Омск

– Арина, что будешь делать? – задала вопрос Анна, поправляя свою короткую стрижку. Вечно стриглась под пацана и обесцвечивала волосы. Странно, но ей очень шло.

Закрыла глаза, считая вопрос довольно сложным в данной ситуации. Если бы еще знать ответ.

Хотя…

– Мне нужен муж, который быстренько на мне женится, а еще работа, чтобы я смогла себя обеспечивать, – сообщила ей свой план на ближайшие две недели. Вот! Гениальная мысль пришла внезапно, напрочь оседая в голове.

– Как ты жила, так точно не сможешь себя обеспечивать без отца, – заметила подруга, хмуря брови.

Выглядела Вилкова всегда довольно угрожающе. Высокая, стройная, с хищным выражением лица и не с самыми безупречными манерами. Ее нельзя было назвать красивой, самая обычная, но было в ней что-то такое, что цепляло парней. Жаль, что Анна игнорировала всех, выбрав себе в спутники смазливого отщепенца, который удобно устроился на ее сильной шее. Всеми конечностями вцепился как клещ, и вряд ли его оттуда кто-то скинет.

Слащавый паразит…

Задумалась над ее словами. Как неприятно было слышать, но Аня права. Мои родители довольно состоятельные люди, которые не отказывали своей дочери ни в чем.

И теперь настало время расчета.

Два месяца назад они переехали в Германию, рассчитывая, что в скором времени я присоединюсь к ним, чтобы выполнить свой долг. Это я про обязательство выйти замуж за папиного компаньона, которому он отдал все наши деньги, полученные от продаж кондитерских и недвижимости.

На сегодняшний день у моей семьи ничего нет в собственности, что непривычно. А я числюсь и живу у родственников, которые нашу семью особенно недолюбливают. Отец, как мать, не слишком кроткого нрава, а если быть честной, то они жуткие диктаторы, не привыкшие, чтобы не выполняли их приказы. Семья, любовь, дружба – это не для их каменных сердец. Говорю как есть. Не у всех же одуванчики пушистые, заботящиеся о каждом шаге ребенка.

Но, все же, я замечу, при этом они любят меня и, поэтому позволяли творить все, что хотела. Или им было некогда? Я надеялась на первый вариант. Поэтому я безумная байкерша, спортсменка, владеющая ударными единоборствами, и стреляющая из любых видов огнестрельного оружия.

Скучно мне было, вот я и занималась всем, чем хотела. И так как любимая няня была любительницей боевиков, совсем неудивительно, почему меня занесло в эту агрессивную сторону в отличие от моих родителей, мозг которых всегда направлен на получение максимальной прибыли.

И когда родители все же оторвались от своих бухгалтерских книг, то смогли увидеть, что дочка у них немножко другая. Да что уж там? Совсем не то, что они хотели.

Такую… они точно не хотели.

А как иначе? Бумеранг. Меня никто никогда не слушал, они обсуждали планы и стратегии, а когда я рот открывала, чтобы сообщить им о своих успехах или проколах, убегали, обещая потом поговорить. Это нереальное «потом» так и не пришло.

Нет, я ведь старалась. Не стоит сразу считать меня плохой и непослушной. Как и все дети, я хотела быть лучшей для своих родителей. Я отчаянно трудилась, выполняя их суперпрограммы под названием «Самая лучшая дочь», а уже в десять лет наотрез отказалась.

Зачем?

Если у меня данных нет к математике, этике, иностранным языкам и ко всему прочему, то чего разбиваться в лепешку?

Только в спорте меня хвалили. Все, кроме родителей, которые не интересовались, так как считали глупостью подобные увлечения.

Уговоры, обещания золотых гор и требования не помогли, поэтому они вновь вернулись к своим проектам, заявив, что меня только брак спасет в свое время. На том дружно меня оставили в покое.

Ну а я, получив окончательную вседозволенность, перешла на технику, стрельбу и бокс. Не хотелось мне в пустой дом возвращаться, особенно когда уволили нянечку, посчитав, что именно она виновата в моих провалах, приучив к дурному. Так что уходила рано и приходила поздно, изредка встречая родителей, по отдельности возвращающихся с работы или мероприятий.

– Справлюсь… – буркнула, понимая, что выхода нет. Уж очень мне не хотелось выходить замуж за этого толстого кабанчика с коротенькими ножками, с вечной привычкой что-то жевать. Да, я груба. Но как иначе? Он даже когда разговаривал с родителями по скайпу, постоянно что-то ел, некрасиво чавкая и впихивая в себя большие куски. Несколько раз наблюдала за этой сценой, злясь на родителей за такой «подарок».

Нет, ну честно! У меня рост – метр восемьдесят, а на каблуках, которые часто ношу, так совсем сталинская вышка. И здрасте! Это заплывшее чудо в роли жениха. Да он мне по грудь, если что. Притом она у меня довольно маленькая, сама иногда ищу. Когда все стояли в очереди за шикарной грудью, я всех раскидывала в очереди за ногами, окончательно и бесповоротно закаляя характер.

А приехать в чужую страну и бегать от непонятного мужика я не хотела.

К тому же я ярая патриотка. Я люблю свою страну, свой город, а особенно нашу морозную сибирскую зиму. Мое любимое время года! И немецкий язык мне давался с трудом, как и английский. О чем с ним болтать? У меня ведь боевые рефлексы на автомате работали, когда кто-то непонятно чего от меня хотел.

Бедный мужик!

Да за что они его так невзлюбили? Признаться, у меня появилась мысль, что родители моими руками решили от компаньона избавиться.

Хотя, что им известно обо мне? Ничего. Вероятно, считают нерадивой тупой курицей, бегающей и прыгающей на матах с победным криком шимпанзе. И еще, предположительно, по их мнению, за такие деньги, что они отвалили за все года моей спортивной деятельности, и тренера со мной бегали, поддакивая дорогой ученице.

Про университет они знать не знали: «Где-то там учится…». Родители ни разу не появились в учебном заведении, и даже на выпускном. Занятость – наше все! Так что я няню позвала и ее сына, с которым мы хорошо дружили.

И вот теперь нужно лететь в Германию, чего я отчаянно не желала. Почему я должна куда-то уезжать, за кого-то выходить? Да я только окончила университет. Столько планов! И все коту под хвост из-за огромной прибыли, которая засветилась у родителей на горизонте.

Мои размышления прервал любимый кот подружки по кличке Фунтик. Он у нее настолько толстый, что еле передвигался. Вот честное слово! Подозревала, что Аня сама не ела, ему свои завтраки, обеды и ужины скармливала. Однозначно! Черный кабачок делал одолжение тем, что вообще ходил. Обычно его носили на руках.

– Справишься? Да, это тяжело, когда привыкла с рождения жить в роскоши. Кстати, а где твои байки?

Коварно улыбнулась, вспоминая о том, как смогла мудро оставить свое при себе и вроде как успокоить отца. Как только Фаворов Андрей Петрович сообщил о том, как он классно все распродал и перевел средства в бизнес, намекнув о замужестве, я поняла, что не поеду с ними. Отец потребовал избавиться от всего, так как нужно освободить не только дом, но и все территории, к нему прилегающие.

Я продала два байка, оставив свой любимчик, и на вырученные деньги купила хороший двухуровневый кирпичный гараж. Именно туда я перевезла спортивные вещи и оборудование, отвезла коробки с вещами, отогнала туда железного коня и спрятала горный велосипед.

Почему нет? Гараж полностью устраивал меня: керамическая плитка на полу, смотровая яма, стены с полками, обшитые панелями, большой шкаф с инструментами, которые любезно оставил бывший владелец – замечательный дедушка с золотыми руками. Крышу он отремонтировал, сделал водосток. На втором этаже я поставила небольшой диванчик и стол.

Нет, жить я там не собиралась, но не помешает.

Конечно, за эти деньги я могла купить шикарную дачу, но я не представляла, что там делать, да и гаражи на таких участках оставляли желать лучшего. Да и не мое это!

Я выбрала крутой гараж.

Теперь только осталось грамотно отказать родителям, которые давили своими связями. Видите ли, здесь я не найду достойную работу без их влиятельных друзей, и так как я без особых данных, кроме физической силы, то буду бедствовать и умру от голода. Примерно так.

Ах да, что-то там еще про мой поганый характер было, но я не слушала.

– Когда родители приезжают? Твой отец сильно кричал?

Не хотелось вспоминать. Я даже трубку держала на расстоянии, чтобы не оглохнуть, когда он понял, что я не собираюсь переезжать. Но кто знал, что мое резюме одобрит знакомый отца и доложит ему об этом?

– Через две недели. Уже взяли билеты. Поэтому я должна найти мужа, работу или… – тут я задумалась.

– Сомневаюсь, что отец позволит тебе остаться, когда узнает, что ты опять попала в аварию. Он, конечно, за тебя волнуется, тогда чуть с ума не сошел, но ведь это странно столько раз ломать конечности. Да и как ты попадешь в аварию? Зима ведь.

Пф-ф-ф… Будто проблема!

Но вариант с аварией уже отпадал.

Тогда мне пришлось расстроить свою семью, чтобы никуда не лететь с ними два месяца назад. Но я не специально, все случай, который навел меня на гениальную мысль.

Гонки на деньги сделали все дело. Я всегда выигрываю, а тут на пути белый котенок в ночи. Черт! И меня повело в сторону, а на улице дождь и слякоть. Как не улететь в кювет под дикий визг шин? Но я легко приземлилась. Если честно, я бы отряхнулась и пошла, но вдруг поняла, что могу оттянуть время.

Чтобы воплотить идею в реальность, мне пришлось использовать очаровательного Диму, сына моей любимой няни. Такой классный парень, что вот им можно было только любоваться и иногда молиться. Трудился Фирсов в медицинском центре в должности хирурга-травматолога. Я всегда могла рассчитывать на его помощь, при этом понимая, что он влюблен в меня.

Но я нет!

К сожалению…

Не могла я быть с ним даже ради того, чтобы остаться здесь. Не хотела пользоваться этим нормальным, заботливым мужчиной. Он этого не заслуживает. Только не он!

К тому же замечая тоску и желание в его глазах, мне хотелось плакать.

Ну какой тут брак?

В общем, Димка мне помог с диагнозом, чтобы для моих родителей он прозвучал приговором: «Перелом бедренной кости, лучевой и локтевой костей левой руки». Лишь когда они улетели, я быстренько сняла все бинты и уехала жить к подруге. Если бы к родственникам, то те бы непременно доложили родителям, чтобы отправить меня следом.

И вот отец с матерью возвращаются в наш город, чтобы забрать загулявшую дочь.

Плохо. Очень плохо.

– Слушай, у меня есть завиральное предложение! – воскликнула подруга, бултыхая ногами на диване. Мы отдыхали в гостиной, недавно вернувшись с тренировки.

Прищурилась, уже начиная удивляться ее тараканам в голове. Таких идей, как у нее, редко у кого встретишь. Иногда они приносили мне доход. Именно Анна привела меня в клуб любителей гонок на байках за деньги.

– Я вся во внимании…

– Ты же знаешь, что я работаю телохранителем в ЧОПе «Маяк»? – спросила она и, отмечая мой кивок, продолжила: – Вот у моего начальника Рогова есть родной брат. Он работает бухгалтером у нас.

– И-и-и… – протянула, желая скорее узнать, к чему она ведет.

– Очень даже симпатичный, ведет финансы и такой душка. Всех понимает, поддерживает и входит в положение каждого. Если увидит тебя, то однозначно влюбится и сразу замуж позовет. Только ты рот не открывай…

Даже левый глаз дернулся. Резко поднялась и рявкнула:

– Эээ… ты чего? Мне нужен фиктивный брак и работа. Какой муж? Еще и финансист?! Мне родителей за глаза хватило с их финансами!

– Ну, ты с ним познакомишься, а там…

– И что там?

– Если объяснишь ситуацию, то, он однозначно поможет и работу даст. Он такой сердобольный, из него только веревки вить, чем воспользовались уже три его жены, оставляя ни с чем после развода. Сейчас он боится, никуда не выходит, сидит на работе или сразу на такси домой. Помешанный на цифрах.

Идея мне не нравилась. Бред. Ему точно не ко мне, а к психологу.

– И когда он изредка выходит, то тогда всех выслушивает, понимает, любит, даже денег дает. Он…

– Тряпка. Я поняла уже… – чудесно подсказала ей.

– Да с чего сразу? Он невероятно добрый мужчина! Любит индийские фильмы смотреть…

– И как он мне поможет? Станцует?

– Он такой добрый, что не сможет устоять и сразу поможет, а я с ним немножко обсужу этот момент, чтобы ты не как снег на голову.

– У него три развода! Куда еще четвертый? Тебе мужика не жалко?

– Но ведь это будет фиктивный брак! – в тон рявкнула она. – Поверь, он согласится, если брата изолировать.

– Изолировать?

– Ох, да, брат за ним ужас как смотрит! Но если Сан Саныч вырвется из кабинета, то все, потом Рогов с трудом возвращает его на место, если тот не успеет жизнь свою устроить.

Признаться, мне хотелось его увидеть, чтобы посмотреть на это чудо земли. Неужели такие бывают?

– И как нам встретиться, чтобы брат не контролировал его?

– У нас будет мероприятие через неделю, где он точно будет. Все охранные агентства отмечают Новый год в шикарном ресторане, так что можно устроить встречу.

– У вас? – уточнила, не веря, что, кроме работы, они еще и отдыхают. А кто охранять будет? Подруга редко когда берет выходные, вечно охраняет кого-нибудь.

– Ага. Мы же тоже люди! И мой пупсик там будет. Всем разрешили парами, так что возьму своего цветочка.

И это Аня говорила про своего чудесного мужчину-паразита. Еще она его называла огурчиком, гномиком, мопсиком, цыпленочком, лягушонком, пупсиком, и это все о мужике! Черт! Я, когда слышала, у меня все внутри переворачивалось.

Нет, может, когда влюблюсь, и я буду своего мужчину цветочком звать, но как-то сомневалась.

Я ведь не цветочек…

Так какого черта ему им быть?

Не понимала, вот совсем никак. Она спортсменка, черный пояс по тхэквондо, каратэ. Подруга рвала всех в спаррингах, гроза улицы с детства и на тебе – парень-одуванчик. Так еще альфонс. Вообще, мне стало казаться, что смазливые парни – наглые эгоисты. Будто весь мир крутится только около них, и все должны поклоняться их красоте. Этот лопух не работал, только успевал Вилковой оды сочинять и денег просить.

Дармоед.

– Здорово… – заметила, стараясь не оценивать ее парня. Ну, она и не спрашивала, слава богу, знала, как я отношусь к таким цепким паразитам.

– Я тогда пробью почву, а потом тебе скажу, что и как. Только без меня не действуй! В этом ресторане будут праздновать корпоратив еще два охранных предприятия, чтобы не перепутала.

Она меня за кого принимает? Зрение стопроцентное, память на лица идеальная.

– Да с какой стати? Фото скинешь, я запомню.

– Какие лица? У нас будет маскарадная вечеринка!

– Да, и все явитесь в костюмах? – с сарказмом уточнила. Не представляла себе эту картину.

– Да я тебя умоляю! В масках. Так что я тебе укажу, а ты уже будешь действовать, – вдруг подруга с прищуром посмотрела на меня и громко спросила, заставляя вздрогнуть: – Слушай, а у тебя деньги-то есть? Может, тебе дать?

Я что, так плохо выгляжу? За версту от меня несет, и уже просвечиваюсь?!

Не удержалась от секундного порыва оглядеть себя. Как обычно, ничего удручающего и душераздирающего. Я бы рекомендовала держаться от себя подальше.

– Пока еще есть… – сказала, вспоминая, что деньги, заработанные от гонок, заканчиваются. Да и зима. Какие гонки? Я больше не рисковала. Мое время – это лето, тогда я королева дороги, а пока безработная.

– Если что, свисти, у меня есть. Зарплату в ЧОПе достойную платят, правда, уже пупсик попросил на наушники. Стоят двадцатку.

«Не смейся! Арина, не смей ржать! Ты же понимающая подруга! Нужно только кивнуть, чтобы не огорчить Аню, как в тот раз, когда додумалась снять этого алконафта на остановке, рыскавшего в грязном сугробе в поисках вчерашнего дня. Видимо, он уже тогда наушники эти потерял…» – думала я, а в следующую секундупрыснула от смеха. Да так, что кот испугался и рванул, забывая о том, как ему трудно ходить.

– И куда он прежние подевал, которые ты в том месяце купила? – не удержалась от вопроса.

– Ой, где-то потерял. Такой забывашка! – сказала она, сверкая глазками, предупреждая, чтобы не упоминала тот случай.

– Угу… – ответила и резко перехватила маленькую подушку, которую она благополучно швырнула в меня.

– Не ворчи. Я все понимаю… – предупредила Вилкова с шипением. Вот все знает, но слепой дурой выставляется, чтобы дальше держать при себе это чудо.

– Понимала бы, тогда своего пупсика немного встряхнула. Ты же умеешь, – предложила ей, наблюдая, как она щелкает зубами.

– Да-же силь-ные влю-бля-ют-ся, – почти по слогам отчеканила она, подсказывая, что фраза очень даже важная и лучше запомнить.

– Если я влюблюсь в такое же… – замялась, подбирая замену одному слову на букву «д», – счастье, то пойду в монастырь.

– Ага, тебя там через час проклянут. Ты же неугомонная, бешеная, неуправляемая.

Округлила глаза, поглядывая на ее подушку. Я ведь точно попаду.

Нет, ну разве я такая?!

Вечно слова путает!

Примерная замена такая: любознательная, активная и сильная. Вот очень даже мило звучит.

– Ладно, успокойся, не покушаюсь я на святое. И мне пора… – сказала, схватив спортивную сумку. Больше у подруги нельзя оставаться. Раз отец знает, что у меня все нормально, теперь придется возвращаться к родственникам, которым я как кость в горле нужна.

– Это хорошо. Может, останешься? Что там с родственниками?

– Написали, что ждут с нетерпением. Папа всех оповестил, так что нужно идти.

– Если что…

– Да, я поняла, – сказала и направилась к выходу за своей курткой из ее небольшой квартиры, которую она снимала.

Вышла из подъезда дома и остановилась. Улыбнулась, наблюдая рыхлый снег, летящий во все стороны. Холодно и снежно. Любила я такую погоду, поэтом сразу захотелось пройтись. Тем более подруга снимала квартиру в центре города у кинотеатра «Маяковский». Почему нет, когда весь город сверкает, и идти одно удовольствие? И ведь сверкает не только неоном, во всех витринах магазинов красовались мишура, елки в гирляндах, подарки и огоньки. Не прогулка, а удовольствие!

Только там за метромостом будет темный участок, где нет ни фонарей, ни камер и лес рядом. Но чего мне бояться?

Пройдусь…

Я люблю свой город!

Быстрым шагом двигалась по дорожке, обдумывая свои действия. Как только начинала думать, голова сразу начинала трещать. Видимо, так долго думать – это не мое. И все же…

Как быть?

Сомневалась, что что-то выгорит с этим сердобольным Сан Санычем. Куда ему к трем разводам еще меня? Он же свихнется. И неважно, что брак фиктивный, общаться-то придется.

Только поднялась на мост, как услышала входящий номер.

Даже не стоило смотреть, я знала, кто это там соскучился. К тому же на Фирсова я поставила очень красивый рингтон «Died In Your Arms» – песню британской рок-группы Cutting Crew.

Чудесный и понимающий доктор Дмитрий Фирсов соскучился по своей дерзкой подруге. И почему хороших так тянет к хулиганам? Нашел бы себе лапочку-девочку, нарожали бы уже детишек и жили себе на радость, а людям на здоровье.

Но нет… Ждет чего-то.

Поднесла смартфон к уху и сразу перешла к делу:

– Привет, Дима.

– Привет, красавица! Хотел тебя пригласить на ужин к нам домой. Мама обещала приготовить в духовке красную рыбу с овощами. Она очень тебя ждет.

Вот так нечестно! Что сразу дразниться едой? Тем более рыбой.

Черт! Я ведь уже забыла, когда нормально питалась домашней едой. Аня вечно на работе, а меня, когда испортила продукты, пытаясь что-то там приготовить, она попросила больше на ее кухне не хозяйничать.

– Хорошее предложение, но я иду к родственникам, – призналась, уже представляя, как меня там встретят. Призывами к совести беспутной неудачницы.

– С повинной? – весело спросил Фирсов.

– Ага… – буркнула, вспоминая, где мои наушники. Должны быть в сумке. Поприветствую и сразу на второй этаж в комнату для гостей. Если бы на кухню, то классно было. Но ведь родственники у меня живут четко по времени, а значит, специально закроют дверь на замок в кухню, чтобы никто не шастал к холодильнику.

– И как отец узнал?

Сморщилась, не желая вспоминать, но как другу не рассказать? Вздохнула и выдала:

– Мне уже стало казаться, что у папы в каждой организации есть друзья. И у всех находится моя фотка с пометкой, что эту не брать.

– Да не переживай, все будет хорошо. Я знаю. Ты очень сильная и предприимчивая.

С первым не поспоришь, а со вторым можно порассуждать. Он еще Аню мою не видел в деле, когда ее тараканы в голове начинают что-нибудь эдакое соображать.

– Конечно, все будет хорошо, пока не дойду до дома дяди. И там начнется… И что мне так не повезло родиться в семействе потомственных предпринимателей? Мои деды, родители, дяди и тети, их чудесные дети – это все люди с математическим складом ума. Все, кроме меня.

Да что же такое? Ведь они совсем меня не понимают, считая недостойной, глупой и никчемной. Вроде как в семье не без урода.

И вот она я.

Конечно, мне об этом в глаза никто не скажет, зная мой характер, который все же передался от родителей, но эти постоянные упреки и обиды выводили из себя.

– Это не так, и ты это знаешь, – не согласился Дмитрий, начиная свою любимую историю про мои несуществующие добродетели: – Ты добрая…

В этот момент рядом проехала Audi красного цвета, и из окошка в мою сторону что-то полетело. Кое-как поймала цепкой ладонью, защищая свой лоб, в который эта пустая пластмассовая бутылка чуть не влетела на скорости.

– Твари! – громко закричала машине вслед, реагируя на столь невероятную наглость. – Совсем офигели! Уроды! Да чтобы вас снегом засыпало!

– С добротой я перегнул… – услышала веселое замечание Димы.

– Нет, не перегнул! Они из машины мусор выкинули. Чуть бутылкой в лобешник не получила. Свиньи! Вот что за люди?! Таких только на переработку навоза. Дерьмо с дерьмом. Идеально!

– И где доброта? – услышала я размышляющий вопрос своего друга.

Еще и спрашивает?

– Я же не достала автомат и не перестреляла им все колеса, – заметила, мечтая как-нибудь встретить хозяина этой тачки. А номер, какой там? Я же его четко видела.

Так… 569

А вот буквы…

Были…

– У тебя его просто нет…

– Это да… – с грустью согласилась, сжав бутылку и направившись дальше, замечая мусорный бак. В него и зашвырнула свой «подарок».

– И что, не можешь проигнорировать родственников? Я бы подъехал. Могу и домой заглянуть, отпросить, – предложил Фирсов, все же рассчитывая накормить меня. Такой замечательный, будто знал, что я голодная. У подруги только салат поела. Признаться, я уже ненавижу эти салатики с пекинской капустой и с горошком.

Конечно, можно бы было. Тетя с дядей нормально относились к людям, в которых видели выгоду. Главное – сразу должность Фирсова озвучить.

– Ты не маленькая уже, взрослая…

Вот что уговаривает? Будто я не в курсе.

– О, правильный Дмитрий призывает меня к восстанию? – весело уточнила у него.

– Ты можешь жить у нас. Знаешь ведь, что ты нам… очень дорога.

Угу, поэтому и боялась обидеть, если и здесь не оправдаю надежд. Ладно, моя семья уже ничего от меня не ждет, но здесь я боялась оказаться не такой хорошей, как меня считают.

Я ведь действительно не такая замечательная, как меня видит влюбленный Димка. И ведь ему я все рассказывала, а он во всем видит плюсы, объясняя, что на ошибках учатся.

А если бы была квартира, где могла жить…

Оказывается, как плохо, когда нет своего жилья. А снимать я не могу. Это ведь глупо, если нет стабильной работы. И мне так не хотелось плакаться, оправдываться и обещать своей няне, что я все исправлю и буду жить лучше всех.

С силой сжала смартфон и проговорила:

– В следующий раз непременно.

– Жаль… – произнес Дима, и уже более воодушевленно спросил: – И где идешь?

– По метромосту.

– А разве не поздно по нему шастать в такое время?

– Ну, ты же звонишь мне, значит, нормально.

– Я задержался на работе.

Странно, что вообще вышел оттуда. Он там живет.

– Ты как всегда, – весело усмехнулась, замечая закуток, где все спускаются. Когда уже перейду дорогу, нужно будет пройтись по не самой освещенной территории близ леса. Как-то непродуманно, учитывая, что рядом овраг.

Ну да ладно. Мне чего бояться?

– Так что, может, к нам? Или завтра могу пригласить в ресторан.

– У тебя денег много? – возмущенно поинтересовалась. И чего ему так не терпится потратиться?

– Зарплату получил.

– Вот и оставь их при себе. Лучше твоей мамы никакой повар не готовит.

– Тогда поехали…

– Знаешь, лучше не дразни.

– Так ты все же не устроилась на работу, верно? – вдруг задумчиво спросил он. – У меня тут знакомый есть…

– Туда, куда хотела… меня приняли, а через час уволили. Так что лучше без знакомых!

– Из-за отца, – не спросил, а убежденно заявил Фирсов, прекрасно все понимая.

– Да. Этот спортивный комплекс принадлежит его другу. Поэтому отец пришел в ярость, когда понял, что я в активном поиске постоянной работы и не собираюсь приезжать.

– Понял… протянул Фирсов. – А если прознает, что я тебя тогда прикрыл?

– Не парься! Откуда? В любом случае я ему уже сказала, что хочу остаться.

– И что он?

– Сказал, что будет через две недели, а там поговорим…

– Арин…

– Не переживай, я не уеду.

– Ты всегда можешь рассчитывать на меня. На все!

– Спасибо, – сказала, вдруг замечая толпу. Притом по мощным темным фигурам могла понять, что там не парнишки, а мужики. И еще приметила большую черную фигуру на белом снегу, ее как раз все били ногами.

– Ау, ты слышишь меня? – услышала голос Дмитрия.

– Там драка…

– Проходи мимо! – потребовал друг.

– Ты чего? Там шестеро одного избивают. Он упал, а они его добивают ногами, – возмущенно выдала.

– Арина, не смей! Слышишь меня? – кричал Фирсов в трубку. – Черт! Да ты же никогда никого не слушаешь! Я сейчас приеду и помогу.

– Пока некому помогать, я еще никого не трогала, – воодушевленно ему сообщила.

– Арина, ты хоть раз можешь пройти мимо?

– Все, Димуль, мне некогда, – крикнула и отключилась, убирая смартфон в карман куртки. В следующую секунду я рванула через дорогу, радуясь, что машин нет.

Уже приближаясь, услышала голоса:

– Ну вот, теперь он точно понял. Только поздно… – с усмешкой заметил главный, который только командовал, дергаясь в стороне, что-то пытаясь показывать ногами и руками.

– Так что? – уточнил непонятливый, удивляя ростом. Метр в кепке среди рослых мужиков. Потерялся? Видимо, по блату взяли.

– Кончайте его! Что еще?! Будет другим уроком… – выдал главный и поторопил всех: – Давайте уже! Я жрать хочу!

Оказывается, от голода танцевал, а я решила, что он тоже избивает.

– Но… – кто-то начал уточнять, но разобрать, кто именно, я не могла.

– Ты плохо слышал? – уже раздраженно выкрикнул нервный мужчина и харкнул в сторону оврага.

– Как подло нападать толпой на одного… – громко сказала я, заставляя всех повернуться, чтобы уставиться на чудесную меня. Пока они любовались, бросила рюкзак на чистый снег и расстегнула молнию на куртке. Что марать? Стирать вручную мне не хотелось, а в стиральной машине запрещено.

– Ты что, телка, проблем хочешь? – дерзко рявкнул коротышка, странно подергиваясь. Насколько понимала, самый горластый в этой шайке стервятников.

Глянула вниз, чтобы его там найти, примечая, что он еще и дюже худой. Точно, по блату взяли, иначе не объяснить, что он делает с этими амбалами.

– Еще раз так назовешь меня… и сразу замычишь, – чудесно предупредила дерзкого гнома, начиная оценивать мужичков. Ничего такие, крепенькие.

– Чего? Пошла вон, швабра! – продолжал меня бесить паренек, испытывая терпение. Предположила, что он не для меня петушится, а друганам что-то хочет доказать.

А я ведь могу нос сломать…

И ручки с ножками.

Очень просто.

– Рот закрой, пока короткие ноги не оторвала, – уже недружелюбно предложила я, неосознанно начиная разминать шею. Аккуратно и поочередно опускала голову к плечу с разных сторон, при этом не касаясь ухом, не поднимая плеч.

Уж очень быстро он меня взбесил! Все взрослые дядечки смотрят, слушают, оценивают, а этот желторотый птенец пищит и пищит, будто мамку с червями ждет.

Дождался!

Только злую и без червей…

– Слышь, деваха, шла бы ты отсюда. Или проблемы нужны? – уже вмешался главарь. Жаль, лица не видела, в этом и был минус этого темного закутка. Так, от дороги отсвечивало. Неужели нельзя светильник организовать? Важно видеть, кого бьешь.

Непременно напишу письмо мэру города. Он у нас внимательный, с населением общается, решает вопросы.

– Проблемы? Я их люблю создавать. А куда идти и когда, я сама решаю, без подсказок слабаков, – шикарно выдала, тут же заявляя: – Пошли вон, ребятки, полиция уже в пути. Я позаботилась.

Не видела, но тотчас почувствовала, как все напряглись. Стали друг на друга смотреть, щелкать глазками.

– Ты сейчас здесь с ним ляжешь… – пообещал мне главарь, злобно испепеляя взглядом. Однозначно, я ему не понравилась.

А я и не сомневалась!

Я редко кому нравлюсь, когда дело доходит до боя.

– Сил хватит уложить? Или вы гадите только дружно? – уточнила, желая его еще больше разозлить.

Мои слова ударили в самое сердце. Тотчас главный что-то процедил сквозь зубы и пошел на меня, представляя собой грозовую тучу. Я же твердо стояла, дожидаясь нападения.

Когда мужчина рукой схватил за ворот моей куртки, то довольно зашипел. Предположила, что он уже мысленно справился со мной.

Наивный…

Хищно ухмыльнулась и, прижав сильнее его ладонь к своей груди, вызывая его недоумение, локтем повела вниз по правой руке, наклоняя мужчину вниз, ударяя коленом в лицо, тут же сбивая левой ногой, лишая равновесия. Удерживая правой за руку, левой ударила кулаком в грудь, стараясь действовать максимально быстро и четко.

– Сука! – услышала сзади, ощущая захват шеи. Быстро перехватила пальцами локтевой сустав мужчины, оттаскивая от гортани. Правой рукой сместилась до его затылка, левой перехватила за подбородок, резко скручивая и бросая его на заснеженную дорожку, удерживая за руку, ломая ее быстрым движением.

Раздался дикий вопль.

А как он хотел?

Я же предупреждала…

– Да я тебя… – это крикнул самый дохлый, наступая на меня. С ним я особо не церемонилась. Основанием ладони снизу вверх прошла по его лицу, ломая нос, врезаясь пальцами в глаза и отшвыривая в кювет.

В больничке полежит, может, манерам научится. Что не сделаешь для блага желающих?

– Чего стоите? – взревел очнувшийся обиженный главарь, проверяя свою руку.

А что там проверять? Это уже работа травматолога.

Дальше я просто раскидывала мужчин, понимая, что передо мной любители. Кто вставал, тот получал, и так довольно прилично. Изрядно подпортив им физиономии и сломав конечности, остановилась, чтобы оценить ситуацию.

Мужики с завыванием валялись со всех сторон от меня, уже не пытаясь подняться. Чуток прогнулась вперед, проверяя шею и ребра, и с возмущением спросила:

– Это все? – так как на мой вопрос никто не ответил, я продолжила: – Тогда рекомендую сгребать свои конечности и ползти куда подальше.

Повторять не пришлось. Кряхтя и завывая, мужчины отползали в разные стороны, напоминая червей после дождика. И усиленно двигались они к машинам у обочины. Хотя здесь не положено ставить машины.

– Мы с тобой еще разберемся… – услышала голос главаря, но уже не обращала внимания, так как присела рядом с мужчиной, которого основательно избили.

– Ты как? – спросила, понимая, что ему хорошо досталось. Лицо заплыло.

– Отойди, дура! – услышала я рычащий ответ. Замечу, мужчина был гигантом. К тому же спортсменом, так как мускулы я точно чувствовала через спортивную одежду. Видимо, перед дракой у него была вечерняя пробежка. Даже удивительно, как его завалили.

Заставила себя выдавить понимающую улыбочку, стараясь понять и войти в незавидное состояние мужчины. Мысленно досчитала до пяти и просветила:

– Мой друг сейчас подъедет и поможет. Он врач.

– Да отстань ты! – услышала я, а дальше уже не думала, перехватила пальцами за подбородок и, с силой надавив на челюсть, громко отчеканила:

– Еще раз посмеешь на меня рычать, и я скину в тот овраг и засыплю снежочком, чтобы никто не нашел. Понял?

– Ты… – начал он и замолчал.

– Вот! Так уже лучше… – спокойно проговорила, надеясь, что Димка где-то подъезжает. Не хотелось мне оставаться с этим придурком. Видимо, еще тот тип, раз на добро отвечает грубостью.

Главное – до приезда Димы с ним не разговаривать! А то потом ищи его в этом овраге под снегом…

Решила молчать, но мужчина очнулся и начал подниматься, напоминая проснувшегося медведя. Рева для убедительности не хватало. Но я верила, что это не за горами. Этому дай волю, так начнет всех пугать. Тем временем мужчина сел и измученно посмотрел на меня. В какой-то момент пошатнулся, собираясь упасть, как я перехватила, прижимая к себе.

Стало неудобно, так как наши лица были почти на одном уровне. Сглотнула и попыталась отклониться, но мужчина вцепился в меня, как голодный зверь в кусок мяса. Видимо, интуитивно понимал, что сам завалится.

– Ты… – начал он, с трудом выговаривая. При каждой его попытке открыть рот, губы кровоточили.

– У тебя губы разбиты, как и лицо, – тихо заметила, лихорадочно соображая, как ему помочь. Хотя чего думать, когда на улице зима? Осмотрелась и, схватив пальцами снег, сжала массу в ладони, прикладывая к губам мужчины.

Пострадавший закрыл глаза, испытывая боль, но ничего не сказал, а я стала прикладывать по всему лицу, чтобы хоть как-то снять отек. Это же надо так попасть лицом под ноги? Как допустил?

Чуть подалась к голове мужчины и увидела кровавое пятно на затылке.

«Вот оно что…» – подумала, не сомневаясь, что пострадавшего вырубили чем-то конкретным. Например, битой. Только в руках нападавших я ничего не видела.

Выкинули в овраг?

Возможно… Они ведь были в перчатках.

Как и я.

Камер здесь нет, и следов я не оставила – ничего они не докажут, если в больничке решат, что должна восторжествовать справедливость в отношении меня.

– Кто ты? – услышала я вопрос.

– Вторая твоя жизнь, – с усмешкой заметила, наблюдая, как мужчина разглядывает меня. Даже стало неудобно. Чего так пялится? – Когда будешь молиться ночью за мое здоровье, можешь величать богиней справедливости.

– Дерзкая… – как-то презрительно выдал покалеченный, закрывая глаза. Предположила, что от боли.

Нужно проверить ему голову. Хорошо долбанули.

– Они… – вновь начал он разговор, тяжело дыша.

– Они ушли…

– Нужно найти! – уже с рычанием рявкнул мужчина, удивляя резким перепадом настроения. – Чего носишься со мной как курица? Нужно звонить…

Схватила новую партию снега и, сжав в комок, крепче прижала его к коже, отчего мужчина выдал хриплый звук.

– Ты садистка! – процедил мужчина сквозь зубы, сильнее сжимая мою талию. Вероятно, так ему было легче терпеть боль.

– А ты хотел добродетельную медсестру? Это не ко мне. Сдам в больницу, и там уже требуй, кричи и разбирайся.

– Мне не нужна больница! У меня есть свой врач, – процедил он, вызывая раздражение.

Вдруг избитый перехватил мою руку и откинул.

Сжав пальцы в кулаки, смотрела в заплывшее лицо мужчины и заставляла себя молчать. Да и зачем себе настроение портить? Все, что от меня требовалось, я уже сделала. Даже больше. Пусть теперь другие мучатся с этим медведем.

Гад!

Поднялась и сложила руки на груди, поглядывая в сторону дороги. Где же Дима? Сейчас я его как никогда ждала.

– Дай мне телефон! – услышала я требование.

Честно скажу, на такую просьбу захотелось уйти, оставив наглеца здесь. Он ведь всегда такой! Я ни капли не сомневалась в своем выводе. Черствый, эгоистичный мужлан.

Может, зря спасла?

Хотя он кому-то ведь нужен, кто-то его ждет. Да и как пройдешь мимо?

И все же, какой сухарь попался!

Фары осветили нас. Глянула и увидела Дмитрия, бегущего к нам. Слава богу! Не передать моего восторга, с какой радостью на лице я его ждала. Да я даже готова была поехать к его маме и славно перекусить. Именно сейчас поняла, что ужасно проголодалась, что не передать словами.

– Тебе повезло… – буркнула я, надеясь, что с ним больше не увидимся.

– И чем же?

– Тем, что в нокаут не ушел. Уж очень руки чесались, как только ты открыл свой рот.

Внезапно раздался громкий смех. Мужчине было больно смеяться, но он не мог остановиться.

– Я ведь тебя найду… – выдал он, хмуря брови.

– Ага, как же, – буркнула и пошла навстречу к Фирсову, который уже приблизился. Он подбежал ко мне и, схватив за руки, начал осматривать со всех сторон, лихорадочно спрашивая:

– Ты не пострадала? Как ты? Нужно в больницу.

Показала на мужчину, отдыхающего на снегу, и тихо призналась:

– Если ты его куда-нибудь сплавишь, я буду очень признательна. Он бесит сильнее, чем те шестеро.

Улыбнувшись мне, Дмитрий кивнул и, показав в сторону обочины, где стояла машина, произнес:

– Садись. Я все решу, а ты подожди. Кстати, чай «Пряный манго» тебе взял. Ты же любишь…

– Я тебя обожаю, – довольно пропела и помчалась к машине. Ох, как я любила этот чай! Да и оказаться подальше от дикого мужлана представлялось мне замечательной идеей.

Оказавшись на пассажирском сидении, схватила свой чай и, глотнув еще пока горячего напитка, стала наблюдать за мужчинами. После непродолжительного разговора Дмитрий повел его к машине.

Не скажу, что я обрадовалась. Вовсе нет! Но я понимала, что так нужно. Он там замерзнет, а так докинем его до больницы, чтобы свалить на медперсонал. Им не привыкать работать с такими перцами, впрочем, как и со всеми.

Через несколько минут мужчины дошли до серебристой машины Lada Kalina. Фирсов усадил пострадавшего в салон и спокойным тоном сказал:

– Сейчас мы доедем до травмпункта, где я заведу вас в кабинет без очереди. Как раз уже ваш заместитель подъедет, чтобы забрать вас.

У него еще заместитель имеется? Заместитель чего, интересно узнать?

– У меня нет времени! – услышали категоричный ответ.

Гляди-ка! Времени у него на травмпункт нет, чтобы проверить свое здоровье. Какой занятой, однако! А если бы там окоченел полчаса назад, то важность всех этих дел не имела бы значения.

Нужно уметь найти время для себя, и тогда сможем больше.

– Это необходимо, чтобы убедиться, что у вас все в порядке. Я подозреваю сотрясение, – успокаивающий голос Димы вызывал желание закрыть глаза и уснуть.

Раздался звонок, возвращая меня в действительность. Это у меня в куртке пиликала мелодия. Глянула на экран и, прикусив нижнюю губу, нажала на прием, приветствуя тетю:

– Добрый вечер, Инна Петровна.

– И где ты? Мы должны тебя ждать? – она так громко кричала, что я поспешно стала уменьшать громкость. – У нас режим, если ты забыла. Но я знаю, что ничего ты не забыла, просто испытываешь наше терпение. Тебе же нравится показывать свой характер, да?

– Случилась непредвиденная ситуация, и я сейчас поеду в больницу, чтобы…

– Хватит уже! – прокричала нервная женщина. – Это твой отец верит всему, что ты там ему рассказываешь, а мы знаем, какая ты лгунья.

Все, разговор зашел в тупик. И как захочется идти в дом, где будут только кричать и обвинять во всех грехах?

Лучше освобожу себя и их от ненужных напрягов.

– Точно! – подтвердила и уже резче выдала: – Тогда сами придумайте причину, почему я сегодня не приеду. И завтра. А лучше… до приезда родителей.

– Что?!

– Мне бы совсем не хотелось слушать крики и обвинения, так что я предлагаю сойтись на том, чтобы не изводить друг друга.

– И куда ты пойдешь? Я все расскажу твоему отцу. Воспитал непонятно что!

Только собралась ответить, как мой телефон взлетел, оказавшись в руках у Дмитрия.

– Присмотри за ним, – попросил Фирсов и вышел с моим смартфоном из машины, оставив нас вдвоем с медведем, который развалился в салоне, придерживая рукой голову.

– Твой мужик? – услышала я грубый вопрос.

Честно, его фраза меня до ужаса разозлила. По себе судит?

Вечер однозначно не мой. Все испытывают терпение.

– Мужик ты, а он мужчина с большой буквы.

– Даже так?

– А что, есть сомнения?

Мужчина ухмыльнулся и замолчал. Наконец-то!

Я же наблюдала, как Дмитрий ходит кругами по одному месту, что-то усердно объясняя. И кому? Да моим родственникам что не скажи, я всегда буду неизменно отстойная.

Вспомнился случай, когда спасла троюродного брата. Все так славно культурно отдыхали с шашлыками на базе отдыха, что даже не заметили, как мальчик стал тонуть. Дети чудесного семейства весело комментировали процесс, считая, что Олег балуется, а красивый и самый старший ребенок из пяти семей просто не умел плавать. Вот и пришлось мне, на тот момент девчонке двенадцати лет, тащить из воды за волосы шестнадцатилетнего парня.

И что интересно, меня еще потом виноватой сделали: пока тащила, он нахлебался, и вовсе не тонул. Так что бесполезно перед моими родственниками оправдываться или объяснять. Кстати, с Олегом я общаюсь, он ведь сам все понимал, но не пошел против старших. Да и зачем? Мне уже давно не нужно.

Жаль, что сейчас брат непонятно где, куда-то уехал за огромными деньгами по требованию родителей. Но в нашей семье это норма, поэтому ничего удивительного, что о нем уже два года ничего не слышно.

Дверь распахнулась, и мне вручили смартфон. С вопросом уставилась на довольного Дмитрия, но он только пожал плечами, тихо сообщая:

– Потом расскажу. Сегодня ночуешь у меня…

Прищурилась, но слыша настоящие порыкивания огромного мужчины в салоне, решила оставить все вопросы. Как только избавимся от избитого, тогда уже…

Бизонов

Всматриваясь в ужимистые повадки медсестры, сдерживал себя от вполне нормального желания – выгнать ее. Вот чего она шарахается, как будто ее здесь избивают? Я только предложил ей отойти от меня со шприцем, возможно, чуть громче, чем она привыкла. Но как иначе? У нее руки дрожали, будто неделю пила. Такую нужно подальше держать от процедурной, а она ко мне прискакала со своей помощью.

Вот и получила за дело.

Ничего не меняется в государственных заведениях. Работает кто попало, так как профессионалы на такую зарплату не пойдут.

Или учатся…

На ком-то же нужно учиться.

– Я тогда… – девушка сглотнула слюну, – пойду. Если что нужно…

Молча наблюдал, как она уходит, теребя халат. Подсознательно ожидал, что закричит и со слезами бросится в коридор, где будет рассказывать ужасающие истории про дикого пациента.

Что еще от такой ожидать? На нее же без слез не взглянешь.

Раздражала…

Такие всегда раздражают.

Устремил взор в окно, вглядываясь в пугающую темень, и усмехнулся, насколько мог в своем состоянии.

Перед глазами появилась дерзкая девчонка. Она хмуро смотрела на меня, пока ее друг помогал мне выползти из дырявого ведра под названием Lada Kalina, а потом весело заявила:

– Надеюсь, мы больше не увидимся. Но ты уж постарайся телохранителя себе нанять, чтобы не получать ботинками по лицу.

И это она сказала мне, директору ЧОПа «АРТ-Охрана», четырехкратному чемпиону России по боксу в весовой категории до 90 кг.

Невероятно!

Злился и в то же время был в недоумении. И что больше выводило из себя: она говорила серьезно, без всяческих ухищрений и намеков. Просто в лоб.

Лично я так понимал ее слова:

«Найми, мужик, себе телохранителя, раз сам ни на что не способен!»

Именно так!

Да у меня самые лучшие бойцы в городе и не только. Я заключил договоры со всеми крупными компаниями, уже несколько лет сотрудничаю с администрацией города, и есть договор на сопровождение всех звезд, приезжающих в наш город, плюс инкассация.

И вдруг такое…

Схватился за голову, ощущая резкую боль. Словно молотком долбили в затылок.

И все эта соплюха на дороге…

Откуда ни возьмись появилась на дорожке, где я пробегал. Скулящая и жалкая, она сидела в снегу и просила о помощи. Только нагнулся, чтобы спросить, что случилось, как получил газовую дозу баллончиком и удар по голове. Дальше уже ничего не помнил.

Упал, а когда очнулся, по мне прохаживались ботинками.

И вдруг громкий голос этой наглой девчонки.

Признаться, даже не понял, а когда послышались крики мужиков, уже стал изворачиваться, желая видеть, что происходит. Получилось не сразу, но на третий раз смог развернуться.

И увиденная картина стоила моих стараний…

Девчонка раскидывала мужиков так, будто для нее это разминка. Четко, с хищной грацией пантеры и дерзкой улыбкой на лице. Она совершенно не боялась, что видел не только я, но и все.

Такую я встречал лишь раз, но больше Кристина у меня не работает. Чертова беременность отобрала лучшего сотрудника, как и женщину, которую желал видеть своей женой. Она подходила мне.

Но Титова не оценила…

И вдруг эта фурия…

Признаться, давно меня так не удивляли. И не только боевыми навыками. Спасительница посмела командовать и нагло со мной разговаривать, что не позволял никому.

Оказывается, я еще и мужлан, в отличие от ее женоподобного дружка. Тот у нее мужчина с большой буквы.

И это она сказала мне!

До сих пор удивлялся ее наглости.

Дверь открылась, и в убогую палату, или как эта дыра называется, вошел Савинов. Уже год работает у меня в ЧОП, и я им был доволен. Артур – чемпион России по ММА, завоевал первое место на чемпионате в Нижнем Новгороде в весовой категории 81 кг. Он планировал дальше профессионально заниматься спортом, но получил серьезную травму, которая поставила крест на спортивной карьере.

Но, кроме силы и выносливости, у Савинова еще присутствовала нехилая смекалка и изворотливый ум. С ним дела решались на раз. Прошаренный и деловой сотрудник, что подкупало, потому что я никогда не старался расположить к себе людей. Нужна помощь – пожалуйста, но за деньги. Артур же действовал хитро и мудро, отвоевывая столько контрактов у других ЧОПов, что пошли угрозы.

И сегодня от угроз эти сволочи перешли к действиям.

Если бы не она…

– Ты как? – спросил Артур, приближаясь ко мне. Выглядел он, как всегда, идеально. В пиджаке, в отутюженных брюках – будто всегда при параде и никогда не спал. Я такой привычки не имел. В чем удобно, в том и иду.

Хотел сказать, но на губе что-то лопнуло. Пошла кровь, что ощутил уже через секунду.

– В общем, я уже переговорил с травматологом. У тебя сотрясение. Рекомендовано полежать в больнице семь – десять дней, чтобы получить…

– Уколы мне проставит Вера, – рявкнул, наплевав на боль, не собираясь здесь оставаться.

Я просто так Сидорской плачу деньги? Пусть отрабатывает.

– Я бы посоветовал…

– Плевать. Я уже все сказал! – раздраженно выдал я, не понимая, почему мне приходится повторять.

– Но ты же понимаешь, что с таким лицом, не сможешь присутствовать на сделках? Да и в офисе… Это неприемлемо.

Настроение упало. Я сам понимал, а тут еще громкое подтверждение.

С трудом поднялся, ощущая боль во всем теле, а особенно в области затылка. Не помнил, чтобы когда-то мне так доставалось. А сегодня расслабился, за что и получил. Наваляли знатно.

– Отвези домой, – резко выдал, рассчитывая, что поездка пройдет в тишине.

– Да, конечно, – поспешно произнес Артур и открыл дверь, начиная деловито говорить: – У нас завтра два новых контракта, если ты забыл. Но не переживай, я все сделаю и тебе доложу после подписания. Если за неделю не поправишься, то я возьму на себя празднование в ресторане. Корпоратив пройдет по плану, как и соглашения по…

Кивнул, сдерживая себя от желания, помочь ему закрыть рот. Мне сейчас было не до того, чтобы слушать о том, что он будет за меня делать. Я ему за это и отстегиваю.

Это все потом, сейчас я рассчитывал оказаться как можно быстрее дома, где смогу спокойно принять таблетку и лечь спать.

А завтра…

Завтра уже будет новый день, и тогда я решу, что делать с делами и со своей безопасностью.

Неделю спустя

– Ты чего без костюма? Это же костюмированная вечеринка! – воскликнула подруга, глянув на меня, когда вошла к ней в квартиру. Приехала на такси, так как по времени уже опаздывали.

На данный момент я жила у родственников. В тот день после травмпункта я поехала в гости к няне, а вот утром меня вернули к родственникам. Что странно, они не встретили с упреками. Просто поздоровались, вежливо напомнив, что комната для меня готова.

Честно, до сих пор не понимала, что произошло? Фирсов поклялся их вечность лечить, когда они сломают руки и ноги? Даже вот не знала, что думать. Сам же Дмитрий только загадочно улыбался.

– У меня белая шуба. Я Снегурочка, – с улыбкой выдала, только сейчас вспоминая, что нужно было костюм прикупить. А мне некогда было: пыталась найти работу, ходила на собеседования. Всю эту чертову неделю! И везде одно и то же: принимали, а потом отказывали.

Не сомневалась, что папа постарался.

Но я так не хотела в школу учителем или тренером кружки вести. С моей подготовкой я рассчитывала на что-то серьезное.

– С черными сапогами? – с недовольством спросила подруга, сложив руки на груди. Кстати, а куда запропастился ее пупсик? Должен ведь с нами идти. Потерялся?

Хотелось верить, что она его выгнала, но отмечая черные носки посреди гостиной, поняла, что никаких изменений не произошло. Вероятно, в кухне что-нибудь лакает. И это точно не молоко.

– Извини, валенки я не ношу, – ответила на ее вопрос, считая, что придираться не должна.

– Между прочим, на улице минус 28 градусов. Очень кстати бы было.

– И так сойдет, – буркнула и присела в реверансе. Нужно ведь как-то ее отвлечь. Про парня не хотела спрашивать, чтобы не услышать подробности, как он недоел, недопил и так далее по списку. – Как тебе? Как по мне, так вылитая Снегурочка.

– Никак! Ты на кого похожа? – бушевала Анна, облаченная в обтягивающий костюм. Из латекса, что ли?

Она кто?

Черт?

Демонесса?

Замечу, смотрелось довольно соблазнительно, хоть и вульгарно. Плетки не хватало.

– На деловую Снегурку, да? – предположила я, при этом стараясь широко улыбаться. Вдруг именно так!

– Ты похожа на ведьму в белой шубе!

«Началось!» – задумалась, не понимая, что ей не нравится.

– Это почему?

– Потому что у тебя рыжие волосы, белая шуба и черные сапоги, а еще эта наглая улыбочка! На вот это… все, – сказала она, тыча в меня пальцем, – никто не клюнет!

«А если плетку добавить?» – подумала, но не стала озвучивать. Вечно ей ничего не нравится.

– Мне взять удочку, кирзовые сапоги и костюм защитного цвета? Так клюнут? – едко уточнила, представляя себе животрепещущую картину.

– Думаю, выглядела бы лучше, чем сейчас. Что под шубой?

Распахнула шубку, демонстрируя черное платье. Короткое такое, что шипела весь процесс, пока его на себя натягивала. А что поделать? Я вытащила первую попавшуюся тряпку из сумки, когда заскочила в гараж. И, конечно, стирала я это безобразие, так и не примерив.

И вдруг такое! Даже не представляла, как могла такое купить! Хотя, вероятнее всего, его мама подарила.

– Вау! Тебе идет! – присвистнула подруга, оценивая меня зорким взглядом.

– Хватит трепаться, – бросила ей, давая понять, что не оценила громких слов. – Оно слишком короткое.

– Ты просто совершенно ничего не понимаешь в моде.

– Я смотрю, ты понимаешь…

– Ну, более или менее. Вот это платье просто невероятно тебе идет! Мама покупала?

– Да. Я обычно нахожу время на брюки с джинсами, или на что-то спортивное.

– Хм… – подруга призадумалась, чем сразу же напугала. Там ведь у нее начался мыслительный процесс, который контролировали заумные тараканы.

Подруга рванула к столу, на котором лежали всякие коробочки, и принялась рыскать. Вернулась она уже с черным ободком и с рожками.

– Если добавить ободок с рожками… – с этими словами она начала лохматить мне волосы, которые целый час укладывал парикмахер. Я даже уснуть успела, пока девушка закончила. И вновь…

Ей-богу, как обезьянки в поисках блох в волосах.

– Мы скоро опоздаем… – поторопила ее.

– Сан Саныч всегда опаздывает.

Не мужчина, а мечта! Помимо того, что ноет, воет, ведет себя как тряпка, так еще и опаздывает. Зашибись! Мне уже скучно. Что даме делать с таким мужчиной?

– Мне не нравится эта идея! – сразу перешла к делу, а то не знала, как начать, а сейчас представился повод.

– Если забыла, через пять дней приезжают твои родители, а ты без работы и без мужчины. В противном случае родители наденут на тебя смирительную рубашку и увезут в Германию.

– Они чуток добрее, да и я не столь послушна. Понимаешь, я просто не хочу, чтобы они переживали. Я хочу обнадежить их, что у меня чудесный муж и есть работа. Понимаешь?

– И если не получится? Ты попросишь их о помощи, когда останешься здесь?

Она знала ответ, поэтому на мое молчание просто покачала головой.

– Почему ты такая? Почему не можешь попросить родителей о помощи? Это просто! Тебе нужно лишь раз…

– И тогда я совсем упаду в их глазах. НЕТ.

– Они твои родители… – с укором воскликнула она.

– Ты знаешь, мне так надоело быть изгоем, худшей из лучших нашей семейки, а ты предлагаешь попросить помощи? У кого? У них? Да я сразу упаду в их глазах.

– Ладно. Сан Саныч понял, о чем я говорила, и предупредил, что у него есть условие.

– Условие? – уточнила у нее и напряглась. – Я с ним спать не собираюсь!

– Я думаю, что он не потребует, учитывая, что брат помог ему с покупкой очередной квартиры. Так что, думаю, у вас будет брачный договор. Саныч что-то там трепался, но ты же знаешь, что я в этих экономических терминах ни черта не понимаю. И когда я попросила кратко, он застыл как статуя.

– Ты сломала вычислительную машину?

– Можно и так сказать, – весело подтвердила она.

– А как я его узнаю?

– Я покажу, но мы с ним договорились, что вы переговорите на эту тему отдельно в комнате, чтобы вас никто не услышал.

– Без проблем. И все же, как он выглядит?

– Симпатичный.

– Он будет в маске, и лица я не увижу, – напомнила ей, если она вдруг забыла.

– Сан Саныч стройный и красивый, я бы даже сказала, что красавчик. Пока он рот не открывает, можно влюбиться.

– А что не так со ртом финансиста? – уточнила, чтобы знать, к чему готовиться.

– Рогов заикается и теряется с женщинами. Стеснительный, путается, околесицу несет.

– И у него три брака было? – уже весело переспросила я, прекрасно об этом помня.

– Ага.

– Ну тогда понятно.

– Что понятно?

– Он рот после свадьбы открывал, и жены сразу разводились.

После такого предположения мы начали смеяться, представляя себе эту картину.

– Какая ты веселая! И это без алкоголя, – с улыбкой сказала Аня, в следующую секунду меняясь в лице. – Не вздумай пить! Ты не умеешь! Такая дурная сразу…

– Я не пью, – буркнула, не желая вспоминать о своих похождениях в алкогольном опьянении.

– Смотри мне!

– В тот раз на всю жизнь зарядилась.

Было стыдно даже сейчас. Видимо, алкоголь – это не мое. Стоило один раз попробовать и меня снесло ветром на поиски приключений. И это от бутылки шампанского! До сих пор старалась не вспоминать.

В общем, после того раза я больше не экспериментировала, чтобы не позориться.

– Ты смотри, а то у нас любят спаивать девчонок.

– Меня невозможно уговорить.

– Это хорошо! И не пей то, что предлагают другие.

– С какой стати?

– У нас половина придурков, вечно грубо шутят.

– А вторая половина?

– Вторая половина с женами придет, так что не переживай, – сказала она и отошла. Хлопнула в ладоши и с восторгом крикнула: – Какая ты сексуальная! Прямо ух!

– Вот давай без этого.

– Так нужно когда-то начинать. Вдруг сегодня встретишь своего мужчину?

– Я по делу в ваш ресторан иду.

– Вот от тебя я только слышу все года: у меня соревнования, а теперь учеба, и, конечно, вечные тренировки. И все… 21 год. А у тебя даже парня не было. И ведь нестрашная.

– И на том «спасибо», – заметила, не собираясь обсуждать. Я мечтала только об одном: чтобы этот вечер закончился с отличным результатом для меня.

– Я говорю к тому, что раз ты в коем веке вышла куда-то, то уж начни кадрить мужиков.

– Я не умею.

– Зато ломать кости ты умеешь!

– Это умею, – поспешно подтвердила.

– Я тоже умею, но у меня уже третий парень, а у тебя нет никого, кроме Димки, которого ты вечно отфутболиваешь. Хоть бы загуляла с ним для разнообразия.

– Нет. Он мой друг.

– Тогда найди мужика! Это просто! Раз… и все. Или спонсора. Понимаешь, нужно только мило улыбаться, быть кошечкой, и тогда уже просить на мелкие расходы после секса. Вот у меня первый…

Не стала ждать подробностей, резко выдала:

– Я как дура не умею себя вести, чтобы что-то просить. Тяжело мне жеманиться и кривляться.

Подруга стала хлопать ресницами, хмуря брови.

– Нда уж… Я не такая!

– Ты притом безвозмездно такая! Твои женоподобные мужики только на пупсиков отвлекаются. Вот таких… мне и на раз не нужно. И спонсоров у тебя никогда не было, вечно на твоей шее сидят, паразиты.

– Нет! Просто я люблю ласковых…

– И я о том – ласковых паразитов. Они у тебя и пальцем не двигают, превращаются в домашних питомцев.

Видела по глазам, что ей обидно, но раз зашел разговор, я не могла промолчать. Как и она. Мы же не зря сошлись! Столько лет дружим. Обе твердолобые и упрямые. Только она научилась сдерживаться со своими мужчинами и теперь решила мне советовать.

Только зачем? Знает ведь, как я отношусь к альфонсам.

– Хорошо, предлагаю проверить, – с волнением в голосе сказала она и крикнула: – Толик, иди сюда!

Тишина. Ее цветочек на свое имя не откликался.

Он хоть его помнил?

Помрачнев, подруга громче позвала, но парень так и не пришел.

Я усмехнулась и громко, имитируя голос подруги, прокричала:

– Пупсик!

Послышался шорох, и из кухни вышел ее парень с бутербродом в руках. Кстати, с каждым раз он становился все упитаннее. И так со всеми… А ведь на момент знакомства Толик выглядел довольно шикарно: подтянутый, стройный, в хорошей физической форме.

– Ты звала, зайка?

Я только усмехнулась и быстро отвернулась, желая подождать на улице, слыша ответ подруги:

– Ну, конечно, звала, мой пупсик. Пойдем? Нас уже ждут.

«И она еще отпиралась…»

– А ты чего поехала? – услышала наглый голосок Толика, когда мы вышли из такси. Мы как раз остались одни, – подруга вдруг сорвалась по дорожке, крича о том, чтобы немного подождали.

Лучше бы с ней пошла.

Да хоть побежала.

Что угодно, только не оставаться с НИМ.

Когда жила у подруги, то старалась не высовываться и не пересекаться с ее бойфрендом. И сегодня мы находимся непозволительно близко, в чем был виноват парень. Насколько понимала по перегару, Толик уже дома подзарядился виски, поэтому осмелел. Это именно то, что он в кухне лакал.

– Я забыла перед тобой отчитаться? – как можно спокойнее осведомилась, сканируя его ухмыляющуюся физиономию.

Да, именно так! Иначе не могла сказать… Он меня безумно раздражал. Есть неприятные типы, так этот был бы у них главным, если бы создавали кружок негодяев.

Мне не хотелось разговаривать, но ради подруги я заставляла себя. А так как я не умею особо скрывать эмоции, то цветочек это видел и все понимал.

– Я знаю, почему ты такая злая. Хочешь, расскажу? – услышала я деловой тон.

Столько самодовольства было в его словах, что хотелось не слышать. И еще хотелось усадить мужчинку в сугроб и облепить снегом. Такой бы замечательный снеговик получился! Для такого случая я бы даже в магазине морковь купила и про ведро не забыла. Желательно железное, чтобы перед тем как на голову поставить, несколько раз утрамбовать всю конструкцию.

– Мне совсем неинтересно узнать, почему ты так решил, – честно сообщила, не понимая, почему подруга задерживается. Бегает по магазинам в поисках нужной пачки? Мы же деловые, курим только определенные сигары.

– Потому что у тебя мужика нет. А если бы был, то быстро бы привел в чувство. Вы, бабы, дикими становитесь без мужской ласки, – с ухмылкой заявил этот гений, следом шепотом добавляя: – Могу помочь, чтобы уж совсем не остервенела.

В эту секунду мое лицо невозможно было описать хорошими словами. Рот открылся самопроизвольно, а глаза сузились, напоминая змеиные щелки. Сглотнула и протяжно стала рассуждать:

– Слушай, раз такой понимающий, так ты с Анной таким советом поделись. А то ведь все никак не найдет себе настоящего мужика, цепляется за мусор, а я переживаю. И ведь даже не догадывалась! Все думаю, что ей не хватает? Оказывается, мужской ласки.

Это чудо скривилось и в возмущении сделало шаг ко мне, а мне только этого и надо. Пальчики то и дело сжимались в кулаки, а тело принимало удобную позицию. Притом без моего желания, на автомате.

Ну, разок тресну ему для профилактики, пока не видит Анна.

– Думаешь, если что-то там умеешь, то можешь мне хамить? – гневно рявкнул он, нервно дергаясь.

– А разве я хамлю? Чистую правду сказала. Не обессудь, не люблю я всяких альфонсов, паразитов, как и мерзких типов не переношу. Так и хочется чем-нибудь прихлопнуть.

– Намекаешь, что я не мужик?

– Что значит «намекаешь»? Я конкретно говорю.

– А что не так? Завидуешь? Так найди себе мужика и тоже дома сиди. Как мамочка с папочкой бросили, так не знаешь, где деньги взять? Что, без денег никому не нужна?

Видимо, подруга много болтает, а этот недоразвитый плохо понимает. К тому же связь я плохо улавливала, но понимала, к чему он ведет.

Улыбнулась и, посмотрев по сторонам, резко схватила его за галстук и с силой притянула к себе, поднимая удавку вверх.

– Мне все равно, как ты там считаешь своими крохотными мозгами, но я рекомендую тебе свой рот держать закрытым, чтобы без зубов не ходил. Знаешь ли, дорогое удовольствие.

Пупсик усиленно кряхтел, пытаясь вырваться, но куда там. Лишь когда я увидела подругу, то тотчас отпустила его. Не ожидая освобождения, парень чуть не шлепнулся в сугроб, присев мягким местом, но я вовремя удержала, следом убирая руку, вытирая ее о шубу.

– Ну ты и стерва! – не сказал, а процедил парнишка, начиная отряхивать снег.

Выдавила улыбку и как можно дружелюбнее заявила.

– Я сегодня дьяволица, так что по статусу положено. Могу и спалить… на костре.

– Я тебе еще устрою… – злобно выдал он и подошел к Анне, которая уже приблизилась к нам. Бежала, насколько понимала по ее учащенному дыханию.

– Даже не убили друг друга? – спросила она с улыбкой, осматривая своего цветочка.

Стало обидно.

Я девушка! Именно я! Можно было на меня в первую очередь глянуть. Вдруг этот гоблин обидел меня? А она альфонса на следы избиения разглядывает.

– Угу… – бросила я, когда слащавый пупсик заверещал:

– Против моей неотразимости никто не устоит!

Хотелось сразу что-нибудь в него запустить, но наблюдая, как подруга светится от счастья, вглядываясь в его лицо, решила оставить кровожадные планы на «потом».

– Тогда пойдемте. Уже все там, – предложила подруга и повела нас.

Следуя за ними, вдруг почувствовала взгляд. Подняла голову и увидела темную фигуру на балконе. Мужчину. Притом мощного, с хищной аурой дикого зверя, что чувствовала даже отсюда. Лицо не могла разглядеть, но в этом не нуждалась. Мужчина же в упор смотрел на меня, чего не скрывал.

«И чего пялится?» – подумала и поспешила за своими спутниками в ресторан. Главное, не потерять подругу, чтобы она показала мне Александра. Как только поговорим, сразу поеду домой. Очень надеялась, что все получится.

В фойе было довольно людно и все в масках. На какое-то мгновение растерялась, а потом увидела подругу с рожками. Она бежала ко мне, руками сжимая что-то небольшое серебристого цвета.

– Быстренько скидывай свою телогрейку, а то не пропустят.

Не хотелось мне снимать норковую шубу, но раз иначе нельзя, пришлось согласиться. Нехотя отдала гардеробщице верхнюю одежду и получила номерок, который запихнула в сапог. Больше некуда было. Сумочку я забыла, поэтому даже телефон туда впихнула. В такие можно – ботфорты. Если уж мои длинные ноги они спрятали, то телефон подавно.

– Вот! – сказала подруга с довольной улыбкой, протягивая мне кружевную маску серебристого цвета. Признаться, довольно красивая, загадочная, но совершенно неподходящая к моему платью.

– Что это?

– Это маска. Рогов просил передать, чтобы найти тебя по ней.

– А где он?

– Саныч немного занят. Мне передала маску Галя.

– Галя? – переспросила, удивляясь, что еще кто-то в курсе. Она всем треплется? Раньше за ней подобного не замечала. Нужно поговорить с Аней, в том числе о том, чтобы обо мне со своим цветочком не разговаривала.

Но это все потом, когда уже решатся все вопросы. Здесь не место и не время.

– Да, она просила передать моей подруге, то есть тебе.

– А что, я его не увижу? – уточнила, чтобы понимать, зря я приехала или нет.

– Увидишь. Он сам подойдет, как освободится.

– А сейчас что делать?

– Ну как что? Пока ждать, поэтому с нами пойдешь. Наш начальник готовит сюрприз, поэтому мы пока все здесь. Кстати, на столах напитки. Я сейчас принесу.

– Я не хочу.

– Да в фойе душно, а в этом ресторане готовят изумительные коктейли. Ой, – вдруг она вспомнила, какая я неадекватная и дерзкая в алкогольном опьянении, и с грустью выдала: – Тебе возьмем сок.

– Тогда апельсиновый.

– Хорошо… – сказала она и потянула меня за собой, направляясь к своему парню. Он уже глушил шампанское, что совсем было неудивительно.

– А где соки? – спросила она у него, стоило приблизиться. Нужно отдать должное, он сразу же вручил ей полный фужер. Вроде как ухажер с большой буквы.

– Шампанское льется рекой, какие еще соки? – рассмеялся Пульков.

– А мне нельзя, – грубо заявила, надеясь, что вопросов больше не поступит.

– А что неадекватная сразу? – не успокаивался он с ухмылкой, которую захотелось стереть. Поганец проспиртованный!

Ох, и почему нельзя делать то, что хочется? Вот врежу ему, сломаю зубы, может, нос, а потом начнется… Подруга обидится, праздник испортится, Сан Саныч сто процентов увидит злобную меня и убежит.

Так что на его тупую фразу я просто выдавила улыбку. Но такую, чтобы он понял, как я полна презрением к нему.

– Да нет, просто ей же еще важный вопрос с Сан Санычем решать, – пояснила Анна, мило улыбаясь Толику.

– Ну… – вдруг парень задумался и серьезно предложил: – Тогда схожу за соком.

– Я сама… – сказала, не желая, чтобы Толик мне хоть что-то приносил, но подруга остановила, громко сообщая: – Спасибо! Арина любит апельсиновый сок.

Как только он исчез из горизонта, она на ухо прошептала:

– Пусть идет. Может, пить меньше будет. Как-то он часто стал прикладываться к алкоголю.

«Может, слоны и летают… Наивная. И пока будет нести, умудрится залить стопку в рот, чтобы наслаждаться весь путь» – подумала, но не стала говорить вслух.

Через пять минут появился Толик. В руках он держал бокал с апельсиновым соком, а во второй – тарелку с закусками.

– Девочки, специально для вас стащил у официанта. Только предупреждаю, все очень острое. Я по пути попробовал.

«Кто бы сомневался?»

– Арина любит острое, – сказала за меня Анна, перехватывая сок из рук Толика и передавая мне.

– Ну, что? С наступающим Новым годом здесь, раз нас не пускают в зал, – весело предложила Аня и подняла свой фужер.

Мы с улыбками присоединились.

Вкус показался горьковатым, но в фойе было действительно жарко, поэтому я выпила все, при этом ужасно морщась. Жаль, что воды нельзя попросить. Или можно?

Если обращусь к официанту, он не посчитает меня странной?

– А закуска? – напомнил Толик и улыбнулся мне, толкая в мои руки тарелку с крохотными корзинками, где кто-то шевелился. Или нет? Пока я с прищуром рассматривала, парень сказал: – Вот держите, а я еще схожу за соком.

– Нет. Мне бы водички… – поспешно выдала, считая, что уже можно и спросить. За вопрос меня никто не ударит.

если бы попробовал, то это бы уже были его проблемы.

А пока мне хотелось водички.

Холодненькой.

– Ты не в том месте, – весело заявил Толик, слишком ядовито улыбаясь.

Или мне показалось?

Нет, он всегда такой! Гад.

Как же мне хотелось сказать ему об этом.

И треснуть…

Как-то уж слишком здесь стало душно. И зачем так топить?

– Ты маску-то не забудь, а то Александр тебя не найдет.

– Точно! – согласилась и поскорее примерила. Почему-то стало неважно, как маска на мне сидит, как и то, что сострадательный Рогов не торопится меня искать. Видимо, нашел по дороге кого утешить, вот и молчит, планируя очередной брак.

– У меня к тебе просьба, – вдруг сказала я, понимая, что не могу не сказать. Пришла пора. Сейчас именно место и время.

– Какая?

– Такая, чтобы ты не трепалась обо мне со своим цветочком. Надеюсь, мы договорились?

– Разве я это делаю?

– Так почему он в курсе всего? – резко уточнила, стараясь понять ее реакцию на мои слова, уже через секунду об этом забывая.

– Хм… Я, конечно, скачу перед ним, так как он меня устраивает во всем, но чтобы трепаться о тебе… НИКОГДА. Ты же меня знаешь.

– Он все знает, Ань. Все, о чем ясно дал понять. Понимаешь?

– Тогда спрошу у него…

– Угу…

– Он обидел тебя? – с волнением спросила она.

– Еле сдерживаюсь, чтобы не сломать ему что-нибудь. А тебе сильно его кости нужны, да? И ноги, наверное… – задумчиво размышляла, вдруг восклицая: – Точно! Ему не нужны зубы!

– Если уж сильно обидел, тогда идеально немного в лицо. Может, тогда перестанет пить… – протянула она, рассматривая варианты.

– Боюсь, у меня немного не получится, – честно призналась, надувая губки.

И где я так научилась?

Как дура…

– Тогда дай мне день. Я с ним переговорю.

– Договорились… – согласилась, делая резкий кивок, и посмотрела на закуску. – И чего от них так несет? Ты чувствуешь? Вонь несусветная.

Подруга хлопнула ресничками, а потом посмотрела по сторонам, вроде как стараясь понять, услышал ли меня кто-нибудь.

А что я не так сказала? От них действительно несло чем-то мерзким.

– Ты нормально себя чувствуешь? – с волнением спросила подруга, проверяя мой лоб.

– Да, – ответила, откидывая ее руку. – Только мне очень жарко.

Как по мановению волшебной палочки появился Толик. Он не успел протянуть мне бокал, как я уже схватила его, и выпила половину.

Обалдеть… Так хотелось!

Но, к сожалению, лучше не стало.

– Дорогие гости, прошу проходить в зал, – раздался нежный женский голос со стороны дверей.

– Все, нужно идти. Допивай, – потребовала подруга, поторапливая меня, уже избавляясь от своего фужера, как и ее цветочек.

Выпила вторую часть сока и убрала на поднос. Сделала шаг и поняла, что вот душно мне в этих кожаных ботфортах, да и платье какое-то неудобное стало.

И зачем его выбрала?

Можно было в брюках пойти.

Схватила подругу за руку и прошептала:

– Как-то мне не по себе. Ты иди, а я постою на балконе. Где-то его видела…

– Балкон? Точно. Тебе нужно пройти прямо, а потом налево. Там сразу увидишь дверь.

– Если появится Рогов… – начала, желая попросить ее, чтобы отправила ко мне. Нет, действительно, поговорили бы уже и распрощались. А то жди его…

– Зайка! – поторопил цветочек Вилкову. – Сейчас мест не останется, а я в центре хотел.

– Я поняла, – прошептала Аня и с трудом вырвалась из моего захвата, с волнением поглядывая на меня.

Черт! Как же душно.

Провела пальцами по вискам круговыми движениями и поплелась прямо, а потом налево, двигаясь по коридору. Через пять шагов увидела дверь, а напротив – лестницу. Про нее подруга не вспомнила, а я видела балкон на втором этаже. Значит, мне нужно туда.

Схватилась за перила и стала подниматься.

Странно, но я ощущала себя до невозможности воздушной, так как не чувствовала ног, и одновременно наполненной. Мое тело будто наполнялось горячей жидкостью. Постепенно, вызывая дрожь.

Что со мной?

Шла с закрытыми глазами на сквозняк, в котором так отчаянно нуждалась. Я верила, что мне станет лучше.

Может, съела, что не то?

Но нет, толком ничего не употребляла.

Если только сок…

Неужели испорченный? Привкус был точно – горечь.

Балкон я все же нашла по морозному потоку воздуха, выходящему от двери. Оказавшись внутри, приблизилась к стеклопакетам, уткнувшись лбом в стекло. Мои пальцы нащупали ручку, и я открыла створку нараспашку, впуская ледяной ветер. Сейчас погода порадовала.

Стало легче.

Как-то вымученно улыбнулась, вглядываясь в фонари ночного города. Любимое время суток. Я любила наблюдать за безлюдными улицами, теплыми домами и завораживающим небом. Сегодня оно радовало звездами и полной луной.

Решила, что пока лучше не станет – не уйду отсюда.

Вот! Какое правильное решение за пять секунд.

Всегда бы так…

Улыбнулась и подумала, что неважно, получится у меня или нет с этим Роговым, я все равно не полечу в Германию. Только с квартирой все же нужно решить вопрос. Родственники от меня не в восторге, хоть я только вечером возвращаюсь, чтобы переночевать.

Но как без работы?

Черт, и ведь я так хочу работать, но отец со своей заботой и долгом вставлял мне палки в колеса. Он был уверен в моем провале и не желал терять время.

Где найти того, кто не знаком и никак не связан с его друзьями?

Город ведь большой, кто-то должен быть. И его непременно нужно найти…

А может, все же попросить отца оставить меня в покое?

Ага, как же…

У него на меня планы. Вроде как должна дочь семье пользу принести хоть раз в жизни. Всегда отец всем говорил, что только в одном на меня рассчитывает.

Но и сейчас его подведу…

Конечно, жаль было прощаться с надеждой выйти достойно из ситуации, но он сам меня подтолкнул на крайние меры.

– Скучаешь? – услышала голос мужчины, мгновенно реагируя всем телом. По мне будто ток прошел мощной волной.

От такого конкретного «счастья» захотелось закричать в агонии, а я вроде как не хрупкая и нежная девушка.

Обернулась и увидела мощную фигуру мужчины с черной маской на лице. Она закрывала глаза и часть носа. Впрочем, незнакомец был во всем черном, что ему несомненно шло.

Ничего такой.

Очень даже ничего…

Мощный, сильный, с хищной грацией дикой кошки.

Сексуальный…

Так, стоять!

О чем это я?!

Рогов же тряпка, значит, это точно не он.

В горле пересохло, наводя на мысль, что не сок я пила. Нетипичное поведение угнетало, вызывая ко всему прочему раздражение.

Неожиданно захотелось, чтобы мужчина подошел ко мне.

И еще больше мне захотелось к нему прикоснуться!

Откровенно, нагло и прямо сейчас. Именно так!

Невероятно!

Вижу его одну минуту, и уже такие порывы!

Это как?

Черт! Со мной что-то не так.

Сок. После сока стало плохо. Этот гаденыш мне что-то подсыпал. Даже уже не сомневалась.

Закопаю его! Нет, первым делом руки оторву, чтобы повадно не было гадость сыпать в стакан девушки.

Низ живота заныл, грудь потяжелела. Даже кровожадные мысли не спасали от возбуждения.

Вот же проклятье!

– С тобой все хорошо? – услышала я голос мужчины, который оказался за моей спиной. Его аромат накрыл с головой тонкой вуалью, заставляя задыхаться от потока ощущений.

– Да… Просто здесь душно, – выдала и распахнула вторую створку, мечтая выпрыгнуть в окно. В сугробе освежусь.

Оценив плитку, совершенно очищенную от снега, поняла, что полеты отменяются, в отличие от жажды внутри. Она нарастала.

– Мы ведь знакомы, верно? Это ты… – начал мужчина, но я не слушала, понимая, что проиграла своему телу. Мне стало абсолютно плевать, кто этот незнакомец с маской на лице, но я в нем нуждалась.

Сделала шаг и хрипло выдала:

– Сейчас познакомимся… – не успела сказать, как подалась к нему и поцеловала. Со всей страстью, как подсказывало жаждущее тело, напрочь отключая разум.

И каково было мое удивление, когда он ответил. И как!

Его язык проник в мой рот, обследовал, скользил по нему, касаясь зубов, неба. То, что он творил, вызывало настоящую бурю в моем теле. Я таяла, подчиняясь его напору.

Сильные руки жадно ласкали тело, не зная границ.

Они были везде, будто желали заклеймить, не пропуская даже крохотного участка.

Мужчина будто с цепи сорвался, заряжая своим напором, дикой страстью. Даже через платье я чувствовала жар его тела. Он захватил меня, атакуя, не позволяя вырваться из томящей агонии.

И мне, как оказалось, только это нужно было, так как от прикосновений я чувствовала облегчение. Сейчас мой спаситель являлся для меня источником родниковой воды в знойной пустыне. Он насыщал влагой, позволяя дышать.

Когда стала задыхаться, оторвалась, продолжая дрожать от возбуждения. Такого со мной никогда не происходило. Совсем никогда!

И ведь я даже подумать не могла, что подобное случается между любовниками.

И вдруг такое…

Неудивительно, почему я была расстроена заминкой, хоть по моей инициативе. Я же мечтала об одном – познать этого мужчину.

Сглотнув, посмотрела в черные глаза незнакомца.

Как он смотрел! Его страсть накалилась до предела.

– Кто ты? – услышала я хриплый вопрос.

– Это неважно сейчас, – прошептала, руками касаясь черной рубашки, вытаскивая ткань из брюк. Мне невероятно хотелось прикоснуться к его рельефному торсу, и я немедленно собиралась это сделать.

Шипение мужчины прозвучало музыкой в моих ушах. Ему нравилось то, что я делала, и это еще больше вызывало возбуждение во мне.

К моему восхищению, у него оказалось такое тело, что хотелось касаться и касаться. И не только…

Кровь застучала в ушах. Желание познать удовольствие помутило разум. Я не только не узнавала себя, но и нравилась себе в этом бесстыдном состоянии.

Мужчина тяжело дышал и дрожал, что я чувствовала, так как он удерживал меня за талию.

– Чего ты хочешь? – сказал он хрипло, ладонями прижимая к своему возбужденному телу.

– Тебя…

Его зрачки расширились, закрывая черную радужку глаза. Мужчина облизнул сухие губы и почти с рычанием произнес:

– Если пойдешь со мной, то сбежать не дам.

Как он ошибался…

Это у него не было шанса на побег.

Сегодня он только мой!

Если на улице я чувствовала себя еще вполне приемлемо, то в машине все изменилось. Тело будто оказалось в полиэтиленовом пакете. Меня начало трясти, но не от желания, а уже от боли.

Мое тело бунтовало так, словно лишилось чего-то важного и сейчас требовало вернуть его на место. Притом немедленно.

Выгнулась дугой, сдерживая себя от стона. Готова была кричать, а еще мне хотелось дотронуться до себя. Но я сдерживалась…

Если бы знать, на что я способна в таком состоянии, а то ведь как с гранатой.

– С тобой все хорошо? – спросил мужчина, с волнением поглядывая на меня.

– Будет лучше, как только ты ускоришься, – хрипло ответила, замечая, что мы едем по метромосту.

На мой комментарий мужчина только хмыкнул. Действительно, а что еще? Сто процентов решил, что я озабоченная.

Ну а какая иначе? Сегодня именно такая, если я правильно понимала свое тело. Откуда мне знать, если я в этом новичок.

Быстро взяла телефон и написала подруге:

«Срочно выбей информацию из твоего мужика о том, что он мне подсыпал в сок».

Ответ пришел незамедлительно:

«Ты уверена? Толя вышел десять минут назад и до сих пор не появлялся. Сказал, что зуб болит».

«Как только отойду, так сразу решу его проблему с зубами. Я их выбью все… чтобы не повадно было», – подумала про себя, понимая, что Толик пошел меня искать. Не зря ведь предлагал свои услуги. Мерзавец.

Пальчики быстро забегали по экрану, набивая сообщение:

«Ань, мне сейчас так плохо, что я готова изнасиловать любого, кто подвернется мне под руку. Найди его и узнай!»

Ее ответ порадовал:

«Дай время. Я выясню…»

Закрыла глаза, ощущая дрожь. Меня бросало то в холод, то в жар. И в голове только одна мысль – потребность.

Бешеная.

Неконтролируемая.

Черт, да меня ломало не по-детски!

Только когда остановились на парковке у коттеджа, я открыла глаза. Взялась за ручку дверцы, как вдруг услышала писк входящего сообщения. Поспешно открыла, начиная читать:

«Прости, Арин. Я не думала, что он такой подонок. Это возбуждающие капли для женщин «Гейша». Толя сказал, что хотел тебя проучить. Представляю твое состояние и прихожу в бешенство. Чтобы тебе было капельку легче, знай: я уже сломала ему руку и нос, а еще лицо поправила. Как он поправится, навестим моего бывшего парня в больнице, чтобы уж второй раз его туда не сдавать».

Следом пришло второе сообщение:

«Ты где? Давай тебе мужика снимем? Я пробовала как-то подобные капли – это просто нечто. Только секс спасет. Без мужчины никак».

Прикусила губу, ощущая грубую ткань платья, которую хотелось сорвать. Это не говорю, что у меня творилось в самом интимном месте. Я даже не сомневалась в том, что мои трусики можно выжимать.

Покачала головой и написала:

«Я уже нашла. Завтра напишу».

Отключила смартфон и вновь засунула его в сапог. Обернулась и посмотрела на мужчину.

– Ты не передумала? – задал он вопрос, пронзительно вглядываясь в мои больные глаза. Иначе сказать не могла. Сейчас я болела желанием.

На его вопрос могла только улыбаться. Ну не накидываться же мне на него здесь? Даже в таком состоянии хотелось, чтобы мой первый раз случился не на сиденье в машине. Об этом, наверное, никто не мечтает.

Так что потерплю…

Признаться, я сильно боялась. Именно себя. Сейчас я себе напоминала озабоченную дикарку, которая не знает что хочет, но может и стремится к этому. Страшная смесь.

Но мужчина должен был справиться. Достойный экземпляр. Верила, что он поможет мне.

Кстати, появилось ощущение, что я его где-то видела. Он снял маску в отличие от меня. Бросил ее сразу в урну, как только вышли из ресторана.

Молча открыла дверцу машины и вышла, желая поскорее излечиться.

Мужчина последовал моему примеру и, когда подошел, выдал:

– Тогда прошу в гости.

И зачем вся эта прелюдия, когда мне так плохо? К тому же не знала, что девушки говорят, когда мужчины приглашают их к себе домой. Я, например, смотрела на камеры, а еще на забор, который представлял собой мощные каменные стены.

Пошла за мужчиной, совершенно не ощущая холода. Что странно! На улице вовсю бушевал мороз. Только мне было не до него.

Я даже головы не поднимала, просто двигалась за мужчиной, желая это все быстрее закончить. Что уж теперь, когда все так получилось.

Стоило оказаться внутри, сняла сапоги и осмотрелась. Ничего такой коридор. Просторный, где можно было танцы устраивать.

– Ты высокая… – его замечание позабавило. Он считал, что я такая эффектная из-за каблуков?

– Где спальня? – спросила, снимая шубу и оставляя на пуфике.

И вновь смешок. Какой-то веселый мужчина мне попался.

– Шампанское? – поступило новое предложение.

– Ты не уверен в себе? – сказала первое, что пришло в мою раздраженную голову.

Все, парня перезагрузила, что увидела на его лице. Но я же с ним не любезничать пришла. Направилась вперед, пока не оказалась у лестницы. Мужчина неспешно двигался за мной и, когда я замялась, услышала:

– По лестнице и налево последняя спальня.

Сдержала порыв обхватить себя за плечи, ощущая новый приступ желания, и поспешила вперед, заставляя себя держаться стойко. Оказавшись в спальне хозяина, отмечая стильную кровать и портьеры шоколадного цвета, обернулась.

Отмечая, как вальяжно двигается мужчина, притом не спеша, и как при этом горят его глаза, сглотнула. Действительно, поистине настоящий мужчина.

И еще красивый.

Не сомневалась, что редкостный эгоист.

Но в этом случае мне на руку. Ему, кроме себя, наплевать на всех. Еще ни одного достойного красавчика не встретила, лишь самовлюбленные эгоисты.

– У меня такое ощущение, что ты сняла меня… – шуткой отметил он.

– Есть разница? – серьезно уточнила, не понимая заминки.

– Думаю, нет. Мы хотим одного и того же.

– Точно, – согласилась, облизывая сухие губы.

– Почему я?

– Первый подвернулся…

Вдруг раздался его смех. Должна признать, он завораживал меня. Или я просто сейчас видела мужчину спасителем и любые его действия меня еще больше возбуждали.

Потянулась рукой к спине, но застыла на месте, стоило услышать:

– Не шевелись! Я сам…

Отлично, еще любитель прелюдий! Возможно, это хорошо, но не сейчас, когда я горела в безумном огне.

Сглотнула и стала ждать, когда он приблизится. Мужчина был похож на огромную пантеру. Уж очень он мне ее напоминал.

Мужчина подошел и, вглядываясь в лицо, хрипло произнес:

– Не торопись, кошечка.

«Началось утро в деревне…» – подумала, вспоминая любимое выражение подруги.

Я понимаю, слышать нежности от любимого мужчины, а здесь от непонятно кого. Раздражало. Притом все. Я была взвинчена до предела.

Такой я себя еще не видела…

Эта агония вызывала ярость.

Еще немного и сорвусь в истерике.

Не понимала себя, своих желаний, но знала, что мужчина может помочь. Я верила в это.

Подалась вперед и, прижав палец к его губам, прошептала:

– Давай без уменьшительно-ласкательных прозвищ и уже перейдем к делу?

Мои слова позабавили незнакомца. Он с усмешкой на губах кивнул, а я решила действовать. От него ведь не дождешься! Опустив свои руки на его торс, нежно провела от паха до груди, останавливаясь пальчиками на первой пуговице, начиная расстегивать. Иногда получалось слишком резко, почти вырывала пуговицы, но уж как могла в своем плачевном состоянии.

Он молчал.

Хищно наблюдал, позволяя действовать.

Лишь когда стянула рубашку, увидела его усмешку. И тем не менее он никак не прокомментировал мою нетерпеливость.

Дальше наступила очередь кожаного ремня. Вытащив его, откинула в сторону, принимаясь за брюки.

Мужчина был возбужден. Признаться, в этот момент стало не по себе. Выпирающий бугор оказался довольно приличным.

Но сейчас уже было поздно идти на попятную.

Нервно застыла, сглатывая слюну.

Черт! Дальше не знала, что делать…

И тут мужчина помог: наклонился и, захватив руками лицо, поцеловал. Страстно, дико, отчего выдала стон, уже не заставляя себя сдерживаться.

Я ведь не железная…

– Дикая девочка… – услышала замечание мужчины, ощущая прилив сил от его слов. Странно, конечно, но правда.

Сильнее прижалась к нему и ответила на поцелуй, предлагая играть вместе. Но в следующую секунду оказалась прижата спиной к мощной груди. Мужчина повернул голову и вновь поцеловал, жадно лаская грудь руками, отчего вскрикнула ему в рот.

Это хорошо, что не откинула в сторону. Такой острой ласки не ожидала…

Рука мужчины переместилась на молнию платья, и через секунды черное платье упало к моим ногам. Я оказалась в нижнем белье.

Освобождение.

На секунду почувствовала облегчение.

Дальше пришел черед кружевного бюстгальтера.

Я не стеснялась. Совершенно, что удивляло. Много раз представляла, как это будет, и тут совершенно никакого стеснения. Наоборот, хотелось поторопить.

Неужели я такая или это капли так влияют на меня?

И вновь меня развернули и атаковали губы. Только в этой игре я активно участвовала, наслаждаясь поцелуем, ласками.

Все кружилось и вертелось перед глазами, переставая выдавать четкую картинку. Я терялась в ощущениях. И лишь когда ногами задела спинку кровати, поняла, что мы остановились.

Словно в тумане медленно опустилась на кровать, ощущая раздражение от ткани, но как только мужчина навис надо мной, забыла об этом. Его тепло успокаивало меня.

А дальше началось сумасшествие. Губы мужчины оказались на торчащих сосках. Они ласкали, сосали, покусывали, отчего задыхалась, издавая стоны. Ничего не могла с собой поделать. Это совершенно невозможно было контролировать!

Слишком остро.

Слишком приятно.

Слишком волнующе.

Мое тело подрагивало от каждого его прикосновения.

Ощущая твердую плоть на коже при каждом движении мужчины, мне не терпелось ощутить ее внутри, но любовник не торопился.

Он дразнил.

Слишком жестоко, как мне казалось, так как была на взводе, желая чего-то особенного, в котором отчаянно нуждалась.

Пытка продолжалась. Любовник безжалостно ласкал, медленно двигаясь губами ниже. Я же руками вцепилась в покрывало, неосознанно скидывая его и одеяло под собой, пока не оказалась на прохладной простыне.

Ощутив пальцы на бедрах, задрожала, понимая, что это выше моего предела. Да меня трясло от прикосновений так, словно в мое тело кто-то вселился и тряс изнутри.

Я горела.

Ярко, тягуче, без шансов на передышку.

И когда ощутила его язык на складочках, моментально вскрикнула, пытаясь соединить ноги, но попытка сорвалась. Мужчина сильнее перехватил руками бедра, не позволяя двигаться.

Дальше я не соображала.

Меня накрыло новыми ощущениями, которые даже не могла описать.

И вдруг все тело сжалось, а затем резко распалось, окончательно расслабляя все мышцы. Будто что-то взорвалось изнутри.

Я закричала, ощущая волну удовольствия, которую еще никогда не испытывала.

Никогда!

Ничего подобного!

Это было невозможно описать и ни с чем сравнить.

Меня просто переполняло наслаждением, при этом окончательно парализовав.

Когда пришла в себя, я так и не поняла. Но в этот момент встретилась с загадочным выражением лица мужчины. Он хищно оскалился, затем спросил:

– Готова?

К чему?

Да неважно! Мне все нравилось и главное – нравилось моему ноющему телу.

– Да… – прошептала, тяжело дыша.

В следующее мгновение руки мужчины оказались на моих бедрах, которые он развел, устраиваясь между моих ног. Твердая плоть коснулась кожи, отчего вздрогнула, а потом почувствовала вторжение.

Медленное, спокойное, в следующую секунду заполняющее до упора.

Вцепилась в плечи любовника, открывая рот от эмоций, понимая, что боли нет. Ничего подобного! Только желание, чтобы он не стоял столбом, как сейчас.

Посмотрела в глаза мужчины и увидела в них немой вопрос. И все же он ничего не сказал по этому поводу.

– Как ты?

– Жду, когда ты продолжишь…

Он лишь усмехнулся и начал медленно двигаться. Спокойно, постепенно усиливая толчки.

И с каждым его движением меня накрывало волной.

Но не волной удовольствия, а предвкушения.

Предвкушения того, что уже испытала. Я вновь мечтала это ощутить.

Мне нравилось ощущать горячую плоть во мне, эти мощные движения, а еще сам мужчина, который выглядел сейчас невероятно дико и так чертовски завораживающе.

А потом стало слишком напряженно. Все больше и больше я стала теряться, только успевая подстраиваться под толчки, осознавая, что так мне больше нравится. Мы яростно двигались, жадно вглядываясь друг другу в глаза. Это было поистине возбуждающе!

Сильный рывок, и мое тело задрожало от удовольствия. Я просто перестала что-либо понимать, только наслаждаясь оргазмом, который накрыл мое тело.

Невероятный.

Обжигающий.

Вызывающий крупную дрожь во всем теле.

Где-то там я слышала стон мужчины, ощущая тепло внутри, но чужой влажности не ощутила. Любовник был в презервативе, что порадовало.

Было так хорошо, и я закрыла глаза, понимая, что мой ад ушел.

Осталось только наслаждение…

Проснулась от пиликающей мелодии. Кто-то усердно названивал, желая услышать мой голос, а именно Вилкова. Поднялась с постели и, оглядев комнату, начала вспоминать, что было вчера.

После того как отлежалась, я пошла в ванную, рассчитывая помыться и уйти. Но не тут-то было! Помыться не успела, как меня вновь стало бросать в дрожь от желания. Пришлось не только вернуться, но и соблазнить мужчину, который был удивлен не меньше меня.

Так как смелости мне было не занимать, а стеснительности, робости и стыдливости совсем не наблюдалось, то я освоила несколько позиций, в том числе наездницу, которой была невероятно довольна.

После совместного душа мы вырубились. Вот так, без слов и предложений. Вот что значит – вымотались!

И вот звонок, когда я совершенно без одежды…

Ужас!

Схватила платье и быстро натянула на голое тело. Чего уж, если не нашла нижнего белья. Прошла по коридору и спустилась по лестнице, хватая свой смартфон, который оставила на столике в гостиной.

– Да, – ответила, слыша громкий вздох облегчения подруги.

– Слава богу, жива! Ох, чего только не надумала! Хотела уже морги обзванивать, – с волнением сообщила она, вызывая мою улыбку. Хоть бы с больниц ради приличия начала. Что сразу морг?

– Не дождешься… – ответила, обхватывая себя за плечи. Прохладно было в этом огромном коттедже. Вытрезвитель настоящий.

– Ой, знаешь, пропала непонятно с кем, и нет тебя. И вообще, ты в таком состоянии находилась… – говорила подруга, что-то усердно пережевывая. – Знаешь, подруга, я места себе не находила, поэтому потолстела на два килограмма за ночь. Это минимум! Ты же знаешь, что когда переживаю, начинаю молотить зубами все, что вижу. Это еще хорошо, что руки были заняты.

– Толстой тебе быть не светит, – весело не согласилась, зная, что у этой уточки ничего в желудке не задерживается. – Можно я к тебе приеду?

– Конечно! Тем более, Толик больше со мной не живет. Всю ночь, пока тебе названивала, его вещи в сумки скидывала.

– Ты еще лопала продукты ко всему прочему… – весело заметила.

– Вот именно! Сумки меня спасли от обжорства! – Аня замолчала, о чем-то задумываясь, а потом выдала: – И знаешь, я так расстроилась. Он пришел с пакетиком, а выезжает с двумя спортивными сумками, наполненными одеждой. И ведь он не работал. Загадка века!

– Я потом тебе отгадку скажу, – проговорила, начиная пробивать адрес, где нахожусь.

– Ага, и я в курсе, поэтому некоторые вещи выкинула в мусорное ведро, а другие оставила себе.

– Планируешь новому пупсику передарить?

– Нет! Хватит. Теперь никаких альфонсов!

– Какая ты сегодня категоричная! Но это правильно, – заметила, вдруг ощущая головную боль в затылочной части. Интересно, сколько капель этот подонок мне накапал? Как же мне хотелось с ним встретиться. Непременно. Глянула на стеклянные полки с наградами, медалями и хмыкнула. Рассмотреть не получилось все, так как увидела свое отражение. Выглядела я ужасно! Скривилась и поспешно сказала: – Ладно, буду собираться.

– За тобой приехать?

– Я тачку найму.

– Деньги еще есть?

– Пока есть… – ответила и отключилась, тут же поворачиваясь, налетая на мощную фигуру своего любовника.

– Давно здесь? – первое, что спросила, забывая о вежливости.

– Недавно, – ответил он и протянул мне нижнее белье. – Ничего не забыла?

Впервые в жизни испытала неловкость. Боже, какая ужасная ситуация. И я такая страшная… Быстро схватила белье и только собралась идти, как услышала:

– Могу отвезти, куда скажешь.

– С какой стати?

Он только покачал головой и выдал:

– И это говорит девственница, которая ночью не давала мне уснуть.

– Бывшая девственница, – заметила и сразу уточнила: – Можно в ванную?

– Конечно. Прямо и налево под лестницей, – произнес он и, как только пошла, добавил: – Кофе или чай?

Остановилась, не ожидая подобного предложения. Или так нужно?

Черт!

Ощущала себя дурой.

Пожала плечами и выдавила:

– Что не жалко.

– Тогда кофе. Другого нет.

Вдруг улыбнулась и кивнула, быстро направляясь в ванную. Там пробыла недолго. Привела себя в порядок и быстро вышла, ощущая в груди странное волнение.

Обычно я такой ерундой не занималась, а сегодня все впервые.

Пошла на запах кофе.

Через минуту оказалась в просторной, светлой кухне, совершенно чистой, где, вероятно, кроме кофе, ничего не готовили. Только присела на стул, как передо мной оказалась кружка кофе.

И следом мужчина бросил пачку денег на стол.

– Слышал, у тебя проблемы с деньгами. Вот. Тем более я тебе должен.

«Вот и попили кофе. А ведь я даже подумала, что он нормальный. Но зря…» – подумала и все же взяла кофе, желая хоть глоток отпить.

Он оказался вкусным, как люблю. Крепким. Решила выпить, и плевать, что он там подумает.

– Мало? – вдруг услышала вопрос.

Просто смотрела на мужчину, удивляясь грубости некоторых, и спросила:

– А бутерброда нет?

– Можем в кафе заехать.

– Ну, нет так нет, – протянула, продолжая пить кофе.

– Нет, я действительно тебе должен. Ты…

С грохотом поставила кружку на столешницу и поднялась.

– Я не хочу этот бред слушать! Можно без этого? Вчера у меня был не самый лучший вечер.

– Не люблю быть в долгу, – заявил мужчина и уже тихо поинтересовался: – И чем же он был так плох?

Мило улыбнулась и направилась к нему, остановившись слишком близко. Пусть. После ночного забега я его не стеснялась. Могла бы, но вот все как всегда. Так что любовалась полуголым мужчиной, который выглядел невероятно мощно.

– Тем, что из-за одного козла, я выпила сок с афродизиаком, и все пошло не по плану. Так что не нужно обольщаться. Что бы ты там ни думал, такой расчудесный ты мне не нужен, как и твои деньги. За кофе спасибо! – отчеканила и направилась на выход.

«Я здесь загостилась!»

Такси где-то заблудилось, совершенно забыв про меня. Я же отслеживала в приложении, пританцовывая от холода, удивляясь, почему так долго. На морозе конкретно мерзла, а ведь недавно вышла. В эти наихолоднейшие минуты я пожалела, что без машины. Отец продал ее без меня, так как оформлена была на него.

Когда увидела вдалеке оранжевую шашку такси, обрадовалась. Как раз позади меня раздался писк, исходящий от открывающихся ворот. Обернулась, наблюдая мощный внедорожник, выезжающий из двора любовника. За рулем сидел знакомый мне мужчина.

Как раз для него машинка.

К моему удивлению, машина остановилась около меня. Дверь открылась и увидела мужчину, наклонившегося в мою сторону.

– Садись! – и это он не предложил, а приказал.

Проигнорировала и отвернулась.

Еще забыла у него спросить.

Тем временем моя машинка подъехала, и я направилась к ней. Как и мужчина, к моему возмущению. Он подошел к водителю и что-то начал говорить. Я не слышала, что именно, да и не хотелось знать.

Только взялась за ручку, но дверца не открылась. Нахмурилась и костяшками пальцев постучала по стеклу. Водитель же вместо того, чтобы снять блокировку, завел машину и уехал.

Вот так, прямо перед моим замерзшим носом.

После того как мысленно направила лучи «добра» в его сторону, посмотрела на наглеца-любовника. Мужчина дерзко смотрел на меня, сложив руки на груди, и поэтому предположила, что это он постарался.

Гад!

Сколопендр губоногий!

И с кем я переспала?!

С козлом!

С парнокопытным!

Ох, как же он меня взбесил!

– Какого черта? – осведомилась и пошла к нему, желая разобраться. Он что себе позволяет?

– Я отвезу, – услышала циничный ответ.

– А кто сказал, что я хочу, чтобы ты меня отвез?

– У тебя выхода нет.

Несколько секунд думала, понимая, что со вторым таксистом, возможно, произойдет то же самое, а потом произнесла:

– Мне в центр по адресу. Будешь вместо таксиста.

– «Пожалуйста» прозвучало бы приятнее, – посмел он заметить тоном учителя.

– Тебя никто не просил отправлять моего таксиста, – буркнула и хотела открыть заднюю дверцу, но она оказалась закрыта.

И в этой машине закрыта! Да что же это такое?

Обернулась, чтобы услышать:

– На пассажирском работает.

Скрипнула зубами и плюхнулась в пассажирское кресло, пристегиваясь ремнем. Плевать. Доеду до дома подруги и забуду о нем, как о страшном сне.

Как только мужчина сел и завел машину, я услышала:

– Глеб.

Как вовремя познакомились! После секса…

Он всегда такой внимательный?

– Угу… – ответила, не желая отвечать и тем более представляться.

– Имя прелестной нимфы могу узнать? – не сдавался мужчина.

– Не хотелось бы…

– И все же… Кататься мы можем долго… – протянул водитель, удивляя своей наглостью. Как танк, честное слово!

– Арина, – ответила, надеясь, что на этом наше общение прекратится. Может, уснуть? В автобусе так всегда срабатывает, насколько знаю по историям бывших одногруппников.

– Приятно познакомиться.

Проигнорировала, не испытывая восторга. И это не потому, что мне что-то не понравилось в постели. Нет! Там все отлично, но мужчина раздражал.

– Ты работаешь?

Продолжала молчать…

– Тяжело с тобой.

Это ему со мной тяжело? Пристает к девушке как банный лист и еще ворчит, как старый дед.

– Я не навязываюсь, и такое же отношение прошу к себе.

– Считаешь, что я навязываюсь?

– А что? Разве нет?!

– Ну, раз так вышло, мы можем…

– Не можем, – сказала и повернулась к нему. – Если честно, мне бы обо всем хотелось забыть и не вспоминать, поэтому я не готова к светской беседе.

Глеб пронзительно смотрел, а потом кивнул, добавляя уже через секунду:

– Куда тебя отвезти?

Сказала адрес и стала рыскать в смартфоне. Так сказать, нашла себе занятие.

Оказывается, звонил Фирсов. Притом очень настойчиво. Значит, важное дело. И что случилось?

Решила позвонить. Как раз убью время.

– Ты где? – услышала вопрос с пристрастием.

– Что случилось? – перешла к делу, не желая Диме объяснять произошедшее. Да и никому! Сама была в шоке.

– У меня к тебе важный разговор. Сегодня взял выходной. Где тебя забрать?

Как же я обрадовалась его словам. Просто не передать словами. Как раз от этого мужика освобожусь. Задумалась над остановками, выбирая, где ждать и сколько.

– У библиотеки Пушкина через сколько будешь? – спросила у Димы, надеясь на чудо.

– Десять минут.

И оно свершилось!

– Отлично! Буду ждать, – сказала и отключилась, довольно улыбаясь.

– Он твой друг?

Хотелось сказать, что парень или жених, но он бы понял мой обман, посчитав глупой. Мы провели с ним ночь, и про любовные отношения с другими не могло быть речи.

– Больше чем друг.

– Как-то незаметно, – едко выдал Глеб и потянулся к бардачку, вытаскивая визитку и вкладывая в мою ладонь.

– Вот. Если что понадобится, звони или приезжай.

– Навряд ли, – заверила, даже не глядя на его ламинированную визитку.

– И все же… – буркнул он и свернул к библиотеке. Через минуту он уже остановился на остановке.

Глянув на меня, Глеб произнес:

– Если я вел себя грубо или…

– Давай не будем? Просто забудем. Хорошо? – предложила удачный вариант.

– Впервые вижу такую несговорчивую…

– А что хотел?

– Хотел, чтобы оценила и согласилась быть моей любовницей.

Челюсть моя не то что отошла, она просто выпала.

Это как?!

– Я ведь и обидеться могу… – предупреждающе начала. Он бессмертный, что ли?

– А что не так? Я могу обеспечивать тебя и…

– Без тебя справлюсь, любовничек. И еще… – прищурилась, задумывая пакость. А почему нет? Он меня сегодня уже два раза унизил! – Я со стариками не общаюсь.

– Я старик? – возмущенно рявкнул Глеб.

– А что, разве нет?! Тебе явно за тридцать пять.

– Мне двадцать восемь!

– Ох, да? Значит, плохо смотришь за собой. Очень плохо, – с улыбкой выдала и взялась за ручку дверцы. – Надеюсь, мы поняли друг друга?

– Ты… – очень злобно начал мужчина, но я не слышала. Открыла дверь и вышла из машины, теряясь в толпе ожидающих людей. Я верила, что Глеб не станет что-то доказывать при всех. Его самолюбию еще нужно восстановиться.

Схватила телефон и написала другу:

«Я на месте. Давай скорее. Я в капроновых колготках скоро окоченею…»

Через тридцать минут мы сидели в пиццерии, где на уютном кожаном диванчике я усердно лопала пиццу с морепродуктами. И все это дело я запивала второй кружкой капучино под запеченной корочкой из сахара и корицы.

Фирсов же в своем белоснежном свитере и черных брюках, выглядевший, как всегда, распрекрасным щеголем, с умилением смотрел на меня, чем напрягал. Будто не голодную меня видел, а пациента с аномалией развития костей заднего отдела стопы, о котором бредил всю жизнь, так как пишет об этом диссертацию.

– Если ты сейчас что-нибудь не съешь, я тебе точно что-нибудь помогу затолкать в рот.

– Я завтракал, – с улыбкой произнес Дмитрий и взял кружку с чаем, делая глоток.

– А мне неудобно в одного объедаться.

– С первой пиццей ты так не рассуждала.

Улыбнулась и подала ему кусочек, чтобы не считать, что это я две пиццы слопала. Если возьмет, то выйдет, что вторая пицца на двоих. И замечу, что вот не лопну я! Вчера ничего не ела, только сочку хлебнула на свою голову.

– Слушай, ты не узнавал про работу? – поинтересовалась о насущном вопросе, который волновал больше всего.

– Узнавал, – довольно сообщил он, развалившись на стуле. За нашим столом с одной стороны находилось два стула, а с другой – диванчик. – Именно поэтому с утра хотел тебя увидеть, чтобы обрадовать.

Какой мужчина!

Шикарно улыбнулась и пропела:

– Так радуй!

– У меня есть постоянный клиент. Он работает телохранителем. Вот я и спросил у него про работу для тебя, на что получил ответ, что в ЧОП нужны сотрудники.

– Да? Думаешь, я смогу? – с надеждой спросила, перестав жевать. Неужели я найду нормальную работу под себя?

– Уж кто-кто, а ты точно сможешь, – счастливо сообщил Дима и накрыл своей ладонью мою руку.

Шикарно ему улыбнулась и, высвободив руку, принялась за еще один кусок аппетитной пиццы.

– И что? Он поговорит? Сколько они зарабатывают? Какой график? Что мне делать? – перечисляла я вопросы, желая все знать.

– Так, успокойся и не волнуйся. Договорились?

Хорошо ему говорить, а я вот уже завываю без работы и денег. Куда свои силы и потенциал девать?

– Я спокойна. Продолжай.

– Когда он сказал фамилию своего начальника, я оборвал вопрос.

Сощурилась, ничего не понимая. То есть как «оборвал»? И при чем здесь фамилия?

– Почему?

– Потому что он твой должник. И еще какой! – с восторгом заявил Дима, жестикулируя руками.

Замялась, не понимая, к чему он клонит. Он точно с утра не пил? Или я туплю… Димка ведь совершенно не пьет.

– А подробнее и без намеков можно? – вежливо уточнила. – Я десять минут тебя на остановке в тридцатку ждала. Замерзла до мозгов, а ты загадками изъясняешься.

– Тогда ночью… под метромостом ты спасла владельца крупного ЧОПа.

Скривилась, отказываясь в это верить. Замашки командира я хорошо помнила, но все же.

– Да? И тот мужик – владелец ЧОПа? – уточнила для своего спокойствия. Вдруг перемерзла, да уже слышится левое.

– Да.

– Нет, конечно, у него мощная фигурка, – начала размышлять. – Я сразу поняла, что он спортсмен. Но как он может быть владельцем ЧОПа, который лично набирает телохранителей, и не справился с нападавшими?

– Вот и предложишь ему быть личным телохранителем или взять тебя в штат. Как тебе идея? – довольно предложил Фирсов, подкидывая идею для размышления.

Задумалась.

Действительно, а почему не попробовать?

Напомню про себя, попрошу помощи и смогу нормально жить, а главное – успокоить родителей. Посмотрят, что смогу себя обеспечить, и улетят. Гонки на байках их не успокоили.

Естественно, папа не обрадуется, у него на меня планы, но уж смирится, когда поймет, что я отлично здесь устроилась.

Допускаю обиды, но время лечит. Я ему предоставлю столько, сколько необходимо.

Еще бы мужа найти… В этом случае уже никуда они не денутся.

Но где его найдешь?

Через три дня родители прилетят.

– Мы можем расписаться. Твои родители знают меня… – услышала я предложение Димы и вздрогнула.

Я про замужество сказала вслух?

Ну даю!

И как теперь красиво отказаться?

– Ммм… Да я в первую очередь с работой решу, а потом уже подумаю, что и как.

– Тогда завтра тебе стоит сходить к твоему спасителю. Бизонов неприятный тип, насколько понял по рассказам моего постоянного пациента, но справедливый.

Последнее слово порадовало и дало надежду. А почему нет?

Я ведь помнила его. Наглец еще тот! Как-то вот он не торопился меня поблагодарить, только рычал, как зверь.

Бизонов.

Замечу, фамилия у него говорящая.

Дикий бизон, а не мужчина.

Но раз говорят, что справедливый, то оставалось только верить.

– Зачем ждать? А то ведь забудет свою спасительницу, что не могу допустить. Свою героиню он должен знать в лицо и непременно помочь ей с работой, – довольно предложила, улыбаясь во весь рот.

– Тогда в ЧОП?

Глянула на себя, отмечая короткое вечернее платье, и покачала головой. Что про меня подумает? Явно не в таком виде нужно идти к начальнику. Появиться я должна в своем обычном прикиде с хвостом на голове, чтобы понял, что перед ним спортсменка, а не девчуля из эскорт-услуг.

– Нет, завези меня к родственникам. У них спокойно приму душ, переоденусь и сама поеду. Ты только адрес скинь на телефон, – попросила, поглядывая на тарелку с последним куском пиццы. Грубо ведь оставлять еду.

– Я с радостью тебя отвезу, а могу и зайти. Он меня точно помнит, – поступило чудесное предложение от Фирсова, если проигнорировать вторую часть.

Задумалась, но вот как-то не хотелось идти с Фирсовым. Я и без няньки отлично справлюсь. А вот довезти – хорошее дело.

– Тебе что, нечем заняться?

– У меня выходной, – пояснил Дима и подмигнул.

– Хм… Ну, как хочешь, потом не жалуйся, – предупредила его и взяла капучино, непременно желая его допить, чтобы настроить себя на последний кусок пиццы. Зато сегодня можно не обедать, впрочем, как и ужинать, а уже вечером пойти на тренировку. Виталий Александрович всегда рад моим визитам.

– Если устраивает, то тогда попрошу чек, и едем, – сказала он, нажимая на кнопку вызова официанта.

Погода за три часа заметно испортилась. Поднялась настоящая метель. Ледяной ветер буквально сносил с ног. Снег яростно бил в лицо, осыпая свежестью.

– Давай, я пойду с тобой? Он меня точно вспомнит, – предложил Фирсов, улыбаясь во весь рот. Не успела я выйти, как он увязался следом. Вот пришлось его притормозить. – Мы с ним нормально тогда пообщались.

Очень сомневалась в его словах, но решила не спорить. К тому же Дима всегда судит по себе, поэтому даже всяким мерзопакостным гаденышам находил оправдания и давал шанс.

– Думаешь, что знает такое слово? – заметила я, заостряя внимание на высоком заборе. Словно там не охранники тренировались в ожидании клиентов, а те, кого нужно защищать. Не пройдешь просто так. – Если не выйду, уезжай скорее, значит, я его прибила. А так еще посадят за то, что на шухере стоял.

Я решила его подбодрить. Что вот вечно переживает?

Он забыл, какая я умница с кулаками?

– Думаешь, все так ужасно? – весело спросил друг и ладонью убрал снежинки с моей черной куртки на плече. У него имелась любимая привычка: что-то на мне поправлять или убирать.

– Не знаю, но я попробую. Что мне терять? – позитивно сказала и подмигнула ему. – Обратно я могу сама доехать.

– Я планировал отвезти тебя к нам и накормить наивкуснейшим шашлыком. Ночью замариновал. В беседке бы посидели… – не сказал, а пропел песню, которую мои предательские уши готовы были слушать вечно.

Вот как сопротивляться, когда он так соблазняет?

Не мужчина, а мечта! И повезет же кому-то.

– Ты лучший, но мне еще на тренировку.

– Я подожду. Как раз хотел по магазинам пройтись, подарки купить.

Даже не хотелось вспоминать про подарки. Первый год у меня такой плачевный, что не до подарков. Жаль, что не лето, могла бы поучаствовать в соревнованиях на байке.

Прищурилась, вспоминая, что у меня на балансе, и поняла, что все же могу порадовать самых близких небольшими презентами, но это в том случае, если меня примут на работу. Ведь нужно пополнить будет счет.

– Ладно, как хочешь, – сказала и направилась по тротуарной дорожке.

К моему счастью, как раз кто-то выходил из калитки, и я без представления в домофон вошла во двор, а там уже по дорожке поспешила к зданию. Оно представляло собой трехэтажное сооружение, напоминающее черную акулу. А все потому, что облицовка стен представляла собой черные камни с панорамными окнами темного цвета. Первые два коридора были полностью из стекла, а именно стены, затем попала в просторный холл. Он был разделен на две части: первая – зона для гостей со столиками и диванчиками, а во второй находилась стойка администратора. Кстати, рабочее место пустовало.

Несколько секунд повертелась, а потом решила прогуляться. Что еще делать? Если у администратора уже новогодние каникулы? И все же странно, что в таком огромном здании никого не было, будто все попрятались. Так я прохаживалась, пока не догулялась до кухни, двигаясь на ароматный запах кофе.

Уже через минуту я вошла в просторную, светлую комнату с черным кухонным гарнитуром и с холодильником гранитного цвета. На довольно приличном расстоянии друг от друга стояло несколько столов со стульями. У барной стойки увидела стройную женщину невысокого роста с нежным лицом, похожую на принцессу из восточных сказок. Черные, как смоль, волосы, бронзовая кожа, короткий топ голубого цвета и брючки в тон. Настоящая принцесса Жасмин из мультфильма «Аладдин».

Она как раз приготовила крепкий кофе и поставила его на поднос.

– Бизонову, как я полагаю? – спросила с улыбкой, прислонившись к стене. Решила во что бы то ни стало попасть, поэтому действовала по обстановке.

– Да. Вы знакомы с Глебом Егоровичем? – с улыбкой спросила она, чаруя нежным взглядом.

– Еще как! Вот хотела ему сюрприз сделать…

– Глеб Егорович не любит сюрпризы, – с тоской заметила молодая женщина, начиная дергать кружку на подносе, чтобы поставить ровно по центру. Замечу, руки у нее дрожали.

– Мне он будет рад.

– Да? – переспросила она, взглянув на меня уже иначе. Как минимум на спасительницу. Красотка облизала губы и вежливо пролепетала: – Ну, тогда я провожу вас. Но он сегодня в ужасном настроении. Если не боитесь…

Ага, прямо уже…

– А что так? – на всякий пожарный уточнила.

– Не знаю, но только смогла понять обрывки слов… – женщина задумалась на мгновение. – По ним я поняла, что его разозлила женщина. Он ее наглой соплячкой раз шесть назвал, остальные слова уже стыдно произнести.

Даже не повела глазом. Я и не сомневалась!

Противный мужик во всем и со всеми!

Даже стало приятно, что кто-то его на место поставил. Есть еще характерные девицы!

– А что, они его обычно не злят?

– Обычно никто его не злит, все боятся слово сказать. Но если его хорошо знаете, то должны знать.

– Он мне не понравился при встрече, но от меня был в восторге, – убежденно заявила, не представляя, как он может думать по-другому. Без меня бы валялся в земле, радуя червей.

– Вы меня заинтриговали, – пролепетала женщина, хлопая ресницами. Она схватила поднос и направилась ко мне, двигаясь походкой от бедра. Стоило оказаться рядом, запуганная помощница Бизонова заговорщически сказала:

– Буду надеяться, что вы поднимете ему настроение, потому что он сейчас просто невыносим. Я за утро что только не слышала в свой адрес.

Шикарно улыбнулась ей и, перехватив поднос, забирая из тонких рук, коварно предложила:

– Предлагаю вам отдать мне поднос с кофе и немного передохнуть.

– Тогда… – женщина отступила на шаг и, прижав руку ко рту, смущаясь своего поступка, тихо проговорила: – Третий этаж, правое крыло, первая дверь с левой стороны.

– Спасибо! – довольно воскликнула и направилась из кухоньки, надеясь, что не заблужусь.

С подносом чудесно шла по лестнице и никого не слышала. Где-то на втором этаже раздавались приглушенные голоса, но это, если уж прислушиваться, что я и делала.

Прошла до двери и, постучав костяшками пальцев, позволила себе войти. Чего стесняться, когда мужчина все равно зол? Хоть с пинка, хоть с улыбкой, все равно будет рычать и шипеть.

– Я не просил кофе, – услышала яростный голос мужчины. Притом очень знакомый.

Подняла голову, и моя улыбка сошла с лица, как и злость мужчины сменилась удивлением.

Еще бы! Ведь мужчина оказался не только тем, кого спасла, а еще тем, с кем ночью зажигала по полной программе. Получается, Бизонов – это мой любовник и жертва нападения в одном лице?

Невероятно!

– Это для меня… – сказала и хряпнула кофе, надеясь проснуться. Очень не хотелось верить в то, что видела, но мужчина не исчез после глотка кофе. И даже после трех.

А зря…

– Ты… – сказал он и как-то злобно щелкнул зубами. Напоминал голодного волка. Нет, слишком легко сказано, точнее будет сказать – ВОЛЧИЩЕ.

– Ага, твоя спасительница собственной персоной, – просветила его и направилась к столу, усаживаясь в кресло. Он явно не пригласит, а я боялась упасть в обморок.

Но я ведь не падаю…

А вдруг дернусь и кофе разолью? А он уж очень вкусный.

Так что стоять не судьба.

– Значит, узнала? – осведомился Бизонов, вальяжно развалившись в кресле.

– Кого? Тебя в роли жертвы? Только сейчас, что не порадовало, – поведала, по-новому его рассматривая. Сейчас он выглядел иначе: суровым начальником, а в его доме – горячим любовником.

– Жертвы? – уточнил мужчина, подавшись вперед. Не понравилось ему мое уточнение.

– А как еще? И тут два в одном. Везет же мне… – буркнула, вдруг понимая по его фразе, что он меня узнал. Но как?

Но я ведь не скрывалась. И у дороги травмпункта очень даже светло от фонарей. Почему бы не узнать?

И голос…

У меня он, если что, не писклявый и не нежный. Такой, нормальный. Громкий, четкий, без всяких изюминок. Их предостаточно в голове.

– Понятно. И чего явилась? – с прищуром спросил он, сложив руки на груди. Признаться, выглядел довольно угрожающе. Явно не радовался появлению своей спасительницы.

– Я тебе помогла и прошу помощи в ответ, – сообщила, не желая тянуть кота за хвост, подбирая слова. Уж как есть. Тем более перед кем стараться?

Обойдется.

– И какой же?

– Женись на мне, – лучезарно заявила, отмечая, как увеличиваются его зрачки. Удивился. Ну, я умею удивлять, как оказалось.

– Чего?! Я, когда предложил тебе быть любовницей, совсем не подразумевал брак. Меня интересует только секс.

– С тобой спать никто не собирается! Одного раза достаточно! – в тон воскликнула, возмущаясь его словам. Будто со мной можно только спать.

Гад!

Как ни крути, он гад.

– Ты… – почти с рычанием процедил мужчина, приподнимаясь, тяжело дыша грудью. На его реакцию только прищурилась, понимая, что лишнего сказала, но ведь сам виноват.

И все же мне нужна его помощь…

Нужно исправляться.

– У нас будет фиктивный брак. Мне нужен штамп в паспорте и еще работа. Притом уже завтра.

– И с чего такая поспешность? – осведомился, лениво разглядывая меня. Притом так, как ученый новый вирус в микроскопе рассматривает. Дотошно и с пристрастием.

– Ну, мои родственники…

– Так…

– Это долгая история, но нужно будет с ними встретиться и подтвердить, какая мы замечательная пара, – лучезарно заявила.

– Ты с ума сошла? – уточнил он, желая услышать положительный ответ. – Или выпила для храбрости?

– Не замечала за собой, а с храбростью у меня проблем нет.

– Как и с самосохранением.

– И с этим у меня проблем нет, а если уж это обсудили, то можно вновь перейти к главной теме.

– Да с чего бы я женился на тебе?

Возмущенно хлопнула ресницами и подалась к нему через стол.

– Ты? Да ты бы без меня на той тропинке под метромостом загнулся, и все бы сотрудники выдохнули, запивая память о тебе компотом и заедая блинами. Понял?

– И ты требуешь?

– Требую!

– И что, действительно, считаешь, что я должен повестись?

– Просто обязан! – убежденно подтвердила. И зачем спрашивать? Все так понятно.

– Нет!

– Да!

– У тебя не все в порядке с головой!

– Тебе сложно выручить человека, который тебя спас? – спросила, не собираясь сдаваться. Выхода нет, так что придется ему меня потерпеть.

– Мне… нет, – рявкнул он, испепеляя взглядом. Ох, как он смотрел! Странно, что не грохнулась сейчас замертво.

– Так в чем проблема?

– Я не планировал жену. Она мне не нужна. Тем более, такая как ты.

– А мне муж не нужен, но родители приезжают через три дня. Я не хочу их обижать, а они рассчитывают забрать меня в Германию, где планируют выдать замуж.

Бизонов смотрел и молчал, о чем-то размышляя. Решил игнорировать, настолько понимала.

Ждала, ждала и так не дождалась.

И что теперь, умолять?

Да обойдется!

Справлюсь уж…

Выпила залпом кофе и поднялась.

– Ладно. Не парься, – сказала и направилась на выход, но когда схватилась за ручку, услышала:

– Вернись на место!

Не просьба, а приказ, что уже не удивляло. Обернулась и посмотрела на него.

– Какая тебе нужна работа?

– А ты догадайся, что я могу делать?

– Кофе наливать?

Глянула на пустую кружку и нахмурилась.

– Поверь, это я делаю отвратительно, но твоя помощница вкусно его варит.

– Ты выпила мой кофе? – с возмущением буркнул мужчина.

– Да. Очень даже вкусный. Что пропадать добру?

Несколько секунд мужчина смотрел, а потом выдал:

– У тебя опыт есть работы телохранителем?

– Да.

– Какой?

– Ты.

– Если раз получилось…

– Тебе сейчас продемонстрировать, что я могу?

– Ладно. Поставлю тебя на охрану звезд. Хотя… ты же себя вести не умеешь, – задумчиво протянул он с умным видом.

Что значит «не умею»?! Я милая и культурная, если меня не обижают.

– Я себя умею вести.

– Ты не разговариваешь, а рычишь.

– Я соответствую собеседнику. Это большая разница, – пояснила ему.

– И я должен взять в жены эту наглую девчонку? Бред… – пробурчал он себе под нос, перебирая пальцами пряди волос. Странно, что не вырвал.

– Я предлагаю фиктивный брак, ничего больше. Хватит уже страдать.

Услышала хриплый смешок. Мужчина довольно странно оценил мои слова.

– И насколько?

– Да после новогодних каникул можно развестись по-тихому.

– Я составлю договор… – прогрохотал он, не радуясь этому факту.

– Да без проблем.

– И я тебе больше ничего не буду должен, так?

– Совершенно точно.

– Хорошо.

– Но перед родителями…

– Это не обсуждается. Я не собираюсь… – начал он пыхтеть, высказывая свое «фи».

– Хорошо, только будешь присутствовать и кивать.

Громко вздохнув, Бизонов схватил свой смартфон и набрал номер.

– Серега, привет. Ты свободен? – спросил, следом затихая, слушая собеседника. – Найди для меня время. Мне нужно составить брачный договор. Нет, не через неделю, а сейчас. Я компенсирую.

От его слов моя улыбка стала шире.

Неужели все получилось?

Невероятно!

Как полезно спасать людей.

Тем временем мужчина убрал смартфон и сказал.

– Паспорт с собой?

– Да, – растерянно ответила. Слишком все быстро. От меня еще никогда так быстро не избавлялись.

– Тогда поехали… – сказал он и поднялся. Черт. Сейчас он выглядел таким мощным, что стало не по себе. С утра плохо рассмотрела, оказывается, а про вчерашний вечер и говорить не стоило.

Мы вышли в момент, когда поднималась женщина-помощница. Завидев нас, чудесная принцесса сжалась и вцепилась в перила лестницы, напоминая испуганную лань. Совсем работодатель запугал бедняжку.

– Амина, я отъеду. Подготовь трудовой договор на должность телохранителя.

– А данные?

– Она… – мужчина глянул на меня и уточнил: – Как тебя зовут?

– Арина.

– Арина сейчас тебе скинет.

Не переставала удивляться грубости мужчины. И как его терпят бедные подчиненные? Улыбнулась Амине и сказала:

– Я запишу ваш номер телефона, чтобы отправить…

– Я продиктую в машине ее номер, не трать мое время, – рявкнул Бизонов и, ухватив за руку, повел по лестнице. Даже разорвать захват не смогла, а применять приемы не стала. Вроде замуж меня берет, можно потерпеть.

Только вышли, как он указал на парковку, громко интересуясь:

– Надеюсь, не забыла машину?

– Нет, но ты выезжай, я предупрежу Диму, что уезжаю, – сказала, желая объясниться с другом, а то ведь не поймет.

– А что Диме не предложила взять тебя в жены? – едко уточнил Бизонов.

– Пожалела его, – очаровательно призналась, решив пошутить. У нас как-то не заладилось общение, а улыбка всегда творит чудеса.

– Кто бы сомневался… – буркнул он и направился к машине, грубо заявляя:

– Садись! В машине ему позвонишь.

Вздохнула и поплелась следом, набирая номер Димы.

Фирсов ответил сразу, будто только сидел с трубкой. Хотя о чем это я? Он стопроцентно сидел и пялился в экран.

– И как? – в его голосе слышалось волнение.

– Все нормально… – как можно веселее сказала.

– Ты когда выйдешь?

– Я уже решаю вопросы. Давай, вечером созвонимся, хорошо?

– Понял. Желаю удачи, Аринка! – сказал он и отключился.

Только убрала телефон, как услышала голос:

– Вроде нормальный он мужик, а с любимой женщиной ведет себя как тряпка.

Глянула на мужчину, в очередной раз удивляясь его наглости. Он, случайно, на психолога не заканчивал? Сам без семьи, без женщин, безнадежный сухарь, а все туда же! Советы он дает, так как точно знает.

Чертов эксперт.

– Это с чего такие выводы?

– С того, что и ежу понятно, что неровно к тебе дышит, но позволяет брак с другим, как, впрочем, и секс.

Скривилась, напоминая себе, что близка к цели. Сглотнула слюну и как можно милее выдала:

– Что там он мне позволяет или нет, никого, кроме нас, не касается. Надеюсь, понятно?

Дальше мы молча ехали.

В напряженной гробовой тишине.

И когда через двадцать минут вышли из машины, то пораженно застыли у порога нотариального агентства. У центрального входа двухэтажного здания стояла машина скорой помощи, к которой направлялись сотрудники бригады и сотрудники конторы. Последние несли мужчину на носилках. Со всех сторон крыльцо окружали люди, громко что-то обсуждая.

Бизонов охнул что-то непонятное и быстро направился к ним. Я же стала усиленно прислушиваться к шепоту сотрудников, утверждающих, что нотариус получил по заслугам. Он сам допустил такую плачевную ситуацию, ведь на лестнице скопились куски льда и снег, ступеньки не были посыпаны солью или песком для предотвращения падения. Поскольку нотариус является юридическим лицом, которому принадлежит объект, то отвечать за обслуживание здания и территории как раз ему.

Другие надеялись, что после выздоровления мужчины, он, наконец-то, купит кофемашину, а не будет бегать через дорогу в соседнее здание. Оказывается, шеф вышел за кофе в кафе напротив, но неудачно упал на лестнице на руку и ногу, сломав важные конечности.

В целом и общем, учитывая атмосферу настроения присутствующих, можно было понять, что все радовались. Вроде как теперь можно уйти пораньше с работы, раз шеф загремел в больницу.

Сам же нотариус только махал правой рукой, желая всем счастливого Нового года, пока его не запихнули в машину скорой помощи.

– И что теперь? – спросила я, отмечая задумчивое лицо Бизонова, который смотрел вслед машине.

– Тебе так срочно нужно выйти замуж? – спросил Глеб с надеждой в голосе, надеясь, что я откажусь от плана.

А зря!

– Очень нужно! Он за три дня точно не успеет поправиться. Могу написать расписку, что не претендую на ваше движимое и недвижимое… – начала я, желая его успокоить.

Мужчина глянул на меня довольно злобным взглядом и буркнул:

– Брачный договор всегда можно подписать, даже после брака, если у тебя нет другой цели.

– Что, я похожа на аферистку? – с возмущением уточнила у него. Меня еще никто не подозревал во всех грехах, а этот бьет рекорды.

– Ты так похожа на невыносимую жену…

– Я вхожу в роль… – весело добавила, наблюдая, как он направился к машине. Не стала отставать, рванув за ним, надеясь, что он не передумает. Будет ужасно, если из-за жадного нотариуса моим надеждам не суждено сбыться.

Поэтому я молчала всю дорогу как послушная девочка, и даже когда зашли в ЗАГС. Ни слова, даже вместо приветствия протянув паспорт, улыбаясь во весь рот. Только через десять минут я выдохнула, когда мы вышли из дворца бракосочетания и Бизонов вручил мне свидетельство о браке.

– Надеюсь, теперь ты довольна? – хмуро поинтересовался он.

– Невероятно! – ответила, не желая задать ему аналогичный вопрос. Сама видела, что рад. Еще как! И пока он горько вздыхал, перешла ко второму важному вопросу: – Что с работой?

– Поставлю тебя к Николаю. Он скажет, что и как.

– И если я устрою Николая? – уточнила, не сомневаясь в своих словах. Я постараюсь. Зарплата мне ох как нужна!

– Значит, будешь работать телохранителем… – задумчиво протянул он.

– На постоянной основе? – в моем голосе зашкалил энтузиазм. Уже сейчас с нетерпением хотелось увидеть Николая.

– Если сможешь ужиться…

– Даже не переживай, я умею общаться с мужчинами.

– Что-то не заметил… – протянул он и, оглядев меня с головы до ног, задумчиво выдал: – Оформим договор на твою фамилию. Как раз за месяц разведемся, и ничего не придется менять.

– Замечательно! Ты мне сразу понравился! – с восторгом выдала, ощущая себя самой счастливой.

– И когда это? – его бровь взлетела, а на лбу появились морщинки.

– Когда тебя пинали, а я решила спасти.

– Буду знать, как понравиться женщинам… – сухо заметил Бизонов и стал спускаться по лестнице. В какой-то момент поскользнулся, и я тут же оказалась рядом, придерживая его за руку, дернув на себя.

– А знаешь, есть от тебя толк… – сказал он, всматриваясь в мое лицо. Как раз так неудачно стояли, что наши лица были в пяти сантиметрах друг от друга.

Сглотнула, ощущая странное волнение. Не стоит нам быть настолько рядом. Отодвинула его руками и весело выдавила из себя:

– Вот-вот! И я о том же!

– И что, будешь теперь бегать за мной?

– А как иначе? Мне тебя родителям нужно показать здоровеньким, с целыми ручками и ножками. Так что не надейся себе навредить.

– Ага, я так и понял, – ответил он и, что странно, в его голосе я слышала нотки веселья.

Да хоть слезы! Теперь я буду его нянькой, телохранителем и самой послушной женой.

Точно!

Я не переборщила от радости?

И какое-то слово стремное…

Тогда самой отважной и покорной… хотя бы на ближайший час.

На том порешив, я догнала мужчину, который с кем-то усердно общался по телефону. Деловой звонок, насколько понимала по обрывкам фраз.

– Хорошо, я пришлю своих людей, – отчеканил Бизонов и отключился, тотчас сосредоточившись на мне. Любовался уж слишком заносчиво, что-то обдумывая. Даже прищурился, напоминая хитрого лиса.

– Выйдешь на работу сегодня? – то ли спросил, то ли сообщил. Непонятно как-то было. Еще этот недовольный взгляд…

Он хоть иногда добрым бывает?

– Я ничего не знаю. Не работала телохранителем, как и инкассатором.

– Я тебя поставлю в смену с напарником. Через час заступаете. Людей не хватает, а корпоративы не кончаются.

– И что мне нужно делать?

– Узнаешь… – буркнул он и показал на машину, предлагая сесть. Молча плюхнулась на пассажирское кресло и стала лихорадочно соображать, понимая, что не могу выйти на работу, пока не уточню важные моменты.

– Это, конечно, хорошо, а что у нас по заработной плате?

– Не обижу, если справишься.

– Какой добрый начальник, – довольно пропела, следом хмурясь. Что в его понимании означает «не обижу сотрудника»? А если так, чтобы хватало на квартплату и продукты по минимуму?

Да нет.

Аня же говорила, что нормально получает, так что не стоит переживать.

– Навряд ли с тобой кто согласится, – ответил он, как только пристегнулся и завел машину. Медленно двигая челюстью в стороны, мужчина продолжил: – Одежду, дубинку, электрошокер получишь, но служебное оружие уже после прохождения подготовки и при отсутствии оснований, препятствующих получению лицензии на его приобретение. Если не знаешь, то сотрудники должны ежегодно проходить проверку на пригодность к действиям в условиях, связанным с применением огнестрельного оружия, и сдавать тест на наркотики.

– Поняла.

– Вот и отлично, – грубо заявил он, хищно оскалившись.

– И да, прежде чем бить кого-то, советую разобраться по-хорошему.

Он на что намекает?

Я что, просто так направо и налево кулаками махаю? Все по делу.

– Получается, тогда на мосту… я должна была попросить твоих недругов по-хорошему тебя не пинать?

Повисло молчание. Мужчина напряженно сжимал руль, а потом выдал:

– Нет.

– Тогда ты, как никто, понимаешь, что я действую по ситуации и даже во благо твоего ЧОПа не позволю никому себя покалечить.

– Понимаю… – не сказал, а прорычал так тихо, что невольно улыбнулась. Все же, как мы друг друга понимаем!

Смотрела, как вытанцовывают веселые, прилично подвыпившие сотрудники банка, стараясь не рассмеяться. Таких жарких танцев я еще не видела. Они танцевали, демонстрируя свои достоинства и все остальное. Особенно главный бухгалтер старался, насколько поняла по комментариям присутствующих. Женщина – еще та заводилочка оказалась.

Сейчас женщина за сорок пять сидела на полу и крутила густыми волосами в разные стороны, когда перед ней крутились парни в одних труселях.

Вдруг услышала крик. Женский.

Нет, писклявый, но визжала точно не женщина.

Мужчина, притом писклявый.

Только решила проверить, но вспомнила, что я нахожусь под присмотром строгого Николая. С ним, кстати, не забалуешь. Правильный и не сильно говорливый.

Замечу, какой владелец, такие и сотрудники. Я про мужчин…

Нахмурилась и поведала ему на ушко:

– Там крики. Кто-то кого-то прессует.

Без вопросов и предложений неповоротливый Николай кивнул и направился в коридор, а я следом за ним. Приходилось идти и выглядывать, так как мой наставник не спешил.

Так мы подошли к центральному входу, где все кричали и визжали, отступая в стороны. Лишь тогда смогли увидеть громадного мужчину, предположительно спортсмена, с мощной мускулатурой, который стремился убить худощавенького парня, забившегося в угол. Потерпевший руками закрывался, надеясь так спастись от нападающего. Но его недруг усердно рвался к нему, раскидывая всех, кто его пытался остановить.

Вдруг крепыш достал нож и с рычанием прокричал:

– Это ты виноват, подонок! Она из-за тебя в больнице.

Дальше произошло невероятное: неповоротливый Николай стал очень поворотливым и рванул к вооруженному мужчине. Он подбежал к нему, но тот мгновенно среагировал и ударил ножом телохранителя в руку, а затем в живот. Николай взревел и, схватившись за живот, опустился на колени.

– Ёперный театр! – проворчала, наблюдая, как агрессивный мужчина движется к пареньку, закрывающемуся руками, мяукая о помощи. Качнула головой, вспоминая слова Бизонова о том, чтобы вела себя «хорошо» и, оглядевшись, потянулась к ноге. Быстро вытащив охотничий нож, крикнула: – Э-э, мужик!

Замечу, на такую фразу все мужчины реагируют. Она почему-то вызывает у них раздражение, что мне и нужно было. Агрессивный спортсмен обернулся, и я резко бросила нож, ставя своей целью его рабочую руку, в которой он держал в воздухе нож.

Оружие достигло своей цели, пробивая кисть, вызывая дикий рев мужчины. И под эту оглушающую музыку я бросаясь к пострадавшему, ударяя по ноге, а именно в подколенную ямку, сбивая с ног, в процессе локтем заряжая по лицу.

Послышался хруст. Насколько понимала, нос передавал свой пламенный привет. Но это меня не остановило, я перевернула мужчину лицом в пол и сломала руку.

А чего ждать? Ведь поднимется и вновь начнет всех гонять, а так будет страдать. Может, подумает о своем поведении.

А мне не до него было пока…

Бросилась к Николаю, присаживаясь на колени. Рука-то вот ничего так, а резаная рана на животе вызывала опасение. Признаться, с такой я еще не сталкивалась. Подняла голову и крикнула:

– Что встали? Аптечка нужна. И кто-нибудь вызовите скорую! – в процессе достала телефон и нажала цифру пять, на которой у меня был записан всезнающий Фирсов.

Куда без этого мужчины, когда вечно в неприятности врюхиваешься? Включила громкую связь, тотчас слыша его вопрос:

– Соскучилась?

«Ага, конечно. Прямо заскучала!» – подумала про себя, начиная рассуждать.

Когда скучать, когда за пять минут три мужчины у моих ног… с ранениями. У всех с цветами и конфетами, а у меня вечно со сломанными ручками, ножками, в кровище и в слюнях. Я просто невероятно фартовая девушка!

– Коне-е-е-е-чно… – сказала, не дотрагиваясь до раны. Еще не хватало мне микробов туда занести.

– Так, понял. Что случилось? Опять кому-то что-то сломала?

Отмечая, как все стали прислушиваться, скривилась. Замечу, людей стало больше. Все, как на представление, прискакали, даже раскрепощенная главная бухгалтерша с бокалом в руке.

– Ммм… – начала, не желая вспоминать про гаденыша со сломанной рукой и носом. Потерпит.

– Что там? – перешел уже к делу Дима.

– В общем, тут у нас ранение в руку.

– Так, это не столь опасно.

– Угу, – подтвердила, задумчиво добавляя: – А вот в животе дырка от ножа, а там внутри что-то выглядывает.

– Понятно, – пробубнил друг уже не так позитивно, как начал. – Понятно, что дело плохо. У тебя там аптечка есть?

Не успел сказать, как передо мной появилась девушка с приличной аптечкой в руках. Она поставила ее мне в ноги и улыбнулась.

– Вы медсестра? – с надеждой спросила я. И неважно, что она в коротеньком платье с довольно неприличным декольте. Вдруг в этом ресторане у медсестер такая форма?

Надежда ведь умирает последней. Вдруг хоть раз мне повезет и рядом с пострадавшими будет профессионал, а не я.

– Нет, я администратор, – взволнованно пролепетала девушка.

– Плохо, – буркнула, открывая аптечку и хватая кожный антисептик, выливая себе на руки.

– Тебе не впервой. Чего там паникуешь? – воодушевленно произнес Дима. Вечно такой позитивный, хоть плачь. Вот я бы посмотрела на него, когда ему пришлось драться с тремя мужчинами. Да что уж! С одним! Для меня это то же самое, как оказывать первую помощь при ножевом ранении.

Нет, я могу, но ведь нужно грамотно.

– Я не паникую… – буркнула, ожидая рекомендацию по оказанию первой помощи.

– Тогда так… – начал мужчина и затих на секунду, начиная двигаться, так как услышала звон связки его ключей. Тем временем друг продолжал: – При ранениях живота рану закрывают асептической повязкой. В случаях выпадения из раны сальника и кишечных петель вправление их в брюшной полости недопустимо.

– Порадовал, не хотелось бы ничего вправлять, тем более кишечные петли, – не удержалась от комментария.

– Но выпавшие из брюшной полости органы также нужно закрывать асептической повязкой.

– Поняла, – сказала, сканируя глазами содержимое аптечки. Три повязки есть. Отлично! Как знали!

– И нужно больному ввести обезболивающие препараты: 1 % раствор промедола, пантопона или морфина по 1–2 мл подкожно, либо 1 мл 50 % раствора анальгина.

– Ох, как же ты меня не любишь, – пробурчала, взглядом натыкаясь на ампулу с анальгином.

– Ты ошибаешься…

– Ага, как же… – заметила, хватая перевязочный пакет, вскрывая его. – Там еще два раненых: один побитый, второй… всего понемногу.

– Ну кто бы сомневался! Этих тоже не ты?

– Одного я.

– Тогда подробнее про него…

– Сломала руку, потом нос… – сделала вдох-выдох и уже как можно спокойнее заметила: – И еще пробила ножом ему запястье.

– Да уж… Арин, а ты где находишься? Я уже в машине.

– Я в ресторане «Ласточка». И сам отключись, руки заняты, – сказала, накладывая повязку, подмигивая полуживому Николаю: – Не кисни, здоровячок, вылечим тебя. У меня знаешь, какой друг?! Самый лучший доктор!

Он кивнул, при этом выдавливая улыбку на бледном лице, а я покачала головой, удивляясь своей везучести

«Вот это у меня первый рабочий день!»

Махала ручкой Николаю, которого сотрудники бригады скорой помощи поднимали в машину, поспешно закрывая двери. Жить будет – это главное, а все остальное – мелочи.

Двух пострадавших уже забрали: одного – полиция, а второго – Димка загрузил в машину, чтобы проверить конечности, да и голову заодно. Словом, его довольно агрессивно отпинали.

Дмитрий, конечно, успел подлатать самого опасного, заявив, что его жизни ничего не угрожает, а сам что-то бубнил ему под ухо. Предположила, что обещает исправить сломанный нос, если не будет жаловаться на меня. Вечно Фирсов со всеми договаривается, а я, между прочим, не просто так их ломаю. Заслуженно!

Если так хочется, пусть жалуется, когда из тюрьмы выйдет. Его право. Но сильно сомневалась в этом. Там все равно ему сломают шнобель, раз такая обиженка.

Получил за дело, так прими урок, а не ной, чтобы не схлопотать добавки. Так что верила, что жалоб не будет. Мужик вроде как не псих, но так получилось.

Кстати, появление Фирсова очень удачно пришлось, он ведь сразу со скорой приехал. Знакомых попросил, а потом еще вторая карета подъехала, куда и отправили паренька, которого мы так усердно спасали.

Насколько поняла, конфликт состоял в том, что сын владельца банка посчитал себя донжуаном и принялся всех молоденьких сотрудниц соблазнять, а потом громко высмеивать, когда те наивно влюблялись после романтических ухаживаний. Одна не справилась и наглоталась таблеток. Брат спас, отвез в больницу, а потом пришел разбираться. И братишка оказался не абы кем, а боксером с первым разрядом по боксу. Дальше он не пошел, так как три года назад попал в аварию и сильно повредил ногу, поэтому все забросил.

– Даже не знаю, что сказать… – услышала голос Бизонова. Всезнающий начальник сразу появился на пороге ресторана, заявившись следом за Фирсовым. Не понимаю, кто ему доложил, но тот очень спешил, чуть дверь не снес на бегу.

– Слова излишне, мне лучше благодарность в виде премии, – довольно сказала, реагируя на громкую музыку. Сотрудники банка после разборок продолжили отмечать праздник.

– Я смотрю, ты в карман за словом не лезешь.

– Есть такое, – заметила и посмотрела на мужчину. – Как я понимаю, одна теперь работаю?

Бизонов задумался, а потом нехотя выдал:

– Со мной.

– Понятно, – ответила и скривилась. Очень не хотелось мне такую компанию.

– Что понятно? Кто-то же должен тебе показать, как работать и завершать смену, когда люди ведут себя нормально. Я уже понял, что в экстренной ситуации ты действуешь быстро и четко.

– Нормально? – весело уточнила, следом предлагая шикарный вариант нашей работы: – Тогда пойдем смотреть танцы главной царицы банка и ее молодых красавцев? Приматы отдыхают.

Бизонов на мое замечание усмехнулся, а потом кивнул.

Через два часа все наконец-то разошлись, и мы смогли вернуться в ЧОП, где я переоделась и сдала все обмундирование. После довольная направлялась за Бизоновым, который двигался к выходу. Одновременно справились, что порадовало. Замечу, по работе Глеб объяснял все моменты очень даже терпеливо и понятно. Теперь смогу сама, если напарника вновь отправят в больницу.

На данный момент активно пыталась дозвониться до подруги. Хотела к ней отвезти вещи, как и переночевать, но она не брала трубку. Совсем.

– Проблемы? – услышала вопрос Глеба, который бесшумно подошел.

– Да есть немного… – ответила, не вглядываясь в его лицо, продолжая набирать номер. Она вроде ничего не говорила про отъезд, да и про ночную смену. Так почему не берет?

– Я отвезу куда нужно, – отмечая, как я прищурилась, переваривая его слова, он добавил: – Ты сегодня спасла не только своего напарника, сотрудника ЧОПа, но и… моего друга.

Задрала голову, вглядываясь в его глаза. Что странно, видела там искренность. Николай – друг Бизонова?

– Ага, кто бы сомневался, – заметила, понимая, что по характеру мужчины очень даже схожи. Медведь и бык.

– Я твой должник… – вдруг выдал он, и я расслабилась. Тогда можно и понаглеть.

– Мне вещи нужно забрать у родственников и отвезти к подруге.

– Да уж, тебе палец в рот не клади, по локоть откусишь.

Прищурилась, не понимая, что за наезд, когда сам предложил? Хотел, чтобы поблагодарила и отказалась? Не со мной. Я не люблю что-то делать ради приличия или галочки.

– Я такая, – согласилась с ним, сияя от счастья.

– Поехали тогда, а то ночь на дворе.

Дальше наш путь лежал к дому моих родственников. По дороге Глеб с кем-то все общался, а я даже не поняла, как отрубилась. Лишь когда в какой-то момент почувствовала взгляд и прикосновение, резко села, открыв глаза.

Увидев мужчину с поднятой рукой, насторожилась. Он развел руки в стороны и произнес сухо:

– Я тебя будил. Мы приехали.

– Я чутко сплю. Можно было просто позвать по имени, – сказала и, глянув на дом, тихо заметила: – Тогда подождешь?

– Да. Тебе… – вдруг мужчина замялся, – помочь?

– Я сама справлюсь. Сумки я заранее приготовила, – сообщила и вышла на улицу, топая по дорожке. Три секунды боролась с тем, чтобы нажать на звонок, когда входная дверь сама открылась.

На пороге стояла тетя. Злая. Такой разъяренной я еще ее не видела. Тетушку бы без кастинга на роль ведьмы взяли в любой фильм.

А говорят, что толстушки добрые…

Вранье!

Видимо, богатые совсем не добрые.

– Ты считаешь, у нас здесь гостиница для тебя? – рявкнула она.

С серьезным видом осмотрела шикарный дом и мило заметила:

– Звездами до пятизвездочного точно не дотягиваете. Мажордом оставляет желать лучшего, – решила пошутить, но отмечая ярость в глазах женщина, добавила: – Тетя, я за вещами. Переезжаю.

Уф, сказала! Может, обрадуется и повеселеет?

– Чего? Послезавтра твои родители приедут и заберут тебя. Куда собралась? Чтобы мы тебя, непутевую, искали во всех притонах? Или опять что придумала? И ведь уродилась такая! Ночью заявляется, хамит…

Решила, что это будет продолжаться вечно, и с улыбкой добавила:

– Тетя, я замуж вышла, так что переезжаю к мужу.

Она замолчала. И так это было приятно слушать, что прошла мимо нее, снимая ботинки и направляясь в гостевую комнату. Как только родственница отошла от шока, принялась меня догонять.

– К какому мужу еще, глупая? Ты в жизни ничего собой не представляешь, а все туда же, по легкой тропе деградации? Детей и мужа ей подавай! Никчемная! Нужно карьеру построить, а потом уже думать о браке! Притом о выгодном союзе! – хрипела она, тяжело дыша, так как кое-как поднималась по лестнице.

Лишний вес – он такой! Сильно не покричишь, перепрыгивая по ступенькам.

– Тетя, с таким дыханием тебе не деньги считать, а нужно зарядку делать. Того и глядишь, свалишься, и тогда уже мне компанию составишь в деградации на больничной койке.

– Ты! Мелкая нахалка!

– А по поводу деградации с мужем и детьми… Что же вы так моему отцу не скажете, ведь знаете, что он собрался выдать меня замуж за лысого толстопуза? Стесняетесь?

– А что еще с тобой делать, если мозгов нет? Мужчина богатый и…

– Раз так, то я нашла себе мужа. Разницы не вижу. Мой, в отличие от вашего смешарика, статный мужчина, на которого приятно посмотреть.

– Отец на тебя рассчитывает, а ты вновь всех подводишь!

Схватила сумки, радуясь, что заранее собрала, и обернулась.

– Я не инвестиции, чтобы на меня рассчитывать, – с улыбкой поделилась с ней, закрывая дверь гостевой спальни.

– Дети обязаны отплатить родителям!

– Своей сломанной жизнью? – уточнила на всякий случай, замечая дядю в халате. Он стоял у двери в спальню с газетой в руках и с грустью наблюдал за нашим общением. Подмигнула дядюшке и весело заметила: – Привет, дядя. Мешаем?

Он только пожал плечами и ушел в спальню.

– Именно так в твоем случае! – ответила тетя на мой вопрос, раздражаясь все больше, так как начали спускаться по лестнице. Я для нее даже старалась идти потише, чтобы она не грохнулась от усердия.

– В финансовом плане ты не можешь их обеспечить, значит, именно так.

– Увольте. Как-нибудь обойдемся без жертв с моей стороны, – заявила, почти засыпая на ходу. Ну, честное слово, им нужно убрать лифт. Совсем уже обленились. Скоро лопнут тут все дружно.

– Он ведь все покупал тебе. Любые дорогие игрушки. Все, что хотела. Пора платить!

– Знаете, тетя, мне не озвучивали условия дарения, так что не обессудьте, – сказала и быстро направилась к выходу, слыша, как она мчится за мной.

Ну, слово «мчится» не подходит, скорее перемещается.

– Да если бы у меня была такая непутевая дочь, то я бы отправила ее в детский дом! Ты ведь неуправляемая, непослушная, грубая девчонка! Вот она твоя благодарность!

Резко обернулась, ощущая обиду в груди, и только открыла рот, чтобы ответить, как услышала:

– И сколько нужно заплатить, чтобы она выплатила долг?

Мы с тетей одновременно обернулись, чтобы увидеть громилу Бизонова, который стоял на пороге, сложив руки на груди. Признаться, выглядел он довольно агрессивно. Я бы даже сказала УСТРАШАЮЩЕ.

– А это кто? – как-то потише уточнила тетя, прячась за меня, но при этом выглядывая.

– Это мой муж, – как можно веселее выдала, не понимая, зачем он пришел. Я не приглашала, тем более в дом своих родственников.

– А вы…

– Бизонов Глеб Егорович. Так сколько? – не успокаивался мужчина.

– Я не про то… – начала отмазываться тетя, растерявшись, наверное, первый раз в жизни. Еще бы, с таким грозным мужчиной не каждый будет чувствовать себя спокойно.

– А про что? – не спросил, а прорычал Бизонов.

И чего тут рычит? Так ведь у тети может случиться инфаркт от испуга. Подошла к ней и, бросив сумки на пол, обняла ее.

– Она должна… – как-то сипло пропищала тетя, глянув с испугом на меня.

– Она моя жена, и если должна, то отдам я.

– Вы… действительно ее муж? – продолжала лепетать тетя.

– Документ показать?

– Я верю. Нет, ничего, я так сказала, чтобы образумить. Думала, она шутит…

– Если все понятно, тогда прощайте, – сказал он и направился к нам. Думала, тетя свалится в обморок, так как схватилась за мое плечо, обещая рухнуть на меня. Обняла ее и, пожелав доброй ночи, чуток отодвинула ее к стене.

Только думала схватить сумки, но Бизонов выхватил их, а второй рукой перехватил меня за ладонь, крепко сжав, и повел к выходу. Я же молча шла, удивляясь ситуации.

Да уж, и как же иначе?! Мне всегда так везет.

Даже не помнила, чтобы тетя так мекала, а тут заикается и готова рухнуть в обморок. Стареет, что ли?

Пока думала, даже не поняла, как мы в машине оказались. Как-то быстро, а я еще не обдумала момент, как Глеб позволил себе в дом войти.

Хотя…

Он ведь еще тот наглец!

– Адрес, – услышала я рычание Бизонова.

Стоило сказать, и мы вновь поехали в тишине. Мне же хотелось объясниться. Вероятно, со стороны, моя тетя показалась ему немножко странной и даже грубой, но я привыкла. Такие уж у меня родственники. Их не выбирают. Конечно, мне бы хотелось, чтобы они меня уважали, но подстраиваться под их стандарты не собиралась. В нашей семье я у нас отличаюсь, поэтому и выбиваюсь из колеи.

Дом подруги навел меня на неприятную мысль, а точнее, окна этого двенадцатиэтажного здания. Свет не радовал глаз, предупреждая, что меня никто не ждет.

Но как же так? Неужели Аня не могла предупредить, что уедет?

Всю дорогу до этого момента я пыталась дозвониться подруге, но бесполезно. Смартфон находился вне зоны.

Зря я сегодня от родственников ушла. Ох, зря! Но обратного пути не видела. Буду выглядеть полной дурой, тем более перед своим грозным работодателем. Опростоволоситься просто не могла. Не с этим мужчиной.

Выдавила подобие улыбки и сказала:

– Спасибо, что подвез.

– И что, подруга дома? – довольно придирчиво уточнил мужчина, пристально разглядывая окна моей подруги.

Откуда он знает? Или проследил за моим взглядом?

– Чуть задержится. Я подожду, – сказала, не желая навязываться со своими проблемами. Вышла из машины и направилась к багажнику, чтобы забрать сумки.

Хлопнула дверь, предупреждая, что и Бизонов вышел следом. Он взял мои сумки в руку за ручки, но я быстро перехватила, не желая задерживать мужчину.

– Я сама. Спасибо! – воскликнула и выхватила сумки, направляясь к дому. Мне, конечно, никто не ответил, как и не открыл, поэтому села на скамейку, обдумывая, куда пойти.

Отправив тридцать пятое сообщение Анне, начала волноваться за нее. Как такое может быть? Подруга никогда не пропадала в неизвестности, всегда предупреждала о внезапных планах, нередко врывающихся в ее голову. И даже мужчины, в которых была влюблена, не мешали ей поставить меня в известность.

Или зарядка разрядилась в неподходящий момент?

– Телефон подруги скажи.

Подняла голову и посмотрела на Бизонова. Стоял напротив меня, испытывающе ожидая ответа.

И ведь так тихо подошел.

Прочистив горло, я продиктовала цифры, отмечая, как он с кем-то стал разговаривать. Спустя пять минут активной болтовни с неизвестным, мужчина обернулся со словами:

– Вилкова под Новосибирском. Тебе это что-то говорит?

Поднялась со скамейки, удивляясь информации.

– Что? Как? С ней все хорошо?

– Телефон отключен, но движется, что можно отследить.

– Тогда понятно, – прошептала и, пожав плечами, добавила: – Спасибо тебе, буду знать.

Бизонов только смотрел, что чувствовала по взгляду, а потом приблизился и взял сумки, резко направляясь к машине. Пока щелкала ресницами, удивляясь активности мужчины, он раздраженно бросил:

– Поехали! Что стоишь? На улице не лето.

Не стала спорить, так как замерзла. Молча пошла за ним и, дождавшись момента, когда он бросит сумки в багажник, села в машину.

«Этот день все никак не закончится…» – подумала, не представляя, куда сейчас ехать.

Не успел Бизонов устроиться на водительском кресле, как осмелилась на вопрос:

– А можно попросить премию сейчас, чтобы снять гостиницу?

Да вот, наглость – второе счастье. За вопрос никто не ударит, а так буду знать, на что рассчитывать.

– Сомневаюсь, что имеются свободные номера, а где есть, твоей премии точно не хватит.

Скривилась, не зная, что сказать. Эх, лучше бы вместо байков папа подарил мне квартиру. И чем думала?

– А может, найдем общагу? – предложила еще один вариант. Между прочим, очень даже ничего. Должно быть нормально по деньгам, да и жить можно.

– И ты считаешь, что в первом часу мы сможем найти общагу? Сомневаюсь, что это утром можно сделать. Обычно только учебные заведения и предприятия предоставляют общежития.

– А на нашей работе?

– Глупости не говори, у меня не притон для малоимущих, – буркнул Глеб и завел машину. Через мгновение я услышала тихое бурчание: – Свалилась же на мою голову…

Ничего не сказала, не зная, что и думать. Может, все же забросит на работу? Я там где-нибудь на диванчике прилягу.

Украдкой посмотрела на строгого водителя и поняла, что слишком наивна. Этот мужчина никогда не разрешит ночевать на кожаном диванчике в его комнате для богатых.

– У меня в сторону Амура есть гараж. Тоже как вариант… – протянула, ощущая себя ужасно. Но не на улице же ночевать…

Мужчина показал на панель управления и ледяным тоном спросил:

– Температуру видела?

Ох, я не только видела, я ее прочувствовала ягодицами на скамейке, пока ждала. До сих пор колотило от морозного восторга.

– Не тридцать… – чудесно прокомментировала показатели.

– Точно, но двадцать восемь. Гараж у тебя отапливаемый?

– Если протопить, то да, – ответила, стараясь быть позитивной. Не плакать же.

– И что, есть чем топить?

Ну и вопросы в час ночи! Еще бы спросил, сколько нужно дров, чтобы протопить весь гараж, и тепло держалось до утра.

– Дедушка был очень запасливый, – сказала, ругая себя, что не проверила. Но кто мог подумать, что я окажусь в такой ситуации? Скажи мне об этом год назад, я бы рассмеялась.

Резко вспомнила про Фирсова.

Мой спаситель ведь всегда готов мне помочь! Стоит только позвонить.

Только схватилась за смартфон, но вспомнила, что у него смена. Если только к нянюшке напроситься на ночлег. Но она ведь старая женщина уже спит. Будить старого человека не хотелось.

– Думаю, под пледом не замерзну… – разочарованно заметила, понимая, как это глупо звучит.

– Я тебя нанял, чтобы ты работала, а не на больничном сидела, – рявкнул мужчина, следом с недовольством добавляя: – Переночуешь у меня, пока не найдешь жилье.

Прикусила губу, чтобы не отказаться. Вот никак нельзя, как бы ни хотелось. Гордость гордостью, а вот замерзнуть в гараже не желала. В любом случае у него тепло, куда уж тут выпендриваться.

– Я могу заплатить за ночь с тех денег, что потом получу, – предложила чудесный вариант.

В следующую секунду меня накрыло яростным взглядом работодателя. Зловещий такой, даже бешеный. Сразу захотелось рассуждать.

– Лучше молчи, – не сказал, а прорычал.

Выставила руки, давая понять, что полностью согласна, и отвернулась. Никогда еще не была в такой стремной ситуации. Как бомж. И это я, всю жизнь привыкшая жить в роскоши. И теперь напрашиваюсь ко всем в гости. Какой позор!

Через пятнадцать минут мы уже заезжали во двор Бизонова. Хотела взять сумки, но он не позволил, отобрав и грубо отправив к дому, громко сообщив цифры кодового замка.

Так я попала в дом, где позволила себе снять верхнюю одежду и разуться. Только справилась, когда пришел хозяин с моими сумками.

– У меня есть гостевая комната на втором этаже напротив моей спальни, если помнишь, где она находится, – сказал он, напряженно уставившись на меня.

Кровь прилила к лицу, заставляя покраснеть.

Обычно я не страдала стеснительностью и другими подобными глупостями, а тут как вспомнилось и сразу стало не по себе. Притом вспомнилось все в ярких подробностях, и неважно, что была под афродизиаком. Хватило достоинства только кивнуть и отвернуться, двигаясь по направлению к лестнице.

Душ с утра мне был катастрофически необходим. Поэтому поднялась в пять утра и поскакала в ванную, напоминая шпиона с секретной миссией. Не хотелось разбудить злобного хозяина дома и в очередной раз взбесить его. Я вчера имела неосторожность совершить подобную глупость. Пошла в пижаме в ванную комнату и неудачно попалась ему на глаза, почти распластавшись на необъятной мужской груди.

Честно, думала, сожрет, так как по его виду другого слова не могла подобрать. Так плотоядно смотрел, что даже приготовилась к нападению, выпучив глаза, напоминая изумленную молодую тигрицу, которой собрался перекусить бурый медведь. Но все обошлось, только услышала в грубой форме, чтобы не попадалась ему на глаза полуголая.

Замечу, это он был в одних джинсах, щеголяя обнаженным торсом, а я вот в пижаме. В пижаме! Она у меня довольно удобная, как раз для меня. Всю жизнь в таких сплю и буду спать. Это я говорю про маечку на бретельках и короткие шортики. У всех такие, и ничего! А тут на тебе – не нравится ему.

По этой причине решила, что Бизонов просто привык жить один и, естественно, раздражается, что кто-то шастает по его территории. А если точнее, то в его берлоге.

Бросила на полотенцесушитель влажное полотенце и придирчиво оглядела свои влажные волосы. Длинные и мокрые, требующие тепла и заботы.

Хм…

Проблематично, учитывая, что фена не было. Так что предстояло сушить их естественным путем. Это вторая причина, почему столь рано встала.

Живот громко заурчал, призывая к совести.

Последний раз ела вчера утром, когда Фирсов пиццей кормил.

Кстати, могу ли я пожарить яичницу?

А почему нет?

Приготовлю и уберу, как раз Бизонову оставлю, чтобы не рычал с утра. Подруга меня научила обеспечивать себя завтраком, а на обед готовить спагетти. Больше ничего не могла, к сожалению.

Наш повар всегда старался на славу, так что я не озадачивалась готовкой. Пока не попала к подруге…

Но яичницу я уже научилась готовить виртуозно.

Во всяком случае, мне хотелось в это верить.

Сковородку я все же нашла в многочисленных ящиках огромного современного кухонного гарнитура. Притом, совершенно новенькую, ни разу не использованную. Посмотрела на нее со всех сторон и поставила на плиту, двигаясь к холодильнику. Там нашла яйца. Да, целых три. Негусто, но хватит. Мне и одного будет за глаза.

Улыбнулась, и, как только нашла масло, в очередной раз перевернув все шкафчики, капнула на дно сковородки. Дождалась, пока там все начнет шкварчать, и разбила яйца, отправив их в кипящее масло.

И даже удачно!

– Так, теперь соль, – сказала и схватила солонку, намереваясь чуток насыпать.

– Решила разгромить мою кухню? – прозвучал зловещий голос над моим ухом.

Вздрогнула, случайно высыпая всю соль из солонки в сковородку. Забита была солью та сторона, что мало посыпает.

Выдала жалостливый писк и покачала головой.

– Ох, – выдала и поспешно убрала сковородку на другую конфорку. Резко обернулась, встречаясь с прищуренным взглядом Глеба, который не скрывал своей ярости, и с обидой крикнула:

– Молодец! Теперь мы без завтрака!

– То есть «мы»?

– Совершенно точно! Хотя… Ты можешь и такое съесть. Уверена, что справишься.

– Нет уж! Травиться с утра не собираюсь, – рявкнул Бизонов, испепеляя яростным взглядом.

Шесть утра, а он уже в бешенстве. Ему бы к неврологу нервишки подлечить.

И еще меня обвиняет.

А я что могу?

Яиц, как и хлеба с молоком, не имелось в холодильнике. Там мышь давным-давно повесилась.

– Тогда организую нам кофе из кофемашины, – предложила и направилась по верному пути, но тут меня резко дернуло в сторону, и я оказалась прижата к кухонному гарнитуру, а надо мной нависал грозный мужчина.

– Не смей! – прорычал он громко, оглушая своим криком. – Не смей трогать мою кофемашину!

Даже растерялась.

Ему жалко?

Я ведь даже не подумала об этом.

– Если жалко, то я…

– Ты издеваешься? – рявкнул он, еще сильнее прижимая меня к кухонному гарнитуру. – К чему бы ты ни прикасалась, то все ломаешь!

Секунду ошарашенно на него смотрела, затем толкнула его в грудь, возмущаясь обидным словам.

– С чего такие выводы? Ты же сейчас не рассыпался на части?! Значит, не все так печально. И дом твой стоит, не рухнул к моим ногам.

– Ты побыла в чистейшей кухне десять минут, а уже срач повсюду.

– Я хотела как лучше! Лучше! Хотела приготовить чертов завтрак, а ты мне под ухо начал рычать. И я еще виновата? Бездушный сухарь! – крикнула и рванула, слыша крик позади себя:

– Черт! Арина!

– Пошел к черту, парнокопытное! – с обиды крикнула ему на прощание и бросилась к двери, но так не добежала, так как взлетела в воздухе, подхваченная руками мужчины. Он крутанул и опустил на пол, руками и словами пытаясь успокоиться меня, но я усердно сопротивлялась, взбешенная до высшей отметки его словами.

Мне хотелось его прибить, оттолкнуть, растерзать.

Но куда там?!

Такой верзила.

Да с таким невозможно справиться, если по голове не долбануть перед началом.

Мы с ним, то ли дрались, то ли отталкивались, непонятно было, но активно кружились, при этом выворачиваясь во все стороны, соприкасаясь телами. Притом не играючи, а отчаянно, с диким запалом.

В какой-то момент поняла, что уже не злюсь, а просто до безумия напряжена и даже накалена.

Эти прикосновения, бешеный адреналин взорвали мой мозг, оставляя инстинкты.

Меня просто затрясло от желания прикоснуться к нему.

Прямо до жути.

До невыносимой потребности.

Я сама не поняла, как подалась к нему и поцеловала в губы. И это я! И главное – КОГО!

А дальше, как с цепи сорвались…

Даже не думала, что ТАК можно целоваться.

Но МОЖНО!

Бешено.

Дико.

Напрочь теряя контроль и разум.

Только страсть.

Только эмоции.

Только наслаждение…

В этом сумасшествии совсем неудивительно то, что я даже не заметила, как мы переместились в центр кухни. Глеб усадил меня на стол, устраиваясь между ног своим мощным телом. Рука мужчины жадно сжимала маленькую грудь, а губы безжалостно терзали мои, когда ненасытно шарила по его телу, будто зависимая.

Когда его руки оказались на моих бедрах, все тело сжалось от предвкушения. Он подтащил к себе, давая ощутить, насколько сильно возбужден.

В следующее мгновение я ощутила мужскую руку на своих шортиках. Горячую ладонь, прожигающую насквозь, жадно изучающую мое тело. От каждого прикосновения, сжатия, моя кровь в венах бурлила, вызывая восторг. И когда мужчина пальцем отодвинул шортики и коснулся заветного места, закрыла глаза, ощущая мощный ток по телу.

Резкая противная мелодия отрезвила. Она била по ушам, возвращая в реальность.

Я напряглась, как и мужчина, застыв в шоке от звонка, доносящегося откуда-то сверху.

– Кто-то у ворот… – хрипло произнес Глеб и, еще несколько секунд жадно всматривался мне в глаза, а затем направился к выходу.

Тяжело дышала, пытаясь понять, что сейчас произошло. И через долгую минуту поняла, что только что чуть не сотворила ужасную ошибку.

И с кем?

С таким наглецом! Он ведь без особых заморочек выгонит меня из дома, потом с работы. Всегда от бывших избавляются. Разве нет?

Так что нужно поддерживать чисто профессиональные отношения, а вне работы дружеские.

Вспомнила недовольное лицо Бизонова и поняла, что дружеских у нас не получится, если только на терпимые постараться.

Спрыгнула со стола и, поправив топик, который сейчас открывал грудь, быстро стала приводить себя в порядок. Справившись, рванула к лестнице, прямиком двигаясь в гостевую спальню.

Оказавшись за дверью, быстро переоделась, так как стала подозревать, что мужчина уж слишком реагирует на открытые части женского тела. Любого! Поставила себе галочку не злить мужчину своей одеждой, раз у него дикие инстинкты сразу просыпаются. Подошла к сумке и как раз хотела поднять, как услышала шаги в коридоре.

Притом очень близко.

В этот момент дверь открылась, и на пороге увидела хмурого Бизонова. Он придирчиво сканировал мою одежду, а потом выдал:

– И куда собралась?

– А в дверь не учили стучать? – возмущенно уточнила, не переставая удивляться наглости этого мужчины. Он всегда такой, или ко мне особое отношение?

Хотя…

Вспомнила его чудесную помощницу и поняла, что он со всеми такой «добрый».

– Я в своем доме! – не сказал, а отрезал тоном преподавателя, который объясняет элементарное глупой студентке.

– И что? Ты ко всем своим гостям так вваливаешься?

Он вздохнул и, глянув на меня как на надоедливую мышь, сложил руки на груди.

– Так что?

Интересно, он сейчас о чем? Выдавила улыбку и уточнила:

– Касательно того, что произошло там…

– И что там произошло? – как-то зловеще уточнил мужчина.

– Недоразумение. Я поняла насчет одежды и насчет кухни, так что впредь буду внимательнее.

– Значит, недоразумение? – еще грубее уточнил Бизонов.

– Абсолютное. Кстати, мои родители завтра приезжают, так что нужно будет увидеться с ними.

– Ты хочешь притащить их сюда?

Прищурилась и сделала шаг к нему.

– Я попросила помочь мне всего раз! Потом я отстану…

– И этот раз включает в себя: штамп в паспорте, работу и еще совместное проживание в моем доме. И теперь я должен кому-то там понравиться?

Засмеялась, не в силах сдерживать эмоции.

– Нет, я сомневаюсь, что ты можешь им понравиться. Да и всем…

– Не понял… – злобно выдал мужчина, требуя взглядом объяснений.

– Что непонятного? Я вроде как на русском сказала.

– То есть я, по-твоему, мужлан, который не умеет себя вести?

«Вот может же, когда захочет!» – подумала, меня контратакующую тактику на оборонительную.

– А я, по-твоему, идиотка, которая все ломает и крушит, да? К тому же я к тебе домой не напрашивалась, не хотела смущать или надоедать. Ты сам привез меня сюда.

– Понял. Хорошо. Сделаем так: я понравлюсь твоим родителям, а ты…

Не могла удержаться, чтобы не шикнуть и истерично засмеяться. Нет, ну это же невероятно. Он… и еще может понравиться! Невероятно! Да он ведь только как дикарь рычит.

– Не веришь? – спросил мужчина, хитро прищуривая глаза, горящие азартом. Будто бросал мне вызов.

– Как-то вот не верится.

– Тогда предлагаю пари.

– Пари? И на что?

– На желание.

– Ох…

– Испугалась? Тяжело признать, что ошибалась?

Как же он меня раздражал! Что значит «боюсь»?!

– Я? Да ты ведь грубиян.

– Когда это необходимо.

– Хорошо, договорились, – сказала и лучезарно добавила: – Тогда буду обдумывать, какое желание загадать. Уж поверь, я придумаю.

– Посмотрим. И да, пока я стараюсь, ты тоже стараешься не разгромить мой дом. Поняла?

– Я… – задумалась, пытаясь по полочкам разобрать его словам. Выходило довольно странно. – То есть я пока могу здесь остаться?

– Можешь, а я пока найду тебе общагу. В любом случае я не люблю быть должен кому-то, тем более женщине, которая спасла мне жизнь. Поэтому… я постараюсь сделать так, чтобы твои родители и родственники поверили нам, а для этого нам нужно жить под одной крышей, чтобы не попасть впросак. Но это только на те дни, пока твои родители не улетят. Дальше переезд и развод.

– Спасибо! – улыбнулась, ощущая невидимые крылья у себя за спиной. Так даже проще. Вот повезло! – Тогда… пойду в кухню и отмою то безобразие, которое натворил…

Отмечая, как мужчина прищурился, и вместо «ты», исправилась:

– Которое натворила я.

– Будет отлично, – согласился Бизонов и посторонился, освобождая проход. Всем своим видом давал понять, что сковородка не терпит и мечтает срочно помыться.

А ведь это он все испортил. Не орал бы с утра под ухо, то так бы еще смогли позавтракать. Но разве скажешь ему об этом? На улице жить не хотелось.

Кивнула и направилась на выход, ускоряясь, когда проходила мимо его мощной фигуры.

Как-то вот слишком некомфортно стало.

И жарко.

Так что уже по коридору я чуть не бежала, желая быть подальше от этого мужчины.

Сегодня не мой день…

Это точно!

После тренировки коллеги на меня не то что не смотрели, они не желали встречаться взглядами. А ведь сразу при знакомстве все культурно предлагали обращаться, если вдруг нужно помочь словом или делом. И через час я всех дружно раскидала. И что больше всего огорчало – активный процесс разбрасывания происходил при Бизонове, который неожиданно явился на тренировку. Насколько поняла, обычно он не приходил, а тут еще на стрельбу поперся. Так что не все оценили мои способности должным образом.

Дальше… хуже. В напарники мне поставили Дубова Артема. Признаться, таких красивых мужчин я не видела. Высокого роста, лицо и тело модели, весь такой подтянутый, поджарый и обольстительный – словом писаный красавчик. Но следует отметить, что был он еще тем петухом: знал о своей красоте и вовсю пользовался этим.

И вот целых пять часов я наблюдала, как Дубов Артем очаровывает девушек, которые вместо того, чтобы красоваться перед сотрудниками и начальством, таскали ему закуски и терлись своими прелестями о его мощное тело.

Нет, я не завидовала, просто бесилась, так как он вечно с ними трепался и, что еще хуже, по углам зажимался. Работала только я, притом очень голодная. К тому же мужчина решил добавить меня в список своих воздыхательниц, поэтому периодами слышала такие фразочки:

– Скучаешь, крошка? – как минимум пять раз за вечер спросил красавчик, сверкая глазками.

Или такая:

– Смотри, не влюбись в меня, я не могу принадлежать одной.

Раздражало, но я терпела, пока не дошло до точки кипения, когда он во время представления решил свои конечности на мне задержать.

– Ты такая ершистая… Я планирую это исправить ласками, – сказал и положил руку на мое плечо.

В тот злосчастный момент я разозлилась. Шикарно улыбнулась и чудесно выдала:

– Ты ведь помнишь, как на тренировке я тебя отшвырнула и чуть в лицо не заехала, когда ты мне улыбался?

Парень сразу напрягся.

– Так вот, я старалась быть помягче. А если сейчас руку не уберешь, я тебе что-нибудь сломаю…

Парень округлил глаза и поднял руки.

– Понял, не тупой.

– Это радует… – заметила и стала дальше за всеми наблюдать, а напарник придирчиво смотрел на меня, что напрягало, а потом исчез.

Раздался писк, предупреждая о входящем сообщении. Быстро достала смартфон и, увидев, что это подруга написала, быстро нажала на просмотр.

«Прости, немного съехала с дороги в кювет, но меня спасли и приютили. Кстати, этим спасителем оказался невероятный парень. Еще обещал машину отремонтировать. Такой классный парень! В общем, я влюбилась. И это взаимно! Взяла отпуск за свой счет, так что не теряй».

Усмехнулась, удивляясь, как быстро она влюбилась и все решила. Но такая Аня у меня: быстро влюбляется, да так, что эмоции зашкаливают, заставляя творить глупости.

Конечно, была рада за нее, но вот квартиру нужно искать. Родители ведь надолго не останутся, так что нужно все же найти жилье.

Призадумалась и быстро написала:

«Ты на всякий случай оставь его данные, чтобы знать, где тебя потом искать. Старайся избегать лесов и кладбищ…»

Подруга ответила через двадцать минут. Насколько поняла, видимо, очень занята, и ей не до меня.

«Не переживай, со мной все хорошо. Постараюсь избегать, тем более там снега намело. Я уже пробила его. Он невероятный!»

И что печально, так она обо всех своих любовниках говорила. Я очень надеялась, что в этот раз у нее случится исключение. Нормальное, желательно.

Эх, мне бы так быстро влюбляться!

Но навряд ли…

С моим характером так часто не получится, хоть бы разок успеть.

«Рада за тебя, но держи меня в курсе».

В этот раз она раньше ответила на пять минут.

«А ты где живешь? Прости, я ключи не оставила…»

Ухмыльнулась и ответила:

«Не переживай, я решила вопрос».

Убрала телефон и посмотрела по сторонам. Моего напарника нигде не было. И так весь вечер! Появилось предположение, что он прячется от меня. Точнее, от работы. Пришлось самой все контролировать, что накаляло.

Красавчик явился через час, довольный, как мартовский кот. За ним бежала девчонка в прозрачной тряпке, поправляя бретельки. Явно не стихи читали под луной на улице.

– Ну как, Снежная Королева, справилась? – нагло спросил он, поправляя галстук. Замечу, он единственный из телохранителей вынаряживался как Рождественская елка.

Индюк.

Гусь в яблоках.

– Где ты был? – уточнила, стараясь говорить спокойно.

– Да я так…

– А ты в курсе, что не должен отлучаться по своим делам? – уточнила у него, вспоминая пункты из договора.

– Да я на десять минут… – вальяжно выдал он, поправляя свои волосы.

– Час тридцать, – проинформировала его. – А если бы что-то произошло?

– Сама бы справилась. Что сложного?

Нормальное рассуждение! И где таких умных берут?

– А тебе за что платить будут, если я все буду выполнять?

Вдруг лицо мужчины потемнело. Он скривился, удивляя своей недоброй физиономией.

– Невыносимая стерва! Понятно все с тобой. Ладно, с тобой будет другой разговор…

Вот это да! И от него все в восторге?

Да не может быть!

А мужичок с гнильцой попался…

– Да ты…

– Запомни, твое слово против моего ничего не значит. Скажу, что ты цеплялась ко всем, вела себя агрессивно с клиентами, и уже завтра не будешь здесь работать. Тем более у меня будет столько свидетелей.

Задохнулась от возмущения, не ожидая такой подставы.

Это как?

Вот! Лишний раз убедилась, что обертка у некоторых яркая, а начинка никчемная. Он ведь такой шикарный внешне, но гнилой внутри.

А если он, правда, устроит мне свинью? Кто я и кто он? Насколько поняла, Дубов работает у Бизонова давно, а я второй день. Притом как-то резко я начала.

– Не думала, что ты такой… гнилой, – не удержалась от комментария, стараясь при этом улыбаться. Улыбка – наше все!

– Ты рот держи закрытым и молча выполняй свою работу. Поняла? А будешь выкобениваться, быстро вылетишь.

Дальше он вновь ушел, а я осталась одна. Но так как день сегодня с самого утра оставлял желать лучшего, то и продолжился столь же погано. Пришлось разнимать пьяных мужчин, которые не поделили непонятно что. Как обычно: начали за здравие и закончили за упокой. Возможно, все закончилось бы не очень хорошо для них, но мне помогла девушка-менеджер, которая красиво говорила, а я быстро разнимала, растаскивая алконавтов по углам.

Дубов пришел под конец мероприятия, но уже с другой дамой. С превосходством глянув на меня, он выдал:

– Я переговорю с администратором, а ты жди здесь.

Явился за пять минут до окончания смены и командует. Кивнула, четко понимая, что больше не хочу с ним работать. Но разве я могу выбирать?

Не успел он уйти, как у меня полилась музыка. Даже вздрогнула. Поставила на вибрацию всех, выделяя исключением родителей. И значит, кто-то из них соскучился, а именно папа. Это хорошо, – не хотелось слышать едкие комментарии. Оглядевшись по сторонам, нажала на прием и ответила:

– Привет, папа.

– Мы завтра прилетаем, – отец сразу перешел к делу.

– Отлично! – восторженно заявила, желая увидеть их. Только вот жаль, что все то время они будут меня отчитывать.

– И ты летишь с нами.

– С тобой тетя не разговаривала? – уточнила у него, стараясь быть милой.

– Она там полный бред несет, а ты…

– А я вышла замуж. Это да, так получилось, – поспешно сообщила, чтобы сразу перейти к делу.

– Что? Какой муж? Тебя ждет наш компаньон.

Ага, как же! Не дождется…

– Извини, пап, но я останусь здесь.

– Завтра поговорим. Приедешь в аэропорт…

– Я смогу только вечером. Работаю.

– Ты что?!

Терпение. Главное – терпение.

– Я работаю… – повторила я.

– Так отпросись!

– Я недавно устроилась, поэтому не могу.

– Арина, не зли меня!

– Пап, я работаю телохранителем.

– Ты совсем с ума сошла? Какой из тебя телохранитель?

– Нормальный.

– Так, все, завтра поговорим и уже решим.

– Папа, – сказала, вдруг замечая, как меня снимает Дубов на камеру. Смутилась, не понимая его поведения. Насупилась, решаясь как можно быстрее завершить разговор. – Ладно, завтра переговорим, я на работе. Пока.

Только убрала телефон, как увидела идущего ко мне Дубова. Столько злорадства было на его лице, что прищурилась. Чувствовала, что не к добру.

– Вот что у меня есть! – пропел он, выкручивая руку, дергая в стороны, демонстрируя свой смартфон. – Непременно покажу Бизонову. Он сразу же увольняет таких болтливых телохранителей.

– Тебя же не уволил… – буркнула, удивляясь ситуации. Сегодня не мой день. Это точно!

– А разве есть доказательства? А вот на тебя есть…

– Я объясню…

– Ты совсем не знаешь Бизонова. Ему плевать, только когда есть доказательства.

Сглотнула и выдала:

– Чего ты хочешь?

– Я хочу, чтобы ты рот держала на замке и молча трудилась. Уловила?

Он не индюк, просто КОЗЛИНА.

– Уловила, – сказала, сдерживая себя от ненужных действий. Пальцы так и сжимались в кулаки.

Ох, как бы я сейчас ему врезала.

Но нельзя.

Нельзя!

А если после работы?

Эх…

– Вот и договорились. Тогда вперед, – заявил он и направился к машине. Я следом, чувствуя себя просто ужасно.

Оказывается, как много зависит от того, кто твой напарник. Или они все такие?

Ладно. Справлюсь…

Мне главное – пережить завтрашний день, а потом уже будет легче.

Переоделась и вышла из раздевалки, надеясь, что Дубова больше не увижу. Хотя бы на сегодня. Не передать словами, как меня раздражал этот скользкий тип. Замечу, Бизонов на его фоне был добряком.

В фойе увидела Дубова и Бизонова, что не порадовало. Они о чем-то разговаривали, напоминая верных друзей. Неужели они друзья?

Вот черт!

Работу я не могу потерять…

Поравнявшись с ними, заставила выдавить из себя:

– До завтра.

Как можно быстрее прошла мимо, слыша разговор мужчин. Мерзкий Дубов предлагал Бизонову заехать в клуб, где их уже ждут девочки.

Предположив, что добраться с Глебом в машине сегодня не судьба, я направилась к остановке, щелкая зубами. Как-то стало неприятно. Не понимала своих ощущений, но меня переполняла обида и злость. И все из-за одного паршивца.

Адрес Глеба я запомнила наизусть, но приехать первой не могла. Ключей у меня не было, и по понятным причинам никто мне их не выдаст. Так что нужно приехать позже. Эх, а так хотелось бы принять душ и пойти спать.

Нет, первым делом перекусить. Нахмурилась и посмотрела по сторонам. Сегодня так и не удалось поесть. Только кофе и еще раз кофе. Он халявный на работе., поэтому не отказываю себе в удовольствии.

Хотела набрать номер друга, но решила, что это будет неправильно. Фирсов ведь так старается для меня, надеясь на взаимность в определенный момент, а я пользуюсь добротой и игнорирую его чувства. Нужно просто общаться, притом иногда, а еще лучше воздержаться от ежедневного общения.

Да вот…

Посмотрела, где ближайшая шаурмичная, и решила направиться по запаху. Что уж теперь? Шаурму могу себе позволить.

Вот как жизнь повернулась. Раньше презирала подобную еду, а за эти месяцы даже лапшу быстрого приготовления уплетаю за обе щеки.

Послышался писк батареи. Смартфон почти разрядился, о чем громко предупреждал.

– И когда этот мерзкий день подойдет к концу? – спросила сама у себя, вглядываясь в потухший экран.

Замечательно!

Что может быть хуже?

Убрала смартфон, запихнув в рюкзак, и по памяти направилась по улице, радуясь теплой качественной одежде и кожаным сапогам. В них я не замерзну и прекрасно дойду до нового места своей дислокации.

Через двадцать минут я вошла в шаурмичную. Ничего такая, уютная, где посетители с удовольствием трескали шаурму. Сделала заказ и уже через десять минут получила шаурму с чаем в бумажном стаканчике. Столики были заняты, никто никуда не торопился, поэтому направилась на улицу.

Только укусила приличную порцию, начиная жевать, когда мимо меня пробежала девушка, а за ней двое здоровяков. Нет, трое. Последний задержался на мое несчастье. И когда я расслабилась, рванул через меня, толкнув на замерзшую лужу. Поскользнувшись на льду, я и моя наивкуснейшая шаурма рухнули в снег. Притом я смачно придавила ее своим телом, буквально распласталась на ней.

Про чай не говорю. Он был на моей голове. Такой тепленький… Само-то для такой холодной погодки. И, слава богу, что негорячий, ведь попросила разбавить водой.

Рыкнула, желая кого-нибудь прибить. Пришло время! С возмущением посмотрела на убегающего парнишку и бросилась вдогонку, планируя хорошо ему треснуть.

Как раз догнала, когда он скрылся в переулке. Они здесь все были, так как девушка забежала в угол между домами. И в данный момент парни дружно на нее наступали, в том числе мой неуклюжий обидчик.

– Ты ответишь за свои дела! – рявкнул довольно упитанный парень. Замечу, была рада, что не он меня снес. В противном случае я бы сейчас была похожа на размозженную шаурму. Под таким-то весом.

– Парни, я поступила с вами так же, как и вы со мной. Все по-честному, – совершенно спокойно выдала девушка. Ее лица не видела. Стояла в тени.

– Когда в больнице будешь, тогда и будет по-честному.

Обиженные парни начали двигаться на нее, и тогда я поняла, что удачно зашла.

Хоть разомнусь немножко.

Троих как раз будет достаточно.

– Стоять! – громко выкрикнула, отмечая, как они медленно оборачиваются, непонимающе поглядывая на меня.

На их лицах видела недоумение, перерастающее в возмущение.

– Тебе чего? – выдал мой обидчик. Еще и спрашивает! Ему-то сегодня точно светит сломанный нос.

– Пошла вон отсюда, пока не получила, – посыпались советы других парней.

– Да, свалила отсюда!

Оценила всех орущих и поняла, что без проблем справлюсь. Так, ничего достойного. Хотя такие любят в спину бить. Нужно быть осмотрительнее.

Глянула на грязную куртку и все же расстегнула ее. Не хотелось бы порвать. Бросила ее на рюкзак, который первым отправила на заснеженный асфальт.

– Девочек нельзя обижать, – чудесно всех предупредила, чтобы понимали, за что будут получать.

– Пошла вон!

– Тебя забыли спросить.

– Угу, забыли… – согласилась и сделала шаг к ним, в предвкушении потирая ручки. – Ну, чего стоим? Я жду…

– Да она сумасшедшая!

– Такая же, как эта!

– Вы там долго будете стоять, а то холодно… – подала голос та, что вроде как по сценарию должна была бояться. Но такого я вот совсем не заметила.

Тем временем девушка достала телефон и что-то включила. И это что-то оказалось записью с мужскими стонами и очень грязными словечками. И насколько понимала, в этом порнофильме участвовали одни парни.

Я даже рот открыла, не в силах закрыть.

Фу-у-у-у…

Какая мерзость! Даже стало неудобно рядом находиться.

– Если дальше продолжите усложнять мне жизнь, я залью это видео в сеть, – пропела та, которую нужно было спасать.

Угу, спасать… По ее голосу можно было понять, что это она их в ловушку загнала, чтобы порадовать радостной новостью.

– Ты… – в шоке выдохнул самый упитанный. Не ожидал парнишка.

– Да ты не посмеешь! – пискнул щупленький.

– Я посмею… – лучезарно заявила девушка, сверкая глазами. Это я точно видела.

– Отдай мне! – потребовал щупленький. По его писку поняла, что это его стоны на записи.

– Так я с твоего телефона скачала. У себя и посмотри.

– Ты идиот? Зачем оставил запись? – взорвался пухляш, обращаясь к щупленькому.

– Вы что, геи? – ввязался в разговор третий, самый неуклюжий, который меня снес. Как я понимала, он везде не успевает.

– Нет! – слишком яростно прокричали парни.

– Да я… – неуклюжий глянул на девушку, которая хищно улыбалась, потом на меня, и буркнул: – Я в этом не участвую.

И убежал.

Что?!

Даже не могла сдвинуться, только с разочарованием смотрела, как он исчезает за углом.

Минус одна боксерская груша.

Жаль. Как жаль…

И вдруг за ним бросился второй, тот, что пухленький.

«Блин, самая большая груша убежала…» – с сожалением рассуждала, наблюдая, как он смешно бежит.

– Ты… – остался щупленький, решивший договориться.

– Я никому не расскажу, если вы забудете о моем существовании и не будете распускать слухи, – громко выдала девушка, сложив руки на груди.

– Ты же понимаешь, что сейчас сделала? – в отчаянии закричал парень.

– Дала отпор. И ты ведь знаешь мои таланты, я все знаю и вижу.

Смелый парень что-то там буркнул себе под нос и убежал, совершенно игнорируя меня.

Даже застыла на месте, понимая, что первый раз в жизни я с таким желанием хотела подраться и… даже нос не разбила. Три боксерские груши сбежали.

Обидно, однако.

Послышались шаги. И на свет вышла девушка среднего роста со светлыми волосами и зелеными глазами, которые завораживали. Не могла сказать, что красавица, но было в ней нечто такое, что точно не забудешь. Цепляющая внешность.

– Долго раздетая будешь стоять или все же приведешь себя в порядок? – спросила она и подала мою куртку.

– Ага… – ответила и начала застегиваться, с сожалением вглядываясь в грязное пятно. Но нет, слишком мягко сказано, в это ПЯТНИЩЕ.

– Это что? – вдруг спросила девушка.

– Это шаурма, которую я собиралась съесть, когда твои дружки снесли меня.

– А на голове что за лед? – придирчиво интересовалась незнакомка, тыча пальцем на безобразие на моей голове.

– Это чай.

– Ого… Ты его пьешь довольно странным образом, – заметила она, не скрывая веселого настроения. Мне вот было не так радостно.

– Угу… сама в шоке.

Девушка посмотрела в сторону и указала рукой на двенадцатиэтажное здание.

– Пошли ко мне. У меня квартира в этом доме. Приведем тебя в порядок.

– Да я как-то не знаю… – как-то растерялась от ее предложения.

– У меня борщ есть. Только сегодня сварила. Сойдет вместо шаурмы.

– Если борщ, то я непременно хочу, – честно заявила, мечтая поесть.

– Тогда в путь, – выдала девушка и подала мне мой рюкзак.

Так мы и пошли, но никто ничего не говорил. Может, хорошо, но мне было так все непонятно.

И все же, что у них произошло?

– Кто они? – спросила, надеясь на ответ.

– Мои однокурсники, так что не парься. У нас последний курс.

– И на кого учишься?

Она улыбнулась и весело заявила:

– Да так…

– Какая ты скрытная. Так скучно?

– Совсем нет. На факультете цифровых технологий и кибербезопасности очень даже интересно.

Сглотнула, понимая, откуда она взяла компрометирующее видео парней. Просто взломала телефон.

– Ох… действительно не скучно. А те клоуны…

– Я им вроде как мешаю быть лучшими, как им кажется.

– И они тебя прессуют? – предположила, складывая все пазлы этой истории.

– То есть наезжают?

– Ага.

– Наверное, так.

Все же в голове некоторое не складывалось.

– А зачем побежала, если у тебя был на них компромат? – все же спросила.

– Ну, знаешь, никто за мной не бегает, хоть эти. Все взбодрились.

Рассмеялась и сказала:

– Знаешь, ты – чудесное завершение моего дерьмового дня.

– И что, такой дерьмовый?

– Ты даже себе не представляешь. Кстати, я Арина, – весело сообщила ей, когда дошли до дома.

– Яна, – ответила она и достала связку ключей, так как подошли к крыльцу. – Вот здесь я живу.

– Слушай, а родители… не будут против, если я вот такая зайду. Время позднее.

– Родителей… нет, – тихо сообщила девушка и приложила ключ к домофону. Так мы прошли внутрь и вошли в лифт, чтобы подняться на одиннадцатый этаж.

– Ох, ты живешь высоко.

– Что дали, там и живу, – сказала она и пригласила к себе, поочередно открывая две двери.

Задумалась и спросила:

– А кто дал?

– Государство.

– Так ты детдомовская?

– Ага, в двенадцать лет туда загремела, – сказала она и включила свет, рукой приглашая заходить. – Будь как дома.

– Но не забывай, что в гостях… – продолжила я.

– Это да, – весело согласилась она и перехватила мою куртку. – Я сейчас исправлю.

– Да я потом сама, – не согласилась я.

– Поверь, я знаю, что делаю, – категорично заявила Яна, удивляя своей уверенностью, и пошла в ванную, а мне оставалось только смотреть по сторонам, удивляясь, как такая маленькая квартира может быть уютной.

Что интересно, почти не было мебели. Все по минимуму. И притом это даже не квартира, а студия, где сразу была кухня, коридор и спальня. Напротив ванной комнаты находился угол, где красовался кухонный гарнитур зеленого цвета с подсветкой и плитой, в шаге от него стол-стойка с двумя высокими стульями, а закрывал эту зону холодильник серого цвета. Дальше с одной стороны стены стоял компьютерный стол и напротив – белый кожаный диван. Преобладали три цвета: белый, зеленый и венге.

Не удержалась и прошла на балкон. Замечу, что любила балконы, как и могла по ним сказать, какой человек живет в доме. Обычно это место, куда редко кто заходит, поэтому не все уделяют ему внимание, швыряя туда все ненужное. Но не у Яны. У нее все было чисто, без единой вещи. К тому же удивляла интересная расцветка: подоконники, как и шкаф, были кофейного цвета, панели стен и ламинат – белого. Эдакий уютный балкончик.

Почувствовала движение и, резко обернулась, отмечая девушку у двери. Она улыбалась. Кстати, уже успела переодеться в футболку и в джинсовые шорты.

– Красиво у тебя.

– Я не участвовала в процессе, только сказала цвета, чтобы мне сделали удобную студию.

– Симпатично. И кто сотворил?

– Парень один, мастер на все руки. Я ему с сайтом помогла, как и с рекламой. В общем, благодаря ему здесь очень даже мило. Изначально в этой квартирке можно было снимать фильм ужасов.

– И давно здесь живешь?

– Нет. Год.

– Понятно.

– Пошли уже, я накормлю тебя, – предложила она и пропустила меня первой, закрывая балконную дверь.

– И еще у меня жила кошка, о которой никто не знал целый год…

Слушала очередной веселый рассказ о детском доме, проверяя свои волосы рукой. Почти высушились без фена. Замечу, у Яны таких полезных приборов совсем не имелось в ванной комнате. Насколько поняла, она все средства, которые зарабатывала, вкидывала в свой компьютер, поэтому не заморачивалась о мелочах. Так что я даже приняла душ с разрешения хозяйки и теперь допивала свой чай. Притом помимо безумного увлечения компьютерами у девушки имелось любимое хобби: заваривать чаи из ягод и фруктов.

– Правда?

– Да. И все косились друг на друга, когда мой черный хулиган игнорировал лоток, – весело поделилась она и предложила: – Еще кружечку?

«Если еще одну, то я точно лопну…» – подумала, задумываясь о том, сколько выпила таких кружечек. И ведь у нее они не маленького размера, а целые бидоны. В них пол-литра точно будет, если не больше.

– Нет. Пожалуй, мне хватит, да и поздно уже. Пора. Надеюсь, что мой начальник уже дома.

– Ты живешь у начальника? – с намеком спросила Яна, хитро строя глазки.

– Это временно. Я же спасла ему жизнь, вот теперь отрабатывает.

– Как у вас все интересно…

– Очень. Но что не сделаешь, чтобы не жить с кабанчиком в чужой стране? – честно ответила, следом уточняя информацию: – Ты не подумай, что я всех немцев недолюбливаю. Абсолютно нет. Там есть всякие, в том числе и красавцы, но мне подготовили это чудо.

– Понимаю… – сказала она, начиная смеяться.

– Главное, чтобы меня не уволили, – высказала мысли вслух. Тяжело было думать об этом и никому не сказать.

– С какой стати, если работаешь у спасителя? – поинтересовалась Яна, хмурясь при этом.

– Сегодня напарник заснял видео, где я на рабочем месте разговаривала по телефону, и угрожает, что покажет его Бизонову. А тот… даже объяснить не даст, сразу уволит. И оказывается, они друзья с Глебом.

– Даже так? – заинтересованно уточнила Яна и вдруг спросила: – И как зовут твоего злобного напарника?

– Дубов Артем. Статный мужчина под два метра, белоснежная улыбка, наглый взгляд дерзкого хищника и повадки змея – как-то так.

– И сколько этому змею лет?

– Под тридцать, но выглядит моложе.

– Ага, поняла… – протянула девушка и хищно улыбнулась, хватая свой телефон.

Раздался писк, привлекая мое внимание. Точно! Зарядка зарядилась. Схватила и включила, удивляясь, что раньше не сделала. Заболталась и забыла. Не успел телефон заработать, как стали приходить сообщения, что мне звонил один и тот же номер.

И этот номер я знала наизусть.

Бизонов.

Интересно, с какой стати он мне названивал?

Притом с того времени, как я ушла с работы.

Ему должно было быть не до меня…

– Ладно, вызову тачку и поеду, – сказала с улыбкой, сожалея, что придется тратиться на такси. Завтра займу у подруги до получки. Не пешком же идти и голодать. Надеюсь, что она ответит, уж оторвется от своей новой любви и поддержит подругу.

Неожиданно полилась музыка, заставляя меня вздрогнуть.

Не самая желанная мелодия, так как звонил Бизонов.

Нахмурилась и ответила на звонок:

– Да, – как можно спокойнее протянула, ощущая странную дрожь в голосе.

– Выходи! – услышала четкий приказ.

То есть?

Это как?

Он здесь?

– А как… – попыталась узнать, но он меня перебил.

– Арина, выходи! – рявкнул он и отключился.

Несколько секунд хлопала длинными ресницами, а потом сорвалась к балкону с вопросом:

– Окно же выходит во двор?

– Да, – ответила Яна и пошла следом, когда я уже смотрела на мощную фигуру Бизонова на парковке. Он стоял у машины и смотрел по сторонам. Злобно, что даже отсюда чувствовала.

– Это твой начальник? – спросила Яна, не скрывая своего веселого настроения. Только я не разделяла его, так как чуяла, что меня ждет не самый лучший разговор.

И неважно, что я ни в чем не виновата!

Этот найдет причину придраться…

– Да.

– А ты сказала, что у вас только сделка…

– Да, именно так.

– Тогда почему он здесь?

– Сама бы хотела получить ответ на твой вопрос, – сказала и направилась на выход, хватая свою куртку, которая уже высохла. И что радовало, грязного следа не было.

Она ведьма?

Как она его убрала?

– Прости, что так задержалась у тебя, – сказала с улыбкой, радуясь, что познакомилась с интересной девчонкой, в которой видела себя. Только у нас интересы разные.

– Что ты… Мне в радость. Я как бы не слишком дружелюбная, так что рада познакомиться. И надеюсь, что мы будем общаться. Кстати, напиши, как доедешь.

– Непременно, – выдала и, повинуясь огромному желанию, обняла ее. Махнув рукой, быстро вышла из квартиры, вызывая кабину. Как только вошла в лифт, стала думать.

Странно все это. И почему Бизонов здесь? Ведь должен быть в клубе. И как узнал, где я?

У меня где-то жучок?

Сейчас спрошу.

Когда вышла, Бизонов устремил взор на меня. Он как-то хищно прищурился, сложив руки на груди. Видок у него был еще тот, потрепанный и к тому же зловещий.

Приблизилась и без приветствий села в машину. Все спят, не разбираться же здесь.

Только машина тронулась, как я услышала:

– И что ты здесь потеряла?

– В гостях. Я познакомилась…

– С кем же? – его вопрос заставил меня озадачиваться. А в чем собственно проблема?

– У меня такое ощущение, что я отчитываюсь мужу, – едко ему сообщила, намекая, чтобы не увлекался.

– Совершенно верное ощущение. Ты отчитываешься мужу.

Чего?!

– Замечу…

Мужчина бросил на меня яростный взгляд и отчеканил:

– Ты моя жена по документам, и пока мы играем в твою игру, будь добра соответствовать.

– У нас фиктивный брак.

– Да плевать какой, на это время ты должна вести себя подобающе.

Задумалась, соглашаясь с ним, но не стала озвучивать, решив перейти в наступление.

– Я думала, что ты поедешь в клуб.

– И с чего такие выводы?

– Я слышала разговор с Дубовым. Он звал тебя.

– Если бы я собрался в клуб, то отвез бы тебя домой.

– То есть тебе можно в клуб, а я должна соответствовать. Черта с два! Если у меня ограничения на время этого брака, тогда и у тебя, дорогой, – с возмущением отчеканила ему, не собираясь подстраиваться под его правила.

– Тебе не кажется, дорогая, что твоя помощь дорого мне обходится?

– Благодаря мне… она тебе обходится, а не безразлична.

Бизонов замолчал, а я поддержала, поэтому оставшийся путь мы ехали молча. И неудивительно, что в этой полнейшей тишине я уснула. Очнулась лишь на секунду, когда поняла, что меня несут.

Несут?

Да не может быть!

Притом мне было так хорошо и спокойно, что я нагло игнорировала любые сигналы, поступающие извне.

Поэтому решила, что это сон и дальше продолжила спать. И что странно, меня совсем не пугало, что в моем сне меня на руках нес Бизонов.

Какая разница?

Главное – мне тепло и комфортно.

Просыпалась с улыбкой на губах. Цвела и пахла – это как раз про мое утреннее настроение. А ведь я даже еще глаза не открыла. Толи еще будет! Так было мягко и тепло. М-м-м…

Открыла глаза и уставилась в сонное лицо Бизонова. Лежал на середине кровати, а я на нем.

Визгнула и спрыгнула с удобного тела, начиная его трясти за предплечье от возмущения. Эмоции вмиг вырвались наружу, заставляя действовать инстинктивно.

Вдруг Глеб перехватил меня за руку и перевернул, укладывая спиной на простыню, устраиваясь сверху. На мое бурное сопротивление Бизонов мгновенно блокировал удары, поднимая руки вверх, крепко сжимая.

– Ты чего? – раздраженно спросил он, окончательно просыпаясь. Наконец-то разбудила сонного медведя!

– Почему ты здесь? – рыкнула ему в лицо.

– Я здесь? – увидела возмущение в его темно-карих глазах. – Это моя спальня!

– Твоя? – уточнила и огляделась по сторонам. Точно. Не гостевая, насколько понимала. Получается, что я ночевала в его кровати на нем.

Зашибись!

Но как я здесь оказалась?

Прищурилась и гневно уточнила:

– Но я тут что делаю?

Вдруг поняла, что на мне, кроме футболки и трусиков, ничего нет. И я вот не помнила, как добиралась и как раздевалась. Получается, он помог?

«Ах он гад!»

– Ты здесь спала! – сказал он, встряхнув меня. Между прочим, не очень вежливо.

– А почему в таком виде? Ты… посмел… – даже не могла вслух произнести эту фразу.

– Ничего я не смел, бешеная ты девчонка! Это ты вцепилась в меня как кошка и не отпускала, если только с лоскутами кожи. А то, что я помог тебе снять некоторые вещи, так у меня выхода не было. Я думал, задохнусь под тобой, так как ты душила своими тряпками.

Стало неудобно.

Действительно, я могла…

Такая буйная во сне бываю, если перенапрягаюсь на тренировках. И хватка у меня будь здоров!

Черт!

Но не признаваться же…

Чудесно улыбнулась и мило пропела:

– Спасибо за заботу! Ты настоящий товарищ!

Отмечая, как злобно смотрит на меня Бизонов, поняла, что он не оценил моей благодарности. А жаль…

Черт, и я ведь так грубо его разбудила. Эх, не повезло ему со мной. Но что поделать? Такой у меня дикий темперамент.

М-м-м…

Только хотела еще что-то сказать, как до меня дошло, что мужчина возбужден. Ага, вот определенно и конкретно. И вот это что-то возбужденное упиралось мне в живот.

Сглотнула и как можно спокойнее пропела:

– Прошу простить, что не так поняла. Я очень извиняюсь. Ага…

– А ты все не так понимаешь, – он не сказал, а прорычал.

Так, опять не получилось. Совсем не ценит моих стараний. Непробиваемый мужчина.

Но я старалась контролировать себя. Очень старалась.

Тем более его поза как-то странно начала мне нравиться, а это как минимум неправильно. Облизнула губы, вспоминая, что я там хотела сказать, но не вспомнила.

Боже, какой у него шикарный торс!

И этот свирепый взгляд уже не раздражал…

Мать моя женщина! О чем я только думаю?

Тем более, когда он так смотрит на мои губы.

Так, Арина, не будь тряпкой! Это твой начальник, и тебе с ним работать! Давай, красиво выбирайся из-под его тушки, пока окончательно мозг глупостями не заполнился.

– М-м-м… Я бы хотела встать, – замечу, я очень мило это сказала. Сама доброта и нежность в одном теле.

– А я хотел спать! Ты ведь всю ночь на мне крутилась, терлась, изгибалась, что я не мог… спать.

Отмечая, как он щелкает зубами, шире улыбнулась. Довела мужика! Причем одного и того же постоянно. С другими у меня ТАК не получалось.

Может, его отвлечь?

Хорошая идея!

Пощекотать?

Да он ведь толстокожий, его хоть граблями чеши, не заметит.

Или…

В следующую секунду я действовала спонтанно, ведомая инстинктами и корыстной целью, а именно: освободиться. Я подалась к нему и поцеловала. Да вот так удачно прилетела с поцелуем в его губы, что уже в следующую секунду отчаянно вцепилась в его плечи, так как мужчина выдал рык и перехватил мое лицо ладонями, начиная атаковать рот не по-детски.

На мгновение потеряла контроль, а очнулась, когда оказалась на нем, продолжая целоваться.

Лишь на секунду отстранилась, чтобы вдохнуть воздуха, как, слава богу, мозг включился. Схватила подушку и швырнула в мужчину, слыша его рычание. Видимо, хорошо зарядила…

Вскрикнула и вскочила с кровати, на всех парах направляясь в ванную. Я даже не бежала, а летела, сверкая пятками.

Хозяин дома мчался за мной. И это он делал очень громко. Как настоящий бизон, заполняя коридор своим телом.

И он почти догнал, но я успела забежать в ванную комнату и закрыть дверь перед его носом. Странно, что не заехала ему в нос.

– Арина, открой! – услышала я приказ.

Улыбнулась, радуясь, какая я смелая и отчаянная, и довольно пропела:

– Ни за что!

– Открой! Сейчас же!

– Хорошего помаленьку! Сам виноват! Не сползал с меня добровольно, вот я и пошла на уловку.

– То есть уловку? – с каким-то вот рычанием докапывался Бизонов до моих слов.

– Да, уловку! Навалился на меня, и фиг скинешь. А я, между прочим, хрупкое создание, а тебе не помешает сесть на диету. Откормился на мои косточки.

– Вот пигалица! – злобно не согласился со мной Глеб, ударяя кулаков в дверь. Притом в свою.

– Я все слышу! – довольно прокричала. – И вообще, я мыться хочу. Уходи!

– Это мой дом!

– А ты меня пригласил в нем жить, так что временно наш.

– Ладно, выходи, и по-хорошему поговорим… – услышала я уже более спокойное предложение.

– Ага, как же!

– Я гарантирую, что не трону тебя. Да и с чего бы это?

– Двадцать минут.

– Что?

– Двадцать минут я буду мыться и сушиться, а ты как раз остынешь.

– Ага, остыну… – как-то зловеще повторил злой Серый Волк. Хотя какой он волк? Полорогий бык!

– Больше двадцати минут я не могу мыться. Нечего там мыть больше двадцати минут, – философски стала рассуждать.

– Тогда тебе… и десяти минут хватит, – нагло сообщил Бизонов, при этом усмехаясь, что я точно слышала.

– Что? Вот нахал! – рявкнула и, проверив замок, развернулась и пошла в душевую кабину. Много он знает! Найду уж… что помыть.

Через двадцать минут я выглянула из ванной комнаты и быстро добежала до спальни. Слава богу, хозяина дома не встретила на своем пути. Зато по запаху поняла, где он.

На кухне.

И судя по изумительному аромату, жарил он бекон.

Эх, я бы тоже не отказалась. А если еще кофе или чай к завтраку, то осчастливилась бы на целый день.

Переоделась в водолазку с джинсами и, расчесав влажные волосы, вышла из комнаты, направляясь в кухню. Признаться, решила попросить кипятка, если, конечно, даст. Вдруг залью его полы или случайно оболью его. Я ведь для него монстр в юбке.

Заглянула в кухню и увидела на столе две тарелки с яичницей и беконом. Выглядело довольно аппетитно.

Смутилась и застыла на месте. Неужели он и на меня приготовил завтрак? Как странно. Или он себе две порции готовит, а потом по очереди съедает?

– Садись, а то остынет, – услышала я предложение мужчины, который что-то там колдовал над кофемашиной.

Задумалась, застопорившись на месте. С чего он такой добрый?

– А если сломаю тарелку или погну ложку? – на всякий случай уточнила. Но кто меня знает? В его присутствии себе не доверяла уже. Раз такая разрушительная, вот и соответствую.

– Новые куплю. Сядь уже!

Ну, раз новые, то и кофейку попросить можно. Если что, он постирает или купит – сам подписался.

Быстро прошла, пока не передумал, и плюхнулась на стул. Бизонов же придирчиво сканировал мой прикид, а потом все же выдал заключение:

– То полуголая, то оделась, как на север.

– Это чтобы не злить тебя, Серый Волк, – сказала с нотками интриги, вживаясь в сказку. Подходит, если что.

– И когда приезжают родители? – вдруг спросил он, поставив рядом со мной кружку с кофе и вываливая на стол пакет с круассанами. – Пока тебя ждал, заглянул в магазин. Так что вчерашние.

Не стала комментировать, но порадовалась. Получается, в холодильнике что-то есть.

– Папа сказал встретить его в аэропорту, но я сообщила, что мы подъедем после работы.

– И он? – уточнил Глеб, усаживаясь на стул.

– Не поверил мне… – честно сообщила, обдумывая, что первым съесть. Правильно! Все вкусное – последним. Значит, яичницу.

– А что так?

– Ну, скажем так, я не отвечаю требованиям лучшей дочери нашего семейства.

– Такая спортсменка, и не отвечает требованиям? – усмехнулся он. Даже приятно стало. Ну так, на мгновение.

– Они у нас с математическим складом ума, а я вот даже рядом не стояла.

– Понимаю…

– Да? – воскликнула быстрее, чем подумала, не представляя, что он там себе представляет.

– Аналогичная ситуация. Мои родители – предприниматели. Они не желали принимать сына-спортсмена. Отец в восемнадцать выставил на улицу.

Его ответ заставил меня задуматься. Надо же, как бывает.

– Тогда ты мне поможешь? Сегодня нужно встретиться и поговорить. Но не так, чтобы я потом бригаду скорой помощи вызывала, а спокойно и мирно.

– Мы ведь договорились, тем более у нас пари, – произнес он, отпивая горячий кофе.

– Думаешь, справишься?

– Я? Даже не сомневайся… – нагло заявил Глеб, поглощая бекон, щелкая вилкой по тарелке.

– Посмотрим… – заметила и принялась за завтрак, который был довольно вкусным. На полный желудок я верила, что разговор пройдет нормально.

Только вот я стала задумываться о том, что не совершила ли ошибку с этим пари. Уж слишком он уверен.

Не беда!

Если что помогу ему не справиться…

А как он хотел?

Просто так сдаваться я не собиралась…

Собиралась на очередной корпоратив. Насколько поняла, на данный момент корпоративы – самые популярные мероприятия, на которые людей совсем не хватало, так как все сотрудники были направлены на сопровождение звезд во время концертов и на точки согласно договорам. К моему сожалению, меня вновь поставили в смену с павлином-шантажистом.

Переоделась в форму, пристегивая оружие, которое сегодня получила. Уж как-то быстро, но, очевидно, Бизонов умеет решать вопросы. Улыбнувшись отражению в зеркале, только вышла из гардеробной, как вдруг столкнулась с Артемом в проходе. Не зря есть поговорка о том, что вспомнишь, оно и всплывет. Как раз в точку.

Артем перехватил за талию, прижав к своему телу, и нагло выдал:

– А я тебя везде ищу, моя холодная девочка. Скучала?

На секунду зависла, не понимая, с какой стати он так осмелел. Или у него появилась безлимитная карта на посещения к травматологу? И заодно к стоматологу.

Толкнула смельчака в грудь и выдала:

– Решил под Новый год заработать себе сломанные кости?

– Ты ведь хочешь здесь работать? Значит, будешь со мной милой и чувственной, – нагло заявил он, скалясь в тридцать два белоснежных зуба. – В противном случае – я…

Так, мне порядком это все надоело…

Он, действительно, решил, что меня можно шантажировать этой никчемной записью?

Такой наивный простачок?

Только решилась заехать ему кулаком в челюсть, чтобы оценил всю степень моей милоты, как услышала грубый вопрос:

– Что здесь происходит?!

Упс…

Милота отменяется.

И можно не задаваться вопросом: «Кто же там рычит?»

Конечно, Бизонов!

Можно было не оборачиваться, но я все же решила полюбоваться спасителем Дубова, как и несостоявшийся калека. Правда, мужчина трухнул, что ощутила по его телу. Он тотчас убрал свои грабли с моей талии и отодвинулся.

«То-то же, зайчишка-трусишка!»

– Мы тут обсуждали… – начал Дубов что-то там лепетать, отчего скривилась. Это так стремно выглядело.

«И кто с тобой что обсуждал? Индюк в апельсинах».

– Ты можешь обсуждать работу с Филатовым. Он сегодня вышел и готов к сотрудничеству.

– Почему с ним? Я в смене с Ариной…

– А я поменял, – грубо отчеканил Бизонов, сложив руки на груди.

– Когда? Я проверял двадцать минут назад, – обиженно стал возмущаться Дубов.

– Только что! – рявкнул Бизонов и глянул на меня. Притом не очень добрым взглядом. – Ты… за мной!

И вдруг ему позвонили. Он отошел в сторону, а я сделала шаг к Дубову и тихо сказала:

– Считай, что тебе повезло, Аполлон.

– Повезет еще, не сомневайся… – напыщенно заявил Дубов, поглядывая на Бизонова, который уже завершал телефонный разговор. – Уж я договорюсь с Аминой на смены с тобой. Она не сможет мне отказать.

Понятно, что Амина никому не может отказать. Нужно с ней пообщаться, научить плохому. А то ведь под всех подстраивается, как ортопедический матрас. Неправильно это.

– Арина! – послышался громкий голос Бизонова, а в следующую секунду он уже был рядом и перехватил мою руку, начиная движение по коридору к лестнице.

И я шла!

Шла, потому что, если бы осталась, все-таки врезала бы этому красавцу по красивейшей физиономии.

За своими рассуждениями я не заметила, как мы оказались в кабинете директора. Глеб помог мне пройти первой, толкнув вперед, и прикрыл дверь. Просканировав мой закрытый наряд, он медленно направился ко мне, напоминая хищного зверя. Сменил тактику.

– Решила соблазнить всех моих сотрудников? – услышала я вопрос.

Тупой вопрос, осмелюсь заметить.

И чем это я соблазняла?

Бронежилетом?

– Это с чего такие выводы? – на всякий случай уточнила, чтобы понять, откуда ноги растут у этой мысли.

– Я же видел, как Дубов за тобой увивается.

– Так к нему и вопросы. Я ни за кем не увиваюсь, и вообще, он не в моем вкусе… – чудесно сообщила ему в лицо, так как начальник как раз приблизился. Притом непозволительно близко.

Бизонов подался еще ближе, совсем не оставляя расстояния между нами, и едко уточнил:

– И кто в твоем вкусе?

– В моем…

Послышались шаги, в следующую секунду в кабинет вошел шикарный статный мужчина с очаровательной улыбкой. Не красавчик, но очень даже приятный и притягательный. Так напоминал моего забавного кота. Натворит что-то, а потом ластится, чтобы не получить. И главное – с таким милейшим состраданием на лице, что невозможно было злиться. И выглядел он очень даже нормально: весь такой подтянутый, в хорошей физической форме. И не грубиян, в чем была точно уверена.

– Глеб, у меня к тебе дело… – начал он, замолкая, когда увидел нас вдвоем в довольно интригующей позе.

Шикарно улыбнулась и мило ответила на вопрос Бизонова:

– Вот он! Как раз само-то!

– Вы о чем? – уточнил мужчина, с интересом разглядывая меня.

– О том, что ты врываешься в мой кабинет, когда тебя не просят, – рявкнул Бизонов и глянул на меня: – Жди меня в фойе, я скоро выйду.

– Почему тебя? – уточнила, не понимая его намека.

– Чтобы не натворила дел…

«Как пояснил! Я вот сразу поняла, что ничего он не объяснит».

Кивнула и направилась на выход. Поравнявшись с шикарным мужчиной, встречая его заинтересованный взгляд, смело представилась:

– Арина.

– Артур, – ответил интересный мужчина, дерзко улыбаясь, при этом отступив на шаг, чтобы открыть мне дверь.

«Какой мужчина!»

Вышла из кабинета и поспешила к лестнице. Не успела спуститься, как среагировала на вибрацию своего смартфона. Выхватила телефон и, увидев входящий номер, вспомнила о моменте «икс», который скоро наступит.

– Да, папа, – как можно веселее поприветствовала его.

– Мы в городе… – просветил меня отец. В его голосе слышала нотки раздражения. Он двигался в шумном помещении.

– А я на работе. Тружусь.

– Трудиться – это бизнес развивать, все остальное – бесполезная ерунда.

Конечно! Кто бы сомневался в его ответе.

– Мы сможем подъехать вечером. У нас корпоративы.

– Корпоративы у них… – брезгливо выдал отец. – Тогда ждем в девять часов. Справитесь, надеюсь? У нас график, если забыла.

– Непременно справимся, – сказала, надеясь, что к этому времени как-нибудь закончим. Бизонов обещал, значит, должен выполнить. Я очень надеялась на это.

– Хорошо.

– Адрес не забыла?

– Помню.

– Вот и отлично. Посмотрим, что в этот раз удумала.

– До встречи! – сказала и отключилась, понимая, что нужно непременно нормально заявиться и отыграть на высший балл.

Не успела выйти на улицу, как вновь загудела вибрация. Подумала, что вновь отец, но оказался неизвестный.

– Слушаю, – проговорила, уже морально подготавливаясь к общению с банками или мошенниками, но тут услышала:

– Привет, подруга. Не забыла меня? Это Яна.

«Такую точно нельзя забыть!» – весело подумала, вспоминая нашу встречу.

– Не забыла. Привет, – заметила, слыша ее довольный смех.

– Я удалила видео.

– Какое? – напряглась, пытаясь понять, о чем она говорит.

– Которым Дубов тебя шантажировал. Забыла об этом?

– Забудешь тут… – буркнула, вспоминая, как он зажал меня в коридоре. Ведь намекал на интим в обмен за молчание.

– Еще там несколько интересных записей нашла, как будет время, посмотри. Очень даже познавательно.

– Вот это да! – с восторгом выдала, искренне удивляясь ее помощи. Не ожидала.

– Обращайся, всегда помогу чем смогу.

– С меня обед, как только получу зарплату.

– Договорились, – воодушевленно сказала она и отключилась.

Смотрела несколько секунд на черный экран и хлопала ресницами. Нормально прощаться – не ее конек. Буду иметь в виду.

Глянула на окно директора. Очень надеялась, что Бизонов там не потеряется. Зарплата просто так не капает.

Хотя…

Капает.

Тогда пусть не торопится, подышу свежим воздухом за его счет.

Глеб

– Что это было? – спросил Артур, как только Арина вышла. Он развел руками и сделал шаг ко мне.

– Ты о чем? – грубо переспросил, рукой хватая папку с документами. Не хотелось опоздать на встречу.

– Кто эта девушка? Никогда не видел тебя взвинченным. Понравилась?

«Как много говорит мой зам. Раньше не замечал за ним…» – подумал, раздражаясь его присутствию.

– Ее зовут Арина. И не мели чушь.

– И чего ты так с ней носишься? Даже ревнуешь. Я у тебя год работаю, но не видел, чтобы так раздражался из-за женщины. Признайся, она тебя зацепила?

– Ты говори, да не заговаривайся, – грубо выдал, вспоминая слова девчонки о том, кто в ее вкусе.

Это же надо…

Покачал головой, удивляясь себе. Мне ведь плевать, а хотелось все крушить. Маленькая пигалица. Ей будто нравится играть у меня на нервах. Только этим и занимается.

– Слушай, а ты куда? Не забыл про встречу? Крупный контракт сулит огромный доход и открытие второго ЧОПа, как ты и хотел.

– Да, именно туда направляюсь, – рявкнул, удивляясь, почему он решил, что я могу о таком забыть.

– Тогда чего сказал девчонке, чтобы она ждала тебя?

– Она поедет со мной на встречу.

– Зачем? Да она молодая совсем, ни черта не умеет. Зачем ты ее тащишь на деловую встречу? Пусть учится…

Уже дошел до двери, но слова зама заставили остановиться. Обернулся, не понимая, почему он так взвинчен.

– Я не обязан объяснять, но чтобы ты не дергал меня, скажу: эта девчонка спасла мне жизнь в ту ночь.

Савинов застыл на месте, о чем-то размышляя.

– Не понял… Эта малышка раскидала шесть взрослых мужиков? Ты смеешься?

– Эта «малышка», – язвительно повторил, ощущая беспричинную непонятную ярость, – владеет боевыми искусствами, отлично работает ногами и руками в боксе и стреляет в яблочко. Еще причины нужны?

– Тогда ставь ее в инкассаторы.

– Я сам разберусь… – ответил и вышел из кабинета, быстро спускаясь по лестнице. Увидел Арину, скучающую на улице, и усмехнулся. Она сидела на скамейке и лениво раскачивала ногами. Повел челюстью, даже не удивляясь. Странно, что чай здесь не распивает.

Приблизился и, оглядев с головы до ног, совершенно серьезно поинтересовался:

– Отдыхаешь?

– Угу… – ответила она с очаровательной улыбкой, от которой стало не по себе. И чего она улыбается? И это на работе своему начальнику. Да я не помнил, когда сотрудники мне так скалились.

– Тогда поехали.

Она поднялась и последовала за мной.

– В девять мы должны быть у моих родственников счастливые и влюбленные. Ты обещал.

«И чего вечно мне напоминает? Склерозом не страдаю…»

– Я помню…

– И не забудь быть милым и добрым. Хотя бы постарайся…

Как раз дошли до машины, когда она выдала свое предложение. Повернулся и сказал:

– Непременно. У нас ведь пари. Только ты не спрыгни, когда я начну, – предупредил, уже обдумывая свои действия. Теперь ей не сбежать.

– Уж не сомневайся, – заявила она и спросила: – Так куда мы?

– На подписание важного контракта.

– А я там что буду делать?

– Меня охранять.

– А сам?

Даже глаз дернулся. Она издевается или, правда, мое терпение проверяет? Вот же нахалка!

– Я тебе за что плачу?

– Еще пока не платил, а стоило бы. Может, премию? Я бы очень была рада.

– Ты у меня даже неделю не работаешь, так что без премий.

– Такой жмот.

Даже не поверил, что услышал. Она меня жмотом назвала?!

– Что?!

– Говорю, что жалко, – поспешно исправилась девушка, надув губки. Выглядела очень… милой.

Черт, о чем это я?

Обычная девчонка с повадками пацана.

И характер у нее оставляет желать лучшего.

Пацанка.

Вспомнил о страстной ночи, и тело сразу напряглось. И если бы только тело! Вечный стояк вызывал агрессию.

Не хотелось признавать, но я вспоминал о том, что произошло в ту ночь.

Да и как забыть, когда она провоцирует меня? Своим видом, словами, да и всем, что неимоверно раздражало, так как реагировал по полной программе. Ничего не мог с собой поделать. Вчера отправился до знакомой, рассчитывая решить проблему. И началось все прекрасно, а потом в какой-то момент на глаза попался кухонный стол, и воспоминания о неудавшемся сексе утром заглушили все желания и потребности. Швырнул деньги полуголой Анфисе, от изумления хлопающей ресницами, и отправился на работу.

Так меня еще не штормило от женщины. Даже от Кристины, с которой хотел создать семью. Она устраивала во всех отношениях, как идеальная партнерша. А с этой будто в адское пламя, притом живьем, без подготовки.

Требовательный тон девчонки вернул в реальность.

– Ау, товарищ начальник! Ты здесь? Третий раз спрашиваю, а ты не слышишь. Что от меня требуется?

Отвлекся. Покачал головой, удивляясь своей несобранности в последние дни, и выдал:

– Ты молча ходишь за мной и все контролируешь.

– Есть опасения?

– Думаешь, я просто так взял тебя, чтобы отлынивала? – спросил, чтобы поняла глупость своего вопроса. На самом деле сам не понимал, зачем ее потащил за собой. Обычно на такие встречи иду без сопровождения, даже Артура не трогаю.

– Да куда мне на твою доброту рассчитывать. Как-нибудь обойдусь… – со вздохом заметила Арина, с грустью поглядывая в окно.

Все же придется ей выделить премию. Денег у нее действительно нет, насколько понял.

– Рад, что ты понимаешь… – не удержался от фразы.

– Еще бы…

Дальше мы двигались молча, пока через тридцать минут не завернули на парковку перед торговым центром. Девушка вышла, а я задержался на минуту, хватая папку с документами и борсетку. Главное – ничего не забыть.

Вышел и только сделал шаг, улавливая боковым зрением тонированную черную машину, проезжающую мимо. В следующую секунду одновременно услышал звук выстрела и женский крик со стороны. Но среагировать не получилось, так как меня отшвырнуло на асфальт под тяжестью тела.

Раздался второй выстрел.

Понимая, что в девчонку второй раз пустили пулю, рыкнул и быстро ее подмял под себя. Руками стал проверять лицо, хрипло выдыхая:

– Арина… Арина! – второе слово уже прокричал, так как она лежала с закрытыми глазами.

Пушистые ресницы распахнулись, отчего напряженно застыл, ожидая ее слов.

– Ой, только не ори мне в ухо, и так оглушило. Вот это работенка… – жалобно пискнула она, начиная руками водить по бронежилету. – Уволюсь к чертовой бабушке.

Очнулся после ее слов.

Жива!

Но ведь подставилась под пулю!

Дура!

– Сумасшедшая, ты чего натворила? – взревел, впервые в жизни испугавшись за кого-то. И ведь, идиот, сам ее сюда потащил. Но кто бы мог подумать, что она отчаянно бросится меня закрывать своим телом?

– Сними… – пробурчала она, кусая губу. – Спину нужно проверить.

– Ты как? Попала пуля? – хрипло спросил, начиная ее переворачивать.

– И не надейся! – выдохнула она и скривилась. – Но у меня так внутренности болят, будто их под прессом сдавили.

– Проклятье! Теперь будешь дома сидеть. Поняла?

– Не нужно отнекиваться, премию ты теперь мне точно должен. И желательно прямо сегодня.

Осторожно сняв бронежилет, стал смотреть спину. Крови не увидел, что успокоило. Но зная, какие следы оставляют такие пули, понимал, что девчонке не позавидуешь.

Первая пуля пролетела мимо, а вторая пробила слои, но не достала до тела. Отшвырнул бронежилет в сторону и, сняв свою куртку, помог одеться девушке.

– Знаешь, – начал я и, подхватив ее на руки, понес к машине, через несколько манипуляций усаживая на пассажирское кресло, – да я вроде как жениться должен на тебе после такого.

– Премия лучше, – с вымученной улыбкой заявила она и посмотрела в сторону здания. – Так что, идем? Контракт сам себя не подпишет.

– Ты о чем? Нужно в больницу… – сказал, выхватывая свой смартфон.

– Нормально все со мной. А чтобы усилия были потрачены не зря, ты просто обязан подписать этот проклятущий контракт. Я зря, что ли, пулю на себя взяла? – пробурчала она и потянулась к бутылке с водой.

Перехватил бутылку и открыл, подавая ей.

– Выдержишь?

– Да.

Кивнул ей и, отмечая, что есть время, быстро набрал своего зама. Он не отвечал. Пришлось звонить Громову, боевому товарищу, с которым вместе служили. Он работал в следственном комитете следователем и по идее должен находиться на месте.

Как раз подъедет…

И бригаду скорой помощи не помешает вызвать, чтобы проверили отчаянную «малышку».

Арина

Договор подписан.

Боевые товарищи встретились и поработали на территории нападения.

Меня сто раз проверили, сделали укол и сдали Бизонову.

В данный момент мы подъезжали к дому, чтобы переодеться. Не хотела, но мне вроде как нужно. Не могла отказаться.

Планировала сегодня надеть платье, чтобы быть красивой, но чуда не случилось. Да и какое теперь платье? Брюки и водолазка отлично сойдут. Так что все как обычно, смею заметить.

Машина заехала во двор и через минуту остановилась. Хотела выйти, как услышала приказ:

– Сиди!

«Командир какой!» – мелькнула раздражительная мысль.

– Решил джентльменом побыть? – пробурчала про себя, когда он открыл дверь и перехватил меня на руки. И это он без куртки в чудесный морозный вечер, так как она до сих пор была на мне. Я предлагала вернуть, но Бизонов проигнорировал мои слова.

– Не нужно! Мне так неудобно. И вообще, зачем таскаешь меня на руках? Сама могу отлично ходить.

– Так будет быстрее. Забыла, что у нас еще мероприятие? По твоей милости теперь.

– Забудешь тут… – буркнула и начала дергаться в его руках. – Поставь меня!

– Сейчас на спине окажешься, если еще раз дернешься.

Нахмурилась и присмирела. Не хотелось, чтобы он воплотил в жизнь свою угрозу. Дикарь же.

Оказавшись на постели в гостевой комнате, которая временно была моей, наблюдала, как Бизонов шастает в моем шкафу. Даже интересно стало, что он так усиленно рыщет?

– У тебя ничего нормального нет? – вдруг услышала я.

– То есть нормального? Что тебе там не нравится? – с возмущением уточнила у него.

– Девчачьих тряпок нет, как у всех девчонок? – таким вот придирчивым тоном спросил, что захотелось что-нибудь в него запустить.

Серьезно? У нормальных?

А я кто?

– То есть, нет? Все есть. Я взяла только несколько платьев. Они в спортивной сумке в пакетиках.

– А остальное где?

– В гараже, – в тон ответила, не понимая, почему должна оправдываться. За нижнее белье не потребует отчета?

– Ты серьезно? Платья в гараж, а спортивные в шкаф? – спросил Глеб, выпучив глаза. Видимо, ну очень удивился.

– Да у меня с недавнего времени ни шкафа, ни квартиры. Я ведь не могу все свои вещи таскать в баулах по друзьям, да по съемным квартирам. Может, еще байк притащить? – рявкнула, ощущая боль в спине. Будто по мне каток промчался на скорости.

Эх, сейчас бы полежать, а я вынуждена слушать недовольства некоторых.

С такими темпами у Бизонова никогда не будет настоящего брака. Так что пусть радуется нашему, хоть для галочки будет числиться.

– У тебя есть байк? – уже заинтересованно уточнил он. Видела интерес в его глазах. Тоже любитель?

– И еще какой! Монстр! – чудесно выдала, радуясь, что тему сменили.

Глеб задумался на долгую минуту, а потом выдал:

– Интересно…

– Очень… Особенно когда ты уж что-нибудь выберешь, раз по своей инициативе сотрясаешь тут ветер. Я бы и сама справилась.

Мужчина тотчас подхватил сумку и поднес ко мне, предлагая выбрать. А что там выбирать? Всего три платья, и одно из них он снимал той неадекватной ночью.

Стало не по себе от внезапных картинок, которые появились в моей голове. И ведь так старалась об этой ночи не думать. Уж слишком накалялась от воспоминаний.

Как только решу вопрос с родителями и с жильем сразу же найду себе мужчину. Ну, как, найду? Постараюсь найти, если время будет. А то ведь в такие яркие моменты невольно думаю о Глебе. Нужно сменить главного героя в этих страстных картинках.

– Я планировала надеть брюки с водолазкой. Платья открытые, а у меня уже пошел синяк на всю спину. Подумают, что у меня муж – знатный садист.

– Тогда «да», не стоит, – вдруг мужчина задумался. – Но черт! Моя жена как пацанка. Думаешь, они поверят?

– А мой муж – мужлан, – не осталась я в долгу. – Им же придется верить.

– И с чего я такой?

– А ты будь добрее, и люди потянутся.

– Хорошо. Где водолазка и брюки? – деловито начал он.

– Первая и пятая вешалки в шкафу.

– Так точно помнишь?

– Да. А что, плохо?

Бизонов направился к шкафу и достал нужные вешалки, бросая их на кровать. Справился! И это за полчаса…

– Можешь идти, – предложила ему, понимая, что с такими темпами мы только в полночь заявимся к моим родственникам.

– Я помогу.

– Мне бы еще в душ. Тоже будешь помогать?

– Ты нормально выглядишь, – совершенно серьезно заявил он, вызывая мой изумленный взгляд, а еще озадаченное лицо.

Глазами заострилась на лохматой шевелюре, выпирающей со всех сторон из моей некогда чудесной косы, и заметила:

– Если забыл, то я там на асфальте снег головой расчищала, да и ты потом усердно затирал моей грудью то, что не успела головой.

– Понятно, – смиренно выдал он и, осторожно ухватив меня за талию, резко поднял, возвращая ногами на паркет.

– Я еще морально не подготовилась, а ты меня дергаешь.

– Дорогая моя женушка, – отчеканил он невероятно рычащим тоном, напоминая голодного Серого Волка, – я стараюсь помочь, так что будь благодарна, как я тебе.

– И сильно благодарен? – деловито уточнила, вспоминая про премию. Вопрос остался в зависшем состоянии. Непорядок…

– Если ты про премию, то я уже сказал Наталье перечислить тебе сумму.

Наталья?

Да неважно!

Улыбка на моем лице расцвела до ушей, а Бизонов стал что-то там бурчать про странную девчонку. И это он про меня, что сейчас не расстраивало. Премия всегда повышает настроение.

– Руки подними.

– Я могу сама… – не успела сказать, как мне помогли поднять руки, и в следующее мгновение водолазка исчезла. Дальше Бизонов принялся за брюки, притом с таким видом, будто он каждый день это проделывал.

Как только справился, Глеб вцепился в мою талию, касаясь пальцами трусиков.

«Мать моя женщина!»

Не ожидая подобной наглости, я визгнула и оттолкнула мужчину в сторону, прикладывая максимум силы.

– Бизонов!

– Что? – взволнованно выдал он, пряча руки за мощной спиной. Смотрелось довольно забавно. – Я ведь помочь хочу.

– Уж справлюсь без тебя. Поверь, я не калека. Не знаю, что ты со мной возишься.

– А что раньше не сказала? Я бы не старался.

– Проверяла, насколько ты благодарен.

Вдруг в его глазах увидела что-то темное, опасное, но такое завораживающее, отчего забыла, как дышать. Он сделал шаг ко мне и серьезно заявил:

– Так я уж очень благодарен и готов на…

– Угу, поняла уже, – перебила его, чтобы не услышать ничего провокационного. Кто меня знает? Может, соглашусь, что нежелательно. Мне с ним работать. Улыбнулась и любезно просветила мужчину: – Дверь там, так что прошу на выход. И в благодарность лучше приготовь мне поесть.

– Мы вроде как на ужин идем.

– Ага, к моим родственникам, притом всем сразу. Там нас ждет допрос с пристрастием, и если только не взорвемся, то тогда уже ужин.

– Насколько понимаю, ты до этой части мероприятия не досиживаешь? – скорее уточнил Глеб, чем спросил.

– Обычно никогда.

– Тогда… стейк из свинины, деревенский картофель и несколько салатов.

– Бизонов… – сглотнула, понимая, что у меня сейчас слюнки потекут. – Если ты это все приготовишь, я рассмотрю твое предложение с замужеством.

Оглушила заявлением мужчину. Он завис на несколько секунд с растерянным лицом, потом собрался и, как обычно, нагло усмехнулся.

– Я не буду готовить, а закажу. Поблизости есть отличный ресторан. Там работает мой хороший знакомый.

– Шеф-поваром? – с надеждой уточнила я.

– Начальником охраны. Но шеф-повар – его родной брат.

– Тогда заказывай, – чудесно выдала, глазами показывая на дверь. Заблудился, насколько понимала.

– Но ты не закрывайся, вдруг упадешь в душевой кабине. Скользко, а ты сейчас еле сгибаешься.

– Я не хрупкая ваза, – сообщила ему, на какую-то долю секунды представила процесс помывки с помощью Бизонова. Ух! Что только не придумала. Ничем бы хорошим это мокрое дело не закончилось.

– Я в курсе, но все же…

– Иди уже.

– Я твой начальник, – с недовольством напомнил Глеб мне.

– Вот на работе и командуй, а на нейтральной территории у каждого свой горшок.

– Невероятно! – буркнул себе под нос мужчина и вышел из спальни, оставив улыбающуюся меня в полнейшей тишине.

Но это ненадолго…

Как только дернулась, спина сразу же превратилась в дряхлую доску. Скривилась от ужасных ощущений и осторожно стала подниматься, убеждая себя, свою спину и тело, что мы справимся.

Уж как-нибудь…

Находились у родственников час, а мне казалось, что вечность. Этот допрос с пристрастием длился бесконечно, и что больше всего раздражало, так это то, как Бизонов вел себя. Такой на удивление общительный и дельный, раскладывающий все по полочкам и даже не грубил. И первое, что он сделал, так это дерзко заявил, что я спасла ему жизнь, чем сразу сразила наповал. Притом серьезно и конкретно, что даже я поверила. Не знаю, что в его заявлении и рассказе нашлось интересного, но мама и тетя с кузинами начали странно охать, а отец, дядя и все по списку родственники в порядке убывания оценили характер и честность Глеба.

И еще бесстрашный Бизонов вечно дергал меня, обнимал, отчего у меня кожа начала электризоваться. От частого трения еще и не то начнется. Как котенка облезлого жамкал, которого хотят вылечить после того, как довели до плачевного состояния.

– А я и не думал, что Арина такая смелая, – задумчиво протянул дядя, потягивая бокал вина.

То есть, он не думал? А когда его прижал у ворот злой муж любовницы, и мне пришлось сломать ему руку, я не была смелой? Тогда он сказал, что я агрессивная и неуправляемая, но все же попросил не говорить тете об этом маленьком недоразумении.

– Она еще такая добрая, – с набитым ртом говорила тетя в процессе, уплетая заливную рыбу. Она, как и в художественном фильме «Ирония судьбы, или С легким паром!» режиссера Эльдара Рязанова оставляла желать лучшего. Кроме тети, ее никто не ел.

По секрету могу сказать, что в доме тети на столе было всегда все самое дорогое и изысканное, но вот употребить в пищу мог не каждый. Я лично только креветки могла уплетать, их невозможно испортить. Хотя очищала она их на твердую «три».

Как же замечательно, что Бизонов меня вкусно накормил, а так бы только облизывалась. Ради приличия иногда угощалась, чтобы не обижать хозяйку.

Замечу, странно было слышать похвалу от тетушки. Когда молодой любовник начал ее шантажировать и требовать денег, то она не оценила сочувствия и доброты своей племянницы. А я навсегда избавила ее от грязного шантажиста, покатав парня на своем байке. Он до сих пор посещает психолога, так как боится ходить быстрым шагом, а про транспорт уже не говорю. У нежного и чувствительного альфонса начинается паника и рвотные позывы. Накатался на всю жизнь этот жадный лягушонок.

– Это так романтично! – с восторгом заявила мама, заставляя меня своей фразой подавиться креветкой.

Ого, это сказала мама? Суровый прожженный главный бухгалтер, который любые действия воспринимает в денежном эквиваленте?

А креветка на сухую не лезла…

Так подавилась, что схватила первое, что попало под руку, а именно бокал троюродного братца, который что-то усердно глушил. Внешне и по запаху напиток определила как сок.

Но оказалось, что это водка с апельсиновым соком. Притом второго ингредиента, на мой взгляд, он пожалел.

Слезы пошли из глаз, и я не говорю про мой открытый рот.

Как рыба открывала рот, щелкая ресницами.

Не знала, то ли ругаться на маленького алкашонка, который согласно моей памяти, учился в девятом классе, то ли оценить возможность приключений своей пятой точки, так как пить я совершенно не могла.

– Это любовь! Но с таким-то мужчиной и я… – довольно начала щебетать двоюродная сестра, уже как тридцать минут любовавшаяся моим мужем. И ведь по традиции ее предпочтений она любит упитанных мужчин с огромными кошельками. И тут мой Глеб стал «таким мужчиной»!

Прищурилась и посмотрела на нее. Как-то никогда не подозревала, что она мне не нравится. Вот сейчас поняла.

– Викуль, с моим мужчиной… – напомнила ей, при этом хищно улыбаясь. Замечу, она получилась страшная, слишком разъехалась.

Улыбка сошла с очаровательного лица нашего молодого экономиста, работающего в крупной строительной фирме. Насколько знала, все Викторию хвалили по словам семьи. Она не то чтобы отдыхать не могла, а слова такого не знала. У нее любовники были исключительно коллеги, чтобы, не отходя от рабочего стола, все успевать. Поэтому двадцать четыре на семь – у нее только работа.

И вот этот трудоголик подвис на моем муже.

– Ой, сестренка, ты ничего не понимаешь. Если бы меня спас такой мужчина, да я бы…

Громко щелкнула зубами, очень даже напоминая Бизонова. Видно, дурной пример заразителен.

Пожалуй, еще несколько замечаний, и я вновь буду для семьи дикой, неуправляемой и грубой.

– Это она меня спасла, – отчеканил Бизонов, что не ожидала, поэтому подвисла. И вдруг он добил, так как поцеловал в губы.

Пораженно хлопнула ресницами.

И вроде ничего особенного, просто чмокнул, но у меня мгновенно сработала перезагрузка.

И что интересно, мне захотелось продолжения.

Но нельзя!

Он начальник, а я сотрудница, которая отчаянно хотела дальше работать в ЧОПе «АРТ-Охрана». Особенно любовь проснулась после получения премии. Достойная, что очень порадовало.

– Ммм… – единственно, что получилось сказать.

– Доченька, ты что-то покраснела…

«А как тут не покраснеть, когда у вас ребенок за столом хлещет сок с водкой? Точнее, водку соком запивает!» – подумала, заставляя себя молчать.

– Она от любви… – за меня ответил Бизонов и прижал к себе. Замечу, стул мой рядом с его стулом стоял, поэтому я буквально в мужчину упиралась, вдыхая волнующий аромат парфюма и пьянящий запах его кожи.

– Угу, – сказала, понимая, что нужно убегать. Деньги есть, можно и в гостиницу. Либо проблемы мне гарантированы.

Не сегодня, конечно, а уже потом…

– А у вас большой дом? – поинтересовалась любопытная мама.

– Спортивный зал имеется? – спросил папа.

– Очень. Приглашаю вас погостить, – неожиданно заявил Бизонов располагающим тоном.

Мое лицо вытянулось, а зрачки стали уменьшаться, напоминая щелки.

«Что?! Погостить?! Бизонов с ума сошел?! Когда упал, мозг повредил?» – подумала и ущипнула его за бедро.

Бизонов никак не реагировал, только лишь бросил хищный взгляд на меня, предупреждая о чем-то. Но о чем он может предупреждать? Глеб уже натворил проблем по самое «о-го-го».

Гостей еще не хватало…

Тем более, когда я поняла, что родители поверили в нашу игру, незаметно от всех стала искать гостиницу. И этот интригующий момент поиска Глеб точно видел, у него же шея как у лебедя. Гадкого, до белого ему далеко. Получается, что он в курсе. Так зачем приглашает?

– Как-нибудь в другой раз, – вставила свои три копейки. При них мне не только гостиница не светит, но и гостевая комната в доме Бизонова. Замечу, что у него только две жилые спальни.

Такой домище отгрохал, а почти все комнаты пустые. Очень интересно, чем он в них занимается? Танцует? Ремонт ведь в каждой комнате.

– Любимая, твои родители ведь скоро улетят, а ты соскучилась. Я все понимаю… – со знанием дела выдал Глеб, удивляя еще больше.

«Что он там понимает? Толстокожий лимон!» – мысленно все ему сказала, обещая глазами расплату. Если приглядится, то точно увидит мою благодарность в прищуренных зрачках.

– Да, нам будет очень приятно, – согласилась мама, радостно поглядывая на отца.

Чуть не подавилась слюной от нахлынувших эмоций. Притом не самых положительных, смею заметить. Приятно – это когда номер «люкс» с чистым бельем и отдельной душевой кабиной, плюс завтрак из ресторана. У Бизонова навряд ли найдется третий комплект постельного белья, и ванная комната на втором этаже в единственном экземпляре. Если бы была не такой наплевательски простой, то задумалась, а когда он менял белье?

И касательно завтрака… Я бы не рисковала родителям с их привередливыми желудками что-то употреблять у Бизонова. До вчерашнего дня в холодильнике жил призрак повешенной мыши, который выращивал плесень на потрескавшемся куске сыра.

– Я бы с удовольствием, – поддержал отец, шикарно улыбаясь.

Даже лицо вытянулось. Обычно папа не такой довольный.

В какой-то момент я поняла, что Бизонов им действительно понравился и еще… что меня они стали воспринимать иначе.

В гости рвутся с боем.

А там вот такой беспорядок. В моей комнате точно. В ванной комнате сохнет постиранное нижнее белье на трубе, на кровати полотенце. Случайно забыла.

Ну, я и не говорила, что чистюля. Лично меня все устраивало, если не было времени. Поэтому уж как есть.

Зато честная!

Когда приспичит…

– Но тетя Раиса вас так ждала. Не будем ее расстраивать… – не сдавалась я. А как еще? Я вспомнила о том, что посуду мы не успели убрать. Да, знаю, плохо, но для Бизонова важно было не опоздать. Так что лежит она грязная в раковине и нас дожидается.

И ведь только похвалили, полюбили, и на тебе! Здравствуй, непутевая Арина!

– Ой, не переживай, Ариночка! – сладко запела тетя. – Столько гостей приехало, что просто комнат столько нет. Я ведь как раз задумывалась, куда всех спать укладывать? И вот отличный выход!

«Да они сговорились! Как это она не знает?! А я подскажу вариант. Матрац на пол… и в путь. Штабелями даже можно. А если не нравится, то гостиницы никто не отменял», – мысленно кричала, но вслух не произнесла ни слова. Я усердно сдерживалась, ногой надавливая на стопу Бизонова.

И как улыбалась при этом! Будто для конкурса «Мисс улыбка» старалась. Главное – чтобы мышцы не треснули от усердия.

– Тогда решено! Вы погостите у нас, – шикарно заявил Глеб, не обращая внимания на меня.

«Убью его… Нет, задушу подушкой! Чтобы никто не слышал…» – подумала, уже прикидывая в голове варианты.

И вот мы подъехали к дому. Признаться, последние пять минут что только не думала, даже решила признаться. Ведь сами все поймут, когда окажутся в доме.

– Не переживай, тебе врач сказал же… – вдруг заявил Глеб, отчего я выпала в осадок, так как понимала, что родители не так поймут его слова. Совсем не так!

– Ох, а почему ей нельзя волноваться? Арина беременна? Я стану бабушкой? Я еще не готова… – взбудоражено выдала мама, что я ожидала, как только Глеб открыл рот. Додумался что сказать!

Нужно ведь осторожно продумывать слова, будто идешь по минному полю. И неважно, что это «липовые» родители жены, со всеми нужно осторожно, чтобы не влететь в неприятности.

– А я готов… – заявил папа, на что не удержалась и обернулась. Он меня сегодня удивлял. Отдых от работы ему однозначно на пользу. Раньше видела его только мельком, уткнувшегося в телефон или в телевизор. В процессе поглощения еды он на автомате выдавал стандартные фразы, даже не вслушиваясь в мои рассказы.

И сегодня вот такой активный и понимающий.

– Нет! – громко воскликнула, желая поскорее всех успокоить. Ладно папа, а вот маму удар может хватить. До шестидесяти лет эту женщину внуками желательно не беспокоить. – Ничего подобного!

Все взгляды переметнулись на водителя. Родители ожидали подтверждения у Глеба.

Нормально…

А почему не у меня?

– Арина сегодня неудачно упала, – пояснил мой липовый муж. Слава богу, додумался!

Вот что творит?

– Как упала?! Что-то серьезное?

Никогда не чувствовала нежности и заботы родителей, а за сегодняшний день переизбыток.

– Я упала на тебя, так что нормально, – не растерялась, желая поскорее завершить неприятную тему.

– Тогда почему такая расстроенная?

– Вовсе нет, – буркнула, пытаясь состроить улыбку, но уже не получалось. Лимит есть на все, в том числе на улыбки. У меня уже мышцы отказывали.

Ворота открылись, и мы заехали во двор Бизонова. Специально шла последняя, чтобы удар недовольства принял Глеб. Сам захотел, вот пусть получает. И только я приготовилась, как услышала:

– Ой, как у вас уютно! А пахнет как!

Нахмурилась. Допустим, пахнет парфюмом Бизонова, на этом можно закончить с восторгом и переходить к тяжелой артиллерии.

Странно, что она не споткнулась об обувь на пороге, по идее должна была.

– А как чисто!

Уже ничего не понимала, поэтому решила проверить, насколько мама переволновалась и немного ослепла. Прошла вперед и, отодвинув отца в сторонку, осмотрелась по сторонам. Точно помню, что в этом месте уронила шарф, а вот в том углу спортивную куртку. Но все было разложено и развешано по шкафам.

Что за чудо?

Дальше еще лучше… В кухне все благоухало и блестело, а на столе стояло что-то весьма ароматное в стеклянном противне на дощечке.

– Ммм… Пирог! – предположила мама и, подняла фольгу, вдыхая аромат. – Персиковый!

Восхищенный взгляд родной женщины остановился на мне. Сглотнула и, желая избежать вопросов, поспешно выдала:

– Мама, вы с отцом располагайтесь, а мне нужно срочно отойти. Срочнее некуда…

Замечу, что спина болела нещадно. Именно сейчас ощутила в полной мере. В доме тети еще действовал укол, а сейчас уже нет, и боль огнем распространялась по спине. Таблетки у меня где-то были, но предстояло найти их в спальне, где все раскидала.

Быстро добралась до комнаты, резко распахнула дверь и зависла в немом вопросе.

Моих вещей не находилось, как, впрочем, никаких следов от пребывания в гостевой спальне. Все чисто, даже стерильно, я бы сказала.

Это как?

У Бизонова ночью в доме пашет раб? Люди ведь ночью не работают…

Другого варианта я не видела.

А мое белье?

Быстро прошла к дизайнерскому радиатору, но ничего не нашла.

И куда этот раб спрятал мое белье? Притом нормальное, которое мне очень нравилось. Вышла из комнаты и налетела на Бизонова. Он перехватил меня за талию, прижав к себе.

– Все нормально? – спросил Глеб, вглядываясь в мои возмущенные глаза.

Бросила взор в сторону лестницы, чтобы понять, куда он подевал моих родителей. Голоса раздавались в гостиной. Прищурилась и тихо осведомилась:

– И куда мое белье подевалось?

– В нашей спальне, дорогая, – чудесно заявил он, улыбаясь глазами, что находила довольно привлекательным. Ему идет.

– В нашей? – уточнила, давая шанс исправиться. Однако сегодня странный день. Точнее, вечер, а лучше ночь.

– Ну да, где еще должны быть вещи моей жены?

«Все же он хорошо приложился головой об асфальт…» – подумала, почесав затылок.

– Не увлекся?

– Я подошел к делу так же ответственно, как и ты к своей работе.

– И это твоя благодарность? – подозрительно уточнила у него, все еще прислушиваясь к голосам.

– Считаешь, я такой сухарь, что не могу быть благодарен?

– Я уже боюсь с тобой спорить, – честно ответила.

– Точно. Ты ведь проспорила, – выдал Глеб, хищно улыбаясь. Прямо вот не по себе стало от его пронзительного взгляда. И что я ему проспорила?

– Еще нет… – ответила, намекая, что родители пока не улетели.

– Ты проспорила, дорогая моя. Я был невероятно…

Послышались шаги. Не успела ответить, как вдруг Бизонов притянул к себе и поцеловал.

И как поцеловал!

Смело.

Дерзко.

Собственнически.

Даже забыла про свою больную спину, полностью отдавшись на милость невероятных ощущений и бушующих эмоций.

Не поцелуй, а бешеный ураган. Даже дышать нормально не могла.

– Вот и наши дети, – довольно пропела мама, возвращая меня в реальность. Застыла, мысленно взглядом обещая расплату хитрому лису, довольно скалящемуся мне.

Насколько слышала, папа на мамину фразу только радостно хмыкнул, но это я только сейчас поняла. Тогда было не до них.

Виновато улыбнулась, понимая, что впервые в такой нелепой ситуации, и стала лихорадочно что-то придумывать. Особо мозг не работал, поэтому что уж пришло на ум:

– Проверила комнату для вас. Можете располагаться…

– Как хорошо, – подхватила мама, двигаясь к нам. – Если честно, так устали. Мы тогда спать.

– Точно, – подтвердил отец, обнимая маму за талию.

– Ты завтра работаешь? Мы бы поговорили и по магазинам сходили, – неожиданно предложила мама.

«Это она мне…» – понимала я, стараясь не показывать свое удивление.

– Я…

– Да, у нее выходной. После падения на спину ей лучше отдохнуть несколько дней, – заявил Бизонов, просвещая не только родителей, но и меня.

– Какой заботливый муж, – протянула мама, улыбаясь Глебу, на что он тоже что-то пытался там состроить в виде улыбки.

Оказывается, какой способный актер.

И даже не актеришка…

Хитровымудренный жук! Притом уж слишком обаятельный на сегодня.

– Конечно. Согласен, – папа вечно вставлял свои одобрительные комментарии, что уже стал глаз дергаться. Вот я совсем не рассчитывала, что Бизонов может кому-то понравиться, а тем более моим родителям. А тут у нас картина маслом «Любимый зять за вечер». Это же нужно так постараться.

– Тогда отлично, – сказала, напоминая себе поставить галочку, чтобы эти дни мне точно оплатили. Вдруг Бизонов решил на мне сэкономить?

Не получится.

Мама подошла ко мне и обняла со словами:

– Спокойной вам ночи.

– Спокойной, – ответила, обнимая отца.

Когда они исчезли в комнате, я посмотрела на мужчину и только сделала шаг, как вдруг почувствовала боль в спине.

Опять!

Там будто что-то треснуло на части.

Не успела рот открыть, как взлетела, притом стоя. В таком чудесном положении Бизонов нес меня, пугая решительностью на своем лице.

– Ты чего? – пискнула, не понимая, куда он меня тащит.

– Не дергайся, сейчас намажу отличным обезболивающим средством.

– Нет! Только не мазать, тем более мозолистыми руками. Ты смерти моей хочешь? – пискнула я, стараясь громко не верещать, чтобы не привлекать внимание соседей напротив.

– Укол?

– А ты умеешь ставить? – моему удивлению не было предела.

– Да, – уверенно заявил Глеб, вызывая во мне восхищение. Так, на секундочку.

– Ладно уж, но только потому, что выхода у меня нет, – пробурчала, ощущая его руки. Он невероятно быстро меня раздел и повернул спиной к себе, громко заявив.

– Тебе как? Стоя или лежа?

– Стоя…

– Тогда подожди немного.

Через десять минут я лежала в кровати после укола. Меня даже укрыли, так как не стала ничего надевать на тело, оставшись в нижнем белье.

– Больно? – вдруг услышала вопрос.

Решила промолчать, чтобы не считал меня нытиком.

– Знаю, что больно. Но укол скоро должен подействовать. Ты молодец, столько продержалась.

Дальше молчала, вдруг понимая, что Глеб не такой уж противный. Даже… заботливый. Черт, он не только моим родителям понравился, но и мне.

Странно и… пугающе.

Но это временный порыв правды. Завтра он будет вновь невыносимым наглецом.

– Хочешь, признаюсь тебе? – вдруг спросил он.

«Мне все равно!» – решила я и повернула голову в его сторону.

– Хочу.

– Впервые в жизни я захотел сделать что-то для другого человека просто так, – вдруг услышала интересное признание.

– Почему?

– Потому что ты так делаешь. Дурной пример, знаешь ли, заразителен.

– Я зарплату за это получаю.

– Не скажи… Я, опытный боец, пропустил момент, а ты ведь новичок, а пошла в защиту. Я не ожидал. Да и тогда… я ведь уже не верил, что меня хоть что-то спасет. Очнулся, а меня уже избивают ногами.

– А как так?

– Девушка молила о помощи…

– И ты даже помог?

– Так она на проходе стояла, а у меня ночная пробежка.

– Теперь не будешь помогать?

– Если только ты рядом… – весело заявил он и подмигнул мне.

Засмеялась и вдруг призналась:

– Я тоже люблю бегать, а еще ходить в горы или отдыхать в лесу с палатками, чтобы как минимум застрять там на недельку.

– Твои родители в курсе, какая у них выросла активная экстремалка?

– Я всегда им говорила про соревнования, походы, забеги, бои, но они не слушали. Иногда сама отправлялась в поход, но это скучно. Если было время, то брала Фирсова.

– Травматолога?

– Его самого.

– Ты его любишь? – как-то тихо спросил Бизонов, уткнувшись лицом в потолок.

– Как друга…

– Понятно.

– А еще… я люблю Новый год и Рождество. Только мы всегда его праздновали в теплых странах, как перелетные птицы. Не было даже смысла ставить елку. Нет, я брала маленькую размером с ладонь, а потом смотрела новогодние фильмы и завидовала всем, кто отмечает эти праздники.

– Знаешь, у меня ведь нет елки, как и игрушек.

– Даже не удивлена, – задорно выдала, начиная хихикать.

– Раз ты выходная, то можно купить.

– А ты не работаешь?

– Куда я без тебя? К тому же договор уже подписали, можно устроить себе каникулы.

– Но я ведь уеду.

– Никуда ты не уедешь.

– Это почему?

– Проиграла, так что месяц будешь жить здесь, – деловито заявил он, будто мы с ним договор подписали, а не пари заключили.

– Что? – спросила и резко поднялась, но спина напомнила о себе, и я вернулась в прежнее положение.

– То! Ты проиграла пари, – мужчина задумался на секунду и вдруг протянул: – Подумай о выгоде. Тебе не нужно будет целый месяц оплачивать квартиру.

– Это да, плюс огромный. Но зачем это тебе?

– А мне… надоело быть одному. У нас ведь в теплые края не летали, постоянно работали, не замечая праздников. Думал, что исправлю это недоразумение, как буду жить один, но оказавшись на улице в восемнадцать лет, я стал жить только работой, превратившись в своих родителей.

– Тогда мы оба мечтаем о елке? – довольно заметила я.

– И я о том же. Как только родителей проводим, а можно с ними, то купим все необходимое.

– Если только укол поставишь, – пробурчала я, глянув на часы, как-то не ощущала мгновенного действия. Так, немного, а хотелось не чувствовать боли.

– В этом я профи.

Усмехнулась, не в силах удержаться, вспоминая, как он отменно хлопок мне поставил, а потом зарядил шприцом. После такого хлопка мне было не до иголки.

– Ага… Профи.

Вдруг почувствовала тепло, Бизонов поправил мое одеяло.

– Спи. Сегодня у тебя был тяжелый день.

– Завтра будет еще тяжелее, когда придется готовить. Если, конечно, твой раб-домовой не сотворит чудо на кухне… – зевая, проговорила я мысли вслух. Так спать вдруг захотелось.

– Раб-домовой?

– Ну кто-то же вылизал этот дом и приготовил пирог.

– Тетя Клава позаботилась. Она живет через два дома, прибирает по вечерам или по утрам. А что нужно приготовить?

– Без разницы, лишь бы не я.

– И что мне за это будет?

– Я тебя поцелую… – весело ляпнула, начиная засыпать.

– Договорились! – как-то легко согласился он, заставляя задуматься. Хотя… мозг уже отключился.

– Я пошутила, – заметила, зевая в руку.

– Варианты уже не принимаются. Спи, а то буду приставать…

Кивнула и потеряла связь с реальностью, обещая себе, что завтра отвечу на его наивные мечты. Сейчас не до этого было. Только сон и тепло, которое ощущала в невероятных объемах, как никогда в этом нуждаясь.

Проснулась я на чем-то удобном, но относительно твердом и в то же время мягком. Потянулась, чтобы уж определиться, пока не поняла, что лежу на возбужденном мужчине.

Угу. Еще каком возбужденном!

Прямо о-го-го!

Или я сплю?

Да не-е-е-т. Таким вот живым сон не бывает, потому что я чувствовала движения горячей плоти.

Хлопнула ресницами и приготовилась к побегу. Даже боялась смотреть. И только дернулась, как меня резко схватили за талию и уложили вниз.

«Не спал. Ну, еще бы… кое-что мешает спать. Тут к бабке не ходи, можно было предположить», – подумала и распахнула глаза, встречаясь с голодным взглядом Серого Волка под фамилией Бизонов. Сглотнула и хрипло проговорила:

– У тебя повадки варвара.

– Если у них были такие жены, как моя, то ничего удивительного.

– Такие – это какие? – решила уточнить. Уж очень было интересно.

– Притягательные… – хрипло выдал Глеб и наклонился, накрывая мой рот в страстном поцелуе.

А целовать он умел. У меня не то что бабочки в животе запорхали, сразу новые гусеницы появились, следом превращаясь в куколки.

Столько эмоций получила, что готова была продолжать, помогать, соблазнять и дальше по списку, но Глеб отстранился и выдал:

– Вот так интереснее просыпаться. К тому же положение обязывает.

Серьезно?!

Родители как увидят, что мы тут соблюдаем положения? Им все равно!

А вот мне уже как-то нет…

– Положение? – недобро уточнила у него, мысленно уничтожая всех гусениц, куколок и тем более бабочек, чтобы не раздражали.

– Ты такая сексуальная, когда злишься… – вдруг хрипло выдал Глеб, заставляя мое сердце стучать с бешеной силой.

В какой-то момент стало абсолютно плевать на все, и я подалась к нему, но неожиданно о себе напомнила моя спина. Точнее, то, что она сейчас представляла – мощный синяк. Странно, что ребра мне не сломало от такого удара пулей в бронежилет.

Скривилась и вернулась в прежнее положение. Не сейчас.

И даже не завтра.

Потом как-нибудь…

– Опять? – взволнованно спросил Бизонов, отлетая от меня, будто от прокаженной. Хорошо хоть, что не перекрестился.

Неужели переживал, что меня случайно придавил? Так я вроде не маленькая.

Мои наивные мысли прервал следующий вопрос:

– Укол поставить?

Я о святом, а он про уколы. Как банально и… травматично.

Вспомнила этот его фирменный шлепок по моему мягкому месту и решила потерпеть. Потом еще там лечи… год.

– Без уколов обойдусь, – выдавила я, бочком поднимаясь, ощущая себя в полной мере инвалидом. – Потреплю уж как-нибудь. Только в душ я первая.

– Могу с тобой пойти. Потру спинку, – вдруг нагло заявил Бизонов, сейчас напоминая хитрого кота. Нет, именно лукавого лиса в курятнике.

– И без этого обойдусь… – буркнула, хватая свой халат, который кто-то откопал в моей сумке и положил на столик. Тихонько открыла дверь и выглянула, стараясь определить, есть ли кто.

Никого, что порадовало.

Только на цыпочках поплелась по коридору, как услышала громкий голос Бизонова:

– Любимая, если не выйдешь через десять минут, то я присоединюсь к тебе.

Чуть не поперхнулась слюной, на мгновение застыв статуей. Но когда дошло, сразу побежала, слыша приглушенные голоса из спальни, где отдыхали родители.

Услышали!

Закрыла дверь и прижалась спиной к твердой поверхности, качая головой.

– Он меня тренирует, что ли? – буркнула себе под нос. – Но ничего, я тоже так могу… Держись, муженек.

– Они уехали, – лениво заявил Бизонов, когда я вошла в кухню. После душа я поспешила в нашу спальню, но Глеба не нашла, как и родителей в гостевой комнате, когда решила заглянуть к ним, чтобы пожелать «С добрым утром!».

Остановилась, пытаясь понять его слова. Решив, что он шутит, я уточнила:

– То есть? За десять минут?

– За двадцать. Ты долго плескалась, – заявил Глеб, нажимая кнопку на панели кофемашины.

– А ты за пять моешься? – уточнила на всякий случай, возмущаясь тем, что все оказались недовольны тем, что я плескалась чуть дольше обычного. Но на самом деле плескалась я мало, а вот ползала по поддону душевой кабины долго. И все потому, что неудачно полочка полетела вниз, и мне пришлось все поднимать. Про ощущения не буду говорить, они непередаваемы.

– За пятнадцать.

– И еще наезжаешь на меня? Это я по твоей милости напоминаю старуху Изергиль, – буркнула, начиная движение к столу.

– Не переживай, тебе до нее далеко. И я проверял твое максимальное время на помывку, чтобы знать, утром можно тебя первой отправлять в ванную или уже мне.

– Проверяльщик тоже мне! И поверь, я в любом случае душ буду принимать первой. Бегаю я очень быстро, как молодой гепард, так что можешь не надеяться, – сообщила и села за стол, когда передо мной появилась тарелка с пирогом. Притом там был всего один кусочек. – Ох, это все, что осталось?

– Да, твои родители нам оставили всего два куска.

– Какие добрые у меня родители, – заметила, радуясь, что хоть это осталось. Привыкли, что всегда есть повар и еще приготовит, вот и мера отсутствует. Глянула на Глеба, который как раз нес две кружки чего-то манящего, с запахом кофейных зерен. – И чего они убежали?

– Сказали, что им нужно к кому-то заехать и что-то купить. Вернутся вечером на ужин.

Кто бы сомневался! Вечно так: одно планировали, а утром они все планы поменяли. Хотя такие они у меня и есть. Я привыкла.

Вдруг мой мозг обработал вторую часть предложения. Выпучила глаза и уточнила:

– Что? На ужин?! Я не особо умею.

– Это я сразу понял, – весело произнес Глеб и сел на стул. – Не переживай, после трех часов подойдет тетя Клава.

– Правда?

– Ну, я держу слово.

– А кому его давал? – уточнила, схватив пирог, начиная рассматривать со всех сторон. Выглядел аппетитно. Такой рассыпчатый, ароматный, с кусочками персиков.

– Тебе. Ты вчера просила. Забыла? – серьезно уточнил Бизонов, при этом глаза его смеялись.

Застыла на месте с куском в руках. Правда, что ли?

Стала усиленно вспоминать.

Действительно, ночью в постели мы беседовали. Только вот начало помнила, а конец в памяти безжалостно стерт. Так, отрывки фраз.

– И ты согласился? – уточнила у него, надеясь на положительный ответ. Я ведь ничего не приготовлю, максимум закажу из ресторана. Нужно только у Глеба спросить телефон и название, чтобы на сайте посмотреть меню.

– Не просто так, с тебя поцелуй.

Задумалась и, поспешно укусив пирог, с полным ртом поинтересовалась:

– А утренний наш поцелуй не сойдет за плату?

– Это я тебя поцеловал, – придирчиво выдал мужчина, отпивая из кружки.

– Ах, ну да. Тогда потом…

– Тетушку Клаву тоже потом пригласить? – поинтересовался хитрый Бизонов, сверкая глазками.

– Как приготовит, так сразу. Идет?

Глеб засмеялся, но кивнул, рукой указывая на кружку рядом со мной.

– Это я сам, так что цени.

– И бесплатно? – на всякий случай уточнила.

– Все, что идет от меня, то безвозмездно для моей спасительницы, – не говорил, а уже хищно распевал. Насколько понимала, ему нравилось наше общение, раз так он широко скалился. Обычно ведь только рычал и ругал.

– Слава богу, а то рассчитываться с тобой весьма проблематично, – с облегчением заявила и дальше стала поедать пирог, запивая ароматным кофейным напитком. Притом ела с удовольствием, так как было очень вкусно. И даже пронзительный взгляд Глеба не мог усмирить мой аппетит.

Только когда доела, дернула головой и спросила:

– Что?

– Ты обещала вместе со мной поехать в магазин, чтобы купить елку и игрушки. Не рассчитывай пойти на попятную.

– А если я устану, ты повезешь меня в тележке? – начала придираться, чтобы понимал, что моей спине это может не понравиться.

– На плече.

– Тогда уж лучше на руках…

– Заметано. Допивай, и поехали, – выдал он и, поставив передо мной тарелку со своим куском пирога, к которому так и не притронулся, направился к выходу.

Нахмурилась, не понимая его порыва, но все же спросила:

– Он вкусный. Почему отказываешься?

– У меня еще звонок, а ты, чтобы все съела. Кормить до обеда не буду, – произнес Бизонов и исчез в коридоре. Покачала головой, удивляясь мужчине. Ему же хуже. Схватила пирог и с удовольствием принялась поедать.

– Ты весь магазин скупила… – то ли бубнил, то ли ворчал Бизонов, двигаясь вместе со мной в направлении кассы.

Она была где-то там… Далеко-далеко.

Так устала, что не верила, что мы можем выйти из торгового комплекса.

– Я выбрала самые красивые стеклянные игрушки, какие были. Между прочим, для тебя старалась. Ты против? – спросила, зная, что Глеб для виду возмущается. Замечу, он с таким интересом наблюдал за мной, будто я не выбирала, а ему стриптиз танцевала. Бизонов молча складывал в корзину то, что я ему передавала, даже не комментируя мой выбор.

Даже слова не сказал, а сейчас вот решил включить «обычного» Бизонова. Иногда казалось, что это он делает специально, чтобы не подпортить репутацию злого себя.

– Нет. Но ты еще к игрушкам накупила непонятно чего, – протянул Глеб, вдруг останавливаясь и показывая на игрушки в отдельном закутке, куда я еще не заглядывала. Там стояли ангелочки с крыльями разных цветов.

Сразу представила, где они будут стоять. На верхней полке над телевизором. У него там как раз ничего не было.

Оценила его жест остановки, как одобрение, и схватила два самых очаровательных ангелочка и еще бычка с крылышками. Кучерявый и милый уж очень мне напоминал доброго Бизонова.

Хотя…

Добрый – это не к Глебу.

Но нужно же к чему-то стремиться!

Пусть на бычка смотрит и успокаивается.

– Оценишь, когда будешь вешать на перила лестницы, а еще прыгать по крыше, устанавливая гирлянды. Не переживай, я буду снизу помогать словами.

– Кто бы сомневался, – с усмешкой заметил Глеб, вновь начиная движение. – Решила меня убить муторной работой?

Вдруг, откуда ни возьмись, появились дети, а если точнее, то тележка, движущаяся на меня. По смеху поняла, что управление железной махиной взяли на себя детки, которых даже не было видно из-за нее.

Я только собралась отойти, как оказалась в объятиях Бизонова. Он рукой схватил меня и прижал к своей груди, буквально распластывая на себе. Быстро сработал, что мне только оставалось хлопать ресницами с открытым ртом.

И еще этот его дерзкий и жадный взгляд…

Я даже на мгновение забыла, что нужно дышать.

А нужно!

Решила оттолкнуть, но тотчас забыла про свой план, просто застыв на месте.

Вероятно, мы странно выглядели со стороны, но ничего с собой не могла поделать, тем более что Бизонов прижимал сильнее.

Так бы и стояли, если бы рядом не прошла бабушка небольшого роста и буркнула:

– Встали тут на проходе, не пройти никак.

Поспешно убрала руки от груди Бизонова и отошла на шаг, так как Глеб отпустил. Понимая, что ситуация довольно странная и непонятная, вдруг начала:

– Насколько знаю, новогодние хлопоты приносят удовольствие, так что помни мою доброту. Я постаралась, чтобы нам с тобой счастья хватило с лихвой.

– Не сомневался в твоей доброте, – бодро заявил Глеб и показал на кассу, толкая приличных размеров тележку, в которой все было забито доверху. Притом пушистая белая белка на ветке смело смотрела вперед, указывая нам путь. И так как елку мы уже купили, поэтому это наш последний забег.

Не могу не отметить, с выбором елки все было сложнее и дольше. Оказывается, зеленую красавицу выбрать не так просто, как думалось. Живые нам не зашли, так как в последние дни декабря остались только косые, кривые, желтые или лысые. После четырех точек с елками мы отправились в магазин, где стали выбирать искусственные литые елки.

Думаете, нам стало легче?

Ничего подобного!

Когда большой выбор среди лучших и красивых, то и вовсе невозможно определиться. Потом мы уже стали играть в игру «Плюсы и минусы» и выбрали ту, где минусов не было.

– А нам еще нужно что-то покупать из еды? – вдруг спросила я, поглядывая на всех, а именно в их тележки с продуктами, ожидая в очереди. Никогда не видела столько людей, ожидающих в очереди.

– Нет. Тетя Клава со списком отправила охранника в магазин сразу, как приступила к работе, – ответил Глеб, поглядывая на ленту, где не было места.

– А так можно было? – уточнила я, понимая, что мы здесь застрянем навечно.

– Нам – нельзя. Где бы я увидел, как ты мучаешь Деда Мороза, позируя с ним? Я так и видел по его глазам, как он мечтал залезть под елку от тебя.

Вспомнила этот чудесный момент и засмеялась.

– Хоть раз в жизни я должна была это сделать, – ответила и нахмурилась, следом замечая: – Если не понравилась моя идея, то чего тогда выкрикивал: «Теперь встань между ними», «Нужно еще с елочкой, под елочкой и с оленем!», или еще: «Можно всех посадить на оленя, а ты их обнимешь». Не зря Дедушка Мороз сбежал, когда ты предложил мне поменяться местами.

– Он слишком маленького роста. Ты смотрелась с ним, как телохранитель. Странно, что еще на плечо не посадила.

Усмехнулась и, схватив искусственную ветку, хрястнула ему по плечу.

– Ты невыносим, – довольно заявила и, заметив, с каким возмущением Глеб посмотрел на свое плечо, а потом ветку в моих руках, добавила: – Она выдержала экзамен на прочность!

– Предлагаешь так стеклянные игрушки проверить?

– Думаю, не все оценят… – сказала и, отмечая, как все на нас смотрят и улыбаются, постаралась молчать, но мой желудок не поддержал идею и громко заурчал. Подалась к Глебу и тихо прошептала: – Я уже хочу домой. Если мы не поедим в скором времени, то я тебя съем.

– А если сейчас поедем? – деловито спросил Глеб, сложив руки на груди.

Насчитав десять человек, которые стояли до нас, я поняла, что это невозможно. Как минимум час нужен, чтобы кассиру раскидать всех.

– Тогда я тебя поцелую… – мило заметила, уже задумываясь о том, куда бы присесть.

В следующую секунду Бизонов лениво освободил свои руки и полез в карман куртки за телефоном. На экране Глеб нажал нужную цифру и, пока шел гудок, с шикарной улыбкой заявил:

– Одевайся! Сейчас Олег зайдет и займет наше место.

Понимая, что опять где-то просчиталась, покачала головой и застегнула куртку.

«А сразу он так не мог?!»

После знакомства с тетей Клавой, которая вручила голодной мне наивкуснейшую запеканку, мы начали устанавливать елку. То есть я ела, а Глеб устанавливал. Сам же усердный работник отказывался от еды, поэтому приходилось периодами подкармливать его, что он смиренно принимал.

Когда наша красавица уже стояла в центре гостиной, позволяя восхищаться шикарным видом, приехал Олег с игрушками и выгрузил на пол. Окинув оценивающим взглядом десятки пакетов, прикинув объем работы, я предложила припрячь Олега. Он как раз почти добежал до двери в надежде вовремя испариться, но не получилось. Бизонов по полной программе занял парня, отправив его на крышу.

Так что нам оставалось только украсить елку и дом.

Дальше началось веселье. Мы постоянно перевешивали игрушки, так как Глеб додумался все шары прицепить с одной стороны, а игрушки с другой, особо не заморачиваясь. Поэтому мне пришлось указывать, что и куда, чтобы выглядело цивильно. Спустя десять минут моих указаний Глеб понял принцип и стал меня учить, придираясь к мелочам, за что получал в ответ. Радовало, что наша война проходила на позитивной нотке со смехом, но с постоянным обещанием расплаты.

После елки началась установка декоративных украшений на лестницу, потом черед дошел до камина, в котором трещали поленья, а дальше уже как могли, так и пихали оставшееся. И все это под звуки телевизора, где шел новогодний концерт. Тетя Клава включила на выходе, обещая завтра в обед заглянуть. Вроде как Новый год намечался, и она обещала праздничный ужин.

В общем, через два часа мы сидели на полу в гостиной у дивана и уже ничего не хотели. Совершенно. Даже лоси в праздничных шапках и на двух длинных ногах это понимали, так как вместо того, чтобы стоять у лестницы, лежали под елкой.

– Предлагаю посмотреть фильм, – вдруг предложил Глеб.

– Если только с ужином… – согласилась, вдруг понимая, что мечтаю нормально поесть. Признаться, я так от физических нагрузок не уставала, как сейчас. Ноги гудели так, что хотелось задрать их к потолку, лежа на диване. А мягкий спаситель ведь совсем рядом – за моей спиной.

– А твои родители? – напомнил мне Глеб.

Точно! Они ведь должны приехать, а я совсем забыла.

Потянулась рукой к сидушке дивана, где бросила телефон, мечтая нащупать и при этом не подниматься. Долго бы искала, но Глеб спас ситуацию, вручил его мне.

– Спасибо! – сказала и на всякий случай уточнила: – А что у нас так вкусно пахнет на кухне?

– Кролик…

– Ого, – с восторгом выдала и набрала номер мамы. Она взяла на третий раз.

– Арина, милая…

Начало напрягло. Такую фразу я слышала, когда родители пытались объяснить, что у них планы, в которых нет меня.

– Мам, а когда вы приедете? У нас тут кролик остывает, – приветливо начала я, надеясь, что мое предчувствие спит вместе с ногами.

– Доченька, так получилось, что мы заехали к Зайкиным, и уже от них поедем в аэропорт.

Как-то грустно стало, но ожидаемо. Облизнула губы и сказала:

– А мы вас ждали…

– Прости, родная. За тебя уже не переживаем, ты как за каменной стеной, а вот Софью пора пристроить в хорошие руки. Она решила с нами полететь в Германию. Ей очень понравился наш Вильям.

– Ей кто угодно понравится, – не удержалась от честного комментария, вспоминая девочку-хохотушку, обожающую булочки и пироги. Как-то общались, и через час обсуждения кулинарных рецептов и выгодных мужей я сбежала.

– У них любовь с первого взгляда! Так что можно сказать, что у нас дела. Но мы с отцом приготовили для вас подарки.

– Зачем? Лучше бы сами приехали… – ляпнула быстрее, чем подумала.

– Позже отправим. Не обижайся. Главное, что у тебя все хорошо. И да, я рада, что ты встретила Бизонова. Вы очень похожи и подходите друг другу как две половинки. Всего вам самого лучшего! И мне пора…

– И вам, – сказала и отключилась. Смотрела на экран, а потом отбросила смартфон в сторону.

Нда уж…

Ничего не меняется в этой жизни.

– Как я понимаю, делиться кроликом нам не придется? – раздался риторический вопрос.

Усмехнулась, а потом засмеялась, всматриваясь в хитрое лицо Глеба.

– Не-а…

– Не переживай, мы сами ужин осилим.

– Уверен?

– Олега пригласим, если он там не упал с крыши.

Резко села, вглядываясь в окно.

– Он до сих пор там? – с волнением уточнила.

– Да.

– Тогда, возможно, его нужно спасать?

– Думаешь? Кролик… он ведь вкусный.

Слегка толкнула его, удивляясь, что может шутить с таким постным лицом, и протянула к нему руку.

– Поднимай меня и пошли смотреть.

– Уверена? Ты же устала.

– Вдруг тебе будет лень, а он лежит в снегу. Ты же его закапаешь… – стала рассуждать в его стиле.

– Не планировал, но это идея.

Покачала головой, глупо улыбаясь, и дернула рукой перед его носом, заставляя меня поднять. Бизонов поднялся и, рванув меня к себе, буркнул:

– Тепло только оденься.

– Да мы же быстро, – не согласилась я. Вот если бы все же пришлось закапывать в снег, то это да… потеплее нужно.

– Потом еще придется тебя лечить от гриппа.

– Какой ты! – весело сказала и добавила: – Только я не разогнусь.

– Так и быть, буду твоей нянькой.

– Надо же, какой добрый! Как бы ни сглазить… – буркнула и пошла за ним.

Дальше он мне так усердно помогал, что укутал как куклу. Одни глаза торчали и нос. Рот закрыли, что я пыталась поскорее исправить, пока Глеб мою руку не перехватил, сжимая в своей ладони.

Через пять минут мы вышли и стали смотреть по сторонам, пока не оказались в передней части двора, которая вся светилась.

И светился не только дом, но и гараж, а в центре стоял светящийся олень с санями, что смотрелось очень красиво.

Скрипнула дверь со стороны гаража, и на заснеженной дорожке появился Олег. Живой и здоровый! Он нес еще одного оленя.

– Ух! – восторженно крикнула и повернулась к улыбающемуся Бизонову. – Это ты специально, да?

– Не придумывай, просто не хотел, чтобы расплакалась в гостиной. Еще затопишь мне дом. Поэтому раньше времени показал подарок.

Так стало тепло на груди, что не удержалась и подалась к нему. Обняла и поцеловала в щеку.

Только решила отойти, как вдруг Бизонов перехватил за талию со словами:

– С тебя поцелуй.

В следующую секунду он наклонился и атаковал мои губы.

Страстно.

Собственнически.

Полностью заставляя забыть обо всем на свете.

Когда уже через мучительно сладкое мгновение, мы оторвались друг от друга, так как нечем было дышать, просто стояли, глупо улыбаясь. Понимая, что скоро окоченею, прищурилась и весело заметила:

– Пошли! У нас кролик замерзает без нашего внимания.

– Нужно исправлять, а то ведь замерзла… – согласился Бизонов и потянул меня за собой в сторону дома.

Просыпалась я на мужчине, что точно знала, так как чувствовала себя замечательно на его шикарном теле. Так ведь можно и привыкнуть. Кстати, вечером мы долго смотрели фильм, и заснула я на Глебе. Даже не помнила, как оказалась в спальне. Одно точно – в той же самой позе.

– Ты улыбаешься… – услышала хриплый голос Глеба, который, видимо, уже давно не спал. Ранняя пташка. А через окно пробивались солнечные лучи, давая понять, что утро мы проспали.

Подняла голову и выдала:

– Ты ждал, пока я проснусь?

– Да. Замечу, ты еще та соня.

– Устал ждать? – с прищуром уточнила, руками начиная водить по груди.

– Я уже привыкаю… – спокойно заметил он и подался ко мне, накрывая губы в сладком поцелуе. Замечу, что это было так нежно, что не ожидала, но до невероятности завелась. Хоть у меня опыта до него не было, но я не сомневалась в том, что этот мужчина шикарно целуется.

Лично меня сносило напрочь из реальности.

Даже не поняла, когда пересела на мужчину, но именно так мы продолжали поцелуй, сойдясь на том, что нам мало.

Катастрофически мало!

И про нежность не шло уже речи. Мы как безумные целовались, словно хотели друг друга съесть.

Моя маечка взлетела вверх и была безжалостно откинута куда-то туда, я же исследовала мужское тело, наслаждаясь его рельефностью и мощью.

Утро мне нравилось все больше и больше…

Вдруг откуда ни возьмись этот противный звон, который сменился тяжелым роком. Мои барабанные перепонки оценили звучание и ритм, передавая в мозг, заставляя вернуться в реальность.

Кто-то звонил, что не сразу дошло, так как с безумными глазами смотрела на Бизонова, который тоже отходил.

– Предлагаю твой телефон в унитазе утопить… – заметила я с серьезным видом. Мне всегда давались утром хорошие мысли.

– Это мой заместитель, – пояснил Глеб, скривившись, давая понять, что ему придется ответить на звонок.

– На него специально ставишь рок?

– Да.

Мужчина быстро поцеловал меня в губы и пересадил на кровать.

– Он просто так никогда не звонит. Я сейчас… – выдал Бизонов и направился к столику, где он оставил смартфон. Смотрелся мужчина шикарно в боксерах с мощным стояком.

И все в никуда…

И как ТАКОЕ утро можно испортить?!

Усмехнулась и швырнула в него подушку, которую он тотчас поймал. Реакция отменная, что не могла не отметить.

Нагло обшарив глазами мое тело, Глеб слушал еще несколько секунд и уточнил:

– Это срочно? У меня важное мероприятие…

Точно!

Важное!

Появилась надежда…

– Уверен? Не справишься? – продолжал уточнять Глеб, хмуря брови.

Понимая, что заместитель Бизонова решил нам испортить чудесное утро, я точно решила, что он мне уже не нравится.

– Хорошо, сейчас подъеду… – услышала я и сразу скривилась, наблюдая, как Бизонов отключает связь и хватает вещи.

– Мне нужно срочно отъехать, – с сожалением произнес он. По голосу точно могла понять, что он сам не рад, но вариантов нет.

– Сегодня Новый год, – на всякий случай напомнила я.

– Это займет несколько часов, и я буду дома. Тетя Клава скоро заглянет, а ты можешь посмотреть фильмы.

– Угу… – заметила, желая сейчас увидеть порнофильм с нами в главной роли. Но что уж теперь? Придется смотреть «Пережить Рождество» с Беном Аффлеком, а после «Ирония судьбы, или С легким паром!».

Что там еще у меня по списку?

Блин, да я тут умру от скуки!

– Ты обещаешь?

– Непременно! Прости, нужно бежать… – заявил он и, схватив телефон и вещи, направился в ванную комнату. Я же лежала, а когда мужчина вернулся, все же провела его до двери и поцеловала.

Притом как!

Сегодня у меня было отличное настроение, так что не отказывала себе ни в чем. Спустя пять минут Бизонов с рычанием отпустил меня, обещая отыграться вечером.

Уже вечером…

Заметив, как он уезжает, зацепилась глазами за номер и вдруг вспомнила тот, что был на машине, из которой стреляли.

Похожий.

Вспомнив по памяти, я произнесла вслух и быстро написала Яне сообщение.

«Привет. У тебя есть возможность пробить один номер? Очень нужно…»

Отправив сообщение, я направилась в ванную комнату. Решила ополоснуться и перекусить чем-нибудь вкусненьким из запасов чудесной тети Клавы. Дальше уже фильмы, а потом вернется Глеб.

«Да уж, а ведь так все хорошо начиналось…» – подумала и полезла в душевую кабину, радуясь, что сегодня уже полегче.

Через двадцать минут я успела все: помыться, посушиться и налить себе кофе. Про пирог я, естественно, не забыла. Только укусила, когда вдруг увидела, что пришло сообщение от Яны:

«Привет. С наступающим! Конечно».

«Видимо, хочет пообщаться, раз сразу не скинула данные», – предположила я. Усмехнулась и набрала номер подруги.

– И где данные? – сразу перешла к делу, отпивая кофе. Растворимый, если что. Не стала марать кофемашину, чтобы не мыть. Я так всегда делаю.

– Я специально, а так бы ведь не позвонила… – весело заявила она.

– Позвонила бы, но поздно вечером, – уверенно заявила, так как собиралась поздравлять ее после боя курантов.

– А если честно, я просто хотела уточнить моменты, так как хозяин тачки меня озадачил. Знаешь ли, фамилия владельца как у тебя, да и он у тебя в знакомых есть в одноклассниках.

– Где? – переспросила, хлопнув ресницами.

– Это сайт, где все общаются.

– Я тебя умоляю. Общаются… Я там сто лет не была.

– Пять лет назад точно заходила.

– Может быть. Так что? Кто это? – спросила, желая немедленно узнать.

– Фаворов Олег Викторович. Он ведь твой троюродный брат, верно?

Стало не по себе. Это как? Что мой брат забыл в Омске? Вроде как в теплые края улетел деньги заколачивать. Замечу, это тот, которого я спасла в детстве.

– И что он тут забыл? Олег переехал в столицу много лет назад и катается там как сыр в масле, заведуя финансами в центральном банке. Так все родственники считают, придумывая легенды получше о его заработной плате.

– Денег на счетах у него нет, только долги. Не знаю, в чем он там катается, но это определенно как-то плохо пахнет.

– Понятно…

– Насколько поняла, у него тут бизнес.

– Ого… – воскликнула, совсем не ожидая такого поворота. Признаться, такой милый и добрый мальчик всегда был, а тут директор. И не простой, а с долгами.

– Поправочка! – воскликнула подруга. – Не у него, а у его друзей, а он за них бегает, договаривается, проблемы решает.

Вспомнила момент, когда увидела номер его тачки и скривилась. Хорошо он решает!

– А какой у него бизнес?

– ЧОП. Довольно крупный, кстати. Замечу, что хороший конкурент Бизонову. Кстати, начальники твоего брата каким-то образом скупают за бесценок небольшие ЧОПы в нашем городе и подгребают под себя.

– Вон как… – задумчиво проговорила и уставилась в окно. Неожиданно и неприятно. А я ведь считала его добрым и понимающим. А он… Редкостное дерьмо с математическим складом ума. – Ты мне можешь еще помочь?

– Я даже знаю твой вопрос. Он сейчас в своем ЧОПе. Он там живет, насколько вижу по его передвижениям.

– Ты уверена, что машина его была?

– Да. Я взломала регистратор на его тачке. Это он за рулем, а рядом шикарный амбал сидел. Он же и стрелял.

– Амбал… – повторила за ней. – А как выглядит этот амбал?

– Такой, что можно заинтересоваться. Очень даже солидный дядька, жаль, что старый для меня.

– Рада за твои вкусы. А мне этого красавца пришлешь?

– Конечно. С тебя кофе и конфеты, – пропела Яна, чему-то там улыбаясь.

– С меня ужин в ресторане, – предложила ей более интересный вариант. Почему бы нет? Такая толковая девчонка. Нужно будет предложить Бизонову взять ее на работу.

– Так бы сразу сказала, и я бы мигом тебе фото отправила. Кстати, я его нашла в сети. Он ведь у вас работает в ЧОПе.

Зависла с открытым ртом. Даже так бывает? Киллер Бизонова работает на Бизонова? Интересно девки пляшут.

– Да ну? И кто?

– Смотри. Высылаю…

Как раз укусила бутерброд, чтобы в следующую секунду подавиться. В горле застряло, когда увидела заместителя Бизонова в черной одежде. То, что это он, я даже не сомневалась. Такого красавца сразу узнаешь.

И каким подлецом оказался!

Откашлялась и вдруг услышала:

– Ты там как? Жива?

Как будто у меня варианты есть. Ведь Бизонов поехал навстречу с Савиным Артуром.

Вот черт!

Нужно предупредить…

– Ага… – протянула, лихорадочно соображая, удивляясь новой информации. Не верилось. Вот совсем. Может, Яна ошиблась? Было бы здорово. Прочистила горло и спросила: – Ты уверена?

– Ты издеваешься? Я не ошибаюсь.

Поспешно перешла в сообщения и стала писать:

«Тебя хочет убить Савинов. Будь осторожен!»

Отправила и спросила:

– А по поводу моего брата?

Пока говорила, уже написала следующее сообщение Глебу:

«Не вздумай мне умереть! Понял? Я вдовой не собираюсь быть!»

– Он там же.

– Хорошо, – буркнула и отключилась, выпивая кофе залпом, следом рванув в комнату. Переодевшись в одежду, взяла нож и заснула его в обувь, начиная двигаться на выход. Не успела выйти, как попала на раскрасневшуюся тетю Клаву. Она не шла, а как лебедь плыла к центральному входу дома.

Поздоровавшись, я одной фразой ответила на перечень всех ее вопросов о еде, а именно, что всему будем рады, если приготовит. Помахав рукой, я побежала дальше.

На мое счастье, во дворе копался помощник. Увидев его с лопатой, я попросила отвезти меня по адресу. Он согласился, так как у него не было шанса отказаться, а я запрыгнула в машину и принялась набирать номер Бизонова.

Но его номер был вне сети.

И даже на сорок первый раз.

Кстати, я еще сообщений несколько ему отправила. Штук двадцать. Так, на всякий случай.

Машина остановилась у двухэтажного здания, отделенного забором. Отправив Олега домой, наказала ему помогать тете Клаве и попросила приготовить ее заливное из рыбы. Как-то вот само пришло в голову от нервов. Даже не знаю почему.

Подошла к центральному входу и увидела мужчину в черном с логотипом «Твоя охрана». Видимо, телохранитель или охранник. Однозначно, что шкафчик. Он смотрел что-то в телефоне и довольно ухмылялся, просматривая приколы в «Тик-Ток». Иногда он еще смешно кривлялся, дергая губами.

Насмотревшись, я громко прочистила горло и поздоровалась с ним. Решила по-хорошему. Праздник же. Продемонстрировав страницы своего паспорта в фотогалереи, где сохранились старые данные, я показала фотографию брата, тыкая в него.

– Мне нужно его увидеть. Мой брат – Фаворов Олег, а я Фаворова Арина, его сестра. Вот пришла с бедой. Плохие вести.

Отмечая, как задумался парень, решила добить:

– Очень плохие новости. Кое-как сдерживаюсь, чтобы не рыдать у вас на плече.

Парень оценил мою возможную чувствительность и, кивнув, быстро поскакал в здание, а я осталась стоять, посматривая по сторонам. Прошло больше десяти минут, но никто не вышел, в том числе не вернулся и непонятный сотрудник, откликнувшийся на мою беду. Даже невольно предположила, что он в туалете плачет, сочувствуя моему неизвестному горю.

– Что случилось? Какой еще брат? Какое горе? – послышался голос брата. Он явно был недоволен.

Я тоже!

Сбросив звонок, в который раз названивая на номер Бизонова, я обернулась. Ко мне двигался парень. Симпатичный, статный, но ростом не удался. Замечу, выглядел весьма потрепано. Встретив недоуменное лицо братца, приветливо сказала:

– Привет, братишка.

Он несколько секунд приходил в себя, а потом воскликнул:

– Аринка! Ты ли это? – Фаворов приблизился и обнял меня. Он хотел поднять, но не осилил. – Какая вымахала! Выше меня!

Впервые кто-то так радовался моему росту. Притом этот радостный человек ниже меня.

– Так у тебя и отец не слишком высокий, – парировала я. Мать-то у него высокая, как и моя, а вот папы различаются. Мой почти два метра, а у отца Олега – метр с кепкой.

Как говорится, любовь зла…

– Это точно! Слушай, а как ты меня нашла? Я ведь…

– Скрываешься? – помогла подобрать ему правильное слово. Шпион недоделанный.

– Ну, так получилось. Обстоятельства. Видишь ли, как-то все пошло у меня наперекосяк.

– Верю, – серьезно уже согласилась, так как надоело улыбаться. И пора к делу переходить. – Так наперекосяк, что ты моего мужа решил убрать и меня подстрелить?

Лицо Олега нужно было видеть. Оно побелело и вытянулось.

– Ты – тот телохранитель?

– А ты тот водитель, что вез Савинова в черной машине.

Фаворов посмотрел по сторонам, а потом предложил:

– Давай пройдемся?

– Решил добить? Не получится…

Он только тряханул головой, давая понять, что и не думал, и показал на дорогу, вроде как приглашая прогуляться. Лучше бы горячим чаем напоил. Дубак такой на улице.

– Ты как себя чувствуешь? – услышала я вопрос брата. Очнулся с заботой.

– Чувствую как телохранитель, которому бронежилет пробили, когда стреляли в спину по твоей милости.

– Я не знал, что это ты.

Прыснула от смеха. Прямо распирало от возмущения.

– А что ты знал? А если бы не я, то нормально? – начала ему предъявлять, понимая, что хочу его треснуть. – Не думала, что таким дерьмом вырастешь.

Олег остановился и, посмотрев по сторонам, заметил:

– Ты никогда за словом в карман не лезла. Совершенно не изменилась.

– Какая уж есть. Деликатность – это не про меня.

– Тогда ты удачно вышла замуж. Слышала, что Бизонов любого рогами снесет и забьет, – весело выдал он, но отмечая мое недовольное лицо, встал ровно.

– Еще пока не наставила, – сказала и перешла к главному. – А теперь к делу перейдем. Сейчас ты позвонишь Савинову и прикажешь ему отпустить моего мужа.

– Что? – с ухмылкой выдал он. – Сестра, тебя это не касается…

– Касается, притом всех. Учти, если с моим мужем что-то случится, ты и он сядете.

– Ты понимаешь, о чем говоришь?

– Звони!

– Не я один решаю…

– У меня есть все улики, и они у хорошего программиста, который распространит их по всей сети. Ваш бизнес быстро накроется, так как начальство посадят. Выбирай.

Фаворов взял трубку и быстро по памяти набрал номер.

– На громкую… – громко попросила я, пихая его в плечо.

– Кто бы подумал, что такая командирша выйдет из маленькой девчонки, – пробубнил себе под нос Олег и сделал, как я попросила.

Пошел звонок. Сняли трубку, но молчали.

Странно.

– Артур, не смей навредить Бизонову! Слышишь? Наша договоренность аннулируется… – начал Олег.

– Почему? – раздался какой-то хриплый голос. Можно было понять, что мужчина с трудом говорит.

– Потому что это неправильно… – начал сливаться мой братец.

Что за бред?

Выхватила трубку из его рук и проговорила:

– Посмеешь тронуть моего мужа, и я тебе гарантирую случайную инвалидность.

Послышался шорох, а потом я услышала:

– Арина? Ты где, твою ж мать?!

Бизонов.

Кто еще такой некультурный?

Конечно, он!

Тут его спасаешь, а он вечно орет, как дикарь.

Выдавила улыбку и выдала:

– А чего трубку не берешь? Я хотела предупредить…

– Адрес! Я сейчас приеду! – и ведь спокойного в его голосе совершенно ничего не было. Рвал и метал – само-то ему определение.

– А что твой заместитель? – решила узнать и заодно сменить тему.

– Что он? Сейчас ребята приедут и заберут его, если отдерут от пола.

– Это хорошо! Ты молодец!

– Арина, не заговаривай мне зубы, – услышала я громкое рычание. – Где ты?!

– Я сама приеду домой, милый. Не переживай, – поспешно пропела и отключилась. Несколько секунд смотрела на бледное лицо брата, а потом со вздохом выдала: – Не умри мне тут! Пригласи меня уже куда-нибудь в теплое место и расскажи, как ты докатился до такой жизни…

Сидели в небольшом уютном кафе напротив ЧОПа «Барс». Я уже выхлебала вторую кружку чая и все не могла согреться.

Не знаю почему…

Вероятно, потому, что 31 декабря нахожусь не в теплом, уютном доме, а непонятно где, подтирая непутевому брату сопли и слюни. А могла бы лежать на диванчике и смотреть фильмы, и непременно стащить что-нибудь вкусное у тети Клавы. Представляла себе эту животрепещущую картину, и становилось грустно, ведь я этого не делала.

Но… я должна была прочистить братцу мозги и сделать так, чтобы добровольно сдался родителям. И нужно еще с покушением разобраться, а то ведь уже целый час про трудности в столице рассказывал, а к главному так и не подошел.

Тогда уже не с родителями будет разговаривать, а с Глебом. Не завидовала ему, но за поступки нужно отвечать.

– Меня дружки прижали, поэтому пришлось скрываться. И еще на счетчик поставили. Мрази! – обиженно сказал он, рассчитывая на сочувствие.

– А как же банк в столице? – спросила, пытаясь понять, почему все пошло не так. Как он умудрился связаться с отбросами?

– Да кому я там нужен? Там своих таких много… – брат глянул в окно и покачал головой. – Все надоело. Нужно сбегать.

– Это не решение проблемы! – категорично заявила и, поразмыслив несколько секунд, спросила: – Слушай, ты столько лет работаешь здесь, и никто не знает. Как так?

– Вот так! Живу на работе… – с обидой признался он. – Не хотел разочаровывать семью. Раз в год звоню им и…

– По ушам ездишь, а они потом дальше распространяют. Ага, я уже поняла эту систему, – помогла ему грамотно подобрать слова. Вырастили дармоеда!

– А что мне прикажешь делать? Признаться? Я ничего существенного не добился, кроме проблем, до сих пор долги отдаю им, хотя только и делаю, что работаю. Я договариваюсь с клиентами и все финансы на себе тащу, но зарплаты не вижу. Просто вот не везет мне и все! И еще этот Бизонов со своим ЧОПом как кость в горле. Все контракты ему уходили. Меня опять стали прижимать.

– Бизонов на своем месте, а вот вы хитростью захватили другие ЧОПы и рады стараться, – заметила я, вспоминая его теорию, которой он хвастался двадцать минут назад.

– Как ты не понимаешь? У меня не было выхода. Прижали меня мужики, вот я и предложил вариант официальной работы. А как убирают ненужных людей и заставляют переписывать, я не задавался вопросом. Меня это не касается. Я им давал цель и рассчитывал прибыль.

Сидела и удивлялась. И ведь он действительно считал, что не виноват. Чукотский наивный мальчик!

– Да уж, Олежка! Мерзкий ты тип, однако, – не смогла удержать и допила последние капли своего чая. Можно было бы еще заказать, но пора было звонить Глебу. Все же без его показаний не прижмут Савинова. Да и виноват он! Тупица, хоть и брат.

– Это все родители виноваты! – капризно заявил он, повторяя эту фразу уже в десятый раз.

Началось утро в деревне!

– Ну конечно! Ты захотел легких денег, напридумывал комбинаций и, провалившись, обвиняешь родителей. Молодец!

– Да я ведь окрыленный их словами и мечтами, много видел перед собой и хотел непременно добиться всего, но меня ждала одна неудача, потом вторая и так далее. Все было не так, как они говорили, меня не видели, а я хотел признания, вот и начал хитрить.

– Чтобы признание получить, нужно работать и показывать себя, а ты только искал легкие пути и гадил всем. И как ты мог предложить, кого-то убить? Совсем уже?!

– Да я ведь не участвовал ни в чем! Моей вины нет! Я только записывал и конспектировал, и вдруг приказали отвезти важного чела в одно место. Это оказался Савинов. Трумов и Гуськов обещали ему быть директором «АРТ-Охрана», когда Бизонова не станет, и сорок процентов дохода.

– И ты не знал, куда его везешь?

– Да откуда? Мне сказали, я и пошел. Я ведь и не понял, почему он во всем черном, а потом этот мужик стал стрелять. Я по газам, чтобы не подставляться.

– Ты соучастник.

– Но у меня есть доказательства. Я всегда снимал и записывал, что мне говорили.

– Вот и покажешь на суде.

– Да у отца там друзья, он сразу все узнает. Нет. Лучше я сбегу в Новосибирск, а там затеряюсь в горах Алтая. Кому я нужен? Никому. Ты ведь мне поможешь?

Резко подалась к нему и схватила за горловину свитера, притянув к себе по столу.

– Из-за твоей трусости много людей пострадало, в том числе и я, так уж будь мужиком и ответь за свои действия! Сам сдайся и все расскажи!

– Но ты же знаешь маму… – с обидой крикнул он. – Твои предки такие же.

– Я знаю, но никогда не шла у них на поводу, так как знала, что хочу, и стремилась к своей цели. А ты даже рот открыть не мог, все за тебя решали. Вот и дорешались…

– Ты ведь всегда мне помогала. Помоги и в этот раз. А я…

– Сядешь в тюрьму, если не подохнешь от моих рук…

И это сказала не я!

БИЗОНОВ собственной персоной!

И как нашел нас? Я ведь смартфон вырубила.

Притом Глеб появился так незаметно, что мы не услышали. В следующую секунду очень злой Бизонов вытащил писклявого братца со стула и поднял вверх. Я не буду говорить, как обслуживающий персонал завис при виде этой картины, но через две секунды все разбежались.

– Еще смеешь приставать к моей жене? – не сказал, а прорычал Глеб.

От такого вопроса брат сжался, забултыхал ногами, с ужасом и надеждой поглядывая на меня. Через секунды он начал трястись и стучать зубами.

Эх…

Но я его понимала. Бизонов в гневе – еще тот бычара.

И все же не хотелось такой чудесный праздник портить похоронами, а с такими темпами инфаркт у брата не за горами, да и нервный тик, так что решила помочь.

Непутевый, а родная кровь. Жалко.

– Это мой брат, – решила спасти непутевого, но все же родного шалопая.

– Что? У тебя нет родных братьев, – с возмущением рявкнул Бизонов, испепеляя меня недовольным взглядом. – Я проверил.

Он еще и проверил. Кто бы сомневался?! Проверяльщик недоделанный!

– А троюродных и двоюродных ты проверил? У меня их как собак нерезаных.

– И эта мразь – твой брат?

Как точно сказал! Но грубо… Скривилась и, как бы ни хотела признавать, все же со вздохом выдала:

– Ну а как ты хотел? Родственников не выбирают.

Бизонов резко отпустил Олега, буквально швырнув на пол, и направился ко мне. Схватил меня за руки и принялся проверять тело, раскручивая в разные стороны.

– Ты как? – услышала я, понимая, он увлекся. У меня сейчас голова закружится.

Со стороны выглядело так, будто он ищет что-то свое у меня и не может найти. За эти секунды по ощущениям контроль в «Арену Омск» прошла на концерт «Руки вверх»… десять раз.

– Нормально, – сказала, отталкивая его руки. Люди-то смотрят, уже вылезли из-под столов и усердно наблюдают, как меня усиленно проверяют на наличие выпирающих достоинств на теле. А так как их особо нет, то увлекся поиском.

– Так чего сунулась сюда? Ты что, считаешь, я не справлюсь? – с возмущением рявкнул Глеб, вновь продолжая меня лапать. Даже появилось ощущение, что он не понимал, что делает.

– Я в тебе не сомневалась, но на всякий случай решила все узнать. Я же твой телохранитель.

– Телохранитель? – как-то злобно выдал Бизонов, коверкая слово, будто я сказала что-то нелепое.

– Угу, – тихо подтвердила, чтобы брат не слышал. Олег как раз в этот момент закрывал руками уши с головой и пытался отползти, но нога Бизонова не позволяла.

Может, от наших голосов закрывается и вздрагивает? Орем чего-то, а вокруг нас ушей целая толпа. Но разве Бизонова это останавливало когда-то?

– А я вот как дурак мчался к тебе, нарушая все правила на дороге, считая, что я за женой еду. Но оказывается…

Решила срочно перебить, чтобы не повторялся. Я как-то забылась, вот и ляпнула при всех ненужное.

– Ой, так приятно. Жена. Точно! Раз так, то уж брата своей жены не топчи, – с улыбкой заметила, а когда он не отошел, уже громче и с нотками рычания добавила: – Уйди с его ноги, раздавил уже!

Бизонов тотчас нехотя убрал ногу и вновь сосредоточился на мне взглядом. Притом, задумался, о чем-то размышлял.

– Сиди здесь, я скоро приду, – последнюю фразу уже говорил в процессе, когда вновь схватил за шкирку моего брата и поднял его на ноги. Даже жаль стало этого зайца. У него такие жалобные глазки были. Боялся.

Ох, как бы ни убил…

Признаться, стала переживать.

Да, Олежка виноват, но ведь он не думал, что так все выйдет. Наивный простак.

Подалась к Глебу и, прижавшись к его плечу, чудесно поинтересовалась:

– Милый, ты не забыл, что это мой брат?

– Не забыл, но показания он должен дать, чтобы мой друг отметил Новый год с семьей. Я обещал ему.

– И ты не будешь на Олега подавать заявление?

– Я… – Глеб сделал паузу, – не буду, но ему все равно придется ответить за свои поступки.

Такой расклад меня устраивал. Чуть подалась к его уху и тихо сказала:

– Правильно. И родителей за ним не забудьте прислать, чтобы провели профилактическую работу. Уж они постараются… – отлепилась от Глеба и глянула на брата.

– Не переживай, мы тебе хорошего адвоката наймем, если честно все расскажешь, а главное, быстро.

– Это с чего я ему адвоката буду нанимать? – возмутился жадный Бизонов.

– Потому что ты добрый.

– Даже рядом не стоял.

– Тогда потому… что у него есть все записи о твоей ликвидации.

– Да? – переспросил Глеб, глянув на брата. Тот поспешно закивал и даже почти улыбнулся со слезами на глазах.

– Вот и отлично! Тогда идем… – предложила я.

– Ты остаешься здесь! – буркнул Глеб и вручил мне банковскую карту. – Перекуси и никуда не уходи, пока я не вернусь.

Я только успела кивнуть, как Бизонов поспешно потащил Олега к выходу. Встретившись у ресторана с мужчиной в форме, с которым уже познакомилась при первом нападении на Бизонова, они остановились переговорить. Перекинувшись несколькими словами, мужчины перешли через дорогу, где у здания ЧОП «Барс» находились машины СК.

Вот и отлично! Я уже не переживала, так как верила, что Бизонов сдержит свое слово и непременно потом явится за мной. Если нет, то я платежами по карте напомню ему о себе. Надеюсь, он подключил смс-оповещения.

Плюхнулась на диванчик и стала крутить карточку в руках. Явно он небыстро. К тому же Глебу еще нужно будет сдать загулявшего сына родителям. Лично я не собиралась ничего говорить. Пусть Олежка сам выпутывается, а учитывая характер тети, то рассчитывала, что при этом он еще поумнеет.

Признаться, была довольна собой. Год завершила отлично!

Только вот не скучать же мне в кафе?

Схватила айфон и поспешно написала Яне:

«Я где-то рядом с твоим домом…»

Вместо ответного сообщения поступил звонок от подруги.

– А где именно? Я здесь гуляю по магазинам.

– В уютном заведении под названием «Очаг». Пообедать не желаешь?

– Еще как желаю! Только если что, это вот совсем не близко от моего дома.

– А автобусы тебе на что? – весело уточнила, поглядывая на людей, с полными пакетами, пробегающими мимо. Торопились куда-то с улыбками на лице. Не сомневалась, что с подарками для самых близких.

И мне нужно купить. После обеда как раз займусь, прихватив с собой Яну. Она как раз весело хихикала на мой вопрос.

– Через двадцать минут буду.

– Что любишь? Мой муж решил отблагодарить нас за оперативную работу по поиску его заказчиков.

– Мечтаю о креветках, – довольно выдала Яна и уже с подозрением уточнила: – Что, так и сказал?

– Почти… – заметила, вспоминая, как он рычал на меня. Но ведь помогла! И плюс еще все доказательства сразу получил. А так бы где искал? И долго бы…

– Ну, ты смотри. Насколько поняла по отзывам, он больно крутого нрава.

Где-то еще его ругают в сети бывшие сотрудники? Популярный мужчина.

– Так и я не подарок, – не могла удержаться от правды.

– Это да… – поспешно подтвердила подруга.

– Могла бы и не согласиться, – засмеялась я, хватая меню, надеясь, что там есть креветки. Кстати, я бы тоже не отказалась.

– Дружба строится на правде, какая бы она ни была, – ответ мне понравился.

– Отлично! Приняла твой заказ и жду. Поторопи там водителя автобуса, – задорно предложила и дальше принялась листать меню, обещая себе много не лопать, так как тетя Клава что-то там говорила про утку в духовке.

Ммм…

Только бы Глеба дождаться. Самой идти в дом, когда там вкусная утка, ох как волнительно и проблематично. Бизонов будет злой, а если я ужин съем, так он мной перекусит.

Так что нужно ждать здесь, тем более с его банковской карточкой это будет в удовольствие.

И чтобы не скучать в одиночестве, я решила познакомиться поближе со своей новой подругой. Признаться, хотела ей предложить работать у Бизонова в ЧОПе, как защитит диплом. Была уверена, что Глеб оценит такого работника.

Креветки в сливочном соусе были восхитительны, как и салат «Цезарь». Закусив десертом все это чудесное пиршество, мы отправились по магазинам за подарками. Мы больше смеялись, чем покупали, рассматривая всякие веселые безделушки. Единственно, что успели, так это купить Фирсову подарок. Взяла ему ежедневник в кожаной обложке с надписью «Ежедневник врача-травматолога. Самому лучшему». Посчитала хорошим вариантом для подарка.

А вот Глебу не знала, что взять…

– В этом случае покупают бантик. Повяжешь им красивую себя и… прокатит, – предложила экономная Яна, рассматривая нижнее белье. Кстати, внепланово сюда зашли и даже кое-что себе выбрали. Так, для хорошего вечера, лично для меня.

Представила себя в бантике и засмеялась. Лучше уж без него.

– Ты еще плетку предложи…

– Ох, еще лучше!

– Выдумщица.

– Слушай, а если крутые ножи подарить? – предложила она.

– У меня зарплата средняя, и я ее еще не получила. Так, немного, премию только. Так что бантик можно… – задумалась на секунду, – но без плетки.

И тут мой взгляд задержался на очень интересном нижнем белье. Такие интересные тепленькие боксеры с надписью «BOSS». Зимние с новогодней тематикой.

Яна засмеялась и проговорила:

– Не слишком?

– А мне кажется в тему, приятно и полезно. Сто процентов ему таких никто не дарил. Ну и бантик тоже куплю…

– Однако, ты меня удивила, – весело заявила она и показала мне рукой на кассу.

– Сама от себя не ожидала. Но как есть…

Через пять минут мы рассчитались и вышли из бутика, когда я увидела Фирсова. Друг гулял с полными пакетами, иногда рассматривая витрины бутиков.

– Чего так улыбаешься? Это вроде не Бизонов, – спросила Яна, хмуря лоб.

– Слушай, от тебя ничего не скроешь. Даже страшно.

– Да ладно, ты привыкнешь. Так что за красавчик?

– Мой хороший друг. Фирсов Дмитрий. Травматологом работает. Это так, тебе на заметку, если вдруг не успеешь убежать от своих воздыхателей, – заметила я с улыбкой.

– Ну, если к такому на прием, то можно и не успеть… – серьезно заявила она и уточнила: – Так это ты ему ежедневник взяла?

– Ага. Как удачно, что подарок сразу красиво упаковали.

Стоило приблизиться, как лицо замученного Фирсова стало светиться от счастья, когда он заметил меня.

– Неужели? Аринка! – воскликнул Дима и, поравнявшись, подхватил меня на руки и стал кружить. Хохотала, так как не ожидала, ведь Димка редко так удивлял. И когда уже он опустил меня, вручила ему подарок.

– Привет. Это тебе.

– Мне? И что там?

– Ночью откроешь и узнаешь. Но там мелочь, не рассчитывай на айфон, – весело предупредила я его.

– От тебя даже носки будут замечательным подарком.

Его слова дали пищу для размышления. Вот Бизонову можно еще носочки посмотреть в новогодней тематике.

– Учту пожелание.

– А это кто с тобой?

Обернулась и притянула подругу ближе к нам, а то стесняется в сторонке. Оказывается, она и так умеет.

– Это Яна. Моя подруга.

– Подруга? Это здорово! Как я понимаю, такая же интересная и непредсказуемая, как ты?

– О, еще какая! – довольно ответила подруга и протянула руку Фирсову. – Яна.

– Дима. Очень приятно.

– И мне… – скромно пропела девушка, начиная смущаться. Впервые видела ее такой. Обычно боевая и знающая, что хочет.

Пока думала, вдруг в моих руках оказалась коробка.

– Это тебе, – довольно начал Дима. – Откроешь после боя курантов. Кстати, может, первого увидимся? Например, в кино сходим.

А я ему не говорила, что живу с Глебом или говорила? Задумалась.

– Посмотрим. Я ведь работаю, – сказала и выпрямилась, так как спина уже устала. Она нуждалась в покое.

– Как-то ты странно спину держишь. Дай посмотрю, – предложил друг и притронулся пальцами к спине через одежду, на что я кое-как сдержалась от крика, понимая, что этот варвар мне сейчас там что-нибудь сломает. Фирсов же дальше продолжал давить, не обращая внимания на мои пыхтения и рычания сквозь зубы.

И вновь он что-то там нажал!

Даже глаза на лоб вылезли. Вновь я кое-как сдержалась, чтобы не откинуть его в сторону. Руки и ноги при падении сломает, а меня всю жизнь будут проклинать его несостоявшиеся клиенты. Поэтому терпела.

– Не понял… – Дима задрал на спине кофту и воскликнул: – Арина, это что?

– Руки убери от моей жены!

Бывают неприятные моменты, но сейчас случился самый неприятнейший из всех. Я просто всматривалась в растерянное лицо Фирсова, который смотрел на меня, а потом на злющего Бизонова, ожидая разъяснений.

И как он меня нашел в торговом комплексе? У него дар чуйки?

– Жены? – повторил Дима и уже вернул взгляд на меня, опаляя обидой, что точно видела.

Да уж…

Бизонов обойдется без подарка. Грубиянам они не положены!

Вот же попала…

До сих пор передо мной стояло лицо Димы. Как же он расстроился! И это под Новый год в его единственный выходной. Порадовала друга!

Злобно глянула на Бизонова, в очередной раз удивляясь его толстокожести, и отвернулась. Меня распирало от злости. Стоило вспомнить и хотелось под землю провалиться.

Додумался сграбастать меня в свои лапищи и сказать Дмитрию в лицо, что тот отлично слышал и как нужно понял. Потом Фирсов указал на меня, заявив, что он как муж не справляется со своими обязанностями, так как я пострадала. Опасаясь, что Глеб налетит на Диму, что уже назревало, принялась оттаскивать его. Подруга помогла с Димой. Так и растащили мужчин в разные стороны. Понимая, что разговора не получится, Яна Фирсова увела, а я Бизонова, хотя это было довольно сложно.

И вот мы в машине, а Бизонов рычит… себе под нос.

Так мы дружно ехали: кипели и молчали.

Неужели так пройдет Новый год?

Захотелось даже уехать. Например, к Яне.

Но это так… на несколько секунд от злости.

Дома мы оказались довольно быстро. Переодевшись в халат, уже ни на что не надеясь, я направилась в гостиную, где было все накрыто к празднованию, только не хватало еды. Приблизившись к зеленой красавице, достала из бумажного пакета подарки и аккуратно положила под елку, как и свой подарок от Димы. Уже хотела подняться, но вдруг увидела небольшую коробочку красного цвета.

И что там?

Только потянулась рука, но вдруг услышала шаги на втором этаже, поэтому поспешила в кухню. Нужно погреть еду. И хоть злилась, но понимала, что Глеб голодный. Нужно кормить, а потом уже объясняться.

Просто так молчать не собиралась. Пусть не рассчитывает. Хотел жену? Будет ему настоящая жена, чтобы не расслаблялся. Но… на сытый желудок.

Убедившись, что утка в духовке ожидает еще теплая, я с довольным видом отошла к столу. Присев на кончик столешницы, решила уточнить, как там ребята.

Подняла голову, чтобы услышать шум воды. Насколько понимала, Бизонов отправился в душ. Правильно! Желательно в ледяной, чтобы остыл.

Тем временем на часах уж было восемь часов вечера.

Быстро набрала номер Яны и, как только она ответила, сразу перешла к делу:

– Как он? Нормально поехал?

Подруга засмеялась, будто я что смешное сказала и весело поделилась:

– Ага, ко мне домой пешком. Шампанское его взбодрило.

– К тебе? Но Дима не пьет, – заметила я, удивляясь, что с ним Яна сделала всего за час. И пить научила, и домой привела.

А по ней не скажешь…

Но может, так лучше?

– Я тоже, но сегодня у нас исключение, как оказалось, – сказала Дронова, тихо добавляя: – Не переживай, я его не соблазняла, но мы подружились.

– Исключение?

– Ага… До него дошло, что ты увлечена другим. Так сказать, мужчина созрел.

– Я никем не увлечена… – поспешно сообщила и обернулась на всякий случай. Еще не хватало, чтобы Глеб услышал.

– Арин, если бы не была увлечена, то пошла бы с Фирсовым и дала ему шанс. Он ведь классный мужик.

– Он мой друг.

– А ты для него больше, понимаешь? И это видно невооруженным взглядом.

И ведь я все понимала, но просто боялась, что наша дружба прекратится, как только я ему признаюсь.

– И что теперь?

– Разговариваем по душам… – подруга замолчала. – Но так спать хочется.

– Ты смотри, ему завтра на работу.

– У него и завтра выходной.

– Пусть не напивается!

– Не волнуйся, будет огурчиком, – заверила она и поспешно добавила: – Спасибо за елочку! Теперь и у меня настоящий Новый год.

Улыбнулась, вспоминая, что когда мы вышли на улицу из кафе, нам встретился мужчина в костюме Снеговика. Он раздавал подарки за десять ответов. И я на все ответила, чего он не ожидал, так как вопросы касались Олимпийских игр. Вот и получили главный приз – небольшую красивую елочку в горшке.

– Пожалуйста. Только бы тебе чуть больше, – не удержалась я.

– И такая отлично сойдет, – подруга сделала паузу и уверенно заявила: – И не парься, зато в будущий год ты войдешь уже с честными отношениями.

– Это да… – согласилась, лишний раз убеждаясь в поговорке: что все, что ни делается, – то к лучшему.

– А что твой? – услышала ее вопрос.

– В душе, – ответила, начиная прислушиваться. Вроде вода перестала шуметь.

– Вспотел, пока рычал? Заметь, даже охрана к нам не подходила.

– Так еще бы! Его охранники были, – буркнула я, только сейчас об этом вспоминая. Ужас! Ведь все видели и слышали. Как теперь работать?

– Значит, так должно быть, – весело сказала она, начиная хихикать.

– Тоже так считаю…

– Вот и отлично! Не порти праздник, ты сделала свой выбор.

– Я не делала. У нас договор.

– Который тебе на руку. Знаешь, я вот не вижу, что ты обременяешь себя.

– Я тоже, – честно призналась, не желая отпираться. Что уж теперь?

Да, он мне нравится!

Очень даже.

И жить с ним нормально.

И меня все устраивает.

И не знаю, что еще сказать на эту тему…

– Ладно. Меня зовет Дима.

– Не обижай его.

– Разве я могу? Я хорошая девочка. Особенно под Новый год, – сказала она и отключилась.

Ну и манера! А как же поздравить с наступающим Новым годом?

Покачала головой и убрала айфон на столешницу. Только подумала, что нужно организовать ужин на стол, как дверь открылась, и я увидела Бизонова.

Он стоял в черных джинсах и футболке, которая впитывала капельки воды после душа. Да и волосы отвратительно просушил.

А взгляд его слишком дерзко изучал мое тело, останавливаясь на лице.

Выглядел очень сексуально, что не могла отрицать. Или нет?

Уже не понимала себя, но этот мужчина странно воздействовал на меня. И я даже забыла, почему злилась так сильно на него.

– Как я понимаю, звонила ему? Беспокоилась? – уточнил он, завалившись на проем двери.

– А что не так? Он мой друг.

– Друг, который не друг. Но теперь уверен, правда открыла ему глаза. Теперь он уж точно будет только твоим другом.

– Правда? А какая правда? – с возмущением сказала, спрыгивая со стола.

– Мы с тобой муж и жена.

– На месяц…

– Пусть даже на месяц, – снисходительно заявил он.

– Да это ведь так… для отвода глаз. С тобой разбежались, а с ним дальше дружить буду.

– Вот именно… дружить. Ведь он смотрел на тебя не как друг.

– Ты поступил грубо.

– Зато ты кормила его непонятно чем.

Надоели эти разговоры. В какой-то момент я поняла, что все уже случилось и вроде как всем на пользу. Да, можно признать, что я ошибалась, а он помог, и неважно, что грубо. Главное, что все хорошо.

Только у нас пока как-то непонятно.

Нужно уже что-то делать…

Облизала губы и смело посмотрела ему в глаза.

– Так я… готовить не умею, вот поэтому и кормлю непонятно чем, – с улыбкой выдала.

В ответ Глеб усмехнулся и направился ко мне. Хищно, даже дерзко, я бы сказала, что отражалось в его глазах.

– Видишь, я и эту проблему решил. Только ты совсем не хочешь кормить голодного мужа.

– Что, сильно голодного? – невинно уточнила, стараясь удержаться от улыбки. Я сама серьезность.

– Очень, – уверенно заявил Глеб и приблизился вплотную, рукой обхватив за талию. – Боюсь, придется съесть тебя.

– Признаться, я об этом думала, когда чуть не сбежала из кафе к тете Клаве, – хрипло сказала, ощущая, как его руки жадно ласкают мое тело, прижимая к своему.

– Я не хотел тебя обидеть, как и твоего друга, но сегодня не самый лучший день. Друг пытался убить, ты отправилась в самое пекло к заказчикам.

– Я хотела узнать, как брат там замешан.

– И все? Обо мне не переживала? – спросил он, пальцами свободной руки касаясь моего лица.

– Так… самую чуточку.

– А твои сообщения говорят об обратном, как и действия.

– Думаешь?

– Уверен, – заявил он, наклоняясь ко мне. – Кстати, твоя тетя довольно спокойно приняла непутевого сына после того, как ей рассказали, что он натворил и кого благодарить.

– И кого?

– Спасительницу, – сказал он, прижимая меня к своему телу еще сильнее. Хотя куда сильнее? Я очень хорошо чувствовала возбуждение своего мужчины.

– Бизонов, ты меня сейчас соблазняешь? – уточнила на всякий случай, ощущая, как мое сердечко забилось с удвоенной силой.

– И у меня получается? – произнес он, снимая резинку с моих волос, распуская их по плечам.

– Как-то долго, – хрипло ответила и подалась к нему, захватывая руками лицо, страстно целуя в губы. И слыша, с каким он стоном отвечает, башню совсем снесло. Будто вечность не целовалась, а сейчас дорвалась.

Его руки были везде, и от них было так жарко, что стала задыхаться от нетерпения.

Его одежда стала мешать, как и моя.

Ненужные тряпки…

Я отчаянно снимала с него эти джинсы, дергая, срывая, чтобы обхватить за ягодицы, что это стало походить на манию. Когда дорвалась до желанного, с жадностью сжимала, понимая, что меня это до безумия заводит.

– Ты же хотел ужинать… – в перерыве сипло напомнила, когда Глеб с поцелуями перешел на шею, отчего вцепилась в его футболку, быстро поднимая ее.

Мужчина усмехнулся и помог мне снять ее, отбросив в сторону. Резким движением он подхватил меня на руки и усадил на стол, раздвигая ноги, устраиваясь между бедер.

– После десерта… – хрипло выдал он и накрыл рукой грудь, сжимая, начиная ласкать, отчего по телу прошла волна удовольствия.

Хищно улыбнулась и, облизнув губы, прижалась ногами к его талии еще сильнее, руками лаская по плечам.

Мужчина жадно смотрел, а потом положил палец на интимное место и стал гладить, вглядываясь в глаза. Его зрачки увеличивалась с каждым движением, а я стала задыхаться, теряясь от ощущений, понимая, что близка к разрядке.

Но я так не хотела!

Я хотела его внутри.

Сейчас! Немедленно!

Перехватила его дерзкую руку и прошептала:

– Десерт желает быть съеденным… без всяких там прелюдий.

Глеб хищно оскалился и, страстно поцеловав меня в губы, чуть опустил таз, разложив на столе. Перехватив за ноги, он стал медленно входить, отчего застонала, ощущая кайф от вторжения. Теплая, твердая плоть, заполняющая лоно, вызывала острый восторг.

Когда он полностью вошел, я вскрикнула, наслаждаясь ощущением полной гармонии. Глеб начал двигаться, сочетая глубокие короткие удары с мощными и тяжелыми. Он увеличивал темп, что встречала со стонами, выгибаясь дугой. Мне до безумия требовались его толчки, чтобы они прожигали меня, позволяя ярко почувствовать жизнь.

Такие желанные.

Страстные.

Зажигающие.

И когда уже перестала соображать, понимая, что еще немного и я взорвусь, сильнее вцепилась ногами в его талию, в этот момент ощущая взрыв в своей голове.

По телу пошла дрожь, и я отключалась от всего, слыша где-то совсем рядом мужской стон.

Такой родной… Пронзительный.

Горячая лава разлилась по телу, и я закрыла глаза, растворяясь в ощущениях.

Спустя мгновение я отлично соображала, ощущая себя самой счастливой женщиной на свете. Улыбнулась и удобнее развалилась на столе, считая его самым лучшим местом для секса. Вот прямо особенным!

– Пожалуй, мне здесь точно нравится, – мелькнула мысль, которую, оказывается, озвучила вслух. Только хотела предложить идти в ванную, а потом за стол, как вдруг меня подхватили на руки и куда-то понесли.

– И куда мы?

– Ты так долго меня дразнила, что теперь пришла пора расплачиваться… – услышала его гортанный голос у себя под ухом.

– Ты эксплуататор, Бизонов! – со смехом сообщила я.

– Думаешь? – довольно спросил Глеб, поднимаясь по лестнице.

– Уверена. Потом будешь носить на руках.

– Договорились… – довольно выдал мой муж и прибавил шаг.

После душа счастливая и довольная я смотрела на праздничный стол, где на большом подносе разделывал утку Бизонов. Я же носила из кухни закуски, которыми был забит холодильник. Это тетя Клава все приготовила, притом, будто на роту, а не на двух человек.

Замечу, что когда мимо кухонного стола проходила, так сразу вспоминала, чем мы на нем занимались с Глебом. А в спальне даже стыдно признаться…

Бизонов – учитель еще о-го-го какой!

– Скоро Новый год, а мы не поели, – весело заметила, отмечая, с каким довольным взглядом на меня смотрит Бизонов.

– Сейчас приступим… – с улыбкой произнес он и подмигнул. Замечу, что так редко видела его в таком хорошем расположении духа, поэтому не удержалась и сказала:

– Тебе идет, когда ты улыбаешься. На работе так попробуй…

Улыбка моментально убежала куда-то с лица мужчины, но глаза продолжали смеяться. Глеб оценил фронт работы и принялся орудовать ножом дальше, желая утку разрезать на небольшие куски.

– На работе об этом ты должна молчать.

– Ну уж нет! Я всем расскажу, – решила его подразнить, пока не вспомнила о важном: – Кстати, в торговом центре твои ребята были…

– Не переживай, они ничего не скажут, если тебе неудобно.

– Конечно, неудобно! Решат, что я тебя соблазнила, а затем заставила на себе жениться, – заявила, красиво расставив закуски.

Вдруг Глеб застыл на месте, о чем-то задумавшись. Через несколько секунд подумал и выдал:

– Так и было.

– Чего?! – с возмущением уточнила, давая ему шанс исправиться.

– Разве нет? – весело уточнил он, вытирая руки полотенцем и хватая бутылку шампанского.

– Я не знала, кто ты.

– А я вот знал…

Застыла с заливной рыбой в руках. Не могу не отметить, выглядело невероятно аппетитно. Непременно попробую, и тете отправлю фото.

– То есть ты все-таки знал?

– Я еще в кабинете сказал тебе об этом.

– Тогда я не поверила.

– Походка, речь, характер – я сразу узнал тебя. Да и как тебя забыть, когда ты мне посоветовала нанять телохранителя, раз такой немощный?

– Ты слишком суров к моим словам. И к тому же, как видишь, я как в воду глядела.

– Не то слово…

Неожиданно резко Бизонов посмотрел на часы и выдал:

– Так, все. Пора! Включай телевизор.

– Зачем?

– Я бы тоже спросил день назад, а сегодня узнал от друга, что так нужно.

Схватила пульт и включила телевизор, раз уж нужно. Там как раз президент говорил торжественную речь. Тихо приблизилась к Бизонову сзади и, обняв за талию, прошептала:

– А неволить в постели тоже друг посоветовал?

– Здесь уже опыт.

– Радует… – не успела сказать, как в моих руках оказался фужер с шампанским.

Мужчина на меня посмотрел и усмехнулся.

– Что? – не удержалась я от вопроса. Он так смотрел!

– Странно все это… и здорово. Только огорчает, что мы не поели, – задумчиво протянул он.

– А я предлагала… – весело заметила и в следующую секунду услышала бой курантов, а потом гимн России.

– Вау! Что, все? – спросила, чувствуя себя необычно весело, но пока не понимала, что нужно делать в этот момент.

– С Новым годом! – произнес Глеб и, своим бокалом верхней частью коснулся моего. Пригубив шампанского, он убрал все лишнее на стол и, перехватив меня за талию, поцеловал.

Страстно, но быстро.

Даже зависла, улыбаясь во весь рот.

– Так положено?

– Ну, я некоторое не понял, но пришлось от себя добавить.

– Ммм… тогда и я добавлю, – предложила и поцеловала его. Нежно и чудесно, желая растянуть удовольствие.

Как только остановились, я счастливо сказала:

– Ура! Теперь еда!

– Надеюсь… – недоверчиво произнес мужчина и, выдвинув мне стул, присел напротив.

Я схватилась за ложку, чтобы попробовать салат из ананасов и курицы. Всего их было четыре. Глеб же сразу занялся уткой: наполняя аппетитными кусочками свою тарелку, заодно закидывая и в мою.

В домофон позвонили. Мы переглянулись и одновременно выдали:

– Кто там?

– Предлагаю не выходить, – следом предложила я, не желая покидать свою тарелку, когда в ней столько вкусностей.

– Вдруг что случилось, – произнес Бизонов и направился к входной двери, а я следом. А как иначе? Кто еще его защитит?

Глеб нажал на экран, включая его, и нахмурился. Я подлезла под руку, чтобы лучше было видно, и нервно хихикнула. За забором стоял Дед Мороз с приличным мешком на плече.

– У нас детей нет! – грозно выдал Бизонов, будто похвастался.

– А я к вам, мои дорогие. И это не шутка, – скрипучим голосом заявил Дедушка Мороз.

Переглянулись и глупо улыбнувшись, решили впустить, чтобы встретить во дворе. Сами поспешили на выход. Ну как поспешили? Насколько могли. Бизонов не сдвинулся с места, пока я в шубу не укуталась. Пришлось. Только потом вышли на морозный воздух, где нас ждал Дед Мороз с огромным мешком. Да и сам он был в костюме красного цвета с длинной бородой.

– Вы перепутали дом, – начал Бизонов вместо приветствия.

– Э-э-э… нет. Я пришел как раз по адресу. Здесь же проживают Бизоновы Глеб и Арина, верно?

– Да, – подтвердила я, улыбаясь Глебу, которому все это не нравилось. Мне же было до жути интересно, поэтому бесконечно улыбалась.

– Ну, тогда скорее рассказывайте стишки и песни, – начал довольно дедуля и кивнул на Глеба.

– Дед, по мне видно, что я пою и танцую? – задал вопрос Бизонов, при этом как-то устало глянув на него.

Дедушка Мороз прищурился и кивнул, соглашаясь с ним, а потом посмотрел на меня. Я же тоже не собиралась ничего рассказывать по ряду причин. И главная из них, – что я голодная, а вторая – про Новый год я стихотворений не знала. Совершенно.

– А я его телохранитель, – в тон ответила. – Показать спину после пробитого бронежилета?

Дедушке стало не по себе. Он как-то нетрезвой рукой поставил мешок на снег и дрожащим голоском выдал:

– Подарки от тех, кто вас любит и желает счастья. Да, и я вам желаю. Всего доброго! – говорил дедок, отступая по дорожке к воротам. И даже у калитки еще что-то кричал, но мы не слушали, внимательно наблюдая за его движениями.

– Мне кажется, мы его напугали, – серьезно предположила я, когда дедуля скрылся за воротами. И если судить по звукам, он бежал подальше от нашего двора.

– Думаешь?

– Уверена. Нужно было его на чай пригласить… – с жалостью выдала, ощущая лютый холод.

– Тогда бы он говорить точно перестал.

– Это все ты! Такой негостеприимный… – заметила я, уперев руки в бока.

– Я? А кто пробитым бронежилетом стал хвастаться? Еще бы рассказала, как ты метко стреляешь.

– Естественно, метко! Я же молодец?! – спросила, прищурившись при этом.

– Я это понял, когда на земле лежал с разбитым лицом, а ты всех раскидывала. До сих пор не могу забыть…

– То-то же! Бери мешок и пошли. Утка уже остыла.

– Командирша… – буркнул Глеб и рукой захватил добро с подарками.

– И все же нельзя его было отпускать, – заметила я, как только вошли в дом и направились в гостиную. – Не удивлюсь, если завтра какая-нибудь Снегурочка попросит у тебя охрану на поиски своего Деда Мороза.

Глеб поставил подарок от Деда Мороза у елки и направился к столу. Я же заглянула в мешок, начиная вытаскивать красивые коробки и расставлять их вокруг елки.

– А когда ты ей расскажешь про бронежилет, она от страха побежит той же дорогой в лес, что и дед, и там найдет свою пропажу. Вопрос решен.

– Какой ты… – буркнула я, раскручивая самый большой подарок и читая надпись. По письму сразу поняла, что подписывала мама собственной рукой. – Это от родителей.

– И что там? Книги по домашнему хозяйству? – усмехнулся Бизонов и сел за стол, показывая мне на стул. – Все, Арин, садись. Потом вместе посмотрим.

Я же читала письмо от мамы, которое оторвала от подарка. Было адресовано мне.

«Милая, Арина, мы рады, что ты у нас такая сильная и несгибаемая. Только вот жаль, что глаза на правду нам открыл Глеб. Мы с отцом были неправы. Ты всегда знала, что хочешь, и танком шла к своей цели. Пусть так будет всегда, а мы будем поддерживать тебя во всем, каким бы странным нам это ни казалось…»

Улыбнулась и прикрепила письмо на место, рассчитывая потом спрятать в укромное место. Не каждый день такое признание получаешь от своих родителей. Тем более, от моих…

Не удержалась и открыла подарок, чтобы увидеть в нем олимпийского мишку, которого всегда просила, когда была девчонкой. Но родители покупали дорогие подарки, считая мое пожелание слишком никчемным.

И вот ОН… в моих руках.

– Спать с нами он не будет… – услышала я веселое замечание Глеба.

– А если сегодня? – хитро уточнила, улыбаясь во весь рот.

– С кем живу… – буркнул он и уже серьезнее добавил: – Я сейчас помогу тебе дойти до стола. Например, на моем плече.

Звонок в дверь заставил напрячься.

– Может, дедуля? – предположила я, рукой указав на окно. – Отошел от шока и пришел за танцами и стихами…

Бизонов встал и очень резко направился к выходу. Сразу стало жалко дедулю, поэтому полетела за ним, чтобы уж успокоить кого-нибудь из них. Но когда мы увидели у ворот следователя СК с девушкой и, подходящих к ним, Яну с Фирсовым, просто обомлели.

– Предлагаю не открывать, – грубо предложил Бизонов.

– Они нас поздравить приехали, – не согласилась я.

– Поздравят у ворот и уедут.

– Что? Ну уж нет, тем более еды у нас предостаточно. Как раз нормально познакомимся! – весело заявила и открыла дверь, слыша довольные крики некоторых. Бизонов ухватил за руку и выдал:

– Там Фирсов. Не забыла, что он только друг?

– Димка – мировой парень. Думаю, он знакомиться и мириться пришел, а Яна ему для смелости.

– А это кто?

– Это… твоя будущая хакерша в ЧОПе. Невероятная взломщица. Кстати, это она помогла мне найти братца и узнать все про делишки твоих заказчиков.

– Заинтригован, – заинтересовано произнес Глеб.

– Тогда встречаем, – пропела и показала ему на куртку. – Одевайся. Они стоят у оленей и что-то там устанавливают. Салюты! – с восторгом воскликнула, когда Янка отошла, открывая обзор на Диму, поджигающего фитиль.

– И за что мне это? – выдал Бизонов и протянул мне шубу, помогая укутаться, выдвигаясь следом.

Пока шла к ним, думала, что у меня впервые настоящий веселый Новый год со всеми составляющими, в том числе и Дедом Морозом с мешком подарков. И хоть некоторые не очень в восторге, но я знала, что это напускное, и ему, как и мне, классно.

Глеб же здоровался со всеми и с интересом наблюдал за процессом, пока не увидел, что я отстала. Покачав головой, он вернулся и, сграбастал меня в свои объятия, на что не могла не улыбаться.

В следующую минуту в небо полетели залпы салютов, и все стали кричать «С Новым годом!».

Ну и мы, раз в этом году все так необычно и ново.

Я верила, что такое чудесное начало года непременно к чудесным переменам. И мы были к ним готовы!

Мчались по дороге на работу. Настроение было на отметке «отвратительно», притом уже как третий день. И все по одной причине: сегодня у нас последний день совместной жизни. Но этот вопрос не поднимался, что меня нервировало.

Уже как неделю, из которой четыре дня я старалась не показывать своих эмоций.

Признаться, мне нравилось жить с Глебом. Мы понимали друг друга с одного взгляда. Бизонов устраивал меня, и с ним было даже легко. И когда настроение после работы было паршивое, хотелось только закрыть глаза и уснуть, он хватал в свои объятия и отдавал приказ «спать». Вот так мы тихо засыпали.

Думаю, мы чем-то были похожи, поэтому понимали друг друга. Да, взрывные, импульсивные, даже где-то категоричные, но это было нормально. Для нас нормально. И мы научились подстраиваться.

Мне искренне не хотелось все разрывать. За этот месяц я прикипела к нему, даже в этих недовольных взглядах видела что-то свое. Глеб забавно хмурился, что уже воспринимала совсем иначе. И я поняла, что с ним можно договориться. В ответ на его предложение ставила свое, и он уже делал так, чтобы двоих устраивало.

Тетя Клава так и кормила нас, за что мы ее очень любили. Чудесная женщина искренне радовалась, что в доме появилась я, так как Глеб ничего нормально не ел, все где-то и непонятно как. Зато теперь каждый вечер мы все подъедали, радуя сердце доброй бабули. А когда у нее были выходные, мы черт-те что творили на нашей кухне, а потом убирали. Вместе. Правда, с бурчаниями под нос одного «ярого» любителя уборки, но я только шикарно ему улыбалась и советовала лучше убирать. После очередного такого раза Глеб купил моющий пылесос, так что упростил себе работу.

И еще мы взяли за привычку с утра бегать, что позволяла территория близ его дома. Это было здорово! Даже болтать успевали, когда было настроение.

А вот ночи… это отдельная песня. Все было просто потрясающе при условии, если работа меня не выматывала. Ему-то что? Всегда готов, особенно если наорется на всех и зарядится энергией, а у меня порой сил не хватало на ванную после сопровождения капризных звезд.

И теперь все это должно завершиться.

А я даже не смотрела квартиры для съема.

Ни разу не заглянула в объявления.

Хотя, конечно, всегда есть вариант временно перекантоваться у Яны. Она не будет против, в этом не сомневалась. Кстати, Глеб заинтересовался девушкой, убежденно заявив, что ждет ее летом на работу. Сразу, скептически отнесся, а потом оценил должным образом, после того как она взломала базу данных его охраны за пять минут, которой он очень гордился.

И опять я вернулась к Глебу! А ведь пора волноваться, что жить негде.

Нужно искать, спрашивать, а я даже не начала никаких действий.

Никаких…

И не собиралась. Я не хотела ни к ней, ни на квартиру к Анне, которая жила на данный момент у своего мужа. Да, можно было порадоваться за подругу. Она со своим возлюбленным в короткие сроки успели влюбиться, жениться и еще залететь. Молодцы! А квартира пока пустовала. Все им было некогда ее сдать в аренду. Так что как вариант.

А если Глеба все устраивает во мне? То есть, вот такая чудесная я с интригующим характером?

Ну а что? Его же характер мне зашел.

Но он ничего не говорил, а мне не хотелось быть влюбленной наивной дурой.

Замечу, это слово постоянно в последнюю неделю всплывало в моей голове. И очень часто.

Стала замечать, что я уж слишком реагирую на него и мне небезразлично.

Все, что касалось Глеба, для меня было важным.

К моему удивлению, я влюбилась. А у меня даже мысли такой не было! И вот…

Или не влюбилась? Просто нравится.

Постоянно задавалась этим вопросом и отмахивалась от ответа, чтобы не разочароваться, когда мне укажут на дверь.

Я ждала.

Даже вещи из шкафа потихоньку в сумки переложила. Ну, кто его знает?

Хотя, думая об этом, хотелось что-нибудь сломать.

Но не только у меня было такое состояние…

Последние дни, отмечая недовольный взгляд мужчины, который с утра обычно всегда бодрый и любвеобильный, я стала понимать, что Бизонов злится.

Или ему было неудобно просить меня уйти?

Честно. Не знала, что думать.

– Ты сегодня на сопровождении Андреева? Только деловая встреча, так? – наконец, соизволил что-то сказать напряженный Бизонов. Он даже руль с силой сжимал, то и дело планируя сломать.

– Да. Вернусь рано, – тихо сказала, задумываясь, почему спрашивает. Обычно ставит перед фактом, что заберет.

– У меня сегодня сделка. Не знаю, когда закончу… – вдруг предупредил он.

– Я могу поехать с тобой, – сказала быстрее, чем подумала.

– Не переживай, сегодня выходит мой заместитель.

Не хочет? Дает намек?

Черт!

И почему не спросить прямо?

Так хотелось…

Ждать и не знать – это не для меня, поэтому мне было просто невероятно паршиво.

– Кто?

– Николай. Не забыла? Ты его спасла…

– Он здоров?

– Да, рвется на работу.

– Отлично!

Глеб как-то нахмурился и посмотрел на мою правую руку, точнее, на пальцы. Признаюсь, на безымянном пальце отсутствовало обручальное кольцо. Это он подарил на Новый год со словами, что если помолвка, то должны быть кольца. Мне показалось это очень прикольным, но на работу я снимала. Заметив это, Глеб купил цепочку, чтобы цепляла на нее кольцо. Но в отличие от меня, Бизонов носил свое на руке, чем конкретно удивлял. Когда спросила, он сказал, что для его имиджа это хорошо.

– Как закончу, я позвоню. Нам нужно поговорить.

Стало не по себе. Вот! Какое пугающее может быть это слово. Кивнула и сказала:

– Конечно.

Услышав радостные крики, подалась вперед за столом, чтобы увидеть Николая. Большой и здоровый мужчина в черном костюме шел с громадным букетом цветов по коридору, что все громко сопровождали довольными возгласами.

Усмехнувшись, продолжила пить кофе, пока не поняла, что новый заместитель Глеба прямым ходом направляется ко мне. С букетом…

Подавилась булочкой от одной мысли. Поэтому когда Коля протянул мне цветы, я уже закашливалась. И вот прямо конкретно, пока не получила мощной лапой медведя по спине.

Это, конечно, Коля постарался, параллельно выбивая мне хребет, как мне показалось.

– Ты как? – спросил он басом, с прищуром рассматривая, куда еще треснуть, если вдруг не помогло.

– Нормально, – ответила быстрее, чем подумала и, глянув на цветочки, в которых был полный разнобой цветовой гаммы, быстро уточнила: – Это зачем?

– Это тебе. Надеюсь, тебе нравятся такие. Впервые выбирал для девушки…

Даже покраснела от смущения. Действительно? Его первые цветы девушке? Так приятно…

– Очень, – единственно, что могла сказать.

– Спасибо за то, что спасла.

– Да на здоровье! – с улыбкой выдала, махнув рукой. – Обращайся, если что.

– Надеюсь, не придется. А ты… свободна сегодня вечером? Может, в кино пойдем? – вдруг спросил он, чем озадачил.

Даже растерялась. А ничего такой парнишка, неповоротливый, но шустрый, как оказалось.

Но это я так…

– Она занята… – услышала громкий ответ мужчины. Я бы даже сказала – рычащий ответ.

Обернулась и увидела Бизонова. Он стоял в проходе, сложив руки на груди.

– Приветствую, Коль, – произнес Глеб и, приблизившись к своему новому заместителю, подал руку для рукопожатия.

– Привет. И кем она занята? Тобой? – с подозрением уточнил Николай. Притом вот так «нормально» болтали, будто меня здесь не было, как и всех сотрудников ЧОПа, с открытыми ртами наблюдающих за нами.

«Не вздумай!» – пригрозила взглядом Глебу, отмечая, как все уставились на начальника, ожидая услышать ответ.

– Мной.

– Смеешься? – это уже спросил Николай, на всякий случай отступая от меня на шаг.

Бизонову не понравилась фраза друга, и он направился ко мне. Хищно оскалившись, отмечая по взгляду, что я не собираюсь ничего подтверждать, он протянул руку и вытащил из-под моей футболки цепочку, на которой было кольцо.

– Мы женаты. Месяц.

Отмечая, как все вытянули лица, я закрыла глаза, желая провалиться куда-нибудь.

– Она у меня стеснительная. Да, любимая?

Прищурилась и только хотела сказать, как услышала голос Николая:

– Значит, это ОНА?

– Именно…

– Тогда все понятно.

Николай усмехнулся и протянул руку Глебу:

– Нужно было сразу догадаться. Что же? Искренне поздравляю!

– Спасибо.

И дальше как началось… Все сотрудники стали поздравлять «любимого» начальника, а я вот даже слово не сказала. Просто смотрела на Бизонова, взглядом обещая ему расплату.

– Вот видите, от стеснительности даже дар речи потеряла, – нагло выдал этот нахал и оскалился.

– На нее непохоже… – кто-то там прокомментировал.

– Это да, – согласилась наша чудесная секретарша, которая больше не шарахалась от всех, а особенно от Глеба.

– Оказывается, она стеснительная… – еще один смелый громко вякнул.

– Стеснительная? Да ей природой не заложено, – кто-то из мужиков начал смеяться. Нужно будет найти его и нос сломать на тренировке, чтобы и у него ничего заложено не было.

Каждый что-то говорил, воодушевленно желал, а я только улыбалась, переживая, что губы треснут сейчас. Это же надо! Подставил.

– Я предлагаю вам отдохнуть, а мы уединимся, – вдруг заявил Бизонов.

Отмечая, как все стали хихикать, свистеть и расходиться, я уперлась ногами в пол, а руками в стол. Но Бизонов не растерялся, подхватил на руки и понес по коридору.

– Ты чего делаешь? – возмутилась я, пока он нес меня в кабинет. Кто попадался, все улыбались и старались не смотреть на начальника, а я кипела от негодования, планируя все высказать, когда останемся одни. Зачем пугать хороших людей? Потом же в напарники со мной не пойдут.

Стоило оказаться на ногах за закрытой дверью его кабинета, возмущенно выдала:

– Мы так не договорились! Понятно? Я потом как…

В следующую секунду мужчина поцеловал. Страстно, дико, прямо с бешеной страстью, что забыла обо всем на свете. Только когда почувствовала нехилое возбуждение мужа, с ухмылкой сказала:

– Мы в твоем кабинете, и все об этом знают.

– Тогда можем поехать домой, как и договаривались.

– На важный разговор? Сегодня ведь последний наш день… – тихо сказала, боясь дышать.

Бизонов застыл на месте и долгую минуту смотрел в мое лицо.

– Поэтому собралась в кино с другим?

– Ну а что? Ты не приглашаешь.

– Это камень в мой огород?

– Да, – убежденно рявкнула. Совсем расслабился. Если живем вместе, то уже и приглашать никуда не нужно?

– Без проблем. Можем пойти. Только я там засыпаю, если помнишь.

Засмеялась, вспоминая наши совместные фильмы. Да, к концу картины он всегда засыпал.

– Пожалуй, не стоит, тем более…

– Я не отпущу тебя! – вдруг заявил Глеб и дернул на себя.

Смотрела, хлопая ресницами, и пыталась понять.

– Не отпустишь?

– Нет.

И вот все! Ни туда и ни сюда. Мне самой договаривать нужно за него?

– Это так ты признаешься в любви? – на всякий случай уточнила у него, а то ведь непонятно.

– Да, – серьезно ответил Бизонов.

– Как-то признание на двоечку.

– А если я ресторан заказал? – вдруг деловито заявил он.

Поиграла губками и честно ответила:

– Уже на балл выше.

– И цветы в машине лежат.

– Они ведь там замерзли! – с возмущением рявкнула. – Минус балл!

– Да уж… – буркнул Глеб, качая головой. Потом вздохнул и приказал: – Все, домой. Двойка так двойка, тебе все равно не избавиться от меня.

Улыбнулась на его последний комментарий и спросила:

– А ты не хочешь знать, что я думаю? Или в плен решил взять в любом случае?

– Последний вариант очень даже подходит, тем более у меня есть все права.

И это мой мужчина…

Ох, что поделать?

Люблю его таким.

– Вот не понимаю, за что тебя люблю? – задумчиво протянула.

– Любишь? – переспросил Глеб, меняясь в лице. Будто весь озарился, что пытался скрывать. Лишь глаза кричали об этом.

– Угу. Ты такой твердолобый, грубый…

Бизонов вновь подался и поцеловал, заставляя мое сердце трепетать от удовольствия. Стоило оторваться, и я счастливо выдала:

– Плюс три балла.

– Итого пять из пяти. Все. В ресторан, и домой.

– Какой ты…

Глеб заграбастал в свои объятия и выдал:

– Я понял, что не могу без тебя, а когда увидел, что ты все вещи из шкафа в сумки складываешь, так меня прошибло. Я понял, что не могу тебя отпустить и не отпущу. Ты моя.

– Уже признание на три с огромным плюсом, но есть потенциал, – заметила я и подалась к нему, как вдруг услышала грозное:

– И кольцо на палец верни!

– Оно ведь мешать будет на тренировках…

– Невероятно. Что за женщина?! – буркнул он и вытянул кольцо на цепочке из-под одежды, отцепив и надевая на палец. Бизонов довольно разглядывал его, а потом триумфально выдал: – Вот так лучше! Приглашаю отметить это событие.

– Поддерживаю! – счастливо сказала и вдруг заметила: – А у меня ведь джинсы и водолазка. Я в таком виде в ресторан не пойду.

– Яна все приготовила. Пакеты на окне. Она сказала, что тебе понравится.

– Мне должно понравиться? Спелись они… – заметила я и направилась к окну, хватая два пакета, в которых увидела невероятно облегающее платье черного цвета и шикарные сапожки на тонком каблуке. Недавно с подругой гуляли в торговом центре и нашли на меня интересный вариант, но ценник был приличный, а зарплату еще не перевели.

И вот теперь вся эта красота у меня!

Улыбнулась и воодушевленно пропела:

– Дай мне три минуты, и я вернусь.

Только было вышла из кабинета, но вернулась и накинулась на его губы в сладком поцелуе.

– Спасибо! – прошептала в губы и счастливо заметила: – Хорошо, что тогда… это был ты.

Глеб только обнял в ответ, а я поняла, что мне больше и не нужно. Это ведь мой мужчина!