Меня зовут Сергей. Обычный парень с Земли, умудрившийся стать жертвой похитителей, из-за понравившейся мне девушки. Теперь же я Серг, по крайней мере, так меня называют в королевстве Готор, в котором до недавнего времени я был рабом на одном из многочисленных рудников.

Теперь же я мелкий землевладелец, с собственным боевым отрядом и маленькой дочерью эльфийкой. Хотя, правильнее будет сказать, что я могу стать тем самым землевладельцем, но что-то мне подсказывает, что многие представители местной аристократии будут этому совсем не рады, а потому, не исключено, что моя рабская жизнь была лёгкой прогулкой, в сравнение с тем, что нас ожидает.

Форт над рудником Грона

Два дня после выкупа доли рудника у Грона пришлось провести в форте на поверхности, так как моё дальнейшее присутствие на руднике могло быть расценено, как нарушение законов империи. По крайней мере, на это за мзду малую намекнул наблюдатель от имперского казначейства, которому куратор королевских рудников приказал зафиксировать не только численность моего отряда и свиты на момент выхода с рудника, но и это же количество на момент получения мной прав на 25 процентов рудника Грона.

По мнению Кела это должен был быть далеко не последний сюрприз от Лакдока и его покровителей. Потому эти два дня мы оба ожидали подляны, но, как не странно, в назначенный срок куратор королевских рудников прибыл к форту в сопровождение собственной охраны и почти трёх сотен наёмников. Последние, хоть это было и странно, прибыли в полноценной экипировке с оружием.

Именно этот момент насторожил не только меня, но и моих офицеров. Ни один из нас не был готов поверить в то, что в королевстве мог найтись кретин, который вооружит несколько сотен бывших работ до того, как доставит их новому хозяину. Ну не вязалось это с реалиями мира, в котором я оказался.

— Командир, — обратился ко мне Рэк. — Я бы посоветовал Вам разоружить наёмников, по крайней мере, до тех пор, пока мы не поймём столь странного поведения куратора королевских рудников.

— Не уверен, что наёмники согласятся сдать своё оружие, — покачав головой, заявил Кел. — Скорее всего они должны стать исполнителями.

— Тогда, быть может, стоит отказаться от этих наёмников? — подумав, спросил я.

— Вы не сможете отказаться от выкупленных рабов, при этом не оскорбив правящую династию, чьим представителем в данном случае выступает Лакдок, — уверенно заявил Кел. — Не говоря уже о том, что в данный момент именно Вы отвечаете за действия выкупленных рабов.

— Тогда будем разбираться с наёмниками сразу после того, как я получу все документы на замок, окрестные земли и этих самых рабов, — вздохнув, сказал я, понимая, что в данный момент понятия не имею, как решать вопрос с возможной проблемой, но надеюсь, что я что-нибудь придумаю. — Хотя, Кел, прикажи нашим бойцам вооружиться стрелковым оружием и занять место на стенах форта вокруг площадки, на которой разместятся наши новые бойцы.

— А если местный гарнизон будет против? — неуверенно спросил Кел.

— Скажешь, что это приказ совладельца рудника, — уверенном голосом заявил я, после чего направился в кабинет коменданта форта, где на этот раз должна была состояться встреча с Лакдоком.

Встреча с куратором королевских рудников прошла довольно скомкано. Он вручил мне все положенные документы и, пояснив, что у него возникли неотложные дела, быстро покинул форт. Само по себе такое поведение говорило о многом, но при этом не позволяло обвинить Лакдока в подготовке какой-то подставы.

— Командир, бойцы на стенах, — доложил один из подчинённых Келу офицеров.

— Отстреливать всех, кто попытается покинуть двор или атаковать меня, — приказал я, после чего, дождавшись, пока дроу поднимется на стену, направился к бывшим наёмникам.

Я не спеша прошёл в центр двора, где разместились старшие офицеры отряда наёмников. Судя по их взглядам в мою сторону, я был скорее добычей, чем их хозяином. В какой-то момент я ощутил себя очень не уютно, понимая, что добровольно вошёл в клетку с гиенами. Да-да, эти наёмники ни коим образом не походили на воинов. Скорее стая падальщиков, готовая в любой момент атаковать ослабевшую или не осторожную жертву.

— Всем сдать оружие! — приказал я, глядя в глаза офицеров.

— А что если мы этого не сделаем? — с ухмылкой, вытаскивая мечь из ножен, спросил один из наёмников, после чего схлопотал сразу десяток стрел и с хрипом завалился на землю.

Остальные наёмники повыхватывали мечи из ножен, и приготовились то ли к нападению на меня, то ли к отражению атаки. Вот только мои бойцы не должны были спускаться со стен, а потому, не зависимо от моей участи, наёмников просто расстреляли бы.

— Повторю ещё раз, — спокойно сказал я. — Всем сложить оружие.

Часть наёмников положили мечи на землю и опустились на одно колено, но таких было не более полусотни. Что же до остальных, то они приготовились к бою, а некоторые даже попытались атаковать меня.

Именно сейчас я сумел оценить уровень мастерства эльфийских лучников. Непревзойдённые стрелки не оставляли ни единого шанса ни кому из тех, кто попытался направить меч в мою сторону. С теми же, кто попытался взобраться по лестницам на стены, разбирались орки, люди да гоблины.

Лишь спустя десять минут и две сотни трупов наёмников, остальные сложили оружие. Да и что-то мне подсказывает, что главной причиной послужило устранение всех, кто, так или иначе, знал о планах моего убийства. Собственно так оно и вышло.

Кел и его бойцы всего за час смогли допросить всех переживших бойню наёмников и выяснить не только причины готовившегося нападения, но и имя заказчика. По заверениям одного из младших офицеров, нанимателем выступал кто-то из аристократов, пообещавший наёмникам жизнь и свободу в обмен на устранение некоего Серга и его бойцов.

Почему требовалось устранить того, кто выкупил их из рабства, младший офицер не знал, но спорить со своими командирами он не осмелился. То же касалось и большинства сложивших оружия бойцов. Они прекрасно знали о скрытой цели своего отряда, но не могли понять причин такого шага их командиров.

Было очевидно, что тащить с собой таких бойцов не имело смысла, а потому я предложил Грону взять не замаравших себя наёмников для усиления стражи рудника в третьем секторе. Отказываться от сотни профессиональных бойцов, которые по законам королевства должны были работать за еду, владелец шахты не стал.

Экипировку погибших наёмников я также передал на рудник, понимая, что тащить её в замок, находящийся в неделе пешего пути, не имело смысла. Радовало лишь то, что с документами на моё новое имущество всё было в порядке. Что же до врагов, то было бы глупо считать, что их у меня не появится.

Где-то по дороге к столице Готора

— Лакдок, ты провалил задание, — заявил воин, встретивший отряд куратора рудников у одной из придорожных таверн.

— Откуда такая уверенность? — опешив от новости, спросил Лакдок. — Наёмники должны были атаковать своего хозяина ночью, а сейчас ещё день.

— Серг, сам напал на наёмников и перебил более двух сотен, а остальных передал Грону для усиления гарнизона рудника, — с ухмылкой на лице сказал воин.

— Этого не может быть, — не веря услышанному, проговорил куратор королевских рудников.

— Мой хозяин получил информацию прямо с рудника, — спокойно ответил воин. — А это значит, что ты должен нам полмиллиона золотых, которые тебе передали за устранение этого выскочки.

— Я ни чем не обязан твоим хозяевам, — спокойно ответил куратор. — То, что наёмники провалили задание рода Серых маков — это ваши личные трудности.

— Не забывайся, Лакдок, — сурово проговорил воин. — Помни, что твоя жизнь в руках моих хозяев.

— Думаю, что сообщив Сергу о причинах нападения, я смогу нивелировать свой долг, а заодно немного подзаработать на этом, — ехидно заявил Лакдок.

— Ты не посмеешь этого сделать! — повысив голос, заявил воин.

— Ещё как посмею, если ты и твои хозяева ещё раз попытаетесь давить на меня при помощи связей в высшей аристократии, — оскалившись, произнёс куратор.

— Мой род не забудет этого, — проговорил воин, после чего направился в сторону стойла с лошадьми.

Твой род, скорее всего, не переживёт и пары недель, а я предпочту устраниться от ваших разборок, — подумал Лакдок и направился в таверну.

Дорога к замку баронессы Иллистос

Купить лошадей на такую ораву народа было не только дорого, но и негде. Соваться же в крупные города я посчитал излишним риском, особенно если учесть, что кто-то изначально готовил наше устранение. Также Кел посоветовал передвигаться по удалённым трактам и лесным дорогам, обходя крупные населённые пункты, и отторжения этот совет ни у кого из моих офицеров не вызвал.

В итоге мы уже больше пяти дней медленно, но верно, продвигались по лесным тропам, стараясь не попадаться на глаза городским патрулям и соглядатаям всех мастей. Но, как мы не старались, а всё же все города обойти нам не удалось. В одном из небольших городов нам даже пришлось заночевать, а всё потому, что к концу пятого дня разведчики дроу захватили мутную троицу, которая, как им показалось, целенаправленно следовала за нами.

Час допроса позволил убедиться в том, что мы не ошиблись. Эта троица была одной из многих групп, направленных в окрестные земли для нашего розыска. И, к счастью для нас, заказчик выдал неверные вводные осведомителям, а потому нас разыскивали совсем в другом месте. Что же до этой группы, то она была единственной, которая решила проследить наш путь от рудника.

Почему единственной? Эти умники хотели получить награду за наводку на мой отряд, а потому, выслеживая нас, заметали все следы, оставленные моим отрядом. Теперь же пойманные охотники за головами были не рады собственной жадности. Мы не собирались их убивать, да и никто, за исключением короля и его приближённых, не мог мне запретить закрыть шпионов на руднике. По крайней мере, об этом уверенно говорила маркиза Лисот.

Знатная эльфийка, которую я выкупил для обучения моей приёмной дочери, как выяснилось, довольно неплохо знала законы королевства. Бывший аристократ дроу на заверения маркизы лишь нервно пожимал плечами, ссылаясь на то, что он ранее не интересовался данным вопросом, а потому не может дать однозначного ответа на степень законности моих дальнейших действий в отношение пленников. Что же до Рэка, то он просто провел ребром ладони по шее, предлагая наименее хлопотный способ устранения шпионов.

Убивать шпионов мы не стали, а притащив в город, обвинили в попытке шпионажа за представителем аристократического рода. Обвинение было вполне обосновано, ведь титул барона являлся низшим из титулов для аристократии королевства, а моя приёмная дочь являлась Баронессой. В общем, жадных неудачников ждало пять лет рудников и даже то, что поиски инициировал кто-то из приближенных короля, не умаляло их вины.

Вручив местному тюремщику десяток золотых монет, я договорился о том, чтобы с будущими каторжниками никто не общался хотя бы три дня. Тюремщик понятливо кивнул и заверил, что если увеличить сумму до пятидесяти монет, то ближайшие пять дней с ними будут разговаривать разве что местные крысы, обитающие в подвалах под пыточными камерами. Сумма была чрезмерной, да и до моих земель оставалось всего четыре дня пути, но я всё же выложил ещё девяносто монет, надеясь на порядочность тюремщика.

Проведя ночь на одном из постоялых дворов городка, я во главе собственного отряда направился дальше. Вот только наши преследователи, в отличие от нас могли спокойно передвигаться по широким трактам королевства, а потому, не найдя нас в округе шахт, быстро добрались до окрестностей моих владений и устроили засаду.

Окрестности замка баронессы Иллистос

Некогда богатый и знаменитый род в настоящее время находился на грани нищеты, а всё потому, что какой-то выскочка умудрился выкупить последние из родовых владений некогда могущественной княжеской династии. И мало того, он же прибрал к рукам все окрестные земли, лишив родню своей усыновлённой дочери абсолютно всех владений.

Полмиллиона золотых род потратил на подкуп наёмников и одного не слишком благородного аристократа, надеясь их руками устранить того, у кого хватило наглости претендовать на то, что долгие столетия принадлежало роду Серых маков. И самым жутким было то, что королевская канцелярия встала на сторону выскочки, приказав тем, кто считал себя хозяевами этих земель, покинуть теперь уже чужие владения.

Единственной причиной для невыполнения приказа королевской канцелярии могла быть смерть выскочки до прибытия на приобретённые земли. Вот только уже две попытки устранения провалились. Что же до третьей попытки, то последние из свободных правителей рода Серых маков на оставшиеся средства заключили контракты с полутысячей наёмников, рассчитывая, что этих сил в сочетании с собственным боевым отрядом, состоявшим из двухсот воинов, хватит для достижения поставленной цели.

К озвученному числу следовало прибавить еще три сотни эльфийских разбойников, промышлявших грабежом у королевского тракта. За небольшое вознаграждение эти ничтожные трусы были готовы перекрыть тракт, при необходимости расстреливая из луков всех, кто попытается пробиться по тракту к королевскому мосту. Правда, разбойники не осмелились бы атаковать кого-либо вблизи моста, не безосновательно опасаясь мести королевских стражей. Однако такая мелочь ни сколько не трогала аристократов, ведь если бывшие рабы не сменят направление своего движения, то довольно скоро выйдут к второстепенному мосту, о чём разбойникам знать не следовало.

Формально ожидался бой равных по силе отрядов, но аристократы сделали ставку на атаку из засады, которая, по их мнению, не могла не привести к победе. Теперь же, когда все приготовления завершились, а передовые дозоры доложили о приближении противников, стало ясно, что засада изначально была неудачной идеей.

Отряд бывшего раба не двигался вперёд до тех пор, пока дозоры, состоявшие по большей части из ночных эльфов, не проверят окрестности. Атаковать же отдельно взятый дозор, как и пытаться скрыть крупный отряд от зорких глаз дроу, не имело ни малейшего смысла, а потому аристократы приказали отступить к окраине леса, где даже незначительное численное превосходство давало весомые шансы на победу.

Ранее

— Не нравятся мне эти отряды, — в который уже раз прорычал Рэк.

— Не тебе одному, — хмуро поддержал его Кел.

— А мне не нравится то, что хозяева этих отрядов до сих пор не атаковали, — хмуро глядя на своих офицеров, сказал я. — Может стоит попытаться их обойти?

— Не выйдет, — хмуро ответил Кел. — Выкупленные тобой эльфийки в один голос твердят о том, что у реки, которая огибает лес, нет брода, и существует всего два относительно безопастных пути в твои владения. Один по королевскому тракту, на котором нас наверняка перебьют, и мост, расположенный за спинами наших противников.

— Значит, боя нам не избежать? — с нескрываемым раздражением спросил я.

— Ну почему же? — ухмыльнувшись, вопросом начал свой ответ дроу. — Мы всегда можем отступить и запросить поддержки у представителей королевской канцелярии.

— И опозориться на всё королевство, — негодующе прорычал орк.

— Или гора трупов или позор, — пожав плечами, парировал Кел. — Третьего в данном случае не дано.

— Всегда есть менее очевидный способ, — недовольно глядя на своих офицеров, сказал я. — У нас есть день для того, чтобы придумать способ для минимизации потерь.

За несколько часов мы ничего путного придумать не смогли, а потому пригласили для дальнейшего мозгового штурма всех бывших офицеров, входивших в мой отряд. Задачка и правда вышла довольно сложной, но всё же она не была неразрешимой. И решение, как не странно, предложил офицер гоблинов.

С этого момента мы передвигались эмитируя действия отряда, готовящегося к бою. Но нашей главной целью было не сближение с врагом, а постепенное смещение к тракту на том участке, где королевская дорога проходит по мосту через реку. В отличие от дорог, мосты королевства охранялись постоянно, и стражи из личной гвардии короля, возглавлявшие отряды охраны, не позволили никому устраивать бой вблизи королевских мостов. Что же до второстепенных мостов, то ответственность за их сохранность возлагалась на владельца близлежащих земель.

Лучше плана предложить никто не смог, а потому решили прибегнуть к уловке, предложенной гоблином. Конечно, существовал риск, что враг решит атаковать нас в лесу, но он был куда ниже, чем схватка с врагом, о силах которых мы толком ничего не знали. Оставалось надеяться, что враг отступает к второстепенному мосту из-за неуверенности в победе, а не пытаясь окружить мой отряд и атаковать с двух сторон.

Мы очень медленно продвигались вперёд, постепенно выходя к поляне, которая открывала обзор не только на главный мост, но и на второстепенный. Именно там мы должны были собрать все силы в кулак, чтобы пробиться к королевскому мосту. Оставалось надеяться, что богиня удачи не повернётся к нам своей прелестной попкой в такой судьбоносный момент.

Поместье верховного мага Эроя

— Отец, ты поклялся, что больше не станешь обновлять заклинания защиты на окнах и дверях поместья, — ворвавшись в кабинет отца, с нотками злости в голосе сказала Сиона, когда в очередной раз обнаружила на всех оконных и дверных проёмах полный комплект защитных заклятий.

— Если я что-то обещал, то так оно и есть, — сурово глядя на дочь, ответил маг.

— Тогда почему… — начала задавать вопрос девушка, но осеклась, ведь она прекрасно знала ответ. — Это самовосстанавливающееся заклинание?

— Наконец-то ты начала думать головой, а не полагаться лишь на эмоции, — улыбнувшись впервые за долгое время, заявил маг, глядя в глаза дочери.

— Но отец, ты же понимаешь, что ни один маг не сможет снять защиту с дома за один день без накопителей энергии или помощи других магов, — сдержано спросила дочь у своего отца.

— Разве я запрещал тебе использовать хоть что-то из перечисленного? — смерив дочь удивлённым взглядом, спросил Эрой.

— Нет, но ты говорил… — начала оправдываться Сиона, но была перебита магом.

— Я в ответе лишь за свои слова, ног не за то, как ты их поняла. Разговор окончен, но если хочешь, то присоединяйся к завтраку.

Сказав это, верховный маг Готора указал на несколько блюд с едой, расставленных на столике в углу кабинета. Сам же он демонстративно взял в руки чашку с каким-то напитком и, прикрыв глаза, сделал несколько глотков.

— Я лучше пойду, — неуверенно ответила девушка.

— Твоему избраннику нужна мумия? — ухмыляясь, спросил Эрой. — Если нет, то начинай нормально питаться. Ни один маг не способен в полной мере управлять потоками силы, если он голоден.

Сиона, не скрывая своего удивления, посмотрела на всё ещё ухмыляющегося отца, пытаясь что-то решить для себя. Скорее всего, ей требовалось понять причины изменений в отношении отца к её Сергею. Но, быть может, девушку сбивало с толку поведение отца. Он сейчас не был похож на вечно сурового и недовольного всем тирана, что само по себе было странно. Не говоря уже о предложении присоединиться к завтраку в его личном кабинете.

— Что ты сделал с Сергеем? — робко спросила Сиона.

— Я не сделал ровным счётом ничего, — спокойно ответил маг. — Он выкупился из рабства, но попытался проглотить слишком большой кусок. Теперь же мне самому интересно: сможет ли он удержать в своих руках приобретённое или погибнет.

— Его жизни кто-то угрожает? — взволнованно спросила девушка.

— Жизни любого человека постоянно что-то или кто-то угрожает, — назидательно сказал отец дочери. — Запомни это раз и навсегда, иначе любое неосторожное действие может стать для тебя последним.

— Ты не ответил, — вновь вскипая, заявила девушка.

— Ему предстоит бой, в котором он точно выживет, — жестом указав дочери на одно из кресел, сказал маг. — А вот какой будет исход сражения с остатками рода Серых маков, зависит только от твоего Серга.

— Он победит, — уверенно заявила девушка.

— Если он победит в этом бою, опираясь на грубую силу, то проиграет, — сказал старый маг и, сделав еще несколько глотков напитка, покинул кабинет.

Что же до дочери верховного мага, то она сидела молча, задумавшись над словами своего отца. Ей было трудно понять, почему её Серг проиграет, если он победит в бою.

Окрестности замка баронессы Иллистос. Мост на королевском тракте.

Хоть это и было странно, на наша уловка удалась. Пока враг постепенно отступал, заманивая, как ему казалось, нас в ловушку. Основная часть отряда постепенно отходила в сторону моста на королевском тракте. Спустя какое-то время к нам присоединились и дозоры, которые до этого времени создавали видимость нашего продвижения к второстепенному мосту.

Даже не верилось, что мы смогли добраться до королевского моста, не потеряв ни одного бойца. Вот только, стоило нам подойти к мосту, как стало понятно, что это очередная ловушка. Вся охрана моста, хоть это было и не мыслимо, была перебита. Становилось очевидно, что стоит нам войти на этот мост, как найдутся свидетели, того, что это именно мы устроили эту бойню.

— Командир, — обратился ко мне Рэк. — Нам отрезали проход по тракту. Не удивлюсь, если за поворотом тракта нас ожидает ещё одна засада.

— Согласен с орком, — несколько подавлено, сказал Кел.

— Отряду занять позиции на мосту и приготовится к бою, — неожиданно для всех, приказал я, решив рискнуть, казалось бы в безвыходной ситуации. Конечно, мы всегда могли отступить, но что бы помешало нашим врагам повторить свои действия в следующий раз?

— Командир, но ведь это… — неуверенно начал Рэк.

— Это единственный вариант, при котором все мы не погибнем, — сурово глядя на решившего оспорить мой приказ орка, сказал я, а потом повернулся к Келу и добавил. — Прикажи гоблинам приготовить тела стражей моста к погребению.

— Если мы это сделаем, то у нас не останется доказательств непричастности к их смерти, — неуверенно сказал дроу, после чего поёжился от рыка моего муаса, который, судя по всему, ощущал недовольство своего хозяина и легко определили источник моего раздражения.

— Готовить к погребению! — чеканя каждое слово, приказал я. — И чтоб ничто из принадлежащего стражам моста не прилипло к рукам наших бойцов! Мы не падальщики, а они с честью выполнили свой долг!

— Будет исполнено! — одновременно ответили оба офицера.

— Так-то лучше, — погладив муаса по холке, сказал я, наблюдая за действиями своего отряда.

Мост был не более двух сотен метров в длину, но при этом тридцать в ширину, а единственными защитными сооружениями являлись две небольшие караулки, расположенные у дороги на обоих берегах реки. Крепкие каменные здания с небольшими башнями наблюдения довольно быстро были освобождены от тел погибших защитников и заняты элитными эльфийскими лучниками, Что же до остальных бойцов, то они разместились на мосту, помогая гоблинам выполнять их работу.

— Командир, мы обнаружили выжившего, — тихо проговорил, подбежавший ко мне гоблин.

— Он может говорить? — спросил я, посмотрев на запыхавшегося бойца.

— Он ещё дышит, а это уже много, если учесть, что остальные мертвы, — разведя руками, сказал гоблин.

— Рэк, приставь к стражнику людей и бывших аристократок, — приказал я орку. — Он должен дожить до прихода смены стражи моста.

— Мы не лекари и не маги-целители, но сделаем всё, что в наших силах, — ответил Рэк, и, хоть это мне показалось странным, направился к отряду ночных эльфов.

Какое-то время я молча стоял, наблюдая за тем, как бойцы готовятся к обороне, а гоблины, завершив сбор тел, под прикрытием полусотни ночных эльфов начали таскать хворост для погребального костра. Около полусотни трупов ради того, чтобы мы не прошли по тракту, как по мне, было перебором. И самой большой ошибкой было то, что враг умудрился не добить последнего защитника. С этими мыслями и подошёл к телам стражей и от увиденного опешил. Кто б не атаковал стражу моста, он добивал защитников. Ведь даже у трупов с серьёзными ранами были перерезаны глотки.

— Кел, срочно приведите «выжившего» в себя! — прокричал я, понимая, что с этим счастливчиком что-то совсем не так.

Дроу внимательно посмотрел на меня, а потом перевёл взгляд на лежащие тела стражников и, кивнув, направился в сторону группы, которая была приставлена к раненому стражнику. А уже через десять минут пленник, заливаясь соловьём, рассказывал о том, в какую ловушку мы должны были угодить.

Обычный сластолюбивый стражник, был выманен симпатичной девушкой с поста и захвачен, а все его товарищи были вырезаны. Все за исключением гонца, которому намеренно позволили покинуть мост. Трусоватому же бойцу предложили жизнь в обмен на то, что он обвинит мой отряд в нападении на стражу моста, которая якобы отказалась пропускать нас без бумаг подтверждающих оплату пошлины за передвижение по торговым трактам королевства.

Казалось бы, поверить в эту нелепость было сложно, но при наличие живого свидетеля многие бы приняли эту нелепицу за правду. Возможно, враг не ожидал, что мы займём мост и начнём возиться с трупами, но, к счастью для нас, он просчитался. Да и ранения пленника красноречиво указывали на то, что его никто не собирался убивать.

Пока мы допрашивали пленника, к мосту прибыл полутысячный отряд латной конницы. Командир отряда приказал моим бойцам сложить оружие, но, естественно, этот приказ был проигнорирован. Тем более, что стволы деревьев и сучья, лежавшие на пути конницы, не давали той начать атаку сходу, а спешиваться латники не спешили.

Понятия не имею, к чему готовился враг, но явно не к тому, что я выйду к конному отряду и предложу его командиру не пороть горячку и послушать рассказ пленника. Скорее всего моё предложение было бы проигнорировано, если бы не запах дыма и горящей плоти, разносившийся от погребального костра, который мои бойцы развели прямо на мосту.

— Решили сжечь доказательства своего преступления? — сурово посмотрев на меня, спросил латник.

— Хороним тела погибших в бою и брошенных на растерзания падальщикам, — покачав головой, ответил я.

— Веди сюда своего пленника, но если я ему не поверю… — начал распаляться воин, но был перебит мной.

— Если ты не поверишь его словам, то после боя уже наши трупы придётся хоронить кому-то, — сказал я, приказав одному из прикрывавших меня мечников привести пленника.

Окрестности замка баронессы Иллистос. Мост на королевском тракте.

— И кто же надоумил тебя обвинить в убийстве твоих товарищей владельца окрестных земель? — выслушав рассказ трусливого стражника, спросил командир отряда латной конницы.

— Они не представились, — опустив голову, сказал стражник.

— Мне кажется, что этими неизвестными будут те, кто перекрыл дорогу моему отряду к второстепенному мосту, — высказал я своё предположение.

— Вполне возможно, — ответил офицер, и, обратившись к своим сопровождающим, добавил. — Этого доставить в столицу для суда.

— Быть может, нам стоит объединить усилия для того, чтобы разобраться с теми, кто осмелился напасть на воинов короля? — тихо спросил я, глядя в глаза офицера.

— Эта стычка выгоднее Вам, чем моему отряду, — заметил кавалерист.

— Мой отряд не будет претендовать на трофеи с тел убитых врагов, — спокойно сказал я.

— В таком случае, я слушаю Ваше предложение, — сказал офицер, с интересом посмотрев на меня.

— Мы выдвинемся в сторону второстепенного моста, а вы по тракту зайдёте в тыл наших врагов, — спокойно сказал я, понимая, что рискую полагаясь на жадность офицера, но от устранения врагов зависело очень многое.

— Не боитесь, что мы присоединимся к вашим врагам? — спокойным голосом, не выражающим эмоций, спросил офицер.

— Кто-нибудь из моих людей выживет, и тогда на репутации твоего отряда можно будет поставить крест, — спокойно ответил я, сдерживая свои эмоции.

— Ты уверен в то, что выжившему кто-то поверит? — спросил кавалерист.

— Думаю, что баронессе Иллистос, являющейся законной наследницей этих земель и моей приёмной дочерью, находящейся под защитой королевской канцелярии поверят, — сказал я, глядя в глаза воина.

— Баронесса Ваша приёмная дочь? — удивлённо спросил воин, не скрывая того, что он об этом не знал.

— Моя дочь, а её земли, как из земли еще четырёх бывших аристократок, с недавних пор принадлежат мне, — сказал я, достав документы, подтверждающие право на владение львиной долей земель, расположенных по ту сторону от моста.

— Раз это так, то нам стоит поменяться ролями, — просмотрев документы и обдумав что-то, сказал офицер. — Вы атакуете врага, занявшего второстепенный мост со стороны своих владений, а мы сходу ударим им в тыл. Трофеи достанутся моему отряду за помощь в бою с шайкой разбойников, незаконно захвативших мост, за который вы отвечаете, ну а судьбу пленных решите сами или передадите королевскому суду. Понятия не имею, что для Вас будет выгоднее.

Окрестности замка баронессы Иллистос. Второстепенный мост.

— Командир, — обратился ко мне один из разведчиков ночных эльфов. — У противника более полутысячи воинов прикрывает мост с противоположной от нас стороны, и ещё две сотни разместились на мосту, блокируя возможность удара по тылу.

— Сколько? — несколько удивлённо спросил я, глядя на разведчика.

Не зря мы отправили несколько отрядов разведки перед началом совместной атаки, подумал я, глядя на бойца, принесшего не самые приятные новости. Хотя, больше всего меня смущали причины, по которым враг старательно заманивал нас в засаду вместо того, чтобы навалиться всей толпой и просто затоптать нас, пользуясь трёхкратным численным превосходством.

— Врага явно смутило наличие в отряде хорошо экипированных элитных отрядов, — словно читая мои мысли, сказал Кел.

— Мне куда интереснее то, как поведёт себя королевская кавалерия, если мы ввяжемся в бой на мосту, — признался я, понимая, что офицер вполне может передумать и атаковать мой сборный отряд в спину, а две с половиной сотни хорошо обученных и экипированных бойцов в чистом поле не такая уж и грозная сила.

— Значит нужно атаковать сейчас! — уверенно сказал дроу.

Я же внимательно посмотрел на карту окрестных земель. Особенно меня заинтересовало расположение замка и время, которое потребуется для того, чтобы добраться к нему.

— Рэк, отправь посыльного к кавалеристам с сообщением о том, что бой состоится под стенами моего замка, — неожиданно для своих офицеров, заявил я.

— До замка еще около двух часов пути, и как минимум час нам потребуется на его штурм, — уверенно сказал Кел, глядя на меня.

— Мы опасаемся удара конницы в спину, забыв о том, что по закону королевства, армия защищает любого из землевладельцев от нападения на его владения, — сказал я, вспоминая слова маркизы Лисот, просвещавшую меня относительно законов действующих в Готоре.

— Но ведь офицер может заявить, что он не знал о том, что ты являешься владельцем этого замка, — возразил Кел.

— Бумаги он смотрел в присутствии своих младших офицеров, да и опять же всегда есть риск того, что кто-то из моего отряда выживет и донесёт в королевскую канцелярию, — спокойно сказал я. — Нас к жизни это не вернёт, но офицеру от этого легче не станет.

— Может стоит отступить и, наняв наёмников, взять власть в свои руки? — с сомнением в голосе, спросил Рэк.

— Ты можешь гарантировать, что наши враги не продолжат пополнять свои отряды, или не перекупят нанятых нами наёмников? — спросил я у орка, и дождавшись его ответа продолжил. — Отправляй гонца, а мы немедленно выдвигаемся. Кел, выдели пятёру своих бойцов в сопровождение Илли и остальных мирных. Они должны в любом случае пережить этот бой.

— Десяток ночных эльфов под командованием опытного офицера лучше справятся с этой задачей, — возразил дроу.

— Пусть выдвигаются через десять минут, а мы сделаем вид, что собираемся напасть на мост, — хищно улыбнувшись, сказал я и быстро отдал последние приказы. — Рэк, займись управлением бойцами ближнего боя. Всех стрелков под руку к офицеру эльфийских лучников. Кел, на тебе общее руководство на марше и в бою.

Никто из командиров отрядов не посмел оспаривать моего решения, ведь все понимали, что без единого руководства мы гарантированно погибнем. Кел обдумав план предстоящего марша. Приказал для начала отряду направиться в сторону второстепенного моста и сымитировать подготовку к бою.

Такой небрежной обороны тылов я даже представить себе не мог. Враг умудрился проспать приближение нашего отряда, и мало того, позволил безнаказанно обстрелять охрану моста и отступить.

Неужели они не удосужились отправить разведчиков к мосту на тракте, чтобы отслеживать наши передвижения? — эта мысль не давала мне покоя, ведь подобный шаг был вполне логичен. С другой стороны, если они узнали о приближении отряда тяжёлой кавалерии к мосту, то могли уйти, заявив, что, следуя договору, просто обороняют второстепенный мост от нападения разбойников, вырезавших королевскую стражу. Но всё же так бездарно пустить в тыл к себе отряд врага… Позднее я узнал, что ночные эльфы вырезали несколько вражеских дозоров, и только по этой причине наша вылазка удалась.

До замка баронства мы добрались за два с половиной часа и, как и ожидали, увидели закрытые ворота. Было очевидно, что враг подготовился к штурму, вот только какими силами он располагал мы даже представить себе не могли.

Заняв оборону в небольшой роще, в стороне от укреплённого замка, мы приготовились к бою. Было очевидно, что схватка будет кровавой, но ни один боец моего отряда не показывал страха. Быть может, одной из причин для такого поведения стало их пребывание на руднике в качестве рабов, да и их уровень военной подготовки давал о себе знать. Даже трусоватые гоблины сейчас уверенно выполняли поставленную перед ними задачу, создавая сеть разномастных ловушек у нас в тылу.

Через два часа на поле перед рощей появились передовые отряды врага, которые тут же были обстреляны элитными лучниками. К сожалению, в этот раз противник был готов к обстрелу, а потому его потери были ничтожно малы. Если нам повезёт, то конница подоспеет вовремя, ну а нет, то выжившие в этой кровавой бойне проклянут меня за мою глупость.

Окрестности замка баронессы Иллистос. Близ моста на королевском тракте

— Мой господин велел передать, что группа бандитов готовится к нападению на его владения, он примет битву вблизи собственного замка, — склонив голову, передал послание посыльный.

— От чьего имени ты говоришь? — не сумев скрыть своего удивления, спросил командир отряда королевской кавалерии.

— От имени приёмного отца баронессы Иллистой, — ответил посыльный.

Такой поворот событий не обрадовал офицера. Он уже успел выяснить численность противников и предпочёл бы ударить в спину новому владельцу земель до того, как тот окажется на собственной земле. Теперь же Серг лишил его этой возможности, оповестив о бое на собственной земле.

Отказать в помощи офицер не мог, но и спешить с вводом в бой своего отряда не горел желанием. Видимо это почувствовал посыльный, а потому произнёс:

— Уговор по поводу трофеев остаётся в силе.

— Это твои слова, или слова владельца земель? — уточнил офицер.

— Это воля владельца окрестных земель, — ответил посыльный. — Его интересуют лишь пленные.

— Возвращайся к хозяину, и передай хозяину, что мы выдвинемся, как только прибудет отряд для обороны моста.

— Я так и передам, — холодно ответил посыльный, прекрасно понимая, что кавалерист просто тянет время.

Окрестности замка баронессы Иллистос.

Бой под открытым небом малым числом да ещё не далеко от замка, из которого к врагу может подойти подкрепление, заранее обречён на провал. Потому то мы и разместились в небольшой рощице, которая хоть и не создавала надёжной защиты, но всё же не давало врагу полноценно использовать численное превосходство.

Несколько попыток врага атаковать мой отряд в лоб и с флангов мы отбили, хоть и с трудом, но без серьёзных потерь с нашей стороны. Десяток раненых орков и столько же латников людской расы не шли ни в какое сравнение с полусотней убитых врагов. Как не крути, а обороняться всегда легче, чем атаковать. Однако, нужно отметить, что основная масса погибших врагов была итогом хорошей работы гоблинов, которые всего за несколько часов превратили рощу в нашем тылу в сплошную зону смертельных ловушек.

Враги готовились к новой атаке, мы тоже не теряли времени, устроив завалы из стволов в местах, где у врагов был шанс прорвать наш строй. Что до гоблинов, то они, пользуясь затишьем, занялись рытьём подземного хода. Их командир заверил, что они к ночи смогут прорыть путь за пределы рощи. В сущности, это и стало резервным планом, на случай, если кавалерия решит не вмешиваться в бой.

— Командир, кавалерия выдвинется, как только к мосту прибудет отряд для охраны, — отчитался дроу-посыльный.

— Ожидаемо, — заявил Кел, глядя мне в глаза. — Скорее всего, они до последнего будут оттягивать своё участие в бою.

— Это их право, — недовольно сказал я. — Ты как сумел пройти через гоблинские ловушки?

— Я участвовал в войне дроу с гоблинами, — спокойно ответил посыльный. — Ловушки они создавать умеют, но если знать их, то вполне можно обойти.

— Рэк, пусть раненые прикроют наш тыл, — поморщившись, сказал я. — Упаси нас боги от таких умельцев среди наших врагов.

— Таких там нет, — уверенно заявил посыльный. — Наёмники не участвовали в той войне.

— А разве других войн не было? — удивился я.

— Были, но королевства гоблинов уже не было, — ответил дроу. — А небольшие отряды этой расы в обычных условиях не раскрывают собственных секретов.

— Даже если цена такого шага их жизнь? — скептически глядя на посыльного, спросил Рэк.

— Даже если целому роду грозит смерть.

— И как же ты объяснишь то, что происходит сейчас? — спросил я.

— С этим вопросом Вам лучше обратиться к гоблинам, — пожав плечами, ответил дроу.

— А что мы? — раздался вопрошающий голос за моей спиной. — Мы лишь сражаемся на свой лад.

— Что значит сражаемся? — удивлённо спросил я, повернувшись в сторону говорившего гоблина.

— То и значит, — спокойно ответил гоблин. — Мы не можем стоять в первой линии, а метательных копий практически нет. Потому мы стали почти бесполезными в этом бою, не отсиживаться же без дела за спинами других бойцов.

— Вы делаете не меньше остальных, — подумав, сказал я. — Да и в шахтах всегда работали наравне с остальными.

— Делаем, что можем, — пожав плечами, ответил гоблин. — Мы помним, что нас ожидало, и кто нас спас от этой участи.

— Он всех нас спас, — спокойно сказал офицер гоблинов, подойдя к подчинённому. — А тебе бы стоило немного поспать, а не трепаться.

— Имею право в свободное время! — возмутился гоблин.

— Отбой! — скомандовал офицер. — Устроили тут анархию. Права качать начали. Я вам напомню, что в армии гоблинов дисциплина была не хуже, чем у гномов или эльфов.

— Они начали новую атаку! — раздался голос одного из дозорных, быстро спускавшегося с высокого дерева.

— К бою! — приказал я, и занял место в первой линии на левом фланге.

Справедливости ради добавлю, что мои офицеры пытались затолкать меня в тыл, но я предпочёл участвовать в обороне фланга, частично прикрытого гоблинскими ловушками. Позднее Рэк признался, что они не ожидали нападения на тот фланг, и потому беспрекословно подчинились.

Враги начали новую атаку, выставив в первую линию щитоносцев, стараясь минимизировать урон от Эльфийских лучников. Однако, наши стрелки не стали расходовать боезапас на первую линию, а приготовились к обстрелу магов, которые обычно приближались в третьей и даже четвёртой линиях атакующих.

Лишь ночные эльфы усердно метали немногочисленные копья, стараясь усложнить задачу щитоносцев врага. А заодно не позволить врагу раньше времени выпустить вперёд воинов с двуручным оружием. Такие воины, набрав скорость, с одного удара могли разрубить тяжёлый щит, и даже сбить с ног более крупного противника, создав брешь для атаки.

И вот, когда казалось, что первые линии должны столкнуться, случилось неожиданное: центр вражеского строя замер всего в трёх шагах, а в нашу сторону полетел град стрел и копий. И под прикрытием стального дождя, фланги врага атаковали, пытаясь прорваться вглубь строя.

Завязалась яростная схватка, в которой довольно быстро проявилась разница между наёмниками врага и моими бойцами. Наёмники воевали за плату и, выполняя приказ, старались выжить любой ценой, в то время как мои бойцы ценой своих жизней удерживали строй. Фланги трещали, но всё же устояли, и тогда враг ударил по центру. Если бы не слаженные действия орков и людей, то строй бы рассыпался.

И вот напор врага спал. А в след за этим раздались долгожданные звуки боевых рожков. Королевская кавалерия на полном ходу врубилась в задние ряды атакующих, не оставив тем ни единого шанса на организованную оборону.

— В атаку! — прокричал я, понимая, что если конница завязнет, то опомнившийся враг сумеет оттеснить её.

— В атаку! — продублировали мой приказ офицеры.

Сражаться на два фронта не способен никто, а что до наёмников, то они пришли ради денег и добычи, а потому, осознав, что ни то ни другое им не светит, постарались сохранить жизнь. Одни пытались прорваться сквозь конный отряд, другие бежали, бросив оружие, а третьи сдавались в плен. Лишь чуть больше сотни бойцов противника по-прежнему держали строй и продолжали рубиться, словно их совершенно не заботила собственная смерть.

— Оттесните от них конницу! — приказал я, отражая хлёсткий удар кого-то из наёмников.

Через десять минут мой приказ был выполнен. Щитоносцы обступили ощетинившийся строй врага, в то время как бойцы второй линии прикрывали их спины. И если мы занялись странной сотней, то конница принялась зачищать окрестности от разбегающихся наёмников. Как не крути, а именно кавалерии отойдут все трофеи с убитых врагов.

— Сложите оружие и сохраните жизнь! — прокричал я, выйдя вперёд, и чуть не получил копьём в грудь.

— Кто не выполнит приказ, будет передан страже короля для суда за нападение на владельца земель и участие в расправе над стражей королевского моста! — прокричал я так, чтобы меня мог услышать каждый боец.

Как не странно, но эта угроза подействовала на большую часть противников. Лишь пятеро воинов, в качественной броне остались стоять с оружием в руках, сверля меня гневными взглядами. Очевидно, что это были последние из родственников Илли.

— Схватить, но не убивать! — приказал я бойцам, но те не стали рисковать, атакуя загнанную в угол добычу.

Вместо этого вперёд вышли эльфы и направили в сторону пятёрки бойцов луки. По команде офицера лучники пустили стрелы, и в ноги врагов, вонзились стальные жала. Пятёрка повалилась на землю и её без особого труда связали. После чего оказали помощь, ведь я и правда собирался передать их королевскому суду, чтобы они на своей шкуре испытали прелести каторжной жизни на руднике.

Окрестности замка баронессы Иллистос.

Казалось бы, бой завершился нашей победой, но, почему-то от всеобщего ликования меня отвлекала невнятная тревога. Казалось, что что-то идёт совсем не так, как планировалось, но что? Мой отряд понёс потери, но в бою это было неизбежно. Большинство доверившихся мне бойцов пережило этот день и сейчас с уважением смотрели на меня. Это было приятно, хотя, я прекрасно понимал, что именно опыт бойцов и офицеров стал ключевым фактором нашего выживания.

Но всё же, что-то не давало покоя. Очевидно, что я забыл о чём-то очень важном.

Если бы Илли была рядом, то… — додумать мысль я не успел, так как отчётливо ощутил страх.

— Кел, быстро собирай своих парней! — прокричал я. — Нам нужно срочно догнать…

— Дошло наконец, — злорадно захохотав, заявил один из раненых родичей моей приёмной дочери. — Посмотрим, что ты готов отдать за своё ничтожество, не удосужившееся сдохнуть вместе с папашей.

— Если с ней что-нибудь случится… — начал было я, но не пошёл на поводу у эмоций, и сказал то, от чего мои бойцы с удивлением и даже долей презрения посмотрели на меня. — Собственно, к демонам спектакль! Чем быстрее твои родичи избавят меня от последней проблемы, тем быстрее я стану полноправным владельцем этих земель. Быть может, я даже отблагодарю их, позволив похоронить вас в соответствии с обычаем.

— Ты не посмеешь! — прокричал родич баронессы, которому тоже не понравился мой ответ.

— Кел, для начала мы займём замок, а всех обитателей я отдам для развлечения своим бойцам и воинам короля, пришедшим нам на помощь, — приказал я воину. Тот поморщился, но не посмел ослушаться приказа, хоть и было видно, что ему не нравится такой приказ.

— Скрытно отправь десяток бойцов на поиск наших, и не вздумай выполнять вторую часть приказа, — скороговоркой полушепотом проговорил я, когда дроу поравнялся со мной, прикрыв меня от пленников.

Кел ничего не ответил, но поспешил выполнить мой приказ.

— Как я уже говорил, мне не нужна девочка для управления замком и землями, да и вы не нужны, по крайней мере, живыми, — спокойно сказал я, подойдя к пленнику. — Хотя нет нужны. Я же должен на ком-то испытывать инвентарь пыточного подвала своего замка.

— Этот замок принадлежит… — попытался возразить мне один из пленников, но я не дал ему договорить.

— Замок и окрестные земли принадлежат баронессе Иллистос из рода Серых маков, которую вы бросили умирать на руднике.

— Это вина его отца! — завопил пленный.

— Никто не мешал вам выкупить ребёнка, но, в отличие от меня, вам он не был нужен, — сказал я, и быстро пожалел об этом.

— Так она всё же тебе нужна! — ядовито улыбнувшись, воскликнул первый говоривший. — И на что ты готов ради е спасения?

Отпираться смысла не было, но и поднимать лапки в гору я не собирался.

— Ты пытаешься торговать тем, чего у тебя нет, — погасив эмоции, сказал я. — Связать их и засунуть кляпы, и приставить надёжную охрану. Пока что они ещё нужны.

Сказав это, я ушёл. Требовалось ещё разобраться с теми, кто засел в замке, а заодно организовать погребальный обряд для двадцати ночных эльфов, двух дроу, десяти человек и пятёрки орков, а также одного гоблина. Надеюсь, что больше никого хоронить мне не придётся.

Окрестности замка баронессы Иллистос. Мост на королевском тракте. За несколько часов до боя при замке.

— Ким, есть дело! — подозвал своего пронырливого офицер королевской кавалерии, стоило посыльному от недобарона покинуть мост.

— Наш план по удару в спину новоявленного барона не осуществим, — выслушав своего командира, сказал Ким.

— Это и так понятно, — раздражённо сказал офицер. — Одно дело перебить эту шелуху, ударив в спину, а в канцелярии отчитаться, что шли по следам банды, атаковавшей гарнизон моста и столкнулись с отрядом, который сходу атаковал нас. И совсем другое напасть на владельца земель.

— Канцелярия и в этом случае проглотит наш рассказ, подтверждённый кем-то из аристократии. Теми же Серыми маками.

— Они то да, особенно за толику золота из добычи. Но если всплывёт правда, то они с радостью передадут меня и тебя, кстати говоря, в руки умелого палача. Как думаешь: сколько мы сможем молчать об истинном положении дел? Да и бойцы мне не настолько преданы, чтобы солгать, рискуя оказаться на рудниках Его Величества.

— Не стоит обсуждать то, на что такой умный и расчётливый воин, как Вы, не пойдёт, — сказал подчинённый, быстро придумывая варианты, которые позволили бы выжать хоть что-то из сложившейся ситуации. — Раз этот новоявленный барон готовится к сражению, то просто обязан услать тех, кто будет лишь оттягивать внимание бойцов на свою защиту. При этом у него не так много воинов, а потому хорошей охраны он выделить не в состоянии.

— Ты предлагаешь захватить девчонку и остальных, но ради чего? — не понимая, куда клонит Ким, спросил офицер.

— Для нас они бесполезны, а вот для рода Серых маков могут оказаться очень даже полезны если те проиграют глядущий бой.

— Ты предлагаешь продать им сведения? — не удивившись, спросил офицер. — А как же быть с нападением на основе просьбы от владельца земель?

— Нападать, — не моргнув и глазом, ответил Ким. — Продажа сведений никоим образом не отменяет Вашего обязательства перед вассалом короля, владеющим этими землями. Тем более, что плату за сведения получит верный мне человек, которого никто не сможет связать с Вами.

— У нас есть шанс хорошо заработать и покинуть этот богом забытый уголок королевства, — улыбнувшись, сказал кавалерист. — Передай своему человеку, что цена сведений десять тысяч золотых.

— Господин, это же шестьдесят килограммов золота, — удивлённо, проговорил помощник офицера. — Такое количество незаметно не перевезти.

— Пусть возьмёт расписками казначейства или ценностями, — прикинув, заявил офицер. — Шестьдесят тысяч и не монетой меньше.

— Будет исполнено, — поклонившись, сказал помощник, мысленно проклиная жадность своего командира.

Такую сумму Ким не мог доверить кому-то постороннему, а потому отправил одного из своих учеников. Оставалось надеяться, что молодой боец успел усвоить уроки своего наставника и сможет всё проделать максимально осторожно, не оставив следов, ведущих к проныре и его жадному командиру.

Лагерь клана Серые маки.

— Ты думаешь, что эта информация стоит таких денег? — недоверчиво спросила сестра главы у своего брата.

— Она даже ценнее того, что за неё запросил посредник.

— И чем же?

— Тем, что у нас есть шанс вернуть всё даже в случае поражения, да и победа для нас не лучший вариант.

— Что ты имеешь в виду? — удивлённо спросила сестра.

— У нас в данный момент недостаточно золота, чтобы расплатиться с наёмниками, — вздохнув, сказал глава клана. — Да и сами наёмники в таком количестве больше не нужны.

— Но если мы победим, то обязаны будем…

— Не будет никакой победы, — перебив женщину, заявил брат. — Посредник наверняка из числа кавалеристов, так что где-то в окрестностях засел хорошо вооружённый отряд кавалерии.

— Но если он атакует, то мы обречены, — с ужасом посмотрев на брата, заявила сестра.

— Мы оставим с наёмниками сотню новобранцев из личной гвардии и пятёрку наших родственников, а сами последуем за Иллистос и теми, кто её будет сопровождать.

— Если отделится такой большой отряд, то наёмники могут что-то заподозрить, — неуверенно сказала женщина.

— Для них объявим, что мы с сотней бойцов обогнём лагерь врага и атакуем с тыла.

— Наши родичи могут погибнуть, — почти равнодушно напомнила девушка.

— Если не полезут в рубку и вовремя займут оборону, то выживут, а вот ничего не ожидающие наёмники погибнут или разбегутся. Для нас это лучший вариант.

Окрестности замка баронессы Иллистос. Лес

Маркиза Лисот пребывала в растерянности. Её, как и всех, кто был не способен сражаться, в сопровождение десятка воинов отправили неизвестно куда. При этом все бойцы были из последнего пополнения, а потому баронесса не смогла выяснить, куда они движутся.

А ведь до этого момента свобода и восстановление титула, обещанные сестрой главы Серых маков, казались так близки. Девушка исправно поставляла сведения о двоюродной племяннице, её приёмном отце, а также численности и составе отряда, и даже успела передать информацию о маршруте, по которому отряд пойдёт к замку.

Но всё пошло наперекосяк. И сейчас, по независящим от неё причинам, она не могла уведомить своих покровителей о том, что отряд разделился. Да и толку с этих сведений, её покровителям будет немного, ведь она даже приблизительно не знает окрестных земель и не сможет сориентировать преследователей. А ещё и выделенные бойцы, умело заметают следы, стараясь минимизировать шансы возможных преследователей.

Лишь во время очередного привала маркиза внутренне возликовала, услышав, что бойцы из сопровождения заметили большой отряд преследователей. Сами воины с лёгкостью оторвались бы от погони, но не приспособленные к быстрому и скрытному передвижению люди, защита которых была главной задачей бойцов, не оставили последним ни единого шанса на спасение.

Замок баронессы Иллистос

— Ваша дочь окажется на свободе, как только вы передадите нам бумаги на замок и все окрестные владения, — спокойно сказал тот, кто ранее назвался главой рода Серых маков.

— Я уже говорил твоим людям, что для управления этими землями Илли мне не нужна, — стараясь скрыть свои истинные эмоции, сказал я.

Вместо ответа граф встал со своего кресла и начал аплодировать, а затем, посмотрев мне в глаза, сказал:

— Я восхищён Вашим хладнокровием и даже готов гарантировать сохранение за Вами титула барона, а так же позволю Вашим людям подобрать себе достойное снаряжение в оружейной клана, в дополнение к свободе для Вашей приёмной дочери. Однако, большего я Вам не предложу.

— Что со спутниками Илли? — спросил я, осознав, что меня раскусили.

— Часть погибла, схватившись за оружие, но некоторые всё ещё живы, — сказал граф, глядя мне в глаза. — За убитых рабов наш род выплатит компенсацию, но только после того, как Вами будут подписаны документы о передаче земель.

— Сколько осталось? — сдерживая рвущуюся наружу ярость, спросил я.

— Трое, кроме девочки.

— И чем же были вооружены служанки, или семьи плавильщиков? — закипая, спросил я.

— Меня вопрос сохранности рабов не интересовал, — заявил глава клана. — Но, как я уже говорил, клан компенсирует их стоимость. Даю слово.

Ещё как компенсирует, — подумал я, а вслух сказал. — Какие гарантии, что девочка не исчезнет, как только я подпишу бумаги?

— Ваших людей в замке куда больше, хоть и вооружение у них хуже, но итог такого боя не предсказуем.

Тут он был прав. В замке сейчас находились почти все мои бойцы, а вот у противника верных людей осталось чуть меньше сотни. Остальных же сейчас были связаны и охранялись двумя десятками гоблинов.

Спустя час я всё же подписал договор о передаче замка и земель роду Серых маков, а глава рода, тем временем оформил бумаги об изгнании баронессы Иллистос.

Эта бумага не лишала девушку титула, зато оставляла без права на какое-либо имущество и защиту со стороны рода. По сути от девочки отреклись на официальном уровне, что меня вполне устраивало.

Так в одночасье я лишился практически всего своего имущества, а заодно потерял право голоса в королевском суде. К несчастью о последнем я узнал уже после подписания документов. Хотя, кого я обманываю? Я бы отдал и долю с рудника, если бы это потребовалось ради спасения дочери.

Через полтора часа мне передали Илли и тех, кто уцелел, и великодушно выделили четыре часа на то, чтобы я покинул эти земли.

— Ах да, барон, — раз уж Вы не стали чрезмерно упорствовать, то на прощанье дам Вам совет. — Никогда не берите в прислугу рабов из числа бывших аристократов, они почти наверняка Вас предадут ради шанса вернуть титул и положение.

Глава рода ещё не договорил, а ко мне уже волокли извивающуюся и кричащую маркизу Лисот. Подумать только, ведь эта эльфийка должна была умереть на руднике после того как повредила ноги. Сейчас же, получив шанс на новую жизнь, она предала меня. И что же она получила за свои труды? Предательство от нанимателя. Только и всего.

— Кел, приставь к этой рабыне пару бойцов, — сказал я, указав на маркизу, а для советчика добавил. — Благодарю за совет, но похоже, что в этом мире не стоит доверять каким бы то ни было аристократам. Ведь вы заключили с маркизой сделку, а вместо выполнения обязательств отдали её мне.

Всего на миг глава рода потерял самообладание, но этого было достаточно для того, чтобы я смог увидеть огоньки ненависти в глазах собеседника. Не так уж и сложно оказалось лишить главу рода душевного равновесия.

Королевский мост. Окрестности замка рода Серых маков.

— Серг, Вам не стоило отказываться от земель, — во время стоянки заявил Кел.

— Ценой моего решения была жизнь дочери, — указав на тихо спящую Илли, напомнил я.

— Ваша дочь не обрадуется, узнав, что Вас да и её в скором времени лишат титулов, — заявил дроу.

— Наши титулы сохранятся, по крайней мере, так мне сказал граф, — немного растерянно сказал я.

Кел довольно долго объяснял все тонкости местного законодательства по данному вопросу, но, в целом, его рассказ сводился к нескольким неутешительным фактам.

Добровольно утратив земельные владения аристократ получал статус изгоя. Он больше не мог рассчитывать на справедливые решения королевской канцелярии, и уж тем более на то, что королевский суд примет его сторону в случае суда.

Если такой аристократ содержит собственный отряд, то он рискует попасть в списки вероятных вожаков разбойничьих банд. С этим клеймом довольно сложно войти в какой-либо город королевства, не говоря уже о столице.

И самое неприятное: раз в два года созывается собрание землевладельцев, на котором все аристократы, за исключением тех, чьи владения захвачены другими государствами, и тех, кто попал на рудники, лишаются титулов.

До этого собрания осталось полгода, а потому почти нет шансов, что мне удастся разжиться хоть какой-нибудь землёй, позволяющей мне и дочери избежать столь позорного действа, по меркам местной аристократии.

Лично меня утрата титула нисколько не волновала бы, если бы не то, что мне автоматически запрещалось бы содержать вооружённый отряд. Кроме того, моя приёмная дочь, хоть и вполне приспособилась бы к жизни простолюдинки, но была достойна куда большего.

По сути, я сделал глупость, когда объединил все принадлежащие мне земли в единое владение. Оформи я хоть одно из них на дочь, и сейчас бы этой проблемы не было. Конечно, там были другие подводные камни, но ничего, что нельзя было бы решить за небольшую сумму золотом.

— А можно ли выкупить какие-нибудь владения, ну или, скажем захватить их у кого-нибудь? — обдумав рассказ дроу, спросил я.

Ответ Кела меня не обрадовал. Купить землю было можно, но любой продавец, узнав о моей ситуации, назначил бы настолько грандиозную сумму, что проще было бы нанять отряд профессиональных наёмников и захватить какой-нибудь форт на границе королевства.

И мало того, захват земель ещё не был гарантией того, что королевская канцелярия закрепит их за мной и своевременно вышлет пограничный отряд к новой границе королевства.

Сведения были удручающими, но, помня нравоучения своего отца, я решил не паниковать раньше времени. Ведь за полгода может многое измениться, а денег на жизнь, с учётом будущих доходов от рудника Грона у меня более чем достаточно.

Что же до Илли, то она лишь недавно успокоилась и уснула, и казалось, что в отличие от Кела и меня, её вопрос сохранения титула интересовал меньше всего. А ведь так и вышло. Ведь бывшая родственница девочки уже успела рассказать Илли о её дальнейшей судьбе и грозящем статусе изгоя.

Для чего родня глумилась над девочкой, у которой во второй раз отобрали практически всё, я не знал. Но, судя по всему, в скором времени я узнаю ответ на этот вопрос. А сейчас мне, как и моим бойцам, нужно было немного поспать.

Целый месяц я со своими бойцами был вынужден скитаться по окраине королевства, а всё потому, что ни в один город или маломальский укреплённый посёлок нас не пускали, ссылаясь на сомнительный статус барона. Причиной для такого отношения стали слухи о том, что мой отряд устроил безосновательную бойню во владениях рода Серых маков.

Было не трудно догадаться, кто стоит за распространением сплетен, но в данный момент это нам ничего не давало. Лишь спустя месяц мы оказались у небольшого приграничного селения, которое располагалось на клочке земли посреди болота. Именно расположение селения позволяло его обитателям выживать несмотря на то, что отряды врага не единожды пересекали границу и пытались занять эту территории. Правда обычно речь шла о небольших отрядах до сотни бойцов.

Поначалу нас встретили насторожено, если не сказать враждебно. Однако, покупка товаров по честной цене в сочетание с миролюбивым поведением моих бойцов позволили нам не только найти место для ночлега, но и дали, в последствии, мне возможность найти лазейку в законах королевства.

Приграничные земли королевства Готор. Заброшенная таверна

— Странное место для встречи Вы выбрали, — обратился вошедший к человеку, сидевшему за единственным целым и чистым столом, а самое главное, что в некогда полнолюдной таверне был всего один целый стул.

— Вы не о погоде собрались говорить, — ухмыльнувшись, заявил глава наёмного отряда, глядя на представителя нанимателей.

— И всё же правила приличия требуют…

— Правила приличия в отношении тех, кто умудрился, угрожая расправой над представителем своего рода, заполучить утраченные земли, не действуют, — брезгливо ответил наёмник.

Если бы не щедрая плата, которую обещал род Серых маков, и осложнения с королевским рекрутёром, из-за которых более трёх сотен бойцов не могли найти нормального контракта, то этой встречи вообще бы не состоялось. Само по себе устранение группы бывших каторжников было привычны занятием для наёмников, однако, в данном случае речь шла не о беглых или взбунтовавшихся оборванцах, а о выкупившихся. Именно из-за этого факта командир отряда навёл справки о будущей жертве и очень удивился, когда не смог толком ничего узнать ни у прикормленного писаря из королевской канцелярии, ни у стражника с шахты старого Грона.

— Вы забываетесь! — повысив голос, заявил представитель заказчика.

— Забываешься сейчас ты, — ухмыльнувшись, ответил наёмник. — Твой род сделал всё возможное, чтобы никто не смог получить сведений о будущей цели, но всё же кое-что мне узнать удалось.

Командир отряда блефовал, но его собеседник этого знать не мог, а потому несколько стушевался.

— И что же Вы узнали? — поинтересовался заказчик.

— Достаточно, чтобы понимать, что сотня золотых за голову каждого убитого раба из этой банды слишком низкая цена, — внимательно наблюдая за собеседником, заявил командир отряда.

— Бывшие вояки, которые несколько лет провели на рудниках, не могут стоить дороже, — фыркнув, заявил представитель заказчика.

— Уж не о тех ли вояках идёт речь, которых выкупил раб с рудников? — вспомнив одно из старых донесений от своего осведомителя с рудника, уточнил наёмник.

— А это имеет значение? — насторожившись, спросил представитель рода.

— Ты сам знаешь, что пара сотен бойцов профессиональной армии — это совсем не стадо взбунтовавшихся рабов, — немного помолчав, сказал наёмник. — Цена за устранение полнокровного наёмного отряда куда выше той, которую вы предлагаете за цель.

— Они никогда не были профессиональными наёмниками, — возразил наниматель.

— Они воины, что уже само по себе значит не мало, — ухмыляясь, заявил наёмник. — К тому же, половина из них по опыту и навыкам не уступят королевской гвардии.

— Вы отказываетесь от сделки? — недовольно спросил наниматель. — Или хотите больше золота.

За показным недовольством скрывался страх провала. И всё потому, что это был последний из пяти наёмных отрядов, у которого было достаточно сил для устранения цели. Но даже не это самое главное. Именно этот отряд был замазан сделками с врагами королевства, и ходили слухи, что он участвовал в разорении двух восточных приграничных застав Готора. Прямых доказательств не было, но отказ королевского рекрутёра от работы с ними был красноречивее любых доказательств.

— 217 тысяч золотых за устранение цели, из них 100 тысяч задатком, — заявил командир наёмного отряда.

— Идёт, — не сумев скрыть своего ликования, заявил представитель рода, подойдя к столу и выложив контракт, в который внёс требуемую сумму, и гарантийные бумаги королевской канцелярии на сто тысяч золотых.

Что-то с этим контрактом совсем не так, — подумал опытный наёмник, но отказаться от такого куша он не мог. В текущей ситуации он не смог бы объяснить свой отказ подчинённым. Тем более, что десятикратное увеличение платы позволяло в ближайшие пару лет не переживать о деньгах и заняться восстановлением репутации отряда, или перебраться в другое королевство, где никому нет дела до пары сгоревших приграничных поселений.

Замок рода Серых маков

— Наёмники согласились на сделку, но выбили аванс в сотню тысяч золотых, — поморщившись от воспоминаний о встрече, сказал младший брат главы рода.

— Неплохая цена за собственные жизни, — подумав, сказал глава рода. — Всего 100 тысяч монет за решение нашей проблемы — это мелочи.

— Ещё 117 тысяч нужно будет выплатить по окончание работы, — напомнил младший.

— Выплатить кому? — удивился глава рода. — Разве мертвецам нужно золото?

— Репутация рода пострадает, если мы уничтожим наёмников, выполнивших наш заказ, — неуверенно сказал младший.

— А причём здесь мы? — поинтересовался глава рода. — Просто через пять дней экспедиционный корпус наших соседей вторгнется на территорию королевства у поселения, расположившегося среди болота, и первым делом уничтожит или угонит в рабство всех, кто окажется там.

— Брат, если об этом узнают в королевской канцелярии, то нам конец, — стушевавшись, сказал младший.

— О корпусе точно узнают, — ухмыльнувшись, заявил глава рода. — Мы сами и сообщим о вторжении, но лишь за несколько часов до его начала. К тому моменту, как наши пограничные силы прибудут на место, от селения ничего не останется, но это уже не наши проблемы.

— А как же пограничная застава? — уточнил младший.

— Её командир за тридцать тысяч монет на ближайшую неделю не станет высылать дозоров, — ответил глава. — Эта жадная свинья считает, что смог нажиться на предприимчивых контрабандистах. Но скоро он расплатится за свою непомерную жадность.

— А что если кто-то из нанятых нами сумеет ускользнуть? — уточнил младший.

— Нас это не волнует, — отмахнулся глава рода. — Контракт они не сумеют выполнить, а потому, если высунуться, то мы затребуем возвращение аванса за невыполненную работу.

— Может быть, стоит сейчас предупредить о вторжение наших союзников? — поинтересовался младший.

— Ты в своём уме? — нахмурившись, спросил глава рода. — Мы не сможем в последствие объяснить почему столь важные сведения не были доведены до канцелярии Его Величества.

— Но ведь мы же отправим гонца в канцелярию, — робко проговорил младший. — Так почему бы не отправить заодно еще парочку к союзным родам?

— Я подумаю над твоим предложением, — сменив гнев на милость, сказал глава. — Сейчас отдохни, но не при каких условиях не распространяйся о контракте с наёмниками.

Глава рода даже представить себе не мог, что наёмники в качестве подстраховки зарегистрируют контракт в гильдии, выплатив десятую часть от указанной суммы, а потому о роли Серых маков в нападение на приграничное поселение, так или иначе, будут знать все заинтересованные лица.

Поселение на болоте

— Командир, нам не стоит дольше задерживаться в этом селении, — подойдя ко мне, сказал Кел. — Итак потеряли в этом болоте почти неделю.

— Через пять дней прибудут торговцы с провизией, и, закупив припасы, мы уйдём.

— Если ты не станешь возражать, то я бы организовал оборону этой деревеньки.

— Оборону организует Рэк, тем более, что командир местного ополчения ему чуть ли не в рот заглядывает, — подумав, сказал я.

— Ещё бы, — ухмыльнулся дроу. — Не часто тролль сталкивается с тем, кто в состоянии вырубить его с двух ударов.

— Что же до тебя, то выбери два десятка ночных эльфов и организуй патрулирование окрестностей.

— Сделаю, Командир.

Я никого не заметил, но, судя по манере обращения ко мне, понял, что кто-то крутится рядом. При посторонних Кел всегда обращался на вы.

— Сам расскажешь зачем пришёл, или моим парням нужно взяться за тебя? — сказал я в пустоту, и чуть не вздрогнул, когда из плохо освещённого угла здания появился невысокий старый эльф.

Явно полукровка, подумал я, глядя на старика. Ну не может чистокровный эльф быть ниже меня. Да и борода на его тонком заострённом лице смотрелась неуместно. Что же до наряда, то если бы не плащ, наброшенный на плечи, и скреплённый несколькими ремешками, то эльф был бы совершенно гол. Сам же он был тощим и каким-то уж сильно истощённым, если я хоть что-то смыслю в телосложении представителей этой расы.

— Ты кто, и зачем шпионил за мной? — спросил я, с улыбкой наблюдая за тем, как мои парни быстро берут незваного гостя в кольцо.

— Я сбежал с шахт Ворта, — опустив голову, сказал полукровка.

— И как ты пробрался незамеченным мимо патрулей на границе? — вмешался в разговор, вернувшийся Кел.

— Патрулей я не видел, — пожав плечами, сказал каторжник. — Не было ни одного патруля от самой границы.

— Этого не может быть, — уверенно заявил дроу.

— Но это так, — пожав плечами, ответил полуэльф.

— Кто ты и как попал в шахты? — спросил я, глядя на измождённого узника.

Единственным, что не вписывалось в общую картину была его осанка. Даже голод и усталость не смогли согнуть его.

— Сейчас это не важно, — ответил незнакомец. — Через несколько дней тут пройдёт имперский отряд.

— Почему с этими сведениями ты не отправился на заставу? — поинтересовался дроу.

— Можно подумать, что там стали бы слушать бредни бежавшего с шахт пленного крестьянина, — отмахнулся полуэльф. — Но если вы сопроводитете меня туда, то они будут вынуждены…

— Взять его, — приказал я своим людям, как только до меня дошёл смысл сказанного, а когда бойцы скрутили его добавил. — Крестьянин никогда не смог бы сбежать с шахт, да и спина у тебя уж очень прямая для того, кто долгое время пробыл на руднике. Так кто ты и зачем шпионил за нами?

— Ищейка империи, — брезгливо плюнув на землю, заявил один из подоспевших эльфов. — Раса флин по-прежнему пытается выдавать себя за пленных эльфов.

— Я не ищейка! — что есть силы, прокричал старик.

— В таком случае, я не эльф, — ответил офицер отряда элитных лучников.

— Да я флин, но я не ищейка… Больше не ищейка, — прекратив бессмысленные попытки вырваться из рук моих бойцов, сказал незнакомец.

— И как это понимать? — спросил я, глядя в глаза старика.

— На мою семью донесли в то время, как я с сыновьями был на задании, — вздохнув, ответил старик. И столько боли было в его взгляде и голосе, что не поверить в искренность не смог бы даже опытный палач.

— Далеко рудник от границы империи? — подумав, спросил эльф.

— Неделя пешего пути, — ответил флин.

— Что там добывают? — спросил я, продолжая смотреть в глаза старику.

— Медь, свинец, золото, и какие-то камни, — перечислил старик.

— Что добывал ты?

— В основном медь, — ответил старик, поморщившись от воспоминаний.

— Отпустите его, — спокойно сказал я. — Он такой же, как и вы.

— Но, командир… — попытался возразить Кел, однако я его остановил.

— Напомнить, что не так давно вы добывали на руднике Грона, и чем всё должно было завершиться, если бы мы не познакомились?

Все, кто присутствовал при разговоре, потупили взор, а незнакомец удивлённо переводил взгляд с меня на моих бойцов. Я же достал ломоть свежего хлеба и жареной свинины и протянул их флину.

— Поешь, а затем поговорим, — сказав это, я жестом приказал бойцам присмотреть за флином, а сам вместе с Келом отошёл в сторону, чтобы поговорить.

— Ты веришь ему? — спросил бывший аристократ, как только мы оказались достаточно далекою.

— В то, что он какое-то время провёл на руднике верю, — спокойно сказал я. — А сейчас узнаем о том, как давно он там был.

— Ты о чём? — удивлённо спросил Кел.

— Напомнить что с вами было после того, как вы впервые нормально поели на руднике?

— Не стоит, — поморщившись, ответил дроу.

— Судя по всему, он там был не меньше пары лет, — наблюдая за тем, как флина выворачивает наизнанку, сказал я. — Совсем не ел жирного мяса, да и хлеба, судя по всему, давно не пробовал.

— С чего ты взял?

— Попробуй, — протянув кусок хлеба, сказал я.

— Где ты взял эту дрянь? — поморщившись и выплюнув откушенный кусок на землю, спросил Кел.

— У местного знахаря, — спокойно сказал я. — Он сказал, что этот хлеб нужен тем, кого ранили в живот. Обещал, что даже высохнув исцеляет от таких ран, если человек не умер сразу.

— И ты веришь местному знахарю? — удивлённо спросил дроу.

— Надеюсь, что мне не придётся проверять его слова на деле, но выкидывать не стану, — пожав плечами, ответил я. — При этом, ты сам видел, с каким аппетитом наш гость его ел.

— Может быть, он говорит правду, — вздохнув, согласился Кел.

— Не думаю, что он рассказал всё, но, по крайней мере, о работе на руднике он точно не соврал, — сказал я, задумчиво глядя на выход из деревни. — Скажи Рэку, чтобы к подготовке обороны подключил гоблинов. Мне совсем не нравится, что беглец смог спокойно пройти через границу не столкнувшись с патрулями и дозорами.

— Нам стоит как можно скорее покинуть эту деревню, — спокойно сказал дроу.

— Без провианта мы далеко не уйдём, да и обороняться тут проще, чем где-нибудь в поле или лесу, — возразил я, обдумывая возможные шаги противника. — Похоже, нам стоит лично переговорить с тем громилой, сказал я, указав в сторону домины тролля.

Поселение на болоте. Караулка.

— С чего ты взял, что на нас в скором времени нападут? — раздражённо спросил тролль.

Громадная гора из мяса и железа сейчас нависала надо мной, и недовольно морщилась, но всё же была вынуждена терпеть назойливую муху в моём лице.

— Приграничные дозоры и патрули сняты, а рабы из империи могут без особых трудностей добраться до этого селения, оставаясь при этом незамеченными.

— Какие рабы? — удивлённо спросил тролль.

— Вот я и говорю, что где-то рядом, вполне возможно, начнётся вторжение малых имперских отрядов или рейдеров из числа наёмников.

— Чего ты хочешь от меня? — поинтересовался командир местного гарнизона. Если, конечно, так можно выразиться о десятке крепких парней под его командой.

— Дай разрешение моим бойцам заняться укреплениями для обороны селения. Мы уйдём дней через пять, а система ловушек и частокол останутся, — в который уже раз повторил я.

— Да не могу я этого разрешить эти работы без согласия канцелярии! — пророкотал тролль.

— Что значит не можешь? — удивился я, считая, что именно командир гарнизона принимает решения по укреплению обороны.

— Пока канцелярия не передаст владения в чьи-либо руки, любые постройки запрещены, — вздохнув, ответил командир.

— Ты хочешь сказать, что у этого селения нет владельца? — вмешался в разговор молчавший до этого момента Кел.

— Лет двадцать уже селение выживает само по себе.

— Как так? А кому платят налоги? За счёт чего содержится гарнизон? — задал я несколько вопросов один за другим.

— За эти годы селение трижды было разрушено, — хмуро проговорил тролль. — Оно освобождено от налогов, за исключением выплат на содержание десятка стражников.

— Что требуется для того, чтобы заявить права на это селение? — обдумав все за и против, спросил я.

— Письмо в королевскую канцелярию и гонец, который его доставит, — ответил командир гарнизона.

— Ты явно многое забыл… начал было Кел, но был перебит троллем.

— Приказ короля гласит, что любой аристократ, изъявивший желание получить это поселение в собственность, обязан подать прошение в королевскую канцелярию и уплатить тысячу золотых монет за оформление всех полагающихся бумаг. Датой вступления в права является день передачи прошения любому клерку канцелярии.

— А ближайший клерк у нас находится где? — боясь спугнуть удачу, спросил я.

— На пограничной заставе есть один, но он жаден, как и командир гарнизона, если не сильнее.

— Неси бумагу и перо, — сказал я, глядя на тролля. — И приготовь свой отряд для доставки прошения на заставу.

Сказав это, я вышел на улицу. Нужно было кое-что обдумать. Но главная проблема была решена. Теперь вопрос о лишении титула моей приёмной дочери, а следовательно, и меня, закрыт раз и навсегда. Что же до остального, то постепенно можно будет решить всё.

Как же я ошибался, полагая, что у меня будет время для того, чтобы решить все проблемы без спешки.

Поселение на болоте

Ну кто мешал мне для начала выяснить все тонкости землевладения в королевстве, а лишь затем заявлять права на никому ненужный кусок земли? Да и поговорить с бывшим рабом тоже имело смысл, — в который уже раз мысленно укорял себя я.

Мало того, что я фактически привязал свою жизнь и дальнейшую судьбу к этому поселению, так ещё и умудрился сделать это в тот момент, когда империя Ворт приготовилась к новому вторжению. Хотя, скорее всего, речь не идёт о полномасштабном вторжении, так как Готор бы уже и сам начал стягивать войска к этому участку границы. С другой стороны, даже тысячи бойцов будет вполне достаточно, чтобы захватить пару-тройку приграничных застав и разорить десяток близлежащих селений.

В сущности, речь скорее шла о проверке реакции соседа на вторжение, чем о войне. Как рассказал Кел, подобные вторжения случались довольно часто, но всякий раз гвардия Готора успешно отбивала пробный рейд и на какое-то время приграничные аристократы империи затихали.

В чём же заключалась моя главная проблема? До начала вторжения я не мог выслать поселенцев в более безопасное место, превратив селение и прилегающую территорию в сплошные оборонительные укрепления. Законы Готора запрещали аристократам такой шаг, за исключением случаев реального вторжения войск врага на земли королевства.

И в то же время, как только начнётся вторжение, я уже не смогу вывести из селения мирных жителей, ведь единственная дорога через болото выходит в двух часах ходу от границы. В сущности, мирные жители при любом раскладе, если я что-нибудь не придумаю, обречены погибнуть в этом болотном оазисе.

Другой проблемой было то, что аристократ, в любом случае, не имеет права бросить на произвол свои земли. То есть, я, как минимум, обязан был принять бой, и лишь при невозможности сдержать продвижение врага, или серьёзном ранении отступить.

Помимо этого, мне сейчас требовалось вникнуть в сотни мелочей, которыми в обычных условиях должен заниматься управляющий. И главное, в селении не спешили признавать меня хозяином и выполнять мои приказы. Годы вольницы и фактического безвластия сделали людей в этом селении чрезмерно свободолюбивыми. Лишь командир местного гарнизона и представитель королевской канцелярии, приезжавший три раза в год, могли принудить местных повиноваться.

И вот сейчас, когда я собственноручно услал тролля с его бойцами на приграничную застава, у меня не было никаких шансов заставить мирных жителей выполнять мои распоряжения. Оставалось надеяться только на то, что тролль быстро вернётся и поможет мне взять власть в свои руки.

Сейчас же моим бойцам оставалось лишь самостоятельно укреплять оборону этой, пока ещё не моей, земли. Строить частокол вдоль болота смысла не было, хотя, скорее не было времени, а потому мы решили построить малый форт на перешейке, отделяющем поселение от королевского тракта. По заверениям местного старосты, враги не смогут обойти перешеек по болоту, так как даже местные жители не смогли обнаружить ни единой тропы, за исключением дороги, по которой мы пришли сюда.

Пока люди с орками и эльфами возводили частокол, а гоблины создавали систему ловушек на подходах к поселению, а дроу с двумя десятками ночных эльфов патрулировали окрестности, я пытался придумать хоть какой-то способ для того, чтобы вывезти женщин и детей в близлежащий защищённый город, но пока ничего путного в голову не приходило.

Мне сейчас не хватает маркизы. Пусть она и предала меня, но другого источника информации о законодательстве королевства у меня не было. Быть может, мне стоило оставить её при себе, однако, я давным-давно выкупил её и дал свободу, хотя, судя по всему, она сама об этом забыла. В общем, я избавился от взбалмошной эльфийки в первом же поселении, о чём до сих пор не жалел.

— Илли, — позвал я свою приёмную дочь. — Тебе будет нужно на какое-то время перебраться в хорошо укреплённый город.

— Я больше никуда одна не поеду! — заявила моя дочь.

— Если мы не сможем сдержать врагов, то посёлок обречён, — спокойно сказал я, хотя внутри всё кипело.

— Если ты погибнешь, то я вновь окажусь на руднике, — сжавшись и обхватив себя за плечи, сказала девочка.

— Ты свободна, а потому… — начал было я, но был перебит дочерью.

— Я свободна только потому, что у меня есть отец. Разве ты не видел, на что готов род ради моего устранения?

— Они получили твои земли, а потому…

— Маркиза разве не рассказала тебе, что только моя смерть или отказ от имущества гарантирует то, что мой муж не предьявит права на эти земли? Мой отказ, а не отказ опекуна.

— А кто об этом рассказал тебе? — удивлённо спросил я.

— Моя родственница, пока я была в плену, — сдерживая слёзы, сказала Илли.

— И почему об этом ты мне рассказала только сейчас?

— Я думала, что маркиза тебе об этом говорила, — пожав плечами, ответила девочка и всхлипнула.

— Теперь хотя бы понятно, почему твоя семейка так и не отцепилась от нас, — зло скрипнув зубами, сказал я, а затем обнял свою дочь и прижал её к себе. — Значит до твоего замужества будем держаться вместе, а заодно постараемся решить все вопросы с твоей роднёй.

— Как решить? — не поняв смысл моих слов, спросила дочь.

— Так, чтобы ни у кого больше не возникло желания брать тебя в плен ради выкупа, — ответил я, улыбнувшись девочке, но видно в моём голосе проскользнули хищные нотки, так как даже обычно невозмутимый муас тихо заскулил от этих слов.

— Ты хочешь уничтожить моих родственников? — вытирая слёзы, спросила дочь.

— Зачем? — вздохнув, спросил я. — Разве на моём руднике мало места для тех, кто так или иначе прогневал короля и его свиту?

— А они прогневали кого-то? — спросила девушка, глядя мне в глаза.

— Пока нет, но это дело поправимое, — ответил я, поднимая глаза на приближающегося Кела.

— Командир, наш патруль захватил разведчика империи Ворт, — обеспокоено доложил дроу. — Вам стоит самому послушать, о чём он рассказывает.

— Ну что же, сейчас послушаю, — сказал я, вздохнув, и ободряюще потрепав дочь по плечу.

Илли я отправил в арендованный нами домик, а сам пошёл за Келом к месту проведения допроса, захватив с собой муаса. Кстати, мой щенок на хорошем питании рос как на дрожжах, и уже сейчас практически достиг размера взрослой особи. Правда и ел он не мало, хотя, как заверил меня Рэк, достигнув максимального размера этот хищник ест намного меньше и, не редко, может по нескольку дней обходиться без еды.

Как выяснилось, пленник пока сказал не так и много. Скорее даже очень мало, а всё потому, что Кел запретил активные пытки до моего прихода. Уж не знаю почему, но он решил, что мне будет полезно познакомиться с делом мастера допросов. Вот только я не горел желанием наблюдать за применением крюков, игл и разного рода странных приспособлений, которые лежали на пне рядом с местом грядущего допроса.

— Что он рассказал?

— Говорит, что по его командир обеспокоен отсутствием патрулей Готора на границе, а потому выслал три тройки разведчиков для выяснения причин, — ответил Рэк.

— Тройки? — многозначительно спросил я.

— Тела двух его товарищей не стали тащить в посёлок, а закопали в роще, где их и схватили, — пояснил старый орк. — Командир, я уверен, что он врёт, но рано или поздно он скажет правду.

Сказал это бывалый воин довольно уверенно, но эти слова никак не подействовали на пленника. Затягивать представление мне не хотелось, да и, судя по виду пыточного инвентаря, зрелище предстояло кровавое, а я не горел желанием наблюдать за этим.

— Всё что нужно мы узнаем от перебежчика, как только он наберётся сил, а моему щенку пора поесть, — сказал я и жестом приказал воинам отступить.

Крепкие же у него нервы, — подумал я, глядя за тем, как пленник с безучастным видом наблюдает за приближением муаса. Вот только у всего есть предел. И, в отличие от пленника, я прекрасно знал, что сделает мой питомец. Стоило хищнику схватить пленника зубами за ногу, как тот поплыл и скороговоркой начал выкрикивать что-то малопонятное.

— Мылыш не смей! — крикнул я, и щенок отошёл, повинуясь команде, которая для него была сродни рыку матери. — Покормите его, пока он не решил завершить трапезу и перевяжите этого, чтоб раньше времени не истёк кровью. Когда они закончат мы поговорим.

Последняя фраза была для пленника, и тот, побелев, часто закивал, давая понять, что меня услышал, а сам с ужасом смотрел на моего щенка. Я же зашагал в сторону быстро возводимого форта.

Поселение на болоте

Тролль со своим отрядом вернулся довольно быстро, сообщив, что моё прошение принято и представитель канцелярии назначил налог на владение в тысячу золотых в год на первые пять лет. При этом я обязан оплатить этот налог в ближайшие два дня. По факту оплаты мне предоставят все полагающиеся документы.

Можете себе представить моё негодование от такой наглости? Да за это селение налог в тысячу золотых — это просто грабёж. Мало того, что оно примыкает к границе, так ещё и львиная доля земель вокруг — это непроходимое болото. С другой стороны, это селение мне нужно вовсе не ради дохода, а потому, я без раздумий достал 5 кошелей по тысяче золотых и передал их Келу. Доверять троллю такую сумму я бы не рискнул.

— Сопроводишь Кела к клерку, а затем ты и твои люди получат сутки отдыха, — сказал я, глядя на тролля.

— Я и мои парни подчиняется коменданту пограничного гарнизона, и с этого момента не намерены выполнять приказы кого бы то ни было, кроме нашего непосредственного командира, — прорычал тролль, плюнув на пол. — Если тебе нужны услуги бойцов гарнизона, то ты обязан оплатить их в соответствии с расценками найма гарнизонных отрядов.

Уж больно странно засверкали глаза у младшего офицера. И что-то мне подсказывало, что отправь я золото с этим десятком, то не увижу ни бойцов, ни золота.

— В таком случае, вы остаётесь здесь до вечера для передачи дел и всего, чем владели в период службы под опись, а отправкой денег займутся другие люди, но уже завтра.

Тролль недовольно сморщился, но потом его лицо разгладилось. Видно сообразил, что покинет поселение до того, как я отправлю своих бойцов с деньгами к клерку. Почему-то я теперь вообще не верил в честность этого субчика.

— Кел, ты лично примешь дела у этого… — начал говорить я, но осёкся, заметив, как тролль начал прислушиваться к шепоту. — В общем, к завтрашнему утру отбери пятёрку бойцов, которые сопроводят тебя на заставу.

Последнее распоряжение я отдал достаточно громко, а потом жестом дал понять, что этот приказ не нужно выполнять. Хорошо, что Кел обучил меня системе сигналов, позволяющих отдавать приказы жестами, иначе бы сейчас у нас ничего не вышло.

Когда дроу увёл тролля, я подозвал одного из телохранителей, отобранных лично дроу, и приказал срочно вызвать старшего офицера ночных эльфов. Когда же тот прибыл, передал ему пять мешочков с монетами, и приказал в течение часа выдвинуться с пятёркой бойцов к заставе под видом одного из рассылаемых дозоров.

Ночной эльф был удивлён приказу, но задавать глупых вопросов не стал. Я же на прощание сказал, что совсем не удивлюсь, если по дороге кто-нибудь попытается на них напасть.

Нужно было видеть лицо тролля, когда на закате, перед тем, как его отряд покинул поселения, вернулся мои бойцы. Командир без каких-либо колебаний передал мне документы и два мешочка с золотом, заявив, что клерк очень удивился, увидев такую сумму за ничтожное поселение, но всего за тысячу монет предложил присоединить к болоту всю землю до самой границы.

Офицер хоть и не должен был самостоятельно принимать такие решения, но всё же рискнул, понимая, что это позволяет нашим патрулям передвигаться вдоль границы без оглядки на комендантов близлежащих застав, а заодно даёт мне право на строительство укреплений на этом участке границы.

Мало того, на обратном пути заметили отряд в три десятка гарнизонных бойцов, которые укрылись в овраге недалеко от дороги ведущей в поселение. Эта новость меня нисколько не удивила. Особенно после недовольной гримасы тролля, увидевшего, как ночной эльф передаёт мне бумаги на землю.

Теперь я был даже рад своеволию офицера, так как это позволяло держать гарнизоны застав на удалении от своего селения. К тому же я ещё до их отъезда мысленно распрощался с пятью тысячами монет, а на деле потратил лишь три.

— Кел, проследи чтобы эта шушера выехала за границу моих земель и не умудрилась что-нибудь прихватить с собой, — глядя в глаза дроу, приказал я.

— За ними присмотрят, — уверенно заявил бывший аристократ, и направился в сторону конюшни.

— Это тебе и тем, кто был с тобой, — сказал я, передав один из кошелей офицеру ночных эльфов, который всё ещё ожидал моих распоряжений.

— Командир… — попытался возразить подчинённый, но я его остановил.

— Вы сделали даже больше, чем от вас требовалось, а потому достойны награды.

Сказав это, я отвернулся, давая понять, что разговор окончен, а затем пошёл к старосте, с которым требовалось уладить кое-какие формальности.

Дом старосты

— Ты настолько уверен, что на поселение нападёт отряд империи? — выслушав меня, спросил староста.

— Если верить рассказам бывшего раба и пленного лазутчика, то граница с обеих сторон не охраняется, да и мои люди за этот день не видели ни одного патруля ни с этой ни с той стороны границы.

— Лазутчик мог соврать, — сомневаясь, ответил староста.

— Вы видели моего муаса, — сказал я и, дождавшись кивка собеседника, продолжил. — Он умеет делать людей сговорчивее.

— Если так, то, возможно, сказанное тобой имеет смысл, — подумав, сделал вывод староста. — Что требуется от меня?

Поначалу меня коробило отношение старосты, но ему было далеко за сто, а я ещё не доказал, что что-то из себя представляю, а потому терпел его отношение. С Келом же было всё немного иначе. Дроу был для меня скорее наставником, но при этом считал себя ниже меня, а потому я, чтобы не испытывать неловкости, и просил его общаться на ты. И даже в этом случае он отказывался выполнять мою просьбу при посторонних, считая, что это уронит мой авторитет. Ведь он раб по закону королевства, а я какой-никакой аристократ.

— Нужно под благовидным предлогом вывезти всех женщин и детей из поселения, — сходу заявил я.

— Как вывести, и главное куда? — удивлённо спросил старик.

— В ближайший хорошо защищённый город, — спокойно ответил я.

— По закону королевства, такое возможно лишь после начала вторжения, или наводнения, — ответил старик, глядя мне в глаза.

— А если я отправлю жителей поселения на закупку продовольствия, одежды и всего самого необходимого для ведения сельского хозяйства, а также строительных материалов для мельницы и двух кузниц?

— Для этого хватит моего помощника и пятёрки мужчин, — подумав, ответил старик.

— Ну уж нет! — повысив голос, заявил я. — Закупкой домашней утвари и одежды должны заняться женщины, а мужчины будут выбирать то, что им ближе.

— Так-то оно так, — видно посчитав меня очередным самодуром, согласился старик. — Вот только даже у самой богатой семьи едва ли наберётся десяток серебряных монет, а в казне поселения нет даже полусотни золотых.

— Этого должно хватить на всё, — сказал я, протянув гарантийное обязательство на сорок тысяч золотых. — Так же необходимо нанять двух кузнецов. Одного для вас, второго для обслуживания моих бойцов. Найти толкового лекаря и пору гномов-рудокопов.

— Зачем нам нужны рудокопы то в нашем болоте? — удивился старик.

— Вы наймите, а остальное моя забота.

Гномы мне были нужны для того чтобы попытаться прорыть проход под болотом, но об этом знал лишь я и Кел, который долго хохотал, услышав о моём плане прорыть проход ниже уровня болота. По сути, мне были нужны любые гномы-горняки, но именно рудокопы на фоне желания возвести кузницы вызывали меньше всего вопросов.

Ещё около двух часов мы обсуждали всё, что требовалось закупить и кого нужно было заманить сюда для проживания. Но даже после этого у старосты оставались вопросы.

— Твои запросы позволят мне объяснить наличие в обозе большого числа женщин, — подумав, начал старик. — Но вот дети…

— Дети без присмотра женщин будут путаться под ногами, — сдерживая накатившее раздражение, сказал я. — Если стражникам у городских ворот этого будет мало, то выдай им по серебряной монете за каждого ребёнка, которого они не заметят.

— В поселении больше трёх сотен детей, — посмотрев мне в глаза, заявил старик.

— Безопасность детей дороже нескольких кругляшей золота, — отмахнувшись, сказал я. — И ещё одно: уже завтра к полудню здесь должно остаться с десяток охотников и те, кто в состоянии начать возведение частокола вокруг поселения.

— Какой смысл в расходе дерева и денег на забор, если болото…

— Я сказал, что нужен частокол! — ударив кулаком по столу, заявил я. — Мне плевать, что раньше враг не лез в болото! И ещё одно: в этом селении с данного момента руковожу я или тот, кого я назначу! Вам же под любым предлогом оставаться в городе не меньше недели, а лучше две, и на обратную дорогу для сопровождения нанять не менее сотни бойцов из городского гарнизона. Денег должно хватить, если нет, то обещайте, что дадите двойную цену по прибытии в поселение.

Старик изумлённо посмотрел на меня, не скрывая своего удивления от таких перемен в моём поведении. После чего извинился и пошёл выполнять возложенную на него задачу.

Следующий день. Час после полудня.

Караван выдвинулся из поселения. В последний момент новый владелец отправил с деревенскими свою дочь и два десятка бойцов. Все понимали, что главной задачей вояк была защита девочки, но сам факт присутствия хорошо экипированных воинов отпугивал мелкие шайки разбойников и заставлял задумываться вожаков крупных банд о несоразмерности потерь с возможными трофеями.

— Отец, а зачем всё это нужно аристократу? — спросил сын у старосты.

— Не знаю зачем, но теперь я уверен в том, что этот человек здесь не ради того, чтобы ободрать нас до нитки.

— Ты в этом уверен? — недоверчиво спросил сын.

— Он уже сделал ради своих интересов для поселения больше, чем все предшествующие аристократы за последние восемьдесят лет.

— Но ведь для нас ничего не изменилось? — удивлённо не то сказал, не то спросил сын.

— Вот об этом я и говорю. Наши люди даже не знают, от какой опасности их защищают. И главное, что наше поселение само по себе не представляет для этого человека никакого интереса.

Поселение на болоте

Два дня прошли довольно спокойно. Если не считать нескольких стычек между моими патрулями и оживившимися патрулями с приграничных застав. И главной причиной было то, что мои люди умудрились перехватить уже пять групп контрабандистов, которые во время допроса ссылались на договорённости с комендантами пограничных застав.

Я даже не удивился, что теневые торговцы умудрились подкупить обоих комендантов, так как других источников дополнительного дохода в этой глуши у последних не было. Однако, теперь эти земли принадлежали мне, а потому я не собирался позволять кому-то зарабатывать без выгоды для себя.

Если с контрабандистами договориться было не сложно, то коменданты не желали терять постоянный доход. Вот только по закону королевства я имел право запретить патрулям перемещаться по своей территории. Ну не совсем запретить, а скорее снизить её до вменяемого уровня. Два патруля по пять бойцов от каждого гарнизона вдоль самой границы и на этом всё.

Местные шептались между собой, что такие действия неминуемо приведут к тому, что отряды с застав проигнорируют сигнал о помощи, в случае начала вторжения. Я же понимал, что две-три сотни посредственных бойцов не смогут ничем помочь там, где не справится две сотни профессиональных воинов.

— Кел, как ты думаешь: сможем ли мы найти способ нанять бойцов на рудниках королевства? — спросил я, глядя на то, как орки старательно вколачивали пятиметровые колья в землю перед валом.

— При достаточной сумме золотом мы сможем всё, — подумав, ответил дроу. — Куратор королевских рудников организует всё, что может принести доход королю и ему лично.

— Ты веришь в то, что Лакдок заботится о доходах королевства? — улыбнувшись, спросил я.

— Он заботится о себе, но понимает, что лучше всегда получать толику от жирного куска, чем ухватив жирный кусок, потерять всё, — спокойно ответил Кел. — Мой род долгие годы поставлял оружие королевской армии по выгодной для короля цене, но вместе с тем он получил во владения горные хребты богатые рудами на северо-востоке империи. Если бы не продажа качественного вооружения по достаточно низкой цене, то о хребте мы могли бы забыть.

— Даже так, — обдумывая слова дроу, сказал я. — В таком случае, мне нужно связаться с Лакдоком как можно скорее.

Конечно 450 тысяч золотых гарантийными обязательствами не настолько заоблачная сумма, но девять двадцатых от доходов рудника Грона был гарантией постоянного притока денег. К тому же, со временем это поселение может стать хоть сколько-нибудь ценным активом.

— Через два-три дня он будет здесь, — подумав, заявил Кел, даже не зная о какой сумме идёт речь.

— Почему ты в этом так уверен? — поинтересовался я.

— Ты владеешь частью рудника, которые он в той или иной форме курирует, — начал объяснять дроу. — Да и сделки заключённые тобой всегда приносили доход руднику и королевской казне, а значит и куратору лично.

— Это так, но сейчас я вне закона, да и последняя сделка с короной при его посредничестве чуть не стоила мне жизни, — напомнил я бывшему аристократу.

— Вот потому я и уверен в том, что он прибудет в кратчайшие сроки, — ответил Кел. — Он наверняка знал, что с наёмниками что-то не так, но так как в сделке участвовал глава тайной канцелярии, то выполнял лишь роль ширмы.

— Ты думаешь, что наёмники действовали по указке тайной канцелярии королевства?

— Естественно нет, — терпеливо ответил дроу. — За попыткой ударить нам в спину стояли Серые маки, а канцелярия лишь наблюдала за твоей реакцией.

— И чего же они ожидали?

— Не важно, чего ожидали они, — уверенно заявил Кел. — Главное, что ты их не разочаровал.

— И почему ты так в этом уверен? — удивлённо спросил я.

— Мы всё ещё живы, а у тебя есть право на покупку земель в королевстве, — пояснил дорогу. — Захоти они от тебя избавиться, то первым делом запретили бы покупку земель, а через полгода объявили бы главарём банды и уничтожили руками охотников за головами.

— Ты так спокойно об этом говоришь?

— От меня отказался род, — улыбнувшись, ответил дроу. — Для моего народа это намного хуже смерти.

— Я тебя услышал, — сказал я, понимая, что Кел лучше меня разбирается в происходящем, и осознаёт последствия моих действий. — Организуй встречу с куратором. Чем быстрее, тем лучше.

— Я отправлю гонца на заставу, — кивнув головой, ответил Кел. — Десяток монет поможет клерку доставить послание в кратчайшие сроки.

— И насколько быстро?

— Почти мгновенно, — улыбнувшись, ответил дроу. — Есть способы для этого, но я не имею права говорить об одном из секретов королевства даже с тобой.

— Займись этим, а мне нужно озадачить наших гоблинов, — сказал я, и в одиночку направился к низкорослым диверсантам.

Командир отряда гоблинов внимательно выслушав меня, заявил, что по этим болотам к нам никто не сможет пробраться, так как даже его бойцы не сумели пройти и трети пути, используя для этого все известные средства. Он был настолько категоричен, что я поверил его словам.

Единственным способом для того, чтобы пройти это болото, было его осушение. Вот только для такого шага требовалось бы не менее полугода. Гоблин был уверен, что ни один отряд врага не способен проникнуть в поселение через топи, но я не хотел рисковать, а потому приказал возвести пять сторожевых башен в тех местах, куда бойцы всё же смогли дойти со стороны поселения.

Гоблин какое-то время обдумывал моё требование, и предложил сэкономить время, возведя частокол вдоль границы болота, и уже за частоколом построить десяток наблюдательных башен, которые позволят контролировать подходы к поселению, задействовав минимум бойцов. А лишь затем пытаться возводить вышки на самом болоте.

Предложение было разумным, но я реши немного подкорректировать план работ, заявив, что вышки разумнее строить за второй линией частокола, размещённой в трёх метрах от первой. С этим гоблин спорить не стал, а лишь указал на то, что у нас в данный момент не хватит бойцов для обороны настолько обширной территории. Я лишь заверил, что сам займусь решением этого вопроса.

Прошло ещё два дня, когда гоблины завершили первую линию частокола, а Рэк отчитался о завершении первой линии обороны форта. Кел же наладил патрулирование не только вдоль королевской дороги и границы, но и вдоль болота, окружающего поселение. Помимо этого, оставшиеся местные жители не покладая рук занимались заготовкой леса, вырубая все деревья, до которых могли дотянуться.

Благодаря лесорубам мы были обеспечены брёвнами для частокола, а заодно расчистили подходы к болоту, и создали для контрабандистов две второстепенные дороги. Последнее делало земли поселения более удобным местом для проникновения на земли Готора. И самым главным было то, что контрабандисты с готовностью сообщали о том, что происходит в приграничных поселениях империи. Слушая их доклады, Кел недовольно морщился, но молчал.

Лишь когда контрабандисты уходили, дроу говорил, что мы рискуем оказаться на пути главного удара армий вторжения. Его беспокоило то, что империя усилила гарнизоны мелких городов и селений. Фактически, имперцы стягивали войска, маскируя их под перераспределение войск у границы. Больше всего его встревожила новость о накоплении продовольствия в селениях всего за два месяца до сезона сбора урожая.

Меня же тревожило больше то, что эти же контрабандисты точно так же поставляют сведения кому-то по ту сторону границы. Ну не верил я, что кто-то с той стороны не попытался бы пресечь любое передвижение на этом участке границы. А потому считал, что времени у нас даже меньше, чем мы предполагаем.

Единственной хорошей новостью стал приезд Лакдока, сопровождаемого отрядом в две сотни королевских гвардейцев. Естественно, что такое количество охраны меня насторожило, но объяснилось оно тем, что коменданты гарнизонов наперебой жаловались на моё самоуправство и нежелание пускать на свою территорию стражей границы. В сущности, если бы Лакдок заподозрил меня в измене или подготовке плацдарма для вторжения, то гвардия должна была бы стать гарантией моего уничтожения.

Вот только следов заговора представитель королевской канцелярии не обнаружил, а потому не видел причин для задействования гвардейцев. Более того он очень заинтересовался моим приглашением, догадываясь, что меня интересует вовсе не разрешение на закупку руды или камней в королевстве.

Поселение на болоте. Кабинет в караулке.

— Для начала хочу принести свои извинения за действия наёмников, которых вы приобрели по моей рекомендации, — стоило остаться нам вдвоём, сказал Лакдок.

Как по мне, это скорее дежурная фраза, ведь я совсем не видел даже тени раскаяния в его глазах. Потому я ответил:

— Вам не за что извиняться, ведь, в сущности, вы оплачивали выкуп родственника королевской династии, а не всех наёмников.

— Рад, что Вы сумели дать верную оценку произошедшему, — сказал куратор королевских рудников.

— У меня было достаточно времени для этого, — улыбнувшись, чтобы скрыть истинные эмоции, заявил я. — Однако, я Вас сюда пригласил не ради разговора о прошлом.

— Это я сразу понял, но обязан задать ещё один вопрос, касающийся недавних Ваших шагов, — как мне показалось, Лакдок не в восторге от того, что ему приходится заниматься чужой работой.

— Задавайте, а я постараюсь ответить настолько честно, насколько это возможно.

— Почему Вы спровадили практически всё население поселения в крупнейший город провинции?

— Неужели староста не ответил на данный вопрос?

— Ответил, — кивнув, сказал куратор, но в отчёте я должен указать именно Ваш ответ.

— Как видите, селение в довольно убогом состоянии, а потому я решил заняться его обустройством, заодно повысив уровень лояльности местных.

— Но ведь Вы услали всех, включая детей, — прищурившись, сказал собеседник.

— Не всех, — покачав головой, сказал я. Некоторое количество мужчин занято заготовкой брёвен для частокола и временного форма мимо которого мы проезжали, ещё какое-то количество охотится, делая запас мяса. Что же до детей, то мне было проще сплавить их с роднёй, чем организовывать заботу о них.

— Я так и передам представителю тайной канцелярии, — ответил Лакдок, а вслед за этим раздался тихий скрип двери и в комнату вошёл уже знакомый мне глава тайной канцелярии.

— Можешь не утруждать себя, я услышал всё, что было нужно. А теперь покинь комнату. Этот разговор не для твоих ушей.

Даже члену королевской династии Лакдок бы нашёл что ответить, но спорить с одним из самых опасных людей в Готоре куратор не посмел.

— Я позову тебя, как только завершится интересующий меня разговор, — бросил глава тайной канцелярии вслед куратору.

— Я уже слышал официальную версию происходящего, но то, что я вижу в поселении говорит о том, что ты готовишься к войне, — уверенно заявил человек в форме гвардейца. — С кем собираешься воевать?

— Откровенность за откровенность, — предложил я, понимаю, что информация данная за спасибо не стоит и выеденного яйца.

— Ну что же, спрашивай, — сняв шлем и ухмыльнувшись, сказал жутковатый представитель незнакомой мне расы.

— Каким образом войска королевства умудрились выбить с этого островка на болоте легионеров империи Ворт?

— Ндам… Такого вопроса я не ожидал, — не скрывая своего удивления, сказал глава тайной канцелярии.

— И всё же.

— Тебя не удивляет, что в этом селении есть те, кто помнит как минимум три нападения империи Ворт? — услышал я вопрос вместо ответа.

— То есть, тайный ход или тропа на этот остров всё же есть? — заинтриговано уточнил я, впервые отважившись на игру в гляделки с собеседником.

— Скажем так… — задумчиво начал говорить собеседник, отведя взгляд. — Я бы посоветовал тебе добавить ещё одну линию укреплений слева от заброшенного дома, который по нелепой случайности до сих пор не снесли. Большего я сказать не могу.

— Вашего ответа более чем достаточно.

— Так с кем ты собираешься воевать?

— Судя по слухам, в скором времени сюда нагрянут легионеры, а я не хочу вновь попасть в рабство, — спокойно ответил я.

— Так бросьте селение и уходите в глубь королевства, — скептически посмотрев на меня, заявил собеседник.

— По закону королевства… — начал было я, но был перебит.

— Этому закону более трёх столетий и ты второй на моей памяти, кто заикнулся о нём, не удосужившись предварительно ознакомиться с его полным текстом.

— И что же в нём говорится? — поинтересовался я.

— Закон распространяется на владельцев замков, фортов и городов, обнесённых каменными стенами, а также на аристократов, которые умудрились отгрохать собственные укрепления у самой границы.

— Вы о чём-то вроде форта на выходе из поселения? — спокойно уточнил я.

— Как по мне, то эти укрепления не стоят внимания, но твои враги вполне могут ссылаться на этот закон, если ты не разрушишь форт до начала вторжения.

— А если я останусь и укрывшись в поселении смогу сдерживать войска вторжения?

— Ты же понимаешь, что враг постарается быстро смять оборону и расправиться со всеми, кто укрылся в поселении?

— Воинам не привыкать, а я, уж как-нибудь выкручусь, — спокойно ответил я.

— Что ты хочешь в обмен на попытку самоубийства?

— Выжившие бойцы, получат полную свободу и восстановление титулов, а я смогу безнаказанно расправиться с Серыми маками.

— Тебе настолько не нравится отряд наёмников, который они наняли для устранения всех, кто служит тебе и твоей дочери?

От услышанного у меня заныло сердце. Ведь, и правда, я совсем забыл, что моя дочь больше всего опасалась расправы своих родных.

— Я прикажу присмотреть за баронессой Иллистос, — видя моё смятение, заявил глава тайной канцелярии.

— И как это будет выглядеть? — поинтересовался я.

— Её представят при дворе короля, и предложат погостить в течение месяца, а при необходимости и дольше, — уверенно заявил собеседник.

— Что если я не смогу выбраться с этого островка? — поинтересовался я.

— Её возьмёт под опеку кто-нибудь из приближённых короля. Она будет защищена и получит достойное приданное, когда выйдет замуж.

— Какие гарантии, что это правда?

— У меня есть право заключать договоры с аристократами королевства от имени короля, — показав печатку на левой руке, ответил собеседник.

— Слова не закреплённые в письменном договоре — это всего лишь слова, — процитировал я слоган из рекламы юридической конторы, который я услышал в прошлой жизни.

— И чего же ты хочешь?

— Как я уже сказал, гарантий для моей дочери и людей, которые переживут вторжение.

— Бумага о полном помиловании для всех, кто будет под твоей рукой во время обороны, — протянул мне собеседник свиток, который явно был заготовлен не просто так. — Что же до твоей дочери, то я напомню принцессе Эльвине о её долге, большего дать не могу.

— Это лучше, чем ничего, — спокойно ответил я, развернув свиток и ознакомившись с его текстом.

— В таком случае, барон, желаю Вам удачи, — сказал глава тайной канцелярии и, надев шлем, вышел из кабинета.

— Что Вам требуется для выполнения воли короля? — войдя на трясущихся ногах, спросил Лакдок.

— Выпейте воды и успокойтесь, — предложил я собеседнику, глядя на то, как он трясётся. — А затем расскажите, пожалуйста, что Вам известно о недавнем разговоре.

— Я знаю лишь то, что должен, в меру своих возможностей, сделать всё, чтобы Вы выполнили волю короля, — успокоившись, сказал куратор.

— В таком случае, не подскажете: где поблизости есть королевский рудник или что-то подобное? — попросил я.

— Примерно сутки верхом до ближайшего медного рудника, — что-то обдумав, заявил Лакдок. — Собственно я так быстро добрался сюда только потому, что был там с проверкой.

— Мне нужны воины, оказавшиеся в схожем положении с дроу и эльфами-лучниками, которых я выкупил на руднике Грона, — не став тянуть кота за хвост, заявил я.

— Вы хоть осознаёте, что наживёте себе немало врагов, если продолжите выкупать воинов с подобной судьбой?

— Я прекрасно знаю, чем чреват провал задания правителя Готора, когда твоя дочь оказывается при дворе, — решил разыграть я сомнительную карту.

— Значит не только у меня сейчас нет выбора, — вздохнув, сказал собеседник. — Я смогу передать их Вам лишь на тех же условиях, что и ранее. Иначе нас обоих рано или поздно казнят.

— Не думаю, что на руднике наберётся бойцов на 450 тысяч золотых.

— На сколько? — поперхнувшись, переспросил Лакдок.

— 450 тысяч золотых, — спокойно повторил я.

— Вы же понимаете, что единоразовый вывод с рудника такого количества бойцов может быть опасен в первую очередь для Вас и Ваших людей?

— Это уже моя проблема, — спокойно ответил я, хотя мысленно и сделал зарубку о необходимости как-то обезопасить себя.

— Если Вы готовы внести в договоре о выкупе этот пункт, то я легко подберу бойцов и на большую сумму, — воодушевившись, заявил куратор.

— Отбирать буду я и Кел, а вы лишь проведёте сделку через королевскую канцелярию, — спокойно сказал я, глядя в глаза собеседнику.

— Как скоро Вам нужны это бойцы?

— Вчера, — ответил я, не отводя глаз.

— Тогда нам стоит выдвинуться уже сейчас, — уверенно заявил Лакдок.

— Если есть такая возможность, то не могла бы Ваша свита в наше отсутствие сымитировать патрулирование этого участка границы? — надеясь на положительный ответ, спросил я.

— Поговорите об этом со своим покровителем, — покосившись на дверь, заявил куратор. — Думаю, что он не откажет Вам, так как заодно сможет провести инспекцию приграничных застав.

— Займусь этим прямо сейчас, — кивнув ответил я. — Если Вам не нужен отдых, то не зависимо от ответа, выдвинемся через час.

Сказав это, я покинул кабинет, а куратор остался решать нуждается ли он в отдыхе.

Граница Готора близ поселения новоявленного барона

— Командир, зачем это нам? — спросил подчинённый, после того, как барон Серг и куратор королевских рудников покинули поселений. — Мы не обязаны выполнять роль патруля, и тем более эмитировать проверку приграничных застав.

— Не обязаны, но сделаем это, — улыбнувшись своей хищной улыбкой, ответил старший.

— И какая нам выгода?

— Контрабандисты! — тихо ответил командир.

— Да какой прок нам от них?

— Они уже принесли больше полезной информации, чем все наши лазутчики в империи.

— Это невозможно, — удивлённо заявил подчинённый.

— Они и раньше были полезны, но только если нам удавалось их поймать, а сейчас они добровольно будут поставлять информацию, которая важна королевству.

— Но как, если мы по-прежнему не можем их своевременно обнаружить и схватить?

— Контрабандисты никогда не станут работать с нами, по крайней мере, добровольно, — терпеливо пояснил командир. — Однако, они будут поставлять сведения в обмен на проход в Готор. Сведения, которые теперь будут гарантированно попадать к нам.

— Впервые слышу, что аристократ бескорыстно согласился делиться ценными сведениями с тайной канцелярией.

— И я с этим впервые сталкиваюсь, а потому не намерен упустить шанс упрочить наши позиции, — сжав кулаки, сказал глава тайной канцелярии.

Быть может, дела бы обстояли иначе, да и эта сделка не имела бы смысла, если бы в королевской канцелярии не изменилась система распределения золота. Золота кое-как хватало на поддержание порядка в королевстве, но вот осведомители из других государств стоили дороже экипировки на сотню бойцов. Поэтому какой-то кретин и решил, что нет смысла содержать более десяти информаторов разного ранга в отдельно взятом государстве.

И ладно бы, если речь идёт о крохотном, в сравнение с Готором ханстве. Так ведь у королевства были и куда более могущественные враги. Вот и сейчас информаторы указывали на ротацию войск в близлежащих гарнизонах, но упустили из вида, что численность войск в этих гарнизонах существенно возросла. Да только за эту информацию глава тайной канцелярии отдал бы свою единственную дочь за барона, запроси тот эту цену. Ведь, недруги наверняка добились бы его смещения, а затем устранили его со всем семейством.

Не сказать, что глава тайной канцелярии был не в курсе подготовки империей вторжения. Однако, ожидали его совершенно в другом месте. Ведь враг сконцентрировал немалые силы близ долины рудников, но, судя по всему, их главной задачей было сковывание сил королевства. А главный удар должен был прийтись в оголённое подбрюшье Готора. Пятёрка приграничных гарнизонов и полсотни мелких поселений не смогли бы самостоятельно устоять. Мало того, в последнее время наблюдается ропот среди бойцов гарнизонов. Пока он еле заметен на общем фоне, но как поведут себя бойцы при приближении врага было непонятно.

И вот сейчас у главы тайной канцелярии появился шанс малой кровью предотвратить вторжение. И если ради достижения этой цели нужно было сымитировать проверку боеспособности приграничных гарнизонов, то он это сделает. При том, сделает это так, чтобы враг уверовал в то, что его планы не раскрыты.

Королевский рудник

Загнав по три скакуна, мы добрались до рудника менее чем за сутки. Во многом помогло кольцо тайной канцелярии, которое мне вручили на время этой поездки. И если Кел был просто измотан, то я и Лакдок едва держались в седлах. Потому перед тем, как спуститься в недра рудника мы решили несколько часов отдохнуть.

Для начала мы зашли в кабинет надзирателя и перелопатили дела всех отрядов, работающих на руднике. При этом если куратор просто отбирал списки отрядов, оказавшихся на руднике, то мы с Келом перечитывали списки, отбирая, на наш взгляд, наиболее перспективные варианты.

Спустя три часа мы с Келом вручили надзирателю список командиров отрядов, с которыми хотели бы пообщаться. Именно в этот момент выяснилось, что все интересующие нас отряды уже давно переведены на наиболее опасный участок рудника. При этом, по приказу надзирателя их в воспитательных целях не кормили уже пять дней.

От услышанного опешил даже куратор. Мало того, что этот недоумок умудрился собрать в одном месте больше двух сотен бойцов, так ещё и сделал всё, чтобы довести их до бунта.

Вот как такой кретин мог стать старшим надзирателем на королевском руднике? Похоже без древней родословной и банального подкупа здесь не обошлось, — думал я, глядя на то, как сдерживает свою ярость куратор.

— Всех, кто указан в списке, через пол часа я жду здесь! — заявил Лакдок. — Если не справишься, то уже через час окажешься среди заключённых, лишённых права выкупа!

Всё же не сдержался куратор, вначале прокричав приказ, а затем пинком выпроводив надзирателя за двери. После чего на наши удивлённые взгляды пояснил:

— Это убожество навязано канцелярией, а потому я не могу просто так избавиться от него. — С другой же стороны, если выяснится, что добыча на руднике упала из-за него, то у меня будут развязаны руки.

— А если, допустим, удастся доказать, что добыча может быть выше той, что сейчас? — прикинув все за и против, спросил я.

— Тут в основном медь с редкими вкраплениями серебра, и изредка встречаются мелкие камни, — пожав плечами, сказал Лакдок. — Ничего более ценного здесь давно не находили.

Собственно куратор выдал туже информацию, что озвучивал во время пути. Однако, когда мы въезжали в ворота форта, прикрывающего вход на рудник, я отчётливо ощутил наличие драгоценных камней. Даже сотня мелких камней не смогла бы излучать столько энергии, а потому я был уверен, что кто-то в гарнизоне неплохо наваривается на рабах, скрывая истинные объёмы добычи

— Вы не против, если я с Келом пройдёмся по нескольким штрекам в безопасном секторе? — поинтересовался я, глядя в глаза куратору.

— Я не смогу защитить вас от рабов, — непонимающе глядя на нас, заявил Лакдок.

— Этого и не требуется, — спокойно сказал я. — Мы не станем сильно удаляться от входа, да и рабы здесь не сумасшедшие, чтобы напасть на вооружённых бойцов.

— И что Вы хотите здесь найти? — улыбнувшись, спросил куратор.

— Информатора для Вас, а быть может, и сведения о толковых бойцах, которые скрыл местный надзиратель.

— Он бы не посмел скрыть хоть что-то, — возмутился Лакдок, считавший, что эти слова бьют по его авторитету.

— В одиночку не посмел бы, но тут, насколько я понимаю, даже стражники в доле, — сказал я, напомнив о том полупьяном вояке с десятком рубиновых перстней. При том, что перстни были целиком изготовлены из самих камней.

— Я не стану возражать, если вы сможете что-то обнаружить, но гарантировать сохранность ваших жизней не могу, — не сумев скрыть холод в голосе, заявил куратор.

— Серг, ты ведь понимаешь, что куратор в доле? — поинтересовался Кел.

— Вряд ли он даже догадывается об истинном состоянии дел на руднике, — спокойно сказал я, взяв кирку и направившись в сторону ближайшего штрека.

— Но это не отменяет того, что если мы найдём связь между куратором и надзирателем, то от нас постараются избавиться, оглядевшись по сторонам, сказал дроу.

— Воды, во имя богов, дайте воды, — раздался голос за поворотом.

— Засада! — только и успел прокричать Кел, обнажив свои новые парные клинки.

— Что же до меня, то я с интересом рассматривал нападающих.

Нищие, тощие и едва способные удержать кирку оборванцы толпой кинулись на нас. Логики в таком нападении не было, да и, судя по всему, это была не их инициатива. Уж больно топорно они работали.

— Стоять! — прокричал я, но в ответ услышал лишь рёв обезумевшей толпы.

Королевский рудник

Боем это представление назвать было сложно. Хотя, в отличие от Кела, мне приходилось отражать атаки обезумевших рабов киркой. То ещё удовольствие, но свой меч я достать не успел, а щит и вовсе оставил в караулке. Кел же не только умело отражал атаки врага, но и раз за разом сокращал их количество. И через какое-то время, оставшиеся в живых противники, побросав кирки помчались в глубь штрека.

— Воды… Молю… Дайте воды, — судя по всему, не в силах встать на ноги, сбиваясь, умолял раб, который весь бой так и пролежал в углу прохода.

— Держи, — спокойно сказал я. — Как напьёшься, то расскажешь: кто это был?

— Дайте хоть что-нибудь поесть и я расскажу всё, что знаю, — осушив фляжку в три глотка, заявил раб.

— Ты и так всё расскажешь, а не то присоединишься к ним, — сказал я, взглядом указав на тех, кто остался лежать на земле.

Мне не было жалко еды, но раб мог ничего и не знать, не говоря уже о том, что он вполне мог быть в сговоре с теми, кто напал на нас.

— Умереть от голова и жажды куда страшнее, чем от клинка, — философски заметил раб и, как мне показалось, с мольбой посмотрел на клинок Кела.

Глаза уже привыкли к знакомому мне полумраку рудника, а потому я смог хорошо рассмотреть своего собеседника. Ещё один дроу, правда, в отличие от виденных мной ранее представителей этой расы, он был скорее похож на мумию, чем на живого человека. Седые волосы, впавшие глаза и щёки, безумно тощее тело, едва прикрытое обрывками обносков.

— В таком состоянии он не мог сам прийти сюда, — шепнул мне Кел, посмотрев на представителя своей расы. — Ему, на самом деле, нечего терять.

— Как давно ты здесь? — спросил я, наблюдая за реакцией раба.

— Давно, — только и ответил раб.

— Тебя они принесли сюда? — подойдя к бедолаге, спросил Кел, вложив в рот рабу кусочек хлеба, и прошептав на языке своей расы, что больше еды не даст, так как это может убить раба.

Пленник понимающе кивнул, и, с трудом пережевав мякиш хлеба, сказал:

— Меня принесли сюда… — у пленника стошнило, но он всё же продолжил. — Меня принесли сюда стражники.

— А эти с чего вдруг на нас напали? — задал очередной вопрос Кел.

— Когда-то они были бойцами разных армий, а сейчас умирают от голода и обезвоживания.

Присмотревшись к трупам, я, и правда, заметил, что большинство из них были похожи на того, с кем мы сейчас говорили. Все, кроме одного. На последнем была довольно сносная одежда, а на поясе болтался кошель, заглянув в который, я увидел пригоршню мелких камней и парочку крупных. Видимо Лакдок и в самом деле не знал: что же происходит на руднике, ведь он уверенно заявлял, что тут не добывается ничего крупнее мелких камней и наиболее дешёвых руд.

— Этот тоже раб? — указав рукой на тело, спросил я.

— Информатор стражи и старший в артели, — повернув голову в сторону трупа, ответил раб.

— И вы его не убили? — удивлённо спросил Кел.

— Он лишь пытался выжить, как и все остальные, — покачав головой, заявил обессилевший раб, как только я влил в него лечебное зелье. — Спасибо.

Не сказать, что оно на самом деле исцеляло от всех болезней, но, по крайней мере, ослабляло боль и позволяло какое-то время чувствовать себя легче.

— Откуда у него эти камни? — поинтересовался я, видя, как затуманивается взгляд раба.

— Из штрека, — лаконично ответил тот и уснул.

— Как думаешь: на него кто-нибудь нападёт, если мы оставим его тут? — поинтересовался я у Кела.

— Вряд ли, — ответил дроу. — Его и сюда то вынесли, скорее всего, чтобы умер самостоятельно.

— Значит здесь обитают падальщики, — сказал я, вспомнив о гигантской крысе и муасе с рудника Грона.

— Скорее всего ты пав, но вряд ли они забредают так близко к лагерю, — с сомнением сказал дроу.

— Тогда кто убирает трупы и что с ними делают? — спросил я, даже мысленно боясь представить ответ.

— Их едят другие рабы, — раздался голос обессилевшего дроу.

— Вас что здесь не кормят? — ужаснувшись, спросил я.

— Кормят только информаторов и тех, кто выполнил норму по добыче, сумев её донести до выхода из штрека.

— А остальных?

— Ты же видишь меня, — потухшим голосом, ответил раб.

— Тебя не убьют, если мы пойдём дальше? — глядя на раба, спросил я.

— До моей смерти никто не посмеет на меня напасть.

Сказано это было уверенным голосом, а потому я не сомневался в том, что так и будет.

— Кел, передай ему фляжку и хлеб с зеленью, а мы немного прогуляемся вглубь.

Пол часа мы брели по штреку, пока я не ощутил знакомый зов. Ускорившись, я почти бегом понёсся к месту, где ощущал энергию камней, а приблизившись, увидел знакомый отсвет породы.

— Рубим тут, — приказал я Келу.

Дроу прекрасно помнил о моей способности, а потому не споря начал вырубать комы породы. Единственное, что его смущало — это то, что до нас здесь кто-то явно работал, но, судя по всему, ничего не нашёл.

Через час я начал дробить комья породы, а Кел продолжал рубить. Так прошло около двух часов, и больше всего меня радовало, что на нас никто не пытался напасть.

— Кел, там больше ничего нет, — уверенно сказал я, продолжая дробить породу.

Дроу кивнул и принялся помогать мне, а когда мы измельчили всё, что было возможно, вынул из ножен меч, расположился так, чтобы в любой момент прикрыть меня от внезапной атаки.

Сбор занял не мало времени, но он того стоил. Два десятка мелких камней, десяток крупных, и как вишенка в торте, три маленьких и один крупный алмаз.

— Что-то мне подсказывает, что куратор очень многого не знает о добыче на этом руднике, — показав трофеи Келу, сказал я.

— Или тебе, как и раньше, помогает дух шахты, — пожав плечами, ответил дроу.

— Всё, что нам требовалось, мы и так нашли, а потому стоит возвращаться обратно, — подумав, сказал я. — Заодно и того бедолагу заберём с собой.

Даже пожелай я, и то не смог бы себе представить Лакдока настолько взбешенным. Стоило нам выйти из штрека, таща на себе раба, как он с десятком стражников выбежал из лагеря нам на встречу. И взбешён он был вовсе не из-за того, что мы так долго отсутствовали, а потому, что один из подельников надзирателя неверно передал приказ куратора. Вместо того, чтобы отправить нас в наиболее безопасный сектор рудника, нас забросили в новую недавно прорытую его часть. Монстров там было много, а потому почти все, кто сколь-нибудь глубоко уходил в штреки, оставались там навсегда.

Собственно, в тот момент я считал, что куратор королевских рудников был зол, но на деле это были ещё цветочки. Узнав от пришедшего в себя дроу о том, как обращаются на этом руднике с рабами, Лакдок стал похож на взбесившегося берсерка. Он в одиночку раскидал пятёрку стражников, вставших на защиту старшего надзирателя и лично отрубил тому руку, в которой последний держал кинжал. Даже не знаю, как последний собирался противостоять этой зубочисткой мечнику.

Когда же я показал куратору камни, которые мы добыли в штреке и забрали с тела информатора, то стало ясно, что участь бывшего надзирателя решена. Как-то мне доводилось слышать историю о том, как Лакдок расправлялся с аристократами за то, что те издевались над рабами, являвшимися имуществом короля Готора вплоть до их выкупа или смерти. Ещё хуже он поступал лишь с теми, кто обворовывал корону, скрывая истинные объёмы добычи.

Собственно, на королевских рудниках в полной мере действовали законы империи, а это значило, что бывший старший надзиратель мог выбрать смертную казнь, или участь раба на этом руднике. В сущности, это была та же смерть, только не от топора палача, а от рук измученных ним заключённых.

— Говори, — приставив кончик меча к горлу надзирателя, хриплым голосом приказал Лакдок.

И надзиратель заговорил. Протолкнули его не столько родственники, сколько пара клерков средней руки из королевской канцелярии, узнав, от своего информатора о том, что на никчемном руднике был найден мелкий алмаз. С тех пор в тайне от куратора надзиратель за еду выкупал все камни у рабов, а затем передавал их местному писарю, который отправлял камни своим подельникам.

Смутило меня лишь то, что бывший надзиратель и слыхом не слыхивал о крупных алмазах. Да, изредка находили мелкие, но и их было очень мало, при том, они чаще всего попадались в наиболее неспокойной секции рудника. Собственно у куратора появилось немало забот, ну а мы принялись за общение с интересовавшими нас рабами, которые уже довольно долго дожидались нас под присмотром полусотни стражников.

Королевский рудник

Сутки ушли у куратора на то, чтобы навести порядок на руднике и назначить нового надзирателя. У нас же это время ушло на подбор пяти сотен бойцов, правда большинство из них были в критическом состоянии, и как бойцы в ближайший месяц, если не больше, были не пригодны. С другой стороны, именно такое состояние позволило выкупить мне всех рабов за 300 тысяч и добытые камни, которые так или иначе я бы не смог вынести с рудника. Уж не знаю, как куратор проведёт такую сделку через королевскую канцелярию, но это уже не моя проблема.

В сущности, я получил полторы сотни сносных бойцов, а остальные сейчас скорее балласт, но в перспективе, по заверению Кела, они существенно усилят наш отряд. При этом, за всех разом я отдал менее 400 тысяч золотых, хотя, будь они в более сносном состоянии, то их цена превышала бы 800 тысяч золотых. Возможно, на цену повлияло и то, что я нашёл крупный алмаз, который существенно повысил ценность рудника. Ну а мне лишь следовало помалкивать о находке.

До ближайшего городка, в котором нами были скуплены все доступные повозки и лошади мы добрались за четыре часа, а уже от туда, не став тратить время на ночёвку, отправились в моё поселение. И надо сказать, что прибыли мы вовремя. Ведь к нашему возвращению отряд, возглавляемый главой тайной канцелярии уже трижды вступал в стычки с разведчиками Империи Ворт. Мало того, тяжёлая конница сумела отогнать от границы передовые отряды пехоты. Вот только дальнейшие стычки непременно закончились бы поражением кавалерии, а потому командир с отрядом предпочёл отступить к селению, и уже там дождаться нашего возвращения.

Поселение среди болота

Как только последняя из повозок укрылась за въездными воротами форта, а куратор королевских рудников отбыл вместе со своими сопровождающими в направлении столицы, мои дозоры доложили о приближении отряда в три сотни бойцов. Судя по всему, этот отряд был приманкой для кавалерии, а потому даже я не стал бы отдавать приказа о нападении. Куда разумнее было встретить врагов за укреплёнными стенами.

Собственно мы оказались правы. Какое-то время отряд врага имитировал самостоятельное продвижение к поселению, но когда подошёл к перешейку, то остановился и подал сигнал, после которого сразу с трёх направлений появились отряды кавалерии. При этом каждый из отрядов был больше отряда главы тайной канцелярии.

Собственно с этого момента началась осада. Хотя, пока что это даже осадой нельзя было назвать. Кавалерия врага, видимо не имевшая понятия о возведённом форте, в темноте без факелов решила ворваться в селение с наскока, уничтожив всех его обитателей и защитников. Однако, на этот раз их встретили ров с копьями, волчьи ямы и стрелы моих бойцов.

Радостной для меня новостью стало то, что гоблинам всё же удалось найти проход по болоту и перекрыть его десятками смертельных ловушек. Однако, работы по прокладке прохода под болотом пришлось свернуть из-за того, что на пути у работников встали каменные плиты. Даже местные не знали: кто, когда, а главное для чего уложил эти плиты в болото. С другой стороны, это означало, что никто не сможет при помощи подкопа попасть на остров.

Не знаю, что предстоит нам в дальнейшем, но сейчас даже сотни бойцов достаточно для того, чтобы удерживать стены форта. Также радовало то, что часть армий вторжения заняты приграничными заставами. Это, по крайнем мере позволяло нам надеяться на то, что подкрепление прибудет задолго до нашей героической гибели.

Поместье верховного мага Эроя

— Отец, наши разведчики докладывают о том, что на территорию королевства вторглось до 5 тысяч бойцов империи Ворт, — вбежав в кабинет, прокричал молодой человек.

— Всего пять тысяч, — отмахнулся от слов сына Эрой. — Их как минимум двадцать, а потому мы не должны сейчас вмешиваться в бой.

— Но ведь в селении недостаточно сил для обороны, — не веря услышанному, сказал сын. — Защитники вряд ли смогут достаточно долго продержаться без магов.

— Тут ты прав, — задумавшись, сказал старый маг. — Нужно было послать десяток магов для усиления защиты поселения, но, уже явно поздно что-либо предпринимать.

— А если выслать отряд магов, которые воспользуются скрытой тропой?

— Новый владелец поселения наверняка нашёл тропу и заблокировал. Если, конечно, он не полный кретин.

— Я с пятёркой магов поскачу к поселению! — ворвавшись в кабинет, заявила Сиона.

— Тебе там делать нечего, — не скрывая раздражения, ответил Эрой.

— Но ведь там… — попыталась настаивать дочь, но была остановлена отцом.

— Я не хуже тебя знаю кто там, но сейчас тебе там не место!

— Я всё равно поеду! — заявила дочь.

— Ещё как поедешь, — обескуражив дочь, заявил отец. — Только выдвинешься ты вместе со мной, во главе отряда из сотни магов.

— Но ведь помощь нужна уже сейчас, — со слезами на глазах умоляющим тоном сказала девушка.

— Я отправлю пятёрку целителей и трёх магов, как только ты возьмёшь себя в руки, — серьёзно заявил отец.

— Ты обещаешь? — с нотками сомнения в голосе спросила Сиона.

— Ты за кого меня принимаешь! — возмутился Эрой, встав с кресла и направившись в сторону выхода из кабинета. — Он сейчас защищает интересы королевства, а потому, я помогу ему, хотя предпочёл бы уничтожить.

— Но почему? — глядя в глаза отцу, спросила девушка.

— Он делает тебя слабее, — не отводя глаз, ответил Эрой.

— Без него я бы не справилась, — уверенно заявила Диала.

— Будь это так, то ты бы никогда не освоила стихийные магии на столь высоком уровне.

— Будь это не так, я бы до сих пор лежала при смерти после магического истощения.

— Иди отдыхать, раз уж решила помочь своему избраннику, — заявил отец, впервые за долгое время удостоившись улыбки дочери.

— Отец, — обратился к Эрою брат, как только дочь вышла из комнаты. — Я должен был возглавить отряд магов.

— Так и возглавь тот отряд, о котором я говорил твоей сестре.

— Но ведь там будет всего пара магов, — недовольно поморщившись, заявил сын.

— Вот и покажи, на что ты достоин зваться моим сыном, — холодным тоном заявил Эрой, давая понять.

Сын не посмел оспаривать приказ отца, а потому, быстро собравшись, отправился в сторону казармы магов.

Уже четвёртые сутки мы отражаем атаки врагов. Не сказать, что они сильно активничают, но и нормально отдохнуть у нас не получается. Возможно, дело в том, что они пока ещё не восприняли нас всерьёз, или, что более вероятно, не захватили заставы, а потому лишь блокируют нас, оставляя на закуску.

Два дня назад ближе к вечеру до нас доносились отголоски магического боя. Уж не знаю, что это было, но раскаты грома, сопровождавшиеся вспышками сотен молний, пара — тройка смерчей и даже град точно не могли начаться сами собой.

Проклятые маги и нам житья не давали, постоянно пытаясь приблизиться на расстояние магического удара. Радовало лишь то, что эльфийские лучники стреляли на куда большее расстояние, а их природной магии хватало для того, чтобы зачаровывать наконечники для стрел. Так что, пока у нас были стрелы, маги были не способны нанести нам хоть какой-то урон.

С другой стороны, это вынуждало нас постоянно. Держать наготове эльфов, так как ни тёмные эльфы, ни представители других рас, не могли наложить это, хоть и полезное, но довольно быстро развеивающееся заклинание.

Спустя ещё четыре дня мы услышали звуки боевых труб с обеих приграничных застав. Не помешал этому даже звон стали о сталь, разносившийся над окрестностями. Да-да, мы тоже были под атакой, и если бы не эльфийские лучники и узкое место на перешейке, отделявшим поселение от вражеского лагеря, то маги противника вполне смогли бы повлиять на исход боя.

— Командир, если мы продолжим расходовать стрелы в том же темпе, то через 3–4 дня от нас ничего не останется, — вздохнув, сказал находившийся на стене эльфийский офицер.

Нехватка стрел при штурмах наших стен врагом действительно стала громадные проблемой. При этом, противник не позволял нам высовываться за стены форта. А потому, сбор стрел был попросту невозможен.

Конечно, мы не сидели сложа руки, но даже пара мастеров, которые занялись изготовлением стрел из доступных в поселении материалов, не могли перекрыть наши потребности.

Судя по затихшим звукам рога, один из фортов уже пал, да и второй явно недолго сможет продержаться. Кто бы мог подумать, что именно болото, станет единственным надёжным укрытием.

Лишь к вечеру, когда казалось, что очередная атака врага захлебнулась, мы услышали звуки боя, которые разносились из лагеря осаждающих. Самым странным было то, что постепенно, гул боя приближался к нам. При этом мы всё ещё не видели врага.

— Похоже на то, что кто-то из защитников пограничных застав пытается прорваться к нам, — сжав руки в кулаки, сказал Рэк.

— Мы не сможем им помочь, даже если враги проигнорируют наш выход за стены, — вздохнув, ответил Кел.

— Собери сотню мечников и всех тех, кто в состоянии быстро бегать, и подними всех наших лучников на стены, — приказал я. — Через 10 минут мы выйдем в перешеек…

— Серг, мы просто потеряем бойцов, но ничем не сможем помочь, тем кто прорывается к нам, — перебив меня, заявил дорогу.

— Меня сейчас куда больше волнует: сможем ли мы собрать всё, что валяется вплоть до границ перешейка, — недовольно зыркнув на своего подчинённого, объяснил я свою задумку.

— Но как же маги? — напомнил мне главной проблеме Рэк.

— Остаётся надеяться на мастерство эльфов, — признавая риск собственной затеи, ответил я.

— За мечниками выставим полусотню ночных эльфов, — подумав, сказал Кел. — Они какое-то время смогут держать магов на расстоянии.

— Их стрелы не смогут пробить магическую защиту магов, — не понял, для чего это нужно, ответил я.

— Если стрелы будут лететь в перемежку, то маги не смогут физически отличить зачарованные от обычных, — пояснил дроу.

— Тогда выдвигается, как только все будут готовы, и надеемся на то, что защитники форта ещё какое-то время смогут отвлекать на себя силы врагов.

Если бы не меткость эльфийских лучников, то мы не смогли бы выйти даже за ворота, а так нам не только удалось занять самое узкое место в перешейке, где одновременно могло располагаться в ширину не более 10 бойцов, но и дать возможность спокойно работать сборщикам трофеев.

Как я и думал, основная масса магов врага сейчас занималась истреблением оставшихся защитников форта, а у оставшихся просто не было возможности приблизиться к нам. Мало того офицер гоблинов вывел своих бойцов для того, чтобы восстановить хотя бы несколько ловушек. Не сказать, что это сильно повлияет на что-то, но несколько убитых или раненых бойцов врага— это шанс на сохранение жизни для кого-то из моих людей.

Около 20 минут противник почти не реагировал на нашу наглость, но затем в нашу сторону выдвинулась кавалерия. Она была достаточно далеко от перешейка, но скорость её приближение не сулила нам ничего хорошего.

— Отходим? — почти шёпотом спросил Кел, глядя на то, как всадники перестраиваются в клин.

— Стоим на месте! — прокричал Рэк. — Орки в центр, остальные на фланги.

Я прекрасно помню, что орки предпочитают сражаться на своих двух, а потому лучше представителей других рас знают, как противостоять кавалерии. Кроме того старый орг был не из тех, кто бы стал рисковать людьми ради пустой бравады.

— Сборщики, через 5 минут никого из вас не должно быть за стенами! — продолжил отдавать приказы Рэк. — Эльфы, отходите вслед за сборщиками!

Около 200 всадников врага, завершив перестроение, устремились в нашу сторону. Все ловушки и волчьи ямы были засыпаны, а потому конница врага без опаски устремилась на нас.

— Латная конница, — плюнув на землю, прорычал Рэк. — Командир, чтобы не происходило, просто выполняйте мои приказы.

Я никогда не видел орка в таком состоянии, но понимал, что в данный момент у него нет времени на объяснение своего плана, а потому просто доверился ему.

— Орки на фланги! — приказал Рэк незадолго до того, как конница врага приблизилась к нам.

Сжав зубы, я молча смотрел затем, как орки разбегаются в стороны, занимая место в передних рядах на флангах, и создавая коридор в четыре человеческих корпуса посередине нашего строя. Быть может, Кел понял план орка, а потому, ободряющий похлопал меня по плечу.

Дальнейшее осталось за гранью моего понимания: орки выставили вперёд короткие копия, которые как и мечи всегда носили с собой. Что же до вражеской кавалерии, то она устремилась в проход и понеслась в сторону ворот.

— Бойцы, бой на два фронта! — приказал орк, как только последний всадник пронёсся мимо нашего строя.

Эта команда мне была знакома. Бойцы формировали по четыре линии в каждом направлении. В сущности, нам удалось отрезать тяжёлую конницу врага от их пехоты, которая, судя по всему, ещё даже не осознала того, что произошло.

— Эльфы, стрелять по лошадям! — старый орк что есть мочи.

Нужно понимать, что для эльфов убийство животного было сродни убийство кого-то из представителей рода, а потому бой с ними обычно заканчиваются гибелью всадников, и минимальным количеством раненых лошадей. Сейчас же им приходилось идти против собственной природы, но ослушаться приказов командира они не посмели.

Единственное, что эльфы могли сделать для беззащитных лошадей, это убивать их с одной стрелы. И как только бойня началась, я понял в чём заключался план орка. Тяжёлые латники, придавленные убитыми лошадями не могли продолжать бой, в то время, как наша пехота разделилась на две группы одна из которых добивала обездвиженных противников.

Конечно, далеко не все всадники не смогли подняться на ноги, но в ближнем бою поодиночке они ничего не могли противопоставить слаженным действием групп. Уже через 10 минут от конного отряда не осталось ничего.

— Мечники, занять строй перешейка! Сборщики тащите лошадей в поселение! Эльфы, не жалейте стрел! — разнеслась тирада приказов Рэка над окрестностями.

В это время пехота врага приближалась к нам. Бойцы противника прекрасно видели, что случилось с элитным отрядом, но ничего не могли с этим поделать. Да и, судя по всему, настолько жестокая расправа, заставила их осознать, что лёгкой победы не будет.

— Эльфы, вашу мать, магов отстреливайте! — прокричал Рэк, как только первые вспышки магии достигли наших рядов.

С такого расстояния они были практически безвредны, но всё же оказывали негативное психологическое воздействие на моих бойцов. Для них не было никакой проблемы сражаться с пехотой и даже конницей. Стрелы лучников также не представляли серьёзные проблемы, но вот противостояние магии было сродни попытке потушить плошкой воды человека, облитого бензином.

— Парни, мы должны продержаться, пока сборщики не затянули всю еду внутрь! — прокричал старый орк. — Конина куда приятнее на вкус, чем тела мёртвых товарищей.

От услышанного я вздрогнул, обратив внимание на то, что кроме меня, никто никак не отреагировал на слова орка. Скорее не так. Бойцы лишь плотнее стали друг другу, и приготовились к столкновению с пехотой врага.

В ближнем бою бывшие каторжники на голову превосходили противника. Быть может, дело в том, что они уже раз прощались с жизнью, а потому не цеплялись за неё, как бойцы врага.

— Нам повезло, — отбивая стрелу, летящую мне в плечо, заявил Кел. — Это резерв, а не бойцы первой линии.

Не сказал бы, что резерв сражался плохо. Однако, возрозить дроу мне было нечего. В первой линии обычно шли самые сильные и безбашенные бойцы, задачей которых был прорыв строя. Резерв же в обычных условиях занимался лишь добиванием разрозненных деморализованных групп отступающего противника.

Как долго мы сдерживали напор врага, я не помню, но этого времени нашим сборщиком хватило для того, чтобы затащить внутрь не только лошадей, но и всех перебитых всадников.

А потом мы начали пятиться, постепенно разворачивая строй. Уже под стеной форта требовалось не менее двадцати бойцов, для того чтобы перегородить проход. Раньше продолжал наседать, не давая нам отступить за стены.

— Камни! — раздался крик со стен форта.

Мои бойцы были прижаты к стенам, а потому практически не рисковали попасть под свалившийся булыжник, в то время как противники довольно неудачно подставились под удар.

— Без гоблинов здесь не обошлось! — прокричал Рэк, орудуя мечом, который вырвал из рук врага.

Вместо камней на строй врага начали падать трупы их всадников. Особого вреда это не наносило, но всё же привело к ослаблению натиска. Затем, когда, судя по всему, трупы закончились, во врага, и правда, полетели крупные булыжники.

Видимо, это стало последней каплей для противников, и они отступили от стен, дав нам вернуться в форт.

Если думать с точки зрения выгоды, то мы получили хороший запас мяса, не мало оружия и брони, разменяв их на два десятка жизней. Однако, в отличие от своих офицеров, я ещё не зачерствел настолько, чтобы спокойно воспринимать потеря среди своих людей.

— Всем отдыхать, — приказал я, как только отряд врага отступил к своему лагерю. — Займитесь ранеными, а заодно передайте весь лом в переплавку нашим новоявленным оружейникам.

Эту схватку мы выиграли, но вряд-ли нам ещё раз так повезёт, — думал я, глядя за стены форта, где противник занимался сбором тел своих погибших. — Подай им сигнал, что мы позволим забрать тела убитых.

— А если они начнут атаку? — удивлённо спросил эльфийский офицер, дежуривший на стене.

— Тогда трупов станет больше, — пожав плечами, ответил я, и усевшись у бойницы, прикрыл глаза, чтобы отдохнуть после боя.

— Отец, нам не удалось добраться даже до пограничной заставы, а к поселению пройти нет ни единого шанса — спустя три дня, вернувшись отчитался сын верховного мага.

— Сколько их было? — не став выслушивать оправдания сына, спросила Эрой.

— Магическое зрение позволило насчитать не менее 15 тысяч, — ответил один из магов-целителей.

— Отец, если пограничные заставы падут, то у защитников поселения не останется ни единого шанса, — вмешалась в разговор Сиона.

— Если наша гвардия и магия выдвинуться слишком рано, то мы потеряем королевство, — назидательно проговорил верховный маг.

— Твой избранник не стоит гибели и рабства для всех жителей Готора. — Мы вмешаемся в бой не раньше, чем враг стянет к проклятому болоту все свои силы.

— А если они просто заблокируют тех, кто остался в поселении, а сами двинуться вглубь королевства? — поинтересовался сын.

— В эпоху первых воин они так и поступили, — сказал Эрой. — Но тогда защитники селения вместо того, чтобы ударить в тыл неприятеля, перешли границу и сожгли несколько приграничных городов. Потому каждое вторжение на том направлении начинается уничтожения поселения. Мы выступим не ранее чем враг стянет к поселению все свои войска.

— Но ведь в поселении совсем нет магов, — не скрывая своей тревоги, заявила девушка.

— Их там не было изначально, но поселение по-прежнему держится, — ответил отец, жестом дав понять, что разговор окончен.

— Ещё не время, — обернувшись у самого выхода и посмотрев в глаза дочери, сказал маг. — Верь в него. Большего пока мы сделать для них не можем.

Лагерь осаждающих

— А я тебе говорю, что не намерен больше терять людей ради захвата куска суши среди болота! — повысив голос, заявил командующий армии вторжения принцу империи.

— Мой отец приказал захватить селение и организовать на нём оборону, — не сдерживая эмоций почти кричал принц.

— В плане не было ни слова об этом форте и регулярном гарнизоне! — выпалил командующий.

— То, что при составлении плана вторжения не были учтены эти укрепления — целиком и полностью Ваша вина, — парировал принц.

— Если Вы намекаете на неточные разведданные, то данные укрепления были возведены уже после разведывательного рейда.

— То есть, Ваша армия не в состоянии справиться с новостройки? — умышленно сымитировал презрение, поинтересовался принц.

— Тогда, возможно, Вы и ваши отборные отряды покажете нам недоучкам, как следует брать столь нелепые по своей оборонительной мощи, укрепления?

— Ну уж нет, — сморщившись, ответил принц империи. — Я не намерен решать за свой счёт Вашу проблему.

— Тогда закрой рот, Ваше высочество, или как тебя там, и не смей вмешиваться в ход осады.

— Я этого так не оставлю, — заявил принц.

— Тогда милости прошу на передовую, — не скрывая презрения к браваде собеседника, заявил командующий.

— Мой отец узнает… — начал было угрожать принц, но старый воин его перебил.

— Обязательно узнает, а сейчас передайте командование одному из младших офицеров, а сами покиньте лагерь.

Принц мог сколько угодно указывать на своё родство с Императором и даже на то, что, вероятнее всего, именно он станет новым правителем. Вот только, старого опытного воина совершенно не интересовали тонкости политики.

Он и так пошёл наперекор своим взглядом, приняв на себя ответственность за поголовное истребление всех жителей поселения. А сейчас от него требуют завалить стены форта трупами своих бойцов только для того, чтобы ускорить захват поселения.

— Командующий, срочная информация от наблюдателей, — вбежав в палатку, как только принц её покинул, обратился дежурный офицер. — Из форта передали, что нам разрешено забрать тела погибших.

— Кем разрешено, и что он хотят взамен? — удивлённо спросил старый воин, который понимал, что такие подарки врагу просто так не делают.

Обычно защитники территории не давали убирать трупы, ведь полуразложившиеся тела товарищей становятся хорошим деморализующим фактором. К тому же, поговаривали в империи, что у Готора были некроманты, а потому тела убитых могли послужить в качестве своеобразного пушечного мяса.

— Я не знаю, — ответил дежурный офицер. — Но наблюдатели сообщили, что сигнал передали пять раз.

— Ничего не предпринимать, а сигналы игнорировать, — приказал командующий, не веря, что враг пошёл бы на подобное без злого умысла.

Уже через час дежурный офицер вновь бежал в палатку и сообщил, что десяток защитников форта вышли за стены и начали стаскивать трупы в кучи. Кроме того, из форта вновь передали световой сигнал, с предложением забрать тела своих умерших. И самым странным было то, что в противном случае их просто сожгут.

— Отправь полсотни бойцов из ополчения, — подумав, приказал командующий.

Тела требовалось похоронить на родине, но если их сожгут, то останки придётся выбросить в болото. К тому же, его бойцов совсем не обрадует перспектива оказаться на месте тех, кто лишился шанса на перерождение.

Да и ополчение, навязанная командующему для увеличения численности армии, было скорее обузой, чем реальной подмогой. Потому, рискнув их жизнями, командующий практически ничего не терял.

Форт близ поселения

Я конечно всё могу понять, но не желание забрать тела своих бойцов вызывало у меня отвращение по отношению к тому, кто командовал армией врага. Нам-то трупы особо не мешали, но одно дело сбросить тела на голову защитников, и совсем другое, продвигаться к укреплением по трупам своих товарищей.

— Просигналь: если они не заберут тела, то мы сожжём их, — приказал я дежурному офицеру. — Заодно, отряди десяток бойцов для того, чтобы они начали стаскивать трупы из-под стен в кучи.

— Но если враг попытается напасть, то наши люди…

— Как только в нашу сторону выдвинутся враги, наши люди отойдут за стены форта, — зло глянув на подчинённого и перебив его, сказал я.

Меня не сильно волновало, что офицеры считали меня неопытным юнцом. У них было такое право. Но это вовсе не значило, что они могут оспаривать мои приказы в присутствии подчинённых.

Как я и думал, стоило нашим людям начать собирать дела, как из лагеря в нашу сторону выдвинулся небольшой отряд, с пятью повозками.

Более двух часов убирали трупы с перешейка. Это позволило моим бойцам отдохнуть, а мне дало возможность спокойной обстановке переговорить со старшими офицерами.

Новости были по их меркам довольно хорошие. Кроме тех, кого мы потеряли во время вылазки, убитых было всего пятеро, раненых же своевременно исцеляли при помощи зелий и мазей.

К тому же, запас конины, позволял нам не переживать о голоде в скорой перспективе. Единственной проблемой было то, что противник начал искать проходы к поселению сквозь болота. Да, чуть не забыл, расход стрел, даже с учётом круглосуточной работы кузнецы, не позволял нам в дальнейшем устраивать заградительного обстрела для прикрытия пехоты во время вылазок.

В общем, сидим спокойно и не дёргаемся. Хотя, была ещё одна приятная новость. Моим бойцам удалось найти старый тоннель, идущий под болотом. Враги о нём явно не знали, иначе бы нас давно выковыряли из поселение. Проход был довольно узким, но вполне позволял пройти по нему даже массивным огром. Заваливать его я не стал, решив оставить своим людям хотя бы один путь для отступления.

Резиденция верховного мага Готора

— Командующий, как скоро мы сможем выдвинуться в сторону границы? — поинтересовался маг, наблюдая за тем, как к лагерю близ поместья прибывают всё новые отряды конницы.

— Часа через два… максимум три, — подумав, заявил офицер.

— Как считаете: этих сил будет достаточно для того чтобы отбросить имперцев за наши границы? — поинтересовался мнением опытного офицера верховный маг.

— Я бы предпочёл разбить вошедшую армию, а не позволять ей отступить, — заявил офицер.

— Даже я понимаю, что для разгрома армии в тридцать тысяч, сотни магов и 7 тысяч всадников маловато, — недовольно поморщившись, сказал Эрой.

— Если поселение держится, то сил у нас хватит, но если защитники сдались, то враг окопается на болотном острове, и будет ждать подкреплений.

— Несколько часов назад мне докладывали, что поселение ещё держится, а враги строят оборонительное укрепление по периметру своего лагеря.

— Если Вы готовы услышать мой совет, то я бы предпочёл не гробить наши резервы в атаке на укрепления.

— Наши маги сотрут укрепления с лица земли, — уверенно заявил Эрой.

— Нам потребуется три места прорыва, — заявил командующий, глядя куда-то вдаль.

— Разумно ли распылять силы? — Удивлённо спросил верховный маг.

— Кавалерия атакует лишь на одном направлении, но укрепление надо обрушить с трёх сторон, чтобы у нас было место для манёвра, — пояснил свой план офицер.

— Маги сделают всё возможное, — уверенно заявил Эрой.

— Сиона, уже пора, — войдя в поместье, полушёпотом сказал верховный маг.

Однако девушка услышала его и уже через несколько минут спустилась в своей боевой экипировке. Маг с гордостью смотрел на свою дочь. Красивая сильная и умная девушка, и в то же время один из сильнейших магов королевства, а возможно и всего мира.

— Уже пора, — глядя в глаза дочери повторил Эрой. — Посмотрим на твоего избранника, раз уж вы оба до сих пор хотите быть вместе.

Лагерь осаждающих

— Командующий, мы укрепились у перешейка и направили по тысяче бойцов на каждую из застав, — отчитался старший офицер отвечавший за снабжение и управление ополчением.

— Что с самим перешейком и поиском обходных троп?

— Работы ведутся, но эльфийские стрелы пробивают даже самые прочные доспехи, а броня гномьей работы слишком тяжела для передвижения по болоту, — отчеканил офицер.

— Что если просто засыпать болото землёй и уже по ней войти в поселение?

— Даже если защитники острова будут бездействовать, в чём я сомневаюсь, нам потребуется не меньше недели на то, чтобы привезти достаточное количество камней и земли.

— Что же. Возведите второй ряд частокола по периметру лагеря и сузьте все ворота до двух метров, — Приказал командующий.

— Но в этом случае мы не сможем быстро развернуть армию за периметром лагеря, — удивлённо возразил офицер.

Конечно командующий был недоволен тем, что его приказ был поставлен под сомнение, но всё же сдержался, учитывая, что его подчинённый, как и он сам, в первую очередь заботился о людях, а лишь во вторую о себе и своём продвижении по карьерной лестнице.

— Нам нужно окопаться до подхода подкрепления, бросать же на штурм этого проклятого форта более тысячи бойцов за раз мы не можем из-за узости перешейка. Нет смысла подставлять людей под стрелы эльфов, будь они неладны.

— Возможно я Вас не верно понял, и проход в направление форта сужать смыла нет? — не то сказал не то спросил офицер.

— Сузить все проходы. Не хватало ещё чтобы защитники поселений ударили по лагерю в самый неподходящий момент, — ударив по столу кулаком, заявил командующий. — Их командир уже доказал, что способен действовать нестандартно, а его бойцы в состоянии перемолоть не только ополчение, но и резерв.

Офицер побледнев быстро покинул палатку командующего так и не поняв почему его начальник считает возможным атаку осаждённых по лагерю, в котором располагалось более двадцати тысяч бойцов. Пусть половина и з них и была ополчением. Командующий же пытался понять: что может предпринять засевший на острове отряд в тот момент, когда кавалерия Готора атакует его лагерь.

Да-да, командующий через своих осведомителей выяснил какие силы сконцентрировал Верховный маг для отражения вторжения на этом участке границы. Не сказать что силы были избыточными, но восемь тысяч кавалеристов в чистом поле гарантированно истребят восемнадцать тысяч пехотинцев и три с половиной тысячи лёгкой кавалерии. Пять сотен тяжёлых кавалеристов, приданных в усиление, фактически являлись личным отрядом принца, а поведение того было непредсказуемо. Ещё три сотни уже полегло под стенами форта, хотя и они не имели особого веса в предстоящем сражении.

Для чего же в последний момент девять тысяч его обученных пехотинцев заменили одиннадцатью тысячами ополченцев? — эта мысль с первого дня не давала покоя командующему с первого дня вторжения, однако, ответ на этот вопрос ему получить не удалось.

Главной проблемой было то, что ополчение хоть и состояло из бывших воинов, но по ряду причин существенно уступало регулярной армии. Что уж говорить о боеспособности толпы неплохих воинов при столкновении с элитной кавалерией Готора.

— Дежурный, приготовить осадные лестницы к штурму и полностью очистить проход в перешеек от частокола, — подумав какое-то время, приказал командующий. — Нам необходимо в ближайшие сутки занять остров.

Поселение на болоте

— Серг, дозорные докладывают, что имперцы разбирают частокол со стороны перешейка и возводят вторую линию на остальных направлениях, — войдя в дом, сказал Кел.

— Странно, что лишь второй, — открыв глаза, ответил я.

— Ты о чём?

— Очевидно, что они ждут атаки, но не знают направления, с которого прибудет королевская армия. Нас же в расчёт они не берут.

— Это не объясняет почему ты говоришь о третьей линии частокола.

— Ты же сам мне рассказывал, что маги способны разметать бревенчатый частокол, если смогут подойти на расстояние удара, и на всё время подготовки будут защищены от атак врагов.

— Так и есть, но даже обычные лучники могут если не убить, то сбить концентрацию мага.

— Зачем рисковать людьми, если можно ограничиться древесиной? К тому же, Рэк не раз говорил, что солдат должен всегда быть занят.

— Но ведь для хорошего мага и три линии частокола не составят проблемы, — всё ещё не понимая куда я клоню, сказал дроу.

— Так и есть, — согласился я. — Вот только ты не берёшь в расчёт, что у имперцев есть свои маги, а разрушение стен лишит магов Готора шанса на первый удар.

— Ты считаешь, что имперцы смогут сдержать атаку из вне? — спросил Кел, осознав, чего я опасаюсь.

— Я уверен в том, что отряд отправленный к нам на помощь, увязнет и попадёт в ловушку.

— Мы можем атаковать из форта, дав атакующим шанс на успех.

— Что-то мне подсказывает, что именно для этой нашей глупости они и разбирают частокол со стороны перешейка.

— Но ведь он мешает им штурмовать форт… — неуверенно заявил Кел.

— Ты же сам учил меня, что при штурме на открытой местности на подготовку отводится около получаса, — глядя в окно, сказал я. — За это время за стены можно вывести более двух тысяч бойцов, а большее количество для начала штурма и не требуется. Подкрепления же успеют построиться после начала атаки.

— Серг, ты в последнее время очень вырос, как командир, — уважительно склонив голову, сказал бывший аристократ.

— У меня опытные учителя и только, — отмахнулся я от похвалы. — Что гоблины говорят о проходе?

— Километра три в длину, темно, сыро, но провести можно даже крупную лошадь.

— Можно подумать, что у нас есть лошади, которых нуж… — начал я, но осёкся. — Повтори!

— Сыро, темно, но даже крупная лошадь спокойно пройдёт, — внимательно глядя на меня, сказал Кел.

— Знать бы какими силами Готор планирует выбить имперцев, — обдумывая план действий, сказал я.

— Десять тысяч всадников, либо двенадцать, но не больше, — прикинув что-то ответил Кел.

— А как же пехота? — усомнился я в словах своего подчинённого.

— Дозоры имперцев, в любом случае, заметят приближения войск, но скорость кавалерии не даст противнику выстроиться в боевые порядки.

Мысли замелькали в голове, сменяя одна другую, и какое-то время я молча смотрел в окно, обдумывая план по спасению своих людей. Ведь если имперцы смогут отразить атаку кавалерии и дождутся подкрепления, то мы обречены, даже если покинем форт до решающего штурма.

— Кел, смогут ли ночные эльфы отыскать отряд Готора до того, как тот приблизится к болоту и попадёт в поле зрения дозоров?

— Всё зависит от того, где сейчас находится это войско.

— Отбери три группы по четыре всадника, а я пока подготовлю послания.

— Серг, ты понимаешь, что тайна этого прохода даёт нам шанс выжить даже если ты попадёшь в опалу?

— Я попаду туда куда раньше, если мы не сможем удержать остров, — отмахнулся я, хотя и сам понимал, что после отражения атаки имперцев тунель придётся завалить. К тому же мой план был авантюрой и гарантировать его успех не смог бы никто.

— Имперцы пошли на штурм, — вбежав в дом, доложил офицер.

— Кел, займись отрядами, а я на стену! — приказал я, выбегая из дома.

С одной стороны, Рэк руководил обороной форта, но с другой, где я ещё смогу получить реальный боевой опыт. К тому же мне нужно было продумать план прорыва из форта, а для этого нужно было своими глазами видеть построение имперцев и его передвижение по перешейку во время атаки.

Запала имперцев хватило на пол часа. За это время они дважды шли на приступ и со второго раза даже смогли установить штурмовые лестницы. Вот только на этом их удача и закончилась. Мои бойцы умело защищали стены, а эльфы не давали вражеским магам не единого шанса на приближение к стенам. Острота зрения не зря считалась отличительной эльфийской гвардии. Ведь именно это качество в сочетании с быстрым анализом обстановки на поле боя позволяли моим лучникам безошибочно вычислять магов, даже если те нацепят на себя стальные доспехи.

— Странно, что маги имперцев не надели гномьей брони, — после боя, озвучил свои мысли я, присев у стены.

— Гномья броня не позволяет магам колдовать, — отдышавшись, пояснил младший офицер, расположившийся рядом со мной. — Минералы, используемые для усиления брони, не позволяют магам колдовать что-то сложнее вспышки света или крохотного огненного шара.

— А что насчёт защиты от магии? — поинтересовался я, наблюдая за тем, как имперцы выставляют посты охранения перед проёмом ведущим в глубь лагеря.

— Прямая магическая атака опасна лишь для глаз и суставов, — сказал младший офицер, а затем, подумав, добавил. — И то заклинания ниже четвёртого круга, почти наверняка, не причинят серьёзного вреда. Кроме того они очень хороши против физического урона.

— И почему же империя не экипировала своих бойцов в столь прекрасную броню? — спросил я, вспомнив, что за время штурма видел лишь одного бойца в гномьем доспехе.

— Цена и вес, — раздался за спиной голос Кела. — Двадцать тысяч золотых за броню без подгонки весом в пятьдесят килограмм.

— Цена не слишком впечатлила, но вес… — задумчиво сказал я.

— Подгонка гномьей брони обходится минимум в тридцать тысяч золотых, да и то если ты человек или орк. Для представителей других рас на порядок дороже.

— Сколько? — опешив от цены, переспросил я.

— Вот потому в гномьей броне и щеголяют лишь сильные бойцы первой линии и богатые аристократы, — подойдя ко мне, сказал Кел, а затем тихо добавил. — Три группы по пять ночных эльфов в каждом ждут твоих приказов.

На пути к границе королевства Готор

— Командир, разъезд королевской гвардии справа за холмом, — доложил один из членов группы.

— Молодец, Тир, — не зря я выбрал тебя в свою группу.

Группа выдвинулась в направление разъезда, а старший обдумывал слова того, кто для всего отряда ночных эльфов стал кем-то вроде главы рода. Ведь именно от него сейчас зависела их дальнейшая жизнь или смерть.

"Послание должно попасть лично в руки тому, кто будет командовать отрядом, идущим к нам на помощь. В любом другом случае вы должны избавиться от письма и скрыться." Казалось бы ничего странного в приказе не было, если бы ни одно но… Их владелец даже не рассматривал варианта при котором вся группа погибнет, пытаясь доставить послание по назначению. Однако это не отменяло того, что они не должны попасться живыми в руки имперцев или недругов хозяина.

Спустя десять минут группа доскакала до холма и, подняв мечи над головой, стала дожидаться приближения разъезда. Даже такое поведение не гарантировало, что гвардейцы не воспримут случайно встреченных воинов, как угрозу или лазутчиков империи, но так хотя бы был шанс на мирный разговор.

— Кто такие? — остановив лошадь в десяти шагах от эльфов, спросил гвардеец.

— А кто спрашивает? — ответил вопросом на вопрос эльф.

— Гвардия Его Величества, — как само собой разумеющееся, ответил офицер разъезда.

— Посыльный барона Серга с посланием к командиру отяда, — отчеканил старший группы.

— Чтоб какой-то барон… — недовольно возмутился гвардеец, но осёкся. — Остров захвачен?

— Когда мы покинули его, имперцы пошли на третий штурм, — пожав плечами, ответил эльф.

— Что за послание? — понимающе кивнув, спросил офицер.

— Лично в руки командиру отряда, — ответил эльф, давая понять, что больше ничего не скажет.

— Ты же понимаешь, что мы можем отобрать его силой? — поинтересовался гвардеец.

— У меня Приказ уничтожить письмо при любой угрозе, — спокойно ответил эльф, глядя на офицера.

— Приказ офицера гвардии в военное время… — начал было гвардеец, но его перебил эльф.

— Приказ владельца, выкупившего раба с рудника значит больше воли Короля, если это не указ об освобождении.

— Теперь верю, что вы от барона, — уважительно кивнув, заявил офицер. — Следуйте за нами.

Через пол часа старший отряда вручил послание, но не командиру отряда, а верховному магу Эрою.

— Так говоришь было послано три группы? — вскрывая конверт, переспросил маг.

— Мы следовали по наиболее вероятным маршрутам, — как само собой разумеющееся, ответил эльф.

— Ну что же, посмотрим на то, ради чего вы нас искали.

Больше ничего верховный маг не сказал, а лишь пробежал глазами по строками письма и передал её командующему. Тот так же молча пробежал глазами по строкам письма и удивлённо посмотрел на мага.

— Имперцы нас ждут, — вздохнув, сказал Эрой.

— Когда я узнаю имя предателя… — сжав кулаки, сказал командующий. Офицер смог сдержать эмоции и не стал продолжать гневную тираду, но его лицо красноречиво указывало на то, что предателя ни ждёт ничего хорошего.

— По крайней мере, теперь у нас есть шанс сыграть на их осведомлённости, — указав на письмо, сказал маг.

— Это рискованно, — поморщившись, сказал офицер. — Мы даже не представляем: чем завершился штурм.

— Поселение держится, — уверенно заявил эльф, однако его вмешательство в разговор вызвало лишь раздражение у тех, кто отвечал за успех этой миссии.

— С чего ты взял? — сдерживая гнев, спросил командующий.

— Сигналов рога не было, а это значит, что поселение ещё держится, — ответил старший группы.

— Какого рога? — удивлённо спросил маг.

— Малого рога отчаяния, — как само собой разумеющееся, ответил эльф. — Старшие офицеры нашего отряда владеют этим заклинанием, но не использовали его.

Маг быстро сообразил, о каком заклинании ночных эльфов идёт речь, и кивнул командующему, подтверждая, что словам эльфа можно верить. Стоит сказать, что это заклинание не было чем-то примитивным и срабатывало лишь со смертью старшего офицера ночных эльфов. Это позволяло подчинённым, даже находясь в неделе пути от места боя, в считанные минуты узнать о гибели своего командира.

— Три тысячи всадников и все маги атакуют из селения, пока два отряда сымитируют атаку на селение слева и справа от болота, — подумав, сказал командующий.

— А как же вы преодалеете частокол? — поинтересовался маг.

— Если всё обстоит именно так, как указано в письме, то нашей задачей будет блокирование отрядов на заставах и истребление всех, кто попытается покинуть лагерь имперцев, когда вы атакуете их из форта.

— Вы уверены, что трёх тысяч всадников хватит? — спросил маг, хотя и сам понимал, что командующий уже продумал план боя и на изменение его решение может повлиять лишь воля короля.

— Куда поскакали две другие группы? — поинтересовался у эльфа командующий.

— Они находятся в трёх и шести часах слева от нас, — ответил эльф, понимая, что так или иначе эти группы нужно уведомить о том, что задача выполнена.

— Я отправлю… — начал было командующий, но был остановлен верховным магом.

— Твои подчинённые смогут самостоятельно разыскать эти группы? — спросил Эрой у эльфа.

— Любой из моих подчинённых сможет проводить вас ко входу в туннель, — ответил старший группы.

— В таком случае, выдели нам проводника, а сам разыщи посыльных и возвращайтесь к своему владельцу.

Эльф молча кивнул и подозвал одного из подчинённых, приказав тому провести отряд в селение, после чего, поклонившись Командующему, покинул лагерь в сопровождении трёх бойцов.

Форт у перешейка

— Командующий имперцев обезумел?! — не то сказал, не то спросил один из подчинённых Кела, отражая удар, предназначавшийся мне.

— Похоже они знают о приближении подкрепления из столицы! — прокричал я в ответ, уклонившись от удара топора и всадив свой меч в щель между ремнями на боку соединяющими нагрудник. — Эльфы, стрелять только по магам!

Последний приказ я отдал, понимая, что таким темпом запас стрел иссякнет намного раньше, чем закончатся враги. Радовало то, что в этом мире маги не могли создавать непроницаемого купола защиты, а любого мага в ближнем бою можно было достать магией или железом. Конечно, Кел рассказывал мне об уловках сильных магов для отражения атак стрелков, но таких магов было не очень много, да и поддержание таких заклятий требовало не мало энергии, восполнение которой зависело от наличия драгоценных камней с накопленной магической энергией.

— Рэк, мы здесь справимся! — прокричал я, давая орку понять, что он должен вести всё сражение, а не оберегать меня.

— Серг, если натиск не ослабнет, то обрушьте эту часть стены, — сбросив со стены очередного имперца, приказал старый орк и отошёл с тройкой бойцов на наблюдательный пост.

Очередной враг забрался на стену и я физически не успел бы отразить замах его сабли, но за спиной у врага появился муас, зубами вцепившийся в занесённую для удара руку. Зубы моего питомца уже сейчас были способны пробить доспех конного латника, а лёгкая пехотная броня для его челюстей была подобна листу бумаги.

Одинокая стрела, попавшая в глазницу шлема, прервала жизнь бедолаги, а я недовольно зыркнул в направление стрелка нарушившего мой приказ. Вот только причина у него, и правда, была. Жестом он указав в сторону селения, где над центром селения поднялся чёрный дым. Это могло означать лишь прибытие подкрепления.

— Всем отступить на вторую линию! — приказал я, и дождавшись выполнения приказа, подал сигнал для обрушения стены.

Как же сейчас я был рад наличию гоблинов в моём отряде. Эти хитроумные бестии всё же смогли убедить Рэка в необходимости возведения четырёх линий стены, три из которых в любой момент можно обрушить на головы атакующих. Не сказать, что трёхметровые брёвна, упавшие на землю, представляют серьёзную опасность для штурмующих, но какое-то время на этом участке стены будет тихо.

Передав командование участком одному из офицеров ночных эльфов, я бросился в сторону входа в туннель, а единственным моим телохранителем был муас. Этого защитника вполне хватало в бою. Здесь же мне предстояло лишь переговорить с прибывшими для подготовки атаки, а потому было бы глупо снимать при штурме бойцов со стен ради защиты своей персоны.

Когда я увидел свою Александру, моё сердце на мгновение замерло. Даже то, что она была в лёгкой кожаной броне ни сколько не портило её внешность, а её глаза, как и когда-то излучали тепло, от которого я таял. Вот только сейчас на стенах шло сражение, а потому у меня не было времени на яркое проявление чувств. Тем более, что перед моей избранницей стоял высокий крепкий воин и пожилой мужчина в лёгкой кольчуге, сплетённой из неизвестного мне материала.

— Барон Серг, — кивком приветствовав меня, обратился воин. — Мы получили Ваше сообщение и прибыли чтобы обсудить детали плана, но, судя по всему, вам сейчас не до нас.

Сказав это, воин, по всей видимости, гвардеец короля указал рукой в сторону форта, на стенах которого шёл бой.

— Седьмой штурм за сегодня, — кивнув, сказал я. — Мы держимся, но пока в бой кидают ополчение и войска второй линии.

— Барон, Вы уверены, что ваш план сработает? — глядя мне в глаза, поинтересовался пожилой мужчина.

— Они возвели третью и четвёртую линии частокола вокруг лагеря, так что атаковать их можно лишь из селения, — пожав плечами, ответил я. — Сработает ли план я не знаю, но другого способа выбить их из лагеря у вас нет.

— У нас сотня сильнейших магов королевства, — возмутился старик.

— У них, как минимум две сотни, если не считать тех, кого мои эльфы уже отправили на встречу с богами, — ответил я, давая понять, что не вижу в магах настолько уж грозной силы.

— Не так уж они сильны, если до сих пор не выбили вас, — ухмыльнувшись, сказал в воин.

— Вы, как мне кажется, никогда не сражались с воинами, которые провели несколько лет на рудниках, — огрызнулся я, смерив воина суровым взглядом.

Сейчас мне было плевать на его статус, ведь он мало того, что недооценивал врага, так ещё и явно считал моих людей никчемным сбродом, а не опытными бойцами, способными на равных сражаться с воинами первой линии.

— Вы настолько уверены в своих рабах? — поинтересовался пожилой.

— Все, кто выживет, получат помилование и свободу, — так что они не рабы.

— Юноша, — вздохнув, сказал воин. — Они никогда не получат полной свободы. Та бумага, которую Вам вручили, лишь снимет с них клеймо рабов и только. В остальном же, они по-прежнему будут подчинены Вам и вашему роду. Таковы условия помилования в королевстве.

— Сейчас не до ваших нравоучений, — едва сдержавшись, выдавил из себя я. — Каков ваш план?

— Командующий выделил мне три тысячи гвардейцев для начала атаки. Оставшиеся пять двумя отрядами направятся к заставам и отвлекут на себя внимание. Лишь после их сигнала мы атакуем.

— Не пойдёт! — уверенно заявил я.

В перерывах между штурмами я с Рэком и Келом обсуждали варианты атаки и пришли к выводу, что противник в лагере не станет реагировать на штурм застав. Тем более, что двукратное превосходство не позволит быстро выбить гарнизоны имперцев из укреплений.

— Этим пяти тысячам нужно сымитировать прорыв в сторону границы, — пояснил я, своё категорическое возражение.

— И чего же вы хотите добиться? — поинтересовался маг. — На границе наверняка будет стоять заградительный отряд.

— А это значит, что у командующего имперцев появится шанс разом избавиться от передовой армии Готора.

— Вы хотите использовать армию Его Величества, в качестве приманки? — шокированный услышанным, спросил гвардеец.

— Я лишь хочу, чтобы из лагеря ушла кавалерия! — повысив голос, сказал я. — Её по нашим подсчётам чуть более трёх тысяч. Да и та в основном лёгкая.

— Ну что же, — жестом приказав гвардейцу умолкнуть, сказал пожилой мужчина. — В этом есть смысл. Да и наша гвардия в поле легко сомнёт лёгкую конницу врага. Отправь гонца к командующему, а мы займёмся подготовкой атаки.

Сказав это, пожилой мужчина, окинул меня странным взглядом, после чего направился к группе, в которая, судя по всему, и состояла из магов. Лишь Александра осталась стоять на месте, глядя в мои глаза. Всего несколько мгновений мы наслаждались взглядами друг-друга, но затем старик обернулся и окликнул девушку, заявив, что до окончания штурма не стоит отвлекать командира гарнизона.

Как бы мне не хотелось обнять свою красавицу, но сейчас я, и правда, был нужен на стене, а потому, кивнув гвардейцу, я помчался в сторону лестницы у ворот.

Форт осаждённых

— Опустить мембрану! — услышал я приказ Рэка в тот момент, когда до ворот осталось чуть более двадцати шагов.

Неужели имперцы приволокли таран? — удивлённо подумал я.

Однако всё оказалось куда проще: Рэк решил захватить группу бойцов, пытавшихся топорами прорубить створки ворот. Не сказать, что две деревянные решётки, укреплённые стальными пластинами, смогут надолго удержать противников, но времени было вполне достаточно для того, чтобы захватить попавших в западню бойцов и закрыть ворота.

Казалось бы, что может быть проще обезоруживания десятка бойцов, но, на деле весь десяток был закован в гномью броню. В сущности, мы впустили в форт десяток бронированных пехотинцев, вооружённых двуручными секирами. Если бы не сети, сброшенные им на головы, то попытка их пленения стоила бы нам больших потерь. Хотя и так, я лишился двоих, пока мы смогли скрутить десяток противников и выковырять их из столь ценных доспехов.

Допрос ожидаемо ничего не дал. Собственно, как пояснил старый орк, его целью было выведение из боя опастных воинов, которые пробив ворота ворвались бы в форт в сопровождении десятков имперцев, послужив последним своеобразным тараном. Сейчас же мы разжились ценной бронёй, а враг трижды подумает, прежде чем вновь отправит на нас бойцов в гномьей броне без прикрытия лёгкой пехоты.

Спустя какое-то время и ещё один приступ, враг отступил в лагерь зализывать раны, а у нас появилось время на отдых. Гвардейцы и маги всё это время лишь издали наблюдали за боем. Что же до меня, то я всё же пропустил пару ударов, и сейчас над моей ногой и плечём хлопотал один из помощников Кела, уверявший, что через час я смогу сносно двигаться. Однако восстановился я намного раньше, так как тот самый пожилой маг приказал своим людям заняться ранеными, а затем и теми, кто до сих пор был ослаблен после освобождения с рудника.

Такая помощь была неоценима, если участь, что за этот день мы потеряли девяносто бойцов, не говоря уже о том, что еще больше сотни были с ранами разной степени тяжести. окрепшие воины экипировались в брони, снятые с тел убитых врагов и погибших товарищей. Хоть это и не лучший вариант, но всё же лучше, чем ничего. И новую волну штурмующих на стенах форта встретило без малого шесть сотен воинов.

Хотел бы сказать, что этот бой был легче предшествовавших, но, к сожалению, на этот раз нам противостояли бойцы первой линии, а потому пятнадцатиминутный бой стоил нам ещё полусотни жизней. Что до врага, то он потерял не менее двух тысяч бойцов в этот день.

Поздним вечером, когда дальнейшие штурмы стали маловероятны, я приказал сигнальщику оповестить имперцев о том, что мы позволим им собрать тела их бойцов. Вот только противник оставался в лагере и игнорировал сигналы.

— Гвардейцы смогут прикрыть нас, если враг ворвётся в форт? — поинтересовался я, глядя на того, кто командовал магами.

— Что ты задумал? — поинтересовался тот.

— Под стенами немало тел врагов, а так же тех, кто сражался с нами плечём к плечу. Эти тела нам будут мешать при атаке, а потому их стоит убрать с направления, сделав вид, что мы собираем их для сожжения.

— Думаешь враг вам это позволит? — видимо, усомнившись в том, что я могу здраво мыслить, спросил пожилой маг.

— Не уверен, но попытаться стоит, — пожав плечами, сказал я.

— Ну что же, попробуй, — подумав, сказал маг. — Гвардейцы не пропустят врага в форт.

Через десять минут створки ворот открылись и сотня бойцов покинул форт, заняв оборону, и прикрыв тех кто стаскивал тела и собирал оружие. А через пятнадцать минут от лагеря врага в нашу сторону выдвинулись безоружные бойцы с повозками. Мы отступили за стены, но что-то странное было в этих воинах. Оно были не похожи на ополченцев, и уж тем более не дотягивали до профессиональных военных.

— Серг, не нравятся мне эти сборщики трупов, — указав в сторону приближающихся телег, заявил Рэк. — Слишком худы они для тех, кому поручено собирать трупы.

— Вот и мне они совсем не нравятся, — сказал я, глядя за приближением сборщиков.

— Среди них точно есть маги, — неслышно подойдя ко мне, сказал молодой маг, приставленный ко мне их командиром.

— Ты уверен? — сдерживая эмоции, спросил я.

— Они там точно есть, уверенно сказал маг.

— Эльфы, расстрелять сборщиков! — прокричал я, понимая, что если маги приблизятся к стенам, то нам придёт конец. И тогда нас не спасут ни маги, ни гвардейцы.

— Это точно не бойцы, — глядя за тем, как сборщики рассыпались, пытаясь спастись от заговоренных стрел моих эльфов, сказал Рэк. — Скорее всего имперцы решили рискнуть и послали под стены пол сотни магов. Их бы слихвой хватило, чтобы обрушить стены или пробить крупные бреши.

— Но ведь в лагере имперцев не велось подготовки к штурму, — не понимая смысла этих действий, сказал я.

— А зачем провоцировать нас? — искренне удивившись, спросил старый орк. — После обрушения стен они бы могли начать атаку в любой момент, и даже смерть всех магов врага нам бы уже не помогла.

— А сейчас что? — глядя на то, как троица магов всё же добралась до лагеря, поинтересовался я.

— Впереди ночь, а из-за не убранных тел враг не сможет незаметно прокрасться к стенам. До утра штурмов скорее всего не будет.

— В таком случае, оставь сотню бойцов на стенах, а остальным ужинать и спать, — сказал я, после чего отправился к дому, в котором жил все эти дни.

Спустя час по тайному ходу прибыл гонец от командующего и уведомил о том, что тот согласен с планом и приступит к его воплощению с первыми лучами рассвета. Так же гонец уведомил о том, что атаку следует начинать лишь после того, как противник вышлет часть пехоты из лагеря вслед за кавалерией.

Лагерь осаждающих

Командующий имперскими войсками был сосредоточен на подготовке плана утреннего штурма. Он был недоволен тем, что потратил массу времени на эти наспех возведённые укрепления. Мало того, этот полоумный недоправитель умудрился лишить его армию без малого полусотни магов. И это притом, что у командующего после затяжной осады осталось едва ли полторы сотни магов не старше второго круга, и лишь один четвёртого. Да и тот, словно в насмешку над командующим, был целителем.

Мало того, теперь его бойцам, как и раньше, придётся штурмовать стены форта без магического прикрытия, так ещё и продвигаться предстоит по телам собственных товарищей. Бойцы регулярной армии к подобному привычны, а вот ополчение уже вначале штурма будет деморализовано. Худшей свиньи наследный принц при всей своей тупости подложить не смог бы. Хот нет… Он же сократил число магов до сотни. И этого количества едва хватит для того, отразить возможный удар магов Готора. Остаётся надеяться на то, что сильнейшие маги королевства были направлен на защиту долины рудников.

Хуже всего было то, что в скором времени должна была появиться армия вражеского королевства, а командующий до сих пор не смог сломить защитников форта. Мало того, он так и не смог предугадать действия командира армии противника. Это вынуждало держать более трети личного состава в постоянной боевой готовности. Огорчало и то, что защитники форта не клюнули на приманку в виде широкого прохода в лагерь имперцев, а ведь командующий был почти уверен, что те попытаются вырваться из западни.

Ну что же, завтра с рассветом мы начнём ещё одну серию приступов, которые непременно приведут к нашей победе, — подумал опытный военачальник. — Тем более, что информатор сообщал лишь о двух-трёх сотнях бойцов под рукой местного аристократа.

Лагерь осаждающих

С первыми лучами рассвета имперский лагерь забурлил, словно раскалённый котёл. Командующий готовил своё войско к решающему штурму. На этот раз он не даст противнику ни секунды на передышку, и даже если потребуется, то завалить стены трупами ополчения, но форт будет взят.

Ещё вчера опытный офицер даже не подумал бы гнать своих людей на убой, но сегодня у него не было выбора. Ночной посыльный из империи прибыл с плохими новостями. Королевская гвардия сумела разгромить армию, посланную в долину рудников, и, мало того, перешла границу и разорила два приграничных селения, захватив при этом медный рудник.

И что ещё хуже империя оказалась не готова к такому повороту событий, а потому, если второй армии не удастся закрепиться на болоте, то империю Ворт ждёт затяжная война с далеко не самым слабым соседом. Полноценная война неминуемо привлечёт внимание соседей, которые постараются вернуть ранее утраченные земли, не говоря уже о мирном населении, которое, в условиях войны на несколько фронтов, имперские войска защитить не смогут.

И вот сейчас, когда войско выстроилось для начала штурма, невдалеке от лагеря пронёсся крупный отряд кавалерии Готора. По классификации империи это была скорее средняя конница. Да-да, именно средняя. Доспехи из неизвестного сплава в прочности не уступали тяжёлой имперской броне, но в тоже время были достаточно легки, что позволяло практически не уступать в скорости лёгкой коннице. Но самой главной особенностью было то, что гвардия Готора в своей броне эффективно сражалась как в конном, так и в пешем строю.

— Отбой штурму! — приказал командующий. — Вся кавалерия в погоню!

— На границе расположен заградительный отряд в десять тысяч пехотинцев, — решив саботировать приказ, заявил принц империи. — Этого количества достаточно для сдерживания кавалерии.

— Императору стоит пересмотреть своё решение о наследнике иначе от государства останутся лишь руины, — не сдержав эмоций, сквозь зубы, сказал командующий. — Вы лично участвовали в составлении плана вторжения, а сейчас, когда он на грани провала, готовы пожертвовать десятью тысяч бойцов и несколькими гарнизонами приграничных городов ради того, чтобы сохранить шанс на захват никому не нужного болота!

— Да как ты смеешь?! — ощутив реальную угрозу своей власти, прокричал наследный принц. — Именем своего отца я отстраняю тебя от командования армией вторжения и приказываю…

Договорить принц не успел, так как командующий с верными ему офицерами вышел из палатки и направился в сторону войска. Более пяти тысяч пехоты и три тысячи лёгкой кавалерии, составлявшие основу армии вторжения, прошли с ним множество битв, а потому, его приказы значили для них куда больше, чем воля тупоголового отпрыска императора. Спустя десять минут лагерь покинула лёгкая конница, а ещё через пятнадцать минут вслед за ней налегке без каких-либо колебаний умчалась и пехота с оставшимися магами. Последних командующий предпочёл забрать, опасаясь, что наследный принц бестолково угробит и их.

Что же до наследного принца, то он, вместо того, чтобы организовать оборону лагеря, приготовил подчинившиеся ему отряды ополчения к штурму. Хотя, если задуматься, то даже этого он бы не смог сделать, еслибы командующий не объявил, что с частью войск намерен преследовать и уничтожить конный отряд королевства Готор, умолчав о заявлениях принца, возомнившего себя императором.

И вот, когда три тысячи ополченцев, из которых состояла первая волна штурмующих, преодолели половину перешейка, в стенах форта обрушилось два участка, а ворота распахнулись, и навстречу ничего не подозревавшей пехоте устремилась конная гвардия Готора, в сопровождение сотни магов, а следом за стенами выстроилось несколько сотен защитников форта.

Форт осаждённых рассвет

— Наши гвардейцы обречены, — глядя на то, как из лагеря имперцев выдвинулись несколько крупных отрядов пехоты, спокойным голосом сказал верховный маг. — И мы уже не успеем незаметно покинуть лагерь и помочь им.

— Меня в данный момент больше волнует: почему лагерь покинуло настолько много бойцов? — глядя на лагерь осаждающих, сказал я. — И почему оставшиеся всё же готовятся к штурму?

— Будь вы одни, то и этих сил было бы достаточно, для убедительной победы, — безэмоционально сказал гвардеец. Однако по его мимике можно было понять, что он сейчас там, где в скором времени будут гибнуть его товарищи и командир, в котором данный отряд видел не столько командующего, сколько отца.

— Зубы сломали бы, — уверенно ответил Рэк. — Даже взятие стен форта не помогло бы им.

— Орки всегда были высокомерны в том, что касалось обороны и боя с превосходящим по численности противником, — снисходительно улыбнувшись, сказал Эрой.

— Вы разве не видите, что среди имперских вымпелов остался лишь один с символикой действующей армии? — удивлённо спросил старый орк. — Для штурма форта оставили лишь отряд подготовленной конницы и наспех собранные отряды, а это значит, что в основном нам противостоит…

— Ополчение, — перебив моего подчинённого, воскликнул гвардеец. — Будь у нас возможность развернуться в боевые порядки, мы бы смогли справиться с пехотой и, быть может, успели бы на выручку, но ширины ворот для этого мало.

— Рэк, наши люди смогут сдержать ополчение вне стен форта? — поинтересовался я, понимая, что сдержать то атакующих мы сможем, но если погибнет часть гвардии, а отправившиеся за ними войска вернуться, то, в лучшем случае, часть из нас сможет покинуть форт по проходу. И самой большой проблемой было то, что у меня такого права нет.

— У нас под рукой более пятисот воинов и если бы у эльфов был запас стрел… — задумавшись начал отвечать орк.

— Стрелы есть, — хриплым голосом сказал гвардеец. — Командующий приказал нам взять по два колчана стрел и лёгкому малому луку, на всякий случай.

— И вы молчали об этом?! — не сдержав эмоций прокричал я. — Мои лучники чуть ли не молятся на каждую стрелу, а тут под боком более сотни тысяч стрел!

— Барон, вы не спрашивали, а мы не знали, что у вас с этим проблемы, — спокойно ответил верховный маг. — Командир, передайте стрелы и луки бойцам барона. Так от них будет больше пользы. А Вы расскажите, что задумали, пока гвардейцы выполняют приказ.

— Ваши маги смогут пробить дорогу через частокол врагов? — поинтересовался я, глядя на пожилого мага.

— Для этого нам нужно туда добраться, а кавалерия просто не успеет выстроиться в боевые порядки для начала атаки, — спокойно ответил маг.

— А стены форта разрушить Вам под силу? — поинтересовался я, глядя на шокированных бойцов, но всё же ждал ответа.

— Пятёрка магов сотрут их в пыль, — уверенно заявил Эрой.

— В таком случае, вам нужно оставить с нами этих пятерых, а самим прорваться через лагерь имперцев, по возможности, уничтожив вот тот отряд тяжёлой конницы, — спокойно сказал я, глядя на то, как посветлело лицо Рэка.

Старый орк вспомнил историю, которую рассказал мне ещё на руднике. Правда в той истории оставшиеся оборонять форт попали в плен, но у нас шансы были намного лучше, да и у вырвавшиеся из западни гвардейцы непременно поспешат нам на помощь. По крайней мере, я на это очень надеялся.

— Можете считать, что конницы у врагов уже нет, — уверенно заявил гвардеец, который, похоже тоже начал понимать, что я хочу сделать.

— Рэк, ты лучше меня знаешь что делать, — сказал я орку, а затем обратился к офицеру гвардии. — Вам же мне не нужно объяснять, что только от вашей прыти зависит выживание ваших товарищей.

— Через четверть чала мы будем готовы, — спокойно ответил гвардеей.

— Присмотри за моей дочерью, — сурово посмотрев на меня, сказал старый маг.

Каково же было моё удивление, когда среди пятёрки выделенных магов, я увидел свою Александру. А это могло значить лишь то, что передо мной стоял никто иной, как сильнейший маг королевства.

Вот и познакомился с отцом своей любимой, — подумал я, и услышал тихий ответ. — Если она не переживёт этот бой, то ты и все твои люди никогда не увидят солнечного света.

Так и есть, — подумал я. — Ведь если погибнет она, то это значит, что все мои люди и я уже мертвы.

Не знаю уж как Эрой умудрился читать мои мысли, но даже он не смог скрыть удивления, а я услышал отголоски его мыслей. В них не было силы и власти, ведь на первом месте стояли переживания за дочь.

— Она значит для меня не меньше, чем для Вас, но сейчас на этот разговор нет времени, — сказал я, глядя в глаза верховному магу. — Тем более, что враги уже почти завершили приготовления к штурму.

Спустя пять минут пятёрка магов обрушила два участка стены. Уж не знаю как они это проделали, но на месте брешей не осталось ни единого бревна, которое могло бы помешать кавалерии вырваться за стены. Гвардия с магами на полном ходу помчались на приближающиеся колонны врага, что же до нас, то все эльфы и пятёрка магов заняли места на стенах, а мы быстро развернули строй перед остатками стен, готовясь сдерживать атаку имперцев, которая неминуемо последует после того, как наша кавалерия умчится вслед за отрядами, преследующими их товарищей.

Лагерь осаждающих

В первые секунды обрушения стены наследный принц не мог поверить в такую удачу, но затем, когда из проломов и распахнувшихся ворот начали ряд за рядом выезжать гвардейцы королевства Готор, стало не до радости. Ополчение физически не успевало добраться до наиболее узкого места на перешейке, и даже не могло создать плотного строя, в котором бы увязла, набравшая скорость кавалерия. Не говоря уже о том, что никто в этом сборище не горел желанием погибнуть ради спасения жизней товарищей. Все они откликнулись на призыв вербовщиков лишь ради щедрой платы, но никак не ради службы на благо империи.

Единственным отрядом, который мог бы сковать передние ряды кавалерии Готора состоял из трёх сотен тяжёлых всадников. Вот только ополченцы, оставшиеся в лагере, прекрасно понимали, чем для передовых отрядов закончится бой с гвардией, а потому спешили сбиться в плотный строй. Вот только неорганизованную толпу в считанные мгновения не превратишь в строй, а потому отряд наследного принца просто увяз в многотысячной людской массе.

Ещё одной проблемой стало то, что всадники Готора, опрокинув колонны атакующих, не стали ввязываться в бой, а во весь опор помчались вглубь лагеря прямо на так и не сумевший выстроиться в боевые порядки тяжёлую кавалерию. И что ещё хуже, среди гвардейцев были довольно сильные маги, которые сумели на скаку испепелить довольно широкий участок частокола, ограждающего лагерь. Единственной странностью было то, что пролом был создан за спинами у тяжёлой кавалерии, что имперцы восприняли, как желание наследного принца сбежать, оставив их на произвол судьбы.

Лагерь охватила паника, а кое-как выстроившиеся отряды ополчения, стали везде снующей пытающейся спастись толпой. Потому гвардия Готора начала терять скорость, увязнув в людской массе. Единственным плюсом сложившегося положения для воинов королевства было то, что принц во главе своего отряда, и правда, покинул лагерь через образовавшийся проход, а многотысячная армия имперцев, которая не так давно рвалась на штурм форта, сейчас была не способна к сопротивлению.

К тому моменту, как кавалерия Готора сумела выбраться из лагеря осаждающих, отряд наследного принца скрылся где-то за горизонтом. В сущности, гвардия не смогла устранить опасный отряд кавалеристов империи, но и на поле боя в ближайшее время эти трусы не появятся, а потому командир трёхтысячного отряда приказал своим людям скакать вперёд. Туда, где их товарищи в скором времени окажутся в западне.

Граница империи Ворт

Чуть более тысячи бойцов из десятитысячного отряда ветеранов империи расположились на пяти заставах вдоль границы, а регулярно высылаемые дозоры, позволяли приготовиться к отражению любого нападения. Вот только основной отряд не мог в мгновение ока оказаться в точке прорыва, а потому бойцы с застав должны были создать препятствия на пути следования отряда противника и сдерживать того до подхода основных сил. Правда с крупным отрядом элитной кавалерии им было не справиться. Но, откуда в этой местности мог появиться крупный отряд конницы, ведь всего в полудне пешего пути шли бои между имперскими войсками и приграничными гарнизонами королевства Готор?

Потому, когда дозор предупредил о приближении отряда конницы, командир гарнизона, пытаясь преградить путь противнику, вывел своих людей к укреплениям ожидая столкнуться лишь с полусотней всадников. Именно такое количество всадников исполняло роль передового дозора. Что же до основных сил гвардейцев короля, то они смели заслон, подобно стреле пролетевшей сквозь свежевыпавший снег. Однако, командующий гвардией даже не думал углубляться на вражескую территорию, а, развернув конницу, помчался обратно, надеясь столкнуться с лёгкой конницей врага в поле.

Главная задача была выполнена. Враг подал сигнал о прорыве границы, и осаждающие наверняка выслали погоню. Теперь оставалось лишь принять бой и, если богиня удачи повернётся лицом, то выйти из схватки победителем, ну или хотя бы сохранить большую часть отряда. Столкновение двух крупных отрядов профессиональных кавалеристов всегда превращаются в бойню, в которой гибнут воины с обеих сторон. Вот и сейчас сшибка отрядов завершилась сотнями одиночных схваток, в которых всё решалось качеством амуниции и мастерством отдельно взятого бойца.

Если в мастерстве владения оружием воины с обеих сторон были примерно равны, то броня гвардейцев позволяла почти наверняка говорить о победе бойцов Готора. Но прошло лишь несколько минут, когда на горизонте сразу с двух сторон появились знамёна имперцев. Вырваться из схватки с лёгкой кавалерией без крупных потерь было практически невозможно. А потому командующий гвардией Готора сигналом рога оповестил своих воинов о том, что это их последний бой.

Чем гвардия отличается от регулярной армии? В империи на этот вопрос ответили бы: доходом и качеством экипировки. Что же до гвардии Готора, то в неё отбираются лишь те, кто в любой момент готов расстаться с жизнью на благо королевства. Потому король не жалеет средств на лучшее обмундирование и снаряжение для своей гвардии. Его элита не просто лучшие… Они главная опора королевства и власти правителя.

И вот сейчас, командующий гвардией надеялся не на спасение, а лишь на то, что жертва пяти тысяч гвардейцев не станет напрасной. Они сделают всё, чтобы у оставшихся в форте появился шанс уничтожить лагерь атакующих, лишив тех времени и возможности продолжить продвижение вглубь земель королевства.

К моменту, когда остатки лёгкой имперской конницы бежали, потери гвардии не превышали тысячи бойцов, однако более десяти тысяч пехотинцев уже окружили место боя и сейчас сжимали строй, выставив вперёд копья. Гвардейцам было негде набрать разгон для таранного удара, а потому командующий приказал спешиться и приготовиться к круговой обороне.

В любой другой армии лошадей использовали бы как живой щит, но только не в армии Готора. Лошадей загнали в центр строя, защищая их от атаки врагов. Однако, боевые кони в любом случае не достанутся врагу. Медленно действующий яд без противоядия убьёт их через два дня. Гвардия даже в этом вопросе заботилась о благе королевства. Ведь элитные кони рано или поздно могли бы вернуться в королевство, неся смерть и разрушения.

Кольцо имперцев уплотнялось, а копья сменялись на мечи со щитами. Бойцы с обеих сторон готовились к решающему бою. И главное, что ни одна из сторон не имела не малейшего представления о том, что происходит у поселения среди болота.

Лагерь осаждающих

Защитники форта выстроились плотным строем невдалеке от стен, ожидая неизбежной атаки. Что же до имперцев в лагере, то после прорыва конницы Готора, командирам всё же удалось подавить панику. И во многом им помогли не опыт и мастерство, а жажда наживы и желание прославиться.

В империи многие века действовал закон, по которому, после гибели или убытия высшего командного состава, в случае победы, армия или отряд в полном составе получали награды и в равной мере могли претендовать на долю в трофеях. Единственным фактором, который влиял на размер доли была численность отряда. Что же до почестей, то сами по себе они мало интересовали ополченцев. Но вместе с почестями боец получал приличный надел земли в любой провинции империи. Естественно, что в более богатых провинциях надел был меньшим, а в столице и вовсе крохотным. Но даже клочок земли в столице мог превратиться в лавку, магазинчик или жилой дом, доход от которого всего за год окупит все вложения.

И вот сейчас ополчению подвернулся такой шанс. Естественно что алчущие наживы наёмники не захотели упускать такого шанса. К тому же их страх, испытанный во время прорыва гвардии Готора, сменился ненавистью, которую необходимо было выплеснуть на врага, который не придумал ничего лучше, чем выстроиться перед стенами своих полуразрушенных укреплений.

Спустя пол часа младшие офицеры и стихийные лидеры сумели организовать подобие армейских подразделений, приготовив поредевшую армию вторжения к штурму. Что же до защитников, то они всё это время просидели перед стенами, ожидая нападения.

Близ границы империи Ворт

Защита боевых скакунов могло сыграть с гвардией злую шутку. Командующий имперцев приказал магам атаковать животных, что привело к массе разрывов в монолитном строе. Однако гвардейцы расступились, выпустив обезумевших жеребцов, которые начали метаться между противоборствующими сторонами, пытаясь найти выход из огненной ловушки. Что не говори, а атаки магией больше всего пугают животных.

Гвардейцы сожалели о гибели своих скакунов, но ничего с этим не могли поделать. С другой стороны, столь странная атака вражеских магов позволила гвардии прожить ещё какое-то время. Что не говори, а элита Готора ценила жизнь, хоть и была готова расстаться с ней в любой момент. В конце-концов, когда последний скакун погиб от пламени и копий, имперцы перешли в наступление. Маги были истощены, но существенный численный перевес гарантировал победу над отрядом Готора.

Бой в плотном кольце был на руку гвардейцам, по крайней мере, пока у них хватало тех, кто мог занять места павших товарищей в первой линии. Что же до имперцев, то опытные воины не спешили умереть на клинках противника, а потому битва затянулась, хотя её итог и был предрешён.

Казалось бы стрелки могли переломить ход сражения, но лучники не могли пробить доспехи гвардейцев, а арбалетчикам требовалось видеть цель, чего в условиях полного окружения было не добиться. Да и арбалеты у имперцев были лишь немногим мощнее луков, а вести стрельбу с десяти шагов возможности не было.

Командующий армии вторжения был не в восторге от размена два к одному. Но поделать с этим ничего не мог. К тому же, зная повадки наследного принца, опытный офицер, понимал, что тот сейчас ведёт ополчение на штурм, желая присвоить себе победу, а заодно лишить своих недругов шанса указать на его вину в потере рудника и части земель на границе империи.

Мало того, сейчас уже самому командующему требовалось идеальное объяснение причин оставления лагеря. Мало было победить самому, нужна была ещё и победа наследного принца. И даже если последняя не обрадовала бы командующего, но хотя бы послужила доказательством правильности решения.

Первой неожиданностью стало то, что дозор доложил об промчавшемся в сторону границы отряде принца. Командующий даже представить себе не мог причин, по которым этот высокомерный индюк мог бежать из укреплённого лагеря, но явно эти причины были. И потому опытный военачальник сформировал из трёх тысяч бойцов заградительный отряд, который должен был не допустить прорыва к окружённым гвардейцам.

И тут произошло то, чего никто из тактиков империи не мог предсказать: на равнину вырвался крупный отряд гвардии Готора, сопровождаемый сильными магами. Откуда взялся настолько крупный отряд кавалерии на этом участке границы для командующего имперцев осталось загадкой. Более двух тысяч всадников в связке с десятками магов сами по себе куда опаснее, чем пятитысячный отряд гвардейцев. К тому же, в данный момент коннице Готора имперцам противопоставить было нечего.

Маги обрушили десятки заклинаний на заслон имперцев, доказав, что они в самом деле достойны называться лучшими в Королевстве. Огненные шары, молнии в сочетание с ураганным ветром разрушили плотный строй, позволив кавалерии ворваться в бреши и опрокинуть преградившую им путь пехоту. Однако это было лишь началом. Гвардия не стала добивать разрозненные группы пехоты, а устремилась на выручку к своим товарищам.

Теперь уже имперцы оказались на грани гибели, ведь у них не было ни единого шанса отступить из-за снующей вокруг кавалерии. Вот только кровавая бойня не устраивала ни одного из военачальников, а потому командир гвардии Готора при помощи сигнального рожка вызвал имперцев на переговоры. Отклик пришёл незамедлительно, что само по себе говорило об осознании командиром армии вторжения той ситуации, в которой он и его люди оказались.

Конница Готора разбившись на отряды по несколько сотен бойцов контролировала периметр, что позволило имперцам отступить от гвардеёцев, которых они не так давно собирались перебить. Каково же было удивление офицера империи, когда выяснилось, что переговоры будет вести тот, кто со своими бойцами не так давно мог расстаться с жизнями, а не тот, кто своевременно привёл подкрепление и фактически спас гибнущий отряд.

Всего полчаса потребовалось для того, чтобы стороны пришли к соглашению. Имперцам разрешили покинуть территорию Готора без оружия, но с сохранением боевых знамён и правом вывезти раненых и погибших бойцов. Командующий империи Ворт попытался добиться освобождения пленённых ополченцев, оставшихся в лагере у проклятого болота, но, к его сожалению, получил отказ. Он не мог даже подумать о том, что ополчение всё ещё штурмует форт, а всё подкрепление, выделенное защитникам форта, сейчас находится здесь.

К сожалению, быстро возвратиться на подмогу к защитникам форта гвардия не могла. Для начала требовалось проконтролировать отход имперцев, а заодно сопроводить гонцов к заставам, чтобы ещё две тысячи бойцов было разоружено и выдворено за пределы королевства. Последнее было осложнено тем, что защитники застав наверняка знали о том, что сражение у болота ещё не завершилось.

Так же требовалось снять с погибших бойцов и скакунов броню и придать земле тела павших товарищей. Что же до судьбы защитников поселения, то она была в руках богов. Ведь владелец земли осознанно отправил выделенный для зачистки лагеря резерв на помощь к отряду-приманке. При этом он должен был понимать, что умчавшаяся конница также может погибнуть и какое-то время помощи не будет.

Боги, сберегите их, — мысленно молил офицер гвардии, надеясь, что защитники форта сумеют выжить и продержатся до подхода помощи. Он и верховный маг были теми немногими, кто прекрасно понимал, что без помощи этого странного барона весь отряд погиб бы, так и не сумев отбросить вторгшиеся войска с земель королевства. Сейчас же враг сдался лишь потому, что считал бой у болота проигранным.

Что же до верховного мага, то в данный момент он больше всего переживал о судьбе своей дочери, которой при всём желании не мог помочь. А всё потому, что на первое место он всегда ставил текущие интересы государства, а лишь затем интересы семьи и будущее, как государства, так и своей семьи.

Под стенами форта

Движимые жаждой наживы наёмники ринулись на штурм. Трудно сказать, на что они надеялись, несясь на изготовившийся к бою строй бывалых вояк. Быть может, считали, что многократный численный перевес позволит прорвать построение врагов и ворваться в поселение, или надеялись, что защитники настолько истощены, что физически не смогут оказать достойного сопротивления. В любом случае, имперцы мчались вперёд, подбадриваемые возгласами своих командиров.

И вот, когда атакующие добрались до наиболее узкого места на перешейке, эльфы начали одну за одной выпускать стрелы. Здесь не было необходимости в прицельной стрельбе или применении магии. Место было настолько узким, что просто физически нельзя было промахнуться.

Всего несколько минут обстрела привели к тому, что передние линии атакующих, успевшие преодолеть опасный участок пути, существенно оторвались от тех, кто бежал за ними. И главной причиной были вовсе не их сила и выносливость, а то, что оставшимся приходилась бежать по телам убитых, огибая раненых, которые физически не могли убраться с пути своих же товарищей.

Чуть больше сотни атакующих с разбегу ударили в строй защитников, но те даже не сдвинулись с места, а ещё спустя полминуты наиболее ретивые имперцы были перебиты. Что же до их товарищей, то те были вынуждены сбавить темп и начать прикрываться щитами, которые к их сожалению, не могли закрыть от стрел всего тела. Потому то тут то там были слышны крики боли после того, как очередная стальная змея впивалась своим клыками в плохо защищённые участки тела.

— Отходим за стены! — приказал Рэк, понимая, что нам нечего противопоставить плотному строю имперцев. — Эльфы, прекратить обстрел.

Ворота были закрыты задолго до того, как последний защитник укрылся за стенами укреплений. И нам сейчас предстояло оборонять два пролома, заделывать которые в нашем положении просто не было смысла. Конечно можно было закидать их досками, осложнив задачу штурмующих, но те в ответ могли поджечь эти завалы, а это неминуемо бы привело к возгоранию стен.

В какой-то мере я даже сам удивлялся тому, что наши противники ещё в первые дни осады не притащили под стены дрова, чтобы просто выкурить нас из-за стен. Ситуацию прояснил Рэк, заявивший, что наружная стена была обработана особой негорючей смолой, ограниченный запас которой хранилась в каждом доме королевства. Потому обычный огонь внешней части стены никакого вреда не причинит.

Когда атакующие подошли к стенам, эльфы возобновили обстрел, ну а все остальные разместились у проломов, готовясь до последнего сдерживать врагов.

Форт на болотах

До глубокой ночи мы обороняли стены форта, не давая врагу ни единого шанса ворваться за стены. У нас не было ни времени, ни желания думать о судьбе гвардейцев, ведь, судя по всему, в скором времени мы встретимся с ними в чертогах богов. Казавшийся огромным запас стрел иссяк ещё в конце прошлого дня и теперь элитные лучники вместе с ночными эльфами защищали стены, не давая противнику ни единого шанса вскарабкаться вверх. Оставшиеся сейчас были вынуждены оборонять три пролома. Я не оговорился. Именно три, так как противник сумел прикатить таран и выбить одну из створок ворот.

Единственное, что до сих пор позволяло нам обороняться, — это целительские способности оставшихся в форте магов. Рэк умело проводил ротацию бойцов, а маги из последних сил накладывали заклятия, заживляющие раны. Теми, кто лишился конечностей, в данный момент занималась пара орков, которые умело прижигали обрубки, не давая раненым умереть от потери крови. Большего для них сейчас мы сделать не могли.

— Кел, резерв к воротам! — прокричал я, видя, что Рэк со своими помощниками увяз в дальнем проломе.

Конечно, резерв — это громко сказано, — поморщившись, подумал я. Тем самым резервом выступали два десятка гоблинов, которые в реальных условиях не были пригодны для прямого столкновения. Хотя нет… Они были хорошими бойцами, но их низкий рост и худощавое телосложение не позволяли на равных сражаться с крупными людьми, закованными в тяжёлые доспехи, что уж говорить об орках или ограх.

Сейчас у нас не было ни единого шанса отступить. Я то мог сбежать, но совесть не позволила бы бросить своих людей. Потому я продолжал сражаться на ровне с остальными. Однако истощённые маги были не пригодны для ближнего боя, а потому я принял единственное разумное решение, выдернув одного из дроу из кутерьмы боя, и приказав тому увести магов из селения по тайному проходу.

В первую очередь я переживал за жизнь Александры, с которой так и не смог поговорить. Ну не мог я себе позволить растаять сейчас, когда каждое моё решение стоило моим людям жизни. Радовало, что и она, как и остальные маги, беспрекословно выполняла приказы, отдаваемые мной или кем-то из старших офицеров. И даже сейчас, когда я краем сознания ощутил взгляд полный укора, она ни сделала ничего, что могло бы отвлечь меня от боя.

С уходом магов, о легкораненых больше некому было заботиться, а потому бойцы сами перевязывали раны и возвращались в бой. Уж не знаю, что гнало вперёд имперцев, но если это была жажда наживы, то их ждало лишь разочарование. Кроме нашей экипировки, в изрядно потрёпанном состоянии здесь взять было нечего. Ну разве что гарантийные обязательства на 100 тысяч золотых, которые можно было обналичить лишь в пределах Готора.

Бой продолжался, и все прекрасно понимали, что этой ночи нам не пережить. Пока что мы ещё держались, но ранения и усталость брали своё. Да и число погибших с нашей стороны росло всё быстрее. Однако пока мы держались, не давая врагу прорваться внутрь.

— Серг, бери пятёрку бойцов и уходи! — выдернув меня из боя, заявил Кел. — Подкрепление не успеет!

— Уйдём вместе, или не уйдёт никто! — прокричал я в ответ и занял своё место в строю.

— Сумасшедший! — прокричал дроу, встав слева от меня, и отражая удар копья. — У тебя дочь!

— Тут у многих есть дети! — огрызнулся я, ударив окантовкой щита в подбородок насевшему на меня орку.

— Все в атаку! — взревел Рэк, перекрывая гул боя.

— Это конец, — тихо сказал Кел, но я его всё же услышал.

— Раб не может умереть дважды! — прокричал я что есть мочи, и мой вопль поддержали все оставшиеся в живых защитники.

Трудно описать кровавое безумие, творившееся после этой фразы, с которой были знакомы все соседи Готора. В империи Ворт её называли последней песней отчаявшихся. Нас осталось не более трёх сотен, но даже этого количества хватило, чтобы прорваться за стены и заставить имперцев отпрянуть. Теперь уже мы наседали на отступающие ряды противника, не давая тем ни единого шанса на то, чтобы перегруппироваться и встретить нас сомкнутым строем.

Будь перед нами регулярная армия, то наша безумная атака захлебнулась в самом начале, но не сейчас. Ополчение, состоявшее из массы одиночек ничего не могло противопоставить слаженным действиям опытных воинов. Мы вклинивались всё глубже в ряды врага и сумели пробиться к тому самому месту, где для обороны хватало десятка бойцов.

И мало того мой муас рвал воинов врага на куски, вселяя в их сердца ужас. Конечно до габаритов своей матери он ещё не дорос, но даже сейчас он вполне мог одновременно драться с тройкой орков, закованных в тяжёлую броню. Огромная окровавленная пасть с клыками, способными прокусить стальную броню, и правда, выглядела жутко. Однако мои бойцы уже привыкли к тому, что жутковатый монстр сражается рядом с ними, и потому просто игнорировали его. Не знаю сколько прошло времени, но мы сумели закрепиться в этом месте, добив всех, кто оставался жив у нас за спиной. Враг опомнился и вновь начал напирать, но пока нам удавалось удерживать эту позицию.

Бывшие рабы сражались отчаянно, но наши силы были на пределе, в то время как на место павших противников вставали свежие бойцы. Отступать не было ни сил, ни возможности, а потому мы продолжали драться, не смотря на то, что даже звёзды и луна уже давно скрылись за тучами, затянувшими небо. Единственным нашим преимуществом было то, что глаза за время работы на руднике привыкли улавливать тени даже в полумраке, а в остальном мы просто дрались, понимая, что иначе умрём, или, что ещё хуже, вновь окажемся на рудниках.

Над перешейком разнёсся душераздирающий вой. Судя по всему, кому-то из имперцев всё же удалось ранить моего питомца. Кровь в жилах вскипела, а сознание, словно уступило место кому-то другому. Очнулся я лишь на рассвете.

Вой муаса разнёсся над окрестностями, но Кела беспокоил не столько монстр его хозяина, сколько поведение Серга. Если до этого момента тот сражался, держась в строю, то сейчас, он, словно обезумевший, помчался в направление своего питомца, рубя всякого, кто пытался встать у него на пути. В таких условиях уже не было смысла удерживать это место, а потому дроу приказал всем следовать за Сергом.

Впервые бывший аристократ стал свидетелем настолько безумной атаки. Барон был подобен зверю, чей дух, если верить оркам, поглотил в штреке рудника. Вряд ли кто-то сейчас смог бы предсказать следующее действие этого монстра в человеческом обличие. Щит он потерял, но подхватил второй мечь, и сейчас, сея вокруг себя смерть, прорывался к завывающему, но всё еще живому муасу.

Ни копья, ни щиты не могли сдержать бешеного напора Серга, а следовавшие за ним бойцы, истребляли всех, кто ещё стоял на ногах после скоротечной схватки с обезумевшим человеком. В какой-то момент показалось, что барон увяз, но пронзительный визг где-то впереди, словно придал ему сил. Громадный орк, прикрывавшийся щитом, преградил путь новоявленному берсеркеру, а в следующую секунду с недоумением наблюдал за тем, как рука со щитом падает на землю.

Как ни старался Серг, но не успел. Всего в нескольких шагах от него один из имперцев добил израненного муаса. Душераздирающий вой, если верить тем, кто пережил эту ночь, слышали даже в лагере осаждающих. А затем Кел приказал всем отступить. Сейчас никто не смог бы помочь барону, а вот стать жертвой разъярённого берсеркера было проще простого.

Какое-то время имперцы пытались сражаться с Сергом, но ни один из них не смог нанести хоть сколько-нибудь значимую рану. Врагам казалось, что этот безумец защищён магией, но никакой магической защиты видно не было. Однако, почему-то мечи и копья отскакивали от его тела, не причиняя вреда. И если в ходе сражения с защитниками форта это оставалось незамеченным, то сейчас, когда одиночка рубился против армии, умудряясь убивать и калечить своих врагов, оставаясь при этом невредимым…

Трудно сказать в какой момент началась паника, но факт остаётся фактом: обезумевший воин в одиночку гнался за толпой, калеча и убивая всех, до кого успевал дотянуться. И даже оставленный в лагере заслон не смог ничего ему противопоставить. Спустя какое-то время, когда наступила тишина, Кел повёл людей в сторону лагеря, надеясь хотя бы найти тело своего господина. Однако, добравшись до лагеря, он не поверил своим глазам: посреди горы тел лежал Серг, а над ним, словно мать над неразумным ребёнком, склонилась громандая тень муаса.

— Не стоит беспокоить духа, — положив руку на плечо Келу, сказал Рэк. — Серг жив, но дух разорвёт любого, кто потревожит его сон.

Осмотрев лагерь, бойцы завалили все выходы после чего повалились на землю там, где стояли. Все были вымотаны до изнеможения, и лишь орки с благоговением смотрели на того, кто смог подчинить себе дух одного из наиболее опасных хищников этого мира.

Лагерь осаждающих

Утро я встретил лёжа на земле среди трупов и стоило бы сказать кладбищенской тишины, но громкий голос Рэка, раздавшийся где-то недалеко от меня, и стук металла по дереву, указывали на то, что, по крайней мере, мои люди были где-то рядом. Да и звуков боя я не слышал, а это значило, что врагов вблизи точно нет.

— Ну ты нас и напугал, — раздался голос Кела. — Мало того, что вошёл в состояние берсеркера, так ещё и оставил дух муаса охранять своё тело.

— О чём ты? — встав и не понимающе посмотрев на дроу, спросил я.

— Ты разве не помнишь, как в одиночку устроил бойню из-за смерти…

Договорить Кел не успел, хотя, быть может, он всё же договорил фразу, но я этого не слышал. Сейчас перед моим внутренним взором предстала картина боя с того момента, как я услышал зов о помощи, исходивший от моего питомца. Казалось, что кто-то посторонний прямо в моём сознании устроил демонстрацию хорошо отснятого фильма. При этом, судя по движениям моего двойника, он их оттачивал никак не менее нескольких десятилетий. Другого способа объяснить то, как двойник разбирался с разномастными противниками, я не мог.

Лишь спустя какое-то время я осознал, что вижу собственный бой, или, если правильнее сказать, то бойню, которую я устроил. Да-да, именно я, а не дух зверя, как думали мои бойцы. Дух муаса лишь молил о мести за детёныша, а я был настолько зол и утомлён, что с лёгкостью согласился с желаниями этой могучей сущности.

Дух муаса, больше никогда не проявиться, он истратил всю свою энергию на тот бой и передачу мне всего своего опыта. Нет монстр не был воином, но по какой-то ведомой лишь ему причине, мог предугадывать действия врагов и бить в наиболее уязвимые места. Именно эти способности, усиленные приступом ярости, и по помогли мне пережить эту бойню.

— Серг, ты меня слышишь? — встревоженно спросил Кел.

— Теперь слышу, и не смотри на меня как на живого мертвеца, — сказал я, недовольно поморщившись.

— Скорее уж как на демона отчаяния, — раздался за спиной голос Рэка. — Этой ночью ты сумел превзойти легенду об этом странном враге богов этого мира.

— Рэк, ты один из немногих, кто знает, что я не из этого мира, а потому… — вспылил я, но был перебит Келом.

— Спокойнее Серг, в той легенде говорилось, что демон в одиночку обратил в бегство тысячу воинов веры, а ты многократно превзошёл его.

— Вот только не вздумайте распространяться об этом, — хмуро сказал я.

— Неужели ты думаешь, что сбежавшие враги будут молчать вместе с нами? — удивлённо спросил бывший аристократ.

— Они не только молчать не будут, но и наверняка приукрасят, — хохотнув, заявил старый орк. — Шутка ли, одинокий воин ворвался в лагерь и, перебив большую часть заслона, принялся истреблять всех, кто не успел унести ноги. Вот только я не пойму: почему тебя не пристрелили арбалетчики.

— А ты сам то пытался стрелять по разъярённому муасу? — закатив глаза, спросил Кел.

— В этом нет смысла, — покачав головой, сказал Рэк. — Этот юркий не по размеру монстр всегда увернётся от стрел, или подставит наименее уязвимое место.

— Что-то мне подсказывает, что наш барон действовал так же, — сказал Кел, указав на меня.

Не долго думая, я снял с себя броню и принялся рассматривать нагрудник. Затем снял наплечники и наручи. все части брони были в мелких проколах и трещинах от стрел, но почему-то ни одна из них не смогла вонзиться в доспех, не говоря уже о том, чтобы пробить его насквозь.

— Будем считать, что мне повезло, а враг со страху не смог нормально прицелиться, — спокойно сказал я, хотя и сам не верил в эту чушь. Тут, как минимум, богиня удачи должна была быть матерью везунчика, и постоянно помогать ему. У меня же такой родни не было.

— Думаю, что в скором времени в империи Ворт станет известно о берсерке, поселившемся у границы Готора, — задумчиво сказал Кел.

— Считаешь, что в империи кто-то обратит внимание на эту новость? — насторожившись, спросил я.

— Если учесть, что берсерки, в основном встречаются среди демонов, то ещё как обратят, — заявил орк. — Даже среди огров и троллей появляется один два воина с этой способностью раз в столетие, а среди остальных рас и того реже.

— А нечего было моего щенка убивать, — пнув землю, сказал я.

Если честно, то чуть не пнул труп врага, но в последний момент удержался и ударил окованным носком по земле. Ну не стоит так явно проявлять неуважение к погибшим воинам, даже если это воины врага.

— Молодец, — похвалил меня Рэк, который явно понял, что сейчас произошло, ну а я лишь кивнул в ответ.

— Сколько выжило? — спросил я, понимая, что погибших куда больше, чем живых.

— 281 боец, если считать вместе с теми, кого ты отправил с деревенскими, — прижав руку к груди и склонив голову, сказал старый орк. — Если бы не твоя атака, то полегли бы и остальные.

Судя по всему, Рэк пытался подбодрить меня, но это было слабым утешением. Тем более, что мы до сих пор так и не знали ничего о том, что произошло с гвардейцами Готора.

— Кел, что с магами, которых я отослал? — опомнившись, спросил я.

— Они в поселении помогают раненым, — нисколько не удивившись, сказал орк.

— Я же приказал… — начал было распаляться я, но был остановлен Келом.

— Они вернулись с рассветом, а до тех пор укрылись в лесу за проходом.

— Почему боец не сопроводил их до ближайшего города? — только и смог выдавить из себя я.

— Ты сам бы попробовал поспорить с дочерью верховного мага, а потом злился на безродного бойца.

— Не похоже это на мою Александру, — тихо пробормотал я, но дроу меня явно слышал.

— Если ты о той магине, то даже Рэк не осмелился с ней спорить, пока ты спал.

— И что она такого сделала? — удивлённо спросил я.

— Ничего она не сделала, — отмахнулся старый орк. — Просто спорить с женщиной, к тому же магиней, да ещё и влюблённой… Уж лучше с киркой на муаса напасть.

Помня тот бой с монстром в штреке, я внимательно посмотрел на орка. НУ не верил я, что он боялся хрупкой девушки. С другой стороны, я почти ничего не знал о способностях магов. Да и, судя по всему, оба моих офицера прекрасно понимали в кого именно влюблена девушка.

— Если враг атакует, то как долго мы сможем сдерживать его в этом лагере? — спросил я у орка, меняя тему разговора.

— Если у них не будет магов и осадных орудий, то, оставив всего один проход, мы сможем продержаться не меньше нескольких дней, — уверенно заявил орк. — Имперцы хорошо потрудились, возводя частокол, ну а мы уже почти заделали проходы, которые сложнее всего оборонять.

— В сторону лагеря движется крупный отряд, — спрыгнув с коня, доложил кто-то из ночных эльфов.

— Имперцы? — спокойно спросил я.

— Знамён мы не смогли рассмотреть, — доложил ночной эльф. — Но, как нам показалось, это гвардейцы Готора.

— Рэк, всех, кто способен держать оружие, к бою, — спокойно сказал я. — Тяжелораненых и магов оставить в поселении, но по первому сигналу они должны уйти по проходу.

— Приставлю к магам того бедолагу, — улыбнувшись своей шутке, заявил Рэк. — Пусть нянчится с возлюбленной своего хозяина.

— Рэк, я ведь не посмотрю на…

— Серг, все, кто прошёл с тобой рудник, прекрасно понимают, кем тебе приходится эта магесса, — скрывая улыбку, сказал Кел. — Но я бы на твоём месте сто раз подумал над тем, что с тобой сделает её отец если…

— Приближается гвардия Готора! — влетев в единственный проход, прокричал старший дозора. — Не менее трёх тысяч бойцов. Многие пешком. Доберутся до лагеря за час.

— От разъездов к заставам есть сведения? — подойдя к всаднику, поинтересовался Кел.

— Над заставами знамёна Готора, — ответил всадник. — Как вы и приказали, наши разъезды не стали приближаться к укреплениям.

— Имперцы не оставили бы наших знамён, — уверенно заявил Рэк. — Десяток перекрыть проход, остальным продолжить уборку трупов. — Серг, это точно наши гвардейцы, так что нет смысла попусту тратить время.

— Отправьте кого-нибудь за магами, — кивнув, сказал я. — Верховный маг наверняка захочет увидеть свою дочь.

Через час с четвертью к лагерю добрался отряд гвардейцев. Их было чуть более трёх тысяч, но, судя по всему, это были далеко не все, кто смог уцелеть после битвы с имперцами. Шоком для меня стало то, что командир гвардии и Верховный маг, приблизившись ко мне, поклонились.

— Барон, вы сумели сделать невозможное, — выпрямившись, сказал командующий. — Гвардия Готора у Вас в долгу.

— Если бы не вы, то мы бы не пережили этого нападения, — спокойно ответил я, поклонившись в ответ.

— У Вас была возможность сбежать, или прикрыться нашими товарищами и магами, — не согласился командующий. — Этих сил вполне хватило бы для обороны до подхода основных сил королевства.

— Что сделано, то сделано, — спокойно сказал я. — В тот момент ничего лучше мне в голову не пришло.

— Вы спасли тысячи гвардейцев короля, а это не мало, — спокойно сказал Верховный маг. — После подхода подкреплений Вам, барон, предстоит отправиться в столицу.

— Вот только этого мне и не хватало, — вздохнув, сказал я. — Думаю, что Вы осведомлены о моих трениях с родом Серых маков.

— О собственной безопасности можете не переживать, — уверенно заявил командующий отряда гвардии. — Никто в королевстве не осмелится напасть на аристократа с наградой "Друг гвардии", а её Вам гарантированно вручат в столице.

— Для наёмных убийц даже корона правителя не всегда показатель неприкосновенности, — улыбнувшись, ответил я.

— Скажем так: титул и земли на границе в сочетание с этой наградой и сведениями о способностях берсерка, повышают цену за Вашу голову до уровня представителей побочных ветвей правящей династии королевства, — сказал Эрой.

Дальнейший разговор пришлось отложить, так как Александра со своими товарищами, завершив исцеление раненых, всё же пришла в лагерь. Как мне кажется, то, что она пришла далеко не сразу, было вызвано не столько необходимостью её помощи раненым, а желанием отыграться за моё игнорирование. Девушка… Что тут ещё можно сказать?

Столица

Спустя три дня мы отправились в столицу в сопровождении пяти сотен гвардейцев. Империя объявила, что вторжение — это личная инициатива приграничной аристократии, которая пренепременно будет наказана. К тому же империя Ворт обязалась выплатить компенсацию за причинённый вред и согласилась с потерей рудника в долине.

В целом, королевство лишь выиграло от этого пограничного конфликта. Однако, если верить командиру гвардии, в ближайший год все гарнизоны на границах будут усилены, так как империя вполне может попробовать отбить рудник, а заодно и повторить попытку прорыва к столице. Но сейчас мы были победителями, а потому настроение, в целом, было неплохим. Кроме того, моя приёмная дочь уже была в столице и дожидалась меня там.

Ещё одной хорошей новостью стало то, что Верховный маг собственноручно подписал прошение к королю о полном помиловании и восстановлении в правах всех защитников поселения. Он сразу предупредил меня, что король наверняка не подпишет бумагу в таком виде, однако, статус рабов для моих воинов будет сменён как минимум на личную гвардию, а это значит, что их потомки будут полноправными жителями страны, а начиная с третьего поколения смогут получать титулы аристократии.

Как пояснил Кел, которого я взял с собой в столицу, для тех, кто попал в рабство, это был наилучший из возможных вариантов. К тому же, по моей просьбе, в список были внесены имена всех, кто погиб при обороне. Для мертвецов это ничего не значило, но их семьи, если они живут на землях королевства, смогут улучшить свою жизнь. Для меня это ничего не стоило, но, как не крути, а хотя бы таким образом я отблагодарю их за то, что они защищали то, что лично для них не имело значения.

Кроме того, командир отряда передал мне в качестве подарка, все повреждённые элементы доспехов, снятые с тел павших гвардейцев и лошадей. Кто-то может сказать, что мне всучили хлам, но я считал иначе. И всё потому, что элитные эльфийские лучники заявили, что этот металл, как нельзя лучше подходит для отливки наконечников бронебойных стрел. Помня о том, на что способны мои лучники, я осознавал, что чем лучше стрелы окажутся в их распоряжении, тем меньше врагов доберётся до укреплений. Оставалось лишь найти кузнеца, который сможет заняться отливкой наконечников.

Я собрался взять с собой и Рэка, но старый орк заявил, что ему нечего делать в столице, и, кроме того, кто-то должен заняться восстановлением форта у поселения и ещё одной линии укреплений на месте, где до сих пор оставался частокол, возведённый имперцами. Спорить было бесполезно, да и я сам понимал, что лучше Рэка, пользовавшегося авторитетом среди бывших рабов, с этой задачей никто не справится.

К тому же, требовалось встретить деревенских, который в скором времени должны были вернуться в своё поселение и обеспечить их защиту. Ну и, естественно, нужно было вновь взять под контроль тропы контрабандистов, которые в скором времени возобновят движение по моим землям. Правда этим должен был заняться заместитель Кела, в подчинение которому я передал четыре десятка ночных эльфов.

И самое главное, мне всё же удалось побыть наедине с моей Александрой. Почему моей? Да хотя бы потому, что Верховный маг позволил нам остаться наедине, что по меркам аристократии королевства было чуть ли не благословением. Только сейчас я узнал настоящее имя девушки, но для меня она по-прежнему оставалась Александрой. Ей это даже нравилось, но всё же она попросила на людях звать её Сионой. Как не крути, но статус её рода требовал строгого соблюдения определённых правил.

Так же я узнал, что именно верховный маг был тем, кто заказал моё убийство в то время, когда я был рабом. Если бы раньше я, скорее всего, постарался бы найти способ отплатить отцу девушки, то сейчас, благодаря знанию местных реалий, понимал, что отец действовал в интересах дочери. Огласка сведений о связи с рабом полностью перечёркивало будущее Сионы и, кроме того, лишало девушку права занимать какое-либо место в совете магов.

Два дня мы провели вместе, но, естественно, не позволяли себе ничего, что могло бы хоть как-то скомпрометировать девушку, а заодно разозлить её отца. Как не крути, а он был тем, кто не спустил бы опрометчивых поступков. Правда гвардейцы, расквартированные в поселении, между собой уже обсуждали вероятность скорого брака и введение меня в состав правящей аристократии. Последнее было весьма забавным предположением, если учесть моё положение и мой недавний рабский статус, который почему-то ставился под сомнение.

Столица империи

Король Готора был воином. Шрамы на его лице и руках были куда красноречивее его телосложения и повадок. Правитель начал празднование победы с поздравления гвардии, особенно выделив отряд, лишивший противника возможности хоть как-то выторговать выгодные для себя условия мира.

Тут же на площади перед резиденцией короля были вручены деньги членам семей погибший гвардейцев. Если верить пересудам, то в каждом из выданных мешочков было не менее двух тысяч монет. По меркам королевства, этой суммы было достаточно для того, чтобы семья из трёх человек смогла скромно прожить пять-шесть лет. Кто-то мог сказать, что этого мало, но по меркам этого мира, где воины не редко гибли на поле боя, подобные выплаты позволяли укрепить поддержку армией правящей династии.

Показательная часть праздника завершилась объявлением о том, что все таверны столицы сегодня оплачиваются из королевской казны, что же до аристократов, то наша часть, хотел бы я сказать банкета, но увы, скорее разноса, только началась. Правда проходила она при закрытых дверях в зале собраний.

Теперь я прекрасно понимал, что король по отношению к знати использует скорее кнут, чем пряник. Первым делом он устроил разнос трём моим соседям, которые задолго до вторжения ушли со своими отрядами на безопасную территорию. Каждый из них должен был в течение двух лет выплачивать утроенный налог на землю. Что же до меня, то вместо благодарности за защиту земель, я был её публично лишён. И причиной было самовольное возведение форта на опасном участке границы.

Любые документы теряли свою силу после этого приказа Короля. Мало того мой титул барона ставился под сомнение и родичи моей приёмной дочери вполне могли оспорить усыновление девочки и забрать её к себе. Казалось, что весь мир разрушился в одночасье, однако, как мне в последствие объяснила Сиона, такое поведение было необходимо для того, чтобы больше никто из аристократов не мог поднять вопроса о моём своеволии и статусе раба в прошлом.

И вот, когда казалось, что богиня удачи вновь повернулась ко мне филейной частью, король перешёл к награждению героев хоть и скоротечной, но всё же войны. Собственно награжденных было всего пятеро. Три командира отрядов гвардии, командующий гарнизона в долине рудников и я. И если служивые получили наградное оружие и новые чины, то со мной дело обстояло несколько иначе.

Во-первых, мне были возвращены все владения, которые не так давно были отобраны Королём. Во-вторых, я официально объявлялся Виконтом королевства. И в-третьих, мои владения расширялись за счёт присоединения к ним двух пограничных застав. Последнее имело для меня как плюсы, так и минусы. Однако, отказываться от дара правителя было не только глупо, но и весьма рискованно. Попавшие в опалу доживали свои дни на рудниках, а мне туда в роли раба попасть не хотелось.

А после был пир, на котором чествовали победителей, вот только для меня на этом пиру были важны лишь две девушки. Моя Александра и малышка Илли, которая с нетерпением ждала окончания официальной части церемонии, чтобы броситься мне на шею. Сиона вела себя куда сдержаннее, но то, что она весь вечер провела рядом с малоизвестным Виконтом, возвысившимся лишь волей случая, было замечено, и если бы не командир отряда гвардейцев, решивший составить мне компанию, то я бы вряд ли избежал неприятностей.

С другой стороны, история о бое у болота, которая ещё до нашего приезда облетела столицу, сама по себе остудила немало горячих голов. Однако, некоторые всё же считали, что у них куда больше прав на общение с дочерью Верховного мага, чем у меня, а потому несколько раз пришлось прибегнуть к помощи Кела, который весьма деликатно объяснял, что по обычаям родины его сюзерена, дуэль должна проходить без доспехов и оружия. Точнее оружием были кулаки и зубы, а бой вёлся до смерти. И так как именно от меня зависел бы выбор вида дуэли и типа оружия, то противникам предлагалось обдумать последствия такого поединка за мимолётное внимание девушки.

Пир завершился лишь к утру, когда большинство гостей еле держались на ногах, а Король решил удалиться в свои покои. Что же до меня, то спать я лягу не скоро, так как всего час назад я получил приглашения от главы тайной канцелярии и Лакдока, в которых говорилось, что этим утром мне было необходимо встретиться с ними. Однако, эти встречи могли подождать, ведь, в первую очередь, мне было необходимо передать дочь под опеку фрейлины королевы и сопроводить Александру до резиденции её отца.

Конец второй книги.

Больше книг на сайте — Knigoed.net