Бесстрахов Андрей – мое последнее задание на пути к свободе. Но «любовная игра» обернулась катастрофой для меня. Я беременна от полковника полиции, что не сулит мне ничего хорошего.
Не в моих правилах сдаваться, поэтому я непременно найду выход, чтобы все исправить.
– Кристина, погуляй с Настей, накорми и спать уложи, – услышала голос матери, когда спускалась на нижний этаж, чтобы проверить пирог в духовке.
– У меня сегодня тренировка и ночная смена, – сказала, понимая, что сейчас начнется скандал. В последнее время они стали случаться чаще.
Мать тут же оказалась рядом, за несколько секунд преодолев длинный коридор. Высокая, стройная блондинка с короткой стрижкой – именно так выглядела Титова Ольга Николаевна, утонченная и стильная женщина. Она прищурилась и яростно процедила:
– Ты не слышала, что я тебе сказала?!
Ага, как же… Не услышать мою маму довольно трудно. Ее командный тон может добить и глухого.
– Я объяснила…
– Да мне все равно на твои проблемы, моя дорогая. У меня работа. Работа, которая нас хорошо кормит, и с твоей подработкой рядом не стояла.
– Настя – не моя дочь. Почему ее воспитываю я? У ребенка есть мать и отец!
– Ты воспитываешь? Много на себя взяла, моя дорогая. Ты всего лишь помогаешь мне. Иногда.
– Я учусь, если ты забыла.
– Учишься? Ты учишься? Что за учеба такая? Учатся, когда твоя будущая работа будет нужна и необходима. А ты кем будешь? Тренером? Зачем? Какая польза в этом?
– Не помню, чтобы ты так отцу говорила, а он всю жизнь был спортсменом, тренером.
– Не смей мне хамить! Твое поведение невыносимо. Не зря меня предупреждал Максим, что еще устроишь мне ад на земле с твоим характером. Пусть отец с тобой поговорит.
– Он мне не отец! – заявила, не собираясь так его называть. Да Максима… мужчиной было трудно назвать. Трутень с красивым телом и вечными проблемами, которые решает моя мать, забыв про детей.
Совсем другое дело – мой отец! Мастер спорта, четырехкратный чемпион мира по ММА, двукратный по вольной борьбе, тренер сборной России по боксу. Вот это был настоящий мужчина!
А этот…
Червь с красивыми речами и накаченным телом, уделяющий своей прическе больше времени, чем я своим длинным волосам за месяц. Кстати, младше матери на двенадцать лет. Скользкий хитрый лис, от которого у матери помутился рассудок.
И это у хирурга престижного медицинского центра с высшей квалификационной категорией, имеющей ученую степень кандидата и доктора медицинских наук.
– Он для тебя отец!
– Ты ошибаешься, Воропаев Максим – всего лишь твой муж.
Ольга Николаевна с укором посмотрела на меня, а потом с обидой выдала:
– Почему ты такая резкая? Если бы была немного нежнее, то у тебя было бы все.
– Все? Вот это «все» имеет твой муженек, а я тут нянька, уборщица и повариха. Ты даже учиться мне не даешь. В чем проблема?
– Это временно. Сейчас я не могу тратиться.
– И что у нас случилось? – спросила, надеясь узнать правду. Как этот паразит поселился в нашем доме, он стал напоминать секретную организацию.
– Не волнуйся, все решится, но сейчас мне как никогда нужна твоя помощь.
– Мама, я помогаю: и с ребенком, и с домом, и со всем. Ничего не прошу, но ты должна предупреждать меня о проблемах.
– Не забивай голову. Я справлюсь.
– И все равно… – начала, не собираясь отступать, – у меня ночная смена в ресторане.
– Поменяйся или что ты делаешь, когда не получается?
– Я не могу поменяться. График ставит администратор.
– Кристи, решай сама. И завтра отвези ребенка в больницу на прием. Там нужно несколько врачей пройти. Год ей уже.
– Нет. У меня учеба.
И тут мать вышла из себя. Она резко пошла на меня и процедила:
– Ты решила меня взбесить?
– Я не могу пропускать. У меня тренировочные бои в универе.
– И что? Все равно сломаешь себе что-нибудь, так хоть отсрочишь.
– Я ничего не ломаю…
– Так другие помогут. Что еще ждать от боев?
– Мам, я чемпионка России по нескольким…
– А мне этого не нужно! Понимаешь? Все это глупости! Спорт твой только калечит, он ничего не дает.
– Если ты про папу…
– Он оставил нас! Я его предупреждала каждый раз, когда выходил на свой чертов ринг, но он не слушал. Ему было плевать на меня, на тебя, и нашу жизнь. Только этот кровавый спорт!
– Мама…
– Не говори! Я не хочу слышать! Понимаешь, я больше не хочу об этом слышать…
Мой отец скончался во время боя ММА от удара соперника в область живота. После этого мать сильно сдала. Ее ничего не радовало, не волновало. Стало просто безразлично на себя, меня и весь белый свет.
Тогда я очень переживала, пыталась вернуть ее к нормальной жизни, хоть сама очень страдала. Но было не до себя, я не хотела потерять второго любимого человека.
В таком амебном состоянии мать находилась до встречи с Максимом. И тогда начались кардинальные изменения в нашей семье, которые коснулись и меня. Мать совершенно поменялась. Казалось, она нашла свой идеал – мужчину, за которым присматривала как мать, и что странно, Максим слушался ее, заглядывая в рот, жалуясь на все, плача и вымаливая поддержку в любых своих безумных идеях. С отцом и со мной мать не могла использовать свою гиперопеку, так как мы решали свои проблемы сами, оберегая ее, и, оказывается, зря. Не знаю, что этот гадкий мужик ей напел, но она стала подозревать меня в немыслимых деяниях и контролировать, запрещая спорт, требуя полного подчинения. Макс плел ей о том, какие должны быть настоящие девушки, и я совершенно не вписывалась в его рамки.
Вспомнила случай, когда я тренировалась с метательными ножами, точно попадая в цель, и он случайно проходил мимо. Других же мест прогуляться в нашем шикарном саду не было, только у этого дерева. Замечу, нож его не задел, но он пролетел в сантиметре от его лица, что конкретно напугало мужчину. Час квакал на кухне, показывая на меня пальцем.
Итог: мать запретила метать ножи, а потом и все остальное. И это учитывая, что на территории дома у нас два спортивных домика. Отец позаботился.
Когда мама забеременела, все ухудшилось. Под влиянием своего дармоеда она решила, что пришла пора меня «правильно» воспитать, чтобы не потерять. Я старалась понять, учитывая ее деликатное состояние, и ждала.
А зря…
Мама родила чудесную девочку, которая свалилась на меня, так как некому стало выплачивать долги вечно-завывающего альфонса. И до сих пор проблемы этого паразита не заканчиваются.
– Я не могу отменить смену, завтра мне нужно внести плату за спортивный инвентарь.
– Не проблема, после купим.
– Ты три месяца назад так говорила.
– У меня пока нет возможности.
– Это не играет роли, когда мне нужно заниматься. Не ты, значит, я.
– Как хочешь, но завтра в больницу с малой непременно поедешь.
– Мама…
– Никаких мам! Ты сидишь с ней!
– Пусть Максим твой сидит! – в отчаянии закричала. Да, нервишки у меня порой шалили, как не пыталась себя контролировать. Просто в последнее время стало совсем тяжело.
– Он занят.
– Чем это? Пузо чешет на диване?
– Что?! Ты его осуждаешь? Ему и так тяжело!
И каждый раз что-то в этом духе. Как мне надоело «понимать» всяких трутней.
– И чего же ему так тяжело? – закричала, не понимая, с какой стати она его вечно защищает. Это ведь первосортный прихлебатель из клана дармоедов.
– Он потерял свою мать, и с работы его несправедливо уволили, повесив огромную сумму.
– Мама! – закричала, перехватывая ее за руки. – Ты себя послушай! Ну, послушай же! Ты разве не понимаешь, какой бред несешь? Когда он работал? Он же диванный прощелыга!
– Отпусти! Я опаздываю! – яростно сказала она и дернулась, на что сразу отреагировала, отступив на шаг.
– Ты должна появиться не позже восьми вечера, в противном случае твою дочь я оставлю отцу. Пусть для разнообразия посидит с ребенком.
– Максима не трогай, я постараюсь успеть. Сейчас он спит, не буди его.
– Ага… как же… разбудишь его. Если только бомбой или тарелкой в нос.
И зачем сказала? Мать моментально забыла, что ей нужно было куда-то идти, и поспешила ко мне для уточнений и рекомендаций. Еще бы… для нее сейчас прозвучала угроза в сторону муженька, насколько понимала по ее учащенному дыханию.
– И если еще раз его ударишь или обидишь, то я…
Вот честное слово, кто его бил? Массу наел, а сам как мышь трясется от каждого взмаха. Руку поднять нельзя.
– Что? Лишишь меня денег? Ты лишила. Перестанешь тратить на меня деньги? Ты перестала. Что там по списку у нас дальше? Выгнать из дома? А кто будет смотреть за вашей дочерью и выполнять роль прислуги?
– Тебе от меня только деньги нужны, да?
Вот и приехали! Все разговоры всегда сводятся именно к этой фразе.
– Нет. Но если ты не содержишь, дай мне себя содержать.
– Жилье есть, продукты я покупаю, за учебу платить не нужно.
– Есть такое, но расходы никто не отменял, даже банально проезд.
– Ты сама виновата в моем отношении. Я тебе предложила вариант: учиться на хирурга. С моими связями и возможностями…
– Мама, какой из меня хирург? Ну, какой? – воскликнула, удивляясь тому, что ей на протяжении двух лет не наскучило обсуждать эту тему. – Я боец.
– Ты девушка, а не боец! Понимаешь? Девушка, – по слогам сказала мать, видимо, на тот случай, если я забыла буквы. – Женщина, будущая мать. А все спортсменки калеки.
– Не нагнетай, ладно?
– А что я не так сказала? Каждый день вижу, оперирую тех, кто из-за спорта гробит свое здоровье. Да что говорить? Ты сама сколько раз ломала конечности?
– Мам…
– Все! Раз выбрала быть тренером, хочешь ломать себе кости, сама решай свои проблемы. Я не касаюсь. Одно скажу – ты на своей жизни поставила крест, – последнее она выдала дрожащим голосом и резко вышла из дома, громко хлопая дверью.
Выдала рык и ударила кулаком о стену, прислонившись всем телом, не в силах плакать.
Я не могла.
Не могла и все…
Даже когда отец скончался… Я ведь тогда находилась в зале и с ужасом наблюдала кошмарную картину смерти любимого мужчины. Я просто в отчаянии хрипела, пытаясь пробиться к рингу.
Отец с детства приучил меня держаться стойко, смело, не оглядываться назад и никогда не сдаваться.
И сейчас мне его так не хватало!
Громкий крик вернул в реальность.
Младшая сестра проснулась.
Быстро направилась в детскую спальню, где в кроватке стояла милая голубоглазая девочка и горько плакала, вытирая слезы маленькими ручками.
– Ты чего, малая? – сказала, подхватив на руки, понимая, что мокрая. – Вон оно что. Ну, бывает… Сейчас решим.
Через пять минут усадила чистую и довольную Настю на стульчик для кормления и села рядом на стул, размешивая суп-пюре, который приготовила еще в обед. Замечу, пирог не сгорел.
– Ну, давай, покушаем и пойдем гулять.
Отмечая, как загорелись глаза сестры, усмехнулась.
Любительница погулять.
Малышка как раз съела первую ложку, когда послышался шум. На втором этаже кто-то топал как слон. Гадать не стоило, это проснулся пан министр – лоботряс Максим.
Воропаев вышел в одних джинсах, щеголяя голым торсом. Вечно так ходил, очевидно, представляя себя в спортзале. Естественно, первым делом сразу направился к холодильнику. Замечу, его любимое место обитания. Схватив бутылку пива, он плюхнулся на плетеный стул и открыл крышку об стол, жадно глотая янтарную жидкость.
– Жрать готово?
Самый насущный вопрос у дармоеда.
Молчала.
Купить надо бы беруши для комфортного общения. Хотя, с другой стороны, кто знает этого психа? Вдруг от бешенства нападет.
Да и чего разговаривать, когда этот нахлебник вечно меня провоцировал? Получит, а потом маме жалуется.
Нытик.
– Э, ты оглохла?
Третья ложечка чудесно вошла в открытый ротик. Как бы еще десять таких ложек и можно спокойно выдохнуть. Улыбнулась малышке, чтобы не пугалась, и повернулась к этому аборигену.
– Сейчас ты оглохнешь… – процедила, притом с улыбкой. Научилась виртуозно улыбаться, как только появился маленький ребенок в доме.
– Ты как с отцом разговариваешь! – возмущенно выдал он и вновь глотнул из бутылки.
Посмотрела по сторонам, отмечая камеру. Не работала.
Обычно мама любовалась семейной идиллией на работе, но когда Макс поселился здесь, то их отключили. Он чувствовал себя под прицелом, как жаловался матери.
Ага, под прицелом… Как же! Специально отключил, чтобы она не видела, как он целыми днями пьет и телевизор гоняет.
Тем временем оболтус продолжал испепелять меня взглядом.
– Собери мне поесть! – услышала я приказ.
Погладила по голове сестру и, засунув в рот ложку с рагу, повернулась и очень даже мило проговорила:
– Если я соберу, то непременно добавлю мышьяк. Я же такая… коварная и подлая, как ты вчера сказал маме. Так что непременно отравлю, чтобы соответствовать.
Тут его взгляд изменился. Стал хитрее.
– Слушай, а почему нам с тобой не подружиться?
О, что-то новенькое! И что случилось?
– Непременно, но с условием: если только не буду тебя видеть.
– И чем я тебе не нравлюсь? Между прочим, у нас разница небольшая. Десять лет. Могли бы и подружиться.
– Мы не подружимся, – успокоила его.
– Почему же? Меня любят женщины.
Кто бы сомневался?
Неотразимый альфонс!
Промолчала, продолжая кормить малую. В последнее время аппетит ее оставлял желать лучшего, а тут лопала. Вероятно, хорошо, что в больницу пойдем, проверимся. Часто болеет в последнее время.
– Я бы мог уговорить мать вернуть твои карманные деньги, как и снять ограничения и запреты. Поверь, со мной можно договориться.
Вот и доели! Взяла пустую тарелку и вручила малой непроливайку с соком, направляясь к раковине. Быстро сполоснув, вытерла руки, тут же реагируя на приближение Максима. Обернулась, мгновенно выставляя руку, отталкивая от себя.
Прет как динозавр.
– Так что? – спросил, нагло улыбаясь.
– Проблемы нужны? – любезно уточнила. Я всегда очень любезная перед нападением, так сказать, даю шанс уйти по-хорошему. Но Максим всегда плохо понимает намеки, так что уточнила на всякий случай.
– Проблемы у тебя, пока ты сопротивляешься, – вдруг заметил отчим, начиная жадно шарить глазами по моему телу.
– Как я понимаю, подбиваешь клинья? – осторожно осведомилась.
– Я нет. Вовсе нет. Я хочу подружиться, – сказал и потянул руку, которую тут же перехватила, с силой сжав.
– А я нет… – предупредила жестко, усиливая нажим.
– И надолго тебя хватит? – спросил, скривившись на боль. – Мать будет недовольна, когда узнает…
Раз узнает, можно и поставить на место. Не просто же так получать. За дело, так за дело.
– Уди! – послышался тонкий голос сестры, которая била непроливайкой по ноге отца. Мужчина отпихнул ее ногой, отчего она упала и зарыдала.
Захотелось прибить этого горе-папашу, но, учитывая, что ребенок не на шутку испугался, схватила ее и стала успокаивать:
– Ну, все, Настюша, не плачь. Все, он ушел. Никто тебя не обидит, а если еще раз он толкнет тебя, я ему ноги сломаю, руки и каждое ребро в отдельности, а потом скажу, что так и было.
Говорила и смотрела этому дармоеду в глаза, обещая расплату конкретно и немедленно.
Порадовало, что он понял и поспешно ретировался.
Стоило ребенку увидеть, что папы нет, сразу успокоилась.
– Пошли собираться? – предложила и вытерла пальцами слезы на нежном личике, начиная подниматься по лестнице, слыша, как хлопает входная дверь. Максим ушел.
Через двадцать минут были полностью готовы. Не забыли два раза сходить на горшок, так что можно было спокойно гулять.
Полилась мелодия. Звонила тетя Зина, подруга моей матери.
– Здравствуйте, – сказала, оставляя сестру в манеже.
– Привет, Кристина. Слушай, а что у вас происходит?
Вопрос заставил напрячься.
– Происходит?
– Ну да… У меня же Петька работает в нотариальной конторе. Вот он рассказал сегодня утром, что вчера Оля переписала дом на своего мужа. Мой вел сделку.
Забыла, как дышать.
Пораженно замахала густыми ресницами, пытаясь принять информацию.
Не выходило.
– Разве так может быть? А как же мы? – растерянно спросила у нее.
– Может. И что странно, она вас всех, в том числе и себя, прописала на даче.
– На даче? Но там же землянка… Да и зачем?!
– Я не знаю, что у вас случилось, но ты там смотри за матерью, как бы на улице не остались. Она ведь так любит своего красивого мальчика, души в нем не чает, а это ничего хорошего не сулит. Так Олега не любила, как его боготворит.
Стало неприятно. И ведь этот паразит ничего для нее не сделал, только все тянет и тянет. Отец любил мать, старался для нее, всей душой боготворил.
– Это точно?
– Да… – тут Зинаида Петровна выдала недовольный возглас. – Петя не хотел рассказывать, знает, что сейчас мы особо не общаемся, но все же не вытерпел. Я сразу тебе. Переживаю ведь…
– Спасибо, теть Зин, – прошептала и отключилась, ощущая отчаяние.
Подошла к сестре и некоторое время смотрела, пытаясь понять поступок матери. Ведь умная женщина, как попалась в сети хитреца? В том, что альфонс обманул ее, я даже не сомневалась. По нему же видно – еще тот мошенник.
Но что скулить? Нужно достучаться до матери, если понадобится, то и поругаться. Она не должна с нами так поступать.
Вручила малой кубик с деталями внутри, который давала, чтобы занять на то время, пока занята, и стала названивать матери. Очень надеялась, что ответит.
Не отвечала.
Неужели обиделась?
Зря я ей нагрубила…
Хотя если бы знала о передаче недвижимости, еще бы поругалась.
Черт!
А гудки все шли…
Когда я уже отчаялась, она, наконец, взяла.
– Что ты хотела? – мама сразу перешла к делу, тяжело дыша.
– Ты действительно оформила наш дом на Максима?
– Он мой муж, – напомнила она мне, будто я могу забыть.
– Это наш дом! Наш, не его! Мой в том числе. Папа его строил. Папа! Мой отец, если забыла. Как ты могла?
– Папы нет, а нам нужно дальше жить.
– Жить? Ты обеспечила своего мужика жильем, оставив дочерей без всего. Это нормально? Классно поживем, да?
– Дочка, ему нужна недвижимость, чтобы оформить кредит на бизнес. После Максим вернет нам два таких дома. Так что твои опасения напрасны.
Она серьезно? Серьезно?!
Что за бред я сейчас услышала?!
– Мама, ты что наделала?! Этот ленивец не знает слова «отдать», только «взять» и «попросить».
– Этот дом строился до твоего рождения, поэтому…
– Ты не имела права! Не имела!
– Знаешь, я не заслужила такую дочь, которая думает только о себе и ни капли о матери. Я воспитала тебя, все сделала, а в ответ слышу только упреки. Перестань! Дай мне жить для себя!
– Для себя? Отлично, мам. Пожалуйста, живи. Я рада за тебя. Но твоя маленькая дочь как же? Если со мной закончила дела, то есть еще Настя. Ты на что ее обрекла?
– Да пойми, это временная проблема, после я найму няню, а пока есть ты, сестра Насти.
– Мама…
– Я уже не могу говорить, подхожу к заводу.
– К какому заводу? Ты разве не на работу поехала?
– Нет, тут возникли неприятности, и я согласилась на встречу. Шантажисты чертовы! Только вот я и не думала, что здесь проехать нельзя. Дорога убита, бросила машину. Вот иду.
– Подожди, ты говоришь про заброшенный завод пластмасс на окраине города?
– Ну, да.
– Ты зачем так далеко уехала? Тем более, одна?!
– Говорю же… пришлось. О, а она не побоялась проехать.
В следующую секунду послышался скрежет колес, женский крик и звук мотора.
– Мама? Мама! – звала ее, пытаясь понять, что произошло.
Почему не отвечает?!
Как не пыталась, никто не отвечал, а потом и вовсе абонент отключился.
В груди все сжалось. В это мгновение четко осознала, что случилась беда.
– Вы приняты на работу дневным воспитателем. Можно приступать с завтрашнего дня, – с улыбкой сказал директор детского дома, чуть склонив голову набок. Замечу, что Лапкина Милана Алексеевна – приятная женщина, создающая тепло при общении.
Задумалась, что намеренно показала, рассчитывая на реакцию. Лапкина тут же отреагировала и спросила:
– Что-то не так?
– Скажите, а можно в комнате проживать на постоянной основе хотя бы на первое время?
Вид, как и положено, с надеждой и отчаянием.
– У вас нет жилья? – с волнением спросила Милана Алексеевна, прижав руку к груди, а потом поспешно открыла мой паспорт, который я еще не успела забрать. Хотя и не собиралась, мне было необходимо остаться здесь.
– Прописана на даче, как и жила… – виновато выдала, кусая губы. – Очень скоро будет холодно…
В глазах женщины увидела волнение и страх. Конечно, скоро ноябрь, не самое лучшее время жить на даче. Лапкина запереживала, что видела по ее рукам, теребящим ткань своей блузки. Не зря ей дали характеристику Матери Терезы. Самая настоящая.
Прежде чем подать документы на собеседование, я пробила абсолютно каждого сотрудника детского дома, подбирая к ним индивидуальный подход.
– Ох, понятно, не продолжайте. Но адрес дачи…
– Через сто метров находится жилой микрорайон Амур-2.
– Ну, тогда ясно. Конечно. Обычно так не делаем, но можем рассмотреть такой вариант… – тут женщина посмотрела на меня и задала интересующий ее вопрос: – А вы там с кем-то проживали или одна?
– Одна. Мама погибла пять лет назад, когда мне было девятнадцать. Отец скончался раньше на ринге от удара соперника в область живота.
– Ох, – женщина сцепила руки, с грустью вглядываясь в мое лицо. Ей было меня жаль.
Кое-как удержалась от желания отвернуться. Обычно я никому никогда не рассказывала свою историю, но не сейчас. Мне нужно было устроиться работать в детский дом.
– Какой ужас! – воскликнула женщина. – Примите мои искренние соболезнования! Если вам что-то нужно…
– Благодарю вас! Только работу и крышу над головой, если возможно, – поспешно ответила, желая прекратить эту тему. Пора переходить к основной теме.
– Насколько я понимаю, у вас еще есть работа?
Так… Тут нужно чуток недосказать.
– Да, я работаю в небольшой фирме… – с улыбкой проговорила. – График как раз два через два, как здесь. Непременно все буду успевать.
– Ох, без выходных тяжело работать, – с сочувствием пролепетала Лапкина.
– Не волнуйтесь, я справлюсь.
– Верю и понимаю. Сама приехала из деревни. Хорошо, что мне встретился чудесный человек, и больше не пришлось снимать, так что я, как никто, вас понимаю. Тем более, вы такая молодая. У нас есть комната, вы можете жить там, пока работаете у нас. Помните о графике и о режиме дня. Я все вам непременно расскажу. Только меня смущает несколько моментов… Если судить по вашему диплому, вы чемпионка в… – тут она замялась, вспоминая, в чем именно. Не вспомнила и просто улыбнулась, давая понять, что это неважно. – Почему решили работать у нас?
– Много причин. Травмы… – с грустью ответила, давая ей возможность додумать за меня.
– Ох… Понимаю…
– Всегда хотела работать с детьми… – сказала, на что получила ее одобряющую улыбку.
– Вы молодец! Только хочу сказать, что для каждого нашего ребенка – любая женщина, что пришла сюда, это мама.
– Я понимаю и буду ей. Не переживайте.
– И у нас заработная плата, как я уже говорила, небольшая, даже крохотная.
– Пока этого достаточно, тем более я буду работать два через два, и вы разрешили мне жить здесь.
– Это да, но все же заработная плата имеет значение. У нас большая текучка, поэтому я надеюсь, что вы останетесь, хотя понимаю, что на такой заработок особо не проживешь.
– Не переживайте. Я справлюсь, – как можно спокойнее сказала, сдерживая себя от желания посмотреть на часы. Вечером у меня работа – охрана частного лица. Нужно встретить певицу в аэропорту и отвезти в гостиницу. До этого еще необходимо забежать в охранное агентство, чтобы расписаться за оружие и необходимое обмундирование.
– У нас несколько семей по 8 детей в каждой. Ваша самая младшая. В семье несколько комнат. Всего четыре воспитателя: дневные и ночные. Меняются два через два. Столовая на первом этаже.
Женщина все говорила и говорила, притом с такой любовью, что невольно залюбовалась. Она на своем месте – невольно подумала, желая прекратить беседу. Всю информацию я уже узнала от болтливой воспитательницы, работавшей здесь всего несколько месяцев. Уволена за видео и стримы с детьми на канале «Как живут сироты», где рассказывала все что нужно и не нужно. Так что была в курсе.
Сейчас мне непременно хотелось увидеть Настю.
Какая она стала?
Наконец-то я нашла сестру…
Закрыла глаза, вспоминая тот ад, который пережила после убийства матери. До сих пор в душе все переворачивалось, стоило только вспомнить.
Похороны, расследование, унизительное вышвыривание из дома после неудачной попытки отчима сблизиться, бесполезные суды.
Кто бы мог подумать, что мать подпишет столько ужасающих документов, в которых клятвенно заверяла, что находится в здравом уме и никто ее не заставляет подписывать и продавать. Такое ощущение, что ничего не читала, с закрытыми глазами подписывала. И что особенно раздражало, что ни к чему нельзя было придраться. Будто кто-то знал, что случится несчастье, и на этот момент приготовил бумаги. Адвокаты только пожимали плечами.
Никто! Никто особо и не пытался помочь, как ни умоляла.
Так я оказалась на улице в девятнадцать лет.
Скривилась, ощутив ярость, которая до сих пор рвала на части меня.
Мать убили, но до сих пор не нашли убийцу. Территория завода пластмасс представляла огромную площадь с заброшенными зданиями и разбитыми дорогами. Там только фильмы ужасов снимать, идеальное место съемок. За эти годы я была там сотни раз: ходила, пытаясь понять, как все произошло.
Если бы только знать…
Как она могла поехать на встречу с шантажистами? Кто ее шантажировал? В полиции посчитали, что я перечитала романов и не так услышала, выдвинув версию, что мою мать просто сбили.
Как все просто для тех, кого это не касается…
А про сестру… отдельный разговор.
После того как меня выгнали, я следила за домом. Воропаев сразу же привел в дом женщину, которая оказалась в интересном положении. Она заботилась о Насте. Через год сестра исчезла. Я ее нигде не видела – как сквозь землю провалилась. Своими не совсем вежливыми подходами я попала в дом, но там не оказалось Анастасии. Запуганная и побитая новая жена Максима рассказала, что он сдал девочку в детский дом, так как им мешала. Я нашла горе-папашу… за что чуть не поплатилась свободой, так как он нанял частное охранное агентство для своей охраны. Так я и познакомилась с Глебом. Он директор ЧОПа «АРТ-Охрана», который после нашего столкновения и моего побега нашел меня на даче и предложил работу. Там я работаю по сей день.
Глеб помог мне найти детский дом, но было поздно: Настю удочерила семья, уже через месяц переехавшая в Краснодарский край. И мы вновь потерялись. И вот месяц назад сестру вернули в детдом, так как семья распалась, и мама решила отказаться.
Мне очень хотелось забрать сестру. Но как? Ни мужа, ни квартиры. Хотя на последнее я коплю. Возможно, даже хватит на приличную однокомнатную. Я боялась ипотек, кредитов, поэтому собирала полную сумму.
Спустя несколько бессонных ночей решила познакомиться с сестрой на ее территории и уже потом определиться, что делать дальше. Мне хотелось быть рядом…
– Если вам будет что-то нужно, вы скажите. Я всегда пойму и помогу чем смогу, – с добротой сказала Лапкина.
– Спасибо огромное. Если все, тогда я пойду, – сказала и поднялась со стула.
– Да, конечно. Я скоро подойду, чтобы вас всем представить.
– Вы занимайтесь своими делами, я найду дорогу и познакомлюсь. Поверьте, я справлюсь.
– Замечательно! Тогда скажите Глаше, что комнатушка без окна ваша.
– Хорошо, – сказала и вышла, радуясь, что все получилось так, как и хотела. Теперь нужно познакомиться с малой.
Пришла пора.
А потом… я найду вариант, как ее отсюда забрать. Даже рассматривала вариант брака. Например, найду фиктивного мужа, а через время разведусь. Главное – купить жилье. И желательно двушку. Жаль, что пока я копила, квартиры выросли в четыре раза.
Но если бы знать, где упасть, то было бы слишком просто жить.
Поднялась на второй этаж и увидела довольно интересную картину: девушка в оранжевом платье бегала за маленькой девочкой, со смехом ползающей под столами.
– Ах ты маленькая егоза! – ворчала девушка, уже теряя силы, тяжело дыша.
Наблюдала, а потом направилась к следующему столику, к которому планировала ползти девочка. Через минуту она выскочила и попала в мои руки.
Наши взгляды встретились, и я застыла на месте, всматриваясь в небесно-голубые глаза.
– Привет, Настя, – сказала, ни капли не сомневаясь.
– Откуда ты меня знаешь?
– Ну как не знать? Всех красивых девочек непременно зовут Настями.
Отмечая, как округлились ее глаза, улыбнулась. Напоминала совенка. Лупоглазого, очаровательного и невероятно родного.
– Правда? Правда?
– Конечно! – заявила, понимая, что у меня чудесная сестренка.
– А как тебя зовут? – спросила она и протянула руку, осторожно касаясь пальчиками моих волос.
– Кристина.
– Получается, все Кристины тоже красивые? – в ее вопросе было столько живого интереса, что хотелось обнять.
Засмеялась и, щелкнув малую по носу, сказала:
– Не знаю, но спасибо за комплимент.
– А кто ты? Мама?
– Я? – даже растерялась от ее вопроса. – Я твоя…
– Вы новый дневной воспитатель? – спросила девушка, приближаясь ко мне.
– Да, – ответила ей и вновь посмотрела на малышку. – Дружить будем?
– Будем! – восторженно ответила, демонстрируя милые ямочки.
Проехала через пост охраны и нахмурилась, всматриваясь в машину Глеба. Что он забыл у меня на даче? Через минуту уже схватила пакет с продуктами с заднего сидения и направилась к высокой двери, закрытой на ключ.
Интересно, как он вошел?
Бизонов рубил дрова, демонстрируя шикарный рельефный торс. Ну, что сказать? Мужчина хоть куда, но не для меня. И зачем переспала с ним? Несколько раз было, но я поняла, что дальше не хочу продолжать, мужчина же был настроен на большее, хоть мы все обсуждали.
Прошла в сторону бани, где лежали поленья, и, поставив пакет на деревянный стол в небольшой беседке с крышей, приблизилась к нему.
– Не помню, чтобы я тебе ключи давала.
Высокий мужчина с модной мужской стрижкой шикарно улыбнулся и с довольным видом признался:
– Я перепрыгнул через забор. Кстати, он заваливается.
Будто что-то новое мне рассказал. Забор заваливается еще с того времени, как дед с бабой перестали сюда захаживать, переехав в Петербург к старшему сыну. Больше тридцати лет назад, это точно.
– И что ты здесь забыл? – спросила, как можно резче. Расслабляться с этим мужчиной нельзя.
– Решил помочь. Раз не хочешь переезжать ко мне, то нужно помочь тебе подготовиться к зиме. Этого… – он указал рукой на поленья, – точно не хватит. Нужно как минимум еще две машины дров, да и угля не помешает.
– Я знаю. Уже заказала, – сказала, сложив руки на груди.
Замечу, что Глеб Бизонов очень даже красивый мужчина. Было на что посмотреть, да и довольно умный. Кстати, друг он отменный. Мы столько лет дружили…
И я все испортила.
– Не рада мне? – в лоб спросил он, попадая в точку.
– Нет.
– Могла бы и соврать.
– Зачем?
– Что не так?
– Глеб, давай без объяснений? Вроде как уже все обсудили.
– Все равно не уеду, пока не помогу.
– Как хочешь, – безразлично бросила и, схватив пакет, направилась к небольшому домику. Выглядел довольно уютно, пусть и старо. Каждый год белила стены, чтобы уж не запускать. Прошла в небольшой коридорчик и сняла обувь, тут же отправляя кожаную куртку на вешалку. Ощущая освежающую прохладу, вздрогнула и открыла дверь в кухню.
Домик состоял из трех небольших комнат, точнее, клеток, так как комнатами их было сложно назвать. Слава богу, кровать уместилась в узкую спальню, да тумбочка. Хотя она выпирала, захватывая территорию кухни. В кухоньке стоял стол у окна, слева два потасканных кресла восьмидесятых годов, справа старинный сервант, где находилась посуда, и холодильник «Сибирь», который еще исправно работал на мое счастье, хоть и тарахтел. Главным сокровищем являлась русская печь, которая спасала зимой. В углу находилась полочка с иконами. Вот и все. Больше ничего.
Конечно, скромно, но меня все устраивало. Я бы могла купить диванчик, но зачем? Я тратилась только на самое необходимое, собирая деньги на покупку квартиры.
Разложив крупы на полку и, убрав молоко в холодильник, включила чайник и достала пирожки с капустой. Мои любимые.
Глянула в небольшое окошко, отмечая активную работу Бизонова, и покачала головой. И ведь пока всю работу не переделает, не уйдет.
Походу, придется делиться пирожками.
Прошла в спальню и переоделась в теплую кофту и джинсы. Тут и летом не походишь в шортах, а про осень говорить не стоило. Зимой я доставала из сундука оренбургский пуховый платок, и все три ледяных месяца щеголяла только в нем. Износился, конечно, но грел. Раньше делали на совесть.
Вдруг тишину разорвала музыка.
По веселой мелодии поняла, что это Соколова Елена, коллега и подруга. Работала Соколова у нас в кинологической службе. Да, у Бизонова одно из немногих охранных предприятий, располагающих собственной кинологической службой. В своей работе при патрулировании охраняемых территорий сотрудники компании применяют специально обученных кавказских, среднеазиатских, немецких и восточноевропейских овчарок. Услуга охраны с использованием служебных собак особенно востребована среди клиентов, располагающих объектами с протяженным периметром охраняемой территории.
С Соколовой мы сдружились сразу. Она легкая и веселая, пока ее не обидишь, с ней я могла быть собой. С того момента как я лишилась всего, в том числе друзей, с которыми мне оказалось не по пути, по их мнению, стоило оказаться на улице без богатой влиятельной мамы, именно она стала мне семьей. В ней была уверена на все сто процентов.
– Привет, – поприветствовала ее.
– Ты что, уже домой удрала? А тренировка? Расслабилась, Титова?
– Мне сегодня звезду охранять.
– Да? Я вернулась, а тебя нет.
– Как день прошел?
– Да нормально, – резко ответила, выдавая агрессию.
– Что произошло?
– Да прикинь, пришла с Альфой на объект и нашла труп под сосной. Уже как год там лежал, а все считали, что мужчина к маме в Тюмень умотал. Как выяснилось, два охранника подрались, и один другого закопал.
– Кстати, планировала чай попить, – предупредила ее, чтобы не углублялась с рассказами о найденном теле.
– С мясом?
– С капустой.
– Тогда нормально. В общем, пришлось полицию вызывать, хоть этот психованный директор был против. Конкретно меня вывел, хотелось его стукнуть. Кудахтал, что ему труп подкинули, а именно я.
– А зачем вас вызвали?
– Да там крупную сумму украли из кабинета директора.
– Нашли?
– Естественно. Бухгалтерша себе в коробку с документацией положила.
– Какая предусмотрительная.
– Это точно. У тебя как с сестрой?
– Познакомились, – довольно призналась.
– И какая она? – с волнением спросила она.
– Лучик света.
Тут подруга засмеялась.
– Ну вот! А ты переживала. Нужно будет куклу ей купить, да и вещички модные. Всегда хотела маленькую сестру, а родителям все некогда было.
– Ты пока погоди, я еще ничего не сделала, чтобы забрать ее оттуда.
– А что с квартирой?
– Переговорила с риелтором, но он готовит, что трудно двухкомнатную квартиру найти за эти деньги, если только убитую.
– Да пусть такая, мы сделаем ремонт.
– Посмотрим…
– Это к тебе Глеб отправился с цветами? – весело поинтересовалась Соколова.
– Цветы не видела, но он явно претендует на мои пирожки с капустой.
Тут подруга засмеялась.
– Ты ему нормально объясни, ты же знаешь, что он не отступится. Бизонов не понимает слова «нет». Или вообще мужика себе найди, чтобы точно успокоился. Только это… – слышала по бодрому голосу, что весело ей, – не говори ему, что это я посоветовала, а то ведь уволит с обиды.
– Он не посмеет. Где он такого неутомимого кинолога еще найдет?
– Ага, как же… Он же бешеный, когда что-то не так.
– Не переживай, справимся.
– Ага, и давай завтра встретимся.
– Но я завтра утром уже работаю воспитателем.
– Ох, ну ты там не подведи! Деток не строй, – посоветовала она и вдруг выдала стон. – А-а-а-а-а… Ко мне идет Холодов.
– Клинья подбивает?
– Нет. Он докапывается до меня, вечно все ему не так. Мне кажется, что он ненавидит женщин.
– Так проверь…
– Это как?
– Пофлиртуй с ним, и поймешь.
– А если поведется?
– Скажешь, что он не в твоем вкусе.
– Да он убьет меня! И в том и в другом случае, особенно когда поймет, что я решила его перезагрузить. Он даже смотрит на меня кровожадно. Может, он питается хорошенькими девушками-кинологами?
– Навряд ли. Но ты так и будешь терпеть его нападки?
– Хм… Ладно, я подумаю. Все, до завтра.
– Пока, – сказала и отключила звонок, реагируя на звук. Бизонов вошел в коридорчик.
Вышла, чтобы увидеть полуголого Глеба. Уже успел сполоснуться в бане и переодеться, но футболку, конечно, забыл. Правда, баней сложно назвать мое помывочное место, так, постройка для обливания водой. Еще там стоял этот невыносимый запах плесени. Чем только не заливала, но бесполезно, все равно появляется зеленая зараза. Насколько я понимала, там только ломать и новую баньку ваять.
Выглядел, конечно, Бизонов шикарно. Мощные руки, могучий торс, узкая талия, стройные ноги. Так сказать, шикарный и состоятельный мужчина. Мечта каждой женщины!
А я вот так хотела любви…
Бизонов меня точно не любит, как и я его. У него так: женщина должна быть красивая, с мозгами и удобная. Вуаля! Получилась его идеальная модель женщины.
А у меня свои тараканы в голове, которым хотелось банальной любви.
Наверное… тяжело поверить, учитывая мой характер, конкретный реализм, но все же. Возможно, это все глупости, но я верила, что она непременно у меня будет.
Просто когда живешь одна, учишься, трудишься как проклятая, а потом мерзнешь на пружинистой кровати в ветхой лачуге, стараешься думать о светлом, нежном, что может согреть.
– Чай будешь? – поинтересовалась у Глеба.
– Да, – тут он нахмурился и выдал: – Забыл пакет. Сейчас вернусь.
Кинула пакетики чая в кружки и залила кипятком. Пирожки свои любимые, которые всегда покупала у местной бабули, понюхала и с удовольствием засунула в микроволновку. Кстати, она не моя, Бизонов принес. Заявил мне с порога, что она ему не нужна. Хотела отказаться, но он предупредил, что сломает. А разве техника виновата? Так что пользуюсь.
Села и принялась пить чай, когда вошел Бизонов. В руках цветы и пакет с коробочками.
– Это тебе, – выдал банальным голосом и положил на стол букет бордовых роз, рядом плюхая пакет, но уже с большей радостью на лице. – Это для нас.
– Зачем?
– Затем, что хотел тебя порадовать. Разве не могу?
– Можешь, но для меня это абсолютно ничего не значит.
– Уверена?
– Да, – сказала и поднялась, чтобы взять вазу и налить воды. Водицу я носила из колодца, который находился рядом с баней. Три года назад на даче стали всем проводить водопровод, но я отказалась. Колодец само-то! Поставив цветы в воду, убрала на середину стола и принялась за суши.
Замечу, очень вкусные, а особенно мясо с овощами в контейнере.
– Певица Баяна будет выступать завтра и послезавтра в Ангаре.
– Во сколько?
– В 20.00. Ставить тебя?
– Во сколько ее нужно забрать из гостиницы?
– В обед и до окончания концерта.
– Я смогу только с 19.00 работать.
– Почему же? – с недовольством уточнил директор.
– Я устроилась на подработку.
– Тебе не хватает денег?
Моментально ощутила себя страшной жабой, сидящей на куче золота.
– Нет, – ответила на его вопрос, – там-то и денег не будет…
– Даже так? – Глеб прожигал взглядом, пережевывая мясо, а потом спросил: – И куда устроилась?
– Глеб.
– Кристина, давай как есть. Если что, мне тебя прикрывать.
– В детский дом.
– Хм…
– Ага…
– Ты нашла сестру, – не спросил, а убежденно заявил.
Всегда удивлялась функционированию серого вещества Бизонова. Он мгновенно оценивал информацию и давал точные ответы.
– Ты знал, что я ее искала?
– Ты это делала через нашу поисковую базу, – едко заметил он.
Да уж, а он, оказывается, проверяет работу своих сотрудников.
– Да, нашла.
– И что будешь делать?
– Познакомлюсь…
– Ты можешь сразу забрать ее без лишних телодвижений.
– Да ну? И как же? – спросила, уставившись на него. Прямо вот очень ждала его ответа.
– Выйдешь за меня замуж, и мы заберем ее. Только сразу предупреждаю, она не должна мешать нашей работе: наймем нянек, платный сад, далее школа. Она не должна…
– С такими темпами, Глеб, ее можно оставить в детском доме. Там ей будет веселее.
– Тогда чего ты хочешь? Целыми днями заниматься ребенком?
– А тебя так же родители воспитывали? Отправили куда-то и забыли?
– Меня? Нет. Мать не могла себе этого позволить, вечно сидела со мной, не отпуская никуда. Лучшее занятие в то время для меня – это шахматы.
– Понятно.
– И что тебе понятно?
– А со своими детьми как ты поступишь?
– Мне кажется, нам еще рано об этом говорить. Не считаешь?
– А я спросила не с той целью, что мечтаю о ребенке от тебя. Мне хочется понять, что для тебя значат дети.
– Мой сын сразу отправится в кадетский корпус, а до этого его будут готовить…
Уже было неинтересно. Продолжила уплетать свое мясо, ощущая напряжение. И зачем эту тему подняли? Можно ведь кушать молча? Не зря придумали пословицу: «Когда я ем – я глух и нем».
Сын…
А если дочь?
Хотя как такое может быть у Бизонова? Только сын!
В этот миг пожелала ему как минимум пять дочерей.
– Тебе не понравился мой ответ? Ты хочешь ребенка?
– Я не хочу ребенка, только забрать свою сестру.
– Я уже предложил вариант.
– А меня твой вариант не устраивает. Я хочу любящего мужа, а не делового партнера.
– Считаешь, я такой?
– Разве нет? Ты ведь просто решил, что я тебе подхожу и все. У тебя как будто план, и ты выполняешь его согласно одобренным тобой критериям.
– Знаешь, никогда не задумывался. Допускаю, ты верно заметила. Но благодаря этому плану я много чего добился.
– Похвально, но мне такого счастья не надо.
– Даже если ты купишь квартиру, навряд ли тебе отдадут Настю.
Ох, он и имя моей сестры знает.
– У тебя есть связи?
Тут он замолчал и в упор посмотрел на меня.
Усмехнулась.
– Не хочешь помогать, чтобы я согласилась на твое предложение.
– Вот видишь, почему я должен отказываться от той, что меня устраивает во всех отношениях?
– Когда полюбишь, думаю, ты будешь считать иначе.
– А ты любила?
– Нет, пока некогда. Но когда это случится, я уверена, что не пожалею.
– А если этого не случится, или твой избранник не оправдает надежд? И тут я, довольно перспективный, с хорошими данными. Мы могли бы создать хорошую ячейку.
– Глеб, ты действительно хороший и завидный жених, но я тебя не люблю и не хочу жить по распорядку.
– Хорошо, я понял, но все же буду ждать, что ты трезво взглянешь на ситуацию и примешь мое предложение. Пара должна состоять из идеальных партнеров, а любовь может преподнести человека, которого лучше обойти стороной, потому как ничего хорошего он не принесет.
– Я уже поняла тебя.
– И я, но надеюсь, что ты одумаешься. Пока же я поговорю с риелтором, чтобы он нашел тебе квартиру. В каком районе?
– Желательно в этом. Тут школа и садик, микрорайон новый. Но квартиры в новостройках дорогие.
– Я могу занять тебе без процентов любую сумму на несколько лет или в счет заработной платы.
– Ты уверен?
– Но у нас с тобой будут довольно частые встречи.
Деньги за секс. Как иначе?
– Я подумаю…
– Надеюсь, хорошо подумаешь, – произнес Глеб и убрал салфетку, осматривая меня с головы до ног. Жадно и даже собственнически. – И желательно поскорее. Буду ждать твоего звонка.
Давил. Конкретно так давил.
Бизонов поднялся и спросил:
– Проводишь?
Что-то задумал. Однозначно.
Последовала за ним. В коридорчике Глеб взял с подоконника свою футболку, которую почему-то не надел на себя сразу, и принялся натягивать, при этом не отрывая взгляда от меня. Когда закончил, нагло ухмыльнулся и в следующую секунду сделал шаг ко мне, резко притянув и атаковав поцелуем.
Целовался он хорошо. Умел, но я не хотела этого, что показала тем, что не ответила на поцелуй.
Бизонов лишь скривился и провел пальцами по волосам.
– Баяна на тебе. Ты работаешь два дня с семи и до двух часов ночи. Получишь по полному тарифу.
Понимая, что у меня еще завтра работа воспитателя, и это будет слишком, только кивнула. Справлюсь.
– И подумай. Хорошо подумай, Кристина.
Бизонов пошел, а мне оставалось смотреть ему вслед.
Нет, его предложение я не могла принять, чтобы он не предлагал. Мне сейчас уже не нравятся его прикосновения, а что потом? Единственно, чего я боялась, это увольнения.
Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления, а пока нужно поесть, сполоснуться и двигаться в аэропорт.
Звезда оказалась довольно наглой и взбалмошной. Выглядела вызывающе, но это ладно, у каждого свой вкус, но вот эти все пирсинги на каждом участке лица и шеи смотрелось убого. И самое важное – ей не понравилась я. Женщина-телохранитель не входила в планы певицы, ей хотелось рядом только мужчин. Она всю дорогу ругалась с продюсером, возмущаясь этому неожиданному обстоятельству, пока не услышала крик, что она будет делать только то, что он скажет. Баяна сразу успокоилась, чему я обрадовалась, но ненадолго.
Через пять минут я услышала:
– Я сейчас выйду из машины, а ты пошла вон. Не хочу с бабой-телохранителем идти в гостиницу. Там меня ждут мои фанаты. Они не должны меня видеть с тобой.
– Нет, – ответила как можно спокойнее. Она меня раздражала. И ведь этой наглой курице не больше двадцати.
– Слышь, гром-баба, ты плохо понимаешь? Или ты слушаешь меня, или тебя завтра выкидывают с твоей захудалой работенки.
С трудом заставляла себя молчать. И почему таких гадюк так много? Непонятно чего представляют, а все царицами себя величают.
– Э-э-э! Ау! Ты не слышала, что сказала?! Оглохла? Мозгов не хватает понять? Ты с какого аула?
Потянулась к магнитоле и включила аудио с записью шума моря. Меня успокаивало. Да что угодно, только бы не скрипучее визжание этой кошмарной звездули. И как она песни поет с таким голоском?
– Это еще что за отстой? Я хочу, чтобы включили мои песни! Я звезда! Ты что, не знаешь, кто я? Я Баяна! Меня слушают все подростки. Они обожают меня, – по ушам заскрипела певица.
– Навряд ли мне понравятся ваши песни, учитывая ваш скрипучий голос.
– Что? Да как ты смеешь? Да я… Да я буду жаловаться! Немедленно! Да ты…
– Это вы для себя звезда, а для меня неприятный клиент, – ответила и улыбнулась ей в зеркало. Ох, это я умела, даже когда хотелось очень врезать.
Рядом на пассажирском месте сидела девушка. Замечу, очень даже нормальная, как внешне, так и по общению, даже приветливая. Когда началась перепалка, помощница Баяны усиленно прикрывала рот ладонью, почти с головой погрузившись в свой плащ, тихо подергиваясь от смеха.
Очевидно, помощницу тоже достала эта звездулька.
– Я? Все, я звоню Виталику. Пусть разбираются с тобой!
И дальше начался цирк. Она звонила, требовала, пыхтя при этом, каждый раз успокаиваясь, когда мужик на нее рычал. Виталик не отличался долгим терпением, насколько понимала.
Мы как раз доехали, когда она все же получила ответ на свое требование. Я не слышала какой, но то, как она швырнула телефон в стекло, удивительным образом не разбив его, точно проследила. Замечу, машина рабочая, пусть Глеб сам сдирает штрафы с ее продюсера за порчу транспортного средства, а камеры у нас тут везде.
Вышла и открыла дверь пассажирке, мило предлагая:
– Прошу. Сейчас по лестнице и на третий этаж. С администраторами вопрос уже решили.
– А я не хочу эту гостиницу! – заносчиво сказала она, вытянув длинную шею.
– Это лучшая гостиница в Омске.
– Да понятно же, что это помойка! Все, мне тут не нравится. Я уезжаю.
– Свои возмущения можете говорить продюсеру, мне неинтересно, – вежливо и уважительно просветила эту противную звезду.
– Ну, я тебе устрою… – ядовито сказала она и пошла по лестнице.
Пока двигались к центральному входу, она нормально себя вела, отчего я решила, что уже успокоилась. Но когда оказались в фойе, Баяна схватилась за голову и громко закричала:
– Помогите! Помогите! Она меня преследует! Помогите!
– Баяна, ты чего? – спросила помощница певицы, с опаской поглядывая на меня.
Я же следила за этой полоумной, когда толпа ее поклонников пошла на меня. Кто их сюда запустил?! Впервые с таким столкнулась. Обычно наш менеджер Ольга договаривается с персоналом гостиницы.
А тут левых человечков порядка двадцати единиц.
Вот это поворот!
Пришлось достать оружие, отчего все стали убегать и падать на плитку. Я же наблюдала за Баяной, несущейся куда-то к двери с левой стороны стены. Насколько понимала, там запасный выход.
Быстро понеслась за ней, залетая в нужную дверь, перепрыгивая через ступеньки по лестнице, ведущей куда-то в сторону. Уже почти догнала, когда она исчезла за дверью. Толкнула, планируя открыть, но она оказалась закрыта. С той стороны постарались.
Значит, ее тут дожидался сообщник.
– Вот же черт!
Тут прибежал администратор. Молодой худощавый парень под два метра с ежиком на голове. Он бежал, так как усиленно дышал, схватившись за грудь.
– Куда конкретно выходит запасный выход?
– На улицу со стороны парковки.
– Есть еще быстрый выход к нему.
– У меня есть ключи.
– Так отрывай!
Парень принялся открывать, ворча при этом:
– Дурдом какой-то. Сперва этих людей запустили, так как ваш менеджер сказал, что звезда собирается дать интервью, потом звезда убежала.
– А вы новенький?
– Как узнали?
– Слишком наивный… – рявкнула и бросилась уже в открытую дверь.
Как раз вышла, чтобы увидеть, как девчонка добежала до белой крутой иномарки и садится в нее.
Бросилась к ней, но уже через минуту машина пропала за поворотом.
Черт!
Хорошо что номер запомнить успела.
Быстро рванула назад к своей машине, по дороге набирая нашего менеджера Ольгу.
– Добрый день. Охранное предприятие «АРТ-Охрана».
– Это я.
– Кристина? Ты чего это?
– Ты просила администратора гостиницы пропустить фанатов для интервью?
– Я что, похожа на дуру?
– Насколько поняла, нет.
– Естественно, нет! А что, они пропустили?
– Да.
– Позвоню сейчас и кое-кого сожру.
– Ты подожди пока. Перед ужином быстренько пробей мне номер тачки.
– Ммм… зачем?
– Затем, что эта Баяна укатила на ней, воспользовавшись своими фанатами. Сто процентов, она устроила.
– Вот черт! Говори номер.
– Леонид 678 Константин Харитон.
– Ммм… – тут она замялась, а я уже почти подошла до своей машины. Думала, долго еще будет, но услышала ответ: – Машина зарегистрирована на Котова Олега.
– Это что за перец?
– Хм… криминальный авторитет в городе. В его клубе девочки легкого поведения, наркотики и все, что нужно, для отдыха таким отморозкам, как он.
– И теперь еще одна тупица добавится.
– То есть?
– То есть Баяна именно к нему в машину свой тощий зад усадила.
– А как Бизону сказать? Он порвет тебя, меня, а потом еще разок… И еще…
– Твой оптимизм всегда на высоте.
– Да я серьезно!
– Я поеду за ней, а ты ничего не говори Бизону.
– Туда бы лучше с кем-то… – как-то взволнованно выдала она.
– Я пройду. Эта дура должна завтра и послезавтра выступать.
– Думаешь, она будет?
– Куда она денется. За эти концерты я получу хорошие деньги.
– Ммм… у тебя все необходимое есть?
– Да, не переживай. Ты мне адресок клуба скинь. И фотографию Котова.
– Его Котом кличут. Кстати, ничего такой.
– Я жду… – сказала и отключилась, приблизившись к машине, где меня ожидала помощница Баяны. Ее руки дрожали, а сама она была белее снега.
– Она опять сорвалась, да?
– То есть?
– Она… это… – тут девушка стала нервно оглядываться.
– То есть?! Бывшая наркоманка, что ли?
– Ну, так, немного, но мы ее вылечили.
– Ага, конечно.
– Тут у нее есть друг…
– Друг… Уже почти познакомились.
– Ой, что будет? Два концерта. Да ее ведь вышвырнут. Виталик дал ей последний шанс, а она…
– Не вышвырнут. Давай шуруй в комнату и не высовывайся. Ты все необходимое подготавливай для концерта, а я беглянку привезу.
– Ой, она если пропадает веселиться, то надолго.
– Веселье отменяется. Ей в этот раз не повезло, у нее телохранитель я… – сказала и села в машину, забивая адрес клуба, который отправила Ольга.
Подъехала к клубу. Прищурилась, оценивая приличные размеры заведения, и, натянув тонкие перчатки, вышла из машины, направляясь прямым ходом к центральному входу. Машина со знакомым номером стояла неподалеку. На входе стоял мужчина. Отмечая мой строгий вид, он нахмурился и спросил:
– Куда?
– За Баяной. Я ее телохранитель.
Тут он как-то мерзко усмехнулся и выдал:
– Придется здесь ждать, крошка.
– Сзади… – сказала, устремив взор за его спину.
– Что? – непонимающе буркнул охранник и повернулся, а я ударила ребром в шею, отчего он свалился мешком на плитку.
– Ох, и чего я вечно этот прием использую, – проворчала, проверяя его пульс. Живой.
Вытащила оружие, оценивая идеальное состояние, заталкивая в кожаную сумку-кобуру с левой стороны портупеи. На цокольном этаже мне навстречу шло двое охранников.
– Или ломаю шеи или ведете меня к Коту, – вежливо предложила, при этом улыбаясь.
– Ты что, шкура, офигела?
И почему люди не понимают с первого раза?
Дальше пошла в ход вся техника ударов и комбинаций, притом выборочно, направленная на максимально быстрое уничтожение соперников.
Когда они лежали пластом, я забрала дубинку, вытащила пистолеты и, запихнув в карманы куртки, подставила первый конфискованный пистолет заросшему парню в висок. Взвела курок и любезно поинтересовалась:
– Спрашиваю только раз, так что думай, прежде чем отвечать. Где они?
– Там… – прохрипел напуганный парень, показывая на второй этаж, где находилась вип-комната с темными стеклами.
Через две минуты была там. Открыла дверь, как тут же ее попытался закрыть охранник. Понимая, что не может, он достал оружие.
Два мощных удара и он повалился на пол, завывая от боли в ушах, вытирая кровь с левой стороны. Вероятно, немного грубо сработала.
Пока не до него.
Обернулась, всматриваясь в изумленные лица гостей этой комнаты. Все внимание было приковано ко мне.
В комнате находился Кот, что точно определила, так как соответствовал фотографии, трое мужчин на диванчиках и Баяна, которая стояла в центре от мужчин и держала фужер в руке с чем-то непонятным.
Подняла пистолет и, выбрав цель, выстрелила, отчего бокал в ее руках, упал, разбиваясь на осколки.
Кто его знает, что там у нее?
– Ты чего тво… – заскрипела полуголая звезда, уже успевшая чуть подраздеться.
– Рот закрой, или вторая пуля будет твоей. Учти, я с оружием на «ты».
– Да я…
Выставила пистолет, на что Баяна пискнула, тут же закрываясь руками.
– И кто ты такая? – поинтересовался Кот. В отличие от других мужчин он держался спокойно, когда те прятали лица и щемились друг к другу. Замечу, мужчинам было за сорок, кроме Котова.
– Я ее телохранитель, – ответила и медленно направилась к ним. Мужчина не двигался, был совершенно спокоен.
– Как я понимаю, моих парней ты уложила?
– Твоих пацанов я вырубила.
– Интересно, – тут он оглядел меня с головы до ног. – Предлагаю работать на меня. Платить буду в три раза больше.
– Мне и на моей работе нормально.
– А ты подумай. Я не обижу.
– Я не работаю с грязью.
– Хочешь меня разозлить? – уточнил Котов уже напряженно.
– Ты ведь наркотиками барыжишь. Какие могут быть обиды? Все по делу сказала.
Котов глянул на растерянную певицу, застывшую от страха на месте, потом на мужчин, и лениво протянул:
– Оставь ее. Она моя гостья. У нас закрытая вечеринка.
– После двух концертов встречайтесь, а сейчас она едет со мной.
– Думаешь, выйдешь отсюда? – весело спросил он, давая понять, что этого не произойдет.
– Я у твоей охраны сняла три нелегальных пистолета, полицию будем вызывать?
– У меня связи везде и всюду, а ты вот просто так не выйдешь отсюда, крошка, – тут он скривился и выдал: – Давайте ее сюда.
Оказывается, он сказал охране, появившейся позади меня. С оружием пришли, довольные такие.
Только собралась «общаться», как услышала знакомый голос:
– Чужой. Фас.
Вдруг откуда ни возьмись знакомые огромные немецкие овчарки рванули на охранников, опрокидывая их, начиная рычать, так и мечтая сцапать.
Ленок!
Соколова со своими немцами!
Подруга вошла в комнату и очаровательно улыбнулась.
– Всем добрый вечер! Простите, немного опоздала. Пробки.
– Что происходит? – яростно выдал Кот.
– А я сейчас объясню, – очаровательно начала она. – Есть три варианта: первый – вызываем полицию; второй – ЧОП «АРТ-Охрану»; и третий – мы дружно прощаемся.
Последние слова Лена говорила, уже демонстрируя всем чудесный арбалет. Знаете, такой небольшой, но невероятно опасный. Кстати, лучше всех стреляла из него, что не очень нравилось мужской половине, в особенности Холодову, лучшему нашему бойцу-мужчине.
– Вон оно что… – протянул Олег. – Значит, ко мне заглянули спецы Бизона. Да уж. Он всегда умел подбирать сотрудников. Надо бы поучиться.
– Мы уходим… – сказала, понимая, что уже пора закругляться. Засиделись тут.
– Но Баяна не желает с вами идти… – почти пропел Кот, напоминая рыжего хитрого котищу.
– Захочет… – ответила ему и, повернувшись к девчонке, наставила на нее пистолет.
– Сама идешь или я тебя вырубаю?
– Я буду жалова..
– Сама или вырубаю? – уже с рычанием уточнила, отчего она вздрогнула.
– Я… сама. Сама!
– Успела принять дрянь? – спросила, намекая на наркотики.
На мой вопрос она покачала головой, но я не верила. Как верить наркоманам, пусть даже бывшим? Она сюда прискакала, забыв, что у нее два концерта, и навряд ли бы вспомнила…
– Она ничего не принимала, да и в бокале было всего лишь шампанское.
– Обойдется без шампанского, – прокомментировала и кивнула девушке. – На выход пошла.
– Я…
– Плохо слышала?
Баяна кивнула и пошла ко мне. Теперь зная ее поганый характер, я ждала нападения. В момент, когда подошла, она закричала и бросилась на меня.
Резко ушла от атаки и скрутила ей руку, нагнув почти к полу, причиняя боль.
– Ты плохо поняла?
– Отпусти! Я не буду! Не буду… – бубнила себе под нос, хлюпая носом.
Обернулась, ожидая нападения, но Кот наблюдал за мной, и делал он это под прицелом арбалета Соколовой. Мужчина повел челюстью и произнес:
– Я впечатлен. Честно, – Котов повел челюстью, о чем-то задумываясь. – Мои люди дадут вам пройти. Но поверь, мы еще с тобой встретимся, – как-то зловеще сказал он мне. – Ты мне нужна для работы.
Проигнорировала его слова и, ослабив хватку у звезды, толкнула ее к выходу.
– Вперед. Я следом. Шаг в сторону, и ты сразу ляжешь.
– Я поняла… – хрипло прошептала она и медленно направилась к двери, а следом немцы под команду Соколовой «Охранять».
– Ты оружие оставь, а то нехорошо чужое брать… – пропел Кот мне в спину.
– Непременно, – сказала и последовала за Баяной, на дрожащих ногах двигающейся по проходу. Она с таким ужасом смотрела на собак, что вот точно можно было понять, что ей не до побега и не до наркоты.
Хоть отвлечется ненадолго!
Нужно отметить, пока мы вышли из клуба, встретили еще семь человек, и все они с ненавистью смотрели на нас, особенно на меня. Но мы уверенно двигались, внимательно оценивая возможную угрозу.
Ее не последовало.
В салон к Баяне усадили овчарок, отчего она забыла, как дышать. Соколова же села на пассажирское сиденье. Она внимательно наблюдала за тем, как я достаю тряпочку и тщательно вытираю каждый ствол, тут же кидая на землю. Подмигнув мужчине, которого вырубила первым на входе, дала газу и рванула вперед, выезжая из парковки.
– Да как вы смеете! – рявкнула Баяна дрожащим голосом.
– Мои овчарки не любят плакс, тяжело реагируя на любые крики, слюни и визги, сразу рвать начинают, так что молчи, – безразлично бросила Лена и улыбнулась мне.
– Ты откуда? – спросила у Соколовой, понимая, что Баяна больше нас не побеспокоит.
– Сердце подсказало, что подруга вляпалась по самое некуда, – получила довольно веселый ответ.
– Сердце… – усмехнулась, – а его случайно не менеджером Ольгой кличут?
– Она меня сорвала с объекта. Талов подвез и умотал.
– Ничего не спросил?
– Ты о чем? Он весь день за баранкой, к вечеру дружелюбие у него окончательно пропадает. Тем более, если спросит, вдруг придется помогать.
– Ну, да…
– Сейчас куда? – уточнила Соколова.
– Сдам Баяну помощнице, и собак отвезем.
– Правильно! Потом к тебе. Будешь меня откармливать и радоваться, какая я у тебя невероятная. Чую, Бизон что-то вкусненькое привез, и много чего осталось.
– А я-то думаю, что так быстро примчалась, а она голодная.
– Одно другому не мешает. Что продуктам пропадать? А так подруга всегда поможет!
– Это да. Кстати, у меня там еще есть…
– Пирожки с капустой? И их я непременно съем. Ты же знаешь, я всеядная.
– Их нет… – сказала быстрее, чем подумала. На святое покусилась.
– Есть. Я знаю и найду, – весело заявила Лена и подмигнула мне.
Найдет она…
Кто бы сомневался?!
Соколова все найдет! Кинолог с чутьем и нюхом немецкой овчарки.
– Можно я у тебя останусь? – спросила Лена, когда мы сидели в беседке и пили кофе, поглядывая на огонь в мангале. Вечера сейчас стали прохладными, до костей прошибало, поэтому решили костер развести.
– Тебе нравится ночевать в моем теремке? – не удержались от вопроса. Сама же Соколова жила в чудесном доме, похожем на замок. Остался ей от бабушки в наследство. Замечу, бабуля еще та была женщина, настоящая диктаторша, которая управляла всеми даже после своей смерти.
– Да неважно где, главное – с кем.
– Одолели сводные сестры?
– Да знаешь, вечно придираются, не зная, за что зацепиться. Мачеха со своими дочерьми уже поперек горла. Еще появился какой-то ушлый мужик с бородкой, братец мачехи. У последнего еще сын собирается приехать. Полный дурдом. Свора!
– Дом ведь твой.
– Не мой он, пока не выполню условия, поэтому домом и всем приданным управляет мой бесхребетный отец и его мегера-жена, а точнее, она одна.
– Можно же пока съехать…
– Так как съехать-то? Бабуля оставила завещание, которое связывает меня по ногам и рукам. Там все четко: как жить, как спать, как гулять и даже график, когда спать ложиться.
Открыла рот и сразу закрыла. Холодно удивляться ноябрьским вечером. Не сезон.
– Признаться, я вообще не уверена, что она была в трезвом состоянии, когда его завещала. Вероятно, под вискарик сочиняла это все безобразие, – протянула она и отломила кусочек шоколадки, тут же кидая в рот.
Удивлялась ей, вот это отменный аппетит! И ведь очень стройная была. Вероятно, когда собак тренировала, и себя заодно. Ну, и метаболизм отличный.
Но мои любимые пирожки Соколова не ела, мне оставила. Не подруга, а золото.
– И что же там за безобразие? – спросила, сильнее укрываясь теплой шалью, в то время как Лена пледом. Прикупила она его специально для себя. Не удивлюсь, если тумбочку притащит, и будет тут оставлять вещи.
Хотя, на самом деле, очень хорошая идея.
– Например, то, что деньги я получу раньше назначенного срока, если мне встретится порядочный мужчина, который понравится моей семье или будет соответствовать пунктам идеального мужчины по меркам бабушки. Но последний вариант провальный, такого мужика не существует.
– И?
– Что «и»? Семье мои кандидаты не нравятся, что, естественно. Их кандидата я в последний раз с арбалетом по всей нашей территории гоняла. Такой редкостный криворук попался, что вдобавок чуть не разбил мою хрустальную туфельку.
– Золушкой подрабатываешь?
– Да тетя подарила на день рождения, а этот лось хотел стащить, но неудачно.
– Ох, представляю…
– А он не представлял, о чем пожалел… – засмеялась она и вдруг совсем невесело добавила: – Да понимаешь, найти нормального мужчину, что уже не могу, это еще полбеды, а вот прожить с ним три года – это вот печаль. Родственники и нотариус – контроль.
– Какой бред.
– Если бы, да бы мешает.
– Значит, понравиться должен всей семье?
– Угу, но им никто не нравится. Зачем? Им это невыгодно. Сейчас они заведуют моим домом, распоряжаются моими деньгами и вложениями, плюс расходы на них, так как они выполняют ее волю. Естественно, их будет не устраивать каждый мой кандидат.
– Но разве никак нельзя это оспорить? Может, есть второй вариант?
– Есть, дождаться тридцати лет, но к этому времени все мои деньги мачеха точно истратит. Они куда только не ездят, что только не творят на благо «меня».
– И никто не контролирует?
– Душеприказчик контролирует, наследственный поверенный в лице престарелого дедушки-нотариуса. Эдакий наивный простачок.
– И что он проверяет?
– Раз в год мои опекуны отчитываются, что находили мне подходящих женихов, но я не согласилась.
– И чего отказалась?
– Как чего?! Ты бы видела их! Почти бомжи, воры, шарлатаны. Я же вот их сразу по базе пробиваю и за голову хватаюсь. Я не знаю, что они указывают в тегах, когда ищут, но ко мне являются какие-то захудалые козлики. Я как вижу, у меня бешенство сразу вспыхивает, вот и достаю каждый квартал свои арбалеты.
– А ты дедуле говорила о том, каких тебе подбирают красавцев?
– Конечно, но он все отнекивается: что откуда-то семье знать, ведь с виду очень приятные люди. Живет прошлым, не знает о современных технологиях.
– Так, получается, у них там кастинг? – спросила, прокручивая идейку в голове.
– Что-то в этом роде.
– А когда следующий?
– Ну, если раз в квартал, то должны уже подбирать претендента.
– А если им подкинуть своего? Пусть считают, что тебе он точно не понравится, а он будет как раз твое.
– Ой, не знаю… Где я такого найду? У меня времени нет, а если найду, так родственники сразу нос воротят. Да и нереально, понимаешь? Единственное место, куда меня отпускают, это работа.
– То есть?
– Бабуля прописала правила поведения приличной женщины, которая до десяти часов вечера уже должна спать, мирно хрюкая в подушку.
– А что сегодня?
– Ну, Ольга уже ответила, что у меня ночная смена.
– А как родственники не встали на дыбы, что ты работаешь и возвращаешься так поздно?
– Конечно, встали. Это их любимая поза. Если я не соблюдаю правила, то лишаюсь наследства, и оно переходит им.
– Получается, хитрая бабуля им ничего не оставила?
– Можно так сказать, но все же их поставила контролировать. Поэтому вот они и бесятся, рассчитывая меня мурыжить до 30 лет.
– Проблема…
– Проблема сейчас в другом: я недавно узнала, что они собираются инвестировать мои сбережения в непонятные вложения. Думаю, обман.
– И что делать?
– Только мужа искать… – почти прорычала она и съела сразу три кусочка шоколадки.
Взяла термос с горячим кофейным напитком и налила себе в стакан, тут же отпивая.
– Я думаю, что знаю человека, который тебе поможет.
– Кто?
– Ну, я не говорила, что он тебе понравится.
– Я всем нравлюсь… – уверенно заявила Соколова и вдруг нахмурилась. – Ты хочешь мне подсунуть Холодова? Он же зверюга, а не мужчина.
– Зато точно пройдет кастинг, как и попадет под все пункты твоей бабули, если не будешь его драконить. Стопроцентное попадание в цель с двух выстрелов.
Подруга задумалась.
– Да нет, он не согласится. Особенно после того, что было сегодня вечером.
– А что было сегодня вечером? – миленько поинтересовалась, прищурив глазки. Видимо, что-то очень интересное! От нетерпения сделала глоток кофейка.
– Ммм… я решила проверить твою версию.
Чуть не захлебнулась кофейком.
– И что?!
– Ну, закончилось все довольно ужасно.
– Почему?
– Да потому что он конкретно так отреагировал, а когда я ему сказала, что пошутила, чуть меня там не убил. Медведь косолапый.
– Какая ты шутница, однако.
– Порой мне это во вред…
– Зато мы узнали, что мужчина хочет тебя, вот и злится.
– Мне от этого не жарко и не холодно. Кстати, у меня в машине есть спальник. Только бы печку подтопить, а то у тебя дубак.
После клуба мы заехали на работу, и подруга пересела на свою крутую тачку. Любимых ее собак сдали в вольер Кузьмичу.
– Без проблем.
– И давай ложиться спать, а то завтра насыщенный день. У тебя встреча с сестрой… – напомнила мне Лена.
– Да… – с улыбкой ответила, – а потом концерт.
– Думаешь, певица отойдет и нормально выступит?
– Конечно, отойдет! Она не успела войти в номер, как с головы до ног обругала помощницу. Все будет с ней в порядке.
– Но ты ее вежливо предупредила?
– Да, у двери тормознула и прижала к стене, напоминая о том, что завтра заеду за ней, и если не будет на месте, то найду и притащу назад за волосы.
– Да уж, вежливо это не про тебя.
– А когда мы овчарок отдавали, и ты, перед тем, как их вывести из машины, посоветовала питомцам не расстраиваться, и если звездная тетя завтра не выступит и будет плохо себя вести, то ты разрешишь им найти ее и погрызть, очень вежливо?
– Я ведь пошутила. Куда без юмора в наше время? – с улыбкой сказала она и подняла свою термокружку с горячим кофейком, намекая на тост.
– Несомненно! Именно поэтому учусь у тебя шутить, – весело заметила и тоже подняла, подмигивая ей.
– Мама Кристина, а ты веришь в Бога? – спросила Настя, рисуя сосиску-девочку на альбомном листе. У нее всегда люди получались чудесными сосисками.
Посмотрела на сестру, с которой за это время хорошо сдружились и ответила:
– Конечно. А ты?
– А я… не понимаю, почему он всех у меня забирает.
Стало не по себе. Ей всего семь лет, а такие размышления.
– Говорят, на небе нужны ангелы с доброй душой.
– Получается, мама и папа ангелы?
– Конечно.
– А моя сестра плохая, да?
Вот это поворот!
– Ты… знаешь, что у тебя есть сестра?
– Да. Мама Галя, которая отказалась от меня, сказала, что она взрослая и не захотела меня взять.
– Это неправда! – сказала очень громко, за что стало неудобно.
Отмечая, как округлились глаза девочки, я подсела еще ближе и сказала:
– Просто она не знает, где тебя искать.
– Правда? Правда?! – Настя нахмурила брови.
– Права.
– И она найдет меня?
– Конечно, найдет и заберет тебя.
Тут Настюшка улыбнулась и потянулась ко мне, прижавшись к груди. Так мы и сидели несколько минут, обнявшись в полной тишине.
– Как бы я хотела этого… – со вздохом призналась она, отчего мое сердце застучало быстрее.
– Не сомневайся, так и будет, – прошептала, поглаживая сестру по спине.
– Ой, – сестра насупилась, – получается, если Саша хорошая, то она умрет, чтобы быть ангелом?
– Нет. Хорошие люди должны быть и здесь.
– Тогда Саше сделают операцию? Я слышала от мамы Веры, что этого не произойдет. Она так и сказала, что надежды нет.
И вечно Вера размышляет при детях обо всем не подумавши. Язык без костей у этой женщины.
Покачала головой, поглядывая на дверь комнаты, где находилась восьмилетняя Александра. Чудесная девочка с мелодичным голосом в нашей дружной семье. Невероятно красивая, милая умница, обожающая диснеевские мультики. Мы ее ласково звали Принцесса. Но к огромному сожалению, у Солнцевой редкое сердечное заболевание – рестриктивная кардиомиопатия. Сердце маленькой красавицы постепенно становится жестким и со временем у него остается все меньше сил на перекачивание крови. Болезнь дает нагрузку на печень и на легкие.
Моя Настя и Саша дружили. Сестра вечно обитала рядом с ней, поэтому их поселили вместе, хотя изначально Солнцева находилась одна.
– Давай я спрошу у директора и узнаю. Ты не забывай, что я недавно пришла, поэтому много не знаю.
– А те два дня, когда у тебя выходные, что ты делаешь?
– Тоже работаю.
– А где?
Ох, сестра у меня любознательная почемучка.
– В одной хорошей организации, – с улыбкой ответила.
– А что ты делаешь там?
– Ммм… помогаю людям.
– Да? А как?
Схватила ее и, пересадив к себе, с веселым хохотом стала целовать во все щечки, отчего она стала смеяться. Я же не могла не улыбаться, отмечая счастье в ее глазах.
– А можно мне с вами? – послышался тонкий голосок Саши.
Мы одновременно обернулись.
К нам подошла Саша, смущенно дергающая подол своего теплого шерстяного платья.
– Конечно! Мы с мамой Кристиной будем рады, – ответила моя милая Настя и подмигнула мне.
Саша тихо прошла и села рядом на стул.
– А может, прогуляемся на улице? Все наши ушли гулять в город с мамой Верой.
– Хорошая идея! – согласилась я. – Куда хотите?
– А можно, в пиццерию «Додо Пицца»? – предложила Настя. – Там детская площадка внутри и пицца такая вкусная!
– Напомни-ка мне, как ты сегодня кушала? – спросила, капризно прищурившись. Сестра сегодня просто ужасно пообедала, толком ничего не ела.
– Я буду хорошо кушать! Обещаю! – поспешно ответила она, тут же добавляя: – Просто я не люблю рыбу.
– И я не люблю, но обещаю кушать. Можно в пиццерию? – взволнованно спросила Саша, с надеждой всматриваясь в мое лицо.
– Ох, ну как тут откажешь? Тогда собираемся и едем! – сказала и поднялась.
Девчонкам два раза не нужно было повторять, они довольно что-то закричали и быстро побежали в комнату переодеваться. Я следом.
Успеем к пяти часам вернуться.
Через тридцать минут мы довольные поднимались по лестнице в пиццерию, когда неожиданно из здания выскочил мужчина. Он чуть не снес Сашу, которую я тут же удержала руками и поставила на ноги, резко захватывая мужчину за руку, не позволяя ему двигаться.
Слепой слон!
– Мужчина, будьте внимательнее! Вы снесли ребенка! – грозно прорычала, в следующую секунду пораженно застыв на месте, увидев своего собеседника.
Котов Олег собственной персоной. Он с лицом довольного кота смотрел на меня и на девчонок, отчего стало не по себе, затем произнес:
– Дамы, прошу сердечно простить меня. Не заметил. Прошу принять мои извинения тремя огромными пиццами.
– Ура! – закричали девочки, выглядывая из-за моей спины.
Поспешно закрыла их от хищного взгляда мужчины, мило сообщая:
– Это лишнее, но впредь будьте внимательнее.
– Но я… – начал Кот, решивший исполнить свое обещание. Так и видела, что он заинтересовался… моими спутницами.
– Прощайте! – сказала и, быстро взяв девочек за руки, прошла к двери, резко распахивая ее.
Оказавшись внутри, девочки сразу же стали выбирать стол. Естественно, рядом с детской зоной. Она представляла собой стеклянную комнату с горками и различными зонами для игр.
– А можно мы уже пойдем? – с нетерпением спросила сестра, поглядывая на детей, которые уже играли.
– Пиццу и молочные коктейли? – спросила у них, чтобы потом губки не дули.
– Да! – в один голос ответили девочки и сразу же побежали в заветное место. Столько счастья!
Повесила на вешалку куртки и села за стол, открывая приложение, заказывая все необходимое для девочек и себя. Колу я не пила, поэтому заказала зеленый чай с лимоном.
Как всегда, на приготовление – пятнадцать минут.
На табло появилось мое имя. Глянув на девочек, скатывающихся с горки, помахала им, пытаясь не показывать своих эмоций.
Злилась. Хотя, если точнее, была в ярости.
И надо же было нарваться на этого злыдня. Он ведь не просто так скалился, понял, что девчонки мои.
Вот же неудача!
После того случая в клубе с певицей он мне звонил. Конечно, я разговаривать не стала, сразу заблокировала, но потом мы столкнулись у порога моей работы. Кот вновь повторил свое предложение, но получил презрительный отказ. Разговора как такового не состоялось. Я не хотела, а значит, меня никто не мог заставить, что мужчина понял.
Одно настораживало – Кот ведь не идиот. Может, догадаться…
Плохо. Очень плохо.
И квартиру я еще не купила…
Пора с директором детского дома поговорить: признаться, что я сестра Насти.
Но разве можно подстраховаться во всем?
Сложно.
Бизон тоже мурыжит. И ведь у него в каждом уголке города есть свой риелтор. Но он сам не хочет помогать, надеясь, что от безвыходности соглашусь на его предложение.
Как бы ни так!
И черт меня понес в эту пиццерию?!
Но разве могла знать?
Этот УЖ везде пролезет.
Застыла, когда почуяла слишком резкое приближение молодой женщины, цокающей сапогами на высоком каблуке. На автомате обернулась, замечая высокую брюнетку с кольцом в носу. Коротенькая стрижка, худощавого телосложения, походка мужская, взгляд ястреба – вот так коротко можно сказать про даму в кожаной одежде. Она села за соседним столиком и стала приводить волосы в порядок.
Странное поведение в пиццерии.
Обычно не успеешь прийти и сразу в приложение – сделать заказ. Или она заказала в пути?
Присмотрелась. Замечая примитивные наколки на пальцах – признак воровки, скривилась.
Так, красотка сидела.
И это пальцы…
А что на теле? Куртку она так и не сняла.
Ее взгляд задержался на мне, а потом глазами стала искать кого-то в зале. Девочек?
Поднялась и отправилась к кассе, так как до выполнения заказа осталась одна минута. Отсюда женщину хорошо было видно. Она наблюдала за детьми, тут же с кем-то переписываясь. Интересно, с кем?
Вдруг женщина встрепенулась и стала вертеть головой. Потеряла кого-то? Например, меня. Она как раз обернулась, и наши взгляды встретились.
Мой и ее.
Женщина поспешно отвела взгляд и отвернулась, а мне захотелось уйти.
Но уже спалилась…
А бегать не в моих правилах, тем более не тот случай.
– Девушка, скажите номер вашего заказа? – спросил у меня парень-менеджер на кассе. Устал, что видела по его глазам.
– 278, – ответила, получая через несколько секунд свою огромную пиццу, молочные коктейли и зеленый чай.
Не успела поставить на стол поднос с заказом, как появились девочки. Увидели!
– Ура! Пицца! – воскликнула Настя.
– Пицца. Ммм… – скромно заметила Саша.
– Девочки, давайте пересядем? – предложила и, подхватив все наше добро, быстро перешла за другой стол, где женщина нас точно видеть не будет. Тогда станет точно понятно, по чью она душу зарулила сюда.
Немедленно приступили к нашему перекусу, когда почувствовала прожигающий взгляд.
Женщина пересела и теперь находилась за три столика от нас. Ближе не получилось, так как ближайшие были заняты.
Она по нашу душу. Стопроцентно! От Кота.
– Давайте, жуйте и потом прогуляемся по парку, – сказала девочкам и поспешно написала Ольге:
«Можно попросить тебя о личной просьбе?»
Ответ пришел незамедлительно:
«Говори».
Глянув на женщину, которая так ничего и не заказала, я поспешно написала:
«Мне нужна полная информация на Котова Олега. Все. Даже с кем спит, кого бросил и всех неугодных, которых точно и возможно на тот свет отправил».
Ольга написала через минуту:
«Не слишком?»
Усмехнулась, понимая, что девушка требует комплиментов.
«Я же знаю, что ты еще та хакерша. Взломай его телефон. Буду должна».
Ответ поступил через секунду:
«Ладно. Дай время, и я тебе найду инфу даже о том, какими болячками страдает».
Усмехнулась, даже не сомневаясь в этом.
«Жду. Только будь осторожнее…»
Девочки уплетали пиццу, а мне даже кусок в горло не лез. Переживала, понимая, что теперь девчонки в опасности. Котов ведь будет через них давить на меня. Пристально смотрела на женщину, не давая ей возможности любоваться моими девочками.
Примерно через пять минут она поднялась и, держа телефон перед собой, будто не могла оторваться, направилась к туалету.
– Я в туалет, а вы… тут сидите и никуда не отходите.
– Хорошо! – в один голос согласились они, при этом славно пережевывая пиццу.
Поднялась и, оценив мирно беседующих и жующих посетителей, не планирующих отходить, заглянула в туалет. В нем был маленький коридорчик с раковинами и две кабинки. Одна для инвалидов и матерей с детьми, где имелся складной столик для пеленания, а вторая общая для мужчин и женщин. Засланная шпионка находилась в общей и с кем-то тихо разговаривала.
Быстро дернула дверь, на мое счастье, оказавшуюся открытой, и вырвала телефон из длинных пожелтевших пальцев, рукой перекрывая женщине горло.
Общалась дамочка с абонентом «Бродяга». Отключилась и зашла в фотогалерею. А там последние фотографии – НАШИ: где мы уже за новым столиком; я, движущаяся в сторону кассы; и все дети, среди которых бегают мои девочки. Больше всего взбесила фотография, где Настя стоит около меня, когда уже вернулась к столику с заказом.
Быстро удалила абсолютно все, как фотографии, так и видео, не забывая про корзину, при этом не позволяя женщине двигаться. Она же хрипела, пытаясь выбраться.
Дальше прошла в сообщения и увидела переписку с неизвестным номером, который тотчас узнала. Кот.
Неудачница-шпионка успела прислать ему только видео, где все дети, обещая предоставить фотографии девчонок. Удалила переписку, а потом кинула телефон в унитаз.
Глаза женщины округлились до небывалых размеров. Не ожидала.
Она дернулась, а я перехватила ее за горло пальцами, крутанув и прижав к стене не слишком вежливо, слыша вой от соприкосновения носа с кафелем.
– А теперь слушай меня, коза. Еще раз встретишься на моем пути или будешь собирать информацию, я тебе шею сверну.
Чем больше говорила, тем сильнее давила.
– Ты меня поняла? – зарычала ей в лицо.
Хрип, что она выдала, напоминал «да».
Чуть ослабила хватку и процедила:
– Зачем Кот послал тебя?
– Я не знаю…
Перехватила руку и заломила, закрывая ей рот, когда она начала орать.
– Я похожа на ту, с которой можно шутить?
Женщина задрожала, а потом стала говорить в ладонь.
– Лишнее слово, и я тебе руку случайно сломаю. Без фокусов.
Она кивнула.
– Говори.
– Кот сказал мне проследить за вами и сфотографировать. Но ты ему ничего не говори, он же меня тогда убьет.
– Что успела ему передать?
– Только видео.
Долбанула еще раз и заметила:
– Передай Коту от меня «привет» и скажи, чтобы стороной обходил, если не хочет сдохнуть.
– Я передам. Передам!
– Это хорошо. И помни, что мне плевать, кто ты и с кем спишь, я разорву тебя на части, если еще раз увижу поблизости. Усекла?
– Да! – почти провыла она.
Оттолкнула ее, отмечая, как женщина сжалась и забилась в угол.
– Телефон тебе Кот купит. Он знал последствия, когда отправлял тебя ко мне, – вышла из кабинки и помыла руки, пытаясь совладать с эмоциями.
Вот же черт!
И чего он ко мне прикопался?
Для какого дела я ему нужна, раз готов лезть на рожон?
Вытерла руки салфетками и вышла. Девочки как раз уже пиццу доели, поэтому я предложила собираться.
Мы вышли через пять минут из пиццерии. Внимательно оглядела все машины на парковке, но Котова ни в одной не приметила. Удрал в закат?
– Все, садимся в машину, и домой, – предложила девочкам.
– Ох… жаль, – жалобно выдала Саша, с надеждой поглядывая на меня.
– А, может, капельку погуляем? – попросила Настя, обняв меня за талию. Маленькая хитрая лисичка.
– Скоро ужин, нужно успеть, – объяснила сестре, поправляя ей шарф на шее.
– Ох… – одновременно выдали девочки.
– И чтобы все непременно съели, как и обещали.
Видела по глазам, что не обрадовала их.
Полилась мелодия. Степанова Ольга звонила.
Так быстро?
Приметив во дворе дома игровую площадку, показала рукой и предложила девочкам:
– Если хотите, можете поиграть на той детской площадке.
– Да! Да! – согласились они, и мы направились во двор.
Не успели дойти, девочки рванули к качелям. Убедившись, что они сели и катаются, перезвонила Ольге.
– Так что? – сразу перешла к делу.
– Ох, ну слушай…
– Только коротко, а то тебе дай волю, и на роман расскажешь.
– Я постараюсь, – буркнула она. – Будто у меня время резиновое. Так, Котов Олег Александрович, родился в феврале 1995 года.
– Знак зодиака и любимый цвет можешь пропустить.
– Хорошо. Его отец, Котов Александр, авторитет из блатных. Он умер при загадочных обстоятельствах, оставив все сыну, в том числе клубы, недвижимость, акции.
– Много клубов?
– Порядка трех, притом очень посещаемые. Еще у него несколько фирм, но официально числится владельцем лишь развлекательных заведений. Котов известен тем, что из своих должников выбивает не только деньги, но и мозги. Любитель красивых и покорных женщин.
Не удержалась от ухмылки. Это не ко мне. Раз любит покорных, значит, я ему действительно нужна для дела. Только для какого?
– Шантажист, вымогатель.
– Даже так?
– Обвинялся несколько раз в громких уголовных делах, но ничего не доказали. Помнишь дело с похищением ребенка? От девочки сразу избавились, а потом три недели мурыжили бедных родителей, вытаскивая огромные суммы. Фамилия Котова там фигурировала, а потом все свидетели стали менять показания.
– Еще что?
– Ммм… – видимо, листала свое внушительное досье, которое сама откопала, выбрасывая все ненужное. – Он совратил свою несовершеннолетнюю двоюродную сестру. Ей было на тот момент четырнадцать лет.
– Какой мерзкий подонок.
– Это еще что? Девочка выросла и стала его любовницей, пока он не сбил насмерть беременную женщину.
– И что потом?
– Она взяла вину на себя. Недавно вышла из тюрьмы.
Задумалась. Получается, он свою сестру-любовницу подослал ко мне? Додумался же…
– Короткая стрижка, худощавого телосложения, с тату на пальцах? – перечислила я, описывая женщину из пиццерии, с которой уже пообщалась.
– Если бы только на пальцах. У нее все тело разрисовано.
– А воровкой когда стала?
– Котов заявил на нее, обвинив в краже автомобиля.
– Нда уж.
– В бардачке еще наркоту нашли. В общем, девку подставил, и жизнь сломал. Кстати, здоров как бык, но детей нет.
– Понятно.
– У тебя проблемы? – вдруг резко спросила Ольга, чего не ожидала услышать.
– Постараюсь решить.
– Я тут пробила одну квартирку. Сносная цена, твой район, пятый этаж. Дом 2000 года.
Даже рот открылся от удивления. Кто просветил Степанову?
– Ты откуда знаешь?
– А как ты думаешь, кто проверяет все запросы?
– И ты сказала Бизону про мою сестру?
– Прости. Я действительно думала, что он поможет тебе.
– А сейчас так не думаешь?
Тут она замолчала, что заставило меня нахмуриться.
– Говори, – попросила, понимая, что вот не просто так начала она разговор.
– Прости, я не должна была тебя так подставлять, но я считала, что у вас наклевывается семейная жизнь.
– Что сделал Бизон?
– Ммм… Я не думаю, что он хочет помочь, только палки в колеса намерен ставить, пока не согласишься на его условия.
– Оль, что он сделал?
– Кристина, будь осторожна. Больше я не могу сказать.
Хмыкнула и закрыла глаза. Если не говорит, значит, что-то серьезное. Ольга, она всегда за справедливость, что иногда раздражало всех на работе.
– На квартирку денег у тебя почти хватит, но там жил нарик. Она в ужасном состоянии.
– И где именно?
– В твоем микрорайоне, первые дома, семь минут от дачи.
– Ты мне поможешь?
– Да. Приготовь все документы, чтобы пакет был готов. Я потом звякну. Только там чуть больше той суммы, что у тебя на счету.
– Ты взломала мой телефон? – с возмущением рявкнула.
– Нет. Я так пораскинула мозгами, у тебя ведь основная работа – это наш ЧОП, а учитывая, что ты не тратишь…
– Все, хватит. Я поняла. Так сколько мне еще нужно?
– Семьсот тысяч, и квартира твоя. Документы я проверила – все чисто. У них риелтор – моя хорошая знакомая. Я с ней договорюсь, моя должница. Квартира принадлежит матери, но сын жил там, так как повадился все тащить из родительского дома, где он и прописан. Кстати, умер от передозировки месяц назад. Сегодня утром выставили объявление, но я снесла его.
– В этой квартире умер? – уточнила на всякий случай. Не хотелось бы жить в такой квартире.
– Нет, в гараже у друга. Так что?
– Когда можно посмотреть?
– Завтра в семь. Охрану я тебе передвинула, за час справимся. Я уже отпросилась.
– Спасибо.
– Еще пока не за что, тем более я чувствую вину, так что буду исправлять, – тут она ахнула и быстро сказала: – У меня звонок. До завтра.
Послышались гудки, Ольга отключилась.
Дала себе три минуты и уставилась на дерево, ничего не замечая, полностью погружаясь в свои мысли. Мне нужно было продумать свои действия, исходя из новой информации.
Тряхнула головой и, глянув на девочек, скатывающихся с горки, громко позвала их:
– Девочки, нам пора!
Неделя прошла в забегах.
Вторая дала надежду на светлый лучик счастья в этом темном туннеле.
Работа. Дела. Вновь работа. Несколько часов сна.
Дурдом.
Но это все мелочи, ведь я все делала для сестры.
Налила зеленый чай и добавила ломтик лимона. Только выпить не успела, так как застыла на месте, реагируя на топот. В столовую вбежала довольная воспитательница Галя и счастливо закружилась. Столько радости в ее танце было, что невольно улыбнулась.
– Чему радуешься? – спросила я, не понимая причину такой радости.
– Ну как же? Ты не знаешь? Твою любимицу хотят удочерить.
Горячая кружка обожгла пальцы, отчего зашипела и с плеском поставила ее на стол, разлив приличную порцию кипятка на столешнице.
– Ты чего? Расстроилась? Ну, да, твоя любимица… – женщина мило улыбнулась. – Но малышке нужна мама.
– Кто? – мысли терялись, поэтому облизнула вмиг пересохшие губы и все же задала свой вопрос: – Кто ее хочет удочерить?
– Ой, семейная пара. Они как раз должны выйти.
Через пять секунд прилипла к окну, зорко всматриваясь во двор детского дома. И вот дверь открылась и появилась семейная пара. Представительный мужчина в черном костюме с барсеткой в руках и стройная женщина в теплом платье со строгой прической и в очках. Выглядели довольно респектабельно.
Нахмурилась.
Неужели, правда?
И почему я сейчас узнаю? Так увлеклась покупкой квартиры, что упустила потенциальных усыновителей?
Вот же гадство!
Так, мне нужно…
В следующую секунду прищурилась, открыв рот от возмущения. К своему удивлению, я увидела Котова у ворот детского дома. Он вальяжно стоял у машины и курил. Почувствовав мой взгляд, Олег поднял голову и дерзко помахал пальцами.
– Вот же гад! – неожиданно громко выдала, сдерживая себя от желания броситься к нему и разобраться. Он ведь специально!
Получается, выяснил все про сестру.
Тут Олег оттолкнулся от машины и направился к семейной паре, приветствуя их и приглашая в машину.
Котов подослал их.
– Это ты на будущих родителей? Да ты что? Для Насти это шанс вырасти в нормальной семье.
– Ага, как же… – процедила и быстро направилась к директору.
Через три минуты была в кабинете, громко закрыв за собой дверь. Не специально, так получилось из-за ветра, задувающего в открытое окно.
– Пришла… – тихо констатировала женщина и устало посмотрела на меня.
– Вы знаете, что я сестра Насти, – уверенно сказала, удивляясь директору. И ведь ничего не сказала.
Лапкина поднялась и как-то тяжело прошла к столу, где стоял чайник, нажимая на кнопку, находящуюся на ручке.
– Ты думаешь, я не проверяю своих сотрудников, которые будут работать с детьми? Врать ты мне не стала, сказала про спортсмена отца, а я недавно просматривала документы Насти, когда ее вернули нам. Тогда…
Женщина сделала паузу и взяла кружку со своего стола, подняв ее, спросив у меня:
– Будешь?
– Нет.
– А я не откажусь, день такой тяжелый, – Лапкина залила кипятком пакетик в кружке и продолжила: – Тогда она выглядела сломанной куклой. Приемная мать, отказавшаяся от ребенка, наговорила ей много чего лишнего из-за обиды на мужа. Галина Тимофеевна стала давить на девочку, убеждая, что она никому не нужна, раз даже сестра не хочет взять. Я думала, она закроется, но Настя меня удивила. В тот день она поделилась, что больше не хочет чужих мам, только немножко подрасти, чтобы не быть обузой, и тогда сестра ее непременно заберет. Она ждала тебя… и ждет до сих пор. После разговора я подняла документы, но не смогла найти тебя, по адресу проживали совсем другие люди. А тут ты… Я сразу не туда, а потом уже, когда увидела, как ты относишься к ней, вспомнила твои слова про отца и проверила документы.
– Не отдавайте сестру! Я покупаю квартиру… Сделка через неделю.
– Это хорошо, но суд будет рассматривать и других претендентов на усыновление. Семейная пара, что приходила, полная семья с достойными заработками и отличными жилищными условиями. Он пластический хирург, а она работает главным бухгалтером в крупной строительной фирме. У Виноградовых все документы собраны, давно мечтают взять ребенка, уже прошли все инстанции. Навряд ли тебе отдадут девочку, учитывая, что у тебя опасная работа и ты одна. Хотя, кто знает, учитывая тот факт, что ты сестра. Все возможно, – отмечая, как я скривилась, она выдала. – Ты не переживай, а готовь документы. Вот если бы у тебя был муж…
– Его нет.
– Тогда бы ты без разговоров забрала свою сестру.
Хотела сказать про Кота, но как объяснить? Это будет выглядеть напраслиной, вроде как оговариваю.
– Вы уверены в этой семье?
– Я их давно знаю… Виноградовы все мечтали взять девочку семи лет. Когда тот раз приходили, Настя находилась в приемной семье. Сомневаться в этой семье не стоит.
– И что теперь? Как мне быть?
– Усыновление – долгий процесс. Возможно, за это время ты сможешь что-то изменить в своей жизни, чтобы тебе не смогли отказать. Конечно, я скажу свое слово, но решение зависит не от меня.
– Я поняла вас… – сказала и хотела выйти, как услышала.
– У меня просьба.
Даже догадывалась какая.
– Пока не говори сестре, кто ты. Вдруг не получится.
– Я вас поняла, – сказала и закрыла дверь, ощущая ярость.
Даже не поняла, как оказалась у двери девочек. Решила немного поиграть с ними, да отправляться домой. Сегодня у меня корпоратив в полночь, так что нужно несколько часов поспать. Только хотела дотянуться до ручки, как дверь открылась и в мои руки попала выбежавшая Настя.
В ее глазах видела страх.
Она открывала рот, но не могла сказать, только рукой показывала на комнату.
Резко бросилась в спальню, наблюдая ужасающую картину: Саша сидела на полу, бледная, в поту и не могла дышать. Она своей маленькой ручкой держалась за грудь, открывая рот, и тут же закрывая. Ее глаза, полные ужаса, молили о помощи.
– Приступ, – выдохнула и бросилась к окну, планируя открыть, удивляясь, что закупорили даже форточку. К зиме приготовились. Рванула со всей силы и вырвала вместе с бинтами всю створку, запуская свежий поток воздуха.
– Аа-а-а-а… что делать? Она умрет, да? Уже не первый раз! В тот раз сказали, что если еще раз случится, то уже не откачают, – начала кричать Галя, чем больше пугала Сашу.
За секунду выкинула женщину за дверь и рявкнула:
– Не смей заходить!
– Но… Что делать?
– Вызывай бригаду с кардиологом и соответствующим оборудованием. Скажи, что у нас сердечный приступ, предупреди про диагноз, – крикнула и бросилась к девочке, осторожно опуская ее на спину в лежачее положение.
– Ну, все, Сашенька, успокойся. Все хорошо, не бойся.
– Мама Галя сказала нам о том, что меня заберут приемные родители… – тихо призналась Настя. И когда она прошла? Когда я Галю выкидывала? Или раньше?
И тут дошел смысл слов.
Чего?!
Вот дура! Додумалась, кому сказать! Тупица.
– Куда заберут? – убедительно замахала головой перед Сашей. – Это неправда. Мы не отдадим нашу Настю. Да, Сашенька? – спросила, отмечая улыбку на бледном лице девочки, расстегивая верхние пуговицы рубашки, давящей на горло.
– Ты не переживай. Сейчас тебе станет легче… – шептала, понимая, что у Солнцевой температура. И ведь я проверяла час назад, все было хорошо.
Девочка кивнула, а в следующую секунду закрыла глаза, потеряв сознание.
Зажмурила глаза на секунду, проклиная все на свете, и проверила пульс. Не прощупывался.
Стремительно принялась расстегивать рубашку, понимая, что нужно провести сердечно-легочную реанимацию. В свое время мать учила меня всему, и в первую очередь оказывать первую помощь в любых ситуациях. Я ей сдавала настоящие экзамены, прежде чем пойти на соревнования.
– Настя, выйди.
– Но…
– Все хорошо. Выйди, пожалуйста.
Сестра с обидой в глазах вышла, а я принялась делать непрямой массаж сердца вновь и вновь, пока не почувствовала движение. Маленькая ручка дернулась.
Наклонилась и поняла, что девочка дышит.
В этот момент в комнату вбежала молодая женщина в медицинской форме. Проверив пульс, оценив состояние девочки, она спросила:
– Вы врач?
– Нет, но мама была хирургом.
– Понятно. Вы с нами, все расскажете. Документы есть?
– Да. Карточка в комнате воспитателей.
– Хорошо.
Дальше все происходило как в кошмарном сне. Мигалка до сих пор музыкой играла у меня в голове. Просидела несколько часов, и лишь после разговора с врачом меня отправили домой.
Вышла на улицу и, ощутив ледяной пронизывающий ветер, осознала, что даже куртку не взяла. Была в одной кофточке и брюках в ноябрьский вечер. Ах да, еще небольшой рюкзак на плечо. Куда без него?
Хорошо хоть телефон взяла. Прежде чем открыть приложение такси, решила глянуть, кто звонил.
Пропущенных около ста звонков.
И моя малявка звонила. Подарила ей часы, по которым можно было созваниваться.
Вероятно, уже спит.
Полилась мелодия. Абонент – Лапкина Милана Алексеевна, директор детского дома.
– Ну что там? Как Сашенька?
– Спасли.
– Ты молодец. Ох, я все это время как на иголках.
– Саше требуется пересадка сердца.
– Я знаю. Месяц назад Минздрав выдал нам направление на квоту, но ждать придется минимум полгода. И когда получим, нужно будет стучаться в клиники других стран, и если согласятся прооперировать, то вновь будем стоять в очереди на трансплантацию.
Больше не хотелось разговаривать. Услышанное не давало надежды.
– Поняла. Доброй ночи.
– Кристина, Настя не спит, ждет тебя. Она напугана. Воспитатели не смогли ее успокоить. Сейчас она с Клавдией, но до сих пор не спит, плачет. Думаю, ты сможешь ее успокоить.
– Конечно, – сказала, замечая знакомую машину у забора.
Котов Олег.
Ну, конечно, как без него в дерьмовый вечер?
Никак.
Он тоже увидел, что я заметила его, и вышел.
– Скоро буду, – сказала и направилась к Котову. Не зря же он сюда приехал. Пожалуй, сейчас, зная возможности этого человека, я готова была согласиться на любую работу, если он выполнит мои условия.
Приблизилась к нему, отмечая самодовольный вид, и сразу перешла к делу:
– Что ты хочешь мне предложить?
Котов ухмыльнулся, давая понять, что он не сомневался в том, что я прибегу к нему, и выдал:
– Садись в машину, Кристина.
– Зачем?
– Больная ты мне не поможешь, так что делай то, что сказал.
Возомнил себя начальником?
Как же…
Но сейчас я готова послушать…
Обошла машину и села на пассажирское сиденье.
– Так что?
– Ты не потеряешь сестру. Я позабочусь о том, чтобы никто не подавал документы на удочерение Насти.
И все? Он меня этим хотел заманить?!
– Меня не интересует твое предложение. Я не потеряю сестру, как бы ты не давил.
Лицо мужчины скривилось. Видела, что он сдерживает себя от грубых слов, я ему была поперек горла, но, тем не менее, не отступал.
Значит, очень нужна.
– Как же? Я нашел пару, которая мечтает взять милую девочку. Она уж очень подходит этой семье.
– Другую найдут, о чем непременно им сообщу. Сомневаюсь, что Виноградовы пожелают взять девочку, за которую я буду драться руками и ногами. Зачем кому-то такой проблемный приемный ребенок? А проблемы я устрою каждому желающему. Никто ее не получит. Никто! Уж поверь мне, твои дерзкие ухищрения только подбивают меня идти напролом.
– Ты проиграешь.
– Никогда! – нагло выдала. – Принципиально найду мужа, и тогда твои Виноградовы пролетят. Так что этот вопрос я решу сама, без твоих одолжений и геройских побуждений, тем более что именно ты устраиваешь мне эти проблемы. Быть спасителем… это не про тебя. Я не оценила.
– Понятно. Что ты хочешь? Не зря же села в машину…
– Солнцева Александра. Ей нужна трансплантация сердца.
– Твоя работа не стоит таких денег.
– Пни нужных людей, чтобы нам выделили квоту в ближайшие дни, и потом помоги с каким-нибудь замечательным фондом, чтобы собрать деньги. Твое давление здесь будет как раз к месту.
– Но и там будет очередь.
– А ты сделай так, чтобы этой очереди не было. Ты же у нас мастер интриг и подстав. Не поверю, что у тебя нет связей в верхушках, которые крышуют такого мерзкого поставщика наркоты, как ты.
– Ты зарываешься… – процедил Котов.
– Да плевать мне… Я не обязана подстраиваться под твое чуткое восприятие, получай по факту.
Мужчина задумался, вероятно, оценивал свои возможности, мою неприятную кандидатуру на дело, и, конечно, свою выгоду. Почесал затылок и недовольно протянул:
– У меня есть вариант, но тебе это будет дорого стоить…
– Убивать никого не буду.
– Ты не смеешь выбирать.
– Я соглашаюсь работать с таким как ты, ради жизни калечить другие ради одной я не стану. Тогда моя жертва будет бесполезна.
– Считаешь меня такой мразью? – усмехнулся он.
– Это еще легко сказано. Из-за таких, как ты, умирают дети.
– Помешалась на своих детях. Открой бардачок и возьми пакет.
Рука потянулась, но тут же зависла в воздухе.
– Запомни, я ждать и надеяться не буду, увижу, что ты тянешь резину, наш договор будет расторгнут.
– Я выполню, и девчонку прооперируют, а ты будешь на меня работать.
– Всему есть свой срок. Скажем, полгода.
– Ты еще смеешь ставить мне сроки?
– Я тебе не рабыня. Из-за чужой жизни я не буду рушить свою. Но эта девочка важна для меня и моей сестры, а значит, я сделаю все, что в моих силах, при этом не теряя свою жизнь.
– Хм… – Котов задумался. – Хорошо, пусть так. Только ты должна справиться с заданием. Не будет результата, срок не засчитаю. Ты будешь выполнить то, что я тебе прикажу, и неважно какими путями и средствами. Даже если будешь занята в одном деле, я буду дергать тебя на другие…
Открыла бардачок и достала конверт, всматриваясь в лицо красивого мужчины в форме.
– Кто он?
– Бесстрахов Андрей Александрович, полковник полиции. Недавно перевели на должность руководителя Управления по контролю за оборотом наркотиков.
Не удержалась от цоканья.
– Кто бы сомневался, что ты берег его специально для меня.
– Заткнись и слушай!
– Не стоит так злиться, ты еще не начал шевелиться, чтобы даже дышать на меня, – процедила, с яростью всматриваясь в его глаза.
– А знаешь, почему я тебя терплю?
– Да потому что собрался подложить меня под полковника полиции. Разве нет? Как я понимаю, тебе нужна информация?
– Да. Мне нужна любая информация, даже намек на меня или мои клубы, если вдруг она всплывет. Ты должна слушать и предупреждать обо всем.
Скривилась, уже презирая себя. Согласилась работать на такую мразь…
Вот же попала!
– Меня не волнует как, но ты должна сблизиться с ним и быть рядом.
– Я работаю, – напомнила Коту.
– Мне неважно. Естественно, Бесстрахов не должен знать, кто ты такая, и, конечно, что ты чемпионка и телохранитель. Для него ты будешь милой девушкой, нормальной, которой необходимо рядом сильное плечо.
Захотелось швырнуть в него этот бумажный пакет.
Нормальной?!
А я какая?
– В пакете паспорт на другую фамилию. Скажешь, что работаешь в массажном салоне. Твое прикрытие. Если вдруг заглянет, там знают, что сказать. История знакомства на тебе. Меня не волнует как, но уже завтра ты должна познакомиться с ним.
– И завтра ты должен отправить своих Виноградовых куда подальше.
– Ты ведь сказала, что справишься сама.
– Из-за твоего Бесстрахова у меня третья работа появилась. Подумай, как я мужа найду? И сомневаюсь, что он порадуется, что у меня будет какой-нибудь залетный Бесстрахов в любовниках.
– Хм… ладно. Эту проблему устраню.
Устранит он…
Одолжение сделал.
– И не только их. Ты уберешь любую проблему под названием «Претенденты на удочерение моей сестры».
– Ты не много требуешь?
– Ты много просишь. Чему удивляешься? Или я должна разорваться и все провалить?
– Нда уж… Думал, будет легче.
– Ты просто привык запугивать и шантажировать, ничего не давая взамен.
– Всегда есть твоя сестра… – намекнул он, давая понять, что может совершить подлость.
– Если ты пальцем тронешь мою сестру, я тебя убью, – совершенно спокойно с ядовитой улыбкой предупредила, вглядываясь в его глаза. – И неважно, пострадаю я при этом или нет.
– Что же… тогда вся информация в пакете, как и телефон для связи с Бесстраховым. Он на прослушке, не стоит удалять жучок.
– Мне нужны деньги.
– С какой стати?
– С такой, что у меня нет одежды, соответствующей образу милой и чудесной массажистки.
– Я говорил, что решаешь сама…
– Тогда придется как есть или подождать, так как у меня на носу покупка квартиры, а еще кредитов выше крыши. Вот как с ними завершу, так и подойдешь.
– Твоя Солнцева долго не продержится…
– А я не отказываюсь! Но тратиться добровольно на ненужные тряпки не собираюсь. Буду очаровывать как есть.
– Ты невыносима! – рявкнул он, уничтожая взглядом. – Даже не знаю, радоваться или сочувствовать Бесстрахову.
Он и дальше под нос себе ворчал, пока тянулся в салон. Схватил кожаную барсетку, доставая приличную пачку с купюрами.
– Уж позаботься выбрать себе приличные тряпки и белье.
– Тогда добавляй.
– Ты издеваешься?
– У меня абсолютно ничего нет, в том числе косметики, сумочек, сапожек, как и верхней одежды. Да что уж? У меня только одна обувь: летом – кроссовки и ботинки, зимой – простые сапоги на плоской подошве. Если не забыл, еще немного… и зима. Ты сам неудачно выбрал время. Это не мои проблемы, я не планировала ничего менять в своем гардеробе. Он мне очень нравится. Свои пожелания оплачивай сам.
Ох, если бы взглядом можно было убивать, я бы уже не дышала. Котов с ненавистью пыхтел, проклиная меня. Потом достал еще пачку и швырнул ее на панель машины.
– Надеюсь, все?
– Вполне, – ответила, убрав вторую пачку к первой в рюкзак, куда впихнула конверт. Потом посмотрю.
– И временно уволишься…
– Нет.
– Кристина, не доводи меня! Ты уже…
– Мне за квартиру нужно выплатить семьсот тысяч, и я должна их отдать. Работая в детском доме, заработной платы едва хватит на пропитание и коммуналку.
– Меня не волнует.
– Чтобы я прикрывала твою шкуру, должно волновать. Или выплачиваешь или не вмешиваешься.
– Хорошо, сама решай, но ты со мной на связи и работаешь на сближение уже с завтрашнего дня. Поняла?
– Поняла.
– А теперь пошла вон! Такси есть.
Хотелось ответить, но только лучезарно скривилась и вышла из машины, громко хлопая дверцей.
Сволочь.
Чтобы я ему приснилась ночью в кошмарном сне!
Отошла и зажмурила глаза.
Да уж… Вляпалась по самое некуда!
Глянула на часы и быстро написала Виталию, с которым работала сегодня на мероприятии.
«Прикрой меня. Мне еще сорок минут нужно».
Осмотрелась по сторонам и вызвала такси, радуясь, что тачка примчится уже через две минуты. Успокою свою девочку, переоденусь, а потом уже помчусь на корпоратив.
Схватила аптечку и направилась к мужчине. Бесстрахов сидел на кровати. Везде и всюду был ужасный беспорядок: сломанные стулья, кровь на полу, разбитая ваза.
Ох, даже не хотелось вспоминать и лишний раз смотреть. И мне еще потом эту помойку убрать.
И где Ленка откопала этого неадеквата? Сказано было играть, но мужик перевозбудился от своей роли и начал приставать. Отпихивала как могла, даже ногами, напоминая себе, что я слабая и нежная девушка. Когда уже начала пинать, поняла, что перехожу черту от жертвы в нападающую, поэтому завопила во все горло.
И спаситель пришел! Дверь чуть не снес. Слава богу, додумалась дверь открытой держать, лишь на цепочку закрыть. Так вырвал ее с корнем.
Спаситель с замашками варвара.
Честно, в момент столкновения грешным делом подумала, что Бесстрахов убьет нашего актера. Пришлось вмешаться.
Но не раскидать, как обычно, а жалобно скулить, что он мой брат с просьбой пощадить.
Что еще оставалось?
В голове сразу же прорисовалась распечатка подруги с ее рекомендациями поведения нежной девушки в разных ситуациях. Честно, когда читала, периодически кусала пальцы, удивляясь бурной фантазии Соколовой. Вероятно, не на трезвую строчила это безобразие.
– Что же это за брат такой? Он ведь хотел изнасиловать тебя! – возмущенно выдал мужчина.
Да никакой он мне не брат! И изнасиловать бы у него не получилось. Как это сделаешь со сломанными ручками и ножками и с разбитым лицом? А это я бы точно обеспечила. Но… сценка получилась довольно убедительная, хотя до сих пор меня раздражала.
Насупилась и как можно взволнованнее промямлила:
– Он любит меня.
– Любит? – с раздражением произнес мужчина. – Это что же за любовь такая?
– У него такая, – сказала и взяла ватный тампон, протирая рану. Этот идиот-актеришка додумался стулом Бесстрахову въехать в лицо. Хорошо тот защиту поставил, но все же угол деревяшки острой частью проехал по виску.
Видела, что Андрею больно, но он держался. Какой сильный мужчина…
Я же ходила в халатике, который пришлось купить, то и дело мельтеша перед Андреем. Не знаю, как ему, но меня это уже подбешивало.
И чего я не переоделась еще?
Потому как не могла!
Я все следовала инструкциям Елены.
Только вот это кружевное белье так терло, что хотелось содрать.
И как тут быть милым напуганным ангелом, когда внутри кипела от бешенства?
Кстати, Бесстрахов оказался довольно приятным мужчиной как внешне, так и по общению. Он вызывал доверие.
– Чья квартира? – спросил он, когда я обработала кожу.
– Рана неглубокая, зашивать не стоит. Но если есть время и желание можно заглянуть в больницу, – сказала быстрее, чем подумала.
Вот же засада! И зачем так уверенно? Нужно тихонько говорить или пищать.
Так…
А если он спросит, откуда я знаю?
Ну, я же массажист, должна знать.
Ух, тогда нормально. Вроде ничего не испортила. Но все же нужно держаться согласно сценарию.
– Не переживай, все нормально. Ты врач? – спросил Андрей. Кстати, он еще не представился, как и я. Главное – не назвать его по имени.
Ох, все же спросил. Ну, конечно, я ведь уверенно сказала.
Виновато улыбнулась и, как положено, миленько пропищала:
– Медицинский работник.
– И кем работаешь?
– Сейчас массажистом.
– Можно рассчитывать на массаж в благодарность?
Чего?! Этого в сценарии нет.
Скромно улыбнулась и пожала плечами. Ленка посоветовала так делать в любой непонятной ситуации. Тогда я решила, что это не для меня, так как буду выглядеть полной дурой, но сейчас очень даже оценила метод.
Пожалуй, в ближайшие месяцы это моя любимая привычка.
– Так что? Чья квартира?
– Квартира подруги. Я ночевать попросилась, а он меня здесь нашел.
– И что теперь?
– Не знаю… – прошептала и, схватив аптечку, помельтешила в кухню. Запихнув небольшой контейнер в шкаф, встала около окна. Ночь в самом разгаре, полная луна радовала своим светом.
Задумалась. С момента игры я поняла, что плохая актриса. Та милая девушка, которая должна была понравиться Андрею, полная моя противоположность.
Как играть идеально, если не быть собой?
– Не переживай. Если боишься, можешь остаться у меня, – произнес Бесстрахов, оказавшись позади меня.
Приблизился незаметно. И я… не среагировала.
Последнее напрягло.
Что он там сказал?
Действительно? Подумал, что смотрю в окно и боюсь?
Я такая пугливая и сопливая со стороны?
Как бы мне не нравилось все это, но нужно было продолжать. Сегодня днем мне позвонила довольная Лапкина и рассказала о том, что ей пришел ответ насчет очереди на квоту, она подошла. Милана Алексеевна все переживала, кого благодарить.
Что сказать? Была рада, ведь это огромный шанс для маленькой девочки. Так что нужно и мне теперь выполнять свои обязательства, раз Котов так усердно старается.
– Я… не знаю, – проговорила и обняла себя за плечи.
– Квартира от работы с соответствующим ремонтом и минимальной мебелью, но там три комнаты.
– А что скажет ваша жена? – спросила, удивляясь, зачем задавать такие вопросы. Если приглашает, значит, точно никого нет. Ну, нет же, еще двадцать вопросов по списку, чтобы пойти.
– У меня нет жены, и никого, кому бы твое присутствие могло не понравиться, – уверенно выдал он. – Но если боишься, то могу снять номер в гостинице.
Герой.
Настоящий спаситель.
Или притворяется?
Неужели такой хороший?
После того как друзья с женихом отказались от меня после смерти матери и выселения из коттеджа, я перестала верить в бескорыстную доброту.
– Нет, можно… – сделал паузу и начала глотать слюнки. Как же меня бесили эти заторможенные паузы, но Ленка попросила соответствовать милой трусишке по сценарию. – Можно мне остаться у вас?
– Да – мужчина глянул в сторону коридора, – а цепочку я завтра починю.
Еще и мастер на все руки.
Ну да ладно, лишь бы не мне чинить.
– Спасибо, – прошептала и медленно направилась к нему, остановившись почти рядом, чтобы похлопать ресницами. У меня ведь небольшая заторможенность на ближайшие месяцы, насколько понимала. Обошла и пролепетала: – Я тогда сумку возьму, если можно?
– Конечно, только я сам отнесу.
Она легкая. Что там нести-то? Я и сама отлично могу.
Мысленно досчитала до пяти и приказала себе заткнуться.
Светозара ни черта не может! Она безрукая, бесхребетная, но невероятно милая. Мечта, а не женщина. И сейчас я именно она.
– Спасибо, а то тяжелая, – промяукала и направилась в спальню, чтобы не спалиться.
Нехорошо…
Осмотрелась и решила переодеться. Эх, где мои джинсы и водолазка?
Из сумки выглядывало какое-то ярких цветов барахло. Лена свое отдала, что не носит. Мы решили сэкономить, а деньги направить на погашение суммы кредита. Соколова и у своих сводных сестер гардеробы прошерстила. Что-то там про крыс наплела, но я не особо слушала. Кто крысы? Сестры или вымышленные грызуны, как причина исчезновения вещей?
Главное – что сэкономила мне время и деньги. Ленок лучшая! Мне не придется шастать по магазинам и выбирать часами. Это всегда невыносимо.
Хотя нет, если кроссовки выбирать, то это можно и даже с удовольствием.
А у Лены и ее хищных сестренок отменный вкус, очень даже девчачий.
Скинула халат, оставшись в сорочке. Шелковой, не очень удобной.
И тут я услышала покашливание.
Повернулась и встретилась с заинтересованным взглядом Андрея.
Так, и чего сейчас делать?
Пожать плечами?
Вроде не тот случай.
– Эм, прости. Я не знал, что переодеваешься.
Так, варианты ответа:
Первый: «Ужас. Подлец! Выйди отсюда и дверь закрой с той стороны!»
Не подойдет. Грубо как-то своему спасителю такое кричать. Даже я бы так не сказала, ограничившись двумя словами, но где-то слышала, раз в голову пришло.
Второй вариант – заплакать от испуга.
Не подойдет, так как вроде опоздала, ведь смотрю на него и размышляю.
Тогда третий вариант:
– Простите, задумалась. Я сейчас переоденусь.
Мужчина уже стоял спиной ко мне. Вроде как уже ждал.
Схватила клетчатую рубашку, майку и брюки. Видимо, это добро Лены. Кстати, очень хорошие вещички.
Ай, вроде нельзя.
А что можно?
Хотелось порыться, но не стала. Вдруг нежные создания собирают вещи иначе, нацеловывая каждую вещичку. Куда мне до этих тонкостей?
В общем, я сжала изначально выбранные вещи, которые сразу сграбастала, и решила, что у меня нет другого выбора на данный момент. Зачем заставлять ждать мужчину? К тому же холодно в подъезде, а замерзнуть мне никак нельзя. Когда есть долги, болеть всегда запрещается. Так что безвыходная ситуация. Да вот!
Через две минуты стояла с сумкой в гостиной, наблюдая, как Бесстрахов уже замыл тряпкой пятна и засовывает ее в пакет. Вроде как на выброс.
– Ты быстро, – удивленно выдал он.
Да?! А сколько по времени обычно переодеваются милые создания? Пять минут? Десять? Предположила, что все-таки нужно было целовать вещички, прежде чем надеть. Так бы на три минуты задержалась, пока рот чистила.
И вообще, в сценарии ничего такого не было! Откуда мне знать?
– Ммм… переживала, что ты уйдешь.
Благо, мозги есть, соврать всегда «мило» можно.
Бесстрахов кивнул и выдал:
– Я тут немного прибрался, чтобы кровь не присохла.
– Спасибо.
– Оставь ключи, чтобы я завтра починил цепочку.
Ага, как же. Тут у меня рабочая сумка со всем необходимым. Завтра нужно сдать. Не успела после ночной смены, так как следила за Бесстраховым, чтобы понять, что за человек. Одно точно выяснила: отдыхать не умеет, вечно на телефоне. Все бросает и мчится на работу, как сделал во время фильма в кинотеатре.
– Думаю, там нужна замена, – серьезно заметила я.
Отмечая, с каким удивлением мужчина на меня посмотрел, глупо улыбнулась.
– Просто… видела, что две части лежат.
– Тогда… куплю завтра. Ты готова?
– Да.
– Хорошо. Пойдем, – сказал и взял мою сумку, двигаясь к двери. Я же внимательно осмотрелась, оценивая, что Бесстрахов умудрился еще сделать за две минуты. Вроде ничего.
Вдруг побледнела, вспомнив о том, что ключи от машины положила в подставку для мелочи.
Вот засада!
И все из-за этого актера. Пришлось мне его забирать с остановки, так как не понял, куда идти. Вот я и переодевалась в другую одежду, чтобы не выдать себя, так и засунула ключи по привычке в подставку для мелочи.
Андрей не дал закрыть дверь, предположив, что в моем состоянии я не справлюсь. Это, конечно, хорошо, купился, но было неприятно, что меня считали кисейной барышней.
Спустились на этаж ниже и зашли точно в такую же квартиру. Внутри все было довольно скромно, но очень чисто. Кстати, очень быстро нашли съемную квартиру рядом с квартирой нашего героя. Конечно, лучше бы на одной площадке, но никто не сдавал. Только на пятом, над квартирой Бесстрахова. Пришлось снять на неделю.
– Есть свободная комната: там кровать и старый шкаф.
– Спасибо. Будет замечательно.
– Можешь закрыться.
От себя оберегает или от меня надеется скрыться?
Не судьба ему… в любом случае.
– Спасибо, – сказала, ощущая, что весь вечер только это слово и повторяю.
Бесстрахов включил свет в «моей» спальне, чтобы я могла увидеть скромную обстановку.
– Я точно вас не стесню? – задала очередной ненужный вопрос. Разве он может сказать обратное, когда сам пригласил?
– Нет. Завтра я по делам, но ключи оставлю.
– Нет, я не могу вас беспокоить, поэтому завтра утром поднимусь на верхний этаж. Подруга разрешила остаться на некоторое время.
– А как же ваш брат?
– Думаю, он больше не сунется туда, опасаясь за свою жизнь, – скромно пояснила, желая лично найти этого актеришку. Тогда ему точно придется опасаться. – Спасибо большое. Вы спасли меня.
– Не хочу оставлять вас там одну.
Герой моего дня. Заботливый такой. Главное – не принять на свой счет, а то ведь нельзя. После такого обмана этот мужчина будет под запретом.
– Завтра мне уже не будет так страшно, и я смогу подняться на пятый этаж.
– Уверена?
Кивнула, пожимая плечами. Пусть боится за бедную девушку.
Наверное, завтра еще стоит громко поплакать. Только как?
– Хорошо. Тогда располагайся: ванная там, кухня в самом начале. Если чего захочешь, не стесняйся.
Андрей только собрался идти, но я все решила познакомиться, чтобы с утра не назвать по имени. Потом объясняй, что не ясновидящая.
– Постойте.
Бесстрахов обернулся и поднял бровь.
– Я так и не знаю, как зовут моего спасителя, – спросила с виноватой улыбкой. Очаровательная уже не выходила. Губы устали.
– Андрей. Андрей Бесстрахов.
– А я Светозара.
Ох, все, познакомились. Можно теперь не переживать, что случайно проговорюсь.
– Красивое имя.
– Маме захотелось, чтобы у ее дочери было вот такое необычное имя. Андрей, спасибо вам.
Видимо, у меня заело пластинку. А завтра тоже нужно будет благодарить? Да я умру от постоянства.
– Не за что.
– Доброй ночи.
Закрыла дверь и бросила сумку на пол, присаживаясь на постель. Столько эмоций! Наверное, не должна спать, но я валилась с ног. Сил не было. Всю ночь на корпоративе, а потом сразу же слежка за Бесстраховым. Хорошо, что есть Ольга, она даже вопросов не задала, зачем и почему, просто скинула мне всю информацию на мужчину. Единственно, что пришлось ей сказать, чтобы об этом точно не узнал Бизон.
Только прилегла на мягкий плед, как услышала вибрацию. И кому не спится в глухую ночь?
Звонил Бизон. Вспомнишь, и тут как тут. Оказалось, от него десять пропущенных.
Соскучился?
Даже не зная, что скажет, могла предположить, что он в бешенстве.
Я же игнорирую его звонки, и еще не вышла на вечернюю смену.
Со вздохом села, с грустью посматривая на подушку. Не судьба нам быть вместе!
– Что происходит? – злобно рявкнул он, как только я нажала на прием. Лучше бы проигнорировала. Прямо-таки кипел, как чайник на плите. – Почему я от Ольги узнаю, что ты не вышла на работу?
– Прости, я написала заявление. Плохо себя чувствую.
– Ты издеваешься? Ты весь день сегодня в разъездах. Я проверил.
Нда уж… Неудобно, когда твой работодатель может отслеживать тебя.
Неприятно и неправильно.
Я же вроде все отключила? Он откуда проверяет?
– Где ты? Я подъеду.
Так, это вот совсем необязательно. Чего он забыл у меня?
– Я взяла день за свой счет. В чем проблема?
– Кристина, я спрашиваю, где ты? Не скажешь, я сам найду.
– У меня выходной. И давай не будем опускаться до того, что ты меня будешь отслеживать. Я не выйду. Будешь проверять каждую квартиру в доме?
– Что происходит?
– То, что у меня свои проблемы, и я их решаю. Я не обязана отчитываться перед тобой. Ты мой начальник, а не муж.
– Я могу помочь.
– А я не хочу, чтобы ты участвовал в моей личной жизни. Понимаешь?
– Уверена?
– Уверена.
– Ну, хорошо, посмотрим, как ты справишься, моя дорогая.
И он бросил трубку.
Обиделся.
Пусть. Может, так успокоится и отстанет.
Плюхнулась на мягкий плед и закрыла глаза.
И тут постучали.
Так и лежала, не желая вставать. Я же слабая, вот и буду с удовольствием соответствовать. Поэтому в ответ сонно сказала:
– Входите.
Андрей появился в проеме. В руках держал постельное белье.
– Так собралась спать?
– Если честно, то да. Сил нет, – призналась и закрыла глаза, сдерживая себя от желания громко зевнуть.
– Я могу помочь…
– Если будешь таким же замечательным, то ведь можно и влюбиться.
Так, я и не поняла? Это я вслух сказала или подумала?
– Думаешь?
Ох, оказывается, сказала. Все, нужно спасителя выгонять, а то лишнего не по сценарию ляпну.
– Ага…
– Давай поднимайся, а я заправлю.
Нехотя села и надула губы. И вот зачем? Мне и так нормально.
– Не дуйся, хотя ты и такая милая.
Засмеялась и поднялась на ноги, прижавшись боком к стене.
Бесстрахов справился за две минуты. Это было очень быстро. Я же только сняла кофту, оставшись в белоснежной майке.
– Теперь можешь ложиться.
– Спасибо! Ты мой спаситель! – с улыбкой сказала, понимая, что с ним легко общаться, совсем не напрягает. Только хотела пойти, как ноги подвели, и чуть не рухнула.
И этого не случилось, потому как Андрей перехватил, прижав к груди.
И так мне стало комфортно-то!
Усталость! Вот до чего довела…
Хотя… может, все к лучшему.
– Все… если не отойдешь, так и усну.
И тут я оказалась в воздухе, мужчина поднял и уложил, накрыв одеялом.
– Спокойной ночи, Светозара.
– Угу… – ответила и, с трудом дождавшись, пока Андрей выйдет из комнаты, провалилась в сон.
Проснулась по привычке в шесть утра. Резко села, не понимая, почему не мерзну. Это означало одно – я не на даче. Три секунды соображала, где я, потом наступило озарение. Воспоминания вчерашнего дня, а особенно вечера, резко всплыли в памяти.
Да уж… Кроме Бесстрахова еще Бизон со своими обидами добавился. Особенно напрягало, что уж он очень рассвирепел. Как бы палки в колеса ни вставлял.
Поднялась и заправила кровать, хватая спортивную сумку. Нужно тихонько сбегать.
Нахмурилась и села, вдруг вспомнив про сценарий. Лена ведь сто процентов уже настрочила план на новый день.
Залезла в Google Docs, где находился общий текстовой файл с Соколовой, и открыла рот от первой фразы:
«С утра напечь блины».
Чего?! Какие еще блины?! А пельмени не налепить для полного восторга?! Мне же больше делать нечего, только готовить. И почему не уборка? Мужчина один живет, можно и полы намыть до блеска, пыль протереть, одежду отутюжить, накрахмалить. Что там еще я забыла?
Хотя… кто знает? Если девушка замуж хочет, наверное, так и надо. Сразу с ведром и шваброй приходить и с продуктами подмышкой, чтобы уж удивить.
Значит, блины…
Кто печь будет? Она?
Не теряя времени, тут же написала Ленке, которая точно не спала, раз настрочила мне это безобразие.
«То есть блины? С чего это у незнакомого мужчины буду что-то печь на его кухне? Не рановато?»
Получила сразу же ответ:
«А почему нет? В благодарность…»
Опять?! Да я вчера весь вечер, как попугай, благодарила, даже язык натерла.
Не выдержала и набрала Соколовой, тихо интересуясь:
– Тебе не много благодарности, Леночек?
– Он спас тебя от изнасилования! – весело напомнила она.
– Нет, не так.
– А как?
– Он спас парня от инвалидности!
– Какой молодец! А с чего так? Вроде актер – хороший парень. И денег мало взял…
– Ты через пять минут будешь на месте?
– Конечно. Почему спрашиваешь?
– Расскажу, что сделаю с хорошим парнем, когда найду его.
– Ох… – подруга задумалась. – Ну, через пять минут звони, заинтриговала.
– Ага… – только хотела отключиться, как услышала возмущение Соколовой:
– Куда поднимешься, Титова?! Шуруй печь блины! Живо!
– Ленка, я не пойду.
– Ты умеешь, я знаю. Пошла радовать блинами нашего чудесного спасителя несостоявшегося инвалида!
– Не факт, что спас, я еще не пообщалась с этим актеришкой… И с какой стати я должна незнакомому мужчине что-то печь?! У него там ничего не треснет? Я себе пеку по праздникам.
– Поверь, каждая хорошая незамужняя девушка только об этом бы и подумала, чтобы расположить мужчину к себе.
Хорошая…
Да что же везде не подхожу?
– И ты тоже планируешь сразу же в первый день стряпать что-нибудь возможному претенденту?
– Ну… – начала отмазываться Соколова.
– Что «ну»?! По факту давай!
– Ну, я не настолько милая. Конечно, та еще лапулька, красавица, умница.
– Оставим эти все тонкости. Не стала бы, да? А меня, значит, пинаешь в кухню?
– А тебе нужно срочно его закадрить.
– В том то и дело, что закадрить, а не устроиться на работу бесплатной поварихой, – задумалась, как можно отвертеться от блинов. – Давай, я буду не настолько смелая, вроде его бояться должна.
– Ночь прошла, и страхи вместе с ней.
– Ну, не скажи! Я очень ранимая и чувствительная. Уж вот слишком перенервничала вчера, натерпелась, что аж плакать хочется. Так что придумай другой сценарий для нежной меня. И быстрее!
– Ну, если для нежной тебя… – подруга начала ржать. – Ладно, сейчас организую новый сценарий.
Соколова отключилась, на что я довольно улыбнулась.
Вот! И почему сразу так не подумала?
Через три секунды пришло новое сообщение:
«Поднимайся к себе. Вроде как застеснялась и не знаешь как себя вести».
Выдала стон, понимая, что сейчас Светозара отличится тупостью. Пусть. Все не блины готовить. А то с такими темпами она меня манты заставит готовить. Я, между прочим, замуж за Бесстрахова не собираюсь, так, только на стадии «дружить и узнавать» пока планирую остаться.
И вообще бы замечательно без постели обойтись.
Он же джентльмен, пусть возится со мной, верит в мои страхи, пока задание не закончится.
Почему нет?
Схватила сумку и вышла из комнаты. Кстати, на часах показывало десять минут седьмого.
Три часа поспала.
Могла бы поспать и у себя, но ведь на работу еще забежать требуется. Если не закрою смену, Бизон меня точно растерзает.
К моему удивлению, дверь была закрыта на нижний замок, который без проблем открыла, а потом захлопнула с той стороны. Вот так вышел мусор выносить и остался у мусоропровода навсегда.
В съемной квартире первым делом приняла душ. Не успела выйти, как позвонили в дверь.
И кто?
Подошла, а там Бесстрахов стоит с бумажным пакетиком.
А я в таком виде… В одном полотенце.
Хотя…
Само-то!
Я буду делать вид, что не понимаю, а он пусть любуется.
А если я не зашла мужчине и ему плевать?
Ну, тогда блины придется печь…
Хотя, не нравился мне этот второй вариант.
Открыла дверь и смущенно отошла к стене. Ну, чего уж теперь? Дура, так дура, хорошо хоть не под стол спряталась.
– Привет, – произнес Андрей, делая шаг в коридор. – Прости, что так рано, просто ты ушла…
– Мне было ужасно неудобно за вчерашнее. Прошу простить.
– За что? Тут нечего смущаться. Кстати, я с утра бегал и зашел в пекарню. Так что вот – пирог.
Он что, напрашивается на чай?
А почему нет?
И на что только не пойдешь, чтобы блины не печь. Нет, я бы без проблем, но мне спать некогда со всеми этими проблемами, так что желательно обойтись. И замечу, что я готовлю довольно стандартно, не так чтобы «ах» и «ох».
– Тогда будем пить чай! – весело сказала, надеясь, что я по сценарию отвечаю. Интересно, он готов? Я верила, что Лена уже все поменяла, и когда пойду переодеваться, гляну между делом.
Закрыла дверь и только хотела обернуться, но тут застыла статуей, реагируя на прожигающий взгляд Андрея. Вот это он смотрел!
Дыхание сбилось.
В горле пересохло…
И ведь он сам из душа, капельки воды стекали по мощным рукам. Торопился ко мне, раз не вытерся нормально?
Так, нужно что-то сказать, а то ведь откровенно пялюсь. И было на что смотреть, замечу я.
Так, какое предложение поступило? Отвлечься словами.
Нужно сказать что-то… спокойное и отвлекающее.
Уж очень отвлекающее, чтобы все-таки оторваться.
И ведь я каждый день вижу заманчивые шикарные мужские тела, но они так меня не волновали.
Закрыла глаза, чтобы не пожирать глазами и хрипло сказала:
– Прости, не успела переодеться.
– Ммм… Это я пришел без предупреждения, – выдал Бесстрахов и направился в сторону кухни. – Отнесу пирог.
Не стала говорить, отмечая, как уверенно идет. Хотя да, расположение одинаковое. Прошла в спальню и начала рыться в сумке. Особо не парилась – напялила короткую белоснежную футболку и джинсовые шорты. Все остальное – призыв к активным действиям. Этот наряд тоже не скромный, но шелковый халат на мокрое тело не рискнула надеть.
Прошла на кухню, расчесывая длинные волосы, и увидела Андрея, стоящего у закрытого окна. Реагируя на мои шаги, мужчина обернулся и с улыбкой спросил:
– Давно заглядывала в холодильник?
Так, и что там? Плесень? Труп? Склад инструментов?
– Все так ужасно? – спросила и открыла, отмечая пустые полки. И запах такой мерзкий, будто все же кого-то держали здесь стухшего.
– Не проверяла.
– Тогда идем ко мне? – предложил он, склонив голову набок. – Кстати, я цепочку починил. У меня была запасная.
Хозяйственный мужчина, однако.
– Спасибо, – проговорила, поглядывая на время. Еще на работу нужно. – Не хотела бы тебя смущать. Как снег на тебя свалилась.
– А если я не против снега? – произнес Андрей, всматриваясь в мое лицо, будто хотел увидеть реакцию на свои слова.
И вновь не знала, что сказать. Бесстрахов странно на меня воздействовал, лишал разума.
Неужели, понравился?
Печально, если так… Лучше бы воздержаться от ненужных эмоций и привязанностей, что делала всегда.
– Так что, идем? Потом можно прогуляться.
– У меня еще дела, – ответила, вспоминая о любимом ЧОПе. Бизон ведь не дремлет.
– Работа? – уточнил Андрей.
– Да.
– Я могу отвезти. Или у тебя есть машина?
Это вопрос с подвохом? Он видел вчера ключи или нет? Сейчас-то их точно нет. Почему спросил? Или я все же угнетаю?
– Ведро уже не заводится.
– Я могу посмотреть.
Ага, как же, на дачу пригласить и спалиться. И все, что можно, я уже посмотрела, но дедулин запорожец не заводится. Да чего уж? Он сгнил.
Вот и катаюсь на рабочей, покупать новую пока не планировала. Я вообще, насколько понимала, не очень прихотливая, пока квартиру не куплю и не отдам за нее.
– Там уже нечего смотреть, – честно призналась. – Но спасибо за предложение.
– Как понимаю, не заинтересована?
– Неактуально.
– Кофе, чай?
– Ммм… – скромно улыбнулась.
– Боишься идти ко мне? Я тебя не съем.
– Уверен?
Он засмеялся, а потом предложил:
– Тогда кофе, молоко принести сюда?
Нужно отучать его от этой квартиры. За неделю оплатила, дальше уже встречаться нейтрально или у него дома.
Хотя…
Ох, не могла себе представить, как смогу выведывать информацию по его работе. Ну вот как? Это только возможно, если сблизиться до сожительства, так точно буду знать.
– К тебе… – заявила, понимая, что другого выхода нет.
Реагируя на мои слова, мужчина взял пирог и приблизился ко мне, некоторое время смотрел, будто что-то решал, а потом как-то спокойно огорошил:
– Ты мне нравишься.
Ого. А так можно?
И что стеснительные девочки на такое отвечают? Плачут от счастья?
Что говорить-то?
Придется, как умею.
– Мне стоит бояться?
Вот же! Зачем сказала? Нужно было помяться, ножкой подергать, но хорошая мысль пришла поздно.
– Нет, но я тебя предупредил.
Тут он показал рукой на коридор, приглашая идти первой. Появилось ощущение, что меня Серый Волк к себе пригласил в надежде съесть.
Кое-как затащила Сигульского на кровать, удивляясь, что она не прогнулась до пола. В нем как минимум сто пятьдесят килограммов! И я их тащила от машины до лифта, а потом до спальни.
С облегчением вздохнула, радуясь, что моя смена закончена.
Неужели?
Эта ночь прошла!
Последние дни охраняла банкира, который считал, что его преследуют. Бизон поставил меня. Назло, зная, что у нас конфликт со слюнявым мужиком.
– Все равно будет, как я хочу… – бубнил себе под нос этот любитель бань и саун.
– Спасибо большое! – выдал его сын, заинтересованно поглядывая на меня.
Не ответила и посмотрела на часы на руке. Черт, он задержал меня на пять часов. Проклятье!
Направилась на выход, слыша шаги парня.
– Скажите, а вас можно нанять для вечеринки?
Еще мне сопляков не хватало для полного счастья.
– За информацией в охранное предприятие обращайтесь. Можете уточнить телефон у отца, – бросила ему в ответ и вышла, нажимая кнопку лифта.
Черт, нужно было хотя бы немного поспать. Через два часа на сделку.
Не успела сесть в машину, как полилась мелодия. Звонок от Ольги напряг. Как-то рано.
– Кристина, сделка срывается. Покупатели в отказ пошли.
– Что? Как так?
Она замолчала, что заставило меня задуматься. Значит, знала причину.
– Что не так? Хотят больше денег?
– Нет, не в этом дело. Им заплатили за отказ в последний день.
– Кто? – спросила, подумав о Коте. Подлец! Вероятно, из-за того, что я немного забыла о своей вынужденной подработке под названием «Бесстрахов». Но я просто жила на работах…
– Это Бизон.
– Что?! – воскликнула, не в силах поверить. Не мог Глеб так поступить. Он не такой подлый, черт возьми!
– Я пробила номера твоих продавцов и пошарилась у них в сообщениях. Бизонов вышел на них три дня назад и заплатил, чтобы они отказались от продажи с тобой прямо перед сделкой.
– Точно?
– Да. Я не знаю, что у вас с Бизоном происходит, но меня это очень бесит. Урод.
– Ты на работе?
– Нет. Сомневаюсь, что Бизону понравилось бы, как я тут его величаю. Я пока еще новую работу не нашла.
– Хочешь уйти?
– Если честно, мне тяжело будет уходить. Я тут с первого дня, всех знаю как родных, и все же не смогу больше так работать. Глеб разочаровал меня.
– Из-за меня?
– Не только… – тихо призналась она.
– Я слышала, что твой отец – крупный владелец агентств по программированию и настройке сайтов и веб-сервисов. Почему не к нему?
– Потому что мы с ним не общаемся, – как-то грустно призналась Оля. – У меня есть одно место, куда бы я хотела устроиться, но навряд ли. Хотя, кто знает.
– Понятно.
– А ты что?
– Мне идти некуда, но… с ним я поговорю. Бизон сейчас где?
– Сейчас… – протянула Ольга и забила по клавиатуре. – Он уже на работе. Сто процентов в спортивном зале.
– Тогда я к нему.
– А ты когда закончила?
– Только сейчас.
– Ох, как всегда с этим банкиром. Я отмечу.
– Ладно, увидимся.
– Ты к нему?
– Да.
– Я еще не уволилась, так что не разнеси здание и не убей Бизона.
– Его убьешь, как же… – буркнула и бросила телефон на сиденье, схватившись за руль. Ярость переполняла меня.
Бизон оказался мелочным и подлым. Решил так показать свою обиду? Но ведь из-за его выходки страдает моя сестра!
Через полчаса была на месте. Вышла из машины и, схватив рюкзак, направилась в здание. В кабинете Бизона не оказалось, значит, в зале.
За три минуты дошла до раздевалки, где переоделась в спортивную одежду.
Когда вошла в зал, Бизон перестал бить грушу. Он повернулся и произнес:
– Доброе утро, красавица!
Повела челюсть, сдерживаясь от грубых слов, и, натянув перчатки, выдала:
– Предлагаю это утро продолжить на ринге.
– Даже так? – Глеб последовал за мной.
Долго не разгонялась, и молниеносным ударом заехала ему в лицо, как только он приблизился.
– Ты чего? – рявкнула он, прикрываясь руками.
Дальше меня будто переклинило, и я перешла в стадию лютого нападения. Бизон, как мог, отбивался, но я, то и дело, ловила его открытые места, стараясь максимально бить.
В следующую секунду он увернулся и пошел низом, перехватив меня за талию и подняв в воздухе.
– Успокойся, Кристина!
– Да ну?! Успокоиться?! Ты, мразь, мне сделку завернул! Я тебя ненавижу! Понял?! Черт, а я ведь считала тебя настоящим мужчиной, а ты – ничтожество, – кричала, пытаясь вырваться, в следующую секунду ударяя затылком ему в лицо.
Бизон взвыл и оттолкнул меня, откидывая свои перчатки, проверяя лицо.
– Ты с ума сошла!
– А ты тогда что?! Эту квартиру я выбрала для нас с сестрой. Как ты мог так подло поступить?
Понимая, что я все знаю, он яростно процедил:
– Ты отказалась от меня!
– А я тебе ничего не обещала! Это был секс без обязательств. Притом ты сам этого требовал.
– Я передумал.
– А я нет! Нет! Понимаешь?! Ты не тот мужчина, с которым я бы чувствовала себя как за каменной стеной, а теперь… я еще буду ожидать удара в спину.
– Кристина!
– Тебе показалось незначительным, что ты поставил меня к Сигульскому, зная про наш конфликт? Ты ведь в курсе, что его пять часов превращаются в десять?
– Я компенсирую.
– И мой сон за все дни? Ты ведь три дня так издеваешься, зная, что я работаю еще в детском доме.
– Он тебе не нужен! Работай спокойно на меня и будешь нормально отдыхать!
– Нужен! Там моя сестра! Но я надеялась, что, как только заберу ее, уйду оттуда, а ты подложил свинью. Ты как думаешь, это так легко и просто найти такую выгодную квартиру? У меня каждый день на счету.
– Я… – Глеб сглотнул, – могу попросить их…
– Да пошел ты! – рявкнула и повернулась к нему спиной, желая убраться отсюда как можно быстрее.
– Кристи, прости. Я не думал…
– А ты думай! Это полезно, – процедила и спрыгнула с ринга, направляясь в раздевалку.
Совершенно не помнила, как разделась и зашла в душевую. Лишь когда ледяная струя ударила в тело, осознала, понимая, что могу позволить себе расслабиться.
До крови вцепилась зубами в нижнюю губу и прижалась к кафелю лицом, ощущая отчаяние.
Черт, это ведь теперь нужно заново искать квартиру! А где я такую выгодную найду? Вновь понадобиться время.
И как работать с Бизоном?
Другой нормальной работы сейчас точно не найду. Тут белая заработная плата, и очень достойная. Ударила по стене, желая хоть как-то избавиться от этой тяжести в груди.
Ничего. Я справлюсь.
Непременно справлюсь…
Через десять минут вышла из душевой кабины и услышала мелодию. Неизвестный номер.
Увидела цифры и сразу поняла кто.
Кот.
Не хотела, понимая, что услышу много чего неприятного, но все же ответила:
– Да.
– И что же, мы так плохо работаем? – ядовито уточнил он.
– Я работаю.
– Ты совсем забыла о Бесстрахове, разве так можно? Или тебе нужно каждый день напоминать про наш договор?
– Я не забыла.
– Так сближайся с этим ментом! Поняла?! Мне нужна информация! Если будешь торчать вдали от него, ничего не узнаешь.
– Я понимаю.
– Понимай лучше! Чтобы сегодня закрутила с ним шуры-муры. Или только на словах смелая? Выполняй! Или я все же вспомню, что договариваться – это не мое, и приглашу твою сестренку ко мне в гости. Ей понравится у меня. Такие огромные собаки не оставят ее без внимания. А если их не кормить, то они могут славно перекусить сопливыми девчонками.
– Не угрожай мне! – почти прорычала.
– Тогда работай! – процедил Кот и отключился.
Поднималась по лестнице, мечтая где-нибудь присесть и уснуть. Ноги не держали. Еще погода оставляла желать лучшего. Такой ливень с ветром, что зуб на зуб не попадал. Будто из ведра лил. Насквозь промокла, представляя собой мокрую курицу. Вот что значит, без машины! Но по легенде – нельзя, поэтому оставила на стоянке работы. Тем более, завтра она мне не понадобится, взяла выходной, чтобы успокоиться, так как видеть Бизонова пока не могла. Пришлось на автобусе, как селедки в консервной банке, тереться друг о друга.
Проработала кое-как до вечера, так как заменяла второго дневного воспитателя. У нее ребенок заболел. К тому же обещала Насте, ведь думала, что наконец-то расскажу ей все, обрадую квартирой, но счастья не случилось. Просто рабочий день с сестрой, четвертый по счету без сна.
Восьмой час, а ведь даже не задерживалась, что обычно получалось по просьбам сестры. Учитывая свое состояние, обстоятельства, я понимала, что еще немного и рухну. А ведь еще у меня на повестке дня Бесстрахов. Насколько понимала, его нужно соблазнить, приручить и использовать. Именно поэтому специально для него вырядилась в сапоги на высоких каблуках и надела пальто розового цвета. Это добро сестер Соколовой, Лена позавчера на дачу привезла. Только вот не представляла, когда все буду успевать надевать.
Нажала на кнопку лифта и прислонилась к стене, ожидая, когда кабина откроется. Если честно, я очень надеялась, что Бесстрахов где-нибудь застрянет на работе, только бы не дома. Пусть трудится на благо России, а я посплю. Сейчас важно – чтобы Коту донесли, что я работаю. Потом уже выспавшаяся со свежими мозгами, я бы что-нибудь придумала.
По-хорошему, надо было спросить у Ольги, где Андрей, но я так устала, что наплевала на все. Будь что будет.
Открылась кабина и я, не глядя, рванула внутрь, попадая в мощные руки Бесстрахова. Он как раз выходил, что у него не получилось.
– Андрей… – удивленно выдохнула и попыталась отойти, но тут голова закружилась, давая понять, что уже пришел момент «икс». За секунду в голове появилась отличная и удобная мысль: свалиться на полковника. Ничего лучше быть не может! Так он точно будет возиться со мной.
Закрыла глаза, позволяя себе полностью расслабиться, и пошла вниз. Я не сомневалась, что Андрей не даст мне упасть. Пусть считает, что у меня обморок.
В общем, я на несколько минут заснула и в то же время бодрствовала, будто со стороны наблюдая за тем, как Андрей меня несет к себе домой. На мгновение отключилась, а потом открыла глаза, определив, что нахожусь в квартире полковника, развалившись на кровати, в которой уже имела счастье ночевать.
Бесстрахов сегодня красовался в черных брюках и в голубой рубашке, что ему несомненно шло. Видимо, на свидание собрался. Он стоял рядом с кроватью и кому-то звонил.
В скорую?
Так не пойдет…
– Андрей… – тихо позвала.
– Отдыхай, я вызываю бригаду скорой помощи.
– Нет, не нужно. Я просто устала, – прошептала, закрывая глаза.
– Это как?
– Это три ночи без сна и четыре дня рабочих, – промямлила и добавила: – Мне нужно к себе, а потом…
– Никуда я тебя не отпущу. Отдыхай.
– Отдыхать? Тогда дай сумочку…
– Зачем?
– Выключить надоедливый телефон.
Бесстрахов улыбнулся и подал мне сумочку. Ага, теперь у меня есть маленькая, неудобная вещица, куда ничего не помещается. Я выключила телефон и закрыла глаза, тут же мило интересуясь:
– А ты посидишь со мной?
– Уверена?
Нужно что-то сказать, чтобы он посчитал меня эдакой милой и пугливой. Буду жертвой насилия, пусть и несостоявшегося. Так точно поверит.
– В последнее время не могу спать. Только засыпаю, как вижу кошмары. В них брат… – и тут я замолчала, чтобы он сам додумал. Андрей оказался рядом и сел на кровать.
– Не переживай, я буду с тобой.
– И держать за руку? – спросила, но отмечая вспыхнувший огонь в его глазах, решила остудить: – Для спокойствия.
– Тогда непременно буду держать, – заявил Андрей с улыбкой.
– Если вдруг буду ругаться…
– Ты можешь?
Хах, да я так могу, что стыдно порой. Но это все по делу, когда обстоятельства того требуют.
– Не знаю, мне неизвестно, что я творю во сне.
– Я тебе после расскажу… – успокоил меня Бесстрахов.
– А ты куда шел?
– Поверь, это уже неважно, – тихо произнес Андрей и поправил плед, укрывая меня.
Тепло окружало со всех сторон.
Невыносимо жарко.
И почему мне так тяжело?
Открыла глаза и пораженно застыла с открытым ртом, замечая спящего Андрея, который сграбастал меня в охапку, прижав к своей груди.
Вот, оказывается, кто – моя суперпечка!
Это как так получилось?
Андрей уснул со мной?!
В другой любой момент и с другим мужчиной я бы возмутилась, вероятно, скинула с кровати, немножко проверила хрупкость костей, а тут смотрела на него, ощущая странное волнение в груди. Я совершенно не испытывала дискомфорта.
Развернулась и посмотрела на тумбочку с часами, отмечая шесть утра. Только решила подняться, как меня вернули на прежнее место, захватив талию руками.
Обернулась и встретилась с лукавым взглядом мужчины.
– Опять решила сбежать?
– Возможно… – с улыбкой призналась и вдруг неожиданно для себя протянула руку и дотронулась до его волос на голове. Мягкие с чудесным запахом морского бриза. Отмечая, как напряглось тело мужчины от моего прикосновения, убрала руку и мило выдала: – Спасибо, что приютил.
– Всегда рад. Кстати, я заходил к тебе все эти дни, но так и не застал. Тогда, когда пили кофе и тебе позвонили, ты так быстро убежала, что я не успел попросить твой номер. Вчера решил, что ты мне приснилась.
– Да? – с улыбкой переспросила. – А я не сон, живая, из плоти и крови.
Тут он еще сильнее притянул к себе, жадно вглядываясь в глаза, и хрипло произнес:
– Еще какая живая…
Понимая, что ситуация напряженная, отклонилась и кокетливо улыбнулась.
– Мне бы… в ванную, только вещей нет. Наверное, стоит подняться к себе.
– Давай ключи, я сумку поставлю у двери ванной комнаты.
– Да я бы…
– С меня завтрак. Что ты любишь?
– Ммм… какое предложение! – с восторгом выдала. Бесстрахов не переставал меня удивлять.
– Пользуйся. Так что?
– Тогда я согласна! И люблю я абсолютно все, – загадочно протянула и улыбнулась.
– Ты невероятно красивая, когда улыбаешься, – прямо заявил он.
– Думаешь?
– Еще как… – хрипло ответил Андрей, не отрывая взгляда от моих глаз.
Мило прикусила нижнюю губу и потянулась к нему. Теперь расстояние между нашими лицами было ничтожно, что находила невероятно эротичным. Мы почти соприкасались телами, поэтому очень хорошо ощущала его возбуждение, мгновенно загораясь от этой близости.
И тут я поняла, что хочу его.
Вот же!
Но не сейчас…
После…
Облизнула пересохшие губы и проговорила:
– Будешь смущать меня, и я сбегу.
В следующую секунду быстро соскочила, рассчитывая сбежать. Отмечая боковым зрением молниеносную реакцию Андрея, который тут же сел, собравшись меня задержать, Я выставила руку:
– Завтрак на твой выбор, а я в душ, – кокетливо предложила, заставляя себя контролировать эмоции.
Секунда.
Две.
Обжигающий взгляд мужчины прожигал до костей. Видела по глазам, что Андрей боролся со своими демонами, собственнически рассматривая мое тело.
– Футболку дать? – уже спокойно спросил он, удивляя своим самообладанием.
– Если не жалко.
– Я не жадный.
– Тогда отлично! – подмигнула и поднялась, вдруг ощущая тяжесть. Огляделась и поняла, что спала в одежде. И чего не сняла? Вся помятая теперь.
Хотя…
Рискованно было дразнить Андрея, который уже все решил для себя. Я понимала, что он на пределе.
Спустя три минуты стояла под теплыми струями воды и улыбалась. Вроде столько проблем навалилось, но готова была с ними отчаянно сражаться. Видимо, не мой предел или на меня так влиял Бесстрахов. Кто знает? В любом случае готова была идти в бой.
Как настроишься, так и пойдет.
Закуталась в большое полотенце, наслаждаясь нежностью ткани, как вдруг услышала знакомую мелодию. Соколова звонила. За секунду пробежала в спальню, прикрыла дверь и ответила на звонок.
– Лена, привет.
– Ты как там?
Прислушалась, нет ли рядом Андрея, и ответила.
– Нормально.
– Выспалась?
– Да, наверное, – сказала и уже шепотом добавила: – Правда, в одежде спать так неудобно.
– Чего? Ты зимой и летом в своем вытрезвителе в одежде спишь! Чего стало неудобно? Даже я привыкла у тебя спать в ста одеждах. Только рот и глазки торчат из спального мешка.
– Если что, я сплю в теплой пижаме.
– Тебе показать пижаму?! То, в чем ты спишь, называется телогрейка.
– Ох… – решила не продолжать дискуссию. – Ты соскучилась, насколько понимаю? Псинки и сестренки с мачехой спят? Заскучала?
– Овчарки, а не псинки. У меня сегодня выходной.
– И не спится?
– Не спится, но тут дело в другом.
– В чем?
– Холодов – невыносимый, противный, грубый мужлан.
Ого! И это в седьмом часу утра. Когда Михаил успел натворить делов?
– При встрече. Ты лучше скажи, что с объектом?
Прошла к двери и прислушалась. Вода лилась из крана в раковину на кухне.
– Лен, а иначе нельзя? – спросила, удивляясь вопросу. Нашла где спросить.
– Учту. Так что?
– Нормально.
– У него или у тебя?
– Пока у него.
– Тут Бизон звонил. Довольно грубо заявил, что ты его заблокировала, а он хотел поговорить.
Да, заблокировала? Наверное. Вчера видеть и общаться с ним не смогла бы.
– Что ему надо?
– Глеб поделился, что клиенты нашли другого покупателя.
Скрипнула зубами, мысленно желая Бизонову долголетия.
– Он бессмертный?
– Навряд ли. Немножко дубоватый, согласно фамилии, а так все как у всех. Кстати, любимый директор просил передать, что поможет с покупкой, излишки по сумме возьмет на себя.
– Надеюсь, ты послала его? Пусть подавится своим предложением.
– Вроде как новую работу не нашла для такого ответа, но знай, по моему лицу он понял, куда ему идти.
– Сомневаюсь, что понял.
– Не зря ведь «Бизон» его погоняло. Кстати, просил передать, что завтра ты выходишь на работу. На тебе охрана перевозки денежных средств.
– Для такой работы я недостаточно поспала.
– Это будет завтра, так что постарайся выспаться, так как я буду с тобой.
– Не люблю сопровождение…
– А я не переношу сопровождение без тебя, так что уж постарайся. Мне хватило одного раза.
Кивнула, мысленно возвращаясь в события трехгодичной давности. Лена работала в другом ЧОПе, когда на инкассаторскую машину напали двое в масках с оружием. К ее ужасу, напарник оказался в деле с грабителями и попытался убить Соколову. Если бы не овчарка Леди, то все бы закончилось плачевно. Жаль, собаку не удалось спасти. После этого случая Соколова уволилась и перешла к нам, но наотрез отказывалась от охраны перевозки денежных средств. Исключение, когда на охрану выезжала я.
– Хорошо, но только ради тебя.
– Так и скажу Бизону, чтобы мне зарплату повысил. Хотя… дождешься от него.
Тут услышала шаги. Через мгновение в комнату вошел Андрей и остановился в проеме.
– Лена, я тебе позже позвоню, – поспешно попрощалась и отключилась.
Андрей не сводил с меня внимательного взгляда.
И чего не так?!
Опустила глаза и тут же зажмурилась, мечтая провалиться сквозь пол.
Опять полуголая перед ним.
– Прости, заболталась, – тихо сказала, прекрасно осознавая, что вроде как все на пользу, но перебарщивать не хотелось.
– Я приготовил тебе длинную футболку. Она на кровати.
– Спасибо.
– И приглашаю на завтрак.
Какой мужчина!
Улыбнулась и склонила голову.
– Тогда дай мне мину… – замялась, начиная соображать, сколько по времени милые создания переодеваются после душа, – пять минут.
Андрей усмехнулся, давая понять, что понимает, и ушел, закрыв дверь. Мне же оставалось пялиться на футболку, не понимая, как я ее буду столько времени на себя натягивать?!
Целых пять минут!
Вышла из комнаты через четыре минуты. Не смогла дольше, нервов не хватило. Я бы могла заняться спортом: например, отжиматься или приседать, но ведь Андрей тут же поймет, что активничала вместо того, чтобы вздыхать и любоваться тряпкой, перед тем как надеть на себя. По статусу мне это и нужно было, но слишком уж скучно.
На столе меня ждал завтрак, которым обычно никогда себя не радовала: бекон и яйца. Чудесно, но непривычно для моего желудка.
– Ты умеешь удивить, – сказала, присаживаясь на стул, хватая вилку.
Мужчина поставил две кружки на стол: себе кофе, а мне зеленый чай. Тогда на кухне он спросил про предпочитаемый напиток, а сейчас вот приобрел. Такая выходка давала надежду на то, что у меня есть все шансы заманить в свои сети полковника.
– Какие планы? – серьезно спросил он и, удобнее перехватив свою кружку с горячим напитком, встал у кухонного гарнитура.
– У меня сегодня выходной…
– Что с квартирой?
– Надеюсь, сегодня найду.
– А где ночевала эти дни?
– У меня подруга… Она такая трусишка, всего боится. Как только муж уезжает в командировки, просит ночевать у нее. В дом не зайдет, если там никого не будет.
Кое-как сдержалась от смеха. Живо представила, как Ленка трясется от страха в своей постели, громко рыдая. Хотелось захохотать. Картина маслом, учитывая, что такое не может быть.
– А сейчас? – уточнил Бесстрахов.
– Муж подруги вернулся, поэтому уехала, не желая мешать.
– Понятно, – произнес Андрей и сделал глоток. – А чего она боится?
Боится?
Ах да, он про бесстрашную и веселую Елену Соколову…
– Она очень любит мистические сериалы, а потом зуб на зуб не попадает.
– А ты?
Сразу в голове появилась воображаемая картина, как сижу с Ленкой и завываю рядом с ней. Хотя нет, кто вдвоем боится? Никто. Так что по отдельности.
– Я совсем немного боюсь грызунов, пауков, насекомых и больших собак… – перечисляла, собираясь дополнить список крокодилами и змеями, но, отмечая, как у Бесстрахова округляются глаза, поняла, что переборщила.
Последние были лишние. Чего их бояться?
– Так, совсем чуть-чуть.
Бесстрахов загадочно улыбнулся, что придавало ему некий шарм, и озорным голосом спросил:
– Ты непредсказуемая.
– Разве?
– То нежная и стеснительная, то грустная и задумчивая.
– А знаешь, какой еще бываю? – выдала, убирая вилку на тарелку. Уже все съела.
– И какая? – тут же отреагировал Андрей и отпил кофе.
Поднялась и уверенно направилась к нему. Перехватила пальцами кружку мужчины и, проглотив остатки, подалась вперед и быстро поцеловала в губы.
– Еще я бываю смелая и спонтанная, – сказала почти в губы, как только закончила, тут же отступая.
Далеко не получилось уйти.
Андрей перехватил за талию и, уверенно привлекая к себе, заметил:
– Показать, какой я?
– Думаю, я уже поняла…
– И все же?
– Терпеливый, понимающий… – начала перечислять.
– Не с тобой, Светозара. Не с тобой… – хрипло произнес Андрей и наклонился, захватывая мои губы в плен, умело и жадно лаская, увлекая в чувственную игру.
– Тебе не кажется, что нас пасут? – протянула подруга, хмуря идеально ровные брови, прикусывая большой палец на левой руке. Она всегда так делала, когда нервничала.
– Разве современные золушки так говорят? – усмехнулась я, перестраиваясь в другой ряд, чтобы понять точно, за нами движется машина или это наше богатое воображение.
Притом, у двоих одновременно.
Еще с метромоста их засекла.
– А как еще говорить, когда за тобой хвост, а ты на инкассаторской машине? И вообще, современные золушки нынче работают кинологами и отлично стреляют из арбалета, – буркнула она и вновь посмотрела в правое боковое зеркало заднего вида. – Так что?
Отмечая, как серебристая Lada Kalina перестроилась за нами, но при этом выдерживает дистанцию, повела челюстью. Провожают нас до ювелирного магазина? Глянула на время, прикидывая в голове, что мы движемся точно по времени и маршруту.
Осталось примерно семь минут до места назначения.
И тогда инкассаторский автомобиль подъедет к торговой точке, чтобы получить от кассира опечатанные сумки с наличными и сопроводительными документами. Дальше мы увезем деньги в банк, где передадим их банковским сотрудникам. Все просто.
Только вот эта убитая в хлам Lada Kalina действительно за нами увязалась.
– Пусть Ольга пробьет их номер, – сказала как можно спокойнее, зная, как Лена реагирует на подобные ситуации, исходя из своего печального опыта при охране денег.
– Да он грязный! Это нереально! – в отчаянии воскликнула она.
Непорядок. Обычно Ленка в любой ситуации действовала четко с холодным рассудком, но вот после пережитого стресса у нее появился страх повторения ситуации.
Тем не менее Соколова принялась фотографировать во всех ракурсах, почти всем телом выползая из машины.
– Ты осторожнее! – рявкнула на всякий случай, подстраховывая рукой свою отчаянную подругу. Такая одна, второй не найдешь, так что вцепилась как в родную.
Она что там именно фотографирует? Рисунок шин?!
– В какой помойке они эту гнилую рухлядь нашли? Нет! Номер нереально расшифровать.
– Реально, учитывая, что у них тачка вся побитая. Да и лица Ольга сможет пробить, если постарается. У нее же там специальная программа, которую она сама сотворила. Тем более, тонировки нет, они как на ладони. Только поторопи ее!
Лена уселась на место, чем уже успокоила, и погладила Альфу. Овчарка всю дорогу с высунутым языком наблюдала за своей экстремальной хозяйкой.
– Мы ее мало на посиделки с шашлыками приглашаем, чтобы она торопилась. А если быть точной, то никогда.
– Скажи ей, что мы исправимся, – громко предложила, сворачивая на повороте на улицу, которая не прописана в нашем маршруте.
Лена фыркнула и принялась скидывать Ольге фотографии.
– Так и написала, что с тебя шашлыки, – заявила она.
Почти зима! Какие шашлыки? Но, очевидно, не только Соколовой плевать, и Степанова туда же.
– И как?
– Уже работает. Кстати, забила стрелку на эти выходные.
– Вот оно волшебное слово, – буркнула себе под нос.
– Работа? – предположила Соколова.
– Шашлыки, – не согласилась с ней, замечая, что Соколова опять непрерывно смотрит в правое боковое зеркало заднего вида.
– Успокойся… – как можно мягче сказала ей, поглядывая на водителя серебристой машины.
– Они ведь преследуют нас!
– Лен, не нагнетай.
– Да как же? Разве повода нет?
– Мне кажется, я уже видела этого водителя… – задумчиво протянула.
– Это ты по его лысой башке определила?
– Угу. И по родимому красному пятну на щеке. С такой яркой внешностью нужно маску на дело надевать.
– Значит, он за нами наблюдал?
И тут я вспомнила, где именно видела его.
– Это же шестерка Калинина, – задумчиво протянула.
– Калинина? Конкурента Бизонова?
– Ага…
– А они ведь в ссоре приличное время. Бабло все не поделят. Ольга говорила, что тот обещал устроить Бизону неприятности.
– Так, а кого мы заменяем сегодня на инкассаторской машине? Ведь Тушкина и Воронова всегда ставят.
– Так в том то и дело, что внеплановая охрана. Вот Бизон и поставил нас.
– А те где?
– Да на охране они! Не понимаю, почему Бизон нас на объект не отправил, а сюда.
– Значит, предполагал.
– Даже так? – возмутилась подруга. – На фиг! Уволюсь!
– Обещаю, тебя никто не заденет, только давай перестанешь быть нежной принцессой и опять превратишься в овчарку.
– Вот это тупое погоняло мне совсем не подходит. Я нежная и милая… принцесса.
Тут Альфа громко гавкнула, за что получила мой одобряющий воздушный поцелуй. Повернулась к Лене и мило заметила:
– Видишь? Даже твоя мохнатая подружка с тобой не согласна.
– Предательница, – буркнула она своей овчарке и достала арбалет небольшого размера. Ее любимый. Удобный, как она говорит.
– Где пистолет? – не удержалась я от вопроса.
– Мне с ним не так удобно.
– Если Бизон узнает…
Тут у нее в телефоне что-то гавкнуло, на что Альфа вытянула шею. Свой голос услышала.
– Ольга написала, что машина в угоне, хозяин алкаш. Лысый – Голиков Иван Константинович, уголовник. Три месяца назад вышел на свободу, – тут она посмотрела на меня. – Почему ты решила, что он работает на Калинина?
– Да потому…
– А конкретнее?
– Когда я только начала работать у Бизона, он меня взял к Калинину, чтобы я дурочкой притворилась и заглянула в его гараж. Там этого Голикова и увидела, трудился над Бизоновской машиной, которую сам же и угнал.
– Какая интригующая история, рада бы послушать, но мы почти на месте.
– Значит так, я у дерева тормозну, а ты выпрыгиваешь, – сказала ей, добавляя газу, чтобы чуток оторваться.
– Чего?!
– Они не увидят, лишь момент, как я захожу. Альфа побежит вперед меня с обманками. Через несколько минут я выйду из торговой точки с ними, и уже будем действовать по ситуации.
– Нужно полицию вызвать, а не по ситуации!
– Ольга уже вызвала. Это ее работа.
– Зачем рисковать?
– Они хотят забрать опечатанные сумки с наличными, мы им не нужны. Ведь если их украдут, то сумму будет возмещать Бизон. Не думаю, что Калинин будет из-за мести убивать кого-то, он хочет подставить Бизона, который у него поперек горла.
– Ты сумасшедшая.
– Если только немножко… – сказала и резко остановилась: – Давай!
Подруга спрыгнула и побежала к дереву. Я же рванула к магазину. Собаке вручила обманки и, открыв дверь, крикнула:
– Вперед!
Альфа не растерялась, погнала со всех лап к центральному входу по лестнице. Добежала и легла у двери.
Перелезла через сиденье и спокойно вышла из машины, закрывая дверь, боковым зрением наблюдая, что серебристая машина въехала на территорию и остановилась на парковке среди других машин. Отсюда им хорошо видно было только лестницу.
Поднялась и прошла до двери, где лежала собака. Открыла дверь, давая ей возможность проползти на брюхе. Ее точно видеть не могли из-за бортиков крыльца.
Очень спокойно подошла к углу и рукой позвала охранника. При этом загадочно улыбалась, чтобы уж поторопился. Стоило ему оказаться рядом, быстро выдала:
– Никого не выпускать из торгового центра.
– Что случилось?
– Стрельба случится, – сказала и, увидев сообщение подруги, в котором говорилось, что грабители спрятались у машины, взяла две сумки-обманки и спокойно направилась к выходу, вновь пропуская собаку, приказывая ей:
– Лежать!
Спускалась довольно расслабленно, стараясь не выдавать себя.
Приблизилась к пассажирской двери, и тут выскочили двое с пистолетами. У одного на лице маска кабана, у второго – зайца. Притом каждый соответствовал своему персонажу: крупный здоровяк и длинный дрыщ.
– Сумки кидай или убью! – закричал громила басом, наставляя на меня пистолет.
Подняла руки, давая понять, что поняла и на все согласна.
– Кидай ко мне сумки! – это уже расхрабрился зайчик, делая шаг ко мне.
Послушно выполнила приказ, да так, что себе под ноги.
– Дура! Даже не способна нормально кинуть?! Наберут куриц… – с презрением заявил задохлик-зайка и наклонился за чужим добром.
Мотнула головой, давай знак подруге, и резко сделала шаг к мужчине, нацеливаясь на выполнение кругового удара, используемого в боевых искусствах и единоборствах, имеющего разные названия. Заяц как раз счастливо выпрямился с пакетами, когда я молниеносно подняла колено, поворачиваясь на опорной ноге, совершая половину оборота, мощно разворачивая таз, затем выпрямляя ногу, нанося удар голенью.
Сумки полетели вниз.
Мужчина схватился за шею двумя руками, выдавая крик. Решила добить, используя этот же прием с другой стороны, моментально захватывая мужчину за руку и опрокидывая через себя на асфальт.
Удар был сильный, но не настолько, чтобы заглушить рев мужика, который, как настоящий кабан, хрипел от адской боли, истекая кровью. Соколова прострелила ему кисти.
Бизон будет очень недоволен…
– Фас! – команда для Альфы была дана в момент, когда все же раненый здоровяк-кабан попытался схватить пистолет и выстрелить в меня.
Дальше мужчиной занялась наша грозная Альфа. Соколова приблизилась и весело заметила:
– Пожалуй, я вылечилась от своей фобии.
– Это хорошо, – сказала, тут же хмурясь: – А где лысый? Его ведь нет.
Глянула ей за спину, где стояла машина грабителей, улавливая момент, когда Голиков выстрелил в Ленку. Грубо отшвырнула ее, следуя вниз за ней, внезапно ощущая боль в животе.
Попал, тварь.
Рухнула, пытаясь понять, пробила пуля бронежилет или нет.
Тем временем машина резко рванула вперед. Что-то прорычав про себя, Ленка выскочила следом и стала стрелять из оружия по шинам.
Пробила, отчего машина резко пошла в сторону и встала.
Голиков в маске кота выскочил и побежал в сторону дороги, когда навстречу ему навстречу выехала патрульная машина.
– Обломайся, жаба! – закричала победоносно Лена и быстро побежала ко мне. – Кристи, ты как?
– Видишь, ты из пистолета отлично стреляешь… – выдала, пытаясь улыбаться.
– Ну, так что мне еще было делать в своей башне, когда батя мачеху с дочерьми привел? Вот и оттачивала мастерство.
– Ты молодец, – проговорила, шаря по бронежилету, пытаясь снять. – Я бы не рискнула быть воробьем или мышью у такой Золушки.
– Не рискнула бы она… Ты как, подруга? – спросила она, помогая снять мне броник.
– Неприятно, – вздохнула, понимая, что лысый черт попал в живот. Все мышцы сводило в тугой узел, причиняя боль. Ощущая, как уходит тяжесть под умелыми руками подруги, поняла, что свободна от защиты.
– Пуля, слава богу, застряла в бронежилете.
– Это хорошо… – сказала, ощущая боль в животе.
Подруга не постеснялась задрать спецовку и принялась рассматривать.
– Вот это синячище. На весь живот!
Замечу, уже набежали люди, да и полиция рядом утаскивала грабителей.
– Если всем показала, то можешь все вернуть на место, – заметила я. – И бронник не забудь.
– Чего? Зачем он тебе сейчас сдался?
– Нам еще деньги в банк везти.
– Да черта с два!
– Бизон сам пусть везет свои деньги. Это по его душу козлы.
– Я отвезу, – раздался голос Глеба. Он оказался рядом. Подошел и нагло задрал спецовку, пользуясь моментом неожиданности.
И что все меня лапают?
Кто ему позволял?
Только собралась руки его откинуть, как он все вернул на место.
– Сейчас поедем к нам, тебя осмотрит Марина. Я тебя отвезу.
– Стой, а деньги? Нам еще нужно…
– Холодов с Леной отвезет, как дадут показания.
Отмечая, как скривилась подруга, когда увидела движущегося в нашу сторону недовольного Михаила, улыбнулась.
– Да я справлюсь… – поспешно сообщила, представляя, как у Лены сейчас зубы скрипят. Мне кажется, я отсюда слышала скрип.
– Ты дашь показания, потом к Марине. Она уже ждет.
– И завтра выходной? – громко спросила Лена.
– У тебя он есть по графику? – грубо уточнил Бизон.
– Какой вы черствый, Глеб Егорович. Между прочим, нас чуть не убили из-за вашего Калинина, а вы… Нехорошо.
– Я утрясу все моменты с Калининым, – буркнул Бизонов. – Про него не говорить.
– Разве можно? – возмущенно выдала Лена.
– Вероятно, после стресса, ты много разговариваешь, выходной тебе не помешает.
– За ваш счет? – уточнила Соколова.
– Несомненно, Соколова, за мой… – нехотя согласился Бизон и повернулся ко мне. – Пойдем, тебя допросят, и поедем.
– Я сама, – буркнула и, откинув его руку, направилась к следователю, который уже двигался в нашу сторону.
Это примерно на тридцать минут.
Потом в наш медпункт.
И еще на свидание…
Бесстрахов пригласил, поздно ночью заявившись ко мне. Как оказалось, после работы. Уставший, но при этом до ужаса притягательный. Так и хотелось прижаться к нему, зарыться пятерней в темно-русые волосы.
В общем, все закончилось поцелуем, который с каждым разом у нас получался все откровеннее. Это, конечно, замечательно для дела, но меня очень настораживало, что я сама хотела больше.
Бесстрахов ведь – только мое задание.
Боль дала о себе знать, когда резко крутанулась.
Нда уж…
И как я на него в таком состоянии пойду?
Когда в последний раз получала пулю в броник, так руку поднять не могла, а тут живот.
Но выхода нет, пойду. Что-нибудь непременно придумаю, чтобы не касался меня, хотя в глубине души понимала, что это нереальная задача.
Все было замечательно, пока укол действовал, а потом внутренности объявили бойкот. От ресторана я сразу решила отказаться, понимая, что не смогу ничего есть, да и не хотелось мне палиться. Конечно, я не известная личность, но все же вот не хотелось красоваться с полковником полиции. Да и не успевала по времени.
В общем, пришла я поздно, но с бутылкой вина и пакетом еды из ресторана. Лена вручила, что-то буркнув о том, что это дополнение к программе на вечер, поэтому до последнего не знала содержимого. Внутри оказалась контейнеры с японской едой, и главное – жуть какой острой.
Открыв дверь, Андрей пронзительно смотрел на меня, а потом пропустил со словами:
– Проходи, поздняя гостья.
Обиделся? Я ведь ему прислала сообщение:
«Свидание отменяется, зайду после работы в гости».
Слишком грубо?
Я не так написала?
Сто раз слово «прости» и заверения, что так больше не буду?
Вот же дерьмовое задание на мою голову!
Признаюсь, холодно шастать в платье в ноябре. Почему не брюки?! Нет же, на свидание нужно надевать чулки с платьем, по словам Лены. Она так и не объяснила зачем, только хитро захихикала.
В общем, пальто сняла и поняла, почему именно платье. Как загорелись глаза Андрея! Сама зависла от его прожигающего взгляда.
Дальше пришлось лгать о том, что на работе все поголовно заболели, одна я труженица за всех отдувалась. Бесстрахов ничего не ответил, лишь кивнул.
– И что, я могу рассчитывать на массаж? – произнес он, когда стояли на балконе после ужина, к которому почти не прикоснулась. Признаться, находиться на ногах – давалось с трудом. Хотелось лечь и, конечно, поспать.
Постойте! О чем он сейчас спросил?
Массаж…
Так, об этом никто не подумал.
Я, конечно, умею, мать научила, но только спортивный и тонизирующий. Классические и расслабляющие – это не ко мне, так что навряд ли ему понравится.
– Как-нибудь непременно, – хрипло выдала, вглядываясь в его темные глаза, напоминающие пропасть. Они завораживали, будто обладали колдовской силой.
Ох, нужно уходить.
Отступила на шаг и сказала:
– Я пойду, поздно уже.
– У тебя завтра последний день в съемной квартире… – Андрей продолжал смотреть на звездное небо.
– Считаешь дни?
– Обеспокоен…
– Почему? Я что-нибудь придумаю, уж точно не пропаду.
– Не хочу, чтобы была далеко.
– Как получится, – как-то отстраненно проговорила.
– Ты можешь остаться здесь… – вдруг совершенно спокойно предложил Бесстрахов, глянув на меня. – Это ни к чему тебя не обязывает.
Глупо улыбнулась, теряясь в ответе. Нет, если бы подобное предложение поступило настоящей мне, я бы отказалась. У меня своего дома нет, что ли? А тут… фальшивая я.
И как я буду работать и жить с Бесстраховым?!
Это ведь уму непостижимо.
Вот сегодня повезло, бронежилет спас. Но если пуля пробьет и заденет органы? Как объяснить, что милашка-массажистка ходит с дыркой от огнестрела? Или что у нее синяк на весь живот от поцелуя броника с пулей?
Бесстрахов ведь не идиот, точно поймет, откуда и почему.
Зато я, видимо, да, раз согласилась на весь этот спектакль.
И вообще, нужно пнуть Кота. Что у нас там с очередью?
Сашка очень слабая.
– Я подумаю… – сказала и сделала шаг назад, но тут поняла, что вот на прощание необходим поцелуй. Так, легкий чмок. Прямо вот очень нужен. Естественно, это для работы, а не мои потаенные желания.
Даже на мгновение забыла про боль, рванула к нему, ладонями захватывая лицо, накрывая губы в поцелуе.
И дальше… потерялась, когда Андрей ответил, врываясь в мой рот языком, буквально поглощая меня, жадно лаская руками, вбивая в свое мощное тело.
От такого поцелуя тело бросило в жар. Меня снесло волной желания, страстью вдребезги разбивая рассудок.
Даже не поняла, как оказалась у стены, прижатая мощным телом мужчины. Я же обхватила ногами талию Андрея, ощущая в полной мере его горячую плоть через одежду.
И там было что ощущать!
Эмоции захлестнули.
Выгнулась дугой, захватив руками волосы мужчины, дрожа от его поцелуев по шее. Реагировала неописуемо остро. Выдав рык, потянулась к нему и прикусила нижнюю губу мужчины, получая в ответ еще более агрессивный ответ.
По телу прошел ток, все клетки сжимались от напряжения.
Меня буквально снесло от желания ощутить мужчину как можно глубже в себе.
Стало на все наплевать.
Поспешно содрала с Андрея футболку и отшвырнула, приступая к ремню джинсов. При этом мы целовались как безумные, пока он рукой не вцепился в мой живот, отчего у меня глаза на лоб полезли от боли.
Крик получился громкий, как и резкий удар кулаком в грудь. Действовала рефлекторно, применяя силу, откидывая от себя.
Оказавшись на ногах, улавливая его дикий и одновременно непонимающий взгляд, я поняла, что конкретно накосячила.
И как теперь объяснить?
Еще бы через себя перекинула и руку заломила. Для полного счастья только этого не хватало!
Вот же облом!
Так, нужно успокоиться и подумать, что сказать.
Да ничего!
В своей квартире подумаю…
– Прости, мне… пора, – что-то там подобное промямлила и, схватившись за живот, направилась к двери.
Слышала зов и шаги Бесстрахова, но не отозвалась. Через секунду я скакала как горная коза по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, стараясь не реагировать на разрывающую боль во всем теле. Только бы быстрее оказаться в своей квартире.
Лишь закрывшись на внутренний замок, я покачала головой и поплелась к зеркалу. Стянув с себя все платье, увидев отражение, выдала отчаянный стон, понимая, что это убожество на весь живот будет проходить как минимум полторы недели.
– Как грустно… – сказала Настя, хватая меня за руку, стоило выйти из больницы, где лежала Саша. Навещали нашу солнечную принцессу.
– Не переживай, она непременно вылечится, – сказала, останавливаясь у лестницы, сильнее затягивая завязки на шапке.
– А мама Галя сказала, что денег нереально достать, и Саша полетит к небесам.
Галя меня конкретно бесила. Вот чего детей пугает?
– Не слушай. Все будет у нее хорошо.
– А у тебя?
Напряглась. Не ожидала услышать подобный вопрос.
– Ты о чем?
– О твоем животе. Тебе больно, да? Я видела, как ты мазалась мазью.
Какая внимательная у меня сестра! Еще и подглядывать умеет, маленькая шпионка.
– Именно поэтому ты вчера не приезжала, да? – закидывала меня Настя вопросами.
– Нет, не так. Просто не мой день.
– А я соскучилась. Мне так всегда грустно без тебя.
Обняла ее и поцеловала в щеку.
– А пойдем с тобой клубничное мороженое лопать? Тут неподалеку чудесное кафе.
– Ура! Здорово! – поддержала сестра мое предложение, тут же хватая за руку, чтобы поторопить.
Спустя десять минут поисков мы вошли в магазин-кафе и выбрали себе двойные порции радужного мороженого. Клубничное на следующий раз оставили, раз это привлекло внимание сестры.
Сели за стол у детской зоны и принялись за десерт. Малышка так усердно лопала, что не могла не улыбаться.
– Ты не торопись только. Если хочешь, то еще куплю, не проблема. Но если будешь глотать ледяные куски, заболеешь, и не сможем пойти в аквапарк.
И все. Глазки стали огромные-огромные. Сестра загорелась от волнения.
– Честно-пречестно? Мы пойдем в аквапарк?!
– Да.
– Ого-о-о… – с волнением протянула она. – А только мы с тобой, да? Вдвоем?!
Улыбнулась и кивнула.
– Да. У меня как раз выходной будет. Я за тобой заеду, и рванем отдыхать.
– Здорово! – воскликнула она и тут же загрустила.
– Ты чего, кнопка? – спросила у сестры, не понимая резкую перемену настроения..
– Жаль, что ты не можешь взять меня к себе навсегда. Я бы была послушной. Честное слово!
И я зависла. Мне так хотелось ей признаться, все рассказать, но приходилось сдерживаться. Я ведь обещала директору не говорить, пока точно все не решится. Взяла руку сестры и, слегка сжав, погладила. Такая маленькая, нежная, вызывала восторг.
– Не переживай, мы обязательно будем жить вместе, – не удержалась я от небольшого заверения. Хоть как-то намекнуть.
И опять эти огромные глазки.
– Правда-правда?
– Да. Только тс-с-с.
– Ага. Тс-с-с, – повторила она и заговорщицки прищурилась. – А ты пока мужа будешь искать, да? У тебя ведь нет мужа, значит, не можешь взять ребенка из детского дома.
Какая у меня прошаренная сестра. Если бы еще так просто было его найти.
– Не говори. Это же секрет, – прошептала и начала поглядывать по сторонам, чтобы показать, как важно то, что сказала.
– Хорошо, – очень тихо сказала она и улыбнулась.
– Привет, красавицы, – услышала голос Бизона.
Резко развернулась, встречаясь с лучезарным взглядом Глеба.
– Я вот проходил мимо…
Даже прищурилась, понимая, что он пробил, где я. Неужели Ольга сказала? Обойдется без шашлыков на выходных.
– Я Глеб, друг Кристины. А ты у нас Анастасия, верно? – спросил он, приблизившись к сестре.
Настя заулыбалась и довольно сказала:
– Я Настя! Настюша или Настенька. А ты точно друг? Или жених? Нам жених нужен.
Скривилась, понимая, что сестра решила помочь мне. Чудо, а не девочка.
– Нет… – решила я вмешаться в разговор.
– Мы пока друзья, но там видно будет, – перебил меня Глеб и поставил бумажный пакет приличных размеров на стол со словами: – А это для тебя.
– Меня? – удивленно переспросила девочка.
Однако, какой Бизон – подлиза! Не замечала в нем этого. Прочитал в интернете, как добиться расположения ребенка?
И вообще, с чего такие порывы?
– Конечно. Для тебя.
Сестра поспешно раскрыла пакет и охнула, мгновенно вытаскивая разноцветную мягкую игрушку – единорога.
– Какой он красивый! – счастливо воскликнула она. – Спасибо!
– Я рад, что тебе понравилось.
– Очень!
Наблюдала за происходящим и думала, когда вставить милое «Всего хорошего, Глеб!». Как-то не в тему. И с чего такой любезный? Он же черствый сухарь.
В стороне раздались довольные детские крики. Настя заинтересованно устремила взгляд на детскую зону, где играли девочки ее возраста.
– Кристина, а можно я с ними? Ну, пожалуйста…
– А мороженое?
– Я доела, – отчиталась она, схватив стеклянную чашку, со всех сторон демонстрируя ее мне. Действительно, чистая. Сестра вернула ее на стол и поднялась со стула, складывая руки вместе в знак мольбы.
– Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста!
– Ладно, поиграй. Но чуть-чуть. Мы с тобой прилично в больнице задержались.
Стоило ей убежать, Глеб сам присел на стул. Повернулась к нему и спросила:
– Ты куда-то шел? Вот и дальше иди.
– Я шел к тебе. Как себя чувствуешь?
– Нормально, – сказала, желая быстрее распрощаться.
– Ничего не нормально. У тебя огромная гематома. Марина сказала, что стоит несколько дней полежать, и еще…
– Она мне все рассказала. Не стоит пересказывать.
– Кристин, я должен объясниться… – вымученно начал он. Видимо, не в его привычках что-то объяснять и тем более оправдываться.
– И о чем же? Какой ты предатель или как из-за тебя нас чуть не грохнули?
– Этого не должно было случиться.
– Да ну? А что должно было? Просвети, если такой осведомленный.
– Калинин меня предупредил, но я не поверил.
– Какой молодец! – не удержалась от едкого комментария.
– В любом случае он хотел только наказать меня. Он подлец, но не настолько. Это его люди переборщили… Раньше с Лехой мы были друзьями.
– Были друзьями? Ты о чем? Я его впервые увидела, когда мы нашли твою угнанную машину в его гараже. Какой друг?!
– Деньги… портят человека.
– И тебя.
– Почему меня?
– Да потому-то из-за твоей подлости мы без квартиры.
– Ищи другую, я выплачу разницу.
– А кто тебе сказал, что мне что-то нужно от тебя?
– Я понимаю твою ярость. Действительно, я повел себя как дурак.
Надо же! Он дурак, а мы без квартиры.
Хотя, нет, он не дурак, а гнида.
Но работать еще планировала, так что мысли при себе держала.
– Меня не интересует. У нас рабочие отношения, – сказала и показала взглядом на дверь.
– Кристина, я хочу, чтобы ты дала мне шанс.
– Мы с тобой все обсудили.
– Кристина.
– И надеюсь, больше не будет ударов в спину? Или ждать?
– Я не хотел, чтобы все так произошло, действовал на эмоциях.
– Тебя похвалить или оправдать? – буркнула.
– Не злись, я уже напряг риелторов. Они точно найдут.
Поставила с грохотом свою чашку с мороженым и подалась к нему.
– Слушай, я уже сказала тебе все. Плохо понимаешь? Отстань от меня. Мы коллеги. У нас исключительно рабочие отношения. Все. Больше ничего. И мне твоя помощь не нужна.
– Поверь, я умею убеждать, и еще… – тут он на секунду замолчал. – Я нужен тебе.
– Ты мне нужен как работодатель. Все.
– Не говори. Тебе нужно время, я понимаю.
– Я уже все сказала.
Тут он поднялся и выдал:
– Если что нужно, поддержка или мужское тепло, то ты знаешь мой номер телефона.
– Угу, – безразлично бросила и отвернулась, давая понять, что не до него.
Стоило Бизону покинуть кафе, достала телефон.
И тут меня ждали сообщения:
«Кристина, Бизон заставил меня пробить твое местонахождение. Так что беги оттуда. Прости. Моя работа».
«Ау, ты где? Что не отвечаешь?»
Так, это Ольга. Потом Бизон названивал и написывал. Даже не открыла, тем более, когда заметила сообщения от Андрея.
Перед глазами возник момент, когда откинула его от себя. Нда уж… отличилась. Вчера нехорошо вышло.
Спалилась по полной.
Или он не понял? Вдруг я от страха?
Да какого страха?! Я ведь силу применила.
Эх-х-х… натворила себе проблем.
Сообщений было три и два пропущенных звонка.
Как-то стало тепло на душе.
«Привет. Прости за вчерашнее. Я был груб».
Хах… он был груб. И это когда я ему чуть грудную клетку не пробила.
И кто грубый у нас?
Следующие сообщения вызвали улыбку:
«Предлагаю встретиться вечером и сходить куда-нибудь поужинать».
«Если что не так, ты скажи, чтобы я понял».
Да как тут скажешь? Ты – мое задание!
Даже представить невозможно, как бы он ЭТО понял.
Нужно продлить аренду. Буду неделю держать на расстоянии Андрея, чтобы не увидел следы на животе, а потом уже переходить на другой уровень отношений.
Подумала и ответила:
«Поужинать не получится, а вот от просмотра фильма не отказалась бы.
Ответ пришел тотчас.
«Какие ты любишь фильмы?»
А какие? Хороший вопрос. Свободного времени нет смотреть хоть что-то.
«Полагаюсь на твой вкус».
Ответила и скривилась. Правильно ли ответила?
И тут полилась музыка. Бесстрахов решил позвонить, а не тратить время на писанину. Это правильно! Тоже не любила тянуть кота за хвост.
Огляделась по сторонам. Ох, а у меня тут детей немерено. Но не могла я оставить сестру одну без присмотра, чтобы выйти из кафе.
– Привет, – ответила, прикладывая ладонь ко рту.
– Привет. Не мешаю?
– О нет, забежала в кафе. Уж очень пончиков захотелось и раф с пломбиром.
– Любишь пончики?
– По настроению.
Громкий плач привлек внимание. Насколько понимала, маленького мальчика за соседним столом обидели. Да так громко он плакал, что все дети стали подхватывать и реветь в поддержку.
– Прости, тут детки…
– Я уже понял. Так что? Я могу забрать тебя с работы?
Ага, конечно. С работы если забрать, то много чего интересного узнает.
– О нет, не беспокойся. Я сама.
– Хм… Так какие фильмы нравятся?
– Ну, раньше я все смотрела.
– А сейчас?
– С этой работой… уже не знаю, что мне нравится, а что нет. Банально некогда.
Про мультики я не стала говорить. Тут я профи. Все пересмотрела, в курсе новинок и новых серий, и даже в кинотеатры хожу, так как малая очень любит. Но если заикнуться, то Андрей сразу поймет, что как-то связана с детьми. Еще подумает, что у меня есть ребенок, и начнет рыскать.
– Понял. Что-нибудь придумаю. Ты когда освободишься?
– Я напишу.
– Хорошо. Тогда до встречи, – произнес он, на что попрощалась на автомате, немедленно отключаясь.
Глянула на сестру, скатывающуюся с горки, кричащую от восторга с поднятыми руками, и решила дать ей еще десять минут. После отвезу в детский дом.
Мне еще сегодня нужно съездить на другую квартиру. Ольга скинула подходящий вариант. Немного дороже и на целую остановку дальше от школы и садика от первого варианта. Состояние почти одинаковое, требующее ремонта.
Ну что теперь поделаешь? Выхода нет.
Возвращалась домой, а точнее, шла к Андрею.
Странно, что даже не ночью, а вечером. Правда, конечно, задержалась.
Пока обговорила все моменты с хозяйкой, узнала про «небольшую» задолженность в сто тысяч, потом заглянула на дачу, где решила полежать и на час уснула. Теперь торопилась на свидание.
Да и как было не уснуть? Живот болел, не могла притронуться. Оставалось надеяться, что все же легче скоро станет. Надоело терпеть.
Глянула на мясной пирог и улыбнулась. Подруга привезла, чтобы порадовать мужчину домашним лакомством. Сказать, что это я приготовила, вроде как не женщина, а мечта. Замечу, Соколова от скуки дома готовит, парит и печет. Не зря ведь Золушка.
А то вдруг парень голодает и поэтому в рестораны зовет, а я отказываюсь.
Зашла в дом и увидела светловолосую девушку, поспешно спускающуюся по лестнице. Волосы у нее были длинные и волнистые.
Сразу поняла, что я ее где-то видела. Быстро отвернулась и подошла к почтовым ящикам, отчетливо слыша по шагам, что она удаляется.
Дверь хлопнула, предупреждая, что девушка вышла из дома.
Кого-то она мне напоминала.
Кстати, довольно милая, но взгляд настораживал. Такой дерзкий, пронзительный.
И ведь я ее прежде встречала. Это несомненно! Только где?
Решила не заморачиваться и направилась к лифту, улавливая свежий аромат парфюма. Светловолосая красотка после себя шлейф оставила. И что напрягло, когда вышла на этаже Бесстрахова, он и здесь витал.
Подошла к двери и позвонила.
Андрей открыл и улыбнулся.
– Привет, красавица.
А мне вот улыбку пришлось стряпать, так как и в квартире полковника этот запах четко обосновался. Значит, девушка приходила к Бесстрахову.
И кто она ему?
Приблизилась и протянула пирог.
– Сама приготовила, – мило пропела, соответствуя милой и заботливой девушке. Да, я могу быть и такой! Если Соколова пироги притащит…
– Тогда ты поела? Зря я ужин готовил…
– Ух! И что готовил?
– Отбивные и пюре.
Не смогла изящно улыбнуться. Такое счастье разлилось по лицу, что вот не контролировалось оно. Вот он – моя мечта, а не мужчина!
– Ух ты! Я бы с радостью.
– Тогда приглашаю в кухню на ужин, раз уж ты категорически отказываешься от ресторанов, а фильм потом посмотрим.
– Договорились, – сказала и, вручив пирог, направилась в ванную комнату мыть руки. Поправила волосы и оглядела себя со всех сторон. Вроде как ничего, пусть даже в платье. Кстати, я стала к ним привыкать. Миленькая и чистенькая. У себя в бане ополоснулась, что до сих пор холодно вспоминать.
Через двадцать минут я чувствовала себя сытой и счастливой. Притом Андрей включил хороший фильм, и мы сидели на диванчике, напряженно посматривая детективную картину про маньяка. Мне очень нравилось, хотя казалось странным, что для нежной особы Андрей выбрал именно такой фильм. Нет, конечно, Бесстрахов предложил на выбор три фильма, но там что-то такое скучное было, что я откровенно зазевалась, читая аннотацию.
В общем, так и не поняла, как уснула и проснулась от громкой музыки моего второго телефона.
Резко дернулась, пытаясь понять, что происходит. Увидев орущий смартфон, схватила его, руками крепко сжимая, окончательно просыпаясь. За это мгновение я вдруг осознала, что спала на груди мужчины.
И как умудрилась? Так ведь милые создания точно не делают…
Хм, телефон. Нахмурилась, понимая, что меня ждут неприятные новости. В книге контактов этого телефона только Андрей и хозяйка квартиры.
Если я с одним, то меня хотела услышать хозяйка.
– Слушаю, – поспешно сказала.
– У вас сегодня последний день. Я уже подъезжаю за ключами. Надеюсь, квартира в нормальном состоянии?
– Ммм… Конечно. Но я бы хотела продлить на неделю.
– Нет, это невозможно. Я уже сдала новым квартирантам на три месяца.
– Но я…
– Нет. Тем более соседи пожаловались, что в первый день из квартиры доносились странные звуки.
– Не понимаю, о каких звуках идет речь.
– Неважно, я устала и не хочу объяснять. Время съема закончилось, так что я буду через десять минут.
– Поняла. Спасибо, – буркнула и положила трубку, задумываясь о том, что не могу упускать свой шанс, раз уж все так сложилось.
– Что случилось? – спросил Андрей, оказавшись рядом.
И как он так незаметно подходит? Почему не слышу его?! И это я!
– Мне нужно идти… – пролепетала, убирая телефон в сумку.
– Не понял…
– Прости, квартира моей подруги съемная, а она уехала и не оплатила.
– Я могу оплатить.
– Нет, не в этом дело. Хозяйка уже сдала ее и едет за ключами. Мне нужно собрать вещи и прибраться в квартире, если вдруг что не так, – тут же откинула эту мысль, понимая, что там не находилась и ничего не марала. – Думаю, переночую у подруги.
– Нет, – резко выдал Бесстрахов.
Непонимающе моргнула, как и положено было. Я ведь удивлена.
– Ты останешься у меня, – пояснил он.
– Нет, я не могу.
– Это тебя ни к чему не обязывает. У меня в квартире одна свободная комната, так что она твоя. Если потом решишь съехать, я не буду удерживать, но сейчас не самое лучшее время для поисков новой квартиры.
– Спасибо, – прошептала, понимая, что я добилась того, чего хотела. Теперь я буду рядом и смогу быть в курсе всех его дел.
– Еще немного, и будет готово, – ответила, переворачивая шампуры с мясом. Свинина с сальцем – как раз то, что нужно, чтобы успокоить мои бедные нервы.
Жить с Бесстраховым оказалось не так легко, как могло изначально показаться. У нас вся квартира трещала от напряжения. Искры летели в разные стороны, то и дело обещая устроить пожар.
Стоило оказаться рядом, и все летело к чертям, пока не доходило до раздевания. Потом я с дурацкими оправданиями сбегала в свою комнату, где завывала в подушку.
Признаться, концовка рвала меня на части, но не могла иначе, чтобы не раскрыть себя. Замечу, мы не обсуждали этот момент.
Но теперь… следы на теле прошли.
– Ау! Ты скоро? – услышала голос Соколовой.
Ольга и Лена сидели в беседке за накрытым столом. Первой партией сочного невероятно вкусного мяса я успела их порадовать. Сейчас вторая будет готова и можно отдыхать.
Выставила руку, наблюдая, как на ладонь ложатся снежинки. Сегодня пошел снег. Вот такое волнующее первое декабря. Но на отдых с шашлыками это не повлияло.
– А может, домой пойдем? – дрожащим голосом предложила тепличная Ольга.
– А кто хотел на природе? – возмутилась Лена, поправляя теплый плед, который накинула на зимний комбинезон. Подготовлена на все сто.
– В следующий раз предупреждайте, что это холодное мероприятие.
– Не поедешь? Мы и зимой так сидим.
– Ага, размечталась! Я себе такой же костюмчик куплю и про плед не забуду, – весело заметила Степанова.
Схватила шампуры с мясом и уложила в термокастрюлю, тут же отправляясь к дому. Я уже была с августа готова к холодной погоде, так что куртки ждали своего часа. Взяла самую теплую и понесла Степановой, с улыбкой вручая ей.
– Ох! Я говорила, что обожаю тебя? – с восторгом выдала она, накидывая на свою тонкую куртку телогрейку.
– А как полюбишь, когда мясо попробуешь! – сказала Лена, вытаскивая и врезаясь зубами в сочный кусок.
Ольга не растерялась и взяла пример с Соколовой.
– Ммм… – сказала она и отпила глоток ярко-красного напитка. Степанова много такой бурды привезла на такси, но мы с Леной особо не оценили, потягивая бутылку хорошего красного вина.
– А тебя кто заберет, Соколова, если пьешь? Или будешь здесь ночевать? – спросила Ольга у Лены.
– Жених… – нехотя выдала она, приковывая к себе наше повышенное внимание. Еще бы! Такая новость…
– То есть? – одновременно выдали мы.
– Это так, для виду…
– Что же, обман уже случился? – уточнила я.
– Ага, моим родственникам понравился Холодов. Он пришел весь такой устрашающий, с наколками, волосы дыбом, пугающий до жути. Они только и смогли выдать, что он нанят. Так сказать, верят, что один его вид потрясет меня до инфаркта.
– Не довел? – весело уточнила.
– Да я чего только на своей работе не повидала… Что мне Холодов?!
– И что, много заплатили Михаилу твои родственнички?
– Да уж прилично.
– И какую цель ему поставили?
– Замаслить и влюбить, а потом бросить перед алтарем.
– Как жестоко… – воскликнула Оля.
– Бедная… – буркнула я, удивляясь сценарию родственников. Интересно, отец в курсе?
– Да с чего бедная? Я богатая, если забыли. Даже очень богатая.
– Да какая богатая, если не можешь управлять своими деньгами?
– В общем, надеюсь, что у нас все получится, а то мачеха крутит моим отцом как может, подбивая на глупости, в том числе участвовать во всяких авантюрах.
– Хм… И как она это делает?
– Она его подсадила на азартные игры, а просаживает папа не свои деньги. Своих у него нет.
– А что за махинации?
– Покупка бизнеса.
– Ох, слушай, плохо это, – задумчиво протянула Ольга.
– А ты думаешь, почему я согласилась на Холодова? Он хоть наглец и мужлан, но справедливый. А другой любой… это риск.
– И что Холодову нужно от тебя за такую жертву?
Лена покраснела и тут же залпом выпила бокал вина.
– Я.
– Холодов хочет тебя? – одновременно уточнили мы.
– Ну, мое тело…
– То есть?
– Ему лень кого-то искать, а я вроде как ничего.
– Это он так сказал?
– Ага, – буркнула она.
– Постой, а откуда ему знать? Вы же друг друга ненавидите.
– Ну…
Мы усердно смотрели, чтобы не пропустить ни единого слова. Ладно Ольга, но как я могла упустить столь интригующий момент в жизни подруги?
– Ты рассказывай… – сказала и уселась удобнее.
– Мы с ним познакомились до того, как я у вас стала работать.
– И как же?
– Мне надоело быть взаперти, вот я и отправилась в тот клуб. В общем, там я и встретилась с ним.
– И что, он не показался тогда мужланом?
– Мне как раз такой и нужен был в тот момент. А когда его увидела на работе…
– Теперь-то понятно, почему вы друг друга ТАК не перевариваете.
– Все не так. Он просто придирается…
– Ага, конечно.
– Все, ничего не буду рассказывать, – обиженно выдала она.
– Да ладно, мы же за тебя переживаем. Если так случилось, значит, должно быть. Только ты смотри, так ведь и влюбиться можно.
– В кого? В него? Да никогда!
– Ха… – весело засмеялась Ольга. – С вами посидишь, и моя скучная жизнь покажется завидной долей.
– Почему скучная?
– Да потому что, если на работу бежишь счастливая, это уже звоночки.
– Ты просто нашла себя, – не согласилась Лена.
– Так и я думала до недавнего времени. Теперь я планирую сменить работу.
– Как мы без тебя?
– Да не переживайте. Я подала заявку в резерв и вроде как прошла. Когда кто-то из программистов уйдет, сразу пригласят меня.
– Ох. И куда это?
– Ну, в классную организацию, но не буду хвастать, так как есть небольшой пунктик.
– Это какой?
– Это штамп в паспорте.
– Да брось! Кого это волнует? – спросила Лена, на что мы сразу отреагировали, весело подмигивая, напоминая про завещание ее бабули. Это же вообще бомба, а не завещание!
– Штамп – обязательное условие. Неопределенным там не место, вроде как ничто не должно отвлекать от любимой работы.
– И когда с резерва тебя дернут? – уточнила Лена, открывая крышку термопосуды, чтобы достать мясо. Всем разложила и, облизнув руки, закрыла.
– Ох, не знаю, но сказали, что я первая в списке с моими навыками. Они дали понять, что у них такого профессионала не было, но не могут взять, так как свободных единиц нет.
– Тогда жди, – сказала, радуясь, что пока она не уйдет от нас. Там уже свыкнусь с мыслью.
– Вот я и жду. А как уже время придет, тогда уж с радостью уйду.
– Жаль, конечно, но для тебя это новая возможность, что замечательно, – продолжала, вдруг задумываясь о том, что и мне можно будет поменять работу, если Бизон не успокоится. Зачем мне эти качели?
Почуяла напряжение и глянула на девчонок, которые уставились на меня.
– Что у тебя? – услышала вопрос.
– Да ничего… – отмахнулась я.
– То есть ничего? – это уже возмутилась Степанова. – Ты сменила адрес проживания. И я тебя несколько раз вечером видела в компании полковника. Кстати, я живу три дома от тебя и люблю гулять.
Ага, как же… Три дома от меня и любит гулять. Это Оля про себя? Какая шутница! Да стопроцентно проследила по телефону. Что ей стоит?
– Знаешь, тебе не у нас работать надо, а в ФСБ.
– Там много начальников, а значит, много люлей, а это я ужас как не люблю. Душа у меня широкая, не любит ограничений.
– Это понятно.
– Понятно ей. А ответ на вопрос мы не получили, – Степанова посмотрела на улыбающуюся Лену и заявила: – Чую, вторая в курсе.
Вздохнула и проговорила:
– Задание он мое.
– В каком плане?
– В таком, что я должна следить за ним, чтобы знать о его работе и докладывать Коту.
– И чем Котяра тебя припер?
– Припер… – повторила я, искренне не желая рассказывать. Самой не верилось, что повелась и впряглась в это дело. Да и не гордилась я такой работой, чтобы об этом хвалиться.
– Да ребенком он ее припер, которому нужна пересадка сердца, – раздраженно выдала Лена.
– Но вы ведь понимаете, что это сложно? – Оля хмурила брови, поглядывая на нас исподлобья.
– Сложно, но мы уже квоту получили, деньги фонд собирает, и нас поставили в очередь на трансплантацию, записав в централизованный лист ожидания в индийском госпитале «Фортис». Теперь только ждать.
– О как… Хотя, учитывая, что Кот занимается наркотой, связи у него есть.
– И я о чем.
– Понятно. И на какой период это счастье?
– Предварительно год.
– И ты веришь? Сложно будет уйти от Кота, – протянула Оля, качая головой. Она не верила, как, впрочем, и я.
– Я попробую, как отработаю, Только я себе эту работу с трудом представляю. Мне уже сложно, а жить вместе с Андреем и доносить… не представляется возможным.
– Но ты ведь уже живешь с ним.
– Да.
– И секс был? – Стеснением и корректностью Ольга не обладала, что я знала всегда, а сегодня уж очень на себе ощутила.
– Не было. Но сейчас уже следы прошли, так что преград нет, если на работе что-нибудь не схвачу.
– Нда уж… Интересно бы было узнать, как ты все это провернула, ведь в итоге ты оказалась у него в квартире и жила там все это время.
– Находила тупые причины, чтобы уйти.
– Подумает, что невинная девочка, – весело заметила Лена.
– Если ты взаперти и под контролем умудрилась с Холодовым переспать, то уж мне чего стесняться? Тем более с такой работой, каждый день рискую жизнью.
– А может, придумать историю с насилием? Как причина будет. Слезки пустишь для угнетения ситуации.
– Мне сложно играть милую и добрую, а ты еще жертву хочешь из меня сделать? Я тебе слезы, где буду брать? Ты плакать будешь и в баночке мне носить?
– А что, так можно? – вполне серьезно спросила она.
– Ленок уже помогает: готовит и таскает. Вчера, например, я готовила голубцы.
– Кстати, понравились? – уточнила Лена, откусывая кусок и закрывая глаза. – Господи, как вкусно!
– Еще как! – ответила ей.
– Боюсь, я с вами потолстею, – буркнула Ольга. – В мае улетаю на Карибы.
– Ого…
– Ага, отдохну. Если мне не отдыхать, то я сразу злая становлюсь.
– Да неужели? – уточнила Лена.
– Еще как! Я перед отпуском ужас как напряжена.
– Это хорошо. Главное, чтобы русалки не утащили в море.
И тут меня будто мешком ударили по голове. Нахмурилась и поспешно достала телефон, открывая фотографию, на которой запечатлена светловолосая девушка вместе с Андреем в обнимку. Эту незнакомку я встретила в подъезде. Фото в рамке стояло на полке в шкафу. Рамка была облеплена ракушками, корабликами и русалкой.
– Слушай, можешь узнать, кто она?
– Конечно, – проговорила Ольга, вытирая руки, перехватывая мой смартфон.
– Что узнать? – воскликнула Лена. – Это Бесстрахова Алина. Мы учились вместе. Только она на три года младше. У нее прозвище еще было Русалка.
– Точно! – воскликнула, вспоминая, где ее видела. – У тебя она на фотографии по стрельбе. Вы там на пьедестале награждения.
– Ага, но я-то по стрельбе, а эта нимфа – ходящий ниндзя. Ее шарахался каждый в универе, в том числе мои одногруппники, хоть и старше были. Притом она не только руками и ногами работает, но и языком. Пообщаешься, и нападать не захочешь. Такая… ядовито опасная при ангельской внешности, – тут подруга замолчала. – Постой, так она…
– Вот черт! – мы все сказали одновременно.
– Подруга, когда она узнает, что у братца невеста появилась, то точно тебя пробьет. У нее синдром детектива.
– Тогда нам лучше не знакомиться. Буду год оттягивать, – сказала, понимая, что выполнить задание теперь будет еще сложнее.
– Думаешь, это возможно?
– Постараюсь…
– Тогда тост! – воскликнула Лена. – Чтобы все, что задумали, непременно сбылось!
– Отличный тост! – согласилась я.
– Замечательный! – поддержала Ольга и, отпив, тут же вздрогнув от холода, добавила: – Но в следующий раз я обязательно куплю самый наитеплейший костюм. Вот самый-самый!
– Как отдохнули у подруги? – спросил Андрей, убирая тарелки в раковину, присаживаясь на стул.
– Очень даже нормально, – сообщила ему, допивая чай.
– Продолжает бояться? – уточнил он немного ревностно, как мне показалось. Что не так?
Меня не было дома только двое суток. Вторую ночь мы с подругами гуляли, а первую ночь Бизон поставил меня с Суворовым в клуб присматривать за золотой молодежью. До утра веселые ребята отмечали мальчишник перед свадьбой, зажигая по полной. Не знаю, как другие, но жених ушел с тремя девчонками, обещая им жаркую взбучку, на что они мило хихикали, при этом фотографируя каждый момент. Так как нас нанял отец жениха, пришлось такси задержать, все данные удалить из памяти телефонов красоток, а потом девок отправить по адресу, а парнишку лично сдать родителю.
– Мне кажется, она скучает. Она у меня очень ранимая, – с грустью выдала, стараясь выглядеть убедительно. Эдакая любящая подруга, неспособная на отказ.
На лице мужчины появилась улыбка. Вроде как успокоила.
– Невероятно вкусные булочки, – вдруг признался он. – Как у тебя такие воздушные получаются?
Повела голову набок, сама об этом задумываясь, вспоминая хорошими словами любимую подругу. Но у меня так точно не получится, во всяком случае, я не верила в такое чудо. Соколова заявила, что научит меня бомбически готовить и печь, но я не представляла, когда же мы найдем время для этого захватывающего занятия. Тут хоть бы нормально выспаться, чтобы стрелять и подготовку сдать нормально, а то Седой не допустит на работу, а он фанат своего дела.
– Как-то так… – миленько пролепетала и пожала плечами, вроде как стесняюсь. Я же у нас в последнее время невероятно стеснительная девушка.
– С такими темпами я растолстею…
– Навряд ли, – сказала, заостряя внимание на его мощном теле.
Андрей моментально отреагировал на мое внимание, пронзительно пожирая глазами в ответ.
– Как на работе? – спросил он через до-о-о-о-лгую минуту.
Нормально! Но боялась вслух произнести. Вечно скажешь, и все… то почикают, то пуля прилетит.
На моей работе расслабляться запрещено, так как опасно для жизни.
Завтра у меня на повестке дня – охрана Моргуновой. Бизнесвумен, конфетная воротила, Светлана Геннадьевна требовала только меня. Но наше знакомство случилось раньше при крайне грустных обстоятельствах. Как-то раз на пробежке увидела внушительных размеров мужика с дрыном, загнавшего в угол даму у гаражей и бросающегося на нее, как бык на корову во время случки. Естественно, не прошла мимо, скрутила его, раз ему так не повезло, и немного познакомилась. Нападавший спортсмен оказался бывшим мужем женщины, решившим свести с ней счеты, чтобы озолотиться.
В общем, Моргунова узнала, где работаю, и теперь на любые встречи нанимает меня, при этом обеспечивая строгими деловыми костюмами, чтобы для всех компаньонов не телохранителем была, а консультантом. Мне иногда приходится кивать, притом она заранее говорит, на какой пункт, как реагировать.
– Тихо и спокойно, – дала ответ на вопрос. – А у тебя?
– Не скажу, что тихо, но вполне приемлемо.
– Устал?
– Есть немного, но как ты появилась, я стал приходить рано. Грех жаловаться.
– А раньше ночевал? – улыбаясь, спросила у него.
– Можно и так сказать, – мужчина взял наши пустые кружки и поставил в раковину, тут принимаясь за мытье. – Ложись, тебе завтра рано на работу.
От моих прикосновений Андрей застыл на месте. Он продолжал стоять, абсолютно не двигаясь, будто сдерживал себя от желания повернуться.
Медленно подняла футболку и прикоснулась губами к коже, касаясь, как перышко, летая по всему упругому телу, ощущая при этом такое удовлетворение, что не могла остановиться.
– Светозара, я ведь не железный… – услышала хриплое признание мужчины.
– Я знаю… – прошептала, продолжая касаться. Если честно, сейчас я плохо себя контролировала, и мой план по соблазнению летел ко всем чертям. Будто разум отключился, предоставляя возможность творить все что угодно.
В следующую секунду мужчина обернулся, и я оказалась в захвате его рук. Он ладонями поднял мое лицо и прошептал:
– Ты сводишь меня с ума…
– И ты меня, – прошептала и еще теснее прижалась к его мускулистому телу.
Андрей наклонился и поцеловал.
Он целовал страстно, так страстно, что застонала. Внизу живота появилась приятная тяжесть, от которой желала избавиться, чтобы получить освобождение.
Бешеными поцелуями мы двигались куда-то вперед, пока не оказались у кухонного стола. В следующую секунду выдала писк, так как взлетела, оказавшись на столешнице.
Бесстрахов резким движением сорвал с себя футболку и отшвырнул. Любоваться его телом могла вечность.
Волна страсти захлестнула с головой.
А я ведь хотела быть сдержанной и стеснительной…
Но это нереально!
Не с ним…
Я вся пылала и не могла вынести лишней секунды ожидания. Крепко схватив его за волосы, потянула на себя и поцеловала в губы, ощущая безумную потребность. Его кожа обжигала, но мои нежные руки гладили твердые мускулы плеч. Я сходила с ума от этого мужчины, желая как можно быстрее раствориться в нем.
Вероятно, это совсем не в стиле нежной девушки, но мне было тяжело бороться с собой. Поспешно потянула его к себе за ремень, вглядываясь в темные глаза, почти пожирая взглядом.
– Околдовала меня… – хрипло произнес он и накрыл губами мой рот, врываясь языком, окончательно заставляя забыть обо всем на свете, в том числе о том, что он – мое ненавистное задание.
Стояла в коридоре, внимательно подслушивая разговор Андрея с Ланкиным, опером, с которым, как правило, общались на тему Котова. Иногда не понимала, так как не слышала второго собеседника, но предполагала.
– Ты уверен, что передача будет на старом кирпичном заводе в Амуре? – спросил Андрей, на мгновение замолкая. – И там будет Котов? Точно? Хорошо. Выезжаю.
Уловив момент, как Бесстрахов, положил телефон на стол, аккуратно поспешила в гостиную, понимая, что должна позвонить Коту.
На окнах, мебельной стенке восьмидесятых годов лежала мишура. У стены на полу красовалась высокая искусственная елка, ветки которой были украшены белым снегом. Нарядная, в бусах и в игрушках, она смотрелась чудесно и наводила на воспоминания.
Раньше я очень любила Новый год, когда родители были живы. Мы дружно и с огромным предвкушением готовилась к этому волшебному празднику, создавая настоящую новогоднюю сказку дома. Те праздничные хлопоты навсегда останутся для меня самым теплым моментом.
Как и вчерашний день…
На эту елочку, как и новогодние игрушки, мы с Андреем потратили свой выходной. Он у нас совпал, чему была несказанно рада. Объездив все магазины, мы выбрали то, что так и просилась в нашу скрипучую тележку. Невероятный выходной прошел в поисках украшений для нашего скромного жилища. Если честно, мне очень понравилось, особенно когда стеклянные игрушки выбирали, похожие на сказочных персонажей, озвучивая самые интересные варианты. Больше всех понравилась стеклянная игрушка с внушительным быком, который держал гирю. Вроде как спортсмен.
Отвлеклась…
Нужно предупредить Котова о том, что к нему нагрянет полиция.
Черт, а ведь это шанс, чтобы эту мразь посадили!
Но ведь еще есть Саша Солнцева. Милая девочка, которая так хотела жить, но шансы были ничтожны. На данный момент ее состояние оставляло желать лучшего, совсем плоха, а наша очередь быстро продвигалась вперед.
Я верила, что она наступит…
Если сдам Кота сейчас, то кто ей поможет тогда?
– Светозара, – позвал меня Андрей. – Мне нужно отъехать.
Сделала удивленный взгляд и взволнованно проговорила:
– Ты ведь как час назад только приехал, даже поесть не успел, а я приготовила стейки из семги.
Бесстрахов приблизился и притянул к себе, захватывая в плен своих рук.
– Я был очень занят тобой. Так занят, что забыл про все на свете, и даже чудесные стейки.
Нежно поцеловала его в губы, с эйфорией вспоминая о том, что творилось совсем недавно в спальне, и кокетливо спросила:
– Откуда знаешь, что они невероятные?
– Потому что их приготовила ты, – уверенно заявил он и поцеловал. Страстно, собственнически, отчего моментально загорелась.
Бесстрахов отстранился первым.
– Прости, не могу задерживаться. Меня ждут.
Он поправил мои волосы и поспешил в спальню, откуда вышел через три минуты, полностью собранный.
– Не скучай. Я постараюсь вернуться как можно быстрее.
Сказочник такой…
Быстро.
Ага, как же…
– Буду ждать, – пропела чудесным голосом и закрыла за ним дверь, прислонившись к твердой поверхности спиной.
– Боже, что я творю? – прошептала, обдумывая все варианты и приходя к одному-единственному, и направилась в спальню, где оставила свой второй телефон в рюкзаке в нижнем отсеке основания.
За секунду добежала до окна, в момент, когда Андрей вышел из подъезда, и помахала ему рукой, краем глаза наблюдая, как перезагружается телефон.
Стоило Андрею уехать, я начала звонить.
Кот не отвечал.
Ни на второй, даже ни на десятый звонок.
Нахмурилась, понимая, что ответа не дождусь.
И что теперь?!
Выдала рык и быстро направилась на балкон, где прятала свою спецодежду в старом шкафу в стенке за рейками. Такой чудесный тайничок с мерзкими тайнами чудесной Светозары. В пакете у меня был черный теплый костюм с капюшоном. Давно приобрела, но случая не было.
Теперь представился.
За мгновение переоделась, кидая в спортивную сумку сменные вещи, если вернусь позже Бесстрахова, и поспешила из квартиры, специально забывая основной телефон дома.
Натянув шапку как можно больше на лицо, не забывая про капюшон, пробежалась по лестнице и вышла из подъезда, стараясь двигаться там, где камера меня почти не видела.
За углом стояла черная иномарка, которую мне пригнал Кот для работы. Неделю назад она появилась в соседнем дворе с припиской о том, для какой цели можно использовать. Видать, почуял…
Через пять минут открыла машину и, бросив сумку в салон, поспешно набрала номер Ольги Степановой.
– Ты чего так поздно? – сонно выдала она.
– Выручай, мне нужно знать, где сейчас находится Кот. Скинь геолокацию.
– Кот? А зачем? На улице почти ночь.
– Оль, быстрее! Мне очень нужно… – поторопила ее и завела машину, выезжая из парковки.
– Ладно. Ладно. Поняла. Не нервничай, – весело заметила она, щелкая по клавиатуре, что точно слышала. И что интересно, она ведь постоянно тычет, когда ее вижу. Исключение – тот выходной, когда отдыхали на даче.
– Ты и спишь рядом с компом, да? – поинтересовалась у нее, вспоминая дорогу на заброшенный кирпичный завод. Мне бы выбрать самый короткий путь.
И вот чего Кот трубку не берет? Нанял меня специально для того, чтобы предупреждала, а сам игнорирует звонки. Как так?
Если его прибьют, то это уже не мои проблемы.
Вспомнила о маленькой девочке, и все в груди сжалось от безысходности.
Придется отложить похороны, Кот еще не сделал свое дело. Так что будет жить поживать, да очередь торопить.
Эх, а если попадусь Бесстрахову? Вдруг узнает? Не передать хорошими словами, как я сейчас рисковала.
И ведь у нас все было так хорошо! Порой я забывала, что наши отношения – это всего лишь игра, мое задание. Учитывая, что мы вдвоем задерживались на работе, то особо и причин не было обижаться. Только когда Бизон ставил меня в ночь, то приходилось «ночевать» у подруги. Если уж честно, мне было уже неудобно говорить эту причину. Выходило так, что у подруги муж каждую неделю уезжает в командировку, а она до сих пор боится и зовет меня.
Нужно будет придумать другую отмазку.
– У меня их три дома, так что в кровати сплю, чтобы мои мальчики не обижались. Они у меня очень щепетильные.
– Даже так?
– А ты как думала? Зато летают!
– Главное – сама спи и им давай.
– Непременно, – выдала она и с недовольством заметила: – Слушай, Котов сейчас на заброшенном кирпичном заводе. Адрес…
– Я знаю и уже мчу туда, – буркнула, выворачивая руль, так как решила поехать через Ленинградский мост. Так определенно будет быстрее, пусть мост перекрыли на ремонт, оставив только две полосы.
Поздний вечер. Пробки точно не будет.
– А Бесстрахов? – уточнила, прибавляя газу, пока не увидела желтый свет. Притормозила, бросив взгляд на телефон.
– Твой мужчина едет впереди тебя, если что.
Натянула шапочку на лоб и сглотнула слюну.
– Поняла.
– А я нет. Что произошло?
– То, что у Кота передача наркоты на этом заводе. Он там от счастья ручонки потирает, а мне его задницу спасать.
– Так там нагонят полицию. Ты чего мчишь туда?
– А что делать? Он не берет трубку.
– Хм…
Моментально среагировала на ее замечание, надеясь на чудо.
– Твое «хм» дает мне надежду.
– У него слабая защита на сотовом. Я сломаю, поставлю звук и оставлю сообщение.
– А если не увидит и не услышит?
– Поверь, услышит. Там сработает сигнал, даже если телефон отключен.
– За ним хвостом постоянно телохранитель из клуба трется. Тот, я думаю, телефон всегда при себе держит.
– Что написать? Я уже у него в гостях. Телефон стоит на зарядке, батарея заряжена на 60 процентов, но процесс и сейчас продолжается.
– Тогда в машине оставил.
– Вероятно. И что за бугай, говоришь?
– Ты листаешь его телефонную книгу?
– Ты против?
– Я руками и ногами «за», только быстрее.
– Кристин, ты там Бесстрахова видишь? Вы где-то рядом.
Осмотрелась и сразу же увидела его номер, через машину от меня.
– Вижу, – тихо проговорила, будто Андрей мог меня услышать, и уже с волнением поинтересовалась: – Ну что там?
– Думаешь, так просто определить по этим прозвищам, кто там главный из телохранителей. Он же не заносит их по номерам договоров из отдела кадров.
– Плохо.
– А ты посоветуй Коту, чтобы заносил, тогда будет понятно наверняка, – весело предложила Степанова.
Загорелся зеленый свет, и машины рванули вперед. Бесстрахов прибавил газу, вырываясь вперед.
– Ну что? – спросила у Ольги.
– Отправила сообщение от тебя.
– Что именно?
– Точно не признание в любви. Все по факту и подпись «К», – на одном дыхании выдала она.
– Вдруг этого олуха поймают и найдут сообщение с подписью «К»? Рискованно, – не согласилась я. И зачем так рисковать? Проблем ведь достаточно.
– Не найдут, оно сразу удалится после прочтения, – заявила Ольга.
– Уверена в этом?
– Уверена. Тем более Котов не допрет про букву «С». Это же нужно вспомнить, что после этой буквы идет в имени. У него одни напоминалки в телефоне, так что навряд ли помнит твое подставное имя.
– Он отдал мне паспорт на это имя.
– Думаешь, лично занимался? Как отдали в пакетике, так и все… тебе вручил.
– Почитал хотя бы? – усмехнулась я.
– Навряд ли…
– Поняла. Ну что там?
– Да не читает он. На зарядке телефон.
– Черт… – прошептала и посмотрела на часы. – Слушай, Оль, нужен план «Б».
– Вся внимание… – сказала она.
– Отправь с моего телефона сообщение Андрею, что мне плохо стало и я поехала в больницу.
– Хм…
– Быстрее, Оля! В общем потоке он меня точно не приметит, а когда окажемся на основной, сразу буду под подозрением. Спалиться мне нельзя, поэтому нужно его отвлечь, чтобы я раньше прибыла на место встречи.
– Поняла.
Повисла тишина, сопровождающаяся быстрой работой пальцев на клавиатуре. Они у нее летали со скоростью ветра.
Через минуту я не выдержала и поинтересовалась:
– Так что, взломала мой?
– Ох, как некрасиво сказала.
– А что, можно красиво, когда кто-то шарится в личной переписке?
– В процессе. Кстати, а где «люблю», «замуж хочу» и «денег дай»?
– У нас с ним не те отношения.
– Ага, а вот по вашим сообщениям о страстных желаниях и не скажешь, что не те.
– Оль, ты все знаешь! – раздраженно рявкнула я.
– Да знаю! Прости. Это я… чтобы тебя успокоить.
– Как-то плохо у тебя получается успокоить.
– Отправила. И он прочитал. Что происходит сейчас? – спросила Ольга, желая немедленных действий от Андрея. Я, конечно, надеялась, но сильно сомневалась.
– Да ничего не происходит. Он не реагирует.
– А ты хотела, что он мгновенно все бросил и помчался к тебе? Ему же нужно подумать.
– Что думать-то? Мы проехали всего ничего. Как он бросит девушку, которой стало плохо.
– Возможно, тем более я написала ему о том, что тебя вырвало. Кстати, что ела?
– Рыбу.
– Ммм… Лена готовила, да? Представлю, какая вкусная!
– Я… приготовила.
– Тьфу ты…
– То есть? Я под четким руководством Соколовой.
– Ну, тогда шанс есть.
– Я и раньше готовила!
– И что же ты там готовила? Каши и салаты?
– Ох…
– Что ты там охаешь? Я ведь права?
Смотрела, как машина Бесстрахова развернулась на допустимом повороте и поехала назад. Андрей на всех порах сорвался ко мне, то есть к Светозаре.
– Он едет… назад, – выдохнула я.
– Ох, а ты говорила не те отношения…
– Спасибо! Дальше я сама. Мне хватит времени прибыть первой и вытащить оттуда Кота.
– Удачи! На Кота плевать, а ты шкурку не подпорти.
– Постараюсь, – усмехнулась и отключилась, наблюдая, как мимо меня проезжает Андрей. И вдруг он повернулся и на секунду задержал внимание на мне, отчего у меня зрачки увеличились во весь глаз.
Но все обошлось! Он рванул по дороге к дому, а я в сторону старого кирпичного завода.
Ехала очень быстро, превышая скорость. Подобную наглость Бесстрахов навряд ли мог себе позволить. Пока он приедет, поднимется, попытается найти меня, потеряет время. Лишь потом сорвется за Котом. Так что у меня не было времени ехать медленно, тем более штрафы не на мою фамилию прилетят, а на кого оформлена машина. Так что пусть решает Кот, раз за его шкуру беспокоюсь.
Через полчаса была на месте. Передо мной предстали заброшенные цеха Амурского кирпичного завода. Черный джип красовался у главного здания, а Кота нигде не было.
Капюшон натянула посильнее и вышла из тачки, начиная агрессивно пинать по колесам машины Кота. Сигнализация орала как умалишенная, но никто не приходил.
Он глухой?
Вероятно.
Неудивительно, что не слышал звонки.
Странно, что давно не за решеткой.
И тут увидела его с амбалами. Во всем черном, только балаклав не хватает для полной картины. Двигались ко мне, злые, желающие кому-то оторвать голову за то, что их сорвали с важного мероприятия.
– Ты кто? – яростно прошипел Котов, почти приблизившись ко мне.
Сделала шаг к нему и подняла голову, чтобы уж рассмотрел.
– Мобилу нужно брать, и знал бы тогда, что сюда мчится Бесстрахов.
– Едет? Зачем?
– А что, разве не сейчас будет передача товара? В другой день? – едко поинтересовалась.
– Через два часа.
– А полиция пораньше выехала, чтобы спрятаться.
– Но кто слил? Знали самые проверенные.
– Выясняй! – рявкнула и пошла в машину, когда он ухватил за руку, пытаясь остановить.
Зря…
– Узнай, откуда информация!
Действовала на автомате: перехватила его руку, выкручивая, не позволяя двигаться. И лишь когда справилась, наконец-то, засуетились громилы Котова, но он остановил рукой.
– Я сам! – не сказал, а процедил, тут же дергаясь, еще больше причиняя себе боль. – Успокоилась? Тогда отпусти, бешеная!
Оттолкнула мужика и направилась к машине, плюхаясь в водительское сиденье.
Кот приблизился, когда я закрыла дверцу. Он постучал костяшками пальцев по стеклу, давая понять, чтобы открыла.
Не хотела, но выхода у меня особо не было.
– Ты не забыла, на кого работаешь? – не спросил, а пропел. – Поиграть вздумала?
– Я не работаю, а выполняю условия договора. Не путай.
– Узнай, кто их информатор, – приказал он мне, чем взбесил.
– Для этого нужно работать в полиции. Не тупи.
Мужик наклонился и грубо процедил:
– Я терплю твой гонор…
– Потому что я твой зад прикрываю. И если дальше хочешь, чтобы оберегала на время нашего договора, то трубку бери. Ты меня подставил!
Мужик скривился, но кивнул, поспешно направляясь к машине, крича своим ребятам, чтобы собирались.
Я подняла стекло и рванула по разбитой тропе, выворачивая на основную дорогу. Что странно, Кот за мной не поехал, но машины исчезли.
Получается, там еще есть выезд.
Или зачищают хвосты?
Но так рисковать глупо.
Проехала три километра, когда впереди увидела машину Бесстрахова. За ним следовали три машины.
В тот момент, когда проезжали мимо друг друга, с силой вцепилась в руль, целенаправленно сосредоточившись на дороге. Переживала, что сейчас кинуться за мной, но все обошлось, машины проехали мимо. Я же даже не оборачивалась ни на секунду, хватило одного раза на мосту.
Еще бы знать… звонил он или нет.
Тут же вспомнила про Ольгу, поскорее набирая ее номер. Главное – не проколоться.
– Ты уже соскучилась по мне? – спросила она сонным голосом.
– Невероятно. Так что?
– Ждала твоего звонка. Бесстрахов отправил тебе сообщения. Несколько. В основном спрашивал, где ты.
– И где я? – уточнила, понимая, что в больнице меня точно нет. Это все легко проверить. Да и по каким документам?
– Ты не ответила ему. Вот такая безжалостная невеста…
– Что придумать? Нужно такое, чтобы поверил мне и не проверял.
– Скажи, что вышла и упала, но тебе помогла женщина.
– Например, ты, – предложила я.
– Тогда девушка, не нужно мне приписывать лишние годы.
– Хорошо. И что дальше?
– Я, конечно, врач, поэтому потащила тебя к себе.
– Ага, конечно, врач… – буркнула себе под нос.
– Почему нет? Скажу без лишней скромности, я королева льда. Знаешь, какие я создаю системы противодействия вторжению. О-го-го! Ледоколам не взорвать.
– Ледоколам?
– Угу. Ледокол – это программа, взламывающая или отключающая лед.
– Мне ужас как интересно, но все же давай по делу.
– В общем, я тебя притащила к себе, целебными травками напоила и спать уложила.
– Так ты врач или знахарка?
– Врач, так достовернее будет. Тогда таблетку дала с водой.
– Мне домой не возвращаться или нет?
– Возвращаться! Что за вопрос? У меня тут творческий беспорядок, и без приглашения никого не запускаю. Так что лучше дома отлеживайся. Скажешь, что как лучше стало, ты пошла к себе.
– Значит, творческий беспорядок? А на работе за каждое пятно рычишь на всех.
– Допустим, это входит в мои обязанности, – весело заявила она.
– И почему я не ответила на его звонки? Оглохла от болей в животе?
– Я помогала тебе, уложила отдыхать, а потом отключила звук.
– Окей.
– Только ты это, от машины избавься.
– Да вроде с мозгами, понимаю.
– Везде камеры. Брось со стороны пятиэтажки. Там дом скоро рухнет. Куда жильцам до камер?
– Хорошо, – согласилась с ней и закусила губу, вспоминая, как выходила. А если сейчас Андрей проверяет камеры? Как заходить? – Оль…
– Что?
– Можно попросить отключить камеры в нашем доме.
– Кристина, если что, это незаконно. Ты на что меня подбиваешь?
– Я понимаю, но сама посуди: по камерам видно, что выходил неизвестный в черном, а не я. Бесстрахов не дурак, да и по телосложению может прикинуть.
– Ладно. Поняла. Тем более там провайдер без особой защиты, я без проблем справлюсь. Удачи!
– И тебе… – сказала, поворачивая на мост, отключая телефон. Очень мне хотелось верить, что все будет хорошо, и Андрей не будет проверять.
А если все же начнет подозревать?
Что же… буду действовать по ситуации.
В халате с мокрой тряпкой на голове – именно так я предстала перед Андреем, как только он вошел в квартиру, скинув верхнюю одежду. Сосредоточенное строгое лицо сменилось теплой улыбкой, стоило ему увидеть меня. Он вошел и обнял за талию, прижимая к своей груди.
– Я так переживал… – услышала я его признание, произнесенное почти шепотом.
В этот момент остро ощутила, что ненавижу себя за обман и предательство. И что ужаснее всего, я ощущала, как мое сердце разрывается от боли, истекая кровью. Мне было небезразлично.
Закрыла глаза и молча стояла, вдыхая притягательный аромат этого мужчины. Удивительно, но за то время, что жила с Андреем, привыкла к нему, считая родным. Или возможно потому, что потеряла всех и хотела любви, на свою беду привязалась, что очень плохо. Был еще один вариант, но не хотела даже о нем думать.
– Прости, я только недавно увидела твое сообщение, – тихо сказала, надеясь, что обманываю убедительно.
Чуть отстранившись, Андрей провел по щеке пальцами и спросил:
– Что случилось?
Закрыла на мгновение глаза, чтобы собраться силами перед очередной ложью. И в кого я превратилась? От себя уже тошнило.
– Живот будто проткнули кинжалами. Еле доползла до первого этажа, там упала, но мне помогла женщина.
– Женщина? – уточнил Бесстрахов.
– Врачом работает, живет через два дома.
Не успела сказать, как оказалась в воздухе. Бесстрахов подхватил на руки и понес в спальню.
– Ты чего? Мне уже лучше.
– Я вызову врача.
– Мне уже помогли… Честно, не стоит переживать, – сказала, вмиг оказавшись на кровати в спальне мужчины. Засыпала последний месяц именно здесь. Правда, после любовных утех, дождавшись, когда Андрей заснет, я сбегала в свою комнату, но все равно просыпалась рядом с ним.
– Выглядишь плохо, – заявил он, чем вызвал улыбку.
– Как это грустно, когда подобное говорит женщине ее мужчина, – прошептала, наблюдая, как Андрей раздевается и присоединяется ко мне, накрывая нас одеялом.
– Ты не поел… – напомнила ему, прижимаясь к рельефному телу мужчины.
– Позже, когда ты уснешь.
– А мне кажется, ты уснешь первым.
– Сомневаюсь… – устало выдал он.
Начала засыпать, когда услышала сопение. Улыбнулась, понимая, что Андрей заснул. Решила нагло полюбоваться, пока не видит, и приподнялась на локте, чтобы лучше разглядеть.
Такой мужественный, уставший… и заботливый.
Надо же… не поел, а направился меня укладывать.
Даже не знала, как на такое реагировать.
Настоящий мужчина!
Только вот я не подходила ему, так как он испытывал привязанность, а возможно, нежные чувства, к той, кем в действительности не являлась.
И сегодня чуть не спалилась.
Это же надо так рискнуть!
Закрыла глаза, задумываясь о том, что было бы, если бы мы встретились при других обстоятельствах. Хотя мой настоящий характер оставляет желать лучшего.
А как иначе, когда осталась одна? Тут или сломаешься, или ожесточишься. Хотелось бы среднего, но как-то не получалось.
Вспомнила своего умного и красивого жениха, который такие признания писал, что мне все девочки в университете завидовали. И Сергей первый отвернулся, даже не соизволив прийти на похороны матери, хотя хорошо знал ее. И его слова, брошенные тогда мне, что ему нужна богатая невеста, до сих пор прожигали дыру в сердце, как напоминание.
Андрею ничего не нужно, только идеальная я.
Грустно…
Поднялась и направилась в кухню, желая подышать свежим воздухом.
На душе скребли кошки.
По пути решила убрать стейки из семги, но решила попробовать. Довольно просто, не так, как у Соколовой.
Покачала головой, скривившись при этом. Даже в этом накосячила. До идеальной мне далеко.
Появилось желание выкинуть содержимое блюда, но не осмелилась. Столько времени потратила на готовку. Пусть считает, что у меня неудачный день.
А что завтра?
Работа и сделка.
Этот день настал!
Только бы все прошло хорошо, на что очень надеялась.
Жаль, что сестру все равно вынуждена буду оставить в детском доме. В квартире требовался ремонт, так как состояние оставляло желать лучшего, даже пол сгнил. Но главная причина: мое сожительство с Бесстраховым. Даже если бы сделала ремонт в короткие сроки, не смогла бы оставить Настю там, когда я здесь. Она еще маленькая.
Оставалось одно: продолжать в том же духе и делать ремонт, чтобы эту проблему полностью исключить. Только сразу не получится. На самые необходимые работы уйдет приличная сумма, а теперь у меня еще кредит, который вынуждена была взять, так как не хватало.
Но ничего, главное – не бояться и двигаться к своей цели, а время расставит все по своим местам.
Я купила квартиру! – повторяла про себя, пытаясь принять информацию, но она сложно воспринималась. Глянула на связку ключей в своих руках и подумала о том, что, наконец, получила желаемое. Я достигла одну из главных своих целей.
Ура!
В груди все сжималось от волнения. Такая желанная квартира! Теперь у нас есть крыша над головой. Только бы привести ее в божеский вид. Эх…
Так как в квартире больше двух лет никто не жил из-за убитого состояния, то ключи получила сразу, да и прописан там никто не был. Надеялась, что уже завтра свыкнусь с мыслью, особенно когда начну снимать обои.
Забрав документы, я попрощалась со всеми участниками сделки и вышла из кабинета, не забывая пожелать «всего хорошего» секретарю. Положительные эмоции зашкаливали. Сделка прошла чисто и быстро, хотя на подготовку ушел месяц.
В обычном темпе спускалась по лестнице, когда неожиданно на пути выросла стена в виде мужчины. Выставила руку, не допуская столкновения, и подняла голову. Каково же было мое удивление, когда увидела своего бывшего жениха – Мазуева Сергея Олеговича. Собственной персоной в полицейской форме. Кстати, возмужал, что ему невероятно шло.
Мазуев всегда считался красавцем и донжуаном. И хоть сам не из богатой семьи, но из-за его манеры поведения, эдакого напускного джентльменства, он всегда обходил сильных соперников, применяя свой главный козырь – лесть.
Кроме спорта. Там речи не помогали, а только хорошие удары и стратегия.
Быстро очнулась от воспоминаний и поспешно направилась дальше, делая вид, что не узнала. Но далеко не ушла, слыша его голос:
– Кристина… – потом что-то пробурчал себе под нос и уже громче: – Кристина!
Не реагировала, желая быстрее смыться. Я двигалась по направлению к машине, сожалея, что дольше не осталась в кабинете нотариуса. Но все документы подписаны, чего ждать?
– Кристина, постой! – раздалось ближе, и в следующую секунду почувствовала прикосновение к плечу.
Развернулась и перехватила руку, заламывая, за секунды наклоняя Сергея, удерживая в согнутом положении.
Как обычно, ничего не контролирует. Раньше я считала, что он боится причинить мне боль, вот и не дерется во всю силу, теперь поняла, что соперник он никакой.
Слабак во всем.
– Если прошла, значит, не захотела здороваться. Что непонятного? – рявкнула как можно громче, чтобы дошло.
– Да ты чего? – выдал он, пытаясь вырваться, но не получилось. Да и никогда у него не получалось. Слабый он боец, как ни крути. Всегда таким был. И куда смотрела? Совсем ослепла от лести? Мазуев же продолжал: – Черт, Кристина, отпусти!
– А ты не трогай меня!
– Хорошо! Не буду…
Моментально откинула его от себя, сложив руки на груди. Какая неприятная встреча!
Мазуев смотрел на меня, улыбаясь, будто видел свою зарплату в удвоенном размере, а потом счастливо заявил:
– Я соскучился.
Появилось желание врезать ему, но напомнила себе, что он в форме.
Черт!
Покрутила головой, проверяя, где камеры. Одну приметила.
И чего я такая импульсивная? Он в форме, выходит, при исполнении, а я с кулаками. Можно, конечно, объяснить, что он меня преследовал, но попробуй кому что докажи, учитывая его погоны… От этого предателя могла ждать чего угодно.
– А я нет. Пока, – сказала и только хотела идти, как он встал на пути.
Хм. Раньше я не замечала за ним подобной наглости. Хотя задатки были, но я считала это романтичным, вроде как завоевывал. Сейчас точно распознала – просто гнида. Сергей всегда был эгоистом, привык делать так, как ему удобно, не считаясь с другими.
– Да постой же ты! Давай поговорим?
– С чего ты решил, что я хочу с тобой говорить? – спросила, поглядывая на часы. Еще нужно было завести документы на дачу. Где еще хранить? Пока только там.
– Ты еще злишься? – спросил он с улыбкой, напридумав глупостей в своей голове. – Значит, любишь. У меня есть шанс.
Неужели он так считает?
Люблю?!
Серьезно?!
Еще и тормоз.
Сделала шаг к нему. Смотрела и понимала, что кроме красоты, ничего путевого в нем нет. Самовлюбленный гусь.
– Ты бред не неси, Мазуев. Кто тебя может полюбить?
– А ты раньше…
– Дура наивная была, вот и весь сказ. Не желала искать достойных, а тут ты… крутился, подлизывался.
– Ты действительно изменилась: злая стала, – с обидой бросил он, поправляя свою форму.
– Еще заплачь.
Сергей поднял голову, застыв на месте. Мои слова его не порадовали.
– Понял. Обижена. Но тогда… я был глуп и считал, что без родителей дети ничего из себя не представляют.
– Не помню, чтобы у тебя родители занимали хорошие должности. Простые трудяги.
– Именно поэтому я не хотел повторять судьбу предков.
– Ну и молодец! Рада за тебя.
– Но я жалею, Кристин. Честно.
– Мне тебя пожалеть? Поплакать рядом и подтереть нос? Тебе чего нужно?
– Я говорю правду. Я жалею, что тогда отвернулся от тебя.
Отвернулся… Это же надо, как предательство замаскировал.
– Вот и отлично, что понял, а мне пора.
– Может, попьем кофе? Я расскажу, как жил, чем занимался, как…
– Мне неинтересно, – резко сообщила, удивляясь его наглости. Он думал, что я все года только о нем думала и ждала встречи?
Наивный.
Его жестокая выходка моментально сбила спесь с моих глаз.
– Сейчас я свободен. Развелся три месяца назад. Если ты свободна…
– Да хоть никогда не был женат или, наоборот, гарем жен и два десятка детей. Мне абсолютно наплевать, – спокойно сказала, удивляясь, что он такой тупоголовый. Вероятно, мне повезло, и я общаюсь с теми, кто довольно быстро все понимает, а не бесит своим тупым поведением.
– Ты где работаешь? У меня везде связи.
Так… Ему зачем? Что хочет?
И вообще, нужно сваливать. Ненужная встреча напрягала, как бы неприятностей ни принесла.
– Прощай, Сергей! – заявила и направилась по дороге, понимая, что в машину глупо сейчас садиться. Мазуев в три секунды пробьет номер, и что за организация. На тачке огромными буквами написано: ЧОП «АРТ-Охрана». Тем более он знает мои возможности и желания, сразу смекнет, что к чему.
Послышались торопливые шаги. Сергей решил догнать.
– Кристина, подожди!
Остановилась и резко обернулась, начиная злиться. Мне этот пацан уже порядком надоел. И почему он такой надоедливый?
– Ты плохо понимаешь, как я смотрю? – спросила, начиная напирать. – Попросила же отвалить от меня. Тебе популярнее объяснить?
Сергей выставил руку, останавливая меня жестом, и сдвинул брови, о чем-то задумавшись. Через мгновение, когда решила, что он завис и мне пора домой, я услышала его голос:
– Давай так: ты встретишься со мной, мы посидим, поговорим в нормальной обстановке, где я все расскажу о себе, и если тебя не затронет, то больше не потревожу тебя.
Огляделась по сторонам, заостряя внимание на небольшой площадке между домами, и поняла, что камер нет. Сделала шаг к Мазуеву и, резко схватив пальцами за подбородок, процедила ему в лицо:
– Да пошел ты со своими посиделками далеко и надолго! Няньку нанимай и рассказывай ей свои истории, а мне твоя жизнь по барабану. Как был ничтожеством, так и остался. Мое мнение не поменяется, – тут прищурилась и добавила: – Еще рассказать, что думаю о тебе, или этого достаточно?
Отмечая ярость в его глазах, победно улыбнулась. Понял! Только по-плохому понимает, а плохая вышла я.
– Ты еще пожалеешь… – выдал Сергей и резко отступил.
– Да мне плевать на твои обиженные чувства, – громко сообщила и пошла дальше, уже не оборачиваясь. Не хотела я вновь слушать его просьбы. Зачем?
Прошла свою машину и остановилась за зданием, вроде как теряясь на повороте. Пальцы нажали нужную кнопку на быстром наборе, вызывая Ольгу.
– Тебя можно поздравить? – весело спросила она.
Поздравить…
Если бы!
Вечно все через одно место, даже порадоваться нельзя.
– Да, но это потом. У меня важное дело…
– Как всегда… – протянула Степанова, зевая при этом. – Ну, давай, что там у тебя?
– Посмотри камеры на здании нотариуса.
– То есть посмотреть? – тоном строгой учительницы выдала Оля.
– Как обычно.
– Ну, хорошо, раз обычно! И что там?
– Там бывший, притом он при погонах, а у меня машина стоит с наклейкой нашего ЧОПа. Не знаю, как забрать.
– Звони Соколовой, – недослушав, заявила Оля.
– Почему ей?
– Потому что она уже мчится к тебе с поздравлениями. Она в паре с Холодовым, только недавно закончили, теперь мчатся к тебе.
– Поняла. Спасибо! Тогда попрошу ее машину забрать, а потом меня прихватить.
– Стоять! Меня не забудьте пригласить на новоселье. Я всегда готова и найду, что начальнику соврать про свое отсутствие. Например, ЗАДОЛБАЛАСЬ.
– Кто бы сомневался. Он еще не считает дни до твоего отпуска?
– Считает, но ты не увиливай, похвалой не отделаешься.
– Непременно, Оль.
– И что купить на новоселье?
– Кувалду, строительные ведра, шпаклевку…
– Можешь не продолжать. Я поняла. Торт так торт. Слопаем после того, как хату раздолбим…
– Ты всегда такая понятливая, – усмехнувшись, заметила я.
– Ага, всегда себе удивляюсь.
– Ладно, нужно звонить Золушке нашей…
– Да уже не звони, я пока с тобой общалась, ей все подробно написала.
– А фамилию бывшего ты не сказала?
– Она особенная, что ее непременно нужно знать?
– Ненавистная для меня.
– Тогда и мне скажи.
– Мазуев Сергей Олегович.
– Пробить можно?
Хотелось засмеяться. Оля спрашивает?
– А ты разве не это сейчас делаешь?
– Именно это. В общем, я скажу кратко: у него два брака, нет детей… – тут она остановилась, очевидно, с другой базы загружая информацию. – Машина, квартира от первой жены. Она умерла от рака. Потом… Твою мать!
Последнее выражение прозвучало очень громко. Чуть не выронила телефон.
– Что там?
– Кристина, ты не представляешь, с кем он работает.
Плохое предчувствие вмиг захватило. Боялась даже вслух произнести.
– С кем?
– С твоим Бесстраховым! – с писком заявила Оля и уже тише добавила: – Везучая ты, однако.
– Я тоже сейчас это осознала. Действительно, твою ж мать… – выдала и отключилась, понимая, что ситуация перешла в уровень раскаленных углей, по которым уже не ходила, а скакала.
Машина подъехала к обочине. Быстро подошла и села на пассажирское место, раз уж вынужденно буду пассажиром.
– Ты ведь понимаешь, он пробьет работу, учитывая новые данные, – без приветствия начала Лена, выезжая на дорогу.
– Понимаю… – закрыла глаза. – Вот черт! И почему сейчас? Будто мне проблем не хватало.
Подруга напряженно смотрела вперед, так как машин на дороге было в обед предостаточно, больше чем обычно. Это и понятно, все готовились к новогодним праздникам, закупая продукты и подарки. Лишь перестроившись в правый ряд она мельком глянула на меня.
– Ты чего так рычишь? Узнает, так флаг ему в руки. Забыла направления для ненужных людей? Я могу напомнить по-дружески, – сказала она и сосредоточилась на иномарке с девушкой-водителем, которая усердно красила губы ярко-красной помадой.
– Мазуев работает с Бесстраховым в одном отделе, – пояснила я. – Да успокойся, чего такая нервная за рулем, тем более за рабочей машиной.
– Бизон как за новую сдерет, мне на своей проще кататься, а она того года, чем на этой допотопной. И знаешь, сколько сейчас недошумахеров на дороге? У половины мозг отключается, когда за руль садятся.
– На остановке останови, я сяду.
– Ага, как же… – усмехнулась она. – Не боишься Бизона?
– А с чего должна?
– Действительно. И чего его бояться? – согласилась подруга и рванула вперед, прибавляя скорость, отчего у меня челюсть упала. И куда полетела? – Так что там ты сказала про бывшего?
– Он работает с Андреем в одном отделе.
Соколова присвистнула и, крутанув руль, сворачивая на мост, предложила:
– Тебе нужно поменьше светиться с Бесстраховым. Осторожность не помешает.
Качнула головой и пристегнулась, только сейчас вспомнив об этом. Не помешает, когда Ленка за рулем.
– Мы никуда не выходим. Абсолютно. Мне кажется, Андрей смотрит на меня как на инопланетянку. Я ведь ничего не прошу, ничего не хочу, не люблю гулять, не желаю подарков, как проклятая работаю, но вечером успеваю приготовить, соблазнить его и сразу спать. Он, вероятно, считает, что я больная, а не женщина.
На переходе пешеходы стали переходить дорогу. Один мужчина, щупленький с длинными ножками в старом трико и короткой куртке, остановился у нашей машины и стал кривляться, выдавая странные движения.
– Вот что за недоразумение жизни? – заметила Соколова и, открыв стекло, пуская морозный воздух, громко выкрикивая: – Мужик, я сейчас овчарок выпущу, и больше нечем будет крутить!
Парень услышал, как и понял. Он рванул быстрее ветра на остановку.
– Не пойму, до 31 декабря еще несколько дней, а некоторые уже неадекватные. В чем прикол?
– Готовятся… – серьезно ответила, на что она начала смеяться. Внезапно перестала и спокойно выдала:
– Никакая ты не инопланетянка, просто занята. Бывает…
– Месяц! Мы живем с ним месяц, спим, едим… и за все это время нигде не были, даже в самом стремном кафе. Нигде! Максимум прогулки в темное время суток, чтобы никто не видел. Андрей постоянно зовет, а я нахожу причины остаться дома. И эти гребаные корпоративы. Мало того что боюсь оказаться на охране и засветиться, так еще Андрей зовет на сегодняшний корпоратив, и на Новый год планирует познакомить со своей семьей. Уже не знаю, как выкручиваться. Вот что придумать?
– И как обычно выходишь из положения?
– Сексом, как еще? Черт, кто бы знал… Порой чувствую себя нимфоманкой, притом суперозабоченной, – призналась ей.
– Тебя никто не заставляет так стараться, всегда можно быть амебной.
– Неужели?
– Да. Я наблюдала за ним, когда он тебя провожал… Мне кажется, ты ему ох как нравишься.
– Ему нравлюсь не я, а идеальная оболочка меня. Ему удобно. А если бы пришла как-нибудь с работы никакая, что происходит обычно, сказала, что вот не до ужина и интима, и спать плюхнулась, тогда бы он задумался, стоит ли знакомить.
– И что всегда такая идеальная?
– На 80 процентов.
– Но эти 20 процентов… – весело заявила Соколова.
– Они вечно все портят, что иногда мне кажется, что он что-то подозревает. Но я ведь тоже человек, на двух работах устаю, а потом к нему, как на третью смену.
– Да не парься. Ничего он не подозревает.
– Надеюсь.
– Но знаешь, все же странно.
– Что именно? – уточнила у нее.
– Почему его не смущает тот факт, что милая и добрая Светозара оказалась страстной жрицей в постели?
– А я не хотела, чтобы так вышло, но с ним иначе не получается, – призналась и пальцами накрыла голову, начиная массировать.
– Ого. Но все же попробуй.
– И что, с Холодовым так получается?
Соколова скривилась.
– Мне с ним спать не нужно, он работает за деньги, – как-то раздраженно выдала она.
– И как, получается?
– Как-то дерьмово. Все на грани. Перед родственниками мечтаю его сожрать, так заведет, что хоть вой. И зачем с ним связалась?
– Боже, Елена Прекрасная, вам по статусу нельзя так разговаривать. Богатая наследница…
– Будешь тут интеллигентной, когда работаешь вечно с этим дикарем. Он меня будто специально бесит.
– А как родственники?
– Думают, что я влюбилась как кошка, потирают ручки в предвкушении свадьбы, на которой он торжественно меня бросит.
– Ты на свадьбу пригласишь?
– Думаешь, стоит? Это так… обман и провокация.
– Да почему нет? Я на все твои свадьбы с удовольствием пойду, а с обманом и провокацией в особенности.
– Тогда жди… – заявила она и вдруг ударила по рулю, отчего чуток нас повело в сторону, при этом вскрикивая: – Придумала!
– Ты придумывай, но веди ровно машину, – проворчала я, рукой помогая ей выровнять машину.
– Скажешь, что у меня бабуля того самого… и мы поедем на похороны.
– Ох… Ну ты и придумала.
– У меня однокурсница каждую сессию на неделю пропадала по причине кончины одного из родственников. И ведь все верили и относились с пониманием, выставляя хорошие оценки. И когда на выпускной выдумщицы вся живая родня явилась, то всем оставалось только радоваться их хорошему самочувствию.
– Какая, однако, предприимчивая.
– Признаться, и я верила, так слезно она играла свой спектакль. В общем, позаимствуем у нее стратегию, и тебе не придется отмазываться все новогодние каникулы.
– Хорошая идея!
– Да! Отлично отдохнем! – с восторгом заявила она.
– Да, особенно если у меня в квартире, после того как там поклеим обои и разберемся с линолеумом.
– И зачем предложила на свою голову? – пробурчала подруга.
– Я не заставляю, справлюсь… – ответила, не желая никого заставлять.
– Справится она, как же. Но на Новый год у меня с малой будешь. Поняла?
– Так точно! – ответила и улыбнулась, понимая, что временно нашли выход. Только подумала написать Андрею, как получила от него сообщение:
«Сегодня все в силе? Я приеду раньше, и вместе поедем в ресторан. Хочу познакомить свою невесту с друзьями и коллегами».
Вздохнула и принялась строчить ответ, надеясь, что Бесстрахов не начнет ничего проверять. Только нужно будет сегодня горячо проститься, раз на столько дней пропадаю.
Невеста…
Он считает меня своей невестой.
Точнее, не меня, а Светозару…
Идеальную девушку, которой я точно не являюсь.
Скривилась, отправляя ответ.
С каждым разом обманывать становилось все труднее, а не реагировать на слова сложнее. Быстрее бы все закончилось.
– А можно выбрать любую игрушку? – спросила Настя, с огромными глазами, всматриваясь в переполненные полки игрушек.
– Да, – с улыбкой ответила, наблюдая за своей очаровательной сестренкой, с которой пришли в торговый детский комплекс «Дружный мир». Настя подходила к одной из многих игрушек, тянула ручки и тут же убирала, поджимая губу и двигаясь к другой.
– Они такие красивые, что я не могу выбрать, – почти слезно призналась она, растерянно разводя руками.
– Тогда… выбери ту, что смотрит на тебя, – посоветовала ей, задумываясь о том, какую бы я выбрала. Их было столько, да таких ярких, что сама не могла определиться, терялась.
– А они смотрят?
В ее глазах видела надежду на чудо.
Оглянулась, всматриваясь в разноцветные гирлянды и мишуру на полках, а также снежные искусственные елочки разных размеров, расположенные везде и всюду со сказочными персонажами, и улыбнулась. Не магазин, а восторг и новогоднее настроение.
– Конечно, а твоя очень-очень хочет к тебе.
– Тогда я выберу… – сказала она и дальше стала ходить, но уже крепко держала руки на груди.
Я же продолжала наблюдать, пока она, наконец, не остановилась на двух: кукле примерно ее роста и мягкой игрушке – лисичке. Не могла выбрать.
Решила дать ей еще пять минут, и как раз позвонить Лене. Она заболела, поэтому совместное празднование отменилось, но я ей названивала, контролируя лечение. Золушка с арбалетом, как мы ее с Ольгой называли, превращалась в Спящую красавицу с градусником. В общем, Новый год с сестрой планировалось отпраздновать в детском доме. Почти всех детишек из нашей семьи забрали на праздники к себе воспитатели, Олежку потенциальные родители, а Аглаю и Юлию – семья благотворителей, а Сашенька до сих пор находилась в больнице. Так что будем одни.
Повернулась к выходу, глазами провожая посетителей, когда вдруг увидела Андрея. Даже протерла глаза, не в силах поверить, но зрение меня не подводило. Он двигался по коридору, с кем-то разговаривая по телефону.
Что он здесь потерял? Детский торговый комплекс совсем не вязался с этим мужчиной. Может, у него есть племянники? Хотя… мне бы Ольга сказала. В руках у него были пакеты.
В груди все сжалось от тоски. После нашей страстной ночи не могла спокойно спать, мне не хватало Андрея. Мы переписывались, несколько раз созванивались, но этого было недостаточно для меня. Только вот я как никогда сдерживала свои порывы, запрещая себе еще больше сближаться. Достаточно постели…
Неожиданно Бесстрахов остановился и повернулся в мою сторону, на что резко среагировала, отворачиваясь к стене. Не стала ожидать разоблачения и поспешно кинулась к сестре, шепча ей на ухо:
– Все, пошли. Быстро, моя хорошая. Нам нужно спешить.
Говорила и вела в сторону касс.
– Но я не выбрала.
– Малышка, – и тут увидела такую очередь, что по времени займет минимум двадцать минут. Выдала стон отчаяния и, отложив игрушки на ленту, сказала сестре: – Я обязательно куплю, но позже. Сейчас нам нужно идти.
Настя с сожалением в последний раз взглянула на выбранные подарки и кивнула. В этот момент мне захотелось ей купить все игрушки, но времени не было. Взяла сестру за руку и быстро направилась к лестнице, радуясь, что два входа.
Уже у лестницы обернулась, встречаясь с изумленным взглядом Андрея. Он уверенно двигался за нами.
Сестру поторопила, а как только оказались на первом этаже, подхватила ее на руки и бросилась бежать. Стоило выйти из детского центра, рванула к машине. Через минуту я уже выезжала с парковки, слыша непрерывную мелодию своего телефона.
Звонил Андрей.
Резко развернулась на повороте и зарулила на территорию высоток, остановившись на парковке. Напротив находилась детская площадка, окруженная деревьями в обледенелом панцире. Морозы в Омске уже неделю радовали своей минусовой температурой в тридцать градусов. Тем не менее это не мешало людям бегать с елками, пакетами, при этом поздравляя с наступающим Новым годом.
– Кристина, ты куда? – спросила сестра взволнованным голосом. Это и понятно. Напугала ее своим побегом из магазина.
Достала из бардачка шоколадку и вручила ей, подмигивая сестренке.
– Ты посиди в машине, а я выйду.
– А я? – спросила она.
– Выходить нельзя. Договорились?
– Хорошо, – согласилась сестра и принялась с предвкушением разворачивать полученную шоколадку.
Поспешно направилась к багажнику, по дороге снимая свою черную куртку. Открыла спортивную сумку и вытащила шубу, в которой ходила Светозара. Поправила волосы и повязала черный гипюровый платок. Вот так я очень походила на его любимую и милую сожительницу.
Понимая, что без фактов не обойтись, проверила погодку в Новосибирске, взяв на заметку снегопад. Недолго думая, сфотографировала себя у дерева с грустным лицом, при этом чуть обсыпав себя и ствол дерева снегом.
Вовремя.
В следующую секунду полилась ожидаемая мелодия. Бесстрахов Андрей. Абсолютно не собирался сдаваться, что совсем не удивляло и даже вызывало восхищение. Поспешно нажала на прием, стараясь, чтобы мой голос был спокойным и даже грустным.
– Привет.
– Где ты? – сразу же спросил Андрей.
– На улице…
– В Омске, – уверенно выдал он.
– В Новосибирске, – спокойно ответила, добавляя при этом: – Почему я должна быть в Омске?
– Я только что видел тебя с девочкой в торговом центре.
– Ты обознался.
– Разве? – уже не так резко произнес он, начиная сомневаться, как мне показалось. Через несколько секунд услышала его слова: – Я не мог тебя с кем-то спутать, только не свою женщину.
Сердце остановилось на секунду и вновь застучало с удвоенной силой. Не могла спокойно реагировать, когда он говорил такие слова.
– Хорошо. Сейчас, – сказала и отключилась, через минуту отправляя фотографию, искренне веря, что любое нежное существо справилось бы за минуту с отправкой фотографии.
В сообщении уточнила, что в городе идет снег. Как без этого?
Ждала совсем недолго. Бесстрахов после просмотра сразу же позвонил.
– Прости, – услышала его хриплый голос, – я, видимо, слишком соскучился и обознался.
– Так скучаешь? – мило пропела, желая его отвлечь.
– Еще как, – в его голосе услышала улыбку и тоску. – Меня с обеда отпустили, вот зашел подарки детям в приют купить, а тут эта девушка. Не знаю, но в тот момент я не сомневался, что это ты.
– Познакомился бы… – весело пролепетала.
– Увидев меня, она сбежала. Притом быстро, а она держала девчонку на руках.
– Я бы на каблуках так не смогла. Да и в шубе неудобно.
– Да. Действительно, девчонка была в спортивном комбинезоне. И то, как она резко бежала и перепрыгивала через ступеньки лестницы, могу точно сказать, что ей это не доставило особой сложности. Она… спортсменка.
– Надо же…Ну вот видишь?! Ты обознался! – с улыбкой сказала. – Кстати, такого счастья, как зимний комбинезон, у меня в гардеробе точно нет.
– Приедешь и купим, чтобы съездить покататься на горках. Как смотришь?
– Я высоты боюсь… – выпалила, делая Светозару еще более нежной и чувствительной.
– Да? Извини, забыл, что ты у меня такая хрупкая…
Дальше старалась не слушать о том, какая Светозара чудесная, ко мне ведь это не относилось. Ко всем ее мегадостоинствам добавилась еще трусость. Я вот не считала это допустимым, поэтому просто слушала, поглядывая на сестру, уплетающую шоколадку. Почти доела.
Глянула в темно-синее небо и улыбнулась. Высота для меня не предел, я каждый год с парашютом прыгаю с вертолетов. Да и вообще… чего там бояться?
Андрей все же затянул с нежностями. Порой складывалось такое впечатление, что он говорит набор нужных комплиментов, выучив наизусть. Я бы так не смогла придумать.
– Прости, меня подруга зовет. Нужно сходить в магазин. Сегодня еще не завтракали, а скоро вечер.
– Ты там нормально питайся.
– Непременно.
– Я тебе на телефон скину деньги, чтобы…
Ага, и куда он кинет их? Про карту никто не подумал, что плохо.
– Ой, ты что? У меня нет карты, как один раз попала на удочку обманщиков, так теперь даже не хочу об этом знать.
– Тогда на телефон подруги?
Задумалась, пытаясь найти хитрый умысел. Почему он так усердно хочет узнать номер?
– У меня все есть, жаль, что ты не рядом… – сказала с грустью, желая сменить тему разговора.
– Я бы очень этого хотел…
– Все, не трави душу. Мне нужно успокоиться после таких слов. Тогда пока…
– Светозара…
– Что?
– Я очень соскучился. Уже… – громко говорил каждое слово Андрей, будто вытаскивал из себя. Неужели впервые признается? – Я уже не могу без тебя. Может, я приеду? Как-никак Новый год.
– И я очень соскучилась, но будет неуместно. Тетушке моей подруги сейчас очень плохо, а Лена так вообще вечно плачет.
– Понял. Тогда… до вечера. Отпишусь.
– Буду с нетерпением ждать, – проговорила и отключила телефон, прижимая ладонь ко лбу.
Невероятно!
Получилось…
Вздохнула и быстро стала переодеваться, понимая, что еще немного, и полностью бы провалилась.
Смотрела на салюты, попивая кофе. Приехала на территорию торгового центра «Мега», где создали потрясающую новогоднюю елку со сверкающими гирляндами, идущими от макушки зеленой красавицы до столбов. Все светилось так, будто солнце днем, а под елкой – достопримечательности города из картона. На всю стену торгового центра красовалась сверкающая железная дорога и паровозик.
Усмехнулась, делая еще глоток. Хоть так отметить. Малая уже давно спала, поэтому решила прокатиться по городу. Вот так здесь оказалась.
Полилась знакомая мелодия. Несколько секунд всматривалась в экран, отмечая черты невероятного мужчины, а потом все же ответила:
– С Новым годом, Андрей!
– С Новым годом, милая.
Я милая… Надо же.
Может быть, если только с ним…
Хотя, кто его знает?
– Как ты?
– Нормально, – выдал он и добавил: – Ты нужна мне… как воздух.
Закрыла глаза, ощущая боль от его слов.
– И я скучаю, – сказала, понимая, что не обманываю. – Думаю, если бы ты был рядом, я бы прижалась к твоей груди, наслаждаясь видом красивой елки.
– Хотел бы и я так… Кстати, смотрю сейчас на елку.
Послышались фейерверки. Притом у него и у меня одновременно. Получается, мы в одном районе. Резко поднялась и стала осматриваться.
– У тебя тоже фейерверки, – заметил он, чем заставил мое сердце биться сильнее. Второй раз за день встретиться – это будет плохо.
– Да… И у вас. Ты где? – как можно спокойнее спросила, хоть все в груди дрожало от волнения.
– Я заехал к сестре с другом. Они отмечают в ресторане.
– Какие молодцы! И какой ресторан?
– В ресторане «Шато».
– Понятно. Отличный выбор, – протянула, понимая, что он от меня примерно в семи минутах езды. Даже появилась шальная мысль: заехать и хоть мельком посмотреть. Но это опасно. Произошедшего вчера днем было предостаточно.
– Сколько еще там будешь?
– Вероятно, до седьмого.
– Буду ждать. У меня восьмого января выходной.
– Ох, будет отлично, если совпадет.
– Хотел рассказать о тебе сестре …
Моментально напряглась. Я его просила пока не рассказывать, ссылаясь на неудачный опыт. Уже не помнила, что конкретно сказала, но суть такая.
– И ты рассказал?
– Не стал. Хочу, чтобы ты сама этого захотела.
– Спасибо, – проговорила, тут же меняя тему: – Мой подарок под елкой.
– Да? Ты приготовила его для меня? – переспросил он. Можно было понять, что подарка он не ждал.
– Так, небольшой…
– Первым делом посмотрю, как только вернусь домой, – сообщил он мне, чем порадовал.
– Только не знаю, что на Рождество.
– Я могу подсказать.
– И что же?
– Ты. Я бы хотел тебя получить на Рождество, – совершенно серьезно заявил он.
Усмехнулась и весело протянула:
– А хорошо себя вел весь год?
– Я старался во всяком случае.
– Тогда может… и сбудется.
– Надеюсь… Очень надеюсь. Кстати, если приедешь раньше, мой подарок на елке.
– На елке?
– Точнее, на одной из веток.
– И что там?
– Поскорее возвращайся, и узнаешь.
– Вот такой ты жестокий! Я же теперь буду думать, что же там такое на ветке…
– Ты непременно узнаешь…
– Хорошо, – проговорила с улыбкой, направляясь к машине, останавливаясь, не желая лишний раз палиться. – Пожалуй, буду заходить домой.
– Думай обо мне…
– Только это и делаю, даже спать не даешь.
– Высыпайся, потом тебе будет не до сна.
– Ловлю на слове, – весело сказала, тут же с нежностью шепча: – С Новым годом!
Отключилась и быстро села в машину, радуясь, что прогрела ее с пульта. На улице бушевал мороз. Улыбнулась и начала движение, пребывая в отличном настроении.
Только повернула на втором повороте, как увидела Мерседес гелик со знаком аварийки. Начала снижать скорость, останавливаясь на обочине, четко понимая, что они тут надолго в новогоднюю ночь, если не помочь.
Только вышла, как навстречу вышла леди. Иначе назвать не могла, так как женщине было давно за сорок, но выглядела она эффектно. Брюнетка с короткой стрижкой и в очках, в шубке из шиншиллы, из-под которой выглядывал деловой костюм. Вероятно, бизнес-леди.
– Девушка, поделитесь бензином. Муж… забыл заправить, – устало выдала она, кивая в сторону машины.
– Давно стоите? – спросила, предполагая, что они в машине Новый год встречали.
– Три часа.
Надо же… Оказалась права.
– Тут рядом есть бензозаправка, – подсказала ей. Странно, что муж с канистрой не сбегал. Отец всегда так делал, если вдруг случался форс-мажор на дороге.
– Я понимаю, но мой Максим боится темноты, как и оставаться один. Так что пришлось сидеть в машине.
– Понятно, – сказала и спросила: – Сколько нужно?
– Хотя бы несколько литров.
– Без проблем.
– Ох… – тут женщина развела руки. – Правда, я не умею ничего, кроме как водить. Простите, можно попросить вас о помощи?
– А муж как же? – спросила, не скрывая своего изумления. Что там за чудо в перьях сидит?
– Он у меня не умеет, – с улыбкой выдала женщина, поправляя волосы. Кстати, кого-то она мне напоминала.
– Я помогу… – согласилась, понимая, что не хочу их здесь дальше оставлять. Ведь праздник, а они тут.
Бензин слила и заправила внедорожник. Когда уже все убрала, ко мне подошла женщина.
– Спасибо вам огромное! Вот, возьмите на бензин и бутылку шампанского, – сказала она и протянула несколько пятитысячных купюр.
Да тут не только на одну бутылку выйдет, но и на весь ящик. Притом отличного шампанского.
Но все же… я не могла принять.
– Не стоит… С праздником вас!
– Ой, и вас! Вы нас так выручили.
Тут услышала шум. Дверь гелика открылась, и из нее вышел мужчина. По походке он мне кого-то напоминал.
Хмурилась, пока озарение не пришло.
Походка, стрижка и фраза:
– Лапуля, ты скоро?
Ему уже можно было не подходить, ведь я точно помнила этот голос.
Воропаев Максим, муж моей матери, который оттяпал у нас с сестрой дом и все, а ее подкинул в детский дом.
По его взгляду сразу поняла, что отчим меня узнал. Его зрачки увеличились, а на лице появилась хищная ухмылка. Он сделал шаг и приветливо выдал:
– Спасибо за помощь!
Если бы знала, что этот гад здесь мерзнет, то непременно бы проехала мимо. Глянула на женщину и поняла, кого она мне напомнила. Мою маму. Также с открытым ртом и влюбленными глазами смотрела на этого мужчину, готовая простить абсолютно все и поверить во все небылицы, которые он несет.
Выглядел Максим, как всегда, безукоризненно: хорошее спортивное тело, при этом красавчик. Оценивая его внешние данные, становится понятно, почему на него ведутся умные богатые женщины, только вот странно, что не понимают того, что пригрели на своей шее паразита, грызущего их изнутри.
Воспоминания нахлынули, завершаясь похоронами. До сих пор верила в то, что Максим виновен в смерти моей матери. Кому было выгодно ее убрать? Никому, кроме Максима.
Мое спокойствие летело ко всем чертям, когда речь заходила о нем. Этот гад получил все, лишив наследства дочерей своей жены.
Несправедливо, но законно.
Кивнула, не собираясь отвечать, и направилась к своей машине. Только села, как услышала шаги. Обернулась и увидела Максима у моей дверцы. Притащился.
Он постучал костяшками пальцев по стеклу, требуя открыть. Повела челюстью и открыла дверь.
– Что вы хотели?
– Какая была колючая, так и осталась.
– Если это все, я поехала, – ответила, ощущая ярость. Как же я его ненавидела. Столько подлости сделал нашей семье.
– Не узнала меня? Хотя ярость в твоих глазах говорит об обратном.
– К жене вали, – процедила и крутанула ключ зажигания.
– Ревнуешь?
Он о чем?
– Слушай, ты… – глянула в сторону, где стояла женщина у гелика и как-то ревностно смотрела на нас, а потом процедила: – Лучше бы тебе не попадаться мне на глаза. Ты подлец еще каких нужно поискать. И пожалуй, стоит предупредить твою жену о том, как ты избавляешься от своих жен.
– Ты сумасшедшая! Я к смерти твоей матери не имею отношения. Вероятно, сама кому-то перешла дорогу, – дерзко заявил он, выпирая грудь вперед.
– Тебе, видимо, после того, как все переписала на тебя. У этой жены еще ничего не просил переписать на себя?
– За что ты мне нравишься, – тут он усмехнулся, – так это за твою дикость в глазах. Уверен, ты будешь хорошей любовницей.
– Покойникам любовницы уже ни к чему.
– Ты мне угрожаешь?
– Я тебя предупреждаю. Держись от меня подальше, чтобы я уж как-нибудь сдержалась и не закопала тебя где-нибудь в темном лесочке.
– Мы очень похожи, заметь.
– Чем же? Ты – гнида, я прямолинейная.
– Я ведь могу и обидеться.
– И мне на это абсолютно наплевать… – просветила его и закрыла дверцу, рванув вперед, сожалея, что остановилась. Все настроение испортил. И что больше всего волновало, так это плохое предчувствие.
Приклеила на стену очередную ленту обоев и стала разглаживать прижимным шпателем, понимая, что весь день убила на спальню. Теперь вроде как закончила с ней. Не успела даже присесть, чтобы полюбоваться своим творением, как услышала звонок в дверь.
Нахмурилась.
Кого нелегкая принесла?
Хотя, тут старшая по дому вечно бегает с бумажками, собирая подписи то на то, то на это. Не хотелось выходить, с ней уже общалась, но то, как женщина усердно трезвонила в мою квартиру, начало раздражать.
Или не она? Обычно она не столь агрессивно била по звонку.
Вытерла руки о свои свободные бриджи и направилась к выходу. Резко распахнула дверь и от удивления открыла рот.
А как не открыть?
Передо мной стоял Мазуев Сергей Олегович.
Хорошо, что не выразилась громко, а то ведь могла бы.
Сергей стоял с букетом и с прозрачным пакетом в правой руке, где могла увидеть торт и шампанское.
– Что здесь забыл? – спросила, начиная кипеть от мысли, что этот козел пробил мой новый адрес. Вот какого черта? Да и с какой стати?
– Я к тебе, – довольно сказал Сергей и протянул мне свой веник.
Сложила руки на груди, закрывая вход в квартиру, и еще раз спросила:
– Мазуев, ты что здесь забыл? Мозги?
– Я ответил уже.
– Тогда пошел вон, – спокойно предложила, удивляясь его наглости. – Ты здесь нежеланный гость.
– Вижу, у тебя ремонт. Могу помочь. В машине у меня сумка с инструментами. Так и подумал, что тебе нужна помощь, – выдал и посмотрел на свои подарки. – А это так… потом отпраздновать. Так что? Идти за инструментами?
Инструментами…
Зачем так много? Достаточно одного. Например, кувалды.
– Если только можно тебя ими стукнуть.
– Кристин, ну ты чего такая колючая? Я ведь с благими намерениями.
И что вот за логика? Я после этой фразы должна хлопнуть в ладоши и броситься в его объятия?
– Да хоть с плохими. Я в них не нуждаюсь.
– Я пройду, – сказал и направился ко мне, выставляя свои лапищи, планируя меня обнять.
Быстро посмотрела по сторонам и резко подалась вперед, хватая его руку, сбивая с ног, уже через секунду вдалбливая его в стену.
– Ты плохо понимаешь? – процедила, обдумывая, как его взбесить. По-хорошему ведь не уйдет.
– Зачем ты меня злишь? – очнулся он после моего «теплого» приветствия и начал злиться.
– Кто тебе виноват, что ты тупой? Я тебе сто раз сказала, чтобы не приближался, но ты не понимаешь. Ты мне омерзителен! Поперек горла уже стоишь, как старая кость.
– Ты не замужем и…
– Да тебе не светит в любом случае. Я тебя дерьмом считаю.
– Ты… – яростно начал он, пытаясь освободиться от захвата, но не позволила ему выбраться, причиняя боль своим приемом.
– Вот! Давай уже, будь мужиком, а то ведь противно смотреть. Ни гордости, ни ума.
Мазуев пытливо смотрел, а потом спокойно выдал:
– Хорошо. Можешь отпускать.
– Любое неправильное движение, и я тебе по челюсти заеду.
– Ты можешь… – с усмешкой сказал Мазуев, как раз в момент, когда его освободила и отошла к двери. Он с сожалением глянул на свой букет и вновь протянул его мне, но уже на расстоянии. – Возьми подарки.
– Там у контейнеров в это время бомжи тусуются. Им будет приятно.
– Хм… – Олег прошел чуть по коридору и оставил свои подарки на сундуке, в котором соседка хранила картошку.
– Когда тебе понадобится моя помощь, я припомню этот случай, и ты пожалеешь обо всем, – процедил он и пошел дальше. Смотрела ему вслед, а потом крикнула:
– Сергей!
Он обернулся с усмешкой на лице, чем взбесил, но все же решила просветить его.
– Я уважаю только мужчин, которые играют честно и уважают не только себя, но и других, а особенно своих женщин. Ты не подходишь ни к одной категории. Да и зачем тебе я? Эмоции и воспоминании? Не верю. Это так… школьные годы. Не думаю, что у тебя вдруг проснулись чувства.
– А если я долго это планировал, даже когда был женат?
– Тогда я тебе сочувствую. Мечта у тебя была стремная и несбыточная, да даже если бы и был шанс, но ты все перечеркнул. Хотя именно твое отношение помогло мне понять, какой ты человек. Я достойна лучшего. Однозначно не тебя.
– С Рождеством, – с обидой произнес он и направился к лифту, вызывая кабину.
Не стала ждать, закрыла дверь и направилась в спальню, где весь день провела с поклейкой обоев.
Кстати, сегодня даже не ела.
Звонок в дверь заставил нахмуриться?
Неужели опять Мазуев? Он такой идиот?!
Резко открыла дверь с фразой:
– Не дошло?! Мозги туго соображают?
Встретилась с веселым взглядом Соколовой, протягивающей мне пакеты. Вручив, она задумалась на мгновение, давая понять, что обдумывает вопрос, и деловито заметила:
– Никогда за собой подобного не замечала. Хотя, с этой работой материться научилась. Бывает…
– Да она просто скромничает, – подала голос Ольга, явившаяся в белоснежной норковой шубке с пакетами, напоминая Снежную королеву. Она потрясла тортом Мазуева у нас перед носом, который, естественно, стащила с сундука. – Прикиньте, свежий! Суперский торт, должна я вам сказать. Быстрее заходим, чтобы никто не увидел и не забрал. Кстати, тут еще бутылка шампанского. Отличного шампанского! Как чуяла, ничего не покупала, кроме мандаринов и роллов, а так по бокальчику хряпнем.
– А что завтра на работу не идешь? – хмуро поинтересовалась Лена.
– Да ни за что! Бизон завтра будет отдуваться. У меня поход к врачу.
– К какому? – одновременно выдали мы.
– К вымышленному, так что можете не беспокоиться, – весело просветила нас Ольга.
– Блин, а я работаю… – с обидой протянула Лена. – Бизон специально меня поставил в смену?
– А я голодная второй день, если не считать лапшу быстрого приготовления, – заявила, решила всех загнать в квартиру. Холодно, если что.
– Ой, – воскликнули они одновременно и поспешили за мной.
– Как я понимаю букет из бордовых роз в урне – твоя работа? – спросила Ольга, снимая свою шубку, оценивая, куда ее положить.
Показала на старый шкаф, которому в обед сто лет, и призналась:
– Оскорбленного Мазуева. Кстати, его торт мечтаешь съесть.
– Неважно! Торт от этого будет только вкуснее! Мазуев… – тут она задумалась, – это тот, которого пробивала после покупки квартиры?
– Ага, – сказала и направилась в спальню, показывая свою работу.
– Светленько, – заявила Ольга. – А почему не медвежата или слоники?
– Или собачки, – предложила Лена, любительница бойцовских собак.
– Забыла предупредить, что принимаю фразы: «Супер!», «Как здорово!» и тому подобное.
– Супер! – заявила Ольга с шикарной улыбкой. – Тут будем сидеть?
– Как здорово! – поддержала Лена, сдерживая смех. – Так что?
Подруги давно уехали, а я стояла на балконе и смотрела на снежные хлопья, падающие столь безмятежно, что хотелось дотронуться до них.
Высунула ладонь, встречая теплом несколько снежинок, пока они не растаяли. Посмотрела вдаль, любуясь, как падают другие, оседая на всех поверхностях, приземляясь на заснеженной дорожке. Точно в цель!
В этот момент вдруг поняла, что сейчас должна быть не здесь. Не одна.
Неимоверно захотела быть с НИМ.
С Андреем.
Не думая, направилась в ванную, по дороге обдумывая варианты своего гардероба. Мылась быстро, желая как можно быстрее добраться до своей цели. Он там один…
Спустя сорок минут вбежала в спальню чистая и сухая. Быстро переоделась и, схватив сумку, бросилась на выход, по пути отвечая на поздравления тех, кто пускал салюты на улице. Все веселые и счастливые.
Ехала очень быстро, радуясь, что дороги чистые и свободные. Бросив машину у соседнего дома, схватила новогодний бумажный пакет с подарком и направилась к дому. Ключи у меня были, поэтому открыла сама на тот случай, если Андрей спит.
Не спал.
Бесстрахов стоял у двери, наблюдая за мной, дожидаясь момента, пока открою. Когда справилась, он направился ко мне и, захватив в объятия, поцеловал.
Господи, как он целовал! Сходила с ума, удивляясь, что без этого могла жить. Мне так не хватало его рук, губ, слов…
Мне его невыносимо не хватало!
– С Рождеством… – прошептала в губы, стоило ему меня отпустить.
– И тебя… – услышала в ответ и вновь ощутила его губы, ласкающие мои. Неистово отвечала, не в силах насытиться. Я так соскучилась, что стала раздевать его, когда в дверь позвонили.
Сглотнула и вцепилась в одежду мужчины, только сейчас понимая, что Андрей в форме. Но что порадовало: как и я, Андрей с трудом держался, чтобы не продолжить.
– Гости? – хрипло спросила, надеясь, что это пьяный сосед, на которого можно наплевать.
– С работы… – сухо произнес Бесстрахов.
Моментально поняла, что праздник отменяется.
– С работы? Тебя вызвали?
– Да, – выдал он и, отпустив меня, подошел к комоду, хватая телефон и пряча его в карман брюк. – Два пропущенных.
– Но куда вы?
– По работе. Есть огромное желание посадить одну мразь, но все он слетает с крючка. Сегодня мы нацелены на результат.
Котов.
Сто процентов.
По телу прошла дрожь.
Опять!
Вновь позвонили.
Андрей резко открыл дверь, пропуская в квартиру коллегу, в котором узнала беспардонного Мазуева Сергея. Заметив меня, он непонимающе нахмурился и с удивлением выдал:
– Кристина…
Андрей резко развернулся и посмотрел на меня. На его лице увидела растерянность и вопрос. Я же, убирая все эмоции, заставляя себя никак не реагировать, совершенно спокойно с улыбкой проговорила:
– Вы ошиблись. Я Светозара.
– Светозара? – тут Сергей состряпал виноватое лицо и кивнул. Притом я видела, что мужчина сдерживает ухмылку, ему было весело. Еще бы, он ведь считает, что подловил меня. – Простите, перепутал. Вы очень похожи на одну мою хорошую знакомую. Уже столько лет не виделись, а раньше так тесно общались.
– Бывает, – ответила, понимая, что этот козел собирается меня шантажировать. Как будто у меня проблем было мало, так еще одна добавилась. И что мне так «везет» в последнее время?
– Приятно познакомиться! Я Сергей Мазуев, – произнес Сергей с шикарной улыбкой, давая понять, что очень рад происходящему, не скрывая своего восторга. – А вас?
– Светозара, – ответила ему, не представляя, как все буду вывозить. Может, похитить Мазуева и закрыть в подвале дачного дома где-нибудь до лета? Ему бы не помешало.
– Ты пришел за мной или общаться с моей невестой? – недовольно выдал Андрей и приблизился ко мне, обнимая за талию. Так сильно, собственнически, что не смогла сдержать улыбку. Он ведь действует на эмоциях, неосознанно защищая свое.
– Ох, какой грозный! Говорю же… показалось, – со смехом произнес Мазуев и подмигнул. – Чтобы исправить это недоразумение, может, после штурма посидим где-то? Праздник тем более. Ну, или завтра.
– У нас свои планы, в которых тебя нет, – категорично выдал Бесстрахов.
– И сколько вы встречаетесь? – вдруг задал вопрос Сергей, прожигая меня взглядом.
– Мы опаздываем, – произнес Андрей и прижал к себе. – Прости. Он бывает наглым.
– Ничего, – беспечно ответила, желая сбросить Мазуева с лестницы. Задержался. Повернулась к Андрею и обняла за шею. – Ты надолго?
– Вероятно, нет, – ответил мой мужчина, но вдруг вмешался Мазуев.
– Как же нет? До утра придется. Нам же весь клуб шерстить в поисках наркоты. Сигнал поступил, так что не отмажутся.
– Много говоришь. Ты иди, я сейчас выйду, – заметил Андрей.
– Теперь понимаю, почему ты не отвечал на мои звонки. С такой-то женщиной!
– Сергей Олегович, вы можете идти, я сейчас спущусь, – уже с рычанием выдал Бесстрахов, инстинктивно сжимая меня еще сильнее. Я же к нему, так как видела в этом непреодолимую потребность. Вдруг появилось ощущение, что скоро между нами все закончится, и от этого хотелось выть.
Дверь хлопнула. Сергей, наконец, свалил, притом очень громко.
– Прости, что так тебя встретил. Обещаю, завтра отдохнем, – прошептал Андрей мне в губы, слегка лаская, на что отвечала, не в силах отказаться от его ласк. От них мое тело погружалось в теплоту.
– Не переживай, я буду ждать тебя, – прошептала и улыбнулась, понимая, что улыбка вышла дерьмовой. Но с Андреем мне было тяжело контролировать свои эмоции.
К сожалению, я… влюбилась. Допустила грубейшую ошибку, от которой могла пострадать не только я, но и моя сестра.
Но разве можешь заставить сердце?
Если только вырвать его и перестать дышать.
Через три минуты я стояла на балконе и смотрела, как он отъезжает, с яростью сжимая телефон. Выдав стон, похожий на рев раненой волчицы, я стала быстро набирать нужные цифры.
Котов не брал.
Как всегда!
И как его предупреждать? Вот как?!
Мысленно?
Хоть бы раз взял. Но нет же! Нужно тащиться к нему и спасать его плешивую шкуру, рискуя всем. Как же это надоело!
И вновь стала названивать.
Как назойливая поклонница, мечтающая о свидании, что невероятно раздражало.
А может, наплевать на все? Вот просто НАПЛЕВАТЬ.
Котов не выполнил своих обещаний. Три дня назад у Саши остановилось сердце, но медикам удалось спасти ребенка. Ситуация на данный момент критическая. Я сразу же позвонила Котову, но он проигнорировал мои звонки и сообщения, поэтому пришлось ехать в клуб. Там он не сильно порадовался моему приезду, но выслушал все, что я хотела ему сказать.
Только подумала собираться в путь, когда услышала голос Кота:
– Что опять?
Нормально! Он считает, что я просто так ему звоню? Мне же делать нечего, только вот названивать ему, ненаглядному отморозку.
– Да мне бы хотелось, чтобы тебя загребли, раз ты до сих пор не выполнил свое обещание. Саша умирает, если вдруг забыл.
– Не скули. Я договорился. В ближайшие дни девчонка полетит в Индию, где ей сделают операцию.
Не верилось.
Неужели?
Саше сделают операцию…
– Это точно? – спросила, желая услышать подтверждение.
– Да.
– Тогда… – выдавливала из себя слова, – к тебе едут со штурмом.
– Не понял, – рявкнул он.
– Что непонятного? В твой притон мчится полиция, в том числе Бесстрахов.
– У нас закрытая вечеринка, – лениво бросил мне, будто его комментарий может что-то исправить.
– Да хоть какая! Поступил анонимный звонок.
– Понял, – рявкнул он и только хотел отключиться, когда я громко ему помешала:
– Я уже дважды помогла.
– И что?
– То.
– Хочешь, чтобы отменил все?
– Ты не посмеешь. Я сделала свою работу.
– Срок не прошел.
– И когда он должен пройти? Мне сложно быть Светозарой, когда встречаются те, кто меня знает. Андрей – не дурак, а знакомых очень много, что я не успеваю врать. И если это вновь случится, я… не смогу подставляться.
– Меня не волнует.
– Ты мозг включи! Андрей может спокойно прикинуть, кто его придает, как только узнает, что имя ненастоящее. Копнет глубже, и все встанет на свои места. Я уже говорила, что не буду ломать свою жизнь ради других, тем более тебя.
– Твоя девчонка…
– Я выполнила свои обязательства. Выполнила! Отпусти меня, пока Бесстрахов все не выяснил.
– Успокойся. Мне нужно… – тут послышались шаги, и он стал давать указания, рявкнув мне: – Подожди.
Через три минуты я услышала:
– Я тебя отпущу, но ты должна выполнить мое задание.
– Какое задание?
– Ты должна подложить вдову под одного чела.
– Я?! Ты в своем уме? – возмущенно выдала, удивляясь его наглости.
– Фильтруй базар! Я тебе не твой Бесстрахов. Обработай телку и проконтролируй.
– Я тебе не мамка.
– Значит, и дальше будешь ублажать своего полковника. Или ты, или она. Решай.
– Ну ты и мразь! – процедила, ощущая ярость, накрывающую с головы до ног.
– Не расстраивайся, дорогуша. Она девочка послушная, но тупая.
– Кто она?
– Неважно.
– Я все равно узнаю…
– Сурикова Анна.
– Сурикова… – повторила, вспоминая, где я слышала эту фамилию. Вдова… Что-то очень знакомое. А если… Тут вспомнила разговор с Андреем. Неужели, Кот говорит про жену Сурикова Антона, вместо которого сейчас работает Бесстрахов? Нахмурилась, стараясь отогнать гнетущие мысли и спросила: – Она работает на тебя?
– Тебя это не должно волновать, только сделать так, чтобы она выполнила мой приказ.
– И кто ее жертва?
– Я скину адрес вдовы. Завтра поедешь к ней и пообщаешься.
– Но я…
Пиликающие звуки были мне ответом. Сжала трубку и покачала головой. Как же меня бесила вся эта ситуация.
Спрятала телефон в потайной карман сумки и плюхнулась на диван, пытаясь понять, зачем Котов использует жену погибшего. И если она уже выполняла его задания, то какие? Муж ведь умер…
Слежка и предупреждение?
Раз Суриков так мешал Котову, вполне возможно, что он убрал его. Только Кот это сделал не своими руками: либо охрана его постаралась или жена Антона. Одно из двух. В естественную смерть я не верила, даже не зная причины.
В любом случае завтра с Суриковой пообщаюсь и попытаюсь максимально узнать, как она оказалась во всем замешана и кого ей нужно соблазнить с прямыми доказательствами.
На глаза попалась нарядная елочка.
Моментально вспомнила слова Андрея о том, чтобы подарок искала на ветках. Спустилась на пол и стала внимательно смотреть, пока не увидела на дальней ветке бордовую коробочку. Маленькую такую, что обычно дарят с драгоценностями.
Потянулась и взяла ее.
Если честно, не смогла сразу открыть. Лишь когда в десятый раз себя убедила, что там не может быть кольцо, открыла крышку и застыла на месте.
Помолвочное кольцо.
Облизнула пересохшие губы, всматриваясь в желтое золото с голубым камнем в виде бутона, от которого тянулись лепестки. Невероятно красивое!
Покачала головой и закрыла коробочку, понимая, что это необходимо. Все хуже, чем я предполагала. Бесстрахов решил сойтись с милой сожительницей, желая семью, детей и счастье.
Молодец, конечно, но зря.
Хорошие планы на такую расчудесную кандидатуру могли бы порадовать, если бы только она не была фальшивой. Но идеальная кукла была соткана изо лжи.
Смотрела на коробочку и представляла кольцо, не желая вновь любоваться изящным оригиналом. Я не могла его надеть. Никак. Все наши отношения – фальшь, ни слова правды. Куда еще больше нагнетать?
Вернула коробочку на место и задумалась.
Нужно переговорить с этой вдовой и узнать, на что она готова ради своей цели, а она у нее точно есть, раз связалась с Котом. И еще… нельзя забывать про Мазуева. Однозначно, он планирует шантажировать меня.
Этого не могла допустить.
Пришла пора разгребать все проблемы, или я в них утону.
Легла на диван и закрыла глаза. Завтра будет новый день, а сейчас я просто немного полежу, чтобы свеженькой и добренькой встретить своего невероятного мужчину, которого в очередной раз обманула.
Осталось совсем немного времени для НАС.
И начались лютые морозы. Вчера еще минусовая температура радовала, а сегодня с утра натягивала на себя как можно больше одежды, чтобы не обледенеть. Дернула шапку на лоб, чтобы сильно не палиться перед камерами, и увлеченно стала любоваться рыхлым снегом под ногами. Двигалась по указанному адресу, планируя застать вдову дома. К моему удивлению, оказалось, что ее дом находится поблизости с детским домом.
Неожиданно.
Хотя… не хотелось светиться у дома вдовы.
Пиликнуло сообщение и поспешно посмотрела на смарт-часы, которые передавали всю информацию с телефона.
«Куда сбежала? Мы так и не поговорили…»
Поговоришь тут, когда нельзя.
Андрей вернулся спустя три часа. Видела, что расстроенный, поэтому постаралась успокоить его как могла, особенно после намека на подарок, который ожидал на новогодней елочке. Не дала возможности договорить, закрыла рот поцелуем, и дальше нам уже было не до всего. Поспала два часа и поднялась, желая все разузнать, рассчитывая на помощь Ольги, но она не понадобилась. Кот сбросил адрес и телефон вдовы.
Прошла на первый этаж и нажала на кнопку звонка у нужной двери.
Хозяйка не ответила, поэтому пришлось звонить еще несколько раз.
Послышались шаги сверху. Кто-то спускался по лестнице.
Через мгновение я увидела женщину с огромными очками, придерживающуюся при ходьбе за перила. Примерно за шестьдесят, в длинной куртке серого цвета с жирными пятнами на груди, на голове повязана шаль, а в руке сумка приличных размеров. Глянув на меня, она с прищуром спросила:
– Вы к медсестре?
– Да, – ответила и покашляла в кулак.
– Стучите, она тяжело встает. Вечно к ней не достучишься, помереть так можно.
Как только женщина вышла на улицу, я вновь позвонила в дверь.
Спустя долгую минуту дверь открылась и увидела высокую брюнетку с кукольным лицом. Она сонно смотрела на меня, а потом раздраженно протянула:
– Что нужно?
– Я от Кота, – сказала и оттолкнула ее, пропуская себя в квартиру. Не тут же болтать. Да и вдова не отличалась гостеприимством, а мне не хотелось после мороза торчать на лестничной площадке.
– Да хоть от дьявола.
– Одно и то же, – буркнула и сняла ботинки, отмечая чистоту на полу и полках. Не зря она медсестра, все чистенько.
– Я не приглашала вас в квартиру.
– А я не спрашивала разрешения, – ответила и уверенно прошла в гостиную, попадая в просторную комнату в светлых тонах. Кстати, обстановка довольно хорошая, мебель дорогая и стильная.
Приблизилась к шкафу, чтобы ближе рассмотреть фотографии. Они многое могли рассказать о тех, кто запечатлен на них. К моему удивлению, на снимках везде красовалась только милая медсестра. Мужа нигде не видела. Да и вообще, ничто в квартире не напоминало про Антона, будто и не было его никогда.
Странно. На безутешную вдову точно не походила.
Сколько времени назад он умер? Два месяца назад? Пошел третий?
Всего ничего…
Подошла к работающему ноутбуку и увидела переписки на сайтах знакомств. Вероятно, с ночи ком работает, а женщина, как проснулась, поспешила к нему, а не мне открывать.
И ничего особенного в переписке не нашла, все по стандартному сценарию: она скучает, а он… с утра разводит зазнобу на интимные фотографии. Не отношения, а мерзость.
– Ты кто? – услышала вопрос в спину.
– Для тебя Светозара, – ответила, не желая светиться, замечая фотографию без рамки, одиноко скучающую рядом с небольшой статуэткой керамической кошки черного цвета.
– Что нужно?
– Меня отправил Котов, – ответила и посмотрела на нее. – Забыла, на кого работаешь?
Женщина побледнела и села на диван молочного цвета. Поправила черные волосы и надула губы.
– Я не знаю, как быть, – обиженно начала она. – Стас не ведется на мои сообщения. Плевать ему.
– Кто такой Стас?
– Ну, – Анна поправила полы халата, – друг Антона.
– Его нужно охмурить? – уточнила я, желая понять, что от вдовы требуется и зачем.
– Да. Притом так, чтобы жена бросила.
– Жена… – повторила, хмуря брови. – А кто у нас жена?
– Да дура одна психованная. Не понимаю, как Кувалов мог повестись на эту мужланку.
Задалась вопросом, что Анна под этим словом понимает.
– Видела ее?
– Нет.
– Тогда откуда такие мысли?
– Ну, насколько знаю, Антон говорил, что она мастер по единоборствам. Дура, помешанная на спорте.
Стало неприятно.
– Всяким?
– Ну да, вроде как помешанная на них. А если занимается, значит, с головой не так.
Повела челюстью, удивляясь логике, и решила перевести беседу в другое русло.
– Почему ты работаешь на Кота?
Девушка вскочила с дивана и, уперев руки в бока, резко выдала:
– Почему ты у меня спрашиваешь, если от него? Значит, обманула! Кто ты такая?!
Истерика взбесила. Сделала шаг к ней и резко сказала:
– Рот закрой и сядь, истеричка! Я задала вопрос, значит, хочу услышать на него ответ.
Мой тон вернул Сурикову в реальность. Вдова насупилась и вновь плюхнулась на свой светлый диван. Проводив ее взглядом, вернулась к фотографии без рамки, где были запечатлены две девушки. Замечу, очень похожи, вероятно, сестры. Повернула снимок и на обратной стороне увидела приписку:
«Последнее лето, когда мы были счастливы…»
– Сестра?
– Не нужно трогать! – рявкнула она и бросилась на меня, на что, естественно, среагировала, откидывая фотку и блокируя захват, выкручивая руку, прижимая ее к стене.
– Я тоже из помешанных на ударных единоборствах. Не рекомендую на меня нападать.
– Я… поняла.
Отпустила ее и вновь подошла к комоду, подбирая фотографию.
– Так это твоя сестра?
– Да, моя! Моя сестра, которую Кот похитил. Разве не знала?
Моментально застыла на месте. Этот подонок похитил девушку?
– Это точно?
– Она у него работала в баре.
– Кем же?
– Я не знаю, официанткой вроде, а потом пропала. Она у меня бунтарка, всегда все делает так, как хочет. Я искала ее, но тщетно; обращалась в полицию, но никто не помог. Всем плевать. После появился Кот и сказал, что Вика должна ему большие деньги и что я могу помочь ей выплатить их, если выполню его задание, так как она сама не справится. Я согласилась.
– И что? Что потом?
Анна покачала головой и злобно выдала стон отчаяния.
– Я уже все выплатила с лихвой, Кот был мной доволен, но сестра влезла еще во что-то, украла важный товар. Я не хотела больше помогать, но она так умоляла, обещала больше не колоться. И теперь мне пришлось идти к Коту и просить…
– Она наркоманка?
– Нет! Она поняла, что совершила ошибку. Просто так получилось…
– И теперь…
– Мне необходимо уложить Кувалова в постель, запечатлеть все и бросить эти фотографии в лицо его жене.
Оставила снимок в покое и сложила руки на груди, оценивая физические данные уверенной медсестрички. Как-то она себя переоценила.
– Я бы не советовала спортсменке по единоборствам кидать фотографии измен в лицо. Можно и без лица остаться.
– Я готова на все что угодно ради сестры. Сестра дороже всех.
– Понимаю… – пробормотала, тут же добавляя: – Только не потеряй себя…
– Так что, зачем ты пришла? – спросила она.
– Чтобы… все узнать. Получается, он удерживает ее в клубе?
– Да.
Стало мерзко. И мне нужно подложить ее под мужика, когда она старается ради сестры?
Вот же черт!
– Давай сделаем так: я разузнаю, где она, и помогу ее освободить.
– Ты? Смеешься? Я подписалась. Я обещала Коту и должна выполнить. Он не даст нам жить, если не справлюсь.
– Он не отпустит… – четно сообщила свое мнение.
– Отпустит. Так уже было…
– Тебе так показалось…
– Нет.
– Хорошо, я узнаю, где твоя сестра и…
– Зачем? Мне нужно другое! – Анна жестикулировала, давая понять свое волнение. Неужели она действительно верила Котову?
– Ладно, я предложу несколько вариантов, как затащить в постель твоего Кувалова, а ты успокоишься и будешь делать только то, что скажу.
– Да как затащить, когда он в вечных командировках. Стас – спецназовец. Его нет в городе.
– А Кот знает об этом?
– Да. Наверное. Не знаю. Понимаешь, Стас приезжает на несколько дней, а у меня не получается затащить его в постель. Он сразу к жене бежит, а ведь они даже не спят.
– Не спят?
– Не спят. Я видела ее медицинскую карту. Моя подруга имеет доступ…
– Они не спят, а ты не смогла затащить его в постель? – на всякий случай уточнила, чтобы понять, не показалось ли мне.
– Да он, как расписался с ней, так больше не гуляет, хотя еще тот донжуан.
– Значит, влюбился…
– В кого?
– В свою жену, – уверенно заявила и села на диван. – Рассказывай…
Вырядилась куклой, что было необходимо, хоть и раздражало. Замечу, в последнее время я совсем привыкла к платьям, юбкам и сарафанам, что удивительно, но в шортах, брюках и джинсах было куда предпочтительнее. И еще этот парик. Сегодня я жгучая брюнетка в экстравагантном черном обтягивающем костюме. Лично купила это безобразие, рассчитывая на отменный результат.
Отпила ананасовый сок и посмотрела по сторонам.
Все как нужно.
Полный зал пьяных посетителей.
Глянула на часы.
Четыре утра.
Андрей, вероятно, уже давно спал. Он в командировке в Таре, чем воспользовалась, желая узнать про сестру Анны. Меня очень смущал рассказ Суриковой, поэтому решила проверить.
Вновь глянула на охранника, которого планировала соблазнить и усыпить и, когда он двинулся ко мне, поняла, что преуспела в своем деле. Попалась рыбка на наживку.
– Скучаешь? – обратился ко мне лысый здоровяк с разбитой губой. Кто-то постарался.
– Если ты рядом, то нет.
– Нравлюсь? – самодовольно уточнил он, демонстрируя желтые зубы и проксимальный кариес.
– Так сильно, что хотелось бы ощутить тебя прямо сейчас, – заигрывающее ответила, пальчиками двигая по шее. Стоит заметить, что декольте у меня было зачетное.
У парня потемнели глаза. Он раздувал точеные ноздри, гипнотизируя взглядом. Когда ему кокетливо улыбнулась, почесал затылок и осмотрелся по сторонам.
– В подвале есть комнаты, которые можем использовать, – прогрохотал, радуя меня. Я именно этого добивалась.
– Я «за»… – пропела, желая вскочить и потащить его туда, но сдерживала себя. Девочки так себя не ведут, впрочем, как и не шастают в таких заведениях, так что оценивала по ситуации.
– Ты это… идешь? – уточнил мужчина и вновь посмотрел по сторонам.
Кого-то ждал или просто не желал, чтобы видели, как он на рабочем месте таскает посетительниц в подвал для интимных целей? Скорее всего, второй вариант.
– Только об этом и мечтаю… – мило пропела и подалась к нему.
– Здесь нельзя, – буркнул он и отвернулся.
А то я не знаю!
Наивный чукотский мальчик.
В общем, мужик пошел вперед, а я следом. Насколько поняла, по переписке барменши, которая наблюдала за всем происходящим в клубе и весело описывала в своем канале, охрана не работала, а отдыхала, что решила использовать в своих целях.
Остановились перед железной дверью с электронным экраном. Здоровяк согнулся и толстыми пальцами, напоминающими сосиски, вбил цифры на кодовом замке. Внимательно отслеживала каждое нажатие на тот случай, если придется вытаскивать сестру Анны из этого погреба. Да и мне нужно как-то выбираться. Фотографии Вики я просмотрела и с собой прихватила, чтобы понимать, кого искать.
Начали спускаться. Запах стоял невыносимый: смешанного парфюма, спермы, конопли и нечистот. Появилось непреодолимое желание стукнуть охранника, но воздержалась. Вот как этот идиот додумался девушку привести в такую дыру? Он сам, что курит, раз такой тормоз?
Приблизившись ко второй двери по левой стене, здоровяк прислушался и толкнул ее, а я любовалась потолком и стенами коридора в поисках камер. Ни одной! Понятно, почему здоровяк сюда притащил бабу. Никто не заметит. И да, он меня вел в фойе по левой стороне с той целью, чтобы на камеру не попали.
Мужчина приблизился к кровати и нагнулся, проверяя матрас. Даже рот открылся от порыва засмеяться.
Серьезно?
Проверял, насколько прочный? Планировал прыгать и скакать на нем?
Быстро приблизилась и вырубила мужика ударом в затылок, проверяя на всякий случай пульс.
Дышал.
Вот и замечательно!
Связав охранника собственным брючным ремнем, применяя двойную нерастягивающуюся петлю, воткнула ему в рот грязную тряпку, что нашла на тумбочке, и осмотрелась. Комната походила на красную клетку гейши. Картины с камасутрой, занавески на спинках кровати и зеркала на потолке и стенах. Не знаю, как у клиентов, но мне хотелось поскорее сбежать из этого притона.
Усмехнулась и поспешно вышла из комнаты, двигаясь дальше, где с двух сторон находились номера с проститутками. На каждой двери имелся небольшой стеклянный ящик, где лежали карточки. Как оказалось, на них были запечатлены обнаженные фотки девушек, и на каждой двери своя. Насколько понимала, клиенты выбирали дам.
Прислушиваясь к каждой двери, я просматривала фотографии, двигаясь дальше. Кое-где было занято, там громко занимались делом. Порой казалось, что кого-то режут. Если бы не стоны мужчин, то, вероятно, бы проверила, а так решила воздержаться.
Прошла все и остановилась у второй железной двери. Видимо, она вела в следующую зону комнат. На ней находился кодовый замок. Подошла и нажала ту же комбинацию, что и здоровяк на первой двери в подвал, тут же слыша щелчок.
Открылась.
Осмотревшись по сторонам, вошла, ужаснувшись тому, что увидела. Это ведь клетки, а не комнаты. Будто тюрьма, с койками и унитазами, даже без столиков. Девушки в рваных тряпках лежали на грязном полу, а кто все же на койках.
– Вика. Вика, ты здесь? – спросила, надеясь услышать отклик.
Никто не отвечал. Да и вид у девчонок оставлял желать лучшего. После дозы здесь отдыхают? Прошла несколько раз по всей территории и увидела более-менее адекватную девушку в серой тунике. Она сидела у стены и что-то шептала себе под нос. Достала фотографию и протянула ей, вложив в руку.
– Ты ее видела? – спросила, присаживаясь на корточки.
Девушка не реагировала, лишь когда в третий раз спросила у нее, тыча фотографией в лицо, она наконец-то посмотрела. Долго так, щурясь, будто вспоминая.
– Она… – сказала и замолчала.
– Ты ее видела?
– Она спит… Спи-и-и-т.
– Спит? Где спит?
– Безмятежно и без боли…
– Где спит? Она живая?
– Мертвые не могут быть живыми… – прошептала она и начала смеяться. Да так громко, что забеспокоилась, что ее могут услышать. Просунула руку и попыталась закрыть ей рот, но девушка вдруг сама успокоилась, начиная трястись.
Конвульсии?
– Э, что с тобой? Что?! – спросила, пытаясь привести ее в чувство. В следующую секунду у девушки пошла пена изо рта, что меня еще больше обеспокоило.
– Вот же черт! – воскликнула и бросилась к двери клетки, доставая связку отмычек. Не электронная, к счастью, а с таким справлюсь за несколько секунд.
Открыла и быстро вошла, пораженно улавливая момент, как девушка со стоном потеряла сознание.
– Э, так не пойдет, – буркнула себе под нос и положила больную набок, чтобы не захлебнулась своей пеной.
Или у нее эпилепсия?
Схватив пальцами за челюсть, начала осматривать девушку, понимая, что все мышцы напряжены. Да и что тут думать? Голова запрокидывается, стеклянные глаза, зрачки расширены, синюшная кожа – все признаки налицо. Еще она ноги вытянула, а руки согнула в локтях.
Диагноз напрашивается сам собой.
Достала платок и положила между челюстями пленницы, во избежание прикусывания губ или языка. Глянула на время, засекая продолжительность приступа, и покачала головой.
Вот черт!
Она такими темпами долго не протянет.
Нужно вытаскивать.
Но как?
Идти с ней тем же ходом, что пришла, самоубийство. Ее точно заметят.
Достала телефон и написала Ольге:
«Дай сообщение об акции в интернете, что любые напитки за счет заведения всем, кто пробьется сквозь охрану клуба за десять минут. Мне нужна толпа сопляков и отморозков, чтобы выйти из подвала».
Ответ пришел незамедлительно:
«Ты пьяная?»
Я ее разбудила? Обычно не задает глупых вопросов.
Надула щеки и поспешно настрочила:
«Срочно! Не пались только».
Ответ Ольги поступил через 5 секунд.
«Работаю. Ты у Кота».
Так я и не поняла, она спросила или утвердительно сообщила мое местонахождение?
«Да. Поспеши», – ответила и глянула на девушку. Мышцы стали отходить. Хорошо.
Отошла и осмотрелась по сторонам.
Неужели здесь нет выхода? Это же подвал. Те коридоры проходные и все заканчивается здесь. Значит, должен быть запасный выход.
Поднялась и вышла из клетки, начиная все осматривать, пока не увидела дверь. Закрытую.
Улыбнулась и достала связку.
Открыла дверь и быстро вернулась, хватая девушку, помогая ей выйти. Мороз нас встретил с распростертыми объятиями, замораживая с первой секундой. Мы уже вышли, когда увидели мужчину у мусорного бака. Курил. Увидев нас, он поперхнулся сигаретой и стал откашливаться, я же посадила девушку у стены, которая вроде как оклемалась, и направилась к нему. Кстати, на нем была хорошая курточка. Теплая.
– Ты как вышла? – с возмущением рявкнул он. Тут его взгляд переключился на пленницу, которую вывела, и он все понял. – Тебе кто позволял?
Улыбнулась, как раз приблизившись, и моментально перехватила руку мужчины, дергая на себя, перекидывая через плечо. Чтобы не доставил проблем, приложила его к очищенному от снега асфальту и заломила руку, раздумывая ломать ее или нет. Был страх, что очнется и устроит мне проблем, а мне бы не хотелось.
– Или ломаю руки и ноги, или лежишь тихо, – предложила ему вариант, замечая наручники в кармане его куртки. Задумалась на секунду, а в следующую секунду стянула теплую одежду, вытаскивая наручники и быстро накидывая на кисти мужчины, не дожидаясь ответа. В рот затолкала платок.
Теперь нужно сбегать.
Вернулась к девушке и, накинув на ее плечи куртку мужчины, повела по дороге, придерживая, так как она с трудом шла. Оглядывалась по сторонам, пока не услышала вибрацию.
Посмотрела на экран и счастливо улыбнулась.
Ольга.
– Я за углом. Давай быстрее.
– Иду… – прошептала, радуясь, что она приехала, хоть я и не просила. Так бы примерзла. И не только я. Свою верхнюю одежду я оставила в гардеробе, чтобы меня пропустили. Хорошо, что не мое, но все же. Так и окоченеть можно. Про девушку и говорить не стоило. Она замерзла.
Мы прошли до угла. Я прибавила шагу, не желая заморозить девчонку. Открыв дверцу, уложила ее в салоне, накрывая пледом, который всегда имелся у Оли в машине, и пересела на переднее сиденье. Через секунду машина рванула вперед.
– И что, собралась околеть? Куртку мою возьми. Специально сняла для тебя, а я в теплом свитере.
– Нет. Я так.
– Быстро или высажу вас, – не сказала, а прорычала.
«
Отмечая взглядом, что я справилась, Степанова протянула:
– И все же ты погоду видела? Не май.
– Так получилось.
– Ты безбашенная. Это ведь недалеко замерзнуть.
– Понимаю, – согласилась с ней.
– А что с этой? – спросила, кивнув в сторону девушки.
– Одурманили…
– И теперь куда?
– Не знаю… Опасно в больницу, да и в полицию тоже. Ей нужно прийти в себя, а потом уже будем решать.
– Тогда едем к Надежде, – со вздохом заявила она и потянулась к навигатору, забивая адрес. Следующая фраза прозвучала громко: «Маршрут перестроен».
– Надежде? – уточнила, чтобы понимать, куда едем.
– Да, у нее неофициальный приют.
– А ты откуда знаешь?
– Да так… – Ольга нахмурила брови. – За городом живет. Ты все увидишь.
– Думаешь, она будет рада?
– Когда она ставит их на ноги, то потом от нее уже редко уходят. Помогают ей с сувенирами для продажи.
– И зачем?
– Она когда-то в этой шкуре побывала, вот и помогает.
– Тогда понятно…
Через тридцать минут мы выехали из города, а потом около часа ехали до места назначения. Районный поселок был небольшой и темный, так как не работали светильники на столбах. Вероятно, никто не шастает ночью, как мы. Что удивило, Ольга ехала точно, будто всю жизнь ездила по этой дороге.
– Ты здесь частый гость? – не удержалась от вопроса.
– Ну, подкидываю ей иногда некоторых.
– Бомжей?
– Бомжей? – она начала смеяться. – Я тебя умоляю. Таким… помощь не нужна, их все устраивает. Только тех, кто хочет вылезти из дерьма.
– А как вы познакомились?
– Мы? – тут она вздохнула. – Она врач.
– Врач? – повторила, удивляясь информации. – То есть она врач, который теперь нянчится с проститутками и наркоманами?
– Зря ты так. Она первоклассный врач. Только вот случилась беда. Так получилось, что сложную операцию проводил кандидат наук, врач высшей категории, а Надя ассистировала, то есть была вторым врачом, разделяющим с хирургом ответственность за качество выполнения операции. Не знаю, что именно там произошло, но старуха угробила девочку и виноватой выставила Надю.
– Но как же…
– Да вот так, – буркнула Ольга. – Не только девочку жизни лишила, но и на Надюхиной крест поставила.
– Что дальше?
– Туго ей пришлось: все отвернулись, и муж в том числе, выставив из квартиры, которую эта влюбленная дуреха записала на него, и лишили лицензии врача. В общем, так Надя оказалась на улице.
– А ты… как там оказалась? – спросила, пытаясь понять, как они сдружились.
– Так… Я как раз встряла в одну нехорошую ситуацию. Это еще до тебя было. В общем, недовольные отказом Бизона, что пришлось озвучивать мне, выродки решили высказать свое недовольство мне после работы.
– Тебе?
– Мне. Так сказать, гонцу с плохой вестью.
– И что?
– Да то, что все пошло не по плану, как им хотелось. Возможно, они хотели припугнуть, а я случайно сумкой заехала парню в нос и сломала.
– Сумкой? – весело уточнила. – Ты там кирпичи хранила?
– Нет, всего лишь две гири. Небольшие. Как раз на обеде купила, чтобы дома заниматься.
– И как, занимаешься? – весело поинтересовалась.
– Это ты говоришь той, которая покупает абонемент на год в фитнес-клуб и ходит туда максимум два раза в месяц.
– Тогда понятно.
– Но гантели я использовала в этот же день, так что когда парень завыл, на что второй озверел и ударил ножом. Когда увидел, что натворил, он схватил братца под мышку и убежал, оставив меня в проходе рядом с помойкой. Вот так мы познакомились.
– То есть?
– Надя там грелась…
– Как удачно…
– Это да. Там ночью на самом деле безлюдное место, поэтому истекла бы кровью и все, окочурилась, а тут Надя … голодная и холодная, с золотыми руками. Она выползла из своего убежища и оказала первую помощь и вызвала скорую.
– Какая интересная история.
– Ага, каждый раз, как вспоминаю, глаз начинает дергаться, – заметила она и добавила: – Мы почти на месте.
Подъехали к деревянному забору, державшемуся на добром слове, повалившемуся в сторону, за которым прятались два дома. Ветхих, конечно, но жилых. Хотя, вполне возможно, нормальные. Откуда мне знать, как в районах и деревнях подразделяют дома? Что тут считается нормой, а что упадком? Я точно знала лишь одно: интернет в области оставлял желать лучшего. Еще раз осмотрелась, отмечая везде снег и узкую тропинку, и задумалась. Насколько понимала, два участка объединили в один большой.
Ольга открыла калитку, а я вытащила из машины девушку и подхватила ее подмышки. Слыша, как стучит зубами, поторопила Степанову:
– Иди вперед, чтобы живее нам открыли.
– Я же помочь хочу, – не согласилась она.
– Тропинка узкая, втроем не пройдем. Снега столько, что можно утонуть. Ступай вперед, буди свою Надю.
Пока дошли, как раз Ольга достучалась и перед моим носом распахнулась дверь. Стало легче, так как мне уже помогали.
Так мы оказались в теплом доме, где уже через двадцать минут добрая хозяйка согревала нас горячим чаем с сочными чебуреками, задавая вопросы:
– Сколько времени она находится в наркотическом состоянии?
Оля перевела взгляд на меня, чем смутила. Пожала плечами и выдавила:
– Я ее такую в клетке нашла, а вот сколько… это нужно будет у нее спросить, – замолчала и достала фотографию сестры Анны. – И про эту девушку узнать. Жива или нет. Что с ней сделал Кот?
– Кот? – уточнила Надежда, глянув на своего пушистого кота Мурзика, который сидел на теплой печке с закрытыми глазами и мурчал.
Улыбнулась и посмотрела на нашу спасительницу. Выглядела она невероятно плачевно, хотя могла бы сверкать. Внешние данные отличные, но то, как она обкромсала свои волосы, превращая себя в пацанку, изумляло. И таких худых я еще не видела. Даже наша пленница посправнее будет, а эта совсем тощая, будто и не питается вовсе.
Такое ощущение появилось, что специально себя уродует.
По возрасту ей примерно под тридцать лет, но вывод я сделала по печальным глазам, да и Ольга предположила цифру в машине. Если бы не знать, дала бы максимум 25 лет.
– Скотина одна… – пояснила Оля.
– Понятно. Вы не переживайте, как только она придет в себя, я все узнаю, а пока… расскажите, как у вас дела? – сказала она и улыбнулась.
Шла домой с сумкой, когда увидела Сергея. Караулил у двери.
Замечу, что удивляться тут было нечему. Как же прожить без шантажа «настоящим» мужчинам? Никак. Особенно этому.
Только народ вышел на работу, и Мазуев сразу же примчался ко мне со своими гадкими предложениями, в чем ни капли не сомневалась.
Покачала головой, удивляясь некоторым… убогим. Ведь в полиции работает, а встал у камеры подъезда. Вчера только поменяли их, теперь записывается голос.
Поставила пакет с продуктами на лавочку, которая находилась на детской площадке, и свистнула.
Ну а что делать? Только зазывать…
Мазуев отреагировал правильно, тут же начиная крутить головой. Я уже отвернулась, не желая палиться.
Его быстрые шаги с хрустящим звуком от снега с каждой секундой раздражали все больше. И когда он только подошел, выдавливая ехидную улыбку, я сразу перешла к делу.
– Спать с тобой не собираюсь, и мне плевать, что ты там расскажешь.
– Как ты меня знаешь! – довольно сообщил он. – И почему так решила?
– Потому что ты подлец, мразь и сволочь, так что особо не пришлось думать, когда увидела тебя у своего подъезда.
– Это не твой подъезд, а Бесстрахова Андрея.
– Да плевать чей, не твоего ума дело.
Сергей хмыкнул, будто что веселое услышал, и выдал:
– И в этом ты вся. Находишься над пропастью, а отталкиваешь руку, которую тебе протягивают.
Какие слова! Случайно, не уличным философом подрабатывает?
– Да сдался ты мне со своей рукой.
– И чем я тебе так не угодил?
– А мне никогда подонки не нравились, но, к сожалению, я им нравлюсь. Теперь не знаю, как отгонять этих назойливых мух.
– И что скажет Андрей, когда узнает, что ты выдаешь себя за другую личность?
– Что бы ни сказал, это будет касаться нас.
– Я могу…закрыть глаза на твою ложь, если будешь встречаться со мной.
– То есть спать?
– Именно! – не сказал, а пропел, уже предвкушая. – Иначе Андрей все узнает, а он мне доверяет.
– Флаг тебе в руки! Что еще от тебя ожидать? Только подлость и шантаж, – буркнула и схватила пакет, начиная движение, но мужчина остановил.
– Почему ты не хочешь дать мне шанс?
Вырвала руку и оттолкнула. Банный лист, а не мужчина. Невольно порадовалась, что судьба отвела меня от него.
– Потому что презираю тебя.
– Когда Бесстрахов узнает, он будет презирать тебя, а я бы мог молчать взамен на твое тепло…
– Ну уж нет. Так опуститься я не могу, уж извини.
– Значит, опуститься? – в его словах слышала обиду. Обиженка-переросток.
– И что не так? Вроде все по делу.
– Тогда жалости не жди! – заявил, давая понять, что напакостит. Кто бы сомневался…
– Ты и жалость несовместимы.
– Я хороший любовник!
– Пел петух кукушке…
– Хорошо, я понял. Что же… зря ты продукты купила, сегодня тебя выкинут.
– Знаешь, думаю, Андрей даже в этом поведет себя достойно. Он просто… – задумалась, представляя, чтобы я сделала в этом случае, – попросит объяснить.
– И ты честно скажешь.
– Непременно. И конечно, я не забуду о том, что ты предложил мне молчание за секс. Пусть знаешь подлую сущность товарища. Предателя нужно знать в лицо, так сказать.
– Ты не посмеешь! Андрей тебе не поверит! Он знает меня…
Коварно улыбнулась и достала телефон, включая запись нашего разговора.
Мужчина дернулся ко мне, за что получил в лицо. Жаль, что при этом я пакет швырнула на снег. Я четко слышала, что там что-то хрустнуло. Видимо, яйца.
– Не смей ко мне подходить. Мы с тобой благополучно расстались, и я не жалею об этом. Если не хочешь, чтобы Бесстрахов случайно шею тебе свернул, убирайся, пока я не призналась первая.
– Ты блефуешь…
– Не имею такой привычки… – заявила и, подхватив свой пакет, направилась к подъезду, надеясь, что не все яйца разбились. Я ведь обещала Андрею оливье, что непременно планировала выполнить.
Еще нужно спросить у Соколовой точный рецепт. Может, хватит яиц, и не придется бегать в магазин, где сейчас огромные очереди. Всем ведь нужно в последний момент, как и мне.
Узнав у Лены все ингредиенты и выслушав все рекомендации по приготовлению салата, поставила вариться яйца, которых, к моему счастью, осталось нужное количество, а именно четыре. Я бросила в кастрюльку овощи и залила водой, поставив на конфорку, присаживаясь на стул, где меня уже ждал кусок колбасы, соленые огурцы и дощечка с миской, куда собиралась шинковать ингредиенты. Зеленый горошек уже определила по месту нового жительства, теперь оставалось добавить к нему компанию.
Процесс пошел, но я делала все на автомате, задумавшись на мгновение. В последнее время обманывать Андрея стало тяжело. Постоянно врать про внезапные задержки на работе и страхи подруг было уже глупо. Да что уж там? Меня эта ахинея раздражала, а что говорить про Андрея? Он же не высказывал своего недовольства, только уточнял. Мои ответы ему не нравились, что видела по глазам Андрея, но словами и действиями он никак этого не показывал.
Порой мне казалось, что он все знает и ждет новый поток вранья. Хотя если призадуматься, то это страшно. Жить с девушкой, которая тебе бесконечно лжет – то еще счастье.
Пиликающий звонок вызвал изумление.
Рабочий телефон, который мне выдал Кот, дал о себе знать.
Прошла и достала из сумки сотовый, тут же нажимая на прием.
– Это ты была в подвале… – услышала яростный вопль Котова. Очнулся через неделю. Как-то долго…
Ух, как же он меня бесил! Невероятно.
Выскочка.
– С какой стати?
– А кто еще? Ты уложила моего охранника!
Это он про того, что в кроватку определила или во дворе на снег?
– Ты видел меня? – уточнила, с удовольствием понимая, что он ничего не докажет.
– Не доводи меня! – потребовал Кот, привыкший к беспрекословному подчинению.
– Да мне фиолетово на твои нервы и тебя, так что если по делу, то говори, если нет… не мешай мне.
– Ты забыла, на кого работаешь?
– Явно не на тебя.
– Невыносимая идиотка.
Сжала руки в кулаки, ощущая ярость.
– А я ведь стреляю хорошо… – просветила его, чтобы не расслаблялся и фильтровал речь, – и обидчивая до невероятности.
– Ты мне угрожаешь?
– Культурно просвещаю.
– Да ты… – рявкнул, закидывая свой телефон слюнями, что точно слышала.
– Не смей мне по пустякам звонить! Если тебе там что-то кажется, это не мои проблемы.
– Если я докажу.
– Доказывай! – рявкнула, планируя отключиться, когда слова заставили застыть на месте. – Я все равно найду ее и верну в клетку, где ей и место.
Не передать словами, как я мечтала его туда усадить. Желательно, пожизненно. И чем же девчонка заслужила такое скотское отношение? Тем, что его не услышала? Фашист.
– Сам с собой говоришь?
– Ты все поняла. И да, ты решила, что выберешь? Анна не выполнила свое задание.
– А как она это должна сделать, когда Кувалов в командировке? В своих мечтах или в твоих?
– Пусть подготавливает почву для удара. Или что там у вас, баб, по плану, когда мужика хотите уложить в койку? Ты-то знаешь толк.
Стало мерзко. Гад.
– Понимаю, тебе об этом откуда знать? Деньги и принуждение – добровольно никто не пожелает.
– Ты… – прорычал он, на что ухмыльнулась. Что поделать? Мне нравилось его раздражать. А он как хотел? Просто так бывает только в мультиках.
– Определись с заданием! Вчера твою девчонку прооперировали. Жива.
– Спасибо… – выдавила, понимая, что тут не могу не сказать. Саше сделали операцию! Замечательно!
– Работай! Или дальше под Бесстраховым или научи эту курицу.
– Зачем?
– Что зачем?
– Зачем тебе все это нужно с Куваловым?
– Не твое дело!
– Я ведь все равно узнаю.
– Не толкай свой нос в чужое дело. Работай, – рявкнул он и отключился, оставляя меня наедине со своими мыслями. Какой выбор…
В полнейшей тишине наслаждалась сердцебиением Андрея, лежа на его груди. Только остыли от чудесных мгновений и теперь приходили в себя.
– Как смотришь, если поедем на несколько дней на базу отдыха «Сказка»? Покатаемся на лыжах, прогуляем в сосновом бору. Там есть ресторан, аквапарк, различные мероприятия.
Идея потрясающая, но не для меня. Точно не для девушки, у которой три работы, и она уже задолбалась обманывать всех и вся.
И если все же поехать и отдохнуть?
Ага, а платить за мой кредит будет Пушкин?
Не получится, как бы не хотела.
– У меня работа, – тихо сказала, поглаживая его по рельефной груди, наслаждаясь прикосновениями. Мы так и не поужинали. Андрей пришел, и мы сразу же направились в спальню. Притом с порога. Как-то так получилось.
И все виной моя работа. Я уже не знала, что придумывать, чтобы он поверил мне, особенно когда не ночевала дома.
– Ты точно работаешь массажистом?
Накаркала.
Спросил.
Притом вопрос прозвучал довольно странно. Будто знал ответ.
Пока думала, что ответить на этот вопрос, Андрей мне помог.
– У тебя есть другая работа, верно?
– Ты меня проверяешь? – как-то тихо спросила, напрягаясь всем телом. И неважно, что он поймет. Мне необходимо было дать понять, что я расстроена.
– Предположил. И по поводу проверок… Нет. Ты моя девушка, а не преступница.
– Так что?
– Да. У меня есть вторая работа.
– Она… – тут он замолчал на секунду, обдумывая слова. – И чем ты занимаешься?
– Ничего такого, чтобы ты переживал, – ощущая, как мышцы его одеревенели, продолжила: – Все чинно и благородно.
– Я могу помочь тебе финансово, – вдруг выдал он и поцеловал меня в волосы. От такой нежности закрыла глаза, ощущая тепло.
Помочь…
Да когда ты узнаешь, про мой обман навряд ли порадуешься своему предложению. Поэтому я сделаю вид, что не слышала его.
– Нет, это мой долг и я за него плачу одна.
– Что именно ты оплачиваешь?
Поднялась, всматриваясь в его строгое лицо, сильное тело, и потянулась, нежно целуя в губы.
– Если честно, я голодная… – нежно прошептала, пальцами лаская кожу, губы, глаза. Нравилось касаться этого мужчины.
– Наступило время ужина? – с улыбкой просил Андрей.
– Хоть бы не сглазить и хоть раз поесть спокойно, чтобы нам никто не помешал.
– Тогда поспешим… – довольно предложил Андрей и нежно поцеловал.
Через двадцать минут мы сидели за столом, обсуждая новогодние традиции в семье. Он очень много рассказывал про свою сестру, что она творила на новогодних праздниках, а я делилась детскими воспоминаниями, которые остались с того времени, когда отец был жив. Чудесное время, когда была счастлива.
– Ты скучаешь без семьи, – вдруг задумчиво протянул он. – Если хочешь, я поговорю с твоим братом, чтобы он понял, как себя вести и ты могла общаться.
Актера сюда?! Плохая идея. Руки до сих пор чесались, чтобы отплатить ему за инициативу.
– О нет. Он сводный, и к тому же уехал, – сказала, отпивая ананасовый сок.
– Куда?
– Куда-то из города. На Крайний Север, – мгновенно отвечала, ощущая себя на допросе.
– Понятно.
Ох, по его лицу видела, что не до конца он понял мой обман. Подозревает? Очень похоже. Странно, почему соглашается тогда?
А если действительно заподозрил, что делать тогда?
Нужно все же решить вопрос с Анной.
Но что-то меня удерживало от активной помощи. Возможно, я хотела дальше быть с Андреем. После того как карты будут вскрыты, я не смогу этого сделать.
– И все же… – начал он, прожигая взглядом, – может, у тебя получится выделить несколько дней? Должны же быть выходные хоть раз. Согласись, мы совсем никуда не ходим. Такое ощущение, что ты стесняешься меня или боишься, что нас увидят вместе.
Стесняюсь… С какой стати? Как такого шикарного мужчину можно стесняться?
А вот по второму предположению даже спорить не хотелось. Я боялась.
Прищурилась, пытаясь скрыть волнующие мысли от его глаз. Кстати, как мило он загнал меня в ловушку.
Это такой тонкий шантаж?
Отмечая его пристальный взгляд, почему-то не сомневалась.
Если не соглашусь, начнутся вопросы?
– Хорошо. Два дня: суббота и воскресенье.
– Это точно? – спросил, вытирая рот салфеткой, аккуратно сворачивая и складывая у тарелки.
– Да.
– Тогда я могу забронировать номер?
– Да, ответила, понимая, что рискую. Но с каждым разом мне все сложнее было придумывать отговорки.
Так, справлюсь ли я?
– Ты ведь видела мой подарок? Что скажешь? – спросил он, выбивая меня из колеи. И что теперь говорить?
Поднялась на ноги и взяла грязные тарелки со стола, опуская их в раковину. Крутанула кран, пуская горячую воду, пытаясь понять, куда воткнула губку.
Смотрела и не видела.
Только слышала. А именно, как поднялся Андрей и подошел ко мне, обняв за талию, заставляя мое тело мгновенно задрожать.
И хоть бы раз иначе. Предательская плоть.
– Светозара…
Моментально отрезвило. Когда тебя обнимает любимый мужчина и при этом называет чужим именем, поневоле очнешься.
Еще как! Будто ведро ледяной воды в лицо плеснули.
Что может быть отвратительнее?
– Какой будет твой ответ?
Ему нужен ответ, но я не могла его дать. Слишком все стало запутано.
С силой сжала руки в кулаки, радуясь, что стаканы не собрала в раковину, и прошептала:
– Нам нужно расстаться.
Сильные руки, сжимающие мою талию, окоченели.
Тело мужчины превратилось в камень.
Повисла тишина.
И вдруг меня резко крутануло. Андрей руками захватил лицо, заставляя смотреть в глаза.
– Расстаться? – уточнил он ледяным тоном, замораживая взглядом.
– Да.
– Это твоя реакция на кольцо?
– Я… – закрыла глаза и оттолкнула его, отмечая удивление в глазах мужчины. Но мне было все равно, я не могла спокойно говорить, когда он рядом.
– Прости, – выдавила из себя, ощущая в груди тяжесть. Появилось ощущение, что органы парализовало, и мне не хватало воздуха.
– Светозара…
– Не называй меня так! – мой голос напоминал сталь. Я не хотела так говорить, но, видимо, мой контроль пошел по швам.
Бесстрахов замолчал, некоторое время смотрел, а потом выдал:
– Говори.
Задрала голову и посмотрела на побеленный потолок, на котором прилипла муха. Высохшая, как минимум два месяца тому назад. Надо же… а я не замечала.
Вот это я хозяйка отменная!
И тут не справилась…
Сложила руки на груди и четко выдала:
– Я… думаю, тебе нужна другая женщина.
– А ты не считаешь, что это я должен решать, какая у меня должна быть женщина?
– Да. Просто я чувствую, что не соответствую твоим ожиданиям. И я не смогу измениться, так как это я.
– Ты меня полностью устраиваешь, даже больше. Я ни к чему не могу придраться, и ты это знаешь.
Знаю…
Несомненно!
Да и кто бы здесь придрался? С такой-то золотой сожительницей: поварихой, любовницей и так далее по списку. Того бы можно смело на костер, чтобы не подавал плохой пример своим собратьям.
Но если без шуток, я точно знаю, что придраться он не может, так как живет с женщиной, которая выполняет все его прихоти и при этом особо рот не открывает. Идеальная!
Но так я сказать про себя не могла. Даже рядом не стояла.
Посмотрела на него и, понимая, что разговор не получится и нужно уходить, спокойно и почти безразлично двинулась в свою комнату. Нужно игнорировать его.
Много пройти не удалось, так как почувствовала захват, а потом оказалась прижата к стене. Я же вглядывалась в темно-серые, почти графитовые глаза мужчины, нависающего надо мной.
– Черт! Стой! – впервые слышала, как Андрей ругался.
Вывела из себя.
Но не это беспокоило. Я видела в его глазах столько необузданных эмоций, что они заставляли меня покорно застыть на месте.
Возмущение. Ярость. И нечто такое… что пугало и в то же время завораживало.
Сглотнула и прошептала:
– Так будет лучше для нас двоих.
Бесстрахов сжал мое лицо ладонями и, вглядываясь в каждый штрих, произнес:
– Не играй со мной.
– Действительно, не стоит, – в следующую секунду перехватила его руку, рывком дергая на себя, выворачивая и толкая к стене, меняясь местами. Теперь я нависла над ним.
– Заметь, у меня портится характер. Это к расставанию, – прошептала ему в губы, ощущая возбуждение. Да еще какое! Оно рвалось изнутри, требуя освобождения.
И это в момент, когда решила все закончить, чтобы освободить его и себя.
Ненормальная!
Хотела уйти, но Андрей воспользовался моментом и резко подался ко мне, накрывая рот твердыми губами.
Дико.
Свирепо.
Как никогда раньше со своей хрупкой вазой.
Сейчас он атаковал, а я как сумасшедшая отвечала, теряясь в реальности, ощущениях, наплевав на все.
Мелодия звонка ударила по сознанию.
Я застыла на месте, как и Андрей. Но он не двигался, наоборот, пожирал меня глазами. Они требовали продолжения банкета.
– Ответь, – сказала, отступая на шаг.
– Милая…
Отвернулась и направилась в кухню, давая возможность поговорить, заодно подслушивая разговор.
– Адрес. Понял. Сейчас выезжаю.
Стоило только Андрею замолчать, и он пошел в спальню, давая мне возможность подумать о том, о ком речь.
Опять этот идиот, Кот, решил наркоту спустить? Он совсем тупой?
Послышались шаги.
В кухню вошел Андрей, но приблизиться я не дала, выставив руку.
– Я вернусь, и мы поговорим, – громко произнес он, не подразумевая отказов.
– Что-то серьезное? – не удержалась от вопроса. Как бы там ни было, я переживала за него.
– Да, накрыли квартиру с наркотой и проститутками. Скорее всего, приеду утром.
– Понятно.
Он попытался подойти, но я сделала шаг назад, гордо задрав подбородок.
– Родная, я приеду, и мы поговорим.
– Разве мы не решили?
– Это ты решила.
– Я молодец. Постаралась на благо нас.
– Ты… изменилась.
Хотелось оставить комментарий без ответа, но не могла. Нам нужно разойтись. Дальше все будет только хуже.
– Семейная жизнь портит, как оказалось.
– Я тебя чем-то обидел?
– Ты? Разве ты бы мог.
– Светозара!
Как же меня раздражало это имя. Да я готова была откликаться на солнышко, зайку, пупсика и слоника, только бы не на это имя.
– Меня к этому времени не будет.
– Нет, ты будешь. Я приеду, и мы поговорим.
– Мы не будем говорить. Я все решила.
Бесстрахов громко вздохнул и с тяжелым взглядом несколько секунд всматривался в мое уверенное лицо. Затем покачал головой и выдал:
– Пусть так, но ты никуда не уходишь.
– Это почему?
– Если тебе нужна пауза, отдых, я предоставлю тебе ее, но только на моей территории. У тебя есть комната, и обещаю, что не буду навязываться.
Какое заманчивое предложение, чтобы подслушивать и дальше.
Только возможно ли это, когда нас так тянет друг к другу? Отвернулась, на что услышала:
– Обещай, что не уйдешь.
– Зачем?
– Зачем? – Бесстрахов горько усмехнулся и добавил: – Скажем так, мне нужно… чтобы ты была рядом.
– Я не буду с тобой спать, не буду отчитываться и не буду… – начала перечислять, давая понять, что шучу.
– Я понял, – почти процедил Андрей, каждое слово выплевывая из груди, будто заставлял себя так говорить.
И если честно признать, обстановка на данный момент была острее некуда. В какой-то момент мне показалось, что он меня ненавидит.
– Мы сделаем только хуже.
– Там будет виднее… Так что?
Смотрела на него, а потом закрыла глаза, обдумывая свой ответ. Честно, не понимала, как поступить, учитывая, что минусов было больше, чем плюсов. То, что я горела только от одного его присутствия, усложняло ситуацию. Но и дальше так жить не могла, незаметно я перешла грань между заданием и любовью.
Влюбилась как малолетка.
А ведь между нами обман. Захотела исправить, но и тут есть подводные камни.
Мелодия вновь разрушила тишину.
Олег достал телефон и произнес:
– Понял. Спускаюсь, – ответил и сразу же убрал айфон, глянув на меня: – Так что мне скажешь? Я могу верить, что ты не сбежишь?
Секунда.
Две.
Три…
– Да, – ответила, смело всматриваясь в глаза. – Но с условием, что мы возвращаемся к первоначальным отношениям.
Бесстрахов хищно оскалился, отчего стало не по себе, а потом спокойно произнес:
– Договорились, – он сделал паузу и приблизился ко мне, выдыхая в губы: – Но если ты сбежишь, я найду тебя везде, где бы ты ни была.
С трудом стояла столбом, стараясь не двигаться и не реагировать. Было сложно и невыносимо. И пусть я справилась, но моя кожа горела от желания прикоснуться к нему.
Андрей прошел мимо и вышел из квартиры, а я продолжала стоять, ощущая себя слабой и никчемной.
Впервые в жизни я провалила задание.
Наблюдала за Леной, разливающей шампанское в фужеры, и быстро написала Анне сообщение:
«Твоя тактика: строишь из себя напуганную жертву, но не надоедаешь. Тебя преследуют, поэтому просишь помощи. Не перебарщивать!»
Если честно, Сурикова меня угнетала. Слишком эмоциональная, капризная и глупая. Слушать и понимать – это не про нее.
И от этого страдала я. Она то и дело делала ошибки, раздражая Кувалова. Да и по переписке было понятно, что он не видит в ней женщину, только жену своего боевого товарища.
Теперь я предложила идею с преследователем. Несколько раз следила за ней в черном костюме, рассчитывая на то, что на момент, когда Кувалов примчит из своей командировки и она взмолится о помощи, то он начнет проверять. И найдет, поэтому будет вынужден защищать, чем мы и воспользуемся.
– Кристина, у тебя кости уже торчат, и это при такой фигуре! – с тоской заметила Лена, подставляя мне порцию горячих мант. – Уплетай давай, пока не помогла.
Понимала без подсказок, но ничего не могла с собой поделать. Я как проклятая работала, чтобы только не встречаться с Андреем. У нас не квартира, а место войны, притом ядерной, судя по его взглядам и моей реакции. Да я уже переживала ходить рядом, потому что мой мозг сразу реагировал, подобно извергающейся лаве. И это я не говорю про предательское тело.
И ведь приходила поздно, впрочем, как и он, а потом случайно сталкивались в кухне. Что уж… Место встречи изменить нельзя. Если не так, то вылавливал в коридоре, чтобы поговорить. Так, ни о чем, но за эти десять минут, которые с трудом выстаивала, мне хотелось выть. Я уже не говорю про желания, которые рвали меня изнутри.
Я болела. Конкретно болела им.
И насколько понимала по глазам, и Андрей, но он достойно держался, как и я.
Кстати, не могла не готовить для него, поэтому Андрей именно в кухне ловил. Я знала, что ему плевать на себя, а если готовила, то он точно кушал. К тому же Бесстрахов забивал под завязку холодильник, поэтому не хотела, чтобы продукты портились. Ситуация сложилась следующим образом: мы жили как друзья, при этом желая друг друга.
А то, что худая… расстраивало, но ничего не могла поделать. В меня ничего не лезло. Я скинула больше пяти килограммов, отчего стала выглядеть ужасно. Но как иначе? Я слишком переживала, так как Котов давил, но с Анной не получалось, так как ее задание было далеко.
В феврале я вновь спасла шкуру этой мрази и заявила, что мой долг снят, но он предъявил чеки на транспортные расходы и восстановительное лечение Саши. Сейчас Солнцева находилась под присмотром врачей в Москве.
Я радовалась за малышку, но впадала в уныние. Этой пропасти не было ни конца ни края. Я продолжала жить с Бесстраховым, следила за его работой, пока не смогу помочь Анне с заданием. Если Кувалов соизволит вернуться.
– В курсе, – заметила и посмотрела на загадочную Лену, попивающую шампанское, задумавшись о чем-то.
– Что с тобой? – спросила у нее.
– Со мной ничего, – как-то смущенно выдала она и улыбнулась.
– С ней очень даже интересно! Вчера видела, как Холодов ее зажал в тире. Да так сильно, что думала, там и согрешат. Теперь взяла себе на заметку покупать попкорн на такие горячие моменты. Вы уж там не подведите, – заметила Ольга тоном учительницы. – У всего есть срок, даже у неполезной гадости, так что не расслабляемся.
Лена покраснела и вручила Ольге бокал со словами:
– Нехорошо подглядывать.
– Это моя работа, – очаровательно заметила она, подмигивая ей. – И это очень полезно. Вот когда Бизон зажал Кристину, я поспешно пришла на помощь.
Вспомнила, как она явилась из ниоткуда и облила Бизона кофейком. Притом довольно агрессивно, швыряя в него кружкой. Начальник рычал так, что стала серьезно опасаться за свои перепонки. Думала, оглохнем.
– Я бы сама справилась, – весело уточнила, и посмотрела на стол, который девочки подарили на праздник. Раскладывающийся со стеклянной столешницей нежно-розового цвета и еще четыре стула для полного счастья.
И ведь я их не ждала совсем. В ЧОПе всем дамам дали выходной в честь праздника, и я решила уделить время поклейке обоев в коридоре и на кухне. Наконец-то! Все руки не доходили с этой загруженностью, а до этого столько часов потратила на выравнивание стен. Так как самоучка, выходило не так хорошо, как хотелось, но в зале я уже работала уверенно и быстро.
И тут ОНИ.
Точнее, не они, а мужчины в комбинезонах, которые затаскивали в мою квартиру стол с розовой ленточкой, а потом еще четверо парней из дома со стульями, которых Лена припахала сделать девушкам приятное.
В общем, пока я хлопала ресницами, четверо ушло, двое с ведрами осталось, а подруги уже ломились в гостиную. Вместо цветов, они принесли мантоварку, забитую горячими мантами, и пакеты с закусками и шампанским.
Насколько мне объяснили, они принесли три подарка: первый и это главный – себя; второй – стол со стульями и третий – это работники на поклейку обоев.
Я, конечно, способна поспорить со всем миром и послать всех активных к черту, но такая тактика не проходила с непробиваемыми подругами. Спорить было бесполезно. Первая отдала указания мастерам, обещая контролировать, если вдруг планируют халтурить, а вторая организовала стол.
Так мы мило общались, уплетая шикарнейшие манты Золушки, запивая шампанским, пока работали мастера Снежной королевы. Она одолжила их безвозмездно в строительной фирме, когда удалила вирусную программу, заблокировавшую все рабочие компьютеры. На мои возмущения она заявила, что со своей одноклассницы не могла взять денег, но от мастеров на две комнаты не отказалась.
На том и решили.
– Справилась она… – усмехнулась Оля, закидывая в рот виноградинку.
– Да этот жмот заставил бы тебя компенсировать сумму его выбитых зубов, – весело хихикнула Лена.
– И я о том же! – поддакнула Оля.
– Спасибо. Вы у меня такие заботливые, что даже экономите за меня.
– А то! Это мы можем, – согласилась Лена, тут же спрашивая: – Так что с опекунством?
Нахмурилась и провела ладонью по волосам.
– Процесс идет, но такое ощущение, что его придерживают за хвост.
– Уверена? – поинтересовалась Оля. – Мне проверить, откуда он торчит и кто дергает.
– Да там же всегда так… – не согласилась Лена. – Им будто доплачивают за длительность.
– А какой суд рассматривает дело? – уточнила Оля.
– Что, суд тоже злобный вирус захватил? – засмеялась Лена и вдруг замолчала, хищно прищурившись. – Хотя, его можно туда отправить…
– Золушке больше не наливать, – предложила Оля, пальцем показывая на нее. – У нее птички мозг стали клевать.
– Я пошутила, – дерзко заявила Соколова.
– Ты как-то пошутила с Антоновым, пообещав ему отдых в больнице, если еще раз корм твоих немцев сожрет, а вечером я лично ему скорую вызывала.
– Все-таки сожрал? – уточнила я, удивляясь, как пропустила этот момент.
– Нет, ножом в ногу получил от жены за измену.
– И при чем тут Лена? – задала вопрос, удивляясь логике.
– Накаркала, – довольно сообщила Оля, начиная хихикать, как и мы, громко закатываясь от смеха.
– Ты призналась сестре?
Какой животрепещущий вопрос для меня.
– Хочу, но директор останавливает, так как считает, что у меня мало шансов.
– Мало шансов… – задумчиво повторила Лена, начиная расплетать косу. Так всегда делала, когда переживала или нервничала. Светло-русые волосы нежной волной спадали до груди.
– Да. Работа опасная, мужа нет, кредиты и мерзкий Кот, усложняющий мне жизнь, – обрисовала свою не радужную ситуацию.
– С мужем бы было больше шансов?
– Да, но где я его найду?
– Ну, есть такой один… – весело заметила Оля, подмигивая мне. Такая выдумщица!
– Думаешь, так просто?
– Ох, не знаю. Но если мне нужен будет муж для хорошего дела, я непременно его заведу, – не сказала, а дала клятву, удивляя своим спокойствием. Мне бы так.
– Заведет она… – захохотала Лена. – Непременно заведешь, а потом не отделаешься.
– Ты еще накаркай мне! – возмущенно воскликнула Ольга и выдала: – Пойду проверю работников. Вроде перестали шуршать.
– Так бояться, что не могут сказать, – выдала Лена и, как только Оля ушла, спросила:
– Что у тебя с Андреем?
И зачем спрашивать? Боялась думать о нем, а возвращаться домой… так трагедия. Конкретно моя. Личная.
– Проблема.
– Хочется и колется?
– В точку.
– Так почему не быть вместе, как раньше, но на твоих условиях. Скажи, что иначе быть не может.
– Он не пойдет на это.
– Это твое предположение, – коварно пропела она. – Точно не узнаешь, пока не спросишь. Ты подумай.
– Мне сложно с ним общаться, но мне нужно развести Кувалова с женой.
– И зачем? – в комнату вошла Ольга. – Почему он хочет их развести? Кстати, мальчики ушли. Отправила их. Стеснялись войти.
– Это хорошо, что ушли… – согласилась Лена. – Присоединяюсь к вопросу.
– Не знаю… Анна сказала, что Кот завис на его жене.
– Он? – Ольга села и взяла планшет, начиная быстро двигать пальцами, что-то набивая. Через две минуты она весело заметила: – А вы знаете, кто его жена?
– Кто? – одновременно спросили, глянув друг на друга.
Нервно хихикнув, Ольга положила на стол планшет, где была фотография девушки, которую мы очень хорошо знали.
Но лучше бы не знали. Особенно я.
– Так это Алина! – воскликнула Лена, начиная громко смеяться.
– Бесстрахова Алина… – с усмешкой сказала, понимая, как вляпался Котов. Идиот.
– Вы чего? – спросила Оля, поглядывая на нас по очереди.
– Алина его кончит, – высказалась подруга с таким тоном, будто понятное объяснила.
– Ага, с таким дерьмом она не будет возиться. Даже не представляю, каким образом они пересеклись.
– Неважно! А вот если она узнает, что невеста брата – главная разлучница ее семьи, то уже появится приличная проблемка, – разглагольствовала Оля.
– Я бы этой разлучнице не позавидовала. Когда мы ездили на соревнования от универа, она рвала всех. Боец, – Лена задумалась, глядя на меня. – Хотя, про тебя я бы сказала похлеще. Так что даже не знаю…
– Это комплимент? – спросила вслух, тотчас сожалея о вопросе. Лучше бы осталась при своем чудесном мнении.
– Нет! – в один голос воскликнули они, начиная смеяться. Мне же оставалось качать головой.
Такие веселые у меня подруги!
– И что теперь? – сказала Лена и посмотрела на Ольгу. – Она ведь учится, да? Или работает? Я раньше окончила универ.
– Последний курс. Окончит через несколько месяцев.
– Плохо дело. Нужно быть осторожнее.
– Мне? – уточнила я.
– Да, я хочу сказать, что Русалка… довольно свирепая, – Лена посмотрела на меня и усмехнулась. – Пусть с тобой не сравниться, но не недооценивай ее.
И пошел диалог.
– А я и не соревнуюсь. Мне важно, чтобы она не узнала ничего.
– Постарайся обходить ее семью стороной.
– Серьезно? Когда живу с ее братом?
– Да уж… выбрала ты себе мужчину. Не можешь без проблем.
– Я контролирую ситуацию.
– Учитывая, как ты раздражена, стоит заговорить о нем, скоро произойдет взрыв, – уверенно заявила Лена.
– Ты еще накаркай! – громко воскликнула.
– Она может… – поддакнула Оля, чудесно улыбаясь.
– Так, все! Тему закрыли. Я уже к Золушке привыкла, на Ворону отвлекаться не буду.
– А что там с пленницей?
– Надя ее вытащила с того света. Говорит, девчонка боится выходить на улицу.
– Вы о чем? – спросила Золушка.
Вздохнула, понимая, что ее вопрос не сулит мне ничего хорошего.
– Я тут недавно девушку вытащила из злосчастного подвала Кота.
– Без меня?
Ну, конечно, туда же нужно было дружной шайкой-лейкой, и чтобы за ними бежали овчарки, виляя хвостиками. Картина маслом. Мы же такие незаметные!
– Да. Не стала беспокоить.
– Титова, ты совсем офигела? Как ты могла без поддержки нос свой засунуть в этот притон? Это опасно!
– Забыла, что я работаю на эту мразь? Без моей помощи неуравновешенный псих точно не рассорит влюбленную парочку.
– У парочки все серьезно?
– Я думаю, что да. Кувалов любит свою жену, – убежденно заявила, ни капли не сомневаясь. Телефон спецназовца Оля пробила сразу по моей просьбе, как только я пообщалась с Анной.
– Вот видишь, спортсменки со скверным характером тоже находят свою любовь. И ты найдешь! – довольно прокомментировала Лена, очевидно, решив, порадовать меня.
Вот и поговорили. Они тут чудесные, а у меня характер оставляет желать лучшего. Одна взламывает все, что видит во Всемирной паутине, вторая с арбалетом и собаками устраняет и подчищает преграды в реальности.
– Я не искала.
– Она уже нашла, когда получила свое задание, – весело заметила Лена, но отмечая мою недобрую улыбку, махнула рукой и спросила: – Так что сказала пленница, которую вылечили?
– Она рассказала, – начала Ольга, – что у сестры Ани был передоз, и она умерла во время танца.
– Получается, сестра, из-за которой Аня из кожи вон лезет, уже как год мертва?
– Совершенно точно.
– А если Анне сказать?
– Не факт, что она не окажется в том же подвале, как и Лиза.
– Почему так думаешь?
– Она много знает, – сказала, решив поделиться своими выводами. – Кот дал ей порошок и сказал подсыпать мужу, после он умер.
– Убийство? – уточнила Лена.
– Да. Кстати, это он заставил ее сблизиться с Суриковым, выйти за него и следить. Но Анна считает виноватым во всех грехах Кота, а она не при делах.
– Интересно. Тогда будет взрыв, когда она узнает про сестру, – говорила подруга, поправляя волосы.
Неожиданно полилась мелодия. Веселый припевчик со словами:
Лена резко поднялась и, схватив свой айфон, вышла в коридор, не забывая про дверь. Закрыла так, чтобы точно не услышали.
Мы с Олей переглянулись, чтобы увидеть довольные улыбки у каждой на лице, а потом принялась убирать посуду со стола, выстраивая ее рядом в одном месте.
На улице было темно. Мгла облепила стекла на окнах.
– Ты чего? – спросила у Ольги, стоило ей плюхнуться на стул и взять свой планшет. Совсем с ним не расставалась.
– Она сейчас уедет.
– Да нет…
Дверь открылась, и вошла Лена.
– Все, мне пора. Я уезжаю, – бросила она, поставив ногу на стул, поправляя чулки, вызывая у нас улыбки.
– На свидание с Холодовым собралась? – спросила Оля, что-то щелкая на экране.
– Нет! – категорично заявила она, вдруг резко оборачиваясь, с прищуром уставившись на хакершу. – Уже все проверила, да?
– Да что тут проверять? По песне поняла, кто звонит, потом глянула, где он там скучает в чудесный женский день. Ты смотри только, песенку не давай ему послушать, а то ведь обидится, – тут Оля коварно ухмыльнулась и заявила: – Прибыл. Спускайся.
– Вы не подумайте, это просто… Он мимо проезжал.
– Конечно-о-о-о… – в один голос заявили мы. – Не подумали.
Лена подмигнула и, отправив нам воздушные поцелуи, убежала, оставив вдвоем.
– Ну, что, и мы будем собираться? Твой Бесстрахов уже дома, ждет тебя. Я проверила. Сегодня навряд ли отделаешься от него.
Проверила она!
И все же иногда хорошо, когда твоя подруга не видит и не слышит, только слушает и верит. Но таких у меня нет.
Всевидящее око!
– Он не ждет…
– Угу… – пробурчала она и показала на мантоварку. – Так и быть, я заберу, чтобы завтра не готовить.
Улыбнулась и показала на закуски.
– И это желательно тоже.
– Ты моя спасительница! Не зря черепашка-ниндзя, – довольно пропела она и быстро все покидала в пакеты.
Вошла в квартиру, быстро скинув верхнюю одежду, направляясь в спальню. Было темно и тихо. Вероятно, Андрей уснул.
И это правильно!
Ольга ошиблась, о чем непременно планировала с ней поделиться. Нафантазировала…
Но сейчас спать. Вот мое желание! Но только открыла дверь, как тут же застыла на месте, не в силах пошевелиться.
Огромный букет из нежно-розовых роз стоял в вазе на столике, а рядом бумажный пакет. Нежно фиолетовый со стразами. Мне еще такой не дарили.
Боялась идти, но ноги будто загипнотизированные двигались к столику, вызывая трепет в моей душе. Андрей все равно сделал мне подарок.
Вспомнила 23 февраля и нахмурилась. Я только приготовила ужин и свалила на работу. Специально лично не стала поздравлять, рассчитывая на взаимность.
Приблизившись, смотрела несколько секунд на пакет, а потом открыла. Внутри находился внушительный флакон с нежными духами. Мои любимые. Интересно, как узнал? Бросила взгляд на полочку, где стоял пустой флакон, в два раза меньше объемом, и улыбнулась. Провела пальцами и поставила, сосредотачивая внимание на третьем подарке. Коробка конфет в виде сердца. Улыбнулась, ощущая тепло, пока не услышала:
– С праздником, любимая.
Обернулась, вглядываясь в темный силуэт мужчины. Такой внушительный, зовущий. Не могла спокойно смотреть, слишком этот мужчина влиял на меня.
И почему именно он стал моим заданием?
Вселенский закон подлости.
– Спасибо, – прошептала, не зная, что сказать. И ведь не сбежишь в свою комнату, так как находилась в ней.
Я ведь специально поздно приехала, рассчитывая незаметно зайти и уснуть, но просчиталась.
– Я тебя ждал… – спокойно произнес Бесстрахов, завалившись левой стороной на дверной проем.
– Я была с подругами.
– Хорошо отдохнули?
– Мы всегда хорошо отдыхаем.
– Я думал о тебе… – вдруг произнес он, прожигая жадным взглядом.
Так, главное промолчать. Я не должна реагировать.
Сглотнула, понимая, что сейчас могу расслабиться от эмоций, и кое-как выдавила:
– Андрей.
– Я не хочу рушить связь, что между нами есть.
Молчать. Главное молчать!
Тем временем Бесстрахов оттолкнулся от проема и пошел на меня. Медленно, но хищно, не желая спугнуть, уверенно приближаясь ко мне.
– Ты важна для меня, как бы я не хотел отгородиться от тебя и не чувствовать. Ты как яд, расползающийся по телу через кровь.
– И это комплимент? – прошептала, заставляя себя не отступать и не реагировать на слова. Но как же это сложно!
– Это моя жизнь. Ты… сводишь меня с ума, и я не могу с этим бороться, как бы ни хотел.
– Я могу съехать. Так будет легче, – прошептала, ощущая его тепло. Он был так рядом. Его рот, искушающий обещанием нежности и страсти, почти касался моих губ.
– Теперь стало слишком поздно… – выдохнул в губы, вызывая дрожь во всем теле. – Ты в моей крови…
В следующую секунду его губы накрыли мой рот. Они атаковали, нападали, умело соблазняя, вызывая трепет и предвкушение.
Честно, я пыталась сопротивляться. Разумом.
Но пылкие объятья и жаркие ласки стали сильнее распалять, превращая кровь в раскаленную лаву.
И я проиграла…
Себе.
Ему.
В пользу НАС.
Выдала тягучий стон и ответила.
Ответила со всей страстью, будто только и жаждала этого, словно ничего другое не имело роли. Мои губы двигались в такт, жарко и дерзко, погружаясь в водоворот болезненно-приятных ощущений.
Тонкие руки жадно блуждали по мощному телу, желая заклеймить, присвоить. Мне его было мало. Я боялась, что это все закончится, а я так и не успею насладиться.
Я невероятно соскучилась.
Ощущая его ласки, мое сердце вновь забилось с невероятной силой. В эту секунду поняла, что оживаю.
А ведь все эти длинные и пустые ночи я не жила, лишь существовала.
Сейчас я отказывалась хоть что-то понимать, целовала и жадно ласкала.
Так и не поняла, как оказались на кровати. Лишь когда Андрей навис сверху и вновь поцеловал, на мгновение очнулась. В следующую секунду я выкрикнула его имя, ощущая погружение горячей плоти, наслаждаясь процессом. Мое тело трепетало от каждого его толчка, заставляя двигаться в унисон.
Дальше мысли потерялись. Я могла только чувствовать и наслаждаться, все больше погружаясь в водоворот ярких ощущений, отключаясь от реальности.
Смотрела в экран и не верила. Вновь и вновь считала дни, но постоянно выходило 14 дней.
Задержка.
У меня задержка!
Закрыла глаза, не желая пялиться в этот чертов календарик в приложении телефона. Нужно было раньше смотреть! Сейчас можно только выть от своей беспечности. Две недели отсутствуют месячные, я со своей занятостью даже не заметила.
Проклятье!
Это раньше я могла так беспечно и наплевательски относиться к графикам, даже не волноваться. А сейчас что?
Сплю с мужчиной, притом каждый день. Тут нужно быть осторожной и внимательной.
Закрыла глаза и выдала стон, отшвыривая телефон на кровать.
Мне же сейчас только ребенка не хватало…
Подумала о сроке и почему-то вспомнила чудесный женский праздник, который страстно завершила с Бесстраховым в спальне. Незащищенный половой контакт. Как раз середина цикла.
Ну, что сказать?
Хорошо отметила! Так отметила, что мамой стала.
Поднялась со стула и стала ходить вокруг да около столов в нашей столовой. Находилась одна. Деток увела Галина на улицу, а некоторых завела на кружки, которые проходили на первом этаже, в том числе мою Настю.
Не могла переключиться, обдумывая свое положение. Беременность не входила в мои планы. Вот абсолютно никак не вписывалась в мой плотный распорядок дня.
Остановилась, обдумывая всевозможные варианты.
Это ведь не точно, и я могу ошибаться.
Такая мысль согрела меня всего на несколько секунд. Кого я обманываю? Какая тут ошибка?!
Хотелось разбить что-нибудь. Уж очень.
Остановилась, задерживая взгляд на настенном зеркале. В нем отражалась я с идеально ровным животом.
И зачем проблемы, когда можно тихо от них избавиться? Еще есть время все исправить.
Но с другой стороны…
Ребенок от любимого мужчины.
Я любила Андрея. И еще как! Была счастлива с ним и не считала его своим заданием, только вот не была собой, старалась быть той, кто ему так нравится. К тому же, шкуру Кота прикрывала в ожидании Кувалова.
Застрял в своей командировке спецназовец.
Но сейчас это все казалось неважным и бессмысленным. Меня беспокоило другое. Моя беременность. В то, что это недоразумение или воспаление, я даже не верила. Точно знала.
Вздохнула и направилась к двери, как вдруг встретилась на входе с начальницей. По ее глазам можно было понять, что она искала меня.
– Кристина, вот ты где, – начала Милана Алексеевна, поправляя блузку на груди. Нервничала, не смотрела в глаза.
– Добрый день.
– Я бы хотела с тобой поговорить. Не займу много твоего времени.
– Хорошо. Можно пойти к вам, – предложила, понимая, что речь пойдет об удочерении. И то, что она не поздравляла меня и не радовалась, давало понять, что все плохо.
– Нет. Я скажу всего несколько слов и уйду. Мне нужно домой, семья ждет. Ты ведь тоже собиралась.
– Да, – ответила и автоматически посмотрела по сторонам.
– Не бойся, Настя сейчас на первом этаже. Я удивлена, она мечтает быть известной спортсменкой, поэтому сама попросила записать ее на кикбоксинг. А у нас парень, тренер который, согласился бесплатно вести занятия у детей. Приходит два раза в неделю. Он очень добрый мальчик.
– Она еще не рассказывала мне, – с улыбкой сказала, зная прекрасно, куда ходит сестра. Но по непонятной причине она не делилась. Возможно, хотела сделать сюрприз. Как-то я рассказала ей о своей семье, что у меня отец спортсмен, да и я.
Женщина прошла к столу и тихо начала:
– Ты ведь знаешь, почему я пришла.
– Я проиграю суд?
– Понимаешь, тут играет много факторов, а то, что ты взяла ипотеку и у тебя опасная работа не дает надежности, наоборот, настораживает.
– Квартира у меня куплена за наличку, но есть кредиты.
– Ммм… Не знаю. Мне так обрисовали ситуацию. И кредиты – тоже ничего хорошего.
– Настя – моя сестра! И я хочу забрать ее в нашу квартиру! С кредитами я разберусь, – не успокаивалась я. Такое ощущение, что специально придираются.
– Я понимаю, но ты живешь одна, тебе сложно будет смотреть за девочкой, когда ты будешь на работе. Лучше оставить ее здесь и дальше играть…
– Роль ее воспитателя? А я не хочу! Я хочу забрать отсюда и уйти.
– Кристина! – воскликнула женщина, обхватив себя за плечи. Она переживала.
– Я тоже хочу жить с сестрой! – послышался детский крик откуда-то сзади.
Мы одновременно обернулись и увидели Настю. Она стояла у двери, вытирая ладонями бегущие слезы.
Проклятье! И как не услышала ее шагов?
Эмоции заглушили сознание.
– Настя… – прошептала я, протягивая руку, желая подойти, но боялась, что убежит.
– Настенька, ты не так поняла… – хрипло начала Милана Алексеевна, в глазах которой стоял ужас.
Но сестра не слушала женщину, смотрела только на меня.
– Ты моя сестра, да?
– Кристина… – не успокаивалась женщина, желая отвлечь ребенка от меня.
Не могла и не хотела врать сестре. Будь что будет. Уже все произошло, чему была рада. Значит, к лучшему.
Я уверенно расправила плечи и, вглядываясь в глаза сестренки, гордо сообщила:
– Да, я твоя старшая сестра.
Вспыхнувшая радость на ее лице сменилась обидой. Настя сделала шаг ко мне, но тут же отступила на два.
– Но почему… Но почему ты пришла только сейчас? Почему не забрала меня?
– Настенька, ты пройди в свою комнату. Пройди. Ты не так поняла, – не успокаивалась наивная и сердобольная Лапкина. Настя напоминала меня в детстве. И неважно кто ее отец, но характер она получила от матери, как и я.
– Это вы… – сестра уже обращала к Лапкиной, – вы не отдаете меня ей?
– Ты не понимаешь. Ты слишком мала и в силу возраста не понимаешь…
– Ненавижу вас! – закричала она и бросилась в свою комнату.
Я за ней, но от громкого приказа женщины остановилась:
– Кристина, не смей! Это ты виновата! Теперь мне придется объяснять ей все это недоразумение.
– Недоразумение? – обернулась, начиная двигаться к директору. – Да я сразу хотела рассказать, а вы настояли, чтобы молчала. И я послушала вас, о чем жалею. Теперь я в глазах сестры – предательница.
– Да пойми, тебе не дадут ребенка. И рано или поздно тебе надоест…
– Вы ошибаетесь. Она моя сестра!
– Ты уйдешь.
– Я не уйду.
– Ты только будешь травмировать ее психику.
– Нет. Я сделаю все, чтобы забрать ее, а пока подружусь с ней как сестра, а не добрая нянечка.
Женщина хотела сказать, но замолчала. Я видела по ее лицу, что она разрывается, не зная, как быть.
– Что же, хорошо. Пусть так. Но знай, если ситуация выйдет из-под контроля…
– Не переживайте… – сказала и направилась в комнату своей сестры, не желая больше объясняться. Главное уже выяснили.
Постучав, я осторожно вошла и, приблизившись к кровати, за которой пряталась сестра, присела на пол.
– Злишься? – спросила, слыша, как она хлюпает носом.
– Я тебе не нужна была! Как и папе…
– Ты ошибаешься.
– Не ошибаюсь! Я не ошибаюсь! Я никому не нужна!
– Если бы была не нужна, я бы тут не торчала. У меня есть другая работа, которую люблю, а тут я ради тебя. И твой отец прятал тебя от меня. Как только нашла, я сразу же устроилась воспитателем.
Вдруг девочка затихла и поползла ближе, выглянув из-под кровати. Надув щеки, она плюхнулась на попу и спросила:
– Ты, правда, меня искала?
– Да.
– И ты меня заберешь?
– Как только суд выиграю, – со вздохом сказала, искренне желая, чтобы это случилось поскорее.
– А его так сложно выиграть?
– Да, у меня нет мужа, опасная работа и я купила нам квартиру, за которую нужно платить.
– Квартиру? – в голосе сестры появилась надежда. Она выглянула и стала осторожно подползать. Смотрелось очень комично, но я твердо держалась, чтобы не обидеть ее. – И там мы будем жить одни?
– Да. У тебя есть своя комната, но мебель я не купила. Пока не до этого.
Сестра закусила губу и прошептала:
– Я могу спать на матрасе, но если с тобой.
– Ты… – посмотрела на нее, – не злишься, что я тебе не сказала?
Она надула губки, а потом с визгом упала на меня, давая возможность обнять, что я и сделала, прижав эту маленькую хрупкую девочку к своей груди. Усадив поудобнее на свои колени, погладила ладонью по голове.
– Злюсь, но уже меньше, – призналась она, прижимаясь сильнее. – Ты ведь искала меня. Просто обидно, что не сказала.
– Обещаю, теперь я буду говорить тебе все-все.
– Точно-точно?
– Точно. Не сомневайся, сестренка, – заверила и обняла ее, целуя в щечку.
Как я была счастлива, что она узнала, кто я. Этот день настал!
Только вот проблем было столько, что не знала с какой стороны подступиться. В любом случае безвыходных ситуаций не бывает. И я решу их, только нужно время и желание. Тем более… есть для кого стараться.
Бродила около женской консультации, пытаясь понять цель моего прихода. С какой целью сюда пришла?
Учитывая проблемы, то нужно бы убедиться в беременности и избавиться, но стоило подумать, тело бросало в ледяной пот. Да меня трясло, стоило представить себе эту картину.
И это меня…
Недолго думая, развернулась и двинулась в сторону лесочка, желая еще сделать кружок. До приема осталось полчаса. Почему бы нет? Может, успокоюсь, пока буду гулять. Очень полезно, раз от волнения пришла так рано. Талон взяла на восемь утра.
Странные крики привлекли внимание.
Женские и мужские.
Женщина звала на помощь, мужчина нападал.
Быстро направилась по тропинке через рощу, двигаясь на крик.
– Отстань от меня! Ты чего хочешь? Мы разводимся.
– Что мужика себе нашла? Решила, что я буду ходить рогоносцем?
– Убирайся! Я вызову полицию, – в отчаянии закричала женщина небольшого роста в возрасте 30 лет. В светлом плаще и черных туфлях на сплошной подошве она закрывалась руками, защищаясь от мужчины.
– Ах ты, тварь! – рявкнул мужчина и поднял руку на женщину, намереваясь ударить.
Дальше я уже рванула на всех скоростях, прекрасно слыша по голосу, что мужчина разъярен и намерен бить.
Незнакомка вскрикнула от удара в живот, а следующий уже пропустила по моей инициативе. Я перехватила руку нападающего на себя, перекинув его на другую сторону, перехватив за горло рукой, надавливая на шею.
– Отпусти-и-и… – прошипел он, а я сильнее давила.
– Если еще раз подойдешь к ней, то я превращу тебя в колобка. Понял? Будешь кататься тут по лесочку и искать деда да бабку, чтобы приютили, раз руки и ноги тебе сломают.
– Ты… – мужчина все хрипел, а я сжимала его горло.
– Понял меня или подольше пообщаемся?
Мужчина усердно качал головой, уже без возможности говорить. Видимо, прочувствовал мое настроение.
Отпустила его, давая возможность рухнуть на землю, жадно глотать воздух, а потом достала телефон и сфотографировала.
– На память… для суда, – прокомментировала, делая пометки на снимках, чтобы не забыть.
– Ты…
– Вон пошел, если добавки не хочешь. К тому же мне некогда. И я тебя предупредила.
Он яростно бросил взгляд на скрюченную женщину у дерева и кивнул, проверяя свою шею. Качаясь в стороны, направился в сторону остановки.
Я же приблизилась к женщине, сидевшей на земле, и помогла подняться.
– Вы как?
– Нормально… – она глянула в сторону дорожки, по которой ушел мужчина, и с облегчением выдохнула: – Спасибо!
– Если нужно, можно вызвать полицию…
– Нет, он получил, а завтра уже суд.
– Можно снять побои.
– Там их предостаточно… – безразлично протянула женщина, внимательно рассматривая меня. Отмечая мой бледный вид, она вдруг сказала. – Вы плохо выглядите.
– Получше, чем вы, во всяком случае.
Видимо, мой ответ пришелся ей по душе и вернул в реальность. Женщина стала поправлять юбку, что-то пытаясь рассказать, но я не слушала. Внезапно стало не по себе. Я осмотрелась, а потом резко рванула в сторону кустов, понимая, что тошнота требует выхода.
К сожалению, ничего не получилось.
Только ужасные спазмы.
– Вот. Возьмите, – сказала женщина, протянув мне бутылку воды.
Взяла и отпила, прислонившись к дереву. Если бы было можно, я бы и на землю легла. Стоять душно.
– Беременны?
– Ага… – выдала и покачала головой.
– И спортсменка?
Прищурилась и спросила:
– Так видно?
– Ну, у меня бывший муж тоже спортсмен, а вы его так быстро скрутили.
Вспоминая реакцию мужчины на мои действия, скривилась. Лузер какой-то.
– Плохой спортсмен.
Она усмехнулась и выдала.
– Были у врача?
– Нет. Собиралась, но решила, что не стоит.
– Почему?
– Боюсь.
– Врача или себя? – весело поинтересовалась она.
– Того, что хочу сделать.
Ухмыльнувшись, женщина покачала головой и сложила руки на груди.
– Ну, пойдемте, там и решим.
– Решим?
– Я гинеколог в женской консультации.
Сглотнула и закрыла глаза, понимая, что сегодня мой день.
– Случайно, не Дольская Виктория Петровна?
– Она самая. Можно Вика.
– Даже так?
– А как еще можно спасительнице меня называть? Будем дружить.
Плохо верилось, учитывая, что навряд ли мы еще будем пересекаться. Возможно, еще раз или два.
– Кристина.
– Хорошо, Кристина. И на какое время талон?
Глянула на время и уточнила:
– Через семь минут.
– Успеем на прием.
– Думаете?
– Уверена, он у нас точно состоится.
Так мы и пошли к больнице, притом спокойно, а через пятнадцать минут после осмотра гинеколог уже печатал что-то на клавиатуре, начиная допрос с пристрастием:
– Замужем?
– Нет.
– Плод желанный или…
– Случайный.
Тут она подняла голову и, осмотрев меня с головы до ног, сказала:
– Свободное время на двенадцать дня через неделю. Необходимо сдать анализы, которые возьмешь у терапевта по месту жительства. Все, что могу я дать, уже Ольга Петровна распечатывает сейчас, – сказала она, обращаясь к медсестре напротив. – На аборт уже с готовыми результатами.
– Я не знаю…
– Что именно?
– Я не знаю, хочу ли избавиться от него.
– У тебя есть возможность обеспечивать ребенка? Дети – это дорогое удовольствие.
– Проблема не в возможности, – ответила и посмотрела в окно. – Жилье есть, и деньги будут, это все мелочи, а вот ребенок от любимого мужчины, с которым не можешь быть – настоящая проблема.
– Женат?
– Нет.
– Тогда в чем вопрос?
– В том, что я сама не понимаю… должна ли, имею ли право?
Женщина смотрела долгую минуту, а потом выдала:
– У тебя есть неделя. А анализы… в любом случае пройди, как на аборт, так и на явку на учет.
– Я поняла. Спасибо, – сказала и поднялась.
– И да… – тут она подала небольшой клочок бумаги и сказала: – Мой телефон. Если что будет нужно, можешь звонить.
Улыбнулась и подала ей карточку нашего ЧОПа с моим рабочим телефоном.
– Аналогично.
– Ого. Ты телохранитель?
– Да.
– Ох… – она вздохнула и заметила: – В твоем распоряжении неделя, Кристина. Хорошенько все взвесь и подумай.
– Спасибо!
– До скорой встречи. И спасибо тебе.
Кивнула и пошла по коридору, задумавшись о том, чего я хочу. Уже выходила, когда вдруг из ниоткуда появился бегущий мальчик и рванул на меня. Машинально закрыла живот рукой и прижалась к стене. Только когда он вышел, я отлепилась от прохладной поверхности, четко осознавая, что уже сделала выбор.
Даже неосознанно я его защищаю. Разве смогу избавиться, когда уже готова заботиться? Нет.
Тошнота вновь подступила.
Выдав стон, вышла на улицу и небольшими шажками направилась к машине, вспоминая, есть ли там что вкусного.
Бутерброды.
Аппетита не было, но что не сделаешь, чтобы тошнота прошла?
Тем более нужно кормить малыша.
Буду его телохранителем, защищать от всех и даже от себя.
Вешала тюль, то и дело спускаясь, чтобы не грохнуться. Рука болела, что порой не могла долго держать в воздухе. Неделю назад меня поставили на охрану к бизнесмену, который отправился на деловой ужин к партнерам. Как оказалось, к блатным уголовникам. Через час все напились и схватились за ножи. Мой клиент больше всех задирался, поэтому на него пошло трое. Пока я его защищала, прыгая там как ниндзя, он еще гавкать успевал, прячась за моей спиной. И все бы хорошо, но задели предплечье. На данный момент чувствовала лучше, но все же не могла нормально поднимать руку.
К тому же в последнее время тошнота и головокружение некстати появлялись. И Вика, мой суровый гинеколог, посоветовала не прыгать по окнам и руки не поднимать.
Ага, как же… с моей работой.
Но я старалась.
К тому же это все безобразие скоро закончится, как я надеялась. Срок – три месяца, а значит, самый сложный этап триместра должен завершиться.
Посмотрела на часы и покачала головой. Скоро нужно будет ехать за сестрой. У нее сегодня день рождения, поэтому планировала взять ее к нам и сходить в кинотеатр. Впервые приведу к нам в квартиру. С работой все никак не получалось, а сегодня и завтра как раз взяла отгулы у Миланы Алексеевны.
С Андреем я договорилась, объяснив про форс-мажор. Он не спрашивал, за что была благодарна, но поставил условие, что схожу с ним как-нибудь к сестре в гости. Я согласилась. Но не просто так! Пошла на риск, прекрасно зная, что через месяц не буду с ним.
Задумалась…
И если буду, то уже под своим настоящим именем.
От этой мысли в груди все сжалось на мгновение, а потом отпустило. Это так, глупая мечта промелькнула.
Мой срок работы подходил к концу, и я могла послать Кота далеко и надолго. К тому же все, что от меня зависело, я уже сделала. Кувалов вернулся и попался в ловушку, которую мы с Анной ему уготовили. Алина, как и предполагалось, явилась утром и чуть не убила медсестру, вылетев из дома через десять минут.
Попалась.
Так что после выходных я собиралась послать Кота и разорвать с Андреем. Признаться, я не верила, что он простит меня, к тому же он не знал настоящую меня, а рисковать не имела права. Теперь со мной сестра.
Начался новый судебный процесс, и я верила, что все будет нормально. Благодаря Ольге, выяснилось, что Котов помог мне получить отказ, заплатив всем желающим, и теперь идет расследование. Меня это уже не особо интересовало, так как обещали быстро решить вопрос и отдать сестру.
В связи с этим усиленно готовила квартиру к новым квартирантам, отмывая после ремонта все углы, украшая жилище. Вчера установили кухонный гарнитур, который приобрела на премию от бизнесмена, которого чудесным образом на кусочки не порезали. Нашелся повод раскошелиться. Да и как без удобной кухни с двумя детьми? Так что сегодня впервые приготовила на плите котлеты и пюре, зная, что малая точно любит.
Спать будем в гостиной на удобном диванчике, который тоже пришлось приобрести, но по акции и в рассрочку. Так я даже не замечу в бюджете дыры. Со мной ходила Ольга, предварительно выискав самый лучший вариант. Кстати, сейчас отправилась отдыхать на Карибские острова. В последний раз, когда все виделись, с Леной пожелали ей найти там мужа, раз уж ей пришло долгожданное сообщение после отпуска выйти на желанную работу с пометкой в паспорте о браке.
Оглядела комнату и улыбнулась. За это время я выплатила сумму, которую взяла в кредит на квартиру, и теперь могла успокоиться. Не зря работала как сумасшедшая, без выходных и проходных у Бизона. В детском доме редко когда получалось, но Лапкина меня прикрывала, заменяя своей племянницей, нуждающейся в неофициальной подработке. Теперь пришла пора откладывать деньги на декрет и покупать все самое необходимое в квартиру, что потом точно не смогу купить. Например, кровать и стол в спальню Насти.
Не успела подумать, как полилась мелодия домофона. Сняла трубку и услышала довольный приказ:
– Открывай!
Кто еще мне так может сказать? Лена.
– Ооо… – только и смогла произнести, удивляясь ее приходу. Не предупреждала.
Открыла дверь и стала ждать. Она явилась с пакетами, притом в каждой руке по несколько. В брючном костюме она выглядела стильно и модно. Подруга скинула туфли и сразу направилась в гостиную.
– Что делаешь? – услышала я вопрос.
– Тюль пытаюсь повесить.
– Это хорошо. Много еще осталось?
– Лен, если честно, я скоро за малой поеду.
– Я в курсе, поэтому и примчалась сама, – сообщила она и начала рассматривать тюль, руками что-то проверяя на складках. Между прочим, новая. Чего она там придирается? – Ты езжай, а я останусь.
– Тогда давай с нами. Мы еще в кинотеатр поедем мультик смотреть, потом в детскую комнату.
– Нет. Я здесь вас дождусь.
– Почему?
– Я ей на день рождения подарок приготовила, – довольно выдала она, снимая пиджак и аккуратно бросив на боковушку дивана.
– Это какой?
– Это такой, что нужно доставщикам дверь открыть. Будут через двадцать минут, – она глянула на наручные часы и уточнила: – Уже десять. Пробки. Пока доехала, с тремя недоводилами успела некультурно пообщаться. Бараны, а женщин считают обезьянами с гранатами. Я, на минуточку, родилась с рулем в руках.
– Сочувствую твоей маме… – прокомментировала и уточнила: – Какая доставка?
– Это сюрприз.
– Не люблю сюрпризы.
– Пф-ф… – услышала я ее возмущение. – Это не тебе, а Насте на день рождения. Кстати, ты же помнишь о нашей договоренности, что я буду ее крестной мамой?
Забудешь тут! С Соколовой не забудешь, даже если очень захочешь. Будильник, а не женщина.
– Помню.
– Так что все. Как только установят, я позвоню.
– Установят? Ты ей заказала… – с улыбкой уточнила, давая возможность продолжить.
– Мебель.
Глаза округлила, желая в нее что-нибудь кинуть.
– Зачем? Я сама могу купить.
– Я в курсе, какая ты противная и гордая. Но я не тебе покупала, а своей крестнице. Поняла? Это ПО-ДА-РОК, – последнее слово выдала по слогам.
– Тебе что, делать нечего? И разве твой старичок-нотариус разрешит транжирить деньги бабули?
– У меня есть те, что я зарабатываю сама. Забыла? Мне их некуда девать, так что могу тратить налево и направо на крестницу.
– Лена!
– Вот только давай без этого?! – недовольно рявкнула она, недобро прищурившись. – И еще, надеюсь, помнишь, что скоро свадьба.
– Ты не даешь забыть.
– Наряды выберу сама, подарков не нужно, главное – быть рядом и наблюдать.
Будто не на свадьбу пойдем, а на построение в военном училище.
– И там нельзя будет веселиться, только плакать? Может, я заболею?
– Нет, – чудесно пропела она. – Как раз будет представление, так что еды я много заказала.
– И рыбки побольше не забудь! – сказала первое, что подумала, тут же сожалея, замечая изумленный взгляд подруги.
– Рыбки?
Тут я скривилась. Вот же черт! Спалилась. Но меня конкретно вставляет на рыбке. Улыбнулась и быстро оправдалась:
– Это я по телевизору видела, там передача про свадьбы.
Если до этой фразы Елена удивлялась, то сейчас она пребывала в шоке.
– Ты смотрела передачи?!
– Угу… – ответила, не желая подтверждать.
– Так… – взволнованно пробормотала она и приблизилась, приложив руку к моему лбу, чем озадачила меня.
– Что? Зачем?
– Вроде нормальный… Температуры нет. Странно.
– Лена, у меня все нормально.
– Вроде так, но ты смотрела телепередачи… – подруга скривилась. – Тут нужно подумать, вдруг ты от переизбытка работы немного того…
– Того?
– Этого! С ума сходишь.
Только хотела ей треснуть, но тут в домофон позвонили. Я сделала шаг, как вдруг Соколова рванула вперед меня, обгоняя и хватая трубку, нажимая на кнопку.
– Ты собирайся за Настей. Даю вам два часа.
– А ты будешь здесь?
– Если получится. В любом случае я верю, что она будет счастлива.
Лена подошла к двери и открыла, впуская в квартиру четырех мужчин с длинными коробками. Мне оставалось только поздороваться и отправиться в гостиную под ее четкие команды. Была уверена, что мужчины справятся раньше, чтобы только избавиться от контроля диктаторши.
Переодевшись в брюки и блузку, я поспешила на выход. Специально договорилась, чтобы Настю не отправляли спать, так что за час как раз должна успеть.
– Хорошо вам потусить! – крикнула Лена мне вслед.
– Потусить… – усмехнулась, озадачиваясь, где она такие словечки черпает.
– И я все слышу! Не ворчи там, как старая грымза.
– Обязательно потусим, – крикнула, спускаясь по лестнице, так как лифты были забиты коробками, которые выгружали грузчики.
Забрала подарок, который специально заказала для Насти, и вышла из магазина. Уже дошла до машины, когда услышала пиканье сотового, который мне оставил Котов.
Уложила подарок в салон машины, проверяя, не упадет ли, и села на водительское кресло. Как ни хотела, но пришлось ответить на звонок. Пришла пора.
– Есть дело. Направляйся в клуб, – начал он, будто к своей шестерке обращался.
– Нет. С тобой я все дела закончила, – отчеканила, не желая больше общаться с этим уродом. И пожалуй, его нужно слить правоохранительным органам. Так, анонимно.
– Чего?! – рявкнул он, чем взбесил.
– Того. Срок прошел, который мы с тобой обговаривали, и я даже перевыполнила лимит заданий, так как помогла тебе с Анной.
– Я не добился того, чего хотел.
– Это твои проблемы, что ты не воспользовался моментом и не подкатил к жене Кувалова. Тряпка.
– Ты… – его рычание звучало песней для моих ушей.
Ничего. Пусть побесится.
– Я закончила с тобой, так что в расчете.
– Мне нужна твоя помощь! – не сказал, а потребовал.
Нужна! Фантазер, а не мужчина.
– Она тебе всегда будет нужна. И что? Такие, как ты, только умеют пользоваться, но я не продавала свою жизнь.
– Наивно веришь, что полковник простит тебя и будет жить с предательницей?
Мразь. Обязательно было Андрея упоминать? Без сопливых прекрасно знаю свое положение.
– Нет. Даже не надеюсь, поэтому закрываю лавочку и расстаюсь с ним, чтобы забыть, как кошмарный сон, – как можно беспечнее поделилась с ним своими планами.
– Мне нужна помощь.
– А я плевать хотела на это. Если честно, больше всех жду, когда тебя закроют.
– Я сам ему все расскажу.
– Напугал! И что? Вперед! Уж разберусь как-нибудь, про тебя все расскажу, и если нужно, то отвечу за свой поступок.
– Ты пожалеешь.
– Да с какой стати? Или твои обещания ничего не стоят?
– Мои… – тут он на удивление замолчал, очевидно, проглатывая свой яд. – Тебе еще нужно быть с ним, так как планируется новая поставка.
– Не собираюсь, так как меня это все больше не касается. Отвали.
– Я могу заплатить. Тебе же нужны деньги на суд?
Ох, зря он начал эту тему! Хотя… Правильно! А то ведь подзабыла…
– Уже нет. Кому ты платил, всех отстранили от работы. В ближайшее время мое дело пересмотрят и отдадут сестру. Так что ты можешь быть СВОБОДЕН.
– Думаешь, обыграла меня? – ехидно уточнил Кот, гадко посмеиваясь в трубку. – От меня так просто не уходят.
– Да? Я буду первой, а Анна второй. Ты не представляешь, как мне не терпится рассказать ей о том, что ее сестры уже как год нет на свете, умерла от передоза, а ты играл на ее чувствах. Подонок.
– Она жива!
– У меня другие сведения, и я обязательно поделюсь с ними с нашей наивной медсестрой.
– Ты не посмеешь! Это все ложь!
– О, я такая.
– Думаешь, слова наркоманки что-то значат? Она что угодно скажет, особенно когда мечтает о дозе.
– Она уже не наркоманка.
– Зря ты решила играть против меня. Очень жаль. Ты вынуждаешь меня ударить в ответ.
Нахмурилась. Что-то мне не нравился его тон.
Слабые места. Кот всегда давит на слабые места.
У меня слабое – это Настя.
Быстро завела машину и вывернула на дорогу.
– И тебе желаю провалиться сквозь землю и сгнить там, – сказала и отключилась, громко выдыхая: – Урод!
И все же улыбнулась.
Вот! Главная проблема решена. Я свободна!
Аллилуйя!
Только нужно сестру забрать и обеспечить ей охрану. Может, временно пожить у Соколовой? Ненадолго, пока Кота не загребут в тюрьму.
Уж я позабочусь об этом…
Через сорок минут я была на месте. Вышла и сразу же направилась к крыльцу детского дома, откуда неожиданно громко и быстро выбежала Лапкина Милана Алексеевна. Всегда медлительная с царственной походкой она бежала ко мне, что моментально вызвало тревогу.
– Кристина! – кричал директор детского дома, тяжело дыша при таком резвом беге. Вероятно, в последний раз так бегала еще в школе на уроке физкультуры.
– Что случилось? – спросила я, добавляя шаг.
– Настю забрали…
– Что значит, «забрали»? Кто мог ее забрать? Да и с какой стати?
– Вот так! – взволнованно воскликнула женщина, нервно дергая выбившиеся пряди волос. – Приехали здоровые мужики и сказали, что если я хоть слово кому скажу, то порежут меня и всех детей. И не дай бог в полицию сообщу.
– Я хочу посмотреть камеры, – бросила ей и направилась к зданию.
– Да какие камеры, Кристина?! Я отказалась от них. Денег-то нет в бюджете. Вот они для отпугивания тут работают.
– Вы издеваетесь? – ошарашенно спросила, пытаясь понять, что она мне говорит. Не верила. Да и как? Я же оставила свою девочку в детском доме, а не на остановке или в магазине. Как такое возможно?
– Кристина, что делать? Как быть? У меня семья, да и наши детки. Что мне делать? Я боюсь… – взмолилась женщина, с надеждой всматриваясь в мои глаза.
Что делать?!
Делать…
Черт!
– Камеры подключите! – рявкнула и быстро пошла к машине, выхватывая смартфон, начиная набирать Ольге.
Только вот она на острове. Отдых у нее.
Ну а вдруг?
Села в машину, продолжая нажимать на набор номера. Бесконечно тыкала и тыкала. На десятый раз я сама скинула, закусывая губу от ярости.
Хотя, зачем звонить кому-то, если знаешь, кто мог это сделать? Два варианта крутилось в голове, но в одном я не сомневалась.
Мерзкий Кот похитил ее! Сука плешивая!
Так обиделся, что похитил ребенка?
Принялась набирать ему, но Котов не отвечал, поэтому завела машину и круто стартовала с места, рыча шинами. Я мчала к Котову, мечтая убить.
Гнида!
Кипела от ярости, сжимая руки в кулаки, понимая, что сейчас на грани.
Подъехала через тридцать минут, нарушив все, что можно. Вышла и поспешно направилась к центральному входу, где дежурило два охранника. Приблизилась к охране, планируя вырубить, но мужчины на меня никак не отреагировали, будто и не видели вовсе.
Значит, осведомлены. Кот меня ждет.
Двигалась по коридору, пока не заметила в углу администратора. Высокий парень в черном костюме показал мне в сторону комнат на втором этаже, где отдыхают богатые посетители. Надо же, где он меня ждет. Сомневалась, что у него планы на меня, вероятно, не желает отвлекаться от любовных утех, и решил заодно поговорить со мной.
Отлично! Поговорим…
Прошла и сразу же открыла дверь, слушая грохот от своего эффектного появления. Девушка анорексического телосложения, которая танцевала для Кота, от такого появления грохнулась с шеста. Но меня она абсолютно не волновала. Подождет, как раз сможет поесть.
Котов сидел на диване и пил виски, совершенно никак не реагируя на мое появление.
– Надо же, как быстро, – едко заметил и махнул рукой девушке, которая тотчас натянула на свое тельце костюм демонессы и поспешно убежала.
– Ты, мразь… – сразу перешла к главному и только пошла на него, когда вдруг услышала плач сестры.
Моментально остановилась, пытаясь понять, откуда идет звук. Оказалось, сестра плакала на громкой связи по телефону. Получается, где-то держали. Но где?
В подвале?
– Настя… – выдохнула, ощущая отчаяние.
Сестру обижают?!
– Посмеешь подойти ближе, и я прикажу ее грохнуть. И уже неважно, что ты сделаешь со мной. Девчонка умрет по твоей милости.
– Ну ты и сука! – процедила, с трудом себя сдерживая.
– О тебе могу сказать хуже, но зачем? Так что сядь и слушай!
– Не хочу, – процедила, внимательно осматривая ВИП-комнату. Он ведь здесь один. Жалкий беспомощный Кот один на один со мной. Я могу выбить телефон и взять его в заложники.
– Сядь! Или попросить, чтобы девчонку усыпили? Знаешь ли, она уже всех достала своими криками и плачем. Как думаешь, какая ей дозировка подойдет?
Побледнела, ужасаясь его словам.
– Не трогай ее! – процедила и села на кожаный диван.
– Я отдам ее, когда ты усмиришь Бесстрахова. Через месяц у нас новая партия. Мне нужно, чтобы ты нашла информатора полковника. Видишь ли, не могу найти эту крысу.
– Конечно, у тебя же мозгов хватает только на то, чтобы детей воровать. Ублюдок.
– Я понимаю, ты злишься, но что поделать? Я не готов тебя отпустить. И да… – мужчина сделал паузу, пригубив виски, – посмеешь поделиться с Анной своими больными идеями по поводу сестры, и свою потеряешь. Мне эта проститутка еще нужна.
– Ты рассчитываешь, что я тебе продамся, ради призрачной надежды увидеть сестру? Мне нужны гарантии.
– Я предоставлю вам возможность видеться. Скажем, раз в неделю. Тем более она будет содержаться в хороших условиях.
Содержаться?!
– Ты… – резко встала, тут же застывая на месте, реагируя на его веселое замечание: – А может, ты хочешь, чтобы я ее избил? Сам я против, но у меня есть люди.
– Я тебя уничтожу.
– Нет. Ты будешь меня защищать. Притом ото всех.
– Какая же ты мразь! Твое слово ничего не стоит.
– Ты сама вынудила меня. Я ведь предлагал тебе деньги, но ты отказалась. Теперь будешь работать ради жизни твоей сестры.
– Да знаешь, куда можешь засунуть свои деньги?
– Догадываюсь, но ты этого не сделаешь.
– Я не могу бесконечно нянчиться с Бесстраховым. Он хочет познакомить меня с сестрой.
– Вот и замечательно! Ты ведь знаешь, кто его сестра, верно?
Замолчала. Только этого мне для полного счастья не хватало.
– Значит, знаешь. Так вот… я хочу, чтобы ты стала Алине лучшей подругой и подтолкнула ее ко мне.
– Она вроде не дура.
Котов гадко усмехнулся и поднял бровь.
– Это намек?
– Нет, это уверенность. С таким ничтожеством она не свяжется.
– Для нее у меня тоже есть предложение.
– Ну конечно. Нарыл что-нибудь интересное на семью?
– Ты не только подтолкнешь, но и сведешь вместе ее мужа и Анну. Как хочешь и чем хочешь, либо уберешь его.
Уберешь? Котов сошел с ума? Хотя… откуда у него мозги?
– Ради одной жизни я не буду уничтожать другие.
– Какое достойное правило. Что же, у тебя всегда есть выбор. Мне неважно как, но ты должна развести Кувалова с женой и, конечно, приглядывать за полковником. Он уже мне в шею дышит, – Котов глянул куда-то позади меня и брезгливо бросил: – А теперь пошла вон. И не к себе, а к своему заданию. И да, ты же не хочешь, чтобы ваша новая квартира сгорела? Ты столько работала, чтобы ее купить.
– Я никуда не уйду!
– Что? – в его глазах видела возмущение.
– Покажи ее. Покажи мне сестру!
– Ты мне не веришь?
– А тебе можно верить? – воскликнула, задумываясь о том, есть ли у него мозги. Я ведь знаю обо всех его грязных делишках.
– Что же… Но увести девчонку не получится. И советую не впрягать сюда подруг. Наслышан о них, но у каждой есть слабые места. Ты же не хочешь создавать им проблемы?
– И почему тебя не задавят как крысу?
– Рад, что думаешь о моем здоровье. Что же… На три минуты позволю вам увидеться, но если устроишь что-то, то девчонку сразу грохнут.
– Тебя бы так… – ледяным тоном выдала, не в силах больше ничего сделать. Как же меня раздражала эта слабость.
– Теперь пошла вон!
Услышала шорох. За мной стоял мужчина. Обернулась, чтобы увидеть, как он кивнул мне и направился из комнаты, а я следом.
Двигаясь за мужчиной, лихорадочно соображала. Кстати, они вели меня туда, где держали Вику и Лизу. Теперь закрыли там мою маленькую сестренку. Твари.
Спустившись к подвалу, охранник прошел до двери, за которой находились клетки, и открыл ее.
– Без фокусов.
Вошла спокойно, но стоило увидеть сестру, сжавшуюся в комочек на полу, рванула к ней.
– Настя! Настенька…
– Кристина, – сестра с плачем бросилась ко мне, просовывая руки через толстые прутья. – Кристина, забери меня отсюда! Забери! Мне плохо! Они меня украли!
– Я обещаю… – прошептала, чувствуя ком в горле. Не могла нормально говорить, только хрипеть получалось. – Я обещаю, что вытащу тебя. Непременно! Только, пожалуйста, потерпи.
– Я не хочу быть здесь. Не хочу! – плакала она, трогая меня, будто хотела спрятаться в моих руках.
Ощущая прикосновение мужской руки к плечу, ударила по руке, перехватывая за кисть, с силой толкая охранника на клетку. Но тут, откуда ни возьмись, появился второй. Но вместо нападения он поднял руку, нажимая на экран смартфона. Дернулась к нему, но фраза остановила.
– Вколите девчонке дозу! – безжалостный голос Кота оглушил.
– Нет! – выкрикнула и спокойно отошла, ощущая дрожь по всему телу. Настя плакала, а я хотела выть от отчаяния.
И зачем сорвалась?
Но я не контролировала себя…
– Ее нельзя здесь оставлять, – громко закричала, чтобы Котов слышал. – Тут она заболеет. А если это случится, то тебе ничего уже не поможет!
– Хорошо, я позабочусь об этом, но встречаться вы будете здесь. Теперь уходи.
Сестру закрывали охранники. Понимая, что сейчас снова сорвусь, я сжала руки в кулаки и направилась к двери. Шла на автомате, ничего не понимая.
Что-то мокрое пошло по щекам. Смахнула рукой, понимая, что впервые за долгие годы я вновь влачу. Теперь от отчаяния…
Не помню, как дошла до машины, но там упала на руль и громко разревелась, ощущая себя раненым зверем, которого усадили в клетку.
– Все хорошо? – спросил Андрей, чем вернул в реальность. Только выехали от дома Куваловых. Были в гостях у Алины и Стаса. Замечу, очень даже радушные хозяева, общительные и милые, а главное – влюбленные.
И ведь как только не пыталась их рассорить…
– Да, конечно, – как можно беспечнее ответила, стараясь при этом улыбаться. Я же у нас милая, добрая и так далее по списку.
И такая я уже почти месяц…
Невыносимо долгий и проклятущий месяц.
От переживания за сестру я сходила с ума, при этом стараясь быть идеальной. Кот меня контролировал, угрожая при каждом удобном случае, поэтому косячить у меня не было шансов.
С сестрой виделась раз в неделю. Она рассказала, что ее держат в другой комнате, с телевизором и планшетом, но когда встречаемся, то приводили в клетку. Я так переживала, что ее покалечат, что все терпела. При этом была похожа на смерть.
– Мне кажется, ты чем-то обеспокоена, – задумчиво произнес Андрей, внимательно глянув на мое лицо.
– Нет, все хорошо.
– Как тебе моя сестра? – поступил следующий вопрос.
– Замечательная… – воодушевленно заявила, не зная, что еще сказать. Другое и нельзя. Впрочем, мне действительно было хорошо на этом мероприятии. Помимо Алины и Стаса Куваловых, была вторая семья – старшего брата, Максима. Он приехал с женой Юлией и дочерью Полиной от первого брака. Познакомилась и с ними.
Если честно, смотрела на Алину и видела себя. Да она ужасно напоминала меня. Даже появилась шальная мысль, что если брат приветствует такой характер сестры, восхищается ей, то и меня не отвергнет.
Но он тает рядом с милой и покорной идиоткой, которой я себя выставляла. Как послушная рабыня… и слова не скажи.
– Она у меня спортсменка, сейчас работает инспектором по делам несовершеннолетних.
Андрей довольно кивнул и выдал:
– Тебе на работу не нужно завтра?
Сейчас я работала каждый день, чтобы отвлечься, но к приходу Андрея успевала даже приготовить и убраться. А что еще делают хорошие любовницы? Ах да, и секс. С этим я точно не заставляла себя, отрывалась по полной. Где еще мне скинуть напряжение? Правильно! С Бесстраховым. Вероятно, поэтому в постели я не была милой и обворожительной, но Андрея все устраивало. Вероятно, считал, что секс меня меняет.
Но меня меняет шантаж!
Пиликнуло сообщение.
«Стас больше не приходит ко мне. Ему плевать на этого выдуманного ребенка! Что теперь делать?»
Вот что за дура?! Я же просила мне не писать.
«Завтра не могу. Подожди. Я сама приду к тебе».
За все, что она ни бралась, с грохотом проваливала. Неудачная актриса на мою голову. И что особенно угнетало – ее вечное нытье. И неважно разговор или сообщения, она всегда находила для этого время. Так что разговоры о злой судьбе и идиотах-мужчинах неизменно выносили мне мозг.
Идиотах…
Как же? Кувалов плевать хотел на Анну, за своим инспектором гонялся, взглядом пожирал, не стесняясь никого. Это я точно наблюдала сегодня у них дома при честном народе. И Алина меня удивила. Она замяла вопрос с беременностью любовницы.
Но тут, я думаю, другая причина. Вероятно, нашла повод не верить.
Да я бы тоже не поверила.
Кувалов и измена – как-то не вязались, и неважно, что он еще тот герой-любовник. Все поменялось, насколько могла судить. Они же как два голодающих из Поволжья смотрели друг на друга.
«Раньше давай. Кот обещал убить сестру, если не разведу их».
Это не Кот, а паразит!
Нахмурилась, всматриваясь в остановки, дома, гуляющих по дорожкам людей с колясками и собаками. Я все обдумывала, как завершить этот фильм ужасов. Понимая, что Кот будет бесконечно удерживать сестру, а меня в качестве своего личного исполнителя грязных дел, я искала выход.
Подключать своих подруг я не стала, даже ничего не рассказала, хотя у них были подозрения. Пришлось даже общаться с Анной через второй телефон, чтобы Ольга ничего не узнала и не поделилась с Леной. Но сейчас я уже была на грани, понимая, что мне нужна помощь. Хорошо бы придумать вариант, чтобы Кувалова Алина узнала о том, что за всем стоит Кот, и тогда уже развитие событий пойдет совсем по другому течению.
А если… скинуть Русалку Коту и написать о похищении Кувалову? Тот ведь явится со спецназом и разломает в щепки чертов клуб. И еще нужно дождаться завтрашней партии наркотиков и дать наводку Андрею.
Но Кот не должен знать, что это я, а значит, нужно действовать аккуратно через Анну и сыграть на эмоциях всех участвующих.
– Завтра до обеда я буду дома, – сказала и потянулась к Андрею, нежно поцеловав. Мы как раз остановились на переходе.
Стоило поехать, я написала Ольге, которая вернулась из своего отпуска и уже трудилась на новой работе, как и Лене:
«Мне нужна ваша помощь. Завтра у меня в 18.00. Я все расскажу…»
Отправила послания и убрала телефон, отключая звук. Я знала, что такое сообщение не оставит подруг равнодушными. Вместе мы продумаем вариант нападения на клуб. И тогда я воспользуюсь моментом и заберу Настю.
Да, все станет явным, но мне было плевать. Я готова была ответить за все, только бы вытащить ребенка из этого ада.
Пиликающая музыка раздражала, вызывая желание забросить телефон в окно. И она не заканчивалась…
И кому я нужна утром в выходной день?
Неизвестный номер высвечивался на экране. Скривилась и залезла под одеяло, отключая звук, не желая отвечать.
Только обрадовалась, что трезвонить уже не будут, как вновь пошла противная мелодия.
Кто-то нетерпеливый и наглый пламенно желал со мной пообщаться.
– Выкинь телефон, – услышала я предложение Андрея.
Кивнула и прижалась к нему, понимая, что завтра уже все закончится. Разойдемся, как в море корабли. Втянула его притягательный запах и улыбнулась, не желая отодвигаться.
И вновь запиликал телефон.
Вероятно, кому-то я уж очень нужна.
Надула губы и нехотя ответила:
– Слушаю.
– Привет, лапуля, – услышала я мерзкое приветствие.
Проснулась, узнав голос Воропаева. Какого черта ему нужно? Не просто же так Максим вспомнил обо мне.
Осторожно вылезла и быстро направилась на балкон, радуясь, что купила эту короткую, но просторную пижаму. Закрыла дверь и, приблизившись к открытому окну, ответила:
– Воропаев, ты плохо понял? Я тебе запретила мне звонить.
– Да? Тогда жду финансовой помощи, – ехидно пропел он.
– Это ты у меня просишь? Ты?! Убийца моей матери?
– Все также считаешь, что я виноват? Больная, – слишком довольно выдал он, раздражая еще больше.
И как мама могла влюбиться в такую мразь? Честно, я искренне не понимала.
– Я уверена, что это ты.
– Идиотка, лечись!
– Как удачно все сложилось, не правда ли? Переписал на себя все имущество, оставив детей ни с чем, а потом избавился от ненужной жены, – рявкнула и посмотрела по сторонам. – Придет твой час.
– Не напугала, если что. А вообще, я звоню, чтобы сказать тебе о том, что в скором времени отниму у тебя Настю. У меня семья.
Внутри все вскипело. Яростно сжала трубку и процедила:
– Ты не получишь мою сестру!
– Я ее отец, – не говорил, а пел. Не сомневалась, что пока говорил, целовал свое отражение в зеркале.
– Который отказался от нее, – напомнила ему.
– Сейчас у меня есть семья.
– Слушай ты…
– Это ты будешь слушать меня, лапуля, если хочешь этого не допустить. У меня есть предложение.
– Денег у меня нет.
– Я могу потерпеть, пока не найдешь. За эти годы я научился быть понимающим.
– Что это значит?
– То и значит, что нужно встретиться и поговорить.
– Поговорить?
– Не хочешь? Тогда я могу просить жену начинать процесс? Она у меня со связями, быстро все решит.
– Не сомневаюсь. Именно таких ты любишь.
– Много говоришь. В общем, пока нет денег, я буду пользоваться тобой.
После такого заявления захотелось истерично рассмеяться. Да что же за проклятье? Почему этот паразит вечно влезает в мою жизнь и все портит?
– Мной? Ты решил раньше времени умереть?
– Я собираюсь, признаюсь жене в том, что у меня есть ребенок. Знаешь, у нее бесплодие, а тут такая милашка. Кстати, девочка очень похожа на меня.
– Я не отдам тебе Настю…
– Тогда сегодня в двенадцать жду в ресторанчике, чтобы обговорить все условия. Так и быть, я оплачу счет.
– Я никуда с тобой не поеду.
– Есть другой вариант: ты отдаешь мне квартиру, и мы в расчете. О да, узнал, какая ты молодец.
– Ты не получишь нашу квартиру! – процедила, ощущая ярость.
– Сегодня в ресторане «Розы Морозы». Если не явишься, то уже будешь общаться с нашими адвокатами.
Он отключился, а я продолжала стоять, вновь и вновь повторяя его слова. Воропаева мне ко всему прочему не хватало.
Послышались шаги. Вышел Андрей и подал мне теплый халат.
– Прохладно сегодня.
Я так не считала. Лицо горело, а вся была в такой ярости, что могла закипеть.
– Спасибо, – выдавила из себя и приняла халат, накидывая на тело.
– Что случилось? – вдруг спросил он.
– Случилось… – устало повторила и двинулась в направлении кухни. – С работы.
– Я могу чем-то помочь?
Какой добрый. Настоящий мужчина. И завтра уже все закончится…
Обернулась, всматриваясь в его темно-серые глаза. В них видела беспокойство. Быстро подошла к нему и нежно поцеловала. Так нежно, будто хотела этим поцелуем все-все рассказать.
Как только оторвались, склонила голову и улыбнулась.
– Хочешь омлет? – спросила, продолжая обнимать.
– Заманчиво, но будет лучше, если я приготовлю, а ты посидишь. Ты расстроена.
– Как раз взбодрюсь, – ответила, нехотя отпуская. – Тогда я сейчас приготовлю и потом…
– Уедешь по делам?
– Да… – сказала, вновь оценивая его поразительную проницательность, и направилась в кухню, по пути хватая упаковку яиц из холодильника.
– Я помогу… Тебя до какого часа не будет?
– Пока не знаю, как пройдет… встреча, – ответила, быстро разбивая ножом нужное количество яиц.
Андрей открыл холодильник, планируя достать молоко, и вдруг будничным тоном произнес:
– Заметил, что твоих вещей почти нет. Ты переезжаешь?
Застыла с венчиком в руках, уже через мгновение начиная дальше взбивать. Действительно, я за этот проклятущий месяц вывезла большую часть вещей. Ведь понимала, что нужно что-то решать и дальше жить с Андреем не буду. Оставила только те, что Лена от сестер передала.
– Почему так решил?
– Ммм… твой чемодан. Он обычно стоял в углу, теперь его нет.
– Я его одолжила подруге.
– Елене? Или Ольге?
Нахмурилась, не припоминая, когда успела рассказать об Ольге. Про эту хакершу никому нельзя рассказывать. Я не могла…
Тогда откуда?
– Лене. Она собралась в отпуск.
– А как же нижнее белье?
Тут мой мозг окончательно сломался.
Что происходит?
Как он понял, что я почти все забрала, кроме красных и розовых комплектов? Он считал их? Даже я не помнила точно, сколько их было.
– Избавилась от тех, которые угнетали и вышли из строя, – как можно веселее сказала и повернулась к нему: – Инвентаризацию делал вместо меня?
– Нет, но когда раньше нижнее белье занимало полку, а сейчас укромно лежит в уголочке, тут невольно задумаешься.
Какой внимательный мужчина! Хотя мне больше верилось в то, что он следит за мной. Ну вот как-то больше укладывалась эта версия в голове.
Или я слишком подозрительная?
– У нас все хорошо? – вдруг задал вопрос он, прямо посмотрев на меня, прожигая взглядом.
Будет… очень скоро.
Выдавила улыбку и, сделав шаг к нему, поцеловала его губы, мило заявляя:
– Лучше и быть не может.
Подъехала к ресторану точно по времени. Одежда, естественно, как на похороны, специально с этой целью домой заехала, так как у Бесстрахова осталось только розовое или красное. Как без ложки дегтя в бочке меда? Правильно! Никак. Собиралась испортить ему настроение на всю жизнь, представляя собой половник адской смеси.
Прошла и села за столик. Воропаев уже все организовал: салат, горячее и сок в бокалах. Еще бутылка воды стояла со стаканом.
– Что хотел? – перешла к делу.
– Присоединяйся, только принесли.
– Я сюда приехала не любезничать и не обедать.
– Ты приехала договориться, так что села, взяла вилку и все съела.
Командир какой! Быстро сняла куртку, бросив ее на соседний стул, и пока он не начал есть, поменяла тарелки.
Максим с возмущением оценил мой порыв, а потом начал довольно хихикать, будто ожидал такой вариант событий.
– Не доверяешь?
– Естественно.
– А если я уже попробовал…
– Я не брезгливая, к яду приученная с юности.
Кстати, горячее было довольно вкусное. Отметила, что мужчина тут не первый раз обедает, раз так свободно держался, обращаясь панибратски к официантам. Мне его, конечно, привычней бы видеть в забегаловках и пивных барах. Больше бы подошло.
Как бы ни было вкусно, съесть все не могла. Поклевала только. Вытерев рот салфеткой, я спросила:
– Так что?
– А как же сок? – осведомился он. – Замечу, тебя прокормить можно без проблем.
Проигнорировала его слова и взяла бутылку с водой, вскрывая и наливая в стакан. Пить хотелось, так как было душно. Удивительно, что везде и всюду в ресторане торчали кондиционеры, но они не работали. Как так? Обычно у них всегда все работает.
– Мы будем встречаться раз в неделю. Пока… ты не найдешь сумму.
Оставила его надежды без ответа.
– И какую сумму ты хочешь?
– Два миллиона.
Даже рот открылся от возмущения.
– Мне легче тебя убить и закопать где-нибудь на заводе…
– Это небольшая сумма, учитывая, что ты не услышишь обо мне. Мне хватит на первое время.
– А потом что, ты вернешься за добавкой, да?
– Нет, я письменно откажусь от ребенка.
– И ты считаешь, что я поверю? – жажда жестоко мучила меня. Будто не пила неделю. Открыла воду и все перелила в стакан, тут же выпивая.
– Я не обманывал.
– Лжец, – процедила, вдруг понимая, что как-то вот жарко мне. Даже дышать не могла. – Почему не работают кондиционеры?
Осмотрелась в поисках официанта, но никого поблизости не было.
Воропаев как-то скривился на мой вопрос и поспешно встал:
– Ладно, раз поели, можно и поехать.
– Куда?
– В гостиницу. Думаешь, я просто так тебя пригласил?
– Чего? Ты идиот, думай, что говоришь. С тобой лечь, себя не уважать.
– Твоя мать…
– Не нужно трогать мою мать! – сказала, резко вскочив. – Ты запудрил ей мозги и убил. Ты думаешь, я не выяснила, что в тот день ты там был? – нагло соврала, имея только подозрения. Ольги я не дозвонилась.
– Меня проверяли. Я поехал к другу.
– Твой телефон был у друга дома, но не ты… Я попросила подругу все разузнать. Она лучший хакер в городе, чтобы ты знал. Так вот… она уже роется у твоих друзей и знакомых в телефонах, и я верю, что найдет. И да, не надейся, что я отдам тебе Настю. Я не только не отдам, а еще посажу тебя за убийство.
– Ты с ума сошла.
– Еще посмотрим… – сказала и пошла, ощущая тошноту.
Черт!
Что такое?
Почему кружится голова?
Обернулась и посмотрела на стол. Тарелки я поменяла, сок не пила. Тогда как?
Взгляд упал на пустую бутылку.
Но ведь она была закрыта. Я самолично вскрыла ее.
Хотя привкус был со странным запахом.
Хотела взять ее, но поняла, что ноги не слушаются.
Нужно дойти до машины и там закрыться, а потом позвонить Андрею. Хотя, как я ему объясню? Лене или Ольге, если дозвонюсь.
Шла с трудом, кое-как передвигая ноги, была похожа на наркоманку со стороны.
Наверное.
Не знаю, мне было очень плохо.
Только дошла до машины, как меня начало мутить.
И правильно! Нужно немедленно выкинуть эту гадость из своего желудка. Засунула два пальца и все что могла, выкинула в пакет, который вытащила из кармашка в машине. Пусть и ужасно, но лучше так. Еще бы воды. Потянулась и дрожащими руками схватила бутылку воды, вливая в себя.
Справилась.
Только хотела сесть, как вдруг услышала шаги за спиной.
Черт!
Неуклюже обернулась, замечая руку с тряпкой, которой ткнули мне в нос. Лишь успела вцепиться ногтями нападающему в лицо, неожиданно теряя сознание под проклятия мужчины.
Очнулась в машине.
По запаху точно могла сказать, что не в своей. Воняло сигаретами и бензином. И от этого запаха стало еще хуже.
Лежала в салоне с закрытыми глазами и обдумывала сложившуюся ситуацию. Насколько понимала в своем плачевном состоянии, Воропаев меня вырубил у ресторана и куда-то вез.
– Я откуда знаю?! – с кем-то общался Максим, закричав во весь голос. – Подруга-хакерша! Что делать? Нужно избавляться от этой, потом от другой.
Услышала крики, которые шли от телефона Воропаева. Собеседник кричал.
– Не кричи. Я понял. Понял… – согласился Воропаев. – Я на месте, все сделаю.
Через минуту мы остановились.
Максим обошел и открыл дверь салона. Наклонился и получил от меня ногой в лицо, потом в живот, тут же падая назад.
– Тварь! – закричал он и бросился ко мне, как только очнулся, но я все же успела подняться и захлопнуть дверцу машины перед его носом, нажимая рукой на кнопку.
Замечая, что он идет к водительской двери, быстро пересела и заблокировала машину.
– Дура! Ты чего делаешь? Открой машину! – потребовал он, дергая за ручку, крича при этом, будто его резали.
Я же сидела, пытаясь понять свои ощущения. Чем он меня отравил?
Мне было очень плохо. Вновь накатывало.
Бутылка воды лежала, но я боялась пить.
Пошел спазм, и я в отчаянии вновь стала помогать себе пальцами, чтобы избавиться от всего.
– Это моя машина! Моя! Ты же кончишь ее! Вылезай! – кричал он, но я не слушала, уничтожая его машину. Лишь когда стало лучше, повернулась и показала ему средний палец.
Он оценил, яростно скривившись, обещая расплату. Я же свой достала смартфон, тут же набирая номер Воропаева.
– Я сейчас полицию вызову.
– Это я вызову!
– Отлично. Давай. А я расскажу, как ты меня похитил и отравил.
– Не травил я тебя. Это у тебя что-то не то с желудком. Всю машину мне испортила!
– Я слышала, как ты разговаривал с другом, и говорил, что хочешь убрать меня.
– Ты на себя посмотри. Кто тебе поверит?
– Поверят. Непременно сдам анализы, чтобы посмотреть, что было в той бутылке.
– Выходи и поговорим.
– Ну уж нет. Я, знаешь ли, не в форме, – проговорила, скривившись от ужасного запаха. Вонь стояла ужасная.
– Я хотел затащить тебя в постель и все, – с обидой заявил он.
– И привез сюда?
– У меня жена ревнивая! Вот и хотел тебя здесь поиметь.
– Себя ты здесь поимеешь, урод, – рявкнула и отключилась, прислонившись к спинке.
Так и сидела с закрытыми глазами.
Не знаю, сколько прошло времени, но когда проснулась, то была уже одна. И что порадовало – чувствовала себя лучше.
Осмотрелась и достала телефон.
На все про все ушло два часа.
Откинула голову на спинку и набрала номер Ольги. Мне нужна была ее помощь с информацией. Теперь известно, что у Воропаева есть друг, который в курсе всего. Уже будет легче.
И как пообщаюсь, вызову такси.
Первый звонок прошел мимо, Оля не ответила. Покачала головой и, проверив нож, вышла на улицу. Не могла больше там находиться, вонь вызывала рвотные позывы.
Как раз пошел второй звонок. К моему счастью, Ольга, наконец, ответила:
– Да.
– Мне срочно нужно нарыть полную инфу об одном уроде, – заставила себя сказать, кое-как двигаясь.
– Это ты про бывшего? – спросила она.
– Хуже, – прорычала, останавливаясь, так как закружилась голова. – Я говорю про второго мужа моей матери, этого выродка Максима.
– Тебе что именно нарыть на него? – перешла она к делу, вызывая полуживую улыбку.
Вот и отлично! Теперь я верила, что мы по-любому найдем что-нибудь на Воропаева.
Сестру он не получит.
Как только разговор был завершен, я принялась запихивать смартфон в карман, как вдруг услышала пиликающие звуки. Поступило сообщение.
«Жди меня! Я в пути, буду через двадцать минут».
Сообщение от Золушки заставило улыбнуться. Видимо, Ольга, пока мы с ней общались, сдала меня Соколовой с потрохами.
И ведь я ничего ей не сказала…
Ладно, все равно у нас сегодня встреча. Ей суждено состояться.
Наблюдала из окна квартиры Суриковой за машиной Алины. Кувалова с кем-то усердно разговаривала, то и дело поглядывая на окна. Отошла и набрала Ольгу, спрашивая, как только она взяла трубку:
– И что там?
– Она общается с Верой Муровой. Женщина работает в регистратуре поликлиники МВД, – тут возникла пауза. – Так, она скинула ей пароль от камер этого дома.
– Неплохо… Пытается понять, кто преследует Сурикову.
– И это ты, верно?
– Я.
– Слушай, опасно то, что ты задумала. На кону жизнь не только твоей сестры, но и Куваловой.
– А то я не знаю! Но лучше нам дружно все это закончить.
– Ленка в напряжении.
– Никто не должен узнать, что вы как-то участвуете.
– Это понятно, но ты осторожнее.
– Да. Будь начеку, когда я выйду, она пойдет за мной. Возможно, мне понадобится твоя помощь.
– Да я даже есть не могу, в напряжении. Давай уже скорее ее вырубай и Коту вези.
– До связи, – сказала и отключилась, реагируя на голос Анны.
– Я его умоляла, просила, а она… – это медсестра повторяла бесконечно. – Даже если бы я действительно оказалась беременна, ему бы было плевать. Он бесчувственный чурбан!
– Мне пора, – бросила и направилась к выходу.
– Что? Куда? Ты ничего не сказала, – возмущенно выдала женщина, поправляя свои волосы. – Как мне быть?
– У меня возникли срочные дела. Чуть позже я тебе наберу.
– Наберешь? Мне с тобой идти?
– Нет. Жди здесь.
– Я ничего не понимаю!
– И это хорошо… – проговорила, открывая дверь. Схватилась за ручку и на всякий случай предупредила: – Как решу вопрос, договорим.
– Постой!
Захлопнула дверь и вышла. Двигалась спокойно, стараясь не смотреть на машину Куваловой, зная, что сейчас она следит за мной. Прислушивалась, и когда дверь хлопнула, то поняла, что она вышла и пошла за мной.
Меня устраивало.
Все шло по плану.
Дошла до детского дома и быстро добежала до крыльца, пользуясь тем, что она держала дистанцию. Детки в это время уже отдыхали, поэтому, как только оказалась внутри, приблизилась к окну, чтобы наблюдать за Алиной с удобного ракурса. Девушка накручивала круги вокруг детской площадки и с кем-то разговаривала по телефону. Сжала электрошокер в руках и позвонила Ольге.
– С кем она говорит?
– С Меняйловой Ольгой Николаевной, работающей в Управлении по вопросам миграции УВД РФ по Омской области.
– Понятно. Пробивает меня.
– Не тебя, а Бабикову, – деловито выдала она. – Хочешь, скину фотографию этой женщины?
– Неинтересно.
– Я уже скинула, потом оценишь. Так что?
– Анна идет?
– Да. Мчит, как только получила твое сообщение с адресом.
– Отлично.
Не успела сказать, как на дорожке показалась Анна. Она смотрела по сторонам и ничего не видела, в то время как Бесстрахова с огромным интересом наблюдала за ней.
– Все, отключаюсь, – пробормотала и набрала Анну. – Заходи. Код 126. Дверь не закрывай.
– Но зачем?
– За тобой слежка. Ты привела жену Кувалова.
– Я? Но я ведь смотрела!
– Делай, как сказала.
Дальше Анна зашла, а Бесстрахова стала вновь звонить.
Только хотела позвонить Ольге, как от нее пришло сообщение:
«Все! Она позвонила Бесстрахову Андрею».
Дальше я уже бежала. Приблизилась осторожно и быстро, при этом слушая беседу девушки с братом. Она не заметила, только когда я уже была за ее спиной, поэтому не смогла сопротивляться, особенно когда я применила электрошокер.
Закинув бесчувственное тело девушки себе на спину, поспешила к детскому дому, где уже ждала Анна, охая и причитая. Признаться, она бесила, но сейчас ее паника была к месту. Это повод поругаться, чтобы потом отправиться к Коту.
Находилась в клубе, а именно в дамской комнате. По плану здесь еще пять минут, далее по лестнице на второй этаж, где находилась Алина и Кот. Одно из двух: либо они сейчас «мило» общались или девушка так и не пришла в себя. Примерно представляя характер Русалки и мерзкую сущность Кота, ничем хорошим общение не закончится. Планировала нагло вмешаться.
Глянула на телефон и закрыла глаза. Пришло время.
Сжала пальцы в кулак, понимая, что выхода нет, и отправила координаты Андрею, сообщая, что Алину он найдет здесь в заложниках у Кота, как и новую партию наркотиков.
Прижалась головой к прохладной стене, когда раздался звонок. Ольга звонила, чтобы уточнить по ситуации.
– Кувалов был у Анны.
– Угу, – протянула, обдумывая варианты его действий. – Сам понял.
– После того как ты вырубила Алину, Бесстрахов позвонил Кувалову, и они сразу же направились к ней. После твоего сообщения Бесстрахов рванул в сторону клуба.
Задумалась. Мне все не давал покоя один важный вопрос.
– Тебе не кажется, что Андрей все это время знал, кто я?
Повисла гробовая тишина, как раз в момент, когда музыка остановилась. Видимо, сменили диджея.
– Оль, ты спишь? У меня момент «икс». Я должна знать, – напомнила ей о себе. Понятно уже, что она все узнала. Не просто же так дышит в трубку и молчит.
– У него есть другая симка, недавно обзавелся. Только сегодня узнала.
– Второй телефон?
– Да. И там… в основном рабочие документы, в том числе папка с твоими данными, фотографиями, даже постановлениями по суду. Он в курсе всего.
Бровью не повела. Я ведь догадывалась. Что тут комедию ломать? Уж слишком он был лояльным и спокойным для мужчины, у которого женщина любит приходить домой порезанной, да в синяках.
Я только боялась за подруг…
– Он знал… – повторила, понимая, что и Андрей играл. – С какого времени у него появилась информация на меня?
– После вашего расставания.
Задумалась, вспоминая события, произошедшие после того вечера. Жили вместе, но не спали. Потом бурное примирение, видимо, для работы. Для чего еще? А я, дура, ругала себя, что использую его. И он тоже, как оказалось. Затем меня порезали, вперед я умудрилась получить синяки от поклонников певца, когда отгоняла их от кумира. Дикарки влюбленные.
Перед глазами возник Андрей в ванной, когда случайно зашел в момент перевязки. Притом неудачно, так как до этого меня случайно ударили в рану, и она открылась. Он видел кровь в ванной, так как не успела убрать, но промолчал.
Бесстрахов отличный актер! В любой ситуации всегда спокойно принимал информацию, мотал на ус и молчал. Тоже мне… идеальный мужчина без единого вопроса.
И когда меня отравил Максим…
Действительно, а куда он подевался? Шантажист затих.
– Где Максим? – резко перешла к другому вопросу, желая знать именно сейчас.
– Что?
– Максим Воропаев. Он исчез. Где он?
– Ммм… точно. А я и забыла, – протянула она и стала щелкать по клавиатуре. – Подожди, это не так быстро, как кажется.
– У тебя есть несколько минут, – сказала, направляясь к двери, двигаясь к лестнице.
– Сейчас… – тут она замолчала на мгновение. – Слушай, а его закрыли.
– Что?
– Да. На нем сейчас обвинения по нескольким статьям, в том числе его обвиняют в убийстве.
– Ты о чем?
– Твоей матери и второй жены.
– Правда. Это он? Он?! – шептала, ужасаясь ситуации. Я подозревала, даже была уверена, но когда все открылось, будто из-под ног земля ушла.
Мразь!
Какой же он подонок!
– Только вот… он сопротивляется, – заметила Оля. – Пожалуй, скину им все, что у меня есть на него.
– Спасибо! Это важно для меня… – прошептала, теряя голос. Получился хрип.
– Успокойся! Сосредоточься на другом, а я потом тебе видео бонусом буду слать, как ему там живется в клетке.
– Ага, – согласилась и задала еще вопрос: – Где они?
– Уже в пути. И да, подруга, поторапливайся, спецназ тоже к тебе движется. Только что Кувалова оповестили.
– Спасибо тебе… – тихо сказала, предчувствуя беду.
– Так, вот этот смиренный тон отставила и гордо выпрямилась! Нечего тут паниковать. Мы с тобой! К тому же я тебе еще про мужа своего не рассказала. Так, случайно вышла замуж на острове, а он владельцем обширной бизнес-империи оказался и заодно моим начальником. Теперь вот… проблемка получилась, но я не отчаиваюсь! Да и на свадьбе Ленки мы не погуляли, а там будет весело. Так что грудь вперед, мозги перезагрузила и вперед к сестре. Мы ее днюху так и не отпраздновали. С тебя поляна!
– Ты вышла замуж? – воскликнула, пытаясь переварить.
– Да, но все потом за чашкой вина.
– Заметано, – ответила и убрала телефон. Несколько минут постояла и направилась на второй этаж.
Резко открыла дверь и вошла в комнату, как раз в момент, когда Котов нагнулся над девушкой.
– Пошла вон! – рявкнул он мне, своими ручонками шаря по телу девушки. Мне смотреть было неприятно, а ей каково?
– И не подумаю! – нагло сообщила, не собираясь оставлять Котова с девушкой. Его время любований вышло.
Мужчина обернулся и яростно зашипел:
– Ты плохо поняла?
Есть такая привычка, когда нет желания слушать.
– Поговорим, и я уйду. Тем более я доставила тебе сюрприз, – ледяным тоном заявила, давая понять, что он мне обязан.
Котов поднялся и хмуро посмотрел на меня.
– Хорошо, чего ты хочешь?
– Отдай мне сестру!
– Ты разозлила меня…
– Я все сделала! Отпусти меня!
– Мы так не договаривались, Кристина. Ты не выполнила свою работу, – рявкнул Кот, раздражаясь от моего вида.
Что поделать? Я так вообще сдерживала себя, чтобы не вцепиться пальцами в его глаза.
Но еще рано…
– Выполнила. Все, что мне было известно, я рассказала. Напомнить, что именно я донесла тебе обо всех облавах, и ты ушел чистым?
– Хорошо, оставим. Позже я с тобой созвонюсь.
И все? Я похожа на простушку?
К тому же я еще его не довела, а Бесстрахов уже мчит сюда на всех парусах.
– Нет, – процедила, не собираясь так быстро сдаваться.
– Что «нет»? Вечно с тобой проблемы. Ты должна мне! Забыла? – возмутился Кот, уничтожая взглядом.
Впервые в жизни я так раздражала мужчину. Кот меня люто ненавидел, но не собирался отпускать.
– Я уже все отработала, даже с процентами. Освободи Настю и оставь меня в покое! Сколько можно? Я не подписывалась выполнять все твои приказы.
– Так не пойдет, Кристина. И ты ведь это понимаешь, правда? Просто бесишься, что все пошло не по твоему плану.
– Понимаю? Сколько еще ты будешь давить на меня?
– Ты сама подписалась, теперь пожинай плоды.
И вот как быть послушной?
Но я тут не одна…
Глянула в сторону Алины, отдыхающей на кожаном диванчике, и нахмурилась. Боковым зрением заметила, что нога у нее дернулась. Значит, слушает.
– Что будет с ней?
– С ней? – повторил Кот, довольно оскалившись. – Не твое дело.
– Если ты причинишь ей вред…
– Это мое дело. И я не нуждаюсь в советах и вопросах.
– Так какого черта ты меня впутываешь в свои понятные до мерзости делишки? Сам бы решал.
– Успокойся! Она будет со мной.
– С тобой? Ты никак из ума выжил? Ты зачем ей сдался?
– Поверь, она будет со мной и сделает все, что я ей скажу.
– Навряд ли… – брезгливо бросила ему в лицо. Наивный мужик.
– Во мне сомневаешься?
– А если «да», то что?
– Вон пошла! – он не сказал, а прокричал. Так и покойников можно разбудить, не то, что русалок на диване.
Сделала шаг в его сторону, сдерживая себя от ярости, и выдала:
– Ты ведь не собирался меня отпускать, да?
– Я заплатил крупную сумму, и ты согласилась работать на меня. Все моменты мы обсуждали, и за невыполнение я наказал тебя.
Моей сестрой?
Очень надеялась, что сегодня все получится, и Кота закроют. И для этого нужно поделиться всем, что знала.
– Но из-за тебя пострадал человек. Ты убил мужа Анны. Я не собираюсь участвовать в этом дерьме, – говорила не ему, а притворяющейся Куваловой, чтобы не обольщалась на его счет.
– Ты несешь бред! Суриков умер от тромбоэмболии. Не мои проблемы…
– Твои, когда явятся брат и муж Бесстраховой.
– С чего такие выводы?
– Когда я подошла, то услышала разговор про фальшивую меня и то, что Андрей сейчас в должности Антона. Именно поэтому мне пришлось вырубить ее, – специально довольно выдала, чтобы напугать его.
– Как глупо ты засветилась!
– Не я засветилась, а ты плохо проработал моменты, устроив мокруху. Если бы я знала, не согласилась на эту работу.
– Не неси бред! Это не я, а Анька. У меня есть доказательства.
– Какой же ты… На всех есть компроматы. Насколько понимаю, ты их придумываешь, организовываешь и даешь жизнь?
– Заткнись! Много разговоров, я смотрю. Хочешь и дальше держать девчонку в подвале? Какая безжалостная! – самодовольно выдал он. – Разговаривай за дверью, а у меня дела.
И опять давит сестрой…
Как и он, так и я. В эту игру можно играть вдвоем.
– Ты… – сдержалась, заставляя себя переключиться. Почему бы не вспомнить про Вику? Заставила себя выдавить улыбку и спокойнее спросила: – И где же у нас сестра Анны? Ты ее тоже обещал выпустить…
– Она в безопасности, – послышался слащавый голос.
– Ты лжешь… Я ведь проверила, в твоем хлеву с обдолбанными дамочками нет девчонки.
– Если сама не выйдешь, тебе помогут. Схоронись и жди моего звонка, а посмеешь кому-то сказать, сама там окажешься, как, впрочем, и детки твои драгоценные. Не забывай, кто твой щедрый спонсор.
– Гнида! – яростно обласкала и направилась к выходу, громко хлопая дверью. Вышла и прошла по коридору, забегая в пустую комнату. Там уже написала сообщение Лены:
«Давай. Только осторожно».
Ответ пришел незамедлительно.
«Я сама осторожность!»
Хотела подождать здесь, но переживала за подругу. И как могла согласиться на эту авантюру? Хотела же сама, но Соколова настояла, чтобы она навела переполох.
Выглянула и стала наблюдать, как Елена в облегающем красном платье направилась танцевать на танцпол. Подруга дразнила, соблазняла, то и дело трогая всех подвыпивших, пока к ней не присоединился злой Холодов. В обычных джинсах с ежиком на голове он выглядел довольно пугающе. Вероятно, только что пришел.
Кстати, откуда? Его не должно быть здесь.
В следующую секунду я увидела, как кулак Холодова удачно врезался в лицо парня, потом перешел на следующего и так дальше. Тем временем Лена перевернула стол, где сидели малолетки, начиная провоцировать. Послышались визги и крики. Девахи попытались наброситься на нее, но отлетели в сторону.
Дальше Соколова пошла к следующему столику.
Начался настоящий переполох. Танцпол превратился в место драки.
Даже закрыла глаза, радуясь, что она в парике. Жаль, что парень нет. Но там уже дрались абсолютно все, что даже охрана не справилась. Охранники со всех сторон бежали на танцпол, чтобы справиться с ситуацией, но у них ничего не получалось.
Ленка продолжала злить, опрокидывая столики, а за ней двигался Холодов.
Кстати, идеальная пара, как погляжу.
Дружно играли.
Тут наши взгляды встретились, и я показала Соколовой на руку, давая понять, что пора уходить. Подруга подмигнула и обернулась к Холодову, хватая его за руку. Но им преградил путь громила. Холодов зарядил ему в грудину, а потом подхватил Ленку, кидая на плечо, и бросился через запасный выход.
Отлично!
Глянула на дверь и стала ждать.
Охрана не справлялась. К тому же вот-вот должны были подъехать Кувалов и Бесстрахов со спецназом.
Дверь вип-комнаты открылась, показывая злого Кота. Он закрыл комнату на ключ и рванул вниз, громко ругаясь. Я же дождалась, пока спустится, и подбежала к двери, открывая ее набором помогашек. Через несколько секунд я открыла замок и осторожно вошла, вытащив нож из ботинка.
На диванчике лежала Алина, а рядом шприц с непонятным веществом.
Нежная Русалка уже довела Кота, и он решил усмирить ее наркотиком?
Девушка смотрела на меня и ничего не говорила, не сводя глаз с острого лезвия. Наклонилась и порезала все веревки на ногах и руках, освобождая ее, но она дальше продолжала валяться.
Решила, что на курорте?
– Что разлеглась? Нужно выбираться отсюда, – рявкнула, удивляясь ее беспечности.
– И мы сможем?
– Пока они разберутся с мордобоем на танцполе, пройдет прилично времени. Мы еще в подвал успеем, – сказала, не собираясь никого сдавать. Ленку никто не узнает, а Холодова…
Нужно Ольге сказать, чтобы она стерла запись на танцполе.
– Это ты постаралась?
– Да… – выдала и повернулась к двери. Нужно было спешить. Пока заваруха, я успею в подвал.
– Кристина… – услышала голос Алины и повернулась, в следующую секунду получая кулаком по лицу.
Твою мать!
Махнула головой, тут же обдумывая отдачу.
Да какая отдача, когда заслуженно получила?
Я ее два раза уложила: первый у дерева электрошокером, а второй уже в кладовой детского дома. Она там, как амазонка принялась сопротивляться, даже Анне ногой в лицо заехала, пришлось вырубить.
И она здесь по моей милости.
Но ведь иначе я бы не смогла все это устроить. Кот мог повестись лишь на нее.
Так что в расчете.
Проверила пальцами щеку и ледяным тоном поинтересовалась:
– Все, успокоилась теперь?
– Да, сразу как-то на душе тепло и спокойно стало, – услышала ответ Алины, которая еще пыталась улыбаться.
– Отлично, тогда в этой теплой дружеской атмосфере шуруем в подвал.
– Ну уж фиг. Пока полицию и мужа не вызову, не сдвинусь, – заявила она и сложила руки на груди.
Захотелось схватить за волосы и потащить.
Но я же… культурная.
Попытаюсь объяснить… хотя бы раз.
– Да едут они сюда. Едут! Почти рядом, только проверила местонахождение твоего брата. Я скинула им адрес.
– Ты?
– Плохо слышишь? – рявкнула и направилась к двери, слыша, что и Алина за мной идет.
– Зачем?
– Затем, что пришел предел. Дальше так жить нельзя, – сказала и осторожно выглянула. Судя по крикам мордой продолжался в агрессивном темпе.
– Как я понимаю, Анна и ее сестра в подвале? Не собираюсь рисковать жизнью ради них.
– Анна? Да она дома успокаивается после разговора с твоим муженьком. Он чуть не убил ее. И сестра Анны… точно не здесь, – буркнула, не желая говорить о том, что она непонятно где похоронена в земле. Уже потом.
– Тогда зачем нам в подвал?
– Там держат мою младшую сестренку. Насте семь лет. Кроме видеокамер еще есть охрана. Я боюсь, что Кот от нее избавится, как только поймет, кто все это устроил.
Девушка застопорилась, обмозговывая мои слова. Я понимала, что предлагаю ей еще ту авантюру, но кто его знает, где она будет в безопасности. Со мной или здесь?
– Надеюсь, они приедут до того, как нам свернут шеи… – тихо заметила она, качая головой.
Долго как-то думала. Достала электрошокер и кинула ей, проверяя заодно реакцию.
Она перехватила мой подарок и с возмущением посмотрела на меня.
– Подать нормально не судьба?
– Проверяла реакцию, – честно призналась.
– И все? А пистолет?
– Здесь охрана, если что. Как бы я сюда прошла с оружием? И у меня дома нет запасов, – ответила ей, уже двигаясь к лестнице.
– И как мы пройдем мимо вооруженной охраны?
– Пистолеты заберем на посту. Там не охранники, а пузатеры двухметровые. Только не вали никого, чтобы не сесть.
– И не собиралась… – ответила она в момент, когда попали в коридор.
Шла быстро, радуясь, что Алина не отставала. Как только увидела парочку крупных мужчин с грозными лицами в черных костюмах, поспешила к ним. Выражение лица первого было весьма изумленным.
Заметив, мужчины поспешили навстречу, тыча пальцами, пока не уловили взглядом Алину.
– Почему она с тобой? – спросил первый и получил в пах после того, как перехватила его за руку, следом вдалбливая в стену. Второго ударила ребром ладони в основание черепа, отчего он рухнул на пол, что выглядело довольно громоздко. Развалился.
Алина присела и проверила пульс, с рычанием обращаясь ко мне:
– Еще раз используешь этот прием, и тогда уж точно сядешь.
Не слушала, поспешно вытаскивая пистолет из кобуры первой своей жертвы. Планировала приватизировать, но тут у меня его резко выхватила Кувалова, перехватывая рукой за кисть.
– Руки убери от ствола. Или проблемы нужны?
– Они начались, когда увидела тебя.
– Взаимно. Ты мне сразу не понравилась.
На этой позитивной нотке мы спустились на цокольный этаж. Сделали несколько шагов и тут повстречали двух охранников: один низкий и жилистый; второй худощавого телосложения, но высокий. Признаться, так, ни о чем. Мы с ними быстро справились, затащив в соседнюю комнату. После подошли к железной двери с экраном.
– И что теперь? – спросила она.
– То… – с усмешкой выдала и стала быстро набирать цифры. Я запомнила код, а поменять никто не додумался.
Через минуту послышался щелчок, и дверь открылась.
– Нормально, – весело заметила Алина.
– А то! – довольно согласилась и пошла вперед. – И это не все мои таланты.
– Я уже поняла… – пробубнила себе под нос Алина, двигаясь за мной.
Мы быстро спускались. Еще шаг, и я застыла на месте, лицезрея стадо охранников, возникших на нашем пути.
– Вот черт! – буркнула за моей спиной Алина.
– Неожиданно…
– И это ты говоришь сейчас? – воскликнула она.
– Откуда мне было знать? Я только видела по видео клетку, где находится моя сестра, – призналась, улавливая момент, когда из толпы вышел мужчина с пистолетом, наставив на меня.
– Ты… – начал он, – лицом к стене, руки за голову.
– Удостоверение забыл предъявить, – рявкнула и резким движением кинула нож ему в бедро.
Получилось метко! Впрочем, как и всегда.
Мужчина выдал громкий рев и согнулся, проверяя рану. Увидев кровавое пятно на своей одежде, он оскалился от ярости и направил оружие… на Алину.
Дальше я с ужасом наблюдала, как охранник выстрелил, а Алина начала отступать.
Не думала, бросилась на нее, толкая, следом падая на нее.
Громкий выстрел попал точно в цель, меня мгновенно обожгло огнем. Сдержала стон, продолжая закрывать Кувалову под крики, выстрелы и топот.
Похоже, помощь пришла. Все забегали как в муравейнике, а до нас и дела нет.
Тут ощутила острую боль. Это Алина стянула меня с себя, укладывая на спину.
Молодец. Еще бы добила.
Какая заботливая сестра у Бесстрахова!
А Кот мечтал ее себе присвоить.
Идиот!
Представила их семейную жизнь, как бы Алина бегала со сковородой за ним, и стало так весело. Дальше я уже хрипела, пытаясь смеяться.
– Так весело? – услышала вопрос Алины, которая рукой шарила по моему телу. Когда дошла до плеча, я взвыла, давая понять, куда именно попали.
– Подумала о том, как сейчас Кот пускает слюни от бешенства, проклиная тебя. Влюбился, идиот, – хрипло призналась ей.
– А я думаю, что проклинает тебя, когда взял на работу.
– Ну, так… – от боли скривилась, – немудрено, раз не умеет выбирать женщин.
– Есть у него такой косяк, – поддержала она, а дальше я уже не слушала. Как-то мне было нехорошо. Спать хотелось.
Дальше не помнила, только ощущения. Будто кожу щек обжигали огнем и какие-то отголоски слов. Не могла понять. Будто издалека слышала. Что-то про сестру?
Не понимала.
Или мою сестру.
Точно! Настя…
Заставила себя приоткрыть глаза и кое-как выдавить из себя:
– Найди Настю. Глаза у нее голубые… такие чистые. Пожалуйста, – последнее, что смогла сказать, теряя связь с реальностью.
Но не совсем.
Звуки раздражали, хотелось спать.
Вернулась от громких звуков, теряясь от мужского аромата Андрея. Он нес меня на руках? Зачем?
Ощущала и теряла.
Лишь когда свежий воздух накрыл холодом, поняла, что дрожу. Мы находились на улице.
– Ты как? – услышала голос Андрея, но боялась отвечать, только кивнула. Глаза вновь закрывались.
– Кристина! – услышала я голос сестры. Она схватила меня за руку и сжала ее.
– Настя… – кое-как выдала. Как же было жаль, что она пострадала. Бедная девочка.
– Почему ты лежишь? – задала вопрос Настя, с ужасом всматриваясь в мое лицо.
– Да это мелочи, чуть поранили меня. Я скоро вернусь, а ты… помогай Глаше. Она не справится без твоей помощи.
– Хорошо. А ты скоро вернешься?
– Как только маленько подлатают.
– Тогда я буду ждать… – уверенно заявила сестра, не показывая своего страха. И это успокоило. Я кивнула, искренне радуясь, что наш ад закончился, и стала уплывать. Все краски смешивались, и уже ничего не видела и не слышала.
Я теряла связь с реальностью.
Вокруг лишь темнота.
Такси остановилось у дома Куваловых. Не по своему желанию приехала, а по любезному требованию одной милой шантажистки по имени Алина. Она прислала фото, где я захожу в женскую консультацию. Замечу, выпирающий живот стало видно. Особенно за три недели. И жор такой проснулся, что не передать словами. Вероятно, малыш понимает, что его мама ничего не ест, и теперь стоит увидеть что-нибудь вкусное, как будто мозг отключается.
Глянула на поднос с тарталетками, накрытый пищевой пленкой, в своих руках и напомнила сестре:
– Пакет из рюкзака не забудь вытащить. Сладкие гостинцы Полине ты подаришь.
– А сколько ей лет? – с интересом спросила она уже в пятый раз за день.
– Сейчас узнаем, – сказала, совершенно забыв, сколько девочке лет, а ведь Оля озвучивала.
– А мы надолго в гости? Я бы хотела долго. Я люблю ходить с тобой в гости.
– В этот раз не получится долго. Максимум полчаса, – заметила, собираясь быстро сбежать с мероприятия. Даже Лену попросила позвонить, вроде как вызвать на работу. Меня же проверять не будут, так что не сомневалась в успехе операции под названием «Побег из дома Куваловых».
– А мы их угостим тарталетками с рыбой и креветками? Ты же скажешь, что мы вместе их готовили? – с волнением спросила Настенька, как всегда, переживая о том, понравится ли она.
Жили с сестрой в квартире уже две недели, после того как я сбежала из больницы. Недели было предостаточно. И теперь у нас все спокойно и замечательно. Даже отметили с опозданием день рождения Насти.
– Конечно! Обязательно расскажу.
Она только сделала шаг к дому, когда я остановила:
– Настюш…
– Да? – невинно уточнила она, лучезарно улыбаясь.
– Только не говорю про Ярика никому.
– И даже про то, что мы ему придумали имя? – с тоской уточнила у меня, вызывая улыбку. Любительница поделиться счастьем.
Вспомнила момент, когда рассказала ей о том, что сейчас идет судебный процесс за недвижимость, которую незаконно забрал у нас Воропаев. Учитывая все обстоятельства, сделку посчитали недействительной. И когда я поделилась с ней, сестра бегала по улице и каждому сообщала, что у нас будет огромный дом.
– И это тоже.
– Эх-х-х, ну ладно, – печально согласилась она и достала из рюкзака пакет со сладостями, поглядывая на поднос в моих руках. С пустыми руками не могли прийти, а учитывая, что кушать мне теперь ох как хотелось, решила приготовить беспроигрышный вариант.
А потом уйти.
Жаль, что приехали не на своей машине. Я до сих пор работала у Бизона, но уже на звонках, вместо Ольги, которая работала сейчас у мужа и дразнила его, скрывая свои отношения, которые она считала временными. А в этой должности служебная машина не положена, поэтому теперь ездили на общественном транспорте или на такси, если не успевали.
Вспомнила выражение лица Бизона, когда узнал про мою беременность, точнее, сам понял. Минуты три ругался, пока я заваривала зеленый чай себе и ему, потом рявкнул, чтобы заняла место менеджера вместо новой девочки, которая все равно не справляется. Обещал, конечно, уволить, если буду косячить, но пока понимающе шипит в таких случаях.
И все же без машины плохо…
Завтра нужно будет заранее посмотреть в 2ГИС адрес ресторана, места проведения свадьбы, чтобы вовремя явиться. Чудесное шикарное заведение, от которого Лена была в восторге, постоянно рассказывая нам про него. Хотя, наверное, Оля заедет.
Нет, не заедет. Ей в отличие от меня можно пить шампанское.
В общем, завтра мы собирались хорошенько отдохнуть. Насколько поняла, нас ожидает шикарное представление от сестер, мачехи невесты и ее отца. Примерно догадывалась, что нас ждет, но все равно с нетерпением ждала этого часа. Мы с Ольгой должны были быть на первом ряду с закусками. Нам обещали.
Медленно двигались к дому Куваловых. Не хотелось, но выхода Алина мне не оставила. Замечу, что с ней уже мы виделись. Она пришла в больницу с цветами и фруктами. К моему удивлению, поблагодарила и сказала, что могу ей звонить в любое время, если захочется поговорить или что-нибудь натворить. Я не особо разговаривала, не ожидала ее в гости, поэтому усердно прикрывалась, ведь было что скрывать.
Но тогда живот так не вырос, как сейчас. Конечно, и на данный момент не особенно большой, но фигура кардинально поменялась. Если мужчина не заметит, то девушка навряд ли.
Хозяйка вышла встречать с девочкой у ворот. Насколько помнила, это дочь старшего брата Кувалова Стаса.
Увидев нас, Полина приблизилась и сказала:
– Здравствуйте, – она повернулась к сестре и с улыбкой продолжила: – Привет, Настя. Я Полина.
– Привет, – начала сестра, скромно посматривая на меня и протягивая ей подарок. – Это тебе.
– Жаль, что тебя в тот раз не было, но я тебе все покажу. Ты купальник взяла? Вода – ужас какая горячая! Дядя ее нагрел.
– Да, но мы на чуть-чуть… – попыталась объяснить Настя, уже с волнением вглядываясь в мое лицо.
– Ну уж нет! – заявила девочка и, схватив мою ошарашенную сестру, потащила ее к дому.
– Привет, – сказала Алина, с улыбкой наблюдая за девочками. – Теперь Полинке не будет скучно. Кстати, она кикбоксингом занимается, так что если твоя вдруг заговорит о занятиях, не пугайся.
– Мы уже занимаемся… – честно ответила.
– Тогда добро пожаловать в нашу семью! Идем? – довольно выдала Бесстрахова.
– Алин, зачем? – не удержалась я от вопроса.
Девушка склонила голову и весело ответила:
– Затем, что я бы хотела общаться с матерью моего племянника и даже дружить с ней.
– Признаюсь, я не…
– Это неважно, будем общаться, – заявила Алина с шикарной улыбкой и протянула ручки. – Что там?
Нда уж, скромной ее не назовешь. А ведь хотела поставить возле себя.
– Тарталетки с креветками.
– Боишься, что отравим? Не рассчитывай. Лимит по приключениям мы превысили. Муж попросил предупредить тебя, что если что устраивать, так уже в следующем.
Усмехнулась и пошла следом. Так мы вошли во двор, где уже нас ждали.
– Тут все свои. Со всеми ты знакома, Юлия и Максим – она показала на девушку с темными волосами, которая стояла в обнимку с высоким, мощным мужчиной. Видимо, тут все мужчины – шкафчики.
– Это мой муж, Стас, – весело заявила она, – если вдруг забыла или не хотела помнить.
– Но мы всегда напомним, – весело заявила Юлия и потянулась ручками к подносу: – И что там такое вкусное? Я отсюда чувствую.
Она раскрыла пленку и начала разглядывать закуски, пальчиками летая над ними.
– Ммм… – сказала Юля и, схватив с креветкой, сразу запихнула в рот, что сделала и Алина.
– Красавицы, прошу за стол! – предложил хозяин дома, оттаскивая жену от подноса, что-то шепча ей на ухо. Тут она покраснела и, ущипнув его за бок, буркнула: – Нам еще рано!
– Наконец-то! – воскликнула Юля, ухватив мужа за руку. – Пойдем. Шашлыки готовы.
Стоило пройти к беседке, как увидела Андрея у мангала. Он жарил шашлыки.
Отвернулась и прошла в беседку. Через пять минут пришел Андрей и, уложив шашлык на поднос, освободив от шампуров, сел на свободное место – рядом со мной.
Как специально!
Так как я была в свободном платье, то не переживала, что что-то поймет, если, конечно, сестра не поделилась.
Хотя нет… Я верила, что не обмолвилась, как и обещала.
Наши взгляды встретились, и он как-то хищно кивнул. Я же в ответ, озадачиваясь этим дерзким жестом.
– В следующий раз нужно отдыхать палатками, – предложил Максим.
– А я согласна, – весело сообщила Юлия, хватая несколько кусочков шашлыка, не забывая про зелень.
– И мы всегда «за»… – ответил Стас, поглядывая на Алину, которая его быстро поцеловала и посмотрела на меня, поднимая бровь в немом вопросе.
– Я не любитель… – ответила я, надеясь, что меня это не коснется. Этого раза будет достаточно.
– Ты просто не пробовала. Ведь так?
– Да, – тихо сказала, ощущая парфюм Андрея, вызывающий трепет во всем теле. Понимая, что реагирую, чуть отодвинулась, на что моментально увидела реакцию Андрея. Он нагло уставился на меня, двигая при этом челюстью, показывая, что он заметил и ему это не нравится.
Забыла, как дышать, просто смотрела.
Какой-то он другой.
– Так, все, хватит разговоров и взглядов! Приятного аппетита! – предложила хозяйка.
– Отличное предложение! – кто-то сказал, и все принялись обедать, тут же о чем-то болтая, смеясь, но я не слушала. Мне в горло ничего не лезло. Я так хотела уйти отсюда, но не могла сейчас, чтобы не выйти трусихой.
В какой-то момент уловила движение, и в следующее мгновение тарелка Андрея с порезанными кусками мяса оказалась напротив меня, а мою он переставил себе.
Это что?
Только хотела вернуть, но Андрей обернулся, обжигая взглядом, отчего забыла, что хотела сказать.
Он считает меня не способной справиться с мясом?
Но как тут будешь возмущаться?
Послышались довольные крики, и мы увидели девочек. Полина села около родителей, а Настя на стул рядом с Андреем. Она оглядела всех и, увидев Андрея, воскликнула:
– Привет, дядя Андрей! Как дела?
Мою челюсть можно было поднимать с земли. Они знакомы?
– Все хорошо. Вот видишь, я же обещал, что ты попробуешь мой фирменный шашлык, – сказал он и поставил рядом с ней тарелку с мясом.
Что происходит?
– Да! Ты обещал, а я не верила.
– Пробуй, малая, – сказал Андрей и вручил стакан с апельсиновым соком. – Твой любимый.
Сестра благодарно кивнула и быстро закинула кусочек в рот, через секунду выдыхая:
– Ммм… как вкусно!
– Рад, что тебе понравилось.
– А как же парк? Ты мне обещал, – вдруг она воскликнула.
– Непременно! Я же обещал…
И когда они успели познакомиться? Почему моя любимая болтушка-сестра ничего не сказала?
– А Кристина почему не ест? Ведь очень вкусно!
Не желая, чтобы меня уговаривали, я принялась за мясо, наслаждаясь вкусом. Как настоящий специалист в этом деле, я была удивлена. Действительно, сочное прожаренное мясо. И выглядело оно просто изумительно! Не думала, что Бесстрахов так хорошо умеет жарить мясо.
В общем, я съела, притом с удовольствием.
– А я, когда вырасту, буду телохранителем. Таким же телохранителем, как моя сестра! – неожиданно заявила маленькая пигалица, заставляя меня застыть с вилкой в руках.
Вот это поворот!
– И я буду! – поддержала Полина.
Даже боялась посмотреть на всех, но что странно, никто не посмеялся, не удивился и не задал никаких вопросов. Все знали, в чем сейчас не сомневалась.
– Но для этого нужно кушать, – заявил Андрей и подкинул ей в тарелку дополнительные кусочки с овощами.
– Тогда… нужно, – довольно согласилась Настя и принялась уплетать, с полным ртом заявляя: – И ей!
– Непременно! – согласился Андрей и добавил порцию Полине.
Как только сестра все съела, она потянулась к подносу и положила Андрею две разные корзинки.
– А это мы готовили. С утра. Вот! Как только Кристи пришла из больницы, мы сразу взялись за дело. Да вот! Я помогала сестре. Да, Кристина?
Кивнула, напряженно ожидая продолжения. Даже не нужно было сидеть рядом, чтобы увидеть, как напрягся Андрей. Он бросил на меня пронзительный взгляд, будто в чем-то виновата, а потом уточнил у сестры:
– Твоя сестра заболела?
– О нет! Она ходила… – и тут сестра охнула и закрыла рот. Поднялась и сказала: – Я наелась. Можно я побегаю?
– Конечно, – ответила, понимая, что можно и домой сбегать. – Только недолго. Мы скоро поедем…
Не успела сказать, как увидела улыбки от всех присутствующих. Кроме Алины. Она прищурилась и шикарно улыбнулась, будто знала что-то, чего не знал никто.
И тут полилась музыка. Звонок от подруги, чтобы спасти меня.
Поднялась и проговорила:
– Простите, мне нужно отойти.
Андрей пропустил, притом поедая взглядом. И это при всех! Не узнавала его. А как же спокойствие и понимание?
Отошла к дереву и ответила на звонок:
– Привет, Ленок.
– Кристь, все нормально? Андрей там?
– Да… – не сказала, а выдохнула.
– Ох, тогда завтра вас ждать вдвоем, как Ольгу с Барсовым?
– Ольга будет не одна? – с удивлением уточнила я. Когда мы встречались, Степанова сказала, что у них связь только на месяц. Потом развод.
Хотя… месяц еще не прошел.
– Ага, вроде как решили временно быть парой. Так, на время.
– На время? Интересно. Нет, у нас другая ситуация. Я буду с сестрой.
– Ладно. Жду вас и удачи!
– Спасибо! – выдала и отключилась, планируя всем объявить, что нам нужно срочно ехать. Только развернулась, как застыла, так как позади стоял Андрей.
– Решила сбежать? – услышала я его вопрос, озвученным ледяным тоном.
– Дела… – выдавила из себя и только пошла, но он остановил за руку.
– Кристина, я дал тебе достаточно времени, чтобы ты отошла от всего. Ты все равно не сбежишь без разговора, хотя, можем его начать у тебя.
– Надо же, – протянула, сложив руки на груди. – А я тебя не приглашала.
– Считаешь, мне нужно приглашение?
Сглотнула, удивляясь его наглости. Он когда так успел измениться? Или он такой и был?
– Хорошо. Давай здесь.
– Ничего не хочешь мне сказать?
Ох, а я все думала, как сказать ему, а он сам потребовал.
– Хочу. Прости меня, – сделала паузу. – Я не хотела тебя обманывать и использовать.
Бесстрахов усмехнулся и, начиная двигаться на меня, выдал:
– Допустим, я был не против.
– Надо же… – заметила, убирая руки за спину, неосознанно двигаясь к дереву. – Тогда за то, что помогла Коту уйти от наказания.
– Он его уже получил. Пожизненное как раз для него, – сообщил Бесстрахов и криво усмехнулся. – Я ведь первый раз не понял, только во второй, когда твой бывший парень назвал тебя Кристиной. Сложил одно и второе. Потом только осталось прижать Мазуева.
– Прижал?
– Да.
– И когда?
– Когда он пытался шантажировать тебя. Я слышал ваш разговор. Проследил за ним. Уж слишком он мечтал отправить меня и примчаться к тебе, – Андрей сделал паузу и спросил: – Чем тебя шантажировал Котов?
Ох, какая щепетильная тема. И как бы ни хотелось о ней говорить, но пришла пора. Сглотнула и призналась:
– Солнцева Саша.
– Вот оно что.
– Она умирала… – ответила, не желая оправдываться, но ведь ничего лишнего не сказала.
– Я видел документы девочки.
– И сейчас проверяешь меня?
– Разговариваю…
Облизнула губы и прошептала:
– Спасибо, что посадил Максима.
– Твоя Ольга помогла с информацией. Она нашла таксиста, подвозившего Максима до дома друга, который подогнал ему угнанный автомобиль. Камера в придорожном кафе запечатлела номер, когда Воропаев проезжал мимо уже после убийства. Максим отписал вашу квартиру этому другу как долю с наследства. И еще… он отравил свою беременную сожительницу, которая вызвала твою мать на разговор, назначив встречу на заброшенном заводе. Избавился от свидетеля, так как она начала шантажировать его, требуя взять ее в жены. Вся переписка у нас.
– Спасибо.
– Ты должна была мне рассказать. Особенно когда похитили твою сестру. Я этого не знал. Ты и директор детского дома… умолчали о преступлении.
– Мы боялись за жизнь ребенка. Он ведь убил сестру Анны.
– Ты должна была мне все рассказать. Подобного не должно повториться.
– Я должна, а ты нет? – усмехнулась и посмотрела на него: – Да и как? Андрей, помоги мне засадить в тюрьму отчима? Я уверена, что он убийца! Много лет тому назад мне никто не поверил…
– Если бы ты рассказала, я бы поверил.
– Извини, опыт подсказывал обратное.
– Поэтому ты молчала и терпела боль, даже когда тебя порезали? Даже в этом ты мне не доверяла.
– Это… моя работа.
– Ты больше там не будешь работать. Я нашел тебе место у брата в клубе: будешь тренировать детей.
Чего? Нет, так не пойдет.
– Это еще с какой стати?
– С той, что твоя работа – опасная.
– Я уже сижу на звонках. И мне осталось всего два с половиной месяца до… – остановилась, понимая, ляпнула лишнего.
Довольная улыбка Андрея возмутила. Он знал?
– Неужели ты думала, что я не увижу изменения на теле своей женщины?
– Ты выглядел очень даже бесчувственным чурбаном, – сказала быстрее, чем подумала.
– Я старался подыграть тебе, чтобы не испугалась. Но ты испугалась кольца. Почему?
– Потому… что мы не подходим друг другу.
– И ты считаешь, что я тебя так просто отпущу?
– Решаешь не только ты.
– И чем я тебя не устраиваю? – спросил, поедая меня взглядом.
– Ты хочешь жить вместе?
– Не только жить… – хрипло выдал он. – Я хочу спать с тобой каждый день, заниматься любовью, воспитывать твою сестру и нашего ребенка, гулять, готовить и быть всегда рядом. Я уже говорил тебе о своих чувствах, и они не изменились. Ты моя женщина, и я не позволю тебе уйти.
Сглотнула, удивляясь его словам, ощущая эйфорию. Невероятно! Как так? И ведь его признание как-то грубо звучало, но так честно и желанно. И что ужасно, его слова горячили мое сердце, разливаясь теплом в груди.
– Ты меня не знаешь… – решила ему напомнить.
– Рассказать про тебя? Как училась, где жила, кого охраняла? – задорно спросил он.
– Надо же… А я тебя таким правильным считала, – с усмешкой выдала, решив его подразнить.
Андрей рукой перехватил за талию и прижал к своему телу.
– Давай начнем сначала?
– Между нами столько обмана…
– Но этому есть причина. К тому же… когда знаешь изначально об этом обмане, то это уже игра.
Посмотрела ему в глаза и прошептала:
– Я не милая и не чудесная, и со мной сложно. И готовить я …
– Меня все устраивает. Ты такая, какая есть. Сильная, отважная и отчаянная. Ты много перенесла, и я уважаю тебя за это. Теперь настала пора быть настоящими и открытыми.
– И ты можешь?
– Я тоже не подарок, но старался для тебя.
– Мне нужно бояться?
– Моя бесстрашная красавица разве умеет бояться?
Засмеялась и прошептала:
– А знаешь, такой ты мне ужасно нравишься. Хотя… полюбила я тебя идеального.
Бесстрахов провел пальцами по волосам, захватывая лицо и шею. Мне же оставалось только трепетать от его прикосновений.
– Я так долго ждал этого момента. С нетерпением ждал, что ложь между нами сгорит огнем правды. Я нуждался в честных ответах. Столько раз я ждал, что ты признаешься…
– Я не могла…
– Я знаю.
– Но теперь я буду говорить обо всем.
– Почему? – спросил, пальцами дотрагиваясь до уголков губ.
– Потому что я не хочу больше предавать того, кто мне дорог. Я так боялась расставаться, даже когда знала, что ты возненавидишь меня.
– Возненавидишь? Я люблю тебя, Кристина. Люблю так сильно, что не смогу тебя отпустить, даже если захочешь, – совершенно серьезно произнес он, на что улыбнулась и обняла его.
– Рада это слышать, потому что теперь и тебе не позволю. Ты мой, а я ужасная собственница. Вытерпишь?
– Я хочу быть с тобой, и никогда не изменю своего решения, – произнес и поцеловал. Нежно, сладко, обещая страсть и наслаждения.
Стоило оторваться, как я с улыбкой заявила:
– Так будем заново знакомиться?
– Будем, но ночевать буду у вас. В моей квартире детская спальня еще не готова.
– Так сразу?
– Что поделать? Любовь она такая. Ты не смогла устоять.
– Я?! Тогда и ты…
– У меня не было шансов, – озорно заявил Андрей и вновь поцеловал, нежно притягивая к себе, заставляя счастливо улыбаться.