Пролог

Она чувствовала себя не очень хорошо. Её кожа была холодной и липкой, всё тело сотрясала дрожь. Это напоминало то, как в прошлом году она болела гриппом, только в нынешнем состоянии что-то ощущалось ещё хуже. Нет, не что-то. Всё в этом ощущалось ещё хуже.

Она свернулась калачиком на жёстком полу, жалея, что у неё нет одеяла или чего-нибудь ещё, за что можно было бы ухватиться, чтобы успокоиться. Это неправильно. Не нужно быть взрослым, чтобы понимать это.

Она смутно услышала шаги, приближающиеся с другого конца коридора. Она почувствовала, что напряглась. А затем он оказался рядом, с улыбкой глядя на неё из-за металлической решётки.

— Ангелика, — он произнёс это слово словно ласковое обращение, и у неё по коже побежали мурашки. Каждый раз, когда он произносил её имя, другая часть её существа сжималась. Хуже всего то, что он знал это. Вот почему он постоянно его говорил.

— Ангелика. Мой ангел, — в уголках его глаз появились морщинки, пока он продолжал улыбаться. — Теперь ты мой ангел, не так ли? — он указал на её руку. Та всё ещё болела. — На тебе моя метка. Это доказывает, что ты моя.

Она не шевелилась. Всё, что она могла — это смотреть на него, как тупое животное.

Он отвернулся, делая жест кому-то вне поля зрения. Появилась тарелка, которую он поставил перед ней. Она почувствовала запах ещё до того, как увидела, что на ней лежит. Стейк. Сырой, толстый стейк с кровью. У неё потекли слюнки. Боже, она, наверное, могла бы съесть лошадь, что уж говорить об одном стейке.

— Ангелика, — промурлыкал он. — Ты голодна? — он подцепил краешек стейка двумя пальцами. На белую тарелку капнула капелька крови. — Я накормлю тебя, Ангелика. Если ты будешь хорошо себя вести.

Ей удалось выпрямиться и подняться на дрожащих ногах. Она просунула тонкую руку сквозь прутья решётки. Он отдёрнул мясо, держа его вне досягаемости.

— Сначала, — сказал он, — я хочу посмотреть. Изменись. Для меня.

Она покачала головой. Нет.

С другого конца камеры кто-то крикнул:

— Не делай этого! Ты не обязана этого делать! Ты не… — он не успел закончить последнюю фразу. Его слова сорвались на пронзительный крик. Мгновение спустя он снова замолчал.

Мужчина, стоявший перед ней, продолжал приятно улыбаться.

— Видишь, Ангелика? Ты должна повиноваться. Если ты не будешь слушаться, тебе будет нехорошо.

Внезапный прилив кристально чистого понимания обрушился на неё. Он мог причинять ей столько боли, сколько хотел, но она не в его власти. Он не мог так поступить с ней. Она ему не позволит. Она вздёрнула подбородок, в её глазах мелькнул вызов, и она произнесла одно-единственное слово.

— Нет.

Он не был обескуражен её ответом; казалось, ответ ему даже понравился. Он уронил стейк и втоптал его ногой в пол. Затем снова махнул рукой.

— Приведите его, — сказал он.

Она напряглась и наклонила голову, прислушиваясь. О нет. Она покачала головой.

— Не надо, — прошептала она. — Пожалуйста.

Улыбка мужчины стала шире.

Двое мужчин, нёсших её отца, вытащили его на видное место. На лице у него проступило несколько синяков, и она почувствовала запах крови, как из старых, так и из новых ран. Увидев её, он вырвался из рук своих похитителей и бросился на решётку.

— Милая! Ты в порядке? Что они с тобой сделали?

За спиной её отца мужчина поднял пистолет и приставил дуло к голове её отца.

— Ангелика, — сказал он. — Что будет дальше?

Ему не нужно было спрашивать. Жгучая ярость и пробирающий до костей страх уже овладели ею. Она больше не контролировала себя — это контролировало её. Она зарычала, и её тело изогнулось, затем она рванулась к прутьям, заточавшим её, ударяясь о них снова, и снова, и снова. В её голове была только одна мысль. Убивать.

Мужчина гордо улыбнулся, глядя на её крошечное, дрожащее тельце оборотня.

— Хорошая девочка. Хорошая девочка, Ангелика.

Глава 1

Когда речь заходит об оборотнях, единственное, о чём никто не говорит — это то, как чешутся их яйца, когда они покрыты слоем мягкого, пушистого меха. Деверо Вебб размышлял об этом пустяке, пробираясь через небольшую рощицу деревьев, искусно высаженных вокруг детского игрового парка.

Он находился недалеко от входа в здание, которое называл своим домом. Конечно, он мог присесть на корточки и принять позу из волчьей йоги, чтобы языком позаботиться о неприятном зуде. Он знал, что это возможно, потому что уже пробовал, но именно этими губами он целовал свою племянницу в щёку. Как только он удовлетворил своё любопытство и убедился, что это физически возможно, та часть его мозга, которая оставалась человеческой, не позволяла ему повторить подобное. К большому сожалению.

Он сделал всё возможное, чтобы выкинуть из головы этот лёгкий дискомфорт, и остановился под небольшим дубом. Рассвет уже не за горами, и ему показалось, что он уже видит, как солнце поднимается над верхушками зданий на востоке города. Земля покрылась росой, отчего в воздухе появился землистый запах, который заглушил обычные городские запахи бензина, мусора и людей.

Его внимание привлекло какое-то движение в дальнем правом углу, и он невольно вздрогнул. Крыса. Он подавил желание броситься за ней. Он хищник, и он голоден, но у него же были принципы.

Метрах в трёхстах от него из-за угла показалось одинокое такси. Оно проехало по дороге и остановилось у обочины сразу за линией деревьев, где он ждал. Присев на корточки, он наблюдал, как с задних сидений, пошатываясь, выбирается растрёпанная парочка, от которой разило алкоголем, сексом и юношеским оптимизмом.

Когда такси отъехало, женщина наклонилась, расстегнула ремешки на туфлях и сняла с ног раздражавшую обувь. Деверо наклонил голову и посмотрел на неё. Водка с клюквой — вот что она пила. Её духи были лёгкими и цветочными, контрастировали с резким запахом лосьона после бритья, которым пользовался её спутник и от которого всё ещё слезились глаза, даже после целой ночи, проведённой в городе. Она слегка покачнулась и выпрямилась, держа туфли в руке.

«Меньше чем за три секунды», — решил Деверо. Он настигнет её меньше чем за три секунды, даже если она побежит. Он дрожал, и его золотистая шерсть колыхалась по всему телу.

На мужчине была рубашка с рисунком и узкие джинсы. Они ему не шли. У него были широкие плечи и тонкие ноги, поэтому из-за обтягивающей джинсовой ткани казалось, что его торс балансирует на зубочистках, как канапе. Сочный кусочек розовой мякоти, готовый к употреблению… Из уголка рта Деверо потекла струйка слюны. Он облизал губы.

— Малыш, — у женщины был сильный лондонский акцент. — Малыш, — она помахала своему парню, чтобы привлечь его внимание. — Возьми мои туфли, малыш.

Мужчина сделал, как ему было сказано. Деверо Вебб фыркнул за деревьями. Пара замерла.

— Ты думаешь, это…? — пробормотала женщина.

Мужчина кивнул, и это напряжённое движение подчеркнуло его страх. Его глаза забегали из стороны в сторону, пытаясь разглядеть что-либо сквозь мрак.

— Не волнуйся, — громко сказал он. — Всё будет хорошо.

Деверо почувствовал запах его страха. Буквально. Он снова облизал губы.

Мужчина потянулся и взял свою девушку за руку.

— Пошли.

Они начали двигаться, торопливыми шагами удаляясь от того места, откуда за ними наблюдал Деверо.

— Что, если он пойдёт за нами? — настойчиво прошептала женщина.

Деверо Вебб улыбнулся.

— Я дам ему отпор, — мужчина крепче сжал её туфли. Напускная бравада в его голосе была почти болезненной. — Он не причинит нам вреда.

Деверо встал и потянулся, затем вышел из-под прикрытия деревьев и бесшумно двинулся вслед за спешащей парой. Они свернули на дорожку налево, направляясь к многоквартирному дому, находившемуся в двух шагах от его собственного высотного здания. Когда они это сделали, женщина оглянулась через плечо. Увидев его менее чем в двадцати метрах от себя, она тихонько пискнула.

Мужчина повернул голову. Его глаза широко раскрылись, когда он осмотрел ширину и длину массивного волчьего тела Деверо Вебба.

«Я знаю, — подумал Деверо. — Крупнее, чем ты себе представлял, верно?»

Мужчина выдернул свою руку из руки спутницы, бросил туфли на землю, куда они упали с громким стуком, и развернулся. Мгновение спустя он бросился бежать так быстро, как только могли нести его тонкие словно спички ноги.

«В бегстве есть одна проблема, — рассуждал Деверо, — оно заставляет тебя выглядеть добычей».

Женщина не двигалась. Деверо прекрасно понимал — это не потому, что она не хотела бежать, а потому, что ужас приковал её к земле. Её тело сотрясала дрожь, и было заметно, что она трясётся с головы до ног. Даже зубы у неё стучали.

Деверо не изменил свой темп. Стараясь двигаться плавно и уверенно, он подошёл к ней. Она не могла оторвать от него глаз.

Он бросил на неё долгий взгляд, а затем заставил себя обратиться. Золотистый мех уступил место гладкой коже, а его шрамы и татуировки снова стали видны. Его кости хрустнули, кровь забурлила… А затем он человеческой рукой подхватил туфли женщины и протянул их ей.

— Кажется, это ваше.

Сначала она была не в состоянии говорить. Она сглотнула, всё ещё не в силах унять дрожь. Однако через мгновение она расправила плечи и вздёрнула подбородок на сантиметр. Вот так. Уже лучше.

— Спасибо, мистер Вебб, — пробормотала она, дрожащими пальцами взяв туфли.

Он широко улыбнулся.

— Зовите меня Деверо, — он кивнул вслед её парню, который ворвался в вестибюль своего многоквартирного дома и отчаянно пытался забаррикадировать дверь цветочным горшком. — Знаете, вы, наверное, можете найти себе кого-нибудь получше.

Всё, что она смогла выдавить из себя — это едва заметный кивок. Деверо пожал плечами. Передвигаясь на двух ногах вместо четырёх, он побрёл совершенно голый к своей квартире, помедлив только для того, чтобы потянуться вниз и хорошенько почесаться.

***

Легко было удержаться от желания наброситься на ту парочку, но вот удержаться от желания наброситься на стейк на рёбрышке толщиной в четыре дюйма, который он оставил на кухонном столе. Деверо планировал сначала хотя бы обжарить его по краям, но голод взял верх, и он проглотил его сырым, как дикий зверь. «Наверное, стоит поработать над этим», — решил он, облизывая пальцы.

Он подошёл к холодильнику, достал второй стейк и проглотил его тоже.

Его вкусы изменились так же, как и его тело. Он больше не хотел карри с искусными приправами, а бутылка острого соуса, которым он обычно обильно поливал большую часть своих блюд, теперь лежала нераспечатанной. Ему даже не нужно больше посыпать еду солью. Пока на столе имелось мясо, и в большом количестве, он был счастлив.

Бросив тарелку в раковину, Деверо слегка склонил голову. Он схватил халат, висевший на спинке стула, и накинул его, прежде чем направиться к входной двери. Он открыл её и увидел невысокого темноволосого мужчину, поднявшего кулак, чтобы постучать.

— Ты опоздал, Газ, — пробормотал он.

— Да, — Газ переступил с ноги на ногу, опустив взгляд и убрав руку. — Извини за это.

Деверо отступил назад и жестом пригласил его войти.

— Что там с цифрами за ночь?

Газ сунул ему скомканную газету.

— Я принёс тебе утренний выпуск, — сказал он, игнорируя вопрос. — Я подумал, что ты, возможно, захочешь это прочитать. Сегодня о тебе упомянули только на шестой странице, так что это уже прогресс.

Деверо взял газету, даже не взглянув на неё.

— Газ…

— Миссис Форд с восемнадцатого этажа снова жаловалась на работу своего бойлера. Заходил сантехник и сказал, что всё в порядке, но она считает, что он халтурит, и хочет, чтобы ты поговорил с ним.

— Что случилось с Макганном? Разве не он обычно устраняет проблемы с водопроводом в доме?

Газ кашлянул.

— Он, э-э, съехал в понедельник. У него молодая семья, так что, знаешь…

Взгляд Деверо посуровел.

— Нет. Я не знаю.

— Э-э-э, — Газ дёрнулся. — Я думаю, им хотелось иметь более просторное жильё. И сад.

Деверо скрестил руки на груди.

— Действительно, так и было? — он сверкнул глазами. Глаза его прищурились. — Так что насчёт ночных цифр? — повторил он. — Как у нас дела?

— Ребята прихватили несколько кошельков, — неохотно сказал Газ, отводя глаза, чтобы больше не встречаться взглядом с Деверо. — Но улов невелик. В наши дни люди не носят с собой много наличных, особенно богатые.

— А ещё сейчас начало лета. Многие люди уезжают в отпуск. По всему городу есть свободные квартиры и дома, воруй не хочу. Тут ничего сложного Взломай пару замков, проскользни внутрь, возьми пару ценных вещей… — Деверо развёл руками. — Не говоря уже обо всех этих проклятых туристах в Гуччи, Армани и Луи Виттон, которые слишком заняты фотографированием, чтобы обращать внимание на свои сумки. Предполагается, что сейчас пик сезона.

Газ не стал возражать.

— Да.

— И что? В чём проблема?

Газ отвернулся.

Деверо вздохнул.

— Просто выкладывай.

— Чёртовы копы всё ещё преследуют нас, босс, — слова вырвались у него в нервной спешке. — Никто не может даже пальцем шевельнуть так, чтобы за ним не следили. Они не могут схватить тебя, потому что ты стал сверхъестественным, поэтому вместо этого они охотятся за нами остальными. И вокруг полно журналистов. Может, ты и на шестой странице, но всё равно остаёшься главной новостью. Они предлагают наличные всем, у кого есть секретная информация. Рано или поздно всё уляжется, — он фыркнул. Судя по его тону, он сам не верил в свои слова. — Сейчас тяжело, не так ли? Но скоро всё вернётся на круги своя.

Деверо почувствовал вспышку ярости. В Лондоне встречались люди и похуже, чем его Стадо. Его люди не склонны к насилию. Они не угрожали и не причиняли физического вреда. Они даже не крали ничего сентиментального. В тех редких случаях, когда кто-то из членов команды забирал что-то незаменимое, например, прядь детских волос, вделанную в старый брелок для ключей, или старое потёртое обручальное кольцо, Деверо всегда заботился о том, чтобы это было возвращено анонимно.

Стадо работало на верхушке, выбирая богатых, чтобы помочь бедным. Он жертвовал на благотворительность и помогал своей общине — дело не только в том, чтобы набить собственные карманы. К сожалению, если Робин Гуда и его шайку почитали, то Пастуха и его Стадо презирали.

Благодаря их усилиям преступность в этом районе была на рекордно низком уровне. Грабежи, изнасилования, поножовщина… такого не происходило на территории Пастуха. Полиции следовало бы наградить его грёбаной медалью. Три сменявших друг друга мэра и четыре правительства не смогли добиться того, чего добился он. Его мишени могли чувствовать себя трагическими жертвами, но им приходилось сталкиваться лишь с незначительной несправедливостью, связанной с преступлениями без насилия, в отличие от людей, которые поколениями страдали от социальной несправедливости, сказывавшейся на их образовании, перспективах трудоустройства, жилье и здоровье. Его люди были настоящими жертвами.

— Чёрт возьми, — пробормотал он, подошёл к окну и выглянул наружу. Было всего семь утра, а Лондон уже проснулся. Он сердито посмотрел на раскинувшийся перед ним город, затем перевёл взгляд поближе к дому. Возле автостоянки стояла незнакомая пара. Даже с такого расстояния они выглядели слишком элегантно и хорошо одетыми, чтобы находиться в таком районе. Женщина была брюнеткой с длинными волосами, собранными сзади в тугой пучок, а мужчина был одет в безукоризненный синий костюм и держался слишком чопорно. Они выделялись как бельмо на глазу.

Деверо прищурился. Без сомнения, это те самые журналисты, о которых говорил Газ. Он подумал о том, чтобы спуститься вниз, встретиться с ними лицом к лицу и дать понять, что им здесь не рады. Это было заманчиво, но не улучшило бы его нынешнего положения. Он отвёл взгляд.

Четырнадцатью этажами ниже его окна по дорожке прогуливались трое ребят, едва достигших подросткового возраста. Он узнал их сразу. В отличие от журналистов, эти ребята выросли здесь. Он видел, как они превращались из дерзких детишек в озабоченных подростков, а затем в молодых людей, которые заботились о своём сообществе. Чёрт возьми, в прошлом году одна из них испекла ему на день рождения чёртов торт. Они его люди, и он не собирался бросать их только потому, что время от времени становился пушистым. Его вкусы, возможно, и изменились, но мотивация — нет.

Он наблюдал за мрачной троицей. Не нужно быть экспертом в языке жестов, чтобы понять, насколько они несчастны. Деверо отодвинул задвижку на окне и слегка приоткрыл его. Две недели назад он не смог бы разобрать с такого расстояния ничего, кроме отголосков их голосов, но с тех пор, как его укусили, кое-какие вещи изменились. Нет, не вещи. Изменилось всё.

— Мы ни в чём не виноваты, — пожаловалась молодая девушка в комбинезоне.

— Да, — пробормотала её подруга. — С нами обращаются как с животными только потому, что он животное.

— Я видела его прошлой ночью, ты знаешь. Он не животное.

Деверо слегка расслабился.

— Он монстр.

Он захлопнул окно и отвернулся.

— Босс? — спросил Газ. Он заламывал пальцы и выглядел встревоженным.

— Сколько человек уже заявило?

Газ сглотнул.

— Заявило?

— О желании быть укушенным, — прорычал он. — Быть обращённым.

Газ слегка побледнел.

— Я думал, закон подразумевает, что…

Деверо почувствовал, как его гнев перерастает во что-то более холодное.

— С каких это пор нас стал волновать закон?

— Босс, — прошептал Газ, — больше никто не хочет быть оборотнем.

Дверь распахнулась, и в комнату ввалилась Элис с развевающимися косичками. Она бросилась на диван и потянулась за пультом дистанционного управления.

— Что с тобой? — спросил Деверо. Она ответила не сразу. Он кивнул Газу, который понял намёк и удалился. На его лице было написано облегчение от того, что он временно избавился от дальнейших расспросов.

Деверо подошёл и сел рядом с племянницей.

— Элис, — мягко сказал он, — что-то случилось?

Её нижняя губа задрожала.

— Я собиралась пойти поплавать с Бекки и Хлоей. Я специально встала пораньше.

До недавнего времени, когда её рак перешёл в стадию ремиссии, Элис не могла ходить плавать. Для неё было очень важно быть достаточно здоровой, чтобы провести день с друзьями и заняться обычными детскими делами.

— Они изменили свои планы? — спросил он.

— Мама Хлои сказала, что вместо этого они собрались навестить семью, — она бросила на него злобный взгляд. — Но я видела их сумки. Они не собираются видеться с семьёй. Они всё ещё собираются купаться, — её губы поджались в недовольную линию. — Они просто не хотят, чтобы я шла с ними.

Холодная ярость в его жилах превратилась в хрупкий лёд, а правая бровь начала подёргиваться.

— Возвращайся к своей маме, Элис, — сказал он. Он считал себя опекуном Элис в той же степени, в какой его сестра Наташа была её матерью. То, что он оборотень, этого не изменило, но сейчас он не в том состоянии, чтобы присматривать за Элис. — Останься с ней сегодня.

Её боль была ощутимой.

— Значит, тебе я теперь тоже не нужна?

Он взял её руки в свои и нежно сжал их.

— Ты всегда будешь мне нужна. Но я собираюсь принять душ и уйти.

— Куда ты идёшь?

Он сжал челюсти.

— Поговорить с женщиной о волке.

Глава 2

Здание, в котором размещался Сверхъестественный Отряд, совсем не походило на полицейский участок. Это было строение с террасами, справа от которого располагался небольшой супермаркет, а слева — бутик-отель. Деверо бывал там раньше — чёрт возьми, он впервые превратился в оборотня возле этого здания, хотя на самом деле никогда не ступал на его порог и не заходил внутрь.

Он посмотрел на осыпающуюся каменную кладку. Четыре этажа в высоту и бог знает сколько тайн внутри. Он провёл рукой по волосам. Приход сюда был ошибкой. Несмотря на её выбор профессии, детектив-констебль Эмма Беллами ему очень нравилась, но она никогда не стала бы ему помогать. Они по природе своей были врагами.

Швейцар у входа в отель, бордовая ливрея которого делала его похожим на клоуна, пристально смотрел на него. Губы Деверо скривились, когда он посмотрел на него в ответ. Возможно, он переживал что-то вроде экзистенциального кризиса, но он всё ещё оставался Деверо Веббом.

— Вам нечего бояться, — крикнул швейцар. — Отряд Сверхов странный, но они не кусаются, — он слегка улыбнулся. — В отличие от вас.

Деверо расправил плечи. Значит, репутация опережала его.

— Я не боюсь, — в его тоне было больше отвращения, чем он предполагал.

— Возможно, это неправильный выбор слов, — сказал швейцар. Выражение его лица оставалось дружелюбным, но Деверо по-прежнему смотрел на него с подозрением. Возможно, он нормальный парень. А возможно, он в розыске полиции. — Я Макс, — представился швейцар.

— Деверо.

— Знаю. Я видел вас здесь на прошлой неделе. Ну знаете, когда вы устроили весь этот переполох и показали миру, что превратились в волка втайне ото всех. Все наши гости были в восторге. Благодаря вам количество бронирований увеличилось на треть.

Деверо буркнул «Всегда пожалуйста» и кивнул мужчине. Теперь он не мог уйти от Отряда Сверхов, не потеряв при этом лица. Он вздохнул, отбросил сожаление о приходе сюда, затем подошёл к двери и позвонил. Может, никого не окажется на месте. Он рассеянно потрогал облупившийся лак на дверном косяке и стал ждать.

Когда дверь, наконец, открылась, выглянула не детектив Беллами, а рыжеволосая женщина в элегантном юбочном костюме, неодобрительно поджавшая губы. Она долго смотрела на него с непроницаемым выражением лица. Она даже не поздоровалась, просто повернула голову и крикнула через плечо.

— Фред! Тебе лучше выйти отсюда!

Деверо нахмурился. Мгновение спустя появился молодой констебль, которого он несколько раз видел с Беллами. Возможно, поговорка о том, что полицейские становятся моложе, уже устарела, но правда стояла прямо перед ним. Этот парень, Фред, не выглядел достаточно взрослым, чтобы голосовать, не говоря уже о том, чтобы владеть электрошокером и блюсти букву закона. Однако на нём была форма, так что, если он не притворялся, то на самом деле работал офицером полиции. Деверо пожал плечами. Ну и ладно. Если копы хотели нанимать на работу детей, это не его дело.

— Я здесь, чтобы встретиться с детективом Беллами.

— Зачем? — спросила рыжеволосая. — Что вы натворили на этот раз?

Деверо предпочёл проигнорировать этот вопрос.

Молодой констебль моргнул, глядя на него.

— Э-э, её здесь нет.

Это он и сам мог бы сообразить.

— Во сколько она придёт?

— Через две недели. Плюс-минус. Она в отпуске, — он виновато улыбнулся. — Возможно, я смогу помочь.

Деверо не был уверен, почувствовал ли он облегчение или разочарование из-за отсутствия Беллами.

— Всё в порядке, — он махнул рукой. — Это не важно.

Ну, не сильно важно.

— Кто там? — раздался властный голос изнутри здания. — Лиза, кто там?

Фред застыл, а рыжеволосая, предположительно Лиза, закатила глаза.

— Оборотень, — крикнула она в ответ.

Раздался громкий стук, когда что-то упало на пол. Деверо оглядел Лизу и Фреда, а затем и здание. В любом обычном полицейском участке устанавливались строгие системы безопасности и самоблокирующиеся двери, чтобы не позволять представителям общественности забредать туда, где им быть не положено. Похоже, что такие меры не прижились в Отряде Сверхов; любой мог легко войти. Интересно.

Он обратил внимание на эту аномалию, когда из комнаты в конце коридора появился мужчина лет сорока с небольшим. Он потирал ладони и по-совиному щурился на свет.

— Ты уронил свою кружку с чаем, не так ли? — пробормотала Лиза. — И именно мне придётся всё это убирать.

Мужчина, казалось, не слышал её, или предпочёл не слышать. Когда он шагнул вперёд, Деверо окинул его оценивающим взглядом. На нём был синий костюм и галстук, которые выглядели слишком официально для обветшалого здания Отряда Сверхов. Его волосы редели и были покрашены в неудачный оттенок, который казался слишком тёмным для цвета его кожи. На шее у него висел шнурок с его удостоверением личности. Отряд Сверхов был небольшой организацией: само собой, его размеры сводили на нет необходимость в таких мерах безопасности. Деверо вгляделся повнимательнее, пытаясь прочесть надпись.

Мужчина улыбнулся и поднял бейджик.

— Я детектив-сержант Оуэн Грейс. Я здесь временно, пока детектив Беллами в отъезде, — он широко улыбнулся, что скорее добавило ему напыщенности, чем уменьшило её. — Но скоро меня переведут сюда на постоянную работу.

Взгляд Деверо скользнул к Фреду и Лизе. Ни один из них не выглядел особенно довольным такой перспективой. Он снова пожал плечами; для него это не имело значения, потому что единственным офицером полиции, с которым он разговаривал, была Беллами. И если её здесь нет, он зря терял время.

— Я здесь, чтобы обсудить личный вопрос с детективом Беллами. Поскольку её нет на месте, я пойду своей дорогой, — он отвернулся.

— Кто это? — услышал он вопрос детектива Грейса.

— Деверо Вебб, — ответила Лиза.

Раздался резкий вдох, затем Грейс выбежал вперёд и преградил Деверо путь. Улыбка исчезла с его лица.

— Мы планировали связаться с вами, мистер Вебб.

Фред кашлянул.

— Вообще-то, детектив Беллами сказала, что собирается поговорить с ним после возвращения из отпуска.

— Ни к чему откладывать, констебль Хакерт, — детектив Грейс пристально посмотрел на него. — Я не такой мягкотелый, как детектив-констебль Беллами. Я не верю в периоды адаптации. Закон есть, — он сделал паузу для пущего эффекта, — закон.

Деверо закатил глаза.

— Тогда продолжайте, — он шагнул к полицейскому, намеренно вторгаясь в его личное пространство — не настолько близко, чтобы это можно было счесть агрессивным, но достаточно, чтобы вызвать раздражение. — Зачем вам понадобилось со мной поговорить?

Грейс стоял на своём, не обращая внимания на приближение Деверо.

— Вы, — тщательно выговаривая слова, произнёс он, — оборотень?

— А что? — ответил Деверо. — Вам нужна демонстрация?

— Простого «да» или «нет» будет достаточно, мистер Вебб, — Грейс лизнул пальцы, достал блокнот и ручку и открыл новую страницу, приготовившись писать.

Деверо наклонился вперёд.

— Да, — он улыбнулся. — Записывайте по буквам: И. Д. И. Н. А. Х. У. Й, — он отстранился. — На случай, если вы не были уверены.

— Я прекрасно справляюсь с правописанием и без вашей помощи, спасибо, — Грейс нацарапал что-то на листке бумаги. — Ваше обращение не было санкционировано законом, не так ли? На самом деле, вы добились того, чтобы вас укусили незаконно, с целью стать оборотнем и избежать судебного преследования за ваши прошлые преступления. Верно?

Деверо и глазом не моргнул.

— Я не обязан отвечать на это, — хотя это и не было правдой. — И знаете что? Я также не обязан стоять здесь и слушать вас.

Детектив Грейс поднял глаза и встретился с ним взглядом.

— Да, — сказал он. — Не обязаны. Но вы обязаны покинуть свой нынешний адрес. Все оборотни должны проживать в радиусе одной мили от Лиссон-Гроув. Таков закон, мистер Вебб. А закон…

— Есть закон. Да. Вы уже говорили это, — Деверо скрестил руки на груди. — Скажите мне, вы действительно верите, что содержать в гетто сверхъестественных существ, у которых в распоряжении больше силы, чем люди могут себе представить — это хорошая идея?

— Не имеет значения, во что я верю, — сухо сказал Грейс. — Я здесь для того, чтобы блюсти закон. А закон гласит, что вы должны жить в Лиссон-Гроув или поблизости от него.

Деверо потянулся внутрь себя. В течение секунды на его лице выросла шерсть. Его зубы удлинились, заострившись до тонких хищных кончиков, и рот начал менять форму, чтобы приспособиться к ним.

— Так заставьте меня, — прорычал он. Он убрал руки с груди и поднял одну ладонь.

Грейс вздрогнул.

Деверо щёлкнул пальцами, и черты его лица разгладились, снова став человеческими.

Грейс молча стиснул челюсти. Надо отдать ему должное, он быстро пришёл в себя.

— У вас есть семь дней, чтобы сменить место жительства, мистер Вебб. Семь дней, начиная с этого момента. Сто шестьдесят восемь часов.

— А не то что?

— В отношении таких, как вы, существует не так много юридических ограничений, — пробормотал детектив Грейс, — но некоторые вещи неизменны. Ваш адрес — одно из них. Если вы не согласитесь, мы будем действовать.

Деверо приподнял бровь.

— Мы?

— Полиция, мистер Вебб. И правительство, — Грейс захлопнул блокнот. — Общество заслуживает защиты от любых опасностей. Есть невинные люди, которым может угрожать само ваше существование.

Он был на удивление серьёзен, и Деверо так и подмывало врезать ему как следует по физиономии.

— Вы подвержены капризам луны, — продолжал Грейс. — Вы можете подвергнуть опасности других людей. Для всеобщего блага вам следует переехать в безопасное место, где за вами будет легче наблюдать. Я знаю, что это несправедливо, но моя работа — обеспечивать безопасность людей. Именно поэтому я и поступил на службу в полицию. Мы помогаем. Мы не причиняем вреда, — он многозначительно кивнул. — Хорошего дня, — затем детектив, не сказав больше ни слова, вернулся в штаб-квартиру Отряда Сверхов.

Когда Деверо Вебб был ребёнком, он часто конфликтовал с представителями власти. Был один учитель физкультуры, который получал невероятное удовольствие от того, что бил его по лицу и орал на него, брызгая слюной изо рта. Иногда это происходило из-за того, что Деверо забывал свою спортивную форму или недостаточно эффективно справлялся с противником во время футбольного матча. Однако часто крики не вызывались какой-либо веской причиной. Мистер Стоун просто знал, что его агрессия породит реакцию. И каждый раз, когда этот Стоун достигал своей цели и подводил его к краю пропасти, Деверо чувствовал, как между лопатками у него образуется тугой узел боли, пронзающий его насквозь. Через несколько секунд он неизбежно срывался и кричал в ответ — или того хуже. Когда он, наконец, ударил кулаком по носу Стоуна и сломал его, Деверо немедленно исключили. В школе предполагали, что исключение было наказанием, хотя это далеко от истины.

Деверо понял, что узел между его лопаток был признаком того, что он достиг своего эмоционального предела. В последний раз он испытывал это, когда выступал перед альфами кланов оборотней от имени Элис и просил их обратить её, чтобы она могла победить свою лейкемию, но они отказались. Это привело к тому, что он предпринял невероятные — и кто-то мог бы сказать, нелогичные — усилия, чтобы самому превратиться в волка. Теперь он почувствовал, как тот же узел напряжения снова скручивается в нём.

Он глубоко вдохнул через нос. Нахер этого парня.

К нему бочком подошёл зелёненький Фред Хакерт.

— Вы уверены, что действительно были оборотнем всего пару недель? — спросил он с сомнением в голосе. — Потому что я никогда не видел волка, даже урождённого волка, с таким самообладанием, которое вы только что продемонстрировали. Вот так менять лицо… — он покачал головой. — Ух ты.

— Так ты какой-то эксперт по оборотням? — зарычал Деверо.

Фред побледнел и отступил на шаг.

— Нет, просто… — он сглотнул. — Неважно, — он неловко почесал руку. — Послушайте, Эмма — детектив Беллами — честно собиралась дать вам больше времени, прежде чем предлагать присоединиться к остальным в Лиссон Гроув. Она бы подошла к этому иначе, чем детектив Грейс. Но есть пара случаев, когда человеческие законы действительно применяются к сверхъестественным существам. Во-первых, если обращается больше вампиров и волков, чем разрешено, а во-вторых, если они живут за пределами отведённой им территории. Я знаю, это кажется несправедливым, но взамен вы освобождаетесь от любого другого вмешательства людей. Конечно, при условии, что вы не причиняете вреда людям, — поспешно добавил он. — Но обычно сверхи решают подобные вопросы между собой.

Деверо заставил себя дышать нормально. Узел уже начал ослабевать.

— Так что же произойдёт, если я откажусь переезжать?

Фред взглянул на Лизу. Она поджала губы, прежде чем объяснить.

— Такое случается время от времени, и обычно с этим разбираются сверхи. К сожалению, мистер Вебб, я подозреваю, что к вашему делу будут относиться по-другому. Есть некоторый прецедент. Скорее всего, вас запрут в специально отведённом для этого учреждении, которым управляют люди. Я думаю, правительству понравится идея сделать вас публичным козлом отпущения.

— Вы говорите о том, чтобы отправить меня в тюрьму? — он сделал паузу и посмотрел на неё так, словно это её вина. — Потому что я отказываюсь переезжать?

Лиза проигнорировала выражение его лица и пожала плечами.

— По сути дела да. Всё хуже, чем вы могли бы подумать. Это будет хуже, чем тюрьма.

— В каком смысле?

Она не отвела взгляда.

— Теперь вы оборотень. Для вас всё иначе. Вы ещё не видели полнолуния, и когда это случится, его власть над вами будет необычайной. Если вы будете сидеть взаперти и не сможете в полной мере проявить свои волчьи способности во время смены Луны, вы сойдёте с ума. Знаете, раньше это называлось безумием не просто так, и было много случаев, подобных вашему. Кроме того, волки — стайные животные. Большинство из них благодарны за то, что живут среди себе подобных.

(Слово «безумие», которое использовала Лиза, в оригинале однокоренное со словом Луна, что намекает на способность Луны сводить людей с ума, а уж оборотней тем более. Следы этого убеждения до сих пор сохраняются в английском языке, где слово lunatic — это не лунатик, а псих, — прим)

— Я не такой, как большинство волков.

— Да, — тихо ответила она. — Я это понимаю, — она на мгновение поколебалась, словно не зная, стоит ли продолжать. Затем вновь заговорила: — Есть сверхъестественные существа, которые не живут в Лондоне. Есть вампиры, гремлины и пикси — и даже оборотни — которые предпочитают не признавать закон в его нынешнем виде. Но они остаются вне поля зрения и скрывают свою истинную сущность. Вам было бы нелегко провернуть такое.

— Потому что я профессиональный преступник, который не может не высовываться? — спросил Деверо с едва заметной ноткой злобы.

— Потому что ваше лицо мелькало во всех таблоидах с тех пор, как вы впервые обратились прямо на этом месте, — просто ответила Лиза. — Вы не такой уж незаметный, мистер Вебб.

Он пристально посмотрел на неё, затем перевёл взгляд на швейцара, который всё ещё стоял у входа в отель и отчаянно старался не подслушивать.

— Макс? — позвал он. — Где здесь можно чего-нибудь выпить?

— В отеле есть бар, но он открывается позже, — ответил швейцар. — Недалеко отсюда есть паб клана Карр, который может открыться примерно через час. Или «Сердце». В такой час там, наверное, тихо, но я не думаю, что он когда-нибудь закрывается.

— «Сердце» — это забегаловка вампиров? Та, что принадлежит лорду Хорвату?

Макс кивнул.

— Там не часто можно встретить оборотней.

В таком случае, решил Деверо, это идеально. На часах всего десять утра, и всё, чего он хотел — это напиться до беспамятства.

Глава 3

Макс был прав: несмотря на поздний час, «Сердце» было открыто для всех желающих. Неоновая вывеска в виде светящегося изображения биологически корректного сердца ярко горела, а дверь оставалась широко открытой. Снаружи стоял клыкастый вышибала, который изо всех сил старался выглядеть бдительным, хотя Деверо подозревал, что он здесь скорее для пущего эффекта, чем из-за реальной необходимости в безопасности в десять часов утра. Американские туристы на другой стороне улицы точно не собирались создавать никаких проблем; они радостно щёлкали своими айфонами, прежде чем набраться смелости и сделать селфи с вампиром в смокинге.

Деверо подождал, пока туристы отойдут, и только потом подошёл к входу. Сначала вышибала никак не отреагировал, но, когда Деверо приблизился и стало очевидно, что он собирается войти в клуб, вышибала выпрямился, и в его глазах промелькнуло узнавание.

— Доброе утро, мистер Вебб.

Деверо коротко кивнул в ответ. Он был не в настроении вести светскую беседу и не собирался притворяться удивлённым тем, что вампир знает его имя. Чем быстрее он доберётся до бутылки виски, тем лучше. К сожалению, вышибала, похоже, не горел желанием пропускать его через парадную дверь «Сердца».

— Вы здесь, чтобы встретиться с лордом Хорватом?

— Нет.

— Потому что в данный момент он дома. Я могу позвонить ему и договориться о встрече, если хотите.

— Я здесь не из-за Хорвата, — прорычал Деверо.

— Вы здесь, чтобы создавать проблемы?

— Я здесь ради бл*дской выпивки.

Вампир никак не отреагировал на его рычание.

— Волки обычно сюда не заходят.

— И что?

— Наверное, будет лучше, если вы найдёте другое место, — вампир мерзко улыбнулся, приоткрыв рот ровно настолько, чтобы показать клыки. Он слегка наклонил голову влево, и Деверо заметил у него в ухе наушник, но даже с его недавно обострившимся слухом, он не смог разобрать, о чём шла речь.

Вампир отступил назад и, поморщившись, указал на дверь.

— Однако, — сказал он, — если вы действительно хотите чего-нибудь выпить, то можете зайти.

Наконец-то. Заманчиво было бы ткнуть вампира носом в тот факт, что какой-то кровожадный менеджер среднего звена приказал его впустить, но Деверо знал, что лучше не делать из этого проблему. В конце концов, никогда не знаешь, когда тебе понадобится услуга от зубастого вышибалы-вампира.

Он проглотил своё самолюбие и кивнул.

— Спасибо, — во взгляде, который он получил в ответ, не было ничего, кроме подозрения, но Деверо предпочёл проигнорировать его и нырнул внутрь.

Мрачный интерьер резко контрастировал с дневным светом снаружи. Хотя вампиры не превращались в пыль на солнечном свете и не сгорали при первых признаках рассвета, Деверо знал, что они предпочитают темноту. Возможно, «Сердце» пыталось создать иллюзию, что здесь вечная ночь.

Он огляделся. Даже при слабом освещении роскошь клуба поражала. Это всего лишь главный вестибюль, а здесь уже пахло деньгами. У Деверо был нюх и склонность к таким вещам. Он протянул руку и провёл кончиками пальцев по тёмно-красным обоям в мелкую полоску. На ощупь они казались дорогими, а цвет сочетался со слабым запахом крови, витавшим в воздухе. Что ж, это же вампирский клуб…

Он прошёл на главный этаж клуба. К запаху крови теперь примешивалось что-то ещё, какое-то травяное сочетание, от которого у него защипало в ноздрях. Что бы это ни было, оно пахло невероятно соблазнительно. Его пульс участился, и странное чувство восторга разлилось по венам. Оглядевшись, он заметил искусно замаскированные вентиляционные отверстия. Каким бы ни был запах, он, очевидно, распространялся по всему помещению. Он сомневался, что это сделано исключительно для того, чтобы скрыть привкус насыщенной железом крови; нет, травяной аромат создавался для того, чтобы усилить впечатления от визита сюда. Если бы вампиры упаковали этот запах и продавали на открытом рынке, они, вероятно, заработали бы целое состояние.

Соблазнительный аромат сопровождала музыка, хотя это была скорее расслабляющая мелодия, чем тяжёлые танцевальные ритмы, которые, вероятно, позже зазвучат из динамиков. Он обратил внимание на довольно большой и эффектный трон на пустом балконе и различные кабинки, расставленные по всему мезонину. В клубе было меньше двадцати персон; все они, похоже, были либо сотрудниками, либо закоренелыми пьяницами, которым время суток не мешало принять свою дозу алкоголя.

Надеясь, что все они будут больше интересоваться своими напитками, чем разговорами, Деверо подошёл к бару.

— Двойное виски, — проворчал он.

Бармен поставил стакан, который он тщательно протирал, и приподнял бровь.

— Какого сорта?

— Того, что ближе всего под рукой.

Бармен кивнул и отвернулся, потянувшись к «Фэймос Гроус», чтобы налить порцию Деверо. Однако прежде чем он успел это сделать, раздалось деликатное покашливание.

— Не это. Мистер Вебб — особый гость. Налей ему вместо этого «Балвени».

— Вы уверены?

Вампирша, стоявшая менее чем в метре от него, пристально посмотрела на бармена. Он сглотнул и бросился к стеклянному шкафчику, в спешке едва не споткнувшись о собственные ноги.

Деверо взглянул на неё. Внезапно его настроение улучшилось. Перед ним предстали умные тёмные глаза, гладкая коричневая кожа, покрытая россыпью крошечных веснушек, милый носик пуговкой и идеальные красные губки бантиком. Он уже знал, что вампиры физически привлекательны. Чтобы соблазнять жертв. Если у скорпионов есть жала, то вампиры привлекательны внешне. Однако он никогда не видел ни одного вампира, который выглядел бы так, как она.

Его взгляд скользнул вниз. Она с головы до ног была одета в облегающий кожаный комбинезон, подчеркивающий её тонкую талию. Однако, увидев пушистые фиолетовые тапочки на её ногах, Деверо не смог удержаться от короткого смешка.

Вампирша ухмыльнулась и пожала плечами.

— Что я могу сказать? Я не ожидала, что гость вашего статуса забредёт сюда этим утром.

В её улыбке было что-то странно заразительное, а может, дело в пьянящем аромате трав, витавшем в воздухе. В любом случае, Деверо почувствовал, что улыбается в ответ. Его напряжение уже спадало.

— Дайте-ка я угадаю, — сказал он. — Это вы причина того, что впустили меня внутрь. Ваш вышибала собирался меня прогнать.

— Не принимайте это на свой счёт, мистер Вебб. Мы научились остерегаться волков-одиночек. Обычно, когда кто-то из них пытается войти, он ищет драки.

— Я не ищу драки. И ты можешь называть меня Деверо, — пробормотал он.

Её глаза заблестели.

— Очень хорошо, — она протянула руку с ухоженным маникюром. — Я Скарлетт.

Он взял её ладонь и пожал, борясь с искушением поцеловать руку. У него внезапно возникло ощущение, что всё в этой женщине, от её слов до одежды и того, как она улыбалась ему, было продуманным. Даже её нелепые тапочки. В ней было что-то немного странное. Он не мог точно сказать, что это, но не сомневался, что рано или поздно сообразит.

Бармен поставил перед ним тяжёлый хрустальный бокал.

— «Балвени», — сказал он.

Деверо уже чувствовал его аромат. Нотки ванили, корицы, мускатного ореха в сочетании с землянистым торфом.

— Этому напитку пятьдесят лет, — сказала ему Скарлетт. — И чтобы купить бутылку, тебе пришлось бы выложить почти пятьдесят тысяч фунтов.

Он посмотрел на неё.

— Ты пытаешься произвести на меня впечатление?

Её взгляд оставался спокойным.

— Да.

Деверо потянулся за стаканом, поднёс его к губам, затем опрокинул содержимое в рот. Скарлетт поморщилась. Он облизал губы и пожал плечами.

— Неплохо, наверное.

Она рассмеялась, и этот кристально чистый звук разнёсся по почти пустому клубу, заставив других посетителей оторваться от своих напитков. Он поймал на себе несколько понимающих взглядов и понял, что происходит. Вампиры — хищники, а Скарлетт только что нашла новую добычу. Его. Как ни странно, это известие его не обеспокоило.

— Итак, Деверо, — сказала она, растягивая его имя с нарочитым мурлыканьем, — что привело тебя сюда в столь поздний час?

— Я слышал, что «Сердце» — это место, заслуживающее внимания. Подумал, что самое время проверить это, — он продолжал наблюдать за ней. Сейчас он смотрел на Скарлетт, а не на клуб. Она смотрела на него в ответ, делая то же самое.

— И что? — она слегка подалась вперёд, пока её бёдра не соприкоснулись с его бёдрами. — Каков вердикт?

— Я пока воздержусь от суждений.

Она положила ладонь на его руку, и это лёгкое прикосновение всё ещё вызывало у него дрожь.

— Что ж, дай мне знать, если я смогу чем-то помочь с принятием решения, — она отступила и села на барный стул неподалёку.

Деверо подождал минуту-другую, прежде чем снова взглянуть на неё.

— Тебе не обязательно нянчиться со мной. Я не доставлю никаких проблем. Я не искал общения или компании.

— Я знаю, — ответила она. — У тебя вид мужчины, у которого выдался очень тяжёлый день и который хочет напиться до бесчувствия. Возможно, тебе не нужна компания, Деверо, но она тебе нужна. Я здесь, чтобы выслушать тебя с пониманием. И я обещаю, что после этого у тебя даже не будет похмелья. Считай это своей первой порцией сверхъестественной терапии. Что бы ты здесь ни рассказал, это не уйдёт дальше этих стен. Здесь, в «Сердце», мы предлагаем самые разные услуги.

Он подумал, не послать ли её подальше.

— И что ты потребуешь взамен?

На её губах заиграла улыбка.

— Ничего такого, что могло бы причинить тебе какой-либо вред. Кроме того, я вампир — я здесь уже пятьдесят лет. Ты не можешь сказать ничего такого, чего я не слышала бы раньше. Бояться нечего.

Он бросил на неё взгляд, полный лёгкого раздражения. Это второй раз за последние несколько часов, когда кто-то обвинил его в том, что он напуган. Этим людям предстояло многому научиться.

— Я не боюсь.

— Ну, тогда всё нормально, — она указала на него. — Поведай мне о своих горестях.

Деверо вздохнул. Наверное, терять ему нечего. Ему нужен совет, а в отсутствие Эммы Беллами, похоже, эта вампирша была всем, на что он мог рассчитывать. Он на мгновение заколебался, раздумывая, с чего начать.

— Потребовались годы, чтобы стать тем, кто я есть. Пастухом. Мужчиной, который заботится о своём стаде. Я заслужил уважение. Я построил сообщество.

Скарлетт приподняла тёмную бровь.

— Сообщество? Так в наши дни называются преступные организации?

Он зарычал.

— Возможно, мы и основываемся на преступлениях, но наш успех выходит далеко за рамки этого. Я делал только то, что было необходимо, чтобы помочь своим людям.

Она постучала длинными ногтями по стойке бара.

— Я чувствую какое-то «но».

Он пристально посмотрел на неё.

— Я ничего не делаю случайно. Я намеренно позволил себе быть укушенным достаточное количество раз, чтобы превратиться в волка. Я хотел обладать силой, которой обладают оборотни. И я хотел показать кланам, что они не такие особенные, как им хотелось бы думать.

— Ты хотел отомстить за то, что они отказались обратить твою племянницу, — мягко сказала Скарлетт.

— Ты знала об этом?

— Ты бы удивился, узнав, как много мне известно, — она помахала рукой. — Продолжай.

Его глаза вспыхнули.

— Мне не нравится, когда люди мне отказывают.

— Твоя племянница ещё ребёнок. Превращение её в оборотня создало бы гораздо больше проблем, чем решило бы. Но эй, — она пожала плечами, — я не осуждаю.

Деверо поднял свой пустой бокал в сторону бармена, который кивнул.

— Я думаю, именно этим ты и занимаешься, — тихо сказал он. — В любом случае, я подумал, что это разумный следующий шаг. Создать новый клан со своими людьми. Взять ту власть и могущество, которые у меня уже есть, и превратить их во что-то другое, — он поморщился. — Вот только всё обернулось не так. Я переоценил, насколько далеко мои люди готовы были пойти за мной.

Бармен поставил перед ним новый стакан. Деверо на мгновение задержал на нём взгляд, а затем, как и в прошлый раз, осушил его одним глотком.

— Ах ты, бедный малыш, — тихо передразнила его Скарлетт. — Ты думал, что, став оборотнем, превратишься из принца в короля. Ты думал, что твои люди будут любить тебя ещё больше. Вместо этого они боятся тебя. Они могут даже возненавидеть тебя.

Деверо не мог этого отрицать.

— Я ожидал некоторого сопротивления. Я думал, что в конце концов они смирятся, но некоторые люди уезжают, чтобы избежать предполагаемой угрозы, которой я стал. Люди, которым я привык доверять. Люди, которым я помог. Есть и другие, которые видят меня и отворачиваются в противоположную сторону.

— Они слабы. И глупы. Люди часто такие.

— Друзья моей племянницы больше не хотят проводить с ней время, — его грызла горечь. — Она не сделала ничего плохого, но они боятся быть с ней из-за меня. И теперь мне говорят, что если я не соберу вещички и не перееду в Лиссон бл*дский Гроув, меня посадят. Посадят! Не потому, что я сделал что-то не так, а из-за моего почтового индекса, — он стиснул зубы. — Я не могу бросить своих людей.

— Как по мне, они уже бросили тебя.

Лицо Деверо исказилось в гневной гримасе.

Скарлетт закатила глаза.

— Что? — спросила она. — Тебе налить стакан за это нытьё? Или ты просто ищешь сочувствия? Это не тот вид терапии, который я предлагаю. Я и не подозревала, что большой и ужасный Деверо Вебб такой занудный ублюдок. Ты сам сказал, что планировал это. Ты этого хотел. На кончиках твоих мохнатых лап больше власти, чем ты мог себе представить, и всё, что ты делаешь — это жалуешься. У некоторых членов сверхъестественного сообщества не было такого выбора, как у тебя. Они сверхи, хотят они того или нет, но им всё равно приходится сталкиваться с насмешками остального мира. Люди всегда будут ненавидеть то, чего боятся. И вряд ли ты одинок в этом мире. Существуют сотни оборотней. Выбери клан, к которому хочешь присоединиться, и у тебя появится свой новый готовый мирок.

— Ты имеешь в виду, следовать их правилам. Быть их собакой на поводке.

— Ой какой кошмар, бл*дь. Судя по тому, что я слышала, ты уже достаточно силён, чтобы произвести фурор. Ты достаточно быстро поднимешься по служебной лестнице. Преодолей себя и адаптируйся. Ты не подросток, так что перестань дуться и двигайся дальше. Ты знаешь, что должен это сделать.

Пальцы Деверо сжимали стакан до тех пор, пока он не треснул. Он позволил себя укусить не для того, чтобы стать чьей-то комнатной собачкой; он сделал это, чтобы доказать четырем кланам, что не все карты в их руках. Это был мелочный поступок, но это не значит, что он не был оправданным.

Он выругался и выпустил стакан.

— Так к какому клану тогда? К какому бы ты присоединилась?

— Я не волк.

Он скрестил руки на груди.

Скарлетт улыбнулась.

— Возможно, Фэйрфакс, но сейчас у них полный бардак. Они ослаблены, потому что их предыдущий альфа был идиотом, и они не назначат нового лидера до следующего полнолуния, которое меньше чем через неделю. Ты быстро поднимешься по служебной лестнице в клане Фэйрфакс, но научишься не так многому, как мог бы с другими, и тебя всегда будут считать слабым из-за того, что ты присоединился к ним. Салливан исключается — Леди Салливан поймёт, что ты представляешь угрозу, и, вероятно, откажет тебе. Если она всё-таки примет тебя, то сделает всё возможное, чтобы подавить тебя. А Леди Карр ест таких парней, как ты, на завтрак.

— Значит, Макгиган.

— Они на мели, поэтому у них нет средств на многое. Кто-нибудь с твоими способностями мог бы им в этом помочь.

— Ты имеешь в виду, добывать богатство для кого-то другого?

Скарлетт просто посмотрела на него.

— Выбор невелик.

— Невелик, — согласилась она. — Если только ты не вернёшься к своему первоначальному плану.

Его глаза сузились.

— Пренебречь законом и остаться со своим народом? Заставить их принять меня, хотят они того или нет?

— Я не про это, — Скарлетт наклонилась вперёд так близко, что он почувствовал её горячее дыхание на своей коже. — Начни с нуля. Создай новый клан, в котором сам станешь главой. Ты по-прежнему владеешь правами на парк Регент в полнолуние, не так ли? В течение трех ночей у тебя есть право с волчьей самозабвенностью бегать по нему столько, сколько тебе заблагорассудится. Другим кланам приходится довольствоваться парком Сент-Джеймс, который намного меньше. В твоём распоряжении в пять раз больше места. Это уже неплохая приманка для любого волка, желающего сбежать с корабля. Перемани лучших волков из всех четырёх существующих кланов для себя, для клана Вебб, — её губы изогнулись. — Дела могли бы обстоять гораздо хуже. Довольно надоедливые человеческие власти могли бы обидеться, но ты производишь на меня впечатление мужчины, который умеет обходить закон, когда ему это выгодно.

Деверо задумался над её словами, встретившись с ней взглядом.

— Почему у меня такое чувство, что именно по этой причине ты села рядом со мной? — пробормотал он. — Ты хочешь, чтобы я доставил неприятности кланам. Ты вампир. Ты хочешь, чтобы оборотни погрузились в хаос, а правительство ополчилось на них.

— Нет, — сказала она, — я этого не хочу. Я хочу видеть, как сверхи добиваются успеха. Все сверхи, — она оскалила зубы. — Даже те пушистые, которые дуются.

Он пристально посмотрел на неё, наконец осознав, что именно в её внешности было не так.

— У тебя только один клык.

Она показала ему его.

— Я потеряла второй. Это было очень неосторожно с моей стороны.

— Одноклыкая Скарлетт, — сказал он. — Тебе это идёт.

Она провела языком по губам.

— Хорошо, — сказала она. — Я рада слышать, что тебе это нравится.

Вспышки горячей похоти, которую испытывал Деверо, отразилась в глазах Скарлетт. Он потянулся и убрал с её лица тёмный локон.

— Почему бы нам не продолжить этот разговор в более интимном месте? — предложил он.

Что-то промелькнуло на её лице: торжество — или это сожаление?

— Я не могу придумать ничего лучше, — сказала она. — Но давай перенесём встречу на другое время, когда ты полностью овладеешь собой.

Он нахмурился.

— Что это должно означать?

Кончиком пальца Скарлетт провела линию от его скулы к губам и слегка погладила нижнюю губу. Затем она отстранилась.

— Скоро увидимся, Деверо Вебб. Это я могу тебе обещать.

Глава 4

Газ засунул руки в карманы джинсов и ссутулил плечи, безуспешно пытаясь защититься от непрекращающегося моросящего дождя, из-за которого всё вокруг стало серым. Англия в начале лета. Какая радость.

— Ты уверен в этом, босс? Это выглядит как-то… гаденько.

Газ был настоящим мастером преуменьшения. Здание, перед которым они стояли, определённо знавало лучшие времена. Три из грязных окон были разбиты и заменены тонкой фанерой. Водосточный желоб зарос мхом, а на входной двери виднелось несколько вмятин в тех местах, где её как минимум один раз выбивали ногой.

Деверо знал, что внутри дела обстояли ничуть не лучше. Сквозь стены просачивался явный запах сырости, а грязные половицы выглядели не в стиле деревенской роскоши, а скорее напоминали гниющие ловушки, которые и угробить могут. Возможно, когда-то обои были девственно белыми, но теперь пожелтели от долгих лет курения в помещении и множества других неопознанных пятен. Тем не менее, когда он был моложе, ему приходилось бывать в гораздо худших местах, и у этого места есть две особенности: во-первых, оно находилось на самом краю допустимого для него района проживания, а во-вторых, арендодатель был готов сдать это место в аренду для Деверо. Большинство других, едва взглянув на него, захлопывали двери перед его носом. Это, конечно, их прерогатива, но у Деверо Вебба была хорошая память, и он никогда не забывал оскорблений. Они ещё пожалеют о своей невежливости.

— Сойдёт, — ответил он. На данный момент.

— Может, я мог бы собрать людей, — сказал Газ. — Наберём команду, чтобы немного привести дом в порядок.

Глаза Деверо слегка сузились. Газ был единственным человеком, который согласился сегодня помочь ему переехать. Он был выше пресмыкательства, особенно перед теми, кто решил отвернуться от него после долгих лет верной службы. Элис хотела помочь, но он не хотел, чтобы она оставалась здесь. Ей лучше вернуться домой к его сестре Наташе, где она будет в безопасности.

— Мне не нужна никакая помощь, — он взглянул на Газа. — Если хочешь, можешь идти домой.

От него не ускользнуло выражение облегчения на лице Газа.

— Ты уверен? Потому что…

— Я уверен, — коротко ответил Деверо.

Газ кивнул и, развернувшись, затрусил прочь так быстро, как только мог, после чего забрался в свою машину и завёл двигатель. Он виновато помахал рукой и уехал.

Деверо напомнил себе, что сексуальная вампирша Скарлетт права в одном: он сам навлёк на себя это. Он способствовал своему превращению в оборотня, и теперь ему приходилось расхлёбывать последствия. К счастью, у него хватало мужества принять вызов.

Не обращая внимания на уродливые кружевные занавески, которые колыхались по крайней мере в трёх других домах вдоль улицы, он подошёл к входной двери своего нового дома. Едва он переступил порог, как услышал приближающийся гул нескольких двигателей. Нескольких дорогих двигателей.

Он огляделся и увидел три подъезжающие блестящие чёрные машины. Так, так, так. Кланы оборотней пустили в ход тяжёлую артиллерию, и они работали сообща. Это будет интересно.

Водитель первой машины вышел и обошёл её, чтобы открыть пассажирскую дверь. Деверо не удивился, увидев Леди Салливан, альфу клана Салливан, выходящую из авто. Её седо-стальные волосы были собраны на затылке в строгий пучок, а суровые глаза метнули быстрый взгляд на него, прежде чем повернуться к другим машинам. Дверцы их открылись, и показались Леди Карр и Лорд Макгиган.

Никто из них не улыбался, поэтому Деверо изобразил самую обаятельную улыбку, на какую был способен.

— Приветственная вечеринка! Как мило! Я ожидаю, что позже состоится торжественный парад в мою честь. Никто из клана Фэйрфакс не придёт?

Ни один из альф-оборотней не отреагировал; вместо этого они подошли и образовали полукруг вокруг него.

— Я и не знал, что оборотни славятся своими марширующими оркестрами, — протянул Деверо. — Иначе вы не могли бы научиться таким синхронным движениям, — он указал на Лорда Макгигана. — Пикколо, верно? — он взглянул на Леди Салливан. — А вы, я готов поспорить, любите треугольники.

Леди Салливан внимательно изучала свои ногти.

— Ваши жалкие попытки пошутить не произведут на нас впечатления, мистер Вебб.

— Пожалуйста, — сказал он, — зовите меня Деверо. Мы все здесь друзья. Он намеренно сделал паузу. — Верно?

Лорд Макгиган скрестил руки на груди.

— Мы уже некоторое время ждём возможности поговорить с вами лично. Давайте сразу перейдём к делу, не так ли? Сколько раз вас кусали, прежде чем вы обратились?

— Об этом уже говорилось.

Леди Салливан фыркнула.

— Просто ответьте на вопрос.

Ладно.

— Четыре раза.

— У нас есть запись только об одном укусе, который произошёл, когда вы намеренно разозлили волка Салливан.

Деверо пожал плечами.

— Ну, я могу гарантировать, что получил четыре укуса, по одному от каждого клана. Видите ли, я сторонник равных возможностей.

— Это невозможно, — Лорд Макгиган впился в него взглядом, явно убеждённый, что он лжёт. — Наши записи очень подробные. Они должны быть такими. Мы всегда точно знаем, кто и когда был укушен. Вас один раз укусил один оборотень.

— Давайте просто скажем, — ответил Деверо, — что я употребил некое зелье, которое поощряет… рассеянность у других.

— Какое зелье? — огрызнулась Леди Салливан. — О чём вы говорите?

Зелье, о котором было слишком опасно говорить; зелье, которое позволяло выпившему пережить один и тот же двенадцатичасовой период до четырёх раз.

— Я не могу точно сказать.

Макгиган громко фыркнул.

— Он, наверное, слишком смущён, чтобы признать собственную слабость, раз ему потребовался всего один укус, чтобы начать своё первоначальное превращение.

— Вот только, — промурлыкала Леди Карр, — никто, кем бы он ни был, не превращается после первого же укуса, — она отделилась от полукруга, подошла к Деверо и потянулась, чтобы погладить его по руке. Он никак не отреагировал. — Деверо Вебб, встаньте на колени, — внезапно в её голосе послышались странные нотки.

Он приподнял брови.

— Зачем мне это делать?

Лорд Макгиган нахмурился.

— Ваше принуждение не работает, Леди Карр. Это значит, что он всё-таки силён.

Деверо ухмыльнулся.

— Давайте пока отложим вопрос об укусах мистера Вебба и перейдём к парку Регент, — сказала Леди Салливан. Она холодно посмотрела на него. — У вас есть права на его использование в полнолуние.

— Есть.

— Когда-то давно вы предлагали нам эти права.

— Предлагал.

Её взгляд стал ещё жёстче.

— Что вы хотите за них теперь?

— Ничего.

Макгиган дёрнулся.

— Вы отдадите их нам бесплатно?

— Я этого не говорил, — сказал Деверо. Он широко улыбнулся. Ему это нравилось.

— Присоединяйтесь ко мне, — сказала ему леди Карр. — Присоединяйтесь к клану Карр, и вы получите взамен значительные бонусы. Мы немедленно повысим ваш ранг. Ни один другой волк никогда не получал такой милости, большинству приходится бороться за своё право стать волком высокого ранга.

— Вам нужны только права на парк, — усмехнулся Макгиган. — Вы готовы нарушить наши традиции и правила только для того, чтобы улучшить своё положение.

— Вы хотите сказать, что не станете этого делать? — парировала Леди Карр.

— У меня есть идея получше, — перебила Леди Салливан. — Передайте парк Регент мне, и я позабочусь о том, чтобы вы не умерли преждевременно.

Деверо пристально посмотрел на неё.

— Леди Салливан, мне правда кажется, что вы только что угрожали мне.

Она впервые улыбнулась.

— Мистер Вебб, — пропела она, — это была не угроза. Это было обещание.

Деверо переводил взгляд с одного альфы клана на другого.

— Знаете, до этого момента я понятия не имел, что собираюсь делать. Я был открыт для любых вариантов. Но ваш визит помог мне принять решение.

— Какое? — спросил лорд Макгиган.

— Никто из вас не произвёл на меня такого впечатления, чтобы я захотел присоединиться к вашим кланам. И никто из вас меня не напугал.

Леди Салливан фыркнула.

— Если вы думаете, что сможете влиться в клан Фэйрфакс и занять место альфы, потому что оно вакантно, вы сильно ошибаетесь. Мы, волки, так не устроены.

Деверо рассмеялся.

— Меня не интересует клан Фэйрфакс. На самом деле, я думаю, что оставлю парк Регент за собой.

— И что? — усмехнулась она. — Вы, конечно, не можете основать свой собственный клан, если вы думаете о таком. Люди никогда этого не допустят. Вы станете волком-одиночкой, но вы не понимаете, что мы по природе своей стайные животные. Ещё до того, как взойдёт новая луна, вы будете умолять о присоединении к нам.

— Что ж, — сказал Деверо, — думаю, поживём-увидим.

Три альфы явно были скорее соперниками, чем союзниками, но они обменялись взглядами, которые позволяли предположить, что они подумывают объединиться, чтобы покончить с ним прямо здесь и сейчас. Посреди улицы. Средь бела дня.

Краем глаза Деверо заметил, как одна из занавесок его нового соседа снова дернулась. Он ещё не так далеко продвинулся в жизни, чтобы не знать, когда стоит пустить в ход кулаки, а когда отступить от драки. Он улыбнулся и помахал рукой в сторону окна.

— Здешние люди очень любопытны, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Леди Карр встретилась с ним взглядом.

— У меня такое чувство, что вы это спланировали. Вы никогда бы не согласились присоединиться к одному из наших кланов.

— Знаешь, думаю, что вы, возможно, правы, — мягко сказал Деверо.

Внезапно раздался громкий звуковой сигнал. Леди Салливан нахмурилась и достала тонкий серебристый телефон. В то же время водитель из машины Макгигана подошёл и что-то прошептал на ухо своему господину. Затем зазвонил телефон Леди Карр.

Деверо отступил на шаг и стал наблюдать за ними. За несколько секунд внимание каждого альфы переключилось с него на что-то совершенно другое. Вопрос в том, на что именно. И как это могло ему помочь?

Никто из оборотней не удосужился попрощаться. Они удалились так же стремительно, как и прибыли. Один за другим они отъехали от тротуара.

Деверо задумчиво постучал пальцем по губам и направился к своей машине. Он не потрудился запирать входную дверь своего нового дома. Честно говоря, в этом не было смысла.

***

Он следовал за троицей машин несколько улиц. Сначала он предположил, что что-то произошло в Лиссон Гроув, где базировались все четыре клана. Однако вместо того, чтобы повернуть направо к крепости оборотней, машины повернули налево. Интересно.

Деверо потянулся за нелегальной рацией в своём бардачке. В прошлом устройство не раз пригодилось, и он не думал, что оно подведёт его сейчас. Он немного повозился с ним, пока потрескивание не подсказало ему, что он настроился на нужную частоту.

— Место происшествия не оцеплено. Парамедикам приближаться небезопасно. Повторяю, парамедикам пока небезопасно приближаться. Пока что приготовьтесь.

— Принято, диспетчер. Мы ждём за углом.

Раздался ещё один треск, и воздух наполнился другим голосом.

— Нам понадобится больше полицейских на месте. Здесь полный бардак. Мы считаем, что на данный момент есть две жертвы, статус неизвестен.

— Есть какие-нибудь признаки присутствия оборотня?

Деверо прошипел сквозь зубы.

— Пока нет.

— Вооружённая полиция уже в пути. У них есть полномочия задержать волка.

Он услышал удовлетворённое ворчание.

— Хорошо. Эти проклятые животные не могут так нападать на людей и оставаться безнаказанными.

Руки Деверо сжали руль ещё крепче. Неудивительно, что альфы уехали в такой спешке. Вопреки тому, что может подумать широкая общественность — и его собственное сообщество — оборотни редко нападают на людей без провокации. Но, похоже, именно это и произошло.

— Это диспетчер. Отряд Сверхов проинформирован. Детектив Грейс направляется в переулок Гудмана. Расчётное время прибытия — через двадцать пять минут.

Деверо выпрямился. Он знал переулок Гудмана: это была крошечная улочка в Уайтчепеле, в Ист-Энде Лондона. Он также точно знал, как туда добраться. В то время как три чёрные машины перед ним повернули направо, чтобы выбрать наиболее очевидный маршрут, Деверо повернул налево. Его маршрут был быстрее. Что бы ни происходило, это как-то связано с оборотнями, а это означало, что он вовлечён, нравилось это кому-то ещё или нет.

Глава 5

Как он и ожидал, полиция перекрыла все дороги вокруг переулка Гудмана. Подготовившись к такому повороту событий, Деверо припарковался у небольшого супермаркета Tesco Metro и остаток пути проделал пешком. Он двигался быстро и целеустремлённо, подмечая собирающуюся толпу, пока люди вытягивали шеи, пытаясь хоть одним глазком увидеть, какая жуткая драма разворачивается за кордоном.

Деверо посмотрел поверх голов зевак и увидел напряжённых полицейских у обшарпанного дома с террасой. Детектив Грейс, с измученным и озабоченным выражением лица, уже прибыл, но трёх альф клана не было видно. Довольный тем, что знание Лондона его не подвело, Деверо кивнул. Затем огляделся в поисках прохода.

Прямо за домом располагался небольшой паб, из тех, где старики собираются за крошечной стойкой, чтобы поделиться историями о старых добрых временах. Его парадный вход находился на улице, параллельной переулку Гудмана, но правила пожарной безопасности подразумевали, что в нём должен иметься задний выход, который, без сомнения, находился с другой стороны дома. Всё, что ему нужно было сделать — это добраться до паба незамеченным, и он смог бы проскользнуть внутрь и попасть на место преступления раньше всех остальных.

Улица, на которой находился паб, также была эвакуирована; очевидно, полиция не хотела рисковать. В дальнем конце улицы стоял полицейский, разгонявший людей, и Деверо наблюдал за ним пару мгновений. Пусть он был полицейским в форме, а не детективом в штатском, но было очевидно, что он знал свою работу. Судя по тому, как он оглядывался по сторонам, никогда не задерживаясь надолго на одном человеке, у офицера было достаточно возраста и опыта, чтобы должным образом выполнять свою работу и следить за тем, чтобы ни один представитель общественности не подошёл слишком близко. Проникнуть в паб незамеченным будет нелегко, но далеко не невозможно.

Отступив назад, Деверо заметил группу подростков. Они толкали друг друга и смеялись.

— Наркотики, — со знанием дела сказал один из них. — Спорим.

— Не-а. Это бомба. Если бы это были наркотики, они бы уже обыскали это место.

— Нам нужно зайти с другой стороны и посмотреть получше.

«Нет, не делайте этого», — подумал Деверо, бочком приближаясь к ним. — Привет, — сказал он.

Ближайший парень повернулся к нему, явно собираясь сказать, чтобы он убирался восвояси. Он оглядел Деверо с головы до ног и передумал.

— Что? — подозрительно спросил он.

— Я дам тебе пятьдесят фунтов, если ты пойдёшь и скажешь этому копу, что только что видел, как кто-то бежал по улице налево с ножом в руках.

— Ни за что, — усмехнулся парень.

Его темноволосый друг повернулся с интересом.

— Сто.

Деверо не нужно было думать об этом.

— Лады, — он сунул руку в карман и вытащил наличные.

По лицу парня пробежала тень нерешительности, когда он взвешивал, может ли он оставить деньги себе, не выполнив задание. Затем он снова посмотрел на Деверо, на его суровые черты лица и заметные татуировки, кивнул и потрусил прочь.

Деверо подождал ровно столько, чтобы полицейский повернулся к парню и нахмурился, затем проскользнул мимо остальных парней и бросился к входной двери паба. Хозяин не запер её. Он выдохнул и вошёл внутрь.

Не обращая внимания на полупустые кружки пива и резкий запах алкоголя, Деверо перепрыгнул через стойку бара и направился к двери с надписью «Только для персонала». Он оказался в узком коридоре. В кухне с одной стороны сильно пахло жиром, а кладовая с другой стороны была заставлена пивными бочонками и коробками чипсов. Деверо сунул руку внутрь и достал упаковку свиных шкварок. Он разорвал её зубами, затем двинулся дальше и вышел через пожарную дверь в небольшой сад за ней.

Отправив несколько кусочков в рот, он осмотрел заднюю часть дома. На первый взгляд, здание выглядело элегантным и ухоженным, но, когда он присмотрелся повнимательнее, стало ясно, что у здания имелись свои проблемы. Здесь было не так плохо, как в его новом доме, но водосточная труба проржавела и едва держалась на внешней стене. Голубь, похоже, свил гнездо на верхушке одного из дымоходов. Чёрного хода не было, но старомодное подъёмное окно на втором этаже было подпёрто деревянной палкой.

Деверо посмотрел на него. Даже до того, как он стал волком, он бы справился с этим подъёмом — на неровной стене было более чем достаточно опор для ног — но он знал, что у него, вероятно, есть всего несколько минут до того, как с другой стороны здания войдут вооружённые полицейские. У него не было ни малейшего желания попадать под перекрёстный огонь. Однако он принял решение, когда услышал низкий, пронзительный стон, доносившийся из дома. Он был новичком в этой игре, но определённо казалось, что стон издал оборотень.

Он больше не терял времени даром. Проглотив остатки «поросячьей закуски», он отшвырнул пустой пакет и перемахнул через шаткий забор, отделявший жалкое подобие сада от дома. Он вскарабкался по стене, кончиками пальцев рук и ног цепляясь за неровную поверхность. Через несколько секунд он был уже у открытого окна и проскользнул внутрь.

Первое, что он заметил — запах крови, пропитавший воздух. Это отвлекло его от всех остальных мыслей, хотя комната, в которой он оказался, была прекрасно оформлена в скандинавском стиле, который казался таким популярным в последнее время. Здесь имелось множество предметов, на которых он мог бы легко заработать, если бы захотел их украсть, но он пришёл сюда не за этим.

Деверо инстинктивно понял, что кровь была свежей и пролилась совсем недавно. Этот запах почти полностью заглушил стойкий аромат цветочных духов, исходивший от тех, кто здесь жил. Он подавил непроизвольную тошноту и, теперь уже более осторожно, подкрался к двери и выглянул наружу. Стоны не прекращались, и казалось, что они раздаются всего в нескольких метрах от него.

Выйдя в коридор, он огляделся по сторонам. Слева от него располагались три комнаты, каждая из которых была элегантно оформлена в одном стиле хюгге. Ничто в этом доме не наводило на мысль о сверхъестественном, так с чего бы оборотню приходить сюда?

Глаза Деверо сузились, а кожа покрылась мурашками. Ему показалось, что его собственный волк царапает его, отчаянно желая вырваться на свободу. Он подавил это желание, насколько получилось, и повернул направо. Запах крови был сильнее всего с той стороны, и стоны доносились оттуда же.

Половицы рядом с узкой лестницей заскрипели, выдавая его присутствие. Сейчас он не мог беспокоиться об этом. Отбросив остатки осторожности, он подскочил к последней двери и распахнул её, чтобы увидеть ужасающую сцену за ней.

Деверо многое повидал на своём веку, но никогда не видел ничего подобного. Вся комната была залита кровью. Кровь была повсюду: покрывала пол, разбрызгана по стенам, попала на окно и пропитала одежду двух трупов, лежащих в углу с остекленевшими глазами. Двое мужчин, обоим за пятьдесят.

Деверо сглотнул и проигнорировал их, сосредоточившись на фигуре, скорчившейся у окна. Это была девочка, тонкокостная, дрожащая и совершенно обнажённая. Она закрыла лицо руками, обхватившими колени. Он заметил странную отметину у неё на плече, возможно, родимое пятно. Трудно было сказать наверняка, потому что волосы закрывали большую его часть.

Деверо принюхался, пытаясь сквозь сильный запах крови разобрать то, что скрывалось под ним. Трупы были человеческими, но девушка была волчицей. Не нужно быть гением, чтобы понять, что произошло. Вопрос в том, почему это произошло.

Без сомнения, разумнее всего было развернуться и уйти так же быстро, как он появился. Полиция готовилась войти, и весьма вероятно, что они не станут брать пленных. Никто не знал, что Деверо здесь; он мог уйти и забыть, что вообще побывал в этой дыре. Он не случайно стал Пастухом; он выжил благодаря своим инстинктам и создал преступный синдикат, избегая ненужного риска. Он сделал шаг назад. Определённо, пришло время уходить.

И тут девочка подняла глаза.

Она была юной, гораздо моложе, чем он ожидал. Даже несмотря на то, что по её лицу текла кровь, было ясно, что ей не больше двенадцати лет; по сути, она едва ли старше Элис.

В недавнем прошлом ему много раз говорили, что человеческих детей никогда не обращали, потому что их гормональные изменения в период полового созревания и подросткового возраста делали этот процесс слишком опасным. Именно по этой причине кланы отказались обратить Элис, несмотря на очень заманчивую возможность посещать парк Регент в полнолуние, которой он размахивал перед ними.

В природе рождались дети-оборотни, но их тела были приспособлены к физическим условиям превращения в волка. Эта девочка не походила на тех детей. У неё не было их приземистой фигуры, тяжёлых костей или непослушных волос. Эта девочка начала свою жизнь человеком.

Она тупо посмотрела на него, едва замечая его присутствие, затем крепче обхватила себя руками и снова застонала. Он ещё мог уйти. В том маловероятном случае, если полиция не пристрелит её на месте, она не сможет опознать его. Никто не знал, что он был там.

Деверо отступил ещё на шаг и выругался. Чёрт возьми. Он стянул с себя футболку и бросил ей.

— Надень это. Сейчас же.

Девочка просто уставилась на него.

Деверо стиснул зубы. Леди Карр пыталась внушить ему, и он знал, что сверхам это по силам. Он также понимал, что это гораздо проще, когда ты знаешь настоящее имя сверха. Он понятия не имел, как зовут эту девочку, и может ли он внушить кому-нибудь, особенно когда этот кто-то находится в состоянии такого глубокого шока, как она. Но если он мог использовать свой авторитет, чтобы отпугнуть наркоторговцев и заставить жестоких хулиганов отказаться от попыток убивать людей и присоединиться к его Стаду, он сможет справиться с одной маленькой девочкой.

Он сделал глубокий вдох и попробовал ещё раз.

— Надень футболку, — затем он моргнул. Боже! Он почувствовал это. Он почувствовал силу, сквозящую в каждом слове. Он попробовал ещё раз, хотя девочка уже машинально делала то, что ей было сказано. Он отвёл глаза. — Надень футболку и встань.

Она поднялась на дрожащих ногах. Она утопала в его футболке, но, по крайней мере, ткань прикрыла её худенькое тело. Деверо протянул руку и поманил её к себе. Он не мог рисковать, наступая в лужи крови. Он не мог оставить после себя никаких следов, иначе его, скорее всего, обвинят в убийствах. Но по факту он поможет настоящему убийце скрыться.

Девочка, спотыкаясь, шагнула вперёд и вложила свою руку в его ладонь. Она была измождённой, с ввалившимися щеками, хрупкими костями, похожими на птичьи. Он коротко, ободряюще сжал её руку.

— Мы выберемся отсюда, — пообещал он. — Ты просто должна делать то, что я тебе говорю. Хорошо?

Девочка едва заметно кивнула.

— Я Деверо, — сказал он ей. — Как тебя зовут?

Она не ответила. Он увидел её потрескавшиеся губы и синяки на шее, и по его телу пробежала волна ярости. Кто-то сделал это с ней, она сама точно не нанесла себе таких травм.

— Неважно, — сказал он. — Ты можешь рассказать мне позже. Пойдём.

Она позволила ему вывести себя из комнаты и провести по коридору. Когда Деверо осторожно потянул её к окну, через которое проник сюда, он понял, что девочке будет трудно спуститься на землю.

— Я собираюсь подсадить тебя на спину, — сказал он. — Обними меня руками за шею и держись так крепко, как только сможешь.

Она сделала, как он сказал. Он приподнял её, пока её голые ноги не обвились вокруг его талии.

— Подожди, — он шагнул к окну, но затем остановился. Всё стихло. Приглушённый шум, доносившийся из внешнего мира, почти исчез. Это означало только одно: вооружённая полиция вот-вот войдёт.

Деверо двигался быстро. Он выпрыгнул из окна задницей вперёд вместе с девочкой, всё ещё цеплявшейся за него, и опустил своё тело так низко, что только кончики пальцев держались за подоконник. Он разжал пальцы, услышав звук открывающейся входной двери, топот ног в ботинках по лестнице и громкие крики:

— Вооружённая полиция! Никому не двигаться!

Он приземлился на ноги. Тело девочки на его спине дёрнулось, но она удержалась.

— Молодец, — пробормотал он. — Мы справимся.

Он перетащил их обоих через забор в паб. Уходить отсюда было невероятно рискованно — он не мог знать, что ждёт его снаружи и усилено ли присутствие полиции — но у него не оставалось выбора. Другого выхода не было.

Он пробежал обратно к бару и подскочил к двери, в то время как девочка уткнулась лицом ему в шею. Он приоткрыл дверь на дюйм и заглянул внутрь. Группы парней нигде не было видно; без сомнения, им пришлось скрыться после того, как они наврали полиции. Улица пустовала, и оцепление было отодвинуто дальше в обе стороны. Деверо насчитал по нескольку полицейских в форме с обеих сторон, одни наблюдали за толпой, другие — за улицей. Бл*дь. Выбраться отсюда незамеченным будет практически невозможно.

Может, ему следует спрятаться в пабе и подождать, пока не уляжется шум? Учитывая кровавую сцену внутри заведения, он подозревал, что на это уйдут дни, а не часы. Кроме того, когда они обнаружат, что их убийце удалось скрыться, полиция, вероятно, начнёт обход домов. Если он собирался благополучно увести девочку отсюда, ему нужно придумать что-то ещё.

Снова закрыв дверь паба, Деверо подошёл к грязному окну и стал искать другой путь к отступлению. Он нахмурился. На другой стороне улицы, примерно в тридцати метрах от входа в паб, была узкая улочка. Он не знал, куда она ведёт, и это мог быть тупик, но она не охранялась. Однако, как только он сделает шаг в ту сторону, полиция окружит его со всех сторон. Единственный способ попасть туда незамеченным — это устроить соответствующую диверсию, а с полицией и зеваками слева и справа от него это будет нелегко.

— Я собираюсь отпустить тебя на минутку, — прошептал он девочке. — Мне нужно, чтобы ты осталась здесь. Поняла?

В ответ он услышал тихое угуканье. Он медленно опустил её на землю и подождал, чтобы убедиться, что она выполнит его просьбу. Когда она просто встала с отсутствующим выражением лица, опустив босые ноги на грязные доски, он кивнул и приступил к работе. Это же паб. Найти необходимое должно быть нетрудно.

Деверо схватил большую пластиковую бутылку, наполненную дешёвым лимонадом, и вылил её содержимое в раковину за стойкой. Рядом с кассой стояла коробка с карандашами; взяв три штуки и рулон пожелтевшей клейкой ленты, он приклеил их к бутылке, чтобы сделать шаткую подставку. Затем он направился обратно в комнату для персонала и на кухню.

Он сомневался, что меню в пабе обширное, но там определённо подавали чипсы, а там, где есть чипсы, должен быть и уксус. (Если вам непонятна связь между чипсами и уксусом, скорее всего, дело в том, что в Англии и Америке распространен такой вкус чипсов — с солью и уксусом; у нас он почему-то встречается крайне редко, если вообще встречается, — прим) Через несколько секунд он нашёл большую бутылку этой жидкости и щедро плеснул в пустую бутылку. Теперь что в кладовую. Он подавил желание взять ещё свиных шкварок и огляделся в поисках последних ингредиентов. В глубине комнаты, рядом с набором чистящих средств, стояла огромная коробка пищевой соды. Его бабушка работала в старом лондонском пабе, точно таком же, как этот, и всегда клялась, что нет ничего лучше для отмывания липкого месива, оставляемого пьяными посетителями, чем старая добрая пищевая сода.

Отыскав пробку от давно выброшенной бутылки из-под шампанского, Деверо вынес всё своё снаряжение во двор. Он слышал, как полицейские обыскивают дом, поэтому действовал быстро, на случай, если кто-то из них задержится и выглянет из окон верхнего этажа. Он насыпал пищевую соду в бутылку, заткнул горлышко пробкой и перевернул её вверх дном на самодельной подставке. Он бросился обратно в паб, закинул девочку себе на плечи, подошёл к входной двери и взялся за ручку. С минуты на минуту. В любую секунду… СЕЙЧАС.

Из сада паба донёсся звук бьющей струи, за которым последовало несколько криков снаружи, когда потрясённые зрители приняли миниатюрную самодельную ракету за нечто гораздо более зловещее. Они всё ещё кричали, когда Деверо рывком распахнул дверь паба и бросился через улицу в узкий переулок. Руки девочки крепче обвились вокруг его шеи, и она вцепилась в него изо всех сил.

Он не остановился, когда добрался до переулка. Он не был уверен, что его импровизированный научный проект привлёк всеобщее внимание от улицы к небу, поэтому продолжал двигаться, молясь, чтобы нашёлся выход.

Он повернул направо. Переулок закончился рядом гаражей с плоскими крышами. Он забрался на ближайший из них и побежал по крышам, прежде чем свернуть налево, на другую глухую улочку. Пробегая по ней, он подумал, не стоит ли ему превратиться в волка. Он двигался бы быстрее, но также рисковал привлечь к себе внимание. И мог ли он продолжать нести девочку находясь в волчьем обличье? Он понятия не имел.

Он не думал, что кто-то преследует его по пятам, но всё ещё находился слишком близко к опасной зоне. Затем он услышал визг колёс.

Деверо посмотрел в конец узкого переулка, когда туда подъехала машина и перегородила выезд. Он зашипел. Дерьмо. Кто-то всё-таки его заметил. Им не удастся скрыться, да и некуда было больше идти.

Он замедлил шаг и остановился. Он оборотень; он ещё мог пробиться наружу и побеспокоиться об объяснениях позже.

— Послушай, малышка, — начал он, — это будет непросто. Тебе нужно…

Дверца машины открылась, и чья-то рука поманила его к себе. Деверо замолчал на полуслове. Это действительно та, о ком он подумал?

Рука снова поманила его, и Деверо моргнул. Мгновение спустя он побежал вперёд.

— Полагаю, — протянула Скарлетт, — вам лучше сесть в машину.

Глава 6

Деверо усадил ребёнка на заднее сиденье машины Скарлетт, пристегнув её ремнём безопасности, когда она как будто не сумела сделать это сама. Затем он обошёл машину и сел на пассажирское сиденье.

— Ты следила за мной? — спросил он непринуждённо.

Скарлетт лукаво улыбнулась.

— Нет, — она приподняла брови. — А что? Ты бы предпочёл, чтобы я за тобой следила?

— Я просто сказал, что это своего рода совпадение, что ты оказалась именно там, где ты оказалась.

— Это не совпадение, Деверо, — она переключила передачу и выехала на дорогу. — Все три альфы клана собрались здесь из-за инцидента с участием оборотня. Я удивлена, что клан Фэйрфакс не прислал своего представителя вместо альфы. Как бы то ни было, в нынешних условиях любой инцидент, связанный с каким-либо сверхом, касается и нас, вампиров, поскольку грязью поливают, как правило, всех нас. Меня попросили предложить альфам свою помощь в поимке убийцы, — она взглянула в зеркало заднего вида. — Лорд Хорват будет рад узнать, что она уже находится под стражей сверхов.

Деверо напрягся.

— Она не под стражей. Я не грёбаная полиция. И нет никаких доказательств того, что она причастна к тому, что там происходило.

— Ничего, кроме того, что от неё разит кровью, по крайней мере, трёх разных людей. И когда я говорю «разит», я имею в виду, что она пахнет так, словно искупалась в крови, о чём большинство вампиров только мечтают.

Он пристально посмотрел на девочку. Его недавно улучшенные органы чувств оборотня включали в себя очень острое обоняние, но он не мог различать группы крови. Скарлетт, очевидно, могла. Три человека? Не два? Так кто же был третьим?

— Это ничего не значит, — сказал он, указав на перекрёсток впереди. — Ты можешь высадить нас здесь. Я припарковался за углом.

— Полиция Лондона не глупа, даже если иногда так кажется, — сказала она ему. — Они уже засекли твою машину. Если ты приблизишься к ней, они арестуют тебя, что бы ни случилось с девочкой. Ты же знаешь, что они ищут только предлог, чтобы упрятать тебя навсегда, независимо от того, оборотень ты или нет.

Деверо сжал пальцы в кулаки.

— Я не имею никакого отношения к тому, что произошло в том доме. Кроме того, я должен отвечать перед законом сверхов, а не перед человеческим.

— Я уверена, что из каждого правила могут быть сделаны исключения. И я не думаю, что в ближайшем будущем какой-либо из кланов встанет на твою защиту, — она на мгновение оторвала взгляд от дороги, чтобы посмотреть на него. — Я права?

Он резко выдохнул. Этот проклятый узел напряжения в его спине снова затянулся, а бровь начала подёргиваться.

— Эта девочка опасна независимо от того, убила она кого-нибудь или нет, — сказала ему Скарлетт. — Ты не можешь отрицать, что она оборотень, причем явно не родилась такой. Само её существование угрожает всем нам.

— Значит, ты предлагаешь усыпить её, как собаку? Она ребёнок.

Скарлетт ответила не сразу. Когда она это сделала, её голос был полон печали.

— Когда люди думают о сверхах, они представляют себе власть, богатство и безмерную силу. Они воображают, что наша жизнь наполнена только вечеринками, танцами, наркотиками и сексом.

Деверо в притворном ужасе всплеснул руками.

— Подожди. Ты хочешь сказать, что это не так? Но это единственная причина, по которой я стал оборотнем. Если я не могу заниматься сексом, танцами и наркотиками круглосуточно, я хочу вернуть деньги.

Скарлетт прищёлкнула языком, но от него не ускользнул огонёк юмора в её глазах.

— Мы намеренно выставляем себя такими, потому что тогда остальной мир видит в нас меньшую угрозу. Да, у нас есть деньги. Да, у нас есть власть. И да, мы даже обладаем сверхъестественной силой. Но, как ты уже понял, нас ещё и презирают. Как и всех сверхов. Даже те люди, которые приходят поиграть с нами, в глубине души ненавидят нас, ведь у нас есть то, чего нет у них, и мы отличаемся от них. Они завидуют тому, что у нас есть, и боятся того, на что мы способны. Правительство намеренно ограничивает нашу численность, и нам указывают, где жить, чтобы нас можно было контролировать. Мы боремся за улучшение жизни всех сверхов и добиваемся успеха, но эта девочка угрожает отбросить все наши усилия на несколько десятилетий назад.

Деверо стиснул зубы.

— Что бы она ни натворила, это не её вина.

— Да. Это не её вина, — она снова посмотрела в зеркало и вздохнула. — Но никто никогда не говорил, что жизнь справедлива.

Он повернул голову, чтобы посмотреть, как девочка восприняла слова Скарлетт, но сказать наверняка было трудно. Она опустила голову и уставилась на свои окровавленные руки.

— Какой смысл бороться за права сверхов, если в процессе ты собираешься отказаться от себе подобных? — мягко спросил он. — Девочка останется со мной. Я беру на себя всю ответственность за неё.

— Ты и так изгой из-за того, что сам себя обратил. Если ты не передашь её кланам, то только ухудшишь своё положение.

Деверо пожал плечами.

— Да будет так, — он посмотрел на Скарлетт, бросая ей вызов продолжать спор.

Она улыбнулась.

— Я знала, что ты не просто так мне нравишься.

Его глаза сузились.

— Это был тест? Ты пыталась заставить меня отказаться от девочки, чтобы понять, что я за мужчина на самом деле?

— Это не было проверкой, — она поколебалась. — Мне стало любопытно, как далеко ты готов зайти, чтобы помочь ей. И я не была уверена, что ты полностью осознаёшь все последствия, — она остановила машину, когда впереди загорелся красный свет. — Ты должен понять, что я всецело предана моему Лорду. Если Лорд Хорват спросит меня, что я знаю об этой девочке или где она, я обязательно расскажу ему. Однако в последнее время он несколько рассеян, поэтому если он не спросит, я не скажу. Но ты не сможешь долго прятать её. Тебе придётся придумать план получше, чем игра в прятки, если ты хочешь обезопасить её. И если она убьёт ещё кого-нибудь, все ставки аннулируются, — Скарлетт пристально посмотрела на него. — Я серьёзно.

— Принято к сведению, — прорычал он.

Рядом с ними остановилась машина, из опущенных окон которой доносилась музыка. Мужчина лет двадцати с небольшим, сидевший на пассажирском сиденье, посмотрел на Скарлетт. Было очевидно, что он сразу узнал в ней вампира. Его голубые глаза расширились от нездорового восторга, и он начал энергично махать рукой.

— Уже день, кровопийца! Почему ты не сгораешь, как чудовище, которым ты на самом деле являешься? Ты ведь знаешь, что Бог думает о тебе подобных, не так ли? Ты отправишься в ад, сука!

Деверо положил руку на дверцу и собрался выйти, но Скарлетт коснулась его руки.

— Нет, — сказала она. — Я разберусь с этим.

Мужчина указал на свою шею.

— Ты собираешься меня укусить? Хотел бы я посмотреть, как тебе это удастся!

Скарлетт, не выключая двигателя, отстегнула ремень безопасности и спокойно вышла из машины. Мужчина слегка побледнел, но был слишком большим идиотом, чтобы отступить.

— Что ты сделаешь? А? Ты не знаешь, кто я. Если ты только дохнёшь на меня своим мерзким кровавым дыханием, я…

Скарлетт не дала ему возможности закончить фразу. Она наклонилась, схватила его за руки и выдернула из окна. Он закричал. Она притянула его к машине, прижав к ней спиной, затем приблизила своё лицо к его лицу и медленно выдохнула.

— Отпусти меня! Отпусти меня! — он боролся с ней, не в силах освободиться.

Скарлетт потёрлась о него всем телом и приоткрыла рот, демонстрируя свой единственный клык.

— Минутку, — пробормотала она. — Сначала я просто хочу немного попробовать, — она усмехнулась и опустила взгляд на его промежность. — Так, так, так. У тебя довольно бурная реакция. Вся кровь приливает к одному месту, — её рука потянулась вниз, пока не оказалась прямо над его брюками.

Мужчина снова закричал.

— Нет! Не прикасайся ко мне! Прости!

Скарлетт задумчиво постучала пальцем по губам.

— Загладь свою вину. Встань на колени, — он бросился на колени, отчаянно желая сделать так, как она просила. Она подняла один сапожок на шпильке. Теперь уже никаких меховых тапочек. — Оближи его.

Деверо заметил, что мужчина дрожит, и нахмурился. Это заходило уже слишком далеко. Он был за то, чтобы постоять за себя, но при этом не допускал унижения. Но это выступление Скарлетт, поэтому он сдержался и продолжил наблюдать.

Мужчина высунул язык и нежно лизнул сапожок Скарлетт. Она снова улыбнулась и опустилась на колени.

— Скажи спасибо.

— С-спасибо тебе.

Она погладила его по голове.

— Не за что, — она подмигнула. — Впредь следи за своим языком, — она повернулась и направилась обратно к водительскому месту, в то время как несчастный мужчина забирался в своё транспортное средство. Его друг, сидевший за рулём, уставился на него широко раскрытыми испуганными глазами.

— И ты удивлена, что люди презирают сверхов? — прокомментировал Деверо.

Она завела двигатель.

— Ты прав, — сказала она. — Наверное, мне не следовало этого делать. Но иногда единственное, на что ты способен — это дать отпор, — она взглянула на него. — Ты сейчас возбуждён, не так ли?

У него не было возможности ответить. С заднего сиденья донёсся тоненький голосок:

— Это было так круто.

***

Как Деверо ни старался, ему не удалось заставить девочку заговорить снова. Он уговаривал её, но она опять уставилась на свои колени, и её прямые каштановые волосы закрывали лицо. По крайней мере, он узнал, что она говорит по-английски… и с лондонским акцентом. К сожалению, он также узнал, что она находила жуткое удовольствие в насилии или, по крайней мере, в возможности насилия.

Он порадовался, что Скарлетт предпочла не комментировать это; более того, она даже присоединилась к его попыткам разговорить ребёнка. Её усилия оказались тщетны, но он начал чувствовать, что может доверять вампирше, а также испытывал желание стащить с неё эти облегающие как вторая кожа брюки. Он не мог винить идиота, который лизал её сапожок, за его физическую реакцию на неё; он, вероятно, отреагировал бы точно так же, если бы она толкнула его на машину. Он был почти разочарован, когда их путешествие закончилось, и она остановилась у его дома.

— Итак, — сказала Скарлетт. Она забарабанила пальцами по рулю и задумчиво сморщила нос. — Итак.

— Что итак?

— Ты производишь на меня впечатление человека дела, а не мысли. Кстати, это не критика, а наблюдение. Если я права, это сослужит тебе хорошую службу. Ты не можешь просто спрятаться. Во-первых, полиция будет задавать вопросы о твоей машине. Во-вторых, если ты сможешь выяснить, что на самом деле произошло в том доме, у тебя будет больше возможностей помочь девочке. Ты был прав в том, что она жертва. Она не обратилась в оборотня сама — кто-то сделал это с ней. Чем больше ты сможешь узнать о том, что с ней случилось, тем больше симпатии ты к ней вызовешь. Я не говорю, что это спасёт кого-то из вас в долгосрочной перспективе, но это хорошее начало.

Деверо обдумал её слова.

— Я не прочь провести небольшое расследование, — сказал он. — Не то чтобы у меня сейчас было много других дел, — он встретился с ней взглядом. — Ты поможешь?

Губы Скарлетт дрогнули.

— Вампир помогает двум оборотням?

— Я уверен, что случались и более странные вещи.

— Ммм. Что я с этого получу?

— А чего бы ты хотела? — парировал он. — Я бы предложил полизать твои сапоги, но кое-кто уже это сделал.

Она провела языком по зубам.

— Ты можешь быть у меня в долгу. Услуга, которую я могу стребовать в любое удобное для меня время.

— Очень хорошо.

Скарлетт приподняла бровь.

— Никаких оговорок? Не стоит соглашаться так быстро, не проведя сначала переговоров.

Деверо медленно улыбнулся.

— Возможно, я не хочу вести переговоры. Возможно, я хочу быть у тебя в долгу.

— Осторожнее, мистер Вебб. Иногда я кусаюсь.

Он пристально посмотрел на неё.

— Иногда я тоже кусаюсь, — он почувствовал на себе взгляд девочки с заднего сиденья и отодвинулся; всему есть своё время и место, но это определённо не оно. — Давай я её устрою. Ты можешь встретиться со мной здесь позже? Сегодня вечером?

Она кивнула.

— Это я могу.

Он улыбнулся и начал вылезать из машины. Скарлетт окликнула его.

— Деверо.

Он полуобернулся.

— Да?

— Скоро полнолуние. Ты ещё никогда не переживал полнолуние, и я предполагаю, что она тоже. Для тебя это будет нелегко, и чем ближе оно будет, тем труднее тебе придётся. С каждым днем ты будешь терять контроль, а ведь в тебе больше силы, чем в любом другом оборотне, которого я встречала. Тебе следует избегать тесных контактов с другими людьми. Ты не знаешь, что может случиться в противном случае.

Он одарил её улыбкой.

— Ты просто хочешь заполучить всего меня себе, не так ли?

Она не улыбнулась в ответ.

— Хотела бы я, чтобы это было правдой.

Глава 7

Опасаясь, что соседи смотрят из-за занавесок, Деверо затолкал девочку внутрь так быстро, как только мог. Она даже не пыталась сопротивляться. Как только дверь оказалась надёжно заперта, он почувствовал необходимость извиниться. Это было совсем на него не похоже.

— Я знаю, что здесь не так уж много места, и пахнет так, будто кто-то умер. И мебель, вероятно, кишит блохами. А электропроводка, наверное… — он не успел закончить фразу. Девочка ушла от него, поднимаясь по скрипучей лестнице. Он последовал за ней по пятам. — Ванная комната справа. Я проверил водопровод, там есть горячая вода.

Выражение её лица не изменилось, и Деверо понятия не имел, услышала ли она его слова. Она даже не взглянула в сторону ванной, а направилась в противоположную сторону, в ближайшую спальню. У дальней стены стояла односпальная кровать с голым матрасом, и девочка пошла прямиком к ней. На его глазах она забралась на него, свернулась калачиком и закрыла глаза.

Деверо моргнул и сделал шаг вперед. Её грудь уже поднималась и опускалась в обычном ритме сна. Должно быть, она была измучена.

Он понаблюдал за ней минуту или две, затем спустился вниз. Порылся в нескольких коробках, которые привёз с собой, пока не нашёл необходимое, вернулся и аккуратно укрыл её одеялом. Она не пошевелилась.

Снова оказавшись внизу, Деверо сразу принялся за работу. Он сделал пару телефонных звонков, после чего распаковал свои вещи в попытке придать серому дому более домашний и менее угрожающий вид. Покончив с этим, он сварил кофе и сел за ноутбук. Кто-то где-то должен искать свою дочь.

Ни в последних местных новостях, ни на веб-сайте полиции Лондона ничего не было, как и на сайтах о пропавших без вести людях. Он постучал по клавиатуре и нахмурился. Поиск пропавших взрослых может занять у полиции до семидесяти двух часов, но дети — совсем другое дело. Если бы кто-нибудь сообщил о пропаже девочки, они бы начали действовать, но он ни черта не смог найти. Он обдумал все варианты, а затем сделал ещё один звонок.

— Добрый день, — пробормотал чёткий голос робота. — Вы позвонили в школу Святой Агнессы. Чтобы сообщить об отсутствии на занятиях, нажмите один. Чтобы задать вопросы о приёме, нажмите два. Чтобы…

Деверо раздражённо закатил глаза. К счастью, у него уже был нужный внутренний код, и он ввёл его прежде, чем ему пришлось бы выслушивать очередное монотонное бормотание. Если повезёт, миссис Фостер будет у себя в кабинете.

— Рэйчел Фостер.

— Добрый день, миссис Фостер. Это…

— Мистер Вебб, — её голос звучал значительно осторожнее, чем во время их последнего разговора. — Я узнала бы ваш голос где угодно. Я планировала связаться с вами на этой неделе. Нам нужно поговорить о библиотеке.

Глаза Деверо прищурились.

— Мне дали понять, что она должна открыться по графику до начала каникул в середине семестра, в октябре.

— Да-да, она будет готова. Мы очень гордимся ей и будем рады провести для вас экскурсию в субботу или воскресенье, чтобы вы могли увидеть, на что пошли все ваши деньги.

— Я бы предпочёл прийти на экскурсию в течение недели, когда ею пользуются дети.

— Ммм, — она поколебалась. — Я не уверена, что это хорошая идея. Некоторые из наших родителей немного обеспокоены, и мы должны принять меры по охране здоровья и технике безопасности. Как вы знаете из опыта обучения Элис здесь, мы очень серьёзно относимся к защите детей.

— Вы хотите сказать, — ровным голосом произнёс Деверо, — что боитесь, что если я приду в присутствии детей, то не смогу удержаться от того, чтобы не превратиться в волка и не съесть их?

— Само собой, я знаю, что вы этого не сделаете, но есть другие, которые…

Он стиснул зубы.

— Хорошо.

Она поспешила продолжить.

— Мистер Вебб, вы знаете, как мы благодарны вам за деньги, которые вы дали нам на строительство библиотеки. Мы никогда этого не забудем. Но наш совет считает, что будет лучше, если мы всё же не станем называть её Крыло Вебба. Наверное, больше подойдёт что-нибудь более общее, — директриса школы явно нервничала, и не без оснований.

Он отдал деньги школе не потому, что хотел, чтобы его проклятое имя было на мемориальной доске; именно миссис Фостер предложила назвать новое крыло в его честь. Это не означало, что он не злился из-за того, что она сейчас отступает от данного обещания.

— Значит, вы были рады использовать моё имя, когда я был всего лишь предполагаемым преступником, возглавлявшим собственную преступную сеть, — сказал Деверо. — Но теперь, когда я оборотень, моё имя уже недостаточно хорошо для вас?

— Видите ли, дело в том, что…

— Забудьте, — перебил он.

— Простите?

— Мне всё равно, как будет называться библиотека. Вы с радостью потратили большую часть моих денег на её создание. Называйте её как хотите, чёрт возьми, — его голос стал жёстче. — Но в обмен на моё молчание о ваших предубеждениях я хочу кое-что получить.

— У меня нет предубеждений против вас, мистер Вебб. В школе Святой Агнессы их нет ни у кого. Наш первейший долг — обеспечить безопасность наших детей. Наши родители очень верят в то, что мы позаботимся о них. С нашей стороны было бы упущением не сделать всё возможное, чтобы оправдать их ожидания.

Деверо ничего не сказал.

Миссис Фостер вздохнула.

— Хорошо. Чего вы хотите?

— Вы упомянули о защите детей, — сказал он. — Меня это и интересует. Я хочу знать, есть ли в Лондоне школы, которые столкнулись с проблемой неожиданного исчезновения девочки примерно двенадцати лет. Белая, длинные каштановые волосы, карие глаза.

— Что вы хотите знать?

— Я уверен, что вы услышали меня с первого раза.

— Мистер Вебб, даже если бы я была готова предоставить вам такую информацию, в Лондоне три тысячи школ. Мы постоянно сталкиваемся с неожиданными пропусками занятий. Не может быть, чтобы…

— Попытайтесь, — он подумал о девочке и о том факте, что никто не заявил о её пропаже. — Она, вероятно, уже классифицирована как склонная сбегать. Я уверен, у вас есть контакты и сеть, которую вы можете использовать.

— Три тысячи школ, мистер Вебб!

Он стиснул зубы.

— Сосредоточьтесь на тех, что в Уайтчепеле, — именно там он её и нашёл. Логично, что она окажется родом из этого района.

— Всё равно здесь огромное количество детей…

Деверо замолчал.

— Я буду ждать от вас вестей к концу дня, — он повесил трубку. Это был рискованный шаг, но он того стоил. Кроме того, Рэйчел Фостер была у него в долгу.

Он услышал, как снаружи подъехала машина, и подошёл к окну. Мгновение спустя Элис ворвалась в парадную дверь.

— Боже мой! — воскликнула она. — Так вот где ты теперь живёшь? Это свалка! Что это за запах?

Из глубины груди Деверо вырвалось низкое рычание.

— Тебя не должно здесь быть. И почему ты не в школе?

— У неё был осмотр в больнице, — сказала Наташа, входя следом за Элис с сумкой в руках. — Они позвонили сегодня утром и перенесли его на следующую неделю.

Деверо напрягся.

— Какие-то проблемы?

Она покачала головой.

— Это была обычная процедура. У неё по-прежнему нет рака. Доктор озадачен, но счастлив.

Они переглянулись. Наташа точно знала, почему у Элис исчезла лейкемия, но никто другой этого не знал; даже сама Элис на самом деле не понимала, что произошло. Детектив-констебль Эмма Беллами дала Деверо жуткое зелье, которое вылечило ребёнка. Это был единственный раз, и больше ничего подобного не повторится. Учитывая, что, как он позже узнал, содержалось в зелье, это очень даже хорошо.

— Зачем тебе понадобилась моя одежда? — спросила Элис.

— Это долгая история.

Она наклонила голову, и её косички упали набок.

— А ты попробуй, расскажи, — она упёрла руки в бока и требовательно посмотрела на него. В любое другое время Деверо счёл бы это забавным.

— Любопытство кошку сгубило, Элис.

— А удовлетворение воскресило её обратно, — выпалила она в ответ.

Он окинул её долгим взглядом и перевёл взгляд на Наташу.

— Спасибо, — сказал он. — Я ценю вашу помощь. Но тебе не стоит приходить сюда снова — и уж точно не стоит приводить Элис. По крайней мере, какое-то время.

— Ты сказал мне, что оборотни не опасны, Дев. Ты сказал, что я могу доверять тебе и любому другому волку, который встретится мне на пути.

— И в обычной ситуации это было бы правдой, — сказал он. — Но прямо сейчас… — у него не было возможности закончить фразу. Скрип ступенек уже возвещал о том, что Элис поднимается наверх, туда, где спала девочка. — Элис! — взревел он, бросаясь за ней. — Вернись!

Откуда-то у него над головой раздалось громкое рычание. Элис остановилась как вкопанная на первой лестничной площадке. Деверо бросился к ней и оттолкнул её с дороги в самый последний момент. Секундой позже маленький серый волк столкнулся с ним, щёлкая челюстями.

В её глазах жило безумное выражение, и Деверо не сомневался, что она жаждёт крови. Когда он поднял руки, чтобы удержать маленькую волчицу, её острые зубы царапнули кожу. Она не остановилась. Её гортанное рычание и бешеные движения свидетельствовали о полной неспособности контролировать себя. Деверо вытянул руку, не желая причинять ей боль или позволить ей причинить боль ему, но она была просто сгустком неудержимой ярости. Когда её зубы не смогли дотянуться до его незащищённого лица, она опустила голову и вместо этого вцепилась в его ногу, где её клыки прорвали ткань джинсов и вонзились в его плоть. Деверо взвыл от удивления и боли.

И тут его волк взял верх.

Его одежда разорвалась, обрывки материи разлетелись во все стороны. Его мышцы напряглись, а кости хрустнули. Внезапно он оказался на четвереньках, его шерсть встала дыбом, он оскалил зубы и зарычал на девочку. Она зарычала в ответ. Он был вчетверо крупнее её, и в настоящей драке она не продержалась бы и секунды, но всё равно не отступала. Её зрачки напоминали крошечные чёрные точки безумия.

Деверо поднял лапу и предупреждающе ударил её по морде. Он здесь хозяин, он альфа-волк. К сожалению, маленькой волчице было всё равно. Её челюсти щёлкнули, и он заметил, как напряглось её тело, когда она приготовилась снова броситься на него. Чёрт возьми, она не знала, когда надо остановиться.

Деверо рванулся вперёд, пытаясь загнать её в угол, где у него был бы хоть какой-то шанс контролировать её. Ему удалось сделать всего несколько шагов, прежде чем она снова бросилась на него, сверкнув белыми зубами.

Хлоп.

Раздался тихий глухой удар. На мгновение она замерла в воздухе, её глаза затуманились от замешательства, затем она рухнула к его ногам. Деверо увидел дротик, торчащий из её задней части, и обернулся. Когда он увидел, кто там стоит, держа в руке пистолет с транквилизатором, его плечи расслабились от облегчения.

Глава 8

— Вы не обязаны оставаться, если не хотите, — сказал Деверо доктору Яре. — Я понимаю, — он не собирался заставлять её делать что-либо, что ставило бы её в неловкое положение. В конце концов, никто из его бывшего Стада не хотел оставаться рядом.

Доктор бросила на него раздражённый взгляд.

— Я остаюсь. В Сирии я видела вещи и похуже, чем мохнатые дети с большими зубами. Я не боюсь. Вы помогли мне, когда я приехала в эту страну, мистер Вебб. Теперь я помогаю вам.

Он знал, что дарёному коню в зубы не смотрят.

— Спасибо, — тихо сказал он. — И я уже говорил вам, зовите меня Деверо.

— Пффф, — она громко прищёлкнула языком, как будто такая идея была совершенно нелепой.

— Ну а я, конечно, не останусь, — громко сказала Наташа, стоя у двери. Элис уже запихнули в машину. Его племянница протестовала до последнего, но он понимал, насколько она оказалась близка к тому, чтобы быть разорванной на части. И, судя по тому, как Элис дрожала, несмотря на все свои попытки скрыть это, она тоже понимала.

— Я сожалею о том, что произошло.

Его сестра посмотрела на него.

— Я тоже, — она покачала головой. — Сначала ты превратился в волка, а теперь ещё и это. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Дев.

Раньше он верил, но теперь не был в этом так уверен.

— Я бы никогда не причинил вреда Элис, Таш.

Она выдавила из себя улыбку.

— Я знаю. Ты был для неё лучшим отцом, чем её собственный. Сегодня она жива благодаря тебе. Но я должна поставить её на первое место. Мы не можем приходить сюда снова.

Он кивнул.

— Хорошо. Я буду поддерживать с тобой связь, и когда всё снова наладится…

Наташа подняла руки.

— Нет, не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, — она наклонилась и чмокнула его в щёку. — И не дай себя убить.

— Не беспокойся обо мне.

— Я всегда беспокоюсь о тебе, — она снова улыбнулась, на этот раз с оттенком самоиронии, и ушла.

Деверо взглянул на доктора Яру.

— Чувствуйте себя как дома.

— Ммм, — несмотря на её готовность помочь, она явно не впечатлилась тем, что её окружало. Он не винил её.

— Она долго проспит? — спросил он, кивнув подбородком в сторону девочки.

— Может быть, несколько часов, — она пожала плечами. — Не больше четырёх. Седативное не было сильным.

Деверо кивнул.

— Хорошо. Вы не будете возражать, если я оставлю вас здесь и ненадолго выйду? Мне нужно кое-что проверить. Я постараюсь вернуться до того, как она проснётся.

— Нет проблем, мистер Вебб.

— Деверо.

Взгляд доктора Яры не дрогнул.

— Нет проблем, мистер Вебб.

Он сдался.

— Спасибо.

Доктор Яра склонила голову.

— Увидимся позже.

***

Поскольку его машина застряла в Уайтчепеле — при условии, что полиция ещё не отбуксировала её, чтобы осмотреть на предмет несуществующих улик — Деверо отправился в Отряд Сверхов пешком. Расположенное между кланами оборотней в Лиссон-Гроув и вампирами в Сохо, здание находилось недалеко, и это давало Деверо время собраться с мыслями. Конечно, день развивался не так, как он ожидал, проснувшись сегодня утром, но он умел приспосабливаться.

На мгновение у него возникло искушение пойти долгим путём и не натыкаться на других сверхов; если бы он не высовывался, проблем было бы меньше. Но если альфы клана узнали, что он поселился поблизости, то узнал и любой другой сверх, у которого имелась хоть капля мозгов. И Деверо было любопытно посмотреть, как те, кто не был у власти, отреагируют на его присутствие. Он знал, что три альфы думают о нём, но что насчёт остальных?

Немелодично насвистывая, он направился на север, пока не показалась изящная деревянная арка, обозначавшая вход в Лиссон-Гроув. На углу перед ней стояла группа женщин разных возрастов. Казалось, они были поглощены своим разговором, но когда Деверо приблизился, они замолчали и уставились на него, вытаращив глаза. Он дотронулся до воображаемой шляпы, глядя в их сторону, и улыбнулся. Его усилия были вознаграждены, когда, проходя мимо них, он услышал приглушённый шёпот:

— Что ж, он намного сексуальнее, чем я думала.

Вместо того чтобы притвориться, что он их не слышал, он демонстративно вскинул голову и с лукавым смущением оглянулся через плечо. Все они расхохотались, хотя та, кто произнесла это замечание, густо покраснела. Деверо улыбнулся. Он был не прочь подурачиться, если это помогало ему завоевать несколько сердец и умов.

Он продолжил свой путь и прошёл под аркой. Возможно, это его воображение, но ему показалось, что воздух изменился, как только он оказался в официальном квартале оборотней. Это не было неприятным ощущением — скорее наоборот. Часть сковавшего его напряжения, которое упорно отказывалось покидать его тело, растаяло. Он глубоко вздохнул. Блин, так здорово.

Затем он заметил парочку на другой стороне улицы. Погодите-ка, он уже видел их раньше. Он зарычал. Это та самая пара, которая околачивалась возле многоэтажки и которую он принял за журналистов. Деверо покачал головой. На этот раз он не собирался позволять им ускользнуть. Он повернулся в их сторону.

На его пути возникла тень. Перед ним стоял плотный мужчина с кустистыми бровями и мрачным выражением лица.

— Ты Деверо Вебб.

Деверо сохранял нейтральное выражение лица.

— Да.

— Говорят, твой волк крупнее всех, кого видели раньше.

— Мне-то откуда знать?

— Говорят, ты всем рассказываешь, что тебя укусили четыре раза.

Деверо начал понимать, к чему всё идёт, и он также уловил воинственные нотки в тоне этого мужчины. Возможно, он и не очень много знал о своих новых кузенах-оборотнях, но он знал людей; этот парень готовился к конфронтации. Он хотел спровоцировать Деверо на драку, либо чтобы доказать всему миру, что он никого не боится, либо чтобы доказать, что Деверо был просто лжецом и слабаком.

Было бы легко допустить продолжение конфронтации — и это, безусловно, отбило бы охоту к дальнейшим попыткам — но это не вызвало бы ни у кого симпатии к нему. Деверо мог попозже поработать над развитием власти и уважения; прямо сейчас симпатии помогли бы ему продвинуться дальше.

— Ты ведь урождённый волк, верно? — спросил он.

— Ага, — мужчина оскалил зубы и указал на метку у себя на руке. — И у меня ранг эпсилона в клане Карр, — в его жёлтых глазах мелькнул явный вызов.

Деверо и глазом не моргнул.

— О, я встретил твою альфу сегодня утром. Сильная леди, — он наклонился вперёд. — Послушай, может, ты сможешь мне помочь. Когда я превращаюсь в волка, у меня всё чешется. Ну, знаешь, там, внизу, — он указал на свой пах. — Есть ли какой-нибудь крем или мазь, которые я мог бы использовать, чтобы остановить это? Неловко спрашивать, но ты всегда был волком, так что, я думаю, ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой.

Оборотень Карр уставился на него, и Деверо с трудом сдержал улыбку. Он шокировал этого парня, затронув столь интимную тему, и сделал комплимент, предположив, что у его противника, возможно, есть ответ. Все, как люди, так и оборотни, обычно положительно реагировали на честность. Деверо говорил искренне: зуд правда был проблемой.

Сбитый с толку, оборотень отступил на шаг.

— На Бут-стрит есть магазинчик клана Карр, — неохотно сказал он. — Лавка травника. Владелец не очень высокого ранга, но если узнать его поближе, он окажется неплохим парнем. Он может дать тебе кое-что, что поможет, — он остановился. — Просто скажи ему, что тебя прислал Кэннон.

— Кэннон Карр? — Деверо приподнял брови. — Классное имя. Спасибо.

— Нет проблем, — Кэннон кивнул и отступил в сторону, давая ему пройти. Казалось, он не понимал, что его действия признают в Деверо более высокопоставленного волка. Миссия выполнена. Вот только пока он беседовал с Кэнноном, двое предполагаемых журналюг исчезли.

Деверо зашипел. Если они не хотят проблем, то в будущем пусть держатся от него подальше.

К тому времени, когда он, наконец, добрался до знакомой двери Отряда Сверхов, у него произошло несколько похожих столкновений со сверхами, и не все они были с оборотнями. Одно было с пикси, и пара гремлинов кричали ему с противоположной стороны улицы. Теперь всё, что ему нужно было сделать — это очаровать копов, а также рядовых сверхов, и у него всё получится.

Деверо громко постучал в дверь. Он не был уверен, вернулся ли сержант Грейс из Уайтчепела, но было бы легче, если бы вернулся. Он мысленно скрестил пальцы и отступил назад.

Лиза открыла дверь и сердито посмотрела на него.

— Деверо Вебб, — вздохнула она. — Снова вернулся. Зачем вы здесь?

— Я тоже рад вас снова видеть, — сказал он с лёгкой улыбкой и указал на её лицо. — У вас крошки на щеке. Мне кажется, это крошки от шоколадного торта.

Она поморщилась и смахнула их.

— Да, — она сердито посмотрела на него. — И вы его не получите.

— Мне и в голову не пришло бы просить. Но теперь я знаю, как отблагодарить вас за помощь. Я ценю, что вы потратили время, чтобы всё мне объяснить. Я хотел заскочить и сказать детективу Грейсу, что я выполнил его просьбу и переехал по официально утверждённому адресу. Я подумал, что, возможно, нужно заполнить кое-какие документы, и это показалось мне хорошей возможностью.

— Ммм, — Лиза холодно посмотрела на него. — По какой-то причине я не думала, что вы из тех, кто добровольно явится в полицейский участок. И всё же вы здесь, дважды за одну неделю.

— Это загадка, — весело сказал Деверо, затем понизил голос до шёпота. — Я просто пытаюсь действовать правильно и не наживать врагов. Для меня это хороший шанс начать всё с чистого листа и для разнообразия встать на сторону закона.

По тому, как Лиза втянула щёки, было ясно, что она ни на секунду ему не поверила, и ему это в ней нравилось. Он мог очаровать самого грубого из оборотней, но Лиза, вероятно, всегда будет относиться к нему с подозрением, что бы он ни делал. Конечно, в конечном счёте, это её потеря, но он не мог не восхититься её упрямой решимостью.

— Кто там? — позвал детектив Грейс из здания.

О Лизе можно было сказать кое-что ещё: работала она в полиции или нет, она не беспокоилась о том, чтобы скрывать свои истинные чувства. По её лицу пробежала гримаса раздражения.

— Деверо Вебб, — крикнула она в ответ. — Снова.

Деверо в полной мере воспользовался возможностью и плавно прошёл мимо неё в здание Отряда Сверхов. В воздухе витал странный запах, но он проигнорировал его и направился по коридору в сторону Грейса. Он не хотел, чтобы детектив отправлял его в комнату для анонимных допросов; это совсем не помогло бы.

Он дошёл до конца коридора, когда из комнаты слева появился детектив Грейс и остановил его.

— Мистер Вебб, — сказал он. — Вы как раз вовремя. У меня к вам несколько вопросов.

— Я так и думал, что вопросы могут возникнуть, — невозмутимо произнёс Деверо. Он окинул взглядом комнату. Там стояло несколько столов, заставленных мигающими компьютерами, стопками книг и бумаг. На маленьком диванчике с кружкой кофе в руках сидел констебль Фред Хакерт. Деверо улыбнулся ему так, словно они были старыми друзьями. — Привет! Как дела, Фред?

Удивлённый таким вопросом, Хакерт вздрогнул и поднял глаза.

— О, это вы. Да, всё в порядке, — он помедлил. — Вы в тот раз пошли в «Сердце»?

— Да, пошёл.

— Встречали каких-нибудь вампиров, пока были там? — в его тоне было что-то нарочито небрежное.

— Я не думаю, что сейчас подходящее время… — начал детектив Грейс.

Деверо проигнорировал слова детектива.

— Встречал. Была одна дама, которая особенно помогла.

Фред отставил кружку и вскочил на ноги.

— О, да? Как её звали?

— Скарлетт.

Глаза Фреда расширились. Деверо услышал, как Лиза раздражённо цокнула языком у него за спиной.

— Скарлетт? Вы встречали Скарлетт? — Фред ахнул. — Какой она была? Что она сказала?

Идеально. Деверо воспользовался моментом и прошёл в комнату.

— Она очень помогла, — сказал он. — Выслушала все мои жалобы и наставила меня на путь истинный.

Лиза фыркнула.

— Не сомневаюсь, что так оно и было.

Фред нахмурился, глядя на неё. На его щеках проступили два ярких пятна.

— Она хорошая, Лиза.

Лиза закатила глаза.

— Вам запрещено находиться в этой комнате, мистер Вебб, — вмешался Грейс. — Если вы пройдёте со мной в одну из комнат для допросов, мы сможем поговорить наедине.

— Конечно, — Деверо пожал плечами, как будто это не было проблемой, и отступил к двери. Затем он остановился. — Скажите, что это за запах? Он весьма сильный.

— Это смесь вербены и волчьего аконита, — с готовностью ответил Фред. — Только сверхи могут чувствовать этот запах. Тот факт, что вы чувствуете его так сильно, доказывает, что вы сверх.

— А я-то думал, что превращение в четвероногое животное и так всё доказало, — улыбнулся Деверо. — Но, конечно, давайте опираться на запахи.

— Я полагаю, — сказала Лиза, — что после посещения «Сердца» вы привыкли иметь дело со странными травяными запахами.

Он взглянул на неё.

— На самом деле, я почувствовал там какой-то странный запах.

— Ага, — ухмыльнулась она. — У вампиров есть своя собственная смесь, которую они распыляют в воздухе. Что бы там ни было, это тщательно охраняемый секрет, но оно вызывает у людей эйфорию. Это что-то вроде легального кайфа.

Глаза Деверо сузились.

— А что это даёт оборотням?

Её ухмылка стала шире.

— Это расслабляет их. Не даёт им злиться и проявлять агрессию.

Справедливо.

— И, — добавила она, — мне говорили, что это также делает их очень внушаемыми.

У Деверо что-то сжалось в груди. Неудивительно, что Скарлетт сказала, что нужно подождать, пока он полностью овладеет собой, и неудивительно, что он так открылся ей. Это определённо не в его характере. Он раздражённо вскинул бровь.

— Вся эта болтовня совершенно излишня, — вспылил сержант Грейс.

— Вы правы, — сказал Деверо. — Я пришёл только для того, чтобы сказать вам — я сделал, как вы просили, и переехал в другой дом. Я запишу для вас свой адрес, — он отвернулся, ища ручку и лист бумаги. Заметив на столе справа от себя шариковую ручку, он взял её и одновременно прихватил клейкий листочек. Перед компьютером лежала пачка бумаги и несколько заметок, сделанных от руки; он не мог видеть экран, потому что тот был повёрнут в другую сторону.

Деверо наклонился, чтобы начать писать, и одновременно покосился на заметки. «Переулок Гудмана, 12. Зарегистрированный владелец Марша Кеннард». Он нацарапал свой новый адрес и выпрямился.

— Вот, пожалуйста.

Детектив Грейс выхватил у него листок.

— Почему ваша машина стояла сегодня утром в Уайтчепеле?

— Я слышал, что там был переполох и что в нём замешан оборотень, — сказал Деверо. Он начал своё объяснение правдиво, хотя и не планировал заканчивать его таким же образом. — Я хотел проверить всё сам, но не смог подобраться ближе. К тому времени, как я понял, что зря трачу время, пробки были ужасными. Я оставил машину там, где она стояла, и вернулся на общественном транспорте. Я заберу её позже.

— Вы же не думаете, что я серьёзно в это поверю? — потребовал Грейс.

— Ну, я совершенно точно не был причастен к тому, что произошло в Уайтчепеле, — сказал Деверо. — Я переезжал, когда всё это началось — что бы это ни было. Я уверен, что мои новые соседи подтвердят это, как и три альфы клана, которые пришли поприветствовать меня в этом районе. Вы можете спросить у них, если хотите.

— Мне не нужно ваше разрешение, чтобы что-либо проверять, — сказал Грейс. — И я уже говорил, — добавил он, словно только что вспомнил, — что вам запрещено находиться в этой комнате.

Деверо прижал руку к груди.

— О, мне так жаль, — он направился к двери, но, не дойдя до неё, повернулся к Фреду. — Я встречаюсь со Скарлетт позже вечером, — сказал он. — Хотите, чтобы я передал что-либо от вас?

Фред начал заикаться. Деверо вежливо улыбнулся, когда его взгляд скользнул к экрану компьютера. На нём была фотография, похожая на официальный снимок при аресте. Он сразу узнал беззастенчиво ухмыляющееся ему лицо — это был один из трупов из переулка Гудмана. Деверо пробежался по надписи под ним: «Дэвид Бернард. 48 лет». Затем он отвёл взгляд.

— Скажите ей, — попросил Фред, — скажите ей, что… что… что… Я думаю о ней.

Деверо серьёзно кивнул.

— Конечно, скажу.

— Мистер Вебб! — прошипел детектив Грейс.

Деверо улыбнулся.

— Я уже ухожу, детектив. Спасибо, что приняли меня.

Глава 9

Когда Деверо вернулся домой, девочка уже встала. Она, пошатываясь, сидела за кухонным столом, а перед ней стояла тарелка с кукурузными хлопьями. И это было не единственное отличие: вместо всепроникающего аромата сырости в воздухе витала лимонная свежесть.

Деверо хмуро посмотрел на доктора Яру, которая, что-то напевая себе под нос, мыла чашку в кухонной раковине.

— Вы здесь прибрались?

— Я немного прибираться, — беззаботно ответила она.

(Данный персонаж иногда говорит на ломаном английском, — прим.)

— Вы не обязаны были этого делать.

— Я знаю, — она повернула голову и криво усмехнулась.

— Спасибо, — он помолчал и добавил, хотя и знал, что это, скорее всего, не приведёт ни к какому результату: — Больше так не делайте, — он придвинул деревянный стул напротив девочки и сел. Она не подняла головы. — Привет, — мягко сказал он. — Как ты себя чувствуешь?

Ничего. Даже глазом не моргнула.

— Ты можешь назвать мне своё имя?

Девочка подняла ложку и уставилась на то, как молоко стекает с её изогнутой нижней стороны обратно в миску.

— Как насчёт того, откуда ты? Или где твои родители?

Она медленно поднесла ложку ко рту и несколько раз прожевала.

— Ты можешь рассказать мне что-нибудь о себе?

Девочка проглотила то, что было у неё во рту.

— Я чудовище, — сказала она так буднично, что он вздрогнул.

— Нет, — Деверо бросил на неё свирепый взгляд, но тут же пожалел об этом, когда она вздрогнула. Выражение его лица смягчилось. — Ты не чудовище.

— Я убила тех людей. Этих двух мужчин, — она со стуком уронила ложку и уставилась на свои руки. — Они мертвы из-за меня.

— Что случилось?

Она снова стала решительно игнорировать его.

— Послушай, — настаивал Деверо, — я могу тебе помочь. Но мне нужно, чтобы ты сказала мне…

Доктор Яра подошла к нему и положила руку ему на плечо. Она покачала головой.

— Нет. Сейчас неподходящее время. Мартине нужно поесть, принять ванну, а затем отдохнуть. Она сможет поговорить позже.

— Мартина? Так её зовут?

Доктор Яра пожала плечами.

— Я так её называю. Это значит… — она поколебалась, подыскивая слова, — маленькая воительница.

Хм. Деверо взглянул на девочку. Это ей шло. Несмотря на её тихую и кроткую внешность, в глубине души он знал, что она борец.

— Я хочу помочь ей, доктор Яра. Но для этого мне нужно знать, что с ней случилось.

— Когда она будет готова, она заговорит, — спокойно ответила доктор Яра. Она кивнула в сторону кухни. Деверо, всё поняв, направился к выходу. Мгновение спустя к нему присоединилась доктор Яра. — Мартина, у неё серьёзная травма. Очень больно. Ей нужно время.

— Боль? Физическая боль?

— Нет. Это здесь, — она постучала себя по черепу. — Но здесь иногда бывает ещё хуже.

Он кивнул. Он мог это понять.

Доктор Яра ещё не закончила.

— Но у неё тоже есть шрамы. Синяки. Я не думаю, что это от её волка. Кто-то сделал это с ней. Кто-то причинил ей боль раньше.

Деверо напрягся.

— И у неё есть отметина, — Доктор Яра указала на свое плечо. — Вот здесь. Это… — она с трудом подбирала слово, — как ожог.

— Ожог?

— Берёшь железо, нагреваешь и… — она поморщилась.

— Это клеймо? — его охватил ужас. Кто-то заклеймил ребёнка?

— Да, — доктор Яра кивнула. — Клеймо, — она сунула руку в карман и протянула ему листок бумаги. Она набросала точную копию клейма: волнистая линия, пересекающаяся с чем-то похожим на букву М. Деверо уставился на неё, и у него перехватило дыхание от ярости.

Доктор Яра многозначительно посмотрела на него.

— Ваши руки, — сказала она.

Деверо опустил взгляд. На тыльной стороне пальцев у него выросли жёсткие волоски, а пальцы выглядели деформированными и похожими на когти. Он сжал челюсти и заставил свои руки принять человеческий вид.

— Извините.

Доктор Яра, казалось, не была обеспокоена.

— Это не проблема.

— Как вы думаете, она снова изменится? Она всё ещё… опасна?

Она покачала головой.

— Нет. Сейчас она слишком устала, — она поджала губы. — Может быть, позже. Возможно, завтра. Она не может контролировать то, что у неё внутри.

Деверо покачнулся на пятках. Это непременно станет проблемой.

— Стресс усугубит ситуацию. Мы должны быть осторожны. Но всё в порядке, мистер Вебб, — спокойно сказала доктор Яра. — Я помогу ей. И вы ей поможете. Всё будет хорошо.

Он искренне на это надеялся.

***

Отложив попытки убедить Мартину поговорить, Деверо решил воспользоваться теми обрывками информации, которыми он уже располагал. Он растратил все свои рычаги воздействия на различных лондонских воротил и влиятельных лиц, пытаясь получить доступ в парк Регент в полнолуние. Ничего страшного, оно того стоило — но это означало, что теперь, с точки зрения исследований, Google был его единственным другом.

Деверо начал с предполагаемого владельца дома № 12 в переулке Гудмана, где он нашёл Мартину и кровавую баню, и ввёл в строку поиска имя «Марша Кеннард». Просмотрев результаты, он нашёл только одно объявление о Марше Кеннард в Лондоне. Учитывая, что это было уведомление из похоронного бюро восьмилетней давности, он сомневался, что от этого будет какой-то толк. К счастью, когда он поискал Дэвида Бернарда, одного из мужчин, которых, по-видимому, убила Мартина, когда она была в волчьем обличье, ему повезло больше.

— Спасибо, LinkedIn, — пробормотал Деверо себе под нос. По-видимому, Дэвид Бернард был известным адвокатом, работавшим исключительно в области финансового права. У него имелся небольшой офис с шикарным адресом в Кэнэри-Уорф, о котором Деверо сделал пометку. Он хотел знать, почему такой человек оказался в маленьком домике в переулке Гудмана, потому что он сам не мог придумать ни одной хорошей причины. Однако плохих причин было полно.

Завершив на время свои изыскания, Деверо взялся за телефон. Рэйчел Фостер так и не перезвонила ему; вероятно, надеялась, что он забыл об их предыдущем разговоре. Ей следовало бы догадаться, что это не так. Учебный день закончился более двух часов назад, и у неё было достаточно времени, чтобы выполнить его просьбу.

— Мистер Вебб, — в голосе директрисы школы слышалась явная покорность судьбе, когда телефон, наконец, соединил их.

— Миссис Фостер, — Деверо улыбнулся. — Вы сделали, как я просил?

— Прежде чем я отвечу, я хотела бы знать, зачем вам нужна эта информация. Мы говорим о детях. Если есть вероятность, что они могут подвергаться опасности со стороны таких, как вы…

Он прервал её.

— Я не причиняю вреда детям. На самом деле, я никому не причиняю вреда.

Она фыркнула.

— Это спорное утверждение.

Деверо не мог винить её за осторожность.

— У меня девочка, — сказал он. — Я… нашёл её. Насколько я могу судить, она сбежала из дома, и у неё большие неприятности. Она не хочет говорить. Я пытаюсь выяснить, кто она, чтобы помочь ей.

— Вам следует обратиться в социальную службу.

Он и представить себе не мог, как перегруженный работой социальный работник справится с оборотнем-подростком, который убил двух человек.

— При обычных обстоятельствах я бы поступил именно так, но у меня есть веские основания полагать, что её жизнь в опасности. Я не думаю, что социальные службы смогут защитить её.

— А вы сможете?

Его ответ был тихим.

— Вы знаете, что я смогу. И в глубине души вы знаете, что я это сделаю.

Миссис Фостер долго не отвечала.

— Я не готова предоставить вам список детей из местных школ. Ни в коем случае. Вы можете угрожать мне чем угодно, мистер Вебб, но я не стану этого делать.

— Я вообще никогда не угрожал вам, — сказал он с лёгким раздражением.

Миссис Фостер глубоко вздохнула.

— Пришлите мне фотографию девочки. Если она будет похожа на кого-нибудь из детей, о пропаже которых недавно сообщалось, я скажу вам, кто она.

— Откуда мне знать, что вы не поделитесь её фотографией? — спросил Деверо. — Кто-то её разыскивает, и этот кто-то, вероятно, хочет причинить ей серьёзный вред.

— Что ж, я думаю, нам просто придется доверять друг другу.

Деверо провёл рукой по волосам.

— Хорошо. Подождите минутку, — он направился обратно на кухню. Девочка доела кукурузные хлопья, но всё ещё сидела за столом, уставившись в пространство.

— Я собираюсь сфотографировать тебя, — мягко сказал он. — Ты не против?

Она подняла на него глаза.

— Я не могу этого сделать, — прошептала она. — Я слишком устала, чтобы снова превращаться, — её плечи поникли. — Мне очень жаль.

Деверо застыл на месте.

— Мне нужна не фотография твоего волка, — сказал он, внимательно наблюдая за ней. — Кто-нибудь фотографировал тебя в таком виде раньше? Когда ты… обращалась?

Она молча кивнула, её лицо побледнело.

— Кто? — Деверо прорычал этот вопрос. Он ничего не мог с собой поделать.

— Я не могу тебе сказать.

— Нет, можешь. Всё будет хорошо.

— Если я скажу тебе, они убьют тебя.

Деверо сжал кулаки. Он почувствовал, как у него снова появляются когти, и ощутил знакомую колющую боль между лопатками.

— А как насчёт твоего имени? Теперь ты скажешь мне своё настоящее имя?

Она яростно замотала головой.

— Нет. Мне нельзя.

— Но…

Доктор Яра появилась в дверях и бросила на него предупреждающий взгляд. Деверо выдохнул и кивнул, показывая, что понял.

— Хорошо, — сказал он. — Хорошо. Всё в порядке. Могу я сфотографировать твоё лицо? — спросил он Мартину, стараясь сохранять спокойствие. — Я собираюсь поделиться этим снимком только с одним человеком. Она учительница. Возможно, она сможет нам помочь.

Девочка задумалась над этим.

— Хорошо, — прошептала она.

— Спасибо, — сказал Деверо. Его благодарность была искренней. Он поднял телефон, быстро сделал снимок и снова поднёс его к уху. — Миссис Фостер, — сказал он, — дайте мне номер вашего мобильного, и я немедленно отправлю вам фотографию.

Директор ответила не сразу. На секунду он подумал, что она повесила трубку. Затем она откашлялась.

— Я слышала это, — сказала она. — Я слышала, что она сказала, — она помолчала. — Мистер Вебб, эта девочка — оборотень? — в каждом её слове сквозил ужас. — Поэтому её жизнь в опасности? Потому что она… она… такая как вы?

Деверо не ответил. Он не смог.

Миссис Фостер заговорила снова:

— 0768 412 2085. Это мой личный номер. Вряд ли кто-нибудь знает его, кроме моей семьи и узкого круга друзей.

Деверо ввёл номер и нажал кнопку отправки. Он услышал слабое пиликанье, когда на телефон миссис Фостер пришло сообщение, а затем шорох бумаг. После этого ничего не последовало, просто тишина.

— Миссис Фостер? — спросил он.

— Её здесь нет. Я не знаю, кто она.

Бл*дь.

— Её нет ни в одной из запрошенных мной картотек. Ни в Уайтчепеле, ни где-либо ещё поблизости.

Надеяться, что она там окажется, было слишком самонадеянно.

— Хорошо, — сказал Деверо. — Спасибо, что попытались. Я больше не буду вас беспокоить. Я был бы искренне признателен, если вы никому не расскажете об этом разговоре.

— Могу заверить вас, мистер Вебб, что я никому об этом не расскажу, — её голос звучал напряжённо. — Я проверю другие районы города и посмотрю, что смогу выяснить. Ни один ребёнок не должен быть обращён в… — она не закончила фразу; казалось, она просто не могла.

— Да, — согласился Деверо. — Не должен, — и затем, поскольку больше нечего было сказать, он повесил трубку.

Глава 10

Лицо Скарлетт выражало беспокойство.

— Это точные слова Мартины? «Мне нельзя»?

Деверо скрестил руки на груди и кивнул.

— И всё же она позволила мне сфотографировать её и отправить кому-то другому. Она знает, что я активно пытаюсь установить её личность, и не остановила меня.

Вампирша задумчиво постучала кончиком ногтя по своему единственному клыку.

— Это идеальная детская логика. Ей было сказано не раскрывать своего имени под угрозой страшной боли, но если ты сам выяснишь, кто она, то она сможет искренне заявить о своей невиновности. Она хочет, чтобы ты выяснил, кто она такая.

— Но она слишком боится сказать мне об этом сама, — Деверо кивнул. — В этом есть определённый смысл.

— Конечно, есть и другое объяснение, — пробормотала Скарлетт.

Он взглянул на неё.

— Другой оборотень внушил ей держать рот на замке, — она приподняла брови. — Кто-то же обратил её. Кто-то выжег это клеймо на её коже. Само собой разумеется, что тот, кто это сделал, пытался держать её в узде. К сожалению, если так, то это ненадолго. Ни один живой оборотень не сможет удержать под контролем обращённого подростка. Возможно, именно поэтому она убила двух человек — тот, кто обратил её, потерял над ней контроль, и она сорвалась. В любом случае, сейчас эта маленькая девочка, вероятно, самое опасное существо во всём Лондоне. Оборотни не могут позволить себе ещё одну пиар-катастрофу. Не сейчас. Если они узнают о её существовании…

— Они этого не сделают, — прорычал Деверо.

По лицу Скарлетт было видно, что она ему не поверила. Не желая обсуждать этот вопрос, он сменил тему.

— Нам нужно обсудить кое-что ещё, — вкрадчиво произнёс он. — На самом деле, две вещи.

— Ммм?

— «Сердце».

В уголках её губ промелькнула едва заметная улыбка. Она протянула руку и положила её ему на грудь.

— Ты имеешь в виду твоё сердце? Оно потеряно?

— Нет, — ответил Деверо, не делая попытки убрать её руку. — И нет, — воцарилась пауза. — Но есть один молодой полицейский, который, возможно, потерял своё.

Скарлетт опустила руку.

— Ты имеешь в виду констебля полиции Фреда Хакерта?

Деверо выдержал её взгляд.

— Что случилось?

В ответе Скарлетт не было и тени смущения.

— Я соблазнила его, как злая роковая женщина-кровопийца, какой я на самом деле и являюсь. Затем, когда он мне надоел, я бросила его.

— Он влюблён в тебя.

— То, что чувствует Фред — это не любовь. Это не более чем мальчишеская похоть и желание обладать тем, что он не может заполучить. Он переживёт это.

Деверо скрестил руки на груди.

— Довольно холодно, не так ли?

— Я не давала ему никаких обещаний. Я не виновата, что он увидел в нашей короткой интрижке больше, чем следовало бы, — она холодно посмотрела на него. — Это всё? Или ты собираешься сказать, что я гадкая вампирша, раз играю с маленьким полицейским?

Деверо в ответ пожал плечами.

— Мне на него насрать. Но что меня беспокоит, так это то, что ты использовала то дерьмо, которое вы в «Сердце» распространяете по вентиляции, и заставила меня излить тебе душу.

Скарлетт рассмеялась.

— И это тебя беспокоит? Ты пришёл в клуб с таким видом, будто уже потерпел поражение, а вышел оттуда совершенно другим мужчиной. Никто тебя ни к чему не принуждал, и уж тем более я. Я могла бы через двадцать минут приковать тебя к своей кровати, Деверо. Вместо этого я позволила тебе уйти. Если у тебя действительно есть претензии, то ты не такой мужчина, каким я тебя считала.

— Приковать к твоей кровати? — Деверо подался вперёд и взял её за запястья, по одному в каждую руку. Он заглянул ей в глаза, заметив в них вызов.

— Ну продолжай, — пробормотала Скарлетт.

Он позволил себе слегка улыбнуться, затем мягко прижал её спиной к стене, пригвоздив к месту.

— У тебя в этом богом забытом доме вообще есть кровать? — поинтересовалась Скарлетт.

— У меня их несколько, — Деверо наклонил голову так, чтобы их губы оказались совсем рядом. Он почувствовал, как её груди прижались к нему, когда она затаила дыхание. Слабый румянец окрасил её щёки. Всё ещё держа её за запястья, он погладил большими пальцами её предплечья и облизал свои губы. А потом он отпустил её и отступил на шаг.

На лице Скарлетт промелькнула лёгкая гримаса недовольства.

— Вот тебе и большой плохой Пастух.

Деверо улыбнулся ей, стараясь контролировать дыхание.

— Может, позже ты сможешь стать моей малышкой Бо-Пип, — сказал он. — Но сейчас у нас другие заботы.

(Малышка Бо-Пип — персонаж детской песенки, девочка-пастушка, — прим.)

Взгляд Скарлетт упал на его промежность.

— Вот как?

У него не было возможности сформулировать внятный ответ. Из соседней комнаты внезапно раздался неприятный звук бьющегося стекла. Долю секунды спустя за ним последовало отрывистое стаккато выстрелов.

Деверо мгновенно обратился. С него сорвалась одежда, пуговицы и обрывки ткани полетели во все стороны. Он бросился в соседнюю комнату, Скарлетт следовала за ним по пятам. Доктор Яра и Мартина лежали на полу, а вокруг них было полно стекла. Тело пожилой женщины прикрывало тело девочки, и на мгновение Деверо подумал о самом худшем. Затем он заметил, что они дышат и не пострадали.

Скарлетт уже стояла у разбитого окна, прижавшись спиной к стене. Она вытянула шею, чтобы выглянуть наружу, но в последний момент отдёрнула голову. Новый град пуль пронёсся мимо, пролетел над телом Деверо и с глухим стуком вонзился в заднюю стену. Его кровь переполнилась чистой яростью.

— Их трое, — пробормотала Скарлетт с напряжённым лицом. — Один на крыше напротив и двое на улице за синей машиной.

С пола донёсся тихий скулеж. Деверо опустил свою лохматую голову. Рука доктора Яры всё ещё прижимала тело Мартины, но она не сможет удерживать её долго. Несмотря на то, что в организме ребёнка до сих пор оставались следы седативных препаратов, и несмотря на её неоспоримую усталость, столкновение со смертью заставляло волчицу проявиться. Она скорчилась, на её руках появились клочья шерсти, и он услышал знакомый скрип ломающихся костей.

— Деверо, — голос Скарлетт был тихим, но в нём безошибочно угадывалось предупреждение.

Он кивнул. Он знал.

В комнату влетело ещё три пули. Деверо проигнорировал их. Прямо сейчас он мог беспокоиться либо о конкретных зверях снаружи, либо о потенциальном звере внутри. Он выбрал последнее; она была ближе.

В три шага Деверо оказался возле них. Не обращая внимания на отдалённый крик с улицы и топот бегущих ног, он наклонил голову и при помощи челюстей схватил доктора Яру за руку. Она испуганно пискнула, встретившись с ним испуганным взглядом, затем сглотнула и позволила ему отодвинуть себя в сторону. Она отползла в дальний угол комнаты на четвереньках, шипя от боли, когда осколки стекла впивались ей в кожу. Её движение привлекло внимание вооружённых людей снаружи, и раздался ещё один выстрел, но он снова пролетел мимо цели.

Деверо знал, что их везение не продлится долго, и Скарлетт это тоже понимала. С нечленораздельным воплем она бросилась в сторону, выпрыгнула через зияющую дыру на месте окна и оказалась на улице. «Не беспокойся о вампире, — сказал он себе. — Беспокойся о девочке».

Звуки, вырывавшиеся у Мартины, не походили ни на один из тех, что он когда-либо слышал раньше. Это был звук наполовину животного, наполовину человека, и в нём слышался стопроцентный страх. Её маленькое тельце дёргалось, и ему не нужно было говорить с ней, чтобы понять, что она отчаянно противится обращению. Это была битва, которую она, скорее всего, проигрывала. Её позвоночник гротескно выпирал, а руки и ноги уже больше походили на волчьи, чем на девичьи.

Когда Деверо пытался в прошлый раз, она даже не заметила его попыток усмирить её; на этот раз ему придётся постараться намного лучше. Скарлетт была на улице и в одиночку сражалась с тремя вооружёнными ублюдками. На любезности не было времени, и он знал, что пистолет с транквилизатором доктора Яры лежит на кухонном столе в соседней комнате. На этот раз седативное их не спасёт.

Он не хотел причинять боль ребёнку, но ему нужно было привлечь её внимание. Быстро. Когда она издала пронзительный стон, Деверо снова раскрыл пасть и вцепился в её уже покрытую шерстью руку. Он вонзил зубы достаточно сильно, чтобы причинить боль, но не прокусить ей кожу. В одно мгновение её стон сменился рычанием, и она резко повернулась, а её карие глаза стали бледно-жёлтыми.

Снаружи послышались новые крики, за которыми последовал ещё один выстрел. Деверо сделал всё возможное, чтобы заглушить звук, и сжал губы в гортанном рычании. Он возвышался над Мартиной, но она была не в настроении сдаваться. Она рассекла воздух перед его мордой. Деверо поднял тяжёлую лапу и легонько шлёпнул её по голове. Разговорами делу не поможешь, как и добротой. Они оба волки, так что ему пришлось воспользоваться этим.

Он посмотрел ей в глаза, и Мартина ответила ему таким же взглядом, когда её тело задрожало. Хотя он оставался неподвижным, он знал, что у него по спине пробежали мурашки. Если она не отступит в ближайшие три секунды, ему придётся вырубить её. Он наклонил голову, пока кончик его носа не оказался в дюйме от её носа.

И тут она моргнула.

Деверо выдохнул. Он резко поддел её носом, и Мартина заскулила. Он снова поддел её носом. Она опустила глаза и через мгновение уже задыхалась, её мех снова превратился в гладкую кожу, а глаза изменили цвет и наполнились слезами. Он ободряюще лизнул Мартину, от чего её слёзы потекли ещё быстрее.

Затем рядом оказалась доктор Яра, которая оттащила Мартину в относительно безопасный угол комнаты, и Деверо освободился. Одним прыжком он выпрыгнул из окна. Кто-то должен заплатить за то, что только что произошло. И этот кто-то заплатит кровью.

Цвета окружающего мира приглушились, так как его волчье зрение затуманивало яркие оттенки. Несмотря на это, остальные его чувства теперь стали намного острее, чем в человеческом обличье. Деверо почувствовал запах крови, сочащейся на землю за синей машиной, и прыгнул туда. Одна фигура лежала лицом вниз на тротуаре — мужчина, судя по его телосложению, и человек, судя по запаху. Он лежал неподвижно, хотя его грудь поднималась и опускалась от мелких, неровных вздохов. Его балаклава была задрана, открывая участок бледной кожи на шее, испачканный кровью. Скарлетт действовала без колебаний.

Деверо уловил какое-то движение слева от себя и обернулся, увидев вампиршу, хотя она была всего лишь размытым пятном на дальнем конце дороги. Она по пятам преследовала стрелка номер два и, хоть на шпильках, хоть без, двигалась невероятно быстро.

Деверо мгновенно отбросил мысль о том, чтобы побежать за ней, и вместо этого посмотрел вверх. Двое на улице, один на крыше. Он готов был поспорить, что ублюдок на крыше по-прежнему там; у него была отличная точка обзора, и он, несомненно, видел, как Деверо выскочил из дома. Оставался один вопрос: кто был целью — Деверо или Мартина? Оба варианта правдоподобны, и крайне важно, чтобы он нашёл ответ. В идеале не получив при этом пулю в голову.

Адреналин бурлил в его организме. Один из его любопытных соседей, должно быть, предупредил власти, потому что Деверо уже слышал вдалеке вой сирен. Время поджимало.

Инстинкт подсказывал ему, что нужно найти способ вскарабкаться на крышу и поймать ублюдка, который обстрелял его дом, но инстинкт не всегда был лучшим решением. Кроме того, если третий стрелок действительно там, у него было более высокое положение и весомое преимущество. Деверо мог получить пулю между ушей, если попытается вскарабкаться наверх.

Хорошо, что приближающиеся полицейские и медики скорой подстегнут стрелка. «Убегай или заканчивай свою работу», — мысленно приказал Деверо. Он взглянул на истекающего кровью парня у машины. «Или спаси своего приятеля». По какой-то причине Деверо не думал, что это будет приемлемым вариантом.

Он посмотрел на окровавленного мужчину. Набрав в лёгкие побольше воздуха, Деверо напряг плечи и в одно мгновение снова превратился в человека. Он наклонился, схватил бесчувственного бандита под мышки и потащил его к узким боковым воротам справа от себя. Он открыл задвижку и столкнул тело мужчины на заросшую сорняками дорожку. На это действие были потрачены драгоценные секунды, но, возможно, оно того стоило.

Закрыв калитку, Деверо шагнул в дверной проём дома напротив своего собственного. Он знал, что его не видно, и никто на крыше над ним не мог понять, куда он ушёл. Стрелок, конечно, не знал, что он вернулся к опасностям открытой улицы.

Вой сирен становился громче. У стрелка было в лучшем случае девяносто секунд, чтобы решить, что делать. Деверо мрачно улыбнулся. Он мог подождать. У ублюдка над ним не было выбора.

Один одна тысяча.

Два одна тысяча.

Три одна тысяча.

Четыре одна тысяча.

(Если просто считать секунды как «один, два, три, четыре», то получится слишком быстро, и результат будет неверным. Поэтому придумали некие промежуточные слова/словосочетания, которые надо добавлять после каждой цифры, чтобы можно было корректно считать секунды. «Одна тысяча» — одно из таких словосочетаний, — прим.)

Деверо склонил голову набок. Там. Он заметил резкое движение, отразившееся в тонированном заднем стекле синей машины. Неясное лицо, закутанное в чёрное, казалось, держало что-то похожее на смертоносное оружие. Дуло было направлено не вниз, на улицу, а вверх, на разбитые окна его гостиной. Итак, мишенью определённо была Мартина.

Деверо сжал челюсти и резко обернулся. Сейчас внимание стрелка сосредоточено на другом, и у него появился шанс. К тому же этот ублюдок искал волка, а не человека.

Подтянувшись, Деверо босыми ногами нащупал удобную опору на первом подоконнике. Если бы кто-нибудь находился внутри и выглянул наружу, то наверняка мог бы хорошенько полюбоваться его обнажённым телом. Он слегка улыбнулся и снова подпрыгнул, уцепившись кончиками пальцев сначала за край подоконника второго этажа, а затем за острый угол черепицы. Мгновение спустя он оказался там, лицом к лицу с ублюдком в балаклаве номер три.

На мгновение он заметил пару потрясённых голубых глаз, уставившихся на него, а затем дуло пистолета повернулось в его сторону.

Деверо уже был готов. Одним сильным ударом ноги он выбил пистолет из рук мужчины. Оружие с грохотом упало на улицу как раз в тот момент, когда подъехали первые полицейские машины. Снизу послышались крики полицейских, которые поняли, что действие происходит прямо у них над головами.

Стрелок, теперь уже безоружный, взревел под своей шерстяной маской и бросился на Деверо, а тот поднял руки, чтобы отразить атаку. Теоретически, его нагота означала, что он уязвим, но босые ноги давали ему более хорошую опору на скользкой от дождя черепице крыши. Правая нога мужчины соскользнула, когда он ударил Деверо по предплечьям. Размахивая конечностями, он начал падать.

Чёрт. Мёртвый стрелок никому не нужен. Деверо стиснул зубы и выбросил руку вперёд. Он был полон решимости поймать мужчину до того, как тот свалится с крыши и упадёт на тротуар внизу. Он схватил его за чёрную футболку в самый последний момент.

— Скажи мне, — прорычал Деверо. — Скажи мне, кто тебя послал.

Мужчина не ответил. Вместо этого он сунул руку за спину и достал нож с острым лезвием. Очевидно, он был не самым сообразительным типом на свете. Он взмахнул остриём ножа, метя в торс Деверо, и тот инстинктивно отпустил футболку мужчины. Секундой позже мужчина опрокинулся навзничь. Его череп раскололся прямо рядом с начищенными ботинками констебля Фреда Хакерта, который ждал внизу.

Глава 11

— Вы не провели и ночи в своём новом доме, мистер Вебб, — заметил детектив Грейс, — а кто-то уже пытался вас убить.

Деверо небрежно пожал плечами.

— Что я могу сказать? На меня ведётся охота, — он многозначительно поднял брови, глядя на Скарлетт, которая стояла менее чем в пяти метрах от него с раздражённым выражением лица. Второму стрелку, которого она преследовала, удалось спастись, совершив своевременный прыжок камикадзе перед двухэтажным автобусом. Он избежал столкновения и, когда водитель автобуса резко затормозил, успел скрыться, прежде чем Скарлетт схватила бы его. Судя по её раздосадованной позе, она восприняла его побег как личное оскорбление.

— Старые враги, ещё со времён, когда вы руководили бандой? — поинтересовался Грейс.

Деверо почесал подбородок.

— Вообще-то, — сказал он, — я уверен, что это были сверхи.

— Да ладно, — ровным голосом произнёс Грейс.

Ложь легко слетела с языка Деверо.

— Я так думаю.

Детектив шагнул к нему, но если он и пытался запугать, то явно потерпел неудачу.

— Если это были сверхи, мистер Вебб, то у нас связаны руки. Несмотря на то, что труп лежит прямо напротив вашего дома, мы не сможем расследовать стрельбу, и это станет расследованием сверхов.

— Чёрт возьми, — Деверо сложил пальцы домиком. — Какая жалость.

Вклинился голос Фреда.

— Детектив Беллами бы…

Лицо детектива Грейса исказилось.

— Мне всё равно, что бы сделала детектив Беллами. Это то, что делаю я, — он посмотрел на Деверо так, словно это его вина. — Можете ли вы твёрдо утверждать, что в ваш дом стреляли сверхъестественные существа?

Деверо любезно улыбнулся.

— Могу.

— Сверхи не стали бы использовать оружие! — рявкнул Фред.

— Лорд Фэйрфакс использовал, — Деверо имел в виду мёртвого альфу клана Фэйрфакс, который недавно взбунтовался и нанял банду для ограбления банка Талисманик. Фред вздрогнул в ответ.

Скарлетт опустила руки и подошла к нему.

— Констебль Хакерт, — тихо сказала она, — я видела нападавших собственными глазами. Я уверена, что это были сверхи, — она лгала с поразительной ловкостью. — Люди просто не могут так двигаться.

Фред не смог удержаться от того, чтобы не залиться ярким румянцем. Деверо начал понимать, почему вампиршу с одним клыком звали Скарлетт: несомненно, именно такую реакцию она вызывала у других. Вероятно, и у него тоже.

(Имя Scarlett звучит совершенно так же, как слово scarlet — ярко-красный, алый, багряный; Деверо намекает, что Скарлетт заставляет всех краснеть, — прим)

Несмотря на очевидное смущение молодого полицейского, он не сдвинулся с места.

— Какие именно сверхи? Вампиры? Оборотни? Другие? — Фред указал на мёртвое тело упавшего стрелка. — Потому что этот парень, на мой взгляд, похож на человека.

— Ты же знаешь, Фред, что нельзя судить о ком-либо только по внешности, — сказала Скарлетт. — Не всегда можно отличить сверха по внешнему виду. На самом деле, поступать так было бы крайне предвзято, и я ожидала бы от тебя гораздо большего.

Что-то промелькнуло в его глазах. Независимо от того, воображал ли он влюблённость в Скарлетт или нет, Фред Хакерт был готов взорваться от гнева.

К счастью для всех них, детектив Грейс не обратил внимания на скрытые эмоции и бросился напролом.

— Нам нужен доступ в ваше жильё, мистер Вебб. Это действующее место преступления, которое необходимо осмотреть, прежде чем мы уедем.

Детектив Грейс, казалось, думал, что Деверо вчера родился, но это не первый случай, когда интеллект Пастуха недооценивали, и он сомневался, что это будет последний.

— В доступе отказано. Это частная собственность в районе сверхов, и у вас нет юрисдикции, выходящей за рамки того, что я вам разрешаю, — он ухмыльнулся. — И вы знаете, как говорится, детектив Грейс.

— Как? — огрызнулся Грейс.

— Закон есть закон.

Выражение лица Грейса помрачнело.

— Что ж, хорошо, — он развернулся на каблуках. — Мы здесь закончили.

Фред не собирался так легко сдаваться.

— Но…

— Констебль Хакерт, — Скарлетт поманила его пальцем. Наклонив к нему голову, она что-то прошептала. Даже со своим обострённым слухом Деверо трудно было разобрать её слова, но потом ему стало стыдно за то, что он пытался подслушивать, и он отошёл.

— Мистер Вебб, — окликнул его Грейс из машины. — Если это мёртвое тело окажется человеческим, вы же знаете, я вернусь.

Деверо махнул рукой.

— Другого я и не ожидал, детектив, — он кивнул в тщательно выполненной демонстрации притворного уважения и направился в свой изрешечённый пулями дом.

Доктор Яра и Мартина были в одной из задних спален, подальше от открытых окон.

— Всё в порядке, — сказал Деверо. — Полиция уезжает.

— Полиция сюда не придёт? — глаза доктора Яры расширились. Мартина, напротив, выглядела просто поверженной.

— Нет, — он выдавил из себя искреннюю улыбку. — Они, вероятно, вернутся, но пока мы получили отсрочку. Это лучшее, о чём мы можем просить.

— Здесь безопасно?

Улыбка Деверо исчезла.

— Нет. Небезопасно.

Скарлетт, стуча каблуками, вошла в комнату с телефоном в руке.

— Всё будет хорошо, — она указала на Деверо. — Никто не должен видеть, как ты убегаешь, поджав хвост. Ты слишком новичок, и твоя репутация слишком шаткая, — она указала на Мартину. — А твоя жизнь в опасности, если ты останешься здесь.

— Её жизнь в опасности, где бы она ни была, — парировал Деверо.

— Верно, — согласилась Скарлетт. — Вот почему тебе повезло, что ты встретил меня, — она подняла свой телефон. — Я попросила кое-кого об одолжении. На этой улице будет безопасно, по крайней мере, в ближайшие несколько дней. Сверхи присматривают за сверхами. Я настоятельно намекнула, что поскольку ты оборотень-одиночка, потенциально обладающий огромной силой, нам лучше быть на твоей стороне.

Деверо напрягся.

— Ты…?

— Нет. Все думают, что опасность грозит именно тебе. Не ей.

Мартина вздрогнула.

— Я никому не говорила о её существовании, — продолжила Скарлетт. Её лицо сделалось напряжённым. — Но кто-то кому-то сказал, — она многозначительно посмотрела на Деверо. — Кто-то знал, что она здесь.

Доктор Яра расправила плечи.

— Я никому не говорить! — заявила она, обороняясь.

— Я знаю, что вы этого не делали. И я тоже, — пробормотал Деверо. Он посмотрел на Мартину. — Значит, либо кто-то проследил за нами от переулка Гудмана до этого места…

— Я бы заметила, если бы это было так, — сказала Скарлетт.

— Или, — сказал Деверо, — Мартина кому-то сказала, где она находится.

Скарлетт фыркнула.

— Я же говорила, что она обуза.

Мартина зарычала, одним плавным движением поднялась и бросилась на Скарлетт. Её пальцы были изогнуты так, словно она хотела выколоть вампирше глаза. Деверо едва успел схватить её за талию и оттащить назад. По крайней мере, она осталась в человеческом обличье.

— Что ж, я полагаю, мы знаем, что она наконец-то измотала своего волка, и на несколько часов мы в безопасности, — сказала Скарлетт, не моргнув глазом. Её тон был сухим.

— Сейчас не время для игр, Скарлетт, — сказал Деверо.

— Хорошо, — ответила она, — потому что я закончила играть.

Они все уставились друг на друга.

— Есть один человек, который может ответить на наши вопросы, — наконец сказал Деверо. — Хотя, возможно, он сейчас не в настроении разговаривать. Он потерял довольно много крови.

Скарлетт невесело улыбнулась.

— Чего мы ждём? Давайте притащим сюда этого придурка.

***

Полиция наконец-то уехала, и приближалась ночь, но Деверо всё ещё нервничал, что кто-нибудь заметит, что он задумал. Его раздражительные соседи, без сомнения, наблюдали за каждым моментом разворачивающегося на улице действа, и, хотя он ещё не встретил ни одного из них, он был уверен, что все они презирают его. Он не мог винить их — в конце концов, из-за него у их порога начались перестрелки.

Он понятия не имел, почему никто из них не рассказал копам о потерявшем сознание парне, которого он запихнул за ворота. Кто-то должен был видеть, что он сделал. Возможно, они не любили полицию даже больше, чем его. У Деверо не было времени задавать вопросы об их мотивах; существовали гораздо более важные вопросы, о которых стоило беспокоиться.

Подождав, когда улица опустеет, он перешёл дорогу и открыл шаткие ворота. Они громко скрипнули в знак протеста. Стрелок лежал прямо за воротами; ему удалось прислониться к стене, но в остальном он не двигался. Одна рука была прижата к его шее, прикрывая единственную рану от клыков Скарлетт, но балаклава была по-прежнему надета и скрывала черты лица. Даже сквозь тёмную шерстяную маску Деверо мог видеть, что глаза этого человека закрыты.

— Проснись и пой, ублюдок, — пробормотал Деверо.

Мужчина не пошевелился, хотя Деверо был уверен, что тот услышал его и лишь притворялся, что без сознания. Он подошёл и толкнул его носком ботинка. По-прежнему ничего. Он снял балаклаву и осмотрел расслабленное лицо под ней. Чисто выбритый и молодой; по прикидкам Деверо ему было не больше 21–22 лет. Он ткнул его в щёку, но мужчина никак не отреагировал.

Не имея другого выхода, Деверо наклонился и взвалил мужчину себе на плечо. Этот ублюдок не мог вечно притворяться коматозником.

Отнеся его в свой дом, Деверо бросил парня на голые доски пола в гостиной. Из пола торчал гвоздь, который зацепил плечо мужчины, когда тот упал. Его лицо исказилось от боли, хотя ему удалось не застонать вслух. Значит, он определённо в сознании.

Деверо улыбнулся и отступил назад.

— Сколько крови ты взяла? — спросил он Скарлетт, наблюдавшую за происходящим из угла.

— Достаточно, чтобы он оставался слабым, как котёнок, в течение следующих нескольких часов. Не настолько, чтобы причинить ему какой-то реальный вред, — она провела языком по губам. — Если только я снова не выпью из него.

В дверях появилась доктор Яра.

— Он теперь вампир?

Скарлетт покачала головой.

— Чтобы это произошло, нужно выпить кровь вампира сразу после укуса, — она бросила на Деверо косой взгляд. — И, как и оборотням нам разрешено обращать только небольшое количество людей, которые очень хотят этого. Существуют строгие правила.

Деверо невероятно устал слышать об этих правилах.

— Угу. Распространяются ли эти правила на убийство людей, которые пытаются убить тебя первыми?

Она ухмыльнулась.

— Нет, если никто не узнает.

Доктор Яра выглядела встревоженной такой перспективой, но Деверо приложил палец к губам.

— Нам придётся избавиться от его тела так, чтобы никто этого не заметил.

— Разрежем его на куски, — предложила Скарлетт. — Затем аккуратно положим в пакет и выбросим в Темзу, — она поджала губы. — Или устроим ему ванну с кислотой. На самом деле, решать вам. Расчленёнка создаст бардак, но достать кислоту в такое время суток будет непросто.

Деверо почесал подбородок.

— В таком случае, — сказал он, — давайте… — у него не было возможности закончить фразу. Мужчина громко застонал и открыл глаза. Деверо улыбнулся. Это было слишком просто. Кем бы ни был этот парень, он не такой крутой, как его приятель на крыше.

— Не вредите мне.

— А почему бы и нет? — поинтересовался Деверо. — Ты пытался убить нас. Око за око — это справедливо.

Мужчина сглотнул, кадык заметно дёрнулся у него в горле.

— Не тебя, — сказал он. — Мы не пытались тебя убить. Нам нужна была только девчонка. Мы охотились за девчонкой.

— О, тогда всё в порядке, — Деверо широко развёл руки в драматично примирительном жесте. — Если бы я знал, что вы хотите убивать только беззащитных детей, я бы не стал вам мешать. Большинство из них такие сорванцы. Нам было бы лучше без них.

Мужчина уставился на него так, словно не был уверен, серьёзен Деверо или нет. Слабый и глупый. Это опасное сочетание.

— Как вы узнали, что она здесь? — спросила Скарлетт. — Кто сказал вам об этом адресе?

— Никто.

Неторопливыми движениями она подошла к нему, опустилась на колени и осмотрела рану у него на шее. Рана заживала на удивление быстро, но всё ещё была покрыта запёкшейся кровью. Скарлетт провела по ней кончиком указательного пальца.

— Нетрудно догадаться, о чём я думаю, — хрипло произнесла она.

— Прекрати! — мужчина вскинул руки, чтобы удержать её. — Я не лгу! Никто не говорил нам, где она, потому что в этом не было необходимости! — он закатал рукав своей чёрной рубашки и показал им свои часы. Его умный экран мигнул им. — Она чипирована. Всё, что нам нужно делать — это следовать за сигналом.

Деверо наклонился и сорвал часы с его руки. Бл*дь. На экране появилась крошечная карта с мигающей зелёной точкой, указывающей, насколько близко была Мартина.

— Ты чипировали её? В смысле, как GPS?

— Вроде как, да.

— Как будто она какое-то животное?

— Она и есть животное.

Руки Деверо сжались в кулаки.

— Она ребёнок.

— Возможно. Но она не невинна, — прохрипел мужчина. — Она убивала людей. Я видел, как она это делала.

— Угу, — Деверо сверкнул глазами, и его бровь яростно дёрнулась. — Ты стоял в стороне и позволил ребёнку совершить убийство не по своей вине?

Мужчина побледнел.

— Она чудовище.

Деверо скривился, наклонился и ударил мужчину кулаком в лицо. Мужчина издал короткий стон, прежде чем его тело обмякло.

Скарлетт посмотрела на него сверху вниз.

— На этот раз он не притворяется, — сказала она. — полностью вырубился, — она взглянула на Деверо. — Это был не самый умный поступок.

Он пожал руку и размял пальцы. Он всё ещё не до конца контролировал свою силу оборотня.

— Да, — коротко ответил он, — не самый умный, — он встретился с ней взглядом. — Но это было чертовски приятно.

Скарлетт только фыркнула.

— Волки, — сказала она, закатив глаза. — В глубине души вы все одинаковые, чёрт возьми.

Глава 12

Поскольку стрелок валялся без сознания, пришло время изучить другие пути расследования. К сожалению, нежелание Деверо покидать дом росло.

Он чувствовал смесь непобедимости, гнева и жажды крови, что вызывало у него желание встать и сразиться с любым встречным. Чёртова армия могла бы прийти за ним, если бы захотела, но он не собирался подвергать доктора Яру или Мартину опасности. Час назад они были на волосок от смерти. Он не мог допустить, чтобы это повторилось.

— Говорю тебе, всё будет в порядке, — сказала Скарлетт. — На данный момент это самая безопасная улица в Лондоне. Никто не посмеет напасть на неё снова, — она высунулась из окна и тихо свистнула, на что ей немедленно ответили несколько других свистков.

— Мне всё равно это не нравится, — проворчал Деверо. — Ты просишь меня доверить жизни Яры и Мартины в руки незнакомцев.

— Теперь ты сверх, Деверо. Всё уже не так, как было раньше. Все в Лиссон-Гроув и Сохо могут ненавидеть тебя за то, что ты стал волком, но сути это не меняет. Ты один из нас. Если бы кто-то напал на кланы, вампиры в мгновение ока предложили бы свою помощь, и наоборот. То же самое относится и к остальным, — она кивнула в темноту. — На самом деле, помимо вампиров, ты найдёшь там четырёх гремлинов, трёх пикси и двух гулей.

— И куропатку на грушевом дереве?

Она не улыбнулась.

— Ты можешь им доверять. Кроме того, они здесь не только ради тебя. Это улица сверхов в районе сверхов, и они присматривают за всеми, кто на ней живёт.

— Пока, — отметил Деверо, — они не обнаружат, что, помимо присмотра за этой улицей, они также охраняют незаконно обращённую в оборотня девочку, которую разыскивают за убийство.

— Они этого не обнаружат, если она останется внутри, там, где ей положено находиться, — Скарлетт положила ладонь на его руку. — В данный момент её слишком опасно перевозить. Доктор Яра считает, что трекер был установлен в её руке — у неё там шрам. Потребуется несколько часов, чтобы безопасно удалить его. И даже если врач избавится от устройства, кто-нибудь может увидеть Мартину и узнать, кто она такая…

— Я всё это понимаю, — отрезал Деверо и отдёрнул руку.

Скарлетт не дрогнула.

— Дальше будет только хуже, — тихо сказала она. — Чем ближе полнолуние, тем труднее тебе будет контролировать себя. И тем труднее будет ей. Если ты не сможешь обуздать свой гнев, то в конечном итоге создашь гораздо больше проблем, чем сможешь когда-либо решить. У тебя нет клана, к которому ты мог бы обратиться за советом и поддержкой, — она сделала паузу. — Но это не значит, что ты одинок.

Деверо сдержал свой гневный ответ.

— Помогая нам, ты многим рискуешь. Зачем утруждаться?

— Что я могу сказать? — Скарлетт обезоруживающе улыбнулась. — Иногда моя хорошая сторона берёт надо мной верх.

Какое-то мгновение Деверо молчал, затем засунул руки в карманы.

— Что ты сказала полицейскому раньше? Фреду? Что ты ему сказала, чтобы он успокоился и ушёл?

— Я сказала ему правду, — просто ответила она. — Во-первых, что он может доверять мне, и я разберусь с делами должным образом, и я знаю, что делаю. А во-вторых, что он не может держать на меня зла за наш роман. Я напомнила ему, что не давала никаких обещаний, что нам было весело вместе, и всё было хорошо, пока это продолжалось, но в долгосрочной перспективе мы не подходим друг другу.

— И он удовлетворился этим?

Она пожала плечами.

— На данный момент. В глубине души он знает, что заслуживает лучшего, чем я. Он заслуживает милую, нормальную, человеческую женщину.

— А я? — спросил Деверо, не в силах сдержаться. — Чего я заслуживаю?

Лёгкая улыбка тронула её губы.

— Это ещё предстоит выяснить.

Внезапно раздался стук в дверь, заставивший их застыть на месте. Деверо нахмурился и распахнул дверь настежь, увидев темноволосую вампиршу, ожидавшую на пороге.

— Только что прибыла группа людей, — сказала она. — Они говорят, что они ваши друзья.

Брови Деверо сошлись на переносице. Он высунулся наружу и увидел знакомую машину в конце улицы. Трое вампиров с прямыми спинами преграждали им путь. Он понаблюдал за ними пару мгновений, затем вышел из дома и направился к ним. Когда он приблизился, Газ опустил стекло.

— Привет, босс.

— Что вы здесь делаете?

— Это передали по полицейской рации, — он махнул рукой в сторону дома. — Насчёт стрельбы.

Губы Деверо поджались. Он взглянул на трёх других людей, набившихся в машину. Никто из них не одобрял его решения стать оборотнем; они не осмеливались сказать что-либо вслух, но это было видно в их тоне и подёргивании.

— И что?

— И то, — сказал Газ, избегая смотреть на вампиров, — мы подумали, что могли бы прийти и помочь. Присмотреть немного за вашим новым домом. На всякий случай.

— Мы больше не работаем вместе, — Деверо было трудно скрыть горечь в голосе.

Газ пожал плечами.

— Может быть, и так, босс, но вы сделали нас теми, кто мы есть. Мы в долгу перед вами, — он вздёрнул подбородок, демонстрируя лёгкий намёк на вызов — и чувство вины. — Мы всё ещё в долгу перед вами.

Деверо посмотрел Газу в глаза. Его старый друг был напуган, но полон решимости. Он кивнул.

— Для вас будет лучше, если вы не станете заходить в дом. Доктор Яра там, но остальным лучше оставаться снаружи. Яра… занята, — закончил он. — А один из ублюдков, напавших на дом, прикован наручниками к батарее отопления. Вам лучше к нему не приближаться.

— Ладно, — поведение Газа не демонстрировало желания спрашивать. — Мы не будем заходить внутрь.

Деверо ещё не закончил.

— И здесь есть сверхи, которые охраняют и дом, и улицу. Вам придётся дышать с ними одним воздухом.

Газ сглотнул, но не отступил.

— Нет проблем, босс.

Деверо очень надеялся, что проблем правда нет. Он почувствовал тёплое дыхание на своей шее.

— Теперь ты доволен? — тихо спросила Скарлетт.

— Полагаю, что так, — неохотно согласился Деверо. Он поднял голову. — Спасибо вам, — сказал он, обращаясь к сверхам и людям. — Жители каждого дома на этой улице будут спать спокойнее, зная, что вы все здесь. А ваше присутствие освободит меня, и я смогу найти тех мерзавцев, которые это сделали.

— Я помогу, — Скарлетт взяла его под руку. — Возможно, тебе понадобится поддержка.

Глаза Газа округлились, как блюдца, когда он уставился на Скарлетт, а затем перевел взгляд на своего бывшего босса. Казалось, дар речи на мгновение покинул его. Вампиры оставались невозмутимыми, хотя Деверо показалось, что он заметил понимающую ухмылку на лице гремлина ростом в метр, стоявшего на тротуаре напротив.

Всё, что он смог сделать — это кивнуть.

— Тогда ладно, — сказал он. — Пошли.

***

— Так какой у нас план? — спросила Скарлетт. — Куда мы направляемся в первую очередь?

Деверо проверил время на приборной панели. Стрелки перевалили за девять часов; за исключением работников ночной смены, любой нормальный человек уже ушёл бы с работы.

— Кэнэри-Уорф, — сказал он. — Там работал один из пострадавших в переулке Гудмана — юрист по финансовым вопросам Дэвид Бернард. Если нам повезёт, полиция ещё не проверила его рабочее место. Возможно, мы найдём там что-нибудь полезное. У такого чучела в костюме, как Бернард, не было причин слоняться по переулку Гудмана в середине дня.

Скарлетт задумчиво наморщила лоб.

— Ему не повезло, и он оказался не в том месте и не в то время? Или милая маленькая Мартина намеренно выбрала его в качестве мишени?

Деверо пристально посмотрел на неё.

— Если он и стал мишенью, то вряд ли это вина Мартины.

— Я это понимаю, — сказала Скарлетт, — и я верю, что ты прав. Но ты должен помнить, что тот придурок с пистолетом тоже прав. Мартина не совсем невинна, и, независимо от её мотивов, она скрывает значительный объём информации.

— Она напугана. И травмирована.

— Я не спорю с тобой, Деверо. Я просто хочу сказать, что ты не должен закрывать глаза на всё, что касается Мартины.

Несколько секунд они оба молчали, затем Скарлетт включила передачу.

— Кэнэри-Уорф?

Он пристегнул ремень безопасности.

— Да.

Она завела двигатель и тронулась с места.

Первые несколько минут молчание между ними было неловким. Деверо смотрел в окно, а Скарлетт возилась с радиоприёмником, переключая станцию за станцией, и в конце концов сдалась, когда не смогла найти ни одной песни, которая ей нравилась.

Чтобы не дать тишине затянуться, Деверо отвернулся от пейзажа и внимательно посмотрел на неё. Что бы ни случилось, казалось, ни один волосок на её голове не растрепался.

— Как долго ты вампир? — спросил он.

Скарлетт ахнула в притворном ужасе.

— Джентльмен никогда не должен спрашивать о возрасте леди, — Деверо бросил на неё раздражённый взгляд, и она усмехнулась. — Около пятидесяти лет, — сказала она ему. — Меня обратили в 1972 году, когда мне было двадцать четыре года.

Ей можно было дать около тридцати. Он попытался представить, каково это — по-другому воспринимать время и наслаждаться более долгой жизнью. Это было нелегко.

— Не возражаешь, если я спрошу, почему ты выбрала такую жизнь?

— Нет, — легко ответила она. — Многие люди спрашивают. Простого ответа нет. Не пойми меня неправильно — никто меня к этому не подталкивал. Я хотела стать вампиром, и я ни о чём не жалею, но я решила обратиться не потому, что ненавидела свою семью, или у меня был травмирующий опыт, или я думала, что было бы круто пить кровь и провести остаток жизни на вечеринках. Но и это не решило всех моих проблем. До того, как меня обратили, мне казалось, что в моей жизни чего-то не хватает, и иногда мне кажется, что это не изменилось. Внутри меня всё ещё пустота, — на её лице промелькнуло мимолётное выражение меланхолии.

— Я понимаю, — тихо сказал Деверо. — Иногда я тоже это чувствую.

— Так вот почему ты стал преступником?

Он поколебался.

— Хочешь верь, хочешь нет, но в детстве я хотел стать фермером.

— Гррр-гррр тут и гррр-гррр там?

— И-а-и-а-ооо, — улыбнулся Деверо. — Это не совсем то, что я имел в виду. Нет, мне понравилась идея сделать что-то полезное. Выращивать растения. Кормить людей. Обеспечивать надлежащее обслуживание.

(Скарлетт и Деверо передразнивают старую детскую песенку Old McDonalds had a farm, — прим)

Скарлетт наклонилась к нему так, что её плечо коснулось его плеча.

— Молодец какой, — пробормотала она. — Когда я была маленькой, во мне горело желание стать королевой.

— В блестящей диадеме и красивом платье?

— Поменьше Золушки, — поправила она, — и побольше Боудикки.

— Справедливо, — Деверо кивнул. — Разыграй свои карты как следует, Боудикка, и однажды я покажу тебе свой меч, — он подмигнул, и Скарлетт расхохоталась.

— О, Деверо. Это только вопрос времени.

***

Как и ожидалось, на Кэнэри-Уорф было тихо. В некоторых офисных зданиях горел свет, но таких было немного, и они находились далеко друг от друга. Это не означало, что там нет систем безопасности, с которыми придётся иметь дело, но Деверо был вполне уверен, что они смогут проникнуть в офис Дэвида Бернарда незамеченными.

Однако у Скарлетт имелись другие планы. Припарковавшись на пустой парковке неподалеку, они подошли к блестящему зданию, где работал Бернард. Она бросила взгляд на скучающего охранника за стойкой и направилась прямиком к главному входу. Деверо немного поколебался, прежде чем последовать за ней.

— Мы закрыты, — сказал охранник почти монотонным голосом. Затем он поднял глаза и разинул рот, увидев Скарлетт. — Привет.

— Привееет, — промурлыкала она в ответ. Она неторопливо подошла к нему, преувеличенно покачивая бёдрами. Она взглянула на его бейдж с именем, потянулась через стойку и взяла его за руку. — Джонатан Ли. Мне и моему другу нужен доступ на пятнадцатый этаж. Мы немного осмотримся, и ты нам позволишь.

— Я… — охранник сглотнул. Деверо завороженно наблюдал за происходящим. — Я не могу этого сделать.

— Конечно, можешь, — Скарлетт протянула руку и провела кончиком пальца по его щеке. — Но ты никому не расскажешь, что мы были здесь. Мы как призраки.

— Я… — он снова сглотнул. — Хорошо, — он выдвинул ящик стола и порылся внутри. — Вот, — он протянул карточку-ключ, — она понадобится вам для лифта, но я не могу помочь вам открыть двери в офис. У меня нет к ним доступа.

— Большое тебе спасибо. Ты такой милый. Мы позаботимся о дверях сами, — Скарлетт отстранилась и, не оглядываясь, направилась к лифтам, прежде чем приложить ключ-карту к чёрной коробке, вмонтированной в стену.

Деверо захлопнул рот и зашагал за ней.

— Ты только что что-то сделала с этим парнем.

— Ммм.

— Ты ему внушила? Как это делают оборотни?

— Вроде того. Честно говоря, это не более чем трюк. Мы можем использовать прикосновения, чтобы побудить определённых людей исполнить нашу волю. Это не точная наука, и это не всегда срабатывает, но когда всё же срабатывает, — Скарлетт удовлетворённо улыбнулась, — это очень полезно.

Деверо уставился на неё.

— Я тоже так могу? — он прикинул возможности. — Могу я внушать людям?

— Нет. Твои способности действуют только на оборотней. И только на тех, кто слабее тебя, — она приподняла бровь. — Не расстраивайся слишком сильно. Я подозреваю, что большинство оборотней слабее тебя, несмотря на отсутствие у тебя опыта.

За их спинами раздалось покашливание, и они обернулись, чтобы увидеть охранника. Он протягивал Скарлетт клочок бумаги, и в его глазах светилась надежда.

— Вам нужен мой номер телефона?

Скарлетт закатила глаза и отвернулась.

— Нет.

Деверо вырвал листок у него из рук.

— Спасибо, — никогда не знаешь, что может пригодиться в будущем.

Скарлетт бросила на него странный взгляд, но он просто улыбнулся. Затем раздался сигнал лифта, и они вошли в кабину.

Глава 13

На пятнадцатом этаже офисного здания Дэвида Бернарда было тихо, как в могиле. Аренда даже одного квадратного метра площади в этом месте, должно быть, обходится в кругленькую сумму, размышлял Деверо, глядя на плюшевый серый ковёр и безупречно чистые стены. Он почти ощущал запах денег, которые вложены в эти стены. Несмотря на это, офис был попросту безликим; он в любой момент выбрал бы жизнь преступника, лишь бы не сидеть в тюрьме, которую предоставляло это офисное помещение.

Они со Скарлетт двинулись по коридору, пока не оказались у закрытой дубовой двери с тиснённой золотом табличкой с именем Дэвида Бернарда.

— Кем бы он ни был, — пробормотала Скарлетт, — он явно был настолько изворотлив, насколько это вообще возможно.

— Почему ты так решила? — спросил Деверо, опускаясь на колени, чтобы осмотреть дверной замок.

— Состоятельный адвокат, специализирующийся на финансах, но не пользующийся поддержкой крупной фирмы? Такого рода операции проводятся с клиентами, которые не хотят привлекать к себе внимание.

Он подозревал, что она права. Он сунул руку в карман и нащупал крошечную отмычку на связке ключей.

— Это не займёт много времени.

— Мы могли бы просто выломать дверь.

Деверо вставил отмычку в замочную скважину и ловко повернул.

— Мы могли бы, — ответил он, — но не хотим афишировать, что мы здесь побывали, — он встал, когда дверь плавно распахнулась. — И мой метод такой же быстрый, как резкий удар ногой.

— Что-то подсказывает мне, что это не первый твой случай со взломом и проникновением куда-либо, — сухо сказала Скарлетт.

— Как ни странно, не первый, — Деверо одарил её лукавой улыбкой, прежде чем переступить порог кабинета Бернарда. Свет включился автоматически.

Первое помещение было маленьким, с единственным письменным столом перед входом. Справа располагалась ещё одна дверь.

— У него есть личная секретарша, — пробормотал Деверо. — Интересно, знает ли она, что он мёртв?

Скарлетт осмотрела стол.

— Почему ты думаешь, что секретарша — женщина?

— Запах, — сказал он, потянулся и открыл один из ящиков, чтобы достать маленький стеклянный флакончик духов. — Лучшие духи от Шанель. Кто-то, кто живёт в доме № 12 по переулку Гудмана, тоже пользуется этим ароматом. Это может быть совпадением, а может и не быть.

Скарлетт кивнула в знак признания его открытия, затем нахмурилась.

— Если не считать этой бутылочки, в офисе на удивление безлико.

Деверо достал из ящика стола пачку клейких листочков для заметок и пролистал их. На некоторых были нарисованы смайлики, но не было никаких полезных записей, которые могли бы подсказать, где может быть секретарша или что связывало Дэвида Бернарда с ребёнком-волком.

Он показал каракули Скарлетт, и она пожала плечами.

— Несколько случайных рисунков — это не так уж и много. Нет ни рамок для фотографий, ни каких-либо опознавательных знаков, — она взглянула на подставку для канцелярских принадлежностей. — Даже ручки обычные. На них нет ничего фирменного.

Деверо почувствовал, как у него дёрнулась левая бровь.

— Потому что, когда твои клиенты опасны, — сказал он, — ты не хочешь, чтобы они знали о тебе больше, чем это абсолютно необходимо.

Они обменялись мрачными взглядами, после чего Скарлетт повернулась ко второй двери. Она вела в помещение гораздо большего размера. Там был тот же серый ковёр и такая же офисная мебель, но она была намного величественнее. На стенах висели различные сертификаты, и Деверо внимательно просмотрел их; среди них были университетский диплом Кембриджа и тиснёный документ, выданный Управлением по регулированию адвокатской деятельности. Были и другие эффектные листки бумаги, которые Бернард счёл нужным выставить напоказ, либо потому, что хотел доказать свою квалификацию, либо ему нравилось хвастаться.

Скарлетт села за стол Бернарда. Компьютера там не было, поэтому вероятно, он пользовался ноутбуком, который носил с собой в офис и обратно. Она порылась в стопке бумаг на его столе, затем начала выдвигать ящики.

Деверо подошёл к большому книжному шкафу и изучил ряд юридических книг, выстроенных в алфавитном порядке. К сожалению, в поле зрения не было ни одного романа Джона Гришэма.

— Я начинаю думать, что приходить сюда было пустой тратой времени, — заметил он.

— Не совсем, — он обернулся. Скарлетт держала большим и указательным пальцами маленький золотой предмет. Деверо прищурился: символ на нем показался ему знакомым. Он достал из кармана рисунок клейма Мартины, сделанный доктором Ярой, и сравнил их.

— Они совершенно одинаковые, — выдавил он. — Дэвид Бернард не был случайной жертвой.

Губы Скарлетт поджались в тонкую линию.

— Выглядит как злобный заговор, — она бросила ему предмет. — И ощущается как злой заговор.

Деверо повертел эту штуку в руках. Она определённо была сделана из золота и, судя по застежке, представляла собой какой-то значок или брошь.

— Должно быть, это и есть злой заговор, — пробормотал он. И что-то ледяное и очень сердитое закристаллизовалось глубоко внутри него.

(Отсылка к фразе «Если это выглядит как утка, и ходит как утка, и крякает как утка, то скорее всего это и есть утка»; это так называемый утиный тест, утверждающий, что сущность явления можно понять по типичным внешним признакам, — прим.)

***

Они обыскали весь остальной офис Дэвида Бернарда, но там не нашлось ничего компрометирующего. Очевидно, этот человек приложил все усилия, чтобы спрятать какие-то важные файлы.

— Мы могли бы найти его адрес и навестить его дома, — размышляла Скарлетт. — Кто знает, что мы могли бы обнаружить? Но полиция уже побывала там. Независимо от того, считают они Бернарда просто жертвой или нет, они всё равно произведут обыск и заберут его ноутбук. И если он жил не один, мы можем столкнуться с его семьёй, а они определённо не обрадуются, если вампир и оборотень постучатся в их дверь и начнут задавать вопросы.

— Согласен, — сказал Деверо. — Мы не хотим привлекать к себе больше внимания, чем это необходимо, особенно когда речь идёт о безопасности Мартины, — он задумчиво постучал пальцем по губам. — Секретарь — это ключ к успеху. Кем бы она ни была, она наверняка знает, где хранятся все грязные секреты, — он взглянул на Скарлетт. — Возможно, твой новый друг Джонатан, сидящий внизу, сможет помочь. У него должен быть список всех, кто пользуется этим зданием.

— Тогда давай подойдём и зададим ему ещё несколько вопросов.

Когда они вышли в коридор, Деверо позаботился о том, чтобы запереть за собой дверь кабинета, прежде чем последовать за Скарлетт к лифтам.

— Чем больше времени я провожу с тобой, Деверо, — сказала она, — тем больше понимаю, что ты совсем не такой, как я ожидала.

— А чего ты ожидала? — поинтересовался он.

— Я полагаю, кого-то более дерзкого. Более самоуверенного. Менее… вдумчивого.

Деверо некоторое время наблюдал за ней.

— Ты первый вампир, с которым я когда-либо проводил время, — сказал он наконец. — И ты тоже не такая, как я ожидал.

— О, да? — она улыбнулась. — В каком смысле?

— Ну, во-первых, ты не пыталась пить мою кровь.

Скарлетт закатила глаза.

— Тебе следовало бы уже усвоить, что вампиры обладают гораздо большим самоконтролем, чем оборотни. Это практически базовые сведения о сверхах.

— Я не был бы так уверен в этом.

Она ухмыльнулась и потянулась к кнопке вызова.

Деверо схватил её за запястье.

— Не надо, — приказал он.

— Что такое?

Он указал на светодиодный дисплей у них над головами. Один из лифтов уже поднимался к ним. Третий этаж. Четвёртый. Пятый.

— Ты думаешь?..

— В такое время ночи? — он кивнул. — Да, думаю.

Не говоря больше ни слова, они развернулись и быстро двинулись обратно по коридору к кабинету Бернарда.

— Туда, — сказала Скарлетт. — Кладовка уборщика.

Через три секунды они уже были в ней, окружённые оборудованием для уборки и сильным запахом отбеливателя. Деверо захлопнул дверь как раз в тот момент, когда лифт остановился на их этаже. Он оставил щель шириной в пару сантиметров, чтобы можно было наблюдать. Скарлетт встала перед ним, слегка пригнувшись, чтобы иметь возможность сделать то же самое.

Из лифта вышла одинокая фигура и направилась к ним по коридору тихими, но целеустремлёнными шагами. Деверо не видел его лица до тех пор, пока мужчина не оказался перед дверью кабинета Дэвида Бернарда. Белая кожа, водянисто-голубые глаза и толстая шея — он мог бы поспорить, что тот в прошлом был военным. Его выдавало не мускулистое телосложение, а то, как уверенно он двигался.

Деверо и Скарлетт, едва дыша, наблюдали, как мужчина остановился перед кабинетом Бернарда. Он отступил на шаг и пнул дверь ногой, чего оказалось более чем достаточно, чтобы расколоть раму и открыть дверь. Он шагнул внутрь и исчез из виду.

— Видимо, он не слишком любит отмычки, — прошептала Скарлетт едва слышно. — Что ты об этом думаешь? Стоит ли нам противостоять ему?

Это было заманчиво, но Деверо решил не делать этого.

— Это ещё один наёмный убийца, — пробормотал он. — У нас уже есть один такой. Давай сначала посмотрим, что он будет делать, а потом последуем за ним.

Скарлетт кивнула и слегка расслабилась, прислоняясь к нему.

— Это пистолет, мистер Вебб? — поинтересовалась она. — Или вы просто счастливы находиться со мной в этой кладовке?

— Это ручка от швабры, — ответил он.

— Жаль.

Деверо улыбнулся в темноте, и они снова настроились ждать.

Долго ждать не потребовалось. Мужчина провёл в кабинете Бернарда ещё меньше времени, чем они. Когда он уходил, его лицо было хмурым, а к уху был прижат телефон.

— Здесь ни единого её следа, — сказал он. Последовала пауза. — Да, я уверен, — ещё одна пауза. — Я сейчас возвращаюсь, — он закончил разговор и зашагал обратно по коридору.

Как только он скрылся в лифте, Скарлетт вышла из кладовки уборщика.

— Интересно, — пробормотала она. Затем заглянула в кабинет Бернарда и прищёлкнула языком. — Неряшливый щенок.

Деверо последовал её примеру. Она права: мужчина явно не переживал о том, чтобы оставит следы. Он устроил в помещении настоящий разгром: стол секретарши был перевёрнут, а во второй, более просторной комнате по полу были разбросаны аккуратно разложенные юридические книги.

— Интрига сгущается, — пробормотал он.

— Действительно, — Скарлетт взглянула на лифты. — Идём?

Деверо кивнул.

— Идём. Мы не хотим, чтобы он получил слишком большую фору, — он уже чувствовал, как по его телу разливается адреналин. Они близки к тому, чтобы выяснить, что всё это значит. Он просто знал это. Его волк подёргивался под кожей, всё сильнее и сильнее настаивая на том, чтобы вырваться наружу.

Как только двери лифта открылись на первом этаже, Деверо понял, что что-то не так. Даже если бы он всё ещё был человеком, он бы почувствовал запах пороха в воздухе.

— Чёрт, — он уставился на распростёртое тело Джонатана Ли, человека, который ничего не сделал, просто оказался не в том месте не в то время.

Деверо подошёл ближе, хотя уже знал, что увидит. У охранника во лбу было единственное пулевое отверстие, а широко раскрытые глаза смотрели в никуда.

Его челюсть напряглась.

— Зачем? Зачем было это делать? Существовал миллион и один способ пройти мимо единственного охранника, не прибегая к убийству. Убивать его было совершенно необязательно.

Скарлетт сохраняла дистанцию. Он задался вопросом, не беспокоили ли её брызги крови, учитывая её вампирскую природу, но потом понял, что всё гораздо проще. Смерть охранника напугала её. Чёрт, да его это тоже напугало.

— В том, чтобы врываться в кабинет Бернарда подобно урагану, тоже не было необходимости, — сказала Скарлетт тихим, но ровным голосом. — Это послание, — она встретилась с ним взглядом. — Вопрос в том, кому?

Деверо поморщился.

— Должно быть, всё это здание пронизано системами видеонаблюдения, а на нём не было маски. Его, должно быть, засняли на камеру. Почему его это не волновало?

Скарлетт указала через плечо.

— Я бы не была так уверена насчёт камер.

Деверо повернулся, увидел табличку на дальней стене и прочитал её вслух.

— Съемка и фотографирование в этом здании запрещены, — он поднял глаза. Скарлетт права: нигде не было видно ни одной камеры.

— Люди, которые здесь работают, очень серьёзно относятся к приватности своей личной жизни, — сказала Скарлетт. — Что делает покойного Дэвида Бернарда ещё более интересным.

Глава 14

Они больше не теряли времени даром. Тело охранника скоро обнаружат, и вызов полиции только усложнит ситуацию.

Они побежали к автостоянке, где Скарлетт оставила свою машину. Они успели как раз вовремя. С подземной парковки справа от них выехал небольшой чёрный автомобиль, направлявшийся со стороны Кэнэри-Уорф.

— Это наш парень, — тихо сказала Скарлетт.

Деверо кивнул и пригнулся, чтобы мужчина не заметил его, когда проезжал мимо. Через несколько мгновений они выехали с парковки, следуя за ним по пятам. Поскольку в это время ночи на улицах стояла тишина, было бы нелегко проследить за ним, не привлекая к себе внимания, так что, вероятно, даже к лучшему, что у него была приличная фора.

Они ехали за ним по пятам, время от времени притормаживая, когда это было разумно, и ускоряясь, когда казалось, что он отрывается слишком далеко вперёд. Мужчина ни разу не подал виду, что знает о слежке. Деверо понял — это потому, что он и не ожидал слежки; он полагал, что его убийственные затеи остались незамеченными. Неужели все, кто вовлечён в эту заварушку, обладали таким же самонадеянным высокомерием? Он надеялся на это, потому что тогда ему будет гораздо приятнее, когда он наконец поймает их и укажет на их ошибки.

— Пенни за твои мысли, — сказала Скарлетт, остановившись на светофоре в квартале позади чёрной машины.

Деверо не сводил глаз с машины впереди. Он не собирался рисковать и терять её в лабиринте лондонских улиц.

— Люди, которые этим занимаются, не боятся, что их разоблачат. Либо они не думают, что их поймают, либо уверены в своей способности скрыться, если их преступления будут раскрыты.

— Конечно, так можно сказать про любого преступника, — подметила Скарлетт. — Иначе зачем кому-то совершать преступление?

Деверо покачал головой.

— Редко кто нарушает закон и не задумывается о возможных последствиях. Это элементарный здравый смысл — соотношение риска и выгоды. Совершение преступления сопряжено с большим риском, и любой здравомыслящий человек учитывает последствия этого выбора, чтобы избежать наихудшего сценария.

Скарлетт на мгновение задумалась.

— Так что, по сути, всё дело в управлении рисками.

— Да, если ты хоть немного разбираешься в том, что делаешь.

Она забарабанила пальцами по рулю. Когда загорелся зелёный свет, она отпустила ручной тормоз и снова бросилась в погоню. Чёрная машина повернула направо, к окраине города.

— Выключи фары, — сказал Деверо.

— Это может сделать нас более заметными, а не менее.

— Я знаю Лондон. Я уверен, что за этой дорогой нет ничего особенного, кроме заброшенного пустыря и нескольких коммерческих зданий. Уличных фонарей не будет, но фары будут выделяться.

Скарлетт сделала, как он предложил, и тоже повернула направо. Увидев впереди тёмную улицу, она бросила на Деверо быстрый одобрительный взгляд.

— Хорошее решение, — она ещё больше сбавила скорость. — Знаешь, есть ещё кое-что, что не имеет смысла, — сказала она.

— Что именно?

— Мотив. Зачем это делать? Зачем превращать ребёнка в оборотня? Любой, кто хоть что-то знает о волках, поймёт, что это не просто плохая идея — это ужасная идея. И зачем усложнять это преступление ещё большими злодеяниями?

— Не у каждого преступления есть мотив, — ответил Деверо. — Иногда люди делают что-то просто потому, что могут.

— Ты думаешь, здесь такой случай? — в её голосе звучал скепсис.

— Нет, не думаю, — он указал вперёд. — Смотри. Он остановился.

Скарлетт притормозила и прищурилась через ветровое стекло.

— Что это? Это склад?

— Думаю, да, — Деверо удовлетворённо оскалил зубы. — Мы нашли логово этих ублюдков.

***

Они молча подобрались к складу пешком, держась края дороги, пока гладкий асфальт не превратился в гравийные колеи, где они запрыгнули на обочину. Деверо боролся с желанием измениться и выпустить своего волка на передний план. Ему нужно заглянуть внутрь склада, прежде чем принимать какие-либо поспешные решения.

Хорошо, что он проявил терпение. Когда они находились в пятидесяти метрах от здания, он услышал приглушённые звуки музыки. Это не просто склад — это клуб. Возможно, к тому же незаконный.

— Смотри, — прошептала Скарлетт, кивая головой влево от здания. С дороги их не было видно.

Деверо тихо присвистнул.

— Какие дорогие зверюги. Тесла. Феррари. Мазерати. Мечта любого автолюбителя.

— Ну, если ты так говоришь.

— Ты не фанат автомобилей?

— Если мой автомобиль доставляет меня туда, куда мне нужно, не ломаясь, то почему меня должно волновать, сколько в нём ослиных сил?

— Лошадиных сил, — машинально ответил Деверо. И тут заметил ухмылку Скарлетт.

— Некоторым мужчинам нравится, когда я прикидываюсь дурочкой.

— Некоторые мужчины пи**ец какие тупые.

Скарлетт открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но её опередила вспышка фар в конце дороги. Они с Деверо обменялись взглядами и бросились к ближайшему ряду припаркованных машин. Скарлетт закатилась под серебристый Порше, а Деверо проскользнул под массивный Роллс-ройс.

Колеса ещё одного дорогого автомобиля въехали на соседнее парковочное место. Мощный двигатель заглушили, и водительская дверь открылась. Деверо повернул голову и увидел, как появилась пара блестящих чёрных ботинок. Шаги, захрустев по гравию, направились к задней пассажирской двери. Он понял, что это шофёр. Появилась вторая пара мужских ботинок.

— Спасибо, Уильям, — у мужчины был английский акцент и ровные интонации, свойственные только очень состоятельным людям; это был человек, получивший образование в государственной школе, и его представление о хорошем времяпрепровождении сводилось к званому ужину с нанятым персоналом и столовыми приборами из цельного серебра. С такими людьми Деверо редко приходилось сталкиваться. — Судя по количеству машин, мы прибыли одними из последних.

Заговорил второй голос, предположительно принадлежащий шоферу Уильяму.

— До начала ещё далеко. Вот. У меня есть приглашение и маски.

— А пароль?

— Actus non facit reum nisi mens sit rea, — сказал он.

— Конечно, — раздалось громкое фырканье. — Держись поближе ко мне. Я знаю, что уже принято множество мер предосторожности, но мы имеем дело с опасными существами. Я не хочу подвергать себя ненужному риску.

— Да, сэр.

— Идём.

Обе пары ног двинулись прочь. Деверо напрягал слух, пока не убедился, что они подошли ко входу на склад и скрылись внутри, затем выкатился наружу и отряхнулся.

Скарлетт сделала то же самое. Она улыбнулась ему, её единственный клык блеснул в тусклом лунном свете, придавая ей соблазнительно-опасный вид.

— Маски. Пароль, — она приподняла брови. — Ты думаешь о том же, о чём и я?

Это было рискованно и опрометчиво, но именно поэтому это могло сработать. Деверо улыбнулся ей в ответ.

— Чёрт возьми, да, — словно по сигналу, появилась ещё одна пара фар. — Давай сделаем это.

На этот раз они притаились между машинами, а не легли на животы под ними. Им нужно было иметь возможность двигаться легко, и им нужен элемент неожиданности. Машина припарковалась на месте напротив Порше. Всё не могло сложиться ещё идеальнее, даже если бы Деверо спланировал это.

— Когда мы начнём двигаться, — сказала Скарлетт, — нам нужно будет действовать быстро.

— Да.

— Гравий нас выдаст, и меньше всего нам нужно, чтобы крики кого-нибудь насторожили.

— Ага.

— И, наверное, было бы неплохо, если мы не стали убивать этих людей.

Деверо пристально посмотрел на неё. Скарлетт пожала плечами.

— Я подумала, что это стоит сказать.

Машина погрузилась в темноту, двигатель и фары выключились. Дверцы водителя и пассажира открылись одновременно. В салоне находились мужчина и женщина. Идеально.

— Ты берёшь на себя её, — пробормотал Деверо. — Я беру его. На счёт три, два… вперёд.

Он бросился вперёд, заметив неясное движение справа от себя, когда Скарлетт сделала то же самое. На мужчине была искусно сделанная маска из перьев, которая сочеталась с чёрно-белым цветом его смокинга. У него отвисла челюсть, когда Деверо врезался в него и повалил на землю. Через секунду рука Деверо зажала рот мужчины. Судя по коротким звукам борьбы, доносившимся с другой стороны вагона, Скарлетт проделала с женщиной почти то же самое.

— Извини за это, — сказал Деверо, глядя в моргающие от ужаса глаза мужчины. — В этом нет ничего личного, — он занёс кулак и ударил мужчину сбоку по голове. Его зрачки слегка расширились от боли, прежде чем остальные части его тела осознали, что происходит, и обмякли.

Деверо встал и взглянул на Скарлетт. Она стояла на коленях перед женщиной, её клык прочно вонзился в шею женщины сбоку.

— Наверное, было бы неплохо, если мы не стали убивать этих людей, — окликнул Деверо.

Скарлетт отстранилась, и её губы блестели от крови. Она улыбнулась ему, достала изящный кружевной платочек и вытерла рот. Затем осторожно сняла с женщины маску, украшенную блестками.

Деверо вернулся к своей жертве и проверил пульс. Когда он убедился, что мужчина проснётся позже с неприглядным синяком и небольшой головной болью, он снял с него маску, обнажив дряблое лицо и румяные щёки белого мужчины лет пятидесяти.

Деверо взглянул на свою одежду — грязную футболку и джинсы, которым не помешала бы хорошая стирка — и раздел мужчину до нижнего белья. Он быстро надел на себя его одежду. Брюки от смокинга были слишком коротки в лодыжках и слишком велики в талии, но и они сойдут. Ну, оставалось надеяться. Он надел маску на лицо, поморщившись, когда перья защекотали ему щёку, затем поднял бесчувственное тело несчастного и бросил его на заднее сиденье его же машины. Сгодится. Скарлетт усадила женщину на сиденье рядом с ним, а Деверо взял ключи от машины и запер её.

— Если повезёт, — сказала Скарлетт, и украденная маска теперь закрывала её глаза и нос, — они пробудут без сознания пару часов. Этого времени нам должно хватить с лихвой, — она протянула руку к волосам Деверо и пригладила их. — Не могу сказать, что это тебе идёт, — пробормотала она, — но сгодится.

— Да, да. Только не забывай держать рот закрытым, чтобы не было видно твоего клыка.

Скарлетт присела в шутливом реверансе, а Деверо вытащил из кармана смокинга блестящую чёрную карточку. На одной стороне было крупно написано белое число: 324. Хмм. На другой стороне, в центре открытки, красным тиснением была изображена волнистая линия, пересекающая букву М. Его бровь дёрнулась. Они определённо в нужном месте. Деверо помахал открыткой перед Скарлетт.

— Это, должно быть, наше приглашение.

Её губы изогнулись в улыбке.

— Тогда пойдём, дорогой, — она взяла его под руку. — Давай поймаем их.

Глава 15

Деверо и Скарлетт направились к передней части склада, их движения были непринуждёнными, а шаги неторопливыми. Вход представлял собой единственную деревянную дверь, которая была открыта настежь, такая же ветхая и непривлекательная, как и всё остальное здание. Если бы не трое широкоплечих мужчин, стоявших снаружи и следивших за каждым их движением, Деверо решил бы, что попал не в то место.

Скарлетт потянулась и быстро поцеловала его в щёку. Деверо обнял её за талию и притянул к себе, и они склонили головы друг к другу, смеясь над вымышленной шуткой. Дым, зеркала и ловкость рук — это трюки, в которых Деверо был большим знатоком. Он был вынужден признать, что эти трюки понравились ему больше, чем обычно.

Они всё ещё обнимали друг друга, когда подошли к трём вышибалам без масок.

— Добрый вечер, — пробормотала Скарлетт с медленной, томной улыбкой.

Один из мужчин, приземистый парень с лысой головой и рябой кожей, бросил на неё пронзительный взгляд. Деверо был уверен, что он опознал в ней вампира, и игра закончилась ещё до того, как они начали, но маска с блестками сделала своё дело. Вампирски привлекательные черты лица Скарлетт были незаметны, да и в любом случае вышибала не смотрел на её губы. Его прищуренный взгляд был прикован к её груди. Деверо почувствовал, как в нём закипает неподдельное раздражение.

— Добрый вечер, — протянул один из мужчин. — У вас есть приглашение?

На лбу Деверо появилась лёгкая морщинка, как будто он забыл взять его с собой, и он замолчал, затем его лицо прояснилось. Он сунул руку в карман, вытащил чёрную карточку и протянул её мне.

— О да. Держите.

Вышибала едва взглянул на него. Он поднял брови и бросил на них многозначительный взгляд.

Деверо был готов.

— Actus non facit reum nisi mens sit rea.

Мужчина, который пялился на декольте Скарлетт, вскинул голову, и в его глазах промелькнуло подозрение.

— Поступок никого не делает виновным, если только нет преступных намерений или чувства вины, — перевела она, стараясь минимально открывать рот.

Троица переглянулась, прежде чем ближайший вышибала отступил в сторону и жестом указал на открытую дверь.

— Хорошего вечера.

Деверо улыбнулся, когда они со Скарлетт вошли в дверь. За своей спиной он услышал, как один из вышибал пробормотал своим приятелям:

— Грёбаные придурки из государственной школы. Вечно им охота покрасоваться.

Наклонившись поближе к Скарлетт, Деверо вопросительно приподнял бровь.

— Ты говоришь на латыни?

— Я вампир, — промурлыкала она. — Это практически мой родной язык.

Увидев его недоверчивый взгляд, она рассмеялась.

— Я ходила в начальную школу в шестидесятых, Деверо. Латынь всё ещё была в программе. Думаю, моя учительница была права — изучение мёртвого языка иногда оказывается полезным.

— Iyay uessgay osay, — ответил он. — Поросячья латынь. Спасибо моей старшей сестре.

(Поросячья латынь — это реально существующий «тайный язык», представляющий искажённый английский. Если есть желание почитать подробнее, в русскоязычной википедии есть статья о том, как устроен этот «язык». Здесь Деверо сказал «Наверное», — прим)

Скарлетт улыбнулась.

Они шли по узкому коридору, и старые половицы скрипели у них под ногами. Музыка становилась громче. Дверь открылась, и молодая женщина в старомодном наряде горничной вышла и сделала реверанс.

— Добро пожаловать, уважаемые гости, — она опустила глаза, что, по мнению Деверо, должно было означать уважение, но больше походило на вынужденную покорность. Он почувствовал слабый укол знакомой боли между лопатками, но сумел коротко кивнуть. Затем он уставился на сцену перед собой.

Никто, проходя мимо, никогда бы не догадался, что находится внутри этого склада. Интерьер склада выглядел бы вполне уместно в дорогом отеле. Это было небольшое помещение — без сомнения, остальная часть склада использовалась для других целей — но, безусловно, оно выглядело великолепно.

Справа располагался бар с несколькими барменами в масках. Столешница бара была сделана из полированного ореха, на неё падал янтарный свет висящих над головой ламп, создавая тёплую, располагающую атмосферу. Бокалы были отполированы до блеска, а в дальнем конце стояла ледяная скульптура, подозрительно похожая на копию «Мыслителя» Родена. Стены были задрапированы роскошными тканями, что создавало роскошную атмосферу.

Зал был заполнен группами хорошо одетых людей, все носили маски, чтобы скрыть свои личности. Болтовня казалась приглушённым гулом по сравнению с ритмом музыки, которую женщина-диджей играла на возвышении напротив бара. Перед трибунами было большое пространство, на котором стояли кафедра и микрофон. Деверо искренне надеялся, что ему не придётся выслушивать многословные речи.

— Закрой рот, Дев, — пробормотала Скарлетт.

Он захлопнул рот как раз в тот момент, когда появился мускулистый, обнажённый по пояс официант с подносом, уставленным впечатляющими на вид канапе.

— Не желает ли сэр блинчиков с икрой?

— Сэр ещё как желает, — ответил Деверо, беря с серебряного блюда один из крошечных блинчиков. Официант предложил угощение Скарлетт, но она покачала головой и похлопала себя по животу, как будто маленький кусочек мог нарушить её несуществующую диету.

Официант вежливо кивнул и отошёл, а Деверо нахмурился, глядя на жалкое подобие блюда.

— Что это за блестящая штука? — спросил он.

Скарлетт заглянула через его плечо.

— Кажется, сусальное золото.

— Эти люди и без того недостаточно богаты? Им приходится ещё и жрать золото? — он отправил закуску в рот. Вкус был приторным и солёным, но не совсем неприятным.

— Срут они, наверное, тоже золотом, — заметила она, заставив Деверо поперхнуться. Стоявшая неподалеку пара в одинаковых синих костюмах оглянулась на него. Скарлетт похлопала его по спине и улыбнулась им, прежде чем увести его из поля зрения. — Я не вижу никаких признаков нашего убийцы с Кэнэри-Уорф, — прошептала она. — Но здесь выставлено множество другого оружия.

Деверо проглотил блинчик и проследил за её взглядом. Она была права: в комнате, в стратегически важных точках, находилось несколько солидных мужчин, включая того ублюдка, который пустил пулю в лоб Джонатану Ли. Теперь он надел маску, но его можно было узнать по бледным глазам и толстой шее. Деверо старался не сверлить его сердитым взглядом и продолжал оглядываться по сторонам. Хотя все мужчины были в простых масках, ни один из них не скрывал того факта, что они вооружены до зубов. Он заметил несколько пистолетов и несколько смертоносных с виду ножей. Эти люди не шутили.

— Это не сулит ничего хорошего, — пробормотал он.

Скарлетт согласилась.

— Громкая музыка, изысканная еда и напитки в бутылках. Но я почему-то не думаю, что эти люди собрались здесь ради этого. Они чего-то ждут.

Деверо заметил пожилую женщину в жемчугах, которая смотрела на наручные часы.

— Должно быть, это как-то связано с той сценой, где находится ди-джей, — он повернулся. — Может, это какая-то странная секс-вечеринка.

— Может быть, — в её голосе звучало сомнение.

— Смотри, — он подтолкнул Скарлетт бедром, чтобы привлечь её внимание к дальнему углу. — Там есть ещё одна дверь. Держу пари, она ведёт в какое-нибудь интересное место.

— Мы должны это проверить.

Он мрачно улыбнулся.

— Действительно.

Они направились к двери без таблички, но не успели приблизиться к ней, как комната погрузилась в темноту и музыка стихла. Дверь, к которой они пробирались, открылась, и из неё вышли несколько тёмных фигур.

Деверо напряг зрение, но не смог разглядеть ни одного из них. Они гуськом поднялись по сцене на возвышение. Ди-джей уже спускалась, склонив голову. По всему залу повисла тишина ожидания.

— Что ж, — пробормотала Скарлетт, — это обещает быть интересным.

Кто-то один раз ударил в тарелки, и помост озарила вспышка яркого света. Деверо прищурился, моргая. Пять персон. Его глаза сузились. Двое из них были без масок и закованы в тяжёлые цепи.

Он почувствовал, как Скарлетт напряглась.

— Бл*дь, — пробормотала она вполголоса. — Бл*дь!

Зрители подались вперёд, и Деверо услышал приглушённый шёпот одобрения. Он стиснул зубы и продолжал смотреть на пятерых людей на сцене. Двое из них были точными копиями вышибал на улице; единственное отличие заключалось в том, что они были в чёрных масках, закрывавших глаза и нос, и имели при себе предметы, похожие на электрошокеры. Другой мужчина в маске был ростом около 180 см, с тёмными волосами. Его маска была такой же кроваво-красной, как и надпись на украденном приглашении Деверо. На его лице играла торжествующая, почти хищная улыбка.

Деверо знал, что реакция Скарлетт вызвана не чувством превосходства этого ублюдка и не вышибалами. Она прошипела ругательство, увидев двух связанных пленников.

Он потянулся и положил ладонь ей на плечо, безмолвно призывая её успокоиться. Она вибрировала под его ладонью. Её ярость была такой же дикой, как и его собственная. Она крепко сжала его руку, и он сжал её в ответ.

— Подожди, — прошептал он. — Просто подожди.

— Ты же знаешь, что это такое, Деверо.

Он коротко кивнул.

— Да. Но нас окружают вооружённые люди, и мы до сих пор не знаем, что здесь происходит. Подожди, — он уставился на связанные фигуры, и боль между его лопаток усиливалась с каждой секундой.

Там были один мужчина и одна женщина. Они выглядели молодо, возможно, лет двадцати с небольшим, хотя это не обязательно правда. У мужчины были впалые щёки, тонкие руки и костлявое тело. Его кожа была удивительно бледной, а тёмные глаза — тусклыми, как будто он находился под действием наркотиков, но остекленевшие глаза и тонкие черты лица не умаляли его привлекательности. Кем бы он ни был, он невероятно выглядел красивым, излучал некую сексуальность, которая навела Деверо на мысль о худощавых мужчинах-манекенщиках, которые были так популярны в девяностых. Однако у тех моделей не было острых белых клыков.

Женщина была примерно на 30 см ниже ростом. В её глазах отражалось то же отсутствие осознанности, но её светло-рыжие волосы были густыми и блестящими. Такого же цвета, как и пятна меха, которые виднелись на её обнажённых руках и ногах. Деверо взглянул на её руки и заметил когти на кончиках её почти человеческих пальцев.

Что-то глубоко внутри него яростно взревело от гнева. Один вампир-мужчина. Одна женщина-оборотень. И Деверо держал в руках карточку, на которой был указан номер. Он уже знал, что должно произойти, и едва сдерживал своего волка, чтобы тот не вырвался и не убил каждого человека в этой проклятой комнате.

Мужчина в смокинге и красной маске подошёл к микрофону. Он постучал по нему кончиком пальца, и звук эхом разнёсся по залу. Он прочистил горло, и его улыбка стала шире.

— Добрый вечер, дамы и господа. Мы очень рады приветствовать вас на нашем маленьком собрании этим вечером.

Никто не хлопал, никто не произносил ни слова, но все смотрели на человека на возвышении так, словно он был богом. Их подхалимство царапало кожу Деверо, впивалось в его плоть и прокладывало себе путь по венам и артериям. Скарлетт ещё крепче сжала его руку, и он вспомнил, что нужно дышать. Он взглянул на неё. Её губы поджались в тонкую линию, но, почувствовав на себе его взгляд, она приоткрыла их, чтобы произнести одно-единственное слово, безмолвно повторяя его собственный совет. «Ждём».

Он кивнул. «Ждём». Это всё, что они могли сделать на данный момент.

— Я знаю, вы ожидали кого-то другого, но, к сожалению, наш обычный церемониймейстер в данный момент нездоров, так что вам придётся довольствоваться моими жалкими попытками.

Деверо заметил несколько добродушных улыбок в ответ на это заявление. Он задавался вопросом, не подразумевал ли недуг ведущего, что Мартина его прикончила.

— Для тех из вас, кто меня не знает, — продолжил мужчина, — вы можете называть меня Мастером, — его глаза под маской сверкали злобным весельем. Деверо стиснул зубы, когда ногти Скарлетт впились ему в ладонь. — Но если это слишком для вас, то я также отзываюсь на обращение Дом, — он мерзко ухмыльнулся. — И, боже мой, у Дома есть для вас припасены кое-какие угощения на этот вечер.

Деверо мысленно сосчитал до десяти и оглянулся на охрану. Вооружённых людей было по меньшей мере двенадцать, не считая двоих на сцене и вышибал снаружи. Невозможно сказать, сколько ещё человек находилось за закрытой дверью. И он не принимал во внимание личную защиту, которую имели при себе отдельные зрители вроде Уильяма, чей голос они слышали снаружи. В своём обличье оборотня Деверо обладал большей силой, чем некоторые из них вместе взятые, а вкупе со Скарлетт эта сила удваивалась. Но в глубине души он знал — как бы они ни были хороши, им никогда не выстоять против такого количества придурков с таким количеством оружия.

Бессилие охватило его, вызывая удушение. Деверо знал, что если он хоть на секунду потеряет концентрацию, то не сможет сдержать своего волка. Он должен был сохранять концентрацию. Другого выбора не было.

На возвышении улыбка Дома исчезла.

— Прежде чем мы начнём, с моей стороны было бы упущением не напомнить вам о правилах. Они неприкосновенны. Любой, кто нарушит хотя бы одно из них, фактически любой, кто хоть подумает нарушить правила, столкнётся с самыми суровыми последствиями. Такое случалось и раньше, и вы знаете, что наше правосудие стремительно и безжалостно. Неважно, кто вы и какой властью, по вашему мнению, обладаете в реальном мире, — его голос стал громче. — Вы никому ни слова не скажете о том, что произошло в этих четырёх стенах. Если вам посчастливится стать одним из сегодняшних счастливчиков, вы никому не сообщаете о своём выигрыше. В том печальном случае, если кто-то всё-таки узнает о вашей удаче и вы не сможете справиться с результатами самостоятельно, вы должны немедленно сообщить нам, чтобы мы могли принять соответствующие меры для минимизации последствий.

Он снова улыбнулся, так неожиданно и так мрачно, что Деверо почувствовал, как у него внутри всё сжалось в ответ.

— Однако, если вы выиграете и будете следовать правилам, вы получите огромную власть и такой уровень защиты, которого нет почти ни у кого в этой стране, — его глаза заблестели. — Удачи, — он поманил вампира за собой. Двое других мужчин в масках схватили вампира и подтолкнули его вперёд.

Тело Скарлетт дёрнулось, но она осталась на месте.

— Деверо, — прошипела она.

Он стиснул зубы.

— Я знаю.

— Это, — сказал Дом с театральной интонацией, — Люцифер, — он похлопал вампира по плечу. — Он был создан пять месяцев назад и с тех пор доказал, что обладает как силой, так и скоростью. Он также быстро учится, — он дёрнул рукой. С потолка начал опускаться экран проектора. — Смотрите.

Экран ожил. Видео, которое он показывал, было некачественным, снятым в домашних условиях, что, как предположил Деверо, делалось специально для придания ему аутентичности. На нём был запечатлён мужчина, идущий по тихой улице. Он не носил маски, но смотрел в сторону, поэтому его личность была неясна. Рядом с ним остановилась машина с замазанными номерами. Пара, сидевшая рядом с Деверо, затаила дыхание. Секундой позже пассажирская дверь открылась, и вампир выскочил наружу. Он бросился на мужчину, в мгновение ока вонзив клыки ему в шею.

— Шестьдесят секунд, — объявил Дом. — Шестьдесят секунд — это всё, что нужно по-настоящему мотивированному вампиру, чтобы высосать кровь из человека, — он ткнул пальцем в одурманенного вампира рядом с собой. — И поверьте мне, леди и джентльмены, Люцифер по-настоящему мотивирован.

Деверо снова взглянул на Скарлетт. Она сдержанно кивнула, показывая, что Дом не лжёт. Краем глаза он заметил, что в нескольких метрах от него женщина облизывает губы. Почувствовав тошноту, он отвернулся.

На экране несчастный пострадавший рухнул на землю. На мгновение в зале воцарилось ошеломлённое молчание, которое быстро сменилось аплодисментами, поначалу негромкими, но они всё нарастали и нарастали, пока не перешли в топот ног и крики одобрения.

— Мы должны что-то предпринять, — сказала Скарлетт под рёв толпы.

— Шансов нет, — пробормотал в ответ Деверо. — Нас уничтожат в считанные секунды. Самое разумное — подождать и посмотреть, чем всё это закончится, а затем воспользоваться нашим шансом освободить этих двоих, когда вокруг будет меньше людей.

— Скажи это самому себе, — посоветовала она. — Я не думаю, что оборотень внутри тебя настолько терпелив.

Деверо опустил взгляд и понял, что его рука покрылась золотистым мехом. С трудом сглотнув, он заставил себя вернуть полностью человеческий облик, как раз в тот момент, когда Дом снова заговорил в микрофон. Вспыхнул основной свет, открывая зрителям зал.

— Я начну торги, — нараспев произнёс он, — с одного миллиона фунтов.

Почти сразу же двадцать рук взметнулись в воздух, чёрные карточки с красными номерами смотрели в сторону сцены.

— Два миллиона, — сказал Дом. — Три. Четыре, — он помедлил. — Пять.

Некоторые опустили руки. Другие подняли.

— Десять! — крикнул американец с другого конца комнаты.

— Двенадцать! — возразил австралиец.

— Пятнадцать! — закричала британка.

Улыбка Дома была такой широкой, что почти расколола его лицо надвое.

Деверо заметил троих вышибал снаружи; двое заняли позицию у выхода, фактически загораживая его, а третий направился к возвышению и жестом подозвал Дома.

— У нас проблема, — пробормотал Деверо, когда ведущий наклонился, чтобы выслушать вышибалу. — Я думаю, кто-то нашёл нашу бессознательную парочку снаружи.

Дом выпрямился, когда охранники поспешно оттащили вампира и оборотня назад и увели с возвышения.

— Прошу прощения за временную остановку, — сказал Дом. — Похоже, среди нас появилась парочка незваных гостей.

Глава 16

Дом едва успел закончить фразу, как по всей комнате начали доставать оружие. Деверо услышал несколько резких вздохов. Его кожа начала зудеть; зверь внутри него хотел вырваться на свободу, и его сила росла с каждой секундой. Какими тщетными ни казались их попытки найти выход, пройдёт совсем немного времени, и у них не останется выбора.

— Что? — голос Скарлетт перекрыл общий шум. Деверо встревоженно повернулся к ней. Так же поступили и многие другие. — Это возмутительно! — закричала она.

Мужчина, стоявший по другую сторону от неё, расправил плечи.

— Она права! Вы гарантировали нашу безопасность. Должны же быть проверки!

— Кто это? — крикнула женщина вдалеке. — Кого здесь не должно быть?

Двое мужчин в первых рядах толпы развернулись и начали проталкиваться к забаррикадированному выходу.

— Выпустите нас! — потребовал один из них. — Мы не останемся ни секундой дольше!

— Дамы и господа! — взревел Дом. — Сохраняйте спокойствие! Если вы позволите нам проверить личности каждого, мы быстро решим этот вопрос. В результате вы даже сможете увидеть Люцифера в действии. Оставайтесь на месте и…

— Я не буду снимать маску, — крикнула Скарлетт.

— Да! — раздались одобрительные возгласы. Один из мужчин у двери попытался протиснуться мимо вышибал. Они оба направили пистолеты ему в лицо, и он в ответ вытащил своё оружие.

Начался настоящий ад. Люди ринулись к двери, проталкиваясь к ней. На сцене Дом опустил руки.

Пленённых вампира и оборотня больше не было видно. Деверо заметил, как закрывается дальняя дверь, и затаил дыхание. Скарлетт тоже это заметила. Вместе они двинулись сквозь толпу, направляясь вглубь здания, а не пытаясь сбежать.

— Это наш шанс, — пробормотала Скарлетт. — Пошли.

Крики недовольных потенциальных покупателей становились всё громче. Один из охранников поднял пистолет и выстрелил в потолок. Раздалось несколько криков, но его действия только разозлили остальных. Кто-то бросил в вышибал бокал, который разбился о стену у них над головами. Раздался ещё один выстрел — на этот раз Деверо не мог сказать, откуда он исходил и попал ли в кого-нибудь. Ему было всё равно, попали они или нет.

Держа Скарлетт за руку, он протиснулся сквозь остатки паникующей толпы и побежал за Домом, который убегал через заднюю дверь.

— Не обращайся! — закричала на него Скарлетт. — Пока что нет! Только после того, как не останется другого выбора!

Деверо стиснул зубы. Ей легко говорить, но он уже чувствовал, как глубоко в груди у него нарастает рычание. Он подавил — едва-едва — и бросился к двери. Затем они выбежали наружу и помчались по широкому коридору.

Из него вело несколько дверей. Проходя мимо одной из открытых, Деверо заметил в комнате клетки высотой в два с лишним метра. Он почувствовал запах крови, как старой, так и свежей, смешанный с запахом отчаяния. Что-то внутри него оборвалось. Его рычание перешло в рёв, и он почувствовал, как удлиняются его зубы и ломаются кости.

Скарлетт выскочила перед ним и заставила его неуклюже затормозить.

— Нет, — её голос был тихим, но решительным. — Ты не изменишься. Мы не можем допустить, чтобы эти ублюдки узнали, кто за ними охотится. Прямо сейчас наш сверхъестественный статус — единственный элемент неожиданности. Обратись сейчас, и мы потеряем его.

Деверо щёлкнул челюстями, но выражение лица Скарлетт не изменилось. Она протянула руку и положила её на его всё ещё человеческую грудь. Её прикосновение было тёплым и успокаивающим, и это возымело действие. Зверь внутри него затих, и он выдохнул.

— Прости.

— Не извиняйся, — она развернулась и снова побежала. — Пошевеливайся.

Одну долгую секунду Деверо смотрел ей вслед, затем встряхнулся и бросился за ней.

Здесь была кладовая, заставленная ящиками с шампанским. Здесь была кухня с наспех оставленными канапе, разбросанными по столу из нержавеющей стали. Здесь был конференц-зал с длинным столом. Но здесь не было людей.

Деверо закрыл глаза и отключил все остальные чувства. Он услышал, как где-то слева хлопнула дверь. Он свернул в ту сторону и обнаружил ещё один коридор.

— Сюда! — крикнул он Скарлетт через плечо.

Он набрал скорость, бросаясь вперед со всей энергией, на которую были способны его жалкие человеческие ноги. Он почувствовал короткий порыв холодного воздуха и понял, что перед ним пожарный выход, который был слегка приоткрыт. Дом ушёл этим путём, а это означало, что пленённые вампир и волк тоже.

Деверо бросился за дверь.

Не успел он ступить на заросшую сорняками дорожку, посыпанную гравием, как началась стрельба. Что-то ударило его в плечо, и это движение отбросило его назад. И это к лучшему, потому что в противном случае вторая пуля попала бы ему в череп.

Послышался визг шин, когда четыре разных автомобиля завели двигатели и начали отъезжать. Раздался ещё один выстрел, который попал ему в ногу. Деверо закричал от боли, а затем руки Скарлетт схватили его со спины и оттащили в относительную безопасность склада.

Деверо услышал, как с другой стороны здания раздались новые выстрелы. Донеслись крики, автомобильные гудки и множество других возгласов. Деверо моргнул, и первоначальная боль от пулевых ранений сменилась оцепенением, когда адреналин взял верх.

Скарлетт стянула с его плеча пиджак.

— Тебе повезло, — мрачно сказала она. — Это обычная пуля. Если бы ты превратился в волка, тебе, возможно, не повезло бы так сильно. Они могли бы потратить время на то, чтобы найти более подходящие боеприпасы, — она опустилась к его ноге и одобрительно хмыкнула. — Если бы эти пули были серебряными, тебе было бы не так хорошо, хотя обе раны чистые и пули прошли навылет.

— Я… не… чувствую, — выдавил он, — себя… хорошо.

Она закатила глаза.

— Деверо Вебб, ты всё такой же ноющий ублюдок, — её губы скривились, она подняла голову и прислушалась. — Они ушли, — пробормотала она. — Они сбежали.

Деверо с трудом поднялся.

— Тогда давай отправимся за ними.

— Ты едва можешь идти, — заметила Скарлетт, отступая от его раненой ноги. — И даже если бы ты мог, к тому времени, как мы доберёмся до нашей машины, они будут за много миль отсюда. Судя по звукам, там происходит какой-то бунт.

— Это всё ты, — прошептал он. — Если бы ты не закричала, когда это случилось, и не переполошила всех остальных… — его голос дрогнул. — Дом и его головорезы, кем бы они ни были, убегают не от нас. Они бегут от всех этих богатых ублюдков, которые расстроены, что их вечер испорчен.

Скарлетт встретилась с ним взглядом.

— Никогда не стоит недооценивать чувство собственного достоинства, которым обладают богатые ублюдки.

— Принято к сведению, — Деверо пристально посмотрел на неё. — Спасибо.

— За что?

— За всё это.

Она наклонилась и коснулась губами его щеки.

— Пожалуйста. Но ты всё равно можешь умереть от своих ран.

Деверо выдавил из себя улыбку.

— Вряд ли.

Скарлетт улыбнулась в ответ.

— К счастью, у меня есть кое-что, что может остановить кровотечение, — она наклонила голову и нежно лизнула его.

Деверо задрожал.

— Больно? — спросила она, поднимая взгляд.

— Нет, — честно ответил он. Покалывало. Кровь его вскипела, а желудок скрутило. Это определённо не причинило боли.

Скарлетт снова провела языком по его ране.

— Не волнуйся, — прошептала она, обдавая его кожу горячим дыханием. — В следующий раз я добавлю взбитые сливки.

Ей не потребовалось много времени, чтобы закончить свои манипуляции. К тому времени, как она управилась, больше не было слышно ни криков, ни воплей, ни выстрелов. Без сомнения, все разбежались по своим домам.

Деверо осмотрел свои раны. Он не должен был удивляться тому, как быстро они заживали, но он всё же удивился.

— Сочетание иммунитета оборотня и слюны вампира, — сказала Скарлетт. — Иногда полезно быть сверхом.

Деверо хмыкнул.

— Не всегда, — он посмотрел в глубину склада. — Мы должны обыскать там всё. Там обязательно должно быть что-то, что приведёт нас к этому придурку-Дому. Если мы сможем найти его, то сможем найти волка и вампира и помочь им. Они не должны больше ни секунды находиться в кандалах.

К его удивлению, Скарлетт покачала головой.

— Нет. Это выходит за рамки наших возможностей. Всё уже оказалось выше наших сил в тот момент, когда мы увидели, что здесь происходит на самом деле. Мы вернёмся прямиком в «Сердце» и сообщим Лорду Хорвату. Он может связаться с альфами кланов, и тогда мы сможем сформировать собственную армию, — её голос сделался стальным. — Мы не позволим этим ублюдкам уйти во второй раз. И того ублюдка у тебя дома мы тоже заставим заговорить. Он, должно быть, всё знает об этих… аукционах, — она почти выплюнула последнее слово, её отвращение было осязаемым.

Деверо на мгновение замолчал.

— Нужно ещё подумать о Мартине, — сказал он наконец.

Скарлетт вздохнула.

— На самом деле, ты не собирался долго скрывать её существование. Мне жаль её, правда жаль, но любой оборотень клана скажет тебе, что она слишком опасна, чтобы находиться рядом с ней. И всё это слишком серьёзно, чтобы мы могли справиться с этим вдвоем.

Он посмотрел ей в глаза.

— Хорошо. Высади меня на Лиссон-Гроув, и я сам поговорю с альфами кланов. Ты можешь отправиться в Сохо и поговорить со своим Лордом, — его тон был резче, чем он намеревался. — Потом мы можем встретиться у меня дома и разговорить этого бандита. Может быть, Мартина тоже раскроется и расскажет нам всё, что ей известно, прежде чем кто-нибудь решит, что она слишком большая обуза, чтобы допускать её существование.

Скарлетт судорожно вздохнула.

— Деверо, — сказала она, — если бы был какой-нибудь другой способ…

Он отвёл взгляд.

— Я знаю, — он взглянул на часы. — Пошли. Уезжаем. Мы и так потеряли здесь достаточно времени.

***

Скарлетт высадила его прямо у особняка леди Салливан.

— Ты уверен, что хочешь сделать это сам? — спросила она. — Я пойму, если ты не захочешь говорить с альфами лично. Лорд Хорват будет рад сделать это за тебя.

— Ты намекаешь, что я боюсь?

— Нет, хотя осторожность тебе не повредит. Альфы не просто так являются лидерами своих кланов, Деверо. Они получили этот статус не потому, что мило улыбались и помнили дни рождения людей.

— Они не пугали меня до того, как я стал волком, и уж точно не пугают сейчас. Кроме того, я часть этого сообщества, нравится это кому-то или нет. Пришло время мне проявить себя и доказать это.

— Хорошо, — не улыбаясь, Скарлетт потянулась и накрыла его руку своей. — Это правильный поступок. Дело теперь не только в Мартине. Возможно, в плену находятся и другие люди, и мы, само собой, не можем позволить группе людей контролировать нас. Кого угодно из нас.

Ему удалось кивнуть.

— Я знаю, — он отстегнул ремень безопасности и выбрался из машины. — Давай поговорим в ближайшее время.

Скарлетт ответила ему взмахом руки. Однако она не сделала ни малейшего движения, чтобы отъехать. Деверо засунул руки в карманы, не обращая внимания на тупую пульсирующую боль в плече и ноге. Его пулевые ранения были несерьёзными, но, несмотря на это, они заживали необычайно быстро. Когда он поднимался по каменным ступеням к парадной двери Салливанов, он даже не хромал. Действительно, впечатляет. Но только когда дверь открылась и из неё выглянул мужчина лет пятидесяти, Деверо услышал, как Скарлетт отъезжает.

— Да? — спросил мужчина с холодным выражением лица.

— Я Деверо Вебб.

— Я знаю это, — он фыркнул. Затем с большой неохотой добавил: — Меня зовут Роберт.

Деверо взглянул на одежду Роберта, заметив метку на его руке, которая указывала на то, что он был бета-волком и, следовательно, одним из оборотней-помощников леди Салливан.

— Я пришёл извиниться перед леди Салливан.

Роберт сердито посмотрел на него.

— Вне зависимости от твоего образа жизни и сомнительной компании, с которой ты водишься, уже почти полночь. Леди Салливан не принимает посетителей в это время.

— Понимаю. Она уже старовата и, вероятно, ей нужно хорошенько высыпаться по ночам.

Лицо Роберта вспыхнуло от ярости.

— Ах ты, мелкий выскочка….! И что это мы слышали о перестрелке в твоём доме? Если ты думаешь, что можешь заявиться в нашу часть города и привести с собой своих мерзких криминальных элементов, тогда…

— Тогда что? — мягко поинтересовался Деверо.

— Тогда можешь сразу проваливать.

— Хм, — он пожал плечами. — Ну ладно, — он повернулся на пятках и спустился на тротуар. Он улыбнулся про себя. А потом бросился бежать.

Глава 17

На его новой улице оказалось больше людей из его старой команды, чем ожидал Деверо. Он мог бы быть тронут, если бы не знал, что они пришли сюда скорее из страха, чем из уважения к нему. Они явно опасались сверхов, которые всё ещё находились поблизости по приказу Скарлетт. Никто из его людей не приближался к сверхам, и наоборот.

У Деверо возникло искушение отпустить всех восвояси, но их присутствие послужило определённой цели. Он обдумал все варианты, принял решение и подошёл к Глории, платиновой блондинке, которая ни от кого не терпела дерьма. Она очень внимательно наблюдала за ним.

— Привет, Глори, — тихо сказал Деверо. — Спасибо, что ты это делаешь.

— Я здесь только из-за того, кем ты был, а не из-за того, кто ты сейчас. Я не сторонник сверхов. Это противоестественно, — она остановилась, чтобы посмотреть на гремлина, который сидел на крыше фургона неподалеку, прежде чем оглянуться на Деверо. — Без обид, типа.

У него не было времени обижаться, и он также не был нежным цветочком. Он слышал гораздо худшее.

— Газ ещё здесь?

— Он прикорнул в машине в конце улицы. Может, мне его разбудить?

— Да. Скажи ему, чтобы зашёл в дом, как только сможет.

— Ты собираешься его съесть? — спросила она.

Он пристально посмотрел на неё.

— Нет.

Выражение её лица не изменилось.

— Я пошутила.

— О, — он пожал плечами. — Хорошо.

Глория скрестила руки на груди и притопывала ногой, пока Деверо не выдавил из себя смешок. Наконец она кивнула, довольная тем, что он оценил её попытку пошутить.

— Через пять минут, — пообещала она.

— Спасибо, — он коротко кивнул и подошёл к двум злобного вида пикси, которые наблюдали за каждым его движением. — Вы делаете хорошую работу, ребята, — сказал он. — Я ценю это. Я иду в дом привести себя в порядок. Другие вампиры, вероятно, уже в пути. У меня такое чувство, что эта ночь ещё далека от завершения.

Они хмуро посмотрели на него, и выражения их лиц были зеркальными копиями друг друга.

— Ты Деверо Вебб? — спросил один из них.

— Да

— Тебя действительно укусили четыре раза, прежде чем ты обратился?

— Да.

Они обменялись взглядами.

— Прошло много времени с тех пор, как в кланах появлялся кто-то с такой силой, — сказал первый пикси.

— Давно пора, — сказал другой. — Эти мохнатые ублюдки в последнее время сильно лажали.

Его приятель фыркнул и указал на Деверо.

— Дом этого парня обстреляли в тот же день, когда он въехал. Не думаю, что в ближайшее время он станет чьим-то героем.

К сожалению, подумал Деверо, маленький пикси был прав, особенно учитывая то, что только что произошло на том чёртовом складе и что должно было произойти в ближайшие несколько часов.

— Ну, в любом случае, — пробормотал он, — спасибо, что присматриваете за домом. Я у вас в долгу. Если вам когда-нибудь понадобится помощь, просто дайте мне знать.

Пикси подтолкнули друг друга локтями.

— Слышал? Может, он всё-таки герой?

— Нет, — поспешно сказал Деверо. — Но я знаю, как платить по долгам, — он вернулся к своему обшарпанному дому прежде, чем они успели сказать что-нибудь ещё.

Всё было очень тихо и безлюдно. Деверо помолчал, искренне наслаждаясь моментом покоя, затем повернул дверную ручку и вошёл внутрь. Внутри царила та же аура безмятежности. К сожалению, он был уверен, что это всего лишь затишье перед бурей.

Сначала он проверил человека, прикованного к батарее. Тот пришёл в сознание и, судя по следам на запястьях, предпринимал тщетные попытки освободиться. Деверо предостерегающе погрозил ему пальцем, и тот съёжился в ответ. Бравада, которую он демонстрировал ранее, почти испарилась.

— Ну-ну, — упрекнул Деверо. — Ты же не хочешь сделать что-то, что разозлит меня ещё больше. Тебе повезло, что в прошлый раз ты всего лишь получил кулаком по роже — в конце концов, я оборотень. Когда мой зверь берёт верх, возможно всё. Ты видел, на что способна девочка наверху. Представь, на что способен я.

Мужчина вздрогнул. Деверо пожал плечами; он не испытывал ни капли сочувствия к этому ублюдку.

Он обнаружил доктора Яру и Мартину наверху, они лежали, свернувшись калачиком, на узкой односпальной кровати. Рука Мартины была туго забинтована. Деверо надеялся, что это означает то, о чём он думал.

Яра открыла глаза, как только он вошёл в комнату, высвободилась из объятий Мартины и села.

— Ей снятся кошмары, — объяснила она и подняла голову, глядя на Деверо. — Проблема?

— Да. Вам удалось удалить трекер?

Она кивнула.

— Да. Это было не так уж трудно.

У него возникло ощущение, что это действительно было очень трудно.

— Спасибо, — сказал он. — Это огромная помощь, потому что теперь нам нужно уйти так, чтобы никто не заметил.

На её лице отразилось беспокойство.

— Опасно?

— Это опасно для Мартины. Вам следует вернуться домой. Я позабочусь о её безопасности. Вы сделали более чем достаточно.

Глаза доктора Яры потемнели.

— Я остаюсь с вами

— Я не хочу, чтобы вы пострадали.

— Я остаюсь.

Деверо вздохнул.

— Хорошо, — он взглянул на маленькое тельце Мартины. Её глаза оставались закрытыми, но по её дыханию он понял, что она проснулась и прислушивается к каждому слову. Хорошо. Может, она и ребёнок, но она заслужила знать правду о том, что происходит. — Сюда придут люди. Сильные люди. Они попытаются забрать Мартину. Возможно, даже убьют её. Они подумают, что она слишком опасна и что она не может контролировать оборотня внутри себя. Единственный способ защитить её — это выбраться отсюда и спрятаться где-нибудь в другом месте.

Глаза доктора Яры округлились.

— Где?

Деверо поморщился.

— Я ещё не разобрался с этой частью. Но обязательно разберусь, — он провёл рукой по волосам. — Она говорила что-нибудь о том, что с ней случилось? О том, кто причинил ей боль и кто она на самом деле?

Доктор Яра молча покачала головой. Проклятье.

— Хорошо. Соберите всё, что, по вашему мнению, может вам понадобиться. Особенно транквилизаторы. Я не хочу их использовать, но даже мне трудно контролировать своего волка, так что для Мартины это, должно быть, мучительно. Встретимся внизу как можно скорее.

— Да, мистер Вебб, — доктор Яра уже была на ногах и ходила по комнате, собирая аккуратно сложенную одежду и запихивая её в сумку. Деверо оставил её в покое и направился обратно на первый этаж как раз в тот момент, когда снаружи раздался стук.

Газ переминался с ноги на ногу на пороге и зевал.

— В чём дело, босс?

Деверо слегка улыбнулся в ответ на его подавленный зевок, прежде чем перейти к делу.

— Я хочу попросить тебя об одном последнем одолжении, Газ, — сказал он. — И на этом мы закончим.

Газ подавил второй зевок и уставился на меня.

— Закончим?

— Ты сделал для меня больше, чем кто-либо другой. Если тебе когда-нибудь понадобится какая-нибудь помощь, лучше тебе прибежать ко мне, иначе я выслежу тебя и оторву тебе руки своими большими волчьими зубами.

Глаза Газа расширились.

— Но, — продолжил Деверо, на этот раз более мягко, — мы принадлежим к разным мирам. Мне потребовалось время, чтобы понять это, и я прошу прощения. Присмотри за всеми дома вместо меня. Помни всё, чему мы научились на этом пути, и не позволяй никому из них быть безрассудными или глупыми. Может, мы и преступники, но у нас всё равно есть мораль. Верно?

Газ опустил голову.

— Верно, — пробормотал он.

— Для всех нас будет лучше, если мы будем жить порознь. Разумеется, я по-прежнему буду поддерживать связь с Таш и Элис и, возможно, даже буду время от времени навещать их. Но этим ограничимся. Всё остальное — история.

— Да, босс.

Деверо улыбнулся.

— Я тебе не босс. Теперь уже нет.

Газ выпрямился.

— Хорошо.

— Ты справишься. Я верю в тебя.

Газ кивнул, и Деверо был уверен, что заметил блеск слёз в его глазах, но он знал, что лучше воздержаться от комментариев по этому поводу.

— Что именно? — спросил Газ. — Что за последняя услуга? — он перевёл дыхание, и следующие слова вырвались у него в спешке. — Потому что, если это что-то опасное, возможно, мы не сможем это сделать. Я не собираюсь подвергать людей опасности.

— Молодец, — тихо сказал Деверо. — И нет, это не должно быть опасно. Всё, что мне нужно — это чтобы вы и остальные остались здесь на следующие несколько часов. Пусть всё будет выглядеть так, как будто я заперся в этом доме и отказываюсь выходить. Не вступайте ни с кем в драку, особенно если они будут возмущаться и требовать зайти внутрь, чтобы проверить, как я. Задержите их, сколько сможете, затем отступайте и возвращайтесь домой как можно быстрее. Чем дольше все будут думать, что я здесь, тем лучше.

— Где ты будешь?

— Я пока не знаю. А даже если бы и знал, будет безопаснее не сообщать тебе.

Газ прикусил губу.

— Если со мной что-нибудь случится, напейтесь на моих поминках и двигайтесь дальше. Я сам принимаю свои решения. Не ищите мести. Не вступайте в конфликт ни со сверхами, ни с людьми. Не пытайтесь выяснить, что со мной случилось. У вас есть жизнь, которой нужно жить. Всё, что случится со мной, будет на моей совести. Понятно?

— Да, босс.

Деверо уставился на него.

— То есть, да, — поправился Газ.

Деверо улыбнулся.

— Берегите себя, — позади него раздался глухой удар. Он оглянулся через плечо и увидел доктора Яру у подножия лестницы, она решительно вздёрнула подбородок. Мартина выглядела встревоженной и бледной, но в то же время в её глазах светилась решимость.

— Мы собираемся улизнуть через чёрный ход. Увидимся, Газ. — Деверо поднял руку в знак прощания и закрыл дверь, не дав себе совершить какую-нибудь глупость, например, заключить в объятия своего старого приятеля. Он повернулся. — Ладно, дамы. Я собираюсь забрать нашего друга, который привязан к батарее, и мы отправимся в путь. Следуйте за мной.

***

Они без особых проблем скрылись в тёмных зарослях сада на заднем дворе. Деверо крепко держал за руку бледнолицего бандита, но теперь тот был совершенно запуган и всё ещё связан по рукам, так что вряд ли попытался бы сбежать. Деверо также заткнул ему рот одним из шарфов доктора Яры на случай, если он попытается позвать на помощь и привлечь нежелательное внимание. Но позже он запоёт как канарейка — Деверо об этом позаботится.

Брюки Мартины зацепились за старый гвоздь, когда они перелезали через забор, и раздался громкий треск, когда она рванула ткань, но в остальном им удалось без лишних приключений отойти на несколько улиц. К счастью, все оборотни, жившие поблизости, не были ночными созданиями, как вампиры. Это значительно облегчало ускользание незамеченными.

Деверо сказал Газу правду — у него не было на примете какого-то конкретного пункта назначения. Часть его сознания считала, что было бы разумно вообще уехать из Лондона; другая часть считала, что в большом городе будет легче анонимно спрятаться. В конце концов, он решил, что такое бегство ему не подходит. Он никогда не догонит Дома и других придурков, стоящих за всем этим, если будет прятаться как мышь. Всё, что ему нужно сделать — это найти место, где Яра и Мартина смогут оставаться вне поля зрения, и где с ними всё будет в порядке.

Они втроём шли рядом по улице, а пленённый стрелок, спотыкаясь, тащился за ними. Только когда Мартина начала еле волочить ноги, Деверо позволил им замедлить шаг.

Они были достаточно далеко как от Лиссон-Гроув, так и от Сохо, чтобы он мог угнать машину и не оказаться сразу вычисленным. На другой стороне дороги стоял универсал, такой старый, что Деверо знал, что сможет легко его взломать. Он указал на машину доктору Яре. Она неодобрительно прищёлкнула языком, но последовала за ним вместе с Мартиной и их пленником.

Деверо подёргал дверцу. Удивительно, как много людей забывают запереть свои машины, и всегда было разумно проверить, прежде чем взламывать дверь. К сожалению, владелец этого автомобиля был умён, и дверца не поддалась. Прежде чем он успел предпринять что-либо ещё, зазвонил его телефон. Он вытащил свой мобильный из кармана свободной рукой и взглянул на экран. Три пропущенных звонка, все от миссис Фостер.

Он нахмурился, когда телефон продолжал звонить. Он подумал и ответил на вызов.

— Привет, Скарлетт.

Она не стала тратить время на любезности.

— Ты поговорил со всеми альфами? Как они восприняли новость?

— Я поговорил с одним заносчивым оборотнем по имени Роберт, — ответил он, не желая лгать ей прямым текстом.

— Это один из бет леди Салливан.

— Я так и думал.

— А что насчёт остальных?

— Я с ними ещё не разговаривал.

На мгновение воцарилась тишина.

— Где ты сейчас, Деверо?

Лучший способ ответить на любой вопрос, на который ты не хочешь отвечать — это задать другой вопрос.

— А что насчёт лорда Хорвата? Как Его Клыкастость воспринял эту новость?

Скарлетт зашипела.

— Его здесь нет. Он уехал вглубь страны, чтобы разобраться с чем-то другим.

Какая жалость.

— О божечки, — пробормотал Деверо.

— Это не имеет значения, — отрывисто продолжила она. — Я собрала многих других. Я направляюсь к тебе, забрать твоего пленника, чтобы мы могли допросить его. Остальные возвращаются на склад и изучат его шаг за шагом. Скажи кланам, чтобы они встретились с ними там.

Деверо не ответил. Молчание тянулось мучительно долго.

Наконец Скарлетт заговорила снова.

— Я боялась этого, — она вздохнула с мрачной покорностью. — Ты ведь не рассказал альфам, что происходит, не так ли? Ты вернулся к себе домой? Мартина с тобой? — она поколебалась. — Деверо, ты что, совсем свихнулся и делаешь что-то по-настоящему глупое?

На его губах появилась едва заметная улыбка.

— Скарлетт, — сказал он, — в глубине души ты знала, что я собираюсь сделать что-то по-настоящему глупое. И ты бы не отпустила меня одного, если бы не одобряла, хотя и не могла сказать об этом вслух.

— Когда я в следующий раз увижу тебя, Деверо Вебб, я отвешу тебе такую пощёчину, что…

— Я уже с нетерпением жду этого. Береги себя, Скарлетт, — он повесил трубку.

Прежде чем Скарлетт успела перезвонить и снова отругать его, он набрал номер миссис Фостер. К его удивлению, она ответила после третьего гудка. Несмотря на поздний час, директор школы совсем не казалась уставшей.

— Мистер Вебб. Я надеялась, что вы мне перезвоните.

— У вас есть новости для меня?

— Есть. Мне удалось установить личность девочки. Я знаю, кто она.

Деверо глубоко вздохнул и взглянул на Мартину. Она смотрела в землю. Его пальцы крепче сжали телефон.

— Продолжайте.

— Её зовут Ангелика Кристал. Она из Бромли. Её отец является её единственным опекуном, поскольку мать умерла. Он бизнесмен, управляющий какой-то импортной компанией. О её пропаже не сообщалось, но она отсутствовала в своей школе в течение трёх недель, и они обеспокоены. Они несколько раз связывались с её отцом, но он не отвечал. Социальным службам также не удалось связаться с ним.

— Ангелика, — прошептал Деверо. Как только он произнёс её имя, девочка резко вскинула голову. Он не мог не заметить внезапного ужаса, отразившегося на её лице. Связанный бандит тоже уставился на него, и, несмотря на ночной мрак, на его лице отчётливо читалась злоба. — Спасибо вам за это, миссис Фостер, — сказал Деверо громче. — Я думаю, что учитывая обстоятельства, было бы разумно, если бы вы пока держали информацию о ней при себе. Дальше я сам обо всем позабочусь.

— Я так не думаю, мистер Вебб. Вы втянули меня в это дело, рассказав, что случилось с этой девочкой. Я полностью согласна с тем, что было бы разумно не обращаться ни к её отцу, ни в полицию, пока вы точно не узнаете, что произошло, но вы же не можете всерьёз ожидать, что я просто забуду о ней.

Деверо повернулся и отошёл на несколько метров. Он понизил голос.

— Прямо сейчас она и опасна, и сама в опасности. Для вас будет безопаснее, если вы забудете, что когда-либо слышали о ней.

— Я не могу этого сделать. Где она сейчас? Я не могу представить, что она находится в подходящем для ребёнка окружении. Вам нужен ответственный взрослый, который будет должным образом за ней присматривать.

— Я ответственный взрослый, — по крайней мере, иногда. — И у меня есть помощники. Хотя… — Деверо замолчал, вспомнив кое о чём. — Миссис Фостер, — внезапно сказал он. — Сколько спален в вашем доме?

Глава 18

Было уже больше трёх часов ночи, когда они добрались до отдельно стоящего дома с безупречным палисадником и элегантным фасадом из красного кирпича. Мартина, свернувшись калачиком, тихонько посапывала на заднем сиденье угнанной машины, а доктор Яра смотрела в окно, восхищаясь видами лондонского пригорода. Это совсем не походило на квартал многоэтажных домов, где она жила, и, конечно, отличалось от ветхого дома с террасой, который теперь арендовал Деверо. Для начала тут не было никаких видимых пулевых отверстий.

— Мы можем ей доверять? Этой учительнице?

Деверо обвёл взглядом тихую улицу, вглядываясь в тёмные кусты и осматривая затенённые уголки.

— Нам придётся ей доверять, — просто сказал он. — Но сначала подождите несколько минут здесь, в машине, — он помедлил. — На всякий случай.

Они и так слишком многим рисковали, поэтому не стоит идти на совсем безрассудный риск.

Деверо открыл дверцу машины и вышел, на мгновение наклонив голову, чтобы прислушаться. В конце тупика послышался шорох, и он застыл, наблюдая, как затрепетали листья на кустах. Выбежала лиса, подняв нос и тоже принюхиваясь к воздуху. Она повернула голову в сторону Деверо и замерла, уставившись на него. Лиса инстинктивно почувствовала, что это опасный хищник, которого следует избегать любой ценой. Несколько секунд животное оставалось неподвижным, после чего перебежало дорогу и исчезло в тени другого сада.

— Ты меня не интересуешь, — прошептал Деверо ему вслед.

Он повернулся на каблуках и осмотрел остальную часть территории. Все дома, за исключением дома миссис Фостер, были погружены в темноту. Он подозревал, что люди, живущие здесь, были из тех, кто следит за тем, чтобы у их парадных и задних дверей было защитное освещение. Там, конечно, имелось достаточно табличек «Соседский Дозор», чтобы заставить любого грабителя остановиться. Однако присутствие этих табличек не только не расстроило Деверо, но и успокоило. Наличие любопытных соседей означало, что у незнакомцев будет меньше шансов проскользнуть незамеченными.

Убедившись, что на улице никого нет, Деверо снова обратил своё внимание на дом миссис Фостер. Шторы были задёрнуты, но по слабому свечению становилось понятно, что внизу горит свет. Он не мог различить никакого движения внутри, но этого следовало ожидать. Ступая на цыпочках, он прошёл по покрытой росой траве, где его шаги приглушались. Он низко пригнулся под окном и снова прислушался; не слышно ни звука, кроме тихого бормотания классической музыки.

Обойдя дом, он проверил задний двор. Миссис Фостер, похоже, питала слабость к уродливым гномам: они были разбросаны по всему саду за домом. Некоторые из них выглядели на редкость зловещими, и он сердито посмотрел на одного, который, казалось, недовольно косился на него.

Убедившись, что всё тихо, Деверо подошёл к задней двери и осторожно постучал по стеклу. Через несколько мгновений появилась миссис Фостер, туго закутанная в халат с поясом. С бледным лицом она выглянула наружу, прежде чем заметила его черты и расслабилась.

— Вы один? — спросила она, открывая дверь.

— Сначала я хотел бы осмотреть ваш дом, — сказал Деверо. — Не то чтобы я вам не доверял, но… — он пожал плечами и исправил свои слова. — Просто я вам не доверяю.

К счастью, она, казалось, не обиделась.

— Это разумно, мистер Вебб. Я всё ещё сомневаюсь, могу ли я доверять вам. Это мой дом. А вы оборотень.

— До того, как я стал оборотнем, я был криминальным лордом, — сказал он. — Маленький факт, о котором вы знали и который вас никогда не беспокоил.

Миссис Фостер нахмурила брови.

— О, я позволю себе не согласиться, мистер Вебб. Вы не были криминальным лордом — в лучшем случае, если быть честным, вы были криминальным оруженосцем, — Деверо приподнял бровь, и она улыбнулась. — У меня есть племянник, который работает на вас. Или, по крайней мере, он работал на вас.

Он понятия не имел, о ком она говорит.

— Вас не беспокоит, что я вовлёк члена вашей семьи в преступную жизнь?

— Это был в лучшем случае год его жизни. Иэн всегда был проблемным парнем, несмотря на все наши усилия. Он проработал на вас десять месяцев, а потом вы его выгнали и отправили учиться в университет.

— Иэн Таннер, — медленно произнёс Деверо. — Он стал инженером-электриком.

Она кивнула.

— Он закончил обучение в прошлом году, — она спокойно посмотрела на него. — Давайте внесём ясность: я не одобряю то, что делает ваша организация, но вы направили Иэна на путь истинный. Он по-прежнему очень высокого мнения о вас.

— Даже несмотря на то, что я теперь оборотень?

— Даже сейчас, — миссис Фостер оценивающе посмотрела на него. Может, она и была в халате, но всё равно производила внушительное впечатление. — Расскажите мне, что значит быть оборотнем.

Деверо раздражённо скрестил руки на груди.

— Уверен, за последние несколько дней вы много прочитали на эту тему.

— Я хочу услышать это от вас, — она пристально смотрела на него.

— Я бросил школу в четырнадцать лет, — сказал он. — Меня исключили, и я так и не удосужился вернуться. Не думаю, что смогу объяснить это достаточно красноречиво для ваших целей.

— Я в этом очень сомневаюсь, мистер Вебб. Я думаю, вы достаточно красноречивы для нас обоих. Может, я и школьный учитель, но я не настолько наивна, чтобы думать, будто интеллект начинается только за дверью класса, — она нетерпеливо махнула ему рукой. — Говорите. И побыстрее. Из-за вас тут сквозняк.

Похоже, у него не было особого выбора. Он переступил с ноги на ногу.

— У меня есть сила, — наконец, сказал Деверо. — Когда я меняюсь, я чувствую это каждым мускулом, каждой веной и каждой косточкой своего тела. Я очень остро осознаю всё, и нет почти ничего или никого, кого бы я не смог убить. Когда я волк, я чувствую то, что чувствуют люди. Их эмоции просачиваются сквозь поры с такими сильными ароматами, что я удивлён, как не замечал их раньше. Прямо сейчас в багажнике моей украденной машины лежит связанный мужчина, и хотя он в нескольких метрах от меня, а я вот такой, — он указал на свою человеческую форму, — я всё ещё чувствую запах его ужаса.

Миссис Фостер в ужасе прижала руку к горлу.

— Чем я пахну?

— Смятением, — спросил он. — Страхом. Настороженностью. Беспокойством, — Деверо склонил голову набок. — И чесноком.

Она озадаченно посмотрела на него, прежде чем выражение её лица прояснилось.

— О. У меня на ужин были котлеты по-киевски, — она сглотнула. — Почему у вас в багажнике мужчина?

— Он пытался убить Ангелику Кристал, и я думаю, у него могут быть какие-то ответы о том, что с ней случилось и кто несёт за это ответственность.

— Вы будете пытать его? — её голос был ровным, несмотря на непростой вопрос.

Деверо не солгал.

— Я сделаю всё возможное, чтобы получить нужную мне информацию.

Миссис Фостер и глазом не моргнула.

— Вы когда-нибудь убивали кого-нибудь, мистер Вебб?

Он подумал о человеке с крыши, который упал рядом с начищенными ботинками констебля Хакерта.

— Убивал, — сказал он тихо и с заметным стыдом. — Не как волк, а как человек, — он не пытался объяснить, что это была самооборона или что мужчина пытался убить его. Он сделал то, что сделал, и он в этом признается. — Я не причиню вам вреда, миссис Фостер. Я не причиню вреда Ангелике Кристал. Больше я ничего не могу сказать.

Она пристально посмотрела ему в глаза, затем отступила в сторону и жестом пригласила его в дом. Деверо вздрогнул от неожиданности.

— Вы сказали мне правду, мистер Вебб. Большего я не могу просить.

— Вы должен быть уверены.

Она кивнула.

— Уверена.

Он не улыбнулся.

— Тогда зовите меня Деверо.

Она протянула руку. Он пожал её.

— Я Рэйчел, — тихо сказала она.

***

Деверо не потребовалось много времени, чтобы проверить дом Рэйчел Фостер. Больше там никого не было.

— А твой муж? — спросил он.

— Моя жена скончалась в прошлом году, — сказала Рэйчел.

Деверо поморщился.

— Я не знал, — сказал он. — Мне жаль.

— Что у меня была жена? Или что она умерла?

— И то, и другое, — он засунул руки в карманы в тщетной попытке не выдать своего дискомфорта языком тела.

— Я стараюсь отделять свою профессиональную жизнь от личной, — сказала Рэйчел. — Я добилась большего успеха, чем думала, — она слегка улыбнулась, хотя в её улыбке не было юмора. — У Мадлен был рак. Эта тема до сих пор очень болезненна.

Перед его мысленным взором возникло лицо Элис.

— Мне искренне жаль.

— Я знаю, — она вздохнула. — Всем всегда жаль. Когда я услышала о лейкемии Элис… — она не закончила фразу.

— Ей повезло, — он опустил глаза. — Нам всем очень повезло.

— Я рада, — голос Рэйчел звучал так, словно она говорила искренне. — Послушай, насчёт библиотеки. Я искренне сожалею о случившемся.

Деверо проворчал:

— Мне плевать на чёртову библиотеку.

— Справедливо. Я просто хочу, чтобы ты знал, что это было не моё решение. Мы все должны отчитываться перед другими людьми.

— Я ни перед кем не отчитываюсь.

Она рассмеялась.

— Конечно, отчитываешься. Тебя там ждёт юная девочка и, возможно, где-то ещё целое сообщество оборотней. Кстати, где Ангелика?

Деверо потёр затылок.

— Я пойду и приведу её, — он вернулся к крыльцу её дома и кивнул доктору Яре, которая всё ещё сидела на пассажирском сиденье машины. Она открыла дверцу и посмотрела на него. — Всё в порядке?

— Да.

Доктор Яра шмыгнула носом.

— Хорошо.

Сзади зашевелилась Ангелика.

— Мы на месте? — сонно спросила она.

— Да, — Деверо улыбнулся ей. — Здесь ты будешь в безопасности.

Она не дрогнула.

— Я нигде не буду в безопасности.

На это у него не нашлось ответа.

Они втроём направились к входной двери, где ждала Рэйчел. Она улыбнулась с гораздо большей теплотой, чем он видел раньше.

— Привет, Ангелика. Я Рэйчел. Приятно с тобой познакомиться.

— Мартина.

Рэйчел вздрогнула.

— Прости?

— Меня зовут Мартина, — девочка упрямо вздёрнула подбородок. — Это означает «маленькая воительница». Я не хочу снова быть Ангеликой. Он всё время называл меня Ангеликой, а теперь я не хочу этого имени.

Деверо, доктор Яра и Рэйчел переглянулись.

— Кто он? — спросил Деверо.

Мартина упрямо закрыла рот и покачала головой. Было ясно, что она не собирается говорить.

Рэйчел пришла в себя первой.

— Значит, Мартина, — весело сказала она. — Ты голодна? Я знаю, что сейчас глубокая ночь, но я могу принести тебе что-нибудь перекусить, если хочешь, — Мартина покачала головой. — Тогда позволь мне показать тебе твою комнату. Я приготовила для тебя постель, — она взглянула на доктора Яру и Деверо. — Здесь найдётся комната и для вас двоих, если вы не возражаете.

— Доктор Яра может занять комнату, — сказал Деверо. — Мне нужно кое с чем разобраться.

Обе женщины посмотрели на него.

— Да, — пробормотала Рэйчел. — Полагаю, что да.

Яра неодобрительно нахмурилась, но Деверо сделал вид, что не заметил этого.

— Позвоните мне, если возникнут какие-либо проблемы, — сказал он.

— У нас всё будет хорошо.

Деверо искренне на это надеялся. Он кивнул и ушёл.

***

Ему не особенно хотелось этим заниматься, но он всё равно собирался это сделать. Собравшись с духом, он вёл машину, пока не отъехал на несколько миль от дома Рэйчел Фостер, затем нашёл тихое местечко на краю спортивных площадок и остановился. Он обошёл машину и открыл багажник. К чести стрелка, он всю дорогу молчал, но, увидев, что Деверо смотрит на него сверху вниз, испуганно пискнул.

Деверо наклонился и вытащил кляп.

— Теперь ты можешь кричать, если хочешь, — сказал он непринуждённо. — Никто тебя не услышит, если ты это сделаешь, — он не был до конца уверен, что это правда, но звучало хорошо. Ключом к успеху здесь была грубая уверенность, и чем жёстче, тем лучше. В прошлом у него было много практики, а теперь, когда он стал оборотнем, у него появилось ещё больше трюков в запасе. — Как тебя зовут? — его тон был мягким.

Мужчина колебался.

— Морти, — дрожащим голосом произнёс он. — Чего ты хочешь?

Деверо злобно ухмыльнулся.

— Немного поразвлечься, — он схватил Морти за рубашку и приподнял его, вытащив из багажника и бесцеремонно бросив на землю. — Осмотрись вокруг.

Его пленник поднял голову и огляделся.

— Ч-что? Здесь ничего нет.

— Вот именно, — Деверо облизнул губы. — Я дам тебе фору в двадцать секунд.

— А?

Деверо ухмыльнулся и, наконец, позволил оборотню внутри себя взять верх. Через несколько мгновений его руки и ноги превратились в массивные лапы. Его тело росло и изменялось. Разрядка была почти оргазмической. Он встряхнул шерстью и обнажил острые волчьи зубы.

И в этот момент мужчина, стоявший перед ним, бросился бежать.

Деверо наблюдал за происходящим. Для человека, потерявшего много крови и недавно проведшего значительное время без сознания, Морти показывал неплохие результаты. Он бросился бежать, зигзагами пересекая первое поле. К сожалению, его часто использовали для любительских матчей по регби, а грунт был неровным, с выбоинами и ухабами, из-за которых даже лучшему бегуну пришлось бы нелегко. Он едва преодолел тридцать метров, как носок его ботинка попал в колею. По инерции его швырнуло вперёд, и он приземлился, распластавшись на земле.

Деверо поморщился. Даже с такого расстояния показалось, что беглец сильно подвернул лодыжку. Он подождал ещё мгновение… и бросился за своей жертвой.

Морти закричал, но это было пустой тратой сил. Лапы Деверо грохотали по неровной земле, его четвероногий бег придавал ему большую скорость и устойчивость. Через несколько секунд он добрался до жертвы. Это было слишком быстро — он хотел немного поиграть со своей добычей.

Морти пытался подняться на ноги, пока Деверо кружил вокруг него. Каждый раз, когда он пытался оторваться, Деверо бросался на него, щёлкая челюстями. Однажды. Дважды. Трижды. Когда ему надоело кусать воздух, он позволил своим клыкам оцарапать кожу Морти. Этого было недостаточно, чтобы пустить кровь, но испуганный маленький засранец всё равно закричал:

— Нет! Нет! Пожалуйста!

Было что-то странно приятное в дрожи его голоса. Деверо решил, что страх — настоящий афродизиак. Он удовлетворённо зарычал и снова укусил его. На этот раз в ответ раздался вой.

— Я сожалею, ладно? Сожалею! Я всего лишь делал то, что мне сказали! Мне не следовало приходить к тебе домой. Мне не следовало пытаться застрелить тебя или того парня. Я больше так не буду, — Морти упал на четвереньки, зарываясь пальцами в мокрую грязь. Воздух вокруг него наполнился солёным запахом слёз. — Пожалуйста. Я могу вам помочь. Я расскажу всё, что знаю. Я рассказал вам о маячке в теле ребёнка, но могу рассказать гораздо больше. Я всё это знаю. Всё знаю! Я буду говорить. Я буду говорить. Я буду говорить! — его слова сливались воедино, дыхание было прерывистым, а тон — пронзительным, как скулёж.

Деверо прищурился, а затем, приложив немало усилий, снова обратился.

— Я думал, ты никогда не предложишь, — сказал он и скрестил руки на обнажённой груди, игнорируя тот факт, что теперь был совершенно голым. — Ну так говори.

Глава 19

Они вернулись к машине. Деверо натянул брюки и свежую рубашку, которые доктор Яра упаковала и оставила для него в багажнике, пока жалкое подобие бандита с жалким видом ожидало своего часа. Деверо надеялся, что он снова попытается сбежать. До сих пор он никогда по-настоящему не понимал радости погони. К сожалению, Морти просто сидел на капоте машины, пока Деверо не закончил одеваться. Ну что ж. Нельзя получить всё и сразу.

— Начинай.

Морти обхватил себя руками, как маленький ребёнок. Странная поза для такого мускулистого взрослого мужчины.

— Я работаю в компании под названием «Мателот» около двенадцати месяцев. Именно они отправили меня к вам. Я получил эту работу только потому, что мой старый сержант замолвил за меня словечко. Сначала я подумал, что это будет обычная работа в охране, — он опустил голову. — Я ошибался.

— Ой ты бедненький, — отозвался Деверо. — Разве ты сначала не получил должностную инструкцию?

— Это не моя вина, бл*дь! Мне нужны были деньги!

— Бьюсь об заклад, тебе неплохо платят. Это должны быть хорошие деньги, раз ты готов всаживать пули в череп двенадцатилетней девочки.

Морти выпятил нижнюю губу.

— Если бы она делала то, что ей говорили, с ней всё было бы в порядке. Это она виновата, что всё так закончилось.

Невероятно. В своё время Деверо слышал несколько поразительных примеров обвинения жертвы, но этот случай получал грёбаную золотую медаль. Но он не мог позволить себе потерять контроль и снова ударить парня по голове, поэтому сложил руки на груди и проигнорировал острую боль между лопатками.

— Давай не будем отвлекаться от темы, ладно? — мрачно сказал Деверо. — Продолжай.

Морти сглотнул.

— Не притворяйся, что ты какой-то святой. Я знаю, кто ты. Я знаю, что ты сделал.

В прошлом Деверо не было ничего, что могло бы сравниться с деяниями этого ублюдка, но он сумел не попасться на удочку.

— Это не мне грозит опасность быть разорванным на куски. Продолжай говорить.

Последовал вздох.

— Хорошо. Сначала я просто помогал с обычными поставками, ничего необычного. Приходили контейнеры, обычно наполненные всякой всячиной вроде дешёвых футболок и мягких игрушек, и я следил за тем, чтобы содержимое доставлялось в нужные места по нужным ценам.

Вполне справедливо, если не считать того, что нигде в мире не было массового производства плюшевых мишек, которым требовалась бы вооружённая охрана.

— Наркотики? — спросил Деверо.

— Да. МДМА, героин и тому подобное. Если бы «Мателот» продолжал в том же духе, всё было бы хорошо, но они решили, что хотят диверсифицировать свою деятельность и зарабатывать больше денег.

— Ну естественно, — саркастически заметил Деверо. — Потому что выбрасывать на улицы вызывающее привыкание дерьмо — это своего рода общественная работа.

Он получил в ответ злобный взгляд.

— Ты хочешь услышать рассказ или нет?

— Тогда продолжай. Расскажи мне о «Мателоте». Кто там главный?

Морти пожал плечами.

— Понятия не имею.

Намеренно небрежными движениями Деверо размял руки. Он потянулся вперёд, схватил мужчину за ухо и сильно вывернул его.

— Ой! Отвали! Если я тебе скажу, он меня убьёт!

— А если ты мне не скажешь, я тебя съем. Настоящая дилемма, — легко сказал Деверо. — На твоём месте я бы сосредоточился на более непосредственной угрозе. Кто твой босс? Кто управляет «Мателотом»?

Морти был бледен и дрожал. Деверо снова потянулся к его уху и отшатнулся назад. Слова вырвались у него в спешке.

— Хорошо! Хорошо! Это человек по имени Доминик Филлипс. Он управляет компанией «Мателот».

— Доминик Филлипс? — мужчина кивнул. — Дом, если сокращённо? Примерно метр восемьдесят ростом? Тёмные волосы?

Любит носить маски и скакать по сцене?

Ответ был угрюмым.

— Это он.

— Каков он из себя?

— Садист. Очень высокого мнения о себе. Получил какое-то шикарное образование, носил специальный галстук, который до сих пор надевает, когда хочет покрасоваться. Он знаком со многими высокопоставленными людьми и, похоже, считает, что это делает его лучше всех остальных.

— Он тебе не нравится.

— Мне не нравятся богатые парни, которые думают, что они лучше меня.

— Но, — пробормотал Деверо, — ты не против работать на них.

— Я же говорил тебе, мне нужны были чёртовы деньги, — Морти драматично вздохнул, как будто он был всего лишь бедным невинным парнем, которого против его воли втянули в преступную жизнь. — Кроме того, до Германии всё было не так уж плохо. Дом родился с серебряной ложкой во рту, но он всё равно умный парень, обладающий большой властью. В работе на такого человека есть свои преимущества. До Германии мне это нравилось, но именно тогда всё пошло по пи*де.

Деверо пристально посмотрел на него.

— Что произошло в Германии? — спросил я.

— Около восьми месяцев назад мы были в Берлине. Там происходило какое-то крупное событие. Я был там с несколькими другими людьми. Мы должны были держать рот на замке и просто выглядеть угрожающе. Я, конечно, имел при себе пушку, но мы не ожидали, что произойдёт что-то особенное.

Пушку? Этот идиот, похоже, думал, что он американский гангстер в фильме, где больше автомобильных погонь, чем вразумительных диалогов. Деверо и раньше сталкивался со множеством подобных недоумков, но, несмотря на это, его вера в человечество падала каждый раз, когда он встречал очередного из них.

— Ну короче, Дом остался недоволен продуктом. Он взвесил его и сказал, что его обсчитали — он постоянно выкидывал подобную ерунду. Чаще всего это срабатывало, и другие ребята добавляли дополнительный пакет, чтобы показать, что им можно доверять. На этот раз, вместо того чтобы уступить, они атаковали, — Морти покачал головой. — Я никогда не видел ничего подобного. Их было всего трое, но они двигались быстрее молнии. Я успел сделать несколько выстрелов. Будь эти парни были обычными, они бы валялись мёртвыми на полу, а у нас были бы наркотики и деньги. Вместо этого мы едва выбрались оттуда живыми.

— Дайте угадаю, — сказал Деверо, — они были сверхами.

— Двое из них были сверхами. Третий парень, видимо, был человеком. Он стоял и смотрел, как они чуть не уничтожили нас. Я не знаю, что произошло после этого, вот только было много таинственных встреч. Три недели спустя нам сказали, что мы начнём продавать другой продукт.

Деверо бросил на него недовольный взгляд.

— Ты имеешь в виду людей.

— Монстров, — поправил Морти. — Не людей.

Деверо с отвращением покачал головой. Итак, Доминик Филлипс понял, что «Мателот», хоть с оружием, хоть без, не может противостоять сверхъестественным существам. Единственный способ конкурировать — это соответствовать силе своих соперников. Вероятно, он не смог найти ни одного сверха, который охотно согласился бы работать на него, поэтому пошёл другим путём — который был намного, намного хуже.

— Мы выяснили, где скрывались немцы, и напали на них, — в голосе Морти звучала тошнотворная гордость. — Мы напали на них задолго до того, как они поняли, что происходит, и у нас был приказ скорее вывести их из строя, чем убить. В конце концов, их осталось всего четверо — двое людей, один вампир и один оборотень. Как только Дом выяснил, кто они такие, людей убили, а сверхов забрали. Не знаю, откуда, но шесть недель спустя у нас внезапно появились собственные вампиры и оборотни. И когда другие люди увидели, какой огромной силой мы обладаем, они захотели её для себя. Оказывается, торговать властью гораздо выгоднее, чем наркотиками, — он слегка поморщился. — Однако есть небольшая загвоздка. Не всегда легко найти людей, которые готовы превратиться в монстров.

— Поэтому, — сказал Деверо опасно тихим голосом, — вы начали принуждать людей.

— Только не я, — Морти поднял руки. — Это была не моя работа. Я бы не стал этого делать!

— Да. Ты настоящий святой.

— Я не знаю, откуда Дом набирал людей, понятно? Только не из этой страны. Вы же не гадите там, где едите, не так ли? Кроме того, мы знали, что если здешние сверхи узнают о том, что мы делаем, у нас будут проблемы, — он скривился. — Никто не хотел идти против Лорда Хорвата и волчьих кланов.

— Ты — жалкое подобие человека, — сказал Деверо. Он наклонился к мужчине, и его черты исказились в оскале. — Итак, вместо того, чтобы перевозить нелегальные наркотики, «Мателот» начал поставлять нелегальных сверхов. Вы занимаетесь торговлей людьми.

— Мы наверняка делаем им одолжение! Сейчас они живут лучше, чем раньше!

Руки Деверо сжались в кулаки. Он очень в этом сомневался.

— Их продают богатым придуркам, которые используют их для защиты, запугивания или ещё для чего-то странного, в чём они оказываются замешаны в данный момент, — отчаянные попытки Морти оправдать то, что затеял «Мателот», были отвратительны. — Это неплохая работёнка.

Деверо вспомнил остекленевший взгляд вампира и волка, которых он видел на аукционе.

— Вот только людей, о которых ты говоришь, контролируют с помощью наркотиков, манипуляций и угроз их семьям. Я прав?

— Я ничего об этом не знал!

Деверо тихо зашипел.

— А девочка? Что с ней? Как она оказалась вовлечена в это дело?

Морти опустил взгляд.

— Её отец работал с «Мателотом». В том, что случилось, виноват он сам. Ходили слухи, что он снимал сливки с самого верха и думал, что никто этого не заметит. Дом узнал об этом и решил убедиться, что никто больше не попробует ничего подобного.

Что-то внутри Деверо ожесточилось.

— Бьюсь об заклад, я догадываюсь. Доминик Филлипс похитил его дочь и насильно обратил её в волка.

— Да. Он думал, что сможет убить двух зайцев одним выстрелом. Обратить кого-то в столь юном возрасте и иметь больше контроля над ним в будущем. Он мог бы сделать этого ребёнка своим и в то же время отомстить её отцу. Но всё пошло не так.

Неудивительно, что Мартина отказалась говорить хоть слово о том, кто она такая и что с ней случилось: она думала, что подвергнет отца опасности. У Деверо возникало ощущение, что он всё уже понял, но он всё равно спросил.

— Как? Как всё пошло не так?

— Отец ребёнка был недоволен и начал создавать ещё больше проблем. А девочка оказалась не такой послушной, какой, по мнению Дома, она должна быть, поэтому он решил немного подтолкнуть её. Доказать ей, что, если она не сделает то, что они хотят, будут последствия. Он избил её отца, а она была вынуждена смотреть на это. Дом сказал, что убьёт его, если она когда-нибудь раскроет, кто она такая. Он ясно дал ей понять, что она должна делать всё, что они ей скажут, а потом ещё и слегка поколотил её, чтобы она по-настоящему усвоила приказы.

Морти посмотрел на Деверо и, наконец, заметил в его глазах ледяную ярость.

— Но я не причинял ей вреда! Это был Дом, а не я. Я ни в чём не виноват!

— Ага, — саркастически отозвался Деверо. В его голове пронеслись образы всех возможных способов, которыми он мог бы убить этого ублюдка и остаться безнаказанным. — Ты действительно безупречно невиновен, — он с отвращением покачал головой. — Итак, я предполагаю, что это маленькое представление проходило в переулке Гудмана. Вот почему было пролито три разных вида крови, но только два трупа. Предполагалось, что девочка под контролем, но вместо этого она слетела с катушек, обратилась и убила двух мужчин. Остальная кровь принадлежала её отцу, — Деверо сделал паузу. — Он ещё жив?

— Когда его девчонка сошла с ума, ему удалось сбежать. Как и Дому, мне и ещё паре человек.

Отец Мартины сбежал от своей дочери вместо того, чтобы попытаться ей помочь. Мнение Деверо о нём не улучшилось, но это ничто по сравнению с тем, что он думал о Доминике Филлипсе.

— Так ты не знаешь, где он сейчас?

Морти отвёл взгляд.

— Он у Дома.

Боль пронзила плечи Деверо. Без сомнения, этот ублюдочный садист использовал отца Мартины как рычаг давления на неё. Где бы ни была Мартина, Дом мог использовать её отца, чтобы заставить её замолчать. Он глубоко вздохнул. Манипулировать ребёнком таким образом переходило все границы допустимого.

Но что-то не совсем сходилось.

— Почему именно в переулке Гудмана? — спросил Деверо. Он знал, что у Дома есть отличный склад, где любая оплошность останется незамеченной. Переулок Гудмана находился в густонаселённом районе города, и идти туда, где их могли увидеть и услышать, не имело смысла. — Зачем идти в тот дом?

— К секретарше.

Деверо вытаращил глаза.

— Ты имеешь в виду секретаршу Дэвида Бернарда? — он задумался над информацией, подсмотренной в Отряде Сверхов. — Её зовут Марша Кеннард?

Морти подозрительно посмотрел на него.

— Ты очень хорошо информирован. Дэвид Бернард занимался юридическими вопросами для «Мателота». Он хотел перейти к каким-нибудь более сомнительным делам, но беспокоился о своей секретарше. Она не одобряла «Мателот» и начала жаловаться. Она сказала, что обратится в полицию, если он не откажется от «Мателота» как от клиента. Дом привёл девочку к ней в её дом в переулке Гудмана, чтобы заставить её подчиниться и сделать то, что ей сказали. Либо Дом убил бы её отца, либо ребёнок убил бы секретаршу.

К горлу Деверо подступила тошнота. Он сглотнул горькую желчь.

— Она мертва? Марша Кеннард мертва?

— Нет, — мужчина пожал плечами. — Она сбежала, когда ребёнок слетел с катушек. Я не знаю, куда она пошла. Никто не знает.

Так вот для кого предназначалось жуткое, окровавленное послание в офисном здании Бернарда. Секретарша сбежала из переулка Гудмана и теперь скрывалась, в то время как «Мателот» занимался зачисткой хвостов и отчаянно пытался сохранить свою деятельность в тайне. Единственный способ, которым они могли это сделать — это выследить и устранить всех, кто причастен к этому инциденту. Мёртвый охранник и разгром в офисе Марши Кеннард были результатом попыток Доминика Филлипса запугать её.

Деверо покачал головой. То, на что готовы были пойти некоторые ублюдки, чтобы заработать деньги, поистине ужасало. Может, он и не ангел, но ему не сравниться с этими ублюдками.

Все кусочки мозаики начали складываться воедино. Доминик Филлипс и, соответственно, Мателот превратили Мартину в оборотня, потому что думали, что смогут использовать её как своего рода оружие. Однако, когда Мартина потеряла контроль над своим волком, они поняли, что она скорее помеха, нежели преимущество. Дом, несмотря на свои маски, шикарные галстуки и обширные связи, должно быть, обделался в штанишки. Если кланы и вампиры узнают, чем занимается его компания, всё будет кончено. Вот почему он приказал своим людям найти Мартину с помощью её устройства слежения и убить её.

Теперь всё, что нужно сделать Деверо, чтобы восстановить мир во всём мире — это найти Маршу Кеннард и спасти отца Мартины. Как только это произойдёт, «Мателоту», кем бы они себя ни считали, придёт конец. А Доминик Филлипс не проживёт и одной ночи.

— Где он? — прорычал он. — Где я могу найти Филлипса?

— Там, у реки, есть склад. Он обычно там околачивается, — Морти опустил глаза. — Ты снова покрываешься шерстью, — голос у него был испуганный.

Деверо медленно поднял руку и осмотрел когти, торчащие у него из-под ногтей, затем наклонился и провёл одним из них по щеке мужчины.

— Где ещё? Где живёт Доминик Филлипс?

— Я… не знаю! Я знаю только главный склад! Могу показать тебе дорогу. Это не так уж далеко. Я не знаю других мест!

Деверо наблюдал за ним, прищурив глаза. Морти был слишком напуган, чтобы сделать что-то ещё, кроме как сказать правду. Позор.

— Ты же знаешь, что не победишь их, — дрожащим голосом продолжил Морти. — Ты можешь подумать, что «Мателот» — это мелкая организация, у которой амбиций больше, чем возможностей, и ты можешь подумать, что они уже на грани краха. Чёрт возьми, — он пожал плечами, — если тебе повезёт, ты можешь разрушить компанию. Но тебе никогда не победить Дома. Может, этот парень мне и не очень нравится, но он намного сильнее и умнее всех остальных. У него есть целый план действий на случай непредвиденных обстоятельств, и он более безжалостен, чем ты можешь себе представить.

— Да, да, — отмахнулся Деверо. Похрен. Возможно, это банально, но чем крупнее они были, тем, бл*дь, тяжелее им падать. И он собирался получить удовольствие, заставив Доминика Филлипса — и любого другого, кто работал в его ублюдочной компании — упасть с максимально возможной высоты.

— Например, — продолжил мужчина, — каждое здание, находящееся под контролем «Мателота» здесь и в Европе подготовлено к защите от проникновения. Если пойдёт слух, что какое-либо место может подвергнуться взлому, они готовы взорвать себя. Человек, который думает о таких деталях — это тот тип парней, которые просчитывают всё до мелочей.

Деверо резко повернул к нему голову.

— Что ты сказал?

Несмотря на продолжающийся ужас, Морти слегка насмешливо скривил губы.

— Доминик Филлипс думает обо всём. Обо всём. И у него стальные яйца. Он, наверное, уничтожил бы весь Сохо, Лиссон Гроув и всех вампиров и волков там, если бы думал, что это сойдёт ему с рук, — он рассмеялся. — И вся остальная страна, вероятно, поддержала бы его.

Деверо уставился на него, затем достал свой телефон и включил его. Он нашёл нужный номер, и у него сжался желудок, когда он набирал его. Телефон звонил, звонил и звонил, и с каждым разом Деверо становилось всё хуже.

— Возьми трубку, — пробормотал он. — Чёрт возьми, возьми трубку.

Наконец раздался щелчок.

— Ты повесил трубку, — голос Скарлетт был холоден. — И ты солгал мне.

— Где ты?

— Я сейчас не в настроении сообщать тебе эту информацию.

— Где ты, бл*дь?

Должно быть, в его тоне прозвучала настойчивость.

— Я вернулась на склад, — сказала она. — Здесь не так уж много…

— Уходите, — сказал он. — Немедленно выведи всех оттуда, — на мгновение воцарилась тишина.

Скарлетт не была глупой; не задавая больше никаких вопросов, она набрала в грудь воздуха, а затем он услышал, как она рявкнула:

— Эвакуируемся!

Деверо прижимал телефонную трубку к уху. Он услышал потасовку, топот бегущих ног и несколько криков на заднем плане. Хлопнула дверь.

— Скарлетт, — сказал он. — Скарлетт?

— Я здесь, — ответила она. — Там… — раздался оглушительный грохот, и телефон отключился.

Морти посмотрел на него.

— Я же говорил тебе, — просто сказал он.

Что-то внутри Деверо оборвалось. Он протянул руку, схватил бандита за плечи и поднял его на ноги.

— Т-т-ты обещал! Ты сказал, что если я расскажу тебе всё, что знаю, ты меня отпустишь!

— Нет, — отрезал Деверо. — Я этого не говорил.

Морти побледнел.

— Пожалуйста.

Деверо отпустил его и отступил назад.

— Убирайся отсюда, — прошипел он. — Найди Доминика Филлипса и всех, кто, чёрт возьми, ещё работает в «Мателоте», и скажи им, что Пастух идёт за ними, — он отхаркнул комок мокроты и сплюнул его на землю, как будто это могло придать вес его словам и закрепить клятву. — И убедись, что Дом знает, что в следующий раз я не проявлю милосердия.

Мгновение спустя Деверо вернулся в машину и умчался прочь.

Глава 20

Зарево пожара было видно по меньшей мере за полмили. К тому времени, когда Деверо добрался до места, всю дорогу не отпуская педаль газа, над горизонтом забрезжил рассвет. Площадь была оцеплена машинами скорой помощи, пожарными и полицейскими, их мигалки в сочетании с восходящим солнцем и языками пламени создавали зловещий калейдоскоп красок. Не помогало и то, что поднялся сильный ветер, который гнал пламя в неправильном направлении вместе с густым облаком пепла.

Не в силах проехать по гравийной дороге, Деверо припарковался подальше и остаток пути преодолел бегом. Несколько идиотов в форме пытались остановить его, но он не обращал на них внимания. Только когда он приблизился к складу, оглядел небольшую толпу вампиров с мрачными лицами и заметил Скарлетт, он замедлил шаг и вспомнил, что нужно дышать. Он с облегчением провёл рукой по волосам, а затем подошёл к ней.

Она обернулась при его приближении.

— Что ж, Деверо Вебб, — протянула она, растягивая слова. — Можно подумать, ты беспокоишься обо мне.

На одной стороне её лица было чёрное пятно сажи, и он чувствовал резкий запах палёных волос. Он подозревал, что Скарлетт удалось сбежать со склада далеко не так вовремя, как можно было предположить по её спокойному поведению.

— Это потому, что я волновался, — сказал Деверо.

Она слегка улыбнулась, показав единственный клык.

— Здание, должно быть, было заминировано, но мы выбрались. Все мы. И это благодаря тебе.

Он склонил голову в кивке.

— Рад это слышать. Я приму твою бесконечную благодарность позже, — Скарлетт фыркнула. — И, — добавил он, — я прошу прощения за то, что повесил трубку раньше времени. Но я не лгал.

Её улыбка исчезла.

— Ты солгал мне во всём, кроме слов, Деверо.

— Ты с самого начала знал, что я собираюсь сделать.

Скарлетт открыла рот, чтобы возразить, но тут её взгляд метнулся куда-то за его плечо, и она нахмурилась. Деверо обернулся и увидел, что к ним направляется детектив Грейс.

— Почему я не удивлён, увидев вас здесь, мистер Вебб? — протянул детектив.

Деверо приятно улыбнулся.

— Я не знаю, сержант Грейс.

— Какое отношение вы имеете к этому взрыву? Вы причастны? Очевидно, это как-то связано с сверхами, иначе вас бы здесь не было так много.

— Я появился существенно позднее того момента, когда всё произошло, — сказал Деверо. — Уверен, что это подтвердит множество свидетелей.

— Похоже, у вас есть привычка заявляться на места преступлений сразу после того, как они произошли.

— Я всегда славился хорошей пунктуальностью.

Детектив Грейс сердито посмотрел на него.

— Возможно, вы измените своё мнение на этот счёт, когда будете отбывать срок.

Деверо приподнял брови.

— Прошу прощения?

— Получены предварительные результаты работы с телом, которое мы обнаружили возле вашего дома. Стрелявший в вас мужчина, которого вы столкнули с крыши и тем самым убили — человек, — Грейс заученно усмехнулся; Деверо был уверен, что со временем отточил это выражение лица перед зеркалом. — Это означает, что я забираю вас для допроса.

Протестовать начала Скарлетт, а не Деверо.

— Вы не можете этого сделать. Он сверх и подлежит правосудию сверхов.

— Он убил человека.

— Это не имеет значения.

Детектив Грейс фыркнул.

— Мы ещё посмотрим. Каждая человеческая жизнь имеет значение.

Скарлетт направилась к детективу, но Деверо покачал головой.

— Всё в порядке. Я разберусь с этим. Оставайся здесь и попытайся выяснить что-нибудь о складе

Грейс перебил.

— Ничего подобного она не сделает. Этот склад не имеет к вам, сверхам, никакого отношения. Все, кто не является людьми, должны немедленно покинуть это место, — в его словах прозвучали надменные нотки. — Если только вы не хотите присоединиться к мистеру Веббу в заключении, — он достал комплект наручников. — Наручников на всех хватит.

Скарлетт посмотрела на болтающиеся наручники и приподняла бровь.

— Ой божечки, — она медленно улыбнулась детективу, и его щёки покраснели. — Что ж, детектив Грейс, — протянула она, — в таком случае вам лучше арестовать и меня тоже. В конце концов, я почти всё время была с Деверо, так что, должно быть, виновата не меньше, чем он.

Это явно был не тот ответ, которого ожидал Грейс.

— Вы никого не убивали.

В её глазах плясали огоньки.

— Откуда вы знаете?

Детектив Грейс сглотнул, и Деверо почти улыбнулся. Одно дело арестовать одинокого оборотня, у которого нет поддержки, и совсем другое — вампира, за спиной которого стоит Лорд Хорват. Не говоря уже о по меньшей мере дюжине других вампиров за её спиной, которые смотрели на детектива с растущей яростью. Грейс, однако, загнал себя в угол, и у него не было другого выбора, кроме как идти до конца.

Деверо расслабил плечи и вытянул запястья.

— Закон есть закон, детектив.

Грейс нахмурился, раздражённо покачал головой и защёлкнул наручники на запястьях Деверо.

— Знаете, я собираюсь докопаться до сути.

— От столичной полиции я меньшего и не ожидала, — пробормотала Скарлетт. Затем она подмигнула и протянула свои руки.

***

Их не отвезли в Отряд Сверхов, как ожидал Деверо, потому что, по-видимому, там не было подходящих камер. Вместо этого его и Скарлетт доставили в большое квадратное здание на окраине города. Детектив-сержант Оуэн Грейс, вероятно, ошибочно полагал, что, поместив их как можно дальше от Сохо и Лиссон Гроув, он получит преимущество. По меркам профессионального полицейского ему ещё многому предстояло научиться.

Он также, по-видимому, думал, что если поместить их в крошечные отдельные камеры и оставить на несколько часов прохлаждаться, то они будут разговорчивее на допросе. Но это далеко не первый раз, когда Деверо оказался в полицейской камере, и несмотря на его новую ипостась оборотня, он сомневался, что это будет его последний раз. Он растянулся на узкой кровати и сразу же заснул. Он подозревал, что Скарлетт делает то же самое. В конце концов, ночь была долгой.

Когда Деверо проснулся, луч холодного солнечного света, падавший из зарешёченного окна на дальнюю стену, был уже в противоположном углу камеры. Даже в этих четырёх стенах он чувствовал приближение дождя, и не похоже, что ветер, дувший ранее, утих. Он лениво потянулся и почесался, гадая, что подумали бы копы, если бы он прямо сейчас превратился в оборотня. Ему стало интересно, что делает Мартина, удаётся ли ей сохранять контроль над собой, и он сел.

Из дальнего конца коридора до него донёсся голос.

— Значит, ты проснулся.

Скарлетт. Деверо выдохнул.

— Откуда ты знаешь?

— У меня отличный слух. Не такой хороший, как у тебя, конечно, но достаточно хороший. Как ты мог уснуть? В моей камере так сильно воняет мочой, что у меня щиплет глаза. И я начинаю испытывать голод. Примерно полчаса назад кто-то принёс поднос, на котором не было ничего, кроме бутылки чуть тёплой свиной крови. Очевидно, никто из этих ублюдков никогда раньше не встречался с вампирами. Я бы не стала пить такое, даже если бы сама королева потребовала этого от меня.

Деверо улыбнулся, когда его взгляд упал на пол перед дверью. Там не было ни подноса, ни бутылок с сомнительной кровью, но стояла банка с собачьим кормом. Видимо, кто-то решил, что это смешно. Это даже не хороший корм для собак, он выглядел как дешёвое подвальное дерьмо, в котором нет мяса, зато много опилок.

Деверо взял жестянку и стал перекатывать её из руки в руку. На редкость глупая шутка. Если бы он выбрал правильную траекторию броска, то мог бы запустить ею в голову следующего человека, который откроет дверь, и убить его. Он фыркнул и поставил жестянку на пол.

— Скарлетт, — тихо позвал он, — мне нужно знать.

— Красные стринги, — крикнула она в ответ. — С симпатичной кружевной отделкой.

Деверо моргнул, и до него донёсся смех Скарлетт.

— Неужели мне действительно удалось лишить тебя дара речи?

Он облизнул губы.

— Скарлетт…

— Я никому о ней не рассказывала.

Это не тот ответ, которого он ожидал. Но это очень, очень приятные новости.

— Спасибо, — сказал он.

— Ты накапливаешь много долгов, Деверо. Я развлекалась, представляя, как ты можешь отблагодарить меня.

— Тихо там, внизу! — раздался властный голос.

— А не то что? — крикнула в ответ Скарлетт. — Вы арестуете нас за разговоры?

Деверо ухмыльнулся, но быстро смягчил выражение лица, когда кто-то застучал по его двери, а затем открыл её.

— Вы проснулись, мистер Вебб, — сказал констебль в форме. — И ваш адвокат здесь.

Его адвокат? Он никому не звонил, хотя ему предлагали такую возможность. Возможно, Скарлетт наняла кого-то для него. Это означало бы, что он должен ей ещё одну услугу. Весёлые денёчки.

Он кивнул полицейскому, как будто ничего другого и не ожидал, и последовал за ним по коридору в комнату для допросов номер три. За маленьким деревянным столом уже кто-то сидел. Деверо окинул взглядом мужчину ростом в один метр, со складками синевато-серой кожи, заострёнными ушами и в безукоризненно сшитом тёмно-синем костюме.

— Вы гремлин.

— Один балл в пользу оборотня-преступника, — гремлин сделал паузу. — Предполагаемого оборотня-преступника, — он указал на стул рядом с собой. — Присаживайтесь, мистер Вебб. У нас есть несколько минут, чтобы обсудить некоторые вопросы, прежде чем начнётся ваше интервью. Меня зовут Филеас Кармайкл, эсквайр. Меня назначили представлять ваши интересы.

— Кем?

— Кто.

Деверо пристально посмотрел на него. Гремлин просто улыбнулся.

— Миллисент Томпсон.

— Кем это?

— Кто, — машинально поправил Кармайкл. Затем он, по-видимому, понял, что Деверо дразнит его, и прищёлкнул языком. — Мисс Томпсон, я полагаю, ваша соседка-пикси.

— Моя соседка? — недоверие Деверо было явным. Одна из тех, кто шпионил из-за занавесок? Это казалось маловероятным.

Кармайкл пожал плечами.

— Что я могу сказать? Кажется, вы произвели впечатление, — он снова указал на стул. — Проходите, проходите. Нам нужно поторопиться с этим.

Деверо сел.

— Очень любезно со стороны мисс Томпсон, кем бы она ни была, прислать вас, но мне действительно не нужен адвокат.

Кармайкл наклонился, поднял свой портфель и положил его на стол перед ними. Он открыл его, достал очки в форме полумесяца и аккуратно водрузил их на нос. Деверо не был уверен, слышал ли его вообще гремлин. Маленький мужичок, казалось, обладал невероятно избирательным слухом.

— Итак, — нараспев произнёс он, — прежде всего, мы должны оспорить ваше присутствие здесь. Хотя полиции, безусловно, разрешено допрашивать сверхъестественных существ, арест — это очень необычный шаг, который редко допускается без предварительной беседы с руководством сверхов, чего детектив-сержант Грейс не делал. Я склонен думать, что он не разбирается в том, что творит. К сожалению, это может оказаться пагубным для вас. Он — неизвестная величина, поэтому предсказать, что он станет сделать, довольно сложно.

— Это не проблема, — сказал Деверо.

И снова Филеас Кармайкл предпочёл его не слышать.

— Если детектив Грейс правильно ознакомился с юридическими положениями, он возбудит против вас дело и представит его Кланам, требуя, чтобы они приняли соответствующие меры. Если, к их удовлетворению, будет доказано, что вы совершили убийство человека, они могут либо убить вас, либо принять меры к тому, чтобы вы оказались в тюрьме.

— Убить меня? — у Деверо отвисла челюсть. — Что?

— Правосудие сверхов, как правило, происходит быстрее и строже, чем у людей, — объяснил Кармайкл. — Очевидно, что тюрьма — лучший вариант. По сути, это тюрьма для сверхов, управляемая сверхами. Большинство задержанных совершили мелкие преступления и не проводят за решёткой много времени, — он сделал паузу, чтобы поправить очки на носу. — Есть и третья возможность.

Деверо скрестил руки на груди.

— У меня такое чувство, что мне она тоже не понравится.

— Вероятно, нет, — весело согласился гремлин. — Есть вероятность, что кланы отрекутся от вас и откажутся иметь с вами дело в дальнейшем. Такое случается редко, на самом деле, последний раз это было более шестидесяти лет назад. Однако в вашем случае я верю, что это возможно.

— Независимо от того, что думают кланы, я всё равно сверх, — сказал Деверо. Он был частью сообщества сверхъестественных существ, и в настоящее время возле его нового дома находились всевозможные магические существа, доказывающие это.

— Да, но вы ещё и оборотень, — возразил Кармайкл. — Если волки не захотят взять на себя ответственность за вас, то и никто другой не возьмёт. Альтернативой может быть…

— Специально отведённое учреждение, управляемое людьми, где я, скорее всего, медленно сойду с ума. Я уже слышал об этом, — Деверо поморщился. — Хорошо, что я на самом деле не нарушал никаких законов, — затем он исправился. — По крайней мере, в последнее время.

— Детектив Грейс утверждает, что вы убили человека.

— Это произошло случайно, и этот человек пытался убить меня. Он обстрелял мой дом. Я просто защищался. Я уверен, что моя новая соседка Миллисент Томпсон видела, что произошло, и даст свидетельские показания по этому поводу.

Кармайкл медленно кивнул.

— О, она это сделала. К сожалению, это не тот человек, об убийстве которого идёт речь. Уже нет.

Деверо нахмурил брови.

— Тогда кто?

Кармайкл сверился со своими записями.

— Мужчина по имени Джонатан Ли.

— Джонатан Ли? Но…

— Он был застрелен в здании на Кэнэри-Уорф. Вас и Скарлетт Кук засняла камера видеонаблюдения на парковке рядом со зданием. Время совпадает с предполагаемым временем смерти.

— Это в лучшем случае косвенные улики, и они невероятно шатки.

— Верно, — согласился Кармайкл. — Тот факт, что полиция обнаружила номер телефона Джонатана Ли в вашем бумажнике, когда проверяла вас сегодня утром, также является косвенным доказательством. Но, — добавил он, — выглядит это не очень хорошо.

Ой. Деверо вздохнул. Он совсем забыл об этом.

Глава 21

Детектив-сержант Оуэн Грейс решил провести интервью сам. Он был единственным доступным детективом из Сверхъестественного Отряда, учитывая отсутствие детектива-констебля Эммы Беллами. Деверо удивился, но отнюдь не расстроился из-за этого.

— Вы ничего не ели и не пили с тех пор, как вас привезли, мистер Вебб, — заботливо сказал Грейс. — Я могу распорядиться, чтобы вам принесли что-нибудь поесть, если хотите.

Деверо громко шмыгнул носом.

— Вообще-то, пока я спал, кто-то оставил в моей камере немного еды.

На лице Грейс промелькнуло удивление.

— О? Это хорошо.

— Да, — продолжил Деверо. — Это была банка собачьего корма.

Филеас Кармайкл застыл.

— Что?

Деверо взглянул на своего адвоката.

— Кажется, со вкусом рубца.

— Я в ужасе, детектив Грейс! — заявил Кармайкл. — В ужасе! Вы обращаетесь с моим клиентом так, словно он какое-то тупое животное. Я ожидал от столичной полиции гораздо большего. Могу заверить вас, что подам официальную жалобу. Это жестокое обращение, которое не может остаться безнаказанным.

К чести детектива Грейса, он выглядел невероятно смущённым.

— Я уверен, что это было недоразумение. Приношу свои извинения, мистер Вебб. Этого не должно было случиться.

— Определённо не должно было! — Кармайкл аж запинался от возмущения. — Это доказывает, что полиция уже настроена предвзято по отношению к моему клиенту. Он не может рассчитывать на справедливое обращение, когда такое может произойти.

Грейс заёрзал на стуле.

— Этого больше не повторится.

— Уж лучше бы так!

Всё уже шло хорошо. Деверо откинулся на спинку стула.

— Я бы с удовольствием выпил кофе, если это возможно.

— Я не уверен, что это разумно, мистер Вебб, — сказал Кармайкл. — Существует большая вероятность того, что кто-нибудь из этих так называемых защитников правопорядка плюнет в него.

Грейс вскочил на ноги.

— Этого не случится. Я сам принесу вам кофе, — он стремительно вышел из комнаты.

Кармайкл повернулся к Деверо и одобрительно кивнул ему.

— Отличный ход, — пробормотал он. — Конечно, это мало что изменит в обвинении в убийстве, но вызовет сочувствие к вам, если дело когда-нибудь дойдёт до суда.

Если Деверо и знал что-то, так это то, что дело никогда не дойдет до суда.

Детектив Грейс вернулся с полистироловым стаканчиком. От его поверхности поднимался пар, и пахло вполне прилично. Увидев полистирол, Деверо хотел было прокомментировать отсутствие у Метрополитена заботы об окружающей среде, но решил, что, вероятно, уже сделал достаточно. Он наклонил голову.

— Благодарю вас.

— Всегда пожалуйста, мистер Вебб, — Грейс взглянул на Филеаса Кармайкла. — Давайте начнём, не так ли? — по кивку адвоката он наклонился и нажал кнопку на магнитофоне. — Среда, тридцатое июня. Четыре часа тридцать две минуты пополудни. Присутствую я, детектив-сержант Оуэн Грейс, Деверо Вебб и его адвокат Филеас Кармайкл. Пожалуйста, назовите свои имена для записи.

Деверо с трудом подавил желание ради забавы заговорить искажённым голосом.

— Деверо Вебб.

— Филеас Кармайкл, — гремлин пристально посмотрел на Грейса. — Эсквайр.

— Спасибо, — сказал Грейс, не дрогнув. Он повернулся к Деверо. — Мистер Вебб, давайте начнём с событий двухдневной давности. Вы переехали в новый дом на Далкит-роуд, не так ли?

— Я так и сделал, — любезно ответил Деверо. — Вы же сами и принудили меня действовать. Вы сказали, что если я не перееду, то меня посадят в тюрьму.

Детектив Грейс сердито посмотрел на него.

— Действительно. Потому что закон гласит, что все сверхъестественные существа должны проживать в пределах обозначенной территории, а именно в пределах определённого радиуса от Сохо и Лиссон Гроув. Вы ведь сверхъестественное существо, не так ли?

— Да.

— Детектив-сержант, — сказал Кармайкл, — мы все более чем осведомлены о том, что мой клиент — оборотень. На самом деле нет необходимости вдаваться в подробности.

Грейс никак не отреагировал.

— Мистер Вебб, — сказал он, — через несколько часов после того, как вы въехали, вы решили отправиться в переулок Гудмана в Уайтчепеле.

— Это вопрос? — поинтересовался Деверо.

— Да, — отрезал Грейс. — Вы там были?

Деверо кивнул.

— Я там был.

— В то время по адресу переулок Гудмана, дом 12 произошёл серьёзный инцидент. Там были убиты два человека. Последующее патологоанатомическое исследование показало, что они были убиты оборотнем. Вы убили этих двух людей, мистер Вебб?

— Я этого не делал.

— Тогда почему вы оказались возле переулка Гудмана?

— Я слышал, что произошло преступление, связанное с оборотнем, и я хотел посмотреть, что происходит, — Деверо улыбнулся. — Любопытство — это не преступление.

Грейс спокойно посмотрел на него.

— Вы знаете, кто убил тех двух людей?

Левая бровь Деверо дёрнулась. Он перевёл дыхание и ответил:

— Да.

И Оуэн Грейс, и Филеас Кармайкл вздрогнули от неожиданности. Ни один из них не ожидал такого ответа. Удивительно, но Грейс пришёл в себя первым.

— Кто? — спросил он. — Кто это сделал?

Кармайкл встряхнулся.

— Мне нужно немного времени наедине с моим клиентом!

— У вас только что было время наедине с вашим клиентом, мистер Кармайкл. Больше ничего не нужно, — Грейс уставился на Деверо. — Кто их убил?

— Детектив Грейс! Я требую разговора с моим клиентом наедине! — Кармайкл ткнул большим пальцем в Деверо. — Не произносите больше ни слова!

Деверо пожал плечами, глядя на Грейса.

— По совету адвоката… — начал он.

— Отлично, — отрезал Грейс. — У вас три минуты, — он выключил магнитофон и вышел из комнаты.

Как только дверь закрылась, Деверо взглянул на гремлина. Кармайкл ничего не сказал. Он даже не взглянул на своего клиента.

— Вы хотите что-то сказать? — поинтересовался Деверо.

Кармайкл поднял руку, призывая к молчанию. Прошло ещё несколько секунд, затем он поднял голову и заговорил спокойным, ровненьким голосом.

— Вы знаете, что это было, мистер Вебб? Я мысленно сосчитал до десяти. Если бы я этого не сделал, то, скорее всего, сам оказался бы в тюрьме за нападение при отягчающих обстоятельствах. Причина в том, — его голос внезапно перешел на пронзительный визг, — что я ваш бл*дский адвокат! Я тот, кому вы сообщаете информацию, имеющую отношение к делу! Если вам что-то известно об этом бл*дском убийстве, то вы, бл*дь, говорите мне, и тогда я смогу заключить бл*дскую сделку с бл*дской полицией, чтобы вытащить вас отсюда к бл*дской матери! — его ноздри раздувались, а тело дрожало.

— С вами всё в порядке, Филеас? — спросил Деверо. Он придвинул к нему стаканчик кофе. — Не хотите ли попить?

Гремлин проигнорировал это предложение.

— Расскажите мне о переулке Гудмана.

— Вы мой адвокат, верно?

— Да.

— Это означает конфиденциальность информации клиента?

— Да.

— Не имеет значения, кто вас нанял или кто оплачивает ваш счёт? Вы не будете повторять то, что я вам скажу?

— Я не произнесу ни слова, пока вы мне не разрешите, мистер Вебб. — Кармайкл начал успокаиваться. — Что вам известно об этих двух убийствах?

— Я расскажу вам с Грейсом одновременно. Я хочу, чтобы вы выслушали это вместе.

Кармайкл покачал головой.

— Нет. Если у вас есть информация о другом преступлении, мы можем использовать её, чтобы помочь вам с обвинением в убийстве Джонатана Ли.

Выражение лица Деверо было непреклонным.

— Я не убивал Джонатана Ли.

Кармайкл замахал руками.

— На самом деле это не имеет отношения к делу.

— Мне не нужно заключать сделку, — сказал Деверо. — Но мне правда нужно поговорить с вами и Грейсом.

Кармайкл тяжело вздохнул.

— Мистер Вебб, я не смогу эффективно действовать в качестве вашего адвоката, если вы не последуете моему совету.

— Всё в порядке, Филли, — Деверо похлопал его по плечу. — Я не буду ставить вам в вину то, что произойдёт. Давайте вернём сюда Грейса.

***

Запись была запущена снова. Детектив Грейс облизывал губы в предвкушении, его желание раскрыть два преступления за один день брало над ним верх.

— Ну что, мистер Вебб?

Деверо сложил руки вместе.

— Как я уже говорил, я слышал, что в переулке Гудмана что-то происходит, и что в этом замешан оборотень. Я решил отправиться на разведку. Я проник в дом, о котором шла речь, до того, как туда вошла вооружённая полиция. Оказавшись там, я обнаружил два трупа. Я также обнаружил двенадцатилетнюю девочку-оборотня, которая была очень даже жива.

У Грейс отвисла челюсть, а Кармайкл побледнел от ужаса. Деверо и бровью не повёл.

— Я должен добавить, что эта девочка не является урождённым оборотнем. Она родилась человеком, — он встретился взглядом с Грейсом, чтобы убедиться, что детектив понимает всю важность этой детали. По внезапной бледности детектива было ясно, что он понимает.

Деверо кивнул и продолжил.

— С помощью мисс Скарлетт Кук я продолжил расследование. Оборотень, девочка, была обращена против своей воли в качестве акта возмездия своему отцу. Это превращение было проведено тайной человеческой организацией, которая насильно обращала людей из других стран в вампиров и оборотней. Затем они продавали их с аукциона тому, кто предложит самую высокую цену, вне зависимости от того, какие извращённые цели преследовали покупатели. Я не знаю, сколько всего жертв, но предполагаю, что их вполне много.

— Боже мой, — прошептал Кармайкл.

Деверо мрачно кивнул и продолжил.

— Дэвид Бернард, один из людей, найденных мёртвыми в переулке Гудмана, выполнял финансовую работу для этой организации, — он не был готов сообщить ни название «Мателот», ни имя Доминика Филлипса; если у Грейса будут все кусочки головоломки, он может решиться на какую-нибудь глупость и разобраться во всём сам. Это неизбежно привело бы к смерти детектива и, что более важно, к катастрофе для всех остальных.

— Бернард был в квартире и стал свидетелем того, как отца ребёнка-оборотня пытали на её глазах. Как, я уверен, вы уже знаете, квартира принадлежит его секретарше Марше Кеннард. Девочке было приказано убить мисс Кеннард, чтобы спасти собственного отца, но вместо этого она потеряла контроль, и её волк взял верх. Вследствие чего она напала на Бернарда, убив его и одного из его товарищей. Это не было спланированным шагом с её стороны — мне сказали, что такая потеря контроля типична для неестественным образом созданного подростка-оборотня. Она ничего не могла с собой поделать и не отвечает за свои действия.

Деверо сделал паузу и многозначительно приподнял брови, чтобы Грейс понял.

— В последовавшем хаосе нескольким людям удалось спастись, включая лидера организации, отца девочки и Маршу Кеннард.

— Бл*дский ад, — выпалил Грейс, прежде чем смог себя остановить.

— Действительно, — согласился Деверо. Он уставился на побледневшего детектива. — Полагаю, вы не нашли мисс Кеннард?

Грейс покачал головой.

— Наше рабочее предположение заключается в том, что вы причастны к её исчезновению.

Бровь Деверо раздражённо дёрнулась.

— Вовсе нет. Я никогда не встречался с этой женщиной, — он сделал всё возможное, чтобы подавить своё раздражение. Он был совершенно уверен, что Доминик Филлипс уже избавился от Кеннард. Её тело, возможно, прямо сейчас плывёт по Темзе, и никто из них этого не знает.

— Как Джонатан Ли связан со всем этим? — спросил Грейс, явно пытаясь взять интервью под контроль. — Мы знаем, что он работал в здании, где базировались Бернард и Марша Кеннард. Он, должно быть, тоже в этом замешан, — в его тоне всё ещё слышалось обвинение.

— Моё лучшее предположение, — ровным голосом произнёс Деверо, — что несчастного мистера Ли застрелили в надежде, что весть о его смерти дойдёт до Марши Кеннард, и она запаникует. Эта организация отчаянно пытается сдержать хаос, который они создали, и, без сомнения, хочет избавиться как от Кеннард, так и от ребёнка-оборотня без дальнейших проволочек. Они напали на мой дом, потому что там была девочка. Они хотят убить её, чтобы сохранить её существование — и свою деятельность — в тайне. Отсюда и довольно драматичная перестрелка, в результате которой погиб ещё один человек.

Детектив Грейс открыл было рот, но тут же закрыл его. Мгновение спустя он снова открыл его.

— Я должен пойти и попросить кого-нибудь ещё прослушать это, — дрожащим голосом произнёс он. — Если вы говорите правду, мистер Вебб, это явно выходит за пределы моей компетенции.

— О, — пробормотал Деверо, — я могу заверить вас, что это правда. Но вы не можете найти никого другого, если только не хотите, чтобы всё стало намного, намного хуже, чем есть на самом деле.

Грейс покачал головой.

— Я не понимаю. Как всё может стать ещё хуже?

Деверо взглянул на Кармайкла.

— Филеас?

Адвокат сглотнул.

— Сверхи уже много лет живут на острие ножа, — сказал он едва слышно. — Если хоть слово об этом дойдёт до сообщества сверхов, это станет взрывчаткой в пороховой бочке, которая очень долго ждала взрыва. Каждый сверх в этом городе вынужден жить в строжайших условиях. Мы ежедневно сталкиваемся с предрассудками, но справляемся с ними, потому что нам предоставляется определённая правовая защита, которая делает жизнь в этой стране сносной. Несмотря на существование мистера Вебба, создание новых оборотней и вампиров тщательно контролируется, чтобы следовать букве закона и поддерживать численность популяции. Когда кланы узнают, что люди незаконно превращают людей в волков и продают их в рабство… — он выдохнул. — Ну, давайте просто скажем так — вы не можете ожидать, что в результате воцарится мир. И это до того, как в дело вступят вампиры.

— Вампиры уже вовлечены, — небрежно сказал Деверо. Его тон отнюдь не успокоил детектива Грейса. — Я думаю, клыкастые рыщут по всему Лондону в поисках ублюдков, стоящих за всем этим. Когда они их найдут, можно ожидать фейерверка. И давайте внесём ясность, детектив, я говорю не о праздничных фейерверках.

Грейс провёл дрожащей рукой по волосам.

— Они могут использовать это как повод проигнорировать законы об ограничении численности населения и обратить столько людей, сколько захотят. Они создадут прецедент. И они обвинят людей в том, что они сами создали этот прецедент.

— Ага, — Деверо невесело улыбнулся. — И как, по-вашему, отреагируют люди, когда узнают, что детей насильно превращают в убийц? Они обвинят сверхов. Сверхи обвинят людей. Честно говоря, если вы расскажете другим людям о том, что происходит под носом у столичной полиции, слух распространится в течение нескольких часов, и к концу недели весь город будет охвачен беспорядками.

— Если вампиры уже знают, что происходит…

— Я могу справиться с вампирами, — перебил Деверо. Во всяком случае, он надеялся, что Скарлетт справится с ними. — Вам нужно справиться с людьми. А это значит, что никто не должен узнать, что происходит.

— Я не могу держать такое при себе, — прошептал Грейс. Он растерялся. При любых других обстоятельствах Деверо бы это понравилось.

— Тогда, — сказал он, — если перспектива того, что Лондон сгорит в огне, вас не убедила, позвольте мне привести ещё одну причину хранить молчание. Девочка. Ребёнок-оборотень. Я знаю, где она.

— Она убила двух человек, — пробормотал Грейс. — Ребёнок она или нет, мы должны задержать её и предъявить обвинение.

— В том, что она сделала, нет её вины. Она не могла себя контролировать — она никак не могла осознавать происходящее. Честно говоря, это чудо, что она не сбежала на улицу и не убила ещё больше людей. Она была накачана ликантропной магией, которая, смешавшись с гормонами, свела её с ума. А потом её отца пытали у неё на глазах.

— Но…

Филеас Кармайкл выпрямился. Его первоначальный шок от откровений Деверо прошёл, и он превратился в прагматичного юриста-профессионала.

— Обращение детей в рабство в высшей степени незаконно, — сказал он.

— Я знаю это, — огрызнулся Грейс.

— В тех редких случаях, когда это случается, — продолжил адвокат, — есть одна мера, которую можно предпринять.

Кровь отхлынула от лица Грейса.

— Кланы убьют её.

— Таков закон, — сказал Кармайкл.

— И закон есть… — добавил Деверо.

— Заткнитесь, мистер Вебб, — Грейс вздрогнул. — Эта девочка не выбирала превращаться в оборотня. Возможно, она опасна и заслуживает обвинения в том, что сделала, но она не заслуживает смерти.

— Да, не заслуживает, — Деверо наклонился вперёд. — Но в вашей должностной инструкции указано, что вы должны найти её и передать кланам. Они не захотят убивать её, но по закону у них не будет выбора. Так что, если вы продолжите расследование, детектив Грейс, её кровь будет на ваших руках, — он остановился — Ей двенадцать лет. Она просто девочка.

Грейс обхватил голову руками.

— Откуда мне знать, что вы говорите правду? Где у вас реальные доказательства?

— Взорвавшийся склад — это то место, где проходил аукцион рабов. Я уверен, что вы сможете разобраться во всем этом и найти доказательства, подтверждающие мою правоту. И если вы действительно этого хотите, я познакомлю вас с девочкой лично. Она подтвердит то, что я вам сказал. Она также может сорваться, снова обезуметь и случайно убить вас, но, — Деверо пожал плечами, — тогда вы будете уверены в правде.

Грейс поднял голову. Он выглядел подавленным. Он потянулся за диктофоном и выключил его ещё раз.

— Я не знаю, что делать со всей этой информацией.

— Понимаю, — сказал Деверо. — К счастью, я знаю, что делать.

Глава 22

Скарлетт пристально посмотрела на него.

— Я не могу поверить, что ты убедил Оуэна Грейса отпустить нас и молчать о происходящем.

— Всё это ему не по зубам, но он верит в свою работу. При нашей первой встрече он сказал мне, что хочет защищать людей. Детектив-сержант Грейс искренне верит, что его работа — заботиться о невинных. На данный момент он согласен, что это касается и Мартины, и позволить мне продолжать в одиночестве — лучший способ обеспечить её безопасность.

Деверо встретился с ней взглядом и добавил тише:

— Однако я подозреваю, что, как только у него появится возможность всё обдумать, он изменит своё мнение. Нам нужно убедиться, что мы раз и навсегда покончим с «Мателотом» и Домиником Филлипсом, прежде чем это произойдёт.

Она приподняла бровь.

— Мы?

— Возможно, ты и не рассказала другим вампирам о Мартине, но ты рассказала им об аукционе и о том, что мы обнаружили на складе. Я знаю, что ты предана своему виду, но, если ты дашь мне сорок восемь часов, я смогу разобраться с этим самостоятельно. Ты сама сказала, что Хорвата сейчас нет в городе, так что ты не пойдёшь против его воли, помогая мне. Он же вообще не здесь.

Скарлетт поджала губы.

— Возможно, ты недавно слышал о потрясающем новом изобретении. Оно называется телефон. Позволяет разговаривать с людьми на больших расстояниях.

— Скарлетт…

Она вздохнула.

— К счастью для тебя, я с ним не разговаривала. Он не отвечает на звонки и не выходит на связь. Формально это означает, что я отвечаю за всё. Но помимо Лорда Хорвата, в Лондоне более тысячи вампиров. Они могут помочь так, как ты даже представить себе не можешь. Мы можем помочь. Не с Мартиной, конечно, а с «Мателотом».

Деверо покачал головой.

— Я не пытаюсь строить из себя героя или притворяться, будто я непобедим и лучше всех вас. Взрывчатка на складе доказала, что Доминик Филлипс — хитрый ублюдок, который думает наперёд и планирует все возможные варианты. Мы знаем, что он отчаянно пытается скрыть свою деятельность. Если он поймёт, что каждый вампир в городе знает, чем он занимается, мы его больше не увидим. Он быстро покинет Лондон — и, вероятно, под чужим именем — и мы его больше никогда не увидим. Но я готов поспорить, что он начнёт всё сначала, где бы ни оказался. Он думает, что наткнулся на слишком славную золотую жилу, и потому не перестанет превращать людей в сверхов и порабощать их. Лучший способ остановить его навсегда — это не сзывать армию, которая спугнёт его, а использовать одного типа, который сможет незаметно подкрасться и уничтожить его прежде, чем он сообразит, что происходит.

Скарлетт скрестила руки на груди. Она была недовольна, но понимала, что он прав.

— Двух типов, — наконец, сказала Скарлетт. — Две головы лучше, чем одна. Мы можем разыскать Филлипса вместе.

— Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности с твоим Лордом.

Скарлетт нахмурилась.

— Я преданный лондонский вампир, но я также и самостоятельная личность. Я могу сдерживать вампиров, по крайней мере, на короткое время, и я разберусь с последствиями от Лорда Хорвата, когда он вернётся. Но даже если мы отследим Дома Филлипса, это не решит проблему, что делать с Мартиной. Она всё ещё оборотень-нелегал. Пройдут годы, прежде чем она сможет контролировать себя, а до полнолуния рукой подать. Ты не можешь притворяться, будто её не существует и будто она не представляет опасности. Рано или поздно все узнают о ней, и тогда никто не сможет ей помочь.

— У меня есть адвокат-гремлин, который занимается ситуацией, связанной с Мартиной. Должен же быть какой-то способ помочь ей.

Скарлетт недовольно фыркнула.

— Ты едва знаешь эту девочку. Она почти не разговаривала с тобой.

— Ты помогаешь ей почти так же много, как и я, — заметил Деверо. — И ты рискуешь больше, чем я, из-за того, кто ты.

— Я падкая на травмированных существ, — парировала она. — А у тебя какое оправдание?

— Что ж, — пробормотал он, — по крайней мере, это даёт мне повод проводить с тобой больше времени.

Скарлетт протянула руку и провела пальцами по его ключице и ниже, к центру груди. Деверо вздрогнул.

— Тебе не нужно оправдание для этого, — она наклонилась и скользнула по его губам таким лёгким прикосновением, что Деверо даже не был уверен, что это произошло. — Как мы собираемся найти Доминика Филлипса?

— У нас есть Мартина, — просто сказал он, — она нам расскажет.

— До сих пор она нам ничего не рассказывала.

— Она расскажет сейчас, — сказал Деверо.

— С чего бы вдруг?

Он пожал плечами.

— Потому что она должна это сделать.

***

Каким бы заманчивым это ни было, Деверо не хотел рисковать, угоняя ещё одну машину и навлекая на себя гнев Грейса; он и так испытывал его терпение. Он также не думал, что для Скарлетт было хорошей идеей брать вампирский автомобиль. Они не могли рисковать, вдруг за ними последуют любопытные, чтобы узнать, что они задумали. В итоге они воспользовались услугами такси.

Впервые с тех пор, как Деверо стал оборотнем, он столкнулся лицом к лицу с кем-то, кому было наплевать на то, кто он такой.

— Прошу, — сказал водитель, — можете брать салфетки, сладости или воду в бутылках.

— Спасибо, — поблагодарила Скарлетт.

— Какую музыку вы хотели бы слушать во время поездки?

— Подойдёт всё, что вам понравится.

Водитель просиял от счастья. Он взглянул на них в зеркало заднего вида.

— Вы двое очень любите друг друга, — Деверо напрягся, но мужчина беззаботно продолжил: — Я могу судить об этом по тому, как вы себя ведёте. Посмотрите, как вы сидите.

Между ними было расстояние не меньше тридцати сантиметров.

— И, — сказал водитель, — я очень хорошо знаю выражение в ваших глазах. Мы с женой вместе уже двенадцать лет, и сейчас я люблю её даже больше, чем в день нашей свадьбы, — он бросил на Деверо понимающий взгляд. — Ты будешь таким же. Я чувствую это всем своим существом.

Деверо украдкой взглянул на Скарлетт. Насколько он знал её, ей совершенно не свойственны длительные отношения любого рода, но он не мог упустить такую очевидную возможность. Он потянулся через сиденье, взял её руку и поднёс к своим губам.

— О, я вполне могу в это поверить, — пробормотал он, поцеловал её руку, а затем медленно обвёл указательным пальцем центр её ладони. Скарлетт удовлетворённо улыбнулась в ответ, затем подбодрила его, наклонившись к нему и положив руку ему на бедро.

— Мы так сильно любим друг друга, — протянула она, растягивая слова. Её рука скользнула выше. — Очень сильно. Между нами говоря, — сказала она водителю, — я думаю, что он сделает это со дня на день, — внезапно её ногти впились в его ногу, и у него перехватило дыхание.

— Ну что ж, — сказал Деверо. — Сейчас самое подходящее время, — он повернулся к Скарлетт. — Моя дорогая. Ты выйдешь за меня замуж?

— О, непременно.

— У вас будут замечательные дети, — с восторгом заявил водитель.

Улыбка Деверо стала ещё шире.

— Конечно, будут. И, — добавил он, — я действительно с нетерпением жду, когда Скарлетт будет постоянно дома. Я знаю, ей понравится вести домашнее хозяйство.

— Глажка — это моя жизнь, — подтвердила Скарлетт. — Нет ничего приятнее, чем убедиться, что мой мужчина ходит в идеально накрахмаленных рубашках.

Водитель улыбался, пока его взгляд не упал на рубашку Деверо. После нескольких часов, проведённых на жёсткой тюремной кровати, она была мятой и грязной. Она была так же далека от накрахмаленной свежести, как перезрелый банан.

— Вы смеётесь надо мной, — мужчина, казалось, не был особенно расстроен. — Но я буду смеяться последним. Вам двоим суждено быть вместе. Я уверен в этом. Мы все заслуживаем такого счастья, — он остановился у дома миссис Фостер. — Хорошего дня. Оставайтесь сухими. Скоро будет гроза. И не забудьте поставить мне хорошую оценку!

Они вышли.

— Ну что ж, будущий муж, — сказала Скарлетт, оглядывая дом, — всё выглядит достаточно спокойно. Будем надеяться, что наша маленькая свирепая подопечная ещё не убила доктора Яру и эту учительницу, — она погрозила ему пальцем. — Потому что, если это так, тебе самому придётся вытирать кровь. Я ожидаю, что ты будешь выполнять свою часть домашних обязанностей, — их взгляды встретились, и её голос изменился. — Это не так смешно, как звучало в моей голове. Ты понимаешь, что внутри вполне может быть бойня?

— Всё будет хорошо, — Деверо хотел бы чувствовать ту уверенность, которая прозвучала в его голосе. Он расправил плечи и подошёл к входной двери. Затем позвонил в дверь и скрестил пальцы.

***

— Всё замечательно, — сказала Рэйчел Фостер. — Тип-топ. Мы немного беспокоились, где вы были и почему вас так долго не было, но никаких проблем не возникло.

Деверо опустил взгляд на ковер. У его ног лежало несколько осколков белого фарфора.

— Я уронила чашку, — сказала доктор Яра. — Я очень неуклюжая женщина.

— Хирурги, как правило, не бывают неуклюжими, не так ли? — спросила Скарлетт, поднимая два обломка дерева с соседнего стола.

— Это поделка, — сказала Рэйчел. — Я делаю колья, — она изобразила колющее движение рукой, указывая на сердце Скарлетт.

Скарлетт посмотрела на Деверо.

— А она дерзкая, — прокомментировала она. — Она мне нравится.

Деверо вздохнул.

— Что случилось?

Яра и Рэйчел обменялись взглядами, выражающими взаимное смирение.

— Мартина, становиться всё тревожнее. Вас здесь не было. Это новое место. Она начала паниковать и, — доктор Яра пожала плечами, — потеряла контроль.

Бл*дь.

— На самом деле всё не так уж плохо, — сказала Рэйчел. — Мы справились с этим, — она слегка повернула голову. При этом её волосы упали на одну сторону, открывая длинную царапину на шее. Она выглядела болезненно глубокой.

— Простите, — пробормотал Деверо.

Рэйчел выпрямила спину и бросила на него повелительный взгляд.

— Тебе не за что извиняться.

— Мартине от меня ничего не угрожает, — сказал он, понимая, почему женщины пытались притвориться, что всё в порядке. — Что бы она ни сделала. Она не отвечает за свои действия, когда превращается в волка. Могу вас заверить, что я не собираюсь причинять ей вреда.

Скарлетт скрестила руки на груди.

— Возможно, у тебя не будет выбора, — тихо сказала она.

Деверо сердито посмотрел на неё. Такого рода комментарии были бесполезны.

— Где она?

— Доктор Яра вколола ей транквилизатор, затем нам удалось вывести её в сад и забаррикадировать в садовом сарае.

— Мартина заперта в твоём сарае?

Рэйчел беспомощно пожала плечами.

— Это лучшее, что мы могли сделать. Нам пришлось укрепить дверь, чтобы удержать её внутри. Насколько я могу судить, она всё ещё в своём волчьем обличье. Она начинает приходить в себя — я слышала несколько жалобных стонов. И я не уверена, что там безопасно. Пока мы разговариваем, ветер усиливается.

Доктор Яра прикусила губу.

— Я не могу снова давать ей успокоительное. Это слишком опасно. Все эти лекарства… — она покачала головой. — Это нехорошо. Слишком много, и её почки страдают. И печень тоже.

Деверо выдохнул.

— Хорошо, — сказал он. — Хорошо. Мы никогда бы не смогли полагаться на транквилизаторы как на долгосрочную меру. И вы правы, мы не можем держать её взаперти в садовом сарае. Должен быть другой способ.

Скарлетт открыла рот, чтобы что-то сказать, но Деверо хмуро посмотрел на неё.

— Не такой способ, — она снова закрыла рот.

— Что нам делать, мистер Вебб? — спросила доктор Яра. — Вы тоже волк. У вас, должно быть, есть идея.

Рэйчел с тревогой посмотрела на него.

— Она ещё ребёнок. Не важно, на что она способна, мы не можем держать её взаперти. Это неправильно. Мы лишаем её свободы, жизни и… и… и… счастья. Это неправильно, — повторила она.

Деверо замер.

— Что такое? — спросила Скарлетт.

— Счастье, — сказал он. — Об этом говорил водитель такси. Об этом говорила Рэйчел. Это то, к чему мы все стремимся, верно?

Она поджала губы.

— К этому и к хорошему сексу.

— Хороший секс ведёт к счастью, дорогая, в этом всё дело, — взгляд Рэйчел остановился на Деверо. — О чём ты думаешь?

— У меня есть идея, — сказал он.

Глава 23

— Между прочим, — сказала Скарлетт, — я думаю, что это очень плохая идея. И ты же помнишь, что мы пытаемся остановить международную сеть торговцев людьми, прежде чем тебя снова посадят в тюрьму и предъявят обвинения в различных убийствах, потому что тебя легче всего обвинить?

Деверо улыбнулся ей.

— Что самое худшее в том, чтобы быть сверхом?

— Все эти ограничения, — мгновенно ответила она. — К нам относятся как к низшему подвиду, потому что мы немного отличаемся.

Рэйчел фыркнула.

— Очень отличаетесь.

Деверо воздел руки к небу.

— Нас раздражают законы о сверхах, потому что они дают нам меньше свободы. Что самое худшее из того, что мы обнаружили на складе?

Губы Скарлетт скривились.

— Рабы, конечно.

— У них отняли свободу. У них отняли выбор. Как и счастье.

— Те двое, которых мы видели, всё ещё рабы, Деверо. И, вероятно, таких, как они, ещё много. Мы никому из них не помогли.

— Пока нет, — ответил он. — Мы ещё не помогли им. Но поможем. Сейчас мы должны сосредоточиться на Мартине. Если поможем ей, то поможем всем остальным. И это единственный способ помочь ей.

— В конечном итоге из-за тебя кто-нибудь может погибнуть.

Он указал на тенистые деревья перед ними. Их ветви раскачивались на ветру, но они обеспечивали некоторое укрытие от непогоды.

— Мы на окраине города. Сейчас темно, и вокруг никого нет. Всё будет в порядке.

— Я припомню тебе эти слова попозже.

Деверо кивнул ей.

— Я возьму на себя всю ответственность, если что-то пойдёт не так, — он запрокинул голову и посмотрел на почти полную луну, висевшую в ночном небе. Затем он обошёл машину Рэйчел сзади.

Мартина свернулась калачиком в задней части сарая, и её жёлтые волчьи глаза сузились, глядя на него. В её злобных намерениях не было сомнений. Все её инстинкты подсказывали ей убить его, Скарлетт и любого другого, кто встанет у неё на пути.

Деверо начинал понимать, почему его собственные люди так боялись его. Оборотень — даже двенадцатилетний оборотень, связанный и страдающий от действия успокоительного — был невероятно пугающим.

Он постучал по стеклу окна. Мартина не пошевелилась. Он присел на корточки, пока не оказался лицом к лицу с ней.

— Я выпущу тебя через минуту, — сказал Деверо достаточно громко, чтобы его голос был слышен через окно. — И тогда мы посмотрим, на что ты действительно способна.

Она была в волчьем обличье, но всё ещё могла общаться. При его словах шерсть на её загривке встала дыбом, а губы растянулись в едва заметном оскале. Сейчас она была скорее волчицей, чем девочкой, но понимала, о чём он говорит. Она поняла, что ей брошен вызов, и была более чем готова принять его.

Деверо повернулся к Скарлетт.

— Наверное, будет разумнее, если ты отойдёшь в сторону.

Она фыркнула.

— Я могу сама о себе позаботиться, — тем не менее, она отошла подальше от Мартины. — Знаешь, — окликнула она его из темноты, — ты в большей опасности, чем я. Её зверь узнал твоего зверя и хочет его уничтожить.

— Что ж, — пробормотал Деверо себе под нос, — мне лучше быть чертовски осторожным, — он потянулся к двери и открыл её.

Мартина бросилась вперёд, превратившись в размытый клубок шерсти. В последнюю секунду перед тем, как её зубы вонзились бы в его плоть, она была вынуждена остановиться. Верёвка, удерживавшая её на месте, натянулась.

Деверо прищёлкнул языком.

— Ну-ну, — пожурил он её. Он протянул пальцы к узлам верёвки. Несмотря на свою уверенность перед лицом сомневающейся Скарлетт, он не мог гарантировать, что это сработает, но он должен был попытаться. Он глубоко вздохнул и развязал узел. — Теперь ты можешь идти, — прошептал он.

На этот раз Мартина не пошевелилась. Она сердито смотрела на него, но подозрительность к его действиям заставляла её оставаться на месте. Деверо сделал шаг назад, затем ещё один и ещё. Когда он оказался в двух метрах от задней части машины, Мартина отреагировала.

Она выпрыгнула из сарая и упёрлась всеми четырьмя лапами в землю. Её уши были прижаты к голове, а шерсть на спине стояла дыбом. Она шумно дышала, и в прохладном ночном воздухе её дыхание превращалось в пар.

Деверо пригвоздил её взглядом.

— Жди, — приказал он, в его голосе слышалось принуждение.

Мартина зарычала.

Деверо повторил это снова.

— Жди.

Тело Мартины задрожало. Её жёлтые глаза сверкали обещаниями крови и мести. Она оскалила зубы, показывая ему, что убивала раньше и готова сделать это снова. Он чувствовал запах её страха, но за этим скрывалось что-то ещё. Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что это: сила. То, что он почувствовал, было её силой. Она встряхнула шерстью и напряглась, мышцы на её задних лапах поджались. Затем она рванула к нему.

Деверо успел пригнуться в последний момент, и волчица Мартины пролетела над его телом. Он почувствовал, как мягкие кончики её шерсти коснулись его шеи. Спустя долю секунды она исчезла, растворившись в ночи.

— Ну, это не сработало, — непринуждённо произнесла Скарлетт откуда-то из-за дерева справа от него.

Деверо сверкнул улыбкой.

— Жди, — сказал он в последний раз. А затем он позволил своему волку вырваться на свободу и бросился за Мартиной.

Ветер трепал его шерсть, когда он побежал в темноту, оставив маленькую стоянку и Скарлетт позади. Ночь манила его, и сам воздух, казалось, был наполнен мириадами запахов и звуков. Он слышал отдалённый шум автострады и шум проезжающих мимо машин на востоке. На западе вода в широкой реке с журчанием набегала на камни и камыши. У него защипало в ноздрях, когда барсук вынырнул из своей берлоги, а сова пронеслась над головой в поисках вкусной добычи. И да, его чёртовы яйца снова чесались.

Он прибавил скорость, несясь всё быстрее и петляя между деревьями. Его лапы почти не оставляли следов на мягкой, покрытой травой земле. Кровь Деверо запела. Вот. Вот что значит быть волком.

Его зоркий глаз уловил какое-то движение. Он бросился вперёд, наступая Мартине на пятки, но ему не нужно было видеть её, чтобы понять, что он настигает её. Она была слишком молода и не обладала его силой и скоростью. Но всё было не так, как с бандитом, когда он заставил его бегать по полям; речь шла не о том, чтобы поймать её или уложить. Речь шла о том, чтобы предоставить свободу, необходимую её оборотню.

Впереди она изменила курс и повернула налево. Сначала Деверо скорректировал траекторию и приготовился следовать за ней, но затем понял, что она делает, и снизил скорость. Умно. Она поняла, что не сможет убежать от него, поэтому использовала другую тактику.

Он перешёл на шаг, держа нос высоко поднятым, чтобы не потерять её запах. Ему не стоило беспокоиться, Мартина обошла его кругом и теперь находилась у него за спиной. Она не убегала. Она решила, что не собирается становиться добычей. Она решила, что ей гораздо больше нравится быть хищницей.

Несмотря на то, что Деверо ожидал этого, он всё равно дёрнулся, когда услышал внезапный свист воздуха, и она бросилась вперёд. Она приземлилась на него всем телом, её когти вонзились в его густую шерсть и кожу. Её челюсти широко раскрылись, а затем сомкнулись, впившись ему в загривок. Он почувствовал короткую вспышку боли. Он встряхнулся, и она упала на землю, но он был осторожен, и падение даже не выбило воздух из её лёгких.

Деверо наклонил голову и легонько куснул её за плечо. Затем он лизнул то же самое место и отстранился, позволяя ей снова напасть.

Мартина повернулась к нему, и он встретился взглядом с её волчьими глазами. На этот раз что-то изменилось. Её шерсть на загривке по-прежнему стояла дыбом, но не так сильно, как раньше, а уши стали более заострёнными.

Деверо недолго был оборотнем. Он ещё не видел полнолуния, и у него не было клана, который мог бы научить его, что к чему, но каким-то образом он знал. Он слегка пригнул голову и опустил переднюю часть тела. Это не подчинение — это игра.

Мартина уставилась на него. Возможно, она не понимала. Да и как она могла понять? Но затем, очень медленными и просчитанными движениями, она склонила голову набок. Секунду спустя она бросилась на него. На этот раз её когти были спрятаны.

Деверо позволил ей прыгнуть, и она снова приземлилась на него сверху. На этот раз он позволил ей оставаться на месте в течение нескольких секунд, прежде чем стряхнуть её. Он шлёпнул её лапой по морде, и у неё высунулся язык. Он отскочил в сторону, и она последовала за ним. Затем он развернулся и снова помчался через лес. Он не пытался бежать со всех ног — он не хотел потерять её — но поддерживал достаточную скорость, чтобы проверить её и заставить попотеть. Он обежал вокруг дуба, спустился по небольшому склону, пересёк крошечный ручеек и продрался сквозь редкие заросли кустов и веток. Мартина всю дорогу следовала за ним по пятам.

Деверо добрался до склона. Вместо того, чтобы прибавить скорость, он притормозил, чтобы Мартина могла поравняться с ним. Они вместе помчались вверх по склону, который становился всё круче. Его охватило возбуждение и радость. Он двинулся дальше и достиг вершины холма, прежде чем, наконец, остановился. Запрокинув голову и снова увидев луну, полную, белую и сияющую, он открыл рот и начал выть. Секунду спустя Мартина присоединилась к нему, и их крики слились в странный, но прекрасный хор. Этот мир принадлежал им. Деверо знал это как своё собственное имя. Это было счастье.

Внезапно сбоку послышался шорох, и воздух наполнился мускусным запахом. Возможно, это был барсук или горностай. Вой Мартины резко оборвался, и она повернулась к источнику звука, готовая к нападению. Деверо даже не взглянул на неё; всё, что он сделал — это зарычал. Мгновение спустя её плечи опустились в знак согласия, и в этот момент он понял, что завоевал её.

***

Ветер по-прежнему набирал силу, заставляя деревья поблизости трещать и трястись с гораздо большей силой, чем раньше. Деверо был уверен, что слышал отдалённые раскаты грома. Как и заявлял уверенный таксист, приближалась гроза. От разряженного воздуха у Деверо по коже побежали мурашки. Мартина вздрогнула и настороженно посмотрела на небо, она тоже это чувствовала.

Скарлетт накинула на плечи девочки клетчатое одеяло и подала ей чашку горячего шоколада из термоса. Мартина сделала глоток, обхватив дымящуюся чашку своими крошечными пальчиками, и настороженно посмотрела на Скарлетт.

— Почему у тебя только один клык? — прямо спросила она. — У тебя его отняли?

К чести Скарлетт, она не дрогнула.

— У меня его никто не отнимал. Я потеряла его, когда пыталась помешать плохому человеку совершать плохие поступки.

Мартина кивнула, переваривая услышанное.

— Я плохая, — сказала она. — Я совершала плохие поступки.

— Ты хочешь сказать, что убивала людей.

Деверо втянул в себя воздух, но Скарлетт бросила на него предостерегающий взгляд.

Мартина прикусила губу.

— Да, — тихо сказала она.

— Как ты думаешь, что случилось бы, если бы ты их не убила? — спросила Скарлетт как бы между прочим.

— Я… — Мартина моргнула, явно поражённая вопросом. — Я не знаю.

— Нет, ты знаешь.

Девочка сделала ещё один глоток горячего шоколада и дрожащими руками отставила чашку в сторону.

— Я думаю, они убили бы моего отца, — прошептала она. — Они продолжали избивать его. И… и…

— Тебе не обязательно продолжать, — прервал её Деверо.

— Нет, обязательно, — сказала Скарлетт и посмотрела на него. — Ей нужно осознать, что она сделала. Это единственный способ двигаться вперёд.

— Это не её вина.

— Я это знаю, и ты это знаешь, — ответила Скарлетт. — Мартина тоже должна это понимать.

Раздался ещё один раскат грома, и Деверо почувствовал, как по его лицу закапали капли дождя. Он сжал губы и отвернулся. Мартина смотрела на них обоих широко раскрытыми глазами.

— Как ты думаешь, Мартина, что бы с тобой случилось? — тихо спросила Скарлетт.

Мартина едва заметно покачала головой.

— Они хотели, чтобы я убила женщину, — прошептала она.

Скарлетт мрачно кивнула.

— Ты спрашивала о моём клыке. Ты спрашивала, забрали ли они его.

Мартина сглотнула.

— Так они сделали с Маркусом. Они связали его, а потом взяли плоскогубцы и… — её лицо побледнело. — Было много крови.

— Маркус был вампиром?

— Да.

— Почему они так с ним поступили?

Она опустила голову.

— Мастер сказал, что люди, которые купили Маркуса, боялись его. Им нужен был вампир, но не такой, который был бы опасен.

Скарлетт повернула голову, и её глаза встретились с глазами Деверо. В их тёмной глубине сверкала невысказанная ярость, но, когда она снова обратилась к Мартине, её голос оставался мягким.

— Мастер?

— Мастер Дом. Это он сделал меня такой. Он заставил того, другого волка укусить меня. Три раза.

— Угу, — Скарлетт поджала губы. — Что ж, Мартина, тебе нужно знать три вещи. Во-первых, никому не позволено заставлять кого-либо становиться оборотнем против его воли. Ты не выбирала быть волком. На самом деле, ты не могла выбрать быть оборотнем, потому что ты не можешь сделать этот выбор, пока не станешь взрослой. Во-вторых, дети, которых превращают в волков, не могут контролировать то, что происходит, когда они обращаются. Честно говоря, это чудо, что тебе удалось сдерживаться, пока они не избили твоего отца у тебя на глазах. Это невероятное самообладание.

— Но Мастер сказал, что есть много молодых оборотней. Много таких детей, как я. Он сказал, что они могут контролировать себя, поэтому я тоже должна уметь.

— Оборотни, о которых он говорит, родились такими. Их тела готовы справиться с тем, что с ними происходит. Твоё — нет. Как ты думаешь, что произойдёт, если разворошить осиное гнездо?

Мартина уставилась на неё.

— Осы тебя ужалят.

— И зачем им это делать?

— Они рассержены. Они защищают себя от тебя.

— Да, — взгляд Скарлетт стал пристальнее. — Кто виноват, если кто-то сунулся в осиное гнездо и его там ужалили?

— Тот, кто туда сунулся, — прошептала Мартина.

— Именно так, — Скарлетт удовлетворённо кивнула.

Мартина на мгновение задумалась.

— А что третье? — спросила она наконец. — Ты сказала, что есть три вещи, которые мне нужно знать. Это всего лишь две.

— Деверо? — переспросила Скарлетт.

Он вздёрнул подбородок.

— Люди, которые лишают вампиров клыков, которые превращают людей в оборотней и вампиров против их воли и заставляют их убивать других, и которые также продают этих людей, чтобы получить прибыль, и убивают любого, кто встаёт у них на пути — такие люди не заслуживают того, чтобы жить. Их убийство не должно ложиться на твои плечи, Мартина. Это не твоя обязанность. Но помочь тебе было некому. Ты была одна, и они не оставили тебе выбора.

Мартина шмыгнула носом, и одинокая слезинка скатилась по её щеке. Она яростно смахнула её.

— Это они виноваты, — сказала она. — Они сами сделали это. Это сделал Мастер.

— Это правда, — Скарлетт села и обняла её за плечи. — Ты во всём этом не виновата.

Деверо опустился на колени перед Мартиной.

— Почему ты не рассказала нам обо всём этом раньше? — его голос был скорее нежным, чем обвиняющим, но она всё равно вздрогнула.

— Потому что я не одна такая. И Мастер сказал, что если мы попытаемся сбежать или расскажем кому-нибудь о том, что происходит, то… то… то он причинит боль тем, кто остался позади, — её слова упали до шёпота. — Он нехороший человек. И если мой отец у него… — она не смогла закончить предложение.

Деверо взял её за руки и сжал их.

— Послушай меня. Ты не одинока. Я найду твоего отца. И я остановлю Доминика Филлипса, чтобы он больше никогда не делал ничего подобного. Ты можешь мне доверять. Ты знаешь, что можешь.

— Хорошо, — её голос был тихим.

— Я серьёзно, Мартина.

Она прикусила губу.

— Но что будет, если я снова потеряю контроль? Что будет, если я убью кого-нибудь ещё?

Скарлетт наклонилась ко мне.

— Ты этого не сделаешь.

— Почему нет? — спросила Мартина.

Она улыбнулась Деверо.

— Потому что вот этот мужчина — альфа-волк. И он тебе этого не позволит.

Глава 24

— У нас проблема, — сказал Деверо Рэйчел Фостер и доктору Яре, когда они вернулись домой. Дождь усилился, и снаружи послышалось несколько ударов, когда ветер подхватил пустые мусорные баки и расшатавшуюся черепицу и отправил их в полёт по улице.

— Я даже представить себе не могу, что бы это могло быть, — ответила Рэйчел, наблюдая за Мартиной с полуоткрытым ртом. Поведение девочки изменилось. Больше не было ощущения, что она балансирует на острие ножа между жестокостью и отчаянием. Вместо этого, несмотря на усиливающуюся грозу за окном, её глаза сияли, и она чувствовала себя более расслабленной, хотя раньше в ней чувствовалось только беспокойство. Её тревога за отца и за поступки, которые она совершила по неосторожности, не исчезла, но теперь глядя на Деверо, она верила, что он во всём разберётся.

Он молился, чтобы ему удалось сдержать свои обещания.

Мартина откусила кусочек яблока и поджала под себя ногу.

— Я не знаю, где находится «Мателот», — прямо заявила она. — И я не знаю, где находится Мас… То есть, — поправилась она, — где находится Доминик Филлипс. Когда мы куда-нибудь ехали, мне всегда завязывали глаза.

— Эти ребята действительно не любят идти на риск, — сказала Рэйчел.

— Они транспортная компания, да? — доктор Яра огляделась. — Мы отправимся в порт и найдём их корабль. Тогда мы найдём их. Тогда мы покончим с этим.

— Вот только, — сказала Скарлетт, — либо они очень хорошо заметают следы, либо у них сейчас здесь нет судов. Мы навели справки, и я позвонила паре своих знакомых, которые работают в Лондонском порту. Ни на одном из причалов или терминалов нет никаких признаков того, что какое-либо судно принадлежит компании «Мателот». Если у них здесь и есть какие-либо суда, они зарегистрированы под другим названием.

— И нет никаких очевидных лондонских адресов ни Филлипса, ни «Мателота», — мрачно добавил Деверо. — Без ордера мы ничего не сможем найти. Мы могли бы обратиться к детективу Грейсу и попросить его провести для нас обыск, но это опасный путь. Однажды мы договорились с ним, но я не уверен, что нам удастся сделать это снова.

Рэйчел постучала пальцем по губам.

— Вы думаете, что секретарша сбежала, когда в переулке Гудмана всё пошло прахом, верно? Эта женщина, Марша Кеннард?

Мартина выглядела бледной, но её челюсти были твердо сжаты.

— Да, я так думаю. Всё было как в тумане. Я помню только вспышки после того, как я… изменилась. Думаю, так и было.

— И, — мягко сказала Рэйчел, — твой отец пострадал.

Мартина кивнула.

— Но это случилось раньше. Его избили, — она сглотнула, но голос её не дрогнул. — Это было правда ужасно. Они били его по ногам, и я думаю, что одна из них сломана. Я слышала треск. И нос у него тоже был сломан. Было много крови.

Деверо пристально смотрел на неё.

— Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы найти его и помочь.

Мартина не отвела взгляда.

— Я знаю.

— Итак, — сказала Рэйчел, — мы предполагаем, что отец Мартины всё ещё находится в плену у «Мателота», но Марша Кеннард сбежала и прячется где-то в укромном месте. «Мателот» ищет её, и у них есть преимущество перед нами. Давайте не будем забывать, что Доминик Филлипс послал бандита разгромить тот офис, хотя Дэвид Бернард был уже мёртв.

Деверо скривил губы.

— Да. Филлипс послал Кеннард неприятное сообщение, — он взглянул на Мартину, но было слишком поздно что-либо приукрашивать, она всё поняла. Чёрт возьми, она уже пережила это. — Если она покажется, то закончит с пулей в черепе. К сожалению, сейчас, скорее всего, лишь вопрос времени, когда «Мателот» настигнет её.

Рэйчел нахмурилась.

— Марша Кеннард работала на влиятельного адвоката, проявившего преступную халатность. Она не может быть идиоткой. Она знала достаточно, чтобы убежать и спрятаться, когда всё пошло наперекосяк. Она больше не собирается показываться на глаза.

Деверо встал, подошёл к окну и некоторое время смотрел на тихую улицу, прежде чем снова отвернуться.

— Это было бы самоубийством с её стороны.

В разговор вклинилась Скарлетт.

— Погром в её офисе и убийство Джонатана Ли не заставят её позвонить Доминику Филлипсу и рассказать, где она находится. Он не может всерьёз на это рассчитывать. Что, если его так называемое сообщение не было направлено на то, чтобы оказать на неё давление и посеять панику? Что, если это связано с чем-то другим?

Они все посмотрели друг на друга.

— Она знает, где хоронят тела, — медленно произнесла доктор Яра.

Скарлетт согласилась.

— Она была секретаршей Дэвида Бернарда, и мы знаем, что Бернард был связан с «Мателотом» по самые уши. Бернард и Филлипс с самого начала по какой-то причине хотели её смерти. Держу пари, что за этим кроется нечто большее, чем просто её требования, чтобы Бернард перестал иметь дело с «Мателотом».

— Да, — сказал Деверо, увлекаясь этой темой и обдумывая последствия. — Да. Она наверняка знает, откуда у «Мателота» деньги и куда они направлялись. Смысл в том, чтобы она держала язык за зубами, иначе погибнет ещё больше людей.

— Если мы найдём Маршу Кеннард, держу пари, мы найдём всё и вся, — сказала Скарлетт. — Она знает о «Мателоте». Она может указать на Доминика Филлипса и, вероятно, предоставить достаточно улик, чтобы упечь его за решётку пожизненно. Я думаю, что с её помощью мы сможем найти всех, кто покупал вампиров или оборотней. Мы можем не только освободить их, но и убедиться, что все эти ублюдки заплатят за то, что они сделали. Мы также можем найти Доминика Филлипса и помочь отцу Мартины. Марша Кеннард — ключ ко всему.

— Но как найти человека, который не хочет, чтобы его нашли? — спросила доктор Яра.

Рэйчел удивлённо подняла брови, глядя на Деверо.

— У вас, должно быть, есть связи в криминальном мире, которые могут помочь.

— Не для таких дел, — ответил он. — Мой круг общения был несколько иным, — он провёл рукой по волосам. — Нам придётся начать с самого начала и вернуться на место преступления. Может быть, мы найдём что-то, что упустила полиция.

Скарлетт мрачно улыбнулась.

— Сейчас самое подходящее время, — она выглянула в окно. Словно в ответ на её слова, внезапно раздался громкий раскат грома и завывание ветра, от которого задребезжали окна в комнате Рэйчел. — И будь проклята эта буря.

***

В четыре часа утра узкие улочки вокруг переулка Гудмана выглядели очень зловеще. Вокруг никого не было, а уличное освещение было явно недостаточным. Неистовый ветер трепал их волосы и одежду; через несколько секунд после того, как Скарлетт и Деверо вышли из машины, они насквозь промокли под проливным дождём. Оставалось только улыбаться и терпеть.

Они ссутулили плечи и направились в сторону переулка Гудмана, оставив машину Рэйчел Фостер на том же месте, где Деверо припарковал свой собственный автомобиль, когда был здесь в первый раз. Он исчез, несомненно, конфискованный детективом Грейсом и чёртовой полицией без всякой уважительной причины, кроме как для того, чтобы позлить его.

Единственным признаком жизни была жирная крыса, которая, как он заметил, юркнула в ближайшую канализацию в поисках убежища от грозы. Скарлетт и Деверо нырнули под навес, который давал хоть какое-то укрытие, и осторожно направились к дому Марши Кеннард.

— А ты знал, — спросила Скарлетт, повышая голос, чтобы Деверо мог расслышать её сквозь шум ветра и дождя, — что после секса самец крысы поёт сам себе? Этот звук выше обычного уровня слышимости, поэтому я сомневаюсь, что даже оборотень смог бы уловить звуки, но это научно доказано.

— Ты поёшь после секса, Скарлетт?

Она пожала плечами.

— Всё когда-нибудь случается в первый раз, — она огляделась по сторонам. — Что скажешь? Ты, я, бурная ночь и кровавое место преступления? Это очень возбуждает.

Он пристально посмотрел на неё, и она улыбнулась в ответ.

— Давай сначала найдём наших грязных крыс, хорошо? — предложил он.

— Ну, если ты настаиваешь, — улыбка Скарлетт исчезла, а тон изменился. — Я должна извиниться перед тобой, Деверо. Я не думала, что тебе удастся справиться с Мартиной, но ваша небольшая прогулка по лесу действительно сработала.

— Радость свободы нельзя недооценивать.

— Мартина не свободна. То, что ты дал ей сегодня вечером, было не более чем иллюзией свободы.

Он не стал с ней спорить.

— Может, этого окажется достаточно.

— Может быть, — она коснулась его руки. — Но если это не так, не кори себя слишком сильно. Ты сделал для неё больше, чем кто-либо другой. Я действительно верю, что в глубине души ты хороший мужчина, Деверо Вебб.

— Приму это как комплимент.

— Так и задумывалось.

Он остановился и взглянул на неё.

— Ты хорошая женщина. У тебя было множество возможностей рассказать другим людям об её существовании.

Скарлетт вздохнула.

— Продолжая молчать, я подвергаю риску ещё больше жизней, поэтому я не уверена, что это делает меня хорошей. Независимо от того, что я сказала Мартине, я не уверена, что она сможет контролировать своего волка.

— Тогда зачем это делать? — спросил он. — Зачем помогать ей?

— Я делаю это не ради неё.

Деверо почувствовал, что у него перехватило дыхание. Чёрт бы побрал эту чёртову бурю. Он наклонился вперёд и опустил голову. Она запрокинула свою голову вверх. Затем он встряхнулся и резко отстранился.

— Извини, — пробормотал он.

Скарлет кивнула.

— Сначала мы должны найти Маршу Кеннард и всех этих крыс.

— Верно.

Она подняла руку и провела по щетине на его подбородке.

— Предвкушение — это так восхитительно, ты не находишь? — она одарила его ещё одной улыбкой, от которой у него замирало сердце. — Тогда пошли. Давай посмотрим, что мы сможем найти.

Они вышли с тротуара под проливной ледяной дождь. Окна в зданиях вокруг них дребезжали от порывов ветра, но они продолжали двигаться в сторону переулка Гудмана, почти не соприкасаясь телами.

Деверо болезненно осознавал близость Скарлетт. Он никак не мог её разгадать. За всеми её беззаботными шутками и дерзкими остротами скрывалось нечто гораздо большее, и он сильно подозревал, что, несмотря на её слова только что, она сделает всё, что в её силах, чтобы помочь Мартине.

Они остановились у маленького домика Марши Кеннард. Деверо впервые увидел его под таким углом. К сожалению, выбитая дверь и множество полицейских лент несколько портили внешний вид. Тёмное небо и отвратительная погода только усиливали впечатление запустения.

Скарлетт, не теряя времени, нырнула под ленту и бочком пробралась за сломанную дверь. Деверо последовал за ней внутрь. Спасение от грозы было приятным, но внутри дома всё ещё сильно пахло кровью, хотя этот запах уже не был таким свежим.

— Сколько разных групп крови ты можешь определить? — тихо спросил Деверо, как будто говорить нормально запрещалось. Он встряхнулся, и в воздух взметнулся целый ливень капель.

— Три, — ответила Скарлетт, с гримасой выжимая воду из волос. — Те же три, что я учуяла на Мартине в первый день.

Она заглянула в первую комнату. Там всё было покрыто пятнами пыли от отпечатков пальцев и, похоже, был проведён обыск. Полиция действовала беспорядочно и дотошно. Осматриваться в комнате было бы пустой тратой времени.

В молчаливом согласии они поднялись по лестнице. Скорее по привычке, чем по какой-либо ещё причине Деверо старался не касаться перил и не оставлять следов.

— Знаешь, — сказал он, — когда-то, когда я вламывался в дома, я заходил в один точно такой же. Он был высоким и узким. Четырёхэтажный, с деревянными полами, которые скрипели, как кости старика. Это не должно было иметь значения, потому что владельцы дома должны были находиться в отъезде. Они были пафосными типами, которые почти каждые выходные отправлялись на яхту и…

— Деверо, — перебила его Скарлетт, — ты говоришь мне это, потому что напоминаешь о своём криминальном прошлом? Или ты говоришь это себе, потому что нервничаешь из-за того, что входишь в дом, где только что произошло двойное убийство, и тебе нужно заполнить тишину?

— Я закладываю её кирпичами, — резко сказал Деверо.

Скарлетт рассмеялась.

— В таком случае, продолжай.

— Ну так вот, я направился в спальню. Обычно там хранятся ценные вещи.

— Драгоценности?

— И не только. Ты не поверишь, что люди кладут под свои матрасы для сохранности.

Они добрались до первого этажа. Запах крови становился всё сильнее. Деверо заговорил быстрее.

— Итак, я вошёл туда, где должна была находиться главная спальня, но там не оказалось кровати. На полу бок о бок стояли два больших гроба, и в каждом из них лежало по телу.

— Трупы? — Скарлетт отшатнулась.

— Сначала я так и подумал, но была середина ночи, и хозяин и хозяйка дома не уплыли на яхте.

— Они лежали в гробах?

— О да. И они оба были живы. Просто крепко спали. В одинаковых гробах.

Скарлетт добралась до площадки второго этажа и повернулась к нему.

— И что же ты сделал?

— Выбежал оттуда так быстро, как только могли унести мои перепуганные вороватые ноги.

Она усмехнулась.

— Ты знаешь, что я вампир.

— Ты спишь в гробу? Потому что, боюсь, это может отменить все договорённости.

— Нет. У меня очень большая и удобная кровать. И однажды, — она подмигнула, — ты, возможно, даже сможешь её увидеть.

Деверо улыбнулся ей.

— Теперь ты чувствуешь себя лучше после того, как рассказал эту маленькую историю? — спросила Скарлетт.

Он покачал головой.

— Нет, не совсем, — он остановился — Но спасибо, что позволила мне продолжить, — он указал на коридор. — Комната, в которой я нашёл Мартину, находится в этой стороне.

Они вошли туда вместе. Ужасающие брызги крови высохли, и, конечно, трупов больше не было, но запах смерти остался. Атмосфера запустения заставила Деверо содрогнуться. На его коже появились клочки шерсти, и он потёр руки, чтобы избавиться от них.

Скарлетт, напротив, была настроена совершенно по-деловому. Она огляделась по сторонам, подмечая все детали, затем направилась в угол, где Деверо нашёл Мартину.

— Мартина была здесь, — она указала на голый участок ниже по стене. — На этом месте нет крови, — она повернулась и осмотрела другие следы. — Там кто-то был, и там, и там, — она нахмурилась, глядя на дальнюю стену. — А там были два человека.

— Именно там погибли Дэвид Бернард и его сообщник.

— Хм, — она не смотрела на него. — Давай постараемся не забывать, что наша маленькая воительница убила двух человек голыми когтями.

— Они не оставили ей выбора.

— Хм.

Деверо стиснул зубы, но придержал язык. Не было смысла снова приниматься за старое.

Скарлетт уставилась в пол.

— Три человека сбежали через дверь.

— Откуда ты знаешь?

Она указала на несколько маленьких капель ржавого цвета.

— Я вампир, — беззаботно произнесла она. — Кровь говорит со мной.

Он уставился на неё.

— Я шучу, — ответила она. — Когда-то давно я прослушала онлайн-курс по анализу брызг крови.

— Зачем тебе это понадобилось?

Скарлетт рассеянно пожала плечами.

— Называй это профессиональным интересом и недоверием к полиции. Я вампир высокого ранга. Я хочу побывать иметь возможность побывать на месте преступления и разобраться в произошедшем, не полагаясь на предвзятых людей, которые придумывают историю, соответствующую их собственным представлениям.

Он продолжал наблюдать за ней.

— Ты никому не доверяешь, не так ли?

Она слегка фыркнула.

— Кому доверяешь ты, Деверо?

До недавнего времени он доверял сотням людей. Он засунул руки в карманы и предпочёл не отвечать. Вместо этого он сосредоточился на причине, по которой они здесь оказались.

— Итак, Доминик Филлипс, ещё один мужчина, который, вероятно, был стрелком с моей улицы, и Марша Кеннард выбежали из комнаты, когда Мартина трансформировалась и напала на них.

Он вернулся в коридор. Теперь, когда Скарлетт указала на них, он увидел крошечные пятна засохшей крови, ведущие к лестнице. Он почти улыбнулся. Ему понравилась мысль о том, что Филлипс спасается бегством.

— Двое направились к лестнице, — раздался у него за спиной голос Скарлетт, — а один побежал в ту комнату справа.

Деверо посмотрел туда, куда она указывала.

— Я вошёл этим путём. Я взобрался наверх и влез в окно.

— Ты и ушёл этим путём?

Он кивнул.

Скарлетт поджала губы.

— Думаю, ты был не единственным. Кеннард явно не хотела уходить с Домиником Филлипсом. Она действовала в панике, но не тупила. Если бы она попыталась выйти с ним через парадную дверь, он бы схватил её и заставил пойти с ним, чтобы убить, как только доберётся до безопасного места. В конце концов, он был не один. Он мог бы легко её схватить.

— Значит, ты думаешь, что она выпрыгнула из того же открытого окна, что и я? — Деверо поморщился. — У нас нет причин полагать, что Марша Кеннард — не человек. Я сумел забраться, и я бы справился с этим и до того, как стал волком, но у меня есть опыт вламываться в дома и карабкаться по стенам. Марша Кеннард — секретарша, которая целыми днями сидит за столом, — он вошёл в комнату, подошёл к окну и посмотрел вниз. — Это довольно большое падение. Для человеческой женщины упасть с такой высоты, не получив травм, должно быть, почти невозможно.

— Пожалуй, да, — ответила Скарлетт. — Но у неё не было особого выбора. Оставалось либо быть схваченной Филлипсом, либо убитой Мартиной, либо выпрыгнуть из окна.

— Когда я прибыл на место, Кеннард нигде не было видно. И я не понимаю, как она могла добраться до земли, не сломав при этом ногу. Если только она не занимается скалолазанием на досуге.

Скарлетт постучала пальцем по губам.

— Давай представим, что она не Человек-Паук, что она в панике выбросилась из окна и получила травму при приземлении. Ей удалось выбраться, но она была слишком напугана, чтобы обращаться в больницу. Полиция нашла бы её, если бы её госпитализировали в качестве пациентки.

— Кроме того, она была бы слишком напугана, чтобы обратиться за помощью к семье или друзьям. Любой, с кем бы она ни связалась, автоматически подвергался риску со стороны Доминика Филлипса и тёмной руки «Мателота». Если бы я был Маршей Кеннард, я бы не хотела подвергать кого-либо ещё опасности.

— Если бы ты был Маршей Кеннард, — сказала Скарлетт, — я бы не хотела обхватить тебя своими бёдрами и опуститься на твой толстый, твёрдый…

Он посмотрел на неё, и она ухмыльнулась, не потрудившись закончить предложение. Деверо сглотнул, затем откашлялся.

— Марша Кеннард живёт в здешних местах, — сказал он. — Она знает этот район. Вероятно, здесь она чувствует себя в большей безопасности, чем где-либо ещё. К тому же, очень вероятно, что она травмирована. Держу пари, она где-то поблизости и прячется, пока не оправится настолько, чтобы сбежать. Она не обратится в полицию, потому что Доминик Филлипс уже предупредил её, что в противном случае на карту будут поставлены жизни невинных людей.

Они уставились в окно, в непроглядную тьму.

— Это правдоподобная теория, — сказала Скарлетт. — Но она не поможет нам выследить её. Если только твои волчьи инстинкты не настолько сильны, чтобы ты мог почувствовать запах старых духов Шанель, витающий в воздухе, и таким образом выследить её.

— К сожалению, не на улице, и уж точно не в такую погоду, — Деверо разочарованно оглядел ряды едва различимых сквозь дождь домов. Паб, через который он пробрался, находился прямо напротив. Далее стоял дом с пластиковыми детскими игрушками в саду, ни одна из которых, похоже, не переживёт ветреную ночь, а рядом четыре квартиры, построенные одна над другой. В противоположном направлении располагалось ещё больше многоквартирных домов, за которыми, как он знал, находилась скобяная лавка, а за ней ещё несколько семейных домов. Это был район Лондона с высокой плотностью населения. Марша Кеннард могла отправиться куда угодно. Он глубоко вздохнул. И тут вспышка молнии осветила небо и здания за ним. Его взгляд что-то уловил, и он застыл.

— Что это?

По лицу Деверо медленно расплылась улыбка.

— Я знаю, где она.

Глава 25

Деверо и Скарлетт пробирались по грязным лужам через несколько садов и задних дворов, пока не оказались у подножия высокого дома. Деверо насчитал двенадцать окон, за которыми виднелись тёмные комнаты.

— Здесь? — прошептала Скарлетт с очевидным скептицизмом.

Деверо кивнул и указал на одно из окон. В уголке стекла, едва различимое в дымке конденсата, покрывавшего поверхность, кто-то нарисовал печальный смайлик.

Скарлетт сморщила нос и поморгала от дождя.

— Я не понимаю… — затем её лицо прояснилось. — О.

— Марша Кеннард — заядлая любительница маленьких рисунков. В её кабинете мы нашли не так уж много, но зато нашли блокнот, изрисованный смайликами. Теперь они уже не такие улыбчивые.

— Возможно, это не она нарисовала.

— Она, — Деверо излучал уверенность. — Я в этом не сомневаюсь.

Скарлетт, похоже, это не убедило. Тем не менее, она отступила назад и указала на заднюю дверь.

— Тогда вперёд, — пробормотала она. — Докажи это.

Он улыбнулся ей, затем снял пиджак и обернул им руку. Он разбил стекло в двери и просунул ладонь, чтобы открыть её. Скарлетт вздрогнула от шума.

— Если она там и не спит, то, вероятно, услышала это, несмотря на бушующий шторм.

— Я надеюсь, что услышала. Я хочу, чтобы она знала, что мы идём, — он переступил порог.

— Ты хочешь, чтобы она напала на нас?

— На её долю выпало уже достаточно шокирующих сюрпризов. Иногда небольшое предупреждение оказывает поразительный эффект, — он запрокинул голову и позвал: — Марша!

Скарлетт закатила глаза.

— Если она снова попытается выпрыгнуть из окна, то может сломать себе шею. И в итоге она будет вся в грязи и промокнет до нитки, — Скарлетт указала на свою измятую одежду. — Как и я.

Деверо не обратил на неё никакого внимания.

— Марша! Меня зовут Деверо Вебб. Я знаю, от кого ты прячешься и почему. Я знаю, что это за человек и что он пытался с тобой сделать, — его слова эхом разнеслись по пустой кухне. Вода стекала с его тела и скапливалась на кафельном полу. — Я не работаю на Доминика Филлипса. Если ты вообще читала новости за последние несколько недель, то уже знаешь об этом. Обо мне практически без перерыва писали на первых полосах.

Скарлетт скрестила руки на груди и наблюдала за ним.

— Я оборотень, — крикнул Деверо. — Как и та девочка, которой было приказано убить тебя в твоём доме, но я контролирую себя. Я пытаюсь помочь девочке и пытаюсь найти Доминика Филлипса, чтобы пресечь то грёбаное злодейство, которое он затевает. Я думаю, ты можешь мне помочь. Я знаю, что могу помочь тебе, — его голос дрогнул. Ответа не последовало.

— Если бы Марша Кеннард действительно была здесь и мы застали её врасплох, у нас был бы шанс, — сказала Скарлетт. — Теперь у нас нет надежды.

Деверо взглянул на неё.

— Вот тут ты ошибаешься, — спокойно сказал он.

Она притопнула ногой.

— Почему ты так говоришь?

— За последние несколько недель я кое-что узнал об одиночестве, — тихо сказал он. — Я знаю, каково это — чувствовать, что никто тебя не прикрывает и никому нет до тебя дела. Если ты не привык к подобному чувству, то сделаешь почти всё, чтобы избавиться от него. Иной раз можно даже зайти в ночной клуб для вампиров, чтобы найти утешение.

Скарлетт молча смотрела на него.

— Марша одна, — продолжил Деверо. — Её жизнь в опасности. Вероятно, за последние пару дней она несколько раз задавалась вопросом, не проще ли было бы просто сдаться властям, чтобы перестать жить в страхе. Вероятно, именно поэтому она нарисовала смайлик на окне — часть её души хочет, чтобы её нашли. Она знает, что ей нужна помощь, чтобы выбраться из этой ситуации, но она понятия не имеет, где эту помощь получить. Я видел множество людей на самом дне, и отчаяние, которое они испытывают, превосходит почти все остальные ощущения. Если бы мы подкрались к ней незаметно, она бы набросилась на нас, как загнанный в угол зверь, и могла бы причинить себе и нам серьёзный вред. К тому же мы бы никогда не нашли Доминика Филлипса и не помогли всем тем беднягам, над которыми он издевался. Мы уже знаем, что Марша хочет поступить правильно, потому что именно из-за этого она оказалась в такой ситуации. Если мы сможем заставить её доверять нам, у нас появится шанс.

— Для оборотня ты весьма проницателен, — сказала Скарлетт.

Деверо подмигнул.

— И к тому же греховно сексуален, верно? Это почти несправедливо.

Она слегка улыбнулась.

— С этим я не могу не согласиться, — она коснулась его руки. — И хотя я не жалею, что ты зашёл в «Сердце», я сожалею, что ты чувствовал себя одиноким.

Раздался голос с порога кухни.

— Я тоже.

Скарлетт и Деверо резко обернулись. Перед ними стояла миниатюрная женщина с изборождённым лицом и усталыми глазами. Снаружи снова раздался раскат грома.

— Привет, — слабым голосом произнесла женщина. — Я Марша.

***

— Это место принадлежит моим соседям, — сказала Марша. — Они уехали в отпуск и попросили меня присмотреть за жильём. Дома в округе часто обкрадывают, когда их владельцы в отъезде.

— Да, я слышала о подобном, — спокойно ответила Скарлетт, вытирая лицо полотенцем, которое дала ей Марша.

Деверо кашлянул. По правде говоря, это очень хороший дом, и он многое мог бы из него вынести. Когда-то давным-давно.

— Что случилось, Марша? — спросил он. — Как получилось, что ты здесь пряталась?

Она вздохнула и потёрла лодыжку.

— Я думаю, вы уже в основном догадались сами. Мой босс, Дэвид Бернард, много работал с разными сомнительными клиентами, — она пожала плечами. — Но каждый имеет право на адвоката, и большая часть работы была связана с поиском способов избежать тюремного заключения за уклонение от уплаты налогов. Когда он связался с «Мателотом», всё стало совсем по-другому. Доминик Филлипс угощал его вином. Он говорил о лучшем мире, где сверхи работают на нас, а не против нас, и он хвастался большими деньгами. Дэвид неплохой парень, — сказала она. Её лицо омрачилось. — Он был неплохим парнем. Не совсем. Но он был жадным. Не помогло и то, что в юности он подавал заявление на превращение в оборотня и получил отказ.

Деверо придерживался мнения, что любой, кто занимается бизнесом, зарабатывающим деньги на том, что заставляет уязвимых людей превращаться в сверхъестественных существ, а затем продаёт их в рабство, был очень плохим парнем. Он мудро решил не говорить об этом Марше.

— Он затаил обиду?

— Да, — Марша опустила глаза. — Но это неправильно. Мой двоюродный брат — вампир, и он не злой. И он не животное. Он просто мужчина, — она покачала головой. — Дэвид никогда бы этого не понял.

— Значит, он связался с Домиником Филлипсом и Мателотом? Заставляя людей становиться сверхами против их воли, а затем порабощая их?

— Да, — её голос звучал едва слышно. — Я говорила ему, что это неправильно, но он не слушал. Всё, что он мог видеть — это символы фунтов стерлингов. Я сказала, что обращусь в полицию, если он не откажется от «Мателота» как от клиента, и через день он без предупреждения появился в моём доме.

— И он был не один?

— Нет. С ним были Доминик Филлипс и девочка. И ещё трое парней. Я думаю, один из них был отцом девушки. Он выглядел не очень… хорошо.

Ну, можно и так описать человека, которого избили до полусмерти.

— Филлипс сказал девочке, что она должна превратиться в волка и убить меня, и она обратилась, — продолжила Марша. — Но она не стала нападать на меня. Сначала она попыталась укусить Филлипса. Он схватил Дэвида и использовал его как щит, тогда девочка перегрызла Дэвиду горло. Филлипс и ещё один парень побежали, а девочка бросилась на третьего мужчину. Я тоже побежала и выпрыгнула из окна, — она снова потёрла лодыжку. — Кажется, я что-то сломала, когда приземлилась, — судя по припухлости и цвету кожи, она была права.

— Почему ты сразу не обратилась в полицию? — спросила Скарлетт. — Это могло бы решить многие проблемы.

Марша помолчала, прежде чем ответить.

— Мне потребовались все мои силы, чтобы добраться сюда. Когда я вошла внутрь, я потеряла сознание. У меня сильно болела нога, и я пребывала в ужасе. К тому времени, когда я решила связаться с полицией, на моём телефоне появилось сообщение, — она сглотнула. — Ну, точнее, две фотографии. На одной был мой офис. Другим был… — она не смогла закончить.

— Джонатан Ли, — мрачно сказал Деверо. — Ночной охранник.

Марша прикусила губу.

— Да, — она заломила руки. — После этого я не знала, что делать.

— Всё в порядке, — сказал ей Деверо. — Теперь мы здесь. Мы поможем.

На лице Марши отразилось явное облегчение.

— Доминик Филлипс в ужасе при мысли о том, что кланы или вампиры узнают о том, что он натворил. Он знает, что ему не справиться с таким количеством могущественных сверхов. Теперь, когда за ним охотится целая армия, он получит по заслугам.

— Кланы тут ни при чём, — сказал Деверо. — Здесь действуем только я и Скарлетт.

Марша моргнула.

— Что?

Он переступил с ноги на ногу.

— Надо принимать в учёт другие сложности.

Она уставилась на него.

— Что, например?

— Он имеет в виду ту девочку, — бодро подсказала Скарлетт.

У Марши отвисла челюсть.

— Ту, которая обратилась в волка? Которая пыталась меня убить?

— Формально она не пыталась убить тебя, — сказал Деверо. — Она спасла тебя.

— Я не думаю…

— И что бы она ни сделала, это не её вина. Если кланы узнают о ней, они убьют её из-за того, чем она является. Она этого не заслуживает. Никто этого не заслуживает.

— Но… но… но…

— Я полностью согласна, — сказала Скарлетт. — К сожалению, что есть, то есть. Деверо несговорчив с этой девочкой.

Он бросил на неё раздражённый взгляд, затем снова повернулся к Марше.

— Доминик Филлипс получит по заслугам, не беспокойся об этом. Во-первых, нам нужно знать, где мы можем найти его и его клиентов, которые купили себе вампира или оборотня.

Марша, побледнев, уставилась на него.

— Если я сообщу вам эту информацию, то не протяну и недели. Мне нужно будет опасаться не только Доминика Филлипса, но и каждого клиента, который у него покупал.

Выражение лица Деверо не изменилось.

— Если ты не предоставишь нам эту информацию, ты не протянешь и дня.

— Это угроза? — голос у неё дрожал.

Он вздохнул.

— Мы тебе не угрожаем, даже наоборот. Мы можем защитить тебя, Марша.

Скарлетт согласилась.

— Я могу устроить так, чтобы тебя отвезли в Сохо. Ты будешь окружена сотнями вампиров, которые позаботятся о том, чтобы с тобой ничего не случилось.

— Я думала, здесь только вы двое, и другие сверхи не вовлечены.

Скарлетт слабо улыбнулась, сверкнув единственным белым клыком.

— Они позаботятся о тебе, если я им прикажу.

Марша на мгновение задумалась, затем вызывающе вздёрнула подбородок.

— А что, если я не расскажу вам всё, что знаю? Что тогда?

Деверо пожал плечами.

— Это твоё право. Мы оставим тебя здесь, и пальцем не тронув, — он взглянул на Скарлетт. — Сколько времени нам потребовалось, чтобы найти мисс Кеннард, когда мы начали её искать?

Скарлетт ответила мгновенно.

— О, я думаю, меньше двух часов. Конечно, в «Мателоте» нет таких умных людей, как мы, поэтому им потребуется немного больше времени. Но я уверена, что рано или поздно они найдут это место, — она бесстрастно посмотрела на Маршу. — Мы не собираемся долго ждать. Либо расскажи нам всё, что нам нужно знать, и мы отвезём тебя в Сохо для твоей же безопасности, либо мы уходим.

Миниатюрная секретарша сглотнула и перевела взгляд на Деверо. Если она надеялась на его помощь, то её ждало горькое разочарование. Он сочувствовал Марше Кеннард, но не позволил бы этому сочувствию встать на пути того, что должно быть сделано.

Плечи Марши опустились.

— У меня есть файл со всем, что вам нужно. В нём есть имена и адреса всех людей, которые покупали вампиров и оборотней, около двадцати человек.

— А Доминик Филлипс? Где нам его найти?

— У него есть склад. Это…

Скарлетт перебила.

— Мы знаем о складе. Его там нет.

Марша моргнула.

— Ох, — она поднесла руку ко рту. — Ох.

Глаза Деверо сузились.

— Что это значит?

— А склад всё ещё стоит? — прошептала Марша.

— Большая часть его была взорвана.

Она сглотнула.

— В таком случае он, вероятно, уже покинул страну. Он не собирается торчать здесь и подвергаться нападкам мстительных сверхов. Когда я впервые сказала Дэвиду, что мне не нравится происходящее, он сказал мне, что я не должна беспокоиться, потому что у них есть планы по обеспечению всеобщей безопасности.

— Какие планы?

— Во-первых, спалить все лондонские операции дотла. Во-вторых, убираться к чёрту.

— Самолетом? — жёстко спросила Скарлетт.

Деверо продолжал наблюдать за Маршей.

— Нет. «Мателот» — это судоходная компания, — медленно произнёс он.

Она опустила взгляд на свои ноги.

— Да. Он всегда держит корабль наготове. Обычно он пришвартован на пристани Баронс-Уорф, где зарегистрирован на подставную компанию.

— Как он называется? — потребовал ответа Деверо. — Как называется этот чёртов корабль?

Марша опустила голову ещё ниже.

— «Монстр», — сказала она. — Корабль называется «Монстр».

Глава 26

Скарлетт разговаривала по телефону. Менее чем в трёх метрах от неё Деверо делал то же самое, хотя и общался с другим человеком.

— Что случилось? — спросила доктор Яра. — Вы нашли Маршу Кеннард?

— Да, мы нашли её.

— И что?

— Она думает, что Доминик Филлипс не станет рисковать и попытается сбежать. У него есть судно на пристани Баронс-Уорф, — его губы скривились, и он почувствовал знакомую боль между лопатками. — Оно называется «Монстр».

— Да, — сказала доктор Яра. — Потому что он монстр.

Деверо неожиданно улыбнулся.

— Спасибо, Яра.

— Что я сделать?

— Всё, — просто ответил он. — Ты удивительная.

— Это правда. Но вы также удивительный. Вы помогли мне раньше. Теперь вы помогаете Мартине. Вы не большой плохой волк. Вы хороший волк. Хороший мужчина.

Деверо сомневался, что это правда, но спорить было не время.

— Мартина! — сказала доктор Яра. — Что ты здесь делаешь? Возвращайся в постель!

Деверо напрягся.

— Всё в порядке?

— Всё в порядке. Это не проблема. Её разбудила гроза.

— Доктор Яра…

— Всё в порядке, — твёрдо сказала она. — Идите и остановите монстра.

Он глубоко вздохнул.

— Так и сделаю. Будьте осторожны.

— Конечно, мистер Вебб.

— Зовите меня Деверо.

— До свидания, мистер Вебб, — доктор Яра повесила трубку.

Слегка раздосадованный, Деверо покачал головой и взглянул на Скарлетт. Она сунула телефон в карман.

— За Маршей сейчас приедет машина. За ней присмотрят, — она указала на улицу. Гроза не утихала; напротив, ветер становился всё сильнее. Снаружи по улицам проносились порывы ветра, а дождь хлестал по окнам яростным, непрекращающимся натиском. — И судя по погоде, этот «Монстр» ещё не покинул причал.

Деверо перевёл взгляд на неё.

— Ты уверена?

— Я только что разговаривала с одним из своих знакомых в лондонском порту. Доминику Филлипсу, должно быть, потребовалось слишком много времени, чтобы привести в порядок свои дела и добраться до судна. Сейчас уже слишком поздно. Доки закрыты уже несколько часов. С самого полудня никому не разрешалось выходить в море, как бы они ни кричали.

Уголки его рта изогнулись в улыбке.

— Дай-ка я угадаю, — сказал он. — Наш Дом закатывает истерику и требует, чтобы ему разрешили отплыть.

— Он сообщил портовым служащим, что это чрезвычайная ситуация. К счастью для нас, правилам охраны здоровья и техники безопасности плевать на его чрезвычайную ситуацию. Пока мы разговариваем, он застрял на борту своего корабля в Баронс-Уорф.

— Мы можем это сделать, — тепло удовлетворения разлилось по груди Деверо. — Мы можем его поймать.

Скарлетт подошла ближе, остановившись в нескольких дюймах от него. Она подняла голову.

— Да. Мы можем, — она протянула руку и запустила пальцы в его волосы. Деверо застонал и приник к её губам в долгом, глубоком поцелуе, а его пальцы скользнули к её талии, чтобы привлечь её ближе. Когда Скарлетт отстранилась, губы её были приоткрыты, а щёки пылали. — И мы это сделаем, — тихо сказала она.

Деверо наслаждался пьянящим вкусом, который оставался у него на языке.

— Скоро, — пообещал он. Они понимали, что он говорил не о Доминике Филлипсе.

Марша, стоявшая в дверях, нервно кашлянула.

— Всё готово? Всё будет в порядке?

— Мы готовы отправляться.

Она кивнула на папку на стойке, в которой были имена и адреса клиентов Доминика Филлипса.

— Если кто-то из этих людей узнает о происходящем до того, как вы доберётесь до них, они предпримут меры, чтобы защитить себя. Такие люди всегда так поступают. Мне ли не знать — я встречалась со многими из них.

— Она права, — сказала Скарлетт. — Они уничтожат все улики, указывающие на их причастность. А это значит…

— Убьют вампиров и оборотней, которых они купили у Филлипса, и избавятся от тел, — мрачно закончил Деверо.

— Двадцать имён, — сказала Скарлетт. — Двадцать разных адресов. Пусть ты отчаянно пытаешься не впутывать Мартину в это дело, и ты, вероятно, прав в том, что мы добьёмся большего успеха в борьбе с Филлипсом, если подкрадёмся к нему незаметно вдвоём. Мы не хотим кровавой бойни на этом проклятом судне. Но мы не можем в одиночку разобраться со всеми, кто есть в этом досье. Все вампиры знают о «Мателоте» — на складе их было достаточно, чтобы стать свидетелями происходящего. Они ухватятся за любой шанс прикончить этих ублюдков. Я могу разослать их по этим адресам, чтобы ни у кого не было шанса навредить какому-либо порабощённому сверху, пока мы направляемся к «Монстру» и разбираемся с Филлипсом.

— Я чувствую, что есть «но», — сказал Деверо.

Скарлетт не растерялась.

— Но порабощены не только вампиры, Деверо, но и оборотни. Это означает, что тебе придётся привлекать кланы, хочешь ты того или нет.

Его губы сжались.

— Я намекнул детективу Грейсу, чтобы кланы не узнают ни о чём из этого, чтобы мы могли предотвратить будущие проблемы.

Скарлетт фыркнула.

— Тебе наплевать на этого детектива, а кланы всё равно выяснили бы, что происходит. Даже Грейс это знает.

Деверо молчал.

— Вовлекать кланы — значит рисковать Мартиной.

Она коснулась его плеча.

— И мы оба знаем, что именно это тебя действительно беспокоит. Но сейчас мы единственные сверхи, которые знают об её существовании. Больше никто не знает, где она. Она в безопасности. Порабощённые оборотни и вампиры — нет.

Деверо скрестил руки на груди и отвернулся.

— Ладно, — сказал он.

— Это правильный поступок.

Он знал это, но легче от этого не становилось.

— Для тебя же будет лучше, если ты сам свяжешься с ними. Может, ты и не принадлежишь к клану, но ты оборотень. Покажи им, что ты умеешь быть частью сообщества, — Скарлетт многозначительно приподняла брови. — В конечном счете, это может помочь и Мартине, и тебе.

Он вздохнул. Кланы не были его врагами, и, если он всё сделает правильно, они могли бы в конечном итоге стать его друзьями. Гипотетически.

Он знал, что Скарлетт права. Кланы не знали о Мартине, и у них не было причин узнавать о ней; он всё ещё мог защитить её. Деверо кивнул.

— Я сделаю все необходимые звонки.

***

Уши Деверо болели от тирад, которыми его осыпали все три альфы разных кланов. Он полагал, что должен быть благодарен за то, что клан Фэйрфаксов официально оставался без альфы до следующего полнолуния, потому что так получилось на одну тираду меньше.

Он понимал, что ярость, которую испытывали Леди Салливан, Лорд Макгиган и Леди Карр, была направлена не на него; она полностью направлялась на ублюдков, которые стояли за всем этим. Однако от этого легче не становилось. Деверо не привык, чтобы на него кричали; на самом деле, в последний раз, когда кто-то пытался это сделать, он был ещё подростком. Даже тогда ему потребовалась вся его сила воли, чтобы вести себя прилично.

— Ты же знаешь, что они тебя боятся, — сказала Скарлетт.

Он дёрнулся.

— Прошу прощения?

— Альфы клана в ужасе от того, на что ты способен. Ты стал оборотнем меньше месяца назад, но уже почти так же силён, как они. К тому же тебя четырежды укусили, прежде чем ты обратился. Я слышала только об одном оборотне, с которым такое случалось раньше. Его звали Брэдфорд Карр, и, хотя он умер семьдесят лет назад, волки по-прежнему считают его героем.

Деверо фыркнул.

— Альфы клана ещё не готовы признать, на что я способен. И я вполне уверен, что на этой планете нет ни одного оборотня, который считал бы меня героем.

— Ты ошибаешься, — мягко сказала она. — Для Мартины ты не просто герой, ты её спаситель.

Деверо выглянул из окна машины на терминал лондонского порта Баронс-Уорф. Справа от него виднелся край корпуса «Монстра». Судно, возможно, и стояло на якоре в защищённом месте, но его тревожно раскачивало на ветру. Ну, хотя бы дождь прекратился.

— Я ещё никого не спас, — сказал он. — Не до конца.

Скарлетт усмехнулась.

— Посмотрим, сохранится ли такое положение дел до восхода солнца. Мы готовы идти?

Он одарил её насмешливой улыбкой.

— О нет, — Скарлетт встревоженно покачала головой. — Не говори этого. Пожалуйста, не говори этого.

— Я должен.

— Нет, ты не должен. Ты правда не должен, — она зажала уши руками.

— Скарлетт Кук, — сказал Деверо достаточно громко, чтобы она его услышала, — я родился готовым.

Скарлетт застонала.

— Ты это сказал.

Он ухмыльнулся.

— Сказал, — он открыл дверцу машины и приготовился доказать это.

Его волосы всё ещё были влажными, но это не мешало ветру трепать их во все стороны. Скарлетт было ненамного лучше: она завязала свои тёмные волосы в тугой хвост, который тут же подхватил порыв ветра. Мокрые пряди хлестнули её по щеке. Она закатила глаза.

— По крайней мере, мы будем в безопасности от стихии, когда окажемся на корабле, — сказала Деверо.

— Если, конечно, он не потонет, — пробормотала она. — Пошли.

Они пригибались к земле, чтобы никто на борту не заметил их приближения. Разумно было соблюдать осторожность, хотя Деверо на самом деле не беспокоился. Любой, у кого есть хоть капля мозгов, оставался бы где-нибудь в помещении, где тепло и сухо. Стальные контейнеры, расставленные по всему терминалу, позволяли Деверо и Скарлетт оставаться скрытыми ото всех, кроме верхних палуб.

Размеры корабля заставили его на мгновение замереть; судно оказалось крупнее, чем он ожидал, и, когда они заберутся внутрь, им придётся преодолеть немало препятствий. Он почувствовал укол сомнения; возможно, ограничивать абордажную команду только ими двумя было не такой уж хорошей идеей. Затем он отбросил сомнения. Чем меньше людей участвовало в штурме «Монстра», тем меньше шансов, что события выйдут из-под контроля и пленные вампиры или оборотни пострадают. Победу одержит разумная атака, а не численный перевес.

Деверо и Скарлетт прокрались в тёмный проход между двумя длинными синими контейнерами, прижимаясь к ржавым углам, чтобы выглянуть наружу. Несмотря на завывающий ветер, который, казалось, совсем не стихал за последний час, корабль давал о себе знать громкими скрипами и стонами, когда покачивался на воде. На верхней палубе по правому борту мерцали огни, и ещё больше света просачивалось из нескольких грязных иллюминаторов. «Монстр», конечно, был далек от яхты миллионера, которую Доминик Филлипс, несомненно, мог себе позволить, но нелегальные товары, отвратительные наркотики и живые рабы со сверхъестественными способностями не поместились бы на чёртовой яхте.

На верхней палубе открылась дверь. Деверо напрягся и жестом подозвал Скарлетт. Она кивнула, когда появилась фигура. Это был мужчина, хотя с такого расстояния трудно сказать наверняка. Он плотно кутался в длинную куртку, защищавшую его от непогоды. Корабль накренился, и он, пошатнувшись, привалился к стене. Он поднялся на ноги, поскальзываясь, пока восстанавливал равновесие, а потом решил, что оставаться на открытом месте — плохой план. Через несколько секунд он снова исчез за дверью. На палубе корабля ветер ощущался намного сильнее, чем здесь, внизу, на твёрдой земле.

— Надеюсь, у тебя нет проблем с укачиванием, — сказал Деверо.

Скарлетт поморщилась. Она и так выглядела зеленоватой.

— Даже не шути на эту тему.

Они выскользнули из своего укрытия и прокрались между оставшимися контейнерами, пока не добрались до подъёмного крана, стоявшего почти возле центра корабля. В погожий день было бы легко взобраться по нему, пройти на другую сторону и спрыгнуть на палубу, но при таких жутких ветрах сделать эта задача становилась гораздо сложнее. Кран наклонился, загрохотал и резко дёрнулся. Однако «Монстр» не был старым зданием с удобными опорами для ног и крошащейся каменной кладкой; если они хотели попасть на борт, им придётся рискнуть.

Скарлетт шла впереди, поднимаясь вверх медленными, уверенными шагами. Деверо следовал за ней по пятам. Холодный металл стал скользким от ледяного дождя, из-за чего было трудно держаться руками или ногами, и проблемы ему создавала как раскачивающаяся конструкция, так и свирепый ветер. Волки, решил он, созданы для того, чтобы бродить по залитым солнцем полям. Они определённо не созданы для подобных подвигов. Как и люди. Каждый шаг давался с трудом, а когда ему пришлось карабкаться на стрелу, горизонтальную секцию крана, всё стало ещё труднее.

Скарлетт пригнулась и медленно продвигалась вперёд. Деверо ничего не оставалось, как последовать её примеру. Прогресс был кропотливо медленным: чем дальше они продвигались вдоль стрелы, тем свирепее становился ветер. Его пальцы так крепко сжимали сталь, что их начало сводить судорогой, а от сочетания влажной одежды и холодного ветра у него стучали зубы. Совсем не весело, вообще ни капельки.

Кран был отведён от корабля, вероятно, из-за шторма, так что, когда они доберутся до конца стрелы, им придётся прыгнуть на приличное расстояние, чтобы приземлиться на палубу. Если прыжок пройдёт неудачно, они окажутся в воде, зажатые между стальным корпусом и стеной гавани. Если ещё один сильный порыв ветра сдвинет судно с места, их раздавит. Деверо внезапно представил себе, как его череп лопается, как арбуз.

Стоявшая впереди Скарлетт что-то пробормотала, но он не расслышал её слов.

— Что говоришь?

— Я сказала, — повторила она, — я не могу поверить, что сама вызвалась участвовать в этом дерьме, — она покачала головой и заставила себя сесть на корточки. Всё, казалось, замерло, и даже ветер как будто затаил дыхание. Затем, подстроив свой прыжок под следующий сильный порыв ветра, Скарлетт спрыгнула с верхушки стрелы.

Желудок Деверо сжался. Сверкнула молния, и на мгновение показалось, что Скарлетт повисла в воздухе, раскинув руки в грациозной позе балерины. Затем она пролетела над смертоносным волноломом у борта корабля и с громким ударом приземлилась на палубу внизу.

Встревожившись, Деверо шагнул вперёд и выглянул из-за края подъёмного крана на маленькое тельце Скарлетт. Ему не стоило беспокоиться. Она поднялась, встряхнула волосами и помахала ему рукой, как бы показывая, что весь маневр прошёл как по маслу.

Деверо сглотнул. Он не особенно боялся высоты, темноты или грозы, но его не прельщала перспектива прыгать навстречу своей смерти. Но Скарлетт сделала это, и с ней всё в порядке. Ему оставалось лишь не уступать её ловкости.

Он подтянул колени ближе к груди и сумел — с трудом — присесть. Он ухватился руками за стальные края стрелы по обе стороны от своего тела, чтобы его не сдуло ветром, прежде чем он успеет прыгнуть. Он оглядел палубу. Не так уж далеко. Он мог это сделать. Он должен это сделать. На счёт «три».

Один.

Два.

Три.

Он не сдвинулся с места. Ветер усиливался и, казалось, незаметно менял направление. Ему нужно пошевеливаться. Если ветер сменится ещё сильнее, у него не будет возможности двигаться вперёд. Деверо стиснул зубы и собрался с духом.

— Рождён готовым, — повторил он про себя. — Рождён готовым, чёрт возьми, — он перевел дыхание. А затем попытался снова.

Один.

Два.

Три.

Деверо отпустил кран и взмыл в воздух, работая ногами, чтобы придать себе больший импульс. Он должен был допрыгнуть, всё должно было быть хорошо. Затем он совершил ошибку, посмотрев вниз. Одного взгляда на тёмную маслянистую воду Темзы и вздымающийся корпус корабля рядом с ней оказалось достаточно, чтобы отвлечь его. Дерьмо.

Деверо увидел, как глаза Скарлетт расширились от страха, как раз в тот момент, когда он начал стремительно падать вниз.

Времени на раздумья не оставалось. Пока воздух свистел мимо него, он превратился из человека в волка. Выброса энергии и того ликантропического сумасшествия, что происходило во время превращения, было достаточно, чтобы подтолкнуть его вперёд; вместо того чтобы нырнуть в опасную ледяную воду, его гигантские передние лапы врезались в край корабельной палубы и немедленно схватились за неё в поисках опоры. Его задние лапы никак не могли найти опору на борту корабля, но он держался изо всех своих волчьих сил.

В мгновение ока Скарлетт оказалась рядом, и её глаза сверкнули красным. Она наклонилась, и он почувствовал, как её пальцы вцепились в его загривок. Она застонала и дёрнула, рванув его изо всех сил. Этого хватило. Деверо повалился вперёд, приземлившись на неё. Его сердце бешено колотилось в груди, а адреналин бежал по венам, но он справился. Его жёлтые волчьи глаза встретились с вампирскими глазами Скарлетт.

— Тебе повезло, что я здесь, — сказала она, слегка задыхаясь. Она высвободилась из-под его мохнатого тела и выдавила улыбку. — Теперь на «Монстре» действительно есть монстры.

Глава 27

Они прошлись по палубе — Скарлетт на двух ногах, Деверо на четырёх лапах. Несколько раз ей останавливаться, чтобы воспротивиться ветру, но Деверо обнаружил, что его более низкого центра тяжести и четырёх ног с лихвой хватает, чтобы сохранять равновесие, несмотря на шторм, который продолжал бушевать вокруг них.

Корабль сильно раскачивался из стороны в сторону, частично заваливаясь то влево, то вправо. Это определённо не та ночь, чтобы находиться в открытом море, как бы Доминику Филлипсу ни хотелось иного.

— Хорошо, — сказала Скарлетт, когда они осмотрелись на месте. — У нас есть четыре возможных выхода, — она указала на ближайшую к ним дверь. — Я думаю, этот — наш лучший вариант. Мы же хотим уничтожить как можно больше вооружённых скользких ублюдков Филлипса, прежде чем столкнёмся с ним лицом к лицу. Последнее, что нам нужно — это убить его и оказаться лицом к лицу с ещё пятьюдесятью ублюдками, вооружёнными до зубов. Я бы хотела покинуть эту чёртову лодку, пока ещё дышу.

Деверо кивнул своей массивной головой. Ему было всё равно, каким входом они воспользуются; его жажда кровожадного правосудия росла с каждой секундой. Каждый человек на борту этого корабля заплатит за содеянное. Он позаботится об этом.

Скарлетт открыла дверь.

— Мех вперёд клыков, — прошептала она тихим голосом. Он растянул рот в волчьей ухмылке и прошёл впереди неё.

Первый коридор оказался шире, чем ожидал Деверо, но его волчий облик был настолько велик, что его шерсть всё равно касалась стен с обеих сторон. Аромат солёного моря был всепроникающим, хотя он уловил и другие запахи, такие как застарелый пот и пережаренная капуста. Преодолев примерно половину коридора и проходя мимо закрытой двери, он уловил более насыщенный аромат кофе.

Он остановился, затем поднял лапу, показывая Скарлетт на дверь. Она улыбнулась и подтолкнула его вперёд, чтобы он подвинулся, а затем подошла к двери и откинула назад свои мокрые, растрёпанные ветром волосы. Мгновение спустя она подняла кулак и постучала.

— Да? — раздался скучающий голос. — Это ты, Дэз? Игра в покер уже началась?

Скарлетт не ответила. Вместо этого она приняла соблазнительную позу, выставив вперёд одно бедро и наклонив голову. Дверь наконец открылась, и из неё выглянул румяный парень. Когда он увидел её, у него отвисла челюсть.

— Привет, — промурлыкала она.

Его щёки, которые и без того были красными от естественного румянца, вспыхнули ещё сильнее.

— П-привет, — пробормотал он, заикаясь.

Скарлетт дразняще высунула язык, затем приоткрыла губы и улыбнулась. В этот момент моряк заметил её клык. В одно мгновение его кожа из ярко-красной сделалась совершенно бледной.

Он отскочил назад и попытался захлопнуть дверь, но был слишком медлителен. Скарлетт уже входила в его комнату. Прежде чем Деверо успел отодвинуться, чтобы лучше видеть происходящее, она схватила мужчину, сжав его стальной хваткой.

— Если закричишь, то пожалеешь об этом, — пробормотала она.

Всё, что смог выдавить мужчина — это писк. Когда Деверо просунул свою лохматую голову в комнату, и мужчина увидел его, у него в паху появилось предательское мокрое пятно, за которым почти сразу же последовал прогорклый запах мочи.

— Боже мой, — пробормотала Скарлетт. Она прижала мужчину к себе и медленно провела пальцами правой руки по его волосам.

— Вы снизу? — пролепетал он.

Она улыбнулась.

— Нет, — она погладила его по шее. Он вздрогнул. — Сколько вас на этом корабле работает на «Мателот»?

Его нижняя губа задрожала.

— Не трогайте меня.

Деверо зарычал.

— Двадцать семь! — быстро ответил он. — Здесь двадцать семь!

— Сколько из них вооружены?

Он покачал головой, паника мешала ему связно мыслить.

— Думаю, около половины.

— Ты думаешь? — Скарлетт мягко подтолкнула его.

— Я знаю! Примерно половина! Я не один из них! Я всего лишь инженер! Я…

Скарлетт опустила голову. Её клык проколол его кожу ровно настолько, чтобы потекла кровь. Мужчина заскулил.

— Сколько на корабле рабов? — спросила она.

— Рабов?

— Вампиров. Оборотней. Людей в клетках. Сверхъестественных существ, которых насильственно удерживают в плену. Сколько на этом корабле людей, похожих на меня?

— Не знаю. Я там не был. Не знаю!

Деверо открыл челюсти и пристально уставился на него.

— Предположи, — сказала Скарлетт.

Его плечи поникли.

— Тринадцать, — прошептал он.

Она снова улыбнулась.

— Хороший мальчик, — она снова опустила голову, и её клык вонзился в его плоть. Тело мужчины содрогнулось. Через несколько секунд его глаза закатились, и он обмяк. Она позволила ему упасть на пол.

Скарлетт взяла салфетку с ближайшего шкафчика и промокнула уголок рта.

— Нам нужно придумать другой способ, — прокомментировала она. — Если я выпью из каждого ублюдочного сотрудника «Мателота» на борту этого корабля, меня будет тошнить следующие три дня. В этом месяце я уже выпила крови вдвое больше, чем обычно.

Деверо облизал губы.

— Вполне справедливо, — согласилась она. — Следующий твой.

Они продолжили путь по коридору. Море по-прежнему раскачивало корабль из стороны в сторону, затрудняя быстрое передвижение. В дальнем конце располагалась лестница, которая, похоже, вела вниз, в трюм.

Деверо и Скарлетт были ещё в нескольких метрах от неё, когда услышали топот поднимающихся шагов. На верхней площадке лестницы показалась голова, а за ней долговязое тело. Возможно, это и есть Дэз. Он не обращал особого внимания на то, что его окружало; он сделал несколько шагов, поднял голову и только потом заметил гигантского оборотня и клыкастого вампира, преграждавших ему путь. Он замер и уставился на них, затем запрокинул голову и приготовился зареветь.

Деверо бросился вперёд, его передние лапы ударили моряка в грудь и опрокинули на спину с такой мощью, что он не смог позвать на помощь. Мужчина упал навзничь, и Деверо оседлал его, а затем поднял голову и ударил ею мужчину по лбу.

— М-м-м, — протянула Скарлетт. — Поцелуй из Глазго от лондонского волка. Как это непоследовательно, — она схватила мужчину за ноги и затащила его бесчувственное тело в ближайшую каюту, прежде чем захлопнуть дверь. — Знаешь, нам не всегда будет так везти, — серьёзно сказала она. — Они не будут нападать на нас поодиночке, и рано или поздно один из них окажется вооружён. Один неосторожный выстрел, и, несмотря на шторм или нет, все на корабле сбегутся сюда.

(Удар головой по лицу соперника называют «поцелуем из Глазго», потому что хулиганы из Глазго часто прибегают именно к такому методу атаки, — прим.)

Деверо моргнул в знак согласия. Судя по неясным звукам металлической музыки и странным хриплым крикам, которые он слышал снизу, вышеупомянутая игра в покер, вероятно, происходила в то время, пока команда ждала, когда можно будет покинуть корабль. Это означало, что несколько этих ублюдков собрались в одном месте. Беда заключалась в том, что ни он, ни Скарлетт не знали ни планировки корабля, ни того, что могло ждать их внизу.

Деверо обратился, позволив своему покрытому шерстью волку превратиться в человека с гладкой кожей. Он выпрямился, а Скарлетт оглядела его с головы до ног, задержав взгляд на его паху.

— Не надо, — сказал он; жаркий блеск в её глазах выходил за пределы того, с чем он мог сейчас справиться. Она слегка улыбнулась, но, по крайней мере, подняла глаза и посмотрела ему в лицо. — Я большой поклонник химии, — сказал он ей.

Она подмигнула.

— Я тоже. А ещё люблю биологию.

— Я говорю не только о сексуальном влечении.

Скарлетт ухмыльнулась.

— Продолжай.

— Когда я только начинал свою… карьеру, я обдумывал, как буду вламываться в дома ночью, пока люди внутри спят. Я всегда беспокоился, что могу наткнуться на кого-нибудь, кто страдает бессонницей или чутко спит. Или, — он печально усмехнулся, — на собаку. Я искал способы обойти подобные проблемы.

Скарлетт приподняла бровь.

— Я не хотел никому вредить, — сказал он.

— Но?

— Но, — пробормотал он, — если смешать медицинский спирт с отбеливателем и рискнуть при этом угробить себя самого, то, возможно, получится сделать хлороформ.

Выражение лица Скарлетт не изменилось.

— Ты страшный, страшный мужчина, Деверо Вебб.

Он пожал плечами.

— Я этого не делал. Меня отпугнула возможность причинить смертельный вред себе и всем, на ком я его использовал.

Она покачала головой.

— Я рада это слышать.

— Я уверен, что если мы осмотримся, то сможем найти какие-нибудь полезные химические вещества, которые выделят достаточно токсичных паров, чтобы послужить нашей цели.

— Я не думаю, что атака без разбора, которая может убить нас прежде, чем навредит ублюдкам, которых мы пытаемся остановить — это хорошая идея.

Деверо встретился с ней взглядом.

— Ты права, — он пожал плечами. — Итак, давай перейдём к делу, — он улыбнулся Скарлетт, затем поднял локоть и ударил им по покрытой стеклом пожарной сигнализации, вмонтированной в стену рядом с ним. Почти сразу же громкий вой сирены разорвал воздух.

— Вот тебе и скрытность, мудак, — пробормотала она.

Он пристально посмотрел на неё.

— Не могу не согласиться с этим прозвищем. Я не святой, — сказал он. — И как я уже говорил тебе, я также не такой уж и герой, — он повернулся к лестнице, закрыл глаза и позволил волку внутри себя снова взять верх. Затем он подождал, пока не увидел белки глаз первого поднимающегося по лестнице, и напал.

Мужчины «Мателота» ожидали пожара; они, конечно, не ожидали появления огромного оборотня. Благодаря элементу неожиданности на его стороне, не говоря уже о комплекте великолепно острых когтей, мощных зубов и теле с такой мышечной мощью, о которой даже большинство сверхов не могли и мечтать, Деверо превратился в бешеный вихрь из меха и страха.

Он врезался в тело первого мужчины, отбросив его назад и заставив трёх человек позади него тоже упасть. Следующий мужчина потянулся к кобуре на бедре, собираясь вытащить спрятанный там пистолет, но это не Дикий Запад, и он не успел выхватить оружие. Прежде чем его пальцы сомкнулись на рукояти, зубы Деверо впились ему в руку. Мужчина закричал, схватившись за руку, а из раны брызнула кровь.

Снизу послышались крики и топот бегущих ног. У подножия лестницы появилось ещё несколько человек, но Деверо находился выше и, следовательно, имел преимущество. Он бросился вниз, используя высоту лестницы как трамплин, чтобы накинуться на охваченную паникой группу. Судя по их реакции, не все эти люди были обученными убийцами, но он не сомневался, что все они точно знали, чем занимался «Мателот». И это означало, что он не должен проявлять к ним милосердия.

Сирена продолжала выть. Один человек, проявивший больше безрассудной храбрости, чем другие, взревел и бросился с правой стороны, пока Деверо был занят другими с левой. Он приземлился на спину Деверо, вцепившись руками в его шерсть. Секундой позже Деверо почувствовал, как кончик ножа скользнул по его коже, но волчья шкура оказалась прочнее, чем он предполагал. Прежде чем он успел нанести какой-либо серьёзный урон, Деверо оттолкнул его с такой силой, что тот врезался в стену, и его череп с хрустом ударился о твёрдую поверхность. Он рухнул на пол.

Деверо зарычал, опустил голову и сильно укусил за бедро перепуганного человека, державшего огнетушитель. Он развернулся и бросился на другого мужчину, который поднял стул, но поскольку парень не мог решить, использовать ли стул для нападения или для самозащиты, Деверо успел вырвать стул зубами. Мужчина споткнулся о собственные ноги и упал навзничь на стол, усыпанный монетами, банкнотами и игральными картами.

Что-то ударило Деверо в бок. Он не мог сказать, что именно, но это что-то было брошено с такой силой, что заставило его взвыть от боли. Он повернулся в сторону источника и краем глаза заметил Скарлетт. Она спускалась по лестнице, выглядя спокойной и беззаботной. Она подняла руку, помахав ему, и направилась к следующей лестнице, которая вела дальше вглубь корабля.

Полупустая бутылка водки ударила Деверо по голове и отскочила от его толстого черепа. Он прыгнул на человека, который бросил её, и ударил его массивной лапой. Этого оказалось достаточно: мужчина рухнул на пол, и его глаза закатились.

Раздался громкий хлопок. Деверо повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть темноволосого парня, направившего в его сторону пистолет.

«Если ты собираешься в меня стрелять, — подумал Деверо, — тебе лучше, чёрт возьми, сначала убедиться, что ты попадёшь в меня». Мужчина выстрелил снова, но Деверо был готов к выстрелу. Он отскочил в сторону, когда пуля пробила ему край уха. Он сжал челюсти от боли и бросился на стрелявшего, раздирая когтями его лицо. Мужчина тут же выронил пистолет. Его руки автоматически поднялись, чтобы защититься, и Деверо укусил их, мгновенно превратив короткие пальцы из ловких инструментов биологического искусства в кровавый фарш. Мужчина закричал и потерял сознание.

Деверо двинулся навстречу своему следующему противнику. На этот раз никто не появился. Он встряхнулся, и его шерсть с золотистыми кончиками встала дыбом, когда он осмотрел раскинувшуюся перед ним сцену. В глубине его груди зародилось удовлетворение.

Вспотевший парень с испуганными глазами бросился бежать к лестнице, а Деверо наблюдал, как он убегает. Пусть бежит, он не настолько глуп, чтобы вернуться.

Деверо смотрел на окровавленное месиво вокруг себя и слушал стоны валявшихся людей, которые пребывали достаточно в сознании, чтобы осознавать свою боль. Рядом с его лапой лежала запачканная кровью игральная карта. Вытянув коготь, он перевернул её. Туз пик. Он ухмыльнулся. Кто бы мог подумать.

Мгновение спустя он повернулся и потрусил за Скарлетт, пока сирена продолжала издавать свой бессмысленный вой.

Глава 28

Найти её было нетрудно, потребовалось лишь пройти по следу из тел. Их было несколько, некоторые лежали с колотыми ранами на шее, у других кости были сломаны под неестественными углами. Люди, решил Деверо, это очень хрупкие существа.

Как мало времени потребовалось ему, чтобы расстаться со своей человеческой жизнью. Впервые он больше не сожалел о том, что обратился в волка. Именно таким он и должен был стать с самого начала. Он пробирался всё глубже в недра качающегося корабля, и мрачное, хищническое удовлетворение переполняло его изнутри.

Скарлетт стояла у входа в другой узкий коридор, хмуро глядя на большую комнату за ним. Она не обернулась, когда он подошёл.

— Волки, — пробормотала она. — Поднимать тревогу было глупо, Деверо. Если Доминик Филлипс сбежит, потому что знает, что мы придём за ним, винить в этом придётся только тебя.

Деверо никогда не разговаривал с Домиником Филлипсом, но он видел, как тот участвовал в аукционе рабов. Он узнал достаточно, чтобы понять, что Дом из тех людей, которые считают себя непобедимыми. Да, он пытался спастись от опасностей, исходящих от лондонских сверхов, взойдя на этот корабль и попытавшись уплыть, но Деверо полагал, что Дом на самом деле не верил, что произойдёт что-то непредвиденное. Доминик Филлипс считал себя умным, могущественным и контролирующим свою собственную маленькую армию сверхъестественных существ; он никуда не собирался уходить.

Он опустил голову и ткнулся носом в руку Скарлетт, словно желая сказать ей то же самое, и в этот момент услышал тихое поскуливание.

Скарлетт заметила, как шерсть на загривке Деверо встала дыбом, и кивнула.

— Они там. Вампиры и оборотни. Я пока не могу сказать, сколько их, и не знаю, в каком они состоянии.

Деверо издал низкий рык.

Скарлетт вздохнула.

— Тогда иди.

Он протиснулся мимо неё. Войдя в помещение, он сразу увидел клетки. Они были маленькими и тесными; в таких условиях даже животных не следовало бы держать. Запахи крови и фекалий в сочетании с болью и отчаянием были настолько сильны, что его затошнило. Никого нельзя заставлять так жить. Никого.

Подойдя к первой клетке, Деверо заглянул внутрь. В углу, съёжившись, сидел мужчина, являя собой воплощение отчаяния. Деверо не мог разглядеть его лица, но, не спрашивая, понял, что это ещё один волк. Мужчина поднял голову, и у Деверо перехватило дыхание: это был Морти, стрелок, которого он захватил возле Лиссон-Гроув и допрашивал на игровых площадках. Значит, он нашёл дорогу обратно к Доминику Филлипсу. К сожалению, за свои старания он превратился в оборотня. Без сомнения, это какое-то извращённое наказание.

Деверо подумал о том, как Морти отзывался о Мартине и как высмеивал всё сверхъестественное. Возможно, в этом присутствовала поэтическая справедливость. Морти заскулил и опустил взгляд, теперь он боялся Деверо ещё больше, чем раньше.

— Разве это не…? — Скарлетт подошла к нему и уставилась на него.

Деверо кивнул и отвёл взгляд. Он перешёл к следующей клетке, где находился молодой вампир мужского пола. К счастью, его клыки оказались целы. После этого появились ещё два оборотня, затем ещё несколько вампиров, за которыми обнаружились ещё волки.

Почти никто из сверхов, сидевших в клетках, казалось, не мог смотреть прямо на него. По крайней мере четверо из них были под воздействием тяжёлых наркотиков, а ещё больше имели на своих телах следы пыток. Деверо не мог сдержать рычания, рвущегося из груди. Эти люди страдали. Все эти люди страдали.

Последняя клетка сначала озадачила его, потому что её обитатель не походил ни на волка, ни на вампира; это был просто человек средних лет в грязном костюме и с пожелтевшими синяками на лице. Мужчина застонал и содрогнулся, затем посмотрел на Деверо.

— Ты здесь, чтобы убить меня? — спросил он.

Деверо долго наблюдал за ним, прежде чем позволил себе преобразиться и заговорить. Он встал перед клеткой и вгляделся в знакомое лицо мужчины.

— Ты отец Ангелики, — тихо произнёс он.

Внезапно его охватил страх.

— Где она? Где моя дочь? Если вы причинили ей боль…

Деверо стиснул зубы.

— Ты работал на Доминика Филлипса и «Мателот» и должен был знать о том, что они делают, — он обвёл рукой комнату. — Об этом, — он пристально посмотрел на мужчину. — Твои действия привели к тому, что твоя же дочь была обращена в волка. И вместо того, чтобы помочь ей, когда она потеряла контроль, ты убежал.

Мужчина снова опустил голову.

— Мне жаль. Я потерпел неудачу. Я должен был поступить лучше по отношению к ней.

Деверо закатил глаза. Жалкое позорище.

— Мартина заслуживает лучшего, чем ты.

Её отец озадаченно нахмурился.

— Кто такая Мартина?

Деверо ударил рукой по прутьям клетки, отчего они сильно задребезжали.

— Ты её отец. Ты должен защищать её! — его переполняла кровавая ярость. — Ты… ты…

— Деверо, — Скарлетт говорила тихо. Он отошёл от края пропасти гнева и посмотрел на неё. — Не все такие сильные, как ты. Сейчас не время для взаимных обвинений. Давай найдём способ открыть эти клетки, а потом поищем Филлипса. Нам всё ещё нужно найти его и убедиться, что он не сбежит. Он должен заплатить за то, что сделал.

— Вообще-то, — раздался от двери громкий, до боли знакомый голос, — платить должны вы двое.

Скарлетт и Деверо обернулись. Без маски, сшитого на заказ смокинга и без толпы обожающих его зрителей Доминик Филлипс выглядел очень заурядно. Его кожа казалась здоровой, с оранжевым оттенком, который наводил на мысль о искусственном загаре, а лёгкая небритость была явно дизайнерской, но его тело было худощавым, а лицо не запоминающимся. Только глаза выдавали в нём ублюдка-садиста.

Деверо опустил взгляд. Филлипс что-то держал в руке. Это было не оружие — Деверо не знал, что именно это такое, но это его беспокоило. Большой палец Филлипса властно погладил его.

— Ты Доминик Филлипс.

— А ты — Деверо Вебб. Посмотри на себя. Сам превратил себя в оборотня и добился успеха. Но не имеет значения, сколько у тебя зубов или сколько шерсти, ты всегда будешь мелким преступником, — Филлипс опустил глаза и прищурился, глядя на обнажённое тело Деверо. Он поднял мизинец и многозначительно покачал им.

— Ты хочешь сказать, что у меня маленький член? — спросил Деверо. — Потому что моя клыкастая подруга, похоже, думает, что на самом деле у меня очень большое достоинство.

— Не могу этого отрицать, — кивнула Скарлетт. — Так оно и есть.

Филлипс посмотрел на неё.

— Ты кто вообще такая?

Скарлетт посмотрела на Деверо.

— Мне следует сказать ему, что я его худший ночной кошмар.

— Определённо, — согласился он. — На твоём месте я бы сказал именно это.

— Верно.

Доминик Филлипс уставился на них обоих.

— Кто вы об такие? Какие-то странные комедийные актеры? — он поднял руку. — Подождите. Не отвечайте. С меня хватит. Вы хорошо справились, раз нашли меня здесь, и вы хорошо справились, раз зашли так далеко и уничтожили стольких моих людей, но на этом всё заканчивается. Один вампир и один оборотень. У меня их тринадцать, — он указал на клетки. — Никогда не посылайте человека выполнять работу сверхов, верно?

— Вы не можете заставить их делать за вас грязную работу, — сказала Скарлетт, впервые проявив свои эмоции. — Не имеет значения, как они были созданы. Они сверхи. Они одни из нас.

Филлипс запрокинул голову и рассмеялся.

— Они будут делать всё, что я им скажу. Они приучены выполнять мои приказы. К тому же четверым из них нужны лекарства, которые я им даю, и они готовы на всё ради этих маленьких таблеточек. На всё, что угодно. А эти двое, — он указал на волка и вампира, сидевших в клетке рядом друг с другом, — знают, что если они не сделают, как я говорю, я убью их семьи.

Деверо спокойно посмотрел на Филлипса.

— Ты не сможешь этого сделать, если мы сначала убьём тебя.

— Хотел бы я посмотреть, как ты попытаешься.

Деверо злобно улыбнулся.

— Это можно устроить, — он взглянул на Скарлетт. — Ты можешь внушить ему?

Она поморщилась.

— Сомнительная идея. Это действует только на восприимчивые умы, и мне пришлось бы прикоснуться к нему.

Ну что ж, им придётся сделать всё по-плохому. Деверо пожал плечами и сделал шаг в направлении Филлипса.

— Тебе это с рук не сойдёт. Ничего из этого.

Доминик Филлипс поднял руку с зажатым в ней маленьким предметом. Это был пульт дистанционного управления.

— О, ещё как сойдёт, — он указал на Деверо и Скарлетт и громко объявил: — Убейте их. Убейте их сейчас же, — затем он нажал кнопку на пульте дистанционного управления.

Дверцы всех клеток распахнулись одновременно.

— Убейте, — повторил Филлипс.

Скарлетт и Деверо обменялись взглядами. Вампиры и оборотни в клетках были неизвестным фактором, и никто из них не был уверен, как они отреагируют. Деверо приготовился к худшему, но был готов и к лучшему.

Когда первая женщина-оборотень обратилась и высунула нос из своей клетки, Деверо тоже обратился. Помогло то, что его волк был в два раза больше её. При её приближении он оскалил зубы в беззвучном рычании. Её зрачки расширились, а уши прижались. Затем вышел второй мужчина-оборотень и присоединился к ней. Он бросил один взгляд на Деверо и тут же лёг. Самка последовала его примеру и выставила свой живот в знак полного подчинения.

Из других открытых клеток доносился скулёж. Деверо выдохнул. Доминик Филлипс мог называть себя Мастером, но здесь у него не было никакой власти, даже среди накачанных наркотиками и выдрессированных волков.

— Вампиры! — властно приказал Филлипс. — Выходите!

Скарлетт расправила плечи и вздёрнула подбородок.

— Вы можете делать то, что он говорит, — уверенно произнесла она кристально чистым голосом. — Или вы можете помочь нам победить его. В любом случае, мы не будем винить вас за ваш выбор. С нами вы свободны.

— Ван Хельсинг! — взревел Филлипс. — Напади на неё, или твои дети погибнут.

Деверо приподнял бровь. Он не был особым поклонником фантастики, но даже он знал, что Ван Хельсинг был охотником на вампиров, а не самим вампиром. Доминик Филлипс явно что-то перепутал, когда окрестил беднягу.

Из одной из клеток вышел худощавый мужчина с выступающими скулами и блестящими тёмными глазами. Он уставился на Деверо и Скарлетт, затем повернул голову и уставился на Доминика Филлипса.

— Я перережу горло твоей жене, — сказал Филлипс вампиру. — Она будет умирать медленно и в муках, — он угрожающе посмотрел на него. — Ты моя собственность. Не забывай об этом.

Скарлетт и глазом не моргнула.

— Пока ты будешь делать то, что тебе говорит этот придурок, твоя жена всегда будет в опасности. Я лондонский вампир. Я отвечаю перед Лордом Хорватом. Он мой Лорд, но он не мой хозяин, и у меня есть тысяча других вампиров, которые поддержат меня. Это твой шанс присоединиться к нам и освободиться от него, — она насмешливо указала на Филипса, затем опустила руки, не отрывая взгляда от вампира. — Если ты нападёшь на меня, я буду защищаться. Но я тебе не враг, и ты это знаешь.

— Ван Хельсинг! — рявкнул Доминик Филлипс. — Пошевеливайся! Люцифер, Кракен, Медуза Горгона! Поддержите его!

Появилось ещё больше вампиров. Несколько оборотней зарычали, давая понять, что они присоединятся к битве, если понадобится, и что они не будут на стороне Филлипса. Им не стоило беспокоиться; все вампиры просто стояли молча. Они посмотрели на Скарлетт с жутковатой синхронностью, но без агрессии; они смотрели на неё, потому что ждали приказов.

На лице Деверо появилась волчья ухмылка. Он облизнул губы и повернулся к Филлипсу. Однако ублюдок казался скорее раздражённым, чем испуганным.

— Вы грёбаные идиоты, — пробормотал он. — Сколько денег я вложил… — он покачал головой. — Так тому и быть. Вы сами подписали себе приговор.

Деверо напрягся. Подождите-ка минутку. Он уставился на Филлипса, когда тот вышел из комнаты в коридор. Он снова поднял пульт дистанционного управления, и по телу Деверо пробежал холодок.

Он прыгнул вперёд, и остальные сверхи последовали его примеру, но Филлипс уже закрывал дверь. У Деверо было достаточно времени, чтобы увидеть, как его большой палец нажал ещё одну кнопку на пульте дистанционного управления, после чего Филлипс исчез из виду. Дверь захлопнулась, и раздался щелчок, когда замок встал на место.

Скарлетт вздохнула.

— Мы — сверхи, — сказала она. — Эта дверь выдержит нас не больше минуты или двух. Мы выломаем её. Доминик Филлипс далеко не уйдёт.

Деверо взглянул на Морти и вспомнил, что тот сказал ему на тёмном, холодном игровом поле. Планы на случай непредвиденных обстоятельств: у Доминика Филлипса всегда были планы на случай непредвиденных обстоятельств.

Как только эта мысль сформировалась, Деверо услышал странное шипение и почувствовал резкий запах. Он посмотрел на вентиляционные отверстия, расположенные высоко на стенах, и его сердце упало, когда он увидел, как из них вырываются клубы желтоватого дыма. Очевидно, он не единственный, у кого была любовь к химии и знание ядовитых химикатов.

Глава 29

Вампирша по имени Медуза добралась до двери первой. Она потянула за ручку; когда та не поддалась, она начала колотить по стали.

— Эй! — закричала она. — Эй! Выпустите нас!

Двое оборотней бросились на неё, сбив с пути Медузу. Дверь дёрнулась на петлях, но осталась закрытой.

Деверо зарычал, и они послушно отошли в сторону. Он бросился вперед, ударившись о дверь боком. Металл прогнулся, и один из винтов в нижней петле выскочил. Ещё разок, ему нужно было ударить по ней ещё разок.

Когда он отступил, готовый снова броситься на дверь, он осознал, что Люцифер и Ван Хельсинг упали на колени, вцепившись пальцами в горло. Скарлетт согнулась пополам, а остальные оборотни выглядели дезориентированными.

Деверо напрягся. Он справится — он должен был справиться. Он напряг все свои мускулы, но, прежде чем он успел снова броситься на дверь, его задние лапы подкосились. Вместо того, чтобы врезаться в стальную дверь, он обнаружил, что падает на кафельный пол. Дерьмо.

Он снова поднялся на ноги, моргая. Чем бы ни был этот яд, он действовал быстро. Перед глазами у него всё поплыло, и он пошатнулся, когда корабль накренился. Твёрдая манера держаться, которой он так гордился, когда они впервые поднялись на борт, почти покинула его.

— Помогите, — простонал кто-то у него за спиной.

Деверо смутно различил, что голос принадлежал отцу Мартины. Он не оглянулся, на это не было времени. Ему нужно добраться до двери. Они так близко, очень, очень близко.

— Деверо, — прошептала Скарлетт. Она с глухим ударом упала на пол. Все остальные уже лежали.

Он задержал дыхание и потряс головой, пытаясь собраться с мыслями для последней попытки. Дверь. Добраться до… У него снова подкосились лапы, а голова упала на плитку пола.

Не такой финал он бы написал для себя, уныло подумал Деверо. Перед его мысленным взором промелькнуло лицо Элис и Мартины. Он протянул лапу и кончиками когтей коснулся распростёртого тела Скарлетт.

— Прости меня, — прохрипел он. — Мне так жаль.

Раздался глухой удар, за которым последовал громкий металлический скрип. Так вот на что похож звук смерти; он ожидал чего-то более мелодичного. Возможно, трубы или, по крайней мере, арфы.

Что-то схватило его, потянув за тело. Деверо моргнул. Это было больно. Он заскользил по полу, дёргаясь, пока его рывками вытаскивали через порог из наполненной ядом комнаты. Он задыхался, его зрение всё ещё оставалось затуманенным, а лёгкие горели, но он всё равно уловил запах своего спасителя. У него едва хватило сил, чтобы не поверить.

— Мартина?

Она не ответила. Она уже бежала обратно в комнату и направлялась прямо к распростёртому телу своего отца. Деверо отодвинулся подальше, чтобы втянуть более чистый воздух, и позволил себе три больших вздоха. Затем он, пошатываясь, поднялся и снова вернулся в своё человеческое тело. Ему нужны были руки, чтобы помочь остальным спастись.

Мартина появилась снова, одной рукой прикрывая рот, а другой обхватив отца.

— Оставайся с ним, — проворчал Деверо, молясь, чтобы она послушалась его приказа. Затем он нырнул обратно в помещение и направился к Скарлетт. Она сильнее остальных, она быстрее придёт в себя и поможет в спасении. Но не поэтому он помог ей в первую очередь.

Подхватив её на руки и чувствуя, как яд обжигает лёгкие, Деверо выбежал из комнаты. Он дал себе всего несколько секунд на то, чтобы прийти в себя, прежде чем снова броситься помогать остальным. К тому времени, как он вытащил оттуда ещё троих, Скарлетт достаточно оправилась, чтобы помогать ему.

Мартина попыталась вбежать обратно, но он зарычал на неё. Она отступила и вернулась к отцу.

Деверо было трудно оправиться от действия яда. Хотя весь эпизод, вероятно, занял менее десяти минут, ему это показалось вечностью. Однако в конце концов все четырнадцать пленников выбрались наружу и, спотыкаясь, побрели прочь из отравленной комнаты с её клетками отчаяния.

Когда они направились к лестнице, корабль дёрнулся, и послышался отдалённый грохот. Скарлетт мрачно посмотрела на Деверо.

— Он поднимает якорь, — прохрипела она. — Филлипс решил проигнорировать приказ начальника порта и отчалить.

Деверо выпрямился.

— Неважно, верит ли он, что ему удалось убить нас или нет, но он паникует, — он почувствовал прилив удовлетворения. — У него осталось меньше половины команды, и шторм, может, и стихает, но всё ещё слишком силён, чтобы поднимать паруса. На этот раз, — сказал он, обещая себе не меньше, чем ей, — мы его достанем.

Мартина встала между ними, скрестив руки на груди с непроницаемым выражением лица.

— Я иду с вами.

— Нет, не пойдёшь, — Деверо свирепо посмотрел на неё. — И что, по-твоему, ты делала, когда пришла сюда? Как ты узнала, что мы здесь?

Она ответила на его взгляд такой насмешкой, на которую была способна только девочка-подросток.

— Я подслушала твой разговор по телефону. И вообще, если бы я не пришла, ты был бы мёртв. Я спасла тебя.

— Да, спасла. Мы обязаны тебе жизнью, и я поблагодарю тебя позже. А потом, — добавил Деверо, — я позабочусь о том, чтобы ты была пожизненно наказана, — он собирался сказать кое-что ещё, но Скарлетт его опередила.

— Мартина, нам по-прежнему нужна твоя помощь. Убедись, что твой отец и другие люди покинут этот корабль до того, как он попытается покинуть порт. У тебя мало времени — в лучшем случае несколько минут, — когда она договорила, корабль опять загрохотал. Двигатели прогревались, готовясь к отправлению. — Это будет нелегко, — продолжила Скарлетт, — но их жизни в твоих руках.

Мартина взглянула на Деверо.

— Она права, — тихо сказал он. — Ты сможешь это сделать?

Девочка фыркнула.

— Конечно, могу.

— Тогда иди, — настойчиво сказал он. — Сейчас же.

Они наблюдали, как она выступила вперёд — крошечная фигурка, за которой следовала её собственная банда вампиров и оборотней.

Деверо выдохнул.

— Это было хорошее решение, — сказал он Скарлетт. — Вероятно, это единственный способ заставить её покинуть судно и добраться до безопасного места.

Грустная улыбка тронула уголок рта Скарлетт, когда она посмотрела вслед Мартине.

— Она храбрая девочка, — пробормотала она. — Она рисковала всем, придя сюда. Число людей, знающих о её существовании, только что значительно увеличилось.

В груди Деверо что-то сжалось, и это не имело никакого отношения к действию отравляющего газа.

— Пошли, — сказал он. — Давай найдём Доминика бл*дского Филлипса и покончим с этим.

***

Они вернулись тем же путем, что и пришли, пройдя через залитые кровью помещения и поднявшись по лестнице. Однако вместо того, чтобы выйти на главную палубу, они свернули в первый попавшийся коридор. Филлипсу пришлось стоять у штурвала, направляя корабль, когда тот отходил от причала.

Они раскачивались из стороны в сторону, корабль мотало от сильного ветра. Этот человек действительно сумасшедший. Если здесь, на Темзе, в относительном укрытии в виде пристани и окружающего города, дела обстояли так, Деверо и представить себе не мог, насколько плохо им будет в открытом море. Возможно, Филлипс рассчитывал на то, что шторм утихнет к тому времени, когда судно покинет устье Темзы и направится в Северное море. Или, возможно, мужчина просто хотел умереть. Если так, то Деверо был более чем счастлив помочь ему в этом.

Схватив Скарлетт за руку, чтобы сохранить их общее равновесие, Деверо скользил и спотыкался по коридору. Коридор вёл в пустой бар, который, без сомнения, обслуживал моряков. Дверь в дальнем конце открылась, и появился мужчина. Когда он увидел их, то застыл как вкопанный, с широко раскрытыми глазами и дрожащими ногами.

— Где Филлипс? — потребовал ответа Деверо.

Мужчина указал дрожащим пальцем за дверь, из которой только что вышел.

— Когда мы отойдём от причала?

Моряк сглотнул.

— Может быть, минут через пять, — его голос был едва слышен. — Прилив действует против нас. И ветер… Это слишком опасно. Мы можем затонуть.

Скарлетт сжалилась над ним.

— Тебе лучше уйти сейчас, пока ты ещё можешь.

Всё, что он смог выдавить из себя — это кивок. Деверо что-то проворчал и протиснулся мимо него. Мгновение спустя он услышал топот ног мужчины, пытавшегося бежать в противоположном направлении. Значит, не все на борту этого корабля были полными идиотами.

Следующий коридор оказался шире, но от этого идти по нему было скорее труднее, нежели легче. Здесь было больше места, и каждый раз, когда корабль дёргался, они со Скарлетт пошатывались. Деверо потерял счёт ударам о стены. В конце концов он сдался и превратился в своё тело оборотня.

Скарлетт крепко вцепилась пальцами в его шерсть.

— Напомни мне, — сказала она, — чтобы я в следующий раз купила тебе седло, — она выдавила из себя короткий смешок, хотя в этом звуке не звучало много веселья. Качка корабля и длительное действие яда плохо на неё подействовали. Деверо чувствовал себя ненамного лучше; его поддерживал только выброс адреналина.

Они услышали Филлипса задолго до того, как увидели его. Он орал на какого-то бедолагу, призывая его сделать больше, чтобы корабль сдвинулся с места.

— Почему? Почему ты, бл*дь, не можешь сдвинуть эту лодку с места? За что я тебе плачу?

— Снаружи дует ураганный ветер!

— Мне, бл*дь, всё равно. Уведи нас отсюда!

Скарлетт и Деверо тихо поднялись по лестнице к открытой двери машинного отделения. Внутри было четыре человека, включая Доминика Филлипса. Ближайший мужчина, которому было всего около двадцати лет, оглянулся и увидел Деверо. Он побледнел.

— Сэр…

— Я же говорил тебе! — рявкнул Филлипс. — Я больше не хочу слышать никаких проклятых оправданий по поводу погоды! Просто выведи эту грёбаную лодку… — его голос дрогнул, когда он понял, на что уставились остальные. — Ты, — тупо произнёс он, уставившись на массивное тело Деверо-оборотня. — Как ты выбрался? Почему ты всё ещё жив?

Один из мужчин перегнулся через борт и выключил двигатель судна. Мотор затрясся и остановился, хотя само судно продолжало опасно раскачиваться.

— Он весь ваш, — просто сказал он. — Давайте, ребята.

Деверо и Скарлетт пропустили их, позволяя уйти. Они далеко не были невинными, но, учитывая, что приз в виде Доминика Филлипса был так близко, Деверо был более чем готов отпустить их.

— Вернитесь! — закричал Филлипс. — Вернитесь! Вы не можете уйти! Я превращу вас в грёбаных вампиров, если вы уйдёте! Я выслежу ваши семьи! Я…

Скарлетт фыркнула.

— Тебе пора заткнуться.

Филлипс отвернулся и стал что-то искать. Когда он снова повернулся к ним лицом, в его руках оказался пистолет, но его руки дрожали. Казалось, он наконец понял, что игра окончена.

— Я дам вам денег, — сказал он. — Вы будете богаты. Вы также можете забрать корабль. Просто скажите мне, чего вы хотите, и я дам вам это.

Скарлетт склонила голову набок и мило улыбнулась.

— Всё, что нам нужно, Мастер Дом — это ты.

Филлипс нажал на спусковой крючок. Даже с такой крупной мишенью, как Деверо, выстрел прошёл мимо цели. Доминик Филлипс слишком привык заставлять других выполнять за него грязную работу. Его зрачки расширились от нескрываемого ужаса, и он резко обернулся. Он выстрелил ещё раз, на этот раз разбив стекло в окне справа. Затем он с воплем выпрыгнул наружу и упал на скользкую от дождя палубу снаружи.

Скарлетт и Деверо обменялись взглядами. Спустя долю секунды они последовали за ним.

Скарлетт выпрыгнула из окна, перекатилась, приземлившись, и вскочила на ноги. Деверо последовал за ней, и его крупное тело оцарапалось об осколки стекла, прилипшие к оконной раме. Пошла кровь, но он едва замечал боль. Несколько царапин сейчас не имели значения.

Кто-то выпустил сигнальную ракету с другого конца судна. Её зелёное свечение взметнулось в тёмное небо и осветило окрестности, затем к нему присоединилось ещё одно. Ветер снова подхватил судно, на этот раз заставив его врезаться в каменный причал. Раздался ужасный хруст, когда металл заскрежетал по камню.

Кто-то, вероятно, Мартина и её группа сверхов-последователей, сбросили трап, но он не выдержал шторма. Он дёргался, сотрясался и боролся, но в итоге отвалился. Доминик Филлипс запрокинул голову и взвыл, затем поднялся и побежал по палубе, едва удерживая равновесие.

Хищник внутри Деверо Вебба взревел от восторга, когда он бросился за Филлипсом, молниеносно приближаясь к нему. Он прыгнул как раз в нужный момент. Его передние лапы опустились на спину Филлипса и заставили его растянуться на земле в тот самый миг, когда вспышка молнии соединилась с зелёными вспышками и осветила палубу.

Филлипс повернулся лицом к Деверо, всё ещё сжимая пистолет в трясущихся руках.

— На этот раз я не промахнусь! — крикнул он.

Деверо опустил голову и вонзил зубы в горло Доминика Филлипса. «Да, — подумал он, — я тоже не промахнусь». Кровь наполнила его рот, и он сплюнул её.

А потом огонь в глазах Доминика Филлипса погас навсегда.

Глава 30

Деверо и Скарлетт потребовалось некоторое время, чтобы благополучно покинуть корабль. Даже после того, как они спрыгнули с его раскачивающейся палубы на причал, «Монстр» продолжал биться о каменную стену в странном акте морского самобичевания. Они понаблюдали за ним минуту или две, прежде чем отвернуться и побрести к дороге, которая вела от Баронс-Уорф.

По мигающим синим огням впереди Деверо понял, что без новой стычки им не уйти. Какой-то идиот пронюхал о том, что возникли проблемы, и предупредил власти — возможно, это был один из сбежавших моряков. Как бы то ни было, это не стало неожиданностью, учитывая переполох на корабле.

Деверо сказал себе, что он не волнуется, несмотря на кровавую сцену позади него. Он сверх. Прежде он уже уговорил полицию отпустить его раньше и может сделать это снова. Он был уверен, что они захотят сохранить в тайне ужасную правду о грузе «Монстра», а это означает, что Деверо и Скарлетт уйдут без лишних неудобных вопросов.

Однако, когда они завернули за угол и он увидел, кто ждёт у входа на пристань, у него упало сердце.

— Чёрт, — пробормотал он. — Вот чёрт.

Скарлетт проследила за его взглядом, и её плечи поникли.

— Сохраняй спокойствие, Деверо, — сказала она тихим, обречённым голосом. — Это единственный выход.

Впереди стояла группа полицейских во главе с детективом-сержантом Оуэном Грейсом. Рядом с ним находились Фред Хакерт и Эмма Беллами, причем последняя выглядела невероятно раздражённой. Она подошла к нему и протянула одеяло, в которое он с благодарностью завернулся.

— Хорошо провели отпуск? — спросил Деверо, изо всех сил стараясь казаться беспечным.

Беллами напряглась и ничего не ответила. Не похоже, что она хорошо отдохнула, и уж точно не было никаких признаков загара, скорее наоборот. Но, несмотря на её сердитый взгляд, Деверо беспокоило не её присутствие и не парни в синем. На самом деле его беспокоили высокий, тёмный Лорд вампиров и группа оборотней с каменными лицами. Не особенно помогало и то, что Леди Салливан словно тисками держала Мартину за руку, а остальные сбежавшие вампиры и волки были окружены сверхами, которые сверлили их сердитыми взглядами.

— Скарлетт, — рявкнул Хорват, — что, чёрт возьми, здесь происходит?

Она побледнела. Впервые за всё время, что Деверо её знал, она выглядела по-настоящему взволнованной. Прежде чем она успела ответить, Деверо прочистил горло и заговорил сам.

— Это моя вина, — сказал он. — Скарлетт просто хотела убедиться, что я не наделаю глупостей, — он небрежно махнул в сторону «Монстра». — Но вам не о чём беспокоиться, мы обо всём позаботились. Вы все можете идти домой и отдыхать.

— Возможно, вам бы этого и хотелось, — фыркнула Леди Салливан. — Но это, безусловно, не то, что произойдёт, — она не смотрела на Мартину, но по тому, как девочка резко втянула воздух, Деверо понял, что Салливан сжала её крепче.

Он сделал шаг вперёд, его глаза сузились.

— Осторожно.

Лорд Макгиган встал перед Мартиной.

— Да, мистер Вебб, — ледяным тоном произнёс он. — Будьте очень осторожны.

Палец Скарлетт коснулся его ноги, напоминая об её совете сохранять хладнокровие. Он набрал полные лёгкие воздуха и заставил свои плечи расслабиться.

— Человек, который несёт ответственность за всё это, мёртв, — сказал он. — Вы найдёте его тело на корабле, — он взглянул на детектива Грейса. — Вы можете снова арестовать меня за его убийство, если хотите, но я подозреваю, что ничего хорошего из этого не выйдет. Доминик Филлипс получил по заслугам, и каждый сверх в этом городе будет знать об этом. Правосудие восторжествовало ко всеобщему удовлетворению.

Грейс сглотнул и отвёл взгляд. Казалось, что его покинуло всякое желание бороться.

— Мы осмотрим место происшествия на яхте, мистер Вебб, — сказала детектив Беллами, заговорив вместо своего начальника. — И мы дойдём до сути того, что здесь произошло. Однако, судя по тому, что я видела и слышала, я подозреваю, что дальнейших арестов не будет, — она не смотрела на детектива Грейса, а тот не стал спорить.

Деверо кивнул.

— Вы всех их поймали? — спросил он. — Вы поймали всех ублюдков, которые купили себе порабощённых сверхов?

И снова Беллами ответила первой.

— Я полагаю, что ответ на этот вопрос утвердительный, — собравшиеся сверхи неохотно кивнули. — Все вовлечённые в это люди находятся под стражей, — продолжила она. — Все вампиры и оборотни, которых удалось спасти, доставлены в безопасные дома сверхов для обследования и ухода за ними. Мы позаботимся о том, чтобы то же самое произошло с группой, которая сошла с этого корабля, — она оценивающе посмотрела на Деверо. — Вы хорошо справились, разобравшись в происходящем, мистер Вебб, но вам следовало обратиться за помощью гораздо раньше.

Хорват скрестил руки на груди, и его чёрные глаза опасно сверкнули.

— Это ещё мягко сказано.

Деверо встретился взглядом с Лордом вампиров. Он не собирался ни извиняться, ни защищаться.

— У меня были на то причины, — сказал он.

— Это мы поняли, когда приехали сюда, — многозначительно произнесла леди Карр. Она не смотрела в сторону Мартины, как будто боялась этого сделать. — Я знаю, что вы неглупый мужчина, мистер Вебб. И я знаю, вы помните, что случилось в последний раз, когда вы хотели, чтобы человеческий ребёнок был обращён в оборотня.

— Это не его вина! — отец Мартины неожиданно проявил храбрость. — Он не делал этого с ней! Моя дочь тоже не виновата! Она не просила об этом. Она не хотела быть оборотнем. Этот ублюдок Филлипс… этот ублюдок… этот… — он задохнулся не в силах закончить фразу.

Деверо увидел искреннее сочувствие в глазах наблюдавших за ним сверхов, включая альф оборотней и Лорда Хорвата. Это не успокоило его, а скорее обеспокоило.

— Если бы не Мартина, — быстро сказал он, — мы были бы мертвы, а Доминик Филлипс сбежал бы.

Леди Салливан повернулась к Мартине и посмотрела на неё сверху вниз.

— Ты хорошо справилась, девочка, и я искренне сожалею о том, что произойдёт дальше. Но мы не можем позволить тебе разгуливать на свободе. Тебе уже сейчас нелегко, и ты только переходишь в подростковый возраст. Со временем будет становиться всё тяжелее. Ты не сможешь контролировать себя и, как бы тебе ни было ненавистно, будешь убивать. Не потому, что ты плохая, а потому, что ты ничего не можешь с собой поделать. Пострадает ещё больше невинных людей. Мы не можем этого допустить.

Детектив Грейс наконец включился в разговор.

— Вы не можете причинить ей вреда, — сказал он. — Это несправедливо. Она ни в чём не виновата. Она всего лишь ребёнок.

Лорд Макгиган пристально посмотрел на него.

— Мы придерживаемся ваших законов, детектив.

Детектив Беллами выглядела бледной.

— Должно же быть что-то, что мы можем сделать.

Отец Мартины вырвался из рук вампиров.

— Вы говорите о том, чтобы причинить ей боль! Вы говорите о моей дочери! Я знаю, что она чудовище, но…

— Ты не помогаешь, — проворчал Деверо.

В небольшой толпе раздался громкий кашель. Мгновение спустя появилась маленькая фигурка Филеаса Кармайкла, проталкивающегося сквозь смуглых оборотней, которые были в три раза больше его.

— Я вынужден согласиться, мистер Кристал. Вы ни в малейшей степени не помогаете делу своей дочери, — он поправил галстук. — Я, с другой стороны, могу предложить более эффективную помощь.

Деверо не имел ни малейшего представления о том, как гремлин-адвокат оказался здесь, но тот факт, что он был одет в костюм, свидетельствовал о том, что он ждал именно этой возможности. Он наслаждался возможностью заставить аудиторию внимать каждому его слову.

Деверо также знал, что все взгляды с надеждой обратились к гремлину. Никто не хотел вредить Мартине — ни альфы кланов, ни Лорд Хорват, ни полиция, ни кто-либо из наблюдающих за происходящим сверхов. Никто не хотел убивать её, даже если само её существование было незаконным, и она представляла реальную опасность. Все хотели, чтобы Филеас Кармайкл предложил выход.

Деверо взглянул на Мартину. Она выглядела очень бледной и маленькой, как будто не могла убить даже муху.

— Я потратил немало времени на изучение законов с тех пор, как мистер Вебб сообщил мне о существовании Ангелики Кристал, — сказал Кармайкл, указывая на Мартину взмахом руки.

— Мартина, — пробормотала она. — Я хочу, чтобы меня называли Мартина.

Филеас благосклонно улыбнулся ей и не замедлил шага.

— Как пожелаешь, — он подошёл к ней, не боясь того, что скрывалось за её девичьей внешностью. Он был даже меньше её ростом. — Это правда, — сказал он, — что ты не должна существовать. Это правда, что закон в своей основной форме требует, чтобы ты была… усыплена для безопасности общества в целом. Но, — он поднял дрожащий палец, — есть способ, как этого не допустить, — он помолчал и улыбнулся.

— Ну и? — огрызнулась леди Салливан. — Говорите, мужчина!

— Если будет доказано, что подросток, о котором идёт речь, слушается ответственного взрослого, который поможет ей контролировать своего волка и предоставит ей необходимое пространство вдали от других в ночи перед полнолунием и после него, ей позволено остаться в живых.

Лорд Макгиган сплюнул на землю.

— Но когда она обращается, она не способна слушать никого другого. В этом-то и всё дело.

— Давайте посмотрим, не так ли? — Филеас повернулся на каблуках и подошёл к отцу Мартины. — Приношу свои извинения, мистер Кристал, — сказал он, затем поднял руку и врезал ему по лицу.

В толпе раздалось несколько удивлённых возгласов.

— Очевидно, — нараспев произнёс Кармайкл с видом профессора, читающего лекцию, — что зачастую она не будет нуждаться в провокациях. Однако в данном случае и для этих целей…

Мартина зарычала. Она развернулась, и одежда на ней разорвалась, когда оборотень проступил на поверхность. Леди Салливан попыталась удержать её, но быстро ослабила хватку. Через несколько секунд дрожащая волчица Мартины оказалась перед Кармайклом, оскалив зубы. Гремлин вот-вот станет пищей для оборотня.

— Ангелика! — воскликнул её отец. — Нет! — его слова не были услышаны.

— Отойди, девочка! — приказала леди Салливан. — Мартина Кристал, делай, как я говорю!

Мартина шагнула ближе к Кармайклу.

Макгиган присоединил свой голос к голосу Салливан, и его попытка оказать давление эхом разнеслась по ночному воздуху.

— Стой, Ангелика Кристал! Прекрати то, что ты делаешь, Мартина Кристал!

Мартина даже не дёрнулась. Её жёлтые глаза сузились, а мышцы напряглись, когда она приготовилась к броску.

— Ты не сделаешь этого, — сказала Леди Карр. — Ты будешь…

Деверо вздёрнул подбородок и вмешался.

— Мартина, — сказал он, не повышая голоса, — прекрати эту чушь сейчас же.

Она мгновенно упала на землю, и её рычание перешло в скулёж.

— Иди сюда, — приказал Деверо.

Мартина направилась к нему, опустив голову. Все уставились на него, широко разинув рты. Краем глаза Деверо заметил, как Кэннон Карр подтолкнул локтем оборотня, стоявшего рядом с ним.

— Я же тебе говорил про него, так?

Добравшись до его ног, Мартина остановилась, и её тело обмякло.

Филеас Кармайкл достал носовой платок в горошек и вытер лоб.

— Что ж, — сказал он, — я рад, что это сработало, — его глаза встретились с глазами Деверо. — Дело не только во власти, знаете ли. Она должна была знать, что может доверить вам свою жизнь. Это большая редкость.

— Я … Я… — её отец, казалось, всё ещё не мог как следует договорить фразу. Он рухнул на землю безвольной кучей.

— Она будет особенно опасна в полнолуние, — сказал Кармайкл. — В это время ей нужно будет оставаться с вами по крайней мере неделю. Каждый раз. В противном случае она может быть со своим отцом. Это большое обязательство с вашей стороны, мистер Вебб.

Деверо не сводил глаз с Мартины.

— Я не возражаю.

— И, конечно, нам повезло, — продолжил адвокат, — что вы имеете исключительное право посещать парк Регент в полнолуние. Мартина может бегать там сколько душе угодно, не опасаясь, что кто-нибудь пострадает, будь то оборотень, человек или даже гремлин.

— Вы понимаете, что это значит, — шёпотом обратилась Леди Карр к Леди Салливан. — Его действительно укусили четыре раза. Он сильнее всех нас, вместе взятых.

На этот раз Деверо решил проявить великодушие и не реагировать на её слова. Честно говоря, он испытал огромное облегчение. Он знал, что волчица Мартины не послушалась бы его, если бы они не прошли через многое вместе. Сначала ему пришлось доказать ей, чего он стоит.

— Молодец, — прошептала Скарлетт ему на ухо.

— Кармайкл сильно рисковал, — сказал ей Деверо. — Он не мог знать, что Мартина сможет мне доверять. Если только…

Скарлетт улыбнулась.

— Сегодня вечером я сделала несколько телефонных звонков. Ты задолжал мне кучу услуг, Деверо Вебб. Такими темпами ты останешься у меня в долгу на долгие месяцы, — в её глазах заплясали огоньки, затем она отошла, чтобы поговорить со своим Лордом.

Деверо наклонился и подхватил Мартину, держа её пушистое тельце на руки.

— Возьми её, — сказал он её отцу. — И, ради бога, приятель, присматривай за ней лучше, чем раньше. Она нуждается в тебе так же сильно, как во мне. Она не чудовище, она храбрая маленькая девочка.

Мужчина слабо кивнул. Когда Деверо проходил мимо неё, его глаза встретились с глазами трёх альф кланов, и он увидел в них невольное уважение. Он коротко кивнул в знак признательности и отвернулся. Мартина в безопасности, и он добился значительных успехов с другими сверхами. По крайней мере, сегодня он бы назвал это победой.

Глава 31

На его улице царила тишина. Прохожих видно не было. Его старое Стадо, очевидно, вернулось в свой родной уголок Лондона, и разномастная группа сверхов, которых Скарлетт приставила охранять этот район, тоже уехала. Погода, установившаяся прошлой ночью, заставила бы даже самых стойких людей поспешить в укрытие, и сейчас единственными запахами были автомобильные выхлопы, шум забившихся ливнёвок и спокойная, свежая атмосфера после шторма.

Деверо подобрал несколько опрокинутых мусорных баков, оттащил их на обочину дороги, чтобы они не мешали проезжающему транспорту, и подобрал несколько упавших черепиц. Он потёр затылок и вздохнул. Ему потребовалось больше времени, чем он хотел, чтобы выбраться из Баронс-Уорф. Мартина уехала со своим отцом, хотя должна была вернуться к нему через несколько дней в полнолуние. Скарлетт уехала с Лордом Хорватом и другими вампирами.

Детектив Беллами явно хотела расспросить его более тщательно, но, похоже, у неё полно дел с детективом Грейсом, который, судя по всему, пытался объяснить ей, что Отряд Сверхов — это не то место, где он хотел бы быть. Кто бы мог подумать. Затем оборотень, предположительно из клана Фэйрфакс, подошёл к Деверо, чтобы сказать ему, что он должен присоединиться к ним. Он знал, что не сможет этого сделать; он не мог выполнять приказы кого-то другого и притворяться верным солдатом. И он недостаточно знал обычаи оборотней, чтобы попытаться стать альфой Фэйрфаксов, хотя в данный момент эта должность была вакантной. Он не готов, и это было бы несправедливо.

На него внезапно навалилось измождение, и всё тело ныло от усталости, пока он, прихрамывая, шёл к своему дому. Пулевые отверстия всё ещё были видны, но, как ни странно, внутри, казалось, горел свет. Он заглянул в одно из треснувших окон и улыбнулся, увидев, что доктор Яра заваривает большой чайник чая. Он удивился тому, как обрадовал его знакомый вид этой женщины, хотя и знал, что она заслуживает гораздо большего, чем это.

Он на мгновение остановился, затем, вместо того чтобы направиться к входной двери, развернулся и двинулся к ближайшему соседнему дому. Кружевные занавески колыхнулись, когда он приблизился, поэтому вместо того чтобы постучать или позвонить в дверь, Деверо подождал снаружи. Чутьё его не подвело: буквально через несколько мгновений дверь открылась, и оттуда выглянуло морщинистое лицо пожилой пикси. По крайней мере, он предположил, что это была пикси, из-за её миниатюрной внешности и волос яркого цвета. Он никогда раньше не встречал таких оттенков.

— Деверо Вебб, — представилась она с сильным акцентом кокни. — Вы пришли одолжить стакан сахара?

— Я и так достаточно сладенький, — он помедлил. — Вы Миллисент Томпсон?

Она склонила голову, и на её губах заиграла приятная улыбка.

— Это я.

— Вы наняли для меня Филеаса Кармайкла.

Её глаза заблестели.

— Я так и сделала. Он, конечно, невыносим. Все юристы такие. Но он хорош в своей работе и, насколько я слышала, сослужил вам хорошую службу.

— Так и было, — Деверо пристально посмотрел на неё. — Зачем? Зачем вы это сделали?

Было ясно, что она ожидала этого вопроса, но не торопилась с ответом.

— Мы живём в трудные времена, мистер Вебб, и оборотням нужен чемпион. Я видела, что вы сделали с девочкой — я наблюдала за всем прямо отсюда. Помогая ей, вы подвергли опасности свою и без того непростую жизнь.

— За это кто-то мог бы назвать меня наивным. Или дураком, — он поднял брови. — Кто-то мог бы сказать, что, помогая ей, я рисковал жизнями многих других.

— Все эти люди были бы правы, — ответила Миллисент. — Но это не значит, что вы поступили неправильно. Теперь вы мой сосед, мистер Вебб, и это значит, что мой долг — заботиться о вас так же, как вы заботитесь о других. Я не хотела, чтобы вы думали, будто вам здесь не рады. Ибо вам рады, — она слабо улыбнулась. — Хотя я бы предпочла, чтобы в будущем вы свели к минимуму присутствие вооружённых людей и перестрелки.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — тихо сказал Деверо. — Спасибо вам за помощь. Если я смогу что-нибудь сделать в ответ, дайте мне знать.

Миллисент пристально смотрела на него.

— На самом деле, кое-что есть.

— Просто скажите.

— Выслушайте их предложение, — сказала она. — Не отвергайте его сразу, пока не рассмотрите все варианты.

Он нахмурился.

— А?

Она начала закрывать дверь.

— Доброго вам дня, мистер Вебб.

Он стоял на пороге её дома, уставившись на закрытую дверь. Что ж, это было странно. Он пожал плечами и прошёл несколько шагов до своего дома. Сначала кофе, решил он. Потом поесть. А потом долго-долго спать.

Как только Деверо переступил порог, он понял, что доктор Яра не одна. Он напрягся, услышав тихие голоса, доносившиеся из полуразгромленной гостиной. Он был уверен, что с ней не Рэйчел Фостер. Деверо заставил себя подавить усталость. Если этот кто-то ищет конфронтации, он разберётся с ним, кем бы он ни был. Он вошёл внутрь.

Из-за отсутствия мебели доктор Яра сидела на ящике лицом к паре, запах которой сразу же выдавал в них людей. На другом ящике перед ней стоял чайник с чаем, который она только что заварила, и три чашки. Там даже виднелась тарелка с печеньем. Глаза Деверо сузились.

Два человека сидели на шатких, неудобных кухонных стульях с высокими спинками. Когда Деверо вошёл, все трое вскочили.

— Мистер Вебб! — доктор Яра просияла. — Вы вернулись. Я сесть на такси от дома Рэйчел, когда мы узнаем, что с Мартиной всё в порядке. Я надеюсь, что всё в порядке, что я приезжаю сюда. Я хочу остаться.

Он выдавил из себя улыбку в её сторону.

— И я хочу, чтобы вы остались, — он посмотрел на двух людей; что-то в них было тревожно знакомое. Мужчина был одет в элегантный синий костюм и держался скованно. У женщины были блестящие каштановые волосы, собранные сзади в строгий пучок, а на лице не было ничего, кроме самого базового макияжа. О да. Теперь он вспомнил, где видел их раньше. Это журналисты, которые следили за ним.

— Я оставляю вас, чтобы вы поговорили со своими друзьями, — сказала доктор Яра. Она улыбнулась ему и вышла из комнаты, не забыв закрыть за собой дверь.

Мужчина протянул руку.

— Рад познакомиться с вами, мистер Вебб, — произнёс он, растягивая слова, с акцентом жителя графств, окружающих Лондон.

Деверо уставился на его руку, не предпринимая ни малейших попыток пожать её.

— Я не общаюсь с журналистами.

— Мы не журналисты, — сказала женщина. У неё был странный, назойливый вид.

Губы Деверо скривились.

— Я ошибся. Вы, должно быть, из полиции. Я видел, как вы околачивались возле моего старого дома и неподалеку отсюда. Вы вообще не сливаетесь с толпой.

Пара переглянулась.

— Мы не из полиции, — сказал ему мужчина. Он убрал руку, поняв, что Деверо не собирается её пожимать.

— Честно говоря, — сказал Деверо, — мне всё равно, кто вы. Вам здесь не рады. Он указал на дверь. — Доброго вам дня.

Они сделали вид, что не услышали его.

— Меня зовут Майлз ДеВант, а это моя коллега Сара Гринсмит, — сказал мужчина. — А вы — Деверо Эдвард Вебб, родившийся восьмого января 1989 года. Ваши родители умерли, но у вас есть старшая сестра по имени Наташа и племянница по имени Элис, которая недавно вылечилась от лейкемии, к большому удивлению её врачей, которые предсказывали совсем другой исход. Вас несколько раз арестовывали, но вы никогда не были осуждены за какие-либо преступления, хотя до недавнего времени вы были лидером мелкой преступной организации под названием Стадо. Теперь вы оборотень без клана.

На Деверо это не произвело впечатления.

— Убирайтесь к чёрту из моего дома.

Сара Гринсмит подхватила нить разговора.

— На последних выборах вы голосовали за Партию Зелёных и сделали для них значительное пожертвование. Если не считать нескольких незначительных переломов костей, полученных вами в подростковом возрасте, когда вы выпрыгивали из окна ограбленного дома, и пары пулевых ранений, полученных в результате недавних действий, когда вы пытались остановить банду контрабандистов, вы в хорошей физической форме и здоровы, и все ваши прививки соответствуют требованиям.

— Что это? — зарычал Деверо. — Кто вы такие, люди?

— Мы из МИ-5, мистер Вебб.

Деверо перевёл взгляд с мужчины на женщину и обратно. Он издал короткий, резкий смешок.

— Вы шпионы? Не вешайте мне лапшу на уши.

— Я могу заверить вас, что это правда. Хотя мы предпочитаем термин «агенты разведки».

У него внезапно свело судорогой то место между лопатками.

— Чего вы хотите?

— Вас, — просто ответила женщина. — С некоторых пор мы занимаемся вербовкой сверхъестественных существ в МИ-5. Мы обнаружили, что у них есть ресурсы и способности, с которыми люди не могут сравниться. К сожалению, несмотря на все наши усилия, нам не удалось склонить ни одного вампира или оборотня на нашу сторону. И Лорд Хорват, и кланы слишком усложняют нам задачу. Но вы не вампир и не состоите ни в каком клане.

Невероятно.

— Это, — сказал Деверо, — самая большая чушь, которую я когда-либо слышал, и это при условии, что вы те, за кого себя выдаете. Вы хотите сделать из меня шпиона? Моё лицо уже несколько недель мелькает во всех новостях. Я не из тех, кто может проскользнуть незамеченным.

— Мы именно этого и хотим, — сказал ДеВант, не сбавляя темпа. — Мир знает, что вы преступник и оборотень. Вы последний, кто стал бы работать на правительство Её Величества.

— Вы правы, — парировал Деверо. — Я последний, кто стал бы это делать. Я преступник, помните?

— Не сейчас. Сейчас вы не преступник. Теперь вы честный мужчина. Вы также умный, чуткий и, — добавил ДеВант, — вы заботитесь о своём сообществе. И о своей стране.

Гринсмит согласилась.

— У меня были сомнения на ваш счёт, но ваши недавние действия с «Мателотом» доказали, что вы более чем способный.

Деверо пристально посмотрел на неё. Они знали; они знали о Доминике Филлипсе и о том, что он задумал.

— Если вы знали о «Мателоте» и Филлипсе, — прорычал он, — почему вы ничего не предприняли против них?

— Мы планировали, — мягко ответила она. — Вы нас опередили. И должна добавить, с большим успехом.

Более вероятно, что они увидели, что он задумал, и решили переложить на него грязную работу, чтобы обезопасить себя.

— Я не собираюсь работать на МИ-5. — Деверо скрестил руки на груди. — Вам лучше уйти. Немедленно.

Майлз ДеВант улыбнулся.

— Мы позаботимся о том, чтобы вы всегда находились в Лондоне и были свободны от всех обязанностей в течение каждого полнолуния, дабы вы могли выполнять свои обязанности оборотня. Мы не будем возбуждать иски против Ангелики Кристал или её отца и разрешим вам сохранить права на парк Регент в полнолуние. Мы будем платить вам достойную зарплату и, — сказал он, словно это была вишенка на торте, — если вы станете успешным сотрудником МИ-5, мы готовы провести переговоры от имени сверхов об изменении некоторых драконовских законов, которые применяются к вам подобным. Со временем мы, возможно, даже поможем вам создать свой собственный лондонский клан, если вы этого захотите.

Он полез в карман и достал визитную карточку. На ней не было ничего, кроме номера телефона.

— Подумайте об этом, мистер Вебб. Вашей стране не помешал бы такой мужчина, как вы. А вам не помешало бы иметь нас на своей стороне, — он небрежно улыбнулся и направился к двери. — Я уверен, что нет необходимости говорить это, — добавил он через плечо, — но, пожалуйста, никому об этом не рассказывайте. Мы предпочитаем работать анонимно.

Сара Гринсмит слегка улыбнулась, и они оба ушли. Деверо смотрел им вслед. Вся их встреча была потрясающе короткой и возмутительно странной. Неужели это произошло на самом деле?

Он всё ещё стоял в гостиной с карточкой в руке, когда раздался стук в парадную дверь. Деверо вышел и открыл её, почти ожидая снова увидеть сумасшедшую парочку. Вместо них там оказалась Скарлетт, склонившая голову набок и приоткрывшая губы.

Она одарила его медленной, чувственной улыбкой.

— Я подумала, что нам пора, наконец, закончить то, что мы начали. Можешь приступать к возврату некоторых из тех услуг, которые ты мне задолжал.

У него защемило в животе от восторга, когда он отступил назад и жестом пригласил её войти.

— Кто были эти люди? — спросила она.

— Прошу прощения?

— Я видела, как двое людей выходили отсюда, когда я приехала.

Деверо сунул визитку Майлза ДеВанта в карман.

— Свидетели Иеговы, — солгал он. — Доктор Яра впустила их, — он потянулся к ней, обхватив одной рукой за талию. — а я отправил их с блохой в ухе.

(«Блоха в ухе» — это метафора, означающая резкий отпор, резкое замечание, словесный разнос, но в то же время очередная шутка про оборотней, якобы от Деверо можно подцепить блох, — прим)

Скарлетт улыбнулась ему, затем опустила руку и коснулась его паха. Он напрягся, а её улыбка стала шире.

— Хорошо, — прошептала она. — Потому что я хочу, чтобы до конца сегодняшнего дня ты принадлежал только мне. Может быть, даже до конца этой недели. Это намного больше обязательств, чем я обычно беру на себя.

Деверо одарил её долгим крепким поцелуем.

— Тогда чего мы ждём?

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Продолжение серии ищите в наших сообществах!

ВК: https://vk.com/vmrosland

Телеграм: https://t.me/rosland_translations