и девчонками, и я выхватил флаг.

Шелли рассмеялась своим певучим смехом, и качнула головой в сторону земли, приглашая нас на посадку.

— Я, кажется, случайно порвал его, — сказал Шелли рассматривая флаг. Видимо, сильно дернул и ткань не выдержала в месте крепления.

— О, не переживай, проворная Милли с помощью иголки и нитки в считанные минуты привёдет его в полный порядок, поверь, это мелочь. — Мы с Шелли спешились и повели пегасов к корыту с водой, у которого нас уже ждала Рита. — Неплохо получилось для первого раза. Видно, что контакт между вами с Метеором постепенно налаживается.

— Спасибо, — я наблюдал, как Метеор и Победа жадно пьют воду и периодически поглаживал их. — Они всегда и со всеми общаются с помощью картинок или сначала нужно пережить то, что устроил мне Метеор?

— Картинки… — Шелли нахмурилась, не понимая, что я имею в виду. — Что… подожди! Метеор общался с тобой?

— Да, там, в полете, я думал о том, что ты сказала. Это действительно здорово — чувствовать себя единым целым с пегасом. И у меня в голове начали возникать вспышки образов, которые он передавал мне, — я поглаживал Метеора по спине, пока он шумно прихлебывал. Бедняга никак не мог утолить жажду.

— С чего ты взял, что эти вспышки исходили от него? — осторожно спросила Шелли. Она привязала свою Победу к забору. Когда мой пегас напился, я сделал с ним то же самое.

— Ну, как минимум потому, что я не схожу с ума по фиолетовым морковкам, — я дурашливо закатил глаза.

Однако Шелли выглядела серьёзной и кажется ей было не до шуток. Она уставилась на меня тем взглядом, которым всегда смотрела Рита, когда происходило что-то странное.

Шелли прикусила губу и прищурилась, словно пыталась справиться со сложной головоломкой. Наконец, она заговорила.

— Макс, обычно проходит много сезонов, прежде чем всадник и его пегас начинают общаться друг с другом подобным образом, через мысленные образы — ее темно-зеленые радужки мерцали в благоговейном страхе.

— Ну опять начинается… — проворчал я, а Рита не удержалась и закатилась смехом.

— Что происходит? — недоумевала Шелли. Она переводила смущенный взгляд с нее на меня.

— Дорогая Шелли, — сказала Рита, отирая слезы. Она успокоилась и перевела дыхание. — Привыкай. Ты еще не раз увидишь доказательства того, что наш Макс полон скрытых сюрпризов.

— Я не уверена, что понимаю, о чем ты говоришь, но мне бы очень хотелось узнать его как можно лучше, — растерянно сказала она, глядя на улыбающуюся Риту.

— Не мог бы ты провести небольшое показательное выступление для нашей подружки, Макс? — дерзко подмигнула мне супруга.

— Тааак. Поподробнее? — игриво улыбнулся ей.

Рита оттолкнулась от ограды, на которую опиралась, и побежала к конюшням. Через пару минут она вышла оттуда со своим рюкзаком, накинутым на одно плечо.

— Снова собираешься метать в меня ножи? — она бросила мне короткий меч, я вытащил его из ножен.

— Ножи? — эхом повторила ошарашенная Шелли. Она смотрела на нас широко раскрытыми глазами. — А это безопасно?

— Нет, — ответила ей Рита, криво ухмыльнувшись.

— Наоборот, смертельно опасно, — подтвердил я ее слова, взял Шелли за руку и проводил к забору, у которого только что стояла моя жена. — Но в этом и суть. Поверь, так ты все поймешь гораздо быстрее. Обещаю, со мной все будет в порядке.

— Хорошо, — неуверенно отозвалась огненная птаха и сложила руки под грудью. Она все еще была скептически настроена по отношению к предстоящему представлению, которое мы собирались ей устроить.

Я встал напротив Риты. Она уже подготовилась, вложив между пальцами восемь острых сюрикенов. Я занял стойку, из которой легче всего отбиваться и поднял клинок.

— Я буду целиться в самое сердце, — страстно прошептала Рита, сексуально понизив голос.

— Ты уже давно туда попала, — поддержал ее игру. Однако за ее кокетливой репликой скрывалась реальная угроза.

Отставив шутки в сторону, я сосредоточился на своих ощущениях. Мне уже даже не нужна была визуализация с персиком и его косточкой. За короткий поход в руины я неплохо научился управлять своим сознанием. Слух и зрение обострились, я видел и слышал только Риту, которая приготовилась к первому броску и считывал ее малейшие движения.

— Готов? — прошептала Рита, но я услышал ее так хорошо, будто она стояла в в десяти сантиметрах от меня, а не в нескольких метрах.

Я чувствовал себя в гармонии не только с самим собой, но и с землей у меня под ногами, с воздухом. Поэтому едва заметно кивнул в ответ. — Погнали!

Мы начали двигаться одновременно, я уворачивался и отбивал метательные звезды, прислушиваясь к ритму собственного сердца. После того, как восьмой сюрикен с вибрирующим звоном отскочил от моего клинка, я меня не было времени отдышаться. Рита молниеносно подхватила с земли кинжалы и без предупреждения начала метать их в меня. Острое лезвие, полоснуло меня по запястью.

— Быстрее! — скомандовала Рита и метнула в меня сразу два кинжала. Один я отразил клинком, а второй отбил левым наплечником, но оружие, перекрутившись от удара в воздухе, упало, задев лезвием незащищенное предплечье.

Жгучая боль, как это чаще всего и бывало, запустила в действие транс, который я собирался использовать только в крайнем случае. До того, как моя жена вошла в боевой раж, я отлично справлялся и при помощи обычной концентрации.

Тик. Тик. Тик.

Я провалился в замедление времени, каждой клеточкой ощущая его ход. Я пока не научился сопротивляться течению, которое с головой окунало меня в транс, но уже намного лучше понимал, когда именно он меня накроет и как использовать его с максимальной выгодой для себя. Мне ещё многому предстоит научиться, но с основами я уже разобрался.

Тик. Тик. Тик.

Рита как будто увязла в воздухе, я видел, как каждый ее палец по очереди отделялся от кинжала. Оружие медленно кувыркалось в мою сторону. Я просто шагнул вправо и оно пролетело мимо меня, не причинив никакого вреда. Рита метнула еще один нож.

Тик. Тик. Тик.

Я почувствовал, как сердцебиение ускоряется, ускоряя следом за собой ход время, но сконцентрировался и смог снова его замедлить. Рано, мы еще не закончили.

Тик. Тик. Тик.

Как только Рита запустила второй кинжал, я присел и оружие, направленное в мое сердце, пролетело над головой.

Прежде чем Рита успела вернуться в стойку и бросить в меня ещё один нож, я рванул к ней, оказался сзади и приставил клинок к ее шее.

В тот момент время пошло с обычной скоростью.

— Попалась, — крикнул, прикоснувшись к её плечу. Она картинно подняла руки вверх, а кинжал упало на землю.

— Сдаюсь!

— Ты справился! — Рита развернулась и повисла у меня на шее. Поцеловав меня в щеку, она победно кивнула Шелли, которая стояла у забора недоуменно глядя на нас, до конца не понимая, что сейчас здесь произошло.

Шелли стояла, приложив руки ко рту, и смотрела на нас широко распахнутыми от шока изумрудными глазами. Она не моргала и, кажется, даже не дышала.

Она явно не верила в то, что сейчас здесь увидела. Мне знакомо такое состояние, когда собственные глаза, что увидели чудо спорят с разумом об адекватности. Ведь мозг никак не мог загнать увиденное в рамки здравого смысла. Я подошёл к ней и положил руку на плечо и легонько потормошил, чтобы вывести из состояния шока.

— Что… — она снова замолчала и смотрела на меня так, словно я только что сказал ей, что дважды два будет пять, и она пыталась осмыслить, как именно я пришел к этому решению. — Как тебе удалось так быстро двигаться?

— Макс называет это замедлением времени, и когда он использует в поединках эту силу, он способен реагировать на много быстрее, чем самый опытный воин, которого ты когда-либо видела, — сказала ей Рита, гордо задрав нос вверх, словно это у неё есть такая способность, а не у меня. Во супруга даёт, кто бы мог подумать. Рита быстро собрала разбросанные ножи и звёзды и присоединилась к нам.

— Замедление времени? Это какой-то боевой транс? — клянусь, я почти слышал, как со скрежетом работают шестеренки в голове огненной птахи.

— Это… ну… — я потер затылок, подбирая слова. — Я всегда думал, что эта сила внезапно появилась во мне, когда я попал на Ашен. Словно это было благословение Богини Солнца, но после сегодняшней тренировки всё изменилось, я чувствую, что это не так.

— В каком смысле? — заинтересовалась Рита моими словами, дернув пушистым ушком.

— Раньше сила Замедления времени мной ощущалось, как что-то инородное, но в этот раз все было по-другому. Я почувствовал, что способность всегда частью меня, просто она спала. И пробудилась во мне сразу после того, как я попал в ваш мир. Теперь я уверен в этом. Чем больше я пытаюсь разобраться, в способности замедления времени, тем всё больше новых особенностей в ней открываю.

— Это же потрясающе, — выдохнула Шелли и хлопнула в ладоши.

— Шелли, наш Макс действительно был благословлен Богиней Солнца, — сказала Рита, ухватила птаху за руку и крепко сжала.

Они обменялись такими понимающими взглядами, разделяя какую-то печальную тайну. Я отвернулся, и погладил по шее Метеора, не хотелось их смущать. Вс равно можно даже не пытаться прочесть что-то по их лицам. Это было что-то очень женское. Нам мужикам, истинным марсианам этого не понять, значит и голову дуть не стоит. Ну их…

— Ладно, Шелли, — я бы с удовольствием стоял и вами любовался до самого заката, но мне нужно, как можно лучше подготовиться к скачкам, а времени на это остаётся всё меньше и меньше. — Давай еще потренируемся, пролетим десяток кругов или больше…

Следующие несколько часов мы с Шелли упражнялись в скорости, ловкости и реакции. Мы тренировались пока солнце не опустилось за горы. Когда это случилось, пришлось остановиться. Я несколько раз пытался затащить Риту на спину к Метеору, чтобы полетать вместе, но она четко дала понять, что предпочитает оставаться на земле.

— Ты боишься высоты, храбрая воительница? — поддразнила ее Шелли.

Рита зашипела, чтобы припугнуть ее, но никакой угрозы в этом не было, она даже не потрудилась спрятать улыбку.

— Страх помогает выжить, — приподняв указательный палец, изрекла Рита мудрость, которую наверняка только что сама же и придумала, и гордо задрала носик. Одно дело лететь на пегасе, что бы вступить в сражение или на помощь, но вот-так вот носиться по кругу, — точно не для меня.

Шелли рассмеялась так сильно, словно никогда в жизни не видела и не слышала ничего смешнее, а потом и вовсе обняла Риту.

— Душа моя, ты восхитительна в своей простоте! — пропела птаха. Шелли так развеселилась, что начала щипать Риту за бока и щекотить, а Рита отбивалась от неё и хохотала до слёз.

— А скажи мне, дорогая, как у Макса обстоят дела с логикой, — отсмеявшись, спросила Шелли.

— Иногда неплохо. Но только иногда, — скривила Рита носик и бросила на меня насмешливый взгляд. Она взяла Шелли за руку. — И как же хорошо, что у него есть мы, всегда готовые прийти на помощь в этом вопросе.

— Эй! — я возмущенно крикнул. Совсем обалдели! Я бросился в шутливую потасовку, дразнил и щекотал их везде, куда только мог дотянуться.

Мы хохотали и гонялись друг за другом, как дети малые. С Ритой, в ловкости и сноровке конечно, никто из нас не мог сравниться, она нас быстро загоняла, а у самой даже дыхание не сбилось. Вот она, выносливость настоящих воинов! Успокоились мы только когда уже стали задыхаться от смеха.

Мы распрягли пегасов и убирали седла, когда в конюшню вбежала встревоженная экономка Шелли. Ее глаза были широко открыты, она в панике заламывала руки.

— Госпожа, хозяин вернулся домой, и он в очень дурном настроении, — чуть ли не плакала Эбби.

— Адлер дома? — ахнула Шелли и побледнела.

— Что нам делать? — холодно спросила Рита. Она моментально переключилась, шутливость ушла в сторону, а ей на смену пришла военная сосредоточенность, бесстрашие и рассудительность. По тому, как она сжимала и разжимала кулаки, я понял, что Рита готова к любому повороту.

— Мне очень жаль! Он не должен был сегодня вернуться, я ждала его лишь завтра, я не… — Шелли осеклась, когда до нас донесся раскатистый крик Бёрнса. Он искал жену.

— Шелли, посмотри на меня. Успокойся! Дыши, — я взял ее за плечи и легонько встряхнул, чтобы усмирить её панику.

Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

— Так. Ладно. Идите за мной, — она взяла себя в руки и повела нас к дальнему стойлу, в котором стоял Метеор. Там было темно и нас вряд ли кто-то здесь найдет. — Переждите здесь. Я уведу его, а потом вернусь к вам и выведу незаметно из поместья. Пообещайте, что не выйдете и не издадите ни звука, что бы здесь не случилось.

— Но… — я хотел возразить ей, мне не понравилось то, что она сказала в конце. Как будто может произойти что-то такое…

— Пообещайте! Ашер, дай слово! — настаивала Шелли. Ее большие, зеленые глаза прожигали нас с Ритой по очереди.

— Даю слово, мы останемся здесь и не будем вмешиваться, — пообещал ей, хотя вовсе не был уверен, что смогу просто стоять и слушать, если ублюдок Бёрнс, перейдет границы разумного.

— Шелли, — завопил он и дверь в конюшню распахнулась, с грохотом ударившись о стену. Адлер ворвался в помещение и кружил между стойлами, заглядывая в каждое.

— Тсс, — напомнила нам Шелли в последний раз и перелезла через невысокую стену, разделяющую загоны, чтобы оказаться у своей Победы.

— Шелли! — снова заорал Бёрнс. Он был все ближе и ближе.

— Тебе не обязательно так кричать, Адлер, я здесь, — спокойно сказала птаха, выходя из стойла Победы. Из того угла, в который мы с Ритой вжались, было видно только ее спину.

— Где ты была? — рычал Адлер. Тень от его лица с острым клювом плясала на стене прямо рядом с тенью супруги.

— Присматривала за своими животными и домом, где еще я могла по-твоему быть? — спросила Шелли. — Это я должна у тебя спрашивать, где ты был? Скачки лишь послезавтра, а тебя где-то носит уже несколько дней.

— Не делай из меня дурака, я прекрасно всё знаю! — он сделал еще один шаг и подошел к ней вплотную. — В последнее время я слышал много разговоров о тебе.

— И что за сплетни ты собрал на этот раз, — вздохнула она и скрестила руки на груди.

— Что мою женушку видели в Бронзовой Гавани в очень сомнительной компании, — прошипел Адлер.

— Ты же знаешь, что произойдет, если я расскажу Ашеру Дастину, твоему отцу, о ваших встречах с Сетом. Он отречется от тебя, и это бросит тень и на мою репутацию, — Адлер поднял руку и сжал горло Шелли. — Тогда ты станешь бесполезна для меня. Слышишь⁈

Он давил все сильнее, и Шелли стала задыхаться. Мои глаза налились кровью, ненавижу насильников и ублюдков, что поднимают руку на женщину.

— Даже не думай, у нас нет свидетеля, — прошипела Рита, предугадав мой шаг. — Если ты просто убьешь его, без поединка, Шелли могут отправить обратно к отцу.

— Ты можешь быть моим свидетелем, — процедил я сквозь зубы.

— Нет, не могу, — шептала она, прижав меня к стене. — Я твоя первая жена, поэтому мои показания являются предвзятыми.

Я сжал кулак и в отчаянии стукнул себя по бедру. Она была права. Если бы я убил Адлера без свидетелей, Шелли скорее всего вернули бы отцу, которому она принадлежала раньше, точно так же, как Риту могли вернуть торговцам. — Чёртов мир и его законы.

В нашей ситуации важно было сделать всё правильно, но черт возьми, не мог же я просто стоять и смотреть.

— Ты… знаешь, что я делаю… Я управляю… твоим… — хрипела Шелли, пока Адлер её душил. Он разжал руку и Шелли рухнула на колени.

— Я могу найти себе другую жену, которая будет поддерживать здесь порядок и вести документы так же хорошо, как и ты, если не лучше, — выплюнул он нависая над ней. — В конце концов, у Рамзи наверняка в женах не идиотки. Мне будет, из чего выбрать. Так что я на твоем месте вел бы себя более уважительно и прилично. Возможно, тогда тебе повезет и я буду держать тебя в качестве наложницы. Потому что в качестве жены ты абсолютно бесполезна, не можешь дать мне наследников.

Шелли ахнула. Слова ранили ее намного больнее.

Бёрнс насмешливо смотрел на дрожащую у своих ног супруг, его глаза сверкали яростью и какой-то маниакальной жестокостью.

— Глупая, приведи себя в порядок. Затра ты идешь на примерку платья, которое наденешь на скачки. В этот день меня должно окружать все самое лучшее.

Адлер, как ни в чем не бывало вышел из конюшни. Как будто устроить такую сцену для жены для него было обычным делом. Так же естественно, как почесаться шею или чихнуть.

Как только дверь хлопнула, мы с Ритой подбежали к Шелли, которая так и сидела на полу. Она смотрела в одну точку, а по её щекам текли горючие слезы.

— Шелли… — Я опустился на колени рядом с ней и осторожно, чтобы не испугать, коснулся ее плеча.

Я думал, она даже не заметила, что мы подошли, но стоило мне к ней прикоснуться, она уткнулась мне в грудь и задрожала от рыданий.

— Я убью его, — пообещал больше себе, чем ей. Я закипал, как чайник, меня трясло от ярости.

Это уже второй раз, когда этот ублюдок причиняет боль тому, кто мне дорог. Мне хотелось, чтобы день скачек наступил как можно скорее, и мы могли с ним поквитаться. Мне не терпелось свести счеты.

— Вам обоим нужно уйти, — засуетилась Шелли, немного придя в себя. Она больше не дрожала, высвободилась из моих объятий. Её лицо было заплаканным, но решительным. — Если Адлер узнает, что вы здесь, это все испортит.

— Конечно, но мы не можем оставить тебя здесь. — Сказала Рита, помогая Шелли подняться.

— Вы должны, — ответила птаха.

— Госпожа? — нерешительно заглянула в конюшню Милли. — Эбби сказала принести это вам.

Она протянула наши дорожные плащи, Рита подошла к ней, чтобы их забрать.

Я крепко вцепился в руку Шелли, она попыталась вырваться.

— Я не хочу оставлять тебя с ним, — сказал сквозь сжатые зубы.

— Макс, — мягко возразила птаха. Девушка обхватила мое лицо и заглянула в глаза. — Мы отлично провели время. И чтобы так было всегда нам всем придется вернуться к прежнему маскараду и сыграть свои роли. В том числе и мне.

— Но… — меня тошнило от отвращение ко всей этой ситуации. К тому, что кто-по позволяет себе так себя вести с беззащитной женщиной.

Гнев и адреналин продолжали копиться во мне, а я не давал им выхода. Меня трясло и ломало, мое тело, мой мозг требовали каких-то разрушительных действий. Я чувствовал, что меня вот-вот прорвет, но цель этой ярости была вне пределов досягаемости. Мне понадобилось все мое самообладание, чтобы не выбежать из конюшни и не прикончить Адлера раз и навсегда.

И меня абсолютно не волновало, что его клинок отравлен, а моего и вовсе нет со мною рядом. Голыми руками ублюдка задушу.

Рита знала, что делать в такие моменты. Она оказалась рядом и обняла меня со спины, туша своим спокойствием мои эмоции. Она уложила подбородок мне на плечо, а рукой массировала затылок. Стоя между двумя женщинами, которые были моим будущим, я немного остыл. Ради них и того, что мы задумали.

— Я все еще не хочу этого делать, — недовольно ворчал я, наклоняясь, чтобы поцеловать Шелли.

— Мне тоже это не нравится, — призналась она, открыто глядя на нас с Ритой.

Рита потянулась и взяла ее за руку, обошла меня сбоку, и мы просто стояли и обнимались втроем, но время поджимало. Мы не хотели, чтобы Бёрнс что-то заподозрил из-за того, что Шелли отсутствует слишком долго.

Но она все равно, хоть мы и отговаривали, рискнула проводить нас до выхода.

— Макс, не волнуйся, я буду держать Метеора и Грэга подальше от глаз Адлера. И как только он снова куда-то отлучится, сразу отправлю их домой, — это было логично. Придерживаясь теневой стороны, зданий и деревьев, мы могли уйти тихо и незаметно, а вот за пегаса никто поручиться не мог. — И ждите Бертрама. Он принесет вам документы для участия в скачках. Там будут и бумаги, подтверждающие ваше право заселиться в одну из комнат постоялого двора «Храбрый воин». Только ждите до последнего момента, не приезжайте раньше, чем это будет необходимо, чтобы Адлер не прознал обо всем раньше времени.

— С тобой точно все будет в порядке? — уточнил у Шелли, касаясь темных пятен на ее шее. В местах, где он схватил её, наливались жуткие синяки.

— Да, не волнуйтесь, — заверила Шелли. И хотя она была растрепанной, избитой и заплаканной, ее улыбка была светлой и теплой. — Я буду осторожна, как никогда.

— Ты справишься, — сказала Рита и крепко обняла её на прощание.

— Береги себя, — настала моя очередь обнять Шелли. Она прижималась ко мне, миниатюрная и хрупкая, как птичка, но теперь-то я знал, что если физически она и не была особенно сильна, то силы духа ей хватило на несколько бравых воинов.

— Я постараюсь, — пообещала Шелли и поднялась на носочки, чтобы оставить на моем лице несколько поцелуев. — А теперь идите, пока я не наделала глупостей и не сбежала вместе с вами.

Мы с Ритой ушли, а Шелли стояла, обняв себя руками и смотрела нам вслед. Это было душераздирающее зрелище. Я покрепче перехватил Ритину руку, потому что знал: если не буду за нее держаться, то найду тысячу причин, чтобы вернуться.

Как бы то ни было, каждый шаг, отдаляющий нас от Шелли, болью отдавался в моей груди. И судя по мрачному лицу супруги, она чувствовала примерно то же самое.

Как только Бёрнс умрет, Шелли станет моей.

Мы долго шли молча.

— Уже стемнело, — Рита потянула меня за руку, чтобы я тоже остановился.

— Что? — переспросил у неё, вынырнув из тяжелых мыслей. — Как долго мы шли?

Тем временем на долину медленно опускалась ночь, а я даже не заметил, когда это случилось. И если бы не свет полной Луны, освещавшей нам дорогу, мы давно бы были вынуждены остановиться.

— Достаточно долго, — она понимающе улыбнулась и подошла ближе, чтобы упереться лбом в мой подбородок. — Давай найдем место для ночлега.

— Хорошо, — я был бесконечно благодарен своей жене за ее извечный прагматизм. Рядом с ней я тоже переставал витать в облаках, а закатывал рукава и начинал что-то делать, постепенно приходя в себя.

— Вон там есть блуждающее дерево, — она указала на небольшую поляну, где стояло невысокое дерево. Его длинные ветви, покрытые пушистым мхом, были опущены вниз и касались земли.

— Почему оно блуждающее? — мы подошли к дереву. В отличии от остальных, у него не было ничего общего с деревьями. которые я привык видеть. Ни на Земле ни здесь.

— Говорят, что эти деревья появляются, когда странники нуждаются в ночном убежище, — сказала Рита и я приготовился услышать очередную легенду. Рита отвела в сторону пушистую ветку, чтобы мы могли войти под крону. Дерево изнутри выглядело, как небольшая, уютная палатка зелёного цвета, даже не палатка, а скорее небольшой шатёр.

— Деревья действительно… передвигаются? — в моем голосе сквозил скептицизм, действительно сложно было представить дерево, которое шагает по свету и ищет путешественников, которых ночь застала среди голой равнины.

— Конечно, никто не видел, чтобы они двигались, но многие клянутся, что когда они возвращались к месту, где впервые увидели такое дерево, его там больше не было, — Рита смотрела на меня глазами, полными восторга. — Вот я, впервые его вижу, хотя побродить мне довелось не мало.

— Ну что ж, как бы то ни было, это идеальное место, чтобы устроиться на ночлег. — Пожал я плечами, снял рюкзак и стал развязывать его шнуровку.

Пространства, между стволом и куполом из веток только и хватало на то, чтобы мы могли стоять в полный рост, расстелить плащи и, возможно, даже развести небольшой костер.

— Я соберу ветки для костра, — сказала Рита, как будто прочитала мои мысли.

— А я пороюсь в рюкзаках и придумаю нам какой-нибудь матрас или подстилку, — улыбнулся супруге. Мне было приятно, что Рита просто находится рядом со мной. После расставания с Шелли в душе не было покоя. Не самое лучшее время для веселья и разговоров, но они и не требовались. С Ритой можно было и помолчать. Мы понимали с Ритой друг-друга уже без слов.

Для начала я достал из рюкзака Риты факел, собрал его, зажег и воткнул в землю. В очередной раз мысленно поблагодарил Древнего призрака, что обитал в руинах за то, что он вернул нам вещи в целости и сохранности.

Открыл свой рюкзак. Достал кусок брезента из-под мешков с золотом и расстелил его на земле, чтобы не проснуться в сырой от утренней росы одежде. Хотя, если это дерево действительно появляется из ниоткуда перед уставшими путешественниками, оно должно позаботиться об их комфорте, возможно под его кроной не бывает росы. Натягивать над нами крышу из второго куска брезента не стал. Ветви над головой смыкались так плотно, что вряд ли внутрь попадет вода, даже если ночью пройдет сильный ливень. Сверху бросил Ритин дорожный плащ. Моим укутаемся.

Рита тем временем уже принесла хворост и развела небольшой костер. Она уселась на мой плащ, сняла броню и сложила ее рядом в аккуратную стопочку. В обычной одежде, поджав ноги и уложив на колени руки и подбородок, она выглядела такой нежной и уязвимой.

Она завороженно смотрела на пламя и была такой грустной. Это никуда не годилось, я сел сзади, обняв ее руками и ногами.

Она откинулась мне на грудь и покрепче обхватила свою талию моими руками, как будто я был ее личным ремнем безопасности, который защитит от всех бед.

— Спасибо, что вытаскиваешь меня из тревожных мыслей, — прошептал ей на ухо и поцеловал.

— Мы вытащим ее оттуда, — пообещала Рита, без слов понимая, что меня тревожит.

— Обязательно.

Я взглянул наверх. Дым от нашего костра поднимался к самой высокой точке купола и ненадолго там задерживался, просачиваясь небольшими порциями. Так, если поблизости будут рыскать наемники в поисках легкой добычи, по дыму они точно нас не найдут.

— А мы не задохнемся здесь от дыма?

— Нет, говорят, что этот мох на ветвях очищает воздух. Бояться нечего. Смотри! — благоговейно сказала Рита.

Я проследил за ее взглядом и увидел крошечное светящееся пятнышко, парящее в воздухе. Оно медленно опускалось ниже. Сначала я подумал, что это светлячок, но это была маленькая пушинка, похожая на парашютик одуванчика.

Следом вспыхнула еще одна, и еще и еще. Через несколько минут уже сотни светящихся пушинок опускались на наши плечи и землю, как искрящийся снег. Рита запрокинула голову, и я наблюдал, как они отражаются в ее глазах.

— Очень красиво.

Когда я провел руками по груди и плоскому животу кошкодевочки, она тихо застонала и откинула голову мне на плечо. Большими пальцами я водил вокруг её сосков, пока они не затвердели под тканью рубашки.

— Ооо, — чувственно выдохнула Рита, а ее тело, реагируя на ласку, выгнулось дугой.

Мои бедра рефлекторно подались за ней, чтобы прижаться к аппетитной попке твердеющим членом.

Меня ослепила вспышка страсти, я в одно движение перевернул нас, оказавшись сверху.

— Макс! — ахнула Рита от неожиданности, обвила руками мою шею и прикусила алую губу так сильно, что она побелела.

— Черт. — Эти манящие пухлые губы скоро с ума меня сведут. Я жадно впился в них поцелуем.

Она закинула ноги мне на бедра и прижала к себе. Сделал пару движений, как будто уже в ней надавливая твердым членом на её киску через нашу одежду.

Одежда уже начинала бесить, поэтому я скинул с себя рубашку, но тут Рита меня внезапно остановила.

— Можно я кое-что попробую? — инициатива от Риты в сексе была для меня в новинку, поэтому я отдал ей инициативу.

Она уложила меня на спину и уселась сверху. Сердце в груди стучало неистово. Она массировала мне грудь, спускалась коготками на пресс, который, как не без удовольствия замечал, в последнее время стал от физических нагрузок ещё рельефнее.

Её исследования доставляли удовольствие не только мне, но и ей. Она тяжело дыша наклонилась и прижалась губами к моей шее. Извиваясь на члене, который только и ждал, что его освободят от сковывающей его одежды, она то целовала меня, то впивалась в кожу зубами, мурлыча от удовольствия.

Я зашипел, когда острыми коготками она повела по моей груди вниз, снова прошлась по прессу и сомкнула тонкие пальчики на члене прямо через ткань брюк.

— Ты меня убиваешь, — прошептал, с нетерпением ожидая, пока Рита зубами развяжет шнурки на моих штанах.

Приподняв голову, она хищно улыбнулась и снова оказалась у лица. Она меня целовала, а руками судорожно развязывала шнуровку.

— Даааа, — от предвкушения я забыл, как дышать. Сделал вдох, еще один, и снова вдох. Выдохнул только после того, как ее нежная рука пробралась под пояс моих штанов и наконец сомкнулась на члене и несколько раз провела по нему вверх — вниз. Рита вытащила его из штанов, чтобы покрепче обхватить.

— Макс, я хочу для тебя кое-что сделать, — промурлыкала она и лизнула мою шею.

Рита коротко, но глубоко поцеловала меня, и стала спускаться ниже. Плечи, грудь и довела эту влажную дорожку до низа живота.

Стянув в одно мгновение с меня ботинки и штаны она наклонилась над членом и замерла, как будто раздумывая, с чего начать.

Кровь закипела, голова кружилась, а член призывно дергался в нетерпении. Давай, детка…

Ее неопытность ничуть не портила ситуацию, а возбуждала еще больше.

Она, облизнулась, не понимая, какое впечатление на меня производит одним только жесто, приоткрыла рот и обхватила губами чувствительную головку моего члена.

Она отстранилась, приподнялась, перекатывая на языке вкус моего члена. И судя по всему он ей понравился, ведь мгновение спустя она нырнула вниз за добавкой.

— Да… да… ещё, — я задыхался, а Рита наклонялась ниже и ниже, чтобы поглубже взять член в рот.

Моя рука запуталась в ее волосах, я сдерживался изо всех сил, напоминая себе, что это ее первый минет, нельзя срываться, чтобы не шокировать ее. Но бедра непроизвольно выгибались ей навстречу, я сходил с ума от желания засадите ей поглубже и жестко трахнуть её сладкий рот.

Она сглотнула и остановилась, я подумал, что перегибаю, и разжал пальцы.

Однако прежде чем я успел выпутать их из её волос, рука Риты легла поверх моей и крепко её сжала.

Светящийся пух продолжал на нас сыпаться. Рита выпустила член из своего рта. Она тяжело дыша, смотрела в мои глаза. Немного переведя дыхание, она вновь сомкнула на нём свои пухлые губы.

— Черт, — ее горячий, влажный рот ритмично скользил вверх и вниз по моему члену.

Рита поймала комфортный темп, сосредоточившись на головке, и стала помогать рукой там, куда не доставали губы. Иногда она выпускала член из ротика, покрывала его поцелуями и облизывала по всей длине.

Яркие всплески удовольствия заставляли вздрагивать каждый раз, когда она касалась языком головки и низа уздечки. Таким темпом меня не хватит на долго, а хочется выебать паршивку по первое число. Поэтому несколько раз резко и глубоко вошёл в глубь её теплого рта, а когда она отстранилась, подтянул Риту повыше и впился в торчащий сосок.

— Возьми меня… — выдохнула Рита.

Моя очередь поиграть. Я провел руками по ее бокам и прижал покрепче к себе. Наигравшись с сосками, я подмял ее под себя.

— Стащил с неё рубашку и штаны и на секунду навис над ней, любуясь совершенным телом. Погладил руками аппетитные бёдра,, сжал в руками пышную грудь с затвердевшими сосками. Рита выгибалась и извивалась от нетерпения, сминая дорожный плащ под нами и мелко дрожала всем телом в предвкушении.

— У тебя такие сильные руки, — прошептала Рита. Поднеся одну из них ко рту, она взяла в рот два пальца. Улыбнувшись, она направила мои влажные пальцы к таким же влажным от любовного сока нижним губам и подалась всем телом вперёд, навстречу, насаживаясь на них.

— Нравится? — спросил у неё между поцелуями, медленно двигая рукой и обводя большим пальцем клитор.

— Оооооо, Макс, да, да! — она тяжело дышала и вздрагивала каждый раз, когда я касался самой чувствительной точки. — Даа!

Почувствовав, как она сжимается на моих пальцах, ускорился и накрыл ртом сосок, прикусил его, Рита вскрикнула, прижала мою голову к груди обеими руками и задрожала в экстазе от прошедшей по её телу волны яркого оргазма. Когда она кончила, я не стал вытаскивать пальцы, а продолжил поглаживать скользкие от смазки стенки любовного туннеля.

— Трахни меня, не заставляй так долго ждать, — игриво возмутилась Рита. Она оттолкнула меня и перевернулась на живот подставляя свои аппетитные, тренированные ягодицы.

Приподняв попку, она опустила хвост в сторону и призывно качнула бедрами. Ее половые губы блестели от любовных соков, я чувствовал этот сладкий, пряный аромат, член стоял колом, пульсируя от нетерпения.

Рита просунула руку снизу и, погладив себя, двумя пальцами приоткрыла вход. Ждать я больше не мог, притянул эти сочные бедра поближе и вошел в нее сразу во всю длину, до упора.

— Маааакс! — взвизгнула Рита и забилась в экстазе.

— Охренеть! Моя кошечка кончила второй раз просто от моего резкого входа. Её киска так сильно пульсировала внутри, что чуть не выжала из меня все, на что я был способен. Яйца горели, а жар скорой кульминации уже начинал медленно подниматься вверх. Ну уж нет, рано! Я вытащил член, и завис над ней, коршуном, давая себе немного остыть.

Хотя это не особо помогало, Рита продолжал сексуально постанывать, отходя от кульминации. Пришлось крепиться, чтобы не кончить раньше времени.

Тем более мне было интересно, смогу ли я в третий раз довести её до оргазма. Хотелось что бы сегодня она кончала подо мной раз за разом, тем более я понятия не имею, когда мы сможем с ней повторить.

— Теперь твоя очередь, — Рита встала на четвереньки, оказавшись на одном уровне с моим членом, который так и рвался в её киску. По телу пробежали мурашки предвкушения. Я сел на колени, широко расставил ноги, приподнял Риту и устроил ее между ними. Так мы оба могли двигаться, со звонкими шлепками, когда наши бёдра ударялись друг о друга, что только добавляло градус страсти и кайфа.

— Уххх… ты такая тугая… и влажная… — я медленно двигался, входя так глубоко, как только позволяла эта поза.

— О да, да! Как же приятно, Макс, не останавливайся, — постанывала она и подавалась навстречу каждому моему толчку, пока я размеренно двигался в её любовном туннеле.

Одной рукой я обхватил ее под грудью, а другой, медленно проведя по подрагивающему животу, спустился к её клитору. Я уже был близок к финалу и хотел, чтобы она кончила вместе со мной.

— Я хочу, чтобы ты была послушной девочкой, — массируя клитор, шептал ей на ушко. — Кончишь для меня еще раз?

— Ооооо, я так хочу этого, да, да, да, — прошептала она и сильно вздрогнула, когда я, сменил угол, задел какую-то особо чувствительную точку. — Макс, кончи в меня. Я — я, хочу… Ну!

— Скоро… — не выходя из неё полностью, я перевернул Риту на спину, подтянул к себе и, подсунув руки под ее колени, резко вонзился в тугую горячую киску. Было так хорошо, что из глаз посыпались искры.

— Да! — закричала моя девочка и закатила глаза.

— С-скоро… — проговорил увеличивая темп, двигал бёдрами так быстро, как паровоз поршнями. Да. Да. Да.

Она хваталась за мою скользкую от пота спину и царапала кожу когтями.

Я развел ее колени шире, покрепче ухватил за бедра, чтобы она не соскользывала с меня при особо сильных толчках, и ускорился, подводя нас обоих к краю. Она извивалась, дрожала и пыталась вывернуться, чтобы сгладить слишком острые ощущения.

— Тебе хорошо, детка? — она судорожно закивала головой, уже не способная собирать слова в предложения. — Ты готова?

— Дааа! — это было единственное, что она смогла выкрикнуть, потому что третий оргазм накрыл ее мощной, всё сметающей волной.

Рита стонамла, а её киска неистово пульсируя, сжимая мой член и буквально выдавливая из него долгожданное семя. Я не выдержал. Кончил. Уткнулся ей в шею, чтобы заглушить стон наслаждения, что рвался из моего горла. Не припомню, чтобы хоть одна девушка доводила меня до такого. Да и не было у меня на земле большого опыта. За то с Ритой… С такой ракетой попробуй сдержаться.

— Да, да, да, — постанывала она, притягивая меня ближе к себе. Даже после того, как я заполнил её киску горячей спермой, член не вытащил, наоборот, продолжал лениво двигаться, продлевая наш общий оргазмический кайф.

Когда мы оба немного отдышались, я опустил ее дрожащие от напряжения ноги на плащ, но так и не вынул из нее свой член наслаждаясь легкой вибрации её горячей киски. Не хотелось прерывать нашу близость.

Рита обхватила мои лодыжки своими ногами и не отпускала, пока мой член полностью не расслабился внутри её киски.

— Хочешь отнесу тебя в нашу сегодняшнюю постель.

— Да, пожалуйста, — сказала она застенчиво. Странно, что ее смущала моя элементарная забота.

Я медленно член из её киски. Поднял Риту на руки, переложил ее на наше ложе из плаща и брезента, а свой плащ, на котором мы только что предавались разврату, хорошенько вытряхнул и накинул сверху на ее обнаженное тело.

— Отдыхай, а я пока потушу костер.

Погасив огонь и собрав разбросанную одежду, я вернулся к Рите.

— Иди ко мне, — она приподнялась на локте и откинула край плаща, приглашая к себе. Я сбросил все наши вещи под ствол дерева и только тогда ощутил сильную усталость.

Лег, а у меня едва хватало сил, чтобы повернуться на бок. Рита накрыла меня и развернулась, прижавшись ко мне спиной.

— Что если… — я начал было говорить, но Рита, словно прочитав мои мысли, остановила, сжав крепко моё запястье.

— Не думай об этом, — она повозилась, разворачиваясь ко мне лицом. — Мы достаточно тренировались, ты многому научился. И ты умеешь управлять временем. Ты победишь, слышишь меня? Ты должен победить. Ее рука легла мне на грудь, и от этого простого, но очень важного жеста, в душе разлилось тепло, которое вытеснило тревоги и сомнения.

Я вздохнул и заключил Риту в объятия, где ей было самое место. А она уткнулась лбом мне в подбородок. Я сам не понял, как отключился.

Никогда еще я не отключался так быстро и не просыпался после сна таким разбитым. Хотя за всю ночь даже ни разу не пошевелился и не проснулся.

Открыв глаза, обнаружил, что мы c Ритой лежим в том же положении, в котором и заснули. Прижимались друг к другу под плащом. У меня затекло все тело, и у нее тоже, судя по тому, как она иногда морщилась во сне. Я чувствовал себя отвратительно, как будто вообще не спал этой ночью, и если бы не полоски света, пробивающиеся через густую крону блуждающего дерева, я бы подумал, что просто проснулся посреди ночи.

Пока мой мозг медленно загружался после отдыха, я любовался безмятежным лицом Риты. Хороша у меня жена. Спортсменка, воин, с ушками и хвостом, да и просто красавица… Ещё бы чашечку кофе для открытия глаз и жизнь бы полностью удалась, но чего нет, того нет. По крайней мере напитка похожего на кофе мне найти не удалось и о нем мне оставалось пока только мечтать.

Скребущий звук снаружи выдернул меня из мыслей. Я понял, что и проснулся-то от него. Кто-то настойчиво добивался нашего внимания и я, решив, что чувство тревоги все равно не даст мне уснуть, собрался вставать.

Сожалея о том, что нормально выспаться в ближайшее время мне не светит, я осторожно убрал руку Риты, подоткнул плащ ей под бок, чтобы не замерзла, и выбрался из постели, потянулся похрустывая позвонками от макушки до самого копчика.

Утро было прохладным, да и светить голой жопой перед нашим незваным гостем я не собирался, поэтому потянулся к рюкзаку, чтобы достать сменную одежду. Втискиваться в неудобный костюм для верховой езды, который лежал в углу, я не согласился бы даже за все золото, которое можно найти на этом острове.

Надел свободную рубашку, штаны из мягкой ткани и поймал себя на мысли, что эта одежда уже кажется мне более привычной и удобной, чем привычные джинсы, футболка и толстовка.

Снова раздался тот странный звук, будто кто-то скребется с обратной стороны. Мой меч все еще был у Сета, поэтому взял подвернувшийся под руку клинок Риты и тихо, чтобы не разбудить супругу, пошел на разведку.

Вскоре выяснилось, что можно было обойтись и без оружия. Как только я отвел в сторону одну из веток, послышалось знакомое трепыхание крыльев, и в образовавшийся проем влетел наш золотоискатель.

— Бертрам! Осторожнее, — я тихо рассмеялся, когда ошалевший от радости ворон врезался мне в грудь.

— Кар! — он крутил головой и то тыкался головой в подбородок, то укладывал ее мне на плечо.

Все мои предосторожности, чтобы Рита могла поспать еще хотя бы несколько минут, полетели псу под хвост, потому что, выпорхнув из моих рук, он набросился на нее, как взбесившийся пёс, который не видел любимую хозяйку года три.

— Ой, — Рита проснулась, потому что ворон запутался в ее волосах. Она помогла ему освободить лапы и сгребла в объятия. — Я тоже скучала по тебе, Берти.

Я осмотрел хтонического ворона и его лапы, потому что вспомнил кое-что, о чем говорила Шелли.

— Бертрам, разве ты ничего нам не принес? — он отлип от Риты, вскочил на лапы и уставился на меня круглыми кроваво-красными глазами.

— Кар! — крикнул он, словно что-то вспомнил, и подбежал к завесе из веток. Ворон каркал и просил, чтобы я выпустил его.

Отодвинул ветку в сторону и он вихрем вылетел на улицу.

Пока его не было, я залюбовался Ритой. Она сидела, прикрывшись плащом, с растрепанными волосами. Такая сонная, теплая и манящая, что я успел раз сто пожалеть, что поторопился и уже оделся.

Конечно, скинуть рубашку и брюки — это дело минуты, но…

Прежде чем я поддался своим желаниям, вернулся Бертрам, держа в клюве небольшой конверт.

— Наверное, это те бумаги, о которых говорила Шелли, — я сел на плащ и, пока Рита одевалась, открыл конверт.

Вытащил из него несколько официальных документов с печатями, на плотной, кремовой бумаге. Среди них было подтверждение моей регистрации на участие в гонках, карта Долины Рамзи с отмеченным маршрутом скачек, билет на мероприятие, наверное, для Риты, и что-то типа ваучера на одну ночь в постоялом дворе «Храбрый воин».

— Нам лучше никому не показываться на глаза, пока не наступит пора отправиться на постоялый двор, — напомнила Рита, застегивая на талии пояс с оружием.

— Тогда чем нам заняться до конца дня? — игриво спросил у неё, и сильно охренел, когда она бросила в меня клинок. Спасибо, что в ножнах.

— Будем тренироваться, — она широко улыбнулась, — В ближайшее время клинок станет второй женой.

— Отличная идея. Тогда научишь меня еще каким-нибудь приемам, да и думать о всякой ерунде некогда будет, — мы вместе собрали вещи и приготовились идти дальше.

На ходу позавтракали остатками запасов из Ритиного рюкзака, который не выкупался в речке, в отличие от моего. Мы шли, пока не увидели небольшую травянистую лужайку, которая, по словам супруги, отлично подошла бы для тренировки. В стороне от неё мы сняли рюкзаки, и, когда я усаживал на них Бертрама Рита уже расположились в центре поляны и заняла боевую стойку.

Я последовал ее примеру и встал напротив с мечом наготове.

— Бёрнс будет постоянно пытаться сократить расстояние между вами, поэтому ты не должен этого допускать, держи дистанцию, — Рита посмотрела на утреннее солнце и прикрылась от него рукой. — Обращай внимание на солнце, старайся повернуть ход поединка так, чтобы оно светило в лицо ему, а не тебе, обращайся к естественным силам природы, и не прекращай двигаться.

— Вроде понял, — сказал ей, пытаясь уложить в голове полученные рекомендации.

— Хорошо, — кивнула Рита и сразу бросилась на меня с высоко поднятым мечом.

Я блокировал ее удар взмахом клинка и сразу на практике ощутил, о что она имела в виду, говоря о солнце. Чтобы отбить ее летящий меч мне пришлось поднять голову, а яркие лучи мгновенно меня ослепили. В критической ситуации такой трюк и правда может стоить мне жизни. Отступив на два шага, я отразил еще один удар и обошел супругу с левой стороны. Теперь щуриться вынуждена была Рита.

— Молодец, — она осталась удовлетворена тем, как быстро я усвоил новую информацию. Мы двигались друг вокруг друга, не останавливаясь ни на секунду. — Теперь давай попробуем еще кое-что. Когда отбиваешься удар, постарайся сразу же атаковать. Попробуй нанести мне удар, я продемонстрирую.

Серией движений, за которой я едва успевал следить взглядом, Рита отразила удар и перешла в атаку. Она отбивала мой клинок и сразу же нападала на меня. В какой-то момент я уже начал просто отбиваться и даже был вынужден отскочить в сторону, потому что не справился с ее напором. Вряд ли Бёрнс на такое способен, но это как в борьбе. Если постоянно тренироваться с противниками, которые сильнее тебя и их весовая категория выше, то бойцы из твоей будут с легкостью валиться к твоим ногам. Так что интенсивность наших тренировок с Ритой была полностью оправдана. Хочу ещё!

— Ты заметил, как я перешла от защиты к нападению? — без капли хвастовства спросила она, когда мы остановились, чтобы отдышаться.

Сердце бешено колотилось от нагрузки и азарта, дикая ухмылка растянулась на губах.

Я поднял меч наизготовку.

— Покажи мне еще раз.

Целый день мы с Ритой провели на этом лугу в бесконечных спаррингах.

Чем больше она мне рассказывала и объясняла, тем лучше я понимал, что все, что мы делаем, — это всего лишь основа, база. И на этой базе строится боевое искусство, которому мне очень хотелось научиться и отточить до совершенства. Владение мечом для меня — залог выживания в этом мире.

Мы практиковали разные движения, техники, концентрацию, и после того, как я осилил небольшую комбинацию и застал Риту врасплох, она отодвинула все, что непосредственно касается боя, на задний план и предложила по тренировать мою способность впадать в транс. В большинстве случаев, чтобы провалиться в него, мне все еще требовалась экстремальная ситуация на грани смерти, благодаря которой происходил всплеск адреналина. Например, летящий в голову сюрикен или катана, которая вот-вот вспорет брюхо. Были отличными активаторами способности управления временем, но мне хотелось взять её под контроль.

— Готов поспорить, это происходит именно в ту долю секунды, когда я уже думаю: «О, черт, кажется, мне крышка», — сказал Рите, откусывая кусок рыбы, которую мы только что зажарили на небольшом костре.

Бертрам оказался хорош не только в поиске золота, но и в добыче пропитания. Пока мы тренировались, он поймал довольно большую рыбину и принес ее нам. Я отделял от костей филе и скармливал хтоническому ворону его законную часть обеда.

— Ты хочешь сказать, что мне стоит почаще подвергать тебя смертельной опасности? — подразнила меня Рита.

— Может быть, и так, — ответил ей и приподнял бровь. Мы доели рыбу, я встал и протянул ей руку, словно приглашая на вальс. — Еще немного?

— Какое похвальное стремление к новым умениям, — она игриво вытерла губы кусочком ткани и вложила руку в протянутую ладонь.

Мы вернулись на поляну и усердно тренировались, пока наконец за линию горизонта не опустилось солнце. Пришло время отправиться в гостиницу «Храбрый воин».

Преодолев небольшую рощу, мы вышли к дороге, которая должна была привести нас к той части Долины Рамзи, где находилась дворцовая площадь. Некоторое время мы стояли и любовались открывшимся видом. Каменные фонари, похожие на те, что мы видели в Бронзовой Гавани, освещали белокаменные улицы и величественные здания. А там, где не было никаких построек, красовались фонтаны и сады с цветущими деревьями и экзотическими цветами.

Если Бронзовая Гавань словно вышла из стимпанковской компьютерной игры, то Долина Рамзи выглядела как Атлантида за пару часов до своей гибели. Величественно и монументально. По крайней мере, я так себе ее представлял.

Я был здесь всего два раза, и оба — при весьма непростых обстоятельствах. Впервые я проезжал здесь в карете перед приемом у лорда Рамзи, а потом сражался с демонами. Кровь, гарь, смерть и пепел. Тогда мне было не до местных красот. Держал меч за рукоять и рубил тварей. Когда на кону стоит собственная жизнь становится не до любований. Мы с Ритой неторопливо прогуливались по вечерним улицам столицы наслаждаясь её красотой и умиротворением.

Сверившись с картой, по которой было довольно легко ориентироваться из-за масштаба, мы нашли постоялый двор. Когда вошли туда и показали имеющийся у нас ваучер на заселение, молодой человек, который настоял на том, чтобы отнести наши рюкзаки, проводил нас уже приготовленный для нас номер.

Комната была обычной, неприглядной, но из нее открывался потрясающий вид на город. После того, как мы приняли ванну и поужинали, заказав еду в номер, я примостился на подоконнике и позволил мыслям захватить меня.

Над дворцовой площадью уже царила ночь, завтра скачки, а Сета с моим мечом все еще не было. Я еще не беспокоился, но чувство тревоги, что что-то может сорваться или пойти не так уже начало разъедать меня изнутри. Волновало меня то, что Сет, согласившись доставить сюда мне меч, подвергал себя серьезной опасности. Вряд ли ему можно было приходить в Долину и рисковать головой. Улицы столицы не самое лучшее место для разбойников, пусть и с налётом благородства.

— Может быть, ты успокоишься и присоединишься ко мне? — мурлыкающий голос Риты вернул меня к реальности. Она лежала в постели, облокотившись на одну руку, а другой откидывала край одеяла, приглашая забраться к ней.

Рита была права. Мне нужно было отдохнуть перед завтрашним днем. Было бы сложно реализовать наш план, если бы я не добился аудиенции у повелителя.

Нашлись бы и другие возможности, но зачем усложнять, если все уже продумано до мелочей? Я поклялся, что Бёрнс в любом случае погибнет от моей руки, даже если мне придется сражаться против него обычной вилкой. Один удар, — четыре дырки.

Итак, я послушался совета своей жены и отключил разум, забравшись в постель. Рита прижалась ко мне и обняла со спины.

Это было очень приятно. Несколько минут я плавал в этих ощущениях, а потом сам не понял, как отключился.

Спал я спокойно всю ночь, а утром проснулся от того, что в приоткрытое окно ворвались звуки трубящих фанфар. Такое пробуждение не входило в мои представления о том, как нужно будить гостей города и я недовольно перевернулся на спину.

— Богиня, — простонала Рита раздраженным голосом из-за этого неожиданного будильника.

Мне показалось, что даже Бертрам недовольно сверкнул глазами, когда высунул голову из-под крыла.

— Что это? — я спрятал голову под подушку, но это не особо помогло.

— Это сигнал, который оповещает жителей долины о том, что списки всадников готовы и пора делать ставки, — сказала Рита и неохотно села в постели. — Если до этого Бёрнс мог не знать о твоем участии в скачках, то теперь ему об это точно донесут.

Внезапно раздался стук в дверь и мы с Ритой замерли, переглянувшись. Я приложил палец к губам и взял с прикроватной тумбочки её клинок.

Вытащил оружие из ножен и, стараясь ступать как можно тише, подкрался к двери.

— Ашер Макс?

Из-за двери донесся хорошо знакомый голос. Я выдохнул и опустил кинжал.

— Грэг! — открыл дверь и широко ему улыбнулся.

— Я так рад видеть вас! — наш юный конюх, как и всегда, был полон энергии и энтузиазма. — Мы с Метеором только что прибыли. Ашер, я пришел сказать вам, что мы расположились в двадцать пятом стойле конюшни на Дворцовой арене. Когда будете готовы, приходите, мы будем ждать вас там.

— Хорошо. Грэг, я очень доволен тем, как ты заботишься о Метеоре, спасибо за службу, — я похлопал его по плечу. В глазах этого жизнерадостного паренька всегда сквозила едва заметная тоска. Полагаю, он мало хорошего видел за свою недолгую жизнь. Вспоминая своё тяжёлое детство и да всю ту поршивую старую жизнь, что осталась где-то там, на Земле, мне всегда хотелось глядя на него, как-то поддержать и приободрить.

— Ашер Макс, служить вам — для меня, великая честь и радость, — отчеканил он, довольный похвалой, круто развернулся на каблуках, чтобы вернуться к заботам о Метеоре и продолжить его подготовку к скачкам.

Пока мы болтали, Рита успела одеться и даже собрать наши вещи. Я последовал ее примеру, быстро натянул на себя штаны, зеленую рубашку, пояс с оружием и наплечники.

— Готова? — спросил ее, завязав под шеей дорожный плащ.

Она кивнула и подхватила с пола свой рюкзак. Мы вышли с постоялого двора и оказались на оживленной площади.

Несмотря на то, что было еще довольно рано, даже по меркам Ашена, в центре долины уже пульсировала бурная жизнь. Наверное, все уже проснулись и высыпали на улицы в ожидании волнительного события.

Еще прошлым вечером площадь была пуста, а к утру ее уже заполнили по периметру продавцы с прилавками. Они торговали ювелирными изделиями, тканями, сувенирами, традиционной одеждой, специями и готовой едой. Люди, явно из высшего общества, расхаживали, важно задрав носы, их сопровождали целые свиты. Слуги прикрывали своих господ зонтиками от солнца, которое палило уже с самого утра, и обмахивали огромными веерами из листьев.

— Дай-ка мне свой рюкзак, — улыбнулась Рита.

— Что ты задумала? — я без колебаний его ей отдал, но не мог не спросить, было слишком интересно, почему так хитро блеснули глаза Риты.

— Есть одно важное дело, которое мне нужно успеть выполнить, — понятно, никакой конкретики я от нее не дождусь. Рита поцеловала меня в губы и умчалась со скоростью ветра. — Встретимся в конюшне!

— Возвращайся скорее, — поймал я ее за хвост. Она обернулась и с притворным недовольством зашипела, одарив меня напоследок хитрой улыбкой.

Я стоял и улыбался, глядя, как она, с Бертрамом на плече, пробирается сквозь гудящую толпу. Когда Рита исчезла из поля зрения, я пошел в сторону конюшен, ориентируясь на карту, которую мне подарила Шелли.

Хотя и без подсказок огромную Дворцовцовую арену пропустить было бы невозможно. По периметру ее окружали трибуны для зрителей и высокие смотровые башни. Все это напоминало мне поле для игры в квиддич. На каждой башне развевались на ветру флаги. Все они были разного цвета, я насчитал восемь.

Когда подошел к конюшне, Грэг как раз выводил Метеора из стойла.

— Еще раз здравствуйте, Ашер! — он неуклюже помахал рукой. — А я как раз собираюсь вывести его на прогулку. Пусть разомнется.

— Замечательно, — я погладил Метеора по боку, почесал за ушком и вытащил из кармана фиолетовую морковку, которую успел прикупить на рынке, пока шёл сюда. Пегас в одно движение втянул её и проглотил, как пылесос. Я рассмеялся. — Ты нас так когда-нибудь по свету пустишь…

Он фыркнул, оскорбившись, что я мог так плохо о нем подумать.

— Медведев! — раздался гнусавый голос. Я обернулся, положив руку на рукоять клинка.

— Грэг, выведи Метеора на улицу и попробуй найти Риту, — шаги Бёрнса по гравию раздавались уже совсем близко.

— Я знаю, что ты здесь, Медведев! — снова крикнул он, показавшись из-за угла.

— Ашер Бёрнс? — я вопросительно качнул головой. Когда он остановился рядом со мной, мне потребовалась вся выдержка, чтобы изобразить равнодушие.

— Я не знаю, какую игру ты ведешь, но ты зашел на опасную территорию, — прорычал он, яростно сверкая своими орлиными глазами. Адлер угрожающе сжимал до побелевших костяшек рукоять своего меча.

— Что ты имеешь в виду? — спокойно спросил у ублюдка. Чего мне стоило это спокойствие, знала только последняя нервная клетка, которая удерживала меня от срыва. Я знал, что он планировал разделаться со всеми своими врагами после скачек, и вряд ли стал бы нападать на меня раньше. Но в гневе Бёрнс был неуправляем, и чего от него ожидать, я не знал. Тем более, когда дело касалось меня, он плевать хотел на законы и правила. Но не настолько же открыто, он же не совсем идиот…

— Ты заявился на участие в гонках! — прошипел он.

— Да, — я дерзко приподнял бровь. Этот общипанный петух уже возомнил себя лордом острова? Только он решает, кому можно участвовать в скачках? Или просто бесится, что в его планы кто-то посмел вмешаться?

— Почему?

— Потому что мне этого захотелось. Разве это как-то запрещено? — пожал я плечами. — У меня появился хороший скакун, и идея показалась мне очень забавной.

— Ты действительно думаешь, что я поверю в это чушь? Будто ты хочешь поучаствовать в скачках ради забавы? — Адлер брезгливо плюнул на дорожку.

— Я ничего не замышляю, если ты снова клонишь к этому, — я скрестил руки на груди, демонстрируя своё безразличие, хотя внутри у меня все клокотало от злости. И я чувствовал себя некомфортно, убрав руку с клинка. Находясь с этим ублюдком наедине, нужно быть готовым к любому повороту.

— Странник, ты мне строишь козни с тех самых пор, как попал к нам на остров, — сказал Адлер и сократил между нами дистанцию.

Он пытался запугать меня, но серое пушистое перо, упавшее прямо на орлиный нос и заставившее его чихнуть, сильно сбило градус его свирепости.

Я посмотрел вверх и тут же опустил взгляд, чтобы не выдать Сета, который балансировал под крышей на деревянных стропилах как какой-то ниндзя.

— Я не понимаю, о чем ты сейчас говоришь, какие козни? — Продолж уверенно гнуть свою линию, и не заметно взглянул на Сета.

Он приложил палец к губам, на которых играла озорная усмешка. Под мышкой он держал, извивающееся существо, похожее на голубя, только побольше. Видимо, перо принадлежало ему. Он прошел немного вперед и птица оказалась прямо над головой Бёрнса.

— Не лги мне, скользкий змей, — шипел Адлер, не хуже гадюки. — Я понятия не имею, что ты задумал, но так и знай: каким бы ни был твой план, он обречён на провал.

Едва он это договорил, огромный комок птичьего помета шлепнулся ему на голову и начал растекаться во все стороны. Сет проворно отбежал назад и спрятался в тени. Я же не смог удержаться от смеха.

Бёрнс тряс головой, пытаясь сбросить с головы птичье дерьмо и свирепо озирался по сторонам, чтобы найти виновника. Так никого и не увидев, он решил сорваться на мне.

— Медведев! — он вопил так, будто это я нагадил ему на голову.

— Ты смешон, — чем больше он злился, тем громче я смеялся, это уже был не смех, а самая настоящая истерика, остановить которую мне было не под силу.

— Чтооо? — его визг перешел на ультразвук.

— Ищешь свидетеля, чтобы вызвать меня на бой за оскорбление твоего никчемного достоинства? — вызывающе спросил я. — Или будешь действовать так, как привык, нападая на людей исподтишка, со спины или в постели?

— Ты смеешь что-то говорить мне о чести в то время, как ходят слухи, что ты сам оскверняешь древние руины? — прорычал Адлер.

— Говори, что хочешь, — я равнодушно пожал плечами, и этот жест соответствовал моим внутренним ощущениям. После перформанса с голубем я смог немного успокоиться, а все мои чувства к Адлеру свелись к пренебрежению. Меня никак не задевало то, что он мне говорил. — Но в бою с тобой мне не придется прибегать к таким грязным трюкам как ядовитый клинок.

— Яд? — переспросил он. Его глаза воровато забегали. — Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

— Может, и так, — хмыкнул я и многозначительно посмотрел на его меч.

— Будь осторожен, — он угрожающе усмехнулся и ушел.

Я закатил глаза и, глядя ему вслед, ждал когда он выйдет из конюшни.

Придурок.

Сет отпустил бедного голубя и спрыгнул со стропил, словно он был воздушным гимнастом.

— Ловко ты его обработал, — сказал он, протягивая мне руку для пожатия. — Не могу дождаться того момента, как ты его убьешь.

— Ты не видел сегодня Шелли, — спросил у Сета, беспокоясь о судьбе птахи.

— Я видел ее мельком рано утром. Она разговаривала с организаторами скачек, — Сет выглядел озабоченным, и это насторожило меня.

— Как она?

— Уставшая и измученная, — тяжело вздохнул он, но потом тепло улыбнулся и сжал мое плечо. — Но сегодня впервые за много лет я увидел в ее глазах отблеск надежды.

Отпустив меня, Сет достал из мешка, висевшего за его спиной, меч, который подарила мне Рита.

— Сет, ты настоящий мастер! — не сдержал я восторга, обнажив сверкающий меч. Синий оттенок полностью исчез, и если бы не гравировка в виде сапфирового треугольника у основания лезвия, он бы ничем не отличался от того, как выглядел раньше.

— Не забывай, что это мощное оружие,но оно принесет тебе успех только в том случае, если твои намерения будут чисты и справедливы, — торжественно сказал алхимик, глаза его блестели. — Используй его с умом и освободи мою сестру.

— Так и сделаю, — пообещал Сету и спрятал клинок в ножны. — Ты собираешься остаться здесь?

— Мне нельзя, рисковать и лезть в толпу я не буду, но постараюсь все время находиться где-то поблизости, — плутовато улыбнулся он.

— Береги себя, — на прощание я снова пожал ему руку. — И спасибо.

— Я верю в тебя, дружище, — ответил Сет и, накинув капюшон на голову с черными перьями, бесшумно скрылся в тени.

Я еще раз полюбовался мечом, он лежал в моей руке так, словно был ее продолжением, и нетерпеливо заменил им временный клинок на поясе, который мне выдала Рита из своих запасов. — Вот так-то лучше!

Последние приготовления уже были закончены. И вот громогласно раздался призывный звук горна. Шелли была права. Нам всем просто нужно было собраться и сыграть свои роли.

Второй призыв горна выдернул меня из мыслей, и я отправился на поиски Грэга и Метеора.

Этот парень носился, как огромный сгусток энергии, он буквально запихнул меня на пегаса и потащил нас мимо тренировочной зоны к дверям, ведущим на арену. Там уже собрались другие всадники.

— Грэг, ты нашел Риту? — я оглядывался в поисках знакомых пепельных ушек.

— Она на трибунах, господин. Сюда пускают только конюхов и участников, — больше я ничего у него спросить не успел. Видимо, ждали только меня, потому что как только мы подошли к остальным, дверь открылась и нас захлестнул рев возбужденных зрителей.

Всадники передо мной один за другим поднимались в небо и я последовал их примеру.

Всего нас было двадцать пять, и каждый — на величественном пегасе, похожем на Метеора. Полупрозрачные крылья скакунов переливались всеми цветами радуги, лучи утреннего солнца подсвечивали их, как витражные стекла.

Мой пегас фыркнул и недовольно тряхнул гривой, вместе с всплеском негодования он послал мне в голову картинку белоснежного скакуна с великолепными желто-синими крыльями, которого я мельком заметил в толпе.

— Ты у меня единственный, самый лучший и самый красивый пегас, Метеор, не ревнуй, — улыбнулся я. Взлетая вверх, он кружился в воздухе по спирали, пока мы не оказались на уровне вершины острого шпиля, возвышающегося в центре арены.

Я был под двадцать пятым номером, значит, мне нужно было найти и занять соответствующее место и дожидаться выстрела из пушки, который оповестит всех о начале гонки. Все это мне рассказала Шелли, пока мы тренировались.

А то, что не успела сказать, передала в письме, которое принёс Бертрам. Я сделал мысленную заметку обязательно поблагодарить ее за это. Если бы не документы и инструкции, которые она вложила в конверт, я бы просто метался, понятия не имея, что делать дальше.

Я с нетерпением ждал начала скачек.

После того, как все всадники заняли свои места, подиум, на котором располагались стойла, начал со скрежетом кружиться, но этот неприятный звук перекрывался приветственным ревом толпы. Шелли не упоминала об этом, скорее всего, нас, как цирковых обезьянок, демонстрировали всем зрителям.

Дверь закрылась, площадка на которой мы стояли, поднялась еще выше, и мы оказались на уровне восьми рядов зрительских трибун, которые опоясывали арену по кругу. Это было похоже на обычную гоночную трассу, только вместо грунтовой дороги у нас под ногами была пропасть, высотой примерно в сотню этажей.

Я пытался убедить себя в том, что ничего особенного не происходит, но получалось плохо. Ладно. Главное — просто не смотреть вниз.

Я нервно потрепал гриву Метеора, он заржал. Это прозвучало уверенно, в отличие от моего настроя.

— Мы справимся, — дал я ему напутствие и потянулся за горящим факелом, вставленным в стенку справас.

Толпа притихла, я глубоко вдохнул, медленно выдохнул, настраиваясь на состязание. Пушка должна была вот-вот выстрелить.

Нам предстояло пройти восемь кругов.

Победителем считался тот, кто первым пересек финишную черту, не потеряв свой факел. Ему предоставлялось право зажечь сигнальный маяк.

Наконец ворота с лязгом опустились одновременно с грохотом пушки, Метеор выпорхнул из узкого закутка и взмыл в небо.

— Давай, приятель! — подбодрил я его. Он немного покачнулся, потеряв равновесие, но мы быстро нашли баланс и оседлали общую волну.

К концу тренировки с Шелли мы с Метеором смогли достичь того уровня понимания, когда словесные команды мне для управления скакуном уже не требовались, но всё равно, в первые секунды, на адреналине, отдавал команды по старинке. голосом. Прежде чем пробовать что-то необычное, я хотел убедиться, что с нашим понимаем всё в порядке.

Тем более достаточно сложно было сосредоточиться на ментальной связи, пока нам приходилось уворачиваться от копыт двадцати четырех пегасов, которые мчались с нами по кругу в одном потоке.

Удар ногой по голове был последним, что я хотел бы получить от этих скачек, и Метеор прекрасно это понимал. Он ловко уворачивался от других пегасов.

Давай, сосредоточься. Вообще, я дал эту мысленную команду себе, но мой конь, похоже, подумал, что это я ему. Его движения стали более плавными и уверенными.

— Отлично, Метеор, вперед!

Мы были на одной волне, хорошо чувствовали друг друга и действительно каждый из нас без слов понимал, что нужно сделать в тот или иной момент. Это напомнило мне о том, что Метеор был моим другом, а не просто средством передвижения.

— Если мы победим, я куплю тебе столько морковок, сколько сможешь съесть, — он приободрился и сместился в сторону, избегая столкновения с пегасом, которым правил всадник с крыльями, как у летучей мыши. Не знаю, намеренно или нет, но он чуть не задел нас. — Красавчик!

Скорректировав курс, Метеор нырнул вниз, прямо под еще одного нашего противника, взмыл прямо перед ним и рванул вперед.

Мы скорректировали курс, нырнув вниз и пронесясь под желтокрылым всадником, пока не смогли выскочить прямо перед ним и рвануть вперед.

— Даа! — до победы было далеко, но я не смог сдержать этого радостного возгласа. Мой конь поддержал меня, довольно заржав. — Приготовься объедаться фиолетовой морковкой, мой друг!

Метеор обошел по левой стороне черного пегаса с фиолетовыми крыльями, тряхнул головой, и в моей голове всплыл образ хорошенькой белой кобылки с серебристыми крыльями.

— Тебе нужна подружка? — усмехнулся я. Кажется, этот хитрец собрался торговаться за каждого всадника, оставленного позади, но я был совершенно не против. Если он приведет нас к победе я одарю его всем, чего он только пожелает.

Вклинившись между двумя наездниками на пегасах в яблоках с ярко-алыми и оранжевыми крыльями, мы обогнали и их.

Мы протиснулись между ними как раз в тот момент, когда пушка подала сигнал ко второму кругу.

— Если ты поможешь мне выиграть, я заполню кобылами всю нашу конюшню, — пообещал я ему. И как же хорошо было иметь возможность выполнить все свои обещания и желания. После похода в древние подземелья, каким бы выматывающим он ни был, я чувствовал себя намного лучше и увереннее.

Метеор присвистнул, как будто сорвал джекпот, и пронесся мимо еще троих гонщиков.

Перед нами осталось всего около десяти всадников, и я уже мог следить за тупой башкой с коричневыми перьями.

Бёрнс боролся за четвертую позицию. Прогремела пушка и начался третий круг.

И если сзади все выглядело более-менее правдоподобно, то, пробравшись вперед, я вспомнил о том, что говорила Шелли. О том, что ее отец подкупил всех гонщиков, чтобы они уступили Адлеру победу. Скачки превратились в плохой спектакль, в котором по непонятным причинам участники сбавляли скорость и боялись задеть Бёрнса. Почувствовали это и зрители, они неодобрительно гудели.

Я обязан был надрать зад этой коварной суке, поэтому подогнал своего скакуна, предлагая ему двигаться по внутренней стороне круга.

Грохот пушки отметил начало четвертого круга.

Нас с метеором проторанил сбоку коричневый пегас с неоново-зелеными крыльями. Его хозяин-журавль, злобно улыбался, глядя мне в глаза. Видимо, он решил, что этого мало, подлетел к нам еще раз и пнул меня ногой в бок.

Не знаю, от чего я задохнулся, от удара или от возмущения, но я метнул в него свирепый взгляд и пришпорил Метеора, оставив придурка позади.

Адлер, который — надо же! — был уже на третьем месте, оглянулся и послал мне гаденькую улыбочку, которая кричала о том, что что этот мошенник не только подкупил всадников, но и успел за то короткое время, что было у него до начала скачек, настроить некоторых против меня.

И это сильно осложняло дело.

Наездник на коричневом пегасе снова набросился на нас, но мы уже были готовы к подобным подлостям. Метеор взмыл вверх, а я пнул журавля в плечо, так что ему пришлось восстанавливать равновесие.

Мы оставили его позади, когда пушка прогрохотала в пятый раз. Чтобы улучшить аэродинамику, наклонившись вперед, я распластался вдоль спины своего пегаса.

Пятый круг уже заканчивался, а между мной и первым местом оставалось еще девять участников.

— Давай поднажмем, приятель! — попросил я. Уши Метеора затрепетали и в моем сознании возник образ. — Подожди, что ты хочешь сделать?

Поняв мой вопрос буквально, он фыркнул и еще раз послал в мою голову картинку, которую я и с первого понял. Просто был в шоке.

Маневр, который предложил провернуть мой пегас, был чистым безумием, но круг заканчивался, и нужно было срочно что-то предпринять.

Но к согласию меня склонило другое. Если это сработает, мы могли бы оказаться на пятом месте, всего на две позиции позади Бёрнса.

— Ладно, сумасшедший, давай сделаем это, — сказал я и едва удержался в седле, потому что заручившись моим согласием, Метеор резко рванул вперед.

Со свистом, словно бешеная летучая мышь из ада, он рассекал крыльями воздух, перемещаясь между нашими противниками от внутренней части круга к внешней. Оттолкнувшись от стены, которая защищала зрительные трибуны, он взмыл вверх, сделав мертвую петлю в воздухе, и стрелой спикировал прямо между четвертым и пятым всадниками.

— Черт возьми, сработало! — я истерично рассмеялся, похлопав своего напарника по шее. Пушка возвестила о начале шестого круга. — Давай постараемся, Метеор, осталось совсем немного.

Шестой круг прошел без изменений в турнирной таблице, оставалось всего два. И грязная игра, которую вел Адлер, стала уже очевидна.

Он жульничал, ничуть этого не стесняясь. Всадник, который уверенно держал второе место, ни с того ни с сего уступил его Бёрнсу и, скооперировавшись со своим соседом, набросился на меня.

Они немного отстали, чтобы зажать нас с двух сторон. Инстинкт Метеора подсказывал, что нужно ускориться, но я, поделившись с ним своей идеей, натянул поводья.

Я чувствовал, что он настроен скептически, но другого выхода у нас уже не было. Если бы мы не сделали этого, они превратили бы нас в отбивную.

Поэтому Метеору ничего не оставалось, кроме того, чтобы довериться мне. Как только они оказались достаточно близко, мы рванули вниз и спокойно полетели дальше, а они, не успев затормозить, врезались друг в друга и разлетелись, как два бильярдных шарика.

— Да! — ликовал я, но радоваться было еще рано.

Начался седьмой круг. Адлер вырвался на первое место, а между нами все еще был один всадник.

Наездник на пегасе с желтыми крыльями, занимавший второе место, петлял, не пропуская нас вперед. А потом этот злобный хорек вообще вытащил что-то из кармана и швырнул в меня.

— Эй! — железный шар с шипами просвистел у меня над головой. Такое вообще разрешено правилами? Я очень сильно в этом сомневался.

Уши Метеора дрогнули, и я ухмыльнулся, когда в сознании возник очередной образ, подкинутый гениальным пегасом.

— Я тоже об этом подумал, — недобро усмехнулся я, и мы приступили к делу.

Когда в следующий раз этот маленький засранец решил, что можно безнаказанно швырять в меня всякую хрень, я использовал факел как биту, и отправил снаряд туда, откуда он прилетел.

Пока этот хорек барахтался, пытаясь удержаться на пегасе, мы с Метеором пролетели мимо, не забыв пнуть его посильнее.

Он с криком сорвался и полетел вниз. Пегас ринулся следом, чтобы подхватить его. Надеюсь, он его поймает, не хотелось, чтобы даже такой человек погиб на ровном месте, но если нет — я не сильно расстроюсь.

Грохот пушки оповестил нас о том, что начался последний, восьмой круг. Мы с Бёрнсом были так близко друг к другу, что я мог протянуть руку и выдернуть перо из его головы.

Метеор нервничал и фыркал, мы врезались в противника и некое-то время неслись вперед бок о бок — каждый из нас так хотел победить, что мы отставили препирательства, лишь бы вырваться вперед.

Толпа, которой наконец-то дали настоящее зрелище, а не проплаченную постанову, ревела и ликовала.

Адлер попытался столкнуть меня с седла, я изо всех сил пнул его в ответ.

Достаточно было сбросить его с седла, чтобы прийти к финишу первым, но такой победы я не хотел. Нужно было раздавить его морально, максимально раздергать перед боем. Поэтому я сосредоточился на том, чтобы получить преимущество.

— Я убью тебя, Медведев! — Бёрнс слетел с катушек. Похоже, ему было все равно, каким путем идти к победе, поэтому он дважды протаранил меня своим пегасом, у которого, судя по горе мышц, главным преимуществом была не скорость, а сила.

Мы шли ноздря в ноздрю, только я был сосредоточен на финишной прямой, изредка краем глаза поглядывая на противника, а он, отвернувшись от меня, копошился и пытался что-то достать из-за пояса.

Хорошо, что я вовремя увидел блеск кинжала, успел дернуть Метеора в сторону, и Адлер не смог полоснуть отравленным лезвием по оранжевому крылу моего пегаса.

Из-за этого мы немного отстали, но зато я почувствовал вибрирующую энергию, курсирующую между мной и Метеором, даже перестал понимать, кто больше хочет надрать этому придурку задницу — я или мой конь.

До финиша оставалось совсем немного, в тот решительный момент нужно было ускориться. Я мысленно обещал Метеору горы морковок, новую конюшню, любую подружку, какую только пожелает — лишь бы он вложил все силы в последний рывок.

Несколько метров, всего несколько метров. Мы догнали Бёрнса, но оторваться от него так и не смогли. Я всем телом подался вперед, вытянув руку с факелом как можно дальше.

Впервые Адлер посмотрел на меня, как на серьезного противника. Его лицо исказило беспокойство. Кажется, до этого придурка только в тот момент дошло, что я реально могу вырвать у него купленную победу. Последовав моему примеру, он тоже вытянул вперед руку с факелом.

— Давай! — я пришпорил пегаса и снова дернул вперед руку. Да так сильно, что в плече она чуть не вылетела из сустава.

С ослепительной вспышкой мы пролетели финишную черту и факел, до этого горевший ровным голубым сиянием, вспыхнул, как гигантский бенгальский огонь.

Черт.

Кажется, Шелли что-то говорила об этом.

Та самая вспышка!

Да!

Толпа обезумела от восторженных криков, а я просто стоял и улыбался, глядя на свой искрящийся факел.

— Нет! — истерично вопил Бёрнс. Он кричал, размахивал руками, а потом вообще выбросил погасший факел.

Думаю, ему хотелось бы убежать, чтобы зализать раны и подготовить новый план расправы со мной и повелителем, но к нему было привлечено слишком много внимания, и он не мог пренебречь торжественной частью мероприятия.

Звук рожков и труб, эхом разнесшийся над ареной, возвестил о начале следующего этапа скачек. Уставшие, перепачканные, некоторые даже покалеченные, всадники устремились к платформе, с которой стартовали и заняли свои места.

Мне же предстояло подняться чуть выше, на небольшую площадку, где стояла каменная жаровня.

Лорд Рамзи, повелитель и главный защитник острова Сканно, присоединился ко мне на иссиня-черном жеребце как раз в тот момент, когда я спешился с Метеора.

— А вот и наш чемпион! — его голос гремел громче пушки. Толпа радостно приветствовала его и меня, полагаю, тоже. Он ловко спрыгнул с пегаса и направился ко мне, широко улыбаясь. — Ты окажешь нам честь, Ашер Медведев? Зажжешь маяк острова Сканно?

— Я с радостью сделаю это Лорд Рамзи! — хоть он и сказал, что он мой вечный должник и друг, панибратства я не допускал. Держался официально, как и инструктировала меня Шелли.

Я бросил искрящийся факел в жидкость, которая была налита в чашу, и она вспыхнула синим пламенем.

— Что ты хочешь получить в подарок за победу? Сокровища? Землю? Женщин? — Рамзи лукаво улыбнулся и добродушно похлопал меня по плечу. — Проси что угодно, и ты получишь это сегодня же.

— Благодарю за оказанную честь лорд Рамзи, вы великодушны, но я прошу только вашей аудиенции, — я ответил так, чтобы не оскорблять отказом Рамзи. Я не мог думать ни о чем другом, кроме того, что скоро смогу сразиться с моим заклятым врагом.

— Конечно, я удовлетворю твою просьбу, — он указал на зрителей. — Сейчас, когда ты приковал к себе внимание всей долины, хочешь ли ты сказать что-то этим людям?

Я сделал глубокий вдох. Меня немного потряхивало, но то был идеальный момент чтобы сделать все, что мы задумали.

— Я хочу, чтобы все присутствующие стали свидетелями того, как я, Ашер Медведев, бросаю вызов Ашеру Адлеру Бёрнсу. Я хочу сойтись в поединке за его статус четвертого ранга, земли, активы и собственность, — громко выкрикнул я.

— Что? — взвизгнул Бёрнс, подняв на меня свирепый взгляд.

— Как истинный Ашер, ты имеешь на это право, — серьезно сказал Рамзи и кивнул большой головой. — Ты выбрал хороший день для поединка.

Адлер взлетел к нам. Поджав губы, он переводил взгляд с меня на лорда Рамзи, а его кулаки сжимались и разжимались от ярости.

— Ты это несерьезно, — наконец, выдавил он из себя.

— Я бросаю тебе вызов, Ашер Бёрнс. Ты же давно хочешь этого, не так ли? — спросил у него, нагло смеясь прямо в его разгневанные глаза.

Он недовольно поморщился и спрыгнул со своего скакуна. Пристально глядя мне в глаза, Адлер ухмыльнулся, словно все козыри были в его руках. Бёрнса распирало чувство собственного превосходства. И это было его главной ошибкой.

— Что скажешь? — обратился Рамзи к Адлеру. Он ждал его ответа. — Право выбора оружия за тобой.

— Я хочу сражаться на мечах.

Вторая ошибка. И самое интересное то, что он о ней даже не догадывается.

Мы отослали пегасов вниз.

— Да начнется поединок, — скомандовал лорд Рамзи, подняв кулаки вверх, и отошел в сторону.

Зрителей охватило безумие, они кричали, что-то скандировали, и эти звуки откинули меня в тот день, когда я впервые попал на остров. Только я как будто стал другим человеком.

Бой! Бой! Бой!

Люди требовали крови, их даже не особо интересовало, кто здесь погибнет. Больше крови, больше зрелища!

Адлер вытащил из ножен свой отравленный клинок и обнажил острые зубы в улыбке. Правда, дружелюбия в ней было не больше, чем в оскале гиены. Я тоже достал свой меч, медленно обошел противника по кругу, оценивая, как лучше провести с ним бой, где солнце и как его лучше использовать себе на пользу.

Рукоять меча идеально лежала в моей руке, оружие больше не ощущалось, как что-то инородное. Я был готов к схватке.

— Ты просто самоуверенный дурак, и я получу огромное удовольствие, разделавшись с тобой так же, как с провинившимся ослом из своего хозяйства, — жестокость в его медных глазах вспыхнула ещё ярче.

— О, я наслышан о твоем пристрастии срываться на слабых и беззащитных, — зацепил его. Мне пришлось постараться, чтобы не рассмеяться при виде, как лицо Адлера буквально побелело от ярости.

Ничтожество, ты сегодня умрёшь! — крикнул он и бросился на меня с поднятым вверх клинком.

Если бы я не сместился вправо, он мог бы порезать плечо. Нужно собраться, нельзя допустить даже крошечной царапины, иначе яд прикончит меня, даже если Бёрнс сдохнет от моего меча раньше.

Парировал второй удар, нацеленный в шею, одним из тех хитроумных приемов, которым научила Рита во время вчерашней тренировки.

И вместо того, чтобы отступать или блокировать следующий, я пошёл в стремительную контратаку. Вукуси, гавнюк!

Адлер злился, я оказался не такой легкой добычей, как он себе напридумывал.

Он снова занес меч для удара, а я приготовился его блокировать, но это был ложный выпад. Пока я был сосредоточен на отравленном лезвии, Адлер внезапно пнул меня ногой в корпус. Меня откинуло в каменную стену жаровни.

Я согнулся пополам, хватал ртом воздух, не было времени даже перевести дыхание. Адлер ринулся на меня, занося меч для новой атаки, крепко держа его обеими руками.

Пришлось падать на каменную платформу и уходить перекатом в сторону. Клинок Адлера ударился о камень высекая десяток искр.

— Ты действительно думаешь, что сможешь меня одолеть? — он зашелся хохотом, театрально смахивая слезы. — А если и так, думаешь, награда того стоит? Надеешься, что моя жена доставит тебе удовольствие? Что ж, в таком случае ты сильно ошибаешься, полагая, что глыба льда в постели — это ценный приз.

Он допустил третью ошибку. Самую большую и непростительную.

Я не хотел показывать ублюдку, какую бурю подняли во мне его слова, поэтому всю ярость вложил в концентрацию. Я методично двигался, просчитывая каждый свой шаг, и не позволял противнику даже близко подносить ко мне отравленное лезвие.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Паладин Том -2