Огненный вихрь вырвался наружу и растопил льдину в нескольких шагах от нас. Как нам повезло, что мы не стояли на ней! Но зрелище было восхитительным! Вихрь, словно огнедышащий дракон, пожирал лед и превращал его в пламя. Мы с замиранием сердца наблюдали за ним. Но через несколько минут дракон поднялся в воздух, а его обитель прямона глазах затянулась льдом. Нечасто увидишь такое! Правда, не всем удается пережить встречу с огненным драконом.

Мы скользили на коньках рядом с тем местом, где только что проснуося вулкан. Чудом нам удалось уцелеть! К счастью, огнедышащие драконы были редкостью в нашей ледяной пустыне. Вилли обнял меня и закружил в обьятьях. Мы чувствовали себя так, будто сегодня родились заново. Я думала о том, что когда-то в нашей Кернии было много цветов и деревьев, на ветках сидели птицы и напевали нежные мелодии. Но, а теперь растения превратились для керинчан в непозволительную роскошь. Если кому-то удавалось найти высохшую травинку, он считался счастливчиком. Но мы любили наш холодный остров, и даже если ненадолго покидали его, рвались домой. Керния манила к себе с невероятной силой, хотя иногда мы мечтали о горячем солнце, теплом море и золотом нежном песке, на котором можно было бы вздремнуть, наслаждаясь огненно-красным рассветом.

А когда-то все было иначе. Мы радовались каждому времени года, пока не произошла настоящая катастрофа. Я была совсем маленькой, когда ледяной ураган ворвался на остров и понёсся по нему, ломая все на своем пути. Дом моих родителей превратился в щепки, а посевы накрыли огромные тяжёлые льдины. Сейчас я стараюсь не вспоминать то жуткое время. Десятки лет понадобились, чтобы научиться жить в совершенно непривычных условиях. Многие тогда бежали из Кернии.

Мои родители забрали меня в другую теплую страну. Но через год мы вернулись обратно. Керния каждый день снилась нам и звала к себе. Эти сны стали невыносимыми, словно магнитом нас затягивало в нашу ледяную пустыню. И так происходило со всеми керинчанам, дерзнувщими покинуть остров. Люди построили новые теплые дома, а все продукты нам привозили из соседних стран в обмен на наши идеи, технологии, сказки и песни. Ведь керинчане считались самым талантливым народом на всей Нилии. Талантами мы действительно не были обделены. Но страшный ураган заставил многих потерять самообладание. Люди изменились, стали черствыми и злыми. Ненависть заполнила сердца.

Но мы с мужем нашли друг друга, и это было настоящим счастьем! Мой Вилли мечтал дать керинчанам радость и каждый день повторял мне одно и то же:

— Как бы я хотел стать президентом Кернии!

Я как обычно расхохоталась.

— Ты в последний раз говорил мне это пятнадцать минут назад.

Глаза мужа стали печальными. Я не имела права насмехаться над ним. Нужно было наоборот его поддержать.

— Слушай, — вдруг воскликнула я, — а почему бы тебе не пойти и не попробовать!

Он с таким изумлением посмотрел на меня будто впервые услышал, что свой замысел можно осуществить.

— Ты думаешь, у меня есть шанс?

— А ты считаешь, кто-то кроме тебя рвется управлять нашей ледяной пустыней? Хотя я слышала, что какой-то Кэрн подал заявку.

— Кэрн?!

Вилли засмеялся.

— Если это тот безумец, который со мной учился в школе, то у него вряд ли что-то получится. Но я рад, что хотя бы один мужчина наконец решился участвовать в выборах.

Я смотрела на мужа и не верила глазам. Передо мной стоял уверенный в себе президент. Мне показалось, что он уже выиграл выборы, и, улыбаясь, вспоминал своего смешного соперника.

— Ты думаешь, этот Кэрн ни на что не способен?

— Из него сказочник хороший! Но не президент, только бы это был тот самый Кэрн, с ним я точно справлюсь!

Таким счастливым мужа я ещё никогда не видела.

— Но главное Кэрн — мужчина! — продолжал Вилли. — А сражаться с такими же как ты гораздо проще, чем с вами, о прекрасные дамы!

Он нежно посмотрел на меня.

— С нами и не нужно сражаться! — кокетливо заявила я.

Вилли что-то обдумывал.

Я взглянула вниз и поняла, что мы оказались на вершине небольшой ледяной горы. Вилли сделал несколько маленьких кругов, подъехал ко мне и поцеловал. Я не смогла сохранить равновесие, он попытался меня удержать, и мы вместе полетели вниз. Я лежала на льду не очень далеко от мужа и громко смеялась. Вилли встал, подъехал ко мне и помог подняться. Я бы и сама справилась, но мне нравилось, когда он заботился. Здесь внизу мы могли целоваться сколько угодно и с удовольствием воспользовались этой возможностью.

— У тебя все получится! — пообещала ему я.

До сегодняшнего дня Вилли не верил в себя. С одной стороны, он с самого детства хотел стать правителем, но, с другой, очень боялся. Каждые два года в нашей стране менялись президенты, но он ни разу не рискнул предложить свою кандидатуру. У него был всего один, но очень серьезный недостаток: он не был девушкой. А уже несколько сотен лет правителями Кернии были женщины. Эти хрупкие нежные создания не допускали противоположный пол к власти. Они считали, что мужчины должны заниматься чем-то более простым.

"Заботьтесь о своих возлюбленных, — говорили прекрасные правительницы, — пойте серенады! Дарите цветы! Радуйте любимых! Вот ваш удел! Только мы, женщины способны заниматься важными вопросами! А ваша главная задача не мешать! А если вы ослушаетесь нас, дорогие мужчины, то мы выгоним вас из теплых домов и превратим в ледышки!"

И представители сильного пола покорно смирялись со своей участью. Ведь многие правительницы воплощали в жизнь свои угрозы, заставляя мужчин трепетать от страха и молить о прощении. Совсем недавно мужчины Кернии получили равные с женщинами права. Но, увы, керинчане почти никогда не голосовали за мужчин. Но мой бедный муж все равно продолжал мечтать. И я мечтала вместе с ним. Я была уверена, что он сможет управлять страной лучше, чем любая самая умная женщина! Если есть сильное желание, оно обязательно осуществится! Просто не может быть иначе!

Мы вернулись домой, и мой возлюбленный наконец начал действовать. Я была безумно благодарна этому Кэрну. Как хорошо, что есть на свете чудак, который помог моему мужу поверить в себя. Если бы не он, Вилли бы никогда не решился.

Я раздвинула шторы. Лучи солнца прорвались в комнату, и мне показалось, что это знак свыше, ведь солнце было редким гостем в наших краях. Раз оно снизошло до маленькой Кернии, то стоит ждать чуда.

Вилли что-то судорожно набирал на компьютере, посылал электронные письма, куда-то звонил. Ну а я занялась приготовлением ужина. Мне хотелось сделать что-нибудь особенное и устроить семейный праздник.

Ледяная вьюга кружилась над нашим домом, раскидывая повсюду огромные хлопья снега.

Сегодня на улицу не хотелось. Но Вилли невозможно было удержать дома. Пять разных организаций назначили ему встречи на одно время. Журналисты поджидали его с утра около нашего дома, не боясь бури, ведь для них интервью было важнее всего на свете. Вилли весь светился от счастья. Именно о такой жизни он мечтал. А я уже сомневалась, что хотела ее. Слишком много суеты! Больше всего я ценила наше спокойное семейное счастье. Я тщательно выгладила мужу костюм с бабочкой, накормила его завтраком, и он отправился в мир, манящий необыкновенными возможностями. Мой муж мечтал сделать для людей что-то прекрасное. Пройдут годы, десятки, сотни лет, а они будут вспоминать Вилли добрыми словами. И тогда он весело скажет откуда-то издалека, со своего невидимого никому из живущих облака:

— Все было не зря! Я выполнил свое предназначение!

Я закрыла глаза. Неужели его мечты станут реальностью?! Пока в это трудно поверить, но так хочется, чтобы ему удались все его замыслы. Да, наша жизнь станет не такой, как сейчас. Но может мое предназначение именно в том, чтобы он преодолел все препятствия на своем пути и сделал то, о чем он мечтал.

Когда Вилли вернулся, было уже совсем темно. Я провела весь день, изучая древние книги. Я историк. К сожалению, раскопками заниматься в нашей ледяной Кернии было трудно, а вот читать и переводить книги разных эпох вполне можно. Я открыла дверь мужу. Он обнял меня и стал танцевать.

— Завтра будет мое интервью! — воскликнул Вилли.

— Думаю, ты держался молодцом!

— Ну…на фоне Кэрна это было нетрудно! — весело ответил он.

— Кэрн действительно твой одноклассник?

— Да! Все такой же шут, как и был! Знаешь, что он отвечал на все вопросы?

— Наша Керния — лучшая страна на свете! — смеясь, сказала я.

— Это он тоже говорил. Но когда его спросили, как он может улучшить жизнь керинчан, он ответил вопросом на вопрос. "Вам разве нравится, что у нас и летом и зимой холодно? Вы не возражаете, если я климат поменяю?" Журналисты хохочут, а он с серьезным видом говорит: "Вы за меня проголосуйте, я стану волшебником и, все проблемы решу! В Кернии станет тепло, будем загорать на солнышке, купаться в теплом море. Урожай будем собирать каждый день! Ещё вопросы есть?" Журналисты посмеялись и стали меня спрашивать.

— А ты что сказал?

— Что и без волшебства можно многое сделать и поделился с ними своими идеями. Они слушали, раскрыв рот. Только Кэрн почему-то постоянно хохотал, как будто я такой же шут, как и он.

— Ну и чудак он! Здорово, что тебе такой соперник достался.

На следующий день моего мужа показали по телевизору. Он был весь красный от волнения. Нарядный, красивый, но держаться на публике он совершенно не умел. Кэрн был в белом простеньком костюме, без бабочек и галстуков. Но его уверенность в себе меня потрясла. Он всем рассказывал о том, что непременно станет волшебником, научит керинчан добру, умению любить и ценить друг друга, избавит нас от болезней и вообще от любых невзгод. В общем, обещал рай нашей замороженной Кернии. Слова его звучали смешно, но он говорил все с таким видом, что я чуть было сама не поверила ему. Это меня напугало, он словно гипнотизировал людей.

Я много раз пересмотрела это интервью, следила за каждым движением мужа и Кэрна. Было уже далеко за полночь, и Вилли сладко уснул. Я вдруг явно осознала, что он не замечает собственных промахов. Но при этом Вилли напряжён, а Кэрн абсолютно спокоен. Нельзя недооценивать соперника. А если Кэрн не смотря ни на что возьмёт и выиграет выборы?!

Я смотрела на Вилли. Он немного похрапывал и улыбался во сне. Если керинчане выберут Кэрна, Вилли этого не переживет!

— Тебе нужно научиться правильно вести себя перед камерой! — сказала я спящему супругу и нежно поцеловала его.

— А что, я разве неправильно себя вел? — сонно ответил он.

Я не могла спать. Мысль о том, что этот Кэрн может обойти моего мужа, не давала мне покоя. Я боялась за Вилли. Не стоило ему участвовать в выборах. У него хрупкое доброе сердце. Политика — это не игра. А я сама толкнула его в самую гущу событий. Я не прощу себя, если мы проиграем. Нужно сделать все, что в моих силах, чтобы Вилли победил. Женщины в нашей стране решают все! И я добьюсь поставленной цели! Берегитесь меня, Кэрн! Вилли теперь не один!

Я надела коньки и вышла на улицу. Без коньков, к сожалению, передвигаться можно было только дома. На коньках ездили все: и старушки, и дети. Малыши учились кататься раньше, чем ходить. Дворники старательно вычищали лёд. Даже самые серьезные учёные не могли объяснить, почему у нас любые дороги покрывались ледяным покрывалом.

Многие считали, что в Кернии существует какая-то магия, не впускающая к нам никакие другие сезоны, кроме постоянной морозной зимы. Можно было бы конечно переехать в другую страну. Но Керния манила обратно, и люди возвращались. Ведь мы обожали свою холодную родину.

Я плавно скользила по темной безлюдной улице. Кружился лёгкий белый снег. Я ловила снежинки ртом и мечтала о том дне, когда мой любимый Вилли победит. Вдруг я увидела силуэт мужчины. Он ехал недалеко от меня. Я пригляделась. Это был известнейший учёный нашей страны: Лутте! Не часто встретишь такого знаменитого человека! Он сделал много открытий. Неужели я встретила его прямо здесь возле дома? Я набралась храбрости и подъехала к нему ближе.

— Здравствуйте, вы Лутте?

Он достал из кармана очки и надел их, чтобы лучше меня рассмотреть.

— Да, я Лутте. А почему такая красавица бродит ночью одна? Вы не боитесь бандитов?

Я засмеялась.

— Я ничего не боюсь! Мне не спится. А сегодня нет ветра, вот я и решила прокатиться.

— Вы замужем? — вдруг спросил он.

Я никак не ожидала от великого ученого такого странного вопроса. Неужели он решил заигрывать со мной?

— Да, и я уверена, вы знаете моего мужа.

Лутте покачал головой.

— К сожалению, нет, кто же этот счастливчик?

— Вилли.

— Вилли? — он с восторгом посмотрел мне в глаза, — Вилли наш будущий президент!

— Да! Я жена будущего президента!

В этот момент гордость переполняла меня.

— Поздравляю вас! — радостно сказал он. — А вы никогда не догадаетесь, с кем я снимаю дом на соседней улице!

Я задумалась. Лутте был обычным весёлым парнем, хотя мне казалось, что учёный должен быть важным, серьезным и с большой бородой. Лутте бороду не носил. У него были светлые короткие волосы. И он явно искал приключений.

— Нет, я не представляю, с кем вы снимаете дом! — смеясь, ответила я.

— С Кэрном!

Я никак такого не ожидала. Неужели соперник моего мужа живёт на соседней улице? И этот Кэрн снимает дом вместе с великим учёным! Одного я понять не могла: почему наша страна не может выделить деньги на покупку дома такому гению? Его открытиями пользуется вся Керния.

— Когда Вилли станет президентом, у вас будет свой дом! — сказала ему я, — Несправедливо, что великому учёному приходиться снимать жилье!

— Спасибо! Но меня все устраивает! Кэрн не хочет жить со своими родителями, а я не хочу со своими! Прекрасные дамы пока даже не смотрят в нашу сторону! — он театрально вздохнул. — Вот мы и решили объединиться и пожить самостоятельно.

— Лутте, вы обязательно встретите свою любовь! Просто иначе и быть не может!

— Спасибо вам! Теперь я полностью спокоен за свою личную жизнь! — смеясь, ответил он.

Я улыбнулась этому великому человеку. Мне хотелось поговорить с ним ещё. Конечно, я обожала своего супруга, но к этому мужчине я чувствовала какую-то особенную симпатию и уважение. Что-то в нем меня притягивало, хотя он не был красавцем.

— Как забавно получилось, я уже столько времени общаюсь с вами, но вы до сих остаётесь для меня прекрасной незнакомкой. Как вас зовут? — кокетливо спросил он.

Я подарила ему сладкую улыбку.

— Алла!

— У вас просто волшебное имя, Аллочка! Пойдёмте к нам? Я вас познакомлю со своим другом, Кэрном!

— С соперником моего мужа?! — вспыхнула я. Мне вдруг стало не по себе, словно меня и вправду решили заколдовать.

— Врага нужно знать в лицо! — весело заявил он.

— Я подумаю!

Мне не нравилось это приглашение. Но Лутте не унимался, он достал листок бумаги из кармана, написал на нем свой адрес и протянул мне. Он так посмотрел на меня, что я не смогла отказать и положила адрес в карман.

— Я вижу вы девушка верная! И мы с Кэрном не посмели бы обидеть вас. Приходите к нам с мужем. Кэрн давно мечтает подружиться с Вилли! Уже все уши прожужжал мне об этом. С утра до вечера твердит: "Вилли такой интересный человек! Если бы мы не были соперниками, я бы за него проголосовал, хотя он постоянно говорит глупости!"

Этого стерпеть я не смогла. Я взглянула на него суровым взглядом.

— Мой муж говорит глупости?! А этот ваш друг…, который постоянно твердит, что хочет стать волшебником, наверное, очень умён?!

Лутте даже испугался моего напора.

— Ну, простите меня! Кэрн такого не говорил. Он сказал просто, что не все идеи вашего мужа осуществимы.

— А идеи вашего Кэрна вообще детские фантазии!

Лутте пожал плечами.

— Так он и не собирается становиться президентом. Мы просто с ним поспорили, я думал он не рискнёт участвовать в выборах. А он взял и рискнул, чтобы меня повеселить. Вот и все! Но мы с ним уверены, что ваш муж выиграет. Только пусть завтра на дебатах постарается быть более убедительным, а то Кэрн даже из вежливости не сможет промолчать!

Я все больше злилась! Они просто насмехаются над Вилли.

— До свидания, пусть ваш Кэрн тоже подумает, что говорить, а то… ему конец! — жестко ответила я и поехала домой.

Я вернулась, когда уже было совсем светло. Вилли приготовил нам вкусный завтрак.

— Где ты была всю ночь? — с лёгким возмущением спросил он. — Я думал, мы проспим всю ночь в обнимку. Я скучал.

— Я общалась с другом нашего врага!

— Что?

Я рассказала ему о встрече с Лутте. Я была вне себя от возмущения, когда рассказала ему, что Кэрн "даже из вежливости не сможет смолчать, если Вилли скажет глупость". Но мой удивительный супруг сохранял полное спокойствие.

— Кэрн не так прост, как кажется! — резюмировал он. — Но мы ещё посмотрим кто кого!

Мне опять показалось, что Вилли уже давно стал президентом, словно все уже совершилось. Он сидел на кресле влюбленный и счастливый. Ни тени волнения не было в его глазах.

— Ты прекрасен! — воскликнула я. — Именно таким и будь завтра, от этого Кэрн точно потеряет самообладание!

Он поцеловал меня.

— Мне не нужно, чтобы он волновался и переживал. Я просто переиграю его и все! И пусть дальше веселится.

Он внимательно посмотрел мне в глаза и сказал:

— Пойми, у этого смешного "волшебника" нет ни единого шанса!

Целый день Вилли готовился к завтрашнему выступлению. Он записывал речь, тренировался перед зеркалом, смотрел видео о поведении на публике. Я давала ему разные советы. Он не всегда соглашался со мной, но сегодня мы оба открыли друг в друге нечто новое. Мне казалось, что за один единственный день мой муж освоил гораздо больше умений, чем за целую жизнь. А я была его верной спутницей, готовой найти ответ на любой вопрос. Завтра нам предстоял экзамен нашей жизни. От него зависело будущее не только наше, но и целой страны. Сумеет ли Вилли убедить керинчан, что он достоин великого звания "президент"? Сможет ли он доказать, что Кэрн пустышка по сравнению с ним?!

Наступил новый день, полный волнений и переживаний. Я поцеловала мужа на прощание и начала работать. Передо мной лежала книга, написанная на языке народа, живущего в Кернии до керинчан. Но только у меня совершенно не получалось переводить тексты. Мысли кружились вокруг Вилли и не впускали никакие истории древних народов. Как он там? Вспомнил ли то, чему мы учились целый день? Мне было трудно сосредоточиться, и я решила посмотреть какой-нибудь фильм.

Книга, словно услышав меня, сама захлопнулась, и я включила телевизор. Я была поражена: мой Вилли выступал в прямом эфире! Думаю, ещё вчера он не до конца понимал, что ему сегодня предстоит. Сейчас он сидел напротив Кэрна на сцене. Вокруг них полукругом стояли журналисты, операторы, режиссеры. Они ловили каждое слово моего мужа и его забавного соперника. Кэрн так и не поменял костюм. Его наряд был белоснежным, как и в прошлый раз. А Вилли в своем темно-синем костюме с черным галстуком выглядел строго и серьезно.

Зал был переполнен зрителями.

Мое сердце бешено колотило от волнения. Если бы я не взяла себя в руки, оно бы, наверное, выпрыгнуло наружу.

На сцену вышла ведущая и задала вопрос Вилли. От моего супруга веяло спокойствием и уверенностью. Он напоминал удава, медленно и с улыбкой пожирающего свою жертву. А жертвой, конечно, был Кэрн. Правда, он явно себя так не чувствовал. Его вопросы скорее забавляли публику, чем имели реальный смысл. Вилли говорил, как диктор. Его речь звучала красиво и ярко. Кэрн всеми силами старался поставить соперника в неудобное положение, но ответы моего восхитительного удава были сильными, сжимающими кольцо вокруг противника. Правда, противник тоже не сдавался. Зрители постоянно хохотали, словно смотрели смешную комедию. Но я знала, что идёт настоящая борьба, и гордилась мужем. Сегодня он затмил Кэрна, который только и мог предложить людям бессмысленные сказки о добре и райском недостижимом счастье. Я смеялась от души.

Когда оба кандидата закончили выступление, Кэрн неожиданно попросил слово.

Время вышло! — жестко ответили ему.

Но он выхватил у ведущей микрофон и начал говорить:

— Я восхищен сегодняшним выступлением Вилли! Он заслуживает того, чтобы стать президентом!

Я даже вскрикнула от изумления. Неужели, соперник способен сказать такое?! Но ещё больше меня удивили его следующие высказывания:

— Сегодня Вилли показал, что у него действительно есть идеи, и мне они правда понравились!

Я чуть не упала со стула.

— Простите меня, дорогие керинчане, но я не буду больше соревноваться с Вилли. Я решил участвовать в выборах ради шутки, чтобы повеселить друга и родителей. Но сегодня я увидел в Вилле талантливого и умного политика и поэтому не хочу ему больше мешать. Он станет замечательным правителем! Давайте поддержим его вместе!

Аплодисментов не было, хотя похоже Кэрн ждал их. Люди переглядывались. В зале стояла полная тишина.

— Дарите друг другу любовь, — вдруг сказал Кэрн, — ведь без вашей любви ледяная маленькая Керния окончательно замёрзнет, и мы никогда уже не сможем отогреть ее! В этом и состоит наше главное волшебство!

Вилли так расчувствовался, что на его глазах заблестели слезы. Я не верила услышанному.

Керинчане, сидящие в зале, молчали. Больше никто не говорил, что в эфире кончилось время. Все смотрели на Кэрна широко раскрытыми глазами, ожидая, что же он сделает дальше.

А он торжественно поклонился всем и вышел из зала.

Журналисты понеслись за ним. Кэрн не обращал на них ни малейшего внимания, хотя все камеры были направлены на него. Он надел коньки и заскользил по льду с такой скоростью, что операторы так и не смогли его догнать. Зато я хорошо разглядела снежинки, и мне показалось, что они тоже застыли в воздухе, как все керинчане, изумлённые поступком этого необычного человека.

Я никак не могла дождаться супруга. Мне хотелось обсудить с ним произошедшее. По телевизору постоянно мелькали Вилли и Кэрн. По всем каналам обсуждали каждого из них. О Вилле говорили в основном хорошие слова, и это меня радовало. А вот Кэрна не понимали. В его уходе пытались найти какой-то тайный смысл, но никаких логичных объяснений его поступку придумать не могли.

Я надела коньки и отправилась встречать мужа. Шальные снежинки неслись мне навстречу, я думала о Вилли. Наверное, он вернётся счастливым и целый вечер будет рассказывать мне о своей победе. Где-то за домами промелькнул силуэт молодого мужчины с черными кудрями. Мне захотелось разглядеть его получше, и я рванула в его сторону.

Это был Кэрн. Он мчался куда-то на коньках и не заметил меня, хотя я ехала совсем близко.

Мне очень захотелось узнать, почему он решил больше не участвовать в выборах. Должна же быть у него какая-то причина. Я больше не воспринимала его как соперника Вилли. Наоборот, он помог моему мужу осуществить мечту! А сам ушел, чтобы не мешать. Нужно было поблагодарить его. Но пусть вначале Вилли станет президентом, а потом мы найдем способ вознаградить Кэрна за его замечательное решение!

Бывший соперник Вилли давно обогнал меня. Но разве я смогу догнать его? А почему бы и нет! Я катаюсь на коньках с детства и однажды выиграла в соревновании. Мне показалось, что мои коньки поднялись в воздух и полетели быстрее ветра! Какая-то неведомая сила гнала меня вперед. Мы поравнялись.

— Кэрн! — закричала я, задыхаясь, — остановитесь!

Он обернулся и поехал ко мне. Мы чуть не стукнулись друг об друга, но, к счастью, успели затормозить.

Я никак не могла отдышаться, но, встретившись с ним глазами, почувствовала лёгкость и спокойствие. Что-то необыкновенное зарождалось во мне, но это было не то прекрасное чувство, которое испытывают влюбленные.

Невысокий мужчина, и вроде бы в нем ничего особенного, кроме его необычных глаз! Перед ними, мне кажется, расступились бы все моря мира! Я чувствовала, что растворяюсь в них. Похоже, он действительно волшебник.

— Добрый вечер, Алла — ласково сказал он.

Я с изумлением посмотрела на него.

— Откуда вы знаете мое имя?

— Мой друг Лутто рассказывал о девушке, мечтающей стать женой президента. Он так красиво описывал вас, что я бы не смог ошибиться. Мне показалось, он влюбился.

— Вы серьезно так думаете?

— Не знаю, но больше он ни о ком так часто не говорил.

Он помолчал немного.

— Вы обиделись на него? — Кэрн вгляделся в мои глаза, словно пытаясь прочитать в них о чем я думаю.

Я улыбнулась.

— Теперь уже нет, Кэрн! Лутте помог моему мужу подготовиться к сегодняшнему мероприятию. Он, конечно, старался высмеять нас, но это сыграло нам на пользу!

— Ваш муж — молодец! — заявил Кэрн, — но мне кажется, если бы не вы, у него бы ничего не получилось!

Я немного покраснела, а потом набралась храбрости и спросила:

— Почему вы отказались участвовать в выборах?

Теперь покраснел он. Он явно не хотел говорить об этом, и я уже собиралась сменить тему, но он всё-таки ответил:

— Вилли хочет управлять Кернией, он сможет улучшить жизнь керинчан и… я понял, что для него это очень важно…

— А вы?

— Мне это не нужно! Я не умею руководить людьми! Я просто хотел пошутить!

— Ну что же! Если бы не вы, Вилли бы никогда не решился попробовать.

— Я рад, что смог ему помочь!

— Мне бы хотелось, как-то отблагодарить вас.

— Пусть он добьется своей цели и будет счастлив, мне больше ничего не нужно!

Никогда не встречала насколько благородных людей! Здесь, в нашей ледяной замерзшей стране, мало кто заботился о чужих людях! А этот странный мужчина наслаждается радостью других. Конечно, мы с Вилли готовы были пожертвовать друг для друга чем угодно. Но в наших сердцах царила любовь! А разве можно отказаться от своей цели ради одноклассника, с которым ты не общался много лет? Ради шутки не участвуют в выборах! Вилли шел к этому долгие годы! Я не могла понять Кэрна, но он мне нравился все больше.

— Заходите как-нибудь к нам! — предложила я. — Вы теперь наш друг!

Кэрн улыбнулся мне.

— И вы тоже приходите!

Мы попрощались, и он исчез за домами. Что-то в нем было и вправду чудесное. Никогда в жизни я не встречала таких людей. Его низкий завораживающий голос, улыбка, детская наивность, бесконечная доброта, — все вызывало симпатию. Я даже подумала, что если бы не была замужем… Я сразу же откинула эти мысли.

Кто-то подъехал ко мне сзади и обнял за плечи. Я оглянулась и увидела Вилли.

Он поцеловал меня. Сегодня был лучший день в нашей жизни!

У Вилли больше не осталось соперников. Мы медленно скользили по огромным ледяным просторам, а Вилли рассказывал мне о своем выступлении. Он, оказывается, очень волновался, но научился этого не показывать.

Я восхищалась мужем, всего за один день он стал прекрасным оратором! Если бы мне кто-то просто об этом рассказал, я бы не поверила.

Мы вернулись домой. Вилли уселся на диван, а я свернулась калачиком вокруг него.

Я встретила Кэрна, — сказала я, — здесь, около нашего дома! Он отказался, потому что решил, что для тебя это важнее, чем для него.

Вилли усмехнулся:

Ты ему поверила?

— Ему трудно не поверить. Он…, - я не знала, как это объяснить.

— Я знаю, о чем ты говоришь! Он действительно необычный. Мне и в детстве так казалось. Кэрн не такой, как другие. И ещё я знал, что он может отказаться во имя своих "великих" идей. Я сегодня в шутку перед эфиром заявил ему, что жена разведется со мной, если я не стану президентом. Представляешь, он с таким ужасом на меня посмотрел.

— Так вот почему он отказался! — воскликнула я, — ты обманул его, напугал! Так ты поэтому считал его слабым соперником? Ты искал способ заставить его уйти?!

Я вдруг поняла, что Вилли жестокий человек. Его задача была любой ценой заставить Кэрна сдаться. Это нечестная игра: надавить на принципы соперника, на его представления о хорошем и вытеснить. Я не ожидала такого от мужа!

— Ты просто воспользовался добротой Кэрна! Неужели тебе не стыдно?

— Не стоило тебе с ним разговаривать, Алла! Ты сошла с ума!

— Я сошла с ума?

Мне было больно. Неужели у моего любимого человека совсем нет совести?

— Прости! Но я больше не собираюсь тебе помогать! Ты поступил подло! Я хотела, чтобы ты стал президентом, потому что это важно для тебя;

Я надела коньки и вылетела из дома.

Неожиданно передо мной появился Лутте. Он как будто бы выпрыгнул из-под льдины. Настроение у него было просто замечательное, но, увидев меня, он сделал сочувственное лицо.

— Алла, вы чем-то расстроены?

— Вы что, меня специально искали? — возмутилась я.

— Нет, просто проезжал и случайно вас увидел. Вы смотрите вниз, а когда у девушки такой взгляд, она на кого-то обижена!

— Лутте, я понимаю, что вы учёный, но ваши теории ко мне не подходят!

— Вот как?! Так на кого вы обижены?

Он был неисправим. Мне тоже стало смешно.

— Я уже боюсь вас! Ладно, я скажу вам все, как есть. Я поругалась с мужем!

Он поморщился:

— Как нехорошо, ругаться с президентом! Ай-яй-яй! Ну ничего, сейчас я все улажу! У меня есть мастер по таким делам! Минутку…

Он достал телефон и кому-то позвонил:

— Есть дело по твоей части!

Я совсем разозлилась. Что он делает и зачем?! Я сама в состоянии разобраться с Вилли!

— Кому вы звонили?!

Лутте показал мне рукой на приближающийся силуэт.

— Вон, едет мастер!

Я пригляделась. Кэрн почти мгновенно оказался возле нас. Лутте похлопал друга по плечу.

— Кэрн, ты представляешь, случилось ужасное несчастье! — заявил он и громко наигранно зарыдал, — президент и его прелестная супруга поссорились! Это же трагедия для всей страны!

— Может, ещё журналистов сюда пригласите? — обиделась я.

— А почему бы и нет! — продолжал Лутте. Он, похоже, был сегодня в ударе.

Я развернулась и уже хотела уехать, но Кэрн остановил меня жестом руки.

— Лутте! — мягко сказал он, — раз уж ты меня вызвал, разреши мне поговорить с Аллой наедине!

— Как скажете! Величайший из величайших мастеров!

Лутте уехал от нас, напевая какую-то веселую песенку собственного сочинения:

"Мы не ходим в магазины и не ездим на машине, наше дело — мир спасать и нельзя нас отвлекать!"

Кэрн смотрел на меня таким добрым взглядом, что мне захотелось рассказать ему, что Вилли обманул его.

— Я не знаю, зачем Лутте впутал вас в это дело, вы здесь совершенно ни при чем…, - начала я.

Кэрн покорил меня полностью ласковой улыбкой.

Я не знала, как ему сказать, что мой любимый муж специально заставил его отказаться участвовать в выборах. Но Кэрн должен знать правду!

Я услышала шум коньков, обернулась и увидела Вилли. Он с обидой посмотрел на меня и на Кэрна и, возможно, хотел нагрубить, но сдержался и пожал руку бывшему сопернику.

— Ты ушла восстанавливать справедливость? — возмущённо спросил он меня.

Я хотела что-то ответить, но Кэрн опередил меня.

— Нет, Вилли, мы совершенно случайно встретились здесь с Аллой…

Кэрн старался меня защитить, но это было лишним. Да и врать у него не получалось.

— Вы с детства не умеете обманывать, Кэрн! — заявил Вилли. — Неужели вы с Аллой что-то скрываете?!

Муж впервые в жизни сильно приревновал меня.

— Вместо того, чтобы участвовать в выборах, — продолжал Вилли, — вы решили отбить у меня жену, Кэрн? Вот какие они — ваши моральные принципы! Вот почему Алла так вас защищает!

Я не верила ушам. Да как он может такое говорить?! Если Кэрн отказался ради того, чтобы я не бросила Вилли!

Кэрн долго смотрел на Вилли, словно пытаясь заглянуть в его душу. А в его душе действительно творилось что-то невообразимое. Я взглянула на мужа и мне стало страшно. Злые разъяренные глаза, сжатые кулаки. Ещё мгновение, и он бы, возможно, убил Кэрна. Я уже не знала, что делать. Правда, взгляд Кэрна был настолько добрым, что Вилли просто не мог поднять на него руку.

Лутте резко выехал из-за домов и сразу заполнил все пространство своими глупыми шутками:

— О! И господин президент здесь! Как я рад вас видеть! Так вот, я хотел сказать вам, что у вас замечательная жена. Не ссорьтесь с ней! А то мало ли что…

Муж становился мрачнее тучи.

— Лучше бы меня тогда уничтожил огнедышащий дракон!

— Вы тоже его видели! — с восторгом воскликнул учёный.

Но Вилли ничего не ответил, он ходил взад-вперёд, кидая на меня и на Кэрна суровые взгляды:

— Вилли! — наконец не выдержал Кэрн. — Ваша жена любит вас! Я отказался участвовать в выборах, потому что мне это не нужно. Ваша жена не имеет к этому ни малейшего отношения. Я расскажу вам одну историю.

— Да! Кэрн мастер душещипательных историй! — заявил Лутте. — Я всегда горько-горько плачу от них!

Кэрн засмеялся:

— Лутте, если ты заплачешь на этот раз, я дам тебе платочек!

Он начал говорить тихим приятным голосом, и мы все сразу же заслушались. Вилли застыл на месте, как завороженный. Я затаила дыхание. Лутте смотрел на Кэрна так, словно он сейчас откроет всем самую главную истину.

Однажды один король влюбился в красавицу по имени Изоль. Они поженились и были счастливы много лет. Но король начал седеть, лицо его покрывалось морщинами, а Изоль оставалась все такой же молодой. Юные принцы заглядывались на нее, а король ревновал. Он спрашивал жену: почему ты всегда молода?

— Я сохраняю молодость для тебя, любимый! — отвечала она ему.

С каждым годом король становился старше и ревновал все больше, хотя Изоль всегда любила только его. Однажды он сказал ей:

— Я хочу, чтобы ты стала старой, как я!

И в этот же миг она постарела. Её лицо паутиной окутали морщины и она выглядела совсем не так, как раньше. Король увидел ее и убежал. Изоль долго плакала, ведь муж не оценил ее любви. Она была молодой ради него и постарела, чтобы он был доволен ей. Они прожили в разлуке друг с другом много дней. Но потом он вернулся к ней и понял, что все также любит, ведь глаза Изоль остались прежними. Он умолял ее вернуться, но она не смогла его простить. Ревность и обида погубили их счастье!

Когда Кэрн закончил я заплакала. Вилли прижал меня к себе.

— Прости! На меня что-то нашло!

Он посмотрел на Кэрна:

— Вы тоже меня простите! Я сам не понимаю, почему стал вас обвинять. Вы не способны творить зло!

Кэрн широко улыбнулся.

— Все в порядке, Вилли! Вы любите жену, а любовь и ревность — верные друзья! Но сосредоточьтесь именно на любви!

Вилли кивнул ему.

— Кэрн, я хочу, чтобы вы вернулись и продолжили нашу борьбу, иначе Алла будет считать, что я выгнал вас какими-то нечестными методами.

Лутте не мог промолчать:

— Так вот из-за чего господин президент поссорился с прекрасной женой! Кэрн, какой почет! Из-за вас уже люди ссорятся! Вы уже завоевали домик в их сердцах! А может и целый домище! Куда мне, бездарному учёному, до вас!

— Мне не нравится этот мрачный домища, — заявил Кэрн с грустью, — я бы предпочел светлую маленькую пещерку, где нет обиженных и все счастливы! Так что, уважаемые влюбленные, переселите меня, пожалуйста.

Мы с Вилли переглянулись. Мне показалось, что мы знали Кэрна уже сотню лет. И в какой-то момент я даже вдруг захотела, чтобы он стал правителем Кернии. Думаю, он бы никому не позволил ссориться. А если бы кто-то попытался, рассказал бы трогательную историю, и все бы сразу наладилось.

Кэрн словно угадал мои мысли:

— Я не хочу быть президентом! Я не хочу ни с кем бороться! Алла, ваш муж должен попробовать себя! Давайте не будем ему мешать! И не думайте, что я поверил в его шутку! Вы так его любите, разве вы можете его бросить из-за такой ерунды?! И запомните, — он подошёл ко мне совсем близко, — нет таких методов, которые бы заставили меня сделать то, чего я не хочу!

Дни бежали один за другим. Вилли постоянно выступал перед публикой. Я работала его секретарем, рассылала письма, отвечала жителям, а иногда даже выступала вместе с мужем. Кэрна и Лутте мы больше не видели. Постоянные встречи и подготовка к ним не оставляли нам ни секунды свободного времени. Иногда Вилли говорил, что уже устал быть президентом, даже не начав. Уж слишком бешеной стала наша жизнь. А мы привыкли к спокойному, милому, уютному семейному гнездышку.

— Представляешь, что будет, — говорила я мужу, — когда ты начнешь управлять страной?!

— Станет ещё веселее! Я уже мечтаю о тех временах, когда мое управление закончится!

Я сладко зевнула. Мы сидели перед компьютером и сочиняли текст очередного выступления. Я записывала все в маленький бумажный блокнот. Так мне было удобнее. Но сейчас я так хотела спать, что из моей руки выпала ручка. А у Вилли в очередной раз завис компьютер, лишив нас возможности работать. Как давно мы уже не могли хорошо выспаться!

— Вилли, а может ты тоже откажешься?!

Он вдруг с испугом посмотрел на меня:

— А как же наша Керния? Нынешняя президент заявила, что не может дождаться выборов, она мечтает об отдыхе!

— И я мечтаю! — сонно протянула я.

— Нет! — уверенно заявил Вилли. — Я не смогу так поступить с любимой страной!

— Вредный Кэрн не дал тебе шанса отказаться!

— Да, но ты не должна мучиться вместе со мной!

— Должна, — вздохнула я, — нельзя бросать любимого мужа на полпути.

Но Вилли меня не слышал. Он уснул прямо перед зависшим компьютером.

До выборов оставался один день. Вилли рано утром уехал на конференцию, даже не поцеловав меня. Я спала и просыпаться очень не хотела. Мне приснился необычный сон. Я медленно шла по разноцветной пушистой траве. Больше всего мне понравилась травинка цвета солнца. Такая яркая! Я протянула руку и хотела сорвать, но вдруг кто-то окликнул меня.

Я оглянулась и увидела Кэрна.

— Алла, оставь ее, пусть растет! — сказал он мягким завораживающим голосом.

— Где мы? — спросила я его.

Солнечный зайчик запрыгал по его лицу, он засмеялся и сказал:

— Это наша Керния!

Вдруг откуда-то из-за деревьев вышел Вилли. Он принес коньки и протянул их мне:

— Разве можно без коньков выходить из дома!

Я хотела что-то возразить, но вдруг одна из птиц запела громким басом какую-то неприятную песню. Я резко открыла глаза. Передо мной лежал телефон Вилли и звонил. Я понемногу начала приходить в себя. Неужели той прекрасной Кернии не существует?! Ну зачем этот звонок ворвался в мой сказочный мир? Как же мне не хотелось отвечать. Но выхода не было, музыка не прекращалась, а я не могла её больше слушать. Я нажала кнопку. Послышался женский голос:

— Здравствуйте, это Кине Лидак! Могу я поговорить с Вилли?

Я была в шоке. Нам позвонила нынешняя президент Кернии. Сон как рукой сняло.

— Доброе утро! К сожалению, Вилли забыл телефон, — взволнованно ответила я, — это его жена.

— Алла, конечно, я вас знаю, — сказала президент, — у нас к нему срочное дело. Это касается завтрашних выборов.

Я занервничала.

— Что случилось?

— По правилам Кернии Вилли не может быть единственным кандидатом. Нужен соперник, иначе выборы придется перенести.

— Но соперник отказался!

— Соперника нужно убедить участвовать, иначе выборы придётся отложить на полгода, а я не выдержу ещё целых шесть месяцев управлять страной! У меня уже билеты куплены на море!

Мне стало смешно. Бедная женщина, как мы ей все надоели!

— Пожалуйста, убедите соперника составить Вилли конкуренцию! — умоляюще проговорила она.

— А можно ведь найти другого соперника?

— Нет, сейчас уже никто кроме Кэрна не имеет права участвовать в выборах. Остался один день!

— Но Кэрн не хочет!

— Я знаю, что этот Кэрн ничего не хочет! Я лично звоню ему каждый день и уговариваю, — раздраженно сказала она, — ему постоянно звонят мои сотрудники. Но он ни в какую!

— А что мы можем сделать?!

— Если ваш муж хочет стать президентом, пусть убедит Кэрна! А я клянусь проголосовать за Вилли! Пожалуйста, помогите мне! Я своим деткам обещала показать страну без льда! Они никогда не были на море!

Удивительная женщина с такими же проблемами, как у других людей. Мне стало жаль ее. Но ещё больше жаль Вилли и наш труд. Столько сил было вложено в то, чтобы сделать мужа президентом! И сейчас из-за какого-то каприза Кэрна все наши планы разлетятся, как снежинки на ветру. Но Кэрн говорил, что его невозможно заставить делать то, чего он не хочет. Значит, нужно убедить! Другого выхода нет. На карту поставлено наше будущее, будущее Кине Лидак и ее детей, мечтающих о теплом море. Неужели мы лишимся всего, о чем столько мечтали?

Я надела коньки и отправилась встречать мужа. Нужно было дождаться его и срочно ехать к Кэрну.

Через несколько минут я увидела Вилли. Он засыпал прямо на коньках посреди ледяной улицы.

— Вилли, — крикнула ему я.

Он поднял на меня измученные глаза.

— Я люблю тебя, — сказала я и обняла его, — нам осталось совсем чуть-чуть до долгожданной победы.

— Завтра вы — боры, — протянул он, — мне нужно вы-спаться.

— Выспаться?! — возмутилась я. — Ты что, не знаешь, что происходит?

— Происходит только одно, ты постоянно что-то бормочешь! А я безумно устал от конференции и хочу спать!

Он попытался поехать домой, но я схватила его за руку и рассказала о звонке Кине Лидак.

Вилли мгновенно проснулся.

— Вот это да! Сама президент умоляет нас что-то сделать, потому что не справилась!

— Пошли к Кэрну!

А может, мы ему просто позвоним? — предложил Вилли.

— У тебя есть его телефон?

Вилли замотал головой.

Я достала бумажку из кармана пальто.

— Это адрес, мне дал его Лутте, когда я с ним только познакомилась!

— А если Кэрна не окажется дома? Что мы будем делать? — спросил Вилли.

— Искать его по всей Кернии!

— А если он уже улетел на море в отличие от нашего президента?

— Мы облетим весь мир, Вилли! — раздражённо сказала я. — Ты что, не понимаешь, что без Кэрна ничего не получится?!

Накануне финальной битвы у моего мужа закончились силы. Мне казалось, что я насильно тащу его вперёд.

Дом соперника Вилли на наше счастье находился очень близко.

Я подъехала к маленькому каменному зданию и позвонила в дверь. В ответ что-то зашумело, закашлило, дверь открылась и перед нами появился Лутте. По его счастливому лицу я поняла, что он ждал нас.

— Заходите, дорогие гости! Я знаю, что пришли вы, увы, не ко мне. Вас не волнуют мои научные открытия, вас не интересуют мои философские трактаты о встречи двух влюбленных сердец! А я ведь каждый день изобретаю что-то новое, важное, ценное! Но вы пришли не ко мне! — он театрально заревел.

— Лутте, — не выдержала я, — нам нужно срочно поговорить с Кэрном!

— Да, да, я знаю, но мой бедный друг так устал от постоянных разговоров с журналистами и избирателями! Целыми днями они нападали на него. Он уже даже боялся выйти из дома! А в последнюю неделю ему постоянно звонила наша президент! Все умоляют его участвовать в выборах. Он честно отвечал каждому. Кэрн ведь не способен игнорировать, бросать трубку. Он ценит всех людей. А я вот бы уже давно сказал:

"Зануда, оставь меня в покое!"

— Вы бы и с президентом так поговорили? — удивился Вилли.

— Ну если она зануда, почему я должен это от нее скрывать? Но мой друг предпочел бежать в неизвестном направлении без телефона!

— Бежать?! — хором закричали мы.

— Лутте! — взмолилась я. — Ну может он вам хотя бы примерно сказал, где его искать?!

Лутте почувствовал, что мы в полной зависимости от него. Он свысока посмотрел на нас:

— Я думаю, он в замке!

— Замке? Каком ещё замке?!

— Этот замок очень далеко отсюда! Вам предстоит целое приключение, готовы ли вы к нему?

— Мы уже ко всему готовы! — печально вздохнул Вилли.

— Тогда за мной, мои дорогие друзья! Но предупреждаю: путь будет долгим и тернистым!

Лутте надел коньки, и мы отправились за ним.

Дул сильный ветер, и мне казалось, ещё немного, и он поднимет и унесет нас. Мужчины поддерживали меня с двух сторон. Вилли даже предложил мне вернуться домой, но я наотрез отказалась. А если Вилли не уговорит Кэрна без меня?! Нет, я была готова терпеть все во имя нашей великой цели. Мы хотели сделать жителей Кернии счастливыми! И кроме нас никто не мог этого сделать.

Вьюга кружилась, бросая снег нам в рот, в глаза. Мои зубы стучали от холода. Вилли старался не показывать виду, что ему тяжело ехать, а Лутте было все нипочем. Он смотрел на меня и постоянно хохотал:

— Замёрзла, красавица! Во имя высших идей и умереть не страшно! Именно так говорят наши прекрасные женщины! Именно на них держится наша Керния!

Но я была ему благодарна, он вез нас к всеобщему счастью, которое мы сможем построить, если сумеем договориться с Кэрном. Ещё немного, и мечта моего мужа осуществится! Эти мысли немного успокаивали меня.

Наконец мы приехали к какому-то разрушенному зданию.

— Вот он, великий замок! — закричал Лутте. — Идите внутрь, а я подожду вас снаружи.

— А ты не пойдешь с нами?

— Вьюга уже стихла, я хочу погулять! Вы должны идти одни! Это же ваша великая цель!

Я попробовала открыть дверь, и она тут же упала на меня. Лутте поднял ее и бросил на лёд.

— Идите! — скомандовал он, указывая нам на оставшееся отверстие на том месте, где была дверь.

Мы аккуратно вошли внутрь. Было темно и холодно, как на улице.

Я держала мужа за руку. Вдруг из темноты появилось огромное красное пятно, я прижалась к Вилли. Послышался страшный хохот. В испуге я начала кричать, плакать.

— Все в порядке! — успокаивал меня муж. — Наверное, телевизор работает.

Но пятно приближалось все ближе. Оно выло, ревело.

От ужаса я бросилась бежать. Правда, в коньках это было достаточно трудно. Вилли, спотыкаясь, пошел за мной.

— Стойте! — послышался жуткий голос. — Каждый президент должен пройти это испытание или умереть! Вот истинная причина, почему бежал Кэрн, он не прошел испытания!

Я поняла, что нас обманывают.

— Это розыгрыш? — спросила я и услышала эхо в ответ.

Вдруг какой-то странный пух свалился на нас сверху, я еле выбралась из-под него, но никак не могла найти мужа.

— Вилли! — закричала я. — Где ты?

Но его не было. Я была с ног до головы покрыта пухом. В полной темноте я искала мужа. Я на ощупь двигалась по зданию, рыдала, плакала, но Вилли не отвечал мне.

Наконец, обесилив от переживаний, я села на пол. Этот странный пух немного согревал меня. Вдруг где-то наверху зашумела вода. Мне стало ещё страшнее, но я старалась рассуждать логически: "Вода далеко, она не может утопить!". В этот же момент огромная струя полилась прямо на меня. Я стояла мокрая до нитки. Пух больше не грел, а наоборот — замораживал. Я посинела от холода и больше не могла двигаться. Пол, на котором я стояла, начал куда-то уезжать. Меня качнуло, и я полетела в черную бездну. От страха и холода я не могла даже кричать. Да и голос у меня пропал совсем. Я думала о том, что сначала погиб Кэрн, потом мой Вилли и теперь эта участь предстоит мне. Полет длился недолго, я упёрлась во что-то мягкое. Стало намного теплее.

Резко включился свет и я увидела Лутте. На руках он держал моего замороженного мужа.

— Мы спасены! — кричал Лутте. — Мы живы!

Я бросилась к Вилли и поцеловала его в ледяные синие губы.

Он открыл глаза.

— Алла, — возмутился Лутте, — ты бы хотя бы спасибо сказала спасителю твоего мужа.

Я пригляделась к этому спасителю. Он хохотал, словно вообще ничего не произошло.

— Что все это значит? — воскликнула я. — Где мы?!

Я огляделась. Мы находились в небольшой комнате. Рядом с нами стояла кровать, покрытая мягким синим пуховым одеялом.

Вдруг дверь в комнату открылась и на пороге появился… Кэрн в домашнем халате. Я не верила своему счастью. Неужели мы нашли его!

Кэрн изумлённо смотрел то на меня, то на Вилли. Я вдруг заметила огромное зеркало на стене и увидела себя.

Вид у меня был весьма необычный: мокрое пальто, все в пуху, синие дрожащие губы. Лутте так и держал Вилли на руках.

— Что ты с ними сделал, монстр? — воскликнул Кэрн и строго посмотрел на Лутте.

— Я…, я подготовил их к выборам! Они теперь уже точно готовы ко всему!

Я никак не могла понять, что произошло:

— Кэрн, где мы сейчас?

— В доме, который мы с Лутте снимаем, — с сочувствием ответил он.

— То есть вы здесь живёте с Лутте?

Кэрн кивнул.

— Но мы же были в каком-то жутком замке, мы долго ехали туда, а там я думала, что мы умрем!

— Ну просто у этого замка есть тайный ход, — весело объяснил Лутте, — прямо в наш дом! Я владелец этого замка, я его недавно купил для научных экспериментов!

Вдруг мой муж вскочил на ноги и вцепился в шею Лутте:

— Так это был научный эксперимент?! Вы чуть не убили нас!

— Какой ужас! — заплакал Лутте, — Убить президента прямо перед выборами. Неужели вы думаете, я такой злодей?!

— Тогда объясните, зачем вы это устроили? — взорвалась я.

— Вы все не понимаете и не цените замечательного ученого. До сих пор никто не мог уговорить Кэрна участвовать в выборах. А вы … Вы чуть не умерли ради встречи с ним! Разве благородный Кэрн сможет теперь вам отказать?

Вилли убрал руки.

Кэрн начал аплодировать.

— Лутте! Ты просто мастер ставить людей в неудобное положение и переворачивать все с ног на голову!

Лутте торжественно поклонился нам:

— Да, я такой! Я с удовольствием принимаю вашу общую благодарность! Бейтесь завтра, соперники, за светлое будущее нашей великой страны! Я старался ради Кернии! И ради деток нашего президента!

— Лутте! Раз ты так переживаешь за нашу страну, — сказал Кэрн, — то сам можешь предложить свою кандидатуру! Думаю, все керинчане оценят великого заботливого ученого, готового заморозить каждого из них ради прекрасного светлого будущего!

— Ну что же! Раз я так неугоден вам, господа будущие президенты, — с горечью проговорил Лутте, — накажите меня! Бросьте в тюрьму!

Он встал на колени и расставил руки над собой:

— Делайте со мной, что хотите!

— Ради того, чтобы немного усмирить этого великого ученого, я бы, наверное, даже согласился участвовать в выборах! — заявил Кэрн.

Я сразу же простила Лутте все его эксперименты. Может, он и правда хотел нам помочь?

— Вы согласны, Кэрн? — радостно спросила я.

Кэрн тяжело вздохнул. Его что-то мучило, он расхаживал из стороны в сторону и искал решение.

— Кэрн, что вас смущает? — не выдержал Вилли. — Чего вы боитесь?

— Я боюсь выиграть! — сказал он.

— Этого вам не удастся! — уверенно заявила я.

— Почему вы так уверены, о прекрасная Алла? — изумился Лутте.

— Все избиратели за нас! Кэрн слишком рано вышел из игры!

— Алла! — вмешался мой муж. — Не беги вперёд моих коньков!

— Ну должна же я убедить Кэрна, что ему нечего бояться!

Все засмеялись. Вилли позвал Кэрна, и они оба вышли из комнаты. Им нужно было поговорить наедине. А я осталась с Лутте, и мне это совсем не нравилось.

Но, как ни странно, он молчал. Я тоже ничего не говорила.

— А вы, Алла, зря так уверены в победе супруга! Я, конечно, называл его президентом, но в шутку. Представляете, если победит Кэрн?

Я опять разозлилась на Лутте. Как он может так расстраивать меня?! У моего мужа много ценных идей, а Кэрн просто умеет красиво говорить! Нет, я даже отвечать не буду!

— Так почему вы так уверены, что выиграете? Может, лучше пусть выборы отложат ещё на полгода? Бедные детки президента не попадут на море, но Кэрн не будет вам мешать! Зачем вы оба впутываете его в это дело? Чтобы плакать потом всю жизнь?! Когда будете рыдать вместе с Вилли, позовите меня, я подставлю чашечку под ваши слезы и вынесу их на улицу! Пусть они превратятся в сосульки, и я подарю каждому из вас по одной на память о вашей глупой затее!

— А можно я вас задушу, Лутте? — разозлилась я. — И вам не придется рыдать вместе с нами и замораживать наши слезы.

— Души, и останешься без моего подарка!

Я смотрела на этого странного ученого в маленьких очках. Что-то в нем было очаровательное, на него нельзя было долго злиться. Интересно, есть ли на свете девушка, которая его выдержит?! Наверное, есть. Но, возможно, Лутте сбежит от нее сам! Ведь она заставит его вести себя совсем иначе.

Дверь в комнату отворилась, и Вилли с Кэрном вошли к нам.

— Я даю клятву! — торжественно произнес Вилли, — никогда в жизни ни в мыслях, ни в словах не обижаться на Кэрна, если завтра он выиграет выборы! Мы всегда будем друзьями, как и сегодня, и никакие политические события не сделают из нас врагов!

— Я клянусь, — сказал Кэрн, — искренне радоваться победе Вилли и Аллы, и кто бы из нас не стал завтра правителем, остаться их другом!

— Кровь пускать будем? — весело спросил Лутте.

— Кровь мы вообще никогда пускать не будем! — строго сказал Кэрн.

Тогда Лутте достал из-под кровати старую перчатку, поднял над собой и проговорил:

— Пока эта перчатка цела, мы останемся друзьями!

— Высоко же ты ценишь нашу дружбу! — сказал Кэрн.

— Это очень-очень ценная перчатка, и пока ее не съела моль, мы будем дружить! Но моль в нашей ледяной стране не водится, а значит, пока сугробы не растают, мы будем вместе, рука к руке, нога к ноге, конек к коньку, а сосулька к сосульке!

Мы с Вилли не смогли сдержаться и расхохотались.

После этого Кэрн достал телефон и куда-то позвонил:

— Добрый вечер, Кине Лидак!

— Кэрн, неужели, вы сами решили позвонить мне? Я польщена! — послышалось в трубке. — Я не могу поверить, что вы снизошли до меня!

— Я всегда был рад, когда вы звонили мне!

— Особенно, когда в четырнадцатый раз за одно утро! — добавил Лутте.

Но Кэрн прикрыл телефон, чтобы президент не слышала шуток его друга.

— Сегодня, — продолжал Кэрн, — я наконец принял решение, я буду участвовать в выборах!

— Неужели! — она заплакала. — Вы не представляете, какое это счастье! Кэрн, я никогда не забуду того, что вы сделали для меня!

— Я делаю это для всех, хотя очень надеюсь, что проиграю. У меня к вам одна маленькая просьба!

— Конечно, Кэрн, все, что хотите!

— Проголосуйте завтра за Вилли, и попросите всех ваших друзей и знакомых сделать то же самое!

— Как скажете! Мне главное, что с завтрашнего дня я стану свободной!

Когда Кэрн закончил разговор, мы втроем, не сговариваясь, начали аплодировать ему. Завтра мой Вилли, наконец, станет президентом! Одна ночь отделяет нас от мечты! Я поцеловала мужа и намочила его слезами. Это были слезы счастья! Мир станет другим, и даже наша бесконечная ледяная пустыня оживет. Вилли обязательно что-нибудь придумает, и у нас появятся цветы, деревья, они наполнят ледяную долину волшебными запахами и разноцветными красками. Кернией будет восхищаться весь мир! И пускай пока это только моя фантазия, но она обязательно станет реальностью.

Я опять оказалась в той теплой Кернии, которая сегодня мне снилась. Я помчалась к морю и бросилась в него. Вилли поплыл за мной, мы вдвоем нырнули, и там на большой глубине он поцеловал меня. Поцелуй в море! Это что-то необыкновенное, гораздо интереснее, чем на нашем ледяном острове. Наплававшись вдоволь, мы выбрались на берег.

— Догоняй! — крикнула я мужу и помчалась по нежно-голубому песку.

Он подбежал ко мне, нагнулся, набрал в руки песок и насыпал мне в ладони.

— Давай здесь останемся жить! — мечтательно произнес Вилли.

— Давай! Только я не верю, что это наша Керния, — сказала я мужу, и вдруг все исчезло.

Я открыла глаза, рядом со мной сидел Вилли. Мы были все в той же комнате. Оказывается, я задремала на кресле, и Вилли перенес меня на кровать.

— Мне приснилась Керния! — сказала я мужу. — Только она была не снежной, а теплой, солнечной страной.

Я пересказала мужу свои сны.

— Расскажи их Кэрну! — посоветовал мне он, — Он же у нас волшебник! Только про поцелуй на глубине моря не рассказывай.

Он хотел поцеловать меня, но в этот момент Лутте и Кэрн вошли в комнату.

— Ну как, наша красавица проснулась? — спросил Лутте.

Я сразу встала.

— Мне сегодня приснилась теплая Керния! — начала я. — Там не было сугробов, мы купались в море. Я видела вас, Кэрн и Вилли!

— А я там был?! — с надеждой спросил Лутте.

— Нет! Вас не видела!

— Ну вот! — обиделся Лутте. — Всех мальчиков собрала на солнышке, кроме великого ученого! Вот такой я никому не нужный!

Кэрн молчал, но ему явно понравились мои сновидения.

— Когда-нибудь так оно и будет! — сказал он. — Все керинчане мечтают растопить льдины! Вместе мы справимся!

— А может, кто-то зиму любит? Кэрн, ты ещё президентом не стал, а уже решаешь за всех керинчан! И так и знайте, без меня вы уж точно никаких льдов не растопите!

— Куда же мы без вас, великий учёный! — засмеялась я и слегка погладила Лутте по голове.

Он замлел от удовольствия. Вилли сделал вид, что не заметил. Ведь на самом деле я люблю только мужа, и он об этом прекрасно знал.

— Меня тут отчитали, — пожаловался мне Лутте словно маленький мальчик, — долго учили уму разуму, — он покосился на Кэрна, — заставили пообещать никогда больше никого не затаскивать в мой замок. И теперь, — резюмировал он, — я абсолютно прекрасен и чист, и чтобы искупить свою вину, приглашаю всех в ресторан! Как вам идея? Соперники голосуют вместе!

Кэрн улыбался. Он был счастлив, что хотя бы ненадолго перевоспитал своего озорного друга.

— Соглашайтесь, — сказал Кэрн, — мое волшебство скоро рассеется, и он станет таким же вредным, как был.

— А почему бы и нет! — ответила я. — Мы очень давно не были в ресторане!

Мы сидели за большим круглым столом. Лутте снял для нас целый зал ресторана. Мы надеялись, что к нам никто не войдёт, но ошиблись. Толпа журналистов ворвалась в зал. Нас осветили вспышки фотоаппаратов. Я думала о том, что я единственная не особенно важная фигура здесь.

Вилли — будущий президент, Кэрн — его соперник, Лутте — известный учёный. А я…Я просто жена будущего президента. Мне вдруг даже стало неудобно сидеть с ними за одним столом и захотелось тихо выйти из зала. Но Вилли обнял меня за плечи, и я почувствовала, что нужна ему. Разве он смог бы пройти весь этот путь без меня?! Нет, жена просто необходима каждому мужчине, а президенту особенно. Да и вообще, что за странные мысли! Я среди них единственная женщина! А уж в Кернии все точно знают, что царицы мира мы, пусть даже мужчины и получили равные с нами права.

Журналисты никак не хотели дать нам пообщаться между собой. А наша общая природная вежливость не позволяла закончить этот допрос. После нескольких часов бессмысленной болтовни журналисты наконец оставили нас в покое, а мы продолжали беседу о добре и зле, о любви, президентах, замороженной Кернии и о многом другом. Прошла целая ночь, но спать, как ни странно, не хотелось. Я впервые почувствовала, что у меня с Вилли появились настоящие друзья. До сих пор мы жили уединенно. Родители не вмешивались в нашу жизнь. Да и вообще мало кому было до нас дело. Все изменилось, когда Вилли решил участвовать в выборах. За нами стали охотиться журналисты, избиратели засыпать письмами. Но настоящих друзей, с которыми хотелось бы болтать до рассвета, смеяться над собой, фантазировать, мечтать — нет, таких друзей у нас не было никогда. Мы открыли для себя Кэрна и Лутте. Кэрна, как человека правильного порядочного, но совсем не знающего и не понимающего реальной жизни. И Лутте — веселого ученого, готового весь мир превратить в шутку. Ни Вилли, ни я больше не обижались на Лутте. На него просто смешно было обижаться. Таких людей принимают такими, какие они есть, и прощают им все. Я знала, что он на самом деле никому не желает зла.

Я выглянула в окно. Небо наполнялось золотым сиянием. Ведь сейчас было лето, и дни становились немного длиннее, чем зимой. Летом начиналась жизнь, дети вываливали на улицу, играли в снежки. А взрослые наслаждались холодным воздухом. Зимой передвигаться по Кернии становилось гораздо сложнее. Температура падала до минус пятидесяти, да ещё начинались странные непонятные никому колебания. По вечерам люди боялись выходить из дома, поскольку эти колебания воздействовали на психику. Керинчане без видимых причин начинали плакать и кричать, драться друг с другом до изнеможения. Правда, Лутте удалось изобрести необычный прибор, он в течение пятнадцати минут защищал людей от необычных состояний на улице. Именно после этого достижения его и признали великим учёным.

— Я уверен, — сказал Кэрн, — что эти колебания не простые… Это магия! Ведь ещё двадцать лет назад, когда мы были детьми, их не было, вы помните?

— Ну и что! — возразил Вилли. — Пусть они будут хоть тысячу раз магией! Вот вы, Кэрн, волшебник и разбирайтесь с ними!

Кэрн как-то загадочно посмотрел на Вилли.

— Все керинчане — волшебники! Просто нужно открыть эту силу!

— Вы её уже в себе открыли? — продолжал наступление Вилли.

— Я работаю над этим! — сказал Кэрн.

— Ой, как он работает! — вмешался Лутте. — Уже скоро ни одной льдинки не останется! Все растопит и зажарит нас на жарком солнце и приправит бесконечной моралью!

— Лично тебя Лутте точно зажарю! — смеясь, сказал Кэрн.

Сегодня был удивительно солнечный день, лучи врывались в ресторан и озаряли нас своим сиянием. Такого света не было уже много лет. Я даже подумала, что льдинам тоже захотелось наконец превратиться в теплые реки и торжественно провозгласить нового самого лучшего президента на всей Нилии! Ведь лучше моего мужа никого и быть не может!

— Дорогие друзья! — вдруг заявил Лутте, причмокивая втягивая сок из трубочки, — наши уважаемые президенты совсем забыли о выборах.

— Точно! — воскликнула я. — Они уже начались! Пойдёмте!

Вилли и Кэрн пожали друг другу руки.

— Помните о наших клятвах! — прошептал Кэрн.

— Я, кстати, взял с собой перчатку, пока ещё не съеденную молью! — сказал Лутте и, хохоча, поднял ее над головой.

— Наша дружба не зависит ни от каких перчаток! — заявил Кэрн, и Вилли кивнул ему.

Лутте расплатился, и мы всей компанией отправились в избирательный участок.

— За кого будете голосовать? — тихо спросила я Кэрна, когда мы скользили по освещенной солнцем улице. Лёд переливался в его лучах, и мне казалось, что сегодняшний день обязательно принесет нам счастье.

— Я буду голосовать за Вилли! — уверенно сказал Кэрн.

Я взглянула на Лутте:

— А вы?

— Вариантов всего два и оба неудачные!

— И чем же мы оба не угодили великому учёному? — с улыбкой спросил Кэрн.

— Скучные вы оба, товарищи-господа президенты! Вот на меня посмотрите! Красавец мужчина, — он поклонился, — умный, высокий, добрый и бесконечно…

— Наглый! — сказали хором Вилли и Кэрн.

— А это создаёт особый шарм вокруг великого ученого! Я вам после объявления результатов расскажу, за кого голосовал. А то мало ли, ещё сплющите меня вдвоем в мороженое. А из великих учёных оно такое вкусное! От меня точно ничего не останется!

— А я буду голосовать за вас, Кэрн! — вдруг сказал Вилли.

Кэрн от удивления врезался в здание избирательного участка и упал на лёд. Вилли протянул ему руку, но Кэрн отказался. Он поднялся сам и серьезно посмотрел на моего мужа:

— Вилли, у нас не так много людей! Каждый голос важен! Если вы хотите стать президентом, голосуйте, пожалуйста, за себя!

— О, гениальный Кэрн, — вмешался Лутте, — вы только что открыли нам всем величайшую из истин мира!

— Нет! — заявил Вилли. — Я хочу проголосовать за Кэрна, это мое решение!

— Зачем? — спросила я мужа.

Но ответить он не успел. Неожиданно появились десятки журналистов, их камеры большими стеклянными глазами смотрели на нас. Седой мужчина на коньках в черном костюме начал репортаж:

— Впервые! Два соперника проводят все свое свободное время вместе! Вилли и Кэрн, вы ещё не надоели друг другу? — спросил он с какой-то усмешкой.

— Они лучшие друзья! — ответил Лутте, — И мы с Аллой тоже всегда с ними!

Вилли бросил недовольный взгляд на Лутте.

Другой низенький мужчина с маленькой камерой подбежал к нам. Я видела его не в первый раз, и он всегда портил всем настроение. Его вид напоминал упитанную крысу, готовую пойти на что угодно, чтобы получить еду. Ну, а он завоевывал имя любыми самыми некрасивыми методами.

— Я не понял, — начал он — чья жена эта забавная особа? Вы жена ученого или одного из будущих президентов? Или вы их общая жена или вообще никому не жена?!

Это высказывание возмутило меня, я даже покраснела от обиды. Я встала перед камерой, обняла Вилли и гордо произнесла:

— Я жена самого лучшего президента на свете! Он единственный и неповторимый, и совсем скоро керинчане убедятся в этом!

Я страстно поцеловала мужа, журналисты закричали "горько". Сенсация была им обеспечена. Кэрн улыбнулся нам. Лутте сонно зевнул. Похоже, его наш поцелуй совершенно не обрадовал.

— За кого вы будете голосовать?! — в один голос обратились журналисты к нам с Вилли.

— За Кэрна! — заявил мой муж.

— Ты с ума сошел! — шепнула ему я.

Тогда несколько журналистов наконец заметили Кэрна, он стоял поодаль и наблюдал за нашим шоу. Низенький журналист подбежал к нему со своей камерой.

— А вы, Кэрн, готовы проголосовать за своего соперника?

Кэрн расплылся в улыбке.

— Мы не соперники. Мы оба хотим, чтобы Вилли стал президентом! Я согласился участвовать в выборах, только ради того, чтобы они состоялись! И я с удовольствием проголосую за Вилли и всех призываю сделать то же самое!

— Посмотрите, какой тонкий политический ход! — вмешался Лутте. — Я прямо восхищён своим другом!

Вдруг перед нами появилась женщина средних лет в огненно-красным пальто. Она на бешеной скорости подъехала к Кэрну и с криком "Сынок!" бросилась обнимать его.

Журналисты застыли от изумления. Вокруг нас уже образовалась достаточно большая толка керинчан, и они с восторгом ловили каждое слово. Кэрн, Вилли, Лутте и я стали для них звёздами, и наша бессмысленная болтовня с журналистами казалась им великим даром, который они обрели прямо перед входом в избирательный участок. Голосовать никто не торопился. Десятки пар глаз были устремлены на нас. Но сейчас их вниманием завладела эта странная женщина. Она улыбалась, но лицо ее было достаточно жёстким, и чувствовала она себя перед публикой гораздо увереннее, чем мы вчетвером. Ее идеальная осанка создавала впечатление, что она как минимум королева, а, возможно, даже богиня.

— Дорогие керинчане! — величественно сказала она. — Я пришла сообщить вам замечательную новость! Двадцать пять лет назад я родила удивительного мальчика и назвала его Кэрн — в честь нашей любимой страны.

— Мама! — закричал Кэрн. — Пожалуйста, перестань!

— Имя его перепутали, и он стал Кэрном, а не Керном, но это совершенно не важно. Вы видите, даже имя моего мальчика говорит о том, что завтра он должен стать президентом! Я уверена, что вы сделаете правильный выбор, ведь других вариантов нет!

Я прямо вскипела от возмущения, но Вилли удержал меня, чтобы я не бросилась на нее.

— Мама! — вспыхнул Кэрн, но она, казалось, не замечала его и продолжала:

— Только от Кэрна вы получите настоящее тепло, которое растопит ледяные сердца и превратит жизнь в нашей стране в постоянный праздник! Уже завтра начнется возрождение Кернии! Ведь завтра день рождения моего дорогого сыночка! Нас отделяют от рая всего несколько часов, и совершенно не нужно умирать, чтобы оказаться в лучшем месте мира. Главное просто захотеть!

Она поклонилась и вошла в избирательный участок. Керинчане двинулись за ней, словно она уже давно была их царицей, и никаких других авторитетов кроме нее не существовало. Журналисты разошлись. А мы вчетвером так и остались стоять на улице. Кэрн смущённо посмотрел на меня и на Вилли.

— Простите, я ничего не могу с ней сделать!

Но Вилли похлопал его по плечу.

— Мне очень понравилась ваша мама, Кэрн! Завтра я докажу ей, что достоин быть президентом!

— А я, — заявил Лутте, — наконец понял, за кого нужно голосовать! За Назиду — за мать Кэрна! Вы оба, мои дорогие президентики, ей и в подметки не годитесь! Идите и отмените свои пустые кандидатурки! Какая женщина! — он прямо облизнулся. — Я готов ползать у ее ног! Да и все керинчане ещё упадут перед ней на колени! Идите, мои наивные друзья! Я знаю, что говорю!

— Похоже, великий ученый опять влюбился! — резюмировал Кэрн, — но у моей мамы есть муж, мой отец! Думаешь, сможешь отбить?

Я первый раз увидела, что Лутте грустит.

— Я не буду, Кэрн, отбивать ее у твоего отца! Раз он добился ее руки, значит он действительно достойный человек, а я перед ней старая перчатка!

Он опустил голову и завыл какую-то заунывную песню.

"Я не достоин твоей красоты,

Но как прекрасны твои черты,

Пусть вьюга бросит меня в сугроб,

Лишь умереть дай у твоих ног!"

Он лег на лед и горько заплакал.

Я еле сдерживала смех. Кэрн подошёл к нему:

— Давай проголосуем, и потом страдай от безответной любви к моей маме, сколько захочешь.

Лутте поднялся и с обидой посмотрел на Кэрна:

— Вот, ты всегда такой, даже пострадать спокойно не даёшь!

Кэрн вошёл в здание избирательного участка. Вилли и я последовали за ним. Лутте, опустив голову, завершал нашу маленькую процессию.

Коньки снимать не пришлось, для удобства избирателей температура в здании была не очень высокой, а пол был залит льдом. Огромная люстра освещала довольно большой зал. Около стен стояли люди и следили за тем, что происходит. Двое полицейских подошли к нам и проверили наши документы. Пожилой мужчина приблизился к нашей четверке и вручил нам бюллетени.

— Голосуйте, — сказал он с улыбкой, — нам так интересно знать, кто же из вас победит!

Я уже взяла бюллетень и вдруг увидела ту самую женщину в красном пальто.

— Дорогие друзья! — громогласно сказала она. — Отдайте мне ваши бюллетени, и я проголосую за вас правильно!

Я взглянула на Кэрна, глаза его округлились. Он, похоже, потерял дар речи. Но больше всего меня потрясло следующее событие. Несколько человек подошли к Назиде и сдали ей свои бюллетени.

Мы с Вилли переглянулись. Но полицейские ничего не делали, они как будто застыли на месте. Первым пришел в себя Кэрн, он подошёл к матери, которая уже хотела поставить галочки, вырвал у нее бюллетени и бросил их на лёд.

— Мама! — жестко сказал он, схватил ее за руку и вывел из зала.

— Как он обращается с моей любимой! — пропел Лутте. — Она была неотразима! Я сам хотел сдать ей бюллетень.

Я быстро поставила галочку за Вилли, чтобы никто не помешал мне этого сделать. Вилли тоже проголосовал. Мы бросили бюллетени в огромный серый ящик и вышли из здания. Кэрн и Назида стояли на улице и смотрели друг на друга. Мне казалось, они общаются телепатией. Эти взгляды напоминали игру в смотрелки, кто быстрее не выдержит, и, как ни странно, Назида сдалась первой.

— Прости меня, сынок! — сказала она и поцеловала Кэрна. — Я просто считаю, что керинчане без тебя пропадут! Помоги нам! Я знаю, ты справишься!

— Мама, — ласково сказал Кэрн, — я тебя очень люблю, но я не умею управлять людьми! Пойми меня!

— Я тебя понимаю! — нежно ответила она. — Ты всему научишься! У тебя впереди ещё много лет!

Кэрн вздохнул, поцеловал Назиду и вдруг увидел Вилли и меня.

— Аллочка! — вдруг обратилась ко мне мать Кэрна. — А ты раз так мечтаешь быть замужем за президентом, взгляни на моего сыночка! Зачем тебе этот неудачник, — она указала на Вилли.

— Мама! — возмутился Кэрн, — Алла любит своего мужа, и он станет президентом!

— Ну глупому сердцу не прикажешь! — сказала Назида, — люби своего неудачника, моя девочка, только президентом он не будет никогда!

Она уже хотела уехать, но вдруг открылась дверь и из здания вышел полицейский.

— Назида! Вы нарушали закон!

Она широко улыбнулась ему:

— Какой же закон я нарушила, дорогой мой? Разве мать не имеет права любить своего сына?

— Но вы хотели проголосовать за других избирателей!

— Ну, а почему я не могу помочь керинчанам тоже проявить любовь к моему Кэрну?! Что в этом плохого, тем более он завтра станет президентом.

Но взгляд полицейского был строгим.

— Вы арестованы, Назида, пройдёмте со мной.

Он надел на Назиду наручники, схватил за руку и куда-то потащил.

Кэрн побледнел.

— Стойте! — сказал он так, словно отдавал приказ.

Полицейский даже вздрогнул от его жесткого голоса и застыл на месте.

— Моя мама не нарушила ни одного закона нашей страны! Она призывала людей к неправильному поведению, но, во-первых, под ее влиянием никто не сделал ничего плохого! Если вы хотели ее арестовать, то должны были это сделать сразу. А во-вторых, кто бы завтра ни стал президентом, Вилли или я, вам не сдобровать!

Полицейский испуганно отступил назад. Десятки журналистов, как сотни снежинок закружились вокруг нас со своими камерами.

— Снимите с нее наручники! — продолжал командовать Кэрн.

Полицейский повиновался. Я ни разу ещё не видела Кэрна таким суровым. Мне самой стало страшно. Вилли восхищённо смотрел на него.

— Ну вот видишь, сынок, командовать людьми не так сложно! У тебя уже получается, — с восторгом заявила Назида, когда полицейский снимал с нее наручники. Он взволнованно посмотрел на Кэрна.

— Ну, а теперь вы должны перед ней извиниться за грубое обращение.

Полицейский был ровесником Кэрна. Молодое наивное лицо, маленькая родинка на щеке. Теперь от его строгости не осталось и следа. Он с испугом смотрел то на Кэрна, то на Назиду. Мне даже стало жаль его.

— Простите! — пробормотал он. — Я не хотел! Я не знал…

Назида почувствовала полную власть над происходящим.

— Что вы не знали?! — строго спросила она его.

— Я…я… я, — он весь дрожал от страха.

Кэрн подошёл к полицейскому и ласково улыбнулся.

— Прежде, чем надевать на человека наручники, хорошо подумайте!

Полицейский кивнул ему:

— Я больше не буду…., простите…

Кэрн вдруг увидел журналистов. Видимо, до этого он не замечал ничего вокруг, кроме родной мамы, закованной в наручники каким-то безумцем. Он выпрямился и попросил у девушки, стоящей рядом с камерой, микрофон. Она с улыбкой протянула его Кэрну.

— Дорогие керинчане, я расскажу вам замечательную историю. В одной маленькой деревне жил старик по имени Кимер. Он прожил в одиночестве много лет, потому что только и делал, что учился колдовству. Но у него ничего не получалось. И вот однажды в его деревне начался страшный голод.

— Ну, что же ты, колдун! Столько лет и ничему не научился! — говорили ему. И теперь нам всем предстоит умереть от голода.

Старик достал одно из своих неработающих заклинаний и проговорил несколько раз. Он ярко представил себе маленький ломтик хлеба. И вдруг на его столе появился тот самый ломтик, который он увидел в своем воображении.

— О, чудо! — воскликнул он и попробовал хлеб на вкус. Он был сухим и невкусным.

Тогда старик повторил заклинание, увидел его перед собой и прямо почувствовал вкус теплого мягкого хлеба. И вот теперь перед ним лежала румяная мягкая теплая булочка! Он не мог поверить. Он повторял заклинание ещё и ещё и представлял все новые вкусные блюда. Теперь его столе появилась целая гора лакомств.

Довольный, счастливый он помчался по всей деревне и объявил о чуде, которое произошло с ним.

— Приходите ко мне, я накормлю вас!

Люди неохотно верили ему. Но несколько человек согласились прийти. Когда они увидели его стол, то не поверили глазам! Они ели без остановки, а когда еда закончилась, старик наколдовал новую. Они рассказали и другим жителям о чудо-старике, и вся деревня примчалась на пир. Все восхищались Кимером. Ведь он спас свою деревню от голода. Ему посвящали песни и стихи, о нем рассказывали чудесные сказки. Но однажды король услышал о нем. Не понравилось королю, что люди восхищаются каким-то стариком, а не им, и велел он узнать у Кимера текст заклинания. Люди короля бросили старика в темницу.

— Говори заклинание! — кричали они на бедного старика. — Его величество хочет алых сладких ягод, дарующих вечную жизнь.

И старик проговорил заклинание, но ягоды не появились. Не мог он представить их себе.

Узнав о том, что Кимер не смог создать ягоды, король разозлился и в гневе приказал отрубить старику голову.

Страшная весть о том, что Кимеру грозит смерть, облетела всю деревню. И сотни жителей ночью прибежали к темнице старика и хором повторили его заклинание. Темница исчезла, а Кимер оказался на улице рядом с жителями.

Они обнимали и целовали его.

Когда король узнал о том, что случилось, он снял свою корону и отдал старику.

— Прости меня! — сказал он. — Я не могу дать людям, то что даёшь ты! Теперь ты станешь королем, а я отправлюсь в путешествие и тоже буду учиться колдовству, чтобы заслужить почет и уважение.

Но не посмел Кимер взять его корону. Он упал перед ним на колени.

— Просто разреши мне дать людям счастье и больше мне ничего не нужно.

Он протянул королю яркую ягоду и сказал:

— Это то, о чем ты просил! Волшебником может стать каждый! Главное, чтобы твое волшебство дарило людям счастье!

Когда Кэрн закончил, ещё несколько минут стояла тишина. У полицейского на глазах заблестели слезы. Мы с Вилли с восторгом смотрели на Кэрна. Он был замечательным рассказчиком. Мне казалось, что его голос заполнил собой всю Кернию. Люди из соседних домов, несмотря на холод, открывали окна и завороженно слушали его. Наконец, раздались громкие аплодисменты.

А полицейский умоляюще посмотрел на Кэрна:

— Неужели я похож на того короля?

Кэрн улыбнулся ему:

— Конечно, нет, вы считали, что действуете по закону, а король из зависти. У зла может быть много объяснений, но от этого оно не перестает приносить страдания! Если каждый из нас задумается об этом, то мы станем чуточку счастливее!

— А как же отличить добро от зла? — спросил Вилли.

Кэрн задумался, а потом сказал:

— В этом и состоит настоящее волшебство!

Дверь здания открылась и появился Лутте.

— Ого! Опять журналисты, камеры! Ну, конечно, вы все пришли брать автографы у великого ученого!

Мы с Вилли расхохотались. Камеры действительно устремили свой стеклянный взгляд на Лутте, и он сразу почувствовал себя принцем.

— Дорогие друзья, я никак не мог решить, за кого голосовать! И один плох, и другой! Наука перед этими двумя глупцами бессильна. Но есть одно обстоятельство, я влюбился в прекрасную женщину, и она определила мой выбор!

— Так за кого вы проголосовали? — спросила его девушка, которая перед этим дала микрофон Кэрну.

Лутте опять запел одну из своих странных песен:

— А это., а это….великий секрет, ведь правды и счастья на Нилии нет!

Он театрально поклонился и вернул микрофон. Журналисты и зеваки, стоявшие рядом с нами, смеялись от души.

— За кого же ты проголосовал, мой малыш? — нежно спросила его Назида.

От этих слов Лутте расстаял.

— Поехали! Вам я расскажу все, — шепнул он ей на ухо, но так громко, что услышали все.

С этими словами Назида и Лутте удалились.

Девушка с микрофоном вдруг подошла к Кэрну и тихо сказала:

— Пожалуйста, расскажите нам ещё сказку! У вас так здорово получается, а пока люди ждут результатов голосования нам нужно чем-то заполнять эфир!

Кэрн засмеялся.

— Неужели в Кернии больше никто не умеет рассказывать сказки?

— Так, как вы, никто! — влюбленно произнесла она.

— Кэрн, пожалуйста! Мы ждём ваших историй! — закричали журналисты и стоящие рядом керинчане.

Раздались бурные аплодисменты.

Кэрн взял микрофон.

— Ну что же, для меня великая честь заполнить собой паузу! Очень рад, что вы выбрали именно меня на эту роль.

И он начал рассказывать. Мы с Вилли безумно хотели спать, но уехать домой не могли. Как только Кэрн начинал говорить, наступала волшебная тишина. Мне казалось, что даже снежинки прекращали падать. Они, наверное, замирали в воздухе, восхищённо слушая чудесного оратора.

Кэрн рассказывал истории одну за другой. О добре, о любви, о счастье… Мы то плакали, то смеялись, то восторженно аплодировали ему. Взошли звёзды. Один из журналистов объявил, что результаты выборов будут известны через пять минут. Все собравшиеся поблагодарили Кэрна.

— Спасибо! — сказал он. — Мне тоже очень понравилось рассказывать вам сказки!

— Мы надеемся, Кэрн, что вы продолжите в следующих эфирах, — сказала журналистка в розовой аккуратной шапочке. Именно она и попросила Кэрна рассказать сказки. Я смотрела на нее и понимала, что ее не волнуют результаты выборов, она мечтает слушать его бесконечно. И, возможно, если бы этот удивительный оратор сделал бы ей предложение прямо сейчас, она, не задумываясь, бы согласилась, только бы он говорил, не останавливаясь. А она бы плакала и смеялась, наслаждаясь его низким голосом и с каждым словом влюблялась в него все больше.

— Я с удовольствием расскажу вам новые истории! — сказал Кэрн, и журналистка засияла. — Я как раз ищу работу, — продолжал он, — потому что с предыдущей мне пришлось уйти! Но это отдельная история.

Он с радостью посмотрел на Вилли:

— Давайте вместе поздравим нашего президента с осуществлением его мечты!

— Пока ещё рано! — ответил мой муж, и Кэрн передал ему микрофон. — Надеюсь, что мне не придется рассказывать вам сказки! У Кэрна это получается гораздо лучше, а я хотел бы наладить вашу жизнь, дорогие керинчане.

В этот момент к зданию подъехала огромная машина. Она скользила по льду. Из нее вышли несколько человек и направили огромный проектор на ближайший высокий дом.

— Вилли! — воскликнула я. — Мы узнаем новости прямо здесь! Интересно, кто о нас так позаботился?

На экране появилась милая девушка и улыбнулась телезрителям.

— Наша любимая незабвенная Кине Лидак прежде, чем отправиться сегодня в отпуск, попросила рассказать о результатах выборах всем, кто гуляет сегодня по Кернии. Ведь такая замечательная погода бывает у нас раз в десятилетие. Сначала я бы хотела, чтобы мы все вместе поблагодарили нашего прошлого президента. Ведь она потратила целых два года на нас! Не спала ночами и думала, как улучшить жизнь. Не все получилось так, как она хотела, но давайте всегда помнить и любить ее! Ну, а теперь перейдем к результатам выборов.

— Сегодня впервые за несколько сотен лет нашим президентом стал мужчина! А все потому, что наши прекрасные дамы дали ему шанс! В этот раз у нас оказалось всего два кандидата — Вилли и Кэрн. Как ни странно, они набрали почти одинаковые результаты. Наш нынешний президент опередил своего соперника всего на один голос! Мы все от души поздравляем обоих претендентов. Итак, президентом нашей любимой Кернии стал….

Я сжала руку мужа от волнения. На экране зазвучал гимн нашей страны и появилась фотография Кэрна.

— Что это значит? — прошептала я. Но муж ничего мне не ответил. Он внимательно смотрел на экран.

Диктор продолжила:

— Отныне наш президент — Кэрн! Мы желаем ему побыстрее стать волшебником и превратить нашу ледяную пустыню в счастливую страну!

Она должна была сказать "Вилли", что именно мой муж стал президентом! Что же произошло?

На Вилли не было лица. Он не говорил ни слова, просто водил коньком взад вперёд, словно стараясь разрезать лёд. Неужели все, о чем он мечтал, сорвалось, разлетелось, растаяло?! Кэрн ведь не хотел управлять Кернией! Зачем заставлять его, если есть Вилли, который рвался к этому всю жизнь! Я прижалась к мужу и тихонько заплакала. Я старалась не смотреть на него, чтобы не стало ещё больнее. Я взглянула на Кэрна мокрыми от слез глазами.

— Простите, я не хотел! — печально сказал нам президент, — Вилли не хватило ровно одного голоса. За кого вы голосовали? — спросил он моего мужа.

— За вас, Кэрн! — взорвался Вилли и стукнул коньком об лёд.

— Что же ты наделал! — закричала я на мужа. — Наше будущее рухнуло! Сколько труда, испытаний, бессонных ночей и все ради того, чтобы вы, Кэрн, стали президентом!

Вилли сорвался с места и понёсся в неизвестном направлении.

— Простите меня! — оправдывался нынешний Правитель. — Я не ожидал такого, я откажусь, прямо сейчас!

Неожиданно откуда-то из толпы появился Лутте. Он был весёлым и счастливым.

— Мне вот без разницы, кто из вас президент!

— А ты за кого голосовал? — строго спросил его Кэрн.

— А я… взял и воздержался! Вот так! Моей любимой Назидочки там не было! Эта прекрасная женщина назвала меня весёлым щеночком! Но, увы, не собирается бросать твоего папу, Кэрн даже ради своего великого пуделя!

— Я просил тебя, Лутте, проголосовать за Вилли! — возмутился Кэрн.

Он расхохотался:

— У нас в стране пока ещё демократия, господин президент!

Я помчалась искать Вилли. Кэрн и Лутте бросились за мной. Вилли не успел далеко уехать, он сидел на льду около нашего дома, опустив голову. Я обняла его.

— Мы попробуем ещё раз! У тебя все получится!

— Я наигрался! — жёстко ответил он. — Пожалуйста, больше не втягивай меня в это!

Он вырвался из моих объятий и отвернулся. Лутте сделал сочувственное лицо. Кэрн смотрел на нас в полной растерянности, и вдруг достал телефон и начал куда-то звонить.

— Кому вы звоните? — удивилась я.

— Кине Лидак, — ответил Кэрн, — я хочу, чтобы она первая узнала о моем отказе. Один голос — это смешно! Нужно заново повторить выборы.

— Господа президенты! — вмешался Лутте. — Вы так увлеклись борьбой, что забыли, ради чего ее затевали. Вы, наверное, оба настолько зазнались, что считаете себя главным счастьем всех керинчан! Но представляете, у них полно забот! Они ходят на работу, женятся, разводятся, а вы оба для них лишь мелкое развлечение.

Вилли резко повернулся к Кэрну:

— Пожалуйста, пусть все останется, как есть!

Кэрн разъединился.

— Почему? Я откажусь, и вы станете президентом!

— Вы действительно наивный волшебник, Кэрн! — заявил мой супруг. — Как только вы откажитесь, люди решат, что это я заставил вас, и у меня уже никогда не будет шансов стать президентом!

— Я скажу всем, что это только мое решение!

— Простите, но вы пока не имеете такого авторитета! Когда вы в прошлый раз сбежали, все подумали, что это я вас заставил, даже Алла! Если хотите мне навредить, бегите с тонущего айсберга! Вы это умеете!

Кэрн напряженно молчал. Мне стало жаль их обоих. Им нужна была поддержка.

— Кэрн, — сказала я, — мы не властны над звёздами, но они властны над нами! Раз они подарили вам шанс заботиться о керинчанах, примите его с благодарностью!

— А мы ещё поборемся с вами через два года! — заявил вдруг Вилли и, наконец, поднялся. — И не вздумайте не участвовать! Я должен победить вас!

Он торжественно пожал Кэрну руку. Я была счастлива, мой муж передумал, он опять готов к новому состязанию! Он обязательно ещё станет президентом, просто сейчас произошла ошибка, но мы исправим ее вместе!

— Я дал вам клятву, Кэрн, — сказал Вилли, — и я на вас не в обиде! Мы ведь друзья, как и раньше?

— Вилли! — воскликнул Кэрн и обнял его. — Я восхищалась вами. Таких друзей у меня никогда ещё не было.

Лутте с обидой посмотрел на президента.

— Ну, а я совсем никому не нужен?

— Лутте, ты прекрасен! — засмеялась я.

— Пойду искать мою Назидочку! — ответил он и на бешеной скорости уехал от нас.

Я взяла Кэрна и Вилли за руки, и мне вдруг стало легко и приятно. Вилли проиграл выборы, но мы приобрели нечто гораздо большее: настоящую дружбу, не зависящую от глупых небесных игр! И какая разница, кто будет управлять Кернией? Главное, что никакие разногласия не заставят нас расстаться! И даже Лутте с его странными экспериментами и шутками мне нравился. Я была уверена, что он никогда не бросит нас в беде!

Лутте вернулся не один. Он действительно нашел Назиду. Она танцевала на льду. Увидев нас, она бросилась целовать Кэрна и от радости свалила его с ног.

— Я знала! Знала! — плакала она. — Что ты будешь управлять Кернией!

Она вдруг отошла от него:

— Никто не знает моего сыночка лучше, чем его мамочка! Аллочка, объясните своему любимому неудачнику, что управлять Кернией способен только Кэрн!

— Мама! — не выдержал Кэрн. — Я, как президент Кернии, прошу тебя больше не вмешиваться в это дело! Алла и Вилли мои близкие друзья! И я сам очень хочу, чтобы Вилли стал президентом! Я голосовал за него!

— Не обижай свою мамочку, Кэрн! — вмешался Лутте, — Она у тебя прелесть!

Назида подъехала ко мне совсем близко посмотрела мне в глаза и сказала:

— Ладно! Не расстраивайся, у твоего мужа миллион шансов! Бейтесь вместе, как рыбы об лёд!

Заиграла музыка, Лутте пригласил Назиду на танец и она, наконец, отстала от меня. Я всеми силами постаралась понять эту странную женщину, она ведь просто очень любит сына и ее нельзя осуждать!

Журналисты резко вспомнили о нас, и толпами набросились на каждого. Вилли достойно отвечал им, Кэрн рассказал очередную историю, а Лутте заставил всех хохотать! Огромный салют появился на небе.

Вдруг телефон Кэрна завибрировал, он взглянул на него и тяжело вздохнул.

Это Кине Лидак. Она, видно, увидела, что я звонил ей. Лутте выхватил у Кэрна из рук телефон и ответил:

— Добрый день, незабываемая Кине Лидак, с вами говорит Лутте. Я, Кэрн, Вилли и его жена от всей души поздравляем вас с освобождением от тяжкого бремени и с чистой совестью отпускаем вас на море!

— Лутте! — засмеялась она. — Спасибо! Передайте Кэрну, что управление Кернией — не простая задача! Мало кто с ней справился успешно, но я очень прошу его не сбегать прямо сегодня!

— Она читает ваши мысли! — тихо сказал Вилли Кэрну.

И вдруг мы увидели огненный вихрь. Я вздрогнула. Лёд рядом с нами быстро таял и испарялся. Толпа помчалась прочь. Я вцепилась в руку мужа, и мы бросились бежать. Только Кэрн оставался рядом с пламенем, вылетающим из-под земли. И, как ни странно, льдина, на которой он стоял, не таяла. Я позвала его к нам, но он, похоже, не услышал меня, с восторгом наблюдая за необыкновенным зрелищем.